Брачный контракт: Жестокая любовь с генеральным директором Obedient Ice Он был красив, богат и опасен — и она знала: такому человеку не место рядом с ней. Но два года брака сделали своё дело: его мягкость и забота потихоньку растопили лёд в её душе. Она уже начала верить, что у них всё сложится, — и тут, в самый чёрный день её жизни, когда не стало отца и она потеряла ребёнка, он заговорил о разводе. Дальше — нищета, отчаяние и навсегда закрытая дверь в его мир. Через 4 года они столкнулись вновь. Он цвёл: впереди свадьба с другой. Слёзы подступили к глазам, когда она поняла: все её неудачи с работой последние 4 года — его рук дело. А ещё выяснилось, что их брак был лишь частью плана, который он придумал вместе с её отцом ради той, кого любил по-настоящему. Он ни разу не сказал ей «люблю» — и правильно, ведь не любил никогда. И вот теперь она снова ждёт от него ребёнка, хотя их миры давно разошлись. Но он лишь усмехается: его месть только начинается. ==================== Глава 1: Подготовка к браку В фешенебельном кафе в районе T City. Юная девушка в простом белом платье с тревогой смотрела на дверь кафе. Внезапно в поле её зрения появилась торопливая женская фигура. Наконец, нахмурившись, девушка расслабилась и с улыбкой помахала рукой: «Изабелла, я здесь!» Высокая и красивая фигура Изабеллы Джоанны очень привлекала внимание в кафе. Она села напротив девушки, сняла солнцезащитные очки и выпалила: «Бекка, у меня сегодня еще несколько показов. Если тебе понадобится моя помощь, просто скажи!» Зная, что у её подруги, известной модели, мало времени, Ребекка Квентин не стала его терять. Она глубоко вздохнула и выпалила: «Я выхожу замуж!» Изабелла Джоанна как раз собиралась сделать глоток кофе. Услышав слова Ребекки, она на секунду замерла и поставила кофе обратно на стол. «Я ведь не ослышалась, правда?» Ребекка мягко кивнула. Изабелла Джоанна выглядела так, словно услышала какую-то забавную шутку. Она скрестила руки и неторопливо спросила: «Дорогая, тебе всего двадцать, не так ли? У тебя ещё даже волосы не отросли, а твой старый Квентин уже готов выдать тебя замуж?» Сказав это, Изабелла Джоанна не забыла окинуть взглядом скромную грудь Ребекки. Ребекка посмотрела на себя, сравнивая свою фигуру с фигурой Изабеллы, сидевшей напротив. Затем она стыдливо опустила голову и пробормотала: «Ладно, признаю, моя фигура не такая хорошая, как у тебя, но я накачала все, что нужно». Изабелла Джоанна усмехнулась. "Ты уверена?" Ребекка раздраженно сказала: «…Серьезно! Мой папа говорит, что девушки рано или поздно выходят замуж, и неважно, сейчас или позже. Раз уж он нашел мне подходящего человека, он хочет выдать меня замуж как можно скорее. Но я совершенно к этому не готова». Изабелла Джоанна с любопытством спросила: «Кто жених?» «Думаю, его фамилия Джеффри. Мой отец говорит, что он всё ещё за границей и вернётся завтра». "Похоже, вы его даже не видели?" "Мм." «Боже мой!» — Изабелла Джоанна притворилась, что преувеличивает, поправляя очки. — «Ты даже не знаешь, как выглядит жених, и всё же готова выполнить желание старого Квентина и выйти за него замуж?» Ребекка серьезно ответила: «Тот, кого мой отец выбрал для меня, должен быть хорошим человеком!» Изабелла Джоанна потеряла дар речи, но не могла не признать правдивость слов Ребекки. Отец Ребекки, Александр Квентин, был известным бизнесменом в городе Т. Ему было за сорок, когда родилась Ребекка, поэтому ее жизнь всегда была под его защитой. Никогда по-настоящему не выходя в свет, она развила в себе наивную и невинную натуру. Изабелла Джоанна вздохнула, отпила глоток кофе и тихо сказала: «В таком случае я могу лишь поздравить вас… Так в чём же вам нужна моя помощь?» Ребекка спокойно ответила: «Папа говорит, что свадьба на следующей неделе, но он — Джеффри — возвращается завтра. Папа хочет, чтобы я переехала к нему в отель и провела там несколько ночей, чтобы лучше узнать его, чтобы мы не выглядели чужими на свадьбе… Но я так нервничаю. Я не знаю, как мне себя вести с ним завтра вечером…» Выслушав слова Ребекки, Изабелла Джоанна чуть не обрызгала только что отпитый кофе. Она с изумлением посмотрела на Ребекку и недоверчиво спросила: «Ребекка Квентин, неужели ты даже не знаешь, что мужчины и женщины должны делать ночью?» ---------- Глава 2: Найдите своё счастье Ребекка Квентин, неся большие и маленькие сумки из торгового центра, вошла в свою виллу. Тетя Клэр, экономка семьи Квентин, с тревогой поприветствовала ее: «Мисс, почему вы не взяли с собой водителя? Вы представляете, как волновался ваш отец, когда узнал, что вы ушли одна? Он чуть не уволил нас всех…» Ребекка, смущенная, объяснила: «Я просто пошла выпить кофе с подругой. Папа просто слишком нервничает». Иногда даже Ребекка терпеть не могла своего отца… Хотя он и обрел свою драгоценную дочь в сорок лет и осыпал ее любовью, чрезмерная опека отца привела к тому, что она слишком мало знала о мире. Неудивительно, что, когда сегодня она обратилась за помощью к Изабелле, Изабелла сначала была поражена, а затем рассмеялась до слез… «Хорошо, хорошо, дай мне сумки. Твой отец ждёт тебя в своём кабинете!» — сказала тётя Клэр, пытаясь выхватить сумки из рук Ребекки. Однако в тот же миг Ребекка быстро спрятала сумки за спину. Ее лицо покраснело, и она, заикаясь, произнесла: «Э-э, тетя Клэр, я сама отнесу их в свою комнату… Я сначала поднимусь наверх!» С этими словами Ребекка побежала на второй этаж. Пока тетя Клэр недоумевала, почему лицо Ребекки покраснело, ее острый взгляд заметил клейма на ее сумках с покупками… Она тут же улыбнулась и пошла доложить Александру на второй этаж. Вернувшись в свою комнату, Ребекка быстро запихнула сумки в шкаф. Убедившись, что румянец с лица сошел, она глубоко вздохнула и пошла в кабинет отца. ТУК-ТУК. «Папа, это я». Из кабинета раздался добрый голос Александра: «Бекка, войди». Александр неторопливо сидел на диване и курил сигару. Увидев входящую Ребекку, он тут же отложил сигару и ласково сказал: «Бекка, садись рядом с папой». Ребекка прижалась к отцу и нежно проворковала: «Папа, пожалуйста, не волнуйся обо мне так сильно в будущем. Я вышла ненадолго, а ты отругал тетю Клэр и остальных. Я чувствую себя настоящей канарейкой, запертой тобой в клетке…» «Хорошо, хорошо… Папа просто волнуется за тебя. С этого момента я буду соглашаться со всем, что ты скажешь». Ребекка с любовью обняла отца за шею: «Я знала, что папа самый лучший…» Александр продолжил: «Однако моя Бекка скоро перестанет быть под моим контролем. Ты выходишь замуж, и после этого тебе следует прислушаться к своему мужу…» Ребекка тут же отпустила Александра и пробормотала: «Папа говорит, что любит меня, но он так скоро выдает меня замуж… Я ничего не понимаю, как я должна знать, что делать жене…» Александр от души рассмеялся: «Моя драгоценная дочка, после замужества тебе ничего не нужно делать, просто убедись, что ты сможешь удержать своего мужа… Ты уже отлично к этому готовишься!» Ребекка выглядела озадаченной: «Какую подготовку я провела?» Александр возразил: «Разве эта одежда и вещи, которые ты купил, не предназначены для подготовки к завтрашнему вечеру?» "А?" Боже! Ее отец действительно знал о том, что Изабелла ей покупала… Глядя на покрасневшие щечки дочери, Александр тепло улыбнулся: «Сначала папа беспокоился, что ты не понимаешь этих вещей, и хотел, чтобы тётя Клэр тебя этому научила. Похоже, в этом нет необходимости… Бекка, ты должна постараться завтра вечером и обязательно обрести собственное счастье!» ---------- Глава 3: Они живут как чужие. Хотя Ребекка Квентин собиралась встретиться со своим женихом, она очень нервничала по дороге в отель, потому что они никогда раньше не встречались, и в её голове постоянно возникали разные вопросы. В конце концов, что это за человек её жених? Какой у него характер? Её отец говорил, что он успешный и талантливый; действительно ли он настолько выдающийся? И почему он хочет на ней жениться? «Мисс, мы прибыли в отель». Голос водителя прервал мысли Ребекки Квентин. "Хорошо." Ребекка вышла из машины и посмотрела на ярко освещенный роскошный отель перед собой. Это был пятизвездочный отель, ориентированный на деловых путешественников, туристов и участников конференций. Люди, которые выбирают такой отель для проживания, должно быть, очень заняты, не так ли? «Мисс, позвольте мне помочь вам отнести сумку наверх». «Э-э, не нужно. Я сам справлюсь. Можете возвращаться!» Ребекка неловко взяла у водителя дорожную сумку, и по ее лицу разлился неестественный румянец. Да, в сумке было не просто несколько комплектов одежды; в ней также находились сексуальные наряды и интимные вещи, которые Изабелла Джоанна купила ей вчера. Раз уж зашла речь об этих двусмысленных вещах, Ребекке не удержалось и захотелось высказать своей подруге всё, что она думает… Оказалось, что эти вещи были от всемирно известных брендов нижнего белья, и она невольно привлекла внимание вчера, неся такую ​​​​броскую сумку с покупками! Неудивительно, что она почувствовала на себе необъяснимый взгляд таксиста по дороге домой. И неудивительно, что тетя Клэр так хотела рассказать отцу, когда увидела, что купила Ребекка. Водитель замялся. "Но…" «Никаких „но“. Этот отель такой фешенебельный; что со мной может случиться?» Учитывая, что система безопасности отеля была известна в городе Т, водитель не стал настаивать дальше. «Хорошо, мисс. Пожалуйста, берегите себя». «Мм-м». Войдя в отель, к Ребекке тут же подошел сотрудник и забрал у нее простую дорожную сумку. Ребекка уже собиралась назвать номер комнаты, который ей дал отец, когда первым заговорил служащий: «Мисс Квентин, пожалуйста, следуйте за мной». "О… ладно." Ребекка была несколько удивлена ​​тем, что служанка знала, кто она, хотя это и было понятно; ее отец всегда имел обыкновение все для нее организовывать. Следуя за лифтером в лифт, сердце Ребекки начало бешено колотиться от тревоги, пока лифт поднимался этаж за этажом. Она вот-вот должна была встретиться со своим женихом — мужчиной, с которым, скорее всего, проведет остаток жизни. Как же он, собственно, выглядит? ДИНЬ— Двери лифта открылись, и сотрудник проводил Ребекку в комнату в дальнем конце коридора. Проявляя уважение к ее частной жизни, слуга лишь проводил Ребекку до двери, открыл ее и затем ушел. Думая о человеке, с которым ей предстояла встреча, Ребекка чувствовала, как от волнения сердце вот-вот выскочит из груди. Она никогда еще не испытывала такого беспокойства. Сделав несколько глубоких вдохов, Ребекка наконец вошла в комнату. Однако жениха, которого она ожидала увидеть с первого взгляда, нигде не было. Ее встретил пустой, высококлассный бизнес-люкс. Ребекка огляделась. Тишина и просторность номера еще раз подтвердили, что внутри никого нет. Ребекка не удивилась. Отец сказал, что ее жених возвращается в страну сегодня вечером; возможно, он еще не сошел с самолета. Поставив багаж на пол, Ребекка с облегчением вздохнула. ---------- Глава 4: Он — её жених Посидев немного, Ребекка Квентин вдруг вспомнила кое-что важное. Да, это были вещи из её дорожной сумки. Изабелла Джоанна упомянула, что ей нужно будет воспользоваться ими сегодня вечером. Э-э… ей действительно следует сначала подготовиться. Открыв дорожную сумку, Ребекка достала несколько соблазнительных ночных рубашек. Несмотря на мысленную подготовку, увидев рубашки в своих руках, она замерла на несколько секунд. Боже мой, что это за одежда? Розовая, на тонких бретельках, прозрачная, из шифона… Как она вообще сможет это надеть? Не говоря уже о прозрачности; это жалкое количество ткани, вероятно, даже не прикроет её ягодицы, не так ли? Но Изабелла говорила, что многие женщины носят такие вещи для своих мужей наедине. Так стоит ли ей тоже надеть такую? Что будет, если она это сделает? С недоверием Ребекка взяла одну из ночных рубашек и подошла к большому зеркалу в комнате. Она приложила ее к себе перед зеркалом, затем осторожно огляделась, чтобы убедиться, что никто не наблюдает. Только тогда Ребекка решила переодеться в ночную рубашку и примерить ее. Однако никто не мог этого предвидеть. Как только Ребекка закончила переодеваться в соблазнительную ночную рубашку, из ванной внезапно раздался звук открывающейся двери. Затем появилась высокая, внушительная мужская фигура. "ААААХ!" Вскрикнув от неожиданности, Ребекка рефлексивно скрестила руки на груди, чтобы прикрыться. Мужчина, только что вышедший из душа и обмотанный лишь полотенцем вокруг пояса, слегка нахмурился, видимо, раздраженный внезапным криком. Настороженно глядя на новоприбывшую, Ребекка отшатнулась назад. "Ты… ты… Как здесь может кто-то быть?" Мужчина прищурился, разглядывая Ребекку, которая выглядела как испуганный кролик. Гладкие длинные волосы, невинные черты лица, прекрасная фигура… Её личность была очевидна. Однако вживую она казалась ещё красивее, чем на фотографиях. Смущенная и возмущенная тем, что на нее так пристально смотрят, несмотря на то, что она в откровенной ночной рубашке, Ребекка резко выпалила: «Эй, на что вы смотрите? Повернитесь!» Однако мужчина не позволил ей задержаться в неловком положении. Он галантно повернулся и направился прямо к стоящему сбоку шкафу. Ребекка быстро сняла ночную рубашку и переоделась в свою одежду. Переодевшись, Ребекка наконец вздохнула с облегчением. Однако, как только она подняла взгляд на мужчину, она замерла. Боже, что… что он делал? Оказалось, что мужчина перед ней совершенно не стеснялся. Он просто бросил полотенце и принялся переодеваться прямо у неё на глазах. Надев рубашку, мужчина повернулся к Ребекке и спокойно произнес: «Говард Джеффри. Ваш жених». "А?" — Ребекка все еще немного замешкалась. Только когда его слова дошли до ее сознания, она пробормотала: "Э-э, ты… ты…" Говард Джеффри не стал повторяться. Вместо этого, поправляя галстук перед зеркалом в полный рост, он сказал: «Я только что сошел с самолета. У меня есть срочные рабочие дела, поэтому мне нужно ненадолго выйти. Я не вернусь слишком поздно». Боже мой, он же был ее женихом! Какая же она глупость — кто еще мог быть этим мужчиной, появившимся в этой комнате? Поскольку в голове у Ребекки царил полный хаос, все, что она могла сделать, это безразлично ответить: "…Ох". Наблюдая, как Говард Джеффри поворачивается, чтобы уйти, Ребекка застыла на месте. Однако, как только он уже собирался выйти из комнаты, Говард Джеффри внезапно обернулся. Он неторопливо посмотрел на Ребекку и совершенно ровным тоном сказал: «Я забыл сказать вам. Когда вы носите такую ​​ночную рубашку, я предпочитаю, чтобы под ней ничего не было». ---------- Глава 5: Интриги Слова Говарда Джеффри заставили Ребекку Квентин внезапно вспомнить о её неловком появлении перед ним в откровенной пижаме всего несколько мгновений назад. Она действительно… совершила огромную ошибку! Да, она никогда не привыкла снимать нижнее белье, когда носила пижаму, и так было, когда она примеряла её раньше. Но разве он только что не отвернулся? Как ему всё же удалось так хорошо её рассмотреть? Примерно через десять минут после ухода Говарда Джеффри лицо Ребекки Квентин все еще горело от румянца и смущения после их первой встречи. Ей потребовалось некоторое время, чтобы прийти в себя и откинуться на край кровати. Внезапно его фигура снова предстала перед ее глазами… Их встреча была настолько внезапной, что у неё не было времени как следует рассмотреть его. Только сейчас, когда его образ снова возник в её сознании, она поняла, что её жених, кажется, очень высокий, очень молодой и очень красивый. Вспоминая прошлое, я думаю, что если бы она не запаниковала и не обратила внимания на его внешность, то, увидев его, была бы совершенно ошеломлена, не так ли? Его густые, слегка растрепанные черные волосы, еще влажные после душа; его глубокие черные глаза, как самая темная ночь; его четко очерченные черты лица; и врожденная надменность, запечатленная между бровями… именно такой образ он предстал перед ее мысленным взором прямо сейчас. Честно говоря, она никогда раньше не видела такого красавца, тем более с таким телосложением, как у модели. Она поняла это в тот момент, когда впервые увидела его выходящим из ванной… Раз уж зашла речь о его телосложении, Ребекка Квентин вдруг вспомнила, как Говард Джеффри переодевался прямо у нее на глазах. Боже мой, он тогда был совершенно голый… К счастью, с её точки зрения, он был повернут боком. Если бы он смотрел ей прямо в лицо, у неё, наверное, уже появился бы ячмень, верно? Их первая встреча, хотя и несколько неловкая, не вызвала у нее отвращения к жениху, которого выбрал ее отец. Она признала, что внешность Говарда Джеффри была одной из причин, по которой она испытывала к нему симпатию. В конце концов, большинство женщин ценят привлекательную внешность, а поскольку мы скоро поженимся, я *обязательно* должна испытывать к нему положительные чувства. «В час ночи из винодельческого поместья в пригороде Т-Сити выехал черный Bugatti». Свет фар автомобиля прорезал темную, тихую обстановку. Водитель, бросив взгляд на молодого человека на заднем сиденье в зеркало заднего вида, заметил исходящую от него холодную ауру. Он почтительно спросил: «Господин президент, мы возвращаемся в отель?» «Мм», — ответил мужчина легким тоном, словно его собственная леденящая аура его не трогала. Водитель не смог удержаться и сказал: «Господин президент, простите за мою дерзость… Я думаю, Александр Квентин зашёл слишком далеко. Мисс Куинн тоже его дочь. Мало того, что ему на неё наплевать, он ещё и использовал её болезнь, чтобы заключить с вами сделку…» Красивое лицо мужчины оставалось бесстрастным, не выражая ни малейшего признака эмоций. Водитель всё больше возмущался, продолжая: «Я слышал, что эта Ребекка Квентин с детства избалована Александром Квентином, как принцесса. Похоже, она просто ещё одна богатая, избалованная молодая леди, привыкшая к тому, что ей всё достаётся на блюдечке. Она даже не достойна носить ваши туфли, господин президент…» Возможно, из-за шума мужчина на заднем сиденье слегка нахмурился, в его голосе слышалось недовольство. «Вы слишком болтливы». Мужчина произнес всего четыре слова, но водитель тут же замолчал, не смея сказать ничего больше. Примерно через час машина подъехала к отелю Royal Business Hotel. Водитель открыл дверь мужчине. Выйдя из машины, мужчина обратился к водителю со словами: «Купи мне место на кладбище в лучшем месте в городе Т. Я хочу подарить его тебе». Водитель замер, не сразу поняв. «Ах, да. Чье имя должно быть на нем?» «Александр Квентин». Когда мужчина произнес это имя, водитель, который служил ему много лет, все понял. Постепенно водитель почувствовал ледяной холод, исходящий от мужчины, который окутывал его и вызывал дрожь по всему телу. ---------- Глава 6: Нервозность в его присутствии «На следующий день, рано утром». После хорошего ночного сна Ребекка Квентин, как обычно, захотела потянуться. Внезапно её рука наткнулась на препятствие, и она почувствовала тепло, плотно прижатое к ней. Она медленно открыла затуманенные глаза и посмотрела в сторону. Увиденное мгновенно разбудило ее. Она быстро прикрыла рот рукой, чтобы не закричать… Боже мой… Он… он? Говард Джеффри? Да, он спал прямо рядом с ней. Тепло, которое она чувствовала, исходило от его тела. Ключевым моментом было их нынешнее положение… Она проснулась, уткнувшись лицом в его руку, в его объятиях! Их лица были невероятно близко, настолько близко, что ее губы почти коснулись его щеки. В тот момент, когда Ребекка Квентин была несколько озадачена, проснулся Говард Джеффри. Его ленивый, притягательный голос произнес: «Проснулся?» Неожиданный голос заставил Ребекку Квентин вздрогнуть. Она инстинктивно попыталась сесть, но внезапно оказалась прижатой к его крепкому, массивному телу. "Ах…" Сквозь крик ее испуганные глаза встретились с его пронзительно теплым, затуманенным взглядом. "Ты меня боишься?" Его руки обхватили её тело, обжигающее дыхание обдало её лицо. "Я…" Глядя на его обнаженное тело, Ребекка Квентин нервно прижалась к его груди и тихо прошептала: "Я… я просто еще не привыкла к этому…" Он слегка наклонился, и его голос стал еще более хриплым. «Когда я вернулся прошлой ночью, ты уже спала…» Глаза Ребекки Квентин расширились, когда она с серьезным видом объяснила: «Я долго тебя ждала, но ты не вернулся…» Она действительно ждала его в постели после душа и в конце концов уснула, сама не понимая, когда это произошло. «Прости, что вернулся поздно». Он нежно поцеловал её в губы. Ребекка Квентин замерла. За всю свою жизнь она впервые почувствовала прикосновение мальчика. Она не могла точно описать это ощущение. Его губы были такими теплыми, а дыхание приятно пахло — этим неповторимым мужским ароматом. От этого она невольно покраснела. "Э-э, всё в порядке…" «Я рад, что вы меня послушали…» Ее лицо залилось румянцем, когда она, заикаясь, произнесла едва слышным шепотом: «Прошлой ночью мы…» Казалось, Говард Джеффри мгновенно понял, о чём думает Ребекка Квентин. Улыбка коснулась его губ, и он с юмором ответил: «Мы ничего не сделали. Но я думаю, сейчас мы можем продолжить то, что оставили незавершённым прошлой ночью». ---------- Глава 7. Он кажется очень заботливым. Её отец однажды сказал, что жена должна слушаться мужа… Изабелла Джоанна сказала, что женщина не должна отказывать мужчине ни в одной из его просьб в постели… Поэтому в тот самый момент, когда Говард Джеффри убрал ее руку, беспомощно лежавшую у него на груди, она молча приняла это. Он начал уткнуться лицом ей в шею… Она чувствовала лишь сильный жар и зуд. Что касается того, что должно было произойти дальше, она была ошеломлена, но верила, что он укажет ей путь… Спустя некоторое время с неё сняли пижаму. Казалось, его пальцы были наполнены магией; куда бы они ни коснулись, каждый чувствительный нерв в её теле напрягался. Она хотела оттолкнуть его, но эта магия лишала её возможности сопротивляться, и постепенно её охватывало ещё большее желание… "М-М-М…" Из её губ вырвался инстинктивный стон, и она всё больше погружалась в него. Его поцелуи обрушились на неё, словно яростная буря. Внезапно они начали катиться *под кровать*… Она чувствовала себя в этом словно врожденным проводником, который заставлял ее полностью забыть о своей застенчивости и о том, что это был ее первый опыт, и лишь желать большего… Внезапно источник тепла прижался к её нижней части тела… В этот момент, даже будучи еще в состоянии шока, она ясно понимала, что вот-вот произойдет… Однако, как раз когда они собирались воссоединиться, она внезапно протянула руку и оттолкнула его. Задыхаясь, она извинилась, затем завернулась в простыню и в панике бросилась в ванную. Она крепко прижалась к двери ванной, ее невинное лицо все еще было раскрасневшимся, дыхание тяжелое, а в голове царил хаос. Она явно была морально и физически готова. Почему же в самый последний момент из глубины её сердца поднялся такой необъяснимый страх? Этот страх был похож на тот ужас, который она испытывала в детстве после просмотра фильма ужасов о демоне, разрывающем людей на части, — страх, который не давал ей спать несколько ночей подряд… Почему у неё возникло это чувство? Им было так жарко, они были так близко, но по мере того, как они приближались к более интимной близости, она почувствовала холодок, которого, по сути, и быть не должно было… Внезапно она поняла: «Похоже, я недостаточно хорошо знаю мужчину передо мной…» Хотя она никогда не принимала решений, касающихся важных событий в её жизни, в прошлом её решения всегда были связаны с незначительными мелочами. Но мужчина, с которым она столкнулась сейчас, был тем, с кем ей предстояло провести всю жизнь. Она не могла быть такой беспечной. Её ценности были очень традиционными. Если она отдаст ему свою первую любовь, то неизбежно будет любить только его до конца своих дней… Как она могла так легкомысленно относиться к чему-то настолько важному? Спустя долгое время Ребекка Квентин наконец взяла себя в руки и вышла из ванной. Жара в комнате давно рассеялась. Говард Джеффри уже был одет и стоял у панорамного окна отеля. Думая, что он разозлился, Она вцепилась в простыню, закутанную в нее, и, извиняясь, встала за ним: «Прости… Я… я не была готова». Говард Джеффри обернулся. На удивление, на его красивом лице не было ни малейшего следа гнева. Он лишь слегка улыбнулся. «Глупышка, тебе следовало сказать мне раньше, если ты боялась». Данное им прозвище было для неё утешительным, но от этого она ещё больше смутилась. Он нежно поцеловал её в лоб и тихо сказал: «Иди переоденься. Я приглашу тебя позавтракать». ---------- Глава 8: Объект восхищения бесчисленных женщин «Два дня спустя». Ребекка Квентин сидела в своем саду, прислонив щеку к руке, и была погружена в свои мысли. И действительно, её что-то беспокоило… С тех пор как Говард Джеффри позавтракал с ней тем утром, она вернулась домой. За прошедшие два дня она больше не появлялась в отеле, и Говард Джеффри больше перед ней не бывал. Честно говоря, она всегда чувствовала, что тот инцидент утром добавил неловкости в их отношения. Она действительно не знала, как посмотрит на него в следующий раз, когда они встретятся. Как раз когда Ребекка была погружена в свои мысли, звонок телефона прервал её размышления. Увидев имя на экране, она почувствовала, что обрела спасение, и поспешно нажала кнопку ответа: «Изабелла, я как раз думала о…» Не успела Ребекка договорить, как ее голос заглушила взволнованная Изабелла Джоанна. "Ребекка Квентин… выходи прямо сейчас! Я жду тебя в кофейне, куда мы всегда ходим. Хочу увидеть тебя через полчаса!" «Полчаса спустя, в кофейне». Издалека Ребекка увидела обычно занятую Изабеллу Джоанну, терпеливо ожидающую ее у окна. Она поспешно подошла и села напротив нее. «Извините, я приехала так быстро, как только могла». Изабелла Джоанна пристально смотрела на Ребекку, словно видела ее впервые в жизни. Ребекка почувствовала себя неловко под пристальным взглядом подруги. Она взглянула на себя и с сомнением спросила: «Что случилось? Что-то на мне надето?» Наконец, Изабелла Джоанна ответила: «На тебе ничего нет. Я просто смотрю на тебя». Ребекка была совершенно сбита с толку заявлением Изабеллы Джоанны. «Эм, на что ты смотришь?» Изабелла Джоанна не стала подбирать слова: «Я хочу посмотреть, какое обаяние у вас есть, чтобы Говард Джеффри женился на вас!» "Что?" Прежде чем Ребекка успела отреагировать, Изабелла Джоанна уже крикнула: «Ребекка Квентин, ты такая спокойная, правда? Ты собираешься выйти замуж за Говарда Джеффри, а в прошлый раз даже не упомянула об этом! Ты вообще считаешь меня своей лучшей подругой?» Ребекка удивленно расширила глаза. «Эм, Изабелла, разве я тебе не говорила в прошлый раз?» Изабелла Джоанна была в полном восторге. «Ты не сказала мне, что выходишь замуж за Говарда Джеффри! Говарда Джеффри! Я узнала об этом только после прочтения сегодняшней газеты!» С этими словами Изабелла Джоанна сердито достала сегодняшнюю газету. Ребекка мельком взглянула на крупный заголовок в газете: «Генеральный директор Skytop Group Говард Джеффри женится на дебютантке из Ти-Сити, Ребекке Квентин». Ребекка задумалась: «А в этом есть какая-то проблема?» «Конечно, никаких проблем нет, просто я завидую тебе, ревную и ненавижу тебя! Жизнь так несправедлива!» — Изабелла Джоанна надула губы, откинулась на спинку стула и демонстративно избегала смотреть на Ребекку. Ребекка недоуменно спросила: «Изабелла, что случилось? У меня проблемы с женихом?» Изабелла Джоанна завистливо закатила глаза. «Похоже, эта девчонка даже не знает, за кого выходит замуж…» Ребекка серьёзно ответила: «Знаю, Говард Джеффри!» Изабелла Джоанна со смесью раздражения и веселья сказала: «Говард Джеффри — он окончил Гарвардский университет в США в 20 лет. В 21 год он основал «Skytop Group» в США. Впервые он попал в список самых богатых людей Forbes в 25 лет. К 27 годам он вывел группу на лидирующие позиции в мировой финансовой, торговой и риэлторской сферах. Сейчас, в 28 лет, его «Skytop Group» — это бизнес-группа с самой высокой рыночной капитализацией в «Цветочном королевстве». Благодаря своему поразительному богатству и, по слухам, привлекательной внешности, он вызывает восхищение у бесчисленных дебютанток по всему миру. Однако, поскольку он редко появляется на публике, эти женщины могут только фантазировать о нем». ---------- Глава 9 — Она его совсем не понимает Ребекка была ошеломлена после представления Изабеллы Джоанны. Он был генеральным директором Skytop Group. Она была такой глупой… На самом деле, будучи дебютанткой, она была хорошо знакома с таинственным генеральным директором Skytop Group. Она не была уверена, когда это началось, но Говард Джеффри стал самым обсуждаемым «Золотым холостяком» в их кругу. Она даже принимала участие в этих обсуждениях. Хотя она никогда не мечтала о встрече с ним, она глубоко восхищалась его профессионализмом. Она никогда не представляла, что этот бизнес-магнат, почитаемый публикой почти как божество, на самом деле является ее женихом. Все это время она предполагала, что у ее жениха просто такое же имя. Увидев, как Ребекка долгое время погружена в свои мысли, Изабелла Джоанна больше не могла сдерживаться. «Бекка, — спросила она, — несколько дней назад ты сказала мне, что старый Квентин хочет, чтобы ты переехала к нему в отель. Ты уже видела его? Как он выглядит? Он действительно такой красивый, как говорят слухи? Он…» Ребекка наконец пришла в себя. «Изабелла, — сказала она, — можешь немного успокоиться? Я не могу отвечать на столько вопросов одновременно». Неудивительно, что Изабелле Джоанне было так любопытно. В конце концов, одного имени «Говард Джеффри» было достаточно, чтобы женщины по всему миру теряли голову от восхищения. Изабелла Джоанна глубоко вздохнула и четко повторила свои вопросы. Выслушав его, Ребекка спокойно ответила: «Да, я его видела». Глаза Изабеллы Джоанны расширились от недоверия. «Ты правда его видела? В отеле?» — спросила она. Ребекка кивнула. Изабелла Джоанна по-прежнему выглядела недоверчивой. «Он… он действительно похож на тех, о ком ходят слухи?» — спросила она, ошеломленная. Вспоминая свою встречу с Говардом Джеффри, она до сих пор больше всего впечатлялась его внешностью. Неудивительно, что она всегда считала его самым красивым мужчиной, которого когда-либо видела… «Он действительно очень красивый», — честно ответила Ребекка. «О боже мой…» Изабелла Джоанна больше не могла сохранять спокойствие. «Потом он…» Затем, пока Изабелла Джоанна слушала, завороженная, Ребекка рассказала подробности своей первой встречи с Говардом Джеффри, вплоть до того момента, как упомянула о том, что произошло тем утром… «Что ты сказала?» — Изабелла Джоанна вскочила со своего места и недоверчиво спросила: «Говард Джеффри хотел… ну, ты понимаешь… поговорить с тобой, а ты отказалась?» Повысив голос Изабеллы Джоанны, она привлекла взгляды других посетителей кафе. Ребекка быстро усадила Изабеллу Джоанну обратно на место, лицо той покраснело от смущения. «Не могли бы вы говорить потише…?» — прошептала она, едва слышно. Заметив пристальные взгляды, Изабелла Джоанна медленно села обратно и понизила голос: «Вы ведь не шутили?» Ребекка медленно опустила взгляд, ресницы коснулись щек. «Я не шучу», — сказала она серьезно. «Просто… я просто не привыкла к тому, что рядом вдруг появляется кто-то еще… И в тот момент мне было очень страшно…» «Моя дорогая леди, — сказала Изабелла Джоанна, — чего вы боитесь? Я же говорила вам раньше, каждая женщина проходит через этот момент… Вы ведь не боитесь боли, правда?» Ребекка застенчиво объяснила: «Нет, это не тот страх… Я просто почувствовала необъяснимое чувство ужаса. Я… я не знаю, как это объяснить. Может быть, потому что я совсем не знаю его как человека!» Изабелла Джоанна в раздражении воскликнула: «Ребекка, что еще тебе нужно понять? Он же Говард Джеффри! Один только его статус стоит того, чтобы ты разделась догола и ждала его в постели!» ---------- Глава 10: Зачем он на ней женился? "Вилла." Вернувшись домой, Бекка уже собиралась направиться в свою комнату, когда услышала позади себя: «Бекка». Она обернулась, увидела отца и ласково позвала: «Папа». Александру Квентину, которому сейчас за шестьдесят, с привычной приветливой улыбкой спросили: «Вы только что гуляли?» «Да, Изабелла пригласила меня на кофе». «Изабелла давно не приезжала к нам домой. Пригласите её на чай, когда у вас будет свободное время». "Хорошо." Александр пристально посмотрел на дочь и, немного поколебавшись, сказал: «Бекка, сегодня мне звонил твой жених. Он сказал, что хочет увидеться с тобой сегодня вечером». Бекка резко подняла глаза: "Правда?" «Вы помолвлены, поэтому вполне естественно, что он хочет вас видеть!» Бекка опустила голову и замолчала. Александр обеспокоенно спросил: «Бекка, скажи папе, что ты последние несколько дней не хочешь идти в отель. Твой жених плохо с тобой обращается?» Бекка мягко покачала головой. Александр продолжил: «Тогда это потому, что он вам не нравится?» Бекка по-прежнему качала головой. Александр нахмурился, недоумевая: «Ты можешь сказать папе причину?» Бекка медленно подняла взгляд на отца. После долгих раздумий она спросила: «Папа, ты можешь сказать мне, почему Говард Джеффри хочет на мне жениться?» «Глупышка моя, ты ему нравишься, поэтому, естественно, он хочет на тебе жениться». «Папа, ты оберегал меня с самого детства, но я не глупая… Наша семья считается богатой в Т-Сити, но даже с нашим положением невозможно завести отношения с таким влиятельным человеком, как президент «Skytop Group». Более того, Говард меня никогда не видел, так как же я могу ему понравиться?» Увидев свою растерянную дочь, Александр Квентин внезапно почувствовал, что она повзрослела. Сам того не осознавая, она уже научилась глубоко размышлять над различными вопросами… После недолгого колебания Александр ответил: «Бекка, это можно считать судьбой для вас обоих. Год назад я ездил в Соединенные Штаты с несколькими состоятельными бизнесменами, чтобы обсудить строительный проект. Я никогда не думал, что этот проект будет принадлежать «Skytop Group», поэтому был очень удивлен, встретив Говарда. По совпадению, во время моего пребывания в Соединенных Штатах я часто доставал твою фотографию, чтобы посмотреть на нее, потому что скучал по тебе. Однако однажды я случайно потерял фотографию. Только в этом году, когда Говард внезапно сделал мне предложение, я узнал, что потерянную фотографию он подобрал. Он весь год искал девушку на фотографии, пока не выяснил, что это ты». Сидя на кровати, поджав колени, Бекка мысленно повторяла слова, которые только что сказал ей отец. Она не сомневалась в правдивости слов отца; он никогда не лгал ей с самого детства. Просто она до сих пор не могла поверить, что Говард Джеффри влюбился в нее с первого взгляда… Испытывая легкую радость в сердце, Бекка встала с кровати и встала перед зеркалом в полный рост в своей комнате. Она пристально смотрела на своё отражение. Она увидела маленькое овальное лицо, большие глаза, завитые ресницы и такую ​​светлую и нежную кожу, что она казалась почти прозрачной… На самом деле, я довольно красива. Как раз в тот момент, когда она почувствовала облегчение, у Бекки внезапно зазвонил мобильный телефон. Она подошла к кровати, взяла мобильный телефон и посмотрела на незнакомый номер на экране. Нерешительно она нажала кнопку ответа: «Здравствуйте?» "Это я." Услышав притягательный голос на другом конце провода, Бекка нервно ахнула: «Э-э… Говард». «Я послал за тобой. Я хочу быть с тобой сегодня вечером». ---------- Глава 11: Как ладить друг с другом «Через полчаса, в отеле». Мысленно подготовившись, Ребекка Квентин осторожно постучала в дверь. «Вы здесь». Дверь открыл Говард Джеффри, его красивое лицо было озарено легкой улыбкой. По дороге она напомнила себе, что больше не стоит выставлять себя дурой перед ним. Однако, когда она действительно встретилась с ним лицом к лицу, она все равно чувствовала себя растерянной и нервной. Естественно, обняв Ребекку за талию, Говард извинился: «Прости, я был занят работой последние два дня и не мог уделить тебе время… Но я обещаю, что после свадьбы я буду находить для тебя больше времени». Почувствовав его руку на своей талии, Ребекка Квентин застенчиво опустила голову и поспешно сказала: «Э-э, всё в порядке. Я знаю, что ты занят работой». Затем Говард подвел Ребекку к кровати. Неожиданно, в следующую секунду, он поднял ее и посадил себе на колени. ХАФФ! Она и представить себе не могла, насколько близкими окажутся их отношения в момент знакомства! Ребекка нервно затаила дыхание. Инстинктивно она попыталась встать, но почувствовала, что Говард крепко держит ее в своих объятиях. "Э-э…" Она неосознанно вырвалась из его объятий. Он крепче обнял её, на его красивом лице появилась едва заметная улыбка, и он тихо прошептал: "…Всё ещё избегаешь меня? Ты избегаешь меня уже два дня…" Слово «избегать» было простым, но в данном контексте оно подразумевало намёк Говарда на определённые вопросы. Ребекка, естественно, это поняла. Её лицо вспыхнуло густым румянцем, её обдало жаром, и она не смела поднять взгляд. Говард, явно не желая позволить Ребекке продолжать уклоняться от ответа, осторожно приподнял ее подбородок. Он посмотрел в ее ясные глаза, которые не смели встретиться с его взглядом, и на ее раскрасневшиеся щеки, а затем тихо сказал: «Уже поздно, нам следует…» Никто не ожидал, что Ребекка прервет Говарда, прежде чем он успеет закончить, и тревожно выпалит: «Нет… я еще не приняла ванну! Ты иди спать первой!» С этими словами она вырвалась из объятий Говарда и, словно спасаясь бегством, убежала в ванную. Говард выглядел озадаченным, слегка нахмурив брови. Как только Ребекка вошла в ванную, она заперла дверь и включила кран на полную мощность, создав иллюзию, что принимает душ. Лишь когда ее уши наполнил журчащий звук воды, она медленно выдохнула. Однако облегчение длилось всего несколько секунд, после чего Ребекка начала корить себя. Что с ней вообще не так? Она так тщательно подготовилась морально перед тем, как прийти. Почему она не смогла сдержаться в решающий момент? Неловкость в прошлый раз уже заставила его подумать, что она «избегает» его. Если бы сегодня вечером повторилось то же самое, она ужасно боялась, что он рассердится… По правде говоря, как и сказала Изабелла Джоанна, учитывая его статус, чего ей было бояться? К тому же, они вот-вот должны были стать мужем и женой… После долгих раздумий и укрепления своей решимости с помощью различных внутренних оправданий, Ребекка Квентин наконец приняла смелое решение… Сначала она отперла дверь ванной, сняла всю одежду и погрузилась в ванну. Затем, закрыв глаза, она сделала несколько глубоких вдохов и соблазнительным тоном, которого никогда прежде не осмеливалась использовать, сказала: «Говард, ты можешь зайти на минутку?» ---------- Глава 12. Никакой пощады. Ребекка Квентин затаила дыхание и внимательно прислушалась к любым звукам за дверью. Хм, почему нет никакого звука? "Говард…" Ребекка снова позвала, но после долгого ожидания ответа из-за двери ванной комнаты так и не последовало. Он вышел из комнаты? Или он не понял моего намёка? Преисполненная сомнений, Ребекка вышла из ванны. Она собиралась надеть халат и проверить, находится ли Говард еще в комнате. Однако, когда она искала его, сильная рука внезапно обняла ее и притянула к себе. «Ах!» — воскликнула она, и тут же почувствовала знакомый, приятный мужской запах. «Как… Говард…» Говард не дал Ребекке больше ничего сказать. Он запрокинул её голову назад и страстно поцеловал. У Ребекки не было времени среагировать. Не в силах и не желая сопротивляться, она раздвинула губы, позволяя его рту и языку проникнуть глубоко внутрь. Они постепенно слились друг с другом… Постепенно все ее сомнения и тревоги рассеялись под умелым прикосновением Говарда. Неосознанно она потянулась к его шее, крепко обняв его. Не имея опыта в любви или интимных отношениях, Ребекка постепенно поддалась влиянию Говарда. Говард отнёс Ребекку обратно в комнату. Охваченная смущением, она уткнулась лицом ему в грудь. Говард осторожно уложил Ребекку на кровать и натянул на нее одеяло. Покраснев, Ребекка сжала одеяло, видны были только её прекрасные глаза. Поняв, что он не собирается спать с ней, она тихо спросила: «У тебя есть ещё какие-нибудь дела?» Говард ответил: «Обычно я выпиваю перед сном. А ты ложись спать первой». Затем он поцеловал её в лоб. Она застенчиво закрыла глаза, мысленно прокручивая сцены из ванной комнаты. Во время происшествия она была в ужасе, но потом ей это совсем не казалось чем-то страшным. Но, подарив ему свой первый раз, она ощутила непривычное чувство принадлежности. Казалось, отныне она могла положиться только на него. «Глубокой ночью» Перед панорамным окном отеля стояла гордая фигура в халате. Он держал в руке бокал красного вина. Яркий красный цвет вина, отражая слабый свет снаружи, создавал зловещее свечение, усиливая холодную, тяжелую ауру вокруг него. Его телефон завибрировал, нарушив ночную тишину. Он нажал кнопку ответа. С другого конца линии раздался уважительный голос подчиненного: «Президент, мисс Куинн проснулась. Она сказала, что хочет вас видеть…» Голос женщины в телефоне, казалось, тронул его до глубины души. Его обычно суровое, бесстрастное лицо постепенно смягчилось. Он резко поставил бокал с вином и набрал номер. "Кристин…" В трубку раздался слабый, но нежный голос Кристин Куинн: «Где ты?» «Я у себя дома». "Ты можешь прийти сейчас? Я так по тебе скучаю…" «Хорошо, я сейчас же приду». «МХМ». Переодевшись, Говард взглянул на Ребекку, крепко спящую в постели. Без тени жалости или привязанности он покинул дом. ---------- Глава 13: У него есть девушка «Раннее утро». Восходящее солнце, излучая свои теплые лучи, осветило каждый уголок Земли и пробудило тех, кто еще спал. Яркий свет раздражал веки спящей Ребекки Квентин. Внезапно она открыла сонные глаза и, сквозь дымку, огляделась вокруг. Обстановка в отеле мгновенно напомнила ей о том, что произошло прошлой ночью, ее сознание постепенно приходило в себя, и внезапно она повернулась, чтобы посмотреть на себя рядом. Его там не было. Она сжала одеяло и медленно села, чувствуя легкий дискомфорт, отчего нахмурилась. Фу, куда он делся? Пытаясь вспомнить события прошлой ночи, она остановилась на сцене, где они с ним были в ванной. После этого она смутно помнила, как он отнёс её обратно в постель. Ребекка достала телефон, нашла номер, с которого вчера звонил Говард Джеффри, и после некоторых колебаний набрала его. «Извините, номер, на который вы набрали, отключен…» Слушая повторяющийся механический женский голос, Ребекка медленно положила телефон, и чувство внутренней утраты усиливалось. Как раз в тот момент, когда она погрузилась в мысли о нем, у нее внезапно зазвонил телефон. Ребекка сначала подумала, что это Говард Джеффри, и быстро подняла трубку, но на экране отобразилось имя ее лучшей подруги, Изабеллы Джоанны. Сделав паузу на несколько секунд, она нажала кнопку ответа. «Здравствуйте». На другом конце провода раздался взволнованный голос Изабеллы: «Бекка…» "Я здесь." «Я звоню, чтобы узнать о ваших успехах в работе с Говардом Джеффри… расскажите, как всё прошло вчера вечером?» — спросила Изабелла с игривой, любопытной улыбкой. Лицо Ребекки покраснело, ее молчание было признанием. Изабелла усмехнулась. «Ну же, расскажи! Говард Джеффри хорошо к тебе относился? Всё прошло гладко прошлой ночью? Я же говорила, в такого мужчину легко влюбиться. Тебе не кажется, что тебе повезло? Ну же, расскажи, что случилось прошлой ночью…» Не в силах вынести резких вопросов подруги, Ребекка взмолилась: «Изабелла, пожалуйста, пощади меня…» Зная, что Ребекка очень обидчива, Изабелла, рассмеявшись, не стала настаивать. Она сказала: «Хорошо, вообще-то, я позвонила не только для того, чтобы поздравить тебя с успехами в работе с Говардом Джеффри. Есть еще кое-что важное, о чем я хотела тебе напомнить…» «Да, продолжайте». Изабелла перестала подшучивать и стала серьезной. «Бекка, одна из моих знаменитых подруг, познакомилась с американским магнатом из высшего общества на мероприятии в Соединенных Штатах. Она случайно услышала, как этот магнат упомянул, что вел дела с Говардом Джеффри…» О? В этом есть что-то важное? «Нас, конечно, не интересует деловая сторона вопроса. Главное, что моя подруга-модель сказала, что лично слышала от этого магната, что у Говарда Джеффри всегда была девушка. И он её балует — они чуть не поженились полгода назад…» Выслушав слова Изабеллы по телефону, Ребекка была ошеломлена и долгое время оставалась неподвижной. ---------- Глава 14. Причины выйти за него замуж. Квентин Вилла. Ребекка Квентин апатично сидела в своем саду. Погруженная в свои мысли, она даже не заметила приезда отца. "Бекка…" Вырвавшись из своих мыслей, Ребекка внезапно подняла голову. «Папа!» Александр Квентин сказал: «Я слышал от тети Клэр, что ты с тех пор, как вернулась из отеля, сидишь в саду одна. Я за тебя волнуюсь». Ребекка тихо сказала: «Со мной все в порядке. Я просто хотела подышать свежим воздухом в саду». Александр Квентин с беспокойством заметил: «Я помню, как моя драгоценная дочь проявляет „интерес“ к прогулке по саду только тогда, когда ее что-то тревожит…» Ребекка опустила голову и помолчала немного, прежде чем наконец признаться: «Папа, меня кое-что беспокоит». Александр Квентин нежно погладил мягкие волосы дочери. «Что случилось? Скажи мне». Ребекка посмотрела на отца, ее большие, полные неуверенности глаза, прежде чем она наконец набралась смелости и выпалила: «Папа, меня беспокоит то, что я никогда не представляла, что отец, которого я всегда уважала, скажет такую ​​чудовищную ложь, которая привела к таким необратимым последствиям…» Александр Квентин был глубоко озадачен, слегка нахмурив брови. «Бекка, когда я тебя обманул? И что это за необратимые последствия?» Наконец, обиды, которые она подавляла весь день, вырвались наружу. Ребекка потребовала: «Почему ты солгала мне, сказав, что Говард Джеффри меня любит?» Александр Квентин притворился невиновным. «Но это же правда!» Бекка яростно покачала головой. «Нет, это неправда! Правда в том, что у Говарда всегда была рядом женщина, которую он ценит как свою собственную жизнь. Они чуть не поженились полгода назад! Если бы он влюбился в меня год назад, как он мог бы иметь такую ​​любимую девушку?» Никто не заметил проблеска вины в глазах Александра Квентина, когда Ребекка обратилась к нему. Однако многолетний опыт позволил ему мгновенно взять себя в руки. Он спокойно спросил: «Бекка, кто тебе эту чушь сказал? У Говарда вообще нет девушки!» Ребекка, слегка возмущенная, сказала: «Папа, неважно, кто мне сказал. Я уверена, что это не может быть ложью…» "Бекка…" Александр Квентин пытался убедить дочь, но был прерван её возмущенным выпадом: «Папа, что, чёрт возьми, заставило тебя солгать и настаивать на том, чтобы я вышла замуж за Говарда? Неужели ты не понимаешь, что твоя ошибка может разрушить всю мою жизнь!» Даже если этот человек был выдающейся личностью. Александр Квентин застыл на месте, никогда не представляя, что его дочь так яростно осудит тот путь, который он тщательно для нее спланировал. И все же он не мог заставить себя сказать ей правду… Видя молчание отца, Ребекка еще больше разозлилась. Дрожащим голосом она взмолилась: «Папа, я умоляю тебя, скажи мне правду! Я правда не хочу вступать в брак в таком запутанном состоянии, даже не зная, заботится ли обо мне мой собственный муж…» Под натиском неустанных вопросов дочери Александр Квентин, после долгих раздумий, наконец медленно признал: «Да, папа признает, что обманул тебя. Но у папы действительно не было другого выбора…» Ребекка подняла заплаканные глаза, ее голос дрожал от волнения, когда она спросила: «Какая причина?» Александр Квентин пристально смотрел на невинное лицо своей дочери. Казалось, он на мгновение заколебался, прежде чем наконец признаться: «Причина в том, что полгода назад Квентин столкнулся с финансовым кризисом из-за моего плохого управления. Чтобы спасти Квентина, я занимал деньги у всех, кого только мог вспомнить». «Однако дефицит средств для Квентина был просто слишком велик. Деньги, взятые в долг у друзей, закончились почти мгновенно, а банки больше не хотели предоставлять мне кредиты. Я почувствовал отчаяние, подобного которому никогда прежде не испытывал…» «Кто бы мог предсказать, что как раз в тот момент, когда я готовился к банкротству, вмешается Говард? Он использовал значительные финансовые возможности своей группы компаний Skytop, чтобы помочь Квентину…» «Но, как говорится, бесплатного сыра не бывает. Условием, которое поставил Говард, было то, что ты должна выйти за него замуж!» ---------- Глава 15: Неотвратимый брак Ребекка Квентин недоуменно покачала головой. «Почему он хочет на мне жениться?» Казалось, они из разных миров и никогда даже не встречались. «Потому что…» — Александр Квентин на мгновение замялся. — «Потому что ты очень похожа на его покойную девушку». Глаза Ребекки расширились. "Я похожа на его девушку?" «Сначала я тоже сомневался, пока Говард Джеффри не прислал мне фотографию своей покойной девушки…» Пока он говорил, Александр Квентин достал свой мобильный телефон, который всегда носил с собой, и нашел фотографию. «Смотри, это бывшая девушка Говарда. Разве она не очень на тебя похожа?» Глядя на поразительно похожее, красивое лицо на экране телефона, Ребекке было трудно поверить. "Она… она… она девушка Говарда Джеффри?" На первый взгляд, она подумала, что на фотографии она сама. Однако, присмотревшись, поняла, что у женщины на снимке более тонкие черты лица и более элегантная осанка, чем у нее самой. Красота настоящей женщины, возможно, намного превосходила ее собственную. Александр Квентин тихо вздохнул. «Да, она была девушкой Говарда Джеффри. Ей не повезло; полгода назад, как раз когда они с Говардом собирались пожениться, ей поставили диагноз неизлечимой болезни. Ее смерть стала для него огромным ударом. Только когда Говард случайно узнал о твоем существовании…» Итак… причина, по которой он хотел на ней жениться, заключалась в том, что она была похожа на девушку, которую он очень любил… Осознав это, Ребекка почувствовала, как будто ее сердце упало в бездну, и она отшатнулась на шаг назад. Александр Квентин быстро поднял дочь и извинился: «Бекка, прости меня. Это всё моя вина…» Ребекка медленно подняла взгляд на отца, ее взгляд был тусклым, а голос — горьким. «Отец, я уважаю любой твой выбор, но брак — это не игра. Я не могу всю жизнь быть чьей-то заменой. Давай поговорим с Говардом Джеффри и расторгнем брак. Такой нелепый союз только растратит наши жизни». Она должна была признать, что испытывала к нему чувства, особенно после прошлой ночи. Но когда выяснилась истинная причина его желания жениться на ней, все её чувства к нему превратились в тупую боль печали и разочарования. Как же ей хотелось, чтобы всё было так, как изначально говорил ей отец — что он хочет жениться на ней, потому что она ему нравится. Но реальность оказалась иной, и эта правда глубоко ранила её. Тем не менее, худшего ещё было не случилось. Всё ещё можно было спасти. В лучшем случае, она бы просто потеряла девственность. Выслушав слова Бекки, Александр Квентин не ответил сразу. Вместо этого он с болью покачал головой и печально сказал: «Бекка, это всё моя вина, что я довёл тебя до этого. Но если мы попросим Говарда Джеффри отменить свадьбу, вся помощь, которую он ранее оказал Квентину, станет долгом, который Квентин должен «Скайтопу». Рыночная доля, которую Квентин нарастил при поддержке «Скайтопа» за последние шесть месяцев, мгновенно рухнет, и Квентин обанкротится в одно мгновение…» Ребекка и представить себе не могла, что в этом, казалось бы, простом браке переплелось столько интересов. В голове у нее все перемешалось, и она снова замолчала. Александр Квентин продолжал винить себя. «Бекка, прости меня. Я был невменяем, обманув тебя вначале. Пожалуйста, скажи что-нибудь. Не стой там в оцепенении. Если ты не хочешь продолжать, я прямо сейчас пойду к Говарду Джеффри и расторгну брак. Даже если это означает потерю Квентина, я не хочу, чтобы тебя обидели». ---------- Глава 16: Замена Услышав слова отца, Ребекка Квентин медленно подняла глаза. Она безучастно смотрела на него, но ничего не сказала. В тот самый момент, когда отец и дочь оказались в тупиковой ситуации, у Ребекки внезапно зазвонил телефон. Возможно, почувствовав, кто может звонить, Ребекка достала телефон и безучастно уставилась на номер, отображавшийся на экране. Это был звонок от Говарда Джеффри… Александр Квентин молчал. Он терпеливо ждал, пока дочь сделает выбор. Конечно, он знал, что она в итоге выберет. Спустя долгое время Бекка фыркнула и нажала кнопку ответа. «Привет… Да… Я дома… Хорошо, я подожду тебя». Увидев реакцию дочери, Александр невольно вздохнул с облегчением. Бекке потребовалось некоторое время, чтобы опустить телефон от уха. Она посмотрела на отца и наконец сказала: «Это был Говард. Он сказал, что приедет за мной». Александр притворился удивленным. "Бекка, ты…" «Папа, корпорация Квентин передавалась по наследству от прадеда. Ни ты, ни я не можем просто стоять в стороне и смотреть, как она разоряется…» Смысл слов Бекки был совершенно ясен. «Но, Бекка, папа не хочет, чтобы с тобой поступили несправедливо…» После нескольких секунд колебания Бекка наконец одарила его растерянной улыбкой. «Всё в порядке. В конце концов, я всего лишь заменяю умершего человека. Возможно, со временем я смогу занять место этой женщины в его сердце». Наблюдая за тем, как удрученная фигура Бекки удаляется, Александр был охвачен глубоким самообвинением. На самом деле «правда» о смерти девушки Говарда Джеффри и о том, что корпорация Квентина получала помощь от Скайтопа, была всего лишь ложью, которую Александр выдумал для Бекки. Он знал, что если бы он не сказал ей этого, учитывая характер Бекки, она никогда бы добровольно не осталась рядом с Говардом Джеффри. Более того, Александр хотел, чтобы Бекка осталась с Говардом навсегда. Александр, будучи отцом, обожавшим свою дочь, определенно не стал жертвовать ее счастьем лишь для того, чтобы угодить Говарду Джеффри. Он сделал все это ради Бекки… Глядя на стройную, удаляющуюся фигуру дочери, Александр с чувством вины подумал: «Бекка, прости меня. Однажды ты поймешь, какой выбор сделал папа для тебя…» Черный Bentley был припаркован в тени у ворот виллы. Бекка глубоко вздохнула. Убедившись, что её эмоции под контролем, она подошла с лёгкой улыбкой. Говард галантно открыл ей дверцу машины. Когда Бекка устроилась поудобнее и собиралась пристегнуть ремень безопасности, на ее лоб лег нежный поцелуй, словно крыло бабочки. "Малыш…" Он прошептал ласковое прозвище, намереваясь уткнуться лицом ей в шею и впитать в себя больше ее аромата. Обычно от его прикосновений она невыносимо стеснялась. Но в этот момент, когда в ее голове промелькнула мысль, что она всего лишь замена его покойной девушке, ее тело внезапно напряглось. Отвернув голову, она инстинктивно оттолкнула его. «Ах, не надо…» Говард, похоже, не ожидал такой реакции от Бекки. Он обнял её за тонкую талию, его голос, низкий и хриплый, спросил: «Злишься? Извини, я был занят на свадебном торжестве всё утро…» Бекка опустила голову и пробормотала: «Я не злюсь…» Говард нежно обхватил лицо Бекки ладонями и пристально посмотрел ей в глаза. "Тогда почему у тебя красные глаза?" «Я, э-э…» — пробормотала Бекка, не сумев найти разумного оправдания. "Я вчера вечером был слишком груб…?" ---------- Глава 17. Возможно, это её судьба. Ребекка Квентин застенчиво покачала головой. Говард Джеффри поцеловал её в щёку, его голос стал нежнее. «Если это из-за прошлой ночи, прости. Я позабочусь о том, чтобы больше не доставлять тебе столько неудобств…» Его нежный голос был словно весенний ветерок. В любое другое время Ребекка Квентин была бы тронута его внимательностью и нежностью. Но в этот момент мысль о том, что каждый его жест доброты был продиктован тем, что он видел в ней замену своей бывшей девушке, не позволяла ей принять его рационально. "Говард…" "Хм?" «Могу я кое-что с вами обсудить?» "Вперед, продолжать." Ребекка Квентин посмотрела на него и серьезно произнесла: «Послезавтра у нас свадьба. Я хочу провести больше времени дома с отцом в эти два дня…» Да, если она не может встретиться с этим лицом к лицу, то все, что ей остается, — это сократить время, отведенное на это. Говард Джеффри слегка улыбнулся. «Значит, это такая пустяковая вещь. Глупенькая, я с этим согласен». "Спасибо." "На следующий день." Ребекка Квентин сидела на диване, обнимая подушку и безучастно глядя в пустоту, пока внезапный телефонный звонок не вырвал ее из этих мыслей. «Привет, Изабелла…» «Дорогая, твоя свадьба завтра! Скажи, ты волнуешься?» «Со мной всё в порядке». Услышав ровный тон голоса своей подруги, Изабелла Джоанна почувствовала что-то необычное и поспешно спросила: «Что случилось? Ты совсем не похожа на человека, который собирается выйти замуж». Ребекка Квентин безучастно смотрела перед собой и выпалила: «Изабелла, насчет того, о чем ты говорила в прошлый раз… Я подтвердила у отца, что у Говарда Джеффри есть девушка». Изабелла Джоанна с тревогой спросила: «Что сказал твой отец?» Затем Ребекка Квентин рассказала обо всем Изабелле Джоанне. Выслушав это, Изабелла Джоанна на мгновение опешилась. «Так, оказывается, Говард видит в тебе лишь замену своей покойной девушке…» Ребекка Квентин глубоко вздохнула, чтобы подавить тупую боль в сердце. «Я не знаю, что делать… Ради Квентина я не могу отказаться от этого брака, но я действительно не могу смотреть ему в глаза…» Изабелла Джоанна утешила её: «Бекка, не волнуйся. Я не думаю, что это такая уж большая проблема. Подумай: девушка Говарда умерла. У тебя нет настоящей конкуренции. Пока Говард хорошо к тебе относится всю свою жизнь, почему тебя должно волновать, кем ты для него являешься?» В этот момент Ребекка Квентин энергично покачала головой и, с трудом сдерживая слезы, выпалила: «Изабелла, ты не понимаешь… Любовь, к которой я стремлюсь, не такая. Если я могу получать любовь мужа только в качестве замены, то я предпочту не иметь такой любви…» Изабелла Джоанна сочувственно вздохнула. "Вздох… Что же ты собираешься делать?" Ребекка Квентин отпустила прикушенную губу, ее голос был твердым и решительным. «Я уже все обдумала. После свадьбы, когда придет время, я поговорю с ним и надеюсь, что мы сможем расстаться мирным путем». Изабелла Джоанна сказала, с болью в сердце, жалея ее: «Бекка, ты только причиняешь себе страдания…» Ребекка Квентин попыталась расширить заплаканные глаза и выдавила из себя тихий смех. «Хе-хе, может, это моя судьба…» ---------- Глава 18: Воспоминания о брачной ночи «Два года спустя». В роскошном особняке площадью 4000 квадратных метров молодая женщина в шифоновой блузке цвета лотоса, выглядевшая необычайно уравновешенной и элегантной, неторопливо сидела на садовой скамейке, погруженная в книгу в своих руках. От нее исходила аура спокойствия и уравновешенности, издалека она казалась совершенно очаровательной. "Мадам." Раздался почтительный голос служанки. Молодая женщина не подняла глаз. По-прежнему сосредоточенно читая книгу, она спросила: «Что это?» «Мастер вернулся». При упоминании «Хозяина» молодая женщина медленно подняла глаза. «Он дома?» — спокойно спросила она. Она думала, что он вернется не раньше чем через два дня. «Хозяин только что сошёл на берег», — ответила служанка. «Вероятно, он будет дома примерно через час». Молодая женщина слегка кивнула. «Понятно». Затем горничная ушла. После ухода служанки молодая женщина закрыла книгу, погрузившись в свои мысли. Он вернулся после деловой поездки, длившейся чуть больше десяти дней. Время действительно пролетело незаметно… Вот так, в одно мгновение, исполнилось два года их браку. Брак. Такое священное слово. И все же она помнила лишь ничтожные детали их свадьбы… Она помнила лишь, как в тот день была невероятно нарядно одета, шла по красной дорожке под руку с ним, окруженная завистливыми взглядами и восхищенными возгласами… В тот день он тоже выглядел очень привлекательно. Даже когда они стояли перед священником, обмениваясь клятвами, женщины в толпе все еще кричали, требуя его… Да, он всегда был таким выдающимся, а за последние два года – тем более. Она слышала, что его бизнес-империя значительно расширилась. За эти два года она помнила лишь некоторые детали их свадебного дня. Изредка в ее памяти всплывало в основном то единственное событие — их брачную ночь. Она вспомнила, что в тот вечер он был слегка пьян, что он обнимал ее, когда они возвращались в свой новый дом… Ещё до того, как они добрались до свадебной комнаты, ещё в гостиной, он подхватил её на руки, бросил на диван и страстно поцеловал. Она была несколько непривычна к этому, крепко зажмурив глаза, просто позволяя ему… Все слуги в их новом доме тактично отошли в сторону… Поняв, что она не отвечает, а лишь молча терпит, он легонько укусил ее за нежную мочку уха и хрипло прошептал: «Ты меня любишь?» Она на секунду замерла, никогда не думая, что он задаст такой вопрос. После недолгой внутренней борьбы она решила слабо кивнуть. Он настаивал: «Тогда почему ты не смеешь на меня смотреть?» В панике она выпалила оправдание: «Простите, я… я никогда не думала о том, чтобы делать… что-то подобное при включенном свете…» Это был хороший повод. В самом деле, кто проводит свою брачную ночь в ярко освещенной гостиной? Он подхватил её с дивана сзади обеими руками, на его губах играла ухмылка. «Мы муж и жена. Тебе бы уже привыкнуть к этой маленькой причуде твоего мужа». Как раз когда она собиралась ответить, его тело уже глубоко погрузилось в её… На самом деле, причина, по которой ее брачная ночь так глубоко запечатлелась в ее памяти, заключалась не в том, что они провели ее в гостиной, а в вопросах, которые он задавал… За прошедшие два года, помимо той ночи, он больше никогда не спрашивал её о том, что ей нравится или что она любит… Пока Ребекка Квентин была погружена в свои мысли, снова раздался голос служанки: «Мадам, хозяин вернется домой через десять минут!» Ребекка Квентин пришла в себя. Она встала. «Хорошо, я вернусь». ---------- Глава 19: Казалось бы, совместимые, но духовно чуждые друг другу. Внутри ванной комнаты послышались ровные шаги. Повернувшись спиной к новоприбывшей, Ребекка Квентин наклонилась, регулируя температуру воды в ванне. Внезапно сильная рука обхватила ее сзади и крепко обняла… Знакомый, приятный мужской запах некоего человека наполнил её ноздри. Позволив себя обнять, она тихо спросила: «Почему ты так рано вернулся домой?» Говард Джеффри уткнулся головой ей в шею, наслаждаясь ее едва уловимым ароматом, и невнятно пробормотал: «Что, ты не хотела, чтобы я вернулся?» "Нисколько…" Говард Джеффри повернул Бекку к себе. Его глубокие, темные глаза пристально смотрели на нее, и он нежно прошептал: «Дорогая, я так по тебе скучал…» Бекка никогда не могла устоять перед нежными взглядами Говарда Джеффри, поэтому она медленно опустила голову и замолчала. Внезапно Говард Джеффри схватил Бекку за бедра и посадил ее на столешницу в ванной… Бекка, естественно, знала, чего хочет Говард Джеффри. Она поспешно сказала: «Джеффри… Говард, ты можешь сначала принять ванну?» Прожив в браке два года, она хорошо знала его привычки. Почти каждый раз, возвращаясь из командировки, он был как волк, измученный голодом. Она очень боялась, что не сможет с ним справиться. «Не спеши». Он произнес всего два простых слова и уже вынес ее из ванной комнаты к большой кровати в спальне… "На следующий день." С рассветом Бекка медленно проснулась. Болезненные ощущения в теле напомнили ей о напряжении, которое она испытала прошлой ночью и из-за которого проспала с полудня вчерашнего дня до сих пор. Окинув взглядом пустое пространство вокруг, она села, обняла одеяло, спокойно переоделась и умылась. Да, она давно привыкла не видеть его после их интимных моментов… На самом деле, за последние два года они редко просыпались вместе с первыми лучами солнца. Если бы не те редкие ночи, когда она просыпалась и видела его спящим рядом с собой, она бы всерьез усомнилась, что они вообще спали в одной постели все эти два года. Умывшись, она позвала служанку, которая всегда ей прислуживала. Служанка с нерешительностью протянула Бекке таблетку и осторожно посоветовала: «Молодая госпожа, я уверена, что хозяин действительно желает, чтобы у вас родился ребенок…» "Правда?" — в ответ Бекка не проявила ни холода, ни теплоты, приняв таблетку и, не колеблясь, проглотив ее, запив водой. Служанка тихо вздохнула. «Если бы хозяин знал, что вы не хотите ребенка, юная госпожа, он был бы очень расстроен…» Приняв таблетку, Бекка безучастно посмотрела вдаль, а затем слабо улыбнулась. «Думаю, если бы у меня был его ребенок, это он бы переживал! К тому же, если он хочет ребенка, есть другие женщины, которые могут родить его». Служанка не поняла слов Бекки. Растерянно почесав затылок, она сказала: «Хозяин так сильно вас любит, юная госпожа, почему же он должен расстраиваться? Он никогда не захочет, чтобы кто-то другой родил ему детей!» Бекка мягко посмотрела на служанку, которая её обслуживала, и на её лице ещё оставалась лёгкая улыбка. «Знаешь, — сказала она, — влюбиться в человека, которого ты на самом деле не понимаешь, — это довольно грустно. А если к тому же тебе не хватает самосознания, то это ещё грустнее». Служанка еще больше озадачилась. "Э-э…" Бекка не стала продолжать разговор со служанкой. Улыбнувшись, она сказала: «Довольно разговоров. Можете идти». «Да». Горничная тут же удалилась. ---------- Глава 20: Не хочу детей В саду двое слуг, подстригавших газон, что-то шептали друг другу. «Мне кажется, молодая любовница довольно холодно относится к своему мужу…» «Это правда. Я работаю на этой вилле уже два года, и, кажется, я ни разу не видела, чтобы молодая любовница проявляла инициативу и сближалась со своим мужем…» «Вы считаете, что в их отношениях что-то не так?» «Как такое возможно? Я слышала от дворецкого, что мистер Джеффри и молодая госпожа очень привязаны друг к другу. Возьмем, к примеру, вчерашний день: как только мистер Джеффри вернулся, он и молодая госпожа уже были в своей комнате… знаете, молодая госпожа еще даже не встала!» Молодая служанка покраснела, закончив говорить. Другая служанка выглядела озадаченной. «Конечно, я это знаю. Мистер Джеффри всегда был очень нежен с юной госпожой. Однако, если они так привязаны друг к другу, почему у них до сих пор нет ребенка? Юная госпожа еще молода и должна легко забеременеть!» Молодая служанка выпалила: «Потому что юная госпожа не хочет ребенка!!» "А?" Увидев удивление коллеги, молодая служанка поспешно поправила себя: «Э-э, я ничего не говорила… Просто случайно увидела Лили Шоу, которая была с молодой госпожой, покупающей на днях противозачаточные средства, поэтому и сделала предположение…» КХМ— Разговор служанок прервал мужской кашель. Обе служанки, поглощенные разговором, замолчали, когда поняли, что кто-то подошел и вежливо поприветствовал: «Мистер Вуд». Джейсон Вуд кивнул двум служанкам и направился в другой уголок сада. Издалека Джейсон Вуд увидел своего босса, одетого в повседневную одежду, сидящего в саду в европейском стиле и неспешно завтракающего. Джейсон Вуд подошел и почтительно поклонился. «Босс». Говард Джеффри даже не поднял головы. "Говори." Джейсон Вуд сообщил: «Врач говорит, что мисс Куинн могут сделать операцию через пару дней. Я уже связался с Александром Квентином, и он сказал, что это можно сделать через три дня…» Говард Джеффри взял салфетку и вытер уголок рта, на его тонких губах играла легкая, почти незаметная улыбка. «Хорошо!» — сказал он. «Скажите Кристин, что я буду с ней во время операции». Джейсон Вуд кивнул. В этот момент Говард Джеффри, казалось, был в хорошем настроении; глубокая хмурость на его красивом лице слегка рассеялась. Джейсон Вуд на мгновение замялся, прежде чем заговорить: «Босс, когда я вошел в виллу, я услышал, как разговаривают две горничные. Похоже, они обсуждали использование мисс Квентин контрацептивов…» Упомянутая Джейсоном Вудом тема была деликатной, но для Говарда Джеффри она, похоже, оказалась совершенно незначительной. На его красивом лице не отразилось ни малейшего желания что-либо изменить. Не получив никаких указаний или ответа от своего начальника, Джейсон Вуд не осмелился продолжать. В этот момент в сад вошла изящная фигура в белом. Увидев, что это Ребекка Квентин, Джейсон Вуд отошёл в сторону и вежливо поздоровался: «Мадам!» Ребекка Квентин слегка кивнула, затем подошла к мужу и тихо позвала его: «Говард». Говард Джеффри обнял Ребекку, его красивое лицо больше не было холодным, а наполнилось легкой нежностью. Он посмотрел на ее обеспокоенное выражение и спросил: «Ты выглядишь уставшей. Почему бы тебе не поспать еще немного?» Не привыкшая к такой интимности на виду у других, Ребекка Квентин мягко оттолкнула его и печально сказала: «Тетя Клэр только что позвонила и сказала, что состояние отца ухудшилось. Если у тебя будет время, я бы хотела, чтобы ты поехала со мной навестить его». Говард Джеффри встал, естественно, поцеловал Ребекку Квентин в лоб и снисходительно сказал: «Хорошо, пойдемте прямо сейчас». ---------- Глава 21: Смерть отца Ку Квентин Вилла. В гостиной экономка, тетя Клэр, восторженно воскликнула: «Мистер Джеффри, мисс, как здорово, что вы можете вернуться! Думаю, хозяину станет легче, когда он вас увидит!» Увидев радостный взгляд тети Клэр, Ребекка Квентин винила себя: «Это все моя вина. Если бы я чаще навещала папу, может быть, он бы не так сильно заболел». Действительно, за последние два года Ребекка очень редко навещала своего отца, Александра Квентина. Дело было не в том, что она забыла о своем любимом отце после замужества. Наоборот, каждый раз, когда она видела Александра, ей напоминалось об истинной причине ее замужества. Со временем она начала избегать отца. Она начала жалеть об этом лишь полгода назад, когда ей сообщили, что он серьезно болен… Тетя Клэр утешила ее: «Жизнь и смерть, болезнь и старость — это естественный ход жизни. Не расстраивайся, мисс. Хозяин очень хочет вас обеих увидеть. Позволь мне проводить тебя наверх!» Ребекка кивнула: «Хорошо». В главной спальне Александр Квентин, слабый, лежал на койке, подключенный к капельнице. "Папочка…" Увидев своего некогда красивого и здорового отца, превратившегося в кожу и кости, Ребекка тут же расплакалась. Она крепко обняла отца, сердце ее переполняло чувство вины. "Бекка, ты вернулась…" Александр нежно прикоснулся к лицу дочери, его старое и хрупкое лицо тоже было залито слезами. Говард Джеффри молча стоял позади Ребекки, не говоря ни слова. После того, как отец и дочь немного поговорили, Александр заметил фигуру, стоящую в комнате, и мягко поддержал Ребекку, сказав: «Бекка, не плачь… Папе нужно кое-что обсудить с Говардом наедине. Ты подожди нас внизу, а я присоединюсь к тебе за обедом». Ребекка по-детски вытерла слезы и кивнула: «Хорошо». После того как она вышла из комнаты, атмосфера внутри словно замерла в одно мгновение. Приподнявшись, Александр слабо посмотрел на Говарда безжизненными глазами, дрожащим голосом: «Я знаю, ты не отпустишь это так просто…» Глядя на умирающего старика перед собой, Говард равнодушно сел на стул и, наклонив голову, прикурил сигарету. Глубокое синее пламя зажигалки отражалось на его красивом, но призрачно-холодном лице. Выдохнув клубы чистого дыма, он спокойно произнес: «Ты должен был понять, когда перешел мне дорогу». В его мире никто не мог ему угрожать. Задыхаясь от болезни, Александр дважды кашлянул, но, превозмогая боль, произнес: «Ребекка невиновна… Мистер Джеффри, умоляю вас, ради вашего двухлетнего брака, пожалуйста, не обвиняйте ее. Она просто девушка с чистым сердцем… Если вы хотите отомстить, направьте ее на меня!» Смахнув пепел с сигареты, Говард злорадно усмехнулся с оттенком насмешки: «Правда? Она всё ещё девочка? Мистер Квентин, вы, кажется, забыли, что она моя „жена“. Когда она доставляет мне удовольствие в постели, она совсем не похожа на девочку… Я всегда удивлялся, как вы могли позволить своей дочери быть похожей на проститутку, чтобы удовлетворить меня? Ваш способ любить её действительно особенный!» Каждое слово Говарда было пронизано унижением по отношению к Ребекке. Александр задыхался, едва не задохнувшись от непрерывного кашля. Говард холодно усмехнулся, встал и ледяным тоном произнес: «Прошу прощения, „тесть“, мне нужно выйти и утешить вашу драгоценную дочь. В конце концов, наша игра должна быть убедительной!» После обеда у Квентина Говард вернулся в компанию, чтобы заняться рабочими делами, поэтому Ребекка решила остаться. В этот момент Ребекка сидела у постели отца, нежно составляя ему компанию и беседуя с ним. Увидев тело отца, изможденное болезнью, она с беспокойством сказала: «Папа, я хочу остаться дома и составить тебе компанию на несколько дней». Благодаря дочери, находившейся рядом, состояние Александра, казалось, немного улучшилось, и он энергично сказал: «Не нужно. Говард только что вернулся из командировки. Вам следует проводить с ним больше времени, чтобы поддерживать хорошие отношения между мужем и женой». При упоминании Говарда Ребекка опустила глаза и ничего не сказала. "Бекка…" Понимая, что отец сейчас повторит сказанное, Ребекка поспешно ответила: «Э-э, я знаю. У нас прекрасные отношения». В течение последних двух лет каждый раз, когда она видела отца, он неизменно интересовался тем, как складываются её отношения с Говардом. Хотя она с самого начала знала, что ее брак с Говардом не продлится долго, она всегда сохраняла позитивный настрой, чтобы не беспокоить отца. В частности, потому что он всегда надеялся, что они с Говардом смогут сохранить свой брак. ---------- Глава 22: Никогда не появляется, когда это необходимо Говард Джеффри склонил голову и ласково поцеловал ресницы Бекки, сказав: «Я не хочу оставлять тебя дома одну». Он всегда так говорил, словно его слова были пропитаны медом. Она не знала, как ответить, поэтому предпочла промолчать и позволила ему отнести ее в ванную. Посреди ночи Ребекку Квентин разбудил внезапный телефонный звонок. Из-за усталости, полученной в первой половине ночи, она была слишком сонной, чтобы открыть глаза. Телефон звонил довольно долго, и когда она больше не могла терпеть этот шум, наконец, она потянулась за ним. С закрытыми глазами она нажала кнопку ответа. Звонила тетя Клэр. Выслушав слова тети Клэр, Ребекка Квентин внезапно села, широко раскрыв глаза и застыв в шоке. Из телефона донесся слабый голос тети Клэр: «Мисс, пожалуйста, возвращайтесь домой как можно скорее. В семье Квентинов царит хаос, и вам нужно заняться организацией похорон вашего отца…» «Какие похоронные мероприятия?» Глаза Ребекки Квентин расширились, словно она не могла смириться с реальностью. Она услышала, как тетя Клэр рыдала по телефону: «Мисс, ваш отец скончался…» «Это невозможно, тётя Клэр! Прекрати нести чушь…» Эмоции захлестнули Ребекку, она вскочила с кровати, слёзы текли по её лицу. «Ты всё выдумываешь! Я сейчас же пойду домой…» "Скучать…" Спотыкаясь, Ребекка Квентин переоделась и выбежала из комнаты. Однако, дойдя до двери, она поняла, что Говарда Джеффри, похоже, в комнате нет… В этот момент ей хотелось, чтобы он проводил её домой, но она не знала, когда он уехал… Казалось, всякий раз, когда он был ей нужен, его не было рядом. «На следующее утро». "Папа… Папа…" Наблюдая, как сотрудники похоронного бюро уносят тело Александра Квентина, Ребекка Квентин безудержно рыдала. Тетя Клэр поддерживала убитую горем Ребекку Квентин, у которой на глазах были слезы. «Мисс, пожалуйста, сдержите свое горе. Ваш отец не хотел бы видеть вас такой расстроенной…» "Почему он это сделал… Папа, как ты мог оставить меня совсем одну?" Слезы текли по лицу Ребекки Квентин, она безутешно рыдала. В этот момент к Ребекке Квентин поспешно подбежал пожилой слуга и с тревогой сказал: «Мисс, снаружи много репортеров, все спрашивают о самоубийстве вашего отца…» "Черт возьми! Неужели у этих людей нет человечности?" — не удержалась тетя Клэр и сердито выругалась. — "Прогоните их всех, или мы подадим на них в суд за незаконное проникновение…" "Днем." Группа людей прибыла к дому Квентина. Там были полицейские, сотрудники похоронного бюро и руководители высшего звена компании Квентина. Каждый пришел обсудить свои обязанности с Ребеккой Квентин, но в этот момент она сидела в оцепенении на диване, утешенно обнимаемая тетей Клэр. Первым заговорил полицейский: «Мисс Квентин, чтобы исключить возможность убийства мистера Квентина, нам необходимо, чтобы вы сотрудничали с нами и рассказали о последнем разговоре, который у вас состоялся с отцом». Затем сотрудники похоронного бюро сказали: «Мисс Квентин, чтобы мистер Квентин мог поскорее обрести покой, мы предлагаем вам как можно скорее назначить дату траурной церемонии». Высокопоставленные руководители компании Квентина с тревогой добавили: «Мисс Квентин, внезапный уход мистера Квентина поверг компанию в хаос, и мы надеемся, что вы сможете как можно скорее вмешаться и урегулировать ситуацию». Перед Ребеккой Квентин стояли различные вопросы, связанные со смертью Александра Квентина, требующие ее немедленного внимания. Однако, поскольку она всю жизнь провела под опекой отца и никогда не сталкивалась с чрезвычайными ситуациями, она не знала, что делать… Не желая, чтобы Ребекку Квентин подставляли эти люди, тетя Клэр с негодованием сказала: «Можете ли вы дать нашей мисс отдохнуть ночью и разобраться со всем этим завтра?» Другие согласились, но руководители компании Квентина не могли не выразить свою обеспокоенность: «Мисс Квентин, мы знаем, что вы сейчас испытываете боль, но у Квентина есть неотложные дела, требующие вашего незамедлительного решения…» Тетя Клэр уже собиралась выругаться, но в этот момент Ребекка Квентин тихонько сказала: «Вы все можете подождать меня в кабинете моего отца!» Тетя Клэр с тревогой произнесла: «Мисс…» Ребекка Квентин мягко покачала головой, пытаясь подавить боль в голосе, и спокойно сказала: «Квентин — дело всей жизни моего отца, и я не хочу откладывать это». Несмотря на то, что она напоминала себе оставаться сильной, упоминание об отце заставило ее глаза, наконец-то высохшие, снова увлажниться. Тетя Клэр сказала: «Мисс, вы не понимаете сложный мир бизнеса. Почему бы вам не обратиться за помощью к мистеру Джеффри?» Ребекка Квентин почти сразу ответила: «Не нужно!» ---------- Глава 23: Он наконец появляется Осознав всё это, Ребекка Квентин почувствовала в глубине своего сердца необъяснимую печаль. Возможно, эти люди не могли представить, что тот, кому они надеялись польстить, сегодня может даже не появиться… Поминальная служба прошла гладко. Все кланялись и отдавали честь, как того требовала церемония, но большинство взглядов были прикованы к входу, с нетерпением ожидая прибытия кого-нибудь. Однако, как и предполагала Ребекка, Говард Джеффри так и не появился, даже после окончания поминальной службы. Многие были разочарованы и перешептывались по поводу отсутствия Говарда, но Ребекка сохраняла спокойствие, провожая их. Когда все разошлись и Ребекка осталась одна в мемориальном зале, по ее щекам внезапно потекли слезы. «Квентин, спокойной ночи». ТУК-ТУК. В дверь Ребекки постучали. Ребекка, которая сидела на кровати, обнимая колени, очнулась от оцепенения. «Входите». Гостьей была тетя Клэр. «Мисс, надеюсь, я не помешала вашему отдыху?» «Всё в порядке, я ещё не спал». Тетя Клэр закрыла дверь, подошла к Ребекке и, как в старые добрые времена, села на край кровати, чтобы откровенно поговорить с ней. Глядя на Ребекку, сердце тети Клэр сжалось от боли. «Мисс, вы похудели…» Ребекка слабо и с грустью улыбнулась, но ничего не ответила. Прошла неделя со дня смерти мистера Квентина. Последовательные дни напряженной работы и изнеможения действительно значительно похудели. В памяти тети Клэр Ребекка всегда была невинной и жизнерадостной. Она никогда не была такой тихой и молчаливой, как сейчас. Думая обо всем, что Ребекка пережила за последние несколько дней, тетя Клэр не могла сдержать слез. «Мисс… если вы чувствуете, что больше не можете этого выносить, пожалуйста, не… Мне больно видеть вас в таком состоянии». Ребекка небрежно сказала: «Это не так серьезно, как ты думаешь. Со мной все в порядке». Рыдания тети Клэр, едва сдерживаемые сдавленностью, становились все сильнее, почти перерастая в плач, когда она сказала: «Как ты можешь быть в порядке? Твой отец внезапно умер, оставив тебя управлять огромным Квентином, а ты ничего не понимаешь! Кроме того, тебе приходится каждый день иметь дело с этими людьми, требующими долги… Как ты можешь справиться со всем этим в одиночку?» Ребекка нежно обняла доброе лицо тети Клэр и утешила ее: «Все пройдет. Я верю, что под защитой отца Квентин переживет все эти трудности под моим руководством». Тетя Клэр пристально смотрела на нежное лицо Ребекки, в котором она изображала силу, и выпалила, с болью в сердце: «Если бы только мистер Джеффри мог вам помочь…» При упоминании Говарда решимость, которая сверкала в ясных глазах Ребекки, постепенно померкла. Она помолчала несколько секунд, прежде чем заговорить: «Как я уже говорила, это всегда было делом нашей семьи. Это не имеет к нему никакого отношения». Тетя Клэр не могла не воскликнуть: «Но ведь он твой муж!» Муж? Да, это слово должно обозначать партнера, способного защитить другого от ветра и дождя, спутника с глубоко связанным сердцем. Но для нее «муж» был чем-то чуждым. Более того, их ничего не связывало — разве что, если уж совсем приложить усилия, то это была лишь физическая совместимость. Заметив молчание Ребекки, тетя Клэр продолжила: «Мисс, я знаю, вас всегда беспокоила причина, по которой мистер Джеффри женился на вас. Но вы с мистером Джеффри женаты уже два года. Даже если его доброта к вам объясняется тем, что вы поразительно похожи на его покойную подругу, этих двух лет совместной жизни, днем ​​и ночью, должно быть достаточно, чтобы он помог вам хотя бы раз». Ребекка очнулась от своих раздумий, обдумывая слова тети Клэр. После нескольких секунд колебания она наконец кивнула. «Возможно… я действительно была слишком упряма. Даже если мы не сможем быть мужем и женой после развода, мы все равно должны оставаться друзьями. В таком случае, попросить друга о помощи один раз не будет чем-то неразумным». «Развод?» — тётя Клэр уловила деликатное слово в словах Ребекки и с удивлением спросила: «Мисс, вы хотите развестись с мистером Джеффри?» На это Ребекка пожала плечами, притворившись равнодушной. «Да. Как только проблемы Квентина будут решены, я поговорю с ним об этом». «Квентин». «Мисс Квентин, сотрудники Smooth Bank и мистер Дерек из Forestleap уже ждут вас в приемной», — сказала секретарь Шоу, бывшая личная помощница Александра Квентина. Ребекка слегка кивнула. «Каково их отношение?» Секретарь Шоу слегка нахмурился. «Они настаивают на том, что дальнейших задержек быть не может. В противном случае каждый из них подаст в суд на Квентина». Измученная Ребекка подперла лоб рукой. «Иди и составь им компанию еще немного. Мне нужно позвонить… УЖАС…» Ребекку внезапно охватила тошнота, и она поспешно прикрыла рот рукой. К счастью, это была всего лишь сухая рвота; других неприятных ощущений не было. ---------- Глава 24: Разве я похож на человека, который шутит с вами? «Но…» — Ребекка Квентин хотела сказать что-то ещё, но её прервал мистер Дерек из Форестлипа. «Мисс Квентин, мы понимаем ваши трудности, но, пожалуйста, постарайтесь также понять нас, небольшие компании. Когда ваш отец был жив, возможно, мы бы не беспокоились об этом платеже. Однако теперь, когда вы, дилетант, руководите Квентином, я действительно не могу быть уверен, что Квентин сможет погасить этот долг под вашим руководством, если мы продолжим затягивать». Мистер Дерек говорил очень прямо и правдиво. Увидев их непреклонную позицию, Ребекка Квентин замолчала, понимая, что больше не сможет их убедить. В следующую секунду мистер Дерек потушил сигарету и прямо заявил: «Мисс Квентин, если больше ничего не получится, увидимся в суде завтра». Мистер Колин также стряхнул пепел с одежды, равнодушно встал и, очевидно, не собирался больше иметь дело с Ребеккой Квентин. Ребекка Квентин слегка прикусила губу, ее сердце наполнилось невыносимой болью и чувством беспомощности. Однако в этот самый момент из-за двери внезапно раздался недружелюбный, насмешливый голос: «Уже уходите, господа?» Знакомый голос заставил Ребекку Квентин резко поднять голову. Да, это был Джейсон Вуд, который обычно сопровождал Говарда Джеффри. «Э-э, мистер Джеффри…» «Мистер Джеффри…» И, как она и ожидала, босс Джейсона Вуда, Говард Джеффри, наблюдал за ней из-за своей спины. Ребекка Квентин на мгновение безучастно уставилась на него. В этом мире есть люди, обладающие врожденной холодностью и властностью. Им не нужно специально поддерживать свой имидж или много говорить, но при этом они излучают непреодолимое величие. Говард Джеффри был одним из таких людей. Пока Говард Джеффри, игнорируя всех остальных, направлялся к Ребекке Квентин, Джейсон Вуд обратился к двум уходящим мужчинам с притворной вежливостью: «Господа, наш босс только что вернулся из командировки. Он узнал, что его жена пригласила вас обоих сегодня вечером. Однако наш босс хочет провести с ней некоторое время сейчас. Если вы не возражаете, я могу обсудить с вами этот вопрос в соседней комнате от ее имени». После ухода остальных в отдельной комнате остались только Говард Джеффри и Ребекка Квентин. Прошло много дней с тех пор, как Ребекка Квентин в последний раз видела Говарда Джеффри. Когда ее взгляд встретился с его глубоким, мрачным взглядом, ее сердце сжалось, и внутри нее поднялась необъяснимая горечь. Когда Говард Джеффри приблизился, она нервно встала. Его темные глаза пристально смотрели ей в глаза. Почувствовав его обжигающий взгляд, она молчала, крепко сжав кулаки, а опустив глаза, скрывала свою беспомощность. «Тетя Клэр сказала мне, что ты беременна», — равнодушно произнес он. Ребекка Квентин, которая никому не рассказывала о своей беременности, в шоке широко раскрыла глаза. Она посмотрела на него, несколько растерянно. После долгой паузы она медленно ответила: «Да, я беременна». Взгляд Говарда Джеффри внезапно потемнел, и он, словно ястреб, устремил на нее свой взгляд. Впервые за два года столкнувшись с таким пронзительным взглядом с его стороны, Ребекка Квентин повернулась к нему спиной и объяснила: «Это была случайность». Говард Джеффри прищурился. "Несчастный случай?" Почувствовав сомнение в его голосе, Ребекка Квентин встретилась взглядом с его темными глазами, в которых не было ни капли вины. "Ты мне не веришь?" «Я думал, все в семье Джеффри знали, что ты не близок со мной. Я также знал, что ты постоянно используешь контрацептивы, и я тебе в этом помогал, не так ли?» Его так называемое сотрудничество, естественно, подразумевало использование средств защиты в период её фертильности. Холодность в тоне Говарда Джеффри резко контрастировала с мягким поведением, которое он демонстрировал в течение последних двух лет. Не сумев приспособиться к новой динамике отношений, Ребекка Квентин слегка вздрогнула, почувствовав неописуемую боль в сердце. Она выдержала это ощущение и ответила: «Теперь ты меня обвиняешь? Если ты не можешь контролировать свои собственные желания, ты не имеешь права меня оспаривать». Глубокие глаза Говарда Джеффри еще больше сузились, когда он, казалось, оценил ее. «Я и не знал, что у вас такой острый язык». Ребекка Квентин собрала всю свою смелость, встретила его холодный взгляд и сердито ответила: «А я и не знала, что твоя истинная сущность настолько отвратительна». В тот момент они оба поняли, что двухлетняя игра в обман наконец-то достигла критической точки, и пришло время выложить все карты на стол. Она просто не ожидала, что его истинная сущность окажется такой властной. Говард Джеффри, казалось, не рассердился. Наоборот, на его губах играла ухмылка. «Правда? Ты действительно поверил, что моя доброта была искренней?» Его слова на мгновение ошеломили Ребекку Квентин, острая боль пронзила ее сердце. Медленно отвернув голову, она спокойно сказала: «Вы ошибаетесь. Я никогда не воспринимала это всерьез». ---------- Глава 25: Противостояние с ним, хм! Она была благодарна, что не воспринимала последние два года всерьёз. Она также была благодарна, что, когда он не пришёл на похороны её отца или не появился, когда она больше всего в нём нуждалась, она не позволила себе расстроиться или почувствовать себя убитой горем. Иначе она могла бы сейчас устраивать перед ним жалкую сцену… После долгого молчания Ребекка Квентин медленно произнесла: «Говард, по совпадению, я тоже хочу оставить этого ребенка себе. Поэтому вопрос опеки над ребенком нам нужно будет обсудить позже. А сейчас самый насущный вопрос: разве нам не следует заняться разводом?» Как будто тщательно всё обдумав, Говард Джеффри ответил: «По законам Цветочного Королевства, если мы разведёмся сейчас, я потеряю свою репутацию. Поэтому вопрос о разводе следует отложить. В течение следующих десяти месяцев, надеюсь, вы сосредоточите все свои силы на беременности. Что касается других проблем, таких как Квентин, я поручу вам помочь с этим и решить все проблемы, с которыми сейчас сталкивается Квентин». Поскольку все карты были на столе, Ребекке было неловко жить под одной крышей с Говардом. «На следующий день она собрала вещи и вернулась в дом Квентина». На самом деле, после двух лет жизни в доме Джеффри, возвращение в дом Квентина было очень тревожным. В дни после смерти отца она действительно не могла спать по ночам, глубокое чувство утраты терзало ее сердце… Как и сегодня, это была еще одна бессонная ночь. В этот момент Ребекка безучастно уставилась в потолок. Она вдруг вспомнила случай из своего детства, когда отец взял ее в самолет. Он сказал ей: «Бекка, помни, только когда ты будешь стоять прямо и летать далеко, когда все будут смотреть на тебя снизу вверх, ты избежишь того, чтобы тебя растоптали». Его слова все еще звучали у нее в ушах, но теперь это был разговор, разделенный небесами. При мысли об отце глаза Ребекки снова покраснели. Внезапно у Ребекки зазвонил мобильный телефон. Это была Изабелла Джоанна! Скрывая свою печаль, Ребекка спокойно ответила: «Изабелла!» На другом конце провода раздался печальный, дрожащий от эмоций голос Изабеллы Джоанны: «Дорогая, мне так жаль… Я правда очень сожалею… Я ничего не знала о твоем отце… Я была на показе мод в Корее и узнала об этом только сегодня, когда вернулась… Мне так жаль…» В этот момент Изабелла Джоанна перестала использовать свою коронную фразу «Старый Квентин», явно из уважения к Александру Квентину. Не желая, чтобы подруга волновалась, Ребекка мягко утешила её: «Глупышка, никто не мог предсказать, что случится с моим отцом, особенно учитывая, что ты была в Корее». Изабелла Джоанна с беспокойством спросила: «Бекка, ты в порядке?» «У меня всё хорошо… Нам всем нужно смотреть в будущее». "Тогда… как у вас с Говардом дела?" "Почему ты спрашиваешь?" «Потому что… я… я слышал, что Говард даже не присутствовал на похоронах вашего отца. Многие предполагают, что ваш брак находится на грани распада». Ребекка опустила голову, слегка прикусила губу и ответила: «Их предположения отчасти верны. Мы с Говардом уже всё рассказали». "Что?" «На следующий день Изабелла Джоанна и Ребекка прогуливались рука об руку по оживленной Ледис-стрит в Т-Сити, совершая покупки и болтая». «Ну, просто делайте всё шаг за шагом. Эти запутанные отношения между вами и Говардом придётся отложить до рождения ребёнка». "…" "Ладно, давай больше не будем об этом говорить. Пойдем по магазинам. Скоро у тебя будет виден животик, так что я помогу тебе выбрать что-нибудь посвободнее." "Хорошо." Они вдвоем зашли в известный магазин товаров для беременных. Как раз когда они собирались выбрать одежду, раздался явно недружелюбный голос молодой женщины: «Ну-ну, если это не миссис Джеффри. Вы сегодня здесь, чтобы помочь вашей подруге выбрать одежду для беременных?» Ребекка подняла взгляд на женщину, которая произнесла эти слова, и тут же нахмурилась. Она узнала эту женщину. По всей видимости, это была жена генерального директора крупной компании. В прошлом году на благотворительном аукционе ювелирных изделий BASA жена этого генерального директора была полна решимости выиграть бриллиантовое ожерелье, которое когда-то носила британская принцесса XVII века. Она постоянно повышала ставку, и как раз когда ей показалось, что она выиграла, Говард небрежно спросил Ребекку, нравится ли ей ожерелье. Ребекка тоже небрежно ответила утвердительно. Кто бы мог подумать, что Говард купит ей ожерелье по заоблачной цене? В результате жена этого генерального директора с тех пор кипит от зависти, ревности, ненависти и негодования. Изабелла Джоанна уперла руки в бока. «Эй, что с тобой не так? Бекка, она…» ---------- Глава 26: Оставить его? Говард Джеффри продолжал застегивать запонку на рубашке, нетерпеливо произнося: «Говори». Джейсон Вуд взглянул на Ройе, который затем, набравшись смелости, сказал: «Э-э, мы смотрели вчерашние новости… Там был сюжет о вас и мисс Квентин». Рука Говарда Джеффри на мгновение замерла. "Продолжай." Рой нервно сглотнул, прежде чем медленно произнести: «Что ж… мисс Квентин вчера посетила благотворительный ужин. Сообщается, что она использовала вашу карту, чтобы потратить тридцать миллионов на несколько ювелирных украшений, которые затем пожертвовала организаторам. Позже организаторы опросили мисс Квентин и спросили ее: «Почему мистер Джеффри потакает вам, позволяя так свободно тратить деньги?» Мисс Квентин ответила им: «Если женщина не удовлетворена в определенных аспектах, мужчина, естественно, должен удовлетворить ее деньгами». "Ночь." Ребекка Квентин прислонилась к изголовью кровати и неторопливо просматривала руководство по уходу за младенцем. Внезапно зазвонил ее мобильный телефон. Ребекка Квентин ответила на звонок, не отрывая взгляда от гида: «Здравствуйте…» «Дорогая, я видела сегодняшнюю газету! Ты была просто восхитительна на банкете BASA вчера вечером…» Ребекка Квентин скромно ответила: «Это такая пустяковая сумма; он, наверное, не станет из-за этого поднимать шум!» Изабелла Джоанна разразилась смехом. «Вы называете это пустяком? Вы сжигаете деньги! Вы сожгли тридцать миллионов денег нашего мистера Джеффри!» Ребекка Квентин усмехнулась. Изабелла Джоанна продолжила: «Э-э, у меня есть небольшой вопрос к вам…» "Хм, что это?" Затем Изабелла Джоанна зачитала Ребекке Квентин сенсационную новость, которую увидела в газете, и осторожно попросила подтверждения: «Так, э-э… у тебя слишком большой „аппетит“, или Говард… действительно не справляется в этом плане?» На мгновение лицо Ребекки Квентин покраснело от смущения. Сначала она хотела всё объяснить подруге, но, подумав ещё раз… Вместо этого она дала ответ, который только усугубил ситуацию: «Вообще-то, в первый год нашего брака с ним все было хорошо, но в прошлом году…» Изабелла Джоанна, явно не желая это признавать, в ответ спросила: "Но ты же беременна?!" «Дорогая моя, беременность лишь доказывает наличие у него мужской репродуктивной функции; это не значит, что у него есть мужская выносливость». «О боже мой…» — голос Изабеллы Джоанны звучал так, словно она вот-вот упадет в обморок. «Самый идеальный мужчина в моем представлении… Ребекка Квентин, я тебя ненавижу!» "Эм-м-м…" БИП, БИП — Не успела Ребекка Квентин договорить, как Изабелла Джоанна уже повесила трубку. Отбросив телефон на другую сторону кровати, Ребекка Квентин довольно легла. Возможно, дело было в хорошем настроении, но в ту ночь бессонницы у нее не было. Вскоре она уснула. "На следующий день." В холле дома семьи Квентин Изабелла Джоанна уныло развалилась на диване, ее глаза были лишены привычного блеска. Ребекка Квентин, опустив голову, пролистала руководство для беременных и спросила: «Изабелла, как ты думаешь, где мне следует рожать?» "Что бы ни…" "За границей или в городе Т?" "Что бы ни…" Выслушав пренебрежительные ответы подруги, Ребекка Квентин подняла голову, посмотрела на нее и раздраженно сказала: «Неужели стоит так расстраиваться только потому, что твои иллюзии о Говарде Джеффри рухнули?» «ААА!» — закричала Изабелла Джоанна, схватившись за голову от отчаяния. «Ребекка Квентин, лучше заткнись, иначе я тебя убью!» «Ладно, ладно, я остановлюсь. А ты иди и зализывай свои раны». Как только Ребекка Квентин откинулась на спинку дивана, готовая продолжить чтение, к ней поспешила горничная с лучезарной улыбкой. «Мисс…» Не поднимая головы, Ребекка Квентин ответила: «Хм?» «Мистер Джеффри здесь…» "Что?" — Ребекка Квентин резко подняла голову. Обернувшись, она увидела входящего Говарда Джеффри. Изабелла Джоанна резко вскочила, напрягшись всем телом, и с недоверием уставилась на величественную фигуру, которую раньше видела только по телевизору и в журналах. В следующую секунду Говард Джеффри стремительно схватил Ребекку Квентин, пытавшуюся убежать, и, не говоря ни слова, обнял ее. Изабелла Джоанна в шоке прикрыла рот рукой, наблюдая, как Говард Джеффри нес Ребекку Квентин прямиком наверх. Всю дорогу Ребекка Квентин изо всех сил боролась и ругалась: «Говард Джеффри, отпусти меня! Сумасшедший! Ублюдок!» Затем, со БАЦ!, дверь захлопнулась, заглушив все яростные ругательства Ребекки Квентин. БАХ! Дверь закрылась… Ребекка Квентин изо всех сил била его, но, похоже, это совсем не причиняло Говарду Джеффри боли. В следующее мгновение Говард Джеффри рухнул на большую кровать в комнате, все еще держа ее на руках… ---------- Глава 27: Выйдя за него замуж, она ни о чём не жалеет. Глядя на фотографию отца на надгробном камне, Бекка едва сдерживала слезы. «Папа, я так скучаю по тебе… Знаешь, скоро ты станешь дедушкой…» Она тихо и грустно рассмеялась. «Ты еще помнишь наш последний разговор? Ты говорил, что хочешь увидеть рождение своего маленького внука…» "Скучать." Знакомый женский голос прервал разговор Ребекки Квентин с отцом. Она обернулась. "Тетя Клэр?" Тетя Клэр подошла к ней. «Я вернулась в дом Квентина и услышала от слуг, что ты приходила на кладбище навестить хозяина, поэтому я пришла тебя найти». Бекка с восторгом схватила тетю Клэр за руку. «Где ты была все это время?» Тетя Клэр честно ответила: «Я пошла уладить некоторые дела, которые Хозяин поручил мне перед своей смертью». «Перед смертью?» — Бекка была потрясена. «Значит, ты знала причину его самоубийства?» Тетя Клэр слегка кивнула. Бекка с нетерпением спросила: «Тетя Клэр, скажите, пожалуйста, в чем именно заключалась причина?» Тетя Клэр пристально посмотрела в невинное лицо Бекки и, после долгой паузы, выдавила из себя: «Это из-за тебя». Глаза Бекки расширились. Тетя Клэр отвела взгляд, словно пытаясь что-то скрыть. Она глубоко вздохнула и, успокоившись, продолжила: «Мисс, есть много вещей, которые я не могу вам сейчас объяснить. Однако я надеюсь, вы сможете пообещать мне одну вещь. Это также то, что Хозяин просил меня сказать вам перед своей смертью». Бекка слегка прикусила губу. "Скажи мне." «Уезжай из Т-Сити. Уезжай в страну, где тебя никто не знает». "Почему?" «Ничего не спрашивай. Даже если спросишь, я не отвечу. Просто собери вещи и уезжай отсюда как можно скорее». Бекка слегка нахмурилась. «Я могу уйти отсюда, но как же Квентин?» «Из-за нехватки средств Квентин уже превратился в пустую оболочку. Он держится на плаву только благодаря вмешательству мистера Джеффри. Если вы не можете гарантировать, что мистер Джеффри всегда будет защищать Квентина, лучшее решение — продать все свои акции, прежде чем покинуть Т-Сити». «Нет, нет…» — Бекка несколько раз покачала головой. — «Квентин — дело всей жизни моего отца. Я не могу просто так его продать». Тетя Клэр обняла дрожащие плечи Бекки. «Продать Квентина тоже было решением Мастера». "Но…" Бекку прервала тетя Клэр. «Мисс, я знаю, вы не хотите уезжать отсюда, потому что вам тяжело расстаться с кем-то. Но прошло уже два года. Независимо от того, испытывает ли он к вам чувства или нет, я думаю, вы сами это чувствуете». «У меня нет иллюзий насчет Говарда Джеффри. Все дело в моем нынешнем физическом состоянии… Вам следует это знать». Тон Бекки звучал почти как обвинение, поскольку Говард Джеффри узнал о ее беременности от тети Клэр. «Да. Через несколько дней после смерти Мастера у вас должны были начаться месячные, но они не пришли вовремя. Учитывая, что ваши месячные всегда были очень регулярными с детства, я предположил, что вы носите ребенка мистера Джеффри. Поэтому я ему и сказал». Бекка с негодованием сказала: «Тебе не следовало говорить ему об этом без моего разрешения». Тетя Клэр извинилась: «Простите, мисс. Я просто хотела посмотреть на его реакцию, когда он узнает о вашей беременности… Правда, в очередной раз доказала, что он относится к вам и ребенку с равнодушием. Прошло два года. Сколько еще своей молодости вы собираетесь здесь потратить впустую? Послушайте нас. Уезжайте отсюда и начните новую жизнь». Лишь много лет спустя Бекка поняла, что предложение тети Клэр покинуть город Ти в тот день на самом деле открыло ей путь к выживанию. Но тогда она поступила глупо. В тот вечер она не пошла обратно с тетей Клэр; ей хотелось побыть одной некоторое время. Постепенно наступила ночь, и уличные фонари удлиняли её одинокую тень. Она тихо шла, погруженная в свой мир, не обращая внимания на шум окружающего её транспорта. Слова тети Клэр эхом отдавались в ушах Бекки. Прошло уже два года. Независимо от того, испытывает ли он к тебе чувства или нет, я думаю, ты сама это чувствуешь… Сколько ещё своей молодости вы собираетесь потратить впустую? Внезапно ее глаза наполнились слезами, и одна-единственная, кристально чистая слеза медленно скользнула по ее щеке. Она никогда бы не стала проливать слезы перед кем бы то ни было. Только когда она не могла сдержать эмоций, она позволяла себе это единственное проявление печали… Да, что же осталось в Т-Сити, что она могла бы ценить? Квентин? Нет, она ничего не смыслила в бизнесе. Даже если бы она неохотно взяла всё в свои руки, Квентин долго бы в её руках не продержался… ---------- Глава 28: Блокировка перед отправлением Дворецкий на мгновение замолчал, а затем кивнул. «Да». Передавая белую рубашку дворецкому, она поняла, что ее старая привычка теперь кажется несколько неуместной. Она быстро сменила тему. «Э-э, он отдыхал здесь последние несколько дней?» "Да." Услышав ответ дворецкого, Ребекка Квентин замолчала. Раньше, когда он был дома, он всегда хотел, чтобы она была с ним, но теперь они вот-вот должны были стать двумя совершенно незнакомыми людьми… Ее мысли надолго блуждали. К тому времени, как она пришла в себя, дворецкий уже спустился вниз. Внезапно ей вдруг вспомнилось что-то, что она не хотела оставлять, и она открыла прикроватный ящик. Достав из ящика оставшиеся презервативы и несколько финансовых журналов, которые он часто читал перед сном, она достала шкатулку с драгоценностями, затерявшуюся на самом дне. Бриллиантовое колье в шкатулке для украшений все еще сверкало своим очаровательным блеском. Она нежно прикоснулась к розовому бриллианту и невольно погрузилась в воспоминания. Она до сих пор помнила ту ночь, когда он купил ей это ожерелье именно в этой комнате. Он обнял её сзади и тихо спросил: "Тебе очень нравится?" Она ответила, стараясь говорить пренебрежительно: «Я просто сделала мимолетное замечание. Я не ожидала, что вы это купите. У вас, конечно, много денег». Он поцеловал её в щёку и снисходительно сказал: «Мои деньги предназначены для того, чтобы ты их тратила». Она вспомнила, что из-за его слов не спала всю ночь… и не могла отрицать легкое волнение радости в своем сердце. Таких воспоминаний было так много. Вспоминая их сейчас, она понимала, как глубоко моменты, которые они разделили за последние два года, запечатлелись в ее сердце. На самом деле, оглядываясь назад, можно сказать, что её жизнь была довольно благополучной. Хотя её и вынудили выйти замуж, мужчина, за которого она вышла замуж, пользовался восхищением женщин во всём мире… В общем, она ни о чём не жалела. Отбросив эти мысли, Ребекка Квентин встала и подошла к шкафу. В большом шкафу осталась только одежда Говарда Джеффри. Увидев, что горничная рассортировала ее небрежно, она, как обычно, протянула руку и разложила вещи в соответствии с его предпочтениями, от светлых к темным цветам. Она пробыла в доме Джеффри целых два часа. Уходя, она почти ничего с собой не взяла. Однако, выйдя из дома Джеффри, она обернулась и долго смотрела на виллу, где прожила два года. По дороге обратно ей позвонила тетя Клэр. «Мисс, я уже купила билеты на самолет, но они на завтрашний вечер. Вы не думаете, что будет слишком спешно?» Глядя на пейзаж за окном, Ребекка Квентин без колебаний ответила: «Нет, завтра вечером все будет хорошо!» «Хорошо, я сейчас забронирую билеты». «Частная больница XX». Войдя, Говард Джеффри тихо подошел к кровати. Женщина на кровати, как и в предыдущие дни, лежала, скрестив руки, и дышала ровно. Было ясно, что она крепко спит. Он с беспокойством посмотрел на ее слегка бледное лицо, затем медленно протянул руку и нежно погладил ее прекрасную щеку. "Кристин…" — он нежно откинул пряди волос у ее щеки и тихо произнес ее имя. "Ммм", — ответила Кристин Куинн, но не проснулась. Никто и представить себе не мог, что операция, с вероятностью успеха всего в двадцать процентов, пройдет так гладко… Врач сказал, что ее жизни больше ничего не угрожает. Если в течение следующего года ее организм не покажет признаков отторжения, она полностью выздоровеет. Еще раз взглянув на спящую Кристин Куинн, он повернулся, чтобы уйти. В этот момент пара нежных, изящных рук крепко обхватила его талию. Говард Джеффри напрягся. Кристин Куинн прижалась лицом к его спине, ее мягкий, приятный голос прошептал: «Почему ты уже уходишь?» Говард Джеффри повернулся и нежно обнял Кристин Куинн. В его голосе звучала безграничная нежность, когда он сказал: «Непослушная девочка, осмелилась притвориться спящей передо мной?» Кристин Куинн склонила голову в объятия Говарда Джеффри и кокетливо сказала: «Я просто хотела посмотреть, будут ли твои глаза выражать такую ​​же заботу обо мне, когда я сплю». Говард Джеффри крепче обнял женщину в своих объятиях. "Глупышка…" Кристин Куинн закрыла глаза, ее лицо озарилось счастьем, и она молча обняла его. Говард Джеффри не произнес ни слова, лишь смотрел на нее, его глаза были полны любви и нежности. Внезапно, словно что-то вспомнив, Кристин Куинн подняла взгляд на Говарда Джеффри, в ее голосе звучала тревога. «Говард, твоя мама звонила мне сегодня. Она сказала, что состояние Мари плохое. Ее астма ухудшается, и ее все чаще везут в больницу. Я очень волнуюсь… Я так боюсь, что, когда она вырастет, с ней случится то же, что и со мной сейчас». ---------- Глава 29: Вести себя так, будто один человек стоит от двадцати пяти до восьмидесяти тысяч Два часа спустя, в аэропорту LY в городе Т. Тетя Клэр шла впереди, таща за собой багаж, а Бекка и Изабелла шли рука об руку позади нее. Изабелла все еще не могла сдержать сожаления. «Ах, даже если ты уезжаешь, ты могла бы хотя бы сказать ему, просто чтобы посмотреть, как он отреагирует!» Какую реакцию он мог бы отреагировать? Вероятно, сейчас он полностью поглощен чувствами другой женщины, и у него нет ни секунды, чтобы думать о ней… Конечно, Бекка не поделилась этими мыслями с Изабеллой. Она лишь мягко улыбнулась и тихо сказала: «Я не хочу этого знать». Глаза Изабеллы расширились, и она серьёзно сказала: «Даже если ему наплевать на тебя, ему может быть не всё равно на ребёнка у тебя в животе! Ты просто забираешь ребёнка и уходишь вот так. Ты не подумала, что это несправедливо по отношению к Говарду Джеффри?» Бекка медленно опустила взгляд. «Честно говоря, ребенок появился случайно. Никто из нас этого не хотел… Думаю, после того, как я уеду из Т-Сити, я найду адвоката, чтобы обсудить с ним ситуацию с ребенком. Он, вероятно, не будет бороться со мной за опеку». "Но…" Как раз когда Изабелла собиралась что-то сказать, тетя Клэр, которая шла впереди, крикнула: «Мисс, пора проходить проверку безопасности». "Хорошо." Прибыв на контрольно-пропускной пункт, Бекка помахала Изабелле на прощание. Со слезами на глазах Изабелла помахала в ответ. Как только Бекка взяла удостоверение личности у тети Клэр и собиралась пройти через пункт досмотра, к ней внезапно подошли двое мужчин, похожих на полицейских. Они быстро остановили Бекку, и один из них строго спросил: «Извините, вы мисс Ребекка Квентин?» «Э-э, да, я». «Извините, но вы не можете покинуть страну прямо сейчас. У нас, полиции, есть к вам несколько вопросов относительно вашего отца». «Полицейский участок». В комнате для допросов Бекка, дрожа, смотрела на сурового полицейского напротив, неоднократно качая головой. «Нет, офицер, вы, должно быть, ошибаетесь! Мой отец не такой человек, и он ни за что бы не сделал ничего подобного! Я требую, чтобы вы провели тщательное расследование!» Затем офицер передал Бекке стопку документов и серьезно сказал: «Мисс Квентин, сегодня утром я получил анонимное электронное письмо. В нем четко говорится, что двадцать пять лет назад, когда ваш отец состоял в отношениях с Моникой Лэндон — дочерью Патрика Лэндона, малазийского магната каучуковой промышленности и иностранного гражданина «Цветочного королевства», — он обманом завладел ею миллиардом юаней, заключив фиктивный брак. Эти средства Патрик Лэндон передал своей дочери». Бекка пролистала документы, и ее взгляд наконец остановился на интимной фотографии мужчины и женщины в тесных объятиях… Хотя мужчина на фотографии был в расцвете сил, Бекка с первого взгляда узнала в нем своего отца в молодости, полного блеска. Что касается женщины на фотографии, Бекка понятия не имела, кто она; она ее совсем не узнала. Бекка вернула документы в полицию, твердо заявив: «Как несколько документов и эти фотографии могут доказать, что мой отец совершил мошенничество?» «Мисс Квентин, если бы у нас, полиции, не было веских доказательств, мы бы не просили вас прийти и помочь в расследовании…» Увидев, как Бекка выходит из комнаты для допросов, бледная тетя Клэр поспешила к ней и нервно спросила: «Мисс, что случилось? Это связано с вашим отцом?» Бекка медленно кивнула, дрожащим голосом произнесла: «Они сказали, что папу подозревают в финансовом мошенничестве двадцатипятилетней давности. Поскольку сумма огромна, они могут конфисковать наше имущество. И Квентин, корпоративная группа, юридическим представителем которой был папа, скорее всего, первой выставит свои акции на аукцион, чтобы компенсировать ущерб пострадавшим». Выслушав рассказ Бекки, тетя Клэр отшатнулась на шаг назад, ее лицо мгновенно побледнело. То, чего старый мастер боялся больше всего, наконец-то сбылось… Бекка не заметила странной реакции тети Клэр и вместо этого с недоумением спросила: «Тетя Клэр, полиция сказала, что папа встречался с женщиной по имени Моника Лэндон в Малайзии. Вы вместе с папой уже больше двадцати лет. Скажите, пожалуйста, папа действительно знал женщину по имени Моника Лэндон?» Тетя Клэр все еще пребывала в оцепенении. «Тетя Клэр, тетя Клэр…» После того как Бекка несколько раз назвала её по имени, тётя Клэр наконец пришла в себя и энергично покачала головой. «Э-э, я её не знаю. Я никогда не слышала, чтобы Мастер упоминал её». «Но у полиции есть неопровержимые доказательства. И, согласно собранной ими информации, папаша необъяснимым образом сколотил состояние двадцать пять лет назад, незадолго до того, как основал компанию Quentin». Тетя Клэр быстро сказала: «Мисс, мы не знаем, через что прошел наш учитель в молодости. Он уже умер, поэтому нет смысла сейчас ворошить старые обиды и обиды… Надеюсь, вы не будете слишком углубляться в это, и, пожалуйста, не позволяйте полиции ввести вас в заблуждение, заставив думать, что ваш отец был плохим человеком». ---------- Глава 30: Вернись со мной в Америку Ребекка Квентин улыбнулась Мари, экономке. «Все в порядке, можешь идти отдохнуть. Он скоро вернется». "Но…" Не успела экономка договорить, как с улицы вошла высокая и внушительная фигура Говарда Джеффри. Тихо произнеся «Сэр», экономка незаметно удалилась в угол. Ребекка Квентин встала и уже собиралась что-то сказать, когда услышала, как Говард Джеффри произнес: «Давайте поговорим наверху». После этого он сразу же поднялся наверх. Ребекка Квентин тоже не колебалась и последовала за ним наверх. На самом деле, она настояла на том, чтобы ждать его в гостиной. Не потому, что боялась неловкости разговора в их старой комнате, а потому, что опасалась, что если он приведёт домой кого-нибудь ещё, её присутствие там будет действительно неловким. Когда Ребекка Квентин вошла в комнату, Говард Джеффри уже ослабил галстук и расстегивал рубашку, очевидно, направляясь в ванную. Ребекка Квентин не стала его беспокоить и просто тихо стояла в комнате, ожидая его. Он был очень щепетилен в вопросах чистоты и обычно любил немного понежиться в ванне перед тем, как принять душ. Обычно это не занимало много времени, поэтому она терпеливо ждала. Когда Говард Джеффри вышел из ванной, он увидел Ребекку Квентин, сидящую у панорамного окна и завороженно смотрящую на окружающий пейзаж. «Скажи это, пожалуйста». Говард Джеффри внезапно заговорил, испугав Ребекку Квентин. Инстинктивно она повернула голову и увидела неожиданное зрелище: Говард Джеффри был одет лишь в небрежно накинутый халат. Он не пытался прикрыться перед ней, поэтому она не чувствовала необходимости стесняться. Они были женаты два года; нельзя сказать, что она раньше не видела его тела. Отвести взгляд сейчас было бы излишним. Тогда она смело посмотрела на него и прямо сказала: «Я хотела бы попросить вашей помощи». «Хм», — равнодушно ответил Говард Джеффри, затем подошёл к окну от пола до потолка, наклонил голову и закурил сигарету. Ребекка Квентин подошла вслед за Говардом Джеффри и спокойно рассказала о ситуации. Конечно, она не сказала ему, что ее остановила полиция в аэропорту. Выслушав выступление Ребекки Квентин, Говард Джеффри докурил сигарету. Потушив её в пепельнице, он посмотрел на неё и сказал: «Похоже, вы уже во второй раз просите меня о помощи». Глаза Ребекки Квентин расширились от удивления. Ты же знаешь, что я уже обращалась к тебе за помощью? Говард Джеффри посмотрел ей в потрясенные глаза и ответил: «В прошлый раз я был в Нью-Йорке. Я мог бы решить вашу проблему всего одним телефонным звонком». «Ты знал о моей ситуации… почему я тогда даже не ответила на твой звонок?» — слабо спросила она. Она считала себя хорошо подготовленной к встрече с ним, но так и не смогла набраться смелости, чтобы произнести эти три решающих слова: «Ты мне был нужен». Он прищурился и взглянул на неё. "Ты не знаешь причину?" Ребекка Квентин недоуменно покачала головой. Говард Джеффри усмехнулся: «Мой тесть умер, а жена даже не подумала сообщить мне. Похоже, я ей был не нужен». Ребекка Квентин медленно опустила глаза. «Мы уже выложили все карты на стол», — сказала она приглушенным голосом. «Ты был со мной, потому что я была похожа на женщину, которую ты любишь, а я была с тобой из-за тех преимуществ, которые, по расчетам моего отца, он мог от тебя получить. Между нами не было настоящей привязанности. После смерти моего отца, как я могла просить тебя оплакивать его в качестве зятя семьи Квентин?» Глаза Говарда Джеффри сузились еще больше, голос его стал хриплым. «Бекка, ты действительно думала, что последние два года я относился к тебе лишь как к замене?» Ребекка Квентин молча согласилась. Говард Джеффри по-прежнему насмехался, но его смех стал холодным. «Ты та ещё жена, Бекка… Если бы я действительно видел в тебе лишь замену, зачем бы мне было проверять, заботишься ли ты о нашем ребёнке, отвозя тебя в больницу? Зачем бы мне было искать причины для откладывания развода? И зачем бы я просил тебя вернуться сегодня вечером?» "Я…" Ребекка Квентин была потрясена. Однако Говард Джеффри притянул её к себе в объятия, прижавшись головой к её лбу. «Ты даже не представляешь, как я на тебя зол», — пробормотал он тихим, хриплым голосом. Его мягкий, долгий голос излучал едва уловимое тепло, которое проникало ей в ухо… У нее слегка зазвенело в ухе, и она инстинктивно хотела оттолкнуть его, но он крепко обнимал ее, словно не допуская никакого отказа. Это дыхание, это тепло, это превосходство… всё это принадлежало исключительно ему. В этот момент некогда заветное чувство разлилось по ее сердцу. Она не хотела так легко поддаваться, поэтому посмотрела на него, намереваясь все прояснить. Но ее взгляд неожиданно встретился с его темными глазами. Казалось, его глаза обладали завораживающей силой, притягивая её и не позволяя ей отвести взгляд от его красивого лица… В следующую секунду он наклонился, крепко обнял ее за талию и прижал свои теплые, тонкие губы к ее губам. ---------- Глава 31-21. Смерть отца Ку_2 "Это хорошо." Бекка больше ничего не сказала. Александр Квентин снова медленно произнес: «Бекка, боюсь, моя болезнь не пройдет. Я хочу, чтобы ты мне кое-что пообещала». Бекка тут же протянула руку, чтобы утешить отца. «Папа, тебе не следовало так говорить. Ты обязательно поправишься». «Сначала пообещай мне». «Хорошо. Скажи мне. Если я смогу это сделать, я помогу тебе этого добиться». «Надеюсь, у вас будет ребенок для Говарда Джеффри», — внезапно сказал Александр Квентин. "Что?" Бекка на мгновение замерла. "Э-э… Папа, дело не в том, что я не думала о рождении ребенка, но Говард сказал, что мы еще молоды и спешить некуда". Она уклонилась от ответа, пытаясь переложить вину на Говарда. — Не спешишь? — Александр Квентин скептически посмотрел на Бекку. — Но Говард только что сказал мне, что хочет завести с тобой ребенка как можно скорее. Александр Квентин, разумеется, лгал. "Он… он это сказал?" — немного удивилась Бекка. Александр Квентин естественно спросил: «Бекка, как может у супружеской пары не быть детей?» "Я…" «У меня осталось мало времени. Я очень надеюсь увидеть рождение своего внука при жизни. Это можно считать моим предсмертным желанием…» — Александр Квентин выразил крайнюю тоску. Не в силах разочаровать отца, после нескольких секунд колебания Бекка мягко кивнула и утешила его: «Ты обязательно увидишь рождение своего маленького внука». «Два дня спустя». Наблюдая, как Бекка садится в машину, которую прислал Говард, Александр Квентин глубоко вздохнул. Тетя Клэр втолкнула Александра Квентина, сидевшего в инвалидном кресле, обратно в дом. С грустью она сказала: «Господин, я искренне сочувствую мисс Квентин. Мистер Джеффри ее совсем не любит, но вы настаиваете, чтобы она родила от него ребенка». Тетя Клэр много лет служила Александру Квентину и была в курсе всех дел семьи Квентин. Глаза Александра Квентина наполнились слезами, когда он беспомощно произнес: «Я знаю, что этот ребенок неизбежно доставит Бекке трудности в будущем, но я должен это сделать…» Тетя Клэр согласно кивнула. «Действительно, этот ребенок — словно амулет для мисс Квентин. Хотя ей будет тяжело, я верю, что даже если мистер Джеффри не сможет подарить ей счастье в будущем, мисс Квентин обязательно найдет того, кто сможет о ней позаботиться…» "Да." «В элитной частной больнице в городе Т». Шофер Говарда, Рой, тревожно расхаживал у операционной. «Как вы думаете, операция мисс Куинн на этот раз пройдет успешно?» Джейсон Вуд прислонился к стене, скрестив руки, совершенно невозмутимый беспокойством Роя. Он спокойно сказал: «С боссом, сопровождающим мисс Куинн, с ней ничего не случится». «Вы правы. Начальник — духовная опора мисс Куинн. С его помощью она обязательно со всем справится». После недолгой паузы Ройе невольно снова спросил: «Джейсон, когда у мисс Куинн следующая операция?» «В следующем месяце». Глаза Роя расширились. «Значит ли это, что мистер Джеффри разведется с мисс Квентин в следующем месяце?» Джейсон Вуд хранил молчание. Ройе тихо вздохнул. «Ах, время летит так быстро». Джейсон Вуд повернулся к нему. "Что, тебе её жаль?" «Дело не в том, что мне её жаль; я просто считаю Ребекку Квентин довольно жалкой. До замужества с мистером Джеффри я думала, что она избалованная богатая девушка. Однако, наблюдая за ней последние два года, я считаю, что на самом деле она довольно хороша. Хотя она часто молчит, она разговаривает со всеми мягко. Она не ведёт себя высокомерно, как «миссис Джеффри», и совсем не похожа на избалованную дебютантку из богатой семьи». Джейсон Вуд категорично заявил: «Как бы хороша она ни была, она не сможет конкурировать с мисс Куинн». «Это правда. Мисс Куинн — как богиня. Ребекка Квентин, естественно, не может с ней сравниться». Это казалось неоспоримым фактом; даже слова Роя выдавали его восхищение Кристин Куинн. "Ночью." Лежа в постели, Бекка безучастно смотрела в потолок. Ее мысли были в полном беспорядке; слова отца бесконечно прокручивались в ее голове. Честно говоря, последние два года она ни разу не задумывалась о том, чтобы завести ребенка с Говардом. Она всегда считала, что ребенок должен быть воплощением любви между родителями и расти в стабильной, полноценной семье. Их отношения с Говардом были обречены на провал, а рождение ребенка лишь еще больше запутало бы их. Она этого не хотела. Однако ее отец, похоже, отчаянно хотел увидеть этого внука… Что ей следует сделать? Ее мысли становились все более запутанными. Наконец, в отчаянии, Бекка отправила текстовое сообщение своей давней подруге Изабелле Джоанне. В сообщении в общих чертах упоминалось то, что её отец сказал ей накануне. Изабелла Джоанна быстро ответила: «На самом деле, не о чем так сильно переживать. На вашем месте мой ребенок от мистера Джеффри, вероятно, уже был бы достаточно взрослым, чтобы ходить по магазинам». "Почему?" — растерянно ответила Бекка. Изабелла Джоанна ответила: «Потому что я хочу остаться рядом с мистером Джеффри навсегда. Рождение ребенка создало бы связь, узы, которые гарантировали бы, что он никогда не сможет меня покинуть до конца своей жизни. Я знаю, что вы думаете иначе; вы не завидуете всему, что есть у мистера Джеффри. Но я надеюсь, вы серьезно задумаетесь над одним вопросом: неужели за эти два года у вас не было ни одного момента, когда вы хотели бы быть с мистером Джеффри навсегда?» Это сообщение заставило Бекку глубоко задуматься. Спустя долгое время, как раз когда она собиралась ответить Изабелле Джоанне, тишину нарушил звук поворота дверной ручки спальни. Говард вернулся! Бекка быстро отложила телефон, намереваясь притвориться спящей, но в эту же секунду в спальню вошел Говард. Увидев, что Бекка отложила телефон, он ослабил галстук и тихо спросил: «Ещё не спишь?» Бекка еще глубже зарылась под одеяло и неловко ответила: «Э-э, я просто болтала с Изабеллой». Отбросив галстук, Говард направился к Бекке. Наблюдая за приближающейся высокой фигурой, Бекка невольно напряглась, крепко вцепившись пальцами в одеяло. Черт! Она думала, что он сегодня не вернется, поэтому после ванны небрежно надела футболку в качестве пижамы. Обычно это было бы нормально, но эта футболка была очень короткой. Лежа в постели, она едва прикрывала нижнее белье. С привычной легкостью Говард вытащил Бекку из-под одеяла. Как всегда, властно произнес он: «Составь мне компанию во время купания». "Э-э…" Прежде чем она успела возразить, она уже взлетела в воздух. В тот момент, когда он поднял ее, Говард, казалось, заметил, как мало на ней было надето, и его мужские инстинкты мгновенно возбудились. Почувствовав пристальный взгляд Говарда, устремленный на ее нижнюю часть тела, Бекка покраснела и поспешно попыталась сменить тему. «Э-э, разве ты не говорила, что не вернешься сегодня вечером?» ---------- Главы 32-22: Никогда не появляется, когда это нужно_2 «Почему? Мистера Джеффри сегодня нет. Может быть, он до сих пор не знает о смерти мистера Квентина?» — недоуменно спросила тетя Клэр. «Я не знаю…» Она никогда по-настоящему не понимала Говарда Джеффри и не хотела слишком углубляться в его вопросы. К тому же, когда она проснулась вчера посреди ночи, его уже не было в комнате. «Тогда я позвоню мистеру Джеффри, чтобы сообщить ему об этом…» Бекка подняла взгляд, ее глаза были устремлены в никуда, и она спокойно ответила: «В этом нет необходимости. Дела нашей семьи его не касаются». «XX Роскошная частная больница». После разговора с врачом Джейсон Вуд вышел в коридор, с тяжелым сердцем. В конце коридора стояла высокая, внушительная фигура, отличавшаяся холодной надменностью. Джейсон Вуд подошел. Ройе быстро прошептал предупреждение: «Будь осторожен в своих словах; босс в ужасном настроении». Собравшись с духом, Джейсон Вуд подошел сзади к Говарду Джеффри и осторожно начал: «Босс, доктор сказал, что мисс Куинн должна перенести еще одну операцию в следующем месяце. В противном случае все предыдущие процедуры окажутся напрасными, и организм мисс Куинн сможет продержаться… максимум, еще год». После этих слов Джейсон Вуд и Ройе затаили дыхание, слишком испуганные, чтобы даже глубоко вдохнуть. В самом деле, кто мог предсказать, что Александр Квентин решит покончить с собой прямо перед второй операцией Кристин Куинн? Александр Квентин явно спланировал этот исход, потому что не хотел, чтобы Кристин Куинн выжила. Тем самым он также нарушил сделку, заключенную с Говардом Джеффри. Такой исход был неизбежен и привел бы Говарда Джеффри в ярость, и последствия его гнева были тем, чего глубоко опасались как Джейсон Вуд, так и Ройе. Поэтому в этот момент, несмотря на то, что Говард Джеффри не проявлял никаких внешних признаков гнева, Джейсон Вуд и Рой молча склонили головы. Их босс всегда был загадочным; обидеть его могло означать смерть, о которой так и не стало известно, как и почему. «Неделю спустя, в Квентине». Сидя в кабинете своего отца, Ребекка Квентин столкнулась с группой внушительных людей. Впервые в жизни она почувствовала себя совершенно беспомощной и напуганной. «Мисс Квентин, мы из Smooth Bank. Пятьдесят миллионов, которые г-н Квентин взял в долг год назад, заложив особняк Квентина, теперь подлежат выплате. Если Квентин не сможет немедленно погасить эту сумму, наш банк подаст в суд ходатайство об аресте особняка Квентина в качестве залога…» «Мисс Квентин, год назад г-н Квентин подписал строительный контракт с нашей компанией Forestleap. Теперь, когда строительство завершено, не могли бы вы, пожалуйста, произвести расчеты с нашим представителем, г-ном Дереком?» «Мисс Квентин, зарплаты сотрудников за этот месяц…» «Прошу прощения, все. Я только что принял руководство компанией Quentin и всё ещё осваиваю многие аспекты работы компании. Надеюсь, вы дадите мне больше времени. Я рассмотрю каждое из ваших замечаний в индивидуальном порядке». Ребекка была совершенно ошеломлена этим натиском деловых проблем, с которыми она никогда раньше не сталкивалась. Она изо всех сил пыталась найти решения и, чувствуя себя беспомощной, могла лишь прибегнуть к тактике затягивания. Однако не все из них проявили такое понимание. Представитель Smooth Bank сказал: «Мисс Квентин, мы понимаем вашу ситуацию и глубоко сожалеем о внезапной смерти мистера Квентина. Однако наш банк действительно не может больше задерживать этот платеж. Пожалуйста, предоставьте нам ответ в течение одного-двух дней. В противном случае мы будем вынуждены обратиться в суд». «Мисс Квентин, наш мистер Дерек также дал нам указание, что мы не можем больше откладывать это…» «Почему вы все так давите на мисс Квентин?» — сердито вмешался сотрудник компании, не выдержав издевательств над Ребеккой. — «Ее отец, возможно, умер, и компания, возможно, сталкивается со многими проблемами, но неужели вы забыли, что муж мисс Квентин — Говард Джеффри, президент Skytop Group?» "Э-э…" При упоминании Говарда Джеффри прежде враждебная атмосфера, казалось, мгновенно рассеялась. Невидимая, мощная аура, казалось, окутала всех присутствующих. Все обменялись взглядами и на мгновение замолчали. Наконец, представитель Smooth Bank нерешительно произнес: «Если бы мистер Джеффри мог вести с нами переговоры напрямую, это было бы идеально… Что ж, поскольку мистера Джеффри сегодня нет, мы вернемся после поминок мистера Квентина!» Это было первое возвращение Ребекки в дом Джеффри после смерти отца. По всей видимости, слуги в доме Джеффри узнали о смерти ее отца из этой новости, потому что, увидев Ребекку, они отнеслись к ней с еще большей заботой и вниманием, чем обычно. «Уважаемая госпожа, вы, должно быть, очень устали после последних нескольких дней. Позвольте мне помочь вам подняться наверх и отдохнуть», — сказала служанка. Ребекка мягко покачала головой и, с усталостью последних нескольких дней, спросила: «Мистер Джеффри был дома последние два дня?» На самом деле, она редко интересовалась местонахождением Говарда Джеффри. Однако на этот раз она вернулась, потому что хотела обсудить с ним кое-что конкретное. Услышав вопрос Ребекки, служанка слегка удивлённо спросила: «Сэр… он не был с вами, юная госпожа?» Ребекка не ответила. Казалось, горничная нашла ответ в молчании Ребекки. Она неловко произнесла: «Я предположила, что сэр не возвращался последние несколько дней, потому что он был в доме Квентина, сопровождая вас, юная госпожа…» В тот момент глубоко внутри Ребекки поднялось незнакомое чувство. Она не могла точно его назвать, но оно вызывало у нее смутное чувство тревоги. Сделав глубокий вдох, Ребекка сказала своим обычным спокойным тоном: «Если мистер Джеффри вернется, пожалуйста, сообщите ему от моего имени. Мой отец только что скончался, и мне нужно уладить много дел в поместье Квентина. Вероятно, я пробуду в доме Квентина еще несколько дней». Служанка кивнула, немного растерянно. «Я сообщу господину… В таком случае я помогу вам собрать кое-какие вещи». "Хорошо." Три дня спустя в самом большом похоронном бюро в Т-Сити состоялась поминальная служба по Александру Квентину. Учитывая влиятельный статус Александра Квентина в Т-Сити, многие видные политические и деловые деятели торжественно присутствовали на поминальной службе. Однако некоторые из пришедших сегодня выразить соболезнования удивили Ребекку. Например, среди них были члены королевской семьи из США и ближневосточные нефтяные магнаты. Это были всемирно известные, богатые представители элиты, которые обычно не стали бы общаться с магнатом из относительно небольшого города, такого как Ти-Сити, но они пришли оплакать Александра Квентина. Ребекка оставалась в недоумении, пока во время службы до ее ушей неоднократно не дошло имя «Говард Джеффри». Тогда она поняла: все эти влиятельные международные деятели и бизнес-магнаты приехали благодаря Говарду Джеффри. Это было вполне логично. Два года назад их «свадьба века» действительно объявила миру о том, что Говард Джеффри женился на ней. Для такой скромной фигуры в деловом мире, почитаемой как легенда, жениться на дебютантке из маленького города таким громким образом было поразительно. Хотя публика восхваляла это как брак, заключенный на небесах, все знали, что именно ее семья получила значительную выгоду от этой связи. Поэтому наиболее правдоподобной причиной для того, чтобы он «снисходительно» согласился жениться на ней, было то, что она ему искренне понравилась. В течение последних двух лет ходили слухи, что их брак был гармоничным и счастливым. Следовательно, те, кто стремился общаться с Говардом Джеффри или заслужить его расположение, естественно, не упустили бы этой возможности увидеть его, особенно на поминках его тестя. ---------- Главы 33-23: Он наконец появляется_2 Похлопав себя по груди, чтобы убедиться, что тошнота прошла, Ребекка Квентин добавила: «Я скоро буду там». Секретарь Шоу, глядя на бледное от тошноты лицо Ребекки Квентин, невольно с беспокойством спросила: «Мисс Квентин, вы плохо себя чувствуете?» Ребекка Квентин ответила: «Со мной все в порядке. Наверное, я сегодня съела что-то не то». «Тогда я выйду и займусь делами». "Хорошо." Не обращая внимания на тошноту, Ребекка Квентин прикрыла лоб рукой и некоторое время размышляла, прежде чем, наконец, с некоторой нерешительностью, достала свой мобильный телефон. У неё не было его номера телефона в телефоне, но этот номер глубоко запечатлелся в её сердце за долгие два года. Набрав незнакомый, но в то же время знакомый номер, Ребекка Квентин нервно ждала соединения. Это был ее первый звонок, и ее волнение было гораздо сильнее, чем любое другое, которое она испытывала, принимая его звонки. БИП, БИП — Телефон звонил долго, но никто не отвечал. После двух повторных звонков Ребекка Квентин решила повесить трубку. В её сердце зародилась необъяснимая горечь. Она больше не надеялась на его помощь. Ребекка Квентин встала и самостоятельно вышла из кабинета. «В то же время, в частной больнице XX». Рой, держа в руках телефон, который только что перестал вибрировать, прошептал стоявшему рядом Джейсону Вуду: «Похоже, на этот раз президенту звонит не тетя Клэр, а мисс Квентин». Действительно, номер телефона, который Ребекка Квентин считала принадлежащим Говарду Джеффри, большую часть времени находился в распоряжении Ройе. Помимо звонков, многие из нежных текстовых сообщений, которые Ребекка Квентин получала якобы от Говарда Джеффри, также были от Ройе. Джейсон Вуд был весьма удивлен. «Мисс Квентин звонила?» Насколько он помнил, их «начальница» никогда не проявляла инициативу и не звонила их боссу… Может быть, то, что тетя Клэр попросила их сказать боссу по телефону сегодня утром, было правдой? Ройе посмотрел на Джейсона Вуда, и, судя по всему, у него была та же мысль. «Как вы думаете, стоит ли нам сообщить об этом президенту?» — спросил Ройе. Джейсон Вуд на мгновение задумался и сказал: «Конечно. Но я не могу предсказать, как отреагирует босс, когда узнает». Ройе согласно кивнул. «Президент последние дни был с мисс Куинн, и ее состояние ухудшается. Я очень обеспокоен тем, что из-за того, что Александр Квентин нарушил их соглашение, с мисс Куинн произойдет…» Ройе не смел думать дальше. За исключением Кристин Куинн, их босс был холоден и безразличен ко всем и всему остальному. В конце концов Джейсон Вуд решил: «Ладно, я пойду и скажу президенту. В конце концов, это всего лишь мелочь, хотя ему, вероятно, будет все равно». "Вечером." Вернувшись в дом Квентинов, измученная Ребекка Квентин легла на диван. Спустя, как ей показалось, целую вечность, она смутно услышала, как кто-то сказал: «Мисс, вы не можете здесь спать. Вы простудитесь». Открыв сонные глаза, Ребекка Квентин безучастно посмотрела на тетю Клэр, а затем приподнялась. «Как я уснула?» Тетя Клэр села рядом с Ребеккой Квентин и с беспокойством спросила: «Ты очень устала?» «Со мной всё в порядке, просто очень хочется спать». «Вы плохо высыпались в последние несколько дней, поэтому вполне естественно, что вы чувствуете сонливость». Кивнув, Ребекка Квентин встала с дивана и сказала: «Тетя Клэр, я пойду наверх немного отдохну. У меня сегодня вечером встреча, поэтому, пожалуйста, разбудите меня до восьми». "Хорошо." Вернувшись в свой номер и поставив сумочку, Ребекка Квентин собиралась войти в ванную, чтобы принять душ, когда ее внезапно накрыла волна тошноты. Она даже не успела дойти до туалета; Ребекка Квентин уже сжимала в руках мусорное ведро в своей комнате и её сильно рвало. Лишь когда ей показалось, что ее вот-вот вырвет желчью, неудержимое желание вырвать постепенно утихло. Прополоскав рот теплой водой, Ребекка Квентин слабо села на край кровати. Вспомнив о недавних необъяснимых приступах тошноты, она вдруг услышала тревожный сигнал. Ребекка Квентин тут же быстро подсчитала дни. Она внезапно поняла, что у нее задержка более недели. И, согласно ее мысленному графику, примерно в это же время она и Говард Джеффри провели вместе почти целую ночь... Нет, это невозможно... Ребекка Квентин всё ещё не могла поверить своим глазам. Она бросилась в ванную и, пытаясь прояснить голову, умылась холодной водой. Глядя на своё бледное отражение в зеркале, Ребекка Квентин крепко вцепилась в край раковины, чувствуя себя беспомощной. Внезапно она вышла из ванной, быстро схватила сумочку и выбежала из комнаты. Ночью, под неоновыми огнями, на деревянной скамейке у улицы уныло сидела стройная, несколько истощенная женская фигура. Перед ней простиралась оживленная улица, кишащая машинами и пешеходами, но молодая женщина, казалось, ничего этого не замечала, ее взгляд был пустым, а выражение лица — растерянным. Почему это произошло? Она купила дюжину тестов на беременность, и на каждом из них отчетливо виднелись две полоски... Это было невозможно. Она всегда была такой осторожной, и он обычно использовал презервативы в период её фертильности... Как она могла быть беременна? Опустив голову, Ребекка Квентин безучастно смотрела на свой все еще плоский живот. Она не могла поверить, что внутри нее тайно растет маленькая жизнь... Спустя долгое время, когда она поняла, что больше не может отрицать реальность, ее глаза мгновенно наполнились слезами. Они хлынули по ее лицу, тяжело ударяясь о землю. Почему она родила ребенка именно сейчас? Она так, так сильно старалась этого избежать. Почему судьба так жестоко над ней издевалась? Сопли... В этот момент Ребекка Квентин больше не могла сдерживаться и разрыдалась, рыдая навзрыд. Внезапно в ее сознании мелькнул образ высокой, гордой фигуры. Говард Джеффри... Где вы сейчас? Если бы вы знали, что я беременна от вас, что бы вы сделали? «В тот вечер, в восемь часов, в клубе «Меви Палас».» В роскошном отдельном зале Ребекка Квентин, одетая в шикарный костюм от Chanel, с трудом сдерживая эмоции, обратилась к мужчинам напротив: «Мистер Колин, мистер Дерек, я понимаю ваши трудности. Однако Квентин много лет пользуется хорошей репутацией в этой отрасли. Пожалуйста, поверьте, что Квентин не допустит просрочки по долгам перед вами». Ситуация действительно была непростой. Она проверила счета Квентина и обнаружила, что её отец уже перевёл все ликвидные активы Квентина. Местонахождение этих средств оставалось неизвестным, что и являлось причиной текущих проблем Квентина с денежным потоком. Первым выступил мистер Колин из Smooth Bank: «Мисс Квентин, мы сказали все, что нужно было сказать. Если Квентин не вернет долг до завтра, я без колебаний подам в суд». ---------- Главы 34-24: Я что, похож на того, кто шутит? Говард Джеффри слегка нахмурился. «Твой отец тебе всё рассказал?» Ребекка Квентин глубоко вздохнула и ответила: «Да, я знала с самого начала… Я всего лишь запасная». "Замена?" Не заметив замешательства в голосе Говарда Джеффри, Ребекка Квентин опустила голову и пробормотала: «Вы помогли моему отцу, а я осталась с вами. Это была справедливая сделка». На это Говард Джеффри усмехнулся. Похоже, Александр Квентин не сказал дочери правду. Ну, неважно. Ей и не нужно было знать правду. Ребекка Квентин недовольно спросила: «Над чем вы смеетесь?» «Ничего. Я просто подумал, что твой отец прожил свою жизнь не напрасно; он никогда не забывал строить планы, даже до самой смерти». Ребекка Квентин подавила гнев. «Мой отец только что умер. Надеюсь, вы проявите больше уважения». Говард Джеффри, сохраняя непринужденную улыбку, легкомысленно произнес: «Хорошо, давайте перейдем к делу». Ребекка Квентин не ответила. «Ещё не поздно. Я попрошу водителя отвезти вас в больницу». Ребекка Квентин вздрогнула от его слов. Она понимала, что в этот момент слово «больница» имело для нее очень важное значение; именно здесь решалась судьба ее еще не родившегося ребенка. Но в данный момент она не хотела просить у него разъяснений. Некоторые решения, даже если ей не хотелось их принимать, в конечном итоге нужно было принять. Ребекка Квентин и Говард Джеффри сидели на заднем сиденье. На протяжении всей поездки Ребекка Квентин не отрывала взгляда от окна машины, явно желая избежать дальнейшего общения с ним. Тем временем Говард Джеффри неторопливо листал свежий финансовый журнал, как будто обсуждаемый вопрос не имел для него большого значения. Они подъехали к входу в больницу, казалось, в мгновение ока. Водитель, Ройе, почтительно открыл дверь машины для Ребекки Квентин. Ребекка Квентин вышла из машины, ее взгляд остановился на ярко-красном кресте на крыше здания больницы. Говард Джеффри оставался в машине, поглощенный чтением своего финансового журнала, казалось, ничуть не обеспокоенный и даже не взглянув на Ребекку Квентин. Ройе сказал: «Мадам, доктор готов. Я вас приму». Он даже договорился с хирургом… У неё сжалось сердце. Ребекка Квентин кивнула. "Хорошо." Если они так охотно рекламируют эти процедуры по телевидению, то, вероятно, это не займет много времени. Вслед за Ройе в смотровой кабинет в конце коридора, Ребекка Квентин села, чувствуя тревогу. Рой сказал: «Мадам, пожалуйста, подождите минутку. Я пойду за доктором». Ребекка Квентин мягко кивнула. Ройе ушел, и Ребекка Квентин внезапно осталась одна в большом смотровом кабинете. Ночью в больнице было необычно тихо. Ребекка Квентин небрежно огляделась, и ее взгляд внезапно привлекло изображение очаровательного малыша, висящее на белой стене. Это был очаровательный малыш, который учился ползать, с темными, блестящими глазами, нежными чертами лица и аурой новой жизни… Ребекка Квентин смотрела на это, завороженная. В ее глазах вспыхнул мягкий, материнский свет. Но затем мысль о том, что должно произойти, заставила ее взгляд потускнеть, и в ее сознании мелькнул кровавый образ… В следующую секунду Ребекка Квентин собралась с духом, встала и без колебаний вышла из кабинета врача. У входа в больницу, под сенью деревьев, украшенных гирляндами, стоял знакомый Bugatti. Ребекка Квентин глубоко вздохнула. Решив не проявлять перед ним никакой слабости, она подошла к нему. В тени деревьев Говард Джеффри разговаривал по телефону. Ребекка Квентин подошла сзади и терпеливо ждала. Говард Джеффри разговаривал по телефону, по всей видимости, с клиентом. Он стоял, засунув одну руку в карман брюк, и говорил, смеясь. Ребекка Квентин не подошла ближе, а лишь смотрела на его высокую, прямую спину. Она должна была признать, что за последние два года ее мнение о нем значительно изменилось. Однако неизменным оставалось ее восхищение его внешностью. По сей день он оставался самым красивым мужчиной, которого она когда-либо видела. Даже сейчас его спина в повседневном костюме излучала неповторимое благородство и гордость. Прошло несколько минут. Он закончил разговор и повернулся, его взгляд невольно встретился с ее взглядом, который был прикован к нему в оцепенении. Их взгляды встретились на несколько секунд, прежде чем Ребекка Квентин пришла в себя. Она неловко выпалила: «Э-э, мне нужно кое-что тебе сказать… Я видела, что ты разговариваешь по телефону, поэтому не хотела тебя беспокоить». Заметив нервозность в глазах Ребекки Квентин, Говард Джеффри прищурился. Его тон смягчился. «Продолжайте». Ребекка Квентин опустила взгляд и спокойно сказала: «Давайте сначала обсудим развод, а потом поговорим о ребенке». Улыбка коснулась губ Говарда Джеффри, но он не ответил сразу. Когда Говард Джеффри не ответил, Ребекка Квентин подняла голову и тревожно выпалила: «Эй, ты слышал, что я сказала?..» «Развод? Дорогая, ты, должно быть, ошибаешься. Я никогда не планировал с тобой разводиться». "Что?" Говард Джеффри едва заметно улыбнулся. «Мы женаты уже два года, и нас обоих всё устраивает, не так ли? Зачем нам разводиться?» Поскольку они говорили откровенно, Ребекка Квентин отбросила всякое притворство. «Говард, — сказала она прямо, — брак — это не игра. Я не могу всю жизнь играть с тобой в одну игру». Брови Говарда Джеффри нахмурились. «Но не забывайте, когда в игре на кону стоит „жизнь“, отказаться от участия не так-то просто!» «Но избавиться от ребенка — не единственное решение». Говард Джеффри выглядел недовольным, его тон стал холодным. «Кто вам сказал, что я хочу избавиться от этого ребенка?» Ребекка Квентин отвернула голову и раздраженно сказала: «Вы же привезли меня в больницу, правда?» «Ха!» — внезапно рассмеялся Говард Джеффри. Он неторопливо протянул руку и обнял Ребекку Квентин. «Глупая женщина, я привёз тебя в больницу, потому что мне нужно было убедиться, действительно ли я стану отцом, судя по твоим заявлениям и заявлениям тёти Клэр». Глаза Ребекки Квентин расширились. "Ты имеешь в виду…" «Конечно, я намерен оставить этого ребенка. К тридцати годам мужчина должен состояться, и продолжение рода является первостепенной задачей». "Ты серьезно?" Говард Джеффри поцеловал Ребекку Квентин в светлую щеку и магнетическим голосом произнес: «Дорогая, я что, похож на шутника?» Слегка отстранившись от Говарда Джеффри, Ребекка Квентин покачала головой. «Но когда ты впервые узнал о моей беременности, твое отношение было совсем другим». Говард Джеффри ответил откровенно: «Потому что я никогда не ассоциировал вас с тем, что вы являетесь матерью моего ребенка. Но теперь, когда это случилось, мне нужно принять спокойное решение». Говард Джеффри был настолько прямолинеен. По мнению Ребекки Квентин, его слова также соответствовали действительности… Чего же на самом деле стоила Ребекка Квентин? В его глазах она была чем-то большим, чем просто инструментом, женщиной, на которой он женился, чтобы удовлетворить свои желания, оплакивая свою покойную девушку? Откровенно говоря, она была просто для удовлетворения его физических потребностей. Как она могла заслужить его уважение? Вся та доброта, которую он проявлял к ней последние два года… вероятно, все потому, что ее лицо было похоже на лицо его покойной девушки. ---------- Глава 35-25. Противостояние с ним, хм! _2 Ребекка Квентин прервала её: «Изабелла, пойдём в другой магазин!» Сказав это, она потянула Изабеллу Джоанну за руку, чтобы уйти. Молодая женщина усмехнулась: «Миссис Джеффри, не нужно спешить. Я слышала, что вы неравнодушны к благотворительности, поэтому хотела пригласить вас на благотворительный ужин BASA завтра вечером. Обязательно приходите!» Выйдя из магазина, Изабелла сердито топнула ногой: «Бекка, эта женщина явно была к тебе враждебна. Почему ты была с ней вежлива?» Затем Ребекка рассказала Изабелле о том, что произошло на прошлогоднем благотворительном ужине BASA. Услышав это, глаза Изабеллы загорелись от волнения: «Что? Говард Джеффри просто так, между прочим, купил тебе то, о чём ты говорила?» Ребекка широко раскрытыми глазами смотрела на Изабеллу. Наконец осознав ситуацию, Изабелла выпалила: «Э-э… ​​Неудивительно, что эта женщина так разозлилась. Ее муж не смог купить ее, несмотря на огромные ставки, а вы, между прочим, сказали слово, и ваш муж купил ее вам в несколько раз дороже. Эта сцена вызвала бы зависть у любой женщины». "Изабелла!!" Изабелла сдалась: «Хорошо, я больше ничего не скажу. У Говарда нет ничего, что стоило бы твоего внимания… Думаю, эта женщина пригласила тебя на благотворительный ужин просто потому, что видела последние новости и знала, что твой брак с Говардом переживает кризис. Должно быть, она с нетерпением ждёт, когда ты завтра вечером опозоришься». Ребекка кивнула и сказала: «Тогда я не пойду». Глаза Изабеллы расширились: «Что?! Ты должна уйти!» "Хм?" «Уверяю вас, если эта женщина так настойчиво вас приглашает, она обязательно сообщит присутствующим СМИ, что вы там будете. Если вы не придёте, это только подтвердит слухи о распаде вашего брака с Говардом… Если вы не хотите, чтобы вас постоянно донимали СМИ или чтобы они даже сообщали о том, что вас бросили после родов, вы должны использовать этот ужин, чтобы похвастаться своим статусом леди Джеффри». Изабелла была права. Если СМИ не добьются результата, они продолжат преследование. Поскольку никто не сможет отследить местонахождение Говарда, преследовать придется именно ей. «Хорошо, Говард дал мне открытку, сказав, что это фонд на случай беременности. Я могу использовать его сколько душе угодно на благотворительном ужине. В конце концов, у него денег хватает». Изабелла восторженно кивнула: «Вот это настрой!» «На следующий день, ночью». Ребекка с тревогой разглядывала роскошные вечерние платья на своей кровати, не зная, какое выбрать… Во всем виноват Говард, из-за которого она потеряла способность выбирать… Если бы мне приходилось сопровождать его на важные мероприятия, он бы заранее заказал для меня платье. Мне не нужно было бы его примерять, и сшитое на заказ платье всегда было бы потрясающим. Какой из них мне следует надеть? Я всегда такая нерешительная. Раньше я просила помощи у тети Клэр. Но перед тем, как я вернулась в дом Квентина, горничная упомянула, что тетя Клэр взяла месячный отпуск, поэтому все мои вопросы к ней пришлось отложить. После долгих раздумий Ребекка наконец решила сделать выбор с закрытыми глазами. Переодевшись и нанеся макияж, Ребекка неподвижно стояла перед зеркалом. Эти платья, сшитые на заказ, прекрасны и мне очень идут, но когда я надеваю такое дорогое платье, мне всегда кажется, что чего-то не хватает… Пока я не вспоминаю о привлекательной фигуре Говарда в костюме. Внезапно я понял… Раньше я ходила с ним на подобные мероприятия и мне не нужно было беспокоиться о том, что я надену. Просто стоя рядом с ним, я оказывалась в центре внимания. На благотворительном ужине звенели бокалы и раздавался шепот. Ребекка приподняла платье, улыбнулась репортерам по обе стороны зала и элегантно вошла в банкетный зал в сопровождении служанки. В тот момент, когда она вошла, все взгляды и свет софитов были прикованы к ней. Поскольку Ребекка уже имела опыт подобных мероприятий, она не выказала никаких признаков волнения и грациозно подошла к месту, подготовленному организаторами. Скрестив ноги, она элегантно уселась в кресло. Ребекка спокойно смотрела на сцену ведущего, совершенно не обращая внимания на праздные разговоры вокруг. «Она не похожа на человека, который вот-вот разведется…» «Просто она хорошо это скрывает…» «Но разве СМИ не писали, что у них хорошие отношения?» «Вовсе нет… Позвольте мне раскрыть секрет: именно Говард инициировал развод с женщиной по имени Квентин… Причина в том, что она, э-э… крайне холодна». "Что?" — слушатель в шоке прикрыл рот рукой. Продолжая тихим голосом, он сказал: «Это не чепуха. Говорят, новости пришли от шофера Говарда, Роя…» Ребекка, которая делала вид, что ничего не слышит, больше не могла сохранять спокойствие. Она стиснула зубы и терпела. Без разрешения Говарда Ройе не осмелился бы распространять подобные слухи… Чёрт возьми, Говард! Развестись со мной — это одно, но ещё и выдумывать такое безосновательное обвинение… Хуже того, как я могу снова выйти замуж после того, как такие сплетни распространились? Пытаясь сохранить улыбку на лице, она крепко вцепилась в стул. В этот момент Ребекке хотелось просто задушить Говарда голыми руками. Со временем благотворительный ужин перешёл в стадию аукциона ювелирных изделий. Женщина, пригласившая Ребекку вчера, миссис Сюй, уже начала соревноваться с ней. Все, что интересовало Ребекку, миссис Сюй заставляла своего мужа тоже участвовать в торгах. Сначала Ребекке было скучно соревноваться с миссис Сюй, но, вспомнив о личных нападках Говарда на нее, она спокойно провела его картой, чтобы купить все украшения, которые хотела миссис Сюй, по шокирующим ценам. Наконец, она небрежно вернула приобретенные украшения организаторам, заявив, что у нее и так слишком много вещей от Говарда, чтобы их носить. Эти вещи, купленные в благотворительных целях, но не по ее личному вкусу, станут ее небольшим вкладом в доброе дело. Без сомнения, в ту ночь Ребекка еще больше укрепила свой титул «леди Джеффри», тратя деньги безрассудно. Ее благотворительные дела были опубликованы на первых полосах различных газет и журналов. «На следующий день, рано утром». Когда Говард застегнул манжету рубашки и вышел из своего гостиничного номера, он нечаянно заметил Джейсона Вуда и Роя, которые с трудом сдерживали смех в конце коридора. После беглого взгляда Говарда Джейсон Вуд и Ройе быстро перестали смеяться. Говард нахмурил брови, а двое подчиненных, ведя себя так, будто совершили ошибку, подошли к нему, опустив головы. ---------- Главы 36-26: Оставить его? _2 Его красивое лицо было совсем близко к её лицу, горячее дыхание обдавало кончик её носа. Его взгляд был леденящим, а голос – опьяняющим. «Не могу тебя удовлетворить, хм?» "Что… что?" Поняв, что он имеет в виду, она притворилась, что ничего не понимает. Его узкие глаза сузились до щелей. "Притворяешься дураком?" Она нервно прижала руки к его груди. "Я не…" Его темные глаза вспыхнули странным светом. "Нечестно?" Она виновато отвела взгляд. В следующую секунду: "Ах!" — она закричала от боли, поняв, что он только что сильно укусил ее за губу. В его голосе явно чувствовалось, что он хочет преподать ей урок, и он говорил холодно. «Значит, ты чувствуешь боль, но смеешь так говорить со СМИ? Ты знаешь, чего мужчины боятся больше всего?» Она поджала пульсирующие губы, в голосе слышалась обида, когда она пробормотала: «Меня… допрашивают… о моих способностях». Он опустился. "Хм, значит, ты всё понимаешь. Почему ты не испугался, когда это делал? Испугался только сейчас?" Она не смогла удержаться и ответила: «Ты сначала испортил мне репутацию, а теперь изображаешь из себя жертву! Неужели ты не подумал, что мне еще предстоит выйти замуж? После всего, что ты сказал, кто посмеет меня взять в жены?» Злобная ухмылка коснулась его губ. «Мои люди сказали это только потому, что ты всегда отказываешься сотрудничать со мной в *этом* отношении». Да, последние два года она была к нему холодна, хотя он всегда испытывал к ней сильные чувства. Она повернула голову в сторону и раздраженно сказала: «Наш брак ненормальный. Почему я должна с тобой сотрудничать?» Его взгляд помрачнел, и он тихо произнес: «Мне не нравятся женщины с острым языком!» Она резко ответила: «Мне не нужно, чтобы ты меня любил!» Он усмехнулся. Она замолчала. Он тут же повернул ее лицо к своему, посмотрел ей в глаза, темные, как черный виноград, и спросил: "Почему ты такая тихая?" Она воспользовалась случаем, чтобы оттолкнуть его, в ее выражении лица читалась тоска. "Прекрати дурачиться. Давай просто помиримся…" Резким движением его большая рука снова притянула её к нему в объятия. В его глазах снова появился хитрый блеск, когда он посмотрел на неё. «Кто сказал, что мы квиты? Нам ещё нужно уладить вопрос с этими тридцатью миллионами». Она уверенно сказала: «Вы дали мне эту карточку». «Тогда вы хотя бы должны мне проценты». «Какой интерес?» "Например, вот так…" Он наклонился и нежно поцеловал её в губы. Она покраснела от гнева и смущения. «Эй! Не трогай меня! Не забывай, мы больше не женаты…» По ее мнению, после того, как они все рассказали, между ними больше не было никаких отношений. Он уткнулся лицом ей в шею, его горячее дыхание щекотало кожу, и он невнятно пробормотал: «Свидетельство о браке всё ещё здесь». "Ты…" Она даже не успела договорить, как он тут же прильнул губами к её губам. После этого, как бы Ребекка Квентин ни сопротивлялась, вся её одежда всё равно оказывалась разбросанной по полу. Под хор их задыхающихся звуков она наконец смогла выдавить из себя: "Ммм… Нннгх… Ребенок…" Он не ответил. Он отнёс её к шезлонгу в её комнате, сел и посадил к себе на колени. Затем, с силой, одновременно властной и нежной, он вошёл в неё. 「 」 Вечером Ребекку Квентин разбудила Изабелла Джоанна. Измученная усталостью, она едва могла открыть глаза и в полубессознательном состоянии ответила подруге: «Изабелла, перестань меня беспокоить, я так хочу спать…» Изабелла Джоанна забралась на кровать и приподняла одеяло. Увидев обнаженную Ребекку Квентин, Изабелла Джоанна ахнула и поспешно накрылась одеялом. Ребекка Квентин наконец проснулась, крепко сжимая в себе одеяло. Изабелла Джоанна пробормотала: «Ребекка Квентин, мерзкая девчонка! Подумать только, ты мне лжешь! Хм!» "В чем дело?" «Я видел, как Говард Джеффри уходил всего десять минут назад». Щеки Ребекки Квентин покраснели, и она неловко ответила: «О, правда?» «Я засекла время. Он пробыл с тобой в комнате целых пять часов. Не думай, что я не знаю, за что он тебя там „наказывал“». "…" "Проклятый ты человек, я тебя задушу! Ты правда сказал, что он не может выступить? Тогда скажи, пожалуйста, кто орал во весь голос в комнате последние пять часов?" Ребекка Квентин была потрясена до глубины души. «Частная больница XX». Доктор вышел из палаты и, увидев посетителя, почтительно поклонился. «Мистер Джеффри». Говард Джеффри кивнул. «С ней все в порядке?» Врач правдиво сообщил: «Согласно результатам консультаций нескольких американских экспертов, мы можем попытаться использовать недавно разработанную американскую универсальную кровь GRO для замены группы крови MNSSU. Однако она еще не прошла клинических испытаний, поэтому вероятность успеха операции составляет всего двадцать процентов. В связи со значительным риском, нам необходимо, чтобы вы, мистер Джеффри, подписали форму согласия на операцию от имени мисс Куинн. Конечно, по нашему медицинскому мнению, проведение операции все еще дает ей небольшой шанс на выживание». Говард Джеффри сказал: «Мне всё равно, если у этой операции всего двадцать процентов шансов на успех. Я хочу, чтобы она стояла передо мной целой и невредимой». Доктор поклонился. «Мы сделаем все возможное». Затем в палату вошел Говард Джеффри. Услышав издалека разговор доктора и Говарда Джеффри, Рой не смог сдержать восклицания: «Жизнь мисс Куинн висит на волоске! Пусть ей повезёт пережить это испытание!» Джейсон Вуд, прислонившись к стене, скрестил руки и молча молился. После недолгой паузы Джейсон Вуд спросил: «Откуда только что появился Босс? Мисс Куинн просила его увидеть». Ройе прошептал: «Резиденция Квентина». Глаза Джейсона Вуда расширились. "Босс ходил к мисс Квентин?" «Да! Он провел с мисс Квентин в доме Квентинов более пяти часов!» Джейсон Вуд наклонился ближе к уху Роя. "Что они сделали?" «Этого я не знаю, но когда Босс вернулся, у него на руке были царапины…» В этот момент глаза Роя расширились от осознания. «Президент не мог… сделать *это*, когда мисс Квентин была у нее дома, не так ли?» Джейсон Вуд кивнул. «Боже мой! Как мог президент так поступить с мисс Куинн? Особенно после всего, что мисс Куинн сделала для президента…» Джейсон Вуд бросил на Ройе многозначительный взгляд. «А что ты думаешь? У Босса всегда есть свои причины для всего, что он делает. Даже если бы он был с мисс Квентин, это точно не потому, что он испытывает к ней чувства». "Тогда почему?" Джейсон Вуд поманил его пальцем. Рой тут же наклонился ближе, и Джейсон Вуд прошептал ему объяснение на ухо. Спустя несколько секунд Ройе застыл на месте, надолго потеряв дар речи. Джейсон Вуд вздохнул. «Хотя мне отчасти жаль мисс Квентин, она может винить в своей несчастной судьбе только саму себя. В конце концов, она дочь Александра Квентина». «Кладбище Зелёного Леса». Ребекка Квентин сняла солнцезащитные очки и поставила букет, который держала в руках, перед надгробным камнем своего отца. ---------- Главы 37-29: Действовать так, как будто один человек стоит от двадцати пяти до восьмидесяти тысяч Два часа спустя, в аэропорту LY в городе Т. Тетя Клэр шла впереди, таща за собой багаж, а Бекка и Изабелла шли рука об руку позади нее. Изабелла все еще не могла сдержать сожаления. «Ах, даже если ты уезжаешь, ты могла бы хотя бы сказать ему, просто чтобы посмотреть, как он отреагирует!» Какую реакцию он мог бы отреагировать? Вероятно, сейчас он полностью поглощен чувствами другой женщины, и у него нет ни секунды, чтобы думать о ней… Конечно, Бекка не поделилась этими мыслями с Изабеллой. Она лишь мягко улыбнулась и тихо сказала: «Я не хочу этого знать». Глаза Изабеллы расширились, и она серьёзно сказала: «Даже если ему наплевать на тебя, ему может быть не всё равно на ребёнка у тебя в животе! Ты просто забираешь ребёнка и уходишь вот так. Ты не подумала, что это несправедливо по отношению к Говарду Джеффри?» Бекка медленно опустила взгляд. «Честно говоря, ребенок появился случайно. Никто из нас этого не хотел… Думаю, после того, как я уеду из Т-Сити, я найду адвоката, чтобы обсудить с ним ситуацию с ребенком. Он, вероятно, не будет бороться со мной за опеку». "Но…" Как раз когда Изабелла собиралась что-то сказать, тетя Клэр, которая шла впереди, крикнула: «Мисс, пора проходить проверку безопасности». "Хорошо." Прибыв на контрольно-пропускной пункт, Бекка помахала Изабелле на прощание. Со слезами на глазах Изабелла помахала в ответ. Как только Бекка взяла удостоверение личности у тети Клэр и собиралась пройти через пункт досмотра, к ней внезапно подошли двое мужчин, похожих на полицейских. Они быстро остановили Бекку, и один из них строго спросил: «Извините, вы мисс Ребекка Квентин?» «Э-э, да, я». «Извините, но вы не можете покинуть страну прямо сейчас. У нас, полиции, есть к вам несколько вопросов относительно вашего отца». «Полицейский участок». В комнате для допросов Бекка, дрожа, смотрела на сурового полицейского напротив, неоднократно качая головой. «Нет, офицер, вы, должно быть, ошибаетесь! Мой отец не такой человек, и он ни за что бы не сделал ничего подобного! Я требую, чтобы вы провели тщательное расследование!» Затем офицер передал Бекке стопку документов и серьезно сказал: «Мисс Квентин, сегодня утром я получил анонимное электронное письмо. В нем четко говорится, что двадцать пять лет назад, когда ваш отец состоял в отношениях с Моникой Лэндон — дочерью Патрика Лэндона, малазийского магната каучуковой промышленности и иностранного гражданина «Цветочного королевства», — он обманом завладел ею миллиардом юаней, заключив фиктивный брак. Эти средства Патрик Лэндон передал своей дочери». Бекка пролистала документы, и ее взгляд наконец остановился на интимной фотографии мужчины и женщины в тесных объятиях… Хотя мужчина на фотографии был в расцвете сил, Бекка с первого взгляда узнала в нем своего отца в молодости, полного блеска. Что касается женщины на фотографии, Бекка понятия не имела, кто она; она ее совсем не узнала. Бекка вернула документы в полицию, твердо заявив: «Как несколько документов и эти фотографии могут доказать, что мой отец совершил мошенничество?» «Мисс Квентин, если бы у нас, полиции, не было веских доказательств, мы бы не просили вас прийти и помочь в расследовании…» Увидев, как Бекка выходит из комнаты для допросов, бледная тетя Клэр поспешила к ней и нервно спросила: «Мисс, что случилось? Это связано с вашим отцом?» Бекка медленно кивнула, дрожащим голосом произнесла: «Они сказали, что папу подозревают в финансовом мошенничестве двадцатипятилетней давности. Поскольку сумма огромна, они могут конфисковать наше имущество. И Квентин, корпоративная группа, юридическим представителем которой был папа, скорее всего, первой выставит свои акции на аукцион, чтобы компенсировать ущерб пострадавшим». Выслушав рассказ Бекки, тетя Клэр отшатнулась на шаг назад, ее лицо мгновенно побледнело. То, чего старый мастер боялся больше всего, наконец-то сбылось… Бекка не заметила странной реакции тети Клэр и вместо этого с недоумением спросила: «Тетя Клэр, полиция сказала, что папа встречался с женщиной по имени Моника Лэндон в Малайзии. Вы вместе с папой уже больше двадцати лет. Скажите, пожалуйста, папа действительно знал женщину по имени Моника Лэндон?» Тетя Клэр все еще пребывала в оцепенении. «Тетя Клэр, тетя Клэр…» После того как Бекка несколько раз назвала её по имени, тётя Клэр наконец пришла в себя и энергично покачала головой. «Э-э, я её не знаю. Я никогда не слышала, чтобы Мастер упоминал её». «Но у полиции есть неопровержимые доказательства. И, согласно собранной ими информации, папаша необъяснимым образом сколотил состояние двадцать пять лет назад, незадолго до того, как основал компанию Quentin». Тетя Клэр быстро сказала: «Мисс, мы не знаем, через что прошел наш учитель в молодости. Он уже умер, поэтому нет смысла сейчас ворошить старые обиды и обиды… Надеюсь, вы не будете слишком углубляться в это, и, пожалуйста, не позволяйте полиции ввести вас в заблуждение, заставив думать, что ваш отец был плохим человеком». ---------- Главы 38-29: Ведем себя как 250 000 человек - Часть 2 Ребекка Квентин мягко кивнула. «Я тоже не хочу в это верить, но у полиции есть веские доказательства, и дата судебного разбирательства по этому делу будет назначена в ближайшее время… Если мы не найдем новых доказательств, опровергающих обвинения против отца, у нас останется только один путь: «Квентина» продадут с аукциона, чтобы компенсировать ущерб жертвам». Из-за этого внезапного инцидента Ребекка не смогла уйти. Итак, на следующий день после возвращения из полицейского участка Ребекка проигнорировала просьбы тети Клэр позаботиться о своем здоровье и погрузилась в кабинет и спальню Александра Квентина, отчаянно пытаясь найти хоть какие-то зацепки о связи своего отца с «Моникой Лэндон». Возможно, небеса проявили сострадание к стараниям Ребекки. Перевернув спальню отца вверх дном, она нашла фотографию, где он изображен с «Моникой Лэндон», спрятанную в потайном отделении шкафа. В отличие от фотографии, которую ей показала полиция, на этой фотографии отчетливо видны интимные отношения между ними. На снимке Александр Квентин, одетый в белый костюм, целует Монику Лэндон, которая была в белоснежном свадебном платье. В этот момент Ребекка сидела, сгорбившись, на диване, с бесстрастным выражением лица и глазами, полными отчаяния. Тетя Клэр подошла к Ребекке и прошептала: «Мисс, я же говорила вам не зацикливаться на этом. В конце концов, это прошлое вашего отца. Даже если вы узнаете правду, что вы сможете сделать?» Ребекка слегка нахмурила брови. «Ты хочешь сказать, что с самого начала знала, что то, что обнаружила полиция, было правдой?» Тетя Клэр быстро ответила: «Конечно, нет. Я тоже мало что знаю о прошлом твоего отца». Переведя взгляд на фотографию в руке, Ребекка на мгновение задумалась, а затем резко встала. Она строго сказала: «Нет, я не могу просто так осудить отца… Он учил меня быть хорошим человеком с самого детства. Он такой благородный и любящий; у него не могло быть такого позорного прошлого…» Тетя Клэр тоже встала и серьезно сказала: «Мисс, на мой взгляд, поскольку ваш отец уже умер, пусть этим займется суд!» Глаза Ребекки расширились. «Как я могу так поступить? Это касается репутации отца и выживания Квентина!» «Если мы подаем ходатайство о закрытом судебном разбирательстве, как может быть запятнана репутация вашего отца? Кроме того, «Квентин» — это уже пустая оболочка; он мало чего стоит. Почему бы суду не присудить его жертвам?» «Нет, тётя Клэр! Отец только что умер. Я не хочу, чтобы на него легло такое позорное обвинение. А «Квентин», хотя сейчас это всего лишь пустая оболочка, он построил с нуля. Возможно, я не умею им управлять и планировала продать, но с новым владельцем он всё ещё может существовать в деловом мире. Если мы примем решение суда, «Квентин» просто будет разделён между другими акционерами и пострадавшими, получившими компенсацию…» Тетя Клэр вздохнула. «Даже зная, что произойдет, что ты можешь сделать?» Ребекка спокойно ответила: «Я знаю одного человека. Он богат, влиятелен и имеет обширные связи. Он определенно сможет помочь мне найти лучшего адвоката по этому делу, а также расследовать связь между отцом и «Моникой Лэндон»». «Мисс, вы… вы собираетесь спросить Говарда Джеффри?» Тетя Клэр, казалось, не хотела, чтобы Ребекка упоминала этого человека, в ее голосе слышался подавленный страх. «Да. Он определенно может мне помочь». Тетя Клэр возразила: «Нет, мисс! На Говарда Джеффри нельзя положиться. Он вообще-то…» Поняв, что чуть не проговорилась, тетя Клэр быстро поправила себя: «Э-э, я имею в виду, разве это не вы раньше не хотели на него полагаться?» Ребекка посмотрела вдаль и тихо сказала: «Как муж и жена, я не хотела слишком с ним связываться. Но как друг, он единственный, кто может мне сейчас помочь». Ребекка знала Говарда Джеффри два года, и это был лишь второй раз, когда она ему звонила. Впервые это случилось, когда умер её отец. Она оказалась в безвыходном положении из-за действий руководителей Shun Feng и нескольких других компаний, и помнила, как несколько раз звонила Говарду, но он не отвечал. Она должна была признать, что тогда была очень расстроена, испытывала обиду, словно затаила на него злобу. После того как он несколько раз не отвечал на ее звонки, она просто перестала пытаться. У кого же нет хоть капли гордости? Сейчас, вспоминая прошлое, её поступки кажутся довольно ребяческими… В конце концов, это был Говард Джеффри, управляющий огромной компанией «Skytop Group», занятый день за днем. Как у него могло быть время отвечать на неважные звонки весь день? А ее угрюмое поведение — кто бы вообще это заметил, не говоря уже о том, чтобы попытаться ее успокоить? Если бы она действительно хотела его помощи, ей следовало бы переступить через свою гордость и позвонить еще несколько раз. Прожив с ним столько лет и расставшись мирно, он наверняка был бы готов помочь. Поэтому сегодня, набирая его номер всего лишь во второй раз в жизни, она была готова звонить снова и снова. Если он не ответит сегодня, позвоню завтра. Если не завтра, то послезавтра… — подумала она. — В последнее время он действительно завален работой. Что касается работы, то, судя по всему, компания «Скайтоп» запускает еще один крупный международный проект. А в личном плане, конечно, ему нужно время для романтических отношений с мисс Кристин. Вполне понятно, что у него нет времени на звонки от неважных людей! Однако жизнь была именно такой непредсказуемой. Как раз в тот момент, когда Ребекка собралась с духом и готова была перезванивать десятки раз, если потребуется, звонок соединился с первой же попытки. Поэтому, когда в ее ухе раздался магнетический, приятный голос Говарда, она на несколько секунд опешилась, прежде чем неловко ответить: «Э-э, извините, что беспокою вас. Я… у меня к вам просьба. Это немного сложно. Не знаю, есть ли у вас время, но я могла бы вас найти». «Я вернусь домой сегодня вечером». Когда он говорил с ней, его голос был довольно мягким, но это был не он настоящий. «А, тогда я подожду тебя дома», — автоматически ответила Ребекка, но, поняв, насколько неуместно это звучит, быстро поправилась: «Э-э, я имею в виду, я подожду тебя *у тебя* дома». Он выглядел занятым и лишь через несколько секунд тихо ответил: «Мм». "Хорошо тогда…" Он не ответил. Расстроенная Ребекка уже собиралась повесить трубку, когда услышала, как он добавил: «Налей мне воды из ванны». После этих слов связь оборвалась, и раздалась серия звуковых сигналов. Ребекка долгое время пребывала в оцепенении, прежде чем отреагировать. Что? Почему я должна? Он ведёт себя как такая важная персона! Я больше не его, чтобы им командовать… Но, как говорится, если просишь об услуге, нужно быть готовым заплатить за нее. Поэтому в тот вечер Ребекка послушно стояла у ванны, набирая воду для кое-кого. Она что-то проворчала себе под нос, регулируя краны… Этот человек был невероятно щепетилен. В его доме явно была самая передовая система контроля температуры, но он настаивал на том, чтобы воду в ванну набирали вручную. Его аргументация была проста: ни одна машина не могла бы отрегулировать температуру так идеально, как человек. Поэтому последние два года приготовление воды в его ванну стало одной из обязанностей миссис Джеффри, и именно поэтому она так искусно с этим справлялась. Отрегулировав температуру воды, Ребекка спустилась на первый этаж дома Джеффри, села с журналом и терпеливо ждала его. Дворецкий снова подошел к ней. «Молодая госпожа, возможно, вам следует подождать хозяина в своей комнате. В последние несколько ночей он возвращается довольно поздно». ---------- Глава 39-30: Вернись со мной в Америку Ребекка Квентин улыбнулась Мари, экономке. «Все в порядке, можешь идти отдохнуть. Он скоро вернется». "Но…" Не успела экономка договорить, как с улицы вошла высокая и внушительная фигура Говарда Джеффри. Тихо произнеся «Сэр», экономка незаметно удалилась в угол. Ребекка Квентин встала и уже собиралась что-то сказать, когда услышала, как Говард Джеффри произнес: «Давайте поговорим наверху». После этого он сразу же поднялся наверх. Ребекка Квентин тоже не колебалась и последовала за ним наверх. На самом деле, она настояла на том, чтобы ждать его в гостиной. Не потому, что боялась неловкости разговора в их старой комнате, а потому, что опасалась, что если он приведёт домой кого-нибудь ещё, её присутствие там будет действительно неловким. Когда Ребекка Квентин вошла в комнату, Говард Джеффри уже ослабил галстук и расстегивал рубашку, очевидно, направляясь в ванную. Ребекка Квентин не стала его беспокоить и просто тихо стояла в комнате, ожидая его. Он был очень щепетилен в вопросах чистоты и обычно любил немного понежиться в ванне перед тем, как принять душ. Обычно это не занимало много времени, поэтому она терпеливо ждала. Когда Говард Джеффри вышел из ванной, он увидел Ребекку Квентин, сидящую у панорамного окна и завороженно смотрящую на окружающий пейзаж. «Скажи это, пожалуйста». Говард Джеффри внезапно заговорил, испугав Ребекку Квентин. Инстинктивно она повернула голову и увидела неожиданное зрелище: Говард Джеффри был одет лишь в небрежно накинутый халат. Он не пытался прикрыться перед ней, поэтому она не чувствовала необходимости стесняться. Они были женаты два года; нельзя сказать, что она раньше не видела его тела. Отвести взгляд сейчас было бы излишним. Тогда она смело посмотрела на него и прямо сказала: «Я хотела бы попросить вашей помощи». «Хм», — равнодушно ответил Говард Джеффри, затем подошёл к окну от пола до потолка, наклонил голову и закурил сигарету. Ребекка Квентин подошла вслед за Говардом Джеффри и спокойно рассказала о ситуации. Конечно, она не сказала ему, что ее остановила полиция в аэропорту. Выслушав выступление Ребекки Квентин, Говард Джеффри докурил сигарету. Потушив её в пепельнице, он посмотрел на неё и сказал: «Похоже, вы уже во второй раз просите меня о помощи». Глаза Ребекки Квентин расширились от удивления. Ты же знаешь, что я уже обращалась к тебе за помощью? Говард Джеффри посмотрел ей в потрясенные глаза и ответил: «В прошлый раз я был в Нью-Йорке. Я мог бы решить вашу проблему всего одним телефонным звонком». «Ты знал о моей ситуации… почему я тогда даже не ответила на твой звонок?» — слабо спросила она. Она считала себя хорошо подготовленной к встрече с ним, но так и не смогла набраться смелости, чтобы произнести эти три решающих слова: «Ты мне был нужен». Он прищурился и взглянул на неё. "Ты не знаешь причину?" Ребекка Квентин недоуменно покачала головой. Говард Джеффри усмехнулся: «Мой тесть умер, а жена даже не подумала сообщить мне. Похоже, я ей был не нужен». Ребекка Квентин медленно опустила глаза. «Мы уже выложили все карты на стол», — сказала она приглушенным голосом. «Ты был со мной, потому что я была похожа на женщину, которую ты любишь, а я была с тобой из-за тех преимуществ, которые, по расчетам моего отца, он мог от тебя получить. Между нами не было настоящей привязанности. После смерти моего отца, как я могла просить тебя оплакивать его в качестве зятя семьи Квентин?» Глаза Говарда Джеффри сузились еще больше, голос его стал хриплым. «Бекка, ты действительно думала, что последние два года я относился к тебе лишь как к замене?» Ребекка Квентин молча согласилась. Говард Джеффри по-прежнему насмехался, но его смех стал холодным. «Ты та ещё жена, Бекка… Если бы я действительно видел в тебе лишь замену, зачем бы мне было проверять, заботишься ли ты о нашем ребёнке, отвозя тебя в больницу? Зачем бы мне было искать причины для откладывания развода? И зачем бы я просил тебя вернуться сегодня вечером?» "Я…" Ребекка Квентин была потрясена. Однако Говард Джеффри притянул её к себе в объятия, прижавшись головой к её лбу. «Ты даже не представляешь, как я на тебя зол», — пробормотал он тихим, хриплым голосом. Его мягкий, долгий голос излучал едва уловимое тепло, которое проникало ей в ухо… У нее слегка зазвенело в ухе, и она инстинктивно хотела оттолкнуть его, но он крепко обнимал ее, словно не допуская никакого отказа. Это дыхание, это тепло, это превосходство… всё это принадлежало исключительно ему. В этот момент некогда заветное чувство разлилось по ее сердцу. Она не хотела так легко поддаваться, поэтому посмотрела на него, намереваясь все прояснить. Но ее взгляд неожиданно встретился с его темными глазами. Казалось, его глаза обладали завораживающей силой, притягивая её и не позволяя ей отвести взгляд от его красивого лица… В следующую секунду он наклонился, крепко обнял ее за талию и прижал свои теплые, тонкие губы к ее губам. ---------- Глава 40-30: Вернись со мной в Америку_2 Она рассудительно отвернула голову, одновременно прижимая руку к его груди. Почувствовав её сопротивление, он не стал настаивать. Он отпустил её, а затем повернул её слегка побледневшее лицо к себе для взгляда. Она пристально посмотрела в его темные зрачки, которые всегда казались окутанными глубокой привязанностью, и многозначительно произнесла: «Мистер Джеффри, пожалуйста, перестаньте меня дразнить. В конце концов, мы вот-вот разведемся…» Он поднял бровь, в его выражении лица мелькнуло огорчение. "Правда?" Она серьезно кивнула. «Разве мы уже не договорились разобраться с этим после рождения ребенка?» Неожиданно он отреагировал так, словно услышал величайшую в мире шутку. После тихого смеха он притянул её лицо ближе и сказал тоном, не терпящим отказа: «Ребекка Квентин, если ты собираешься притворяться дурой, то сегодня я тебе всё объясню… Я хочу тебя. Не только сегодня, но и на все наши грядущие дни». Хотя его тон был властным, он не вызывал отвращения. Его темные глаза были устремлены на нее, словно скрывая безграничную нежность. Она была ошеломлена. Его нежное тепло разлилось по ее сердцу, невольно затронув самые сокровенные, скрытые струны ее души. Я хочу тебя. Не только сегодня, но и на все грядущие дни нашей жизни… Его слова эхом отозвались в её голове, мгновенно согревая сердце, которое последние два года было словно ледяной погреб. Подсознательно ей хотелось протянуть руку и обнять его. Но затем нежные слова, которые он шепнул Кристин той ночью — просьбу провести с ним всю жизнь — жестоко пронзили её уши. В конце концов, она отдернула руки, застыв на месте, её глаза необъяснимо увлажнились. Он протянул большой палец, чтобы осторожно вытереть слезы с уголков ее глаз. Затем он притянул ее жалкое тело в свои объятия, утешительно похлопывая по ее стройной спине. Прислонившись к его плечу, она еще сильнее расплакалась и даже начала рыдать… Он позволил её слезам пропитать свою рубашку, и всякий раз, когда чувствовал, как дрожит её тело, крепче обнимал её. Гораздо позже, когда ее эмоции постепенно улеглись, она мягко оттолкнула его. «Уже, э-э, очень поздно. Я…» Одним движением своей большой руки он снова притянул её к себе. Улыбка озарила его красивое лицо, и он низким, хриплым голосом спросил: «Ты всё ещё планируешь вернуться сегодня вечером?» Она опустила взгляд, выглядя застенчивой, и, смешав в себе робость и смущение, легонько постучала его по плечу. Он удовлетворенно поцеловал ее в губы, затем подхватил на руки, как невесту, и направился прямо к большой кровати в комнате. «Рассвет». Свет раздражал глаза Ребекки Квентин, и она медленно проснулась. В тот же миг, как она открыла глаза, она увидела потолок, такой знакомый ей за последние два года. Ее мысли тут же вернулись к прошлой ночи. Она быстро повернула голову; это был не сон. Его красивое лицо было всего в нескольких сантиметрах от нее, ее губы почти касались его. Затаив дыхание, она несколько секунд молча наблюдала за ним. Он крепко спал, дыхание было ровным и спокойным. Он выглядел как невинный, переросший ребёнок. И всё же, в реальном мире, кто мог бы по-настоящему понять такого человека? Не позволив себе задержаться в тишине этого момента, она осторожно убрала руку, которую он обнимал ее за талию, приподняла одеяло и встала с кровати. Накинув халат, Ребекка Квентин на цыпочках вышла на балкон и включила телефон, который до этого был выключен. И действительно, как только телефон включился, на экране отобразилось множество пропущенных звонков от тети Клэр. Немного поколебавшись, Ребекка Квентин перезвонила. Звонок прошёл практически с первого гудка. Внезапно раздался взволнованный голос тёти Клэр: «Мисс, где вы сейчас? Вы не возвращались всю ночь! Вы представляете, как я волнуюсь?» «Я же говорил, я у Джеффри». Тетя Клэр звучала совершенно потрясенной. "Ты… ты провела всю ночь у Джеффри?" Ребекка Квентин хранила молчание. Тете Клэр было трудно это принять. Ее голос стал слабым и хриплым. «Мисс, вы и мистер Джеффри вчера вечером…» Ребекка Квентин, естественно, поняла смысл незаконченного вопроса тети Клэр. Она спокойно ответила: «Это не то, о чем ты думаешь. Между нами вчера вечером ничего не произошло». И это действительно было правдой. После того как он отнёс её в постель прошлой ночью, он больше не предпринимал никаких попыток сблизиться; он просто обнимал её, пока они спали… Тетя Клэр, казалось, вздохнула с облегчением. «Итак, что он сказал по поводу услуги, о которой ты его просила?» «Он сказал, что, конечно, поможет. Он велел мне все оставить ему». "Хорошо… Так когда вы вернетесь?" Ребекка Квентин медленно опустила взгляд. «Пока что я не вернусь». "Что?" Словно предвидя шок тети Клэр, тон Ребекки Квентин оставался ровным. «Я пробуду у Джеффри несколько дней. Не беспокойтесь обо мне». «Мисс, скажите, вы остановились у Джеффри по собственному желанию, или вас пригласил мистер Джеффри?» Ребекка Квентин честно ответила: «И то, и другое». Тетя Клэр отчаянно пыталась убедить ее. «Мисс, независимо от того, испытываете ли вы чувства к мистеру Джеффри или нет, я очень надеюсь, что вы будете держаться от него подальше… Послушайте, я не говорю, что он плохой человек, но ваши отношения с ним никогда ни к чему не приводили. Зачем тратить на него время? Вы так молоды и красивы; в будущем для вас найдутся мужчины получше…» Она отчаянно хотела убедить Ребекку отказаться от него, но не могла заставить себя прямо назвать причину, что очень ее тревожило. Ребекка Квентин прикусила губу и ответила: «Тетя Клэр, я знаю, вы волнуетесь за меня, но, пожалуйста, поверьте мне. Я знаю, что делаю. Как только ситуация с отцом разрешится, я уеду из Т-Сити. Я больше не буду иметь никакого отношения к Говарду Джеффри…» "Скучать…" «Ладно, мне пора идти. Он может скоро проснуться». Закончив разговор, Ребекка Квентин посмотрела вдаль. Говард Джеффри… Вчерашнее признание… Я прекрасно знаю, что это была всего лишь игра. Я остаюсь, потому что мне нужна твоя помощь. Но почему ты хотел, чтобы я остался? Ты, кто может контролировать всё… чего ты на самом деле от меня хочешь? Она долго стояла на балконе, затерянная в ветре. Как только Ребекка Квентин повернулась, чтобы вернуться в комнату, сильная рука внезапно обняла ее сзади, крепко прижав к себе. Не нужно было гадать, кто это; его запах всегда был таким слабым и приятным. И действительно, он уткнулся головой ей в шею и пробормотал: «Почему ты так рано встала?» Позволив ему обнять себя, она ответила: «Я не могла уснуть». Его губы изогнулись в улыбке. «Ты винишь меня за то, что я не дал тебе выспаться прошлой ночью?» — поддразнил он. Поняв смысл его слов, она залилась румянцем. С притворным раздражением она ответила: «Неужели ты никогда не можешь сосредоточиться на чем-нибудь действительно важном?» «Когда я с тобой, я не могу вести себя прилично». "Ты…" Он начал нести её к кровати. Вспомнив, что все это время она была лишь инструментом для его удовлетворения, ее захлестнула волна отвращения… ---------- Глава 41-31: Хотите сбежать? Ее осенила мысль, и она прикрыла рот рукой, притворяясь, что ее тошнит. «Говард, отпусти меня… Меня тошнит…» И без того бледная, она, притворившись, что ей плохо, сразу же убедила его. Говард быстро отвел ее в ванную, держа на руках. Как только он поставил её на пол, она бросилась в туалет и заставила себя вырвать. Возможно, судьба была на её стороне, поскольку у неё действительно началась утренняя тошнота как раз в тот момент, когда он подошёл, чтобы похлопать её по спине. Она страдала от сильной утренней тошноты, и вскоре у нее начала сильно болеть живот. Казалось, ему было больно смотреть на нее, и он нежно обнял ее после того, как она закончила. Она прижалась к его груди, пытаясь подавить приступы тошноты. Он нежно погладил её по спине. "Ты в порядке?" Ее лицо было бледным, и она слабо покачала головой. «Просто немного некомфортно». На этот раз не было необходимости притворяться; она действительно страдала от утренней тошноты. «Я принесу тебе стакан воды», — мягко сказал Говард. Ребекка Квентин кивнула. Затем Говард протянул ей стакан теплой воды. После того как она несколько раз прополоскала рот, тошнота наконец утихла, и она с благодарностью сказала: «Спасибо». Он взъерошил ей волосы. «Глупая девочка, не нужно быть со мной такой вежливой». Ребекка Квентин слабо улыбнулась ему. Говард нежно поцеловал ее в лоб и тихо сказал: «Дорогая, беременность — это тяжелый труд. Десять месяцев могут показаться одновременно долгими и короткими. Я боюсь, что ты не будешь знать, как самостоятельно о себе позаботиться». Она слабо улыбнулась. «Не волнуйтесь. Большинство беременных женщин через это проходят. Обычно после первых трех месяцев становится лучше, и я не испытываю постоянного дискомфорта». Говард пристально посмотрел на нее. «Но я все еще волнуюсь». Если бы разум не взял верх над эмоциями, я думаю, меня бы тронуло его глубоко нежное и внимательное выражение лица… К сожалению, она ему не поверила. Несмотря на то, что в её голове роились противоречивые мысли, она продолжала вести себя так, словно была полна счастья. Он опустил голову и снова поцеловал её в губы, в его магнетическом голосе звучала нежная забота. «Я не хочу, чтобы ты проходила через это одна. Почему бы тебе не вернуться со мной в США? Моя мама может о тебе позаботиться… Она очень хорошо умеет заботиться о людях». Ребекка Квентин никак не ожидала, что он сегодня упомянет свою мать. Согласно полученной информации о Говарде, он вырос в неполной семье. Его отец умер молодым, и мать воспитывала его одна. Из этого стало ясно, насколько важна для него была мать. Но за два года их брака он ни разу не упомянул Ребекке Квентин об этой почитаемой и любимой женщине, не говоря уже о том, чтобы познакомить ее с этой «тещей» в Америке. Честно говоря, в течение первого года брака это её очень расстраивало. Тогда она еще питала к нему фантазии, веря, что они, казалось бы, неплохо ладили, возможно, дойдут до конца вместе. Поэтому тот факт, что она даже не знала свою «свекровь», всегда вызывал у нее обиду. Но после того, как она узнала о существовании Кристин, это чувство разочарования постепенно угасло. Причина была проста: он никогда по-настоящему не считал ее своей женой, поэтому, естественно, его матери не нужно было знать о такой невестке. Теперь она замерла в молчании, долгое время ничего не отвечая. Он подумал, что она колеблется, поэтому продолжил мягким голосом: «Вы знаете, что штаб-квартира «Скайтопа» находится в США. Даже ради вас я не могу долго оставаться в Т-Сити. Тем более что «Скайтоп» недавно взялся за несколько важных проектов, которые требуют моего личного возвращения в США. Я не вернусь в Т-Сити очень долго. Поэтому я решил, что после того, как мы уладим дела вашего отца, мы навсегда переедем в США». Каждое его слово в тот момент звучало так искренне, так правдиво. Если бы я не знала, насколько непостижимо глубоки его планы, я бы, возможно, действительно попалась на их удочку… Потому что никто не знал, что следовать за ним когда-то было моим самым прекрасным, самым экстравагантным желанием. Как же это иронично, мне кажется. Все те прекрасные планы на будущее, о которых я когда-то мечтала, теперь в пределах моей досягаемости, и от меня требуется лишь кивок. И все же, в этот самый момент, все, чего мне хочется, это сказать ему «НЕТ»… «Бекка, поезжай со мной в США. Я подарю тебе такое счастье, о котором мечтают женщины всего мира». Он обнял её, казалось бы, нерешительную, и хриплым голосом дал обещание. Она прижалась к нему, ошеломленная. Ее тело чувствовало жар его вожделения, но сердце оставалось холодным, как лед. ---------- Главы 42-31: Хотите сбежать? _2 "Бекка…" Когда он снова тихо позвал её по имени, она наконец протянула руку и крепко обняла его, закрыв глаза. Даже мне этот голос кажется до отвращения сладким. «Я готова. До края земли я готова следовать за тобой». "Полдень." Возле фешенебельного клуба "Золотые листья" Ройе рассеянно пинал камни под ногами. Внезапно Джейсон Вуд вышел из «Золотых листьев». Заметив Ройе, Джейсон Вуд нахмурился. «Что ты здесь делаешь вместо того, чтобы быть со своим боссом?» Ройе подошел и честно ответил: «Мистер Джеффри последние два дня был с мисс Квентин, так что мне нечем заняться… Я слышал, что вы здесь развлекаете того судью, поэтому я пришел посмотреть, будет ли с ним трудно справиться». Джейсон Вуд сказал: «Он уже забрал деньги. Что тут может не помочь?» Ройе усмехнулся. «Хитрость мистера Джеффри действительно умна — загнать мисс Квентин в угол, лишив её выбора, а затем сыграть роль героического спасителя, чтобы завоевать её сердце…» Джейсон Вуд не ответил. Ройе продолжил, словно про себя: «Надеюсь, мисс Квентин сможет родить мистеру Джеффри ребенка с группой крови MNSSU в Америке. Иначе, учитывая болезнь Мари…» Он тихо вздохнул. Здание суда, обычно торжественное и величественное место, сегодня было осаждено большим количеством представителей СМИ в связи с появлением Ребекки Квентин вместе с Говардом Джеффри. В этот момент, под защитой своих телохранителей, Ребекка Квентин беспрепятственно вошла в зал суда и встала на скамью подсудимых, защищая Александра Квентина. Говард Джеффри сидел в галерее, выглядя как расслабленный прохожий, но при этом излучая присущее ему благородство и гордость. Судебный процесс начался. Ребекка Квентин сотрудничала со своим адвокатом, участвуя в судебной тяжбе с адвокатом, представляющим интересы потерпевшей стороны. Когда сегодня Говард Джеффри сказал ей, что будет сопровождать её на суд, она была по-настоящему счастлива. Изначально она хотела защитить репутацию своего отца, выбрав закрытый судебный процесс. Однако внезапно она поняла, что это излишне, потому что знала: с его присутствием они точно выиграют. И действительно, после четырех часов словесной перепалки между противоборствующими адвокатами, Ребекка Квентин наконец получила ответ, на который надеялась… Судья торжественно объявил: «…Основываясь на принципе, согласно которому презумпция невиновности принадлежит подсудимому, данный суд постановляет, что покойный Александр Квентин не подлежит выплате компенсации и настоящим объявляется невиновным». В зале тут же раздались радостные возгласы тети Клэр… Возможно, от волнения, когда прозвучал удар молотка судьи, Ребекка Квентин, взволнованно подбежала к Говарду Джеффри и импульсивно поцеловала его в красивое лицо, переполненная радостью. «Муж, я знала, что так и будет! Ты просто потрясающий…» Говард Джеффри обнял прыгающую от радости Ребекку Квентин, на его губах играла улыбка, но он серьезно напомнил ей: «Если ты будешь продолжать так прыгать, ты все еще хочешь этого ребенка?» "Э-э…" — внезапно осознав, что от радости она почти висит на нём, Ребекка Квентин почувствовала себя неловко. Она медленно сползла с него и выпрямилась. В этот момент репортеры, ожидавшие снаружи зала суда, ворвались внутрь… Под бесчисленными вспышками и прожекторами Ребекка Квентин, придя в себя, инстинктивно хотела отдалиться от Говарда Джеффри. Но, к ее удивлению, он крепко обнял ее, нежно поцеловал в щеку, словно никого рядом не было, и мягко заметил: «Ты скоро станешь матерью. В следующий раз не веди себя как ребенок, который не умеет о себе позаботиться». «Десять минут спустя». За пределами зала суда телохранители отогнали всех желающих и теперь стояли в двух шеренгах, почтительно ожидая, пока Ребекка Квентин сядет в машину. Тетя Клэр стояла спиной к черному автомобилю и с тревогой спрашивала: «Мисс, вы уверены, что хотите прямо сейчас вернуться в дом Джеффри вместе с мистером Джеффри?» Ребекка Квентин спокойно кивнула. Тетя Клэр покачала головой, с трудом принимая это. «Мисс, вы говорили, что после суда больше не будете иметь дел с мистером Джеффри, а теперь…» Ребекка Квентин, глядя на высокомерную фигуру, сидящую в черном автомобиле, спокойно сказала: «Мои намерения никогда не менялись». «Но вот только что в зале суда…» — тётя Клэр хотела сказать, что Ребекка Квентин назвала Говарда Джеффри «мужем», обняла и поцеловала его на глазах у всех. Ребекка Квентин поняла, о чем говорила тетя Клэр, но не смогла ответить. Она молчала, потому что не знала, как объяснить это тете Клэр… На самом деле, в тот момент даже она не ожидала, что ее так переполнит радость, что она обнимет его и даже назовет этим именем… В конце концов, за два года их брака она, кажется, ни разу так его не называла. Увидев молчание Ребекки Квентин, тетя Клэр беспомощно вздохнула. «Я так и знала. Ты до сих пор не можешь отпустить его…» На это Ребекка Квентин покачала головой и слабо улыбнулась. «Тетя Клэр, вы меня неправильно поняли. На самом деле, я знаю, что каждый раз, когда вы колеблетесь, вы пытаетесь отговорить меня от отношений с Говардом Джеффри. Хотя я не знаю причин, по которым вы пытаетесь меня остановить, я хочу сказать вам: мне плевать на Говарда Джеффри, и я его не люблю. Последние несколько дней я хотела лишь, чтобы он помог мне уладить дела моего отца. На самом деле, я уже купила билет на самолет, чтобы улететь из Т-Сити сегодня в полночь. Я возвращаюсь с ним только потому, что мне нужно уладить кое-какие дела в доме Джеффри». "Ночь." После принятия ванны Говард Джеффри увидел Ребекку Квентин, стоящую у окна от пола до потолка и безучастно смотрящую на звездное небо. Он не смог удержаться, подошел, положил подбородок ей на плечо и обнял сзади. «О чем ты думаешь?» Ребекка Квентин продолжала смотреть на небо и честно ответила: «Я загадываю желание, глядя на звезды». Говард Джеффри проследил за ее взглядом, устремленным в небо, и поддразнил: «Какое же желание я не могу тебе исполнить?» Ребекка Квентин повернула голову, легонько ткнула его в нос и игриво сказала: «Желание не сбудется, если произнести его вслух. И вообще, это желание нельзя исполнить». Говард Джеффри тихонько усмехнулся, затем протянул руку, чтобы дотронуться до нижней части ее живота. «Ребенок шевелится?» Ребекка Квентин взглянула на свой живот, который еще не был заметен, и с улыбкой сказала: «Обычно его можно почувствовать примерно на четвертом месяце, верно?» Говард Джеффри крепко обнял Ребекку Квентин и отстраненным, задумчивым тоном произнес: «Надеюсь, это девочка…» Ребекка Квентин с любопытством спросила: "Тебе нравятся девушки?" «Мм, девушки милые», — легкомысленно ответил Говард Джеффри. В тот момент Ребекка Квентин начала представлять себе лицо маленькой девочки — глаза, как у него, брови, как у нее, нос, как у него, подбородок, как у нее… Поняв, что дала волю своему воображению, Она оттолкнула его, словно пытаясь сбежать, и со смехом сказала: «Я больше не буду с тобой болтать. Я пойду приму ванну. Я сегодня так устала, хочу лечь спать пораньше». "Хорошо." «Глубокой ночью». Ребекка Квентин, которая притворялась спящей на руках у Говарда Джеффри, наконец открыла глаза. Осторожно убрав руку Говарда Джеффри со своей талии, она медленно поднялась. Было уже 1:00 ночи, время, когда она планировала уйти… Изначально она думала, что даже не взглянет на него, когда придет время уходить, но, переодевшись в ванной, не удержалась и подошла к краю кровати, несколько секунд молча наблюдая за ним. Прошло два года, но он был по-прежнему так же молод и красив, как и тогда, когда она впервые его увидела. На самом деле, ей следовало бы быть ему благодарна… ---------- Главы 43-32: Его безжалостность Она была благодарна ему за доброту, проявленную к ней за последние два года, и за помощь, оказанную сегодня… Поэтому сегодня она загадала желание, глядя на звезду, надеясь, что его жизнь в будущем станет ярче, и что он и его «Кристина» будут идти вместе всю жизнь, как он и говорил. Не желая задерживаться слишком долго, она тут же открыла ящик прикроватной тумбочки и достала из него шкатулку с драгоценностями. Обойдя систему безопасности дома Джеффри, она успешно покинула дом. Ожидавшее такси уже стояло у главных ворот дома Джеффри, и она, не раздумывая, тут же села в машину. Тетя Клэр уже собрала свой багаж и положила его в багажник такси, поэтому машина направилась прямо в аэропорт. Поскольку дорога до аэропорта займет некоторое время, она откинулась на спинку кресла и спокойно закрыла глаза. Зная, что машина постепенно удаляется от виллы Джеффри, она держала глаза закрытыми, ни разу не оглядываясь, так как они были сухими и болели. "В то же время." Говард Джеффри сидел в кресле у окна от пола до потолка, потягивая красное вино и неторопливо наблюдая, как такси постепенно скрывается из виду. Внезапно он холодно усмехнулся. Ребекка Квентин только что прибыла в аэропорт, когда её ждала тётя Клэр, которая с тревогой приветствовала её: «Мисс, вы наконец-то здесь! Вы даже не представляете, как я волновалась…» «Всё в порядке, у нас ещё plenty времени». Тетя Клэр взяла багаж из рук Ребекки Квентин и, стремясь избежать дальнейших осложнений, поспешно спросила: «Вы взяли с собой паспорт и все остальное?» «Да», — сказала Ребекка Квентин, ища документы. Внезапно она воскликнула: «Что? Почему они исчезли? Эти документы явно были здесь!» "Что?" Совершенно не готовая к такой ситуации, тетя Клэр быстро помогла Ребекке Квентин в поисках. Однако, даже вывернув сумку наизнанку, они так и не смогли найти документы. Тётя Клэр с тревогой спросила: «Ты уверена, что положила их в этот пакет?» Ребекка Квентин покачала головой. «Невозможно. Я специально положила все документы в эту сумочку, которую ношу с собой, потому что знала, что уезжаю сегодня вечером». Тетя Клэр запаниковала. «Тогда как они могли исчезнуть? Ты же сегодня вернулась в дом Джеффри, правда? Могла ли ты оставить там документы?» Ребекка Квентин внимательно обдумала это. Она не могла исключить такую ​​возможность, поскольку действительно рылась в своей сумочке в доме Джеффри сегодня вечером. Возможно, она случайно оставила там документы. Взглянув на часы в аэропорту, Ребекка Квентин быстро подсчитала, что у нее еще есть время. «Мне нужно вернуться в дом Джеффри», — сказала она с тревогой. «Но…» Тетя Клэр беспокоилась о возвращении Ребекки Квентин в это место, но без документов они не могли обойтись. В конце концов, она уступила. «Хорошо, иди скорее и возвращайся. Я буду ждать тебя здесь». "Хорошо." Она остановила то же такси, которое привезло ее в аэропорт, и попросила водителя как можно быстрее вернуться в дом Джеффри. Всё казалось таким же, как и в день её отъезда; в доме Джеффри всё ещё царил покой. Прокравшись на второй этаж, она осторожно повернула дверную ручку своей спальни. Не осмеливаясь включить свет, она нащупала путь к туалетному столику, где ранее обыскала свою сумку. Опасаясь разбудить спящего в постели человека, она двигалась с предельной осторожностью, пока наконец не добралась до туалетного столика. Однако в слабом свете, проникающем сквозь окно, она не увидела документов, которые, как ей казалось, она там оставила. В тот момент, когда на ее лице появилось недоуменное выражение, у ее уха внезапно раздался знакомый, но странно холодный мужской голос: «Вы это ищете?» Ребекка Квентин вздрогнула и инстинктивно посмотрела в сторону источника звука. В темноте она увидела, что документы, которые она так отчаянно искала, теперь находятся в чьих-то руках. Ее лицо побледнело; в этот момент она увидела Говарда Джеффри, сидящего в тени у окна от пола до потолка. "Ты… как ты могла…?" — Ребекка Квентин все еще заикалась от шока. Говард Джеффри небрежно отбросил документы в сторону. Устремив взгляд, он холодно усмехнулся. «Я действительно недооценил тебя, Ребекка Квентин. Ты гораздо умнее, чем я думал». В его тоне отсутствовали обычная сдержанность и мягкость; он был настолько холодным, что казалось, будто попадаешь в ад. «Я… я не понимаю, о чём вы говорите». Ребекка Квентин прислонилась к стене, её голос заметно ослабел. Глаза Говарда Джеффри хитро прищурились. «Очень хорошо. Даже сейчас можно притвориться дураком». Глядя ему в глаза, скрытые в темноте, она почувствовала, будто шипы вонзаются ей в спину; любая маскировка казалась перед ним бесполезной. Это ощущение полной прозрачности лишало ее защиты. После секундной паузы Ребекка Квентин, погруженная в свои мысли, резко повернулась и бросилась к двери. ---------- Главы 44-32: Его безжалостность_2 Но тут внезапно в комнате вспыхнул свет. Двое мужчин, похожих на телохранителей, быстро схватили ее, а затем силой привели обратно к Говарду Джеффри. «Отпустите меня! Отпустите!» — отчаянно сопротивлялась Ребекка Квентин; ощущение того, что ею управляют, наполняло ее ужасом. "Отпусти ее." По приказу Говарда Джеффри телохранители немедленно освободили Ребекку Квентин и отступили. Ребекка Квентин потерла руки, уставшие от хватки телохранителей, и, подняв взгляд на стоявшего перед ней мужчину, спокойно спросила: «Что именно вам нужно?» Небрежно взяв в руки длинную сигарету, Говард Джеффри вдохнул и выдохнул. Сквозь клубы дыма он посмотрел на Ребекку Квентин, которая теперь пришла в себя. «Вы уходили с моим ребёнком. По крайней мере, вы должны были меня предупредить». Ребекка Квентин посмотрела на него и холодно сказала: «Перестань ходить вокруг да около. Я хочу знать, как ты узнал, что я уезжаю?» «Ты такой умный; как ты мог не догадаться?» Ребекка Квентин нахмурилась. "За мной все это время следили?" Это была единственная возможная версия. Говард Джеффри опустил голову, потушив сигарету. «Хорошая догадка». «Отвратительно!» — Ребекка Квентин стиснула зубы и выругалась. Она думала, что он поверил ей, но никогда не представляла, что он может быть таким дотошным… Говард Джеффри с беззаботным весельем посмотрел на разъяренное лицо Ребекки Квентин и элегантно улыбнулся. «Кстати, о презренном: ты использовала меня для ведения дел своего отца, а потом планировала сбежать с ребенком. Это вряд ли можно назвать благородным поступком, не так ли?» «Ты…» Ребекка Квентин была так взбешена, что потеряла дар речи. В этот момент Говард Джеффри встал и осторожно взял Ребекку Квентин за подбородок. Ребекка Квентин не отстранилась, а лишь вызывающе посмотрела на него. Глаза Говарда Джеффри сузились, словно он впервые увидел Ребекку Квентин. Он медленно произнес: «За два года вы превратились из невинной маленькой девочки в рассудительную, умную женщину. Ваше преображение меня поистине поражает!» Ему пришлось признать, что он всегда игнорировал её перемены… Если бы подчиненный, наблюдавший за ней, не сообщил, что она забронировала билет на самолет на сегодня, он вполне мог бы позволить ей ускользнуть… Ребекка Квентин отвела взгляд и холодно сказала: «Давай перейдем к делу. Ты же не станешь тратить на меня время просто так. Скажи мне прямо: чего ты от меня хочешь?» Говард Джеффри повернул лицо Ребекки Квентин обратно к себе, заставляя ее встретиться с ним взглядом. Он спокойно произнес: «Ты забыла, что я сказал. Мужчина должен состояться к тридцати годам, и продолжение рода — его первостепенная обязанность. Поэтому ты можешь уйти, но ты должна оставить моего ребенка». Она, собственно, уже догадалась… Помимо ребенка, что еще в ней стоило его внимания? «Ребенок принадлежит не только тебе! Ты не имеешь права заставлять меня рожать его только для того, чтобы потом отдать тебе!» — прямо заявила ему Ребекка Квентин. Словно терпение Говарда Джеффри иссякло, он отпустил подбородок Ребекки Квентин и ледяным тоном произнес: «Я собирался дать тебе комфортные десять месяцев, но ты, похоже, не послушный человек. Раз уж так, я должен напомнить тебе, что отныне тебе лучше быть осторожнее в своих словах в моем присутствии. В противном случае, страдать придется тебе самой». Никогда прежде не видя от него такого пронзительного взгляда, Ребекка Квентин застыла на месте, ошеломленная. Затем Говард Джеффри решительно удалился, оставив перед собой последние слова: «В течение следующих десяти месяцев вам запрещено куда-либо ходить без моего разрешения!» «Три месяца спустя». «Юная госпожа, пора приносить суп». Лина, служанка, ухаживавшая за Ребеккой Квентин, осторожно внесла в комнату миску с супом. Она тихонько окликнула стройную фигуру, склонившуюся над окном. «Просто оставь это там. Я выпью, если проголодаюсь». Не поворачивая головы, Ребекка Квентин продолжала смотреть в окно, отвечая на звонок. Лина отставила суп в сторону и прошептала напоминание: «Я слышала, как дворецкий сказал, что хозяин придет позже». Ребекка Квентин слегка напряглась. Она медленно обернулась, видимо, передумав, и мягко сказала служанке: «Пожалуйста, принесите сюда суп». Лина тут же принесла суп Ребекке Квентин. Глядя на питательный суп, который ей приходилось пить каждый день, Ребекка Квентин зажала нос и выпила его залпом. Довольная, Лина взяла пустую миску, которую ей протянула Ребекка Квентин. Как только она обернулась, то увидела вошедшего Говарда Джеффри. Она тут же склонила голову и почтительно поприветствовала его: «Мастер». Говард Джеффри кивнул ей в знак приветствия, и его взгляд остановился на стройной фигуре перед ним. Ребекка Квентин тоже заметила Говарда Джеффри, но промолчала, лишь естественно переведя взгляд в другое место. Говард Джеффри подошел к Ребекке Квентин и легким, ровным тоном спросил: «У тебя по-прежнему плохой аппетит?» Ребекка Квентин слегка покачала головой. «Я всегда много ела; просто мне нелегко набрать вес». Она была на четвертом месяце беременности, но ее вес с начала беременности практически не увеличился. Это действительно немного тревожило… Не вдаваясь в дальнейшие обсуждения, Говард Джеффри повернулся. «Пошли». "Куда?" «Больница». Даже Ребекка Квентин забыла, что сегодня у нее плановый осмотр у врача. Неудивительно, что сегодня вернулся Говард Джеффри. В течение этих трех месяцев Говард Джеффри почти не бывал в поместье Джеффри. Обычно он появлялся всего два-три раза в месяц, но всегда сопровождал ее на дородовые осмотры. Как и на предыдущих приемах, врач после осмотра подтвердил, что ребенок развивается нормально. Хотя Ребекка была довольно худой, ее телосложение было очень благоприятным для беременности; ребенок хорошо усваивал питательные вещества и соответствовал всем показателям развития плода старше четырех месяцев. После осмотра Говард Джеффри уехал, а Ребекка, как и в предыдущие разы, ждала водителя семьи Джеффри, который должен был ее забрать. Поскольку ожидание было немного утомительным, она достала цветное изображение УЗИ плода, которое врач показал им ранее в тот день. На снимке был виден профиль лица младенца. Черты лица были едва различимы, особенно высокая переносица, которая была идентична переносице его отца… Она размышляла о том, что, независимо от того, мальчик это или девочка, ребенок, несомненно, будет больше похож на него… "Милый!" Внезапно до ушей Ребекки Квентин донесся удивленный крик, прервавший ее мысли. Она подняла глаза и увидела свою подругу, Изабеллу Джоанну, которая с восторгом сжимала ее руки. «Я столько раз приглашала тебя куда-нибудь, но ты всегда отказывалась! Как же здорово сегодня случайно тебя здесь встретить!» — голос Изабеллы Джоанны был полон нескрываемой радости. Повернувшись к подруге, Ребекка Квентин выдавила из себя улыбку и объяснила: «У меня живот становится всё больше, поэтому мне не очень удобно выходить из дома». Изабелла Джоанна надула губы. «Ладно, ладно, я знаю, что твой мужчина теперь безумно тебя обожает. Наверное, он волнуется, если ты даже шагнёшь на улицу с таким животиком. Хотя из-за его заботы мы расстались более чем на три месяца, я всё равно так рада, что он так хорошо к тебе относится. Дорогая, я искренне надеюсь, что вы с ним останетесь такими счастливыми навсегда!» После того как Изабелла Джоанна ушла, водитель открыл дверь машины и почтительно сказал: «Молодая госпожа, пожалуйста, садитесь». Ребекка Квентин слегка кивнула. Словно не желая видеть, как фигура Изабеллы Джоанны исчезает из виду, она наблюдала за ней еще несколько секунд, прежде чем наконец отвести взгляд и сесть в машину. ---------- Главы 45-33: Его объятия Машина плавно ехала по дороге к дому Джеффри. Ребекка Квентин тихо вздохнула, откинувшись на спинку кресла, словно от усталости. Благословения Изабеллы Джоанны ей и Говарду Джеффри продолжали звучать в ее голове. Внезапно она открыла глаза, уголки которых были слегка влажными. В этот момент она призналась про себя: «Прости, Изабелла. Я солгала тебе, потому что не хотела, чтобы ты обо мне волновалась…» На самом деле, ей пришлось пережить ужасные три месяца. Ее отношения с Говардом Джеффри были далеки от того, как их могли бы воспринимать влюбленные. Внешне они относились друг к другу с уважением и заботой, как любая нормальная пара. Но только она знала, какую мучительную цену заплатила за их нынешний, хрупкий мир… Она до сих пор помнила первый день, когда Говард Джеффри заточил её в своём доме. В ярости она решила вызвать полицию. Он не остановил её. Когда прибыли полицейские, он крепко схватил её за плечи и просто объяснил всё как супружескую ссору. После этого полиция уехала. Говард Джеффри не появлялся в течение следующих нескольких дней, и все ее средства связи были конфискованы его людьми. Не имея никого, кто мог бы ее спасти, она выместила свою злость на предметах домашнего обихода. Она растоптала его одежду в шкафу и разорвала в клочья его документы в кабинете. Однако эти действия оказались тщетными, поскольку никто не обратил на нее внимания. Когда эта тактика оказалась неэффективной, она прибегла к голодовке, рассудив: «Раз он так заботится о ребёнке, он, вероятно, не позволит нам обоим умереть». Как и ожидалось, на третий день голодовки, когда она была почти в обмороке от голода, он наконец появился… Она думала, что добьется своей цели, что он пойдет на компромисс ради ребенка в ее утробе. Но она и представить себе не могла, что на этот раз он покажет ей истинную жестокость и основательно научит ее понимать значение слова «послушание». Она до сих пор помнила тот день. Ее желудок сжимался от голода. Услышав от служанки, что он вернулся, и хотя от голода у нее все мутнело в глазах, она презрительно проигнорировала принесенную служанкой еду, решив дождаться его компромисса… Затем он появился перед ней, глядя на то, как она сидела на диване, упорно моря себя голодом. «Ест или нет?» — холодно спросил он. Она упрямо отвернула голову, притворяясь равнодушной. Он сел, наклонил голову и закурил сигарету, выглядя совершенно безразличным. Внезапно она услышала тихий всхлип. Инстинктивно она обернулась и увидела неподалеку телохранителя с небольшой видеокамерой, на которой воспроизводилось видео… Узнав человека на видео, она мгновенно забыла о голоде и в шоке выпрямилась. "Тетя… Тетя Клэр?" На видео тетя Клэр привязана к деревянному стулу двумя мужчинами в черных капюшонах, рот заткнут кляпом, перед ней стоит ванна, полная воды. Она бросилась к видеокамере, не отрывая взгляда от испуганной тети Клэр на видеозаписи. Резко повернувшись к Говарду Джеффри, она в ужасе пробормотала: «Это… Что это?» Он выдохнул столб дыма, его взгляд был спокоен, когда он встретился с ее широко раскрытыми, испуганными глазами. «Окуните ее», — холодно приказал он. По его приказу двое мужчин в черных капюшонах мгновенно засунули голову тети Клэр в ванну. Бульканье. Бульканье… Вода залила горло тети Клэр. В агонии она отчаянно билась руками в ванне. «ААА!» — закричала она, вцепившись руками в экран видеокамеры и крича: «Тетя Клэр! Тетя Клэр!» На экране тетя Клэр была погружена в воду и испытывала мучительную боль. Она бросилась к Говарду Джеффри, вцепившись в его одежду. «Ты приказал их схватить её? Зачем ты это сделал? Зачем?! Отпусти её! Отпусти её сейчас же!!» Говард Джеффри даже не взглянул на нее. Он небрежно стряхнул пепел с сигареты. «Все еще голодаешь?» — протянул он. "Я…" Из-за этой секундной нерешительности Говард Джеффри снова приказал: «Окуните её!» Тётя Клэр, едва выбравшись из воды, снова оказалась в воде. На этот раз у неё, казалось, совсем не осталось сил; её попытки вырваться были заметно слабее. Увидев мертвенно-бледное лицо тети Клэр, словно находящейся на грани смерти, Ребекка Квентин наконец не выдержала и в ужасе закричала: «Нет… Пожалуйста, не делайте этого больше… Она не выдержит! Пожалуйста…» На этот раз Говард Джеффри не отдал никаких дальнейших приказов. Он лишь взглянул на нее. «Не волнуйтесь, — легкомысленно сказал он. — Я не буду никого убивать. Но если вы будете непослушны, пострадают те, кто вас окружает». В следующее мгновение она рухнула на пол и начала безудержно рыдать. ---------- Главы 46-33: Его объятия_2 Слуга снова принес ей горячую еду, жестом пригласив ее поесть. Она медленно поднялась. Рыдая, она дрожала всем телом, когда взяла миску. Говард Джеффри неторопливо поднялся, застегнул костюм и небрежно заметил: «Я помню, у вас есть еще одна хорошая подруга по имени Изабелла Джоанна. Если вы снова будете так упрямиться, я заставлю ее пострадать вместо вас». Ее рыдания усилились, слезы капали в миску перед ней. Собираясь выйти из комнаты, он добавил: «Это просто напоминание на сегодня. Моего терпения не хватает. В следующий раз я, возможно, буду не в таком хорошем настроении, чтобы слушать ваши мольбы о пощаде… И даже не думайте об аборте в отместку мне. Вы не захотите столкнуться с последствиями». Позже, позвонив тете Клэр, она узнала, что та провела в больнице целых полмесяца из-за серьезного повреждения дыхательных путей. Тетя Клэр понятия не имела, что за всем этим стоит Говард Джеффри; она была абсолютно уверена, что грабитель, не сумев отнять у нее деньги, отомстил ей. После этого инцидента она наконец-то поняла, что значит «послушная», и больше никогда не осмеливалась ему противостоять. Вернувшись из больницы, Ребекка Квентин, как обычно, сидела на диване и рассеянно листала журнал. Внезапно ее внимание привлек заголовок из последних новостей… «Генеральный директор Skytop Group Говард Джеффри и его жена: любовь, сильная как никогда. Недавно очевидцы видели, как Джеффри лично заходил в цветочный магазин, чтобы купить девяносто девять роз в стиле Людовика XIV, символизирующих вечную любовь…» Увидев эту новость, Ребекка Квентин лишь криво усмехнулась, отложила журнал и решила немного поспать. Возможно, из-за сонливости, вызванной беременностью, этот короткий сон продлился до шести вечера. Странно, слуга, как обычно, не принес ей суп к ужину. Чтобы не морить ребенка голодом, она сама пошла в столовую. Она никак не ожидала, что в столовой будет царить оживление. Как раз когда Ребекка Квентин собиралась спросить, что происходит, дворецкий, наблюдавший за тем, как слуги накрывают на стол, поспешил к ней и почтительно сказал: «Мадам, сегодня ужин может немного задержаться». "Ой." Дворецкий добавил: «Хозяин скоро вернется к ужину». Услышав слова дворецкого, Ребекка Квентин замерла, в ее глазах читалось удивление. Он сегодня вечером приедет домой на ужин? Это невероятно. Последние три месяца, даже когда он приезжал домой, он никогда здесь не ел. Что-то сегодня произойдёт? Примерно через полчаса ожидания за обеденным столом Говард Джеффри наконец вошел с улицы. Дворецкий и остальные слуги почтительно поприветствовали его словом «Хозяин», после чего тихо удалились, оставив в просторной столовой только Ребекку Квентин и Говарда Джеффри. Не понимая, почему Говард Джеффри вернулся сегодня вечером, и опасаясь, что это может быть связано с чем-то плохим, Ребекка Квентин была крайне осторожна, боясь случайно его обидеть. К счастью, похоже, он просто вернулся домой на ужин. По нескольким украдкой брошенным взглядам она поняла, что он полностью поглощен едой. Вероятно, сегодня у него неплохое настроение. Несмотря на это, она по-прежнему не осмеливалась долго оставаться с ним в одной комнате; страх перед ним глубоко укоренился в ней. «Э-э, приятного аппетита. Я… пойду обратно в свою комнату», — вежливо сказала она и медленно направилась обратно в свою комнату, словно убегая. Вернувшись в свою комнату, Ребекка Квентин мгновенно почувствовала волну облегчения. Похлопав себя по груди, она легла на кровать. В ее голове снова всплыл образ того, как он мучил тетю Клэр в наказание за ее непослушание. Она вздрогнула, невероятным образом поняв, что когда-то осмелилась использовать его. Она была рада, что он не жил в этом доме, вздохнула с облегчением и, схватив пижаму, направилась в ванную. К полному изумлению Ребекки Квентин, когда она вышла из ванной, чтобы высушить волосы, она увидела в своей комнате Говарда Джеффри. Ее тело напряглось. Она не смела издать ни звука, лишь притворяясь спокойной, подошла к кровати и продолжила сушить волосы. Заметив краем глаза, как он расстегивает рубашку, и посмотрев, что он собирается принять душ, она встала и пошла в ванную, чтобы набрать ему воды. Как только он вошел в ванную, она быстро забралась в постель и в тревоге накрылась одеялом. Дело было не в том, что она боялась, что он ей что-нибудь сделает. В конце концов, они прожили вместе два года; ей не нужно было притворяться перед ним невинной. К тому же, маловероятно, что он сейчас что-то предпримет. Ее опасения были вызваны исключительно дискомфортом от совместного проживания с ним в одной комнате, поскольку он становился для нее все больше чужим человеком. Примерно через полчаса дверь ванной открылась, и до нее донесся свежий запах человека, только что принявшего ванну. Она, еще не заснув, услышала, как он вышел из ванной, и ее руки под одеялом вспотели. Ожидалось он этого или нет, он лёг рядом с ней. Почувствовав прохладу его тела, она крепко зажмурила глаза, нервы были напряжены. В тот самый момент, когда ее мысли метались, она не могла представить, что произойдет дальше, и вдруг его рука обхватила ее талию, прижимая его тело к ее. «На следующий день». Когда Ребекка Квентин проснулась, Говарда Джеффри уже не было. В воздухе все еще витал его приятный запах. Она медленно поднялась, прислонившись к изголовью кровати, и в ее голове прокручивались события прошлой ночи. Она всю ночь была на нервах, и только в конце концов поняла, что он просто обнимал ее, не предпринимая никаких других действий. Конечно, она не надеялась, что он ей что-нибудь сделает. Она просто боялась, не в силах догадаться о его мыслях, ужасно опасаясь, что один неверный шаг может его расстроить. К счастью, прошлой ночью он вернулся не за ней, а за ребенком в ее утробе. Она пришла к такому выводу, потому что прошлой ночью, когда он держал ее на руках, она отчетливо почувствовала, что в его объятиях не было ни малейшего намека на страсть. Хотя в них и присутствовала нежная привязанность, казалось, что он выражает через нее свое предвкушение появления ребенка. Честно говоря, его ожидания от ребенка ее очень удивили… В начале беременности она считала, что он равнодушен и к ней, и к ребенку. Но за последние три месяца она наконец поняла, что ошибалась. Оказалось, что ему было все равно только на *нее*; он был крайне обеспокоен и встревожен ребенком в ее утробе. Оглядываясь назад, за эти три месяца, за исключением того единственного раза, когда она его разозлила и получила строгое предупреждение, он больше ее не беспокоил. Он даже заставлял слуг выполнять все ее просьбы, по-видимому, обращаясь с ней так же, как и раньше. Итак, спустя несколько дней она всё поняла… Она была просто глупой. Зачем она вообще с самого начала с ним спорила? Если бы она добровольно родила ребенка и отдала его ему, он не стал бы ограничивать ее свободу и не причинял бы ей никаких проблем. Через десять месяцев она могла бы спокойно расстаться с ним. Так почему же она боролась с ним за этого ребенка? ---------- Глава 47-34: Такое безразличие Он так сильно ждал рождения ребенка, что, естественно, в будущем будет баловать его. О чем еще ей было беспокоиться? Без ребенка она сможет разорвать с ним связь. В будущем она сможет полностью забыть его и начать прекрасную жизнь заново. Поэтому в последующие месяцы она будет тщательно следить за своей беременностью и терпеливо ждать рождения ребенка, никогда больше не осмеливаясь оспаривать его решения. «Ещё один месяц пролетел в мгновение ока». В то утро Ребекка Квентин, находившаяся на пятом месяце беременности, собиралась спуститься вниз, чтобы прогуляться по саду. Внезапно, из-за судороги в ноге, она случайно подвернула лодыжку, спускаясь по последней ступеньке. Потеряв равновесие, она упала на землю. Служанка, которая как раз собиралась подняться наверх, чтобы позаботиться о Ребекке, стала свидетельницей этого и в ужасе закричала. В доме Джеффри мгновенно воцарился хаос. Ребекка, обезумевшая от боли, впала в кому. В полубессознательном состоянии она слышала, как дворецкий в тревоге зовет Говарда Джеффри. Она не знала, сколько времени прошло, прежде чем почувствовала, как её обнимают тёплые, крепкие объятия. Через полчаса её отвезли в больницу. Из-за боли внизу живота она свернулась калачиком в его объятиях. Хотя она знала, что это мужчина — этот знакомый, но запретный источник утешения, на который ей нельзя было полагаться, — в тот момент ужаса и беспомощности она крепко вцепилась в него, словно желая удержаться еще сильнее. Секундная стрелка часов в больничной палате размеренно тикала. Лежа на кровати, Ребекка захлопала длинными ресницами и медленно открыла свои слабые глаза. Ее взгляд упал на белый потолок наверху. Несколько секунд ее сознание было затуманено, прежде чем она постепенно вспомнила, что произошло до того, как она потеряла сознание. Испугавшись, она быстро положила руку себе на живот. Когда она почувствовала знакомый бугорок и шевеление малыша внутри, она вздохнула с облегчением. Она нежно погладила свой живот. В тот момент в ее памяти всплыло воспоминание о вчерашней аварии. Вскоре после ее аварии он, словно вихрь, примчался к ней. Всю дорогу, в оцепенении, она была уверена лишь в том, что он держал ее, не отпуская. Когда она лежала на операционном столе, она смутно слышала, как он кричал на четырех или пяти врачей, которые в тревоге бросились к ней. Она помнила, как один из врачей, дрожащим от страха голосом, сказал ему, что если они хотят спасти ребенка, мать может не выжить. Когда она уже почти теряла сознание, она и представить себе не могла, что услышит от него: «Вы должны спасти их обоих. Если с кем-нибудь из них что-нибудь случится, я сравняю эту больницу с землей». Даже сейчас ей было трудно в это поверить. Она предполагала, что в такой критический момент он не подумает о ней; пока с ребенком все в порядке, этого будет достаточно. Однако слова, произнесенные им в ярости, ясно показывали, что он тоже заботился о ней. В тот самый момент, когда она погрузилась в эти мысли, дверь больничной палаты осторожно распахнулась. Почувствовав его присутствие, она тут же крепко зажмурила глаза, притворившись, что все еще спит. Он вошел в комнату в сопровождении врача и медсестры. Пока медсестра меняла капельницу, Ребекка услышала, как он спросил врача: «Почему она до сих пор не проснулась?» Врач, всё ещё выглядевший испуганным, пробормотал: «По идее, она уже должна была проснуться. Возможно, действие анестезии ещё не полностью прекратилось. Она может проснуться немного позже». Говард Джеффри больше ничего не сказал, и врач с медсестрой быстро ушли. В комнате воцарилась тишина. Ребекка чувствовала его взгляд, который её нервировал. Она изо всех сил пыталась сдержать дрожь закрытых век и крепко вцепилась в простыню под собой. Спустя, как ей показалось, целую вечность, она услышала, как завибрировал его телефон. Возможно, опасаясь ее потревожить, он подошел к окну, прежде чем ответить на звонок. Она медленно открыла глаза и увидела, как он отвечает на телефонный звонок у окна. Хотя она не слышала его слов, она пристально смотрела на его высокую, прямую спину. "Босс!" — раздался из телефона слегка взволнованный голос Джейсона Вуда. Говард Джеффри стоял, засунув одну руку в карман брюк, и смотрел прямо перед собой. "Что случилось?" — холодно спросил он. Джейсон Вуд сразу перешел к делу. «Мои люди, которые смотрели "Тетушку Клэр", прислали мне видео. Оно крайне важно, поэтому я отправляю его вам прямо сейчас». БИП. Видео пришло на телефон Говарда Джеффри. *Началось воспроизведение видео* В кабинете Квентина тетя Клэр разговаривала с урной, в которой находился прах Александра Квентина. «Сэр, я действительно сейчас очень обеспокоен. Вы должны сказать мне, что делать. После вашей смерти я постоянно советовал молодой женщине оставить мистера Джеффри, и она слушала меня, даже несколько раз обещая, что больше не будет с ним связываться. Однако в последний раз, когда она собиралась уехать из Т-Сити, я нигде не мог с ней связаться. Только когда она позвонила мне позже, я узнал, что она вернулась в поместье Джеффри и решила остаться рядом с мистером Джеффри, полностью преданная ему. Я не знаю, какими нежными словами мистер Джеффри обманывал ее, но теперь она полностью игнорирует мои советы и не появлялась в доме Квентина уже более четырех месяцев. Я в ужасе, сэр. Боюсь, мистер Джеффри сосредоточен исключительно на мести за то, что случилось с вами, причиняя боль молодой женщине. Теперь, когда она беременна от него, я не боюсь, что он причинит ей вред сразу, но я беспокоюсь о будущем. Вы знаете, Кристин Куинн По всей видимости, у нее когда-то был ребенок. Если мистер Джеффри хорошо относится к нашей юной леди только потому, что планирует использовать ее ребенка, чтобы спасти ребенка Кристин Куинн, то все станет еще ужаснее. Потому что мы с вами оба знаем, сэр, что юная леди никогда не смогла бы спасти ребенка Кристин Куинн». ---------- Главы 48-34: Такое безразличие_2 Ребекка Квентин вернулась из больницы несколько дней назад. Только по возвращении она обнаружила, что все слуги, которые раньше за ней ухаживали, были уволены. Новые сиделки стали относиться к ней еще осторожнее, чем прежде. В результате Ребекку Квентин теперь воспринимали как божество; они помогали ей на каждом шагу и предостерегали от чрезмерных усилий, делая все, кроме кормления. Вероятно, эту процедуру назначил сам Говард Джеффри. Ребекка Квентин искренне чувствовала себя виноватой перед уволенными слугами. В конце концов, они заботились обо мне с должной тщательностью, и это была моя собственная неосторожность… Но каждый раз, когда я думаю о том, на что пошел Говард ради меня, мое сердце странным образом трогается. Несмотря на это чувство, я не позволю себе поддаться ему. Я знаю, что это ощущение прикосновения — всего лишь остаток привязанности, которая осталась у нас за два года. Я, как человек, уже не питаю иллюзий по отношению к нему, особенно после того, как так глубоко ощутила его отношение ко мне. Реальность доказала, что мне действительно не стоит слишком много думать. После возвращения из больницы она не видела его много дней, как и в предыдущие месяцы. Он приходил и уходил, когда ему вздумается, без каких-либо изменений. Таким образом, она снова с удовольствием ждала рождения своего ребенка. В свободное время она немного загорала и пила суп. Врач сказал, что судороги в ногах, которые она испытывала в прошлый раз, были вызваны дефицитом кальция. К счастью, хотя она была худой, ее организм не был слабым; иначе ни она, ни ребенок не выжили бы. Чтобы избежать подобных опасных инцидентов в будущем и в надежде на скорое выздоровление после растяжения связок стопы, мне следует уделять больше внимания улучшению своего питания. Поэтому в тот момент она снова приняла суп, предложенный слугой. Однако, как раз когда она собиралась выпить суп залпом, у нее внезапно зазвонил телефон. Мне звонили только два человека: Изабелла Джоанна или тетя Клэр. Как и ожидалось, когда она взяла телефон в руки, на экране отобразилось имя тети Клэр. Отложив суп в сторону, Ребекка Квентин неторопливо облокотилась на диван и тихонько позвала: «Тетя Клэр». С другого конца линии всегда доносился слегка тяжеловесный, почтительный голос тети Клэр: «Мисс». Предположив, что тетя Клэр звонит, чтобы убедить ее, как она делала это раньше, Ребекка Квентин предусмотрительно сказала: «Тетя Клэр, вам больше не нужно меня убеждать. Я знаю, что вы обо мне заботитесь, но у меня есть свой выбор. Он очень хорошо ко мне относится; я не сделаю неправильного выбора. Просто хорошо позаботьтесь о Квентине, не волнуйтесь…» Тетя Клэр перебила ее: «Я звоню не для того, чтобы сегодня тебя уговаривать. Мне нужно сказать тебе кое-что более важное». «Ой, извините. Пожалуйста, продолжайте». «Сегодня утром я получил повестку в суд… по предыдущему делу вашего отца. По-видимому, у потерпевшей появились новые доказательства, подтверждающие ошибочность первоначального вердикта судьи. Руководствуясь принципами справедливости, суд решил пересмотреть дело через три дня». Ребекка Квентин, удобно устроившаяся на диване, мгновенно напряглась, широко раскрыв глаза, и спросила: «Что? Как это могло произойти? Что нам теперь делать?» Тетя Клэр беспомощно ответила: «Я тоже не знаю, как лучше поступить, поэтому хотела бы спросить, не могли бы вы вернуться и подумать, как с этим справиться». Тетя Клэр никогда бы не стала использовать такой важный вопрос, чтобы обманом заставить меня вернуться. Ребекка Квентин сохранила спокойствие и рационально спросила: «Можем ли мы связаться с „пострадавшей“?» Если бы мы могли встретиться с «жертвой», возможно, я бы понял, действительно ли отец совершил что-то плохое в тот год. В конце концов, неустанное преследование кого-либо по обвинению не было бы исключительно клеветой. «Мы не можем с ними связаться. Потерпевшая по-прежнему использует своих представителей в суде. Предположительно, чтобы привлечь больше внимания, потерпевшая настаивает на публичном слушании на этот раз и даже слила информацию крупным СМИ в городе Т. Ребекка Квентин была ошеломлена. "Что?" «Мисс, сложно обсудить это по телефону. Вам следует сначала вернуться, тогда мы сможем все уладить». Даже беспокоясь по этому поводу, тетя Клэр не забыла уговорить Ребекку Квентин вернуться домой. «Я немедленно…» — Ребекка Квентин уже собиралась выпалить: «Вернусь домой», но внезапно осознала свое затруднительное положение. Несмотря на беспокойство по поводу дела отца, она успокоилась и рассудительно сказала: «Я… я немедленно найду способ справиться с этим. Не волнуйтесь, я дам вам ответ позже». Тревожное «Мисс…» тети Клэр все еще эхом отдавалось в ее ушах, но Ребекка Квентин уже поспешно повесила трубку. «Филиал Skytop Group в Т-Сити». Джейсон Вуд постучал в дверь, прежде чем войти в кабинет президента. Увидев Говарда Джеффри, сидящего за своим рабочим столом и полностью погруженного в работу, Джейсон Вуд почтительно поклонился и сказал: «Босс». Говард Джеффри продолжал подписывать документы, его голос, как всегда, был безразличным: «Хм». «Что касается ваших подозрений относительно прошлого мисс Квентин, я не смог найти никаких зацепок». Рука Говарда Джеффри замерла на полпути к подписанию. Он поднял глаза и взглянул на Джейсона Вуда. «Когда это вы стали таким неэффективным?» Отчитанный начальником за неэффективность, Джейсон Вуд опустил голову, не смея произнести ни слова. Да, в тот самый день, когда я отправил видео начальнику, он приказал мне проверить потенциально скрытое прошлое этой «хозяйки». Поначалу я не совсем понимал, почему босс вдруг попросил меня проверить прошлое «мадам». Позже той ночью я случайно подслушал, как мисс Куинн упомянула боссу о болезни Мэрилин Куинн. Тогда я понял, что причина довольно проста… Мисс Куинн и «мадам» — сводные сестры, у них один отец. Поэтому, даже если у самой «мадам» нет группы крови MNSsU, ребенок, которого она родит, может унаследовать редкую группу крови MNSsU, как у Александра Квентина. Однако тетя Клэр с такой уверенностью заявила, что ребенок «мадам» не сможет спасти Мэрилин. Это подразумевает, что тетя Клэр уже предвидела, что «мадам» никак не сможет родить ребенка с группой крови MNSsU. И есть только одна причина, по которой тетя Клэр могла обладать таким предвидением: «мадам» и Александр Квентин не являются биологическим отцом и дочерью. ---------- Главы 49-35: Его доброта, большая часть которой имеет скрытые мотивы 1 Только если этот вывод верен, тетя Клэр могла быть так уверена, что ребенок, рожденный от «любовницы», никогда не сможет спасти Мэрилин Куинн. Говард нахмурился и холодно сказал: «Если ты даже такую ​​простую вещь не можешь сделать правильно, какая от тебя мне польза?» Джейсон Вуд, до этого склонивший голову, побледнел и быстро добавил: «Хотя Александр Квентин, возможно, очень хорошо скрывал происхождение мисс Квентин, я узнал, что перед смертью он открыл личный сейф в банке Smooth Bank. По словам администратора банка, Александр Квентин оговорил, что доступ к этому сейфу имеет только сама мисс Квентин. Я думаю, если происхождение мисс Квентин действительно вызывает сомнения, то в сейфе, который Александр Квентин оставил ей, должна храниться тайна ее личности». Джейсон Вуд наконец-то сказал что-то полезное. Говард на мгновение задумался. Джейсон Вуд снова заговорил, его голос дрожал: «Босс, я сделал все возможное, чтобы наладить отношения со Smooth Bank, но, как вы знаете, у них свои принципы. Однако я могу попробовать договориться через управляющего этого банка». «Даю тебе неделю, чтобы разобраться с этим». "Да." "Убирайся!" Молча поблагодарив Бога за отсрочку, Джейсон Вуд снова заговорил: «Э-э, босс, есть еще кое-что… Тетя Клэр сегодня звонила мисс Квентин. Звонок был по поводу того, что Александра Квентина снова вызвали в суд…» «Отель». Как только Говард открыл дверь, очаровательное создание внутри тут же бросилось ему в объятия. "Говард…" Нежный, медовый зов, способный в одно мгновение растопить мужское сердце. Говард обнял Кристин Куинн в ответ. Уловив доносящийся из комнаты аппетитный аромат еды, он осторожно отстранил цепляющуюся за него женщину и тихо спросил: «Ты готовила?» Кристин Куинн радостно кивнула, а затем выскользнула из объятий Говарда. Она с восторгом потянула Говарда за руку, вела его к обеденному столу и гордо заявила: «Смотри! Я все это приготовила сама, и это все твои любимые блюда». Глядя на множество красочных, ароматных и вкусных блюд Цветочного Королевства, Говард внезапно погрузился в размышления. Он вспомнил случай, когда ему вдруг захотелось ее стряпни. Но она была прикована к постели, поэтому он вернулся домой и рассказал об этом одной женщине… Эта женщина никогда в жизни не готовила. Еда, приготовленная домашним персоналом, не могла удовлетворить его взыскательный вкус, но поскольку они были мужем и женой, она попыталась приготовить для него сама… Кто бы мог подумать, что она не только не смогла приготовить еду, но и чуть не сожгла кухню в процессе? В конце концов, с лицом, покрытым копотью, она подала ему подгоревшую еду и с детским видом сказала: «Попробуй. Я старалась!» "Говард, Говард…" "Хм?" Кристин обняла Говарда за талию, надув губы. «О чём ты думаешь? Ты даже не похвалил меня! У меня несколько мозолей на руках от приготовления всего этого ужина». Говард взял прекрасную руку Кристин. Увидев воспаленные красные волдыри на тыльной стороне ладони, он нежно поцеловал это место и с любовью сказал: «Ты много работала». Кристин встала на цыпочки и поцеловала красивого Говарда в щеку, нежно прошептав: «Это было совсем не сложно. Но нужно съесть все до последней крошки». Говард слегка улыбнулся. «Конечно». Затем Кристин помогла Говарду снять пиджак, ослабила галстук и аккуратно подложила ему салфетку. И вот Кристина, подперев подбородок руками, наблюдала за тем, как он ест, с милым выражением лица… После еды, как раз когда Кристин собиралась выйти и позвать официанта убрать со стола, Говард протянул руку и обнял ее. Дверь была закрыта. Говард сел на диван, держа Кристин на коленях. Кристин, сидя на коленях у Говарда, покраснела и пробормотала: «Ч-что ты делаешь? Мне еще нужно позвать официанта, чтобы он убрал со стола…» Говард нежно прижался к шее Кристин, его поцелуи были мягкими и долгими, а голос его хриплым прошептал: «Кристин, кажется, ты мне чего-то не рассказала…» Кристин заерзала, чувствуя легкую щекотку. Уворачиваясь от поцелуев Говарда, она спросила: «Что случилось?» Говард продолжал целовать меня, но его тон стал чуть холоднее. «Ты же знаешь, мне не нравится, когда люди притворяются передо мной дураками». В тот же миг Кристин вскочила с колен Говарда и резко выпалила: «Хорошо, да! Это я подала в суд на Александра Квентина!» Говард откинулся на спинку дивана, в его затененных глазах мелькнуло недовольство. «Я же говорил, что займусь твоими делами». При этих словах Кристин яростно покачала головой и внезапно разрыдалась. Говард встал, обнял Кристин и нежно спросил: «Я просто хотел спросить. Почему ты плачешь?» Кристин слегка стучала маленькими кулачками по груди Говарда, ее голос дрожал от рыданий. «Ты солгал мне! Почему ты солгал мне? Только сегодня я узнала! Два года, что я провела в больнице, все новости, которые я видела по телевизору и в газетах, — все это было сфабриковано по твоим приказам! Все эти два года я понятия не имела, что ты уже женат на другой женщине. И эта женщина — драгоценная дочь человека, которого я ненавижу больше всего на свете!!» ---------- Главы 50-35: Его доброта, в основном, с корыстными мотивами 1_2 Когда он приехал, он предположил, что она, возможно, уже в курсе. Он ничего не объяснил, просто дал ей выговориться. После того, как Кристин Куинн избила его, она снова бросилась в объятия Говарда Джеффри, ее сердце невыносимо болело. Она крепко обняла его, словно боясь потерять, и прошептала, прижимаясь к нему: «Ройе уже объяснил мне причину. Я знаю, что не могу винить тебя, потому что все, что ты сделал, было ради меня… Но я действительно не могу притворяться, что ничего не знаю… Всякий раз, когда я думаю о том, как ты обнимаешь ее, целуешь ее, делаешь с ней самые интимные вещи, я не могу этого вынести… Это так больно, так больно… Я действительно люблю тебя; я не могу жить без тебя…» Говард Джеффри осторожно поднял нежное, заплаканное лицо Кристин Куинн и прошептал: «Глупышка, я всегда был рядом с тобой. Я никогда тебя не оставлял». Кристин Куинн надула губы, ее слова прерывались рыданиями: «Я знаю, что я в твоем сердце... Но мне так страшно... Боюсь, что, проводя с ней день и ночь, ты влюбишься в нее... Рой сказал, что у нее хороший характер, она красивая, и что она нравится всем в семье Джеффри...» Губы Говарда Джеффри изогнулись в легкой улыбке. «Похоже, женская ревность — это врожденное качество». Кристин Куинн надула губы и снова ударила его по груди. «Ты все еще смеешься! Это все твоя вина, что я так завидую кому-то… Слава богу, ты ее не любишь… Иначе я бы завидовала ей до самой смерти…» "Глупая девочка..." «На следующий день, рано утром». По дороге в компанию Skytop Group Ройе нервно наблюдал за Говардом Джеффри, сидевшим на заднем сиденье. Хотя выражение лица Говарда Джеффри, как обычно, оставалось бесстрастным, Ройе почувствовал исходящий от него ледяной холод. Он предположил, что, вероятно, его ждет скорая смерть, которую он даже не предвидит. Поэтому Ройе ничего не оставалось, как сначала объяснить: «Э-э, босс, мисс Куинн, возможно, уже вам сказала…» Говард Джеффри никак не отреагировал. Лицо Роя побледнело, голос дрожал. «Я не хотел рассказывать об этом мисс Куинн… Это был новый сотрудник отеля. Сегодня они случайно показали мисс Куинн вчерашнюю газету. Когда мисс Куинн обнаружила, что она отличается от той, что она видела вчера, она пришла расспросить меня… Я действительно не смог отбиться от мисс Куинн. Она сказала, что если я не скажу ей правду, она заставит вас меня уволить… Однако мисс Куинн знает только, что вы женаты на мисс Квентин; она не знает, что у мисс Квентин есть ребенок!» Высказав всё это на одном дыхании, Ройе затаил дыхание, ожидая реакции Говарда Джеффри. Спустя несколько минут, так и не дождавшись изменений в выражении лица Говарда Джеффри, Ройе невольно вздохнул с облегчением. Однако в этот момент Говард Джеффри внезапно заговорил: «У компании „Skytop“ есть проект в Судане, для которого нужен куратор. Поскольку вы не заняты, вы как раз тот человек, который может поехать… Хм, побудьте там шесть месяцев, а потом вернитесь». "А? Судан?" Ройе быстро попытался вспомнить географию, а затем с удивлением выпалил: "Э-э, босс, Судан... это же в Африке, верно? Вы отправляете меня в Африку?" Боже мой, меня точно зажарят дочерна... В тот самый момент, когда Ройе уже собирался молить о пощаде, Говард Джеффри закрыл глаза, притворившись спящим. Ройе беспомощно ехал дальше, его лицо было застывшим в отчаянии. Он не мог перестать оплакивать свою трагическую судьбу. Когда машина приблизилась к въезду на парковку Skytop Group, Ройе внезапно заметил человека впереди и резко затормозил. Скрип шин прервал сон Говарда Джеффри. Он открыл глаза, нахмурив брови от явного недовольства. «Простите, босс. Я не хотел вас беспокоить, но впереди… там стоит жена босса». Ройе так привык называть Ребекку Квентин, что на мгновение забыл использовать другое обращение. Говард Джеффри посмотрел прямо перед собой и увидел Ребекку Квентин, смотрящую на него, в ее глазах читалась явная тревога. Рой, опасаясь сказать что-то не то, если он неправильно оценил настроение Говарда Джеффри, благоразумно промолчал, ожидая приказов своего начальника. Главный босс наконец спокойно сказал: «Пусть войдет». «Да, сэр». Ройе тут же вышел и помог Ребекке Квентин, стоявшей прямо на солнце, сесть в машину. С помощью Ройе Ребекка Квентин устроилась на сиденье рядом с Говардом Джеффри. Ройе, как всегда тактичный, тут же вышел из машины, предоставив им пространство и уединение. Ребекка Квентин повернулась к Говарду Джеффри и извинилась: «Простите, я не хотела останавливать вашу машину. Я просто не знала, на каком этаже вы находитесь в «Скайтопе»… Я звонила вам много раз за последние два дня, но вы не отвечали. У меня не было другого выбора, кроме как приехать сюда, чтобы найти вас. Пожалуйста, не вините водителя из дома». Видя, что он молчит, и зная, что такой человек, как он, не привык к пустой болтовне, она сразу перешла к делу. «Я пришла к вам, потому что мне нужно спросить вас о…» Не успела она договорить, как он перебил ее, в его голосе не было ни капли теплоты: «Я ничем не могу помочь в деле твоего отца». Услышав его ответ, все слова, которые Ребекка Квентин собиралась выпалить, застряли у нее в горле. "Э-э..." Она не знала, что еще сказать, ее тело словно прилипло к сиденью. Она не удивилась, что он догадался о причине ее визита, но его холодность оказалась намного хуже, чем она ожидала. Она думала, что раз он ей раньше помогал — даже если их нынешние отношения нельзя назвать дружбой — он не откажет в такой маленькой услуге, которая практически ничего ему не будет стоить, тем более что она беременна от него. Она и представить себе не могла... Из нее вырвался всхлип. Ради отца Ребекка Квентин сдержала эмоции и снова заговорила тихим голосом: «Я знаю, вы очень заняты, но завтра дело рассматривается в суде. Я не могу позволить себе никаких задержек… Если нет, не могли бы вы разрешить мне обратиться по вашему имени к тому известному адвокату, который вел мое предыдущее дело? Думаю, с ним наши шансы на победу будут намного выше». Дело не в том, что ей непременно нужно было просить его о помощи. Просто такой грозный адвокат и судья, который явно был предвзят в их пользу, действовали, казалось, лишь из уважения к нему. "Убирайся." После того, как она закончила говорить, в ответ он услышал лишь эти два ледяных слова. Сердце сжалось. Это было унижение, и ей хотелось мгновенно исчезнуть из его поля зрения. Но она сдержалась, не выходя из машины, потому что знала, что только он может ей помочь. Поэтому, даже дрожа всем телом, она крепко вцепилась в подушку сиденья. «Говард Джеффри, я правда...» На этот раз она даже не успела вымолвить ни слова, как он холодно перебил ее: "Ройе". ---------- Главы 51-36: Его доброта, большая часть которой имеет скрытые мотивы. «Да». Ройе, стоявший на страже у двери, тут же поклонился. «Отправьте её домой». "Да." Ребекка Квентин застыла на месте, в горле пересохло, и она не могла произнести ни слова. Ройе открыл дверцу машины. Увидев, что Ребекка изо всех сил пытается выпрямиться, он с некоторой неохотой произнес: «Мадам, пожалуйста». Ребекка медленно ослабила крепкую хватку на подушке в машине. Больше никаких фантазий. Придерживая живот, она медленно поднялась, и Рой помог ей выйти из машины. Ройе тут же позвонила, и через несколько мгновений рядом с Ребеккой Квентин остановился серебристый автомобиль. Водитель уже открыл дверь машины и ждал, пока Ребекка сядет. Ройе дал водителю несколько указаний, а затем вернулся к машине Говарда Джеффри. Ребекка слегка прикусила губу и наконец направилась к серебристой машине. Тем временем Ройе завел машину Говарда, и мгновение спустя она поехала прямо к парковке. Сидя в машине, Ребекка наконец не смогла сдержать слезы, подступавшие к глазам, но не позволила им пролиться. Каждый раз, когда глаза начинали гореть, она снова и снова вытирала влагу с уголков глаз. "Вечером" Тетя Клэр снова позвонила Ребекке. На этот раз Ребекка не отказала тете Клэр и согласилась встретиться с ней в знакомом чайном ресторане. Когда тётя Клэр увидела Ребекку, у которой живот становился всё больше, а фигура, казалось, уменьшалась, слёзы от горя мгновенно навернулись на глаза. "Мисс…" Не желая волновать тетю Клэр, Ребекка уже успела скрыть свои эмоции. Держа тетю Клэр за руку, она тихонько усмехнулась. «Что случилось? Мы так давно не виделись. Тот, кто не знает, может подумать, что я плохо с тобой обращаюсь!» Тетя Клэр уже сдерживала рыдания. «Ты так сильно похудела…» Ребекка намеренно посмотрела на себя в зеркало, а затем легкомысленно объяснила: «Я всегда была худой. Просто сейчас, с животом, я выгляжу стройнее по сравнению с ней». Она на самом деле не похудела. В поместье Джеффри, несмотря на подавленное настроение, она продолжала принимать большое количество пищевых добавок. Тётя Клэр сквозь рыдания воскликнула: «Ты говорила, что мистер Джеффри очень хорошо к тебе относится…» Ребекка быстро встала и обняла тетю Клэр. «Пожалуйста, не плачь. Если ты будешь так продолжать, другие покупатели будут над нами смеяться… Он действительно хорошо ко мне относится. Я не вру». Тетя Клэр еще долго всхлипывала и плакала, прежде чем медленно пришла в себя и, потянув за собой Ребекку, села. Ребекка нежно похлопала тетю Клэр по спине, как та когда-то утешала ее, и виновато сказала: «Прости. Я так давно не возвращалась в дом Квентина, и я обременяла тебя, в твоем возрасте, заботой о компании Quentin Enterprise…» Тете Клэр, должно быть, уже за шестьдесят. «Глупышка, у меня нет никаких других связей, и я много лет работаю на семью Квентина. Я давно считаю тебя и Старого Мастера своей семьей. Я с радостью сделаю для вас обоих все, что угодно, независимо от суммы». «Тетя Клэр, спасибо». Слезы навернулись на глаза Ребекки, словно она обрела давно утраченное тепло. "Какая же она глупая…" Опасаясь, что её глубокая привязанность к этой семейной атмосфере выдаст её, Ребекка быстро сменила тему. «Давай больше не будем об этом говорить. Давай обсудим завтрашние дела». Тетя Клэр спросила: «Ты придумала какое-нибудь решение?» Ребекка мягко покачала головой. Внезапно всплыло в памяти воспоминание о ее встрече с Говардом Джеффри тем утром. Увидев, как глаза Ребекки внезапно потускнели и расфокусировались, тетя Клэр с тревогой спросила: «Что-то случилось? Ты просила мистера Джеффри о помощи, а он отказал?» Придя в себя, Ребекка быстро покачала головой. «Нет! Э-э, как он мог отказать? Он сейчас в американском головном офисе. Я звонила ему несколько раз за последние два дня, но не могла дозвониться. Думаю, он занят делами компании. Знаете, он руководит такой крупной компанией; когда он занят, он никому не позволяет мешать своей работе». Закончив объяснение, она вся вспотела, испытывая облегчение от того, что тетя Клэр ее не раскусила. Тетя Клэр сказала: «Но завтра состоится судебное заседание. К тому времени, как мистер Джеффри вернется в страну, будет уже слишком поздно…» Ребекка кивнула. «Пока что мы можем только попытаться найти решение самостоятельно». Увидев обеспокоенное выражение лица Ребекки, тетя Клэр с тревогой сказала: «Ты сейчас беременна; не волнуйся так сильно. Даже если мы проиграем судебный процесс и Quentin Enterprise прекратит свое существование, это не так важно, как твое здоровье». «Я знаю. Я буду хорошо о себе заботиться». «Не забывайте, Старый Мастер всегда будет молча защищать "Квентин Энтерпрайз"». "Мм." «Мисс, раз мистер Джеффри сегодня вечером не вернется, почему бы вам не вернуться со мной в дом Квентина…» Не успела тетя Клэр договорить, как у Ребекки внезапно зазвонил телефон. ---------- Глава 52 - 36 Его доброта, в основном скрытые намерения 2_2 Взглянув на номер на экране телефона, Ребекка Квентин напряглась. Она колебалась между тем, ответить на звонок или проигнорировать его. «Это звонит мистер Джеффри?» — спросила тетя Клэр. Она уже видела номер, отображавшийся на экране телефона Ребекки. Чтобы избежать подозрений тети Клэр, Ребекка выдавила из себя милую улыбку. «Да». «Тогда ответьте быстро. Лучше всего обратиться за помощью к мистеру Джеффри». Тетя Клэр изначально думала, что Говард Джеффри не поможет Ребекке, учитывая, что истица была женщиной, которую Говард ценил больше всего. Но, увидев, как Ребекке удалось получить его помощь в прошлый раз, тетя Клэр не стала ей мешать на этот раз. «Э-э, хорошо». Под ожидающим взглядом тети Клэр Ребекка ответила на звонок, который меньше всего хотела получить в своей жизни. «Привет…» Из телефона раздался холодный голос Говарда Джеффри: «Где вы?» Сердце у неё словно окаменело, но она всё же выдавила из себя улыбку и притворилась кокетливой. «Я иду ужинать с тётей Клэр!» «Вернись!» Эти два слова были лишены всякой теплоты, что ясно указывало на его крайнее недовольство. «Хорошо, я сейчас же поеду домой. Пожалуйста, пришлите кого-нибудь за мной!» БИП, БИП — Он завершил разговор. Ребекка положила телефон. Она притворилась застенчивой, чтобы скрыть смущение, и прошептала: «Он всегда такой, очень волнуется, когда не может меня найти…» Тетя Клэр кивнула. «Тогда тебе следует вернуться. Это хорошая возможность поговорить с ним о делах старого мастера Джеффри сегодня вечером». Несмотря на убедительную игру Ребекки, тетя Клэр оставалась настроена скептически. Ребекка встала и неохотно согласилась: «Хорошо… Ладно!» Тетя Клэр проводила Ребекку из кафе. Она по-настоящему поверила словам Ребекки только тогда, когда увидела, как та садится в машину, которую прислал Говард Джеффри. Автомобиль беспрепятственно въехал на территорию поместья Джеффри. Ребекка Квентин глубоко вздохнула, прежде чем войти на виллу. Говард Джеффри сидел на мягком диване в тускло освещенной части гостиной. Его длинные ноги были скрещены, а в правой руке он держал стакан с какой-то неизвестной жидкостью. Он наблюдал за тем, как жидкость кружится в его стакане, и, говоря холодным голосом, добавил: «Похоже, вы забыли мое предупреждение». Он предупредил ее, чтобы она никуда не ходила без его разрешения. Он использовал такие жестокие методы, чтобы заставить её запомнить каждое его слово. Конечно, она помнила. Но сейчас она не хотела с ним разговаривать. Ребекка стояла неподалеку от него, молча. Она понимала, что её нынешнее настроение обусловлено событиями утра, но не могла себя контролировать, хотя и осознавала, что её действия могут иметь серьёзные последствия. "Не разговариваете?" Говард Джеффри встал, поставил стакан и подошел к ней. Она отвернула голову, намеренно избегая его взгляда. Он схватил ее за лицо, заставляя смотреть на него. Его глаза, сверкающие зловещим, опасным светом в полумраке, впились в ее глаза. Она закрыла глаза, терпя его прикосновения, но оставаясь безмолвной. Его тонкие пальцы медленно скользнули от ее щеки вниз к линии подбородка. Внезапно его рука схватила ее за горло и начала сильно давить. Она дрожала от боли, но сжала челюсти, отказываясь открыть глаза. Он постепенно усиливал хватку. Боль исказила ее лицо, дыхание становилось все более затрудненным… Как только ее лицо смертельно побледнело, он внезапно отпустил ее. Она задохнулась, отшатнувшись на несколько шагов назад. Схватившись за грудь, она посмотрела на него с отчаянием, голос ее был слабым. "Давай, почему бы и нет? Ты же хочешь моей смерти, правда? Хорошо, я тебе это упрощу. Убей меня!" Он, казалось, ничуть не смутился, его губы изогнулись в холодном выражении: «Вы действительно хотите умереть?» Ее лицо было пепельным, как увядший цветок. Из него вырвался отчаянный смех, пронизанный глубокой ненавистью. «Ты такой рассудительный. Как ты мог импульсивно совершить убийство из-за такой, как я? Мне просто любопытно, что именно я сделала, чтобы оскорбить тебя, чтобы заслужить столько твоего… внимания?» В её словах сквозила ненависть. Никто не знал, что, говоря это, она яростно щипала себя за бедро, и боль была ярким напоминанием об этом. Ребекка, ты не можешь плакать. Даже если у тебя ничего не осталось, ты не можешь потерять достоинство перед этим человеком… Он ничего не ответил, лишь наблюдая за её вызывающим выражением лица. Она обернулась к нему, в ее голосе звучал сарказм. «Что случилось, мистер Джеффри? Теперь молчите?» Он нахмурился. Она заметила на его лице неизменную холодность и безжалостность. Казалось, она хотела сказать что-то ещё, но внезапно перед глазами всё потемнело, и она рухнула перед ним… «Дневной свет давно уже наступил». Шторы оставались плотно задернутыми. Ребекка Квентин проснулась от того, что казалось ей ужасным сном, на ее щеках все еще оставались влажные следы от слез… Приподнявшись, она вспомнила прошлую ночь. Их разговор ярко прокрутился в ее памяти. Она вытерла оставшиеся слезы, делая вид, будто ничего не произошло. Внезапно вспомнив, какой сегодня день, она перестала удивляться, как оказалась в этой постели. Потирая живот, она быстро встала с кровати. Ребекка взяла телефон и, как и ожидалось, увидела несколько пропущенных звонков от тети Клэр. Она в тревоге перезвонила. При этом она нечаянно взглянула на время на экране телефона: уже был полдень. Ребекка замерла, на мгновение ошеломленная. Как раз в тот момент, когда она погрузилась в свои мысли, ее телефон внезапно завибрировал. Увидев номер тети Клэр на экране, Ребекка очнулась от оцепенения и быстро ответила: «Тетя Клэр, судебное заседание…» Тётя Клэр прервала её, на удивление лёгким тоном: «Благодаря адвокату, которого нанял мистер Джеффри, слушание прошло, в общем-то, хорошо». Глаза Ребекки расширились от шока. "Он… он помог?" "Конечно. Разве ты не просила его о помощи?" «Э-э, да… Вы сказали, что всё прошло хорошо. Каков был результат?» «Хотя у другой стороны были веские доказательства, нашему адвокату удалось поднять некоторые спорные вопросы. Судье было трудно вынести решение, поэтому назначено второе слушание. Адвокат сказал, что на этот раз он был не полностью готов, но уверен, что сможет выиграть дело в следующий раз». Ребекка медленно выдохнула с облегчением. "Это хорошо". «Мисс, мистер Джеффри упомянул, что вы плохо себя чувствовали прошлой ночью. С вами сейчас все в порядке?» «Я в порядке. Кажется, я просто простудился прошлой ночью. У меня болит живот…» «В тот же день после обеда…» Прогуливаясь по саду, Ребекка никак не могла понять, зачем Говарду Джеффри она нужна. Ее мысли попеременно сменялись чувством разочарования и вздохами… Заметив обеспокоенное выражение лица Ребекки, служанка не удержалась и спросила: «Молодая мадам, вас что-то беспокоит?» ---------- Главы 53-37: В его присутствии она притворяется очень умной и воспитанной. Ребекка Квентин, поддерживаемая служанкой, села на деревянный стул и тихо спросила: «Вы когда-нибудь были влюблены?» Молодая служанка подняла глаза и сказала: «Конечно. Кто в наше время не был влюблен?» «Хорошо ли к тебе относится твой нынешний парень?» «Он очень добр ко мне. Хотя он и не богат, он забирает меня всякий раз, когда у меня есть свободное время. Потом мы ходим по магазинам, смотрим фильмы, а на годовщину свадьбы он дарит мне цветы или подарки…» После такой болтовни молодая служанка вдруг поняла, что стоит перед Ребеккой Квентин, быстро прикрыла рот рукой и взглянула на неё. На самом деле, все в семье Джеффри знали, что отношения Говарда Джеффри и Ребекки Квентин распались. Доброта Говарда к Ребекке объяснялась лишь беременностью. Ребекка Квентин ободряюще улыбнулась горничной. Горничная неловко произнесла: «Э-э, мэм, я не хотела поднимать этот вопрос при вас…» «Всё в порядке. Я никогда не была влюблена, поэтому услышать о вашем опыте мне очень интересно». Услышав слова Ребекки Квентин, глаза служанки расширились от удивления. «Мадам, разве вы с мистером Джеффри не поженились по любви?» Ребекка Квентин слегка покачала головой, ее взгляд устремился вдаль. Служанка нахмурилась. «Мадам, я действительно думаю, что мистер Джеффри очень хорошо к вам относится. Я слышала от некоторых старших служанок в доме Джеффри, что он был очень добр к вам в первые два года вашего брака. Похоже, ваши отношения пережили кризис только после того, как он не присутствовал на похоронах вашего отца…» Ребекка Квентин холодно рассмеялась. «Правда? Ты думаешь, он хорошо ко мне относится?» Служанка энергично кивнула. «Мэм, простите за смелость, но мы все думаем, что между вами и мистером Джеффри, кажется, меньше всего вас волнует ваша судьба. Раньше, когда мистер Джеффри приходил домой, вы всегда были равнодушны. Позже, когда ваши отношения испортились, вы просто оставили все как есть. Но мистер Джеффри другой. Когда он узнал, что вы беременны, он забрал вас домой. Когда вы отказывались есть, он заставлял вас. Когда вы были упрямы, он потакал вам. А когда с вами что-то случилось, он бросился обратно при первой же возможности…» Значит, он был так «хорош» к ней? Почему она совсем этого не чувствовала? То, что они видели, было лишь фасадом. Если бы они видели, как он вчера жестоко схватил ее за горло, пытаясь убить, подумали бы они, что он по-прежнему заботится о ней? Они просто не понимали его. Он был капризным, его мысли глубокими и непредсказуемыми. Даже если он вдруг стал хорошо к ней относиться, скорее всего, это было сделано из-за каких-то скрытых мотивов… «Вечером, в отеле». За дверью номера Джейсон Вуд с обеспокоенным выражением лица сказал: «Босс, мисс Куинн не притронулась ни к обеду, ни к ужину. Сейчас же…» Говард Джеффри взглянул на Кристин Куинн, которая уныло сидела у окна от пола до потолка, и махнул рукой. «Теперь можешь идти». «Да, сэр». Подойдя к Кристин Куинн сзади, Говард Джеффри спокойно спросил: «Вы на меня сердитесь?» Удрученная Кристин Куинн, казалось, не слышала, ее взгляд был устремлен прямо перед собой. Говард Джеффри не стал её утешать; он просто повернулся и ушёл. Услышав его удаляющиеся шаги, Кристин Куинн внезапно встала. Повернувшись к нему, она печально спросила: «Вы даже объяснения не даёте?» Говард Джеффри остановился, но остался стоять к ней спиной, спокойно сказав: «Я думал, нам не нужны объяснения». Кристин Куинн подошла к Говарду Джеффри и посмотрела на него умоляющим взглядом. «Говард, с самого начала и до сих пор я никогда не сомневалась в наших чувствах друг к другу. Но с тех пор, как я узнала, что ты женат на Ребекке Квентин уже два года, мое сердце словно разбито. Когда я сказала, что подам в суд на Александра Квентина, ты явно был недоволен. Когда я это сделала, ты помог ей. А сегодня утром, когда я узнала, что ты снова нанял адвокатов, чтобы помочь Ребекке Квентин, ты хоть представляешь, как сильно это меня ранило?» Говард Джеффри спокойно ответил: «Сейчас она не сможет перенести такой удар». Услышав в его словах скрытую жалость, длинные ресницы Кристин Куинн заблестели от непролитых слез. С горьким привкусом она сказала: «Значит, ты наконец-то признаешь, что заботишься о ней… Я так и знала. Два года совместной жизни, день и ночь, не могли пройти даром». Говард Джеффри, почти не задумываясь, заявил: «Вы слишком много думаете. Она никогда не была для меня важна». Кристин Куинн подняла глаза, затуманенные слезами, и посмотрела на Говарда Джеффри. "Как я могу вам поверить?" «Мы поженимся через год». Услышав слова Говарда Джеффри, опустошение в глазах Кристин Куинн мгновенно сменилось изумлением. Словно не веря своим ушам, она пробормотала: «Что… что вы сказали? Выйти замуж?» Говард Джеффри пристально посмотрел ей в глаза. «Прости, что не дал тебе этого обещания раньше». ---------- Глава 54 - 37. Перед ним она притворяется очень умной. Кристин Куинн прикрыла рот рукой, на ее лице отражалась неописуемая радость. «Неужели это правда?» Зная, что после всего случившегося она и не смела надеяться выйти за него замуж… Говард Джеффри слегка усмехнулся. «Если вы хотите, чтобы я сделал вам предложение, встав на одно колено, я, возможно, не смогу этого сделать». В этот момент Кристин бросилась в объятия Говарда… Он обнял её, наклонился и прижался губами к её губам. Она обняла его за шею и сбросила туфли на высоком каблуке. Он поднял её и бросил на кровать… Одежда упала на пол… Она поспешно расстегнула пуговицы на его одежде, но в последний момент его телефон внезапно завибрировал. Она прижалась к его телу, желая, чтобы он не обращал на это внимания, но по мере усиления вибрации он медленно опустил ее. "Говард…" Кристин обняла его за шею, явно не желая, чтобы ее прерывали в их первый раз. "Хорошая девочка…" — он нежно похлопал её по рукам, обнимавшим его за шею. Кристин неохотно отпустила его, затем зарылась под одеяло и уставилась на него горящими глазами. Он небрежно надел халат и встал, проверив номер на экране. Подойдя к окну, он ответил на звонок. "Что случилось?" «Сэр, леди Ребекке очень плохо. Я уже отправил водителя в больницу. Не хотите ли вернуться и навестить её?» — с другого конца провода раздался обеспокоенный голос экономки Джеффри. Закончив разговор, Кристин забралась обратно на тело Говарда. "Что-то не так?" Говард чмок Кристин в щеку и тихо сказал: «Веди себя хорошо и оставайся здесь. Мне нужно ненадолго выйти». Находясь в хорошем настроении, Кристин чмокнула Говарда в губы и кивнула. "Тогда скорее возвращайся!" «Ммм». «Больница». Ребекка Квентин слабо лежала в постели, бледная и обессиленная, от боли в животе на лбу выступили капельки холодного пота. "Сэр." Экономка, которая ухаживала за Ребеккой, почтительно окликнула его. Ребекка знала, кто это, но у нее не хватало сил открыть глаза и посмотреть на него. Говард спросил: «Как она?» Врач, осматривавший Ребекку, ответил: «Мне нужно тщательно осмотреть леди Джеффри. Пожалуйста, выйдите на минутку». Примерно через полчаса из комнаты вышел врач. Экономка тут же подошла к нему. «Доктор, с нашей госпожой все в порядке?» Доктор посмотрел на Говарда и серьезно сказал: «Мистер Джеффри, боюсь, мои опасения подтвердились». Глаза Говарда потемнели, казалось, он обдумывал слова доктора. Под давлением врач продолжил: «В прошлый раз я упоминал, что у вашей жены наблюдаются признаки выкидыша. Я думал, что, поскольку она так молода, если она будет осторожна и будет принимать лекарства для поддержания беременности, серьезных проблем с сохранением ребенка быть не должно. Но сегодня, после повторного осмотра вашей жены, я обнаружил, что ее состояние намного хуже, чем мы предполагали изначально. Сегодняшнее кровотечение довольно сильное, и я опасаюсь, что ее организм не сможет выдержать беременность. Я предлагаю прервать беременность до того, как мы сможем быть уверены, что плод сможет нормально развиваться в ее организме. Это будет наиболее полезно для физического восстановления вашей жены. Конечно, если вы решите продолжить беременность, вы должны быть полностью готовы к возможности острого сильного кровотечения на более поздних стадиях». Говард задал последний вопрос: «Неужели нет другого выхода?» «Мы сделали все, что могли…» На этот раз, даже рискуя обидеть Говарда, доктор смог лишь беспомощно вздохнуть. После того как в больнице ей дали обезболивающие, боль в теле Ребекки постепенно утихла. Но из-за сильного кровотечения, которое произошло ранее, она все еще очень боялась. В этот момент мистер Джеффри вошел в палату снаружи. Ребекка попыталась сесть, но медсестра, находившаяся в комнате, удержала её. «Миссис Джеффри, вам следует полежать и ещё немного отдохнуть. Не спешите вставать». Не имея другого выбора, кроме как снова лечь, Ребекка с опаской посмотрела на Говарда. «Что сказал доктор?» Говард жестом показал медсестре, чтобы она ушла. Медсестра кивнула и ушла. Увидев, что он не отвечает, Ребекка, несмотря на боль в теле, села и схватила его за рубашку. «С ребенком что-то не так?» Он не ответил. В этот момент вбежала экономка, которую Ребекка послала к врачу, взволнованно и радостно воскликнув: «Мадам, врач сказал, что с ребенком все в порядке, просто отлично! Просто продолжайте принимать лекарства, чтобы поддержать беременность». Их разговор внезапно прервался… Увидев Говарда, экономка тут же приняла почтительное поведение и неловко отошла в сторону. Услышав слова экономки, Ребекка погладила живот и снова легла, с огромным облегчением вздохнув. Дома она ужасно боялась; сначала это была просто смутная боль, но позже она переросла в кровотечение, которое становилось все сильнее и сильнее… К счастью, она вовремя приказала домработнице отправить её в больницу; иначе ребёнок мог бы… «Останься и позаботься о ней!» Сказав лишь эти слова, Говард больше ничего не произнес и повернулся, чтобы уйти. Экономка поклонилась. «Да, сэр». Когда Говард повернулся, чтобы выйти из комнаты, Ребекка, наблюдавшая за его удаляющейся фигурой, внезапно заметила не слишком заметный след от красной помады на его черной рубашке. Ещё мгновение назад она испытывала необъяснимую радость от его приезда, но теперь вдруг почувствовала, будто погрузилась в пучину отчаяния, медленно поглощаемая тьмой. «Мадам, вам все еще больно?» — экономка заметила безразличный взгляд Ребекки и поспешно спросила. «Со мной всё в порядке, я просто хочу немного отдохнуть». «Хорошо, я пока пойду. Позже я приготовлю тебе суп». После того как экономка вышла из комнаты, Ребекка повернулась на бок и вдруг фыркнула. Ребекка Квентин, что за чушь ты себе сейчас выдумываешь? У вас с ним остались только титулы мужа и жены. Вы не имеете права контролировать его, да и не в вашем положении, чтобы об этом заботиться. Ну и что, если он был связан с другой женщиной, когда с вами произошла авария? Ух ты, какая же глупая женщина… Кристин только что вышла из ванной, когда увидела Говарда, стоящего у панорамных окон отеля спиной к свету. Высушив волосы, она подошла к нему. "Говард…" "Мм." Она прислонилась к нему, обнимая его. «Ты вернулся. О чём ты думаешь, так погруженный в свои мысли?» Говард приподнял ее подбородок, и его нежные темные глаза встретились с ее взглядом. «Почему тебя все так интересует?» Кристина ответила страстно и искренне: «Мне очень любопытно всё, что касается вас». «Хорошая девочка…» — он чмокнул ее в губы. — «У меня другие мысли. Ложись спать первой». ---------- Главы 55-38: Потеря ребенка Кристин Куинн взглянула на настенные часы, взяла его за руку и пробормотала: «Уже одиннадцать. Давай ляжем спать пораньше!» Глядя в умоляющие глаза Кристин, Говард Джеффри мягко улыбнулся. "Хорошо". «Я пойду наберу тебе ванну». "Хорошо." Кристин заскочила в ванную, а Говард Джеффри снова обратил свой взгляд на ночной вид города за окном от пола до потолка. "На следующий день." Как только Говард Джеффри покинул номер, Джейсон Вуд и Ройе почтительно поприветствовали его. Проходя по коридору отеля, Говард Джеффри передал Рою несколько файлов из архива «Скайтоп» и спросил Джейсона Вуда: «Как тебе то дело, которое я тебя попросил сделать?» «Босс, я расскажу вам подробнее в машине». "Хорошо." В роскошном и комфортабельном служебном автомобиле Джейсон Вуд, сидя на пассажирском сиденье, почтительно доложил Говарду Джеффри: «Я нашел информацию, которую вы просили меня расследовать. Это данные, которые управляющий банком скопировал из сейфа». Забрав планшет у Джейсона Вуда, Говард Джеффри разблокировал его. В одно мгновение на экране появилось несколько фотографий и письмо. Говард Джеффри, используя свои тонкие пальцы, увеличил изображение на фотографиях. Просмотрев их, он прочитал письмо, которое Александр Квентин написал Ребекке Квентин. *Бекка,* *К тому времени, как вы прочтете это письмо, папы, возможно, уже не будет в этом мире…* *Дорогая моя, папа хочет сказать тебе, что ты не моя родная дочь.* *Не расстраивайся. Пусть папа всё объяснит медленно…* Когда тебе было три года, потому что ты была очень похожа на дочь, которую когда-то потерял папа, папа забрал тебя из детского дома.* *Я знаю, тебе сейчас трудно это принять, но папа не хочет оставлять тебя совсем одного в этом мире после моей смерти. Иди найди свою биологическую семью…* *Это адрес детского дома. Вы можете найти там директора. Она расскажет вам всё о вашем прошлом.* *Бекка, не плачь. Ты должна знать, что даже если ты не родная дочь папы, ты все равно дочь, которую папа любит больше всего на свете…* Увидев, как Говард Джеффри закончил зачитывать информацию, Рой тут же попытался присвоить себе заслуги. «Босс, Джейсон Вуд был не единственным, кто усердно работал, чтобы достучаться до этого управляющего банком. Я тоже приложил немало усилий! Так что, пожалуйста, позвольте мне остаться с вами, поскольку я исправил свои ошибки!» Размышляя о плане Говарда Джеффри отправить Роя в Африку, Джейсон Вуд невольно усмехнулся. Ройе бросил на Джейсона Вуда сердитый взгляд, а затем мельком взглянул на выражение лица Говарда Джеффри в зеркале заднего вида. В данный момент Говард Джеффри сидел с закрытыми глазами, притворяясь спящим, словно его совершенно не беспокоила только что прочитанная информация. Ройе был озадачен и прошептал Джейсону Вуду: «Почему Босс вообще никак не реагирует? То, что мисс Квентин не является биологической дочерью Александра Квентина, кажется огромной проблемой!» Джейсон Вуд лишь улыбнулся и покачал головой. Ройе еще больше растерялся. "Что ты имеешь в виду?" Джейсон Вуд с невозмутимым лицом сказал: «Я улыбаюсь, потому что вы столько лет следовали за Боссом, а ваш интеллект ничуть не улучшился…» "Эм-м-м…" «Больница». Поскольку состояние Ребекки Квентин улучшилось, было принято решение о ее выписке из больницы. Рано утром в больницу пришла домработница, чтобы помочь Ребекке Квентин собрать вещи. Теперь же Ребекка Квентин, полная энергии, сказала домработнице: «Не помогайте мне. Я могу сама встать с постели…» «Хорошо». Хотя он и согласился, экономка всё же подошла, чтобы помочь ей. Как только ноги Ребекки Квентин коснулись пола, она услышала голос Ройе: «Мадам, мы пришли забрать вас домой». Увидев, что это Рой и Джейсон Вуд, а не тот человек, которого она надеялась увидеть, Ребекка Квентин слабо улыбнулась. «Спасибо». Ройе забрал багаж у экономки, а Джейсон Вуд вручил Ребекке Квентин букет роз, который держал в руках. «Мадам, это от Босса». Ребекка Квентин слегка напряглась, ее взгляд был прикован к ярким, огненно-красным розам перед ней. Ее сердце внезапно сжалось, но она все же приняла букет от Джейсона Вуда с лучезарной улыбкой. «Спасибо». «Мадам, машина ждет снаружи. Пожалуйста, смотрите под ноги». "Хорошо." После того как Джейсон Вуд и Ройе ушли, Ребекка Квентин пренебрежительно взглянула на букет, а затем небрежно выбросила его в мусорное ведро в своей больничной палате. Экономка, которая всё ещё поддерживала Ребекку Квентин, в шоке спросила: «Молодая леди?» «Они мне не нужны». Высоко подняв голову, Ребекка Квентин решительно удалилась. В течение последних двух лет она часто получала от него розы. Хотя обычно цветы ей вручал Джейсон Вуд, ее сердце всегда наполнялось нежной радостью… ---------- Глава 56-38: Потеря ребенка_2 Но она узнала всего несколько дней назад, что, когда он действительно хотел кому-нибудь отправить цветы, он сам шел в цветочный магазин, и выбирал он не обычные розы… Джейсон Вуд сегодня отправил ей цветы от имени Говарда Джеффри, вероятно, по привычке. Однако, даже если это действительно было по его приказу, она не будет такой глупой, как прежде. В конце концов, она лучше всех знала, что такие обычные розы никогда не сравнятся с дорогими и благородными розами Людовика XIV. Вернувшись в дом Джеффри, Бекка сначала хотела пойти в свою комнату, чтобы принять душ, но никак не ожидала увидеть в ней человека, которого меньше всего хотела видеть. Однако она не позволила этим эмоциям отразиться на своем лице. Она по-прежнему вела себя как воспитанная женщина, какой он ее научил быть, и сама поприветствовала его: «Э-э, вы вернулись…» Он подошел к винному шкафу, налил себе бокал красного вина и, не обращая на нее внимания, пошел к ней. Проклиная его в душе, Бекка сделала вид, что не злится, и просто тихо стояла в стороне. Он сел на диван, помешивая вино в бокале, а затем его взгляд остановился на ней. Его взгляд был подобен тому, как если бы она снова разделась догола. Она намеренно избегала его взгляда и сказала слегка покорным тоном: «Прости. В прошлый раз я ослушалась твоих приказов и сбежала, потому что слишком переживала за отца… Я благодарна тебе за то, что ты в итоге помог моему отцу». Говард Джеффри отпил глоток вина и вдруг улыбнулся. «Ты очень умный. Ты постоянно думаешь о том, как бы меня помучить всевозможными наказаниями, но при этом умудряешься терпеть и притворяться хорошим, чтобы мне угодить!» «Это потому, что мистер Джеффри хорошо меня „обучил“». Поскольку правда всплыла наружу, ей не было необходимости продолжать идти на компромисс, поэтому она выложила все карты на стол. «Интересно, какие указания мистер Джеффри дал мне сегодня?» После того, как она чуть не задохнулась, когда он душил ее, казалось, она больше не могла притворяться покорной, какой была в его присутствии последние несколько месяцев. Говард Джеффри не стал с ней спорить и просто сказал: «Собирайте вещи. Мы возвращаемся в Америку сегодня вечером». В конце концов, Америка могла похвастаться лучшими в мире врачами и передовыми медицинскими технологиями, что делало ее идеальным местом для ее беременности. Она рассеянно потрогала живот и пожала плечами. «Делай, что хочешь. В любом случае, у меня нет права отказывать». Держись, Бекка. Просто потерпи еще пять месяцев, и ты будешь совершенно свободна… "Очень хорошо." Он, похоже, был очень доволен её нынешним послушанием. Теперь, с намеренно саркастическим тоном, она сказала: «Извините, я только что вернулась из больницы и еще не принимала душ. Хотела бы принять душ. Мистер Джеффри одобрит?» "Как хочешь." Затем Бекка повернулась и направилась прямиком в ванную. В этот момент Говард Джеффри тоже встал и вышел из комнаты. Только услышав щелчок захлопнувшейся двери, Бекка слабо прислонилась к двери ванной, крепко прикусив губу. Неужели я действительно поеду в Америку? Она вспомнила, что он говорил ей подобные слова раньше. В прошлый раз они оба играли друг с другом в игры. Он сказал, что отвезет ее в Америку, чтобы познакомить со своей матерью, и что она останется там на время беременности. В тот момент она даже хотела ему поверить… Похоже, он никогда не забывал о том, чтобы отвезти меня в Америку. Но что именно он планирует? В этот момент дворецкий занимался упаковкой багажа Бекки. Поскольку они летели на частном самолете Говарда Джеффри, Бекке не нужно было беспокоиться о каких-либо проблемах с перелетами во время беременности или о возможных задержках. Дворецкий был очень аккуратен, упаковав в чемодан почти все необходимые вещи для Бекки. Его больше всего беспокоило то, что Бекке, привыкшей к вещам из Т-Сити, может быть трудно адаптироваться в Америке. Ройе и Джейсон Вуд тоже приехали, выступая в роли водителя и телохранителя, ответственных за доставку Бекки в аэропорт. Когда всё было готово, Бекка вышла на балкон и решила позвонить тёте Клэр. «Что? Ты едешь в Америку?» Услышав слова Бекки, тетя Клэр, говорившая по телефону, была крайне потрясена. «Да, его мать хочет со мной познакомиться, поэтому он хочет, чтобы я поехала в Америку, чтобы сопровождать её и обеспечить ей безопасную беременность…» Из-за него я всё больше и больше лгу. она задумалась. Тетя Клэр помолчала немного, а затем спросила: «Мисс, можно с вами встретиться?» Неожиданно, на этот раз Бекка решительно согласилась. «Да, я буду ждать тебя в доме Джеффри». Бекка чувствовала, что независимо от нынешнего одобрения Говарда Джеффри, она должна встретиться с тетей Клэр. Это было вызвано нежеланием расставаться и необходимостью последнего прощания. "Хорошо." «Сорок минут спустя». Тетя Клэр приехала в дом Джеффри. Похоже, тетя Клэр впервые оказалась в доме Джеффри, поэтому, сидя в гостиной, она не могла не оглядеться по сторонам с любопытством. Бекка взяла тетю Клэр за руку и рассмеялась. «Любой, кто не знает, подумает, что ты впервые видишь дом богатой семьи». «Я просто хочу увидеть ту обстановку, в которой ты жила последние два года», — честно сказала тетя Клэр. Как выяснилось, состояние Говарда Джеффри намного превосходило состояние семьи Квентин. Возьмем, к примеру, картины на стенах. Семья Квентин выставляла античные произведения времен династий Мин и Цин. У Говарда Джеффри же были картины маслом всемирно известных мастеров XIII и XIV веков. «После того, как я вышла за него замуж, он специально для меня переделал интерьер. Посмотрите, вот эта зона, та и вон там — я все сама оформила». Слова Бекки были правдой; она действительно получила такое отношение, когда впервые вышла замуж за Говарда Джеффри. Глядя в сияющие глаза Бекки, тетя Клэр все еще с сомнением спрашивала: «Мисс, он действительно так хорошо к вам относится?» В этот момент дворецкий принес две чашки горячего чая и тепло и внимательно сказал: «Миссис Джеффри, тетя Клэр, приятного аппетита». Увидев такого любезного дворецкого, тетя Клэр поставила чашку чая и спросила: «Все ли в доме Джеффри так же уважительно к вам относятся?» Бекка игриво ответила: «Я их госпожа. Как они могут так плохо со мной обращаться?» "Мисс…" — внезапно окликнула ее тетя Клэр, в ее голосе звучала нотка глубокого смысла. "Хм?" — неторопливо помешивала Бекка травяной чай, стоявший рядом. «Вы уверены, что хотите поехать в Америку с мистером Джеффри?» «Конечно. Он уже ждет меня в машине снаружи». Тетя Клэр неуверенно спросила: «Он… проявлял ли он в последнее время какое-либо необычное поведение по отношению к тебе?» Бекка спокойно ответила: «Нет, что тут необычного? Он даже заранее обсуждал со мной поездку в Америку». «Даже ни капельки?» "Нет." Тетя Клэр слегка нахмурилась. Почему так? Говард Джеффри и мисс действительно вместе? Он ей не угрожал? ---------- Глава 57 - 39 Развод 1 На самом деле, тетя Клэр подозревала Говарда Джеффри еще с того инцидента, когда ее бессмысленно похитили и чуть не утопили в резервуаре. Тетя Клэр всегда подозревала, что Ребекку Квентин мог склонить к чему-то Говард Джеффри, что объяснило бы ее решение остаться с ним. Однако Ребекка постоянно это отрицала. Тете Клэр пришлось самой искать другой выход, и в конце концов она придумала выдумать историю происхождения Ребекки, следуя последним указаниям Александра Квентина, данным им перед смертью. Итак, несмотря на то, что тетя Клэр знала о возможном наблюдении Говарда Джеффри, она все же высказала свое мнение перед урной Александра Квентина… Она считала, что это заявление наверняка введёт в заблуждение Говарда Джеффри, поскольку её выдумка подтверждалась данными из сейфа, который Александр Квентин ранее установил в банке. Тетю Клэр озадачило, почему Говард Джеффри, который, несомненно, имел доступ к содержимому сейфа, никак не отреагировал, узнав, что Ребекка Квентин не является биологической дочерью Александра Квентина. Логично было бы отреагировать. Если только у Говарда Джеффри действительно не было никаких планов на ребенка Ребекки Квентин, и его единственным намерением было быть с ней. «Тетя Клэр, тетя Клэр, о чем вы думаете?» Ее мысли прервались, и тетя Клэр внезапно пришла в себя. «Э-э… ничего…» «Если вас беспокоит судебный иск, не волнуйтесь. Говард Джеффри займется этим делом». «Меня это не беспокоит. Я просто не могу смириться с твоим отъездом». Никто не знал, что в этот момент тетя Клэр мучительно размышляла, стоит ли ей отпустить Ребекку Квентин с Говардом Джеффри… Раньше тетя Клэр решительно отговорила бы Ребекку Квентин. Но теперь ее взгляды постепенно менялись… Говард Джеффри и Ребекка Квентин были женаты два года. Тётя Клэр всегда считала, что доброта Говарда Джеффри по отношению к Ребекке Квентин объясняется тем, что Александр Квентин использовал болезнь Кристин Куинн, чтобы склонить его к чему-то. Однако тётя Клэр никогда не думала, что Говард Джеффри может быть рациональным человеком. Возможно, его ненависть к Александру Квентину не будет несправедливо направлена ​​на Ребекку Квентин, или, возможно, после двух лет совместной жизни Говард Джеффри действительно влюбился в Ребекку… Они проводили вместе дни и ночи; подобные возможности не исключались. Более того, Говард Джеффри недавно дважды помогал Ребекке Квентин в урегулировании вопросов, связанных с судебными исками Александра Квентина. Следовательно, тетя Клэр больше не могла цепляться за свои первоначальные убеждения… Самое главное, тетя Клэр прекрасно понимала, что если Говард Джеффри поможет Ребекке Квентин, это будет равносильно противостоянию Кристин Куинн. Так кто же станет оскорблять свою официальную девушку ради какой-то незначительной женщины? Ребекка Квентин успокоила её: «Я не уезжаю навсегда. Как только родится ребёнок, я обещаю вернуться и навестить тебя». Она должна справиться с этим. В конце концов, после рождения ребёнка она больше не будет нужна Говарду Джеффри. Зачем ему тогда оставаться с ней связанным? В конце концов, тетя Клэр с глубоким чувством сказала: «Хорошо, я буду ждать вас в городе Т… Мисс, надеюсь, вы всегда будете знать, как себя защитить». Возможно, она действительно слишком вмешалась… "Я буду." Наблюдая за уходом тети Клэр, Ребекка Квентин наконец вздохнула с облегчением… Зная, насколько заботлива и оберегает тетя Клэр, она ни за что не хотела бы, чтобы Ребекка пострадала. Именно поэтому Ребекка не могла сказать ей правду; иначе Говард Джеффри не пощадил бы тетю Клэр. Пока Ребекка Квентин безучастно смотрела в пустоту, дворецкий подошел к ней и прошептал: «Молодая мадам, Джейсон Вуд и Ройе давно вас ждали». Вернувшись к реальности, Ребекка Квентин кивнула. «Я сейчас же пойду». Возможно, из-за того, что Ребекка Квентин заставила их слишком долго ждать, двое мужчин теперь прислонились к машине и болтали, чтобы скоротать время. «Как вы думаете, как президент сделал предложение мисс Куинн, и как ему удалось так легко убедить её согласиться?» Джейсон Вуд хранил молчание. «Полагаю, президент отправляет мисс Квентин в Соединенные Штаты отчасти ради ребенка. Но может быть, он также хочет немного покоя и тишины, чтобы как следует наверстать упущенное время с мисс Квентин в городе Т?» Джейсон Вуд, более рассудительный из двоих, бросил на Ройе многозначительный взгляд. «Не болтай лишнего. Как ты вообще можешь догадываться о мыслях босса?» "Эм…" Кашель, кашель. Дворецкий намеренно прервал их разговор двумя кашлями. Увидев Ребекку Квентин, Ройе был так поражен, что его глаза расширились, и он потерял дар речи. Джейсон Вуд резко ущипнул Ройе. Ребекка Квентин, сделав вид, что ничего не произошло, улыбнулась двум мужчинам и сказала: «Теперь мы можем идти». Ройе оцепенело кивнул. "Ах… хорошо." По дороге в аэропорт Ребекка Квентин не отрывала взгляда от окна автомобиля. Ее спокойное выражение лица ничего не выдавало, но только она знала о буре, бушующей внутри нее. Она знала, что это тревожное чувство возникло из-за слов Ройе… Честно говоря, она всегда считала его брак с Кристин Куинн предрешенным; было бы гораздо удивительнее, если бы они не поженились. Но она лишь предполагала это. Поэтому сейчас, услышав это из уст другого человека, ее сердце все еще сжималось от отчетливой боли. ---------- Глава 58 - 39 Развод 1_2 Она не хотела это скрывать. Она встретила его в самые чистые годы своей жизни, и под его руководством постепенно познала любовь и отношения между мужчинами и женщинами. Как она могла так легко забыть его? Хотя они дошли до того, что больше не могли терпеть друг друга, в глубине её сердца всё ещё оставалось место, где хранились воспоминания об их совместном времени… Иногда она задавалась вопросом, вспомнит ли он тоже время от времени те моменты, которые они пережили вместе за эти два страстных года. Вероятно, он бы так не поступил… Он был таким спокойным и рассудительным, и всегда относился к ней как к замене. Теперь, когда "настоящая" вернулась, зачем ему думать о ней? Впрочем, как бы то ни было, отправившись в Америку, она намеревалась начать новую жизнь… В конце концов, он был не единственным мужчиной в мире. Даже если другой мужчина не был таким исключительным, как он, главное, чтобы этот кто-то был искренен с ней… Да, искренность — вот что имело значение! «В девять часов вечера машина въехала на территорию частного аэропорта Говарда Джеффри». Джейсон Вуд вышел из машины и жестом указал на пилота. Пилот кивнул, как бы подтверждая, что самолет готов. Поскольку нога Бекки все еще была травмирована, Рой помог ей выйти из машины. Кто-то тут же принес инвалидную коляску, чтобы Бекка могла удобно сидеть. Возможно, следуя конкретным указаниям Говарда Джеффри, Джейсон Вуд извинился: «Мисс Квентин, мы уже довольно сильно задержались. Почему бы нам не сесть на самолет сейчас?» Бекка была как всегда любезна. «Ты сама все устроишь». Затем Джейсон Вуд поднялся на борт самолета, чтобы поговорить с людьми внутри. Рой заметил, что Бекка выглядит нездоровой. Опасаясь, что она может бояться жить одна в Америке, он быстро успокоил ее: «Мисс Квентин, не о чем беспокоиться. Президент подготовил для вас очень хорошее место для проживания. Там будет много слуг, которые будут ухаживать за вами круглосуточно, а также несколько врачей, которые будут о вас заботиться. Ах да, и сегодня на борту самолета будут два врача, которые позаботятся о вас. Пожалуйста, не волнуйтесь». "Мм." «Тогда я сейчас же протолкну тебя в самолет». "Хорошо." Инвалидное кресло плавно ввезли в салон. Бекка огляделась, отметив удивительно просторный салон частного самолета. После того как Джейсон Вуд и Ройе дали врачам последние указания, они сошли на берег. Таким образом, Бекка осталась одна в просторной каюте с группой незнакомцев. Внезапно кто-то сказал: «Мисс Квентин, взлет не вызовет сильной турбулентности. Позвольте нам помочь вам лечь и отдохнуть». Обернувшись, она увидела одного из врачей в белом халате. Бекка слабо кивнула. Двое врачей немедленно и осторожно помогли ей пересесть из инвалидного кресла на единственную большую кровать в хижине. Однако, как только Бекка собралась лечь, один из врачей внезапно крикнул: «У мисс Квентин осложнения! Не уходите!» Другой врач, также испуганный внезапным развитием событий, быстро взял себя в руки и сказал Бекке: «Мисс Квентин, у вас кровотечение! Ради вашей безопасности и безопасности ребенка, вы не должны сейчас двигаться. Я буду вас поддерживать. Лягте медленно и скажите нам, если почувствуете боль». Кровь? Только тогда Бекка почувствовала боль внизу живота, и ее лицо смертельно побледнело. Внезапно кровь пропитала белоснежные простыни. Почувствовав, как нижняя часть ее тела становится все более влажной, а боль усиливается, Бекка крепко вцепилась в простыни. Все на борту самолета начали паниковать, многие звонили по телефону. Вскоре Джейсон Вуд и Ройе, которые только что ушли, бросились обратно. Увидев происходящее, они оба замерли, выглядя совершенно беспомощными. К счастью, два врача на борту быстро приступили к оказанию Бекке неотложной помощи. Вскоре после этого прибыла машина скорой помощи с воющими сиренами. Бекку подняли на носилки и отнесли в машину скорой помощи. Бесчисленные яркие огни машины скорой помощи освещали бледное лицо Бекки. Бекка испытывала такую ​​сильную боль, что едва приходила в себя, но крепко держалась за перила каталки, боясь погрузиться во тьму и бросить своего ребенка. Спустя некоторое время она смутно услышала: «Мы не можем спасти ребенка… Операцию нужно провести немедленно, иначе жизнь матери тоже окажется в опасности…» «Хорошо, я немедленно к этому подготовлюсь». Обездвиженная анестезией, Бекка могла лишь очень слабым, прерывистым шепотом произносить: «Пожалуйста… спасите… моего ребенка…» Пока шла напряженная операция, в больницу уже прибыл Говард Джеффри. Глядя на ярко-красный свет над операционной, Говард Джеффри в ярости ударил кулаком по стене. Джейсон Вуд и Рой стояли, опустив головы, слишком напуганные, чтобы издать хоть звук. Медсестра выбежала из операционной и поспешно передала Говарду Джеффри бланк. «Состояние пациента критическое. Член семьи должен подписать форму согласия на операцию». Придя в себя, Говард Джеффри взял бланк согласия и низким голосом спросил: «Как она сейчас?» «Нам не удалось спасти ребенка, и состояние матери также очень критическое». «Четыре часа спустя Бекку вывезли из операционной». Измученный врач последовал за ним, сняв маску и перчатки. Взгляд Говарда Джеффри был прикован к лицу Бекки, бледному, как смерть. Врач сказал: «Мистер Джеффри, пожалуйста, не волнуйтесь. Вашей жене ничего не угрожает. Она просто ослабла и всё ещё находится под действием анестезии, поэтому ещё не пришла в себя». Отведя взгляд, Говард Джеффри слегка хриплым голосом спросил: «Почему это произошло?» «У вашей жены с самого начала наблюдались признаки угрозы выкидыша. Мы очень сожалеем. В конце концов, никто не желает таких несчастных случаев». Тетя Клэр узнала от медсестры, что когда Бекка очнулась от бессознательного состояния и обнаружила, что потеряла ребенка, она не плакала и не говорила. Она просто сидела на кровати, ошеломленная, всю ночь. Когда наступило утро, она не ела и не пила, пролежав весь день в постели. К вечеру, так как никто из семьи Джеффри к ней не приходил, она вдруг сказала няне, что голодна. С тех пор Бекка вела себя очень послушно, выполняя все указания врачей и медсестер. Она сосредоточилась на выздоровлении, надеясь как можно скорее выписаться из больницы. «Две недели спустя организм Бекки действительно значительно восстановился». После осмотра врач сообщил ей, что ее можно выписать в тот же день. Следовательно, тетя Клэр уже занималась оформлением документов на выписку Бекки. ---------- Глава 59-40: Развод 2 В палате премиум-класса Ребекка Квентин, уже одетая, стояла у окна и молча любовалась пейзажем за окном. «Молодая госпожа!» — почтительный возглас прервал мысли Ребекки Квентин. Ребекка Квентин повернула голову и увидела приближающегося дворецкого семьи Джеффри с термосом. «Вы здесь», — поприветствовала она, как всегда, очень любезно. Дворецкий поставил термос на стол и заботливо сказал: «Возможно, ваши слуги не так искусно готовят суп, как я. Поскольку вы еще не вернулись в дом семьи Квентин, я приготовил вам горшок черного куриного супа. Он очень питательный». Как только дворецкий открыл крышку, палату мгновенно наполнил манящий аромат. «Спасибо». Ребекка Квентин приняла предложенный дворецким питательный суп, сделала небольшой глоток, на ее лице появилась легкая улыбка. «Он восхитителен». Дворецкий любезно ответил: «Тогда, пожалуйста, еще немного». "Хорошо." «Мисс, если вы хотите супа, я сама приготовлю его, когда мы вернемся домой. Лучше не принимать „доброту“ некоторых людей». Вошла тетя Клэр, которая только что завершила процедуру выписки. Она бросила презрительный взгляд на дворецкого семьи Джеффри, затем тут же выхватила миску из рук Ребекки Квентин и безжалостно вылила суп в мусорное ведро. Дворецкий семьи Джеффри выглядел несколько смущенным, стоя там без единого слова. «Тетя Клэр, он всегда очень хорошо обо мне заботился. Пожалуйста, не будь такой», — медленно произнесла Ребекка Квентин. Тетя Клэр недовольно нахмурилась. «В моих глазах в семье Джеффри нет ни одного хорошего человека. Что за собак могут вырастить такие бессердечные, неблагодарные хозяева?» Тётя Клэр, должно быть, была в настоящей ярости, раз прибегла к таким резким словам. Дворецкий семьи Джеффри выглядел совершенно беспомощным. Спустя мгновение он сказал: «Молодая госпожа, поскольку тетя Клэр здесь, чтобы позаботиться о вас, я уйду первым… Если вы решите вернуться в дом, просто позвоните мне, и я попрошу нашего водителя забрать вас». Прежде чем Ребекка Квентин успела ответить, тетя Клэр воскликнула: «Какой „дом“? У нашей мисс только один дом — семья Квентин! Она не вернется к семье Джеффри!» Дворецкий бросил мрачный взгляд на Ребекку Квентин и затем ушел. Наблюдая за удаляющейся фигурой дворецкого, тетя Клэр, все еще не утихая, выругалась: «Словно ласка, наведавшаяся в курятник на Новый год — чисто из злых побуждений!» Зная вспыльчивый характер тети Клэр, Ребекка Квентин не стала объяснять дворецкому семьи Джеффри ситуацию, а вместо этого сменила тему. «Процедура выписки завершена?» Выражение лица тети Клэр смягчилось, когда она с беспокойством посмотрела на Ребекку Квентин. Она мягко ответила: «Да». «Тогда пошли. В больнице ужасно пахнет». С этими словами Ребекка Квентин двинулась с места. «Хорошо». Тётя Клэр поспешила за ней. Водитель семьи Квентин уже ждал у главного входа в больницу. Увидев Ребекку Квентин, он тут же открыл дверь машины. Тетя Клэр передала багаж водителю, а затем осторожно поддержала Ребекку Квентин. «Будь осторожна, садясь в машину», — нежно сказала она. «Твоя травма ноги еще не полностью зажила». «Мм». Следуя за Ребеккой Квентин в машину, тетя Клэр бережно прикрыла свою травмированную ногу. Водитель завел двигатель. Когда машина тронулась и повернула в сторону дома семьи Квентин, Ребекка Квентин внезапно сказала: «Поехали к дому семьи Джеффри!» Тетя Клэр была ошеломлена. "Мисс, вы…?" Ребекка Квентин слабо улыбнулась. «Мне просто нужно съездить туда за документами». В прошлый раз они были у него, но он мне их не отдал. Думаю, сейчас он должен быть готов. «Хорошо. Но я поеду с тобой». "Мм." Автомобиль остановился у главных ворот дома семьи Джеффри. Тетя Клэр помогла Ребекке Квентин выйти из машины. Когда Ребекка Квентин наконец встала на ноги, она сказала ей: «Я знаю, ты не хочешь заходить. Пожалуйста, подожди меня здесь. Я скоро вернусь». "Скучать…" «Не волнуйся, он мне сейчас ничего не сделает». Тетя Клэр несколько секунд колебалась, прежде чем наконец кивнуть. Осторожно обращаясь с травмированной ногой, Ребекка Квентин медленно направилась к дому семьи Джеффри. Когда тётя Клэр увидела, как хрупкая, стройная спина Ребекки Квентин отступает, внутри неё зародилась неописуемая душевная боль. Она винила себя. Винила себя за то, что забыла предостережение старого мастера, за то, что ошибочно полагала, будто у Говарда Джеффри действительно могут быть чувства к их мисс… Говард Джеффри был поистине презренным человеком, подумать только, он мог так подло угрожать мисс! Если бы не желание защитить окружающих, мисс никогда бы не солгала… И это была её собственная вина, что она была глупой. Если бы она осталась верна своей оценке Говарда Джеффри, она бы не поддалась на ложь мисс прошлой ночью и не позволила бы ей уехать в Америку. После несчастного случая, в котором попала их дочь, если бы она не бросилась в больницу и не обнаружила, что Говарда Джеффри нет рядом, она бы никогда не подумала, что последние несколько месяцев их дочь жила в таких мучениях. Значит, Говард Джеффри все это время жестоко угрожал мисс… В тот момент, когда Ребекка Квентин вошла в дом семьи Джеффри, она сразу же почувствовала сочувствующие взгляды, направленные на нее со всех сторон. ---------- Глава 60 - 40 Развод 2_2 Эти взгляды, естественно, исходили от слуг семьи Джеффри. Она всегда была к ним добра, поэтому Бекка чувствовала, что все они сейчас за нее волнуются. «Молодая госпожа». Экономка подошла с приветливой улыбкой, на лице у нее читалось удивление. Зная, что все слуги обеспокоены ее состоянием, Бекка нарочито улыбнулась и тихо сказала: «Я пришла кое-что забрать». Радость на лице экономки на мгновение застыла. "Вы… не вернетесь и не останетесь?" Улыбка Бекки осталась на лице, но ее слова стали еще более сдержанными. «Нет… я тоже давно не была дома». Домработница не имела права комментировать вопросы, касающиеся отношений его хозяев. «Вам нужна моя помощь?» «Не нужно. Мне просто нужно взять с собой несколько вещей; так будет быстрее, если я упакую их сама». «Хорошо, позвольте мне помочь вам подняться наверх». У двери спальни экономка удалилась в коридор на втором этаже. Бекка глубоко вздохнула, прежде чем повернуть ручку и войти в комнату. Поскольку экономка еще несколько дней назад собрала свои личные вещи для поездки в Америку, комната теперь казалась пустой. В конце концов, Бекке не за чем было возвращаться. Немного посидев в комнате, она открыла сумочку и достала квадратную шкатулку для украшений. Изначально она собиралась просто положить шкатулку с украшениями в ящик прикроватной тумбочки, но, как только она собиралась это сделать, открыла шкатулку и в последний раз взглянула на нее. Кристально чистая белая цепочка, редкие розовые бриллианты, изысканная резьба… Даже спустя столько лет колье в шкатулке для украшений оставалось ослепительно красивым. Глядя на ожерелье, Бекка погрузилась в размышления, словно его блеск заворожил ее. Она отчетливо помнила ту ночь, которая произошла несколько месяцев назад. Она собиралась уйти, но в итоге не смогла вырваться из-под его контроля, и он застал ее с поличным. Никто не знал, что после этого она пожалела об этом… Она не жалела, что он достал документы из ее сумочки. Она жалела лишь о своей глупости, когда положила шкатулку с драгоценностями в сумку. Конечно, когда он забирал её документы, он наверняка заметил шкатулку с драгоценностями… Он был таким умным. Он, естественно, понимал, что такой, как она, у которой денег хватает, не будет волновать денежная ценность ожерелья. Единственная причина, по которой она могла бы его взять, — это… воспоминания, которые оно хранит. Да, перед ним она открыто выразила свои чувства… Спокойствие и невозмутимость, которые она демонстрировала последние два года, холодная отстраненность, которую она сохраняла, — все это исчезло в одно мгновение… Позже она часто думала: «Забудь об этом. Пусть смеется. У всех бывают моменты наивности». С этой мыслью Бекка бесцеремонно поставила шкатулку с украшениями в ящик, не испытывая к ней никаких чувств. В следующее мгновение она встала. Не раздумывая, она достала телефон и набрала номер Говарда Джеффри. Дозвониться до него всегда было сложно, и этот раз не стал исключением. Как раз когда Бекка уже собиралась сдаться и попробовать позвонить ему позже, ее взгляд случайно упал на несколько документов на подушке. Она взяла их в руки. И действительно, это были все те документы, которые он конфисковал у нее ранее… Она позвонила ему именно потому, что хотела, чтобы он вернул ей документы. Она не ожидала, что он уже оставил их здесь. Ее сердце необъяснимо сжалось, и по всему телу распространилось терпкое, вяжущее ощущение. В тот момент она мысленно вздохнула. Прожив в браке два года, они никогда не были на одной волне. И всё же в этот момент расставания их мысли неожиданно соединились… В машине тетя Клэр помогла Бекке упорядочить документы, предупредив ее: «В будущем будь осторожнее с ними. Не позволяй никому с недобрыми намерениями снова их забирать». Бекка выглянула в окно и ничего не ответила. Тетя Клэр наклонилась ближе. «Мисс!» "Хм?" «Вы выглядите неважно. Может, потому что ваше здоровье еще не полностью восстановилось?» Бекка повернула голову, потрогала лицо и сделала вид, что недоумевает. «Правда? Кажется, со мной все в порядке. Может, я просто бледная, потому что ветер дул мне в лицо». Как раз когда тётя Клэр собиралась ответить, её взгляд внезапно остановился на чём-то за окном, и она крикнула: «Мисс…» "Хм?" Бекка инстинктивно проследила за взглядом тети Клэр. Внезапно ее взгляд замер, темные зрачки замерцали, когда она увидела черный автомобиль, только что проехавший мимо них. Тетя Клэр пробормотала: «Я только что видела мистера Джеффри в той машине». Бекка знала об этом, даже без слов тети Клэр. Эта машина была эксклюзивным автомобилем Говарда Джеффри… "Ой." Ее ответ был лишен каких-либо эмоциональных колебаний, и Бекка снова перевела взгляд на дорогу впереди. Она и представить себе не могла, что в итоге они просто пройдут мимо друг друга. Может, он её даже видел… Тетя Клэр с опозданием сказала: «Посмотрите, я тут болтаю без умолку… Он больше не заслуживает того, чтобы его называли «мистер Джеффри». Я должна называть его негодяем, отбросом…» Прошло три дня с тех пор, как Бекка вернулась в дом Квентина. Хотя всё было довольно спокойно, стресс от предстоящего второго суда над отцом начал сказываться. Обычно это не беспокоило бы Бекку и тетю Клэр, поскольку их адвокат, юрист Скотт, ранее заверил их, что проблем с выигрышем дела не возникнет, если они будут хорошо подготовлены. Однако ситуация изменилась. Теперь, когда ее отношения с Говардом Джеффри закончились, адвокат Скотт, возможно, больше не будет помогать Бекке в этом деле. Ранее, несмотря ни на что, Бекка всё равно носила ребёнка Говарда Джеффри. Даже если бы он не хотел помогать, он мог бы в последнюю минуту передумать ради ребёнка, как и в прошлый раз… Теперь, когда ребенка не стало, просить помощи у Говарда Джеффри казалось невозможным… «Мисс, что нам теперь делать?» — спросила тетя Клэр, на ее лице читалась тревога. «Это последнее испытание». Бекка села на диван и серьезно спросила: «Несколько дней назад ты не отправила наше дело нескольким ведущим юристам в Т-Сити?» "Да." «Кто-нибудь из них говорил, что может выиграть дело?» Тетя Клэр села рядом с Беккой. «Ну, многие говорили, что могут выиграть… но я думаю, они просто много болтают из-за высоких комиссионных, которые мы предлагаем. Сомневаюсь, что они действительно так уверены в своих силах». «Независимо от того, уверены мы в себе или нет, на данном этапе нам приходится цепляться за последнюю надежду». «Стоит ли нам предложить адвокату Скотту более высокий гонорар? Возможно…» Бекка перебила тетю Клэр: «Не стоит и пытаться. Адвокат Скотт уже звонил мне раньше. Он сказал, что больше не будет нашим представителем в суде…» ---------- Глава 61-41: Развод 3 Глаза тети Клэр вытаращились, словно бронзовые колокольчики. Ребекка Квентин беспомощно произнесла: «Просто выберите одного из самых сильных юристов среди них… В любом случае, завтра мы должны сделать все возможное». Тетя Клэр ответила: «Это все, что мы можем сделать…» "На следующий день." Как выяснилось, даже среди известных юристов были как обычные, так и высококлассные специалисты. По сравнению с красноречием адвоката Скотта в суде, адвокат Гао, которого на этот раз наняла Ребекка Квентин, был совершенно ему не уступал. Как только начался судебный процесс, он оказался бессилен перед нападками обвинения и был вынужден объявить перерыв, чтобы внести коррективы. Но даже после этого перерыва он потерпел сокрушительное поражение… Тетя Клэр, сидевшая в зрительном зале, была в ужасе. Ребекка Квентин, стоявшая на скамье подсудимых от имени своего отца, нервничала не меньше, у нее потели ладони. Несмотря на все старания адвоката, изменить окончательный исход дела ему так и не удалось… Ребекка Квентин неохотно смирилась с этим фактом. Однако, когда судья объявил вердикт, а адвокат противоположной стороны предложил другой план компенсации, Ребекка Квентин была совершенно ошеломлена. Тетя Клэр была так удивлена, что встала со своего места в зале, прикрыв рот рукой. Выйдя из зала суда, тетя Клэр выглядела мрачной и пробормотала: «Хозяин всегда держал это в секрете. Откуда кому-либо могли знать об этих деньгах?» Идущая впереди Ребекка Квентин внезапно остановилась. Взглянув на озадаченную тетю Клэр, она серьезно сказала: «Тетя Клэр, вы сказали, что деньги, которые судья назначил в качестве компенсации жертве, мне оставил мой отец. Значит ли это, что отец знал, что однажды станет подсудимым? Неужели он тайно перевел ликвидные активы Квентина заранее, чтобы обеспечить мне спокойную жизнь?» Действительно, сегодня в суде прокурор заявил, что у Александра Квентина на швейцарском банковском счете находилось пятьсот миллионов, и попросил судью распорядиться о выплате этих денег также в качестве компенсации потерпевшим… Ребекка Квентин была в недоумении; она и не подозревала, что у ее отца была такая крупная сумма денег на швейцарском банковском счете. Позже, после разговора с тетей Клэр, она узнала, что Квентин не распоряжался своими финансами все эти годы. На самом деле, ее отец поручил тете Клэр разместить все ликвидные активы на этом швейцарском банковском счете. Тетя Клэр на некоторое время исчезла после смерти отца. Это произошло потому, что она на самом деле пошла в швейцарский банк, чтобы положить пятьсот миллионов на счет, где Ребекка Квентин была указана в качестве владельца… Тетя Клэр замялась. "Я…" Увидев реакцию тети Клэр, Ребекка Квентин выпалила: «Значит, показания потерпевшей были правдивы. Более двадцати лет назад отец действительно обманул людей, забрав у них деньги…» "Скучать…" Не обращая внимания на звонок тети Клэр, Ребекка Квентин шаг за шагом вышла из больницы, выглядя совершенно подавленной. "На следующий день." Представитель потерпевшей стороны, а также актуарии банка и судебное решение прибыли к Квентину. Очевидно, они пришли туда, чтобы потребовать от Ребекки Квентин выплаты компенсации… Ребекка Квентин не смогла избежать последствий ошибок, допущенных её отцом. Пятьсот миллионов и теперь уже пустая оболочка Квентина едва ли могли служить компенсацией жертвам, потерявшим тогда миллиард. Однако, когда Квентин, символизировавший славу семьи Квентин, наконец-то был передан, Ребекка Квентин беспомощно спряталась в своём кабинете, не в силах заставить себя встретиться с этими людьми. За стеклянным окном стояли сотрудники, обеспокоенные судьбой Квентина, и обсуждали… «После того, как компания и деньги исчезнут, у мисс Квентин ничего не останется?» «Что можно сделать? Это долг, оставленный председателем». «Вам не стоит беспокоиться о мисс Квентин. Не забывайте, её муж — Говард Джеффри…» «Через полчаса». В дверь кабинета председателя раздался размеренный стук. "Войдите." Гостем был секретарь Шоу, который почтительно окликнул: «Мисс Квентин». Ребекка Квентин, подперев лоб рукой, устало произнесла: «Попросите их дать мне еще немного времени. Я выйду позже». Секретарь Шоу сказал: «Я позаботился об этих людях; вы можете еще немного отдохнуть. Однако снаружи стоит адвокат, который утверждает, что является представителем мистера Джеффри, и говорит, что хочет вас видеть прямо сейчас. Впустить ли его?» Ребекка Квентин выпрямилась, нахмурив брови. "Адвокат?" Секретарь Шоу кивнула. «Адвокат по имени Скотт. Его визитка выглядит подлинной». После нескольких секунд колебания Ребекка Квентин ответила: «Впустите его». "Хорошо." «Мгновение спустя». Секретарь Шоу проводила солиситора Скотта в кабинет Ребекки Квентин. Этот адвокат Скотт действительно был тем же самым, кто ранее представлял интересы Ребекки Квентин в суде. ---------- Глава 62 - 41 Развод 3_2 Подойдя к рабочему столу, адвокат Скотт вежливо окликнул: «Леди Джеффри». Увидев знакомого адвоката, Бекка несколько удивилась. Она встала и сказала: «О, это вы. Пожалуйста, садитесь». «Спасибо, я не буду садиться». В этот момент адвокат Скотт выпрямился и профессиональным тоном произнес: «Леди Джеффри, я сегодня здесь от имени мистера Джеффри, чтобы подать заявление о разводе». Руки Бекки, покоившиеся вдоль тела, заметно замерли. Услышав слова адвоката Скотта, секретарь Шоу, до этого опустивший взгляд, в шоке поднял голову. Спустя мгновение Бекка слегка кивнула. «Мне нужно кое-что сделать. Если у тебя есть время, пожалуйста, подожди меня здесь. Мы можем поговорить позже». Адвокат Скотт ответил: «Хорошо». «Да, пожалуйста, налейте адвокату Скотту стакан воды. Я могу немного опоздать», — сказала Бекка своей помощнице, стоявшей за дверью. "Хорошо." «Секретарь Шоу, пошли». Следуя за Беккой, секретарь Шоу чувствовала легкую тяжесть в каждом ее шаге. Хотя она намеренно держала спину прямо, ее отчаяние было трудно скрыть. «Мисс Квентин…» — внезапно воскликнула секретарь Шоу. "Хм?" «Неужели ваши отношения с мистером Джеффри… действительно безнадежно испортить?» Секретарь Шоу сначала хотел лишь выразить беспокойство, но, произнеся эти слова, понял, что они прозвучали для Бекки еще более жестоко. Бекка не сбавила темп. Вместо этого она еще больше выпрямилась и легкомысленно сказала: «На самом деле, нам следовало развестись давным-давно. Просто обстоятельства постоянно откладывали это». "Ох…" — Секретарь Шоу был слегка удивлен, но, учитывая нынешнее эмоциональное состояние Бекки, он не стал расспрашивать дальше. Минуту спустя Бекка прибыла в приемную. Адвокат и представитель потерпевшей немедленно встали с дивана, выглядя так, будто с нетерпением ждали этого момента. Час спустя секретарь Шоу проводил всех из приемной. Сидя на диване, Бекка сначала вздохнула, а затем оглядела комнату. Секретарь Шоу увидел нежелание в глазах Бекки, но не знал, что сказать, чтобы утешить её. Он мог лишь молча стоять позади неё. Спустя мгновение Бекка поднялась с дивана и спокойно вышла из приемной. Возвращаясь в офис, Бекка увидела сотрудников разных отделов, собравшихся небольшими группами и перешептывающихся. У многих из них были обеспокоенные лица. Обрывки их разговоров смутно доносились до ушей Бекки. «Это правда! Вы сами только что слышали, как адвокат это сказал…» «Значит, они разводятся! Неудивительно, что мистер Джеффри не появился. Похоже, слухи о том, что мистер Джеффри и мисс Квентин не ладят, с самого начала были правдой…» «Мне очень жаль мисс Квентин. Она только что потеряла отца, потом неожиданно ребенка, а теперь ее муж просит развода. Один удар за другим!» «Даже не жалейте её. Даже если она разведётся с мистером Джеффри, всё будет хорошо. А как же мы? Я слышал, что «Квентин» полностью достался жертве. К кому нам теперь требовать зарплату, которую «Квентин» задолжал нам за последние несколько месяцев?» Эти голоса донеслись и до ушей секретаря Шоу, и он невольно взглянул на Бекку. Казалось, голоса не произвели на Бекку никакого впечатления, и она продолжила идти к своему кабинету. Войдя в свой кабинет, Бекка не выказала ни малейшего признака негатива или уныния. Она улыбнулась адвокату Скотту и сказала: «Извините, что заставила вас ждать. Теперь мы можем начать». Адвокат Скотт, сидевший напротив Бекки, достал из портфеля соглашение о разводе и подвинул его перед ней. «Пожалуйста, ознакомьтесь. Если вас что-то не устраивает в соглашении, вы можете сразу же высказать свои замечания, и я передам ваши опасения мистеру Джеффри». Бекка взяла в руки соглашение о разводе, бегло взглянула на него и спросила: «Когда соглашение вступает в силу?» Адвокат Скотт ответил: «Поскольку г-н Джеффри уже подписал соглашение, оно вступит в силу после того, как вы его подпишете». Да, его подпись в правом нижнем углу соглашения о разводе была настолько заметной, настолько четкой. Не колеблясь, Бекка вытащила ручку из подставки и, не задумываясь, подписала свое имя рядом с его. Адвокат Скотт взял соглашение о разводе, бегло взглянул на него и встал. «Мисс Квентин, формальности завершены. У меня есть другие дела, поэтому я могу сейчас уйти». Бекка тоже встала и слегка кивнула. Затем адвокат Скотт ушел. После ухода адвоката Скотта Бекка, которая с трудом сохраняла самообладание, наконец устало опустилась на спинку стула и тяжело закрыла глаза. «Корпорация «Скайтоп», филиал в городе Т». Адвокат Скотт вышел из лифта, увидел Роя и сказал: «Мистер Джеффри попросил меня встретиться с ним здесь». Ройе взглянул на закрытую дверь кабинета генерального директора и ответил: «Боюсь, у босса сейчас нет времени. С ним несколько высокопоставленных руководителей, которые обсуждают неотложные вопросы». "Ой." Ройе небрежно спросил: «По какому поводу тебе нужно было встретиться с боссом?» «Мисс Квентин подписала соглашение о разводе. Я принесла его мистеру Джеффри для ознакомления. Если не будет никаких проблем, я попрошу заверить его печатью, чтобы это стало официальным». Ройе невольно вздохнул. «Увы, супружеская пара в мгновение ока становится чужой друг другу… Кстати, мисс Квентин что-нибудь сказала?» Адвокат Скотт честно ответил: «Я не могу сказать». Рой высказал свое мнение: «Вероятно, она не слишком расстроена. В конце концов, мисс Квентин всегда была довольно холодна к боссу». Адвокат Скотт недоуменно спросил: «Мне очень любопытно. Почему мисс Квентин не выдвинула никаких требований относительно раздела имущества при разводе?» Ройе усмехнулся. «Ты новенький у босса, поэтому можешь не понимать. Мисс Квентин смогла выйти замуж за нашего босса только потому, что ее отец использовал подлые методы, чтобы это устроить. Поэтому она не имеет права требовать долю в его имуществе». Десять минут спустя адвокат Скотт предстал перед столом Говарда Джеффри. Говард Джеффри изучал отчет и не поднимал глаз. Он просто спросил адвоката Скотта: «Все улажено?» «Да». Пока он говорил, адвокат Скотт достал из портфеля соглашение о разводе и передал его Говарду Джеффри. Говард Джеффри даже не взглянул на соглашение. «Можете уходить», — равнодушно сказал он. "Да." Как только адвокат Скотт собирался уходить, снаружи вошел Джейсон Вуд. Джейсон Вуд, выглядевший так, будто ему нужно срочно сообщить Говарду Джеффри новости, выглядел весьма взволнованным. «Босс!» Говард Джеффри продолжал листать отчет в руке и спокойно спросил: «Что вас так взволновало?» «Я его нашёл». Хотя Вуд не уточнил, что именно он имел в виду, Говард Джеффри, похоже, понимал его. Его рука на секунду замерла над отчетом, который он просматривал. «Говори». ---------- Главы 63-42: Горжусь своим нынешним падением и бедностью1 «Шесть лет назад именно Александр Квентин подкупил людей, чтобы они причинили вред мисс Куинн». В непостижимых глазах Говарда Джеффри мелькнул огонек. Мгновенная вспышка гнева исчезла, сменившись глубоким спокойствием. Джейсон Вуд был очень взволнован. После шести лет расследований он наконец-то сегодня раскрыл это дело. Джеффри отложил сложенный в руке отчёт, откинулся на спинку стула, прищурился, глядя на Джейсона, и его выражение лица стало чуть более мрачным, чем обычно. «Александр был поистине безжалостен… Шесть лет назад он потратил пятьдесят миллионов долларов на то, чтобы нанять трех сингапурцев для причинения вреда мисс Куинн. Если бы один из нападавших случайно не упомянул об этом во время недавней сделки с наркотиками с американским дилером, мы, возможно, никогда бы не связали Александра Квентина с людьми, причинившими вред мисс Куинн. Сегодня утром я арестовал двух других и допросил их. Они подтвердили, что все, что они делали, было по приказу Александра Квентина за деньги». Темные глаза Джеффри потемнели еще сильнее, его взгляд стал заметно зловещее, чем прежде. Джейсон продолжил: «Эти мужчины признались в том, что причинили вред мисс Куинн, но ничего не знали о смерти ее матери». Да, пять лет назад Моника Лэндон была найдена убитой в собственном саду, и полиция так и не нашла убийцу. В течение многих лет, расследуя изнасилование Кристин Куинн, Джейсон также занимался расследованием смерти Моники Лэндон. Джеффри взглянул на Джейсона и холодно приказал: «Я не хочу, чтобы кто-либо еще об этом узнал». Джейсон тут же почтительно поклонился. «Можете быть уверены, босс. Эти трое больше никогда не смогут говорить». «Хорошо. Продолжайте расследование дела Моники Лэндон. Я не хочу, чтобы оно затянулось». «Да, сэр». «Можете идти». «Ночью, резиденция Квентина». Из-за банкротства семьи и увольнения прислуги некогда процветающая резиденция Квентина теперь выглядела пустой и заброшенной. В холле тетя Клэр, взглянув на уже упакованные чемоданы Ребекки Квентин, печально спросила: «Мисс, вы действительно решили продать эту виллу?» Ребекка Квентин слегка кивнула. Тетя Клэр глубоко вздохнула. «Вообще-то, Квентина уже нет. Тебе больше не нужно нести ответственность за этих сотрудников…» Ребекка Квентин перебила тетю Клэр: «Все они — давние сотрудники компании; некоторые даже усердно работали на Квентина более десяти лет. Я не хочу, чтобы они ушли, не получив зарплату за последние несколько месяцев, и чтобы их уволили, полных обиды». Тетя Клэр серьезно посоветовала: «Ты должна понять, что эта вилла — все, что у тебя осталось. Если ты потратишь деньги от ее продажи на зарплату сотрудникам, тебе почти ничего не останется…» «Тетя Клэр, пожалуйста, не пытайтесь меня больше уговаривать. Я понимаю свою нынешнюю ситуацию. Для меня отсутствие денег — лишь временная трудность. Однако утраченная репутация Квентина — это пятно, которое останется навсегда. Я не хочу, чтобы внешний мир смотрел на Квентина свысока; в конце концов, мой отец основал его в одиночку». Тетя Клэр беспомощно вздохнула. «Ты прямо как твой отец, всегда такая упрямая в том, в чем не должна быть…» "Хех." «Кстати, мисс, какие у вас планы на будущее?» Опираясь на диван, Ребекка Квентин ответила с отстраненным, полным надежды взглядом: «Я еще молода. Думаю уехать из T City на несколько лет учиться за границу…» Тетя Клэр кивнула. «Это замечательная идея. Поездка за границу — хороший способ привести мысли в порядок». На самом деле, тетя Клэр хотела сама посоветовать Ребекке уехать из Т-Сити. Поэтому, когда Ребекка заговорила об этом, тетя Клэр с готовностью согласилась. Ребекка внезапно повернула голову. «Тетя Клэр, а вы?» Тетя Клэр усмехнулась и взяла Ребекку за руку. «У меня нет своей семьи, поэтому, конечно, я поеду с тобой и позабочусь о тебе». Ребекка серьёзно сказала: «Нет, тебе не нужно. Тебе следует идти и стремиться к собственному счастью!» "Что?" Тетя Клэр, похоже, не поняла, что говорит Ребекка. Ребекка слабо улыбнулась. «На самом деле, я знаю, что последние двадцать с лишним лет ты жила в доме Квентина из благодарности папе за то, что он спас тебя в трудную минуту. Папа однажды пытался уговорить тебя уехать, но ты так и не согласилась. Я знаю, ты не хотела уезжать. Но я также слышала, что уже более двадцати лет в твоем родном городе тебя ждет элегантный и красивый мужчина… Я думаю, ты давно отплатила папе за его доброту. Теперь пришло время тебе самой искать счастье». "Я…" «Я уже взрослая. Вам больше не нужно обо мне беспокоиться. Я научусь защищать себя и заботиться о себе». «В то же время, отель XX». Говард Джеффри осторожно открыл дверь в номер. Он увидел Кристин Куинн, завернутую в одеяло, которая, видимо, ждала его возвращения, прислонившись к дивану. Он положил пиджак и тихо подошёл к ней. «Кристин», — пробормотал он. ---------- Глава 64-42: Горжусь своей нынешней нищетой и бедностью 1_2 Он присел на корточки и тихо позвал ее; она уже спала. Кристин Куинн, казалось, крепко спала и не слышала звонка от Говарда Джеффри. Изначально Говард Джеффри хотел забрать Кристин, но случайно заметил ее нахмуренные брови и легкий пот на лбу. Ей даже сон дается с трудом… Он сочувственно протянул руку, желая разгладить морщинки между ее бровями. Но в этот момент Кристина вдруг закричала во сне: «Нет, не надо… никто из вас не подходит ко мне…» "Кристин, Кристин…" "Говард… где ты…? Мне так страшно… Говард…" Держа на руках измученную кошмарами Кристин, Говард Джеффри помрачнел и помрачнел. "Кристин…" Говард поцеловал вспотевший лоб Кристин, его голос был тихим и хриплым от душевной боли. Несмотря на то, что Кристин прислонилась к груди Говарда, она все равно спала беспокойно. Внезапно ее разбудил ужасающий образ, вырвавший из кошмара. "А … "Кристин, это я. Я здесь." Говард Джеффри поддержал дрожащие плечи Кристин. Глядя в ее заплаканные глаза, он подавил чувство вины, которое так долго терзал в себе. Ее зрение затуманилось от слез, и ей потребовалось мгновение, чтобы наконец разглядеть перед собой красивое лицо. Кристин внезапно бросилась в объятия Говарда Джеффри, слезы текли ручьем. «Говард, мне так страшно… Их лица до сих пор так отчетливо видны в моей памяти… Я не могу забыть, что произошло, правда не могу… Что мне делать?» — рыдала она. Держа Кристин на руках, Говард непрерывно целовал слезы, стекавшие по ее щекам, его голос был хриплым от сдерживания. «Тише, хорошая девочка, не думай об этом больше. Это все в прошлом…» «Знаете, каждый раз, когда я вижу Мари, я вспоминаю ту ужасную сцену. Но Мари — моя дочь… Как я могу связывать её с этими бесстыдными людьми…?» Поздней ночью силуэт Говарда Джеффри вырисовывался перед панорамными окнами отеля. Позади него спала Кристин, ее глаза оставались красными даже во сне, а в уголках глаз виднелись едва заметные влажные следы слез. «Неделю спустя». Ребекка Квентин стояла безучастно перед своим домом, рядом с ней стояли два чемодана. Тетя Клэр нежно коснулась плеча Ребекки и вздохнула: «Раз уж его продали, постарайся не грустить». Воспоминания о днях, проведенных на этой вилле, когда она мило и игриво вела себя с отцом, пронеслись в голове Ребекки, и ее глаза снова наполнились слезами. «Тетя Клэр, я так скучаю по папе». Тетя Клэр утешительно похлопала Ребекку по плечу. «Я знаю». Взгляд Ребекки стал пустым. «А ты знаешь, что я на самом деле…» Она помолчала. "Хм?" Никогда прежде не слышав такого тихого и хриплого голоса Ребекки, тетя Клэр посмотрела ей в лицо. Она вздрогнула, увидев две слезинки, скатывающиеся по щекам Ребекки. "Мисс…" Хотя тётя Клэр наблюдала за взрослением Ребекки, она редко видела, как та плачет. Она знала, что за хрупкой внешностью Ребекки скрывается сильное сердце. Однако теперь беззвучные слёзы Ребекки казались накопившейся печалью бесчисленных подавленных моментов, что делало их ещё более тревожными. «Я на самом деле ненавижу папу…» "Хм?" В этот момент тетя Клэр увидела, как Ребекка медленно опустилась на землю, беспомощно обнимая себя и задыхаясь, прошептала: «Если бы не папа, я бы его не встретила… Я бы не страдала сегодня…» Тетя Клэр нащупала салфетку. «Мисс, пожалуйста, не плачьте. Я не знаю, что делать, когда вы плачете…» По щекам Ребекки текли крупные слезы, и тетя Клэр едва успевала их вытирать… Ребекка беспомощно обняла себя, дрожа, словно больше не могла сдерживать рыдания. «Я такая бесполезная… Я с самого начала знала, что счастливого конца не будет, но все равно повелась на это, как дура… Я думала, что смогу притвориться, что все в порядке, вести себя так, будто ничего не случилось. Но когда я действительно потеряла с ним связь, мое сердце невыносимо болело…» "Мисс…" Слезы тети Клэр потекли вместе со слезами Ребекки. Ребекка уткнулась головой в колени, сдерживая рыдания. «Я потеряла ребенка… Не знаю, предначертано ли Небесам, что у нас с ним не будет никакой связи, но без этого ребенка мне так ужасно, так ужасно… Он был на сроке больше пяти месяцев; врач сказал, что это мальчик. Я не могу представить, как его забрали из моего тела, такого холодного и безжизненного…» Тетя Клэр с трудом сдерживала слезы, сердце разрывалось от боли. «Мисс, пожалуйста, не будьте такими…» «Я знаю, что его волнует только ребенок, но я все еще его жена. Почему он даже не пришел навестить меня после того, как я потеряла нашего ребенка…?» «Четыре года спустя». Льёт проливной дождь, сопровождаемый вспышками молний и раскатами грома. Светло-голубые занавески развеваются на ветру от завывающего снаружи ветра. Капли дождя размером с соевые бобы проливаются сквозь разбитые стекла и разбрызгиваются по комнате. Прямо напротив окна, на небольшой односпальной кровати, спала молодая женщина с длинными ресницами… Она явно спала беспокойно. Ее длинные ресницы постоянно дрожали, на лбу выступили мелкие капельки пота, а рука крепко вцепилась в край кровати. Ее тело было слегка искривлено. "Нет, не надо… Не подходите ко мне…" — пробормотала женщина эти ужасающие слова во сне. Внезапно: "Говард Джеффри!!" С отчаянным криком, доносившимся из сна, она резко проснулась от кошмара. Из её уст вырвался тихий всхлип. Вспомнив сон, она, охваченная невыносимой болью, уткнулась головой в колени и безудержно заплакала. Спустя долгое время боль постепенно утихла. Она, как всегда, вытерла еще влажные слезы с уголков глаз и встала с постели. За окном продолжали сверкать молнии и гремел гром… Словно давно привыкнув к таким ночам, она подошла к окну и закрыла разбитое стекло. Хотя дождь все еще просачивался внутрь, ветер был гораздо слабее. Спустя мгновение она вошла в свою маленькую, простую ванную комнату. Она разделась и включила душ. На нее полили холодной водой, но она, казалось, не замечала холода и энергично мыла тело. Она была очень худой. Ее тело выглядело хрупким и дрожало от усилий, которые она прилагала, чтобы отмыть себя, но она не уменьшала своих стараний. Казалось, она никогда не могла достаточно отмыться, и оттирала каждую часть своего тела. Наконец, когда все ее тело покраснело от трения, она выключила душ. Но вместо того, чтобы выйти из ванной, она прислонилась к холодной кафельной стене. В конце концов, она сползла вниз, и все ее тело снова сотрясли неудержимые рыдания. ---------- Главы 65-43: Наслаждение моим нынешним падением и бедностью 2 Небо было ясным. После дождя сегодня на балконе особенно ярко светило солнце. Одетая в рабочую одежду, она вышла из своей комнаты. Подняв взгляд на солнце, она наслаждалась теплым ощущением, стоя под ним. Внезапно зазвонил её телефон. Увидев номер на экране, она улыбнулась и ответила на звонок: «Изабелла». «Мисс Квентин, я только что сел в самолет, и дорога до вас займет около восьми часов. Вы готовы к моему прибытию?» «Хех, как раз жду вас, леди Джоанна». «Хорошо, дорогая, иди сюда, поцелуй меня». Она игриво показала жестом, имитирующим поцелуй, в сторону своего телефона: «МВАХ». «Молодец, до скорой встречи». После окончания разговора ее улыбка постепенно исчезла. Она снова посмотрела на небо, словно черпая из него позитивную энергию. Улыбка медленно вернулась, и она решительно повернулась, чтобы уйти. Как только Ребекка Квентин вошла в ювелирный магазин «Леонард», она увидела свою коллегу Хлою, которая изо всех сил пыталась вымыть пол. Положив свои вещи в личный шкафчик, Ребекка спросила свою коллегу: «Разве мыть пол всегда не обязанность уборщика?» Хлоя продолжала мыть пол, задыхаясь: «Ты разве не заметила, что все продавцы на третьем этаже заняты? Менеджер только что сказал, что пол должен быть безупречно чистым, а стекло должно быть настолько прозрачным, что кажется, будто его и нет». Ребекка подняла глаза на второй этаж и увидела, что продавцы на втором и третьем этажах действительно были заняты уборкой своих рабочих мест. Ребекка снова спросила: «Сегодня какое-нибудь мероприятие?» «Никакого мероприятия, просто приезжает VIP-гость», — сказала Хлоя. "VIP-персона?" Словно желая сообщить что-то интересное, Хлоя бросила швабру и подбежала к Ребекке. «Ты знаешь, кто эта важная персона?» Ребекка слегка покачала головой. С некоторой робостью Хлоя сказала: «Это генеральный директор нашей компании Leonard, Роджер Леонард». "Хех, неудивительно, что все так усердно работают!" «Конечно! Генерал Леонард редко бывает в городе Джи. Я не видел его, когда он приезжал сюда два года назад, а на этот раз, как говорят, он приехал в город Джи только по личным делам. Это такая редкая возможность!» «Смотри, как ты рада!» — Ребекка, seemingly не проявляя никакого интереса к происходящему, взяла швабру, чтобы помочь с уборкой. Хлоя игриво высунула язык в сторону Ребекки. «Ну и что? Я знаю, что тебя не интересуют мужчины. Какая же ты скучная!» Ребекка лишь улыбнулась и ничего не сказала. Хлоя продолжала мечтать: «Знаешь, двое других холостяков уже заняты, так что теперь мы можем только фантазировать о генерале Леонарде!» Двое других «алмазных холостяков», о которых говорила Хлоя, — это Говард Джеффри, нынешний генеральный директор Skytop Group, и Нельсон Льюис, молодой наследник Jennings Group. Если оценивать по уровню богатства, то Говард Джеффри немного опередит остальных, поскольку Skytop Group работает в нескольких отраслях, в то время как Дженнингс и Леонард специализируются только на гостиничном бизнесе и ювелирных изделиях. Однако последние двое являются лидерами в своих областях. Поскольку эти трое известны как бизнес-вундеркинды, их постоянно сравнивают. Что касается их нынешнего статуса отношений, говорят, что Говард Джеффри избегал публичности с тех пор, как четыре года назад развелся с дебютанткой из Т-Сити. Он не любит афишировать свою личную жизнь, и посторонним известно лишь, что у него, по-видимому, появилась новая девушка. С другой стороны, Нельсон Льюис из Дженнингса уже остепенился, и Роджер Леонард остался единственным холостяком. В мире, где большинство генеральных директоров — лысые, пузатые старики, эти три молодых и привлекательных руководителя, естественно, покоряют сердца людей по всему миру. Ребекка улыбнулась. «Перестань витать в облаках и возвращайся к работе, иначе менеджер тебя отругает!» "Хорошо!" «Семь часов спустя». Хлоя помассировала ноющие ноги и тихо пожаловалась: «Почему генерал Леонард до сих пор не приехал? Я стою уже почти сутки, а ноги онемели!» Сохраняя элегантную осанку, Лидия Робинсон взглянула на Хлою и презрительно сказала: «Неужели у тебя больше нет терпения пытаться завязать отношения с генералом Леонардом?» Хлоя пробормотала: «Но у меня ужасно болят ноги…» Ребекка, стоявшая рядом с Хлоей, постоянно смотрела на часы, в ее глазах читалась тревожная тревога. Лидия взглянула на Ребекку, нахмурив брови. «Ребекка, ты всегда меньше всего интересовалась мужчинами среди нас. Почему ты тоже начала волноваться?» ---------- Глава 66-43: Горжусь своей нынешней нищетой и бедностью 2_2 «Нет, ко мне сегодня вечером приезжает подруга. Ее самолет вот-вот приземлится, и я боюсь, что не смогу вовремя уйти с работы, чтобы ее встретить». Хлоя с любопытством спросила: «Какой друг, парень?» Лидия рассмеялась: «Раз ты всегда говоришь, что тебя не интересуют мужчины, как же это может быть парень? Наверное, это та подруга-модель, о которой ты постоянно упоминаешь, да?» "Да." «Но мы не знаем, когда прибудет генерал Леонард, и у меня ужасно болят ноги», — снова пожаловалась Хлоя. Верно. Менеджер Ральф приказал всем встать по обе стороны от входа в магазин, чтобы поприветствовать Роджера Леонарда. Он не ожидал, что эта встреча займет целый день. Даже во время обеда он не позволял им уходить, опасаясь, что Роджер Леонард может внезапно появиться. Лидия раздраженно сказала: «Хлоя, посмотри на продавщиц вокруг нас. Все они из цветущих роз превратились в увядшие цветы. Пока мы будем держаться дольше, сохраняя свой элегантный и прекрасный вид, я не думаю, что генерал Леонард нас не заметит». Как только Лидия закончила говорить, строгий, зрелый женский голос вмешался: «О чём вы все шепчетесь? Генерал Леонард скоро прибудет. Всем лучше быть начеку». Увидев прибывшего менеджера, все тут же приготовились к худшему. Мисс Рут окинула взглядом всех присутствующих, наконец остановив его на Ребекке Квентин. Она слегка нахмурилась. «Все умеют правильно одеваться. Почему у тебя такой светлый макияж?» По какой-то причине среди всех продавщиц особое внимание мисс Рут уделяла Ребекке. Однако, поскольку мисс Рут была добра ко всем продавщицам, никто намеренно не завидовал Ребекке. Ребекка ответила: «Я обычно так и делаю макияж». Мисс Рут нахмурилась. «Такая молодая, а вы выглядите как пожилая женщина, которой наплевать на свою внешность. Как вы собираетесь выйти замуж в будущем?» «Хех». «Я заметил, что ты постоянно смотришь на время. Что случилось? У тебя что-то происходит?» «Ко мне приедет подруга, но мы еще не закончили работу. Боюсь, я не смогу забрать ее». Мисс Рут с любопытством спросила: «Это та подруга, о которой вы мне рассказывали?» "Да." Мисс Рут посмотрела на наручные часы, а затем вдруг доброжелательно сказала: «В любом случае, уже почти пора заканчивать работу. Можешь идти. Остальные не уйдут, даже если я им скажу». "Правда?" Глаза Ребекки наполнились радостью. "Вперед, продолжать!" Как раз когда Ребекка собиралась повернуться и уйти, она вдруг что-то вспомнила. Она вернулась и неловко и застенчиво сказала мисс Рут: «Э-э… ​​менеджер, платье, которое я одолжила у вашей дочери…» «Я уже положил это в твой личный шкафчик». Ребекка вздохнула с облегчением, на ее лице расплылась улыбка. «Спасибо, менеджер. Спасибо». Вернувшись в комнату отдыха для сотрудников, чтобы переодеться, Ребекка радостно опустила голову и прошла мимо других продавщиц. Внезапно — БАМ… Как раз когда Ребекка собиралась выйти из магазина, всё это время глядя вниз, она совершенно неожиданно наткнулась на стену из плоти. "УФ…" — Ребекка издала болезненный, приглушенный стон. Собираясь поднять глаза, она заметила перед собой белую рубашку и изысканный, дорогой костюм. Словно мгновенно что-то поняв, Ребекка быстро подняла глаза. И действительно, ее взгляд встретился с красивым мужским лицом. Почти мгновенно Ребекка отступила в сторону, неловко опустив голову, и извинилась: «Э-э, извините, генерал Леонард». Роджер Леонард всегда был дружелюбен и терпим к женщинам, поэтому в этот момент он ничего не сказал, лишь тихо произнес "Ммм". Увидев это, мисс Рут поспешила к нему, слегка поклонилась и с самобичеванием сказала: «Простите, генерал Леонард. Это моя вина, что я плохо управляла своими сотрудниками». «Всё в порядке…» — Роджер Леонард повернулся к Ребекке. — А ты как? Ты в порядке? Ребекка подняла голову и слегка покачала ею. «Нет, со мной все в порядке». Роджер Леонард несколько секунд смотрел на Ребекку, а затем решительно направился в магазин. Мисс Рут жестом указала на Ребекку, которая тут же, как можно быстрее, покинула магазин. Когда они вошли в лифт, Роджер Леонард внезапно спросил мисс Рут, которая шла следом: «Ту продавщицу, которая только что пришла, попросите ее подойти ко мне позже». Мисс Рут на секунду замолчала. «Э-э, генерал Леонард, уже время закрытия. Она сказала, что у нее срочное дело, поэтому я пропустила ее вперед». Брови Роджера Леонарда слегка нахмурились, он, казалось, глубоко погрузился в размышления. Мисс Рут осторожно спросила: «Генерал Леонард, это потому, что она только что…» Роджер Леонард сказал: «Нет, мне просто показалось, что она мне знакома». Именно поэтому он смотрел на неё на несколько секунд дольше. Мисс Рут вдруг улыбнулась. «Генерал Леонард, вполне естественно, что вам кажется, будто она вам знакома, ведь вы уже встречались с ней раньше!» "Я с ней знаком?" Как такая обычная женщина могла произвести на него впечатление? Ему стало любопытно. Мисс Рут объяснила: «Два года назад Бекка пришла в наш магазин, чтобы устроиться на должность продавщицы. Тогда я слышала, что она подала заявки во многие ювелирные магазины, но все они ей отказали. Я тоже собиралась ей отказать. Но в тот день, как и сегодня, вы пришли осмотреть магазин. Вы увидели, как я ей отказываю, взглянули на ее резюме и почему-то решили оставить ее…» На самом деле, именно поэтому мисс Рут всегда была особенно добра к Ребекке; в конце концов, любая женщина, которая могла привлечь внимание Роджера Леонарда, была настоящей находкой. «О?» — удивленно поднял бровь Роджер Леонард. — «Как её зовут?» «Её фамилия — Ку. Её зовут Ребекка Квентин». «Ребекка Квентин?» — Роджер Леонард на мгновение задумался, а затем внезапно улыбнулся. — «Теперь я понимаю, почему я её оставил». Мисс Рут была совершенно озадачена, но не осмелилась задать дополнительные вопросы. Ребекка с огромной скоростью бросилась домой. Она нанесла свой обычный изысканный макияж. Но когда она пошла переодеваться в платье, которое, как предполагалось, мисс Рут одолжила для нее, она неожиданно обнаружила, что мисс Рут дала ей совершенно новое. Ребекка знала, что дочь мисс Рут работает директором по маркетингу в магазине элитной одежды, поэтому хотела, чтобы та одолжила ей образец платья от люксового бренда. Она и представить себе не могла, что мисс Рут купит ей вместо этого совершенно новое платье. Она испытывала неописуемую смесь горько-сладкого чувства и благодарности, но, поскольку времени было мало, Ребекка поспешно переоделась в платье. Несколько раз проверив макияж и прическу в зеркале, чтобы убедиться в отсутствии серьезных проблем, Ребекка вышла из комнаты, взяв с собой подержанную сумку, купленную на рынке. Взяв такси, Ребекка направилась прямо в аэропорт. По стечению обстоятельств, она прибыла в аэропорт как раз в тот момент, когда приземлился самолет Изабеллы Джоанны. ---------- Глава 67-44: Горжусь своим нынешним падением и бедностью 3 Издалека Ребекка Квентин заметила в толпе поразительно красивую и высокую фигуру. Она помахала рукой и крикнула: «Изабелла!» Изабелла Джоанна подбежала к Ребекке Квентин. "Бекка!" "Мммф..." Ребекку Квентин тут же обняла Изабелла Джоанна. "Прошло так много времени. Ты представляешь, как сильно я по тебе скучала?" — сказала Изабелла, едва сдерживая слезы, и положила голову на плечо Ребекки. Глаза Ребекки тоже покраснели. «Я тоже по тебе скучала…» Бог знает, сколько лет прошло с тех пор, как она чувствовала себя одинокой и беспомощной, и каждый раз думала о ней. Изабелла Джоанна легонько толкнула Ребекку Квентин в плечо, всхлипывая и жалуясь: «Ах ты бессердечная девчонка! Каждый раз, когда я говорила, что приду, ты всегда отвечала, что занята…» Ребекка Квентин ответила с комом в горле: «Простите, простите…» Изабелла, дело не в том, что я не хочу тебя видеть; я просто не хочу, чтобы ты видела, как мне плохо. «Хорошо, я больше не буду плакать. Здесь так неловко... Пойдем к тебе домой». Изабелла выдавила из себя улыбку сквозь слезы. Ребекка взяла подругу под руку. «Эм, давай переночуем в отеле!» "Конечно!" Изначально Ребекка думала, что ей придётся объяснять Изабелле, почему им нужно переночевать в отеле, но Изабелла не стала спрашивать, что втайне обрадовало Ребекку. По дороге в отель Изабелла, сытая и довольная, откинулась на спинку сиденья в такси и выдохнула: «Бекка, ты знаешь, как давно я так не ела? Каждый раз, когда я общаюсь с представителями компании, они говорят мне, что я не могу есть то или это. Из-за этого мне кажется, что быть моделью — это просто пытка!» Ребекка тихонько рассмеялась. «Вот почему не каждая может стать супермоделью!» «Наверное, здорово быть таким, как ты — несколько лет учиться за границей, а потом сразу после возвращения успешно устроиться в компанию. И теперь ты там даже руководитель, живешь такой свободной и беззаботной жизнью. Это действительно здорово». "Хех..." Только Ребекка знала, насколько неловкой была ее улыбка в тот момент. Примерно через десять минут они прибыли в отель. Этот отель был самым роскошным в G City и пользовался популярностью у видных политических и деловых деятелей, а также знаменитостей, посещавших город. Ребекка выбрала этот отель по двум основным причинам. Во-первых, Изабелла теперь была топ-моделью и, естественно, нуждалась в жилье в отличном и безопасном месте. Во-вторых, Ребекка хотела показать Изабелле, что ее жизнь осталась прежней, надеясь таким образом избавить ее от беспокойства за нее. Разумеется, проживание в этом отеле в течение одной ночи обошлось бы Ребекке почти в полгода расходов на проживание. Они вошли в отель вместе. Когда Ребекка подошла к стойке и назвала номер своей комнаты, администратор невольно подняла на Ребекку взгляд, в её глазах читалось лёгкое удивление. Причиной удивления администратора стало то, что Ребекка выглядела совершенно иначе, чем несколько дней назад, когда бронировала номер. Когда Ребекка пришла бронировать номер, на ней не было макияжа, и она была одета в недорогую одежду, купленную онлайн. Хотя она была красивой молодой женщиной, она не произвела особого впечатления на администратора. Более того, администратор даже заподозрила, что Ребекка не может себе позволить здесь остановиться. Только когда Ребекка достала пачку наличных, чтобы расплатиться, администратор успокоилась и вспомнила о ней. Поэтому она с трудом могла поверить своим глазам, увидев перед собой Ребекку. Просто сменив платье на элегантное, Ребекка подчеркнула свою врожденную грацию. Светлая кожа и нежный макияж дополняли ее образ, и теперь она выглядела настоящей дебютанткой из богатой, обеспеченной семьи. Ребекка спросила: «Мисс, у нас всё готово?» Администратор наконец одумалась и, улыбаясь, передала Ребекке карточку от номера. «Сюда, пожалуйста. Швейцар проводит вас наверх». «Хорошо, спасибо». В одиннадцать часов вечера, после купания, они лежали в пижамах на удобной мягкой кровати в отеле. Настало время лучшим друзьям поговорить по душам... После долгого, как показалось, колебания Изабелла тихо спросила: «Бекка, ты говорила, что у тебя не было парня все эти годы. Это потому, что ты до сих пор не смирилась с прошлым?» Ребекка Квентин слабо улыбнулась. «В прошлом нет ничего, что стоило бы вспоминать, так как же я могла не отпустить его?» Изабелла тихо вздохнула. «Я точно не знаю, что произошло между тобой и Говардом Джеффри, но тогда я искренне верила, что вы двое дойдёте до конца!» В то время Изабелла участвовала в показе мод за границей. Однажды она внезапно увидела в газете статьи, полные сообщений о разводе Говарда Джеффри и Ребекки Квентин. Все эти сообщения были написаны с целью опорочить Ребекку, изображая её как брошенную Говардом. Прочитав это, Изабелла, всё ещё находившаяся за границей, немедленно почувствовала непреодолимое желание вернуться на родину. ---------- Глава 68-44: Горжусь своим нынешним бедственным положением и нищетой 3_2 Но только вернувшись из-за границы, Изабелла Джоанна узнала, что Ребекка Квентин уже уехала за границу. В течение следующего года они потеряли связь. Лишь три года назад, когда Изабелла Джоанна наконец получила ответы на электронные письма, которые она неустанно отправляла Ребекке Квентин, они возобновили общение. «Пусть прошлое останется в прошлом. Это была всего лишь незначительная помеха в моей жизни», — легкомысленно ответила Ребекка Квентин, словно это было осознание, рожденное из сильной боли. «Я слышал, что он уже обручился, и его карьера процветает. Полагаю, он по-прежнему хорошо живёт!» Ребекка Квентин хранила молчание. Изабелла Джоанна вдруг спросила: «Бекка, за эти четыре года вы двое общались? Или Говард Джеффри когда-нибудь пытался тебя найти?» Они никогда не любили друг друга, и теперь были чужими людьми, живущими в двух разных мирах. Как они могли продолжать общаться? Пожав плечами, словно это не имело значения, Ребекка Квентин честно ответила: «Больше нет смысла об этом говорить… Хватит обо мне, расскажите о себе!» Изабелла Джоанна вздохнула. «Вообще-то, у меня за последние несколько лет тоже было немало проблем…» «Продолжай, я слушаю». «Знаете, я все эти годы была одинока. Но во время последнего показа мод в Лондоне я встретила очень бесстыдного мужчину…» «На следующее утро» Проснувшись, Ребекка Квентин обнаружила, что Изабелла Джоанна уже собрала вещи и покинула отель. Ребекка Квентин знала, что Изабелла Джоанна рано утром вылетает из города Джи на работу, но была удивлена, что Изабелла Джоанна уехала, не попрощавшись. Опасаясь, что с Изабеллой Джоанной могло что-то случиться, Ребекка Квентин взяла телефон, лежавший на прикроватной тумбочке, намереваясь позвонить ей. Но как только она подняла трубку, она случайно увидела записку и серебряную банковскую карту, оставленные на тумбочке. Озадаченная, Ребекка Квентин взяла записку и открыла ее. "Мой дорогой, «Мне очень жаль, что я ушла, не попрощавшись. Честно говоря, я знала, что если бы ты не спала, у меня не хватило бы духу тебя оставить». «Спасибо за ваше теплое гостеприветствие вчера. Я знаю, как вам сейчас тяжело». «Знаете ли вы, что два месяца назад я приехал в город Джи…» «Изначально я хотел сделать тебе сюрприз, поскольку ты всегда был слишком занят, чтобы встретиться. Но когда я приехал в компанию, где ты, по твоим словам, работал, я обнаружил, что на самом деле ты там не работаешь…» «Ты солгала мне, дорогая…» «Я целый месяц провел в городе Джи, отчаянно разыскивая тебя. Позже, случайно проходя мимо ювелирного магазина, я обнаружил, что ты присоединился к Леонарду». «Когда я стояла за окном и наблюдала, как вы с таким трудом представляете ювелирные изделия покупателям, я не смогла сдержать слез…» «Дорогая моя, я никогда не думала, что тебе пришлось пережить такие трудности за последние четыре года…» Знаешь, вчера, когда ты так старался убедить меня, что у тебя все хорошо, мне было так жаль тебя… «Говард Джеффри, этот проклятый человек! Я бы сейчас же разорвал его на куски…» «Если бы ты его не встретила, я думаю, ты бы до сих пор оставалась той невинной, наивной юной девушкой, какой была когда-то, никогда не такой, какой являешься сейчас…» «Но я так рада, что ты была так спокойна и умиротворена, когда говорила о нем вчера вечером. Такой человек совершенно недостоин такой замечательной женщины, как ты…» «Бекка, я искренне надеюсь, что ты обретешь счастье и радость в грядущие дни». «Я понимаю, что ваша гордость заставит вас неохотно принять эту открытку, но это знак моих чувств. Пожалуйста, примите её…» Потрясенная, Ребекка Квентин сидела на кровати, и слезы навернулись ей на глаза, постепенно стекая по щекам и капая на белую простыню. Несмотря на то, что всё шло не так, как ей хотелось, жизнь должна была продолжаться… После выезда из отеля Ребекка Квентин изначально планировала сначала пойти домой, чтобы принять душ и переодеться. Однако она поняла, что уже слишком поздно, и, чтобы не опоздать на работу, решила сразу отправиться к Леонарду. Но, подъехав к Леонарду на такси, она только вышла из машины, когда в спешке случайно столкнулась со встречным автомобилем. Владелец автомобиля спокойно откинулся на спинку сиденья и разговаривал по телефону. «Брат, ты не можешь меня за это винить. Дора даже не уведомила нас о его свадьбе. Откуда я мог знать, как выглядит эта мисс Квентин? Потом газеты часто публиковали фотографии Доры и его «новой жены», но это были почти все спонтанные снимки, так как же я мог их хорошо рассмотреть? К тому же, у меня нет времени целый день разглядывать женщин Доры… Эта Ребекка Квентин тоже на нее не похожа. Наверное, просто кто-то с таким же именем. В конце концов, ее внешность недостаточно ослепительна, чтобы привлечь внимание Доры…» ХЛОПНУТЬ- Внезапно раздался громкий шум. Мужчина в машине положил телефон и раздраженно нахмурился. "Что случилось?" «Простите, генерал Леонард, похоже, мы кого-то подбили». «Выйдите и посмотрите». «Да, сэр». Водитель выскочил из машины, словно пытаясь скрыться. К этому моменту Ребекка Квентин упала на землю и, морщась от боли, пыталась подняться. Водитель вышел и бросился помогать Ребекке Квентин подняться, нервно спрашивая: «Мисс, вы в порядке?» Когда Ребекка Квентин встала, она увидела, что ее платье испачкано. Еще трагичнее было то, что от резкого сидения на земле ткань порвалась из-за трения о тротуар, и она выглядела совершенно растрепанной. Возможно, её утреннее настроение сказалось на ней сейчас. Увидев свое испорченное одолженное платье и собственное растрепанное состояние, Ребекка Квентин вдруг расплакалась… Увидев перед собой плачущую Ребекку Квентин, водитель растерялся. «Мисс, мисс…» Увидев впереди женскую фигуру в белом, Роджер Леонард, все еще находившийся в машине, внезапно заинтересовался и вышел. Водитель почтительно окликнул: «Генерал Леонард». Только выйдя из машины, Роджер Леонард понял, что перед ним стоит не кто иная, как та самая «Ребекка Квентин», о которой он только что говорил по телефону. Возможно, вчера, увидев её в одежде продавщицы и найдя её лишь смутно знакомой, он подумал, что она обычная. Тогда он не обратил внимания на то, насколько изысканны её черты лица и насколько стройна её фигура. Когда она предстала перед ним в белом платье, опустив голову и рыдая, ее жалкое, но прекрасное лицо было на удивление трогательным… «„Вы…“ Столкнувшись с такой очаровательной женщиной, Роджер Леонард на мгновение потерял дар речи. „Вам нужна салфетка?“» Услышав его голос, возможно, опасаясь, что ее неопрятный вид станет очевидным, Ребекка Квентин даже не подняла головы. Она выдавила из себя: «Спасибо», и повернулась, чтобы уйти. Роджер Леонард был весьма удивлен. Когда он увидел Ребекку Квентин снова полчаса спустя, она вновь сияла. Стоя у прилавка и улыбаясь покупателям, от прежних эмоций не осталось и следа. ---------- Главы 69-45: Невозможно быть вместе два года без чувств1 Впервые Роджер Леонард увидел такую ​​упорную женщину, и в его сердце зародилась необъяснимая симпатия. ТУК-ТУК. В дверь кабинета раздалось несколько ритмичных стуков, после чего раздался голос мисс Рут: «Генерал Леонард». Мысли Роджера прервались. Он поправил позу. «Входите». Мисс Рут провела внутрь грациозную и красивую женщину, почтительно сказав: «Это мисс Куинн. Она говорит, что она ваша подруга и хотела бы вас видеть». Роджер поднял взгляд и разразился громким смехом. "Кристин?" Кристин Куинн сняла солнцезащитные очки, открыв взору свое потрясающе красивое лицо, и тихонько рассмеялась. «Роджер!» Роджер Леонард встал и подошел к Кристин, в его голосе явно слышалось удивление. «Что привело тебя в город Джи?» Кристин ответила: «Конечно, я приехала сюда не одна». Роджер, обрадованный, спросил: «Значит, Дора тоже пришла?» «Да, ему нужно по делам в городе Джи. Сейчас он отдыхает в отеле!» «Кристин, садись… Карл, принеси чашку кофе», — сказал Роджер человеку снаружи. «Я не буду сидеть. Мне нужно вернуться в отель, чтобы составить компанию Говарду Джеффри. Я пришел поговорить с вами кое о чем». Роджер Леонард и Кристин Куинн не были особенно близки, но она была девушкой Говарда Джеффри. Говард Джеффри иногда брал Кристин с собой на встречи братьев, поэтому Роджер Леонард всегда уважал её. Роджер сказал: «Давай». Словно с трудом подбирая слова, Кристин медленно произнесла: «Я хочу попросить вас об услуге». "Ой?" «Не знаю, заметили ли вы, но у вас за прилавком работает молодая продавщица по имени Ребекка Квентин?» Как только Кристин заговорила, Роджер догадался, что она собирается сказать. Это еще больше укрепило его подозрение, что «Ребекка Квентин» в его магазине действительно бывшая жена Доры. Теперь, когда он об этом подумал, главная причина, по которой Ребекка показалась ему знакомой, заключалась в том, что её черты лица чем-то напоминали черты Кристин. Конечно, их представления о красоте были совершенно разными: Ребекка больше тяготела к чистоте и живости, в то время как Кристин была похожа на неземную, потрясающую богиню. «Извините, я не заметил», — ответил Роджер. Кристин тихо вздохнула. «Возможно, вы не знаете… но женщина, работающая за вашей стойкой, — это бывшая жена вашей Доры, Ребекка Квентин». "Ага?" — Роджер притворился удивленным. Длинные ресницы Кристин опустились, и она тихо сказала: «Честно говоря, мы с ней сводные сестры — у нас один отец. Но мне неприятно с ней видеться». Роджер поднял бровь. «Значит, причина, по которой она никак не может найти работу, в том, что ты предупреждал другие предприятия от имени Доры?» «Да», — охотно признала Кристин. — «Последние четыре года я внимательно следила за каждым ее шагом. Я знала, что она присоединилась к Леонарду. Изначально я собиралась поговорить об этом с тобой, но потом подумала, что должна хотя бы дать ей возможность выжить. Иначе как я смогу прожить остаток жизни, питаясь ненавистью?» Роджер ничего не сказал. Кристин продолжила: «Возможно, вы не понимаете, почему я так стараюсь усложнить ей жизнь, но вам это и не нужно. Вам просто нужно знать, что я не позволю ей жить легко — это убеждение, которого я буду придерживаться до конца своих дней. Поэтому я прошу вас перевести ее в другой город». Роджер, как всегда, очень умный, спросил: «Вы боитесь, что она встретится с Дорой?» Кристин честно ответила: «Никто не захочет, чтобы его парень снова встретился со своей бывшей женой». Роджер кивнул. «Я подумаю об этом». "Спасибо." "На следующий день." Ребекку Квентин вызвали в кабинет мисс Рут рано утром. До того, как она вошла, ей и в голову не приходило, что мисс Рут захочет перевести ее на работу в город Х. Ребекка не понимала. У неё всё хорошо складывалось в городе Джи, так почему же мисс Рут вдруг захотела её перевести? Может, мисс Рут обвинила её в том, что она испортила платье? Но когда она вчера извинилась перед мисс Рут, та всё ещё казалась дружелюбной… На самом деле, она не хотела переводиться из города G. Дело было не в том, что город H был плохим; в конце концов, зарплата везде была бы одинаковой. Просто город H был далеко, и она не хотела переезжать в другое незнакомое место после того, как наконец-то освоилась в новой обстановке. Однако тон мисс Рут был очень твердым — решимость, которую она не проявляла в течение последних двух лет, и она явно не подлежала обсуждению. Вздох… По дороге домой Ребекка невольно вздохнула при мысли о том, что ей снова придётся адаптироваться к новой обстановке. Внезапно она вспомнила о своей хорошей подруге, Изабелле Джоанне, и с тоской посмотрела через улицу на отель, где они с Изабеллой останавливались всего лишь накануе вечером. ---------- Главы 70-45: Невозможно быть вместе два года без эмоций 1_2 Возможно, это было просто совпадение, но в этот момент из отеля вышел красивый, хорошо сложенный мужчина в костюме. Его поразительная внешность, выражение лица, казалось, никого не замечающее, и благородная аура, исходящая от него… все эти знакомые ощущения подсказали ей, что, как ни странно, она столкнулась именно с ним. Ее сердце внезапно замерло. В тот же миг она застыла на месте, глядя на него так, словно они были из совершенно других миров. Это не было предвкушением, не было нежеланием уходить, и не было тоской… Возможно, это было просто ощущение чего-то некогда обладавшего, направляющее ее сознание и заставляющее ее раствориться в этом самом моменте. Ребекка Квентин пришла в себя лишь после того, как прозвучал автомобильный гудок. Говард Джеффри, собиравшийся сесть в машину, почувствовал ее пристальный взгляд. Он слегка повернул голову, и его взгляд остановился прямо там, где стояла Ребекка Квентин. Их взгляды встретились… Ребекка Квентин быстро отвела взгляд. Она тихонько похлопала себя по груди, успокаивая себя: «Я всего в ста метрах от Говарда Джеффри, меня разделяют бесчисленные машины и толпы людей; он не должен был меня видеть». Говард Джеффри некоторое время наблюдал за происходящим, затем небрежно отвел взгляд и сел в машину. Лишь краем глаза Ребекка Квентин убедилась, что Говард Джеффри уехал на машине, и наконец глубоко вздохнула с облегчением. Если еще минуту назад у нее и оставались какие-то мысли о том, что она не хочет покидать город Джи, то сейчас она хотела лишь одного — как можно быстрее отсюда уехать… Она не могла поверить своим глазам. Мир был таким огромным, а они встретились так легко… Он по-прежнему оставался таким отстраненным и благородным, казалось, жил припеваючи, как и говорила Изабелла Джоанна. А она, в своем нынешнем состоянии нищеты и бедности, чувствовала себя жалким существом, слишком униженным, чтобы даже поднять голову. Хотя я давно перестала заботиться о собственных обстоятельствах, я не хочу потерять гордость и достоинство, за которые когда-то так упорно боролась, особенно перед ним. И вот, в следующую секунду, она остановила такси, приказав водителю ехать в противоположном от него направлении. Чем дальше, тем лучше… «Отель». В просторном обеденном зале на первом этаже обедали двое знатных мужчин. Из-за их присутствия ресторан закрыл доступ для других посетителей, сосредоточившись исключительно на обслуживании этих гостей. Сегодня Роджер Леонард был одет очень небрежно: в белый вязаный топ и брюки в британском стиле. В отличие от него, Говард Джеффри, сидевший напротив, явно еще занимался работой; он был одет в хорошо сшитый темный костюм и полосатый галстук, выглядел холодным и суровым. Однако настроение Говарда Джеффри сегодня, похоже, было довольно хорошим. Он даже вступил в редкую для себя непринужденную беседу с Роджером Леонардом во время обеда, что резко контрастировало с его обычным холодным и строгим поведением в деловом мире. В этот момент, когда Роджер Леонард элегантно нарезал говядину на своей тарелке, он поддразнил Говарда Джеффри: «Дора, поздравляю! Даже у тебя во дворе горит костер». Не поднимая глаз, Говард Джеффри спросил: «Что вы имеете в виду?» Роджер Леонард усмехнулся: «Все еще притворяешься дураком? Что такого такого сделала твоя бывшая жена, что могло бы выйти из-под твоего контроля?» Говард Джеффри продолжал есть, небрежно ответив: «Я думал, что когда женщины приезжают в новое место, они только и делают, что ходят по магазинам и гуляют. Похоже, она занятее меня». Роджер Леонард откинулся на спинку стула, поправил осанку и с полуулыбкой сказал: «Судя по всему, вы действительно не знаете, чем занималась ваша бывшая жена последние два дня». Говард Джеффри отложил салфетку, явно не интересуясь темой, поднятой Роджером Леонардом, и жестом позвал официанта. Роджер Леонард уже собирался что-то сказать, когда к нему подошёл официант. «Здравствуйте, мистер Джеффри. Чем могу вам помочь?» Официант почтительно поклонился. «Здесь очень хороший стейк. Пришлите мне порцию в номер… Если она спит, не беспокойте ее», — сказал Говард Джеффри мягким голосом, в котором звучала легкая снисходительность к женщине, о которой он говорил. «Очень хорошо, сэр». Когда официант уходил, Роджер Леонард уже собирался снова заговорить, но увидел, как Говард Джеффри застегивает пиджак и готовится уйти. Роджер Леонард быстро встал и последовал за Говардом Джеффри, с лукавой ухмылкой сказав: «Дора, неужели ты не знаешь, что твоя бывшая жена в Джи-Сити и работает в моем магазине?» «Неужели?» — с крайним безразличием ответил Говард Джеффри, в его тоне читалось явное отсутствие интереса. Увидев, что Говард Джеффри никак не реагирует, Роджер Леонард снова встал перед ним, приподняв уголок рта. «Никакой значительной реакции? Может, вы уже встречались с этой красавицей?» Слова Роджера Леонарда напомнили Говарду Джеффри о событиях предыдущего дня, но это воспоминание не занимало в его памяти значимого места. Только когда Роджер Леонард затронул эту тему, Говард Джеффри вспомнил об этом, небрежно ответив: «Красавица? Похоже, она произвела на тебя сильное впечатление». Роджер Леонард не стал этого отрицать. «У меня всегда было хорошее впечатление о красивых женщинах. И если бы мисс Квентин была просто обычной внешности, сомневаюсь, что она смогла бы удовлетворить потребности Доры в течение этих двух лет, не так ли?» Бросив взгляд на Роджера Леонарда, Говард Джеффри неторопливо ответил: «Я думал, что только журналисты задают так много вопросов». Роджер Леонард от души рассмеялся. «Я просто беспокоюсь о тебе, Дора!» Увидев, как Говард Джеффри садится в машину, Роджер Леонард перестал улыбаться и достал телефон. Когда звонок соединился, раздался голос Нельсона Льюиса. Прислонившись к входу в отель, Роджер Леонард с улыбкой сказал: «Старший брат, ты же знаешь характер Доры; я его совсем не понимаю. Но я думаю, у Доры хороший вкус на женщин… Не волнуйся, у меня никогда не возникнет никаких планов на его женщину. Я вдруг вспомнил, что миссис Джеффри говорила нам в прошлый раз… Да, я тоже так думаю. Как он мог спать с ней два года, если между ними не было никаких чувств? Почему бы мне не создать возможность проверить Дору еще немного…» Сидя на кровати и обхватив колени руками, Ребекка Квентин безучастно смотрела на упакованный чемодан в углу. В тот момент она мысленно насмехалась над собой… Я совершенно бесполезна, до сих пор в панике убегаю от него… На самом деле, в этом не было необходимости. Прошло уже четыре года. Даже если мы встретимся снова, это не обязательно будет неловко. К тому же, он может меня даже и не помнить. Однако, если бы я могла вернуться в тот вчерашний момент, когда мы встретились, я, вероятно, все равно не смогла бы заставить себя поприветствовать его. В конце концов, гордость, заложенная в моих костях, не позволила бы мне показать ему, насколько я подавлена ​​и обездолена. Внезапный звонок прервал мысли Ребекки Квентин. Ребекка Квентин взяла телефон, взглянула на цифру на экране и быстро нажала кнопку ответа. «Менеджер». В трубку раздался теплый голос мисс Рут: «Бекка, ты закончила собирать вещи?» Хотя Ребекка Квентин не понимала причину внезапного решения мисс Рут перевести её, она не испытывала к ней никакой обиды и ответила своим обычным уважительным тоном: «Да». «Хорошо, я пришлю кого-нибудь за тобой». Ребекка Квентин поспешно сказала: «О, не нужно так хлопотать. Просто скажите мне время, и я сама поеду в аэропорт». ---------- Главы 71-46: Невозможно быть вместе два года без чувств 2 Мисс Рут сказала: «Вылет запланирован на одиннадцать часов вечера, но это довольно далеко от местного аэропорта. Компания организовала для вас проживание в близлежащей гостинице. Не беспокойтесь; проживание и авиабилеты полностью оплачены. Это корпоративная льгота для каждого переведенного сотрудника». «Ну, хорошо. Спасибо, менеджер». Если бы это ничего ей не стоило, то отдых в отеле был бы не таким уж плохим вариантом. В конце концов, ожидание в аэропорту было бы таким скучным. «Тогда я сразу же попрошу кого-нибудь забрать вас». "Хорошо." «Через час» Ребекка Квентин находилась в машине, которую для нее организовала мисс Рут. Возможно, именно потому, что она собиралась покинуть этот город и отдалиться от этого человека, она чувствовала себя необычайно расслабленной по дороге в отель. Однако, когда подъехала машина, и она вышла из нее, увидев перед собой такой роскошный отель, она была ошеломлена. Она предполагала, что компания предоставит сотрудникам стандартный, обычный отель с рейтингом «звезд», а не пятизвездочный бизнес-отель. Хотя этот отель был не таким роскошным, как тот, который она выбрала для предыдущего визита Изабеллы Джоанны, он все же оставался самым высококлассным отелем рядом с аэропортом. «Мисс Квентин, пожалуйста, проходите. Я помогу вам с багажом!» Ребекка Квентин немного поколебалась, а затем спросила: «Э-э, вы уверены, что это тот отель, где я должна остановиться?» Водитель кивнул. «Менеджер Ральф поручил мне отвезти вас в этот отель». «Лучше позвоню менеджеру и спрошу, на всякий случай». Ребекка всё ещё сомневалась. Что за сотрудник получает такое отношение, отдыхая в пятизвездочном отеле? Однако в этот момент водитель объяснил: «Мисс Квентин, вам не нужно спрашивать. Менеджер Ральф знала, что у вас могут возникнуть сомнения, поэтому она заранее попросила меня передать сообщение. Она сказала, что чувствует с вами особую связь, поэтому оплатила ваш отдых за свой счёт. Пожалуйста, считайте это небольшим прощальным подарком от неё. Она надеется, что вы не откажетесь». Испытывая некоторое беспокойство, Ребекка Квентин вздохнула с облегчением. Так вот как всё было… Это не было удивительно. Она прожила в городе Джи три года и очень ценила исключительную заботу мисс Рут. Как и платье, которое она одолжила у мисс Рут несколько дней назад, мисс Рут всегда прилагала все усилия, чтобы помочь ей, и Ребекка не знала, как отплатить ей за доброту. Водитель напомнил ей: «Мисс Квентин, пожалуйста, поднимитесь наверх и отдохните. Завтра утром вам нужно первым делом явиться в новый магазин». Ребекка очнулась от своих мыслей. "Хорошо." Открыв дверь в гостиничный номер, Ребекка Квентин сразу же была очарована роскошным и изысканным интерьером. Подумать только, те отели, которые она когда-то презирала, теперь стали намного роскошнее, чем ее собственное жилье. Поэтому, как только она поставила багаж, она сбросила туфли и прыгнула на кровать. Повалявшись пару раз под одеялом, она взглянула на настенные часы. Понимая, что она может пробыть в отеле три часа, она решила принять душ, а затем спокойно поспать. Идеально теплая вода струилась по ее телу. Давно она не чувствовала себя так расслабленно, и она наслаждалась комфортом момента. Однако, намыливая тело, она нечаянно задела ужасные шрамы на груди. Ее тело мгновенно напряглось. Радость, которая еще мгновение назад сияла на ее лице, застыла, а затем исчезла. Ее глаза постепенно потускнели, и выражение ее лица сменилось на полное отчаяние. Словно лишившись всех сил, она выключила душ и безвольно прислонилась к холодной кафельной стене позади себя. Возможно, шум душа был слишком громким, или, может быть, она была слишком погружена в свои печальные эмоции… Она не слышала, как снаружи открылась дверь номера. Примерно через минуту Ребекка Квентин глубоко вздохнула, переоделась в пижаму в ванной и вышла. Но кто бы мог подумать? В тот момент, когда она вышла из ванной и подняла взгляд, она замерла на месте. Говард Джеффри как раз поднимал рабочий пропуск, оставленный Ребеккой Квентин на кровати. Он, по-видимому, только что вошел и, не ожидая никого в комнате, взял удостоверение личности, чтобы посмотреть на него. Услышав шаги, Говард Джеффри оглянулся. Неподготовленные, они встретились взглядами. Возможно, тоже удивленный, Говард Джеффри прищурился, его темные, глубоко посаженные глаза сузились, а брови слегка нахмурились. В тот момент Ребекка Квентин выглядела совершенно растрепанной… На ней была дешёвая пижама, волосы мокрые и растрёпанные, и, что самое важное, две верхние пуговицы на её пижамной кофте были расстёгнуты — вероятно, забытые в состоянии стресса — обнажая едва заметные шрамы на груди. ---------- Главы 72-46: Невозможно быть вместе два года без эмоций 2_2 В этот момент взгляд Говарда Джеффри переместился на грудь Ребекки Квентин, и он, очевидно, заметил там белый шрам. Только когда Бекка поняла, что Говард Джеффри смотрит на её грудь, она пришла в себя и крепко сжала ткань ночной рубашки. "Ты…" Ее захлестнула волна смущения. В этот момент она не знала, что ему сказать. Она повернулась боком, застегнула пижаму и собрала мокрые волосы на затылке. Но когда она обернулась, то обнаружила, что Говард Джеффри уже повернулся и ушел. Наблюдая за удаляющейся фигурой, у нее в горле образовался комок, а глаза слегка запылали. Она посмотрела в окно, выдавив из себя слабую улыбку. Это была ошибка со стороны отеля или какое-то странное совпадение? Ребекка Квентин решила найти управляющего отелем и спросить. Как только Ребекка Квентин взяла трубку, чтобы позвонить управляющему отеля, раздался голос: «Здравствуйте». Бекка обернулась и увидела мужчину средних лет в костюме и кожаных туфлях, явно управляющего отелем. И действительно, мужчина сказал: «Я управляющий этой гостиницы. Мисс, извините, не могли бы вы показать мне ключ-карту от вашего номера?» Ребекка Квентин безразлично кивнула и передала ключ-карту от номера мужчине, который представился управляющим отеля. Менеджер взглянул на пропускную карту Ребекки Квентин и извиняющимся тоном сказал: «Простите, могу я узнать вашу фамилию?» «Моя фамилия — Квентин». «Мисс Квентин, приношу свои извинения. Я проверил записи. Номер 1806 был забронирован секретарем мистера Джеффри позавчера. Ваш номер — 1606, на первом этаже. Похоже, наш администратор на ресепшене допустил ошибку с электронными ключами. Приносим искренние извинения за причиненные вам неудобства». Ребекка Квентин совершенно не ожидала такой ситуации. "Э-э…" «Мисс Квентин, если хотите, мы можем помочь вам переселиться в номер 1606. Однако, если вас это не устроит, мы вернем вам полную стоимость номера в качестве компенсации за нашу ошибку». «Менять номер не нужно!» — тихо и почти без колебаний сказала Ребекка Квентин. — «Пожалуйста, выселите меня. Я не буду здесь ночевать». «Хорошо, мисс Квентин. Пожалуйста, переоденьтесь. Я буду ждать вас у двери». После выезда из отеля Ребекка Квентин с трудом перетащила свой тяжелый чемодан через вестибюль. Она хотела поскорее покинуть отель, но затем краем глаза нечаянно снова увидела его. Он стоял перед большими окнами от пола до потолка, одна рука в кармане брюк, другая держала телефон. Его красивое лицо, освещенное светом, выражало нежность и почти безразличие, когда он разговаривал с кем-то. Она даже не пыталась догадаться, с кем он разговаривает. Игнорируя его, она выпрямилась, ускорила шаг и покинула отель. На улице дул холодный ночной ветер, но Ребекка Квентин, казалось, не обращала на него внимания и продолжала стоять у обочины дороги, ожидая такси. Найти такси было непросто. Но внезапно рядом с Ребеккой Квентин остановился ослепительно синий Ferrari. Ребекка Квентин подумала, что это незнакомец, и не обратила на это внимания, но в следующее мгновение из машины вышел Роджер Леонард. «Генерал Леонард?» — удивленно сказала Ребекка Квентин, сжимая в руках чемодан. Роджер Леонард подошёл к Ребекке Квентин и мягким тоном спросил: «Где Дора?» "Хм?" — Ребекка Квентин, естественно, не поняла, о ком идет речь, когда говорит "Дора". Роджер Леонард уточнил: «Дора — мой второй старший брат — ваш бывший муж, Говард Джеффри». Ребекка Квентин никак не ожидала, что у Роджера Леонарда сложатся такие близкие отношения с Говардом Джеффри, поэтому на её лице мелькнуло удивление. Увидев выражение лица Ребекки Квентин, Роджер Леонард кратко объяснил: «Я познакомился с Дорой и еще одним близким соратником в деловом мире. Мы хорошо ладили, поэтому стали называть друг друга братьями. Хотя я не знаком с вами лично, я знаю, что Дора была замужем за вами два года». Поскольку это был неоспоримый факт, Ребекка Квентин не видела причин уклоняться от ответа и открыто заявила: «Он внутри». Однако Роджер Леонард, похоже, не спешил искать Дору. Вместо этого он небрежно заметил: «Вообще-то, я тоже пришел к тебе сегодня вечером». "Хм?" — тут же озадачилась Ребекка Квентин. Роджер Леонард, глядя на слегка побледневшее лицо Ребекки Квентин, извиняющимся тоном сказал: «Простите». "За что?" «Вообще-то, я знала, что Дора останется здесь на ночь, поэтому договорилась, чтобы ты была в его комнате». У Говарда Джеффри был незавершенный строительный проект в городе G, недалеко от этого аэропорта, поэтому последние несколько дней он проживал в этом отеле. Ребекка Квентин, которая сначала подумала, что судьба жестоко над ней подшучивает, расширила глаза от недоверия. «Зачем ты это сделала?» «Потому что я хотела узнать, заботится ли Дора о тебе до сих пор». Ребекка Квентин покачала головой, выражая своё недоумение. Роджер Леонард тихо спросил: «Вы знаете мою невестку?» Его невестка? Если Дора имела в виду Говарда Джеффри, то «невестка», о которой говорил Роджер Леонард, явно была женой Говарда Джеффри. Да, прошло четыре года. Эта прекрасная женщина по имени Кристин, должно быть, уже вышла за него замуж. Роджер Леонард заметил едва уловимое изменение в выражении лица Ребекки Квентин и медленно произнес: «Судя по вашей реакции, ясно, что даже если вы не знаете мою невестку лично, вы о ней знаете». Ребекка Квентин хранила молчание, что было негласным признанием. Роджер Леонард откровенно заявил: «Моя невестка не хочет, чтобы ты снова появлялся в жизни Доры». «Похоже, мой перевод из G City тоже произошел из-за вашей невестки». «Вы весьма проницательны». В этот момент восхищение Роджера Леонарда Ребеккой Квентин усилилось. «Генерал Леонард, вы видели, что произошло сегодня вечером. Думаю, теперь вы можете сказать своей невестке, что её опасения необоснованны». "Это так?" Никто из них не ожидал, что именно в этот момент холодный женский голос внезапно прервет их разговор. Они оба повернули головы. В поле их зрения Кристин Куинн шла к ним с элегантной, энергичной грацией. Роджер Леонард выглядел несколько удивленным. "Невестка?" Взгляды Ребекки Квентин и Кристин Куинн встретились. Казалось, без единого слова они обе знали, кто есть кто. Кристин Куинн посмотрела на Ребекку Квентин и элегантно сказала: «Роджер, у мисс Квентин еще достаточно времени, прежде чем ей нужно будет отправиться в аэропорт. Я хотела бы поговорить с ней наедине». "Золовка…" «Не волнуйтесь, — заверила его Кристин Куинн, — я ничего ей не сделаю». После недолгого колебания Роджер Леонард сел в машину. Однако он не уехал, а лишь проехал небольшое расстояние. Их взгляды снова встретились. Первой тишину нарушила Кристин Куинн. ---------- Главы 73-47: Невозможно быть вместе два года без чувств3 «Думаю, пришло время нам познакомиться поближе». Ребекка Квентин ничего не сказала, лишь крепко сжимая чемодан в руке. В следующую секунду Кристин Куинн протянула руку. "Кристин Куинн". Ребекка Квентин посмотрела на протянутую Кристин Куинн руку, но не пожала её. Кристин Куинн не стала неловко отдергивать руку. Она пристально посмотрела на нежное лицо Ребекки Квентин и вздохнула: «Неудивительно, что Говард смог остаться с тобой на два года. Ты действительно на меня похожа…» Почувствовав недружелюбие в тоне Кристин Куинн, Ребекка Квентин снова подняла глаза. Холодно взглянув на Кристин Куинн, она спокойно сказала: «Мисс Куинн, я думаю, нам не о чем говорить. Извините». С этими словами Ребекка Квентин взяла свой чемодан и ушла. Кристин Куинн не пыталась ее остановить, а крикнула удаляющейся Ребекке Квентин: «Знаешь, почему мы так похожи?» Шаги Ребекки Квентин затихли. Кристин Куинн медленно произнесла: «Потому что мы с тобой сводные сестры. Мы обе похожи на своего отца». Ребекка Квентин резко обернулась, в ее глазах читались удивление и недоверие. Увидев внезапную бледность на лице Ребекки Квентин, Кристин Куинн продолжила: «Я знаю, вы можете мне не поверить, но это правда…» Ребекка Квентин тут же покачала головой, отрицая это. «Невозможно. У моего отца только одна дочь — я. Он никогда не говорил мне, что у него есть другие дети». «Он, очевидно, не стал бы вам рассказывать, так же как никогда не рассказывал о своем романе с Моникой Лэндон». "Ты…" «Верно. Я дочь Александра Квентина и Моники Лэндон. Поскольку моя мать с юных лет отдавала меня на воспитание своей близкой подруге, я всегда носила фамилию её подруги — Куинн». Вспомнив фотографию своего отца и Моники Лэндон, которую она нашла в его кабинете много лет назад, Ребекка Квентин не могла отрицать их прошлые отношения. Но если Кристин Куинн была дочерью Моники Лэндон, то… В этот момент Ребекка Квентин внезапно подняла взгляд на Кристин Куинн, потому что вдруг вспомнила, что жертва, подавшая иск против ее отца четыре года назад, действительно была дочерью Моники Лэндон. «Верно. Четыре года назад иск против Александра Квентина подал я. И именно я был полон решимости любой ценой разорить семью Квентина». Увидев глубокую, почти мучительную ненависть в глазах Кристин Куинн, Ребекка Квентин смягчила тон и откровенно сказала: «Хотя я всегда неохотно верила, что мой отец — предатель и неблагодарный человек, я готова выслушать всю вашу историю». «Двадцать с лишним лет назад Александр Квентин приехал в Малайзию. Будучи ещё бедным молодым человеком, он познакомился с дочерью самого богатого человека Малайзии. Несмотря на неодобрение её семьи, эта наивная женщина вышла замуж за этого бедного молодого человека. После свадьбы молодой человек был очень добр к ней, и её родственники постепенно приняли его. Однако, как раз когда её отец дал молодому человеку огромную сумму денег в качестве капитала для его будущего бизнеса, он внезапно исчез из жизни этой наивной женщины. В то время она уже была беременна. Когда её семья узнала, что он исчез с деньгами, все обвинили её и потребовали сделать аборт. Но она отказалась. Она жаждала возвращения молодого человека и настаивала на рождении ребёнка, потому что он обещал заботиться о ней всю жизнь. Возможно, её упрямство в конце концов разгневало её родственников, и они разорвали с ней все связи. Вскоре после этого, поглощенная тоской, эта наивная женщина стала психически неустойчивой и больше не могла заботиться о своём ребёнке. ребенок. Но, возможно, движимая материнским инстинктом, прежде чем окончательно потерять рассудок, она доверила своего ребенка близкой подруге. Ребекка Квентин молчала, лишь тихо слушала. В глубине души она постепенно начала чувствовать ту боль, которую, должно быть, испытывала Кристин Куинн все эти годы. Голос Кристин Куинн внезапно дрогнул. «Знаете, пять лет назад моя мать покончила жизнь самоубийством. Когда она умерла, она все еще крепко сжимала в руках фотографию, на которой она изображена вместе с Александром Квентином». Глядя на скорбное выражение лица Кристин Куинн, Ребекка Квентин не знала, как её утешить. Кристин Куинн всхлипнула, а затем внезапно рассмеялась. «Хотя моя жизнь всегда была мрачной, мне очень повезло. Когда я была в самом безвыходном положении, я встретила Говарда…» При упоминании Говарда сердце Ребекки Квентин сжалось. «Он был лучом солнца, осветившим мою мрачную жизнь и давшим мне мужество жить дальше». По словам и поведению Кристин Куинн Ребекка Квентин почувствовала её зависимость от Говарда. Она опустила свои длинные ресницы и тихо сказала: «Я знаю… он очень тебя любит… но я просто не могу понять одного. Если вы всегда любили друг друга, почему вы в какой-то момент его бросили?» ---------- Главы 74-47: Невозможно быть вместе два года без эмоций 3_2 "Уйти?" Кристин Куинн покачала головой. "Нет, я никогда его не бросала…" "Затем…" «Вы не понимаете, почему Говард Джеффри женился на вас?» «Да». На самом деле, отец однажды объяснил ей причину, по которой Говард Джеффри женился на ней, но с годами у неё всегда оставались сомнения. Например, раз Кристин Куинн явно была рядом с Говардом Джеффри, зачем ему была замена? Она пыталась объяснить это тем, что Кристин, возможно, на самом деле не с ним, но теперь сама Кристин это отрицает. Следовательно, за этим делом должна стоять какая-то тайна. Кристин Куинн ответила прямо: «Я действительно несчастный ребенок. Я родилась с врожденным пороком сердца. После встречи с Говардом Джеффри я дважды теряла сознание перед ним. Врач заявил, что если мне не сделают пересадку сердца, я могу не дожить до тридцати лет. Поэтому Говард Джеффри отвез меня на лечение… На самом деле, американские медицинские технологии развиты, и пересадка сердца для меня не представляла особой сложности. Однако моя группа крови не распространена; это редкая группа MNSsU. Врач сказал, что если мне сделают пересадку сердца, мне понадобится кровь группы MNSsU. В противном случае, я не смогу перенести операцию, потому что эта редкая группа крови крайне дефицитна в банках крови США, а для пересадки сердца требуется большое количество крови… Когда мы узнали, что моя группа крови унаследована от Александра Квентина, Говард Джеффри немедленно отвез меня в Т-Сити». "И что потом…?" — Ребекка Квентин отчаянно хотела узнать правду о своем браке с Говардом Джеффри. Кристин Куинн на мгновение замолчала, а затем продолжила: «Говард Джеффри обратился к Александру Квентину, надеясь, что тот станет донором крови для моей пересадки сердца, но Александр Квентин отказался…» Ребекка Квентин была в шоке. "Как такое могло случиться?.." Кристин Куинн изо всех сил старалась не открыть глаза, которые жгли кожу. Сдерживая рыдания, она смогла сказать: «Самое смешное, что он в конце концов согласился, но обратился с просьбой к Говарду Джеффри». Словно предчувствуя сильнейший шок, который вызовут следующие слова Кристин Куинн, Ребекка Квентин затаила дыхание и внимательно слушала. Кристин Куинн, наконец, с жестокостью выпалила: «Он сказал, что если Говард Джеффри женится на тебе и обеспечит тебе счастливый двухлетний брак, он поможет мне с пересадкой сердца через два года». Роджер Леонард долго ждал в своей машине. Он поспешил туда только тогда, когда увидел, как Кристин Куинн уходит, а Ребекка Квентин падает на землю. Увидев растерянное выражение лица Ребекки Квентин, Роджер Леонард понял, что произошло. Но как бы он ни пытался с ней поговорить, Ребекка Квентин только плакала и не произносила ни слова. Роджер Леонард был очень встревожен. Наконец, не имея другого выбора, он поднял ошеломленную Ребекку Квентин с земли и посадил ее в свою машину. Но как раз в тот момент, когда Роджер Леонард собирался уехать с Ребеккой Квентин, она внезапно, словно сумасшедшая, распахнула дверь машины и бросилась вслед за собой в отель. Она поднялась на лифте прямо на восемнадцатый этаж и остановилась перед его номером. Она хотела протянуть руку и постучать в дверь, но ее рука замерла в воздухе. Наконец, она присела на корточки перед его дверью и, задыхаясь от рыданий, закричала. У неё не хватило смелости постучать в дверь, потому что она знала, что он в комнате не один. Более того, она не знала, о чём ещё могла бы его спросить… Ведь на все вопросы уже был ответ, не так ли? Его жестокость по отношению к ней, его безразличие к их ребёнку, его четыре года полного пренебрежения — оказалось, что он не просто не заботился о ней; он глубоко презирал её… Из-за этого отвращения, когда они были вместе, он никогда не занимался прелюдией… Из-за этого отвращения он больше никогда не хотел быть с ней в постели… Из-за этого отвращения, даже играя роль самого преданного влюбленного, он никогда не произносил ей этих трех слов… Таким образом, даже в деловых отношениях он всегда соблюдал свои границы, в то время как она вела себя так глупо. Только сегодня она поняла, насколько явной была его неприязнь к ней… И последние четыре года она наивно полагала, что если… если в тот день, до происшествия, если бы она позвонила не тете Клэр, а ему, он мог бы приехать и забрать ее… Но реальность показала, что все эти четыре года она была просто наивна… К тому времени, как Роджер Леонард снова догнал её, Ребекка Квентин уже потеряла сознание перед дверью дома Говарда Джеффри. «Больница». Роджер Леонард стоял за стеклянным окном, глядя на Ребекку Квентин, лежащую на больничной койке внутри, с немного мрачным выражением лица. Внезапно зазвонил его телефон. Он взглянул на номер, затем нажал кнопку ответа. «Нельсон… Я никогда не думал, что вторая золовка может так сильно на нее повлиять… Я все еще сомневаюсь, стоит ли говорить Доре, что она в больнице… Ладно, позвоню Доре и узнаю». Закончив разговор с Нельсоном Льюисом, Роджер Леонард немедленно набрал номер Говарда Джеффри. Длинные ресницы Ребекки Квентин затрепетали, словно она вот-вот проснется. И действительно, вскоре после этого она медленно открыла глаза. Поняв, что она в больнице, она попыталась подняться, но её остановил Роджер Леонард, стоявший у кровати. «Врач только что был здесь. Вы всё ещё очень слабы. Вам следует оставаться в постели!» Ребекка Квентин медленно легла обратно, посмотрела на капельницу и спросила: «Как я здесь оказалась?» Подложив мягкую подушку под спину Ребекки Квентин, Роджер Леонард сказал: «Ты потеряла сознание в отеле прошлой ночью. Я отвёз тебя в больницу». Потеряли сознание? Внезапно она вспомнила все, что произошло перед тем, как она потеряла сознание. Словно преодолев пик эмоционального потрясения, она спокойно, мягким голосом произнесла: «Спасибо, что привезли меня в больницу». «Я рад, что с тобой всё в порядке». В этот момент Ребекка Квентин, опираясь на ноги, попыталась снова подняться. Роджер Леонард быстро успокоил её, обеспокоенно спросив: «Что ты пытаешься сделать?» «Сейчас со мной все в порядке. Я хочу, чтобы меня выписали». На самом деле, врач уже осмотрел Ребекку Квентин и сказал, что с ней нет ничего серьезного. Ее внезапный обморок прошлой ночью был всего лишь следствием эмоционального потрясения, и ее можно выписать. «Вам следует еще немного отдохнуть. Нет необходимости торопиться с выпиской». «Со мной все в порядке…» — настаивала Ребекка Квентин, все еще желая встать с постели. «Хорошо, тогда я вам помогу». "Спасибо." Когда они уже собирались покинуть больницу, Ребекка Квентин внезапно спросила Роджера Леонарда: «Генерал Леонард, вы знаете, где мой чемодан?» Роджер Леонард ответил несколько неловко: «Э-э, ну…» «Мой чемодан оставили на обочине дороги прошлой ночью?» "Нет." "Затем…?" Раздраженный такими уговорами, Роджер Леонард выпалил: «Когда ты упала в обморок, я сообщил Доре. Он послал кого-то за твоим чемоданом». ---------- Глава 75-48: Борьба с Ним "Что?" Роджер Леонард добавил: «Кроме того, машина Доры ждет вас у входа в больницу. Она сказала, что если вы хотите забрать свой чемодан, просто садитесь в машину». Словно решив разорвать все связи с этим человеком, Ребекка Квентин шагнула вперед. Роджер Леонард не последовал за ней, понимая, что далеко она не сможет уйти. И действительно, мгновение спустя Ребекку перехватили двое мужчин, которые, судя по всему, были телохранителями. Один из телохранителей сказал: «Мисс Квентин, машина ждет у входа. Пожалуйста, садитесь». Ребекка холодно посмотрела на двух телохранителей. «Если вы меня остановите, я вызову полицию». Другой телохранитель напомнил ей: «Мисс Квентин, как вы знаете, у мистера Джеффри очень мало терпения». Ребекка, теперь, казалось, ничуть не испугавшись, холодно парировала: «Тогда скажите вашему мистеру Джеффри, чтобы он угрожал сколько хочет, или пусть отнимет мою жизнь, если захочет». Увидев вызывающую позу Ребекки, двое телохранителей обменялись взглядами, а затем, молчаливо понимая, силой затащили ее в машину. "Эй! Ты… отпусти меня! Эй… отпусти!" Все переживания Ребекки в конечном итоге прекратились с закрытием дверцы машины. «Через полчаса» Ребекку отвезли в тот же отель, что и прошлой ночью, и в тот же самый номер. После того, как её ввели, телохранители стояли на страже у двери. Как бы она ни пыталась сбежать из-под их пристального взгляда, им всегда удавалось тут же вернуть её обратно. Хуже того, в номере были огромные окна от пола до потолка, но она не могла позвать на помощь через них. В конце концов, она могла только оставаться в номере, беспомощная. Около полудня, сидя на краю кровати, она наконец услышала, как два телохранителя почтительно в один голос окликнули ее: «Мистер Джеффри». Она осталась сидеть на краю кровати спиной к двери, явно не желая его видеть. Послышались шаги, и воздух, казалось, наполнился его пронзительной аурой. Она не собиралась смотреть на него, но в следующую секунду, с громким хлопком, дверь захлопнулась. Испугавшись, она вскочила на ноги. К ее удивлению, Говард Джеффри ничего не предпринял. Он лишь ослабил галстук и расстегнул рубашку, выглядя усталым, словно только что закончил деловые переговоры. Все еще стоя к ней спиной, он вдруг спросил: «Вы обедали?» Ребекка отвернула голову и ничего не ответила. Говард Джеффри не выглядел рассерженным. Он просто заявил: «Если вы не голодны, хорошо. Когда проголодаетесь, вы, естественно, позовёте». "Ты…" Как раз когда Ребекка собиралась что-то сказать, в кабинет номера вошел Говард Джеффри. Закрытая дверь кабинета источала необъяснимое чувство тревоги. Ребекка попыталась снова выйти, но телохранители снова перехватили ее, как только она открыла главную дверь. Когда Ребекка попыталась выйти еще раз, она обнаружила, что дверь вообще не открывается. Ребекка была совершенно растеряна. Внезапно ее взгляд упал на кабинет. Увидев его, полностью погруженного в работу, она неохотно подошла к нему. Повернувшись к нему лицом, все еще поглощенная работой, она взяла себя в руки и медленно спросила: «Зачем вы привели меня сюда?» Говард Джеффри, не отрывая глаз от документов, ответил бесстрастным, безразличным тоном: «Роджер боялся, что вы умрете в больнице». Он всегда говорил прямо — кратко и четко. «Это была всего лишь мелочь; он слишком остро реагирует!» Что вообще означал обморок по сравнению со страданиями, которые она пережила за последние несколько лет? Сколько раз, просыпаясь от кошмаров, она желала навсегда остаться без сознания? Если бы она никогда не просыпалась, возможно, этих мучений и боли не существовало бы. Говард Джеффри поднял взгляд, его взгляд скользнул по ее упрямому выражению лица. «Судя по уверенности в вашем голосе, он действительно зря волновался». Встретившись с ним взглядом, она спокойно сказала: «Я хочу вернуть свой чемодан». Он откинулся на спинку стула, устраиваясь поудобнее, и неторопливо произнес: «Ты наконец-то осмелилась посмотреть мне в глаза». Не обращая внимания на его замечание, Ребекка повторила: «Я хочу вернуть свой чемодан!» Говард Джеффри, казалось, не был обеспокоен. «Пожалуйста». Ребекка оглянулась и вдруг заметила свой чемодан прямо за ним. Не раздумывая, она подошла, взяла чемодан и, не оглядываясь, повернулась, чтобы уйти. Однако, как только она собиралась выйти из кабинета, до нее донесся его холодный, отстраненный голос: «Ребекка Квентин, мы когда-то были мужем и женой. Если тебе когда-нибудь действительно понадобится помощь, ты можешь обратиться ко мне». ---------- Главы 76-48: Борьба с ним_2 Спина Ребекки Квентин слегка напряглась, но она не обернулась, уходя. Как только Ребекка Квентин вышла из отеля, она столкнулась лицом к лицу с Роджером Леонардом, который как раз входил в отель. Увидев, как быстро Ребекка Квентин тянет чемодан, Роджер Леонард преградил ей путь. "Уже уходите?" Ребекка Квентин остановилась и честно сказала: «Нам с ним не о чем говорить». Роджер Леонард слегка нахмурился. «Вы знаете, как усердно я старался убедить Дору, напоминая ему о вашем общем прошлом в браке…» Он изо всех сил пытался создать больше возможностей для их встреч. Ребекка Квентин нахмурилась, недоумевая. «Зачем вы мне помогаете?» Она и Роджер Леонард встречались всего несколько раз; она не верила, что он поможет незнакомцу без мотива. Кроме того, он и Говард Джеффри были близкими друзьями, и он должен был знать, что Говард её недолюбливает. Роджер Леонард не стал этого скрывать, прямо заявив: «Потому что меня об этом попросили». "Правда? В моём окружении есть человек, который может тебя убедить?" Услышав пессимизм и сарказм в словах Ребекки Квентин, Роджер Леонард замолчал. Ребекка Квентин, похоже, не хотела спрашивать, о ком говорит Роджер Леонард. Она подняла подбородок, сохраняя самообладание. «Извините, генерал Леонард, но вы преграждаете мне путь». «Куда ты едешь? Я тебя подвезу». «В этом нет необходимости. Днём легко вызвать такси». «Я попрошу мисс Рут купить вам еще один билет на самолет…» В этот момент Ребекка Квентин остановилась. Не оглядываясь, она спокойно сказала: «Извините, я не поеду в H City. Я увольняюсь». Наблюдая за её удаляющейся спиной, Роджер Леонард прищурился. «Как думаешь, сможешь найти новую работу после ухода от "Леонарда"?» Он уже предупреждал её, что Кристин Куинн не сдастся легко, так же как вчера Кристин легко её победила… Она была под защитой отца с самого детства; возможно, до встречи с Дорой она даже не знала, что такое невзгоды. Такое воспитание сформировало её чистую, добрую и простодушную личность. Но даже сейчас, после четырёх лет забвения, несмотря на то, что она повзрослела, она всё ещё не сможет сравниться с опытной Кристин. Ребекка Квентин, естественно, понимала, что ее прошлые трудности с поиском работы были связаны с Кристин Куинн. Но даже зная, что Кристин может и в будущем создавать ей проблемы, она оставалась невозмутимой, решительно заявляя: «Это не имеет значения. Я привыкла переезжать с места на место и могу адаптироваться к любой обстановке». "Бекка…" «Генерал Леонард, спасибо вам за гостеприимство прошлой ночью. До свидания». С этими словами она удалилась. Она освободила свою квартиру на крыше еще накануне. Оставшиеся деньги вот-вот должны были быть выплачены, а у нее не было ни дома, ни средств на гостиницу, поэтому единственным местом, где могла остановиться Ребекка Квентин, была деревянная скамейка на углу улицы. Сидя на деревянной скамейке, Ребекка Квентин размышляла обо всем, что ей пришлось пережить за последние четыре года… Она не боялась таких трудностей и горечи. Даже если раньше она с ними не сталкивалась, внешние обстоятельства она могла постепенно преодолеть собственными усилиями. Однако боль и мучения, глубоко запрятанные в сердце, никогда не могли быть искоренены. При этой мысли она невольно тяжело вздохнула. Взглянув на небо, она молилась о руководстве, о ясном пути — желательно таком, который увел бы ее подальше от него. В тот самый момент, когда она смотрела в небо и молилась, внезапно зазвонил ее мобильный телефон. Услышав знакомый рингтон, Ребекка Квентин медленно достала телефон из сумки и безучастно уставилась на знакомую цифру на экране. Она как раз об этом думала, а звонок раздался так быстро. Ну ладно, деньги уже готовы; пожалуй, отдам ему… "Привет." Она нажала на кнопку ответа. С другого конца линии раздался глубокий, ровный голос: «Мисс Квентин…» «Я знаю, что пора. Я подготовил деньги и скоро отправлю их вам. Но, пожалуйста, продолжайте неустанно проводить для меня расследование». «Нет, мисс Квентин, на этот раз у меня для вас наконец-то хорошие новости…» — голос человека на другом конце провода звучал довольно взволнованно. «Что?» Не веря своим ушам, Ребекка Квентин внезапно резко выпрямилась, широко раскрыв глаза. «Да, после четырех лет расследования, я наконец-то добился для вас результата…» Ребекка Квентин настойчиво воскликнула: «Быстрее, скажите мне!» Голос на другом конце провода произнес: «Мисс Квентин, я могу сообщить вам результаты моего расследования прямо сейчас, но… вам, возможно, потребуется добавить немного денег». Очевидно, зная, насколько отчаянно нуждалась в деньгах Ребекка Квентин, человек на другом конце провода воспользовался возможностью, чтобы поднять цену. «Но у меня сейчас нет денег…» «Вы найдете выход. Мне не нужно много, всего лишь в три раза больше вашей обычной оплаты. Если у вас сейчас нет денег, я могу подождать, пока вы их соберете, прежде чем сказать вам». Внезапно вспомнив о карточке, которую ей дала Изабелла Джоанна, Ребекка Квентин тут же сказала: «Хорошо. Я переведу деньги сейчас. Пожалуйста, не кладите трубку. Сообщите мне сразу же, как только получите». "Хорошо." «Через полчаса». На углу улицы Ребекка Квентин все еще сидела на той же скамейке, но ее глаза, когда она смотрела в небо и излучала боевой дух, теперь были тусклыми и пустыми. Более того, в ее ясных глазах теперь мелькали слезы. Если вчерашние слезы были вызваны печалью от насмешек над собственной прошлой глупостью, то сегодняшние слезы — отчаянием от нынешней, невыносимой боли и беспомощности… Слова частного детектива снова и снова эхом звучали у нее в ушах… «Мисс Квентин, мужчина с изображением орла на руке, за которым вы просили меня следить… После нескольких лет тайного слежения я наконец выяснила, что все это время он работал на одного человека… Его зовут Джейсон Вуд, ему двадцать восемь лет, и он помощник и телохранитель президента корпорации «Скайтоп»…» Как такое могло случиться? Как такое могло случиться? Даже сейчас она не могла в это поверить. И всё же фотография Джейсона Вуда с этим мужчиной, присланная частным детективом, несомненно, была у неё на телефоне. Какое оправдание она могла найти, чтобы убедить себя, что это неправда…? Говард Джеффри… насколько сильно он её ненавидел? Как он мог быть таким жестоким? Знал ли он? В моменты сильнейшего страха она всегда мечтала, чтобы он явился ей, словно божество, чтобы спас её. И всё же, в конце концов, тем, кто действительно её преследовал, оказался он… В тот момент в голове Ребекки Квентин всплыл образ, который она никогда не хотела вспоминать снова. ---------- Глава 77-49 Занимая его комнату 1 В тот день, стоя у своей виллы и ведя багаж к аэропорту, она увидела, как рядом с ней остановился черный пассажирский микроавтобус. Она не обратила на него внимания, пока несколько рук внезапно не высунулись изнутри и в мгновение ока не затащили ее внутрь. Тётю Клэр отбросило в сторону. Она отчаянно кричала, но всё равно не смогла предотвратить похищение Бекки. Внутри фургона руки и ноги Бекки были связаны, а рот заткнут кляпом. Она слышала только, как мужчины внутри обсуждали ее грязными, отвратительными словами. Бекка была слишком слаба, чтобы сопротивляться, но когда из фургона вышли несколько мужчин, оставив только одного наблюдать за ней, она наконец увидела шанс. Воспользовавшись секундной невнимательностью мужчины, она тихонько освободила руки и силой вытолкнула его из фургона. Застигнутый врасплох, мужчина вывалился наружу. Бекка быстро закрыла дверь и спешно достала из сумочки мобильный телефон. Инстинктивно ей хотелось набрать его номер. Но, нажав первую цифру, она вдруг поняла, что они с Говардом Джеффри теперь совершенно незнакомы. Из чувства гордости она в тот же миг передумала и позвонила тете Клэр. Тетя Клэр, охваченная паникой и беспокойством, ответила немедленно. Однако, прежде чем Бекка успела что-либо сказать, дверь фургона распахнулась снаружи, телефон выхватили и выбросили наружу. Прежде чем она успела полностью осознать ситуацию, Бекка потеряла сознание. Незадолго до того, как потерять сознание, она смутно увидела мужчину с татуировкой летящего орла на руке, отдающего приказы другим мужчинам. Затем мужчина с татуировкой орла ушел, и к ней подошли развратники, которым он только что отдавал приказы. К тому времени, как она очнулась, уже стемнело. Она лежала в помещении, похожем на заброшенную фабрику, едва дыша. Обезумевшая от усталости, она увидела на груди несколько резаных ран. Кровь частично застыла, но боль была невыносимой. Преодолевая боль и пытаясь сесть, чтобы остановить кровотечение, она внезапно осознала, что совершенно голая. Еще более ужасным было то, что рядом с ней валялось несколько использованных презервативов. Она никогда не забудет, как в тот момент она задумалась о смерти. Впервые в жизни она потеряла волю к жизни. Позже она потеряла сознание. Придя в себя, она оказалась в больничной палате. Тетя Клэр срочно отправилась в больницу после того, как полиция сообщила ей о случившемся. Она явно волновалась весь день и выглядела изможденной и постаревшей. Когда тетя Клэр узнала о том, что пережила Бекка, она долгое время пребывала в состоянии шока. После этого Бекка отказывалась говорить и есть, словно потеряла всякий интерес к миру. Тетя Клэр, которая ухаживала за ней в больнице, ужасно боялась, что случится что-то ужасное, поэтому оставалась рядом с ней каждую минуту в течение трех полных месяцев. Только когда тетя Клэр упала от изнеможения рядом с кроватью Бекки, Бекка наконец поняла, что не может просто позволить себе чахнуть. Многие люди по-прежнему заботились о ней, например, тетя Клэр и Изабелла. Кто бы мог подумать, как часто такое болезненное воспоминание будет возвращаться в виде кошмара, преследуя ее во снах? В последующие годы она ни разу не смогла спокойно выспаться. Такая целенаправленная атака, должно быть, была кем-то организована. У меня никогда не было конфликтов ни с кем, так почему кто-то мог так поступить со мной? Этот вопрос не давал ей покоя, и после того, как полицейское расследование затянулось на полгода безрезультатно, а к ее делу стали относиться поверхностно, она наняла частного детектива для проведения расследования. Единственной зацепкой была татуировка с летящим орлом. Это заставило нанятого ею частного детектива обыскать бесчисленные тату-салоны в Т-Сити, словно иголку в стоге сена. После нескольких месяцев расследования детектив наконец нашел зацепку в одном тату-салоне и обнаружил мужчину с татуировкой орла. Частный детектив сначала посоветовал ей заявить на этого человека в полицию и добиться его ареста. Однако она этого не сделала. Она хотела выяснить, кто на самом деле стоит за всем этим — кто не остановится ни перед чем, чтобы уничтожить ее. Не имея возможности постоянно оплачивать услуги частного детектива, Бекка в конце концов потратила все сбережения, полученные от продажи своей виллы. Она начала отчаянно искать работу, и ее жизнь стала еще более бедной. Расследование было длительным и сложным, а его результаты оказались для Ребекки Квентин невероятными. Человек с татуировкой летящего орла работал на Джейсона Вуда, а Джейсон Вуд работал на Говарда Джеффри. Следовательно, Говард Джеффри, несомненно, был истинным организатором всего этого дела. ---------- Главы 78-49: Доминирование в его комнате 1_2 Если бы это было в прошлом, она бы определенно усомнилась в правдивости этого утверждения, потому что знала, что у Говарда Джеффри не было причин так ее ранить. В конце концов, между ними не было ни обиды, ни ненависти, и когда-то они были мужем и женой. Но после того, как она выслушала объяснение Кристин Куинн вчера вечером, в данный момент она не нашла причин защищать Говарда Джеффри… Она однажды на собственном опыте убедилась в безжалостности Говарда Джеффри. Поэтому он не стал бы проявлять снисхождение, мстя дочери человека, который когда-то угрожал ему жизнью его девушки. В конце концов, его характер никогда не контролировался другими, тем более что он презирал её с самого начала… Однако она не ожидала, что существует бесчисленное множество способов отомстить, и все же он выбрал такой жестокий метод, чтобы разрушить ее жизнь… Неудивительно, что он сказал сегодня такие вещи перед их расставанием… Эта внезапная теплота была так трогательна после четырех лет молчания и безразличия. Однако лишь в этот момент она поняла, что это была не забота, а компенсация, возможно, потому что он наконец осознал, что разрушил всю её жизнь. Ребекка Квентин и не подозревала, сколько слез она пролила, просидев весь день на придорожной скамейке. Но с наступлением темноты она внезапно бросила чемодан с дешевой одеждой и решительно повернула, чтобы направиться к отелю на соседней улице. Двадцать минут спустя она стояла перед отелем, где накануне вечером познакомилась с Говардом Джеффри. Она подняла взгляд на самый верхний этаж. Мысль о предстоящей встрече с ним заставила ее сердце бешено колотиться, словно его грызли бесчисленные муравьи. Внезапно она глубоко вздохнула, позволив слезам, которые снова навернулись на глаза, скатиться по щекам, а затем вошла в отель. По пути она игнорировала тех, кто заметил ее слезы, и направилась на лифте прямо в его комнату, 1806 год. Дверь лифта открылась со щелчком. Она слегка прикусила губу и подошла к двери его комнаты. Ей казалось, что она чувствует его присутствие сквозь дверь; боль в сердце усиливалась, и голос глубоко внутри напоминал ей, что она должна развернуться и уйти. Потому что, связавшись с ним, она не сможет пожалеть об этом… Ее рука зависла в воздухе. После некоторого колебания она наконец протянула руку и осторожно постучала в его дверь. Эти несколько секунд, пожалуй, стали самым долгим ожиданием в её жизни. Наконец, до ее ушей донесся звук поворачивающейся дверной ручки. Казалось, теперь отступать было невозможно. Она стояла прямо перед дверью, которая вот-вот должна была открыться. В следующую секунду, когда перед ней появилась его высокая, внушительная фигура, она, почти не колеблясь, бросилась ему в объятия, крепко прижимая к себе. Он, на удивление, на мгновение опешился. Она выдавила из себя: "Говард…" И прежде чем он успел отреагировать и отказать ей, она внезапно встала на цыпочки и поцеловала его в губы, ее прикосновение было неопытным, но на удивление сильным. Даже после двух лет отношений она всё ещё была очень неопытна в этом плане. Поцелуй закончился, но он по-прежнему не реагировал. Она медленно отстранилась от его губ, пристально посмотрела ему в глаза, а затем, внезапно, ее пальцы потянулись к пуговицам его рубашки. Он не остановил ее, его темные глаза следили за ее мучительным выражением лица. Она глубоко вздохнула и начала расстегивать его рубашку. Он прищурился, в глубине его глаз застыло глубокое выражение. Раз, два… Наконец, когда она расстегивала третью пуговицу, он схватил ее за руку. «Довольно», — холодно сказал он. «Скажи мне, зачем ты здесь». Она высвободила руку, посмотрела на его суровое лицо и тихо спросила: «Ты ничего не чувствуешь?» Он пристально смотрел на нее, нахмурив брови. Она задумчиво произнесла вслух: «Похоже, тебе не нравится этот жалкий взгляд. Тогда я попробую что-нибудь другое. А как насчет милого и игривого?» Казалось, у него совсем не хватало терпения. «Даю вам тридцать секунд», — холодно заявил он. «Либо объясните, либо уходите». Она встретилась взглядом с его проницательными темными глазами. «Мне нужны деньги. Ты же сказал, что я могу обратиться к тебе, если у меня будут проблемы, верно?» «Вы ведь это помнили?» «Да», — саркастически ответила она. — «Есть ли что-нибудь из того, что вы сказали, чего я не помню?» Он слегка нахмурился, выразив лёгкое недовольство. «Так вы обычно поступаете, когда просите о помощи?» Она смягчила тон. «Хорошо, мне нужен миллион». «Вам не нужно обращаться ко мне по такому пустяковому вопросу». Он повернулся и прошел дальше в номер. «Мистер Джеффри, вы, кажется, забыли, что для такой бедной и нищей, как я сейчас, миллион — это, вероятно, больше денег, чем я могла бы заработать за всю свою жизнь», — сказала она с самоиронией, словно больше не желая цепляться за свою жалкую гордость перед ним. Он вошёл в кабинет, видимо, позвонил по телефону, а затем взял в руки папку, которую не дочитал до конца. «Можете идти», — равнодушно сказал он. «Роджер свяжется с вами позже». Она последовала за ним в кабинет и резко закрыла за ними дверь. Он прислонился к столу. Услышав, как закрылась дверь, он поднял на неё взгляд. "Всё ещё не уходит?" Ее пальцы потянулись к пуговицам блузки. Глядя прямо перед собой, она холодно произнесла: «Миллион, может, и ничего для тебя не значит, но я не хочу быть тебе обязана. Ты можешь продолжить то, что я не закончила раньше, или можешь потребовать моей помощи. Но как только все закончится, мы ничего друг другу не будем должны». Он отбросил папку в сторону, скрестил руки и спокойно, неторопливо наблюдал за ней. Не отрывая взгляда от экрана, она продолжила: «Я досчитаю до трех. Если вы ничего не сделаете, я буду считать, что мой долг перед вами погашен». Он усмехнулся. "Один два три…" Закончив считать, она начала застегивать блузку. Прежде чем она успела отвернуться, он подошел ближе, обхватив ее талию руками. «С каких это пор твое тело стало таким дешевым?» — спросил он. Она оттолкнула его руки, повернулась к нему лицом и саркастически ответила: «Разве вы не должны знать, мистер Джеффри?» Как только Ребекка Квентин подошла к входу в отель, она увидела, как Роджер Леонард выходит из машины. Она остановилась и наблюдала, как он приближается. «Бекка». Ребекка Квентин протянула руку. «Вы как раз вовремя. Миллион». Роджер Леонард вручил ей подписанный чек, нахмурив брови от недоумения. «Ты ходила к Доре?» Она небрежно рассмеялась. «Да. Он такой щедрый, дал мне миллион вот так просто». Роджер Леонард заметил, что с Ребеккой Квентин что-то не так. "Что случилось?" — с беспокойством спросил он. «Со мной всё в порядке. Генерал Леонард, спасибо, что принесли чек. Я пойду». «Подожди…» — Роджер Леонард остановил её. «Зачем тебе деньги?» Ребекка Квентин нахмурилась. «Дора не спрашивала. Зачем тебе это?» Роджер Леонард тихо сказал: «Вообще-то, нет необходимости так сильно напрягать ваши отношения с Дорой. Вы явно заботитесь о нём, так почему же не признаёте этого?» ---------- Главы 79-50: Доминирование в его комнате 2 «Я когда-нибудь говорила, что он мне дорог?» «Если бы тебе было всё равно, ты бы не проиграл так разгромно перед моей невесткой в ​​тот вечер». «Ты слишком много об этом думаешь. Он никогда не был моим, так как же я могла что-то потерять?» "Бекка…" «Ладно, я очень устала. Хочу найти отель и хорошо отдохнуть». Она действительно очень устала. Боялась, что если продолжит себя напрягать, то снова рухнет. Роджер не стал её настаивать. «Хорошо. Сейчас сложно поймать такси. Я отвезу тебя в ближайшую гостиницу». Ребекка Квентин кивнула. "Спасибо." "На следующий день." Впервые за четыре года Ребекка Квентин проспала до полудня. Если бы не стук в дверь, она, возможно, осталась бы в постели весь день. Встав, она обнаружила, что больше половины её подушки мокрое. Она спокойно накрыла подушку одеялом и открыла дверь. Прислонившись к двери, Ребекка Квентин спросила: «Генерал Леонард, я думала, вы очень заняты управлением огромной империей Леонарда. Почему у вас всегда находится время появляться передо мной?» Роджер заметил красные, опухшие глаза Ребекки Квентин. "Ты плакала?" "Что?" «Разве ты не чувствуешь, что твои глаза опухли, как грецкие орехи?» Ребекка Квентин сразу же перешла к следующему вопросу. «Чего вы от меня хотите?» Роджер ответил: «Я знаю, что ты, возможно, много страдал у Доры, но теперь кто-то хочет за тебя заступиться. Хочешь с ней познакомиться?» Ребекка Квентин тут же подумала: «Тот, кто убедил тебя мне помочь?» Роджер кивнул. «Если бы не этот человек, даже если бы Дора лично поручила мне позаботиться о тебе, у меня, вероятно, не было бы свободного времени». Слова Роджера еще больше озадачили Ребекку Квентин. «Кто же это?» Роджер загадочно ответил: «Ты поймешь, когда пойдешь. Обещаю, ты не пожалеешь, что встретил ее». "Могу ли я отказаться?" «Нет. Она будет продолжать уговаривать меня пригласить тебя к ней на встречу». «Хорошо. В знак благодарности за вашу заботу в последние несколько дней, позвольте мне сначала переодеться». "Хорошо." Роджер привёл Ребекку Квентин в очаровательный винтажный чайный ресторанчик в городе Джи. Войдя в ресторан, Ребекка Квентин была озадачена. Изысканная китайская мебель внутри совсем не походила на то место, которое обычно посещают молодые люди. Ребекка Квентин с любопытством спросила Роджера: «Этот человек старше?» «Сам можешь убедиться; она прямо там». С этими словами Роджер улыбнулся и помахал человеку, стоявшему впереди. Проследив за взглядом Роджера, Ребекка Квентин увидела безупречно одетую пожилую женщину, сидящую у окна. "Ее?" "Да." Не ожидая увидеть перед собой такую ​​элегантную и достойную пожилую женщину, Ребекка Квентин последовала за Роджером и неловко поздоровалась с ней: «Э-э, здравствуйте». Миссис Джеффри встала, все это время ее взгляд был прикован к Ребекке Квентин, а выражение ее лица было мягким и добрым. «Кхм… Тётя, позвольте представить вам. Это бывшая жена Доры, Ребекка Квентин». Миссис Джеффри кивнула и улыбнулась. Ребекка Квентин не знала, кто эта «тётя», о которой говорил Роджер, поэтому могла лишь глупо улыбаться. «Бекка, тётя — это мама Доры. Можешь называть её тётей». Что? В одно мгновение ее глаза расширились. Ребекка Квентин замерла на месте, ее тело слегка напряглось. Миссис Джеффри, словно уже знакомая с Ребеккой Квентин, доброжелательно сказала: «Бекка, садись». Лицо Ребекки Квентин побледнело, и она растерялась. Роджер усадил Ребекку Квентин, а затем улыбнулся миссис Джеффри. «Тетя, я же говорил, что могу вам доверить это дело. Видите? Я привел ее, как и обещал. Моя работа здесь закончена. Вы двое, свекровь и невестка, можете спокойно поболтать». Миссис Джеффри удовлетворенно кивнула. «Теперь можете идти». Роджер встал. «Бекка, тогда я уйду». «Генерал Леонард…» Прежде чем Ребекка Квентин успела остановить Роджера, до нее донесся добрый голос миссис Джеффри: «Отпустите его. Если у вас возникнут вопросы, просто спросите меня». Ребекка Квентин неловко повернула лицо к миссис Джеффри, нервно теребя руками под столом. «Извините, я только что сошла с самолета и у меня не было времени купить вам подарок», — сказала миссис Джеффри. «В следующий раз. В следующий раз я выберу для вас хороший подарок». «Э-э, тётя, вам не обязательно». Несмотря на то, что её отношения с Говардом Джеффри закончились, Ребекка Квентин всё ещё считала его мать старшей. Миссис Джеффри грациозно заварила чай, сохраняя при этом очень добрый тон. «Не бойтесь смотреть на меня. Я не такая, как мой сын; я не кусаюсь». ---------- Главы 80-50: Доминирование в его комнате 2_2 Миссис Джеффри говорила с юмором, разряжая обстановку и несколько уменьшая тревогу Ребекки. Затем миссис Джеффри сказала: «Все говорят, что Кристин Куинн красивая, но я думаю, что вы гораздо привлекательнее её». Ребекка не знала, что сказать, поэтому промолчала. «Говард был очень бессердечен. Он был женат на тебе два года и ни разу не приводил тебя ко мне. Как жаль, что мы познакомились только сейчас». Хотя голос миссис Джеффри звучал дружелюбно, Ребекка всё ещё не хотела больше общаться с родственниками Говарда. Она изо всех сил старалась успокоиться, посмотрела на миссис Джеффри и спокойно ответила: «Тётя, мы с Говардом уже в прошлом». Взглянув на миссис Джеффри, Ребекка поняла, что Говард унаследовал свою привлекательную внешность от матери. Миссис Джеффри посмотрела на прекрасное лицо Ребекки, теперь лишенное прежней детской непосредственности, и спросила: «Вам было двадцать, когда вы вышли замуж за Говарда, верно?» «Я не помню». «Как вы могли не помнить? Наверное, вы злитесь на моего сына и не хотите сейчас говорить ни о чем, что с ним связано, верно?» — сказала миссис Джеффри с многозначительной улыбкой. Ребекка снова замолчала. Миссис Джеффри протянула руку, нежно погладила холодную руку Ребекки и ласково сказала: «Глупышка, если мой сын снова будет тебя обижать, не расстраивайся. Я за тебя заступлюсь». В будущем? Слова миссис Джеффри заставили Ребекку напрячься. «Честно говоря, я очень недоволен тем, что Говард сейчас с Кристин Куинн. Именно поэтому Кристин так и не смогла выйти замуж за члена нашей семьи Джеффри… Я не знаю, какой у тебя характер, но, глядя на тебя сейчас, ты мне понравилась с первого взгляда». Не обращая внимания на свою потенциальную невежливость, Ребекка встала. «Тетя, у меня есть другие дела, я…» «Бекка, не спеши так уезжать. Я специально прилетела из Соединенных Штатов, потому что мне нужно кое-что тебе сказать». Оттесненная обратно на свое место, Ребекка не имела другого выбора, кроме как выслушать миссис Джеффри. «Роджер рассказал мне о том, что произошло между тобой и Говардом. Я в ярости на своего непослушного сына. Я также сочувствую тебе, и еще больше — моему потерянному, еще не родившемуся внуку…» «Тётя!» — Ребекка с трудом сдерживала дрожь в голосе. — «Пожалуйста, просто оставь прошлое в прошлом!» Спустя все эти годы ребенок оставался табуированной темой, глубоко запрятанной в ее сердце. Она все еще отчетливо чувствовала удушающую боль от потери своего ребенка в то время… «Хорошо, мы не будем об этом говорить… Позвольте мне задать вам последний вопрос: у вас всё ещё остались чувства к моему сыну?» — миссис Джеффри задала этот вопрос очень серьёзно. "Я…" Независимо от того, волновало её это ещё или нет, Ребекка могла бы немедленно дать миссис Джеффри отрицательный ответ. Однако в этот момент она засомневалась. Разве она не искала подходящий момент? Если первоначальная симпатия миссис Джеффри к ней была искренней, то это была хорошая возможность. Да, она хотела сблизиться с Говардом. Она хотела, чтобы он знал, что в этом мире существует возмездие, и что даже он не может просто так разрушить чью-то жизнь. Сегодня вечером она изначально намеревалась предстать перед ним уязвимой. Но в тот момент, когда она обняла его, вспомнив о тех отвратительных вещах, которые он приказал с ней сделать, она больше не смогла сдерживать свои эмоции… Бог знает, как сильно она жаждала разоблачить его прямо сейчас и потребовать объяснений, какая ненависть могла толкнуть его на такую ​​жестокость по отношению к ней. Они были мужем и женой уже два года… Даже если позже она поняла, что вышла за него замуж и по отношению к себе, она никогда не причинила ему зла. Ее обманули, как дуру, заставив терпеть и идти на такие компромиссы. Даже после того, как они больше не общались, он все равно отказывался отпустить ее… Он просто хотел, чтобы она прожила остаток жизни в мучениях, не так ли? Если бы это было так, то не было бы никаких оснований полагать, что только она одна должна быть обречена на ад… Увидев, как долго Ребекка колеблется, миссис Джеффри вдруг многозначительно улыбнулась. «Судя по вашей реакции, я уже знаю ответ, даже если вы его не скажете». "Тетя…" «Больше ничего не говори. С этого момента я возьму на себя решение вопросов между тобой и Говардом». «Неделю спустя. Нью-Йорк, США». Ребекка, одетая в повседневную домашнюю одежду, спустилась со второго этажа и увидела миссис Джеффри, уже сидящую в столовой и ожидающую ее. Ребекка слабо улыбнулась. «Тетя, извините, что проснулась поздно». «Это я встала рано. В наше время редко встретишь молодых людей, подобных вам, готовых позавтракать с пожилой женщиной, вроде меня. Садитесь», — тепло поприветствовала ее миссис Джеффри. Горничная принесла Ребекке вкусный завтрак в западном стиле, на что та ответила: «Спасибо». Когда миссис Джеффри положила тост на тарелку, она мягко сказала: «Позже выбери одно из тех платьев, которые я тебе купила. Нарядись сегодня». Ребекка отложила тост, который собиралась съесть. "Хм?" «Говард сегодня возвращается». Услышав его имя, Ребекка действительно напряглась; действовать было не нужно. «Не волнуйся, я здесь, чтобы помочь тебе». «Но, тётя, я…» Миссис Джеффри нежно погладила руку Ребекки и успокоила ее: «Это я настояла на том, чтобы ты поехала со мной в Америку. Я точно не позволю никому тебя запугивать, и это касается и моего сына». Ребекка слышала, что Говарда воспитывала исключительно миссис Джеффри, поэтому он никогда не ослушивался воли матери и глубоко её уважал. Услышав заверения миссис Джеффри, Ребекка немного расслабилась. После завтрака Ребекка, как и в предыдущие дни, отправилась с миссис Джеффри в гостиную, чтобы заняться составлением цветочных композиций. В этот момент с улицы вошла служанка, улыбаясь, и почтительно сказала: «Миссис Джеффри, мистер Джеффри вернулся». Продолжая расставлять стебли цветов, миссис Джеффри с удовлетворением ответила: «Он знает, что нужно прийти ко мне, как только он сойдет с самолета. Похоже, он не забыл свою мать». Последние четыре года Говард находился в Соединенных Штатах. Это был его семейный дом, тихое и уютное поместье в одном из самых дорогих районов Нью-Йорка. Однако, поскольку он находился довольно далеко от Скайтопа, он обычно жил один в другом месте. Тем не менее, как бы занят он ни был в Скайтопе, он всегда находил время, чтобы провести один или два дня в неделю с миссис Джеффри. "Мама!" Голос Говарда разнесся по залу. Миссис Джеффри встала, потянув за собой Ребекку. В следующее мгновение в поле зрения Ребекки появилась высокая, внушительная фигура Говарда. Но прежде чем Ребекка успела подумать, как ему противостоять, она увидела Кристин Куинн, стоящую рядом с Говардом, его рука обнимала ее за талию. Увидев это, лицо миссис Джеффри помрачнело. Однако взгляд Ребекки был прикован исключительно к руке, которую Говард нежно обнимал за талию Кристин Куинн. Ее сердце словно пронзило непреодолимое чувство. ---------- Главы 81-51: Просто не хочу, чтобы тебе было легко. Возможно, испугавшись вида Ребекки Квентин, Кристин Куинн замерла на месте. «Как ты здесь оказалась?» Говард Джеффри прищурился, видимо, тоже удивленный присутствием Ребекки Квентин. Миссис Джеффри подошла к Кристин Куинн и холодно сказала: «Разве я когда-либо разрешала вам ступать на территорию поместья Джеффри? Убирайтесь отсюда!» Голос Кристин Куинн стал мягче. "Тетя…" Не глядя на лицо Ребекки Квентин, Говард Джеффри тихо сказал Кристин Куинн: «Сначала поднимись наверх». "Хорошо." Как только Кристин Куинн сделала шаг, миссис Джеффри холодно вмешалась: «Вам не нужно подниматься наверх. Я уже отдала комнату Говарда Бекке». Эта сцена должна была создать напряженную и неловкую ситуацию. Однако Кристин Куинн, с и без того бледным лицом, сумела выдавить из себя улыбку и проглотить горечь. «Э-э, Говард, я не видела Мари несколько дней. Возможно, мне следует сначала вернуться. А ты оставайся здесь и составь компанию своей матери». "Кристин…" Кристин Куинн, явно не желая ставить Говарда Джеффри в затруднительное положение, мягко покачала головой, всё ещё спокойно улыбаясь. «Я попрошу водителя отвезти меня обратно. Со мной всё будет в порядке». На глазах у всех Говард Джеффри поцеловал Кристин Куинн в щеку. «Хорошо, тогда будь осторожна по дороге». «Хорошо… тётя, я сейчас уйду. Приду к вам ещё, когда будет время». Перед уходом Кристин Куинн не забыла почтительно поклониться миссис Джеффри. Взгляд миссис Джеффри был холодным, совершенно пренебрежительным. Ребекка Квентин стояла позади миссис Джеффри, удивленная послушанием и покорностью Кристин Куинн перед ней. Она также задавалась вопросом, кто же такая «Мари», о которой упоминала Кристин Куинн. "Мама, давай поедим!" Словно не разгневанный действиями миссис Джеффри, Говард Джеффри направился прямиком в столовую, не бросив на Ребекку Квентин ни единого взгляда. Миссис Джеффри была очень довольна. Она потянула за собой в столовую Ребекку Квентин, которая была погружена в свои мысли. Во время еды нельзя было разговаривать — это был элементарный столовый этикет. Поэтому во время трапезы никто из троих не разговаривал. Говард Джеффри и Ребекка Квентин даже не обменялись взглядами, каждый ел свою еду. После еды Ребекка Квентин почувствовала, что Говарду Джеффри и миссис Джеффри, возможно, нужно немного уединения. Вероятно, им следовало обсудить ее присутствие в доме Джеффри, поэтому она предложила прогуляться в саду, предоставив им время и пространство. Прошло уже больше недели с тех пор, как Ребекка Квентин приехала в Америку. Хотя в доме Джеффри всё было хорошо, она всё ещё не привыкла к этому. Иногда она даже сомневалась, правильно ли поступила, приехав сюда с миссис Джеффри. Каждый раз, когда она чувствовала себя растерянной и неуверенной, она приходила в сад на прогулку, чтобы успокоить свой разум и насладиться прекрасной обстановкой. В этот момент Ребекка Квентин неспешно прогуливалась по садовой дорожке, удобно расположившись на ногах. Внезапно до ушей Ребекки Квентин донесся разговор двух горничных, подстригавших газон за клумбой. «Я не знаю, о чём думала мадам, возвращая мисс Квентин…» «Разве вы не слышали от окружающих, мадам? Эту мисс Квентин специально привезли из Цветочного Королевства мадам… По всей видимости, она бывшая жена мистера Джеффри». «Ах, та дебютантка из Т-Сити. Я о ней слышала. Мистер Джеффри, по-видимому, развелся с ней через два года после свадьбы…» «Это, должно быть, она…» «Но у неё совершенно нет ауры дебютантки. Она ни в чём не может сравниться с мисс Куинн». Одна из служанок вздохнула. «Да, мисс Куинн просто чудесная — красивая, щедрая и так добра к нам. Она и мистер Джеффри действительно идеально подходят друг другу…» «Какой смысл в браке? Если мадам говорит, что она ей не нравится, значит, она ей не нравится. Она все равно не может выйти замуж за мистера Джеффри!» «Вздох, мисс Куинн такая жалкая. Она столько лет была с мистером Джеффри без какого-либо официального статуса, даже родила ему ребенка, и все же им так и не суждено обрести счастливый конец вместе». «В общем, мне совсем не нравится мисс Квентин. Неважно, хороший у неё характер или нет, я ни разу не видела, чтобы она много улыбалась за все те дни, что она здесь. Как будто ей наплевать на всех нас…» «Забудьте об этом, давайте не будем обсуждать дела хозяев. Я лишь надеюсь, что мисс Куинн останется верна мистеру Джеффри. Иначе жалкая будет Мари. Как могут быть счастливы дети, чьи родители разведены?» «Пять минут спустя». Ребекка Квентин рассеянно сидела на деревянной скамейке в саду, в ее голове эхом звучал разговор служанок. В принципе, она могла игнорировать большую часть того, что они обсуждали, но единственное, что сейчас не выходило у нее из головы, — это слово «ребенок»… Лишь в этот момент она поняла, что «Мари», о которой говорила Кристин Куинн, на самом деле была ее ребенком от Говарда Джеффри. Последние четыре года она представляла их влюбленными и даже догадывалась, что они уже женаты; ее сердце всегда оставалось спокойным. Но теперь, узнав, что у них есть ребенок, спокойствие и самообладание, которые она культивировала эти четыре года, мгновенно рухнули. Ее охватила паника. Казалось, будто ее сердце получило тяжелый удар, боль распространилась по каждой конечности и кости ее тела. ---------- Главы 82-51: Просто не хочу, чтобы тебе было хорошо_2 У них даже появился общий ребенок. Казалось, им суждено быть связанными на всю жизнь. Даже если бы миссис Джеффри возражала, исход, скорее всего, не изменился бы… Так что это было правдой, предопределенной судьбой. Два человека, у которых не было будущего вместе, даже если они были связаны, были всего лишь случайными прохожими в жизни друг друга, которым суждено было в конечном итоге ничего не оставить после себя… В этот момент Ребекка Квентин напрягла свои сухие, жгучие глаза, приоткрыла их, выдавила из себя кривую улыбку и посмотрела на небо, которое, казалось, было наполнено позитивной энергией. Вернувшись из сада, Ребекка Квентин планировала пойти в свою комнату немного поспать. Она никак не ожидала встретить на садовой дорожке Говарда Джеффри. Было очевидно, что он пришел ее искать… И вот Ребекка Квентин застыла на месте, позволяя их взглядам встретиться. Холод в его взгляде пронзил ее, словно острый меч. Он равнодушно приоткрыл губы: «Я попрошу кого-нибудь забронировать тебе обратный билет. Если тебе что-нибудь понадобится, просто скажи. Я не хочу, чтобы ты снова представала передо мной». Слова Говарда Джеффри были остры, как ножи, и застали Ребекку Квентин врасплох. Ребекка Квентин внезапно почувствовала, что больше не может продолжать эту игру. Как бы сильна она ни была внешне, каждая стычка с Говардом Джеффри оставляла её избитой и израненной. В этот момент Ребекка Квентин отстраненно улыбнулась. «Извините, миссис Джеффри пригласила меня сюда в гости. Если она лично не прикажет мне уйти, я останусь здесь, чтобы составить ей компанию. В конце концов, мне больше некуда идти. Здесь у меня есть еда, напитки и слуги, готовые выполнить любое мое пожелание. Почему бы мне не насладиться этим?» «В моём доме тебе лучше следить за своим острым языком и внимательно слушать, что я говорю. Я верю, что ты понимаешь мои границы лучше, чем кто-либо другой». В его словах не было ни капли жалости. Его прежде холодный взгляд внезапно обострился. Она посмотрела на него, казалось, без малейшего страха, на ее губах играла холодная ухмылка. «Вот как, мистер Джеффри? Если я не сделаю, как вы скажете, вы прибегнете к своим обычным уловкам, чтобы загнать меня в тупик и заставить меня пожалеть о смерти?» Слова Ребекки Квентин были столь же неприятными, каждое предложение пронизано сарказмом. К этому моменту их отношения, казалось, ухудшились еще больше; они ненавидели друг друга, как заклятых врагов. Всякий раз, когда в Говарде Джеффри вспыхивал гнев, его глаза парадоксальным образом успокаивались, как это произошло и сейчас. Он произнес тем же ровным, безразличным тоном: «Четыре года спустя вы действительно заставили меня увидеть вас в новом свете!» «О, мистер Джеффри, вам лучше подготовиться. В будущем вас ждет еще много сюрпризов во мне. И вам лучше к этому привыкнуть, потому что ваша мать очень ко мне привязана. Возможно, если я буду продолжать так крутиться, ваша мать даже заставит вас снова жениться на мне. Конечно, это будет несчастливо для моей сестры. Но не волнуйтесь. Даже если мы снова поженимся, я дам вам много свободы. В конце концов, если вы захотите найти других женщин, я же не смогу вас остановить, верно?» Она была очень счастлива. В тот момент она наконец увидела еще более глубокий холод в пронзительных глазах Говарда Джеффри. Было очевидно, что ей удалось его разозлить. Как раз в тот момент, когда она размышляла, как он отомстит, зазвонил его телефон. Она наблюдала, как он отошёл в сторону, чтобы ответить на звонок. Его суровое лицо постепенно смягчилось во время разговора, и к концу он даже смог слабо улыбнуться. Несмотря на расстояние, она слышала мягкость в его голосе и ту привязанность, которую когда-то так хорошо знала. В следующее мгновение она выпрямилась и спокойно ушла. Разумеется, Говард Джеффри не остался в доме Джеффри на ночь. Более того, в течение следующих нескольких дней Говард Джеффри вообще не возвращался в дом Джеффри. Ребекка Квентин почувствовала, что дни снова стали такими же спокойными, как и в начале ее пребывания здесь. Однако в эти дни она постепенно начала ощущать недружелюбие со стороны слуг в доме Джеффри. Например, в тот момент миссис Джеффри дремала. Ребекка Квентин тихо сидела у окна в гостиной Джеффри, читая модный журнал Леонарда о ювелирных украшениях. Поскольку она привыкла пить кофе во время чтения, она встала, чтобы приготовить себе чашку. Однако, как только она встала, стоявший рядом слуга быстро взял ее чашку кофе и почтительно сказал: «Мисс Квентин, позвольте мне!» Она не хотела беспокоить слугу, но тот уже взял чашку и направился к кофеварке на кухне. Она не стала зацикливаться на этом и вернулась к своему журналу. Спустя короткое время слуга подал ей кофе. Она пробормотала: «Спасибо», и поднесла чашку к губам. Но кто мог ожидать, что кофе окажется обжигающе горячим? От неожиданности она пролила немного на себя, и тыльная сторона ее ладони мгновенно обгорела докрасна. Слуга, естественно, принес множество извинений, объяснив, что они забыли отрегулировать температуру. Ребекка Квентин не смогла ничего сказать. Она просто пошла на кухню, обмыла руку холодной водой и вернулась в свою комнату. Опираясь на изголовье кровати, она прижала к себе обожженную руку, в горле сжался комок. Она знала, что если покинет это место, то, как бы тяжело ей ни было, ей не придётся сталкиваться с саркастическими взглядами или становиться мишенью для нападок, как сейчас. Но она просто не могла больше стоять в стороне и наблюдать, как он живёт счастливо. Она понимала его желание отомстить отцу ради сестры. Она могла относиться к этим двум годам, проведенным с ним, как к ничему не примечательному. Если бы сестра хотела забрать все у семьи Квентин, она бы посчитала это возмещением. Но даже сестра теперь смирилась с этим. Почему он должен был так презренно и безжалостно преследовать ее? Джейсон Вуд был его личным подчиненным. Без его приказов никто в этом мире не мог командовать Джейсоном Вудом. Поэтому, даже если бы ее сестра была замешана, она бы только ненавидела его… Знал ли он когда-нибудь, насколько душераздирающим является такое чувство, когда тебя ранит кто-то, кто тебе дорог…? ТУК-ТУК. Стук в дверь прервал мысли Ребекки Квентин. Прежде чем Ребекка Квентин успела встать с постели, вошла миссис Джеффри, с приветливой улыбкой на лице. «Бекка». Ребекка Квентин тут же вскочила с постели, инстинктивно спрятав обожженную руку за спину, и ласково поддержала миссис Джеффри. «Ты проснулась!» Миссис Джеффри села на край кровати и тихо сказала: «Я не видела тебя внизу, когда проснулась; я подумала, что ты заперся в своей комнате!» Ребекка Квентин застенчиво улыбнулась. «Этот сорванец так и не вернулся; тебе действительно пришлось многое пережить за последние несколько дней… Но я позвонила ему сегодня и сказала, чтобы он вернулся домой сегодня вечером. Если он меня не послушает, я больше никогда не впущу его в этот дом». «Миссис Джеффри, э-э… пожалуйста, не надо. Если он захочет вернуться, он вернется», — ответила Ребекка Квентин. На самом деле, даже несмотря на обиду в сердце, она не хотела использовать свое тело для мести. Кроме того, после того, как она обняла его в тот день и почувствовала его полное безразличие, она знала, что такой подход никогда не сработает. Он совершенно точно не заинтересуется тем, кого презирает. ---------- Главы 83-52: Он не причинил ей вреда Миссис Джеффри внезапно посерьезнела. «Вы не можете так говорить. Когда я привела вас сюда, я уже пообещала вам, что позабочусь о том, чтобы вы и Говард снова поженились». «Нью-Йорк Сити Центр, здание XX, шестьдесят девятый этаж». Под ним раскинулся шумный Нью-Йорк. Говард Джеффри стоял перед окном от пола до потолка, слегка нахмурив брови и глубоко погрузившись в размышления. Джейсон Вуд вошел с улицы и уважительно сказал: «Босс». «Хм», — ответил Говард очень тихим голосом. «Кит Энтони едва жив, но он настаивает, что просто выполнял приказы мисс Куинн. Он даже не знал о травме грудной клетки мисс Куинн. Мне вот интересно… может быть, это мисс Куинн…» Говард повернулся и шагнул вперед. «В душе она просто сентиментальная женщина; она бы так не поступила». Джейсон Вуд поспешил не отставать от Говарда, кивая. «Я тоже верю в характер мисс Куинн. Она никогда бы не сделала ничего по-настоящему опасного». Говард сел в кресло за своим столом и, потирая переносицу рукой, явно зашёл в тупик. Увидев жест Говарда, Джейсон Вуд внимательно спросил: «Босс, вы устали? Может, мне позвонить врачу?» Говард махнул рукой, показывая, что с ним все в порядке. «Можете идти. Мне нужно время подумать». «Да, сэр». Джейсон Вуд сделал всего несколько шагов к двери, когда внезапно остановился. Он замер, обернувшись, и задумался, стоит ли рассказывать Говарду о слухе, который он услышал. «Есть ещё что-нибудь?» — тон Говарда превратил этот вопрос не в вопрос, а скорее в утверждение. Он слишком хорошо знал своих подчинённых. «Босс, в последнее время стремительно развивается новая компания. Она называется «Oversky». Они уже получили несколько крупных проектов в Нью-Йорке. Недавно они даже объявили о планах выйти на рынок «Цветочного королевства», стремясь заменить «Skytop» и занять там доминирующее положение. Более того, буквально вчера правительство «Цветочного королевства» объявило о планах построить самое высокое коммерческое здание в Азии. Как только был объявлен тендер, «Oversky» заявили о своей решимости сокрушить «Skytop» и выиграть этот проект!» "Ой?" Говард поднял бровь. Даже столкнувшись с грозным соперником, он излучал врожденную уверенность и хладнокровную надменность. Джейсон Вуд продолжил: «Торги начнутся примерно через неделю. Босс, вам, возможно, придётся лично вернуться в Цветочное Королевство…» «Подождите. Как вы сказали, называется эта группа?» Джейсон Вуд ответил: «Группа «Оверски»». Над небом? Говард, казалось, был особенно чувствителен к этому имени, и на мгновение он погрузился в размышления. «Босс, если больше ничего не останется, я уйду». "Хм." Когда Кристин Куинн пришла в офис, Говард был с закрытыми глазами, притворяясь спящим. Кристин намеренно замедлила шаг, желая застать его врасплох, но Говард, чутко спящий, уже пошевелился. «С тобой совсем не весело», — игриво надула губы Кристин. — «Ты всегда такая настороженная». Смягчилось выражение лица Говарда. "Что привело вас сюда?" «Мари сказала, что скучает по тебе, поэтому я пришла спросить, вернешься ли ты сегодня вечером домой. Ты была так занята работой с тех пор, как вернулась в Америку, что у тебя не было возможности приехать домой». Говард взял Кристин за руку и нежно поцеловал её. «Прости, у меня не было времени провести его с вами обоими». Кристин нежно обняла Говарда сзади за шею. «Глупышка, — сказала она без тени недовольства, — не нужно мне таких слов говорить. Но я сегодня днем ​​купила много продуктов. Планирую приготовить тебе ужин. Так что, ты вернешься домой?» Говард ответил беспомощным тоном: «Мама хочет, чтобы я сегодня вечером пошел к ней». Кристин заметно напряглась. Говард притянул Кристин к себе на колени и поцеловал её в шею. "Что случилось? Злишься?" Кристин опустила взгляд и покачала головой. «Я никогда не злилась на твою мать. Я виню только себя… Она так хотела внука, а потом обнаружила, что внучка даже не ее родная дочь. Естественно, она не может меня простить». «Мы будем действовать постепенно. Вы же знаете, какая она упрямая», — сказал Говард. Кристин кивнула. «Да. В таком случае, тебе следует пойти к ней сегодня вечером». Говард усмехнулся, в его глазах мелькнул игривый блеск. "Просто так? Ты мне так доверяешь?" Кристин сползла с колен Говарда и, притворившись надутой, сказала: «Я уже „отдала“ тебя ей на два года. Я должна бояться еще одной ночи?» Говард усмехнулся ее словам. В этот момент зазвонил его мобильный телефон. Кристин сказала: «Говард, ты выглядишь занятым. Тогда я пойду первой. Мари расплачется, если проснется и не увидит меня». Говард достал свой мобильный телефон, взглянул на экран и кивнул Кристин. "Хорошо". Кристин немедленно ушла. Номер телефона, вышедший на экран, заставил Говарда слегка нахмуриться. Он нажал кнопку ответа. В трубку раздался чересчур серьезный голос Ребекки Квентин: «Бывший муж, твоя мама сказала, что ты приедешь сегодня переночевать, так что мне тоже пора собираться… Ты предпочитаешь розовую или светло-фиолетовую пижаму? Э-э, я не совсем уверена в твоих предпочтениях… Ну, в таком случае, я надену розовую. Жду тебя!» ---------- Глава 84-52 Он не причинил ей вреда_2 «Мм, тётя Клэр, я знаю. Я буду хорошо о себе заботиться. Да, не стесняйтесь тратить эти деньги. У меня сейчас всё неплохо, и компания ко мне относится всё лучше и лучше. Хорошо, и вы берегите себя. Когда у меня будет отпуск, я вернусь в Т-Сити, чтобы вас навестить!» Закончив разговор с тетей Клэр, Бекка глубоко вздохнула. «Лгать — это совсем не моя сильная сторона», — сказала она. Она мысленно вздохнула. Бекка взглянула на настенные часы; часовая стрелка уже достигла десяти. Вспомнив телефонный разговор с Говардом Джеффри, который она сделала днем, она презрительно усмехнулась. Хм! Я знала, что он не вернется, поэтому позвонила ему специально... Наверное, у него сейчас от злости дергается рот, да? Говард Джеффри... — подумала она. Хотя он был скрупулезен в своих действиях, она верила, что, если будет стараться, даже если не найдет доказательств того, что он четыре года назад приказал Джейсону Вуду преследовать ее, она сможет найти что-нибудь, чтобы его разоблачить. Она верила в триумф человеческой решимости. Встав, Бекка решила расслабиться, приняв ванну. После ванны Бекка, недолго думая, собиралась лечь в постель, когда ее тело внезапно напряглось. Краем глаза она мельком увидела жуткую фигуру, сидящую в темном углу у окна от пола до потолка. "Ты..." Увидев Говарда Джеффри, лицо Бекки на мгновение побледнело, слова застряли у нее в горле. Говард Джеффри лениво откинулся на диване, его пальцы цеплялись за лежащую на нем соблазнительную, откровенную розовую ночную рубашку. С лукавой улыбкой он протянул: «Разве ты не обещала надеть это для меня?» Боже мой, как он сюда попал? Я помню, как заперла дверь... А откуда у него в руке эта ночная рубашка? Ужас, нет! Миссис Джеффри сказала, что приготовила мне подарок на сегодня. Может, это именно эта ночная рубашка? Боже мой... Говард Джеффри смотрел на слегка ошеломленную фигуру Бекки, уголки его губ изогнулись в улыбке. «Почему у тебя такое унылое лицо, раз я здесь?» Хотя ей отчаянно хотелось наброситься на стоящего перед ней мужчину, она выдавила из себя улыбку, чтобы скрыть панику, полная решимости не потерять самообладание. «Какой взгляд? Я искренне удивлена, что вы пришли сегодня вечером. Я ждала до десяти, думая, что ваша невеста вас остановит. Похоже, мистер Джеффри, ваше обычное строгое поведение — всего лишь игра. На самом деле, вы чувствуете себя в большей степени в обществе женщин, чем в зале заседаний!» Слова Бекки были искусно подобраны, она принижала как его характер, так и его способности в деловом мире — поистине убивая двух зайцев одним выстрелом. Говард Джеффри, явно раздраженный, резко воскликнул: «Какой у тебя красноречивый язык!» Бекка смело подошла к Говарду Джеффри. Она вызывающе выхватила у него из рук ночную рубашку мизинцем и соблазнительно сказала: «Раз уж вы здесь, давайте не будем терять время. Я пойду переоденусь. А мистер Джеффри, если вы не можете ждать, можете пойти со мной в ванную. В конце концов, мы ведь с ней хорошо знакомы, не так ли?» Говард Джеффри все еще сидел, откинувшись на диване, и с невозмутимым выражением лица наблюдал за Беккой; его темные глаза опасно сверкали. Когда Бекка начала уходить, она мысленно считала: Раз, два, три… Не верю, что он просто отпустит меня. Если он хочет играть, я подыграю. Что мне терять в этой ситуации? И действительно, когда она сделала седьмой шаг, его низкий, притягательный голос окликнул ее: «Подожди». Остановившись на месте, Бекка обернулась и, притворившись удивленной, спросила: «В чем проблема?» В глазах Говарда Джеффри мелькнул проницательный огонек, уголки его губ приподнялись. «Зачем вам утруждать себя походом в ванную? Неужели вы не против сделать это прямо здесь, передо мной?» Она хотела увидеть, как его лицо напрягется от дискомфорта. Неожиданно, в итоге, именно она оказалась в затруднительном положении. В душе Бекка проклинала того, кто её дразнил. Черт возьми! Мерзавец! Он, должно быть, делает это специально... Можете быть уверены, я так легко не сдамся! Бекка снова изобразила безмятежную улыбку. "Хорошо!" Говард Джеффри небрежно прислонился к дивану, его рука небрежно лежала на натуральной коже. Его темный, пронзительный взгляд был прикован к каждому едва заметному изменению выражения лица Бекки, словно он любовался новой игрушкой. Хотя Бекка знала, что Говард Джеффри просто хотел увидеть ее неловкое удаление, она упрямо потянулась к пуговицам своей ночной рубашки. К счастью, ночная рубашка, которую она надела, была скромной, и расстегнуть ее заняло бы некоторое время. Ее мысли метались, она отчаянно пыталась придумать свой следующий шаг за считанные секунды. Внезапно ей в голову пришла идея... Ее движения при расстегивании пуговиц остановились. Она посмотрела на него, в ее взгляде намеренно читалась натянутая робость, и тихо прошептала: «Зачем нам так стараться…» Взгляд Говарда Джеффри дрогнул. В следующее мгновение Бекка уже устроилась на коленях у Говарда Джеффри. Она схватила его изящный полосатый галстук, ее дыхание манило, когда она прошептала: «Почему бы нам не начать прямо сейчас?» Казалось, Говард Джеффри проникся этой идеей, его голос стал тихим и хриплым, в нем звучало искушение. «Вы уверены?» Ее взгляд невольно встретился с опасным блеском желания в глазах Говарда Джеффри, и Бекка вздрогнула. Она не могла разгадать его истинные намерения; казалось, его глаза были окутаны тонкой дымкой, скрывающей все... "Я..." Зная о его презрении и отвращении ко мне, я всё спланировала. Если он придёт сегодня вечером, я подожду, пока он в последний момент отступит, чтобы поставить его в неловкое положение. Никогда не думала, что окажусь в такой ситуации. Не дав Бекке времени на раздумья, Говард Джеффри ловко перевернул ее и в мгновение ока крепко прижал к себе. Совершенно не готовая к такому повороту событий, Бекка опустела. Ее глаза расширились, когда она в панике уставилась на мужчину над собой. Он опирался руками по обе стороны от нее, его взгляд был пронизан острым огнем, пока он неторопливо наблюдал за ее теперь мертвенно-бледным лицом. Казалось, что за четыре года они впервые оказались так близко друг к другу... Их взгляды встретились. Он наклонился очень близко, их дыхание переплелось. В этот момент время словно замерло... Впервые за четыре года она по-настоящему посмотрела на него. Отбросив в сторону их нынешние отношения и обиды, она все еще не могла отрицать его привлекательность. На мгновение в ее памяти промелькнули образы их прошлого. Он обнимал ее так и раньше, но тогда в его глазах читалась лишь чистая, нежная привязанность, а не тот непостижимый, загадочный взгляд, который мы видим сейчас… Она почувствовала, как участилось дыхание, особенно когда его дыхание коснулось кончика ее носа. Ее тело инстинктивно напряглось, желая вырваться. ---------- Главы 85-53: На самом деле, мне все равно 1 Он тоже смотрел на нее так, словно раньше не видел ее отчетливо, и на мгновение его внимание было полностью захвачено. Поэтому, когда она сопротивлялась, он сжимал ее руки своими. "Отпусти… отпусти…" Ее дыхание было прерывистым, голос колебался. Голос Говарда Джеффри становился все более хриплым: «Я думал, вы скажете продолжать». «Я…» — слова снова застряли у нее в горле. Что я должен делать? Нет, я не должна сдаваться в данный момент. Я должна сохранять спокойствие, даже ещё большее спокойствие. Он ничего мне не сделает. Он просто пытается заставить меня отступить. Трудно было представить выражение её лица в тот момент. Ребекка Квентин едва не выпалила: «Я… хочу, чтобы вы не останавливались!» Ребекка Квентин и понятия не имела, насколько привлекательными могут показаться эти слова мужчине… Казалось, Говард Джеффри тоже погрузился в это, глядя на нее с такой интенсивностью, которая нарастала, словно вихрь… Не зная, сделал ли он это просто в наказание или потому, что не смог противостоять собственным чувствам, он наклонился и действительно поцеловал её в губы. В тот момент, когда их губы соприкоснулись, она на секунду замерла, широко раскрыв глаза, глядя на его красивое лицо. Внезапно: "Ах…" Раздался пронзительный крик, и она с силой оттолкнула его. Прежде чем он успел среагировать, она спрыгнула с дивана, бросая в него все, что попадалось под руку… Внезапно подушки, журналы и металлические украшения разлетелись во все стороны, создав в комнате хаотичную атмосферу. "Тем временем." Миссис Джеффри, только что выбравшая ванну, сидела за своим туалетным столиком. Внезапно она услышала грохот разлетающихся предметов. Миссис Джеффри навострила уши и прислушалась, затем позвала слугу и спросила: «Этот шум доносится из комнаты мистера Джеффри?» Слуга несколько неуверенно кивнул: «Похоже, звук исходит оттуда». Миссис Джеффри нахмурила брови: «Что эти двое затевают, так шумят?» Конечно, миссис Джеффри знала, что Говард Джеффри в этот момент находится в комнате Ребекки Квентин. Однако звуки совсем не походили на веселье влюбленной пары. Обеспокоенная, она надела халат и направилась в комнату Говарда Джеффри. К тому моменту, когда Ребекка Квентин бросила в него все, что попалось ей под руку, она заметила, что Говард Джеффри даже не потрудился увернуться ни от одного предмета. Наконец, с его руки на пол потекла ярко-красная кровь. Увидев кровь, Ребекка Квентин вздрогнула и замерла на месте. "Почему ты больше ничего не бросаешь?" Ребекка Квентин подняла взгляд на Говарда Джеффри и мельком увидела холодный, суровый взгляд в его глазах. Она почувствовала страх, и как раз когда она собиралась отступить, он уже прижал ее к кровати. Драка продолжилась — только теперь уже на кровати… "Отпусти меня, отпусти меня…" Она изо всех сил сопротивлялась. Он сдержал ее беспокойные руки, его ястребиный взгляд не отрывался от нее, а дыхание было тяжелым. Ее лицо было слегка приподнято, дыхание также стало прерывистым, а тело продолжало извиваться. В этот момент дверь спальни распахнулась снаружи, и раздался голос: «Бекка, ты…» Ребекка Квентин мгновенно напряглась. "Эм-м-м…" Увидев эту неуместную сцену, миссис Джеффри быстро отступила, хитро пробормотав: «В последнее время свет стали оставлять включенным…» Услышав слова миссис Джеффри, Говард Джеффри не выказал ни малейшего выражения лица. Однако Ребекка Квентин покраснела, как вареная креветка, и быстро оттолкнула его. Неожиданно она поскользнулась и упала с кровати. "Ах!" Она плакала от боли. Ребекка Квентин сидела, прислонившись к краю кровати, ее щеки были раздраженно вздуты, а ягодицы болели. Говард Джеффри встал и спокойно подошёл к Ребекке Квентин. Увидев, как она надула губы, словно маленькая девочка, он не мог не улыбнуться: «Доиграла?» Ребекка Квентин сердито посмотрела на него: «Кто с тобой играл? Я ещё не закончила с тобой!» Говард Джеффри присел на корточки, поднял подбородок и в шутку заметил: «Мне очень хочется посмотреть, как ты еще не закончила со мной. Как сегодня?» Взволнованная и возмущенная, Ребекка Квентин отвернула голову, презрительно глядя на него. Она холодно сказала: «Не забывай, что посеешь, то и пожнешь». «Очень хорошо». Говард Джеффри встал, поправил слегка помятую рубашку и легкомысленно сказал: «Похоже, вы никогда ничему не научитесь». Разумеется, Говард Джеффри не остался в номере на ночь. Никто не знал почему, но это породило множество слухов в семье Джеффри о той «бурной» ночи… Итак, в течение следующих нескольких дней миссис Джеффри лично готовила суп для Ребекки Квентин. Она никогда не говорила, что это для выздоровления, но всегда выглядела довольной, когда Ребекка Квентин допивала его. ---------- Главы 86-53: На самом деле, мне не всё равно 1_2 Бог знает, как ей было стыдно. Она не могла объяснить это миссис Джеффри, и когда ее заставили выпить суп, ей очень хотелось найти яму, чтобы зарыться в нее. Наконец, неделю спустя, сегодня за обедом, миссис Джеффри не стала заставлять её пить суп. Но как раз когда она собиралась вздохнуть с облегчением, она услышала, как миссис Джеффри сказала: «Бекка, мне сегодня нужно уйти, и я могу вернуться очень поздно. Будь хорошей девочкой и оставайся дома, а вечером ко мне придёт Говард». "Что… что?" Глаза Ребекки Квентин расширились от шока. Она попыталась заговорить, но подавилась едой и на время потеряла способность говорить. Миссис Джеффри подумала, что Ребекка подавилась из-за слишком быстрого приема пищи, и осторожно похлопала ее по спине, с беспокойством сказав: «Ты уже взрослая женщина; как ты можешь быть такой небрежной во время еды…» "Днем" Ребекка расхаживала взад-вперед по своей комнате. Что мне делать? Что мне делать? Миссис Джеффри привезла её в Соединённые Штаты с естественной целью свести её и Говарда Джеффри, поэтому организация такого вечера была вполне понятна. Однако после прошлого раза она действительно испугалась… Честно говоря, я совсем не хочу его видеть, но и отказать не могу. Сейчас мне очень тяжело. «Мисс Квентин». Голос слуги за дверью прервал мысли Ребекки. Ребекка подавила волнение и вежливо ответила: «Да, я здесь». «Мисс Куинн здесь. Она сказала, что хочет вас видеть». Кристин Куинн? Она действительно приехала… Она здесь, чтобы провозгласить свой суверенитет, пока миссис Джеффри нет? «Несколько минут спустя» Ребекка спустилась вниз. В этот момент Кристин Куинн сидела на диване в гостиной и элегантно пила чай. Ребекка подошла и встала перед Кристиной, спокойно спросив: «Служанка сказала, что вы хотите меня видеть. Вам что-нибудь нужно?» На самом деле, она не питала особой обиды на Кристин. Она понимала всё, что Кристин сделала, но не одобряла её методы мести, поэтому не стала бы дружить с ней только из-за их родственных связей. Кристина взглянула на Ребекку и спросила: «Неужели вы все, Квентины, такие бесстыжие?» «Позвольте напомнить вам, что в ваших жилах течет кровь Квентина». Кристин поставила чашку и встала. Взглянув на Ребекку, она не рассердилась, а медленно произнесла: «Острый язык!» Ребекка не отступила и возразила: «По сравнению с тобой я, наверное, всё ещё сильно отстаю». Она не была глупой. Она знала, что то, как Кристин раскрыла сделку между её отцом и Говардом Джеффри той ночью, должно было ранить её ещё сильнее. Просто тогда она ещё не научилась быть сильной. Теперь она понимала и знала, как защитить себя. «Хорошо, позвольте мне внести ясность относительно причины моего визита. Я хочу, чтобы вы покинули Соединенные Штаты». «И позвольте мне вкратце изложить свои намерения. Я не оставлю безнаказанным то, что вы все со мной сделали». «Вы все?» — Кристин нахмурилась. — «Если вы имеете в виду инсценированное групповое изнасилование, которое я организовала четыре года назад, можете направить весь свой гнев на меня. Это не имело никакого отношения к Говарду». Глаза Ребекки мгновенно расширились. Подделка? Кристин добавила: «Подумайте об этом. Когда вы проснулись четыре года назад, помимо нескольких презервативов на полу, вы действительно чувствовали, что вас изнасиловали?» В то время она тоже сомневалась в правде. Но из-за сильной боли в груди ее тело практически онемело. Позже, когда ее госпитализировали, врач услышал описание происшествия от полицейских. Видя вмешательство тети Клэр и чтобы избежать вторичной травмы для Ребекки, врач так и не провел ей тщательного осмотра… Ребекка старалась сохранять спокойствие. "Как я могу верить тому, что ты говоришь?" «Вы можете в это не верить, но это правда». Говоря это, Кристин достала телефон, несколько раз постучала по экрану, а затем сказала: «Я отправила вам видео. Его снял Джейсон Вуд. Я лично устроила этот фарс». Это откровение стало для Ребекки шоком. Она быстро достала телефон и нажала кнопку воспроизведения видео. И действительно, на видео было видно, как Кристин растрепывает одежду Ребекки и разбрасывает вокруг нее презервативы… Ребекка стояла там в изумлении. "Но я же ясно это выяснила…" Кристин перебила её: «Ты говоришь о частном детективе, которого наняла? Честно говоря, я знаю каждый твой шаг последние четыре года… Но давай пока об этом не будем говорить. Что касается того частного детектива, которого ты наняла, хотя его навыки были слабы, ему всё же удалось выследить Боба, одного из подчинённых Джейсона Вуда, по этой татуировке. Однако сцена, которую ты видела, где Боб приказывает людям напасть на тебя, на самом деле была спланирована мной заранее. Я предприняла свой шаг только после того, как ты потеряла сознание… Что касается травмы на твоей груди, я тоже об этом не знала. Если бы Джейсон Вуд случайно не проговорился, что недавно расследовал это дело, я бы даже не знала, что Говарду на самом деле есть до тебя дело…» В этот момент Ребекке было совершенно всё равно на упоминание Кристин о беспокойстве Говарда. Она чувствовала лишь боль, глаза щипало. Хотя казалось, что с её сердца свалился огромный груз, боль и мучения, которые она терпела последние четыре года, захлестнули её, заставив истерически закричать, не в силах сдержать кипящую внутри ярость: «Кристин Куинн, зачем ты это сделала? Зачем?!» «Почему?» — усмехнулась Кристин. — «Почему бы тебе не спросить своего отца, Александра Квентина?» Ребекка изо всех сил старалась сдержать эмоции, но слова, вырвавшиеся из неё, были полны сильной обиды. «Мы не можем знать о злобе предыдущего поколения. Возможно, папа действительно был очень многим обязан твоей матери и тебе. Но ты уже отомстила! Ты разрушила мою жизнь и отняла всё у семьи Квентин! Почему ты просто не можешь отпустить это? Думаешь, тебе нравится разыгрывать такой фарс? Вы все будете довольны только тогда, когда увидите меня страдающей?» Увидев отчаянные рыдания Ребекки, Кристин не выдержала и отвернула лицо. Она произнесла своим обычным гордым и холодным тоном: «Вот что мне должна ваша семья Квентин». Ребекка закричала, голос ее охрип, и она начала отступать: «Но я вам ничего не должна!» В этот момент казалось, что Кристина получила удар в самое уязвимое место. Она схватилась за грудь и в отчаянии выдохнула: «Если бы тебя тоже изнасиловали мужчины, посланные твоим собственным биологическим отцом, я думаю, ты бы сейчас этого не говорила!» Что… что? Напряженная атмосфера, царившая до этого, мгновенно исчезла; все вокруг словно замерло. Воцарилась необъяснимая тишина. ---------- Главы 87-54: На самом деле, мне все равно 2 В этот момент Кристин Куинн внезапно стала похожа на зверя, потерявшего когти. Она рухнула на диван, ее взгляд был пустым, и она растерянно произнесла: «Верно. Десять лет назад мой биологический отец послал человека, чтобы причинить мне вред. Если бы Говард не расследовал это дело, я бы, возможно, никогда не узнала о его причастности». Ребекка Квентин в ужасе выпалила: «Ты несёшь чушь! Папа никогда бы так не поступил». Кристин опустила голову, на ее губах играла холодная усмешка. «Ты можешь мне не верить, но именно поэтому я инсценировала инцидент, чтобы отомстить тебе… Я хотела, чтобы самая любимая дочь Александра Квентина почувствовала то же отчаяние и боль от того, что ее жизнь была полностью разрушена». Ребекка Квентин с недоверием воскликнула: «Вы слишком радикальны!» «Да, я экстремистка, и я неуравновешенная», — возразила Кристин. «Но как такая принцесса, как ты, всю жизнь избалованная отцом, могла понять мои чувства? Я никогда не ожидала, что *этот* отец будет меня обожать или любить; я даже могла притворяться, что моя мать — моя единственная семья в этом мире. Но как он мог разрушить мое счастье? Он прекрасно знал, что для меня, у которой ничего не было, Говард был всем миром. Я бы даже отдала жизнь за Говарда. И все же, когда он понял, что его время подходит к концу, и испугался, что не сможет позаботиться о тебе после смерти, он решил отнять у меня счастье и связал тебя с Говардом. А потом, когда пришло время выполнить его обещание о моей последней операции, он без колебаний покончил с собой, чтобы избежать ответственности…» «Смерть папы…» — Ребекка Квентин, словно от сильного потрясения, вздрогнула и, ошеломленная, отступила на шаг назад. «Александр Квентин действительно хотел моей смерти! Если бы я умер, у вас с Говардом появился бы реальный шанс быть вместе, и он мог бы наблюдать из нижнего мира, как вы обретаете счастье и радость!» Ребекка Квентин, казалось, не могла смириться с этой правдой, лишь качала головой. «Нет, папа бы так не поступил. Он бы так не поступил…» Кристин Куинн вдруг печально рассмеялась, хотя слезы продолжали течь по ее лицу. «Хе-хе… Конечно, ты никогда бы не усомнилась в характере своего «великого» отца. Но если ты оглянешься назад и хорошенько подумаешь, то поймешь, что пока вы с Говардом были вместе, вы оба принимали меры предосторожности. Почему же ты так легко забеременела?» Ребекка Квентин по-прежнему сомневалась, качая головой, но ее лицо стало мертвенно-бледным. «Это была тетя Клэр, — продолжила Кристин. — Она подкупила горничную, которая тогда за тобой присматривала, и подделала презервативы Говарда и твои противозачаточные таблетки. Вот почему тетя Клэр позвонила Говарду еще до того, как ты узнала о своей беременности. Она сделала это, потому что боялась, что я тайно причиню тебе вред, пока Говард об этом не знает…» Когда Кристин закончила говорить, Ребекка Квентин погрузилась в глубокие размышления. Да, четыре года назад, до смерти отца, он не раз убеждал её и Говарда Джеффри хорошо ладить. Его предсмертным желанием было даже увидеть, как она родит ребёнка для Говарда. Только сейчас она поняла, что отец всегда надеялся, что она сможет сохранить отношения с Говардом. И тётя Клэр… Тётя Клэр пророчески предупредила Говарда, когда Ребекка только что подтвердила свою беременность. Всё указывало на то, что слова Кристин Куинн не были выдумкой. Увидев молчание Ребекки Квентин, Кристин всхлипнула, взяла себя в руки и продолжила: «На самом деле, иметь такого отца для тебя не так уж и плохо. По крайней мере, всё, что он делал, он делал ради тебя, хотя Говард так и не испытал к тебе настоящих чувств…» Ребекка Квентин тоже глубоко вздохнула, стараясь сохранять спокойствие и самообладание. «Я проверю все, что вы сказали, у тети Клэр», — спокойно произнесла она. «Мне любопытно, почему вы мне все это рассказываете. Раз уж вы так одержимы местью, разве вы не хотите, чтобы я всю оставшуюся жизнь страдала от тех же мучений, что и вы?» «Вы совершенно правы. Я не испытываю к вам ни жалости, ни сочувствия», — голос Кристин был холодным. «Но последние несколько дней, наблюдая за тем, как вы остаетесь в доме Джеффри, чтобы отомстить Говарду, наблюдая, как вы сближаетесь с ним шаг за шагом… я больше не могу этого выносить. Четыре года назад я, возможно, больше всего хотела разрушить семью Квентина. Но четыре года спустя я больше всего хочу быть с Говардом, жить мирной жизнью вместе. Я не позволю вам появляться и нарушать наше спокойствие, и я не хочу, чтобы вы больше имели какие-либо отношения с Говардом». Она наконец поняла, почему Говард так заботился о Кристин Куинн. Кристин была намного умнее её. В кризисных ситуациях Кристин могла мгновенно оценить положение и решительно отпустить то, за что не стоило цепляться. В отличие от себя самой, которая всегда упрямо держалась за то, от чего следовало бы отказаться. ---------- Глава 88-54: Дело не в том, что мне всё равно (2) Ребекка Квентин искренне ответила: «Во-первых, хочу сказать, что ваше чувство кризиса излишне. Ни в прошлом, ни сейчас я никогда не думала о том, чтобы быть с Говардом Джеффри, и он никогда не заботился обо мне. Но я очень рада, что вы решили быть со мной честной насчет Джеффри, ведь это не только мое спасение, но и ваше… Кроме того, надеюсь, вы понимаете, что если человек всю жизнь живет в ненависти, он никогда не будет счастлив. Теперь у вас есть все, вам следует научиться ценить это больше…» Кристин Куинн не ответила, впервые ослабев перед Ребеккой Квентин. В этот момент Ребекка Квентин обернулась и, не сделав ни шага, спокойно произнесла: «С меня хватит. Месть принесет нам лишь мимолетное удовольствие, но разрушит всю нашу жизнь. Такая жизнь слишком утомительна, слишком изматывает… Я не буду называть тебя «сестрой», но я могу извиниться от имени своего отца и надеюсь, что с этого момента твоя жизнь наладится!» Вернувшись в свою комнату, Ребекка Квентин позвонила тете Клэр. Тетя Клэр, казалось, спала, и когда она ответила на телефонный звонок, ее голос звучал сонно: «Здравствуйте…». «Тетя Клэр». "Скучать…" «Скажи мне честно, мой отец причинил Кристин Куинн много боли?» Тетя Клэр словно внезапно проснулась и пробормотала: «Э-э…» «Неужели самым большим вредом, который мой отец причинил Кристине, было то, что кто-то её оскорбил?» «Мисс, откуда вы об этом знаете?» — тётя Клэр была потрясена. «Всё это мне рассказала Кристин Куинн. Если бы не она, я бы не знала, что у моего отца, которым я всегда гордилась, сердце полно мерзости». «Вы не можете так говорить, мисс. У хозяина тоже не было выбора во многих вещах…» Ребекка Квентин прервала тетю Клэр, разочаровав ее и сказав: «Какие бы непредвиденные обстоятельства ни были у него, он причинил Кристин Куинн непоправимый вред, который останется с ней на всю жизнь…» "Скучать…" «Хорошо, больше ничего не говори. Возможно, я скоро вернусь в Т-Сити, тогда и поговорим!» "Хорошо." Закончив разговор, Ребекка Квентин, погруженная в свои мысли, сидела у постели больного. Внезапно ее мир словно озарился светом, как будто все стало ясно… Пусть все обиды и распри прекратятся прямо сейчас! Она давно устала, с трудом сдерживая себя, и теперь наконец-то могла хорошо выспаться… Лежа, Ребекка Квентин медленно закрыла глаза, но, долго ворочаясь с боку на бок, не могла уснуть так, как представляла себе. Причина заключалась в том, что фигура высокого мужчины не давала ей покоя. Она никогда не думала, что он ничего не сделал, а лишь холодно наблюдала за всем, что Кристин Куинн с ней делала… Хотя его поступки не были столь зловещими, как поступки непосредственного зачинщика, они всё равно были недобрыми, и, конечно же, она не могла ни винить, ни простить его… Однако она могла понять его безразличие, ведь он всегда относился безразлично к вещам или людям, которые ему были безразличны, не говоря уже о том, что именно она была объектом ненависти его невесты. Ночь. Поскольку по прибытии Ребекка Квентин ничего не взяла с собой, ей нечего было упаковывать, и она просто постоянно смотрела на настенные часы, ожидая приезда Говарда Джеффри. Ей, естественно, было что ему рассказать, и ей нужна была его помощь, чтобы покинуть Америку. Однако сегодня вечером, когда стрелка часов указывала на десять, Говард Джеффри так и не появился. Ребекка Квентин не могла не почувствовать некоторого разочарования. В этот момент раздался стук в дверь. Инстинктивно решив, что это Говард Джеффри, Ребекка Квентин тут же встала, но в следующее мгновение увидела, как миссис Джеффри открывает дверь. Миссис Джеффри тепло сказала: «Бекка». Ребекка Квентин улыбнулась: «Тетя, вы вернулись!» Миссис Джеффри подошла к Ребекке Квентин и с извинениями сказала: «Уже так поздно, ждешь Говарда?» "Эм-м-м…" «Мне очень жаль, Говарду нужно было вернуться сегодня вечером в Цветочное Королевство, он сказал, что нужно обсудить проект в Т-Сити». Ребекка Квентин была ошеломлена: «Он уезжает сегодня вечером?» Миссис Джеффри кивнула: «Возможно, это было решение, принятое в последний момент, не стоит слишком об этом задумываться, Говард вернется через несколько дней». Ребекка Квентин вдруг забеспокоилась: «Нет, тётя, мне нужно вернуться с ним, он всё ещё не на борту самолёта?» Миссис Джеффри поддразнила: «Не хочешь расстаться на эти несколько дней?» «Тетя, у меня сейчас нет времени вам ничего объяснять, не могли бы вы сказать, он уже сел в самолет?» — с тревогой спросила Ребекка Квентин. Миссис Джеффри ответила: «Он упомянул, что уезжает в одиннадцать; вероятно, он еще не сел в поезд». «Частный аэропорт находится далеко отсюда?» «Недалеко, прямо в нашем пригороде, примерно в сорока-пятидесяти минутах езды на машине». Ребекка Квентин очень волновалась: «Тетя, не могли бы вы попросить водителя отвезти меня туда, может быть, я смогу его догнать». Миссис Джеффри многозначительно улыбнулась: «Хорошо, раз Говард едет в Т-Сити один, то без этой женщины будет идеально, вы с Говардом сможете лучше поладить… Я немедленно попрошу водителя отвезти вас». «Спасибо, тётя, спасибо…» «Глупышка, ты же станешь невесткой моего сына, как мы можем быть такими вежливыми?» Водитель как можно быстрее доставил Ребекку Квентин в частный аэропорт Говарда Джеффри. К счастью, когда Ребекка Квентин прибыла в аэропорт, она случайно увидела, как Говард Джеффри выходит из машины. Возможно, в спешке она не подумала и крикнула: «Говард!» В одно мгновение все вокруг замерло, и лишь немногие осмеливались произнести его имя. В тот момент Ребекке Квентин было все равно, заметил ли ее Говард Джеффри; она побежала к нему. Однако несколько телохранителей в черных солнцезащитных очках преградили ей путь. Ребекка Квентин беспомощно стояла, ее глаза с нетерпением смотрели на Говарда Джеффри. Увидев её, Говард Джеффри остался равнодушным, на его красивом лице не появилось никакого необычного выражения. Вслед за Говардом Джеффри, Джейсон Вуд жестом приказал телохранителям отступить, а затем удалился вместе с группой телохранителей. Ребекка Квентин тут же подошла к Говарду Джеффри и тихо сказала: «Я хочу пойти с тобой». Услышав слова Ребекки Квентин, Говард Джеффри нахмурился. Внезапно осознав, что сказала что-то не так, Ребекка Квентин быстро поправила: «Э-э, я имею в виду, я хочу улететь на вашем самолёте обратно в Цветочное Королевство!» Говард Джеффри не ответил, глубокий свет, скрытый в его глазах, затруднял догадывание о его мыслях. Затем Ребекка Квентин объяснила: «На самом деле, я приехала в Америку потому что…» Никто не ожидал, что прежде чем Ребекка Квентин закончила говорить, Говард Джеффри обернулся и, шагая прочь, явно не желая больше тратить на нее время. "Я…" Слова, которые Ребекка Квентин собиралась произнести, замерли у нее в груди, когда она увидела, как он повернулся и ушел, а затем снова обернулась и увидела, что он уже сел в самолет. Без малейшего колебания Ребекка Квентин бросилась за ним в погоню… Три часа спустя. ---------- Главы 89-55: Джеффри, даже у тебя бывают такие дни! Ребекка Квентин лежала на просторном, удобном кресле, щурясь сквозь полузакрытые ресницы и украдкой поглядывая на сидящего напротив нее Говарда Джеффри. У него действительно было много энергии. Он читал документы с самого момента посадки в самолет, не оставляя ей ни единого шанса завязать с ним разговор. После того как она наблюдала за ним еще час, она наконец отказалась от идеи разговаривать с ним… На самом деле, ей нечего было ему сказать. Перед посадкой на самолет она собиралась объяснить, почему намеренно вмешивалась в его жизнь последние несколько дней. Но он, казалось, был равнодушен, вероятно, потому что Кристин Куинн, должно быть, ему все рассказала. Еще минуту назад она отбросила мысль об объяснениях. Единственное, что ей все еще хотелось сказать, это надеяться, что он сможет извиниться перед матерью от ее имени после возвращения из командировки. В конце концов, миссис Джеффри всегда хорошо о ней заботилась. Она действительно чувствовала себя неловко… Но, оглядываясь назад, казалось, что во время этой поездки между ней и Говардом не будет никакого общения. Похоже, что извинения перед миссис Джеффри ей придётся принести лично по телефону позже. Раз уж так, пусть будет так. В молчании не было ни капли сожаления, ведь вскоре им больше не придётся общаться… Ребекка закрыла глаза, отбросила все мысли и медленно заснула… Когда Ребекка проснулась, самолет уже приземлился в городе Т. Сняв одеяло и оглядевшись, она поняла, что осталась единственной на борту самолета. Из-за разницы во времени в городе Т еще была ночь. Единственным источником света, который она видела, было самое примитивное освещение в частном аэропорту, отчего в тот момент она чувствовала себя особенно одинокой и подавленной. Ребекка не удивилась, что Говард просто бросил ее вот так. Она вышла из аэропорта одна и, заметив, что такси нет, позвонила тете Клэр. Тетя Клэр быстро приехала на такси. Радость долгожданной встречи сменилась слезами, когда тетя Клэр увидела истощенную фигуру Ребекки и тут же разрыдалась… Ребекка утешала тетю Клэр. Раньше она не чувствовала себя особенно обиженной, но внезапная мысль о том, как одиноко она была все эти годы, тоже заставила ее глаза покраснеть, и она обняла тетю Клэр, рыдая… В темноте, под деревьями у выхода из аэропорта, скрывался черный автомобиль. Наблюдая, как красные задние фонари кабины скрываются вдали, Джейсон Вуд завел двигатель и спросил: «Босс, куда мы едем?» Сидя на заднем сиденье, Говард Джеффри легкомысленно ответил: «Вилла», а затем закрыл глаза, притворившись спящим. "Хорошо." Такова жизнь. Наконец облака расступились, открыв голубое небо; мрак, окутавший Ребекку Квентин, рассеялся, и она наконец приняла свою новую жизнь. Вернувшись в город Т, она поселилась в небольшой квартире, которую сняла тетя Клэр. Хотя это место было далеко от роскоши, оно дарило ей желанное спокойствие и тепло. После того как жизнь Ребекки стабилизировалась, поиск работы стал для нее самой насущной задачей. К счастью, спустя несколько дней после возвращения в Т-Сити она нашла хорошую работу в качестве модели на неполный рабочий день в модельном агентстве. Ей бы никогда не пришло в голову заняться модельным бизнесом. На самом деле, её порекомендовала Изабелла Джоанна. В то время Изабелла Джоанна участвовала в показах мод за границей. Узнав, что Ребекка уволилась с работы в городе Джи, вернулась в город Т и теперь испытывает трудности с поиском работы, Изабелла Джоанна немедленно порекомендовала её модельному агентству, где сама работала. Ребекка поначалу очень неохотно соглашалась вступить в модельное агентство. В конце концов, у таких компаний часто бывает темная сторона, а она никогда не работала в этой индустрии. Она не хотела браться за дело, в котором у нее не было опыта. Однако в итоге Изабелла Джоанна убедила ее. Изабелла Джоанна объяснила, что будет работать в компании только в качестве модели на неполный рабочий день, без заключения контракта. Таким образом, даже если в компании будут неприятные моменты, это не будет напрямую касаться её. Самое главное, комиссия за посещение одного мероприятия будет очень высокой. Поначалу она не понимала, как вообще может попасть в модельное агентство. Ее рост был всего пять футов пять дюймов, и у нее не было профессионального образования. Какой моделью она могла бы стать? Позже, совершенно не понимая, что происходит, она устроилась в агентство, где работала Изабелла Джоанна, и посетила мероприятие с другими моделями, подрабатывающими на полставки, и наконец поняла. Ее подработка на полставки на самом деле вовсе не была моделированием; она была похожа на работу хостесс или официанткой. В наши дни многим государственным предприятиям и корпорациям требуются элегантные и красивые хостессы для организации масштабных мероприятий. Поэтому они часто обращаются в PR-агентства или модельные агентства, чтобы нанять молодых женщин с прекрасной внешностью и манерами. Задача Ребекки заключалась в том, чтобы посещать эти мероприятия, организованные модельным агентством. ---------- Глава 90-55: Джеффри, ты сегодня получил по заслугам! (2) Ее первым мероприятием стало организованное правительством благотворительное мероприятие, где ее задачей было надеть предоставленную правительством одежду и оказывать помощь на месте. В тот день, как ни удивительно, для нее, как для новичка, не возникло никаких трудностей; все прошло гладко, и после окончания мероприятия правительство выплатило деньги ее модельному агентству, которое затем взяло комиссию, прежде чем выплатить их им. После этого она устраивалась на ещё несколько работ одну за другой, и теперь наконец понимает, что эта индустрия очень спокойная и свободная, и довольно хорошо оплачиваемая, поэтому она очень довольна этой работой. В мгновение ока она работает здесь уже больше месяца. Сегодня утром ей снова позвонили из модельного агентства и сказали, что сегодня вечером правительство устраивает банкет в отеле по случаю начала крупного строительного проекта, и поскольку в отеле не хватает персонала, они попросили свою компанию пригласить моделей на неполный рабочий день для встречи гостей и оказания внутренних услуг. Естественно, она не могла отказаться от такой возможности заработать, поэтому немедленно согласилась. Но лишь во второй половине дня она вдруг вспомнила, что последний правительственный проект, похоже, был связан со строительством самого высокого коммерческого здания в Азии. Ранее в новостях телевидения уже сообщалось о компаниях, претендующих на этот проект, и она случайно заметила, что «Скайтоп» был в их числе. Хотя результаты торгов пока неизвестны, они, безусловно, будут объявлены на сегодняшнем банкете, и это вызовет у нее противоречивые чувства и неуверенность в том, стоит ли ей соглашаться на эту работу. Вспоминая прошлое, когда они с Джеффри в прошлый раз вернулись из США, Джеффри, похоже, приехал именно ради этого проекта. Говорили, что конкуренция была невероятно сильной, но она всё ещё верит, что «Скайтоп» полон решимости победить, особенно учитывая, что Джеффри приехал лично и никогда не тратит время на бесполезные дела. Итак, возникает главный вопрос: если Джеффри получит этот проект, значит ли это, что он будет присутствовать на сегодняшнем банкете? МОЙ БОГ… На самом деле она боится не встречи с ним на банкете, а случайной встречи. Помимо неловкости, ей, возможно, придётся решать, здороваться с ним или нет. Если она приветствует его, это выглядит неуместно, как будто они окончательно расстались. Если же она этого не делает, ей кажется, что она не смогла забыть прошлое. В любом случае, эта работа оказалась непростой, но, будучи новичком, она не могла отказаться от предложенного компанией условия, которое действительно ее раздражало. Однако, после долгих раздумий, длившихся целый день, она наконец нашла решение. Она просто решила больше об этом не думать; в конце концов, она уже устроилась на работу, и неизвестно, встретится ли она с ним. Даже если она его встретит, она будет действовать по мере развития ситуации, надеясь, что все само собой сложится. Отель. С внутреннего пространства второго этажа свисала большая хрустальная люстра, соединяющая верхний и нижний этажи винтовой лестницей. За белой дверью банкетного зала на первом этаже, оформленного в пасторальном стиле, находился сад. Интерьер зала на втором этаже был роскошно украшен, а разнообразная высококачественная посуда излучала неповторимую элегантность в сияющем освещении. Возможно, именно потому, что она опасалась подобного сценария, сегодня вечером Ребекке Квентин неожиданно поручили от управляющего отелем встречать гостей у главного входа в банкетный зал. Изначально это была простая задача, но поскольку такая задача с большой вероятностью могла привести к личной встрече с Джеффри, она постоянно испытывала чувство беспокойства. Таким образом, в тот момент, когда ей следовало провожать гостей наверх, она незаметно подала знак коллеге. Поняв ее намерения, коллега обратился к гостям: «Здравствуйте, пожалуйста, пройдите сюда». Наблюдая, как ее спутник ведет гостей наверх, Ребекка Квентин наконец вздохнула с облегчением, хотя и все еще чувствовала себя подавленной. Увидев, что гостей осталось немного, она воспользовалась перерывом, чтобы ущипнуть себя за лицо, окоченевшее от улыбок, и наклонилась, чтобы помассировать ноющие ноги. Бог знает, как тяжело носить эти 35-сантиметровые каблуки; ей казалось, что на подъемах вот-вот появятся волдыри. Пока Ребекка Квентин ненадолго отдыхала, оклик от ответственного лица заставил ее мгновенно выпрямиться: «Ребекка Квентин, банкет вот-вот начнется, иди помоги на второй этаж!» Она быстро ответила: «О, хорошо, я сейчас поднимусь». Приподнимая юбку своего нежно-розового шелкового платья, она мысленно задалась вопросом: неужели банкет действительно начинается? Кажется, еще остались люди, которые не пришли! Но такой образ мышления был вполне приемлем; он избавлял её от лишних забот. Как только Ребекка Квентин повернулась, чтобы подняться по лестнице, в поле ее зрения внезапно появилась высокая фигура, заставившая ее остановиться и взглянуть в ту сторону. Возможно, именно ощущение одиночества, исходящее от этого человека, заставило Ребекку неправильно его понять; обернувшись, она поняла, что действительно приняла его за другого человека. Мужчина действительно был красив, излучая мгновенно узнаваемую элегантность. Но эта элегантность отличалась от элегантности Джеффри, первое впечатление от которого было врожденной отстраненностью и высокомерием, тогда как этот мужчина выглядел моложе сорока, но при этом тонко демонстрировал уравновешенность, закаленную годами опыта, и ум, вероятно, более зрелый, чем его реальный возраст. Когда мужчина подошел ближе, Ребекка почтительно поклонилась и мягко сказала: «Здравствуйте, пожалуйста, пройдите сюда». Мужчина взглянул на Ребекку и, без лишних церемоний, ответил простым «Мм». Затем Ребекка отвела мужчину на второй этаж. На втором этаже ее задачей было разливать шампанское в башне, чтобы официанты могли подавать его гостям, позволяя им при этом наслаждаться видом. Наливать вино не требовало особых навыков, но, наблюдая, как шампанское стекает сверху, образуя оранжево-желтый каскад, она находила это зрелище интересным и прекрасным, поэтому не могла не увлечься им. Однако, будучи поглощенной своими мыслями, она не заметила высокую и привлекательную фигуру, беседовавшую с несколькими ключевыми правительственными чиновниками, что вызвало небольшой переполох. Ребекка наслаждалась шампанским, когда к ней тихо подошла коллега и прошептала: «Бекка, ты видела…» Внезапный шепот испугал Ребекку, которая обернулась и увидела, что глаза ее коллеги сверкают и устремлены прямо перед ней, словно она наслаждается происходящим. «Э-э, что ты видишь?» Из любопытства Ребекка проследила за взглядом своей коллеги. В следующую секунду у нее замерло сердце. В тусклом свете казалось, будто прожектор движется вместе с ним сверху. Одетый в безупречно сшитый, дорогой костюм, он непринужденно заводил разговоры и смеялся с окружающими, в этот момент излучая неотразимое, ослепительное обаяние, привлекая внимание, словно король. ---------- Главы 91-56: Неожиданная встреча с ним 1 «Вы его знаете? Он президент группы компаний «Скайтоп»… Он даже красивее, чем говорят, просто очарователен…» После короткого взгляда Ребекка Квентин медленно отвела глаза, склонила голову и неловко рассмеялась. После развода с Говардом Джеффри прошло уже некоторое время, и, за исключением Роджера Леонарда, казалось, никто по-настоящему не признавал её бывшей женой Говарда Джеффри. Поначалу она была озадачена, но, немного подумав, поняла, что всё вполне нормально. Её короткий, двухлетний брак с Говардом Джеффри не предоставил им много возможностей вместе появляться в новостях. К тому же, многие говорили, что она недостаточно хороша для него. Поскольку она не была такой потрясающей, как Кристин Куинн, она, вероятно, не произвела на кого-либо особого впечатления. Особенно сейчас, когда она из дебютантки из Сити превратилась в женщину, изо всех сил пытающуюся заработать на жизнь. Даже если бы их имена были одинаковыми, никто бы вряд ли связал её с Говардом Джеффри. Ее коллега предалась мечтам: «Если бы я могла провести с ним ночь, моя жизнь была бы полной…» Ребекка Квентин пошутила: «Он уже помолвлен. Тебе стоит отказаться от этой идеи и ценить того мужчину, который у тебя есть!» Ее коллега внезапно повернула голову и серьезно спросила: «Давно ходили слухи, что он не очень хорош… в этом деле. Держу пари, это просто сплетни, распространяемые злонамеренными людьми!» Ребекка Квентин нахмурилась: «Что?» Ее коллега хихикнула: «Я говорю именно об этом аспекте…» Боже мой, о чём вообще думают эти девушки в наши дни? Она невольно оказалась под перекрестным огнём. Но если задуматься, она и сама вела себя довольно "злобно" в те времена, когда была с ним… Она помнила, как он изводил её до полного изнеможения; она часто даже не понимала, когда он отнёс её в постель. Дело в том, что на следующий день всё её тело ужасно болело и ныло. Однажды она даже проспала целые сутки… Фу, зачем она вообще думала обо всём этом… К счастью, приглушенный свет скрывал ее покрасневшее лицо. Взволнованная, она выпалила: «О боже, если начальник узнает, что мы бездельничаем и болтаем, нам точно выговорят!» Коллега хлопнула ее по лбу: «О нет! Я чуть не забыла, мне нужно идти объявлять список гостей. Я ухожу…» Молодая женщина, придерживая юбку, практически выпрыгнула из поля зрения Ребекки Квентин. Ребекка Квентин невольно покачала головой. Краем глаза она заметила, что Говарда Джеффри больше нет на том месте, где он стоял, но не стала следить за его движениями. Вместо этого она снова погрузилась в работу. «Главные герои прибыли, и гала-концерт начался в полную силу». Представитель правительства выступил на временной сцене, красноречиво рассказав о дальновидном видении правительства в отношении этого проекта. Затем было объявлено, какая группа выиграла тендер. По какой-то причине, когда чиновник сделал объявление, ее сердце необъяснимо сжалось. Она напрягла слух, дыхание замедлилось, и она внимательно слушала. «Теперь я объявляю, что на этот раз правительственный проект будет реализован группой компаний «Оверский»…» Сердце Ребекки Квентин замерло, а рука задрожала. В тот же миг башня из шампанского рядом с ней рухнула. БАХ! ДРОЖАНИЕ… Резкий звук рушащейся башни из-под шампанского мгновенно прервал речь чиновника, привлекая всеобщее внимание. Правительственный чиновник был явно недоволен, его брови были нахмурены. Менеджер отеля тут же бросилась к своей начальнице, жестикулируя и отчитывая ее… Ребекка Квентин на мгновение растерялась и не знала, что делать. Инстинктивно она подняла взгляд, желая увидеть реакцию всех присутствующих, но ее глаза случайно встретились со взглядом Говарда Джеффри, который смотрел в ее сторону. В тот мимолетный миг, когда они встретились взглядами, она мгновенно почувствовала, что Говард Джеффри узнал ее. Но у нее не было времени на раздумья; она тут же присела и начала собирать осколки стекла с пола. С помощью нескольких коллег и официантов отеля, присутствовавших на месте происшествия, незначительный инцидент был быстро улажен. Как раз когда Ребекка Квентин собиралась пойти на кухню помыть руки, она услышала, как правительственный чиновник снова объявил: «На этот раз правительственный проект будет реализован совместно группой компаний «Скайтоп», а помощь окажет группа компаний «Оверски»…» В этот момент Ребекку Квентин охватило такое глубокое сожаление, что казалось, будто внутри всё позеленело; она ненавидела себя за свою жалкую неспособность сохранять самообладание. По правде говоря, ей было всё равно на результат проекта; возможно, это были просто какие-то затаённые чувства, которые ещё не совсем утихли. «Прямо за дверью кухни Ребекка Квентин стояла, опустив голову, и слушала гневную тираду Элеоноры, начальницы, назначенной их компанией». «Вы хоть представляете, насколько важно это событие? Даже правительственные чиновники относятся к сегодняшним гостям с предельной заботой, а вы посмели устроить такой беспорядок! Если бы я не знала, что вас порекомендовала Изабелла, я бы выгнала вас прямо сейчас!» ---------- Главы 92-56: Неожиданная встреча с ним (Часть 1) «Прости, Элеонора, в следующий раз я буду осторожнее». «Какой смысл быть осторожным сейчас, ошибка уже совершена. Говорю вам, если отель вычтет нашу комиссию, я вычту ее и с вас!» Бекка не ответила. В этот момент раздался ровный, солидный голос: «Это всего лишь небольшая ошибка, не нужно вычитать комиссионные. Девушка порезала руку, важнее сначала перевязать ей рану». Увидев, кто это, Элеонора тут же кивнула и поклонилась: «Да-да, мистер Джонс, это была моя ошибка… Идите и делайте свою работу!» "Да." Ребекка Квентин быстро отошла, и, сделав несколько шагов, инстинктивно обернулась, чтобы посмотреть на человека, который только что ей помог. Серебристо-серый костюм и привлекательная фигура, легко производившие сильное впечатление, подсказали ей, что этот «мистер Джонс» был последним гостем, которого она сопровождала. «Мистер Джонс, туалет вон там, пожалуйста, следуйте за мной». Увидев, как ее коллега ведет его за собой, Ребекка поняла, что он как раз направлялся в туалет, и застала ее за тем, как ее отчитывали. Похоже, в этом мире еще много добрых людей. Однако ей следует поблагодарить его, иначе ее комиссионные точно пропадут. Иногда действительно нужно сохранять спокойствие. Иначе такая, как она, которая всегда показывает отличные результаты, не допустила бы сегодня такой ошибки и не стала бы думать о ком-то, поднимая осколки стекла, что нарушило бы её душевное равновесие и привело бы к травме. Когда Ребекка вернулась в банкетный зал после того, как ей перевязал рану сотрудник отеля, она случайно увидела мужчину, которого называли «мистер Джонс», теперь чокающегося бокалами с Говардом Джеффри. Полагая, что любой, кто может общаться с Говардом Джеффри, должен быть кем-то выдающимся, Ребекка отвела коллегу в сторону и тихо спросила: «Э-э, тот, кто сейчас чокается с мистером Джеффри, кто это?» Заметив живой интерес Ребекки, коллега поддразнила: «Значит, тебе нравятся зрелые, уравновешенные дяди, да? Это Скайлер Джонс, президент группы компаний «Оверски». Он тоже довольно симпатичный и кажется очень привлекательным!» "Ой." Она слышала о группе компаний «Оверски»; о ней недавно писали все новости и газеты в городе Т. Она не ожидала, что человек, стоящий за ней, окажется таким утонченным. Пока Ребекка была погружена в свои мысли, внезапно появилась Элеонора и неохотно сказала: «Ребекка Квентин, ты ранена и не можешь выполнять другие задания, поэтому просто уходи пока. Мы дадим тебе назначение в следующий раз». «Хорошо, спасибо, Элеонора». Покинув отель, Ребекка сначала планировала уйти, но внезапно вспомнила о «мистере Джонсе», которого видела ранее. Хотя он вмешался лишь из добрых побуждений, она все равно хотела поблагодарить его лично. Предполагая, что кто-то вроде Скайлера Джонса не станет ждать окончания банкета, чтобы уйти, Ребекка отправилась на парковку отеля, терпеливо ожидая, когда Скайлер Джонс выйдет. Причина, по которой она ждала здесь, заключалась в том, что она знала, что протокол таких высококлассных отелей предусматривает резервирование наиболее удобных парковочных мест перед входом для самых важных гостей, а с учетом статуса Скайлера Джонса его машина, несомненно, должна была быть припаркована здесь. Судьба это или нет, но когда Ребекка стояла на 35-сантиметровых каблуках, ноги подкосились от ожидания, она наконец увидела не Скайлер Джонс, а Говарда Джеффри, который обсуждал дела со своей секретаршей. Увидев идущего навстречу Говарда Джеффри, она сначала хотела уйти незамеченной, но как только она собралась уйти, взгляд Говарда Джеффри внезапно остановился на ней. Это действительно неловко… Побег прямо перед ним выглядел бы слишком неловко, но и оставаться здесь казалось неуместным, особенно после того, как он её заметил. В тот момент, когда Ребекка молилась, чтобы машина Джеффри не стояла рядом с ней, она с ужасом услышала, как за ней открылась дверца машины. Инстинктивно она обернулась и заметила, что машина Джеффри действительно стояла позади нее, а Ройе открыл дверь, почтительно приветствуя его. Боже мой… Теперь она ничего не может сделать, чтобы очистить свое имя; должно быть, они думают, что она ждала его… Как она могла быть такой слепой, даже не заметив его машину раньше? Теперь это действительно позор. По мере того как Говард Джеффри шаг за шагом приближался к машине, он несколько раз бросал взгляды на Ребекку, еще больше озадачивая ее. Когда они оказались всего в трех метрах друг от друга, Говард Джеффри остановился, его глубокие черные глаза уставились на нее. Это было простое, недорогое платье, но оно делало её красивой… Казалось, это был первый раз с момента их воссоединения, когда она выглядела перед ним такой элегантной и достойной, ее движения напоминали те, что были четыре года назад. Легкий ветерок на парковке невольно приподнимал подол ее платья, добавляя ей очарования. Ребекка нервно теребила пальцы, не зная, что делать дальше, но не хотела, чтобы он ее неправильно понял. В тот момент, когда казалось, что весь мир остановился, Ребекка внезапно увидела, как из отеля выходит Скайлер Джонс. В этот момент Говард Джеффри двинулся к Ребекке, и Ребекка тоже двинулась к Говарду, но как раз когда все подумали, что Ребекка собирается заговорить с Говардом, она внезапно прошла мимо него, улыбаясь и приветствуя идущую позади Скайлер Джонс: «Здравствуйте, мистер Джонс». Скайлер Джонс, казалось, не узнала Ребекку, но вежливо кивнула в знак приветствия. Ребекка быстро объяснила: «Э-э, меня зовут Ребекка Квентин. Это меня ругали на кухне раньше. Большое спасибо за помощь». Вероятно, чувство хаоса лучше всего описывало нынешние ощущения мистера Джеффри! Однако ситуация оказалась не такой неловкой, как можно было предположить. Пока Ребекка разговаривала со Скайлер Джонс, Говард Джеффри не сбавил темп и сразу же сел в машину. Ройе быстро закрыл дверцу машины и завел двигатель. В зеркало заднего вида Ройе украдкой наблюдал за своим боссом. Хотя выражение лица Говарда Джеффри, казалось, не изменилось, Ройе оставался напряженным, и исходящий от него холодок окутывал весь автомобиль. Одновременно Скайлер Джонс направился к своей машине, элегантно произнеся: «Это такая мелочь; не нужно меня благодарить». Заметив краем глаза машину, которая тут же отъехала, Ребекка с облегчением вздохнула, ее улыбка слегка померкла, и она медленно произнесла: «Мне действительно нужно это сделать, потому что я встретила слишком мало хороших людей». Скайлер Джонс уже собирался сесть в машину, но, похоже, уловил меланхолию в словах Ребекки, слегка улыбнувшись: «Такая молодая девушка, как ты, говорит так, будто многое пережила». ---------- Главы 93-57: Встреча с ним снова 2 Ребекка Квентин покачала головой, снова выдавив из себя улыбку. «Возможно, я уже не так молода, да?..» Двадцать шесть лет. По сегодняшним меркам, меня уже считают старой девой? Скайлер Джонс тоже усмехнулся. «Если ты уже немолод, то мне, наверное, пора задуматься о выходе на пенсию?» Ребекку Квентин позабавило замечание Скайлера Джонса. «Мистер Джонс, вы очень остроумны». Садясь в машину, Скайлер Джонс опустил окно и тепло сказал: «Хорошо, юная леди. У меня есть другие дела. Надеюсь, мы еще встретимся». Ребекка Квентин помахала рукой. «Спасибо, мистер Джонс. До свидания». Ребекка Квентин наблюдала, как машина мистера Джонса скрылась вдали, а затем подняла взгляд к небу. Это зрелище, казалось, успокоило ее внутреннее смятение. Она сняла туфли на 30-сантиметровых каблуках и, игнорируя взгляды окружающих, несла их в одной руке, а другой придерживала подол юбки, медленно идя домой. Когда Ребекка Квентин вернулась домой, она напевала песенку. Открыв дверь, Ребекка Квентин, как обычно, крикнула: «Тетя Клэр…» Из дома никто, казалось, не отвечал. Ребекка недоумевала, почему тетя Клэр, которая обычно каждый вечер готовила для нее суп, не отвечает. Она переобулась в тапочки и снова позвала: «Тетя Клэр? Тетя Клэр…?» "Я здесь." С балкона внезапно раздался голос тети Клэр. Ребекка не заметила изменения в тоне тети Клэр в тот вечер. Она весело подошла к тете Клэр и нежно обняла пожилую женщину, сидевшую на стуле. «Почему вы сидите одна на балконе?» — мягко спросила она. «Здесь ветрено; вы легко можете простудиться». Тетя Клэр внезапно взяла Ребекку за руку и серьезно воскликнула: «Мисс!» Ребекка присела на корточки рядом с тетей Клэр, невинно глядя на нее, как послушный ребенок. "Хм?" Тетя Клэр, глядя в чистые, ясные глаза Ребекки, серьезно спросила: «Сегодняшняя работа — ты не могла от нее отказаться?» Ребекка усмехнулась. «Почему бы мне не согласиться? Правительство платит высокую комиссию». Тетя Клэр нахмурилась. «Разве ты не знаешь, что там может быть Говард Джеффри?» Ребекка кивнула, все еще улыбаясь. "Я знаю!" Увидев беззаботное, улыбающееся лицо Ребекки, тетя Клэр вспыхнула от гнева. Она вскочила на ноги, не отрывая взгляда от Ребекки. «Мисс, что с вами, черт возьми, не так? Вы действительно хотите снова сблизиться с этим негодяем?» Ребекка тоже встала и нежно погладила лицо тети Клэр, побледневшее от гнева. «Почему ты так расстроена?» — успокаивала она. «У меня нет таких мыслей». Тётя Клэр, в ярости, отдернула руку Ребекки. «Если бы у тебя не было таких мыслей, ты бы вернулась домой, напевая?» "Тетя Клэр…" Ребекка попыталась объяснить, но тетя Клэр снова перебила ее. «Ты забыла все, что он с тобой сделал? Четыре года назад ты потеряла ребенка, а он даже ни разу тебя не навестил. Перед твоим отъездом он даже молчаливо позволял Кристин Куинн мучить тебя кошмарами! Все эти четыре года, пока ты страдала, он полностью игнорировал тебя. Он знал, что Кристин Куинн намеренно создавала тебе трудности втайне, но оставался равнодушным! Что в таком человеке до сих пор заслуживает твоей любви? Ты улетела в Америку и так долго была с ним связана, скрывая все от меня! Мисс, скажите мне, где та Ребекка Куинн, что была раньше? Та, которая была такой сильной и независимой, которая никогда не позволяла себе потерять достоинство перед другими, независимо от того, сколько обид ей причиняли или сколько боли она пережила? Куда делась ее сила воли?» Ребекка не ответила тете Клэр. Улыбка медленно исчезла с ее лица, и цвет ее лица постепенно побледнел. Почувствовав, что ее тон был слишком резким, тетя Клэр глубоко вздохнула, осторожно положила руку на тонкое плечо Ребекки и серьезно сказала: «Тетя Клэр тебя не ругает. Я просто боюсь, что он снова тебя обидит…» Ребекка тихо покачала головой, словно погруженная в свои мысли. Она опустила взгляд, затем снова подняла его и наконец медленно произнесла: «Мы никак не связаны друг с другом. Как он мог причинить мне боль?» «Но он непременно отомстит за то, что твой отец не спас Кристин Куинн…» «Он этого не сделает. Потому что теперь мы квиты». "Хм?" Сделав глубокий вдох, Ребекка ответила: «Я уже потратила шесть лет своей жизни на искупление вины за тот вред, который мой отец причинил Кристин Куинн». Тетя Клэр поспешно сказала: «Мисс, вы не должны винить своего отца! Он просто хотел дать вам все самое лучшее на свете!» «Я не виню его, потому что знаю, что всё, что он делал, было ради меня. Но я не могу оправдать его методы, и я не буду винить Говарда Джеффри или Кристин Куинн в его смерти». Тетя Клэр глубоко вздохнула. «Возможно, твой отец, при всем своем блеске, в какой-то момент допустил глупость. Если бы он не заставил тебя выйти замуж за Говарда Джеффри, может быть, ты бы уже нашла кого-нибудь получше». ---------- Главы 94-57: Неожиданная встреча с ним (Часть 2) Ребекка Квентин откровенно заявила: «Ладно, тетя Клэр, давай больше не будем об этом говорить, пусть прошлое останется в прошлом! Посмотри на меня, теперь я могу видеть его и возвращаться с улыбкой, а это значит, что прошлое для меня ничего не значит. Если я когда-нибудь приду к тебе в слезах, вот тогда тебе действительно стоит обо мне беспокоиться…» "Глупышка, что ты говоришь?.." После принятия ванны Ребекка Квентин прижалась к подушке и облокотилась на изголовье кровати. Поначалу она могла спать, но сегодняшний разговор с тетей Клэр заставил ее вспомнить многое. Конечно, она думала не о нём, а о себе. Она действительно чувствовала себя бесполезной; если бы она за последние четыре года укрепила свою силу воли, она бы не по-детски пошла к нему после этих слов частного детектива… Если бы она не поехала к нему, она бы не уехала импульсивно в Америку с миссис Джеффри, и тетя Клэр не поняла бы сегодня того же неправильно, подумав, что она всегда хотела быть с ним. Она признала, что эта незрелость объяснялась тем, что спустя четыре года она все еще не отпустила его, словно разбитое сердце, но все еще хранящая в себе дрожащий проблеск надежды. Но на самом деле, с тех пор как она его знала, мысли о том, чтобы быть с ним, никогда не приходили ей в голову, даже если поездка в Америку с миссис Джеффри была лишь попыткой найти ответ. Без ответа она будет цепляться за него и в конечном итоге отправится с ним в ад… Однако в конце концов она нашла ответ: он не был организатором всего этого дела, он даже не принимал в нем участия, он просто предпочел игнорировать… Поскольку ответ — «игнорировать», то на что тут обижаться, что тут винить? Ему было наплевать на неё с самого начала, тем более на то, что её обидела его невеста. Даже если ей придётся всю жизнь страдать из-за этого, какое ему до этого дело? И она это выяснила… Поскольку перекрестка не было, они считались совершенно незнакомыми людьми, поэтому он пошел своим путем, а она — своим. Сегодня вечером она, конечно, знала, что он может появиться, ее инстинктивной реакцией было уклониться от преследования, но потом она подумала: раз они теперь незнакомцы, зачем ей убегать? Придя на вечеринку, она думала, что ей ничто не грозит, но никак не ожидала, что некоторые затаенные чувства всё ещё будут доставлять ей неприятности, заставляя совершать ошибки и терять самообладание… К счастью, ей в итоге удалось не опозориться перед ним, что также доказывает, что забыть этого человека ей никогда не составит труда. После долгих раздумий Ребекка Квентин наконец спокойно легла, симптомы бессонницы исчезли, и она быстро уснула. На следующий день. Ребекка Квентин неторопливо лежала в постели, не желая вставать, когда рано утром раздался телефонный звонок. Она нащупала телефон на прикроватной тумбочке и сонно нажала кнопку ответа: «Здравствуйте…» «Молодая леди, это я, Скайлер Джонс». Услышав рядом с собой ровный и приятный мужской голос, Ребекка Квентин тут же проснулась. Ее глаза расширились, она села и ошеломленно спросила: «Э-э, мистер Джонс?» Боже мой, она же не могла ослышаться, правда? Ей позвонила такая известная личность, и откуда он взял её номер? Скайлер Джонс спросил: «Я что, прервал твой сон?» «Э-э, нет, я как раз собиралась встать… Интересно, мистер Джонс, есть ли у вас причина, по которой вы меня зовете?» Как неловко, она поняла по яркости солнечного света за окном, что уже, должно быть, больше десяти часов. «Я получил ваш номер от вашей компании, извините за столь внезапный звонок». «Э-э, всё в порядке, мистер Джонс, вам от меня что-нибудь нужно?» «Я знаю, что ты подрабатываешь в модельном агентстве, не хочешь ли сегодня тоже подработать у меня? Я буду платить тебе почасово». Ребекка Квентин серьёзно ответила: «Но я не знаю, смогу ли я сделать то, о чём вы просите…» «Всё просто: моя секретарша сегодня плохо себя чувствует и взяла отпуск, но поскольку я новичок в T City, со мной только она. Позже у меня встреча с несколькими партнерами, и мне неудобно без секретаря. Не могли бы вы временно исполнять обязанности моей секретарши? Ваша задача — просто помогать мне носить документы и варить кофе и т.д., вам не нужно заниматься организацией содержимого документов». «Если всё так просто, конечно, я возьмусь за эту работу». Он помог ей вчера вечером, она сможет отплатить ему сегодня, не говоря уже о том, что это оплачиваемая работа. «Хорошо, дайте мне свой адрес, и я приеду за вами». "Хорошо." Чтобы соответствовать образу секретаря, Ребекка Квентин специально надела кружевную блузку в форме сердца в сочетании с юбкой-карандаш. Ожидая Скайлера Джонса, она размышляла, не будет ли такая простая одежда не соответствовать статусу его секретаря. Она подождала всего несколько минут, прежде чем подъехал Mercedes S-Class Скайлер Джонс. Когда она помахала Скайлеру Джонсу на приветствие, он уже вышел из машины и по-джентльменски открыл ей дверь. Немного смущенная, Ребекка Квентин робко села в машину. Сидя за рулём, Скайлер Джонс улыбнулась и сказала: «Молодая леди, спасибо, что согласились помочь». Ребекка Квентин тут же ответила: «Э-э, мистер Джонс, вам лучше больше не называть меня молодой леди, мне уже двадцать шесть, меня зовут Ребекка Квентин, можете называть меня Бекка!» «Хорошо, Бекка, пристегни ремень безопасности». «Хм». Пристегивая ремень безопасности, Ребекка Квентин вдруг остановилась и серьезно спросила: «Э-э, мистер Джонс, этот наряд уместен?» Скайлер Джонс искренне ответил: «Это уместно и выглядит очень хорошо». Увидев её впервые, он сразу заметил, что, в отличие от вчерашнего дня, сегодня она была с очень лёгким макияжем, и каким-то образом дешёвая блузка и юбка придавали ей изысканный вид, подчёркивая её грациозную фигуру. Её прямые, ниспадающие водопадом чёрные волосы излучали чистоту и элегантность, не говоря уже о её ясных, пленительных глазах, от которых захватывало дух. «Спасибо, тогда поехали. Подскажите, пожалуйста, что мне следует делать дальше». "Хорошо." Скайлер Джонс завел двигатель. Внезапно Ребекка Квентин серьезно спросила: «Мистер Джонс, вы ведь не плохой парень, правда?» Скайлер Джонс от души рассмеялся: «Я что, похож на злодея?» Ребекка Квентин рассмеялась: «На самом деле нет, но у плохих парней на лбу не написано „плохой“. Но я тебе доверяю, и у меня в телефоне тоже есть GPS-навигатор». Они уехали, продолжая болтать и смеяться. Клуб «Меви Палас». Ребекка Квентин была хорошо знакома с этим местом, поскольку однажды приглашала сюда нескольких руководителей для обсуждения вопросов, касающихся компании Quentin. Это место считалось самым престижным бизнес-клубом в Т-Сити. Ребекка Квентин следовала за Скайлер Джонс с документами в руках, выглядя соответствующе. Скайлер Джонс вдруг сказала: «Бекка, у тебя от природы элегантность и грация, ты, должно быть, выросла в богатой семье, не так ли?» Для Ребекки Квентин это была болезненная тема, и, не желая вдаваться в подробности, она просто объяснила: «Да, после смерти моего отца моя семья пришла в упадок». ---------- Главы 95-58: Вам запрещено приближаться к Скайлер Джонс Возможно, почувствовав настроение Ребекки Квентин, Скайлер Джонс больше не задавала вопросов. Никто не ожидал, что, как только они вдвоем пройдут по коридору и завернут за угол, то столкнутся лицом к лицу с двумя другими людьми. В тот момент, когда Ребекка Квентин подняла глаза, ее лицо почти побледнело. Мир действительно огромен, но враги, кажется, всегда пересекаются на ее пути… Оказалось, что здесь же находился и Говард Джеффри, обсуждавший дела, при этом мужчина, явно занимавший руководящую должность, оживленно что-то ему на ухо шептал. Говард Джеффри был одет в сшитый на заказ иссиня-черный костюм и выглядел элегантно и представительно. Скайлер Джонс поприветствовала его первой. «Мистер Джеффри, какое совпадение». Взгляд Говарда Джеффри теперь был прикован к Ребекке Квентин, стоявшей позади Скайлер Джонс. На мгновение его глаза потемнели, но он быстро пришел в себя и обменялся любезностями со Скайлер Джонс. «Да, мистер Джонс. Я думал, вы уже ушли из Т-Сити; я как раз собирался пригласить вас выпить пару бокалов». Стоявший рядом с Говардом Джеффри руководитель вдруг воскликнул: «Мистер Джонс, это ваша новая секретарша? Она очень симпатичная!» Скайлер Джонс слабо улыбнулся. «Можно и так сказать!» Он повернулся к Ребекке Квентин и сказал: «Пойдем, Бекка, позволь мне тебя представить. Это мистер Джеффри, президент группы компаний «Скайтоп», и мистер Лин, глава компании Starlight Decoration Company». Ребекка Квентин улыбнулась. «Меня зовут Ребекка Квентин. Очень приятно познакомиться с вами обоими». Мистер Лин шагнул вперед, чтобы пожать руку Ребекке Квентин, и полушутя спросил: «Мисс Квентин, у вас есть парень?» Ребекка Квентин с улыбкой отдернула руку. «Я замужем». Господин Лин тут же потерял интерес и отступил назад. Скайлер Джонс заметил: «Моя секретарша, может, и симпатичная, но она и рядом не стоит с невестой мистера Джеффри. Я слышал, что она невероятно красива». Говард Джеффри небрежно рассмеялся. «Хорошо, мистер Джонс, у нас с мистером Лином еще есть кое-какие дела, которые нужно обсудить. Мы можем обсудить наше сотрудничество по видеоконференции в другой день». "Хорошо." Спустя мгновение Говард Джеффри проскользнул мимо Ребекки Квентин. По какой-то причине, несмотря на то, что их встреча была совершенно обычной, как между незнакомцами, она почувствовала внезапный озноб, как только он прошел мимо нее. Пока Ребекка Квентин еще была слегка ошеломлена, Скайлер Джонс снова пошла. «Пошли!» Ребекка Квентин быстро догнала его. Как оказалось, работа секретарем на неполный рабочий день, которую ей предложил Скайлер Джонс, была несложной. Однако слушать разговоры мужчин о делах было действительно скучно. Несмотря на это, Ребекка Квентин не проявляла нетерпения, всегда стоя рядом со спокойной улыбкой, готовая выслушать указания Скайлера Джонса. Скайлер Джонс проявил большую внимательность. Видя, что Ребекка Квентин долго стояла, он под предлогом того, что ей нужно выйти и позвать официанта, позволил ей немного отдохнуть. Выйдя из отдельной комнаты, Ребекка Квентин с огромным облегчением вздохнула. На самом деле, мне очень нравится бизнес. — подумала она, — но у меня просто нет к этому таланта. Раньше, когда я слышала, как Говард Джеффри обсуждает дела по телефону у себя дома, я часто задавала ему серьезные вопросы. Но он всегда давал мне пару коротких, непонятных ответов, которые в конце концов отбивали у меня всякий интерес. Воспользовавшись случаем, Ребекка Квентин направилась в туалет. Но кто бы мог подумать? Как только она вошла в кабинку и уже собиралась запереть дверь, высокая, внушительная фигура быстро протиснулась за ней. В одно мгновение он запер дверь и грубо прижал ее к ней. Оказавшись в ловушке, Ребекка Квентин все еще пыталась понять, что происходит, когда ее взгляд встретился с парой острых черных глаз — глаз, которые могли принадлежать только Говарду Джеффри. Словно не веря своим глазам, Ребекка Квентин оставалась прижатой к двери, нахмурив брови. Ястребиные черные глаза Говарда Джеффри пристально смотрели на нее несколько секунд, прежде чем его тонкие губы приоткрылись, а голос стал холодным. "Кто позволил тебе подойти так близко к Скайлер Джонс?" Ребекка Квентин хранила молчание, стоя совершенно неподвижно. Глаза Говарда Джеффри потемнели еще сильнее; было ясно, что он недоволен ее нынешним поведением. Он снова заговорил: «Не собираетесь ничего говорить?» Ребекка Квентин наконец возразила: «Я не помню, чтобы мы были очень хорошо знакомы, мистер Джеффри». Лицо Говарда Джеффри постепенно побледнело. Ребекка Квентин оттолкнула его, затем отперла дверь туалетной кабинки. Она спокойно сказала: «Мистер Джеффри, вы, кажется, ошиблись. Это женский туалет. Если вы не можете найти мужской, я не против показать вам дорогу. Однако ваше дальнейшее присутствие здесь создаст неудобства для других женщин, поэтому, пожалуйста, уходите сейчас же». Говард Джеффри ухмыльнулся, наблюдая за ней с неторопливым весельем. Ребекка Квентин, казалось, внезапно что-то поняла. Она кивнула и со спокойной улыбкой сказала: «О, должно быть, я ошиблась. Похоже, мистер Джеффри не прочь зайти в женские туалеты… В таком случае я уйду и не буду вас беспокоить». Как только Ребекка Квентин повернулась, чтобы уйти, Говард Джеффри, казалось, внезапно принял решение. «Раз уж вы говорите, что мы не знакомы…» Он протянул руку, снова захлопнул дверь, затем резко развернул ее и наклонился, прижавшись губами к ее губам. ---------- Главы 96-58: Тебе нельзя приближаться к Скайлер Джонс_2 Мускулистый мужчина прижал ее стройную фигуру к двери, мгновенно обуздав ее беспокойные руки. Затем, приняв решительную позу, он схватил ее за талию, его тонкие губы стерли все ее удивление и страх. "Ммм…хмм…ублюдок…" Она смотрела широко раскрытыми глазами, почти потеряв дар речи. Но он страстно поцеловал ее, наконец раздвинув ее плотно сомкнутые губы и прижавшись к ней еще сильнее. В её сердце вспыхнуло неописуемое чувство, знакомое ощущение дежавю, жар и тоска, вызвавшие целую гамму эмоций. Однако все эти чувства в конце концов были подавлены разумом. Она начала изо всех сил бороться: «Пусть…» Едва она произнесла хоть слово, как оно снова было проглочено его тонкими губами. Тук-тук, "Есть кто-нибудь внутри?" Снаружи раздался женский стук в дверь, словно напоминание, донесшееся до них обоих. Ее тело напряглось, и она оттолкнула его еще сильнее. Однако он проигнорировал это, все еще крепко обнимая ее и страстно целуя, прикусывая губы. Усиливающаяся борьба в его объятиях напомнила ему о её недовольстве. После того, как он в последний раз нежно коснулся её губ, он наконец ослабил хватку, позволив ей оттолкнуть его изо всех сил. Она испепеляющим взглядом посмотрела на него и почти сразу же вытерла рукой следы от поцелуев на губах, выругавшись: "Ублюдок!" Он невольно изогнул губы в улыбке: "Какой же он мерзавец?" Он намекал, что может совершить ещё более «гнусные» поступки. "Ты… презренный!!" Воспитание с юных лет не позволило ей в этот момент выругаться более грубо. Тем не менее, ему это казалось забавным, его красивое лицо редко отличалось расслабленностью. Она пылала от гнева, но напоминала себе, что не стоит терять самообладание, потому что чем сильнее она злилась, тем больше демонстрировала свою неспособность справиться с ним. В тот самый момент, когда она в раздражении прикусила губу, зазвонил его телефон. Она хотела повернуться и уйти, но прежде чем она успела что-либо сообразить, он ловким движением схватил ее за запястье и достал телефон. Она яростно посмотрела на него, но он спокойно нажал кнопку ответа на своем телефоне. Это был, очевидно, звонок от делового партнера. На его привлекательном лице играла легкая улыбка, и он с легкостью решал деловые вопросы. Она не сопротивлялась. В разгар его телефонного разговора она неожиданно и без предупреждения выхватила у него телефон. Он нахмурился от недовольства. Она помахала взятым телефоном, затем спокойно взглянула на него. Наконец, под его взглядом, она бросила телефон в унитаз неподалеку от себя. В этот момент их взгляды встретились. Его взгляд помрачнел, в нем появился опасный оттенок. Она не проявляла слабости и не притворялась сильной, а просто внимательно разглядывала его, как незнакомца. В этот момент снаружи раздался голос: «Бекка, Бекка…» Голос принадлежал Скайлер Джонс, она явно искала её. Ребекка Квентин посмотрела на Говарда Джеффри и равнодушно сказала: «Мой начальник меня ищет. Если мистер Джеффри не хочет, чтобы мой начальник зашел в туалет меня искать, мы можем продолжить ждать здесь». Он посмотрел на неё, не говоря ни слова. Она вырвалась из его руки и повернулась, чтобы уйти. Выходя из Palace Club через Mevi, Ребекка Квентин извинилась перед стоявшей рядом Скайлер Джонс: «Я вела себя крайне непрофессионально, чуть не испортила вам все». Да, она слишком долго пробыла в туалете, из-за чего Скайлер Джонс не смогла найти контракт, когда пришло время его подписывать, не зная, куда она делась. Скайлер Джонс смотрел вперед. С невозмутимым лицом, излучающим уверенность, он слабо улыбнулся: «Дела можно вести снова. Но вы, почему вы выглядите нездоровой?» Говоря это, он не забыл взглянуть на нее в зеркало заднего вида. Ребекка Квентин пожала плечами: «Ничего, может, дело в плохом воздухе в клубе, слишком много незнакомых людей». Скайлер Джонс усмехнулся: «У тебя действительно талант к красноречию». Ребекка Квентин рассмеялась, а затем перевела взгляд в окно. Они ехали в тишине больше десяти минут. Внезапно Скайлер Джонс заговорил: «Уже почти полдень, не могли бы вы пойти со мной пообедать?» Ребекка Квентин с готовностью согласилась: «Конечно, я тоже голодна». Скайлер Джонс, казалось, был в хорошем настроении, на его лице постоянно сияла улыбка. Элитный отель в районе T City. Скайлер Джонс откинул костюм набок, пуговицы его белой рубашки были расстегнуты, галстук ослаблен, и он расслабленно прислонился к дивану. Ребекка Квентин, которая обедала, несколько смущенно подняла глаза и прошептала: «Э-э, я ем немного медленно?» Скайлер Джонс покачал головой с улыбкой: «Судя по вашей элегантной позе за столом, семья вашего бывшего мужа не была бедной». "А?" Откуда он знал, что она замужем? Увидев удивление Ребекки Квентин, Скайлер Джонс объяснила: «Ранее в клубе вы упомянули, что были замужем, а теперь вы свободны, так что…» Вспоминая свое представление в клубе, удивление Ребекки Квентин сменилось легкой улыбкой: «Да, я разведена». "Недавно?" Ребекка Квентин снова уткнулась головой в скорлупу, лениво тыкая вилкой в ​​еду и слегка качая головой: «Нет, прошло уже три или четыре года». В этот момент Скайлер Джонс больше не задавал вопросов. Ребекка Квентин тоже больше ничего не сказала, и в воздухе необъяснимым образом воцарилась тишина. Наконец, Скайлер Джонс нарушила молчание: «Вы не против, если я покурю?» Ребекка Квентин покачала головой, погруженная в свои мысли. На обратном пути Ребекка Квентин невольно вспомнила инцидент в туалете, а Скайлер Джонс, казалось, была в сдержанном настроении, обе явно были менее оживлены, чем пришли. Весь день Ребекка Квентин не допустила ни одной ошибки. Она бережно сопровождала Скайлера Джонса в деловых переговорах до самого их завершения с наступлением темноты. В этот момент, получив приглашение на ужин от Скайлер Джонс, Ребекка Квентин с улыбкой решила отказаться: «У меня дома есть пожилая женщина, и я хочу поужинать с ней». Скайлер Джонс лишь мягко ответила: «Хорошо». Склонив голову, чтобы разложить несколько папок для Скайлер Джонс, Ребекка Квентин дала указание: «Помните, в жёлтой папке находится контракт, который вы обсуждали сегодня с мистером Гордоном и мистером Доуном, в красной папке — информация, которую нам предоставил Глен, и…» «У меня плохая память, я просто кладу их куда попало». «Тогда я их подпишу, чтобы вам было легче найти». Скайлер Джонс взглянула в зеркало заднего вида на Ребекку Квентин, которая внимательно изучала папки, и вдруг сказала: «Бекка, ты когда-нибудь думала стать моей официальной секретаршей?» Ребекка Квентин была ошеломлена: «А?» Скайлер Джонс мягко произнесла: «На самом деле, моя секретарша взяла отпуск не на один день… Она беременна и ей нужен длительный декретный отпуск». ---------- Главы 97-59: Скайлер Джонс хочет, чтобы она поехала со мной в город Y! 1 "Ой." «Сегодня мы хорошо поработали вместе. Думаю, у вас есть талант к делопроизводству. Не могли бы вы принять вас на постоянную работу?» «Э-э, мистер Джонс, вы меня переоцениваете. У меня нет таких способностей. Я могу налить чай, принести воду и упорядочить документы, но я совершенно ничего не понимаю в бизнесе. Меня даже раньше называли глупой…» «Это сказал твой бывший муж, верно?» Ребекка Квентин вдруг почувствовала себя немного неловко. Она неловко рассмеялась и сменила тему: «Как долго вы здесь пробудете, мистер Джонс?» Проработав всего один день со Скайлером Джонсом, Ребекка Квентин уже убедилась, что он добрый, внимательный и чрезвычайно скрупулезный человек. «Ещё одна неделя!» «Если вы не возражаете, мистер Джонс, я могу продолжать вас заменять, пока вы будете в Т-Сити на этой неделе». Скайлер Джонс сказал по-английски: «Моя честь». Ребекка Квентин игриво ответила: «У меня тоже». «Через полчаса». Вернувшись домой, Ребекка Квентин, переобуваясь, крикнула: «Тетя Клэр!» Тетя Клэр ответила и вскоре принесла тарелку супа, подойдя к Ребекке Квентин с улыбкой. «У вас был утомительный день?» Ребекка Квентин взяла суп у тети Клэр и, сделав глоток, ответила: «Это было довольно расслабляюще, и комиссионные, которые они предлагали, были действительно высокими». Тётя Клэр вдруг спросила: «У тебя сегодня не было работы в модельном агентстве, правда?» Ребекка Квентин кивнула, затем внезапно подняла голову и спросила: «Откуда вы узнали?» Тетя Клэр ответила, явно погруженная в свои мысли: «Я ждала тебя у окна и увидела, как тебя подвез очень галантный мужчина. Судя по его одежде, он, должно быть, богат. Он даже вышел из машины, чтобы открыть тебе дверь». Ребекка Квентин честно ответила: «Да, он генеральный директор компании «Оверски». Он также участвует в том правительственном проекте, о котором недавно было объявлено…» Глаза тети Клэр мгновенно загорелись. "Сколько ему лет?" Ребекка Квентин на мгновение задумалась. «Мне кажется, ему тридцать семь!» Она случайно наткнулась на его краткую биографию в тот же день, просматривая документы, поэтому эта мысль и запала ей в память. Тетя Клэр проявляла все больший интерес. «Какой хороший возраст! Он не такой импульсивный, как молодые мужчины — он зрелый и внимательный, и у него так хорошо складывается карьера». Услышав поток похвал от тети Клэр, Ребекка Квентин, которая пила суп, медленно подняла на нее взгляд и с некоторой неуверенностью спросила: «Вы пытаетесь сказать…» Тетя Клэр взяла Ребекку Квентин за руку, когда они вошли в гостиную. Со смехом она сказала: «Дорогая, ты становишься не моложе. Пора найти того, кто будет тебя ценить. Мне кажется, тот мужчина, которого я видела раньше, был довольно милым. Хотя он немного старше, во многих отношениях он тебе подходит. Как думаешь, он заинтересован? Почему бы не посмотреть, что между вами может произойти…» "На следующий день." Ребекка Квентин отказалась от работы, предложенной модельным агентством. Она встала рано, чтобы просмотреть документы, которые Скайлер Джонс дал ей накануне, отмечая ключевые моменты, на которые он хотел, чтобы она обратила внимание. Как и ожидалось, в 8:30 утра Скайлер Джонс позвонил ей вовремя. Ребекка Квентин, держа в руках документы, планировала спуститься вниз пораньше, чтобы дождаться Скайлера Джонса, но обнаружила, что его машина уже припаркована под ее домом. Оказавшись в машине, Ребекка Квентин извинилась: «Извините, что заставила вас ждать». Скайлер Джонс тепло улыбнулась. «Нет, я приехала раньше». «Хорошо. Я внимательно изучил инструкции, которые вы дали мне вчера, поэтому я должен без проблем выполнить сегодняшние задания». Скайлер Джонс запустил двигатель. «Не оказывайте на себя слишком большого давления. Я не сложный начальник». Ребекка Квентин рассмеялась, чувствуя себя весьма бодрой. "Вечером." Работать со Скайлер Джонс было очень гармонично, словно между ними существовало естественное взаимопонимание. Иногда ему достаточно было просто взглянуть на нее, и она тут же понимала, чего он хочет, и соответственно сотрудничала. В результате, даже после напряженного дня со Скайлер Джонс, когда у них даже не было времени на обед, она совсем не чувствовала усталости или истощения. Наоборот, она ощутила сильное чувство удовлетворения. Впервые она почувствовала, что жизнь может быть настолько насыщенной и приносящей удовлетворение. «Прости. Я часто теряю счет времени, когда работаю, и в итоге заставил тебя так много работать». В этот момент, находясь в машине, Скайлер Джонс принес свои извинения. Опираясь на спинку сиденья, Ребекка Квентин ответила, полная энергии: «Я совсем не чувствую себя переутомленной. На самом деле, мне доставляет удовольствие наблюдать за тем, как вы ведете дела». Скайлер Джонс слабо улыбнулась. «Вы прекрасный красноречивый собеседник… Чтобы избежать обвинений в том, что я морю голодом своего сотрудника, вы должны оказать мне честь и позволить мне угостить вас ужином сегодня вечером». «Хорошо, с удовольствием». Было еще рано, и ужин не займет много времени. «Пошли. Я отведу тебя в другой ресторан». В элегантном и тихом ресторане Ребекка Квентин посмотрела на Скайлер Джонс, сидевшую напротив, и прошептала: «Похоже, это самый дорогой ресторан в Ти-Сити. Не слишком ли это расточительно — так обращаться с сотрудницей?» ---------- Главы 98-59: Скайлер Джонс хочет, чтобы она поехала со мной в город Y! 1_2 Скайлер Джонс продолжала элегантно улыбаться: «Это была такая тяжелая работа, я заслуживаю вознаграждения, не так ли?» «Верно, тогда я воспользуюсь этим преимуществом. Спасибо за ваше щедрое гостеприимство, мистер Джонс». В этот момент Скайлер Джонс поднял бокал красного вина, стоявший рядом с ним: «За здоровье!» «Э-э, мистер Джонс, я не пью, пожалуйста, поймите… Я лучше выпью тост с водой». Она никогда раньше не употребляла алкоголь, хотя часто видела, как кто-то пьет в одиночестве. «Как жаль, я хотел, чтобы вы попробовали здесь лучшее красное вино…» По дороге, когда мы провожали Ребекку Квентин домой, в машине царила атмосфера смеха и болтовни. Скайлер Джонс рассказывал Ребекке Квентин свою историю предпринимательства, и она слушала с большим интересом. «Тогда арендная плата составляла всего около 300 долларов в месяц, но я не могла себе этого позволить… Бекка, если бы это была ты, что бы ты сделала сейчас?» Ребекка Квентин не ответила. Скайлер Джонс уже собирался спросить ещё раз, но внезапно заметил, что взгляд Ребекки Квентин прикован к окну машины. Скайлер Джонс выглянул наружу, ничего не увидел и спросил: «Что случилось?» Ребекка Квентин, казалось, вернулась к реальности, слегка покачала головой и с нежной улыбкой сказала: «Ничего». Скайлер Джонс почувствовала, что настроение Ребекки Квентин незаметно и в одно мгновение ухудшилось, даже ее ответная улыбка стала натянутой. Скайлер Джонс продолжил движение. Ребекка Квентин вдруг сказала: «Э-э, мистер Джонс, разве вы не хотели угостить меня красным вином раньше? Если вы не возражаете, давайте выпьем эту бутылку сейчас!» "…Хорошо." "Спасибо." Скайлер Джонс развернул машину и направился обратно в отель. Ребекка Квентин внезапно слабо прислонилась к сиденью, чувствуя легкое покалывание в носу. Да, она нечаянно мельком взглянула в окно… Он держал Кристин Куинн на руках, когда они выходили из больницы, оба с улыбками на лицах, Кристин Куинн нежно прижималась к нему. Она заметила, что это была уважаемая гинекологическая клиника, где она проходила обследования во время беременности… Похоже, они вот-вот должны были родить второго ребенка… Неудивительно, что Кристин Куинн, которая все это время оставалась в США, на этот раз прилетела обратно, стремясь поделиться с ним этой радостной новостью! Вспомнив, как его действия в течение дня нарушили ее сон прошлой ночью, ей захотелось дать себе хорошую пощечину! Машина въехала на открытую парковку отеля, и Скайлер Джонс, по-прежнему по-джентльменски открыл дверь для Ребекки Квентин. Ребекка Квентин вышла из машины, глубоко вздохнула и вошла в отель вместе со Скайлер Джонс. Возможно, от досады, когда официант закончил открывать вино, Ребекка Квентин взяла инициативу в свои руки и с улыбкой подняла тост со Скайлером Джонсом: «Мистер Джонс, спасибо вам за то, что сегодня вы так много рассказали мне о мире бизнеса. Я допью этот бокал, присоединяйтесь». На следующий день. Ее длинные ресницы, освещенные ярким светом, слегка дернулись. Ребекка Квентин медленно открыла глаза, просыпаясь. У нее ужасно болела голова, тело было тяжелым и слабым. Ребекка Квентин едва держалась на ногах, огляделась и только тогда поняла, что, похоже, находится в отеле. Скайлер Джонс сидел в темном углу под занавеской, прислонив голову к стене, и, судя по всему, спал. Увиденное потрясло Ребекку Квентин. Инстинктивно она приподняла одеяло, чтобы взглянуть на себя. Оказавшись полностью одетой, она вздохнула с облегчением, но с удивлением обнаружила, что на ней не та одежда, которую она носила вчера. Скайлер Джонс, похоже, чутко спал, так как открыл глаза почти сразу после того, как Ребекка Квентин пошевелилась. Увидев, что она сидит на кровати с растерянным видом, он встал и подошел к ней, мягко объяснив: «Вчера тебя вырвало; я попросил сотрудниц отеля помочь тебе переодеться». «Спасибо… Я вчера была слишком невежлива?» Она понимала лишь, что прошлой ночью отчаянно пыталась заглушить свои чувства и полностью игнорировала его, совершенно не осознавая, сколько выпила. Скайлер Джонс честно ответил: «Нет, у тебя хороший вкус в выпивке; напившись, ты засыпаешь». Мало кто похож на неё, кто напивается до беспамятства с первого раза, но, к счастью, она неплохо перенесла алкоголь; после того, как напилась, она не плакала и не устраивала истерик… Однако, когда он уложил пьяную Ребекку Квентин на кровать, он обнаружил, что ее ресницы уже были влажными, а из уголков глаз медленно текли слезы, пока она спала. Он должен был признать, что вид её слёзных слез глубоко тронул его. Он понимал, что это было чувство жалости, но по-настоящему его пленила её красота в тот момент… Во сне ее невинные и изысканные черты лица, каким-то образом трогательно усиленные слезами, вызывали желание обнять и лелеять ее. В то же время она казалась неземным ангелом, недоступным и далеким, внушая страх перед осквернением и желание лишь тихонько наслаждаться этой захватывающей дух красотой, оставляя сердце взволнованным и неспокойным. Ребекка Квентин неловко произнесла: «Простите, должно быть, я доставила вам много хлопот…» Она заметила, что Скайлер Джонс был одет только в рубашку, а его пиджак висел на стуле, на нем виднелись едва заметные пятна. Наверное, это она вчера вечером вырвала на него, но он так любезно об этом молчал. Скайлер Джонс больше ничего не сказал; вместо этого он с беспокойством спросил: «Как вы себя сейчас чувствуете?» Ребекка Квентин продолжала держаться за голову, мучительно повторяя: «У меня такое ощущение, что голова вот-вот расколется…» Скайлер Джонс с пониманием ответил: «Я попрошу официанта приготовить вам чай от похмелья». Ребекка Квентин поспешно сказала: «Не нужно… Мистер Джонс, не могли бы вы отвезти меня домой? Я отсутствовала всю ночь; боюсь, моя семья будет волноваться». «Я забыла сказать тебе, что твоя тетя, тетя Клэр, звонила тебе вчера вечером, пока ты спала. Я ответила и сказала ей, что ты сегодня ночуешь в этом отеле». «А?» — Ребекка Квентин быстро подняла глаза. — «Тетя Клэр ничего не сказала, правда?» Скайлер Джонс улыбнулась: «Она попросила меня хорошо о тебе позаботиться». О боже, должно быть, тетя Клэр неправильно поняла… Скайлер Джонс с улыбкой наблюдал, как смущенное лицо Ребекки Квентин помрачнело, и вдруг она сказала: «Приготовься; я приму душ в соседней комнате. После завтрака я отвезу тебя домой». Ребекка Квентин наблюдала за спиной Скайлера Джонса, когда он повернулся и спросил: «Ты сегодня не работаешь?» «Я даю тебе выходной!» «Вы же не собираетесь меня просто так уволить, правда?» ---------- Главы 99-60: Скайлер Джонс хочет, чтобы она пошла со мной в City Y! 2 Скайлер Джонс изогнул губы. "Нет." Бекка с благодарностью сказала: «Спасибо, мистер Джонс». В её нынешнем состоянии ей, вероятно, сегодня придётся остаться дома и отдохнуть. «Филиал Skytop Group в Т-Сити». Джейсон Вуд вошел с улицы. «Босс, я уже проводил мисс Куинн в аэропорт». Говард Джеффри, просматривавший отчет из штаб-квартиры, слегка кивнул. Джейсон немного помедлил, прежде чем сказать: «Я вижу, мисс Куинн очень хотела, чтобы вы её сопровождали». Джеффри поднял глаза, взглянул на Джейсона и спросил: «Что ты пытаешься сказать?» Вспомнив тоскливый взгляд Кристин Куинн, когда она уходила, Джейсон собрался с духом и сказал: «На самом деле, мисс Куинн надеялась, что вы сможете уделить ей больше времени, особенно теперь, когда ее здоровье улучшилось…» Да, после рождения Мэрилин Куинн врач объявил Кристин бесплодной. В течение многих лет Кристин Куинн активно искала лечение в Соединенных Штатах, скрупулезно следуя советам врача, даже если это означало воздержание от половых отношений. Наконец, два дня назад врач сообщил ей хорошие новости о результатах лечения. После этого она с нетерпением вылетела из Соединенных Штатов в Т-Сити, желая поделиться этой замечательной новостью с Джеффри. Затем они посетили самую известную гинекологическую больницу Т-Сити для повторного обследования. Врач подтвердил положительный прогноз, заявив, что Кристин может забеременеть в течение шести месяцев. Более того, если все пойдет хорошо, ребенок, которого она забеременеет, потенциально может спасти жизнь Мэрилин Куинн. Джеффри снова опустил взгляд на отчет и тихо сказал: «Я знаю, что делаю». Джейсон не осмелился сказать больше. В конце концов, даже давать такие советы уже вызвало у него сильное беспокойство. Как раз когда Джейсон собирался уйти, Джеффри внезапно спросил: «Вы узнали о прошлом Скайлер Джонс?» Джейсон резко вздохнул. «Простите за мою некомпетентность. Найденная мной информация в значительной степени совпадает с тем, что находится в открытом доступе в интернете. Однако подозрительно то, что, независимо от используемых каналов, мне не удалось найти никакой информации о детстве Скайлер Джонс». Джеффри спокойно сказал: «Хм. Продолжайте расследование». «Да». Раз уж зашла речь о Скайлер Джонс, Джейсон, кажется, вдруг что-то вспомнил и быстро добавил: «Босс, похоже, Скайлер Джонс и мисс Квентин встречаются». Услышав это, Джеффри заметно напрягся, хотя выражение его лица оставалось бесстрастным. "Правда?" Джейсон сказал правду: «Кто-то видел, как Скайлер Джонс ужинал с красивой женщиной в отеле «Хансен» прошлой ночью. Его даже видели, как он обнимал ее, когда они входили в лифт отеля. Предполагается, что они провели там ночь. Судя по описанию свидетеля, я считаю, что эта красивая женщина — мисс Квентин». «Уходите!» — ледяным тоном приказал Джеффри. Он явно не хотел сейчас ничего слышать о Ребекке Квентин. "Да." «Внизу, под её квартирой». Бекка улыбнулась и помахала на прощание Скайлер Джонс. Скайлер Джонс подняла окно машины, и автомобиль отъехал под пристальным взглядом Бекки. Как только Бекка повернулась, чтобы уйти, сзади раздался резкий визг шин. Инстинктивно она обернулась и увидела Говарда Джеффри, выходящего из машины. Бекка была слегка озадачена. — Удивлён меня видеть? — Джеффри остановился, всего в трёх шагах от Бекки. Бекка быстро отвела взгляд, слабо улыбнувшись, словно обращаясь к простому деловому партнеру Скайлер. «Мистер Джеффри, просто проездом?» Взгляд Джеффри был ледяным. "Ты что, не расслышал, что я сказал?" Бекка сохраняла вежливую улыбку, притворяясь ничего не понимающей. «Я не уверена, о чём вы говорите, мистер Джеффри?» «С Скайлер Джонс лучше не связываться». «Похоже, это мое личное дело, мистер Джеффри». Она намеренно подчеркнула его официальное обращение, словно желая выделить отсутствие какой-либо личной связи между ними. Конечно, Бекка не могла по-настоящему вывести Говарда Джеффри из себя. Однако её искреннее безразличие, контрастирующее с воспоминанием о том, как она грациозно помахала Скайлер несколько мгновений назад, создало в сознании Джеффри резкий контраст. И в тот же миг Джеффри сократил расстояние до Бекки, его выражение лица стало мрачным и угрожающим. «Ты знаешь его всего несколько дней, а уже так хочешь переспать с ним?» Он, очевидно, видел, как Скайлер провожала ее домой… Лицо Бекки побледнело. Каждое слово Джеффри било ее, словно кнут по беззащитному сердцу. Ей потребовались все силы, чтобы подавить жгучую боль и не дать выражению ее лица разрушиться. Она посмотрела на него; выражение его лица было холодным, как камень. «Да, всё верно…» — Бекка отвернулась. «Если наши отношения с мистером Джонсом перерастут во что-то большее, надеюсь, вы замолвите за меня словечко перед ним, мистер Джеффри». ---------- Главы 100-60: Скайлер Джонс хочет, чтобы она поехала со мной в город Y! 2_2 Не дожидаясь ответа Говарда Джеффри, Бекка направилась к зданию, не смея взглянуть на Говарда. Вскоре двигатель машины Говарда завелся, и автомобиль молниеносно рванул с места. Когда силуэт машины исчез вдали, Бекку охватила скорбь, захлестнувшая ее беспомощную душу, и боль в этот момент терзала ее сердце. Внезапно она неудержимо заплакала. Вытерев слезы, Бекка выдавила из себя улыбку и посмотрела на небо. Кто мог знать, что в этот момент в её улыбке читалась горечь, но это было лишь малая часть того, что она чувствовала внутри. Через несколько минут Бекка открыла свой дом ключом. Тетя Клэр убиралась в доме и, увидев вернувшуюся Бекку, быстро отложила тряпку, которую держала в руках, и поприветствовала ее веселой улыбкой: «Мисс». Бекка и так вела себя так, будто ничего не случилось, "Хм?" "Ты не возвращался всю прошлую ночь…" «Не поймите меня неправильно, ничего не произошло». Тетя Клэр была озадачена: «Тогда зачем ты пила вчера вечером? Я думала, ты никогда не пьешь, разве что для того, чтобы завязать отношения с мистером Джонсом…» Бекка переобулась и спокойно сказала: «Выпить было просто прихотью, ничего не планировалось, к тому же мистер Джонс — настоящий джентльмен». Тетя Клэр тут же пожалела: «Похоже, традиционные взгляды мистера Джонса вполне соответствуют его возрасту, но это еще раз доказывает его хороший характер». «Тетя Клэр, у меня все еще болит голова, я хочу пойти в свою комнату поспать немного, позвони мне во время обеда». Не продолжая разговор, Бекка направилась в свою комнату. Время пролетело быстро, и в мгновение ока пролетел день. Настроение Бекки в основном улучшилось, и в присутствии Скайлера Джонса она по-прежнему была живой и энергичной. В машине Бекка спросила: «Мистер Джонс, с каким клиентом мы сегодня встречаемся?» Поскольку вчера контакта не было, Бекка не знала о сегодняшнем расписании. Скайлер небрежно ответил: «Сегодня мы встречаемся с мистером Джеффри из компании „Скайтоп“, чтобы обсудить проект сотрудничества с правительством». Глаза Бекки внезапно расширились, когда она посмотрела на Скайлер. Скайлер, кажется, заметила небольшую аномалию в поведении Бекки и спросила: «Что случилось, есть какая-то проблема?» Бекка тут же покачала головой и улыбнулась: «Ничего страшного, просто такой масштабный проект наверняка будет очень сложно обсуждать». Скайлер от души рассмеялся: «Помните, что несложные проекты обычно не приносят прибыли, к тому же у мистера Джеффри острый глаз на проекты, сотрудничество с ним наверняка окажется прибыльным делом». "Хм." Бекка ответила, глубоко вздохнула и снова уставилась в лицо. В дорогой отдельной комнате Бекка молча стояла позади Скайлер Джонс, держа в руках файлы. Сопровождающая секретарь тут же открыла дверь, и в комнату вошёл высокий Говард Джеффри, его красивое лицо украсила приветливая улыбка, закалённая годами работы в деловом мире. «Мистер Джонс, очень извиняюсь за то, что заставил вас ждать». Скайлер быстро встал, чтобы пожать руку Говарду, на его лице тоже сияла улыбка: «Не беспокойтесь, это я приехал раньше». Затем Говард сел на диван, и казалось, что его темные глаза совсем не заметили Бекку, стоящую позади Скайлер. Бекка сохраняла профессиональную улыбку, хотя уже чувствовала холодное безразличие Говарда. Говард откинулся на диване, ослабил галстук и повернул голову, чтобы обратиться к секретарше: «Лиза, покажи мистеру Джонсу предложение, которое подготовила компания «Скайтоп»». "Хорошо." Пока секретарь Говарда объясняла Скайлер содержание предложения, Бекка разливала им напитки. Наклонившись, она не была уверена, не слишком ли она чувствительна, но на секунду ей показалось, что взгляд Говарда упал на ее лицо. Однако, выпрямившись, она увидела лишь Говарда, все еще лениво развалившегося на дорогом бирюзовом кожаном диване. Время пролетело быстро, но Бекке казалось, что прошла целая вечность, пока Скайлер не поднял бокал, сигнализируя о скором окончании встречи. Скайлер поднял бокал и сказал: «Мистер Джеффри, за успешное партнерство!» Говард улыбнулся и взял свой бокал, но, впервые за этот вечер взглянув на Бекку, подумал: «Интересно, не захочет ли секретарь Квентин присоединиться к нам и выпить?» Бекка была погружена в свои мысли и внезапно вздрогнула от слов Говарда, ее взгляд встретился с темными глазами Говарда, которые мерцали загадочным светом. Она на мгновение замерла на месте. В этот момент Скайлер встала, намереваясь уберечь Бекку от выпивки, но та уже пришла в себя и взяла красное вино, поданное ей секретарем Сесили. Успокоившись, она подняла бокал за Говарда: «Спасибо, мистер Джеффри, за оказанную честь. Этим бокалом я желаю успешного завершения проекта между «Оверски» и «Скайтопом». Она намеренно поставила «Оверского» на первое место, по-видимому, чтобы показать свою нынешнюю позицию по отношению к нему. Взгляд Говарда, устремленный на нее, был полон огня, а выражение его лица оставалось неизменным. Бекка выпила красное вино залпом, только тогда осознав его сильный вкус. Оно обжигало ей горло, как огонь, и вызывало желание откашляться, но, не желая показывать слабость, она сдерживалась, пока наконец не начала кашлять безудержно. «Мне очень жаль, мистер Джеффри, моя секретарша не умеет пить, я приношу свои извинения за доставленную неловкость». Пока он говорил, Скайлер, естественно, защитно прикрыла Бекку, стоявшую позади него. Говард заметил защитное поведение Скайлер и в тот самый момент, когда завибрировал его телефон, пристально посмотрел на Бекку с нарастающей сдержанной интенсивностью. Секретарь Сесили быстро передала телефон Говарду, прошептав: «Мисс Куинн». Не задерживая взгляда ни на секунду, Говард встал и вежливо извинился: «Извините, мне нужно ответить на этот звонок». Мистер Джонс жестом предложил ему пройти. После того как Говард вышел из отдельной комнаты, Бекка, схватившись за грудь, сказала Скайлер: «Я хочу в дамскую комнату». Скайлер слегка кивнула: «Хм». Выйдя из отдельной комнаты, Бекка увидела в коридоре Говарда, разговаривающего по телефону с Кристин Куинн. Он стоял непринужденно, держа одну руку в кармане брюк, и говорил с Кристин таким же мягким и снисходительным голосом, как всегда. Бекка сразу же вошла в туалет, и как только заперла дверь, с силой прикрыла рот рукой. Слезы тихо текли по ее щекам, она крепко прикусила губу, не понимая, почему в ее сердце таится такая боль и горечь… Спустя долгое время Бекка вышла из туалета со спокойным лицом. Пройдя по коридору, она увидела Говарда, все еще разговаривающего по телефону. Возможно, в тот момент ее сердце было спокойно, как невозмутимая вода, и, не слыша внешних звуков, она смутно услышала, как он произнес эти три слова Кристине… Сердце словно укололи иглой, боль распространялась, делая шаги тяжелыми и бессильными. ---------- Глава 101-61: Похищен им 1 Она вспомнила, что за два года их отношений, даже если всё это было лишь игрой, он ни разу не произнёс *этих* слов — слов искренней привязанности — даже когда, по его словам, всячески её баловал. На обратном пути Скайлер Джонс заметила молчание Ребекки Квентин. «Вам неудобно?» «Нет, просто немного устала после долгого дня». «Прислонись ко мне и отдохни. Я разбужу тебя, когда мы приедем». Ребекка Квентин медленно закрыла глаза, но, вспомнив слова Говарда Джеффри, сказанные Кристин Куинн в коридоре, внезапно снова открыла их и серьезно спросила: «Мистер Джонс, вы все еще серьезно относитесь к тому, что обещали нанять меня в качестве своего официального секретаря?» "Конечно." Ребекка Квентин искренне протянула руку. «Спасибо за предоставленную мне новую работу, мистер Джонс. Надеюсь, я смогу стать вашей самой способной помощницей в будущем». Скайлер Джонс освободил одну руку, чтобы пожать руку Ребекке Квентин. Легкая улыбка коснулась уголков его губ. «Я рад, что вы смогли дать мне такой ответ после раздумий. Однако я должен напомнить вам, что штаб-квартира моей компании находится в городе Y. Вы психологически готовы поехать со мной в город Y?» В этот момент, словно глубоко задумавшись, Ребекка Квентин твердо кивнула. «Да». "Вилла." В спальне было темно; лишь слабый свет, проникающий из сада, освещал его красивое лицо. Он сидел на диване у французских окон, держа в руке зажженную сигарету. Пепельница на соседнем столике уже была полна нескольких потушенных окурков. Воспоминания проносились в его голове, словно слайд-шоу... В шесть лет он стоял перед возвышающимся небоскребом и поклялся человеку рядом с собой: «Брат, когда я вырасту, я встану на самой вершине этого здания и заставлю всех смотреть на меня снизу вверх!» В восемь лет его родители поссорились, и он с братом холодно наблюдали за этим. В десять лет мать сказала ему: «Малыш, ты пойдешь со мной. Твой старший брат может пойти только с отцом…» Тогда он впервые заплакал. Он выбежал вслед за ними и увидел, как его старший брат удаляется вместе с отцом. Когда ему было одиннадцать, вернулся его старший брат, нищий и подавленный. Но мать захлопнула дверь перед братом и запретила Говарду видеться с ним. В тринадцать лет вернулся его старший брат, уже не бедный и не унылый. Он сказал Говарду: «Мама всегда говорила, что ты умнее меня, и поэтому она не хотела меня брать. Так что отныне давай соревноваться. Посмотрим, кто станет абсолютным победителем». После этого его старший брат полностью исчез из его мира... И как бы он ни старался и ни проводил расследования, ему так и не удалось найти ни единого следа своего старшего брата. До недавнего появления «Оверски»... Он отчетливо помнил, что его мать никогда не хотела произносить имя его старшего брата, но он прекрасно его знал: Скайлер Джеффри. Внезапно он потушил недокуренную сигарету в руке, взял телефон со стола и набрал номер. Лишь когда он поговорил с матерью, его голос перестал быть таким натянутым. Он тихо позвал: «Мама». Раздался теплый голос миссис Джеффри: «Сынок, похоже, там уже середина ночи. Почему ты еще не спишь?» «Я к этому привык». Миссис Джеффри начала упрекать: «Страдать от бессонницы в таком юном возрасте — это совсем нехорошо! Ваша карьера важна, но вы должны заботиться о своем здоровье. Не тратьте весь день на дела «Скайтопа»... Мама предпочла бы, чтобы вы отказались от многомиллиардных контрактов и пришли домой выпить суп, который я для вас сварила». «Я вернусь через некоторое время». «Дитя твое, ты никогда не слушаешь…» «Хорошо, мама, я кладу трубку». «Сынок, подожди! Мама хочет тебя кое о чём спросить. Каждый раз, когда я звоню, мне отвечает твоя секретарша. Так сложно с тобой поговорить…» Он откинулся на спинку дивана и закрыл глаза. Его голос, по-прежнему почтительный по отношению к матери, ответил: «Да, а что?» «Бекка звонила мне некоторое время назад… Она такая рассудительная девочка, не держит на тебя зла и даже желает тебе и Кристин всего наилучшего… Сынок, мама понимает, что вы с Кристин вместе уже много лет. Признаю, мое отношение к Кристин изменилось после того, как я узнал, что она не может иметь детей. Но ты должен понимать материнское сердце. Мама хочет внука. Я хочу невестку с безупречной репутацией, и Бекка, на мой взгляд, самая подходящая кандидатка. Маме она нравится…» Выслушав его втихаря, он ответил, как капризный ребенок: «Мама, ты такая многословная!» «Ты, сопляк! Думаешь, ты уже совсем взрослый? Смеешь называть свою мать многословной! Я еще даже не начала тебя ругать за то, что ты не защитил Бекку и ребенка, которого она носила, из-за чего мне почти шестьдесят, а я до сих пор не могу подержать на руках внука! Мне все равно — если я не смогу подержать внука в ближайшие два года, можешь просто остаться в Америке, найти кого-нибудь и завести ребенка! К черту твою группу «Скайтоп»…» ---------- Главы 102-61: Похищен им (Часть 1) Хотя миссис Джеффри уже немолода, у нее детский темперамент. Он нахмурился и терпеливо сказал: «Вы не можете заводить ребенка, когда захотите». Миссис Джеффри спокойно ответила: «С Кристин Куинн сложно, но с Беккой должно быть легко!» «Мама, между нами невозможно…» «Почему это невозможно?» — взволнованно спросила миссис Джеффри. — «Если ты будешь продолжать её игнорировать, то это действительно станет невозможным… Вчера я разговаривала с ней по телефону. Она сказала, что нашла работу секретаря, похоже, у неё появился новый начальник, и скоро она уедет из Т-Сити с новым боссом… Сынок, хотя я не знаю, какой у неё новый босс, по её словам я могу сказать, что она им очень восхищается. Это опасный знак, и я очень боюсь, что Бекка просто забудет о тебе…» Он перебил: «Мама, у меня телефон разрядился. Давай поговорим в следующий раз!» "Сынок, сынок…" Он завершил разговор и небрежно отбросил телефон в сторону. В ушах все еще звучали бесконечные придирки матери. Он чувствовал усталость и продолжал отдыхать на диване с закрытыми глазами. «Хорошо, мистер Джонс, я знаю, что там холоднее, чем здесь, поэтому возьму с собой немного дополнительной одежды… Что ж, вам тоже следует отдохнуть пораньше, увидимся завтра». Ребекка Квентин серьезно посмотрела на тетю Клэр, которая сидела на краю кровати и радостно улыбалась ей. «Хотите что-нибудь спросить, мисс Клэр?» Тётя Клэр прищурилась и улыбнулась: «Это мистер Джонс вам звонил?» Ребекка Квентин кивнула. Тётя Клэр радостно воскликнула: «Вы уже дошли до того, что разговариваете по телефону каждый вечер?» «Нет, завтра я еду в город Y. Он беспокоился, что я могу не знать там погоду». «Даже такой незначительный вопрос пришёл ему в голову. Мистер Джонс действительно очень внимателен к вам!» Ребекка Квентин, складывая одежду, пошутила: «Ладно, не стоит слишком много об этом думать, мы всего лишь начальник и подчиненный». Тетя Клэр лукаво усмехнулась: «Если он видел в тебе только сотрудницу, почему он так о тебе заботится?» Ребекка Квентин встала, подняла на ноги любопытную тетю Клэр и вытолкнула ее из комнаты. «Мисс Клэр, уже поздно. Идите примите ванну; мне нужно будет поспать, как только я закончу складывать эти вещи…» "Скучать…" Не успела тетя Клэр закончить, как Ребекка Квентин уже закрыла дверь. Внезапно в комнате снова воцарилась тишина. Не имея большого количества одежды, Ребекка Квентин быстро аккуратно упаковала чемодан. Но, когда она тащила чемодан к двери, она вдруг взглянула на него, почувствовав некоторую рассеянность. Если не произойдет никаких непредвиденных изменений, завтра она отправится в Y City вместе со Скайлером Джонсом. Город Y находится далеко от города T, а это значит, что у нее будет меньше возможностей вернуться. Ей, конечно же, будет не хватать тети Клэр, поэтому она уже подумывает о том, чтобы привезти тетю Клэр в город Y, как только там обоснуется. Несмотря на то, что она уже обо всем подумала, в этот момент она все еще испытывала легкое чувство утраты. Она понимала, что снова начинает сдавать позиции, изо всех сил стараясь подавить эти чувства, но в определенной точке груди сохранялась заметная боль. Каждый раз, возвращаясь домой, он останавливался в городе Т, потому что там находился его крупнейший филиал, что позволяло ему удобно вести дела. Поэтому шансы встретиться в городе Т были невелики, но всё же возможны. Как только она покинет город Т, даже такие мизерные шансы станут совершенно невозможными, а это значит, что у них больше не будет шанса встретиться в этой жизни. По сути, поездка со Скайлер Джонс в город Y была для неё способом полностью исключить любую возможность встречи с ним, но как раз в тот момент, когда она собиралась сделать этот шаг, её внезапно охватил страх… Она всегда ненавидела себя, ненавидела свою неспособность. Почему она не могла отпустить его, если ему было на нее наплевать? Но каждый раз, когда она думала о мире без него, ей становилось страшно. Она боялась никому рассказать о своих страхах, потому что, возможно, никто в этом мире не был бы настолько глуп, как она… Возможно, только полностью исключив любую возможность встречи с ним, она смогла бы по-настоящему освободить свое сердце от него… На следующий день Скайлер Джонс приехала рано. Редко одеваясь в повседневную одежду, он, выходя из машины, сохранял внушительный вид. Без тени высокомерия, увидев, как тетя Клэр выносит багаж, он тут же помог ей сложить сумки в багажник. Тетя Клэр широко улыбнулась, подходя ближе: «Мистер Джонс, пожалуйста, впредь хорошо заботьтесь о мисс Квентин». Скайлер Джонс мягко ответила: «Не волнуйтесь, я не позволю ей страдать вместе со мной». В заявлении Скайлера Джонса выражалось защитное отношение начальника к своей сотруднице, но тетя Клэр намеренно исказила его смысл, улыбнувшись и сказав: «Я знаю, что вы бы не стали издеваться над мисс Квентин». Стоя рядом с тетей Клэр, которая, казалось, передала ее Скайлер Джонс, Ребекка Квентин чувствовала себя довольно неловко, не в силах вставить себя в разговор. Скайлер Джонс села в машину и вежливо сказала: «Мисс Клэр, мы сейчас поедем». Тетя Клэр вежливо ответила: «Хорошо, мистер Джонс, счастливого пути». Затем Ребекка Квентин обняла тетю Клэр и сказала: «Пока меня нет, пожалуйста, берегите себя». Тетя Клэр прошептала рядом с ней: «Надеюсь, в следующий раз тебя приедет ко мне в сопровождении мистера Джонса». "Мисс Клэр…" — тихо проворчала Ребекка Квентин. Тетя Клэр рассмеялась: «Ладно, ладно, я больше не буду тебя дразнить. Будь осторожнее на дороге». "Хм." Автомобиль плавно двигался по дороге. Возможно, чтобы скрыть прощальное настроение, Ребекка Квентин намеренно приняла бодрый вид и спросила: «Мистер Джонс, эта поездка скучная. Может, поговорим?» "Хм." «Э-э, простите за вопрос, вы всегда были холосты?» Она не могла представить, какую личную жизнь может вести такой успешный мужчина, как он. Скайлер Джонс усмехнулся: «Вы думаете, я старый?» Ребекка Квентин серьезно покачала головой: «Нет, я не это имела в виду. Мне просто любопытно; если это слишком личное, можете не отвечать». Не успела Ребекка Квентин договорить, как Скайлер Джонс небрежно ответила: «Я никого не встретила, кто мне нравится, поэтому я остаюсь незамужней». Ребекка Квентин не смогла сдержать смеха: «Похоже, мистер Джонс в будущем будет очень преданным человеком». "А как же вы?" "Что?" «Я ответил на ваш вопрос. Ради справедливости, вам следует ответить на один из моих вопросов». ---------- Главы 103-62: Похищен им 2 Ребекка Квентин быстро согласилась: «Хорошо, спрашивайте». «Раз он тебе нравится, зачем вы вообще развелись?» "Хм?" Скайлер Джонс добавил: «Вы и Говард Джеффри». Бекка на мгновение замерла. Скайлер Джонс продолжила: «В ту ночь, когда ты напилась, ты продолжала звать его по имени даже после того, как заснула». МОЙ БОГ… Бекка хлопнула себя по лбу и смущенно спросила: «А ты сказал, что я умею пить!» Бог знает, она скорее бы устроила пьяную сцену, чем произнесла его имя. Скайлер Джонс слабо улыбнулась. Бекка нахмурилась. «Мистер Джонс, теперь я понимаю. Вы намеренно договорились о том, чтобы на следующий день обсудить этот совместный проект с Говардом Джеффри». Скайлер Джонс честно ответил: «Я этого не делал. Встречу организовал мистер Джеффри». Бекка опустила взгляд, на ее лице появилась горькая улыбка. «Ты удивилась, что он мой бывший муж?» «Я не сомневаюсь в вашей совместимости с мистером Джеффри. Меня интересует лишь то, почему вы в итоге развелись». «Мистер Джонс, могу ли я не отвечать на этот вопрос?» «Возможно, но…» После слов Скайлер "но" машина внезапно остановилась. Бекка неосознанно взглянула в окно. Она поняла, что во время их разговора не заметила, как Скайлер Джонс подвёз их к зданию Skytop Group. Скайлер Джонс не отрывал рук от руля, повернув голову, чтобы посмотреть на нее. «Я слышал, что мистер Джеффри сегодня возвращается в Соединенные Штаты. Если вы поедете сейчас, у вас еще есть шанс». Бекка оторвала взгляд от здания Скайтоп и тихо спросила: «Не создало ли у тебя впечатление, что я хочу возобновить с ним отношения?» Скайлер Джонс покачал головой. «Я не думаю, что вы хотите помириться с мистером Джеффри, но я чувствую, что вы не смирились с этим». Бекка глубоко вздохнула и выдохнула. «Ты же видела, как Говард Джеффри выводил свою невесту из больницы в тот день, правда?» Она признала, что эмоциональный человек, но старалась это контролировать. «Раньше я не знала, что это причина твоих перепадов настроения. Но в ту ночь, даже когда ты спала, твои слезы не высохли». Бекка медленно опустила взгляд, и из её уст вырвался спокойный вздох. «Прости, я выставила себя дурой перед тобой». "Бекка…" Бекка перебила: «Мистер Джонс, я знаю, что вы обо мне заботитесь, но я наконец-то научилась двигаться вперед. Я не буду оглядываться назад». Даже если путь вперед будет вымощен слезами, она не колебалась. В этот момент она уже не казалась ребёнком. В её глазах читались зрелость и стойкость, которые лишили её всякой детской непосредственности. Наблюдая за ней, Скайлер Джонс почувствовал легкое замешательство. Он был очарован ее детской невинностью, но в то же время глубоко притягивался к зрелости и стойкости, которые она теперь демонстрировала. Впервые его сердце было так тронуто. «Поехали, мистер Джонс. По дороге в аэропорт могут быть пробки; не стоит затягивать». "Бекка…" — внезапно окликнул Скайлер Джонс тихим, хриплым голосом. Ее сверкающие глаза встретились с его взглядом. "Ммм?" Внезапно Скайлер Джонс притянул Бекку к себе в объятия. Она боролась. Но Скайлер Джонс не отпустила его. "Ты…" — пробормотала Бекка, смущенная. Она успокоилась только тогда, когда поняла, что Скайлер Джонс просто обнимает ее и, спустя мгновение, нежно поцеловал в волосы. Скайлер Джонс больше ничего не сделал. Он медленно отпустил её, его взгляд вернулся к дороге впереди, как ни в чём не бывало. Он нажал на газ и уехал. В течение нескольких дней подряд цветы доставлялись на 56-й этаж здания Oversky. Огромные букеты роз привозили утром, днем ​​и вечером. Каждый день они отличались разными, потрясающе красивыми цветами, вызывая зависть у администраторов, которые с энтузиазмом распространяли эту новость. Вскоре об этом узнали все в Оверски. Поначалу это вызвало лишь небольшой ажиотаж. Но когда кто-то случайно увидел подпись на открытке, прилагавшейся к одному из букетов, все в Оверски пришли в восторг. С этого момента жизнь Бекки начала кардинально меняться… Например, проходя по офису, она иногда видела в лифтах группы сотрудниц, которые перешептывались о ней и бросали в её сторону завистливые или презрительные взгляды. Однако, как только она заходила в лифт, эти же люди становились подобострастными, приветствуя её с преувеличенной вежливостью, словно она была любимой сестрой. Коллеги-мужчины перестали сами заводить с ней разговоры; их отношение стало более почтительным. В конце концов, даже уборщица на 56-м этаже, увидев её, принимала лестное выражение лица и с особой тщательностью убирала рабочее место Бекки. ---------- Главы 104-62: Похищен им (Часть 2) Ребекка Квентин ничуть не возражала против этих изменений. В конце концов, последний месяц она работала как обычно, добросовестно выполняя свои обязанности, и у нее никогда не возникало никаких двусмысленностей в общении со Скайлер Джонс. Скайлер Джонс почти никогда не говорила с ней ни о чем, кроме работы, в общественных местах. Однако никто не ожидал, что именно в этот момент, после работы, когда на пятьдесят шестом этаже лишь несколько сотрудников неспешно беседовали, Скайлер Джонс вышла из офиса, игнорируя взгляды нескольких сотрудников в коридоре, и направилась прямо к своему столу, спросив: «Приглашаете поужинать?» Ребекка Квентин слегка замерла, потому что Скайлер Джонс впервые пригласила её таким образом с тех пор, как она приехала в Y City. Взволнованная Ребекка Квентин нашла разумное оправдание, чтобы уклониться от ответа: «Мне еще нужно кое-что закончить». «Завтра выходные». Скайлер Джонс лишила себя всякого повода избегать встречи. «Мне нравится заканчивать работу пораньше, чтобы потом хорошо отдохнуть дома на выходных». Скайлер Джонс слегка нахмурилась. В этот момент подбежал рассудительный сотрудник, тут же схватил материалы, которые рассматривала Ребекка Квентин, и с усмешкой сказал: «Бекка, я, к счастью, свободен последние два дня, я помогу тебе рассортировать эти материалы…» Затем, не дожидаясь согласия Ребекки Квентин, он бросился прочь с папками. Впоследствии все присутствующие в зале молча разошлись, оставив, по всей видимости, только Скайлер Джонс и Ребекку Квентин. Подняв сумку, Ребекка Квентин неловко произнесла: «Ну… тогда пошли!» "Мм." Уйдя из компании, они шли друг за другом. Не было никакого преднамеренного избегания, просто отсутствовала привычка ходить вместе, но дежурному персоналу действительно показалось, что они намеренно чего-то избегают. Как и в Т-Сити, Скайлер Джонс галантно открыла ей дверцу машины. Она села в машину и тут же перевела взгляд на окно. По дороге в ресторан Скайлер Джонс взглянул на нее в зеркало заднего вида и спросил: «Бекка, я тебя напугал?» "Нет, я…" Отвернувшись, Ребекка Квентин не знала, что объяснить. Скайлер Джонс смотрел прямо перед собой, его тон оставался таким же мягким, как обычно: «Я просто делаю то, что хочу, но не хочу тебя заставлять. Ты всегда можешь подумать об этом; у меня хватит терпения подождать твоего ответа». «Мистер Джонс…» «Пошли, я выбрал ресторан, который тебе нравится». В элегантном и тихом итальянском ресторане Скайлер Джонс и Ребекка Квентин сидели лицом к лицу. Скайлер Джонс совсем не оказывал давления на Ребекку Квентин, просто разговаривая с ней, как обычно: «Как дела на работе, ты привыкаешь?» Ребекка Квентин, сосредоточившись на разрезании своей пиццы «Маргарита», ответила: «Все идет хорошо; мои коллеги тоже приятные люди». «Тетушка с пятьдесят шестого этажа вам ни разу не доставила хлопот?» «Что?» — удивленно воскликнула Ребекка Квентин, не удержавшись от смеха. — «Мистер Джонс, вы действительно знаете о „Тетушке“?» На пятьдесят шестом этаже работала очень строгая начальница по имени Антти, которой было за сорок, она все еще была незамужем и крайне сурово обращалась с подчиненными на работе, за спиной все называли ее «тетя». Увидев очаровательную улыбку Ребекки Квентин, Скайлер Джонс слегка изогнула губы в улыбке: «Вы должны знать, что босс знает всё о каждом из своих подчинённых». Эта атмосфера позволила Ребекке Квентин расслабиться, она, положив руки на стол, сделала вид, что задумывается, прежде чем ответить: «А можно я буду честна с начальником моего начальника?» Скайлер Джонс рассмеялся и сказал: «Давай». «Но вы не можете её уволить; на самом деле она очень трудолюбивая и ответственная, ей просто нужно отчитывать людей раз в день…» — радостно сказала она, её взгляд был очаровательно озорным, как у ребёнка, а черты лица — живыми и неземными. Слушая ее разговоры о пустяках, он все больше отвлекался и лишь наблюдал за ней. Вернувшись домой и выпив немного красного вина, Ребекка Квентин заснула в машине Скайлера Джонса. Скайлер Джонс избегала шумных улиц, ехала очень медленно всю дорогу, боясь разбудить ее. Она откинулась на спинку сиденья, щеки ее раскраснелись от алкоголя, и она выглядела пленительно очаровательно. Наконец, машина подъехала к ее многоквартирному дому. Он должен был разбудить ее и проводить наверх, но в этот момент, словно под действием заклинания, ему хотелось лишь остаться в этой тесной машине, спокойно наслаждаясь личным пространством. В машине царила тишина, словно слышалось лишь ее размеренное дыхание во сне, и это дыхание, казалось, обладало какой-то роковой притягательностью, вызывая у него чувство беспокойства… В этот момент его взгляд был прикован к ее спящему лицу, и наконец, после некоторого колебания, он наклонился. Однако, когда он почти коснулся ее губ, покрасневших от сна, он внезапно остановился. Он всегда отличался сильным самообладанием, но понимал, что если позволит себе продолжать в этот момент, то в следующую же минуту может отвезти её в ближайшую гостиницу… Но всё это привело к непростительному сожалению. В этот момент к нему вернулось сознание, но в итоге он её не поцеловал… Таким образом, он оставался с ней в тихом созерцании до поздней ночи, когда на улицах никого не осталось. Уличные фонари погасли, и, опасаясь, что она испугалась, он осторожно притянул ее к себе, накинув на нее свой костюм. Она прижалась к нему и сладко уснула. Два дня спустя, Нью-Йорк, США. Милая девочка, держа в руках розовую подушку, посмотрела на свою мать сияющими глазами и невинно спросила: «Мамочка, дядя Джеффри вернется сегодня вечером?» "Да, поэтому сегодня ночью мама не сможет поспать с малышом…" Девочка крепко обняла подушку и понимающе сказала: «Мари выросла, Мари не нуждается в том, чтобы мама спала со мной, Мари больше не боится». Кристин Куинн ласково погладила дочь по голове: «Молодец, позволь маме проводить тебя обратно в комнату!» Уложив дочь спать, Кристин Куинн осторожно закрыла дверь спальни. Она подошла к двери своей спальни и уже собиралась повернуть дверную ручку, когда поняла, что дверь уже приоткрыта. С радостью она повернула дверную ручку и действительно увидела, как Говард Джеффри ослабляет галстук. «Говард». Кристин Куинн окликнула его и подошла к Говарду Джеффри, обнимая его за крепкую талию с глубокой нежностью и тоской. Тело Говарда Джеффри вздрогнуло, он повернулся, его красивое лицо смягчилось: «Мари спит?» Кристин Куинн, обнимая его, игривым тоном сказала: «Она все время хотела тебя увидеть, мне так долго не удавалось уложить ее спать». Говард Джеффри извиняющимся взглядом взглянул на часы: «Уже восемь часов, извините, мне следовало вернуться раньше». Кристин Куинн понимающе покачала головой: «Я знаю, вы заняты… Вы устали? Позвольте мне сделать вам массаж». ---------- Глава 105-63. Ли Жэньцзюань говорит: мой второй брат и вторая невестка расстались. Прошло больше месяца с тех пор, как Кристин Куинн в последний раз прилетала в Т-Сити, чтобы повидаться с Говардом Джеффри; они не виделись все это время… В этот период Говард действительно вернулся в Нью-Йорк, но из-за плотного графика остался в компании. Позже Говард улетел обратно в Т-Сити по работе над проектом и вернулся только сегодня. «В этом нет необходимости, Кристин. С днем ​​рождения!» Говард пробормотал низким, хриплым голосом, целуя Кристин в лоб. Глубоко тронутая, Кристин приняла подарок от Говарда на день рождения. Ее глаза покраснели от недоверия, когда она, задыхаясь, произнесла: «Я думала, ты забыл, что сегодня мой день рождения…» "Глупышка", — сказал Говард, обнимая Кристин. Сердце Кристин сжималось от боли и обиды, она прижалась к груди Говарда. Затем, улыбаясь сквозь слезы, она открыла квадратную бархатную коробочку в своей руке. Она надеялась получить кольцо, но ее взгляд упал на дорогую и изысканную брошь… В одно мгновение чувство утраты пронзило её до самых костей. Однако Кристин не показала своего разочарования. Она по-прежнему с восторгом обнимала его за шею и радостно восклицала: «Спасибо за подарок! Он мне очень нравится!» «Главное, чтобы вам нравилось», — ответил он. Внезапно Кристин встала на цыпочки и страстно поцеловала его. Его руки также легли ей на талию. Однако, как раз в тот момент, когда все идеально соответствовало атмосфере вечера, в голове Говарда, целующего Кристин, внезапно мелькнула картина: Ребекка Квентин страстно целует его… Казалось, что женщина в его объятиях — это та, которая навсегда осталась в его памяти. Он углубил поцелуй, прижимая Кристин ближе. Руки Кристин скользнули под его рубашку, ее мягкие кончики пальцев соблазнительно скользнули по его спине. В тот самый момент, когда они погрузились в свои мысли, до ноздрей Говарда донесся слабый запах, отличающийся от запаха Ребекки Квентин… Словно он внезапно протрезвел. Говард медленно отстранился от Кристин. "Говард…" Глаза Кристин заблестели, словно напоминая ему, что сегодняшний вечер может стать особенным. Говард не отрывал руки от ее талии. «Я весь липкий», — сказал он. «Хочу принять ванну». Ночь была еще молода, и Кристин никуда не спешила. «Я сейчас наберу тебе воды для ванны», — сказала она с заботой. "Хорошо." После того как Кристин ушла в ванную, Говард расстегнул две пуговицы на рубашке. Он подошел к окну от пола до потолка, закурил сигарету и почувствовал необъяснимую волну раздражения. Это было словно под заклятием. Он не знал, когда это началось, но её образ постоянно всплывал в его памяти: она, двадцатилетняя, невинная и очаровательная; она, четыре года спустя, стойкая и решительная, не показывающая слабости перед ним. А теперь в его памяти остался образ, как она обнимает его, с горьким и опустошенным выражением лица… Погруженный в эти воспоминания, он чувствовал себя в ловушке, и это ощущение не могло заглушить никотин… Однако воспоминание о том, как она провела ночь в отеле со Скайлером Джонсом, всплыло в его памяти, и он не смог сдержать ругательства: Черт возьми! ДИНЬ— Мелодия звонка телефона вывела Говарда из задумчивости. Он обернулся и увидел на столе светящийся телефон Кристин. Он подошёл, намереваясь передать ей телефон в ванную, но его взгляд привлёк текст на экране. Мисс Куинн, вот последние кадры с Ребеккой Квентин и мистером Джеффри. Возможно, это была судьба; видео начало воспроизводиться автоматически после того, как он ввел ее дату рождения в качестве пароля. В той части видео, где он фигурировал, показывалась его работа в T City, но кадры с Ребеккой Квентин заставили его замереть от изумления. На видео запечатлено тихое утро. В тускло освещенной машине Ребекка прижалась к груди Скайлера Джонса и крепко спала. Скайлер Джонс тоже, казалось, спал, но его рука по-прежнему крепко обнимала ее. Пиджак был накинут на них обоих. "Говард?" Как только Кристин вышла из ванной, она увидела Говарда, держащего в руках ее телефон, и его взгляд был прикован к ней, холодный и жесткий. Лицо Кристин побледнело, и она замерла. Выражение лица Говарда было мрачным, глаза — как раскаленные угли. Кристин поспешно объяснила: «Я знаю, тебе не нравится, когда я прибегаю к мелким уловкам, но я не могла удержаться от желания узнать, что с ней происходит… Ты не возвращался, и я так боялась, так ужасно боялась, что она с тобой…» В конце Кристин чуть не рыдала. Говард прищурился, голос его был тихим и холодным. "Значит, ты мне так мало доверяешь?" "Я…" Кристин потеряла дар речи. Увидев, как Говард безразлично повернулся и ушел, она рухнула на пол. ---------- Главы 106-63: Ли Ренджун говорит: Мой второй брат и его жена расстались 1_2 Поздней ночью автомобиль мчался по улицам Нью-Йорка. Спидометр продолжал показывать всё более высокие цифры, машина, словно вихрь, оставляла на дороге две ослепительно красные линии… Наконец, сопровождаемый визгом тормозов, шины покрылись слоем черной краски, и машина остановилась. "Блин!!" Говард Джеффри ударил кулаком по автомобильному стеклу, и стекло тут же разлетелось на куски. После нескольких мгновений затишья он с невозмутимым видом достал телефон и набрал ряд цифр. «Заправьте самолет, мне нужно вернуться в Цветочное Королевство через час». Получив звонок, Говард Джеффри небрежно отбросил телефон в сторону и поехал прямо в частный аэропорт. В то же время, в городе Y. Ребекка Квентин только что поднялась на пятьдесят шестой этаж и тут же оказалась в окружении нескольких коллег. «Бекка, если ты станешь женой босса, не забудь сказать мне несколько хороших слов в присутствии мистера Джонса. Я многому тебя научил, когда ты пришла в компанию…» «Кто бы мог подумать, что наш мистер Джонс, так долго остававшийся незапятнанным, так легко будет очарован вашей красотой и обаянием…» Один из более знакомых коллег добавил: «Ну же, расскажите, до какой стадии вы двое дошли? Мистер Джонс — нетерпеливый тип?» "Эм-м-м…" Ребекка Квентин раздумывала, как отреагировать, когда раздался холодный и серьезный голос: «Здесь никто не работает? Встреча через десять минут. Если у кого-то не будет необходимых материалов, уходите с пятьдесят шестого этажа». В одно мгновение коллеги разбежались, как птицы и звери. Ребекка Квентин тут же вздохнула с облегчением; никогда еще она не была так благодарна за то, что ее называли строгой «тетушкой». «Ребекка Квентин, вам не нужно присутствовать на встрече… Мистер Джонс уже здесь, приготовьте ему чашку кофе!» В разговоре с Ребеккой Квентин Антти заметно смягчил тон. "Хорошо." Возможно, из-за того, что весь день она была окружена коллегами, во время приготовления кофе она впала в оцепенение и случайно обожгла палец кипятком. "Ах!" — тихо вскрикнула она и тут же поднесла болезненный палец ко рту, чтобы пососать его. Коллега услышала ее плач и быстро подбежала. Увидев обожженный палец, коллега вежливо сказала: «Я отнесу кофе мистеру Джонсу, а вам следует помыть руки холодной водой в туалете, иначе на них легко появятся волдыри». "Спасибо." Минуту спустя она стояла перед зеркалом в туалете, сжимая горячий палец и раздраженно прислонившись к раковине. Она была совершенно бесполезна, даже чашку кофе сварить не могла… Однако она действительно была расстроена. В то утро она проснулась в объятиях мистера Джонса, призналась, что ее слегка коснулись, но больше всего она чувствовала себя неловко и смущенно… Честно говоря, она восхищалась мистером Джонсом, он ей нравился, но её чувства к нему не были романтическими; чаще она воспринимала его как старшего брата, находя в нём чувство защищённости и стабильности. Суть в том, что она уже сказала ему правду, но он всё равно ответил, что подождёт, лишив её смелости отказаться… Глядя в зеркало на свое противоречивое «я», Ребекка Квентин впала в оцепенение. В этот момент, когда Ребекка Квентин размышляла, почему она никогда не попробует встречаться со Скайлером Джонсом, как предлагала тетя Клэр, образ этого человека постоянно возникал в ее сознании… Она думала, что после того, как прошло больше месяца, эта фигура постепенно забылась в её сердце, но не ожидала, что, хотя она и поблекла и истончилась, превратилась в иглу, пронзающую её сердце и постоянно причиняющую боль и дискомфорт… Она никогда не знала, как трудно забыть кого-то, поэтому не могла смириться со Скайлером Джонсом, потому что такое отношение к нему было бы несправедливым… После обеда, собрав вещи, Ребекка Квентин приготовилась закончить смену. Скайлер Джонс всегда хорошо понимал ее чувства, зная, что ей нужно время подумать, он не давил на нее, а наоборот, возвращал их отношения к положению начальника и подчиненной, так что она уходила с работы одна. Скайлер Джонс сначала попросила коллегу отвезти её домой, но та отказалась и осталась одна на обочине дороги в ожидании такси. Ребекка Квентин никак не ожидала и не могла ожидать, что пока она ждала такси, элегантный черный автомобиль внезапно остановился у ее ног, и прежде чем она успела среагировать, ее уже кто-то подобрал. «Помогите, помогите…» Она инстинктивно вскрикнула, изо всех сил пытаясь вырваться. Говард Джеффри затолкал Ребекку Квентин в салон автомобиля, пристегнул ей ремень безопасности, а затем сразу же завел двигатель. Когда ее ноздри наполнились его так долгожданным мужским ароматом, она наконец затихла, ошеломленная, глядя на красивый профиль за рулем. «Ты…» Она призналась, что была шокирована его внешностью, но в этот момент страх перевесил удивление. Придя в себя, она с силой ударила по машине: «Сумасшедший… выпусти меня из машины… Говард Джеффри… выпусти меня из машины!!» Говард Джеффри, казалось, полностью игнорировал голос Ребекки Квентин и мчался на машине до тех пор, пока не остановился перед пятизвездочным отелем. Он снова опустил её, совершенно не обращая внимания на её сопротивление, и врождённое неравенство в силе между мужчинами и женщинами в конечном итоге сделало её попытки бороться за жизнь совершенно тщетными. Персонал отеля, увидев происходящее, просто предположил, что это ссора между двумя людьми, поэтому не стал вмешиваться, поскольку, судя по одежде Говарда Джеффри, он не казался плохим человеком. Выйдя из лифта, Говард Джеффри ногой распахнул дверь номера. Дверь захлопнулась со звуком "бампер", и Говард Джеффри бросил Ребекку Квентин на единственную большую кровать в комнате. Дрожащее тело Ребекки Квентин отступало все дальше и дальше, пока не достигло изголовья кровати. Говард Джеффри стоял у постели пациентки, глядя на ее испуганное и напуганное лицо с назидательным видом: «Мои слова то влетают в одно ухо, то вылетают из другого?» "Сумасшедшая!!" — воскликнула Ребекка Квентин, пытаясь слезть с кровати. Говард Джеффри холодно предупредил: «Если вы осмелитесь сойти с кровати, гарантирую, что через мгновение вы окажетесь на этой кровати не одни». Ребекка Квентин прикусила губу и тут же отвернула лицо в сторону. "Вы понимаете, кто такой Скайлер Джонс? Всего несколько любезных жестов, несколько приятных слов, и вы думаете, он будет относиться к вам как к королевской особе, верно?" Ребекка Квентин поджала губы и ничего не сказала. Ей не было необходимости разговаривать с этим сумасшедшим перед ней; если он посмеет что-нибудь предпринять, она вызовет полицию. «Ответь мне!» — нетерпеливо крикнул Говард Джеффри. Она и представить не могла, что Говард Джеффри может так разозлиться, его голос почти превратился в рев. Ребекка Квентин была ошеломлена, но все же отказалась сдаваться и небрежно ответила: «Хорошо, я понимаю». ---------- Глава 107-64. Ли Жэньцзюнь сказал: «Мой второй брат и моя невестка расстались». Ее формальный ответ взбесил Говарда Джеффри. Ребекка Квентин почувствовала, как ледяной холод окутывает весь номер. Внезапно ей вспомнились последствия его истинного гнева. И вот, она отвернула лицо и с обреченной холодностью встретилась с его яростным взглядом. "Ты что, притащил меня сюда только ради этого?" Между ними никогда прежде не было столь ожесточенной ссоры. Сцена была почти комичной по своей напряженности, но из-за напряженной атмосферы смеяться было невозможно. «Не стоит воспринимать мои слова легкомысленно!» Ребекка Квентин подняла брови. «Я не понимаю, какое отношение мои разговоры с мистером Джонсом имеют к вам, мистер Джеффри. Похоже, у нас больше нет никакой связи. Мистер Джеффри, у вас полно времени. Вам следовало бы проводить его со своей невестой, а не тратить его здесь с кем-то таким незначительным, как я!» Она говорила с подчеркнутой «вежливостью», в ее словах звучал сарказм и явное напоминание. Говард Джеффри яростно зарычал: «Черт возьми! Неужели ты должен мне так перечить?» Разгневанная криками Говарда Джеффри, Ребекка Квентин тут же парировала: «Это ты появился передо мной, как сумасшедший!» Говард Джеффри опасно прищурился. «Из всех мужчин на свете ты заинтересовался только Скайлером Джонсом?» Сердце Ребекки Квентин внезапно замерло. Этот резкий эмоциональный спад доставил ей огромное неудобство. Она подумала, что он внезапно появился, потому что знал, что она со Скайлер Джонс. Но оказалось, что он имел в виду, что ей нельзя общаться со Скайлер Джонс, хотя остальным, по-видимому, все было в порядке. «Почему я не могу быть со Скайлер Джонс?» — гнев, порожденный разочарованием, пылал внутри Ребекки Квентин. И без того напряженное и отвратительное выражение лица Говарда Джеффри стало еще мрачнее при виде неповиновения Ребекки Квентин. «Похоже, ты действительно без ума от Скайлер Джонс, да?» В его голове промелькнули сцены, где Ребекка Квентин болтает и смеется со Скайлер Джонс. Голос Говарда Джеффри стал ледяным и тихим. «Если ты считаешь себя таким способным, тогда давай, подойди к нему поближе!» Ребекка Квентин была в настоящей ярости. Изначально она не собиралась заводить отношения со Скайлером Джонсом, но после гневной тирады Говарда Джеффри она вызывающе заявила: «Я не только буду встречаться с мистером Джонсом, я еще и хочу выйти за него замуж! И вас это никак не касается. Вы не имеете права вмешиваться!» «Нет права вмешиваться?» Глаза Говарда Джеффри внезапно потемнели, и от него исходила ледяная аура. "Это верно!!" Она подняла голову, чтобы посмотреть на него, ее ясные, холодные и безразличные глаза встретились лицом к лицу с его всепоглощающей, яростной аурой. «Хорошо». Холодная усмешка коснулась губ Говарда Джеффри, его непостижимые темные глаза, казалось, пронзали ее насквозь. «Тогда я дам тебе понять, имею ли я право вмешиваться или нет!» Они уставились друг на друга, и температура в комнате, казалось, мгновенно упала до нуля, по комнате пронесся леденящий сквозняк. Ребекка Квентин продолжала держать голову высоко, отказываясь показывать слабость. Сдерживая дрожь в сердце, она, к своему достоинству, собралась с духом и встала с кровати. Однако, как только она встала, то увидела, как Говард Джеффри расстегивает рубашку. Шаги Ребекки Квентин, направлявшиеся к двери, замерли. "Ты… что ты пытаешься сделать?" Внушительная, холодная фигура Говарда Джеффри преграждала дверной проем. Его глаза были непонятны, уголки губ слегка приподняты. «Разве не ты тот, кто ничего не боится?» "Извращенец!" Ребекка Квентин сердито выругалась и направилась прямо к двери. Ее движения были стремительными, она уже почти схватила дверную ручку, когда сбоку вытянулась большая рука и резко остановила ее. Одним резким движением Говард Джеффри схватил убегающую Ребекку Квентин за талию и крепко прижал её к своей груди. "Ах!" Ребекка Квентин закричала, но из-за огромной разницы в силе они не смогли сопротивляться и были прижаты к белой стене позади себя. Ребекка Квентин отчаянно боролась. "Отпусти меня, отпусти…" Говард Джеффри, используя своё мощное, хорошо сложенное тело, прижал яростно извивающуюся фигуру Ребекки Квентин между стеной и собой. Он поднял её беспомощно размахивающие руки над головой, полностью обездвижив её. С руками и ногами, прижатыми к земле, Ребекка Квентин не молчала; из нее вырвался поток ругательств. "Отпусти меня… Ублюдок, отпусти меня сейчас же!" Ребекка Квентин, широко раскрыв глаза, стиснула зубы, глядя на Говарда Джеффри, который прижимался к ней, явно пользуясь ее положением. «Если я сегодня не преподам вам основательный урок, я, Говард Джеффри, напишу своё имя наоборот!» Наклонив голову, чтобы поцеловать ее сочные губы, Говард Джеффри принялся за дело, решив сдержать свое слово и не позволить ничему поколебать свою решимость. Его губы опустились вниз, властные и жестокие, сжимая ее — такие хрупкие и уязвимые — без тени нежности. Казалось, он намеревался мучить ее тело и разум, погружая ее в глубокий страх. Он целовал ее до тех пор, пока она едва могла дышать, ее грудь тяжело вздымалась. ---------- Главы 108-64: Ли Ренджун говорит: Мой второй брат и его жена расстались 2_2 Наконец, на секунду отпустив её, он сердито посмотрел на её побледневшее от нехватки воздуха лицо и холодно произнёс: «Я повторял это неустанно, а ты всё ещё не принимаешь мои слова близко к сердцу. Неужели ты не можешь научиться вести себя прилично?» Ребекка Квентин отвернула голову, оставаясь равнодушной и ничего не отвечая. На самом деле, она по-настоящему боялась видеть его в таком гневе, словно он собирался сожрать ее заживо. «Никакой реакции? Отлично… отлично!» Говард Джеффри поднял свою точеную челюсть и повернул голову, чтобы взглянуть на бесстрастное, казалось бы, лишенное эмоций лицо Ребекки Квентин. «Похоже, мне не стоит больше терять время!» Что он имеет в виду? Следующий момент был для Ребекки Квентин невообразимым… Говард Джеффри с силой приподнял стройные бедра Ребекки Квентин, заставив ее изящные ноги обхватить его сильную, крепкую талию. Не раздумывая, он просунул руку под подол ее юбки и мгновенно порвал тонкую ткань. Услышав звук рвущейся ткани возле уха, Ребекка Квентин завыла, и страх охватил ее, когда она изо всех сил сопротивлялась. Кто бы мог подумать, что её извивающееся тело было намеренной игрой, ещё больше раззадорившей его и заставившей с силой прижаться к ней всем телом. Она отчётливо чувствовала его твёрдость у себя внизу тела, и в панике растерялась, отчаянно размахивая кулаками, не обращая внимания на последствия. Он резко схватил ее беспомощно размахивающие руки, сердито сверля взглядом: «Теперь ты знаешь, что такое страх?» Ребекка Квентин всхлипнула, и слезы вот-вот должны были потечь. Но Говард Джеффри не сдался, приподнял ее юбку, обнажив перед собой все ее тело, и холодно спросил: «Теперь я имею право тебя контролировать?» Слезы мгновенно навернулись на глаза Ребекки Квентин, и хотя ей хотелось подчиниться, она ослушалась, проклиная: «Хладнокровный демон, ублюдок!» "Все еще упрямитесь? Отлично!" Говард Джеффри, казалось, разгневался, поддавшись своим внутренним желаниям, снова приподнял ее бедра, схватил ее за руку и обхватил ею свою талию. В этот момент: "Уф…" Ребекка Квентин наконец разрыдалась: «Нет… я тебя выслушаю… только не делай этого…» Исчезла ее прежняя резкость, исчезло ее упрямое неповиновение, и она плакала, как ребенок, совершивший ошибку, слезы текли ручьем… Видя, как растеряна и беспомощна Ребекка Квентин, Говард Джеффри наконец-то подвел ее… Ребекка Квентин тут же обняла себя и свернулась калачиком в углу стены. Говард Джеффри подошел к Ребекке Квентин, присел на корточки, чтобы встретиться с ней взглядом, и сказал: «Я думал, ты не усваиваешь урок, похоже, тебе еще нужно его усвоить…» Ребекка Квентин посмотрела на него заплаканными глазами, ее взгляд был полон печали. Казалось, её слёзы смыли гнев, кипавший в его сердце; он выпрямился, взглянул на рваные обрывки ткани на земле и холодно сказал: «Я попрошу кого-нибудь приготовить вам сменную одежду утром». Заплаканные глаза Ребекки Квентин расширились, когда она увидела, как он застегивает рубашку, не понимая смысла его слов. Он повернулся боком, не глядя ей прямо в лицо, но уже знал, о чём она думает, и тихо произнёс: «Ты останешься здесь на ночь!» Что? Отказаться было невозможно; с наступлением ночи Ребекка Квентин продолжала сидеть, обняв колени в углу, словно раненый кролик, не смея пошевелиться. Говард Джеффри сидел в кресле, рядом с ним лежала зажженная сигарета. Наблюдая за тем, как она упорно избегает его взгляда, он наконец спросил: "Ты голодна?" На щеках у нее все еще оставались следы слез, и она бесстрастно и упрямо ответила: «Не голодна». Он потушил окурок и встал. Она насторожилась и инстинктивно потянулась к стене. Он подошел к ней, наклонился и намеревался поднять ее на руки. Она оттолкнула его руку, голос ее все еще дрожал от обиды: «Что ты пытаешься сделать на этот раз?» Он поднял её спину и колени обеими руками, спокойно сказав: «Иди на кровать». Она резко вырвалась на свободу: «Я не хочу, чтобы ты меня контролировал!» Он нахмурился, явно недовольный. Она опустила глаза, избегая его напористого взгляда, и крепко обхватила руками колени. Наблюдая за ее плотно облегающей фигуру позой, его взгляд упал на подол юбки, и он вдруг понял, что она пыталась скрыть… Вспомнив о ее настойчивом нежелании ослабить хватку на коленях, он вдруг нашел это забавным и, изогнув губы в улыбке, спросил: «Есть ли хоть одна часть вашего тела, которую я не видел?» «Ты…» — она пришла в ярость от стыда, но не смогла с ним спорить. Он смотрел на нее, наблюдая, как ее лицо краснеет, и, немного успокоившись, улыбнулся: «Ты сама встанешь, или я помогу тебе подняться?» Она беспомощно сверкнула на него взглядом. Он по-прежнему сохранял привлекательную улыбку: «Я позвоню в службу обслуживания номеров, чтобы вам принесли еду». Словно намеренно отступив в сторону, чтобы дать ей возможность встать, не обнажая себя, он подошел к телефону на прикроватной тумбочке. Она медленно поднялась, но ноги онемели, и она чуть не потеряла равновесие, к счастью, держась за стену. Заметив страдальческое выражение ее лица из-за онемения ног, он не смог сдержать смех и дал указания службе обслуживания номеров по телефону. Когда Бекка шаг за шагом приближалась к кровати, раздался телефонный звонок. Услышав мелодию звонка, Бекка поняла, что звонит тетя Клэр, и как раз когда она собиралась схватить сумку, чтобы достать телефон, Говард Джеффри за секунду до этого схватил ее сумку и вытащил телефон. Бросив взгляд на цифру на экране, Говард Джеффри передал телефон Бекке: «Ты знаешь, что сказать». Бекка раздраженно взяла трубку, нахмурила брови и нажала кнопку ответа: «Здравствуйте…» «Мисс, вы спите?» — спросила тетя Клэр, звонившая из города Т. «Я…» Заметив, что взгляд рядом с ней постепенно становится холодным, она, немного поколебавшись, ответила: «Я только что приняла душ и собираюсь спать». Тётя Клэр задала самый тревожный вопрос: «Как дела у мистера Джонса?» "Тетя Клэр, вообще-то, я…" "Хм?" Почувствовав, как холодный взгляд на неё нарастает, Ребекка Квентин закрыла глаза, подавив желание что-либо сказать, и произнесла: «Я так устала после работы… Хочу лечь спать пораньше, позвоню тебе в следующий раз!» «Хорошо, не перенапрягайся, береги себя и не заставляй меня волноваться за тебя». "Я знаю." "Спокойной ночи." "До свидания." Как только она закончила разговор, Говард Джеффри забрал телефон обратно у Ребекки Квентин. Ребекка Квентин, сидя на краю кровати, казалась равнодушной к дальнейшему обсуждению с Говардом Джеффри. Говард Джеффри дал указание: «Через некоторое время служба доставки принесет чистую одежду и еду, а после еды отдохните здесь». ---------- Глава 109-65. Ли Жэньцзюнь сказал: Мой второй брат и невестка расстались в третий раз. Ребекка Квентин стояла к нему спиной, полностью игнорируя его. Говард Джеффри не стал настаивать и повернулся, чтобы выйти из комнаты. Увидев, как Джеффри уходит, Ребекка засомневалась. Стоит ли мне последовать за ним? Прежде чем она успела принять решение, он уже повернулся. Мягким, но опасным тоном он спросил: «Ты ведь не попытаешься уйти, пока меня нет, правда?» Осмелится ли она? Желание крикнуть ему в ответ угасло, сменившись унылым опусканием глаз. Ребекка могла лишь стиснуть зубы, испытывая к нему внутреннюю ненависть. Затем Джеффри закрыл дверь и ушел. «Спокойной ночи, десять часов». Ребекка только что закончила принимать ванну и переоделась в чистую одежду. Выйдя из ванной, она увидела, что Джеффри уже стоит в комнате. Ребекка замерла, нахмурив брови. "Ты… почему ты всё ещё здесь?" «Разве я говорил, что не собираюсь здесь отдыхать?» Глаза Ребекки расширились. Джеффри же уже вошел в ванную. Взбешенная, Ребекка села на край кровати и в отчаянии начала колотить по матрасу своими маленькими кулачками. Однако она быстро нашла решение… Подойдя к шкафу, Ребекка достала одеяло и расстелила его на просторном диване в комнате. Когда Джеффри вышел, его встретила вот такая картина: Ребекка лежала на диване спиной к нему, плотно завернувшись в одеяло. Ее ребяческое поведение вызвало у него легкую улыбку. Не раздумывая, он подошел и поднял ее с дивана вместе с одеялом. "Ах!" Ее тело внезапно, без предупреждения, поднялось в воздух. Испугавшись, Ребекка начала избивать и пинать его. Казалось, Джеффри не чувствовал боли. Он отнёс её на кровать и лёг, крепко держа её, несмотря на все её попытки вырваться. В конце концов, у Ребекки не осталось сил сопротивляться, и она, смирившись, легла на кровать. Джеффри, казалось, спал, но его рука, обнимавшая ее, не ослабевала. К полуночи, измученная беспокойной ночью, она наконец уснула. "На следующий день." Солнечный свет лился в комнату, освещая мужчину и женщину, все еще крепко спящих. Погода в городе Y была по своей природе прохладной, и еще более низкая утренняя температура заставила стройную фигуру прижаться к теплу человека рядом с ней. Вибрация телефона разбудила спящую женщину. Раздраженная постоянным жужжанием, она шарила рукой по прикроватной тумбочке. Найдя телефон, она сонно нажала кнопку ответа и поднесла его к уху. «Здравствуйте…» Звонивший, явно не ожидая ответа от кого-либо другого, выпалил: «Говард, прости! Я правда не… я действительно не потерял веру в наши отношения…» Прежде чем Кристин Куинн успела договорить слово «вера», она услышала на другом конце провода сонный, ленивый голос молодой женщины. Узнав её почти мгновенно, Кристин с недоверием воскликнула: «Ребекка Квентин?» Услышав голос собеседника в сонном состоянии, Ребекка резко открыла глаза. Она безучастно уставилась в потолок. «Ребекка Квентин, это вы?» Ребекка оставалась в оцепенении. "Не думай, что я не узнаю тебя только потому, что ты молчишь…" Не успела Кристин закончить, как Ребекка резко повесила трубку. Затем она, ошеломленная, уставилась на его черный телефон в своей руке. Боже мой… Ребекка резко села, и только тогда поняла, что сильная рука все еще обнимает ее. Ее внезапное движение заставило его нахмуриться во сне, и он снова прижал ее к себе в объятия. "Ах!" Она упала ему на грудь и тут же попыталась сесть, но он крепко её удержал. «Тихо!» — нетерпеливо пробормотал он, видимо, уже проснувшись. "Эй!" — вырвалась она, отталкивая его руками и ногами, мечтая сбросить его с кровати. Внезапно он перевернулся и прижал ее к себе. У нее перехватило дыхание, широко раскрытые глаза безучастно смотрели на него сверху. Его взгляд был затуманен, его темная, напряженная линия была прикована к ее приоткрытым, дрожащим губам, когда она жадно дышала. Внезапно ее охватило чувство опасности; в его глазах она узнала знакомую похоть… "Ты…" Она не смел говорить громко, прижимая руку к его груди. Ее лицо покраснело от смеси стыда и гнева. "Слезь с меня! Сейчас же!" В одно мгновение ее взволнованный голос словно выключил свет, пробудив в нем желания, которые он подавлял четыре года. Он наклонился ближе, его дыхание обжигало ее кожу, затем он прижался к ней, его губы быстро и внезапно коснулись ее губ, слишком быстро, чтобы она успела отреагировать. Внезапный поцелуй полностью отключил разум Ребекки. Его горячие губы двигались по её губам, глубоко целуя её, лишая возможности думать. ---------- Главы 110-65: Ли Ренджун говорит: Мой второй брат и его жена расстались. Постепенно все ее сопротивление стало для него бесполезным… Примерно через полчаса он вышел из ванной. Он утратил свою прежнюю дикость и агрессию, вернувшись к привычному спокойствию и безразличию. Взяв телефон и ключи от машины, он больше не смотрел на нее и тихо сказал: «Я подожду тебя внизу». Она ничего не сказала. Он тут же ушёл. Перед входом в отель в его зеркале заднего вида появилась ее стройная фигура. Он тихонько посигналил, и ее взгляд обратился к нему. Он, в солнцезащитных очках, с опаской наблюдал за ее приближением. Наконец, она остановилась рядом с машиной. Он опустил окно машины, посмотрел перед собой и тихо и тонко произнес: "Неужели пребывание со мной причиняет тебе такую ​​боль?" В тот момент, когда он это говорил, его разум наполнился образами ее слезных и отчаянных мольб… Она посмотрела на его красивый профиль, сглотнула горечь в горле и решительно произнесла: «Да». Не подозревая, увидит ли его кто-нибудь, его глаза слегка потускнели под солнцезащитными очками, и внезапно он завел двигатель. Она тоже отвернулась. Когда она повернулась, чтобы уйти, он холодно произнес: «Скайлер Джонс — не та, кто может подарить тебе счастье. Ты… береги себя!» Она остановилась и повернулась назад. Его машина уже умчалась прочь. Она застыла на месте, сердце внезапно сжалось, когда в ушах эхом отозвались его слова: «Береги себя». Необъяснимая горечь охватила ее, отчего руки вдоль тела слегка задрожали. Ей ясно дали понять, что его предупреждение было другим, словно в последний раз… Она стояла, растерянная, у обочины дороги, пока его машина полностью не скрылась из виду. Когда она пришла в себя, рядом с ней внезапно остановилась другая машина. В полубессознательном состоянии она увидела, как Скайлер Джонс поспешно вышел из машины и нежно обнял ее, словно потерял и снова обрел ее. Она сидела, положив глаз на плечо Скайлер Джонс, ее взгляд был рассеянным, пустым и безжизненным. Внезапно Скайлер Джонс осторожно отпустила её и, слегка обняв за ослабевшие плечи, тепло спросила: «Он тебя запугивал?» Увидев беспокойство в глазах Скайлер Джонс, она мягко покачала головой. Затем Скайлер Джонс достал свой телефон и показал ей фотографию, которую Говард Джеффри прислал ему прошлой ночью. Ребекка Квентин смотрела на фотографию на телефоне, чувствуя резкий прилив горя в груди. Фотография явно была сделана, пока она спала прошлой ночью… Она мирно спала, прижавшись к его руке, тихонько уютно устроившись в его объятиях, а он поцеловал ее в лоб; их ​​поза казалась невероятно интимной. Скайлер Джонс тихо сказала: «На фотографии не видно, где она была сделана, поэтому я могла только позвонить тете Клэр и найти тебя с помощью системы отслеживания». "Спасибо." «Но я всё ещё опаздываю…» — Скайлер Джонс, обычно спокойный, теперь помрачнел. «Честно говоря, ничего не произошло». «Но, учитывая, в каком вы сейчас состоянии…» «Я немного устал, хочу вернуться и отдохнуть… Мистер Джонс, могу я сегодня взять выходной?» Скайлер Джонс никогда не отказывала ей в просьбах. «Хорошо, я отвезу тебя домой». "Спасибо." Внезапно мир, казалось, вновь обрел спокойствие… В течение следующих двух месяцев Ребекка Квентин продолжала свою работу и жизнь как обычно, дни проходили спокойно, без каких-либо препятствий или изменений. До сегодняшнего дня Скайлер Джонс официально сделал ей предложение. Это было совершенно неожиданное предложение, невероятно романтичное, словно во сне. В тот вечер она стояла на самой большой торговой площади в городе Y, а на огромном экране над ней показывали сцену предложения руки и сердца… Говорят, что куда бы она ни пошла в городе, она могла видеть записанное им видео, потому что он скупил все возможные экраны для показа в это время в городе Y… Он говорил искренне и трогательно, и наконец появился в торговом центре, где она находилась. С неба полились цветы, окутывая её сказочной атмосферой. Он подошел к ней с цветами в руках, а она молча стояла среди толпы зевак и влюбленных пар. Он опустился на одно колено, и бриллиант ярко сиял. В этот момент появилась и тетя Клэр, с нетерпением глядя на нее и надеясь, что она кивнет и согласится. В тот момент она поняла, что не может отказать, у нее нет причин для отказа… из-за выдающихся качеств и характера Скайлера Джонса. Она также попыталась задать себе вопрос, сможет ли она найти в мире мужчину лучше, чем Скайлер Джонс, и ответ был очевиден: нет… Однако в тот момент, как бы она ни пыталась себя убедить, она никак не могла кивнуть и согласиться. В конце концов, она попросила у него месяц на размышление, пообещав дать ответ позже. К счастью, Скайлер Джонс не расстроилась и не разочаровалась. Он продолжал проявлять понимание, с улыбкой по дороге домой сказав ей: «Начало отношений с тобой стало для меня величайшим благословением в этой жизни. Мне не следует торопить тебя с женитьбой. Но если ответ, который ты дашь, будет тем, на который я надеюсь, то к тому времени твое сердце полностью будет принадлежать мне». В последующие дни новости о предложении руки и сердца от Скайлера Джонса распространились повсюду, о них сообщалось в городе, а также на национальном и международном уровнях. После подтверждения предложения Скайлера Джонса по телефону, Изабелла Джоанна в тот же вечер вылетела из-за границы в город Y. Таким образом, сегодня вечером у нее наконец-то появился человек, которому она могла довериться… Двое друзей лежали на кровати, как и прежде. Первый вопрос, который Изабелла Джоанна задала Ребекке Квентин, был: «Между тобой и Скайлером Джонсом ничего не произошло, верно?» Ребекка Квентин нахмурила брови: «Вы думали об этом в самолете?» Изабелла Джоанна серьезно ответила: «Пожалуйста, ответьте мне поскорее, это вопрос, который меня сейчас больше всего волнует». После недолгой паузы Ребекка Квентин ответила: «Он очень меня уважает; в лучшем случае он просто держит меня за руку». Изабелла Джоанна, казалось, почувствовала облегчение, тяжело рухнула на кровать и сделала несколько глубоких вдохов, но в следующий момент снова нахмурила брови от беспокойства. Ребекка Квентин легла рядом с ней, недоумевая: «Что с тобой не так?» Изабелла Джоанна тревожно теребила волосы, бормоча: «Что мне делать? Что мне делать…» «Изабелла, что с тобой не так?» ---------- Главы 111-66: Говард Джеффри пришел ее спасти 1 "Бекка, я больше не могу это скрывать, мне нужно тебе сказать…" Изабелла внезапно потянула Бекку за руку, чтобы та села. Бекка уклончиво ответила на слова Изабеллы: «Ммм, продолжай…» "Помнишь, когда я в последний раз приезжал в город Джи, чтобы тебя увидеть?" «Дорогая, у меня не было возможности поблагодарить тебя за открытку, которую ты мне подарила… без неё я, возможно, многого бы и не поняла, даже сейчас». «Забудьте на секунду о том, как вам помогла эта карта. Позвольте спросить, вы ходили в банк проверить сумму на ней?» "Нет." Изабелла в сердцах хлопнула себя по лбу. "Неудивительно…" "В чем дело?" «А ты знал, что на этой карте пятьдесят миллионов?» "Пятьдесят миллионов?" — глаза Бекки расширились от недоверия. — "Откуда у тебя столько денег?" «Конечно, у меня нет таких денег. Мне их дал кто-то другой и попросил передать вам». Бекка покачала головой. "Я не понимаю…" «Конечно, нет. Даже я до сих пор не понимаю, почему этот человек захотел бы дать вам такую ​​большую сумму денег…» Бекка еще больше озадачилась. «Изабелла, ты можешь рассказать мне все сразу?» Изабелла тут же выпалила: «Четыре года назад, после того как ты развелась с Говардом Джеффри, один из его подчиненных — тот человек по имени Вуд — дал мне карту. Он попросил меня отдать её тебе на моё имя. Признаюсь, тогда я очень хотела отказаться. Но потом я подумала о том, насколько сложной может стать твоя жизнь, поэтому в итоге приняла карту. Пятьдесят миллионов на ней стали для меня огромным сюрпризом; я никогда не представляла, что Говард Джеффри даст тебе столько денег. Проблема заключалась в том, как мне тебе их отдать. Поэтому несколько дней после этого я постоянно разрывалась между желанием и беспокойством. Я не знала, стоит ли тебе отдавать, и боялась, что ты спросишь, откуда деньги, потому что мистер Вуд попросил меня не говорить тебе. Позже, когда я услышала, что у тебя всё хорошо в Джи-Сити, я постепенно забыла о карте. Я также хотела заступиться за тебя, однажды сказать ему, что ты не сочтёшь нужным принять его деньги. Однако я узнала об этом только четыре года спустя». Твоя жизнь в Джи-Сити на самом деле была очень сложной. Я искренне сожалел о своем предыдущем решении. В конце концов, кто в здравом уме откажется от денег? Вот почему я дал тебе визитку от Говарда Джеффри. Я подумал, что если ты увидишь сумму и спросишь меня об этом, я обязательно найду предлог, чтобы отмахнуться от тебя. После того как Изабелла закончила говорить, Бекка лежала на кровати, оглушенная. Кто бы мог подумать, что за этими четырьмя годами скрывался такой незначительный эпизод… Если бы она знала об этом небольшом эпизоде ​​в течение тех четырех лет, может быть, возможно… Она не могла себе этого представить, но была уверена, что жизнь, которую она выбрала, была бы совершенно иной, чем сейчас. «Бекка, мне очень жаль. Я не хотел этого от тебя скрывать…» "На следующий день." В машине Скайлер Джонс заметила ее вялую внешность и спросила: «Ты вчера допоздна болтала со своей подругой?» «Ммм». «Вам следовало позволить мне выступить в роли хозяина и угостить её ужином». «Она очень занята. Сегодня она снова улетела в Японию и постоянно занята показами мод. Мне редко удается ее увидеть». "Хорошо, тогда в следующий раз!" Когда машина свернула к зданию группы компаний «Оверски», а Скайлер Джонс парковалась, Бекка выглянула наружу и неожиданно увидела знакомую фигуру, выходящую из машины. Сняв солнцезащитные очки, она пробормотала: «Генерал Леонард?» Пока Бекка пребывала в замешательстве, Скайлер Джонс, которая уже вышла из машины, тоже увидела Роджера Леонарда. Роджер Леонард улыбнулся и, инициативно протянув руку Скайлеру Джонсу, подошел к нему. «Мистер Джонс, приятно познакомиться». После того как Скайлер Джонс пожал руку Роджеру Леонарду, он вежливо сказал: «Я не ожидал, что вы приедете так рано, генерал Леонард. Я планировал, что мой водитель заберет вас из аэропорта позже…» Выйдя из машины, Бекка наблюдала за оживленной беседой двух высокопоставленных бизнесменов. Внезапно она поняла, что то, о чем Скайлер Джонс говорил последние два дня — о расширении на новые коммерческие территории — на самом деле касалось выхода на ювелирный рынок, и человеком, с которым он хотел сотрудничать, был Роджер Леонард. «Мистер Джонс, я пришла так рано, потому что у меня здесь есть знакомая… верно, Бекка?» Роджер Леонард повернулся к Бекке, которая стояла в стороне, ничего не говоря. Бекка подошла и выдавила из себя улыбку. «Генерал Леонард». Скайлер Джонс усмехнулся, обняв Бекку за плечо, и его голос ласковый. «Вы знаете генерала Леонарда?» Бекка кивнула. «Он был моим начальником, когда я работала в ювелирной компании в городе Джи». ---------- Главы 112-66: Говард Джеффри пришел ее спасти (Часть 1) Роджер Леонард улыбнулся и сказал: «Мистер Джонс, если вы не возражаете, я хотел бы уделить вам немного времени, чтобы пообщаться с вашей невестой». Скайлер Джонс уважительно спросила Ребекку Квентин: «Что вы думаете?» «Конечно, я тоже давно не видел генерала Леонарда». Скайлер Джонс затем сказал: «Ну тогда… внизу, в «Оверски», есть кафе, почему бы вам двоим не зайти и не поболтать?» В кафе Роджер Леонард слегка прищурился, пристально разглядывая Ребекку Квентин. Ребекка Квентин не удержалась и спросила: «Генерал Леонард, у меня что-то на лице?» Роджер Леонард открыл глаза и улыбнулся: «Я пытаюсь понять, что именно в тебе так привлекательно…» Ребекка Квентин бросила на него взгляд: «Ты здесь, чтобы посмеяться надо мной, не так ли?» Роджер Леонард тут же принял серьезное выражение лица: «Как я мог над тобой смеяться? Я просто не ожидал, что Скайлер Джонс покончит со своей тридцатисемилетней холостяцкой жизнью ради тебя». «Вы его хорошо знаете?» «Конечно, я не очень хорошо его знаю, но он всегда казался мне довольно загадочным, похожим на Дору». Имя «Дора» показалось им деликатным, что несколько накалило обстановку и заставило Ребекку Квентин растеряться, не зная, что сказать дальше. «Что, я упоминаю Дору, а ты молчишь, ха-ха, если бы мистер Джонс увидел твою реакцию, он бы точно позавидовал». Ребекка Квентин по-прежнему молчала. Роджер Леонард, казалось, получал удовольствие от поддразнивания Ребекки Квентин и лукаво заметил: «Дора всегда говорит, что ты остроязычная, но я этого не видел — ты показываешь эту сторону только перед ним?» «Генерал Леонард, что вы пытаетесь сказать?» Она не думала, что такой занятой человек, как Роджер Леонард, президент группы, будет тратить свое время на кого-то столь незначительного, как она. «Хорошо». Роджер Леонард постучал пальцами по столу и сказал: «Вообще-то, помимо сегодняшних деловых разговоров с мистером Джонсом, самое важное, что я хотел вам сказать, это то, что Дора и моя невестка расстались!» "ТАК…" Тон Ребекки Квентин был спокойным, ее эмоции, казалось, оставались невозмутимыми. Роджер Леонард откинулся на спинку стула, широко раскрыв рот от изумления: «Ты никак не реагируешь?» Ребекка Квентин небрежно пожала плечами. Роджер Леонард вздохнул: «Ладно, признаю, эта новость ещё не подтверждена, но, похоже, в отношениях Доры и моей невестки серьёзные проблемы… За последние два месяца Дора не возвращался в Нью-Йорк, он пропал без вести, и я только недавно узнал, что он снова в городе Торонто. Это совершенно не похоже на его обычный образ жизни; он никогда так долго не обходится без встречи с Кристин Куинн!» «Генерал Леонард, это всё, что вы хотите мне сказать?» «Ладно, хватит о Доре…» — благоразумно сказал Роджер Леонард. — «Давайте поговорим о тебе. Ты действительно собираешься жениться на Скайлер Джонс?» Ребекка Квентин не ответила на этот вопрос. Роджер Леонард улыбнулся: «Колебания означают, что вы еще не приняли решение, так что надежды тети еще не рухнули». Ребекка Квентин по-прежнему ничего не говорила. Роджер Леонард продолжил, словно ведя частную беседу: «Честно говоря, тетя знала, что я на этот раз приеду в город Y, и дала мне непростое задание. Она хочет, чтобы я сказал вам что-нибудь хорошее о Доре, надеясь изменить ваше мнение о женитьбе на Скайлер Джонс». Ребекка Квентин хранила молчание. Роджер Леонард снова вздохнул: «Не думаю, что нужно говорить что-то хорошее о Доре — ты же знаешь, какой он, авторитарный, бессердечный, отвечает мне целую вечность… если бы я был женщиной, я бы за него не вышел замуж… Но, Бекка, кажется, Дора ведет себя по-другому в твоем присутствии. Я слышал, ты видела его злым, это правда?» Зная Говарда Джеффри столько лет, Роджер Леонард почти никогда не замечал у него эмоциональных перепадов. Даже в ярости он оставался спокойным, но после секса его неизбежно настигала участь. Отчитывать её, кричать на неё — это можно считать проявлением гнева? Ребекка Квентин инстинктивно задумалась на секунду, но Роджер Леонард расплылся в ухмылке: «Значит, это правда! Даже у Доры бывают неудачные дни, ха-ха…» В этот момент Роджера Леонарда больше интересовало, как он будет подшучивать над Говардом Джеффри в будущем. Пока Ребекка Квентин наблюдала, как Роджер Леонард безмолвно смеется, к ним подошла Скайлер Джонс. Очевидно, их время наверстать упущенное закончилось… Ночь. Скайлер Джонс отвез Ребекку Квентин к ее дому. Ребекка Квентин сказала Скайлеру Джонсу: «Увидимся завтра», а затем вышла из машины. Однако, как только Ребекка Квентин собиралась выйти, Скайлер Джонс схватила её. Ребекка Квентин инстинктивно повернула голову: "Хм?" Скайлер Джонс наклонился и без предупреждения поцеловал ее в щеку. Ребекка Квентин заметно вздрогнула. С тех пор, как они начали встречаться, это, вероятно, был их первый поцелуй, хотя и не в губы, но все равно он вызвал у нее легкое чувство неловкости. Скайлер Джонс посмотрела на слегка покрасневшее лицо Ребекки Квентин и удовлетворенно улыбнулась: «Спокойной ночи». «Э-э, спокойной ночи». Ребекке Квентин потребовалось мгновение, чтобы отреагировать. Когда Скайлер Джонс уже собирался уезжать, вдруг раздался теплый голос тети Клэр: «Мистер Джонс, почему бы вам не приехать ненадолго?» После того как тетя Клэр сделала предложение Ребекке Квентин, она осталась жить в городе Y. Скайлер Джонс опустила окно, посмотрела на тетю Клэр, выходящую из многоквартирного дома, и улыбнулась: «Уже поздно, Бекка сегодня много работала, пусть отдохнет пораньше». Тетя Клэр многозначительно посмотрела на Скайлер Джонс: «Я сварила суп для Бекки, тебе стоит прийти и попробовать». Скайлер Джонс, естественно, понял намерения тети Клэр, но, бросив взгляд на Ребекку Квентин, вежливо ответил: «Сегодня вечером я занят, может быть, в другой раз!» Тетя Клэр беспомощно кивнула: «Хорошо». «Бекка, холодно, надень что-нибудь потеплее». "Хорошо." Не сказав больше ни слова, Скайлер Джонс уехал. После ухода Скайлер Джонс тетя Клэр вздохнула: «Мисс, посмотрите на вас, вы даже слова не сказали, чтобы удержать мистера Джонса здесь… Если бы вы что-нибудь сказали, может быть, он бы не был так занят сегодня вечером?» Тетя Клэр хоть и стара, но она умна и ясно видит ситуацию. Ребекка Квентин спокойно сказала: «Я ещё не готова». Будучи взрослой, она прекрасно понимала, каковы были намерения тёти Клэр, оставившей Скайлер Джонс на ночь. «Мисс, вы знаете, как хорошо к вам относится мистер Джонс. Я не хочу, чтобы вы упустили такого замечательного человека… Забудьте прошлое, начните новую жизнь с мистером Джонсом, поскорее поженитесь, заведите детей. Тогда тетя Клэр сможет почувствовать, что выполнила свой долг перед семьей». "Хм." ---------- Главы 113-67: Говард Джеффри пришел ее спасти 2 Поняв, что Ребекка Квентин теперь взрослая женщина, тетя Клэр больше ничего не сказала. «Хорошо, возвращайся в дом. Здесь ветрено». "Хорошо." Как только Бекка повернулась, чтобы войти в многоквартирный дом, внезапный визг тормозов автомобиля прорезал воздух. Бекка инстинктивно повернула голову и увидела, как Роджер Леонард выходит из машины. Тетя Клэр с недоумением спросила: «Кто он?» Бекка просто объяснила: «Мой бывший начальник. Его фамилия — Леонард». "Ой." Роджер подошел к Бекке со своей фирменной озорной улыбкой. «Не возражаешь, если я немного с тобой поболтаю?» «Что-то не так?» «Ничего, но мне нужно сегодня вечером вернуться в город Джи, поэтому я хотел бы сказать вам несколько последних слов». "Хорошо!" На самом деле, ей не мешало общаться с Роджером. В конце концов, он очень помог ей в городе Джи. Однако отношения между Роджером и этим мужчиной вызывали у нее опасения. Тетя Клэр улыбнулась им. «Почему бы не подняться наверх и не поболтать? Здесь ветрено». Роджер вежливо ответил тете Клэр: «Не нужно, мэм. Я просто поговорю с Беккой несколько минут в машине». Бекка тоже сказала: «Тетя Клэр, поднимайся первой. Я скоро поднимусь». Убедившись, что Роджер не выглядит подозрительным, тетя Клэр кивнула, взяла сумочку у Бекки и ушла. В машине Бекка небрежно спросила Роджера: «Почему ты так спешишь уезжать? Разве ты только что не начал обсуждать ваше партнерство с мистером Джонсом?» Пристегивая ремень безопасности Бекки, Роджер загадочно ответил: «Если я не уеду сегодня вечером, то, вероятно, не смогу уехать и завтра». «Что?» Только тогда Бекка поняла, что Роджер уже пристегнул ремень безопасности. Она растерянно спросила: «Мы куда-то едем?» Роджер ответил: «Мм, я тебя кое-куда отвезу». Бекка, всё ещё недоумевая, спросила: «Я думала, мы просто болтаем?» Заведя двигатель, Роджер сказал: «Поговорим по дороге». Сначала Бекка подумала, что Роджер просто хочет найти место, где можно посидеть и поболтать. Однако, к ее удивлению, он медленно проехал на машине через развязку и, наконец, направился в пригород. Почувствовав неладное, Бекка в ужасе спросила Роджера: «Куда ты меня везешь?» «Частный аэропорт моего друга». "Частный аэропорт?" На лице Бекки отразился шок. Затем Роджер прямо признался: «На самом деле, то, что я хотел поболтать, было просто предлогом. Моя настоящая цель заключалась в том, чтобы отвезти тебя в аэропорт». «Зачем ты везешь меня в аэропорт?» — Бекка была совершенно озадачена. «Проще говоря, моей главной целью приезда сегодня в город Y было не обсуждение дел со Скайлером Джонсом. Цель заключалась в выполнении той сложной задачи, о которой я упоминал. Простите, что я не объяснил вам это достаточно ясно. Тётя не только попросила меня сказать несколько добрых слов о Доре, но, что ещё важнее, отвезти вас на остров». "Остров?" «Да, прекрасный маленький островок, который мог бы помочь вам и Доре помириться». МОЙ БОГ… Бекка могла представить, что миссис Джеффри прибегнет к таким мерам, но она определенно не могла с этим смириться. Она выдавила из себя улыбку. «Эй, хватит шутить! Выпустите меня из машины. Я сама всё объясню миссис Джеффри». «Прости, Бекка. Тётя дала мне задание, от которого нет никаких возражений. Если я его не выполню, она может меня проигнорировать. А знаешь, если тётя меня проигнорирует, последствия будут очень серьёзными». Роджер притворился невинным. «Генерал Леонард…» После ожесточенной борьбы Бекка наконец перестала пытаться вмешиваться в управление автомобилем Роджера. Она спокойно предупредила: «Роджер Леонард, если ты не выпустишь меня из машины прямо сейчас, я вызову полицию». Упоминание его полного имени показало, насколько сильно Бекка была разъярена. Однако Роджер неторопливо ответил: «Я помню, что вы обычно носите телефон в сумочке. И, кажется, вы только что отдали свою сумочку помощнице, не так ли?» "Ты…" Бекка была так взбешена, что потеряла дар речи, особенно потому, что слова Роджера оказались правдой. Губы Роджера изогнулись в усмешке. «Потерпи немного, Бекка… Обещаю, это будет приятное путешествие». «Т-Сити». «Г-н Джеффри, сейчас необходимо рассмотреть один важный вопрос. Правительство устанавливает, что выделенная площадь не может превышать 10% от общей площади. Однако, согласно плану дизайнера Тома, может быть превышение на 12%. Правительство сейчас очень строго относится к этому, поэтому эта избыточная часть может не получить одобрения. Если мы попросим дизайнера пересмотреть проект, это может повлиять на сроки реализации. Что вы думаете по этому поводу?» «Возможно, нам стоит рассмотреть возможность внесения небольших изменений в существующий дизайн…» «Нет. Даже малейшее отклонение может повлиять на общую эстетику здания, а строительство уже началось. Господин Джеффри, что вы думаете по этому поводу?» ---------- Главы 114-67: Говард Джеффри приходит ей на помощь (Часть 2) Говард Джеффри сидел в одном конце овального конференц-стола, слушая, как несколько высокопоставленных руководителей выражают свою обеспокоенность по поводу коммерческого здания, однако на его лице не было ни малейшего признака колебания. «Г-н Джеффри, дизайнер, был приглашен компанией «Оверски». Поскольку возникла проблема, не следует ли нам пригласить сюда г-на Джонса для ее обсуждения?» — спросил другой руководитель. Говард нетерпеливо взглянул на часы и в следующий момент небрежно сказал: «Действуй, как ты предложил, пусть Скайлер Джонс руководит процессом, когда приедет». "А?" Руководители были удивлены, поскольку никто не ожидал, что мистер Джеффри так равнодушно уволит Скайлера Джонса. «Сегодняшнее совещание заканчивается здесь!» С этими словами Говард встал и тут же покинул конференц-зал. Выйдя из конференц-зала, секретарь поспешила догнать Говарда. Догнав его, секретарь сказала: «Мистер Джеффри, вам кто-то позвонил». Говард взял телефон, переданный секретаршей, взглянул на номер и нажал кнопку ответа: «Говорите». «Дора, не веди себя всегда так, будто тебе все должны деньги. У меня есть хорошие новости», — раздался бодрый голос Роджера Леонарда. Говард вошел в свой кабинет, сел в кресло за столом, включил громкую связь на телефоне и бросил его на стол, после чего начал просматривать документы, присланные из штаб-квартиры. «Я поехал в Y City, чтобы повидаться с Беккой». Говард на мгновение прервал изучение документов, но не проявил никакой дальнейшей реакции, позволив Роджеру продолжить. «Вы, наверное, уже догадались, я действовала по приказу. Но дело не в этом. Дело в том, что я „привезла“ Бекку». Говард по-прежнему никак не реагировал, его взгляд был прикован к лежащим перед ним документам. Роджер, привыкший к молчанию Говарда, продолжил: «Я хочу сообщить вам, что я привёз её на остров Фоум». Услышав "Foam Island", Говард наконец поднял бровь, закрыл документ и холодно ответил: "Тебе нечем заняться?" На самом деле, остров Фоум — это частный необитаемый остров, который Говард купил во Флориде, США. Здесь тропический климат, солнце светит круглый год, живописные пейзажи, а среднегодовая температура составляет около 25°, что делает это место идеальным для отдыха. Говард купил остров из-за его живописных окрестностей, и за несколько лет он оборудовал его высококлассной инфраструктурой, превратив в свое личное место отдыха для коллег и коллег. Нельсон Льюис и Роджер Леонард также часто прилетали сюда, и со временем остров стал местом встречи трех братьев, которые встречались здесь несколько раз в год. «Я невиновна, я не могла ослушаться приказов тети… Тетя увидела новости о том, что Бекка собирается выйти замуж за Скайлера Джонса, она волновалась за тебя, поэтому и придумала эту идею… Я приложила огромные усилия, чтобы привезти Бекку на остров, Дора. Прежде чем Бекка выйдет замуж за Скайлера Джонса, воспользуйся этим шансом!» Лицо Говарда побледнело от явного недовольства, он уже собирался повесить трубку, когда Роджер добавил: «Даже не думай звонить тете. Тетя сказала, что знает, что ты позвонишь, чтобы отругать ее, поэтому она не ответит. Я советую тебе быстро отправиться на остров Пена, потому что тетя велела мне выслать весь персонал с острова. Сейчас Бекка там одна, без воды и электричества. Если ты настолько бессердечен, что оставишь Бекку одну на острове, пусть так и будет; вряд ли ей что-то угрожает. Если ты не поедешь туда к третьему дню, я попрошу Скайлера Джонса забрать ее, и к тому времени Бекка, до смерти напуганная, вероятно, со слезами на глазах бросится в объятия Скайлера Джонса…» "Блин!!" Услышав слова Роджера, Говард отбросил телефон в сторону. Остров Пены. Ребекку Квентин привезли на остров с завязанными глазами. Сняв повязку с глаз, она обнаружила, что здоровенные телохранители, привезшие ее сюда, уже уплыли на яхте. Природа острова соответствовала описанию Роджера… Прекрасное и чистое место с лазурными пляжами, изысканной и роскошной инфраструктурой, безусловно, отличное место для отдыха. По словам Роджера, этот остров купил Говард, и всякий раз, когда у них было время, они встречались здесь на отдыхе. Однако изначально хорошо оборудованный остров теперь был пуст, и она осталась одна. Больше всего ее пугало отсутствие воды и электричества, а еда на вилле состояла только из печенья, которое выглядело несвежим. К счастью, четыре года скитаний с места на место избавили Ребекку Квентин от прежней избалованности, и она едва могла адаптироваться к таким условиям. Поэтому в свою первую ночь на острове она остановилась в единственной вилле на острове. Вилла, разумеется, была спроектирована для отдыха, из всех окон открывался вид на океан, даже изголовье кровати представляло собой большой кусок стекла. Ребекка выбрала комнату наугад, но и представить не могла, что так легко выберет комнату Говарда. Она была уверена, что это комната Говарда, потому что внутри было слишком много знакомых ей вещей… Однообразные темные костюмы, несколько фирменных галстуков, привычная ванна и душ в ванной, а также обычная бритва… Все это она помнила на протяжении двух лет их брака… Изначально она не планировала оставаться в этой комнате, но когда наступила ночь и весь остров погрузился в кромешную тьму от сильного ветра, она не осмелилась никуда выходить, оставаясь только в этой комнате, обнимая одеяло и сворачиваясь калачиком в углу кровати. Кто бы мог подумать, что пока Ребекка Квентин проводила ту тревожную ночь, Роджер Леонард спокойно стоял у окна и разговаривал по телефону с миссис Джеффри. «Да, тётя, всё сделано, как вы сказали. Теперь Бекка одна на острове… не волнуйтесь, с ней всё будет хорошо, в конце концов, условия, в которых она находилась последние четыре года, возможно, были хуже, чем на этом острове… что касается Доры, пока никаких подвижек нет, но не переживайте, с ним нужно терпение… хорошо, я ещё раз его подтолкну, ждите моих хороших новостей!» Завершив разговор с миссис Джеффри, Роджер немедленно отправил видео Говарду. Секретарша держала для Говарда недавно купленный телефон, а после окончания совещания нервно передала его ему. Сегодня секретарь особенно опасался Говарда, потому что у него, похоже, было довольно плохое настроение: во время утреннего совещания он набросился на руководителей компании, что всех встревожило и заставило предположить, что Говард плохо спал прошлой ночью. ---------- Главы 115-68: Говард Джеффри пришел ее спасти 3 В офисе Говард Джеффри открыл видео… На видео, снятом в полумраке, Ребекка Квентин сидит, свернувшись калачиком, в углу кровати и дрожа под одеялом… Когда лицо Говарда Джеффри помрачнело, в комнату вошла его секретарша. «Мистер Джеффри, мистер Джонс здесь». Говард Джеффри убрал телефон. «Проведите его внутрь». «Да, сэр». Вошла Скайлер Джонс, а Говард Джеффри, расслабленно откинувшись на спинку стула, подошел к ней. Скайлер Джонс поприветствовал его, как обычно: «Мистер Джеффри, давно не виделись». «Присаживайтесь». "Спасибо." Говард Джеффри дружелюбным тоном сказал: «Мистер Джонс, вы всегда так ответственны. Вы приехали из города Y, как только возникла проблема с проектом. Неудивительно, что мы можем так дружелюбно сотрудничать». Скайлер Джонс усмехнулся: «Мистер Джеффри, я могу решить вопросы, связанные с проектом, но у меня есть личное дело, и я надеялся, что вы могли бы мне помочь». Говард Джеффри намеренно поправил позу и серьезно ответил: «Мистер Джонс, пожалуйста, скажите мне. Если я могу чем-то помочь, я, конечно же, не пожалею усилий». Сохраняя улыбку, Скайлер Джонс посмотрел на непроницаемого Говарда Джеффри и сказал: «Перейду сразу к делу… Я не получал вестей от своей невесты, Ребекки Квентин, последние пару дней… Тетя Клэр сказала мне, что она последний раз уезжала с генералом Леонардом, но я не смог с ним связаться. Я слышал, что у вас с генералом Леонардом хорошие отношения, поэтому хотел бы спросить, общались ли вы с ним в последнее время?» Говард Джеффри притворился удивленным. «Роджер поехал в город Y?» «Да, он приезжал в Y City пару дней назад, чтобы обсудить со мной сотрудничество, и, кстати, пообщался с Беккой». «Я давно не видел Роджера. Ты же знаешь, он постоянно в Джи-Сити и редко бывает в Т-Сити, тем более чтобы навестить меня. Однако, поскольку это касается твоей пропавшей невесты, я позвоню Роджеру, чтобы узнать». С этими словами Говард Джеффри взял телефон и набрал номер. Говард Джеффри включил громкую связь, но на линии отображалось лишь сообщение о том, что телефон Роджера Леонарда недоступен. Как мог Роджер Леонард ответить на звонок Говарда Джеффри прямо сейчас? Вероятно, он предположил, что Говард Джеффри звонит, чтобы отругать его. Говард Джеффри с сожалением сказал: «Мне очень жаль. Похоже, Роджер сейчас ни на чьи звонки не отвечает». «В таком случае, по сути, ничего особо сделать нельзя. Полиция ничего не нашла, так что, думаю, нам просто придётся подождать, пока Бекка сама со мной свяжется. В любом случае, спасибо вам за звонок, мистер Джеффри». В этот момент Скайлер Джонс встал, улыбка на его лице была совершенно формальной. Говард Джеффри тоже встал и серьезно сказал: «Мистер Джонс, не волнуйтесь слишком сильно. Роджер — человек, который знает свои пределы. Он, должно быть, увез вашу невесту куда-то не просто так. Я поговорю с ним позже… Если у меня появятся какие-либо новости о них, я немедленно свяжусь с вами». «Большое спасибо, мистер Джеффри…» «Это пустяк…» «Господин Джеффри, тогда я покину вас. Позвольте мне обсудить проект с вами позже». «Хорошо. Лиза Сесили, пожалуйста, проводите мистера Джонса». Вошла секретарь и, улыбнувшись Скайлеру Джонсу, сказала: «Да… мистер Джонс, сюда, пожалуйста». После ухода Скайлер Джонс Говард Джеффри откинулся на спинку стула, его выражение лица снова стало холодным, а в темных глазах мелькнул хитрый блеск. Скайлер Джонс явно пришла спросить его о человеке, но он ни слова не сказал о своих отношениях с Ребеккой Квентин. Такая прозрачность и одновременно глубокое расспросы… это явно не соответствовало его характеру. Или он действительно был обычным бизнесменом со здравым рассудком? Нет… он определенно не был таким простым. Размышляя над произошедшим, Говард Джеффри тихо произнес: «Лиза Сесили». Секретарь, которая только что проводила Скайлера Джонса, поспешила обратно. «Да, мистер Джеффри». Говард Джеффри холодно приказал: «Отмените все мои встречи на следующую неделю. Мне нужно уехать на несколько дней». "Понял." Говард Джеффри схватил пиджак и вышел из офиса. «Пенный остров». Ребекка Квентин провела на острове вторую ночь. Ночь по-прежнему была кромешной, но, к счастью, погода была хорошая. Звезд было мало, но они были исключительно яркими, особенно если смотреть на них с моря, создавая ощущение невероятного спокойствия. Поэтому, вместо того чтобы ютиться в углу кровати, сегодня вечером она обняла одеяло и села у окна от пола до потолка, тихо глядя на звезды за окном. Мерцающие звезды были поистине прекрасны, но сейчас у нее не было сил ими любоваться. Глядя на них, ее мысли начали блуждать. Завтра будет третий день. Роджер Леонард сказал, что Скайлер Джонс приедет за ней… На самом деле, она не была глупой. Она понимала, что пытаются сделать миссис Джеффри и Роджер Леонард… Они хотели спровоцировать его — Говарда Джеффри — приехать и найти ее. Честно говоря, с того момента, как она впервые ступила на этот остров, она никогда не питала надежды, что он приедет. Она знала, что он не приедет. ---------- Главы 116-68: Говард Джеффри приходит ей на помощь (Часть 3) Размышляя о том, как много лет она была связана с ним, она действительно чувствует, что это того не стоит… Хм, а может, пятьдесят миллионов компенсируют тот вред, который он причинил её сердцу, игнорируя её четыре года? Нет… Он прекрасно понимал, что деньги для неё никогда не были чем-то важным; даже если бы он отдал ей половину своего состояния, это не сравнилось бы с его звонком за те четыре года… Она никогда не поймет этой боли, боли, подобной медленной смерти, которая мучает ее сердце каждый день. За все эти годы их знакомства он ни разу не дал ей ни капли уверенности в себе и не появился, когда она в нем нуждалась. Именно ее глупость, ее наивность заставили ее все эти годы твердо желать его, и все же она не может его за это винить. Потому что у него её никогда и не было в жизни; это её отец силой принудил её к себе… Поэтому он не был обязан нести ответственность за её жизнь. Он неоднократно предупреждал её не сближаться со Скайлер Джонс. Однажды она подумала, что, возможно, он просто немного зол или ей не всё равно, но в ответ он лишь выразил надежду, что она выберет кого-нибудь другого… Он никогда не узнает, насколько болезненной была для неё эта простая фраза в тот момент… В тот день она выбрала для свидания Скайлера Джонса. Потому что между ними всё окончательно подошло к концу… Он одним небрежным замечанием окончательно разрушил её последние остатки надежды и фантазий. Она думает, что если бы жизнь могла начаться сначала, то ей бы не хотелось богатой, комфортной жизни и отца, который её так любит. Она бы просто хотела простой жизни и нашла бы обычного человека… Возможно, сейчас она жила бы хорошо, по крайней мере, не тратя впустую шесть лет молодости. В ту ночь, возможно, она много думала, страх постепенно утих, и в конце концов она заснула, прислонившись к окну. На следующий день ее разбудил шум яхты. Сонно открыв глаза и поняв, что кто-то пришел, она тут же проснулась, сбросила одеяла и выбежала на улицу, радостно крича: «Скайлер!» Изначально она хотела изменить свою манеру обращения к нему, чтобы удивить его, но потом… Неподалеку от нее стоял тот, кого она меньше всего ожидала увидеть — Говард Джеффри. Ребекка Квентин была совершенно ошеломлена, так как совершенно этого не ожидала. Говард Джеффри, казалось, немного напрягся из-за ее привычного обращения к «Скайлер». Ребекка Квентин сначала отвела от него взгляд, на мгновение растерявшись и не зная, что сказать. В следующую секунду Говард Джеффри тоже отвел от нее взгляд, нарушив молчание: «Вы разочарованы, что это не он?» Ребекка Квентин хранила молчание. Затем Говард Джеффри привязал канат яхты, прошел мимо нее и вошел на виллу. Ребекка Квентин последовала за ним внутрь, изначально намереваясь спросить, может ли он забрать ее с собой. Увидев, что он разговаривает по телефону, она терпеливо ждала в стороне. Она подождала, пока Говард Джеффри закончит свой звонок, а затем спросила его: «Вы можете увезти меня отсюда?» Говард Джеффри ответил: «Я заберу тебя с собой… Раз уж ты приехал на остров, почему бы тебе не помочь мне кое-чем?» «Что?» — спросила Ребекка Квентин. Говард Джеффри мягко сказал: «Вам не нужно знать, что это, просто останьтесь здесь еще на несколько дней… Можете быть уверены, я позволю вам сообщить Скайлеру Джонсу, что вы в безопасности». Ему нужно было кое-что уточнить. «Я не хочу здесь оставаться», — так ясно выразила свою позицию Ребекка Квентин. «Тогда просто уходи сам», — сказал Говард Джеффри, затем повернулся и ушел. Пять минут спустя Ребекка Квентин обнаружила Говарда Джеффри на пляже, где он смотрел на море, одиноко стоя за спиной. Ребекка Квентин подошла к нему и спросила: «Разве вы не говорили, что я могу позвонить мистеру Джонсу?» Прежде чем передать ей телефон, Говард Джеффри спросил: «Значит, вы согласны остаться?» Ребекка Квентин ответила с легким раздражением: «А у меня есть другой выбор?» "Нет." «Вот и всё». Взяв телефон, Ребекка Квентин отошла в сторону и позвонила Скайлер Джонс. Спустя мгновение она вернула ему телефон. Услышав ее спокойный голос, он взглянул на нее и понял, что явный гнев на ее лице исчез, а осталась лишь едва заметная, нежная улыбка от разговора со Скайлер Джонс. Необъяснимо недовольный, он отвернулся. С приездом Говарда Джеффри на остров всё там кардинально изменилось. Сначала вернулись все слуги, отвечавшие за охрану острова. Затем прекратились и отключения электроэнергии, поэтому с наступлением ночи по всему острову зажглись огни, мгновенно создав атмосферу сказочного, потустороннего мира. После ужина, приготовленного слугами, вечером Ребекка Квентин отправилась на прогулку по очаровательному пляжу. Проведя на этом острове несколько дней, сегодня она наконец смогла оценить его по достоинству, не испытывая страха. Поэтому она сняла туфли и неспешно прогулялась по пляжу. Возможно, ее поразило то, как она, погрузившись в прекрасный ночной пейзаж острова, наступила на поврежденную острую ракушку на песке. "Ах!" Она вскрикнула от боли. Ее голос привлек внимание стоявшего неподалеку слуги, который тут же подбежал. Увидев кровь, сочящуюся из ее ноги, слуга поспешил в виллу. Спустя мгновение перед ней появился Говард Джеффри. Как обычно, не сказав ни слова беспокойства, он ответил: «Такой взрослый, как ты, даже ходить толком не умеет?» Ребекка Квентин, теперь испытывавшая боль, нахмурила брови, игнорируя все, что говорил Говард Джеффри. Подошла служанка с аптечкой и начала тщательно обрабатывать рану. Ребекка Квентин крепко прикусила губу; несмотря на боль, она не вскрикнула. После того как рану перевязали, все разошлись, и как раз когда Говард Джеффри собирался уйти, Ребекка Квентин беспомощно произнесла: «Эй, я не могу ходить…» У нее очень болела нога; панцирь глубоко порезал, и даже легкое прикосновение вызывало повторное кровотечение. Говард Джеффри продолжал идти, видимо, не слыша Ребекку Квентин и не собираясь ей помочь. Глядя ему вслед, Ребекка Квентин невольно прокляла его про себя. Хладнокровный, ужасный! Но как только она продолжила ругаться на него, он неожиданно остановился, на секунду замешкался, затем повернулся, подошел к ней и, наконец, поднял ее с пляжа. "Ах…" Приподнявшись, Ребекка Квентин инстинктивно обхватила шею Говарда Джеффри. На обратном пути множество слуг наблюдали за происходящим, но поскольку они не обменялись ни словом, слуги ничего не поняли неправильно. Придя в комнату, Говард Джеффри уложил Ребекку Квентин на кровать в гостевой комнате, и таким образом Ребекка Квентин провела там ночь. ---------- Главы 117-69: За ними велось наблюдение. На следующий день Ребекка проснулась рано. После редкого, но комфортного сна она лениво потянулась и медленно вышла, волоча по земле ногу, которая теперь уже не так сильно болела. Ребекка собиралась лишь полюбоваться восходом солнца над морем, но неожиданно обнаружила в воде Говарда Джеффри. Несмотря на многолетнее знакомство с Говардом Джеффри, Ребекка никогда не знала, что он умеет плавать. Она была очарована, наблюдая за ним. Он отлично плыл, золотистые лучи солнца разливались по его сильному, атлетичному телу, делая его похожим на Зевса из греческой мифологии… Только когда он вышел из воды, Ребекка пришла в себя. Когда Говард Джеффри высадился на берег, Ребекка отвела взгляд. Она все еще краснела, наблюдая за его плаванием, хотя теперь видела, как он переодевается. Переодевшись, Говард Джеффри поднял глаза, и его взгляд встретился со взглядом Ребекки. Затем он подошел к ней. Ребекка не собиралась здороваться с Говардом Джеффри. Кто бы мог подумать, что Говард Джеффри сегодня проявит инициативу и спросит: «У вас всё ещё болит нога?» Ребекка мягко покачала головой. «Боль не такая сильная, как вчера». Говард Джеффри больше не задавал вопросов и направился прямо к вилле. Ребекка подумывала ненадолго вернуться в свою комнату. Как только она обернулась, услышала звонок телефона Говарда Джеффри. Ребекка оглянулась и увидела, что Говард Джеффри уже достал свой телефон. Однако Говард Джеффри лишь мельком взглянул на экран, после чего тут же нажал кнопку завершения вызова. Ребекка подошла к Говарду Джеффри и с любопытством спросила: «Это мисс Куинн звонила?» Говард Джеффри не ответил, тем самым молчаливо подтвердив это. Ребекка тут же сказала: «Извините, я забыла вам кое-что сказать… Тем утром, после нашего пребывания в отеле, мисс Куинн позвонила вам рано. Я была сонная и подумала, что это мой телефон, поэтому взяла трубку. Мисс Куинн могла услышать мой голос и неправильно вас понять… Я слышала от Роджера, что в последнее время у вас с ней проблемы в отношениях. Если это из-за того, что я ответила на ваш звонок в тот день, я могу позвонить мисс Куинн и всё объяснить». «В этом нет необходимости. Между нами не требуется никаких объяснений». С этими простыми словами Говард Джеффри ушёл. Ребекка застыла на месте, чувствуя сжатие в груди после последних слов Говарда Джеффри. «День быстро пролетел, и снова наступила ночь». Дилемма Ребекки вновь встала на свои места… Вчера она не принимала душ. Если она не примет душ сегодня, то, по её мнению, всё её тело начнёт вонять. Но сейчас нельзя мочить ногу; что же ей делать? После долгих раздумий Ребекка наконец нашла решение: она будет накрывать ногу полиэтиленовым пакетом, чтобы она оставалась сухой во время душа. Во время принятия душа Ребекка очень осторожно обращалась с полиэтиленовым пакетом на ноге. Однако, выходя из душевой кабины за одеждой, она на мгновение забыла о пакете, поскользнулась и с болью упала на пол. "Ах!" На этот раз она издала настоящий крик боли, почувствовав головокружение… Услышав шум в ванной, Говард Джеффри бросился туда. Увидев её страдальческое выражение лица, он тут же поднял её и быстро положил на кровать. Ребекке было так больно, что она постоянно терла затылок… Говард Джеффри похлопал её по лицу и спросил: «Вы меня слышите?» Ребекка кивнула. Говард Джеффри снова спросил: «Вы меня видите?» Ребекка на мгновение перестала потирать шишку на голове и снова кивнула. Убедившись, что с ней все в порядке, Говард Джеффри заметно вздохнул с облегчением. Он уже собирался отругать Ребекку, но тут заметил полиэтиленовый пакет у нее на ноге. Его тон сменился на холодное безразличие, и он сказал: «Будь осторожнее в следующий раз, когда будешь принимать душ. Можешь попросить горничную помочь тебе». Ребекка кивнула и опустила взгляд, чтобы осмотреть поврежденную ногу, и вдруг поняла, что совершенно обнажена! Она мгновенно так смутилась, что ей хотелось, чтобы земля поглотила её целиком. Когда она уже собиралась схватить одеяло, чтобы укрыться, она поняла, что взгляд Говарда Джеффри упал прямо ей на грудь. Ребекка крепко обняла себя и в смущении и гневе рявкнула: «Ты… убирайся! Мне нужно переодеться!» Черт возьми, одеяло было позади него! Говард Джеффри начал подниматься, но его взгляд был прикован к пленительной обнаженной фигуре Ребекки… В одно мгновение в нем пробудились самые первобытные инстинкты, и его охватило сильное, неконтролируемое чувство жара. Ребекка потянулась, пытаясь переместиться, чтобы схватить одеяло. Неожиданно, в тот же миг, Говард Джеффри прижал Ребекку к себе и быстро поцеловал её. ---------- Главы 118-69: За ними наблюдают_2 "Фу..." Глаза Ребекки Квентин расширились, она совершенно не понимала, что происходит. Чувствуя его жгучее тело, она продолжала бить его по лицу. Спустя несколько секунд Говард Джеффри наконец отпустил её, хотя его дыхание было заметно тяжёлым. Воспользовавшись моментом, Ребекка Квентин с силой оттолкнула его, пытаясь сбежать. Но кто бы мог подумать, что как раз в тот момент, когда Ребекка Квентин собиралась спрыгнуть с кровати, Говард Джеффри внезапно притянул ее к себе и снова страстно поцеловал, тяжело дыша... Желание было подобно бездне, вырывающейся из оков разума, сводящей с ума... Ребекка Квентин даже не помнила, когда заснула; она знала лишь, что, проснувшись в полубессознательном состоянии, ей показалось, что уже почти рассвет. Белый свет раннего утра проникал сквозь окно от пола до потолка, и в своем растерянном состоянии она увидела его глаза, пылающие похотью, отчего ей чуть не стало грустно… Когда Ребекка Квентин снова проснулась, солнце за окном уже ярко светило в комнату. Свет заставил Ребекку Квентин медленно открыть глаза. Первое, что она увидела, был синий потолок и пол... Оказавшись в незнакомой обстановке, Ребекка Квентин внезапно вспомнила, что находится на острове. В одно мгновение воспоминания о прошлой ночи нахлынули на нее с новой силой. Лицо Ребекки Квентин мгновенно побледнело, но, вспоминая обрывки событий той ночи, по ее щекам невольно разлился легкий румянец... Небеса... Ей было так стыдно, что хотелось зарыться в одеяло, но вдруг она почувствовала слабость, тело болело так, словно вот-вот развалится. Крепко сжимая одеяло, Ребекка Квентин инстинктивно взглянула в сторону. Другая сторона большой кровати была пуста, но от него все еще исходил слабый запах, а вмятина на кровати ясно показывала, что он только что встал. И действительно, в этот момент дверь в ванную открылась, и оттуда только что вышел Говард Джеффри. Он надел наручные часы, его белая рубашка и аккуратный черный галстук были совершенно не похожи на те, что он носил накануне вечером, но при этом он был безупречно одет. Ребекка Квентин мысленно усмехнулась... но поскольку у нее действительно не было сил спорить с ним в данный момент, да и смотреть ему в лицо тоже не хотелось, она закрыла глаза, продолжая лежать на боку и притворяясь спящей. Внезапно подошел Говард Джеффри и сел на край кровати. В этот момент Ребекка Квентин почувствовала на своем лице обжигающий взгляд Говарда Джеффри. Она не смела сделать ни малейшего движения, стараясь сдержать дрожь век. Говард Джеффри, казалось, удовлетворенно улыбнулся, затем встал и ушел. Ребекка Квентин, естественно, не заметила нежного выражения на его красивом лице; лишь услышав звук закрывающейся двери, она медленно открыла глаза. В этот момент, сквозь дверь, она смутно услышала разговор Говарда Джеффри со слугой. «Мистер Джеффри, мне приготовить обед для мисс Квентин?» Он ответил: «Дайте ей поспать еще немного. Когда она проснется сама, приготовьте тогда же и помните, что она предпочитает более мягкие вкусы». "Да." Пока не перестали доноситься какие-либо звуки, Ребекка Квентин снова закрыла глаза и плотно зарылась в одеяло. Ее сердце переполняли смешанные чувства, но из-за сильной усталости она постепенно снова уснула. Наступление ночи. После ужина Ребекка Квентин села на пляже, прижав колени к груди. Вдали она смутно различала маяк в море, но его мерцающий свет был подобен ее встревоженному сердцу в тот момент... Она и представить себе не могла, что всё зашло так далеко... Она и Говард Джеффри... Это действительно запутанный клубок проблем. Что ей следует предпринять сейчас? Этот проклятый мужчина, как он мог такое с ней сделать... "Сволочь!!" Отпустив крепко прикушенные губы, Ребекка Квентин не смогла сдержаться и выругалась вслух. Она чувствовала себя ужасно, особенно после того, как проснулась и услышала от слуги, что он уже покинул остров... За кого он её принимал, за отдушину, как и четыре года назад? Нет, она не была чем-то, что он мог бы воспринимать как должное… Бог знает, как сильно ей хотелось в тот момент дать ему пощёчину. В гневе написав слово «ублюдок» на песке, Ребекка Квентин лишь немного утихла, но в сердце все еще царило чувство сдавленности и дискомфорта, вызванное яростью по поводу того, что Говард Джеффри просто так покинул остров. В этот момент кто-то внезапно обнял Ребекку Квентин за плечо, и прежде чем она успела отреагировать, в ее ухе раздался зловещий голос: «Кто так тебя разозлил, что ты написала слово „ублюдок“ по всей земле?» Ребекка Квентин внезапно повернула голову, ее нос нечаянно коснулся красивого лица Говарда Джеффри, лицо ее тут же побледнело, и она, раздраженно рассердившись, оттолкнула его и тут же встала. Говард Джеффри быстро последовал за Ребеккой Квентин, внезапно обняв её сзади. В ярости Ребекка Квентин изо всех сил оттолкнула его руки. Недооценив на мгновение силу Ребекки Квентин, Говард Джеффри позволил ей вырваться на свободу. Ребекка Квентин продолжала идти впереди, но из-за травмы ноги она не успела далеко отойти, прежде чем Говард Джеффри снова догнал ее. Подхватив Ребекку Квентин, Говард Джеффри обнял ее спереди. Внезапно ее лоб ударился о крепкую грудь Говарда Джеффри, отчего Ребекка Квентин вскрикнула от боли и в гневе замахнулась на него кулаком. Говард Джеффри тут же схватил её за руку, пристально глядя на неё и озорно улыбаясь: «Разве прошлой ночи было недостаточно? Всё моё тело покрыто ранами». Ребекка Квентин, естественно, поняла, что имел в виду Говард Джеффри, и тут же почувствовала стыд и ярость, поэтому она с силой наступила на Говарда Джеффри своей неповрежденной ногой. "Блин!" Говард Джеффри выругался от боли, и Ребекка Квентин воспользовалась случаем, чтобы убежать. Но, сделав всего несколько шагов, она снова оказалась обнята сзади Говардом Джеффри. Ребекка Квентин отчаянно сопротивлялась, но на этот раз Говард Джеффри не дал ей ни единого шанса, крепко обняв ее, положив голову ей на плечо, и тихо прошептал ей в ухо: «Почему ты такая злая?» "Отпусти!" — не сумев вырваться, она без колебаний выплюнула. В тот момент Говард Джеффри, похоже, догадался о причине ее гнева и объяснил: «Мне пришлось временно покинуть остров по делам, но я поспешил обратно, как только смог». Ребекка Квентин, пытаясь оттолкнуть Говарда Джеффри, обнимавшего её за талию, холодно ответила: «Тебе не нужно мне ничего объяснять, просто отпусти меня!» Кто бы мог подумать, что Говард Джеффри без зазрения совести ответит: «Ни за что!» "Ты..." Не успела Ребекка Квентин договорить, как Говард Джеффри насмешливо перебил её: "Ублюдок, да?" Ребекка Квентин сердито парировала: «Убирайся!» Затем Говард Джеффри поднял Ребекку Квентин на руки, расположив её горизонтально. "Ах!" Ребекка Квентин, совершенно застигнутая врасплох, резко извернулась в его объятиях. Говард Джеффри склонил голову, чтобы легонько поцеловать Ребекку Квентин в губы, его сверкающие глаза заблестели, и он низким, хриплым голосом произнес: «Давай вернемся в комнату и поговорим не спеша». ---------- Главы 119-70: Трогательные слова любви "Эй, отпустите меня…" "Нет." «Говард Джеффри!!!» — сердито выкрикнула она его полное имя. «Ммм», — ответил он спокойным и приятным тоном, не воспринимая её гнев всерьёз. "Ты…" В комнате Говарда они вдвоем лежали, переплетаясь, на большой кровати. Как и накануне вечером, попытки Бекки в итоге оказались тщетными… С мужчиной, который сдерживался четыре года, было очень трудно справиться! Как раз когда Говард собирался расстегнуть рубашку Бекки, он вдруг почувствовал слабый свет позади себя… Он накрыл их растрепанные тела одеялом и повернулся к углу потолка, где мерцал свет от камеры видеонаблюдения. Подняв из комнаты металлический предмет, он без колебаний разбил его… Круглая камера видеонаблюдения разбилась вдребезги, мгновенно погрузив зрителя по ту сторону камеры во тьму. Бекка не обращала внимания на действия Говарда. Она уже бросилась к двери, но, попытавшись открыть её, оказалась в ловушке. Тело Говарда преграждало ей путь, и в ту же секунду он снова подхватил её на руки. А потом… Из-под кровати доносились различные звуки сильного сопротивления и подавления. Вскоре одежда молодого человека и девушки оказалась разбросана по полу, а звуки из постели сменились тяжелым дыханием… Наконец, свет в комнате погас. Дыхание продолжалось, теперь смешиваясь со скрипом самой кровати… «Город G». Роджер Леонард, в наушниках, наслаждался разворачивающейся на видео непринужденной сценой… Внезапно он увидел мужчину с видео, идущего к нему навстречу… Пока он ещё был полностью погружен в захватывающую сцену, раздался БАХ. Видео мгновенно превратилось в чёрный экран со помехами. Громкий шум также причинил ему сильную боль в ушах, поэтому он сорвал наушники, стиснул зубы и выругался: «Чёрт возьми! Мисс Квентин уже под тобой; что ещё мне смотреть?!» Две минуты спустя Роджер отправил только что просмотренное видео некой "вдовствующей императрице" в Нью-Йорке. Практически мгновенно «императрица-вдова» крикнула: «Роджер!» "Тетя!" По телефону миссис Джеффри звучала очень взволнованно. «Неужели это действительно происходит между ними прямо сейчас? Есть ли что-то еще? Почему это так быстро закончилось?» У Роджера всё ещё звенело в ушах от громкого грохота, когда разбили камеру. Он не совсем расслышал, что сказала миссис Джеффри, и быстро спросил: «Что вы сказали? Я вас плохо слышу…» Миссис Джеффри повторила свою мысль. Наконец поняв ситуацию, Роджер ответил парой «О-о-о», а затем сказал: «Конечно, это произошло всего несколько минут назад. Но это все, что есть на видео, потому что ваш сын слишком жадный…» Миссис Джеффри была в восторге. «Роджер, ты заслужил похвалу». Роджер лукаво усмехнулся. «Тетя, я думаю, внук, которого вы так ждете, скоро появится. Насколько я знаю, Доры прошлой ночью в этой комнате не было, как и Бекки. Очевидно, они были в другой комнате, где волк, должно быть, уже набросился на маленького ягненка. Жаль, что я не поставил никого на видеонаблюдение в других комнатах. Кто бы мог подумать, что Дора будет таким нетерпеливым, даже не заходя в свою комнату?» «Хорошо. Завтра утром первым делом позвоню сыну и скажу, чтобы он поскорее привёз Бекку обратно». Посреди ночи, в комнате, освещенной лишь слабым лунным светом, проникающим сквозь окно, молодая пара поссорилась. Бекка, лёжа на боку и отвернувшись, крепко закуталась в одеяло. Говард попытался склонить её на свою сторону… Она вырвалась на свободу и осталась лежать на боку. Говард приподнялся на локте. Его темные глаза смотрели в ее блестящие, светящиеся в темноте глаза, и он низким, хриплым голосом произнес: «Бекка…» Бекка крепче сжала одеяло, голос ее дрожал. "Не зови меня!" Затем Говард силой притянул Бекку к себе на руки… "Отпустить…" Бекка извивалась в его объятиях. Говард быстро перевернулся, прижав ее к себе и одновременно схватив за беспокойные руки. Говард опустил голову, прикоснулся губами к её губам и спросил: "Ты меня так сильно ненавидишь?" Бекка отвернула лицо в сторону. Говард снова спросил: «Ты даже не смотришь на меня?» Бекка упорно оставалась неподвижной. И вот Говард начал целовать ее шею, его влажное, теплое дыхание ласкало ее кожу, пока она не выдержала и не повернула голову, чтобы сердито посмотреть на него. Говард посмотрел ей в глаза, которые в темноте казались еще ярче, и поддразнил: «А я-то думал, ты собиралась никогда больше не смотреть мне в глаза до конца своей жизни». "Что ты, по-твоему, делаешь?" Бекка холодно посмотрела на него, но ее глаза уже были полны слез, а голос дрожал от невысказанных рыданий. ---------- Главы 120-70: Искренние слова любви (Часть 2) Говард Джеффри уставился на нее, не отвечая на вопрос. Ребекка Квентин сглотнула комок в горле, боль вырвалась наружу: «Четыре года назад ты обращался со мной как с марионеткой, я была беспомощна, но четыре года спустя ты все еще думаешь, что я инструмент, которым ты можешь пользоваться по своему желанию? Говард Джеффри, есть ли у тебя хоть капля человечности? Если есть, тебе не место в моем мире, не говоря уже о совершении такого извращенного поступка, как изнасилование!» В конце концов, лицо Ребекки Квентин было залито слезами, а глаза полны боли и страданий. Говард Джеффри спокойно приоткрыл свои тонкие губы: «Дорогая, „изнасилование“ означает половой акт, совершенный против воли человека, что, как я полагаю, к нам не относится». При упоминании такой деликатной и неловкой темы Ребекка Квентин невольно покраснела и сердито выпалила: «Что значит, это не относится к вам? Вы же явно…» Она не могла подробно рассказывать об этом. Говард Джеффри улыбнулся: «Почему бы вам не продолжить?» Лицо Ребекки Квентин покраснело еще сильнее, и она выругалась: «Извращенка!» Говард Джеффри внимательно наблюдал за Ребеккой Квентин, словно очарованный ее милой надутой гримасой, и ему хотелось продолжить спорить с ней в таком же духе. Увидев его яркие черные глаза, Ребекка Квентин вспомнила о безумстве прошлой ночи и ее охватил страх. Она поспешно оттолкнула его тяжелое тело: «Слезь с меня!» Крепкое тело Говарда Джеффри продолжало давить на нее и, казалось, даже прижималось к ней еще сильнее. После того как ее попытки оттолкнуть его оказались безрезультатными, Ребекка Квентин уже собиралась в гневе закричать, когда внезапно Говард Джеффри наклонился над ней и схватил ее за губы, заставив проглотить все слова, которые она пыталась сказать. "Ммм… ммм…" Она хотела ударить его, но он схватил ее за руки. В этот момент она была словно добыча, ожидающая его расправы, чувствуя себя в полной опасности. Говард Джеффри задержался, целуя ее полминуты, а затем отпустил, пристально глядя на ее нежное лицо. "Говард Джеффри!!" — так Ребекка Квентин, в своем облачении, называла его по имени. Говард Джеффри смотрел ей в глаза, словно в черный виноград, в его взгляде читалась нежная любовь, и вдруг тихо произнес: «Ребекка, я очень счастлив». Губы Ребекки Квентин распухли и все еще слегка болели от его укусов, и ей вдруг не захотелось с ним разговаривать. Говард Джеффри продолжил: «Ты принадлежишь только мне». Щеки Ребекки Квентин мгновенно покраснели, и она сердито выпалила: «Кто принадлежит только тебе, не будь бесстыдной». Вспомнив, как она терпела его прошлой ночью, чувствуя себя некомфортно, он не смог удержаться и снова поцеловал ее, понизив голос: «Я больше не позволю тебе сближаться с другими мужчинами, отныне я хочу, чтобы ты принадлежала исключительно мне». Ребекка Квентин не расслышала скрытую ревность в словах Говарда Джеффри, чувствуя себя смущенной и разъяренной: «У нас больше нет никаких связей, мистер Джеффри, не забывайте, что у вас уже есть невеста, и у вас даже есть общий ребенок». Говард Джеффри медленно поднял взгляд, столкнувшись с ее агрессивной позицией, и слегка нахмурился: «Кто вам сказал, что у меня есть ребенок?» Ребекка Квентин небрежно ответила: «Ваш ребенок от Кристин Куинн, Мари!» Говард Джеффри посмотрел на нее с возрастающим интересом: «Это то, что вас так волнует?» Понимая, что её предыдущая вспышка гнева могла прозвучать слишком агрессивно, она перевела дыхание и спокойно сказала: «Я не зацикливаюсь на этом, потому что это меня не касается». Говард Джеффри легонько постучал её по носу: «Всё ещё болтаешь без умолку!» Раздраженная тем, что их разговор перерос в его поддразнивания, Ребекка Квентин нетерпеливо воскликнула: «Не трогай меня!!» В этот момент Говард Джеффри внезапно перевернулся, они поменялись местами, он обхватил её за бёдра и с лукавой улыбкой сказал: «Ладно, попробуй теперь встать с постели». Наконец освободившись, Ребекка Квентин замахнулась на него кулаками, но, несмотря на все свои попытки вырваться, в конечном итоге поняла, что все тщетно. Ключевым моментом было то, что ее движения вызвали реакцию определенной части его тела, которая только что расслабилась, из-за трения. "Ты…" Почувствовав его реакцию, Ребекка Квентин наконец поняла его намерение, позволив ей сопротивляться, поэтому она перестала двигаться, ее лицо было слишком красным, чтобы поднять голову. Он делал это специально! Говард Джеффри пристально смотрел на ее сердитое личико, словно отвечая ей: да, он делает это нарочно! Ребекка Квентин наконец успокоилась, не смея пошевелиться, позволяя ему обнять себя и совсем не глядя на него. Говард Джеффри внезапно сказал: «Не сердитесь». Ребекка Квентин не ответила. «Между мной и Кристиной много такого, что я не могу объяснить всё сразу… Веришь ты этому или нет, два года брака оставили след не только в твоём сердце, но и в моём. Ребекка, если я не смог дать тебе жизнь, о которой ты мечтала, за последние шесть лет, я надеюсь, что смогу сделать это в будущем», — Говард Джеффри сделал паузу, а затем продолжил: «Вчерашняя ночь не была мимолетным порывом; это тот порыв, который я испытывал каждый раз, когда видел тебя за последние четыре года». Тело Ребекки Квентин заметно напряглось, когда она смотрела на Говарда Джеффри; казалось, она не могла поверить, что он мог сказать такие слова, и медленно подняла взгляд, встретившись с его. В этот момент его обычно непроницаемые глаза, казалось, были полны глубокой привязанности, такой простой, но в то же время такой пронзительной. "Ты…" Ребекка Квентин, думая, что её чувства — всего лишь иллюзия, поспешно хотела разрушить эту нереалистичную картину. Неожиданно в этот момент над ней наклонился Говард Джеффри… Ребекка Квентин чувствовала, что все, что она пережила за эти два дня, вероятно, было результатом накопленной усталости, превосходящей даже трудности последних четырех лет. В этот момент, после купания, Ребекка Квентин вышла из ванной, вытирая мокрые волосы… Говард Джеффри стоял у окна от пола до потолка, по всей видимости, разговаривая по телефону. Ребекка Квентин подошла, намереваясь наконец-то взять свою одежду с кровати, но случайно подслушала его слова. "…Мама, перестань все время говорить о ребенке, твои придирки меня раздражают…" Услышав эту фразу, Ребекка Квентин вошла в ванную, чтобы переодеться. Когда Ребекка Квентин снова вышла, Говард Джеффри уже закончил разговор, и, словно по привычке, увидев ее, остановил ее машину. "Эй, отпусти!!" — Ребекка Квентин по-прежнему сохраняла недружелюбное отношение. ---------- Главы 121–71: Разъяснение с Цзи Линтянем 1 Говард Джеффри сел на кровать, обнимая Ребекку Квентин, его тонкие губы были совсем рядом с ее ухом. «Ты так хорошо пахнешь…» Запах ее свежевымытого тела был опьяняющим и ошеломляющим. Ребекка Квентин, чувствительная к щекотке, тут же пожала плечами. "Уходи!" Говард не стал больше её дразнить и с учтивой улыбкой спросил: «Хотите, я проведу для вас экскурсию по одному интересному месту на острове?» Ребекка Квентин категорически отказала. «Нет». Темные глаза Говарда озорно заблестели. "Тогда ты хочешь остаться здесь со мной?.." "Ты…!" Ребекка Квентин была одновременно смущена и раздражена, она так сильно прикусила язык, что говорить ей было невыносимо больно. Смех Говарда стал еще громче, но он тактично перестал ее дразнить. «Тогда пошли!» Ребекка Квентин сердито сказала: «Иди куда хочешь, я никуда не пойду!» Говард нахмурился. «Почему ты такой колючий, как маленький ёжик?» «Не твоё дело!» Вырвавшись из-под его руки, обнимавшей её за талию, она встала и, с трудом передвигая всё ещё ноющую ногу, поспешно выбежала из комнаты как можно быстрее. На пляже Ребекка Квентин сидела под зонтиком, пила свежевыжатый сок, который подавала горничная, и ее лоб был глубоко нахмурен от беспокойства. Она действительно ничего не понимала! Только сейчас она осознала, что за последние два дня… он вообще не использовал никаких средств контрацепции! Принимала она это или нет, что сделано, то сделано. Даже если бы она его избила, это было бы бесполезно. Теперь насущной проблемой было то, что она, возможно, беременна. Этот остров был частной покупкой Говарда. Естественно, аптек здесь не было. Продукты и припасы доставлялись на яхте. Даже если бы туда привезли какие-то лекарства, она сомневалась бы, что у них есть необходимые ей средства экстренной контрацепции… Какая же это раздражающая проблема. И что еще хуже, она никуда не могла пойти, да и просить его о помощи не хотела… Что ей делать? Хотя последние два дня были не самым благоприятным периодом для зачатия, вероятность беременности была немалой. Боже… ей лучше вообще не жить. В тот момент, когда Ребекка Квентин была в полном отчаянии, совершенно погруженная в свои запутанные мысли, на столе перед ней внезапно появилась чашка теплой воды. Ребекке Квентин даже не нужно было поднимать глаза, чтобы понять, кто это; мужской запах Говарда всегда был таким легким и приятным. Она предпочла полностью игнорировать его, даже отворачивая лицо, когда он подходил. Казалось, Говарда не смутило ее пренебрежение, его тон был мягким. «Я вот подумал, ты ведь наверняка не хочешь сейчас рожать мне ребенка…» Он знал, что боль от потери ребенка четыре года назад она, вероятно, никогда не забудет. Ребекка Квентин, глядя на море, прямо ответила: «В твоих мечтах!» Услышав её решительный, гневный тон, Говард улыбнулся. «Хочешь ты этого или нет — решать тебе, но произойдёт это или нет — решать мне». Слова Говарда снова вспыхнули гневом, лицо Ребекки Квентин. Она резко встала, испепеляющим взглядом посмотрела на него. «Говард, не смей меня провоцировать!» Встретившись с Говардом, Ребекка Квентин впервые почувствовала, что ее обычное хорошее воспитание было слишком уж хорошим! Темные глаза Говарда сузились, в них отразился пронзительный блеск, когда он неторопливо наблюдал за ней. Только тогда, повернувшись лицом к Говарду, Ребекка Квентин заметила две маленькие белые таблетки у него в руке. За два года их отношений она время от времени принимала эти таблетки, поэтому с первого взгляда узнала их действие — они начинали действовать в течение сорока восьми часов. Ее взгляд остановился на белых таблетках, и она протянула руку. «Дай мне их». Губы Говарда изогнулись в зловещей ухмылке. "Неужели ты так не хочешь родить от меня ребенка?" Ребекка Квентин сказала, в ее голосе слышался гнев: «Я не хочу это с тобой обсуждать. Дай мне таблетки». В тот же миг Говард небрежно щёлкнул рукой, и таблетки разлетелись в разные стороны… "Ах!" — Ребекка Квентин в изумлении и недоверии смотрела, как таблетки описали дугу в воздухе, а затем исчезли в каком-то неизвестном песчаном участке. «Это должно порадовать мою мать», — сказал Говард, затем повернулся и ушёл. "Привет…" Ребекка Квентин побежала за ним. Вскоре после этого все слуги на острове Фоум стали свидетелями того, как Ребекка Квентин неустанно добивалась Говарда. Их игривые ссоры и перепалки очень напоминали ссору молодой влюбленной пары. Целый день пролетел так быстро. Наконец, даже спустя сорок восемь часов, Ребекке Квентин так и не удалось получить от Говарда еще ни одной таблетки. Поэтому, пропустив ужин, Ребекка Квентин заперлась в своей комнате, словно в приступе раздражения по отношению к Говарду, и наглухо заперла дверь на засов. Сегодня вечером она точно не даст Говарду еще один шанс… Однако дела редко идут по плану. Кто бы мог подумать, что её комната и комната Говарда соединены кабинетом? И в этот самый момент Говард бесцеремонно вышел из кабинета в комнату Ребекки Квентин. ---------- Главы 122–71: Разъяснение ситуации со Скайлер Джонс (Часть 1) Однажды Говард Джеффри попросил кого-то спроектировать эту виллу с учетом будущего, думая о жизни на этом острове со своей женой и детьми. Чтобы избежать одиночества у ребенка, он спроектировал несколько комнат, соединенных между собой стеклянными стенами с дистанционным управлением, и в этот момент Говард Джеффри как раз открывал одну из таких стеклянных стен. "Ты… ты…" — Ребекка Квентин была потрясена, глядя на Говарда Джеффри. Он небрежно отбросил пульт, сказав: «Высокие технологии!» Ребекка Квентин была в ярости: «Убирайтесь отсюда!!» Говард Джеффри направился к Ребекке Квентин. Ребекка Квентин вскочила с постели, нетерпеливо желая выбежать из комнаты. Неожиданно Говард Джеффри без труда обнял её, крепко прижав к себе. "Отпусти, отпусти!" Ребекка Квентин чувствовала, что ее голос почти охрип от криков последних двух дней, но это редко приносило результат. Говард Джеффри нежно прижался лбом к лбу Ребекки Квентин и тихо сказал: «Не сердись. Нам повезло иметь ребенка. Раз уж в этот раз не получилось, в будущем мы будем поступать так, как ты хочешь, хорошо?» Понимая, что попытки бороться бесполезны, Ребекка Квентин просто решила не тратить силы, позволила ему обнять себя и холодно заявила: «Между нами нет будущего!!» "Бекка…" «Говард Джеффри, не думай, что из-за того, что произошло за последние две ночи, между нами что-то изменилось… Это невозможно. Я больше никогда тебе не поверю и не буду связывать себя с тобой, если ты не сможешь удержать меня на этом острове всю жизнь!» Внезапно взгляд Говарда Джеффри, устремленный на Ребекку Квентин, резко помрачнел. Ребекка Квентин, казалось, понимала, что её слова не оставляют места для компромисса… её сердце слегка сжималось от боли, но она не жалела об этом. Она никогда и не питала к нему никаких надежд… Нарушив короткую паузу, Говард Джеффри сказал: «Ладно, давайте закончим эту тему!» Ребекка Квентин отвернула лицо, больше не отвечая ему. «Я попрошу слугу принести вам ужин; если вы не хотите есть, просто ложитесь спать пораньше». С этими словами Говард Джеффри вышел из комнаты. Если еще мгновение назад Ребекка Квентин все еще таила в себе гнев, то сейчас, глядя ему вслед, она почувствовала необъяснимую боль в носу. Кто бы мог подумать, что такие решительные слова в его адрес противоречат её истинным внутренним желаниям? И всё же, какой смысл в безнадежном желании продолжать отношения с ним? Между ними это невозможно… Когда-то это было невозможно, а теперь тем более, особенно учитывая, что любви никогда не было. Таким образом, покинув этот остров, они снова окажутся совершенно не связанными между собой людьми… Ребекка Квентин никак не ожидала, что на рассвете ее разбудит тепло тела Говарда Джеффри, прижавшегося к ней. Как будто конфликта прошлой ночи и не было, он крепко обнимал ее, пока она спала на боку, не переступая границ, просто держа ее, пока она пыталась вырваться, не ослабляя хватки… В конечном итоге, из-за физического истощения, Ребекка Квентин постепенно, после всех трудностей, снова погрузилась в сон. Спустя пару часов их обоих почти одновременно разбудил звонок телефона Говарда Джеффри. Однако Говард Джеффри лишь слегка подвинулся, не двигаясь, чтобы ответить на звонок, и Ребекке Квентин пришлось самой взять трубку… Изначально она намеревалась передать телефон Говарду Джеффри, но случайно увидела номер, отображавшийся на экране. Ребекка Квентин полностью проснулась, но, пока Говард Джеффри держал её на руках, она могла лишь нажать кнопку ответа перед ним: «Мистер Джонс…». На самом деле Ребекка Квентин не говорила Скайлер Джонс, что этот телефон принадлежит Говарду Джеффри, не желая, чтобы он что-то неправильно понял. Она просто заверила Скайлер Джонс в своей безопасности и сказала, что скоро вернется, поэтому Скайлер Джонс, вероятно, растерялась и позвонила снова. Ребекка Квентин посчитала себя счастливицей, что сама откликнулась на звонок, поэтому они легко нашли общий язык. Кто бы мог подумать в тот момент, что Говард Джеффри внезапно выхватил телефон из уха Ребекки Квентин и, без предупреждения, сказал: «Разговор закончен? Мы возвращаемся спать!» Он повесил трубку и продолжил убаюкивать Ребекку Квентин. Ребекка Квентин с недоверием наблюдала, как Говард Джеффри нажал кнопку завершения вызова, и лишь спустя несколько секунд отреагировала, крикнув: «Говард Джеффри!!» "Хм…" — лениво ответил Говард Джеффри. Ребекка Квентин в гневе начала пытаться отцепить руку Говарда Джеффри от своей талии, но безуспешно. В конце концов, Ребекка Квентин полностью прекратила сопротивление, повернула лицо к привлекательной внешности Говарда Джеффри и холодно спросила: «Значит, вы не отпустите меня, верно?» «Спи, дорогая», — терпеливо уговаривал ее Говард Джеффри. Внезапно Ребекка Квентин пнула кого-то в чувствительное место… "Блин!!" Когда Говард Джеффри резко отпустил Ребекку Квентин, из его уст вырвалось болезненное ругательство. Ребекка Квентин воспользовалась случаем, чтобы вскочить с постели, и, подражая его самодовольному поведению прошлой ночи, сухо и отстраненно произнесла: «Хм, прием самообороны!» Говард Джеффри глубоко нахмурился; боль явно была нелегкой. Ребекка Квентин полностью проигнорировала его, подняла телефон, который Говард Джеффри бросил на пол, и нагло вышла, чтобы позвонить. Кто бы мог подумать, Ребекка Квентин даже не успела выйти за дверь, как ее неожиданно крепко обняли сзади. "Ах!" Ребекка Квентин закричала, не в силах сопротивляться, после чего некий человек отбросил её обратно на кровать. "Отпусти меня, отпусти…" — Ребекка Квентин яростно била ногами и кулаками. Тем не менее, Говард Джеффри несколько раз приложил усилия, чтобы прижать Ребекку Квентин к себе, не давая ей пошевелиться. Ребекка Квентин безуспешно пыталась что-то сделать, с опаской наблюдая за человеком над собой; на его лице читалась злость, а на лбу едва заметны были капельки пота от сдерживаемого напряжения. Говард Джеффри поднял свой острый, как бритва, подбородок: «Попытка убийства вашего мужа, хм?» Хотя ее настрой несколько ослаб, Ребекка Квентин вызывающе ответила: «Ты сама в это вляпалась!» "Тогда это теперь твоя заслуга!" "Что… что?" — внезапно почувствовала Ребекка Квентин что-то зловещее. И действительно, в этот момент Говард Джеффри одной рукой прижал руки Ребекки Квентин, а другой быстро снял с нее нижнюю одежду. Вполне понятно, что Ребекка Квентин была совершенно обнажена и инстинктивно сжала ноги… Ребекка Квентин была настолько смущена, что не могла связно произнести: «Ты… ты извращенец!» В тот момент у Говарда Джеффри, похоже, не оставалось и следа, чтобы уделить внимание Ребекке Квентин, и он уткнулся головой ей между ног… ---------- Главы 123–72: Разъяснение с Цзи Линтянем 2 Ребекке Квентин действительно пришлось отдать должное кое-кому… Когда она уже рухнула на кровать и у нее совсем не осталось сил спорить с ним, он, полный энергии, после сытного обеда поднялся с постели. Измученная, Ребекка Квентин погрузилась в глубокий сон… Она проспала до полудня и, наконец, проснулась, как только как следует отдохнула. После принятия ванны Ребекка Квентин собиралась выйти из комнаты, но случайно увидела Говарда Джеффри, который в данный момент находился в кабинете и общался со своими подчиненными по видеосвязи. Он элегантно и бегло обсуждал официальные дела на английском языке с сотрудниками компании, выглядя утонченным, спокойным, сдержанным и стильным. В постели он был совершенно другим, особенно теперь, когда восстановил свой авторитет и достоинство перед подчиненными. Он выглядел дисциплинированным и был идеальным воплощением успешного молодого человека. Однако кто бы мог подумать… Ребекка Квентин невольно бросила на него презрительный взгляд, подумав про себя: «Одетый извращенец» — пожалуй, наиболее подходящее описание для такого человека… На пляже Ребекка Квентин, глядя в море, погрузилась в свои мысли. Возможно, из-за того, что она была слишком погружена в свои мысли, она не услышала шагов позади себя. К тому времени, как Ребекка Квентин отреагировала, Говард Джеффри уже обнял её за талию сзади. Говард Джеффри поцеловал её в щёку и тихо прошептал ей на ухо: «Почему ты не сказала мне, когда проснулась?» Его тёплое дыхание щекотало ей ухо, и она невольно оттолкнула его голову, уткнувшуюся ей в шею, раздражённо пробормотав: «Уходи!» Говард Джеффри, казалось, привык к тому, что постоянно цепляется за нее, и продолжал целовать ее в ухо, бормоча: «О чем ты только что думала?» Ребекка Квентин бесцеремонно выпалила: «Скайлер Джонс!» Говард Джеффри внезапно сильно укусил ее за прекрасную лопатку. "Ах, больно! Что с тобой случилось?" — с трудом произнесла Ребекка Квентин. Говард Джеффри крепче обнял её: «Я не хочу слышать от тебя имена других мужчин». В его низком, хрипловатом голосе слышалась ревность. «Он не просто другой мужчина, он мой жених!» Говард Джеффри выпрямил тело Ребекки Квентин, так что они оказались лицом к лицу, и злобно усмехнулся: «Вот как? Может, мне позвонить ему еще раз и сказать, что его „невеста“ последние два дня была у меня в постели?» Ребекка Квентин нахмурила брови: «Я не оставлю это так просто!» Говард Джеффри смотрел в ее ослепительные глаза, его губы игриво изогнулись в улыбке: «Тогда я потрачу всю свою жизнь на то, чтобы свести с ней счеты!» Всю свою жизнь она впервые услышала от него о столь долгосрочных отношениях… Словно в иллюзии, она подняла взгляд на его красивое лицо с оттенком недоверия. Говард Джеффри обнял её за талию, его тон был нежным, мягким и властным: «Мне всё равно, о чём ты сейчас думаешь. Отныне ты можешь быть только моей». В этот момент ее сердце, возможно, было проникнуто искренностью и теплотой его признания, но боль прошлого оставила неизгладимую рану. Она стала слишком напугана, чтобы питать надежду, независимо от того, правдивы его слова или нет, она больше не хочет к ним прикасаться… даже если это приведет к тому, что она останется одна на всю оставшуюся жизнь. «Хе-хе». Рациональное мышление смягчило почти потерянное сердце Ребекки Квентин, и она болезненно рассмеялась, тихо произнеся: «Ты когда-нибудь задумывался, справедливо ли ты поступаешь по отношению к Кристин Куинн, о которой ты заботишься больше всего?» "Бекка…" Попытка Говарда Джеффри дать объяснение была прервана слугой, который поспешил к нему. «Босс, ваш телефон звонит уже очень давно». Слуга подошел, чтобы передать телефон, почтительно держа его перед Говардом Джеффри. Хотя Говард Джеффри проигнорировал это, Ребекка Квентин спокойно ответила, прежде чем он успел что-либо сказать: «Ответьте на звонок, нам не о чем говорить». В трубке раздался голос Роджера Леонарда. «Дора, тебе нравится твой успех и то, что тебя окружают красивые женщины?» Говард Джеффри нетерпеливо сказал: «Переходите к сути дела». Почувствовав холодность Говарда Джеффри, Роджер Леонард повысил голос: «О, почему у вас такой раздраженный голос? Малышка Бекка плохо себя ведет?» Говард Джеффри недовольно нахмурился. «Ой, я забыла, слово „малыш“ мне не подходит. Дора, я верну тебе это эксклюзивное прозвище…» В этот момент Роджер Леонард явно издевался над тем, что услышал, как Говард Джеффри назвал Ребекку Квентин таким образом в видео. Лицо Говарда Джеффри помрачнело: «Переходи к сути дела». Казалось, Роджер Леонард почувствовал гнев Говарда Джеффри по телефону, поэтому он откашлялся и серьёзным тоном сказал: «Э-э, Дора, на самом деле я не хочу вмешиваться в твою романтическую жизнь с твоей будущей невесткой. Главное, что ситуация немного сложная, и я не могу решить её сам…» ---------- Главы 124–72: Разъяснение ситуации со Скайлер Джонс (Часть 2) "Говорить." «Вот в чём дело… Мисс Куинн всегда думала, что ты в городе Т, поэтому позавчера она не смогла удержаться и полетела в город Т, чтобы тебя найти. Но когда она тебя там не нашла, она деликатно проверила местонахождение Бекки и узнала, что Бекка также пропала в городе И. Естественно, она догадалась, что вы двое вместе… Поэтому мисс Куинн отправилась в город И сегодня утром. Похоже, она заключила союз со Скайлер Джонс, и, если я не ошибаюсь, мисс Куинн будет ждать возвращения Бекки у Скайлер Джонс!» Ночь. Ребекка Квентин рано легла спать. Однако она проспала совсем недолго, когда кто-то снова обнял её. После нескольких безуспешных ночей, приведших к еще худшим результатам, сегодня Ребекка Квентин не стала сопротивляться. Она позволила ему обнять себя, просто надеясь спокойно провести ночь. Внезапно он тихо произнес: «Раз ты не хочешь здесь оставаться, мы уедем завтра». Ребекка Квентин сначала закрыла глаза, но, услышав слова Говарда Джеффри, тут же расширила их и недоверчиво спросила: «Вы серьёзно?» Говард Джеффри едва слышно хмыкнул носом. Ребекка Квентин наконец почувствовала облегчение и с облегчением вздохнула. В ту ночь ничего не произошло. На следующий день. Когда Ребекка Квентин проснулась, Говарда Джеффри рядом с ней уже не было. Опасаясь, что он ушел, Ребекка Квентин поспешно оделась и быстро выбежала на поиски Говарда Джеффри. К счастью, Говард Джеффри стоял у моря. Его отстраненный и высокий силуэт всегда казался немного одиноким, но Ребекка Квентин считала, что это всего лишь ее иллюзия, потому что он никогда не мог выглядеть таким печальным. Говард Джеффри, словно почувствовав на себе два взгляда сзади, обернулся и встретился взглядом с Ребеккой Квентин. Ребекка Квентин не отводила от него взгляда, медленно приближаясь к нему, волоча по земле все еще ноющую ногу. Говард Джеффри спросил: «Проснулся?» Ребекка Квентин тихо ответила: «Я думала, ты уже ушла». Говард Джеффри спокойно сказал: «Я не нарушу своего обещания». Ребекка Квентин кивнула: «Спасибо». Во время разговора Ребекка Квентин ни разу не подняла взгляд на Говарда Джеффри, словно намеренно избегая этого. Говард Джеффри не возражал и серьезно сказал: «Посмотрите, не нужно ли вам что-нибудь упаковать. После того, как вы закончите, мы отправимся через час». "Хорошо." После того как Ребекка Квентин кивнула, Говард Джеффри начал уходить. Почувствовав перемену в поведении Говарда Джеффри, Ребекка Квентин внезапно ощутила, словно ее пронесло холодным ветром, и все ее тело пробрало холодом. Говард Джеффри действительно сдержал свое слово, и час спустя они оба уже сидели на яхте. Это был первый раз, когда Ребекка Квентин увидела Говарда Джеффри за штурвалом яхты. Он был в солнцезащитных очках, футболке и расстегнутой белой рубашке, выглядел гораздо более непринужденно, чем обычно, и излучал особый, мальчишеский шарм. Ребекка Квентин отвела взгляд от Говарда Джеффри и невольно повернулась к острову, который удалялся позади них. Этот маленький, никому не известный остров изначально внушал ей страх и ужас, но теперь, когда она уезжала, в ней нарастало странное нежелание. Иногда она думала: если бы можно было всю жизнь прожить в таком уединенном месте, как было бы это замечательно… Вскоре яхта пришвартовалась, за ней последовал водитель, приехавший за Говардом Джеффри, который отвез их на частный аэродром. Во время поездки на машине Говард Джеффри держал глаза закрытыми, отдыхая и не разговаривая с Ребеккой Квентин, которая тоже смотрела в окно, ни разу не взглянув на Говарда Джеффри. Наконец, они вдвоём поднялись на борт частного самолёта Говарда Джеффри. Хотя во время полета ни одна из них не произнесла ни слова, Ребекка Квентин чувствовала себя менее задыхающейся, чем раньше. Потому что она и представить себе не могла, что Говард Джеффри скажет капитану, что пункт назначения — город Y, и уж тем более не ожидала, что он лично сопроводит её обратно. Когда Говард Джеффри и Ребекка Квентин прибыли в город Y, было раннее утро. Когда Ребекка Квентин вышла из машины Говарда Джеффри, она отчетливо почувствовала прохладу городской погоды и дважды чихнула из-за внезапного похолодания. Говард Джеффри намеревался накинуть свой пиджак из машины на плечи Ребекки Квентин, но прежде чем он успел двинуться с места, на ее плечах уже оказался костюм. Да, он принадлежал Скайлеру Джонсу. Скайлер Джонс только что вышла из входа в "Оверски" и по совпадению увидела, как Говард Джеффри подвозит Ребекку Квентин обратно. Теплый аромат, окутывающий ее плечи, был одновременно незнакомым и знакомым для Ребекки Квентин, когда она перевела взгляд и неожиданно встретилась глазами со Скайлер Джонс. В этот момент из машины вышел Говард Джеффри, и его взгляд скользнул прямо по двум людям перед ним. Скайлер Джонс взглянула на Говарда Джеффри, их взгляды встретились, они выглядели спокойными и непоколебимыми, хотя под темными глазами скрывалась внутренняя борьба. В этот момент взгляд Кристин Куинн обратился к всем присутствующим. «Говард». Практически мгновенно Кристин Куинн бросилась в объятия Говарда Джеффри, крепко прижавшись к нему. Хотя Говард Джеффри не ответил на объятия Кристин Куинн, увиденное все равно не давало Ребекке Квентин покоя, вызывая болезненные ощущения, словно армия муравьев терзала ее сердце. «Мистер Джеффри, похоже, вы нашли для меня Бекку. Это вас очень беспокоит, я лично прилечу в Т-Сити позже, чтобы вас «поблагодарить».» Скайлер Джонс говорил спокойно и размеренно, явно намереваясь свести счеты, но при этом не создавал неловкой атмосферы, демонстрируя свою высокую психологическую устойчивость. Говард Джеффри медленно вытащил Кристин Куинн из своих объятий, и мягким голосом сказал: «Жди меня в машине». Кристин Куинн отнеслась к этому с пониманием, послушно кивнув: «Хорошо», — сказала она, направляясь к машине Говарда Джеффри. В тот момент Ребекка Квентин внезапно поняла причину, по которой Говард Джеффри приехал в Y City. Не ради неё, а ради Кристин Куинн. Внезапно Ребекка Квентин почувствовала, как слова Говарда Джеффри, сказанные на острове, распространяются по ее сердцу, словно яд, вызывая удушающую боль во всех нервах ее тела. Скайлер Джонс нежно похлопала Ребекку Квентин по плечу и тихо сказала: «Бекка, давай сначала зайдем внутрь!» Ребекка Квентин слегка кивнула, а затем повернулась и вошла в "Оверски". Вскоре после этого Ребекка Квентин услышала, как завелся двигатель автомобиля Говарда Джеффри и уехал. Внезапно она почувствовала себя механической куклой рядом со Скайлер Джонс, снова и снова мысленно насмехаясь над собой, а её тяжёлые шаги по дороге оставляли следы разбитого сердца. Внутри офиса компании «Оверский». Скайлер Джонс лично налил Ребекке Квентин, сидевшей на диване, чашку кофе нужной температуры. «На улице холодно, и руки у тебя замерзли. Согрей их кофе. Я отвезу тебя домой позже». ---------- Глава 125-73: Унесенные Им Почувствовав тепло кофе, Ребекка Квентин вернулась к реальности. Заметив задумчивость Скайлер Джонс, она тихо произнесла: «Спасибо». Скайлер Джонс повернулся и подошел к своему столу, взяв оставленный на нем телефон. Он спокойно произнес: «Сначала позвоню тете Клэр. Она встревожена последние несколько дней». Ребекка Квентин покачала головой, в ее голосе едва уловимо звучало уныние. «Подождите минутку, мистер Джонс. Мне нужно вам кое-что сказать». Казалось, Скайлер Джонс догадался, что Ребекка Квентин хочет сказать дальше. Его рука заметно дрогнула, когда он потянулся за телефоном, и на мгновение он замолчал. Однако он не стал избегать этой темы, его взгляд поднялся на бледное лицо Ребекки Квентин. Сделав глубокий вдох, Ребекка Квентин спокойно посмотрела на Скайлер Джонс, в ее голосе слышались всхлипы. «Мистер Джонс, мне очень жаль…» Скайлер Джонс медленно подошла к Ребекке Квентин. «Нам нет необходимости говорить друг другу эти слова». Скованная барьером в своем сердце, Ребекка Квентин покачала головой. «Я должна сказать это вам». «Вам не нужно ничего говорить». Внезапно Скайлер Джонс крепко обнял Ребекку Квентин, в его голосе все еще слышалась подавленная нежность. Прижавшись к теплой, крепкой груди Скайлер Джонс, Ребекка Квентин внезапно потеряла контроль над собой и разрыдалась. УААА… Скайлер Джонс нежно обхватил ладонями красивое, нежное лицо Ребекки Квентин, бережно вытирая слезы, которые непрерывно текли из уголков ее глаз. Он успокаивал ее: «Глупышка, слезы не следует проливать так легкомысленно». Ребекка Квентин не смелла поднять взгляд на Скайлера Джонса; из ее губ сорвались слова самообвинения и чувства вины: «Простите, мистер Джонс. Мне очень жаль. Я… возможно, я недостойна продолжать быть с вами, потому что у меня и Говарда Джеффри уже были интимные отношения на острове». «В спальне квартиры». Ребекка Квентин сидела на краю кровати, обнимая колени. Тетя Клэр сидела рядом с Ребеккой Квентин и серьезно говорила: «Мисс, я знаю, что вы всегда были рассудительны во всем, что делали. Я также знаю, что на этот раз вас спровоцировал Говард Джеффри. Но вы не можете продолжать связываться с ним. Вы и мистер Джонс уже встречаетесь, и все знают, что вы можете выйти за него замуж. Скайлер был так добр к вам. В те дни, когда вас не было, он потратил все свое время и силы на то, чтобы выяснить, где вы находитесь. После вашего возвращения, хотя он и был сильно потрясен вашим рассказом, он все же простил и понял вас. Он нисколько вас не винил и даже не думал о том, чтобы расстаться с вами. Когда вы сравниваете такого человека с Говардом Джеффри, разве вы не знаете, как сделать выбор?» Ребекка Квентин не ответила, ее взгляд был устремлен прямо перед собой, она была необычайно молчалива. Понимая, что Ребекка Квентин сейчас не в настроении, тетя Клэр больше ничего не сказала. Она лишь тихо вздохнула, покачала головой и вышла из комнаты. После того как тетя Клэр закрыла дверь, Ребекка Квентин уткнулась головой в колени. Несколько секунд спустя, когда она подняла голову, ее глаза были затуманены слезами. Почему в этом мире так много лжецов? Если бы им было все равно, зачем бы они пытались придать своей лжи такую ​​же убедительность, как и клятвам? Так уж получилось, что в мире есть такие глупцы, которые почти воспринимают его слова всерьез… Говард Джеффри… Кем он ее на самом деле считал? Когда она ему была нужна, он брал ее, а когда не нужна была, отбрасывал, как изношенную туфлю. Такая бесцеремонная игра с чувствами человека — неужели он действительно считал ее бессердечной? Нет… Он не имел права приходить и уходить из её мира по своему усмотрению… С этой мыслью Ребекка Квентин взяла телефон и набрала номер, который она никогда не забывала все эти годы. Неожиданно, прежде чем она успела закончить набор номера, ее телефон внезапно зазвонил. Увидев число на экране, она резко замерла, и ее пальцы задрожали, когда она коснулась экрана. И действительно, на экране отобразился тот самый номер, по которому она хотела позвонить всего мгновение назад. Она и не думала, что их звонки будут настолько синхронными… Конечно, независимо от того, звонил он или она, то, что она хотела ему сказать, оставалось неизменным. Ребекка Квентин взяла себя в руки и спокойно нажала кнопку ответа. «Здравствуйте». "Это я." Тихий голос в телефонной трубке принадлежал исключительно Говарду Джеффри. Услышав его голос, она попыталась подавить горечь и дискомфорт, которые испытывала, глядя на него, и легкомысленно сказала: «Вы позвонили как раз вовремя. Мне тоже нужно кое-что вам сказать». Похоже, Говард Джеффри уже догадался, что хочет сказать Ребекка Квентин. Он прямо заявил: «Я не хочу слышать от тебя ничего в гневе. Разберись со своими делами со Скайлер Джонс сегодня вечером. Завтра утром я приеду за тобой». Заберу тебя… Заберу тебя… ---------- Глава 126-73: Унесенные Им (Часть 2) Заберу тебя… В этот момент слова Джеффри эхом отозвались в ушах Бекки, и ее тщательно выверенные мысли мгновенно превратились в хаос. Решающие слова, которые она хотела ему сказать, внезапно застряли у нее в горле. «Бекка, у меня есть другое дело. Завтра я тебе все объясню». Ребекка Квентин хранила молчание. Джеффри знал, что Бекка слушает, поэтому, прежде чем закончить разговор, он мягко сказал: «Я скучаю по тебе». К тому моменту, когда Бекка это осознала, на её телефоне остался только звуковой сигнал завершенного звонка. В то же время, внутри здания филиала Skytop Corporation в Т-Сити. Джеффри стоял у панорамного окна отеля и положил телефон. Секретарь подошла, чтобы взять телефон Джеффри, и напомнила ему: «Мистер Джеффри, журналисты прибыли. Пресс-конференция может начинаться…» «Хорошо», — тихо ответил Джеффри. Когда секретарь повернулась, чтобы уйти, в кабинет Джеффри вошла Кристин Куинн с растерянным видом. Услышав шаги, Джеффри понял, что это Кристин, но не обернулся, чтобы посмотреть на нее. Кристин молча смотрела на красивый силуэт Джеффри, желая что-то сказать, но не в силах произнести ни слова. На несколько секунд воцарилась тишина. Как только Кристина собралась что-то объяснить и поговорить с Джеффри, он уже повернулся, прошел мимо нее и вышел прямо из кабинета. "Говард…" Кристин выбежала и последовала за Джеффри в лифт. Когда двери лифта закрылись, Кристин уже обняла Джеффри и прошептала: «Говард, можешь дать мне еще один шанс? Я знаю, ты больше не можешь меня простить, но я никогда не хотела тебя обманывать. Просто в тот момент я была бессильна…» Не успела Кристин закончить, как открылись двери лифта. Джейсон Вуд, стоявший у лифта и увидевший, как Кристин цепляется за Джеффри, тут же шагнул вперед и оттащил Кристин от себя. Кристин постоянно пыталась вырваться из объятий Джейсона Вуда: «Говард…» Перед тем как выйти из лифта, Джеффри холодно сказал: «С этого момента я больше не хочу тебя видеть». Кристин, казалось, не могла в это поверить и рухнула в объятия Джейсона Вуда. Джейсон Вуд быстро закрыл двери лифта, поддерживая обмякшую Кристин, желая утешить ее, но не зная, что сказать. Тем временем Джеффри вышел из лифта и мгновенно оказался в море фонарей и света фотоаппаратов. Журналисты начали окружать Джеффри, а охранники встали вокруг него, чтобы поддерживать порядок. Ребекка Квентин не спала всю ночь, ее глаза были открыты до рассвета. Тетя Клэр готовила завтрак на кухне. Увидев, что Бекка вышла из своей комнаты, тетя Клэр спросила: «Почему бы тебе не поспать еще немного? Еще не время на работу». Ребекка Квентин честно ответила: «Я не могла уснуть». Тетя Клэр поставила приготовленный завтрак на стол, сняла фартук и с беспокойством подошла к Бекке: «Все еще не можешь разобраться?» Ребекка Квентин мягко покачала головой. Тетя Клэр вздохнула: «Раз уж ты все придумала, то проблем нет… Мистер Джонс приедет за тобой на работу позже, так что тебе следует одеться красиво…» Бекка вдруг низким голосом воскликнула: «Тетя Клэр!» Тетя Клэр все еще улыбалась: «Что?» Бекка долго смотрела на доброе лицо тети Клэр, не говоря ни слова. Тетя Клэр не могла не спросить: «Что вы хотите сказать, мисс?» "Я…" Кольцо— В этот момент раздался звонок в дверь, прервавший то, что Бекка собиралась сказать. Тетя Клэр, не понимая, что хотела сказать Бекка, повернулась, чтобы открыть дверь, и пробормотала: «Посмотрите, какой внимательный мистер Джонс, что пришел так рано…» Ее охватило чувство тревоги, словно она почувствовала, кто пришел, и Бекка посмотрела в сторону двери. С улыбкой тетя Клэр открыла дверь, готовая произнести «Джонс», но была ошеломлена, широко раскрыв рот, увидев человека за дверью. Взгляд Джеффри уже встретился с взглядом Бекки внутри дома, почти сразу же минуя тетю Клэр, Джеффри без колебаний обнял Бекку и поцеловал ее. Бекка совершенно не могла отреагировать, Джеффри уже целовал ее в губы… Он поцеловал ее так, словно не видел ее целую вечность, полный собственнического влечения, их дыхание переплелось, пока она почти не смогла дышать, она несколько раз похлопала его по спине, и только потом он медленно отпустил ее. Бекка застыла на месте, от поцелуя у нее перехватило дыхание, грудь тяжело вздымалась. Наконец одумавшись, тетя Клэр тут же оттащила Бекку от Джеффри и недружелюбно выпалила: «Мистер Джеффри, вам здесь не рады, пожалуйста, уходите!» Джеффри редко отвечал терпеливо: «Тетя Клэр, я знаю, что вы не можете смириться с моими отношениями с Беккой прямо сейчас, но я докажу свои чувства к Бекке в будущем». Тетя Клэр усмехнулась: «Чувства к Бекке? Мистер Джеффри, мне кажется, у вас плохая память. Вы забыли, как обращались с Беккой тогда?» «Я могу объяснить прошлое». «Хм, как вы это объясните?» — тётя Клэр невольно с обидой встала на защиту Бекки. — «Вы думаете, рана, которую вы нанесли Бекке, легко заживёт? Если у вас действительно были чувства к Бекке, почему вы не навестили её, когда она потеряла ребёнка четыре года назад, и почему вы игнорировали её последние четыре года? И самое главное, вы всегда любили мисс Куинн, так зачем возвращаться и беспокоить Бекку?» Слова тети Клэр были резкими, не оставляя места для двусмысленности. Джеффри не ответил; его взгляд обратился к молчаливой Ребекке Квентин, стоявшей рядом с ним. Тетя Клэр заметила пристальный взгляд Джеффри, устремленный на Бекку, и не смогла удержаться от слов: «Не думайте, что мисс все еще поверит вам, мистер Джеффри. Наша мисс уже приняла решение: она не будет продолжать связываться с вами, и скоро они с мистером Джонсом поженятся!» «Неужели Скайлер Джонс должна выйти замуж за моего ребенка?» Джеффри по-прежнему не отрывал глаз от Ребекки Квентин, словно отвечая тете Клэр, но его слова больше походили на ревнивые высказывания, обращенные непосредственно к Бекке. Тётя Клэр внезапно потеряла дар речи. Ребекка Квентин, которая все это время молчала, наконец тихо сказала: «Тетя Клэр, можно я поговорю с ним наедине несколько минут…» "Скучать…" «Со мной все в порядке, позвольте мне поговорить с ним наедине!» Хотя тётя Клэр и не хотела оставлять Бекку наедине с Джеффри, поскольку это касалось её счастья на всю жизнь, это было решение, которое могла принять только она. В конце концов, она ушла в свою комнату, чувствуя себя беспомощной. ---------- Главы 127-74: Верить в тебя я могу только тогда, когда мое сердце ослеплено салом. В гостиной квартиры остались только Ребекка Квентин и Говард Джеффри. В этот момент Ребекка подняла глаза, ее взгляд спокойно встретился со взглядом Говарда. После, казалось бы, глубокого раздумья, она медленно спросила: «Можно задать вам вопрос?» «Ммм». «Будешь ли ты добр ко мне, и только ко мне, до конца жизни?» "Да." Услышав ответ Говарда, Ребекка медленно перестала кусать нижнюю губу. На ее губах появилась растерянная улыбка, когда она ответила: «Хорошо, подожди меня внизу. Я возьму свои документы, а потом пойду с тобой». "Хорошо." Говард нежно поцеловал Ребекку в лоб, после чего повернулся и ушел. Когда Ребекка вошла в комнату тети Клэр, тетя Клэр сидела на краю кровати спиной к Ребекке и дулась. Ребекка подошла и тихонько окликнула: «Тетя Клэр». Тетя Клэр не повернулась, чтобы посмотреть на Ребекку, в ее голосе слышалось разочарование, когда она сказала: «Я слышала, что ты сказала тому мужчине. Твоя жизнь принадлежит тебе; я не имею права диктовать тебе, что ты можешь делать. Делай, что хочешь!» Впервые в жизни Ребекка почувствовала отсутствие привычной теплоты тети Клэр и гнев в ее голосе, когда та говорила. Ребекка безучастно смотрела перед собой, медленно произнося каждое слово: «Если бы я могла изменить свою жизнь, я бы хотела никогда не встречать его в этой жизни». Услышав слова Ребекки, тетя Клэр тут же обернулась и с воодушевлением воскликнула: «Мисс, у вас еще есть время изменить свою жизнь, если вы сейчас же откажетесь от предложения Говарда!» «Нет, уже слишком поздно…» — Ребекка безучастно покачала головой. Тётя Клэр, не понимая, спросила: «Почему?» «Потому что, неважно, было ли это четыре года назад или сейчас, я хочу быть с ним. Я люблю его, очень-очень сильно». Ребекка едва не выплакала последние слова. Тетя Клэр встала. "Мисс…" Слезы текли, словно жемчужины, порванные на нити, когда Ребекка воскликнула: «Последние четыре года я постоянно думала о том, что должна забыть его, перестать думать о нем и полностью вычеркнуть его из своей жизни…» «Четыре года спустя я думала, что мне это удалось. Но когда я увидела его снова, я поняла, насколько невероятно трудно забыть кого-то…» «Видеть его с Кристин Куинн до сих пор причиняет мне боль; это до сих пор меня угнетает. Даже когда я каждый день с Квайлером Джонсом, я думаю только о нем». «Я знаю, что веду себя глупо и бесполезно, и я знаю, что Скайлер гораздо больше достоин того, чтобы я добивалась его всю жизнь, чем он. Но я не могу себя контролировать, тетя Клэр. Он единственный, кто мне нравится, единственный, по кому я скучаю…» Глаза тети Клэр тоже покраснели. Она нежно обняла Ребекку, ее голос дрожал от волнения, когда она сказала: «Как я могла не знать, что у тебя на сердце? Мисс, если вы сможете быть с любимым человеком до самой старости, это именно тот результат, которого я больше всего хотела бы видеть». «Но он такой загадочный, такой расчетливый. Он не подходит такой чистой и доброй женщине, как ты. Я искренне боюсь, что он снова причинит тебе боль…» «Нет, тётя Клэр, я верю тому, что он мне сегодня сказал». «Глупышка, даже если ты с ним останешься, полностью ему доверять нельзя. Мужские обещания иногда — всего лишь слова, которые нужно услышать, но которые не всегда можно сдержать. Даже преданные друг другу пары не могут выполнить каждую клятву…» «Тётя Клэр?» — глаза Ребекки внезапно засияли. — «Ты согласна?» Тетя Клэр улыбнулась сквозь слезы. «Как я могла не согласиться? Твое сердце уже принадлежит ему; я не смогла бы тебя остановить, даже если бы захотела. Кроме того, вы с ним уже… ну, за последние несколько дней…» «Ну что ж, давайте на этот раз ему поверим. В любом случае, было неожиданно, что он пришел сегодня вас искать. И я впервые видела, чтобы он был готов терпеливо поговорить с такой пожилой женщиной, как я!» "Хех…" «Давай, я помогу тебе собрать вещи. Посмотри, может, ты захочешь взять с собой что-нибудь еще…» "Ты не пойдешь со мной?" «Нет, я позже соберу вещи и вернусь в Т-Сити. Я не привык к жизни в Америке; мне всё ещё больше нравится Т-Сити. Если вы двое вернётесь в Т-Сити, обязательно навестите меня…» Ребекка и представить себе не могла, что в тот момент, когда она выйдет из квартиры, кто-то подхватит ее на руки, подняв за талию. «Ах!» — взвизгнула Ребекка, застенчиво отмахиваясь от него. «Опусти меня! Здесь так много людей!» Совершенно не обращая внимания на окружающих, Говард отнёс её к своей машине и с готовностью усадил внутрь. Наблюдая за Говардом, который вернулся за руль и теперь пристегивал ремень безопасности, Ребекка не могла не спросить: «Эй, куда ты так спешишь?» ---------- Глава 128-74: Должно быть, я сошёл с ума, раз тебе доверял (1-2) Говард Джеффри уже нажал на педаль газа. Машина мгновенно тронулась с места. Ребекка Квентин недоуменно смотрела, как машина отъезжает: «Почему вы так себя ведете? Тетя Клэр все еще помогает мне с багажом; моя одежда и все остальное на месте». «Пока у вас есть все необходимые документы, всё остальное не имеет значения». «Но я еще не попрощалась с тетей Клэр…» «Если она захочет, я позже пришлю кого-нибудь за ней». «Тогда не езди так быстро, я все еще хочу посетить Оверский край». Говард Джеффри взглянул на Бекку в зеркало заднего вида: «Тебе не нужно ничего объяснять Скайлеру Джонсу; я позвоню ему позже». Бекка начала раздражаться: «Мне не нужно, чтобы ты говорила за меня; я хочу объяснить ему все лично». Говард Джеффри высокомерно заявил: «Я не позволю вам больше с ним видеться». "Почему ты такой?" Прежде чем Бекка успела услышать ответ от Говарда Джеффри, она увидела, что машина уже остановилась перед отелем. Бекка узнала этот отель — тот самый, в который Говард Джеффри водил ее во время своего первого визита к ней в город Y… Бекка сидела в машине в недоумении и спрашивала: "Что мы здесь делаем?" Говард Джеффри открыл дверцу машины и тут же вытащил Бекку, ответив сдержанным, хриплым тоном: «А ты думаешь, зачем тебе идти в отель?» Внутри гостиничного номера. Бекка защитно скрестила руки на груди: «Эй, можешь быть здравомыслящей и выслушать меня хоть на минутку?» Говард Джеффри стоял примерно в двух метрах от нее, его взгляд был пристально прикован к ней, на лбу выступила легкая испарина, он, казалось, сдерживал себя с большой долей здравого смысла: «Хм, продолжай». Бекка спокойно сказала: «Хотя я и согласилась быть с тобой, осталось много нерешенных вопросов, и я хочу, чтобы ты мне их сейчас объяснил!» Говард Джеффри шагнул вперед: «Дорогая, тебе не кажется, что сейчас есть что-то более срочное?» Бекка тут же отступила назад: «Не подходи ближе, пока не объяснишь всё; иначе даже не думай…» Бекка покраснела, не в силах продолжить. «Поговорим позже…» — Говард Джеффри быстро подошел к стене и, уклончиво отвечая, прижался к ней шеей. Говард Джеффри был по-настоящему измучен своим желанием, и в его голове крутилась лишь одна мысль. Бекка раздраженно толкнула Говарда Джеффри: «Ты можешь просто подумать об этом? Мне нужно многое тебе сказать». "Сейчас нет времени!" "Привет…" Теплые, влажные поцелуи медленно скользили вниз от ее шеи… "Говард Джеффри…" — Бекка, от природы чувствительная, толкнула его, крепко сжав ноги, — "Не надо, мне страшно…" Он всегда был таким нетерпеливым; каждый сухой вход причинял мучительную боль… Говард Джеффри, естественно, понял страх Бекки и успокаивающе сказал: «Извини, не сегодня…» Раньше это могло быть результатом четырех лет подавления, но сегодня у него было достаточно времени, чтобы провести с ней весь день. Бекка ясно чувствовала накал страстей со стороны Говарда Джеффри, поэтому в этот момент она ему не поверила и оттолкнула его, чтобы избежать любого контакта. "Нет…" С усилием Говард Джеффри убрал руку Бекки, которая его преграждала, голос его охрип от сдерживания: «Веди себя хорошо, хотя бы на минутку…» Какая ложь – разве это когда-либо было всего лишь мгновением? Не желая слепо позволять ему делать всё, что он хочет, без внятного объяснения, Бекка беспомощно пригрозила: «Если ты не отпустишь, я закричу!» Движимый похотью и неоднократно сталкиваясь с отказами со стороны Бекки, Говард Джеффри чувствовал беспокойство, но не мог применить силу, так как не хотел причинять ей страдания. В отчаянии, тихо выругавшись, он заставил себя отпустить девушку в своих объятиях. Бекка безучастно смотрела на суровое лицо Говарда Джеффри, на мгновение забыв, как реагировать. Говард Джеффри нетерпеливо произнес несколько слов: «Прежде чем я передумаю, вам лучше не смотреть на меня так». Только небеса знали, насколько неотразим был ее широко раскрытый взгляд. Бекка быстро отвела взгляд, поспешно поправляя одежду, повернувшись к нему спиной. Когда Бекка обернулась, Говарда Джеффри уже не было видно, но из ванной донесся звук льющейся холодной воды. Несколько минут спустя из ванной вышел Говард Джеффри, опрятный и спокойный. Ожидая увидеть, что Бекка будет стыдно смотреть ему в глаза, она вместо этого сердито сжимала его телефон, явно испытывая ревность: «Слушай, тебе несколько раз звонили, а я не отвечала». Говард Джеффри подошел и взял телефон. Бекка сидела на краю кровати, надув губы и слегка прикусив их. Увидев на экране телефона четыре или пять пропущенных звонков от Кристин Куинн, Говард Джеффри отбросил телефон в сторону, обнял Бекку и сел рядом с ней. "Тебя это так расстраивает?" «Не держи меня; у меня нет права злиться на тебя». Бекка раздраженно убрала руку Говарда Джеффри со своей талии. Увидев надутые губы Бекки, Говард Джеффри не смог удержаться от смеха: «Я думал, ты не будешь мне ревновать, но, оказывается, твоя ревность довольно сильная!» Сказав это, он не удержался и поцеловал Бекку в губы. "Ты… ты придурок, я не хочу с тобой разговаривать!!" — Бекка сделала вид, что встает. Говард Джеффри быстро притянул Бекку к себе, обнял ее за талию и с улыбкой поддразнил: «Даже если кого-то признали виновным, у него должна быть возможность подать апелляцию, верно?» Бекка отвела взгляд и искренне сказала: «Хорошо, а теперь скажи мне, у тебя уже есть невеста, как ты собираешься со мной поступить?» Говард Джеффри на секунду притворился задумчивым и вслух подумал: «С твоим характером ты не очень подходишь на роль жены, так что, может, лучше станешь любовницей!» Бекка восприняла его слова всерьез, ее глаза тут же покраснели: «Говард Джеффри, ублюдок, кто захочет быть твоим любовником? Должно быть, я сошла с ума, раз поверила тебе…» После этого Бекка с силой вырвалась из рук Говарда Джеффри и бросилась к двери. К счастью, Говард Джеффри тут же преградил ей путь, обняв заплаканную Бекку: «Просто шучу, зачем воспринимать это так серьезно!» Бекка колотила кулаками по телу Говарда Джеффри: «Кто с тобой шутит? Как чувства могут быть шуткой? Ты вообще понимаешь, какое огромное решение мне пришлось принять, чтобы сделать этот выбор…» Говоря это, голос Бекки дрожал от рыданий. Говард Джеффри позволил Бекке выговориться, обняв её только тогда, когда она совсем вымоталась, и мягко успокаивающе спросил: «Теперь тебе лучше?» ---------- Главы 129-75: Верить в тебя я могу только тогда, когда мое сердце ослеплено салом 2 Ребекка Квентин прислонилась к крепкой груди Говарда Джеффри, ее голос дрожал от печали. «Мне все равно, насколько сильны твои чувства к Кристин Куинн. Раз уж ты вовлек меня и дал мне столько неподтвержденных обещаний, ты должен мне ответить насчет нее». Говард нежно поцеловал ресницы Бекки. «Глупышка, разве я уже не дал тебе свой ответ?» Ребекка резко подняла взгляд и посмотрела в глубокие, непостижимые глаза Говарда, надув губы. «Когда ты мне ответил? С тех пор, как мы вернулись с острова, ты меня игнорируешь. Потом ты уехал с Кристин. Ты мне ничего не сказал. Даже когда ты позвонил мне вчера вечером, тебе, похоже, не хотелось сказать мне ни слова по телефону…» «В то время я был занят». Ребекка сердито фыркнула. «Если ты действительно обо мне заботишься, что может быть важнее, чем меня успокоить?» В его присутствии она всегда была вспыльчива без всякой причины, просто потому что в глубине души чувствовала себя очень неуверенно. «Глупышка… Просто смотри телевизор». «Смотреть телевизор? Я тебя расспрашиваю!» — сердито повысила голос Ребекка. Говард тут же отпустил Ребекку, подошел к прикроватной тумбочке, взял пульт от телевизора и включил его. Ребекку переполнял гнев, но когда до ее ушей донесся звук из телевизора, она, застыв на месте, уставилась на экран с недоверием. «Срочные новости: генеральный директор Skytop Group, Говард Джеффри, провел вчера вечером пресс-конференцию в T City, объявив о расторжении помолвки со своей давней подругой Кристин Куинн. По словам инсайдеров, отношения Говарда и Кристин испортились несколько месяцев назад…» Спустя мгновение Ребекка наконец пришла в себя. Она безучастно посмотрела на Говарда. «Это… правда?» Так вот почему он уехал с Кристин в тот день… Говард подошел к Ребекке, обнял ее, и его голос был ровным и твердым: «Между нами все кончено». Ребекка недоверчиво качала головой. "Но ведь ваши отношения были такими глубокими…" Голос Говарда стал хриплым. «Бекка, даже тысяча Кристин не сравнится с одной из вас». "Правда?" Ребекке все еще казалось, что она видит сон; все казалось таким нереальным, но она не хотела сомневаться в нем. «Бекка, не спрашивай о моих прошлых отношениях с Кристин. Обещаю, отныне никто не встанет между нами». "Хорошо." Ребекка понимала, что Говард многое скрывал от неё о своём прошлом с Кристин. Но сейчас она не хотела ни о чём спрашивать и не хотела углубляться в их прошлое. С того момента, как она решила быть с ним, она хотела только быть с ним как следует и ни о чём другом не беспокоиться. Группа компаний «Оверский». Скайлер Джонс откинулся на спинку стула, прислонив лоб к руке и погрузившись в глубокие размышления; его глаза были темнее обычного. ТУК-ТУК. В кабинет Скайлера вошла недавно получившая повышение секретарша и почтительно сказала: «Мистер Джонс, мисс Куинн здесь». Поскольку Кристин Куинн посетила «Оверский» несколькими днями ранее, и учитывая ее потрясающую красоту, секретарь сразу же узнала ее. Скайлер Джонс, казалось, равнодушно отнеслась к посетительнице и легкомысленно ответила: «Впустите её». «Да, сэр». Вскоре после ухода секретаря вошла Кристин Куинн. Скайлер взглянул на Кристин Куинн, его тон был необычайно холодным, холодом, который он редко демонстрировал другим. «Зачем ты здесь?» Кристин Куинн, выглядевшая совершенно подавленной, пристально посмотрела Скайлер в глаза и заикаясь спросила: «Ты разве не видела сегодняшние новости?» «Какие новости?» «Говард объявил об отмене нашей помолвки». Скайлер наклонил голову, небрежно закурил сигарету, затянулся и медленно выдохнул дым, после чего ответил: «Ты так разочарован?» Слезы уже текли из глаз Кристин. Она сдерживала рыдания, ее тело дрожало, как лист на ветке, готовый упасть в любой момент. Взгляд Скайлера, обращенный к Кристин, стал значительно холоднее, в его тоне звучало опасное предупреждение. «Мне не нравится, когда женщины плачут у меня на глазах. Ты забыла?» Кристин холодно усмехнулась. «Как я могла забыть о твоих предпочтениях, Скайлер? Я — игрушка, которой ты манипулируешь, та, кто никогда не сможет вырваться из-под твоего контроля в этой жизни. Как я посмел вести себя так самонадеянно перед тобой?» В голосе Кристины слышались сарказм и глубокое, отвратительное чувство презрения. Скайлер потушил сигарету, его голос слегка смягчился. "Иди сюда…" ---------- Глава 130-75: Должно быть, я сошёл с ума, раз тебе доверял (2-2) Кристин Куинн покачала головой. Скайлер Джонс нетерпеливо прищурилась, затем холодно взглянула на Кристин Куинн: «Я не люблю повторять одно и то же дважды». В голове Кристин Куинн проносились воспоминания из прошлого, и, возможно, она действительно испугалась этих кошмарных образов. Наконец, в страхе, она медленно подошла к Скайлер. Однако, как только Кристин Куинн подошла к Скайлеру Джонсу, Скайлер Джонс протянул руку и потянул, прижимая Кристин Куинн к своему сиденью. Кристин Куинн, похоже, поняла, чего хочет Скайлер Джонс, и отчаянно пыталась ей сопротивляться. Однако сил Кристин Куинн оказалось недостаточно, чтобы противостоять мощи Скайлер Джонс, и почти мгновенно подол ее платья приподнялся, а ноги уже были раздвинуты… Через полчаса Скайлер Джонс надел штаны и бросил разбросанную по полу одежду Кристин Куинн. Кристин Куинн, одетая в женскую одежду, подняла руку, чтобы ударить Скайлер Джонс по щеке. Неожиданно Скайлер Джонс на секунду раньше схватил Кристин Куинн за руку, его взгляд был как ледяной кинжал: «Я не бью женщин, но это не значит, что я не сделаю исключение». Лицо Кристин Куинн было покрыто слезами, и хриплым голосом она процедила: «Скайлер Джонс, ты ублюдок!» Скайлер Джонс усмехнулась: «Мы делаем это не в первый раз, зачем притворяться такой невинной?» "Ты…" Слова Кристин Куинн прервал презрительный голос Скайлера Джонса: «Удивительно, что у тебя до сих пор такое ощущение стянутости после рождения ребенка. Наверное, Говард Джеффри редко к тебе прикасается!» Кристин Куинн сердито стиснула зубы: «Скайлер Джонс, ты можешь быть еще более бесстыдной?» Скайлер Джонс резко оттолкнул руку Кристин Куинн и продолжил застегивать рубашку. Кристин Куинн уставилась на Скайлер Джонс и вдруг глупо рассмеялась: «Хе-хе… Ха-ха… Ты всю жизнь мечтала посоревноваться с Говардом Джеффри, но, Скайлер Джонс, ты никогда не сможешь победить Говарда Джеффри, никогда…» Скайлер Джонс, надев часы, полностью проигнорировал Кристин Куинн и презрительно воскликнул: «Убирайся!» «Я уйду, но прежде чем уйти, хочу сказать вам, что перед тем, как прийти к вам, я видел, как Говард Джеффри вез Ребекку Квентин в отель. Пока вы можете изливать свои желания только на меня, женщина, которая вам нравится и о которой вы заботитесь, в этот момент лежит под вашей соперницей и наслаждается жизнью…» Скайлер Джонс холодно крикнула: «Довольно!!» «И это еще не все, я хочу сказать вам, что в глазах Говарда Джеффри Ребекка Квентин — такая же, как и я в ваших глазах… Женщина, которая вам дорога, в глазах других ничем не лучше меня!» В этот момент Скайлер Джонс схватил Кристин Куинн за горло. Кристин Куинн, казалось, не чувствовала боли, хотя едва могла дышать, но все же сумела сказать: «Не жалеете ли вы, что не воспользовались большим шансом, чтобы сделать Ребекку Квентин своей?» «Не пытайся сравнивать себя с ней, ты даже не стоишь столько, сколько дешёвая проститутка!!» «Ха…» — Кристин Куинн горько рассмеялась. — «Я — дешевая проститутка, а Ребекка Квентин — чистая лилия. Скайлер, я впервые за все эти годы вижу, чтобы ты так сильно заботился о женщине, планировал ей такое грандиозное предложение, не желая осквернить ее ни в малейшей степени. Но карма существует, Скайлер, в сердце Ребекки Квентин живет только Говард Джеффри, я просто хочу посмотреть, как ты вернешь Ребекку Квентин из рук Говарда Джеффри…» Скайлер Джонс с трудом сдержал желание задушить Кристин Куинн, яростно отпустил почти обескровленное лицо Кристин Куинн и холодно приказал: «Убирайся!!» Два дня спустя, Т-Сити. Ребекка Квентин шла по супермаркету, держась за руку Говарда Джеффри. Несмотря на то, что Говард Джеффри был одет очень небрежно, в солнцезащитных очках, и даже отправил всех своих телохранителей, обычно сопровождавших его, к машине, в супермаркете все равно было много женщин, которые останавливались, чтобы посмотреть на Говарда Джеффри. Даже увидев рядом с ним Ребекку Квентин, они не забывали кокетничать, чтобы привлечь внимание Говарда Джеффри. Говард Джеффри, казалось, чувствовал себя неловко из-за пристального внимания к себе, нахмурился и спросил: «Что-нибудь еще мы не купили?» Ребекка Квентин сосредоточилась на покупках, не замечая завистливых взглядов женщин, увидевших Говарда Джеффри, тщательно пересчитала товары в тележке и ответила: «Мы купили почти всё!» "Тогда давайте оформим заказ!" "Хорошо." По пути к кассе Ребекка Квентин наконец почувствовала на себе взгляды окружающих женщин, перевела взгляд на красивое лицо Говарда Джеффри, которое не удавалось скрыть даже солнцезащитными очками, и спросила: «Вы чувствуете, что многие женщины вокруг вас смотрят?» Говард Джеффри с оттенком нетерпения произнес: «Я сопроводу вас в магазин только один раз». "Эй, если на тебя еще несколько раз посмотрят, это не убьет, это называется слиянием с жизнью, ты же каждый день только и делаешь, что работаешь, неужели нельзя выделить немного времени, чтобы насладиться жизнью?" «Достаточно просто получать от тебя удовольствие». Под пристальным вниманием общественности, когда ее высмеяли, щеки Ребекки Квентин мгновенно покраснели, и, смущенно произнеся: «Я не с вами разговариваю, идите на кассу!» Изогнутые губы Говарда Джеффри в этот момент заворожили кассиршу. Увидев восторженный взгляд кассирши, Ребекка Квентин не удержалась и напомнила: «Мисс, пожалуйста, поторопитесь с оплатой, у нас есть дела на потом». Затем кассирша вернулась к реальности и неловко взяла товары, которые Ребекка Квентин положила на прилавок. Ребекка Квентин по очереди раскладывала товары на прилавке, и вдруг перед ней предстало около дюжины маленьких зеленых упаковок размером с пачку сигарет. Она не помнила, чтобы брала такие вещи, поэтому с подозрением взяла одну, чтобы рассмотреть. Увидев на упаковке крупную надпись «XX — изысканные презервативы», ее щеки, которые только что потеряли свой румянец, снова покраснели. Она сердито посмотрела на Говарда Джеффри, который оставался совершенно спокойным и невозмутимым. Кассир заметила, что Ребекка Квентин долго держала товар в руках, не собираясь его оформлять, поэтому, посмотрев на Ребекку Квентин, вежливо спросила: «У вас есть еще что-нибудь на кассе?» "Эм-м-м…" Как раз когда Ребекка Квентин хотела найти укромное место, чтобы спрятаться, Говард Джеффри вовремя заметил: «Посмотрите, что она держит в руках». "Хорошо." Когда Говард Джеффри вышел из супермаркета, телохранители тут же забрали у него из рук пакеты с покупками. Освободив руки, Говард Джеффри, естественно, обнял Ребекку Квентин за талию и спросил: «Почему ты молчишь?» Ребекка Квентин опустила голову и тихо спросила: «Кто вам посоветовал купить столько всего?» Она с трудом представляла, что думает кассир, раскладывая такое количество презервативов… Говард Джеффри буднично ответил: «Нам же нужно их использовать, верно?» Голос Ребекки Квентин потих, словно голос комара: «Вам не нужно так много…» Говард Джеффри неожиданно сказал: «Они быстро расходуются». «Я больше не хочу с тобой разговаривать!» После этого Ребекка Квентин освободилась от Говарда Джеффри и села в машину одна. ---------- Главы 131-76: Верить в тебя я могу только тогда, когда мое сердце ослеплено салом. ДИН ДОНГ. Тетя Клэр открыла дверь и с удивлением увидела Ребекку Квентин. "Скучать?" «Тетя Клэр, я купила для тебя столько всего!» Неся несколько сумок, Бекка улыбнулась и вошла в комнату. Тетя Клэр последовала за Беккой в ​​комнату с недоуменным выражением лица. «Вы же с мистером Джеффри?» Бекка поставила сумки и, тяжело дыша, села на диван. «Я не поехала с ним в США. Ему нужно какое-то время пожить в Т-Сити; он сказал, что правительственный проект требует его личного внимания». Тетя Клэр налила Бекке стакан воды и с любопытством спросила: «Почему мистер Джеффри не поехал с тобой?» Бекка ответила: «У него сегодня много встреч. Я не хотела мешать ему работать, поэтому вернулась, чтобы поболтать с тобой». Тетя Клэр с облегчением сказала: «Я видела новости по телевизору. Похоже, он по-прежнему намерен хорошо к тебе относиться». Бекка вздохнула. «Честно говоря, я до сих пор мало что о нем знаю. Но раз уж я решила быть с ним, я буду доверять ему всем сердцем». Тетя Клэр кивнула. «Доверие — это самое важное между мужчиной и женщиной. Если есть доверие, то ладить друг с другом точно не будет проблемой». "Ага." «Кстати, мистер Джонс тоже находится в Т-Сити. Вы знали об этом?» Бекка слегка кивнула. «Я слышала. Похоже, недавно возникли проблемы с одним проектом, и Говард Джеффри и мистер Джонс сейчас находятся в Т-Сити, чтобы этим заняться». «Мистер Джонс приходил сегодня утром». "Действительно?" Тетя Клэр тихо вздохнула. «Редко какой молодой человек, подобный ему, охотно беседует со старушкой вроде меня. Он просидел здесь целое утро и только спросил, все ли у тебя в порядке, больше ничего не сказав». Чувствуя себя виноватой, Бекка спросила: «Тетя Клэр, как он выглядел?» Тетя Клэр честно ответила: «Он выглядел хорошо, но я чувствовала, что он скучает по тебе». «Это я его подвел». «Не совсем твоя вина, что ты его подвела. С самого начала ваших отношений ты говорила, что это всего лишь пробный период, и ты не приняла его предложение. Однако, по сравнению с мистером Джеффри, я бы все же предпочла видеть тебя с мистером Джонсом». Бекка слегка покачала головой. «После возвращения с острова, даже если бы я не выбрала Говарда Джеффри, я бы не смогла продолжать отношения с мистером Джонсом. Это было бы несправедливо по отношению к нему». «Только ты знаешь, что действительно лучше для твоих чувств. Раз уж ты приняла решение, постарайся не слишком много об этом думать… Кстати, когда мистер Джеффри приедет за тобой?» «Вероятно, вечером. Он очень занят работой». «Хорошо. Я пойду куплю продукты и приготовлю тебе что-нибудь вкусненькое сегодня вечером». "Большой." Вскоре после ухода тети Клэр раздался звонок в дверь. Подумав, что тетя Клэр что-то забыла, Бекка встала, чтобы открыть дверь. Однако она и представить себе не могла, что в дверях окажется Кристин Куинн. Не дожидаясь, пока Бекка что-нибудь скажет, Кристин спросила: «Можно мне войти и сесть?» Бекка на секунду замешкалась, а затем слегка кивнула. «Пожалуйста, войдите». Они сели друг напротив друга на диван. Кристин тихо начала: «Ты рада видеть меня в таком жалком состоянии?» Бекка посмотрела на Кристин. Она всегда была красивой и гордой, но сегодня казалось, будто ее душа опустошена. Бекка тихо сказала: «Я никогда не получала удовольствия от того, чтобы ранить чувства других. Причина, по которой вы с Говардом Джеффри дошли до этого, не во мне; это из-за проблем, которые уже существовали между вами». «Ты права. Мы с Говардом Джеффри расстались из-за меня… Я не ценила то, что у нас было. Мне не за что тебя винить. Поэтому я здесь сегодня не для того, чтобы тебя критиковать. Я здесь как твоя родная сестра, чтобы напомнить тебе, чтобы ты не ослеплялась своей нынешней любовью. Иначе, когда ты в конце концов поймешь, что это все иллюзия, у тебя не будет выхода». «Хотя я не совсем понимаю, что вы имеете в виду, я вам верю… Пожалуйста, не волнуйтесь. Я уже не тот человек, каким был в двадцать лет. Я всегда осознаю, что делаю, и больше не позволю себе оказаться в ловушке без выхода». Кристин горько усмехнулась. «Ты действительно умный и обладаешь сильным характером. Неудивительно, что ты так многим нравишься». Бекка искренне сказала: «Надеюсь, вы тоже найдете в себе силы и сможете двигаться дальше». «Моя жизнь вышла из-под моего контроля с самого рождения. Поэтому мне не так повезло, как вам. Я не могу найти в себе силы, и я никогда не обрету счастья в этой жизни». В словах Кристин чувствовалась такая глубокая печаль, которую Бекка не могла понять, но она ощущала, что Кристин говорила от всего сердца. ---------- Глава 132-76: Должно быть, я сошёл с ума, раз тебе доверял (3-2) «Хорошо, мне больше нечего тебе сказать. Береги себя!» С этими словами Кристин Куинн встала с дивана. Бекка проводила Кристин Куинн до двери, наблюдая, как та, слабея, входит в лифт. Ее сердце наполнилось необъяснимой тоской. Джейсон Вуд подъехал к офису Skytop Group и уже собирался войти в здание, когда внезапно появился Ройе и преградил ему путь. "Эй, дружище, можно я тебя кое о чём спрошу?" «У меня сейчас нет времени. Мне нужно кое-что сообщить начальнику». Рой отвел Джейсона в сторону: «У босса сегодня много совещаний. Ты бы не смог его увидеть, даже если бы сейчас поднялся. Пойдем, я немного займу твое время». Джейсон неохотно остановился: «Хорошо, говори». Ройе прошептал: «Неужели босс и мисс Куинн действительно расстались?» Джейсон нахмурился: «Лучше не спрашивать о делах босса, если это возможно». «Я не осмеливаюсь спросить босса, поэтому спрашиваю вас… Босс и мисс Куинн всегда казались такой хорошей парой. Как они могли так просто расстаться?» Джейсон вкратце объяснил ситуацию Рою. У Ройе от удивления отвисла челюсть: "Вы сказали мисс Куинн и Скайлер Джонс…?" Джейсон слегка кивнул. Ройе стоял там, ошеломленный и не верящий своим глазам. Затем Джейсон продолжил идти. Ройе быстро оттащил Джейсона назад и с тревогой спросил: «А как насчет чувств босса к мисс Квентин, они искренние?» Джейсон честно ответил: «На этот вопрос даже я не могу ответить. Если хочешь знать, спроси самого босса!» "Тогда забудь об этом…" — Ройе беспомощно отпустил Джейсона. Добравшись до двери кабинета генерального директора, Джейсон осторожно постучал. "Войдите." Услышав ответ Говарда Джеффри, Джейсон повернул ручку и вошел. Говард стоял перед стеклянной стеной, вдумчиво глядя в небо. Джейсон обратился к Говарду со словами: «Босс, Скайлер Джонс вернулся в Ти-Сити». "Мм." Джейсон что-то почувствовал: «Странно, что он ничего не предпринимает. Эта тишина кажется необычной». «Он привык убивать тихо, незаметно». «Но в конечном итоге, он вам не соперник». Говард покачал головой: «Он единственный человек в этом мире, которого я не могу понять». Джейсон беспомощно произнес: «Похоже, Скайлер Джонс упорно стремится соревноваться с тобой». Говард внезапно спросил: «А со стороны компании Oversky какие-либо подвижки?» Джейсон ответил: «Никакого движения нет, похоже, они заняты расширением своей деловой территории… Как ни странно, Леонард и Дженнингс входят в число партнеров, с которыми работает Скайлер Джонс». Говард нахмурился: «Мой брат что, уехал в город Y?» Джейсон покачал головой: «Мистер Льюис путешествует по миру вместе с миссис Льюис. Никто не знает, в какой стране они сейчас находятся. Похоже, сотрудничеством с Oversky занимается вице-президент Дженнингса». «Понял, продолжайте следить за ситуацией со стороны Oversky». "Да." Перед уходом Джейсон добавил еще одну фразу: «Босс, мисс Куинн уже забронировала билет обратно в Америку на сегодня». Говард ничего не сказал. Опасаясь сказать что-либо ещё и совершить ошибку, после того как уведомил Говарда, Джейсон повернулся и ушёл. По мере того как лифт спускался, воспоминания о Кристин Куинн нахлынули на Джейсона. В то время Кристин Куинн пришла в Skytop, чтобы подать заявку на должность секретаря генерального директора. Ум и красота Кристин были поразительны, поэтому неудивительно, что она затмила других кандидаток и быстро стала способной помощницей босса. Неудивительно, что по всей компании распространились слухи о том, что Кристин — любовница босса. Вскоре Кристин уволилась с должности секретаря, чтобы сосредоточиться на работе с боссом. Они всегда были счастливы, и вся компания гадала, что Кристин скоро выйдет замуж за босса. Неожиданно, однажды, во время совещания, Кристин ворвалась в комнату в слезах и с обидой обняла босса… Никто в компании не знал, что случилось с Кристин. Все знали лишь то, что она выглядела растрепанной. Позже он узнал, что Кристин подверглась насилию… Когда все заподозрили, что босс бросит Кристин, он практически бросил работу, чтобы провести с ней целый месяц… С тех пор стало известно, что босс очень дорожит Кристин. Позже, когда Кристин заболела, босс сопроводил её в Т-Сити, что привело к её сговору с мисс Квентин… Он всегда думал, что босс и Кристин в итоге будут вместе, но оказалось, что Кристин была всего лишь пешкой между боссом и Скайлер Джонс. Когда эта пешка перестала быть полезной, и босс, и Скайлер решили от неё избавиться, что и привело к нынешней участи Кристин. Однако, несмотря на печальный конец жизни Кристин, она не была невиновна. В конце концов, она сама выбрала путь саморазрушения. Вечером Бекка невольно снова взглянула на настенные часы, заметив, что стрелка уже показала одиннадцать. Сидя на диване, Бекка крепко обнимала подушку, словно держала в ней кого-то на руках. Тетя Клэр вышла с тарелкой фруктов и увидела, как Бекка сердито сжимает подушку. Она не смогла сдержать смех: «Мисс, подушка взывает о помощи». Бекка отпустила подушку с смущенной улыбкой. Тетя Клэр поставила фрукты на кофейный столик и села рядом с Беккой, поддразнивая: «Ждала весь вечер, не расстраиваешься?» "Тетя Клэр…" «Хорошо, хорошо, больше ничего не скажу… Он ещё не приехал за тобой. Почему бы тебе не позвонить ему?» Бекка в сердцах встала: «Какая ему разница? Лучше пусть он за мной не придет. Я останусь дома с тобой сегодня вечером». Тетя Клэр, смеясь, удержала Бекку, когда та собиралась пойти в свою комнату: «О, ты все еще ведешь себя как ребенок. Может, он все-таки действительно занят?» «Мне на него наплевать!» Как только Бекка заговорила, у нее в сумке внезапно зазвонил телефон. В тот момент она уже знала, кто звонит, поэтому позволила телефону зазвонить, не отвечая. Тетя Клэр помогла Бекке достать телефон из сумки, взглянула на номер на экране и усмехнулась: «После всех этих лет ты так и не сохранила его имя. Люди могут подумать, что вы незнакомцы!» Бекка раздраженно сказала: «По крайней мере, я еще помню его номер; он, возможно, не помнит мой». Каждый раз, когда он звонит, это, наверное, благодаря сохраненным контактам в его телефоне, верно? ---------- Глава 133-77: Верить в тебя я смогу только тогда, когда мое сердце будет ослеплено салом 4 Тетя Клэр рассмеялась и покачала головой, отвечая на звонок Ребекки Квентин. «Здравствуйте, мистер Джеффри… Да, Бекка здесь. Она скоро спустится. Хорошо, до свидания». Как только тётя Клэр повесила трубку, Бекка фыркнула: «Почему ты не сказала ему, что я останусь дома на ночь?» «Моя дорогая юная леди, если вы останетесь здесь на ночь, я, возможно, не смогу уснуть… Спускайтесь вниз, не заставляйте его ждать». «Я не пойду». «Ну давай, давай…» — тётя Клэр подтолкнула Бекку к двери. — «Я не разрешу тебе остаться на ночь, но ты всегда можешь вернуться». Возле многоквартирного дома Бекка издалека заметила припаркованный у дороги дорогой автомобиль. Однако она сделала вид, что не видит его, и пошла в противоположном направлении. Машина тут же завелась и поехала за ней. Бекка ускорила шаг, но машина всегда может догнать человека… Когда машина догнала Бекку, Говард Джеффри вышел из машины и обнял ее сзади. «Отпустите меня!» — сердито возразила Бекка. "Нет!" "Я закричу!" Говард игриво поцеловал Бекку в щеку. «Если ты это сделаешь, я не могу гарантировать, что буду делать с тобой на публике». Хотя в этот поздний час на улице было не слишком многолюдно, многие водители сбавляли скорость, чтобы понаблюдать за их публичным проявлением чувств. Чувствуя себя беспомощной, Бекка смущенно понизила голос: «Негодник!» Понимая, что раздражает Бекку, Говард объяснил: «До этого момента я занимался делами компании. Я не понял, что уже одиннадцать часов». «Я не хочу слышать ваших объяснений». Бекка не смогла заставить себя простить его. Говард признал свою ошибку. «Ладно, я был не прав. Дорогая, мы можем поговорить об этом дома?» «Я не хочу разговаривать с тем, кто не может сдержать слово… Ты сказал, что приедешь за мной в восемь, но я ждала до одиннадцати, а ты так и не приехал…» Голос Бекки дрожал, она всё больше расстраивалась. Говард поцеловал Бекку в мочку уха и прошептал хриплым голосом: «Обещаю, это больше не повторится. Пожалуйста, прости меня на этот раз». Потерпев щекотку, Бекка молчала, отвернув голову. Поняв, что эта тактика не работает, Говард просто поднял Бекку на руки. "ААААХ!" Бекка закричала. Ее хрупкое тело вырывалось из объятий Говарда. "Эй… отпусти меня… отпусти… здесь люди…" Действительно, всё больше водителей замедляли ход, чтобы понаблюдать за ссорящейся молодой парой, явно заворожённые её поведением. Не обращая внимания на окружающих, Говард затащил Бекку в свою машину. В конце концов, несмотря на протесты Бекки, машина умчалась прочь. Через двадцать минут Говард остановился. Бекка, которая до этого смотрела в окно, озадаченно повернулась к нему, увидев остановившуюся машину. «Почему мы здесь останавливаемся?» Говард небрежно ответил: «Вокруг стало меньше людей». Бекка ничего не поняла. "И что?" В следующее мгновение Говард вышел из машины. Он открыл дверь и поднял ее с пассажирского сиденья. Прежде чем Бекка успела осознать происходящее, он перенес ее на заднее сиденье и одним плавным движением запер двери. Подумав, что он хочет что-то сказать, она зевнула: «Мистер Джеффри, я ждала вас всю ночь и очень устала… Хочу спать…» Неожиданно в этот момент Говард поднял Бекку к себе на колени, положив руку ей на талию. Внезапно сонливость Бекки прояснилась, и она поняла, что он намеревался сделать в машине. Бекка шлёпнула мужчину, стоявшего под ней. «Эй, прекрати, здесь ещё машины проезжают!» Он поцеловал её в шею, его слова были приглушены: «Бекка, я не могу дождаться…» По дороге обратно в отель Бекка не смела смотреть на мужчину рядом с собой. Как же мне хочется спрятать лицо! Оно просто не перестает краснеть! Боже мой, она же действительно ему помогала! У них было много физического контакта с момента первой встречи, но для нее это был первый раз… Ужас, в машине, такая раскованность. Она действительно не могла придумать лучшего слова для этого. К тому времени, как они вернулись в отель, уже была поздняя ночь. После физических нагрузок, Бекка сонно прислонилась к груди Говарда. ---------- Глава 134-77: Должно быть, я сошёл с ума, раз тебе доверял (4-2) В конце концов, она даже не знала, как вернулась в свою комнату; она помнила лишь, что только что легла, и в ее оцепенении кто-то снова прижался к ней… В темноте она смутно услышала, как он пробормотал ей на ухо: «Бекка, еще раз…» На следующий день. Ей даже не нужно было упоминать о боли в пояснице и ногах; сегодня у Ребекки Квентин не хватало сил даже встать с постели. Итак, ближе к полудню, когда Говард Джеффри, не подавая никаких признаков того, что не спал всю ночь, стоял перед зеркалом в рубашке и завязывая галстук, Ребекка Квентин просто уютно устроилась под одеялом, оставив на виду лишь глаза, чтобы наблюдать за ним. Одевшись, Говард Джеффри сел на край кровати, легонько похлопал ее по очаровательной попе и, потакая ее прихотям, сказал: «Пора вставать, я отведу тебя на обед». Ребекка Квентин жалобно сжала одеяло и сказала: «Я не хочу есть, я хочу спать». «Хорошо, если проголодаешься, просто позвони в службу обслуживания номеров, я попрошу их приготовить то, что ты любишь». "Хорошо." «Мне нужно сегодня днем ​​пойти в компанию. Оставайтесь в комнате и ждите моего возвращения». "Хорошо." Говард Джеффри встал. Однако в этот момент Ребекка Квентин протянула руку, чтобы схватить его. Говард Джеффри наклонился и спросил: «Что случилось? Хочешь, я отнесу тебя в душ?» Ребекка Квентин покачала головой. «Вы плохо себя чувствуете?» Ребекка Квентин продолжала качать головой, посмотрела на него и обняла его за шею. Говард Джеффри обернулся и обнял её: «Ты хочешь мне что-нибудь рассказать?» Ребекка Квентин пристально смотрела на красивое лицо Говарда Джеффри, словно боясь, что всё, что у неё сейчас есть, нереально. Она серьёзно спросила его: «Говард Джеффри, ты не можешь снова меня подвести. Если ты это сделаешь, боюсь, я не смогу с этим справиться». "Глупышка, с утра думаешь всякую ерунду… Может, я останусь с тобой в отеле?" Ребекка Квентин покачала головой: «Не нужно, иди делай свою работу. Я просто хочу остаться здесь и поспать…» Женщины склонны к чрезмерному обдумыванию; она не была настолько хрупкой, чтобы нуждаться в утешении. «Хорошо, я вернусь пораньше». Перед уходом Говард Джеффри не забыл поцеловать Ребекку Квентин в лоб. После ухода Говарда Джеффри Ребекка Квентин изначально планировала выспаться. Кто бы мог подумать, что в этот момент у нее зазвонит телефон? Беспомощно шаря в поисках телефона, Ребекка Квентин ответила на звонок с закрытыми глазами: «Привет…» "Бекка…" Теплый голос миссис Джеффри достиг ушей Ребекки Квентин, отчего ее глаза расширились, она села, словно забыв о боли в теле, прислонилась к изголовью кровати и с большим уважением произнесла: «Тетя». «Я что, мешаю вам спать?» Было почти полдень, и то, что миссис Джеффри задала этот вопрос… ясно показывало, что она понимает мир молодежи. «Э-э, нет… совсем нет, я уже давно не сплю, просто смотрю телевизор!» Это было действительно неловко; она была недостаточно честна, чтобы ответить прямо. «Ха-ха…» — многозначительно усмехнулась миссис Джеффри. — «А Говард сейчас с вами?» «Он пошёл в офис». Казалось, тётя и так всё знала. «Этот ребёнок, разве он не понимает, что нужно проводить с тобой больше времени? Если он будет и дальше поглощен работой, а ты снова сбежишь, я больше не буду признавать его своим сыном!» Ребекку Квентин развеселили слова миссис Джеффри, и она не удержалась от того, чтобы встать на защиту Говарда Джеффри: «Он сказал, что останется со мной в отеле, но я ему не позволила». «Видите, вы уже знаете, как заступиться за своего мужа…» От слов миссис Джеффри лицо Ребекки Квентин покраснело. Заметив, по-видимому, выражение лица Ребекки Квентин, миссис Джеффри рассмеялась и сказала: «Хорошо, я знаю, что ты стесняешься, тетя не будет тебя дразнить… Я позвонила, чтобы спросить, когда ты вернешься в Штаты, я очень хочу тебя увидеть». «Говард сказал, что останется в Т-Сити на некоторое время, я не знаю, когда он вернется в Штаты». «Это тоже хорошо, вы с Говардом отлично проводите время. Лучше всего, если вы сообщите мне хорошие новости, когда вернетесь в Штаты…» Добрая весть? Ребекка Квентин сначала никак не отреагировала, но потом вспомнила разговор Говарда с миссис Джеффри на острове и, наконец, поняла, но не знала, как ответить. Дети… Честно говоря, она пока не хотела ребенка; между ней и Говардом оставались нерешенные вопросы, которые ей нужно было постепенно уладить с ним, и, кроме того, потеря ребенка четыре года назад оставила неизгладимый след и боль в ее сердце. Она надеялась, что если ребенок и появится, то он вырастет в полноценной семье, а не так, как четыре года назад, когда еще не было подходящего времени. Видя отсутствие реакции со стороны Ребекки Квентин, миссис Джеффри подумала, что молодым людям нравится иметь больше свободного времени, и с пониманием сказала: «Тетя не имеет в виду, что вам следует немедленно завести ребенка с Говардом, я просто надеюсь, что если вы это сделаете, то сохраните его. Тетя с нетерпением ждет внука!» Ребекка Квентин кивнула и согласилась: «Хм». Закончив разговор с миссис Джеффри, Ребекка Квентин, прежде сонная, снова почувствовала беспокойство, поэтому она прислонилась к изголовью кровати, раздумывая, стоит ли позвонить Говарду Джеффри. Она была совершенно бесполезна; он только что уехал, а она уже скучала по нему, желая знать, чем он сейчас занимается. После долгих раздумий она воздержалась от звонка, предположив, что он может быть занят работой и не любит, когда его отвлекают во время деловых встреч. Думая об этом, Ребекка Квентин планировала заставить себя уснуть. Однако сегодняшнее утро выдалось суматошным: как раз когда она собиралась снова почувствовать сонливость, зазвонил телефон. Увидев номер на экране телефона, она полностью избавилась от сонливости, села на кровать и некоторое время не знала, отвечать ли на звонок или нет. Дело было не в том, что она боялась встретиться с этим человеком лицом к лицу, просто в глубине души она испытывала к нему бесконечное чувство вины и боялась, что, возможно, уже причинила ему боль. Через мгновение Ребекка Квентин все еще нажимала кнопку ответа: «Здравствуйте». «Бекка, у тебя найдется время, чтобы выпить со мной кофе?» По телефону раздался обычный мягкий голос Скайлер Джонс. Ребекка Квентин не смогла отказать и согласилась. "Хорошо, а где ты?" «Я сейчас в отеле, где мы впервые встретились, могу подъехать и забрать тебя». "Не нужно, я сейчас прямо в этом отеле, я сейчас спущусь!" "Хорошо." Если бы Скайлер Джонс не упомянула об этом, Ребекка Квентин почти забыла бы, что её первая встреча со Скайлер Джонс состоялась именно в этом отеле. В то время она подрабатывала в модельном агентстве, и в этом отеле проходил деловой гала-вечер, организованный правительством. В тот вечер она чуть не приняла Скайлер Джонс за Говарда Джеффри и по счастливой случайности познакомилась со Скайлер Джонс. Когда Ребекка Квентин пришла в кафе при отеле, Скайлер Джонс уже сидела в тихом месте у окна, по всей видимости, заказав ей кофе, который стоял на столе обжигающе горячим. ---------- Глава 135-78: Подавление овуляции Ребекка Квентин улыбнулась и подошла. «Мистер Джонс». Скайлер Джонс, как всегда, внимательно поправил свою позу. «Я знаю, что вам нравится кофе Blue Mountain без сахара. Я уже заказал его для вас». "Спасибо." Взяв кофе, Ребекка нежно отпила глоток. Пристально глядя на Ребекку, Скайлер спросила: «Бекка, не слишком ли неожиданно с моей стороны просить о новой встрече?» Ребекка поставила чашку кофе и покачала головой. «Мистер Джонс, если вы не против, мы можем остаться друзьями». Скайлер улыбнулся и взял свой кофе. Испытывая чувство вины, Ребекка выпалила: «Мистер Джонс, мне очень жаль… ну, что случилось с нами. Но, пожалуйста, поверьте мне, я серьезно относилась к нашим отношениям в те дни, когда пыталась встречаться с вами. Я действительно рассматривала возможность нашего будущего, но просто не могла забыть прошлое». «Я уже говорил, что нам не нужны никакие объяснения между нами». Ребекка никогда не увидит истинной холодности и мрачности на лице Скайлер. Перед ней он хотел показать лишь свою дружелюбную и спокойную сторону. Каждый раз, когда он видел ее лучезарную улыбку, ему хотелось баловать ее, и его настроение улучшалось. Однажды она сказала ему, что может почувствовать себя полностью расслабленной только рядом с ним. Он чувствовал то же самое. Всегда живя во тьме, он узнал о существовании солнечного света в мире только после встречи с ней. Ребекка слегка улыбнулась. «Да, мы можем стать лучшими подругами». Заметив несколько прядей её чёрных шелковистых волос, падающих на лицо, Скайлер хотел протянуть руку и заправить их за ухо, но он просто сидел, рассеянно наблюдая и слушая её речь. Спустя долгое время Скайлер наконец заговорила: «Бекка, я нашел новую секретаршу, но на этот раз не взял ее с собой. Не могла бы ты еще раз помочь мне в Т-Сити?» Ребекка серьезно спросила: «Когда это будет?» «Сегодня днем ​​у меня встреча с иностранным бизнесменом». «Но мой английский не очень хорош». «Всё в порядке. Вам нужно всего лишь налить кофе и упорядочить документы, ничего сложного». Скайлер говорил то же самое, когда впервые пригласил Ребекку стать его секретарем на неполный рабочий день… Ребекка слегка кивнула. "Хорошо." Одного дня будет достаточно. — рассуждала она. — В любом случае, Говард Джеффри, вероятно, будет занят до позднего вечера. «Тогда пойдём, когда допьём кофе». "Хорошо." Поскольку ничего готовить не нужно было, Ребекка покинула отель вместе со Скайлером. Но никто не ожидал, что, когда Ребекка шла вслед за Скайлер к машине, рядом с ними внезапно остановился знакомый черный автомобиль. Прежде чем кто-либо успел среагировать, из машины вышел Говард Джеффри. Нежно обняв Ребекку за талию, Говард улыбнулся Скайлер, его тон был обычным вежливым тоном, свойственным деловым вопросам. «Мистер Джонс, вам следовало сообщить мне, что вы в городе Т. Я как раз думал обсудить с вами один проект». Скайлер улыбнулась. «Мистер Джеффри». Ребекка нахмурилась, глядя на стоящего рядом с ней красивого мужчину, проявляющего собственнические чувства, и прошептала: «Как ты так быстро вернулся?» Говард наклонился к уху Ребекки, его низкий голос был полон подавленных эмоций. «Я разберусь с тобой позже!» "Что… что?" Ребекка ничего не поняла. В этот момент раздался голос Скайлер: «Решения по проекту принимает мистер Джеффри. «Оверски» всегда равнялся на «Скайтоп». С легкой улыбкой на губах Говард сказал: «Вы слишком добры, мистер Джонс…» Скайлер продолжил: «Сегодня в Т-Сити приехали несколько иностранных бизнесменов, чтобы обсудить со мной еще один проект. Изначально я хотел, чтобы Бекка была моей временной секретаршей, так как у нее есть опыт. Но поскольку мистер Джеффри вернулся, я думаю, у нее не будет времени сегодня днем… Какая жалость. Придется бороться с этим в одиночку!» «Мистер Джонс…» Ребекка только начала говорить, когда почувствовала, как Говард крепче сжал ее талию. Беспомощно она проглотила слова. Скайлер наконец сказала: «Бекка, мне пора идти. Мы поужинаем как-нибудь в другой раз». Ребекка почувствовала, что давление в пояснице всё ещё не ослабло, поэтому улыбнулась и ответила: «Хорошо. Извините, что не смогла вам помочь». «Без проблем. Мы еще увидимся». "До свидания." Ребекка помахала Скайлеру на прощание. Скайлер, с едва заметной улыбкой на лице, наконец, перевел взгляд вперед и завел двигатель. ---------- Главы 136-78: Подавление овуляции (Часть 2) Наблюдая, как машина Скайлер Джонс уезжает, Ребекка Квентин уже собиралась поговорить с стоявшим рядом Говардом Джеффри, когда он внезапно схватил ее за запястье и отвел обратно в отель. "Эй, что ты делаешь? Ты мне руку ранишь…" Внутри гостиничного номера. Вернув Ребекку Квентин в комнату, Говард Джеффри с грохотом захлопнул дверь. Именно тогда Ребекка Квентин наконец вырвалась из хватки Говарда Джеффри, потирая покрасневшее и болезненное запястье и сверля его взглядом: «Что ты делаешь? Ты поранил мне руку». Говард Джеффри высокомерно произнес: «Разве я не говорил тебе не подходить слишком близко к Скайлер Джонс? Почему ты всегда игнорируешь мои слова?» Столкнувшись с его агрессией, Ребекка Квентин вызывающе ответила: «Я выслушаю вас, если вы объясните причину». Говард Джеффри, привыкший к высокомерию, холодно ответил: «Нет причин, но вы должны это сделать». Жесткое поведение Говарда Джеффри взбесило Ребекку Квентин, которая прямо ответила: «Если нет причин, я не думаю, что смогу это сделать. Скайлер Джонс всегда заботился обо мне, и я ценю его как друга, поэтому я не хочу потерять эту дружбу из-за вашей безосновательной тирании». Говард Джеффри выглядел рассерженным и повысил голос, назвав ее полным именем: «Ребекка Квентин!!» Чувствуя себя немного обиженной его резкостью, Ребекка Квентин заставила себя сохранять самообладание, но, повысив голос, сказала: «Говори, что хочешь сказать, я слушаю». Полагая, что Ребекка Квентин просто язвит, Говард Джеффри похолодел: «Тогда послушайте меня, держитесь подальше от Скайлера Джонса и впредь не встречайтесь с ним наедине без моего разрешения!!» «Говард Джеффри, откуда у тебя право требовать этого от меня? Я не твоя конечность, не то, чем ты можешь пользоваться и командовать по своему желанию!» Произнеся последнюю фразу, глаза Ребекки Квентин наконец покраснели от горя, но она изо всех сил старалась не дать слезам навернуться, хотя и не могла сдержать рыданий в голосе. Поняв это, Говард Джеффри мгновенно смягчился, увидев трогательный взгляд Ребекки Квентин, и его тон стал мягче: «Бекка…» Говард Джеффри сделал шаг ближе, желая поддержать Ребекку Квентин. Ребекка Квентин отступила на несколько шагов, увеличивая расстояние между ними: «Не трогай меня, я не хочу сейчас с тобой разговаривать, уходи!» "Бекка…" С трудом сдерживая слезы, Ребекка Квентин упрямо повернула голову в сторону: «Убирайся отсюда!!» «Простите, мне не следовало на вас кричать». Продолжая винить себя, Говард Джеффри попытался подойти снова. Ребекка Квентин, повернувшись спиной к Говарду Джеффри, холодно ответила: «Пожалуйста, не подходите, я прошу вас уйти, я хочу побыть одна некоторое время». В голосе Говарда Джеффри звучало примирение: «Послушайте меня, я…» Однако Ребекка Квентин в порыве раздражения прервала слова Говарда Джеффри: «Мне вообще нужно ваше разрешение, чтобы немного отдохнуть?» Говард Джеффри молча стоял на месте, несколько секунд глядя на нее, а затем повернулся, чтобы уйти. После ухода Говарда Джеффри Ребекка Квентин заперла дверь. Хрупкое тело Ребекки Квентин, прислонившись к толстой дверной панели, рыдало, а затем она медленно сползла вниз по двери, тихо плача. Группа компаний «Скайтоп». Джейсон Вуд вышел из лифта. Подойдя к двери кабинета генерального директора и собираясь постучать, Ройе остановил руку. Джейсон Вуд прервал свои действия и нетерпеливо сказал: «Не тратьте мое время, у меня есть срочные дела, о которых я должен сообщить боссу!» Ройе нахмурил брови: «У босса плохое настроение. Если ты сейчас зайдешь и скажешь что-нибудь не то, тебя отругают!» Джейсон Вуд задался вопросом: «Что случилось?» Ройе прошептал: «Может, он поссорился с мисс Квентин?» Драка? Джейсон Вуд оставался настроен скептически. По его мнению, во всем мире, похоже, некому было разозлить босса, даже мисс Квентин, вероятно, не обладала таким умением! Тук-тук… Джейсон Вуд, не испытывая страха, постучал в дверь. Ройе был явно удивлен, втайне восхищаясь храбростью Джейсона Вуда. В кабинете раздался равнодушный голос Говарда Джеффри: «Входите». Джейсон Вуд поправил одежду и вошел под восхищенным взглядом Ройе. В тот момент Говард Джеффри курил, дым окутывал его безразличное лицо, необъяснимым образом добавляя нотку мрачности. Джейсон Вуд сначала не испугался, но, увидев происходящее, не смог сдержать паники, из-за чего произнес более осторожно: «Босс». Говард Джеффри стряхнул пепел в пепельницу и равнодушно спросил: «Что вы там нашли?» «В последние два дня компания Oversky Group ведёт себя ещё более странно». "Как же так?" Джейсон Вуд рассказал о своих находках: «Я обнаружил, что «Оверский» в последнее время мобилизует средства, даже активирует зарубежные счета, но так и не смог отследить движение и использование этих средств». Взгляд Говарда Джеффри стал мрачным, сигарета в его руке сгорела дотла, но он не щёлкнул ею, словно погрузившись в глубокие размышления. «Босс, действия «Оверски», должно быть, имеют большое значение. Я опасаюсь, что тайные операции Скайлера Джонса могут вскоре застать нас врасплох». "Хм." «Босс, раз уж «Оверский» сотрудничает с «Дженнингсом» и «Леонардом», не напомним ли мы им остерегаться Скайлера Джонса? Хотя мистер Льюис и генерал Леонард — разумные люди, осторожность не помешает!» В этот момент Говард Джеффри потушил сигарету и холодно приказал: «Я сам с этим разберусь, не беспокойся о других, продолжай внимательно следить за „Оверским“». "Да." После ухода Джейсона Вуда Говард Джеффри стоял перед стеклянной занавесью от пола до потолка в своем кабинете. Он скрестил руки на груди, погруженный в размышления, его ноги стояли на месте среди оживленных автомобильных потоков города. Его глаза, несомненно, сияли и сверкали, но в этот момент от них исходила крайняя холодность. Его взгляд пристально следил за темнотой за стеклянной завесой, и внезапно в его воображении мелькнуло прекрасное, но упрямое лицо. Впервые он позволил женщине вести себя настолько своенравно в его присутствии. Упрямая, гордая и остроязычная — такое впечатление у него сложилось о ней после четырех лет. Лишившись наивности и невинности, она уже не была той девушкой, которая шесть лет назад позволяла ему поступать по-своему; шесть лет спустя она излучала женское обаяние и стала умнее и красивее, чем прежде. Он должен был признать, что бедность никогда не притупляла ее красоту и грацию, неудивительно, что Скайлер Джонс взялся за организацию встречи с ней… Но даже такая уникальная женщина не должна отвлекать Скайлер Джонс… Отель. Глаза Ребекки Квентин перестали быть влажными, но на подушке остались следы слез. По правде говоря, дело было не в том, что она не хотела уступать его желаниям или спорить с ним, а в том, что в тот момент она просто не могла себя контролировать, поскольку в её сердце было слишком много неуверенности и опасений по поводу него. ---------- Глава 137-79: Чтобы держаться от него подальше, необходимо полностью отстраниться. Четыре года спустя, как она могла остаться той же Ребеккой Квентин, что и шесть лет назад — той наивной и ничего не понимающей девушкой, которая только что с ним познакомилась? Тетя Клэр говорит, что он хитрый и безжалостный; как она могла этого не знать? Она хорошо помнила, как он впервые учил ее быть «хорошей»; методы, которые он использовал, все еще были живы в ее памяти. Просто четыре года спустя, хотя она значительно изменилась, стала намного жестче, единственное, что не изменилось, — это ее сердце, которое даже она не могла контролировать. Даже сейчас, когда они были вместе, она прекрасно понимала, что, возможно, он нашел в ней какую-то новую ценность, которую можно использовать, поэтому и разыскал ее снова. Те пятьдесят миллионов, о которых говорила Изабелла Джоанна… Хе-хе. Что это за ничтожная сумма для него? Отдать ее ей было все равно что подать милостыню. Как она могла подумать, что он заботится о ней? Поэтому она ясно понимала: если он не заботился о ней последние шесть лет, как все могло так резко измениться сейчас? Она не была ослеплена любовью. Она прекрасно знала, что, несмотря на любые сладкие слова или затянувшуюся привязанность, ей следует держаться от него как можно дальше. Но женщины, поистине, самые глупые создания на свете. Даже зная о его нечистых мотивах, даже несмотря на то, что она не смела в это поверить, она все равно была готова броситься в омут с головой. Это было лишь потому, что в глубине ее сердца все еще оставалась искорка тоски. Она искренне боялась; а вдруг она ошибается? Она может просто так начать по нему скучать, а она не хотела, чтобы это произошло. Если в конце концов все окажется лишь мимолетной мечтой, она не будет жалеть, потому что, по крайней мере, она попытается. Кроме того, выбрав его, она уже подготовила себе путь к отступлению. В таком случае ей не стоило тратить время на споры с ним. Она должна была показать свою самую искреннюю и внимательную сторону, дать ему понять, что она достойна того, чтобы ее ценили. Дело было не в отсутствии гордости или здравого смысла; Дело было просто в том, что тот, кто влюбляется первым, обречен оказаться в проигрыше. С этими мыслями Ребекка Квентин вытерла свежие слезы, скатившиеся по щекам, и, как ни в чем не бывало, взяла телефон, чтобы набрать номер Говарда Джеффри. Звонок раздался дважды, прежде чем он ответил. Ребекка заговорила первой: «Здравствуйте, где вы?» Ее голос был тихим и едва слышным, но было ясно, что она успокоилась, тон ее был несколько примирительным. Голос Говарда Джеффри был хриплее обычного. «Я думал, ты все еще злишься на меня и не захочешь меня видеть». Ребекка сохранила свою мягкую позицию. «Я больше не хочу с тобой спорить. Ты вернешься сегодня вечером?» «Дорогая, открой дверь». "Хм?" Озадаченная, Ребекка встала с постели. Она открыла дверь, и прежде чем она успела открыть ее полностью, он уже протиснулся внутрь, держа в руках букет желтых роз — символ извинений. В одно мгновение розы упали на пол, и он прижал ее к стене. Его поцелуи, дикие и пылкие, обрушились на нее, словно буря. Она не смогла сопротивляться, и ее руки, медленно, скользнули к его шее, ее губы встретились с его губами в глубоком, затяжном сплетении. Затем он отнёс её на кровать. Далее последовала сцена, не подходящая для просмотра детьми младшего возраста. После секса Ребекка свернулась калачиком в объятиях Говарда Джеффри, измученно держась за него. Говард Джеффри игриво играл с волосами Ребекки, медленно накручивая прядь указательным пальцем, затем отпуская ее, чтобы снова медленно накрутить. Действия Говарда Джеффри напомнили Ребекке старинную поговорку: «Закаленная сталь превращается в нежную петлю, обвивающую палец». Может ли это олицетворять его нынешнего? — подумала она. Ее тонкие, красивые пальцы легко скользнули по груди Говарда Джеффри, словно стрекоза, скользящая по воде. Ребекка тихо сказала: «Говард, давай больше не будем спорить, хорошо?» Говард Джеффри схватил руку Ребекки, которая игриво рисовала узоры у него на груди. Он тихо спросил: «Я тебя сегодня напугал?» Ребекка предпочла не отвечать. Говард Джеффри тихонько усмехнулся. "Значит, ты испугался?" Ребекка слегка надула губы, продолжая молчать. Говард Джеффри наклонился и поцеловал надутые губы Ребекки, нежно сказав: «Прости. С этого момента я больше не буду с тобой так строг». Ребекка обняла Говарда Джеффри за шею, повторив его недавний поцелуй и легонько чмокнув его в губы. Она задумчиво сказала: «Я тоже была неправа. Я всегда была своенравной и никогда не смотрела на вещи с твоей точки зрения». Говард Джеффри посмотрел на нее сверху вниз, в его глазах мелькнула ревность. «Детка, Скайлер Джонс чуть не стал твоим женихом. Как я мог позволить тебе так сблизиться с ним?» Ребекка моргнула, и на ее прекрасном лице расплылась улыбка. «Кто-то теперь ревнует?» «Черт возьми! Больше нельзя называть его "Оверским", и меня тоже нельзя называть Говардом Джеффри!» ---------- Главы 138-79: Чтобы уйти от него, ты должна уйти невредимой (Часть 1) Неожиданно он вспомнил, что однажды на острове она ласково называла Скайлер Джонс именно так. Ребекка Квентин улыбнулась: «Значит, у тебя такая хорошая память… Если я не буду называть тебя Говардом Джеффри, как мне тебя называть в будущем?» "Зови меня, дорогая..." «Ни за что, это слишком банально, я не могу это сказать». В этот момент Говард Джеффри, словно прижавшись к шее Ребекки Квентин, бормотал: «Тогда называй меня мужем». «Муж?» Она вспомнила, что в течение двух лет их брака она так его называла, но сейчас она действительно не может заставить себя произнести это, потому что тогда это было в основном игрой, и она не совсем понимала значение слова «муж». Подсознательно Ребекка Квентин выпалила: «Нет, до свадьбы я не буду тебя так называть, люди будут надо мной смеяться». "Женатый?" Эти два слова, казалось, заставили Говарда Джеффри прекратить целовать её, и он поднял глаза, чтобы взглянуть ей в лицо. Только тогда Ребекка Квентин поняла, что сказанное ею, казалось, невольно напомнило ему о необходимости определить их отношения... В результате, почти сразу же, Ребекка Квентин нежно обняла Говарда Джеффри за шею и ласково воскликнула: «Муж…» "Хм?" "Твоя мама звонила и спрашивала, когда мы вернемся в Америку?" Зная, что Ребекка Квентин пыталась сгладить неловкость, вызванную словом «замужем», Говард Джеффри отреагировал следующим образом: «Через неделю-две...» На следующий день. Ребекка Квентин лично развесила одежду, принесенную официантом, в шкафу в номере. На самом деле, в номере было много мелочей, которые официант мог сделать, но Ребекка Квентин не хотела звать официанта на помощь, например, в уборке или глажке одежды. Она предпочитала делать это сама, наслаждаясь желанием этой невысокой женщины вести домашнее хозяйство. Возможно, это была судьба, но сегодня, когда Ребекка Квентин вешала одежду Говарда Джеффри в шкаф, она случайно увидела внутри ящик. Подсознательно протянув руку, Ребекка Квентин выдвинула ящик и случайно обнаружила внутри довольно большую белую бутылочку с лекарством. Изначально не проявляя любопытства, Ребекка Квентин, обнаружив флакон с лекарством, с интересом взяла его в руки, чтобы изучить инструкцию. После длинной череды английских вступительных фраз ее взгляд остановился на употреблении слов, которое в простом переводе звучит так: Этот препарат водорастворимый, предназначен для наружного применения, принимать от двух до четырех капсул за раз, эффект наступает в течение семидесяти двух часов, подавляет овуляцию. Держа в руках бутылочку с лекарством, Ребекка Квентин долго стояла перед шкафом, не реагируя ни на что. В этот момент она наконец поняла, почему Говард Джеффри часто после секса брал ее с собой в ванну, чтобы она могла понежиться в воде... Оказалось, что притворство, будто она заботилась о своей усталости, было ложью, а правда заключалась в растворении лекарства в воде. Полдень. Внезапно оказавшись в объятиях кого-то за талию, Ребекка Квентин, сидевшая у окна и читавшая журнал, была по-настоящему потрясена. "Малыш..." До неё донесся ленивый голос Говарда Джеффри. Ребекка Квентин повернула лицо, ее нос нечаянно задел красивое лицо Говарда Джеффри, и она тут же пробормотала: «Ах, вы... вы вернулись!» Кто бы мог подумать, что она только что была далеко от чтения журнала, ее разум был в тумане, она даже не знала, когда он вернется. Говард Джеффри легонько поцеловал Ребекку Квентин в щеку, его хриплые губы прошептали: «О чем ты так глубоко думала?» Ей уже давно пора было запаниковать, но Ребекка Квентин ловко замаскировала это кокетливым поведением: «Я думала о тебе, кто заставляет тебя так поздно возвращаться с работы!» Взгляд Говарда Джеффри, устремлённого на нежное лицо Ребекки Квентин, был проницательным и озорным. "Правда?" «Даже если это не так, вы всё равно собираетесь спросить, о чём я только что думала? Мистер Джеффри, вам не кажется, что вы слишком строги?» — поддразнила Ребекка Квентин в ответ. Похоже, Говард Джеффри не придал этому особого значения и ответил двумя словами, которые больше звучали как избалованность: «Привередливый рт!» Затем Ребекка Квентин потянула Говарда Джеффри встать. По привычке она заботливо помогла ему ослабить галстук на шее и начала разговор: «Э-э, Говард Джеффри, я хочу кое-что с вами обсудить». Говард Джеффри обнял стройную талию Ребекки Квентин, наслаждаясь тем, как она ловко расстегнула две пуговицы его рубашки, его рука нежно поглаживала ее бедра, и он мягко ответил: "Ммм?" «Я хочу поехать в Америку». Брови Говарда Джеффри резко нахмурились: «Что происходит?» Ребекка Квентин подняла свои сияющие глаза, ее блестящий взгляд встретился с темными глазами Говарда Джеффри, и она мягко произнесла: «Твоя мама несколько раз звонила нам, умоляя вернуться, но ты был занят работой. Даже если мы вернемся, тебе приходится часто летать в Т-Сити, поэтому я подумала, раз ты часто в отъезде, может быть, мне стоит уделить время твоей маме сейчас!» Говард Джеффри крепче обхватил бедра Ребекки Квентин, в его голосе звучало оттенок нежелания: «Ей не нужна компания, она привыкла быть одна». Ребекка Квентин бросила на Говарда Джеффри косой взгляд: «Вы совершенно не понимаете психологию пожилого человека… даже если дети ежедневно работают, зарабатывая много денег, чтобы обеспечить пожилым родителям комфортную жизнь, многие пожилые люди предпочли бы не иметь такой роскоши, лишь бы их дети постоянно были рядом». «Бекка, я знаю, но я не хочу, чтобы ты меня покидала». Внезапно обняв Ребекку Квентин, Говард Джеффри тихо произнес слова, полные глубокой нежности. Ребекка Квентин прислонилась к плечу Говарда Джеффри. Тонкий и приятный мужской аромат, принадлежавший ему, окутывал ее ноздри, как всегда вызывая у нее чувство привязанности. Однако в этот момент в ее сознании мелькнула картинка той бутылочки с лекарством в ящике шкафа... Боль распространилась по ее сердцу, отчего у нее закололо в носу. Прислонившись к нему, Ребекка Квентин медленно закрыла глаза. После нескольких секунд колебания она обхватила его широкую спину, опасаясь, что ее голос может случайно выдать ее настроение, и тихо произнесла: «Я тоже не хочу тебя оставлять, но впереди еще долгий путь, неужели нам действительно нужно беспокоиться о том, что у нас не будет времени быть вместе каждый день? Что касается твоей мамы, в прошлый раз я случайно услышала, как она сказала, что у нее день рождения на следующей неделе, думаю, ей очень одиноко, так почему бы не позволить мне сначала вернуться, чтобы составить ей компанию, а ты можешь вернуться на ее день рождения…» «Действительно, за эти годы я мало времени проводил с мамой…» Эта фраза Говарда Джеффри была полна глубокого раскаяния и чувства вины. В голосе Ребекки Квентин тоже звучала грусть: «Говард Джеффри, ты должен проводить больше времени с мамой. Посмотри на меня, даже если я сейчас хочу быть с папой, у меня нет такой возможности…» Она очень скучала по отцу. В этот самый момент, если бы он был еще здесь, она могла бы отбросить свою маску и выразить все свои печали и страдания перед отцом. Говард Джеффри прижался к шее Ребекки Квентин, некоторое время нежно шепча ей на ухо: «Всё же лучше подождать, пока я вернусь с тобой. Детка, я уже привык обнимать тебя перед сном каждую ночь». Забота, глубокая любовь, нежность, тоска... Именно это почувствовала Ребекка Квентин, услышав тихие слова Говарда Джеффри в этот момент... ---------- Глава 139-80: Чтобы держаться от него подальше, необходимо полностью отказаться от своих планов. Однако в тот момент это чувство заставило ее ощутить себя так, словно она находится в ледяном доме, и его сердце пробрало до костей. Какая великолепная игра! Если бы он продолжил актерскую карьеру, он, вероятно, смог бы добиться такого же успеха в бизнесе, как и сейчас… Если бы она ничего не знала, она бы уже давно была глубоко тронута его… Бекка пробормотала: «Говорят, разлука укрепляет чувства. Я бы хотела проверить, сколько времени ты будешь скучать по мне, пока меня нет рядом…» "Полдень." Бекка вернулась в квартиру тети Клэр. Теперь это был ее дом, временное убежище, где она могла отдохнуть. «Мисс, мисс…» — дважды окликнула тетя Клэр. Бекка, которая до этого сидела на диване, погруженная в свои мысли, наконец-то пришла в себя. «Э-э, тетя Клэр, извините. Что вы говорили?» Тетя Клэр с беспокойством спросила: «Мисс, вы уже в третий раз за сегодня отвлеклись. Вы в последнее время слишком устаете?» Бекка лениво откинулась на диване и слегка кивнула. «Действительно, я очень устала». Она была измотана, и телом, и душой. Тетя Клэр неловко рассмеялась. «Мистеру Джеффри следовало бы проявить немного сдержанности. Вы выглядите гораздо хуже, чем в прошлый раз, когда были здесь». Тетя Клэр неправильно поняла, но даже она видела: Бекке было нездорово. Совсем нездорово… Но что она могла объяснить тете Клэр? Она сама выбрала этот путь и была полна решимости быть с этим мужчиной. Если бы она сейчас сказала тете Клэр, что у него могут быть скрытые мотивы и он на самом деле ее не любит, насколько унизительно это было бы? И еще больше она боялась увидеть печаль в глазах тети Клэр ради себя самой… Бекка выдавила из себя застенчивую улыбку. «Пожалуйста, не дразни меня. Мне нужно с тобой кое-что серьезное обсудить». "Хорошо." Бекка выпрямилась, взяла тетю Клэр за руку и с улыбкой сказала: «Возможно, завтра я уеду в Америку». «А?» — удивленно воскликнула тетя Клэр. — «Так скоро? Разве вы не говорили, что мистер Джеффри останется в городе Т еще на неделю-две?» Бекка кивнула. «Он останется здесь. В Нью-Йорк поеду я одна». Она не знала, радоваться ей или грустить… В конце концов, он согласился отпустить её одну обратно в Америку. Она была счастлива, потому что ей не придётся сталкиваться с ним днём и ночью в течение следующих нескольких дней… Честно говоря, играть роль, когда сердце болит, было очень утомительно. Грусть была вызвана его согласием… Если бы он действительно не мог расстаться с ней, учитывая его гордый, властный и напористый характер, он бы никогда не согласился. Казалось, для него она была прежде всего полезной. Возможно, он желал её и физически, но похоть у мужчины часто бывает оторвана от сердца. Поэтому, даже если искренняя привязанность отсутствовала, он не стал бы к ней цепляться. Возможно, именно поэтому он согласился отпустить её обратно в Америку. Тётя Клэр, как всегда чувствительная, обеспокоенно спросила: «Мисс, что происходит? У вас с мистером Джеффри возник конфликт?» Бекка вдруг обрадовалась, что ничего не рассказала тете Клэр раньше, поскольку беспокойство тети Клэр уже заставляло ее чувствовать себя виноватой. Бекка легкомысленно сказала: «О, ничего подобного. Скоро день рождения его матери, и я подумала, что вернусь, чтобы составить ей компанию от его имени, раз уж он слишком занят…» Тетя Клэр усмехнулась. «Мисс, вы так повзрослели! Вы даже теперь знаете, как строить отношения со свекровью… Вы упоминали, что миссис Джеффри хорошо к вам относится и что именно она подтолкнула вас и Говарда Джеффри к примирению. Я уверена, что ваше будущее в семье Джеффри будет очень счастливым и насыщенным». «Ммм», — промурлыкала Бекка, улыбаясь, хотя никто не знал, что в её сердце читалась горечь. Ей приходилось признавать, что возвращение в Америку, чтобы сопровождать миссис Джеффри, было всего лишь предлогом, который она придумала, чтобы избежать встречи с Говардом Джеффри. У нее не было ни одного из тех навыков управления, о которых говорила тетя Клэр… Вчера она подумывала поговорить об этом с Говардом Джеффри, выложив все карты на стол, но в итоге отказалась от этой идеи, потому что не хотела пока сдаваться. Удар от обнаружения этой бутылочки с лекарством был, безусловно, огромным, но если говорить о том, что она на самом деле собой представляла, то это нельзя считать стопроцентно однозначным выводом… Она рассматривала такую ​​возможность: если он просто не хочет ребенка на данный момент и боится, что она его неправильно поймет, разве ее вопросы не разрушат весь тот с трудом достигнутый прогресс, которого они добились, чтобы дойти до этого момента? Хотя вероятность этого была крайне мала, она не собиралась сдаваться. Даже если на самом деле она просто утешала себя таким надуманным объяснением, она все равно хотела, чтобы он дал ей объяснение. Что еще важнее, она хотела, чтобы он знал, что с той женщиной, которой она стала сейчас, он не сможет играть по своему желанию. В этот момент тетя Клэр внезапно хлопнула себя по лбу. «О, раз уж вы упомянули о возвращении в Америку, я чуть не забыла! Мисс, пару дней назад, разбирая старые вещи вашего дедушки, я случайно нашла письмо, которое он оставил для вас». ---------- Главы 140-80: Чтобы уйти от него, ты должна уйти невредимой (Часть 2) "Письмо?" Тетя Клэр кивнула: «Да, оно было спрятано в рамке с твоей фотографией и фотографией хозяина. Я обнаружила его только сегодня, когда случайно опрокинула рамку». Ребекка Квентин недоумевала: «Какое письмо?» Тетя Клэр встала: «Я сейчас принесу, чтобы ты посмотрела». "Хорошо." Минуту спустя Ребекка Квентин разорвала пожелтевший конверт и достала письмо. И действительно, это был почерк Александра Квентина, написанный, по-видимому, последними силами, когда он был тяжело болен. Глубина почерка варьировалась, отражая его слабость в то время и вызывая у Ребекки Квентин щемящую печаль. Бекка… Когда ты увидишь это письмо, возможно, папа уже давно тебя покинул… Моя дорогая дочка, как дела? Единственное, о чём папа не мог бы спокойно думать в этом мире, это ты, потому что ты слишком добрая и невинная для этого общества. Моя драгоценная дочка, ты уже должна знать обо всех ужасных вещах, которые когда-то делал папа, и ты, должно быть, очень разочарована во мне, не так ли? Папа не хочет слишком много тебе объяснять, потому что в твоем простом мире тебе не место во тьме моего поколения, и папа не хочет, чтобы грязь этого общества запятнала твою красоту и доброту. Однако, как дочь Александра Квентина, папа чувствует себя по-настоящему виноватым за то, что не обеспечил тебе спокойную жизнь. Но папа искренне надеется, что ты сможешь быть сильной, несмотря на все трудности, и жить смело. Папа обязательно защитит тебя свыше. Бекка… Папа всегда хотел, чтобы у тебя был ребенок от Говарда Джеффри, не потому что он хотел завидовать богатству и власти Говарда, а чтобы обеспечить тебе с этим ребенком спокойную жизнь до конца твоих дней… Папа должен напомнить тебе, если ты сейчас счастлива с Говардом Джеффри, то береги его. Он, должно быть, принял правильное решение, выбрав тебя, поэтому тебе не стоит сомневаться в его искренности. Но если вы с Говардом не вместе или ты поймешь, что Говард никогда по-настоящему не любил тебя, ты должна решительно уйти от него. Не связывайся с ним узами, он крайне опасен для тебя… Моя дорогая дочка, есть много вещей, которые папа не может тебе ясно объяснить, но ты должна слушать папу. Всё, что я сделал, я сделал для тебя… Ночь, которая казалась страстной после борьбы не на жизнь, а на смерть, оставила Ребекку Квентин с болью во всем теле, неспособной уснуть и не дающей спать всю ночь. Завтра она уедет в Америку… Глядя на постепенно проясняющееся небо, Ребекка Квентин с грустью ворочалась в постели, с нежностью глядя на любимого человека, лежащего рядом с ней. Во сне он казался таким невинным и безобидным, а его детское личико было еще более очаровательным, чем в бодрствующем состоянии. В возрасте двадцати лет он вошел в ее жизнь в качестве мужа… Она никогда не была влюблена, поэтому так легко попала в нежную паутину чувств, которую он сплел. Эта бутылочка с лекарством действительно потрясла ее, словно хрупкий стеклянный флакончик счастья, который она так бережно держала в руках, неоднократно разбивался и восстанавливался в их любви, полной терний и испытаний, пока на этот раз не разбился окончательно, безвозвратно… У неё так сильно болело сердце… Она любила его так смиренно, закрывая глаза на прошлые обиды, просто желая сохранить эти отношения. Кто бы мог подумать… Она всё ещё была такой глупой и наивной, даже сейчас не могла отпустить ситуацию. Даже после прочтения письма отца она бесчисленное количество раз колебалась, прежде чем принять нынешнее решение… Она не сомневалась в словах отца, но папа не знал, как трудно ей было окончательно разорвать с ним все связи, в данный момент она просто не могла этого сделать… Однако любовь не затуманила бы её рассудок. Зная, что это логово тигра, она больше туда не прыгнет. Поэтому, после отъезда в Америку, она найдёт способ полностью отступить… Она никак не ожидала, что после стольких перипетий они с ним в итоге останутся двумя чужими людьми в этом мире… Если нет любви, то пусть будет так и без любви. Возможно, жизнь без него — это и есть её настоящая жизнь… Ребекка Квентин в последний раз долго взглянула на спящего Говарда Джеффри, медленно закрывая налитые слезами ресницы. Небо становилось всё ярче. Ребекка Квентин слегка пошевелилась в объятиях Говарда Джеффри. Не задерживаясь в его объятиях, она слегка приподнялась, подняла разбросанную по полу одежду, надела ее, затем встала с кровати и пошла в ванную. Приведя себя в порядок, она умылась холодной водой, словно желая, чтобы ледяная вода напомнила ей о необходимости сохранять ясность ума. Она задавалась вопросом, не проснулся ли он потому, что проснулась она… Когда она уже собиралась повернуться, чтобы выйти из ванной, он внезапно крепко обнял ее сзади, обхватив руками за талию. Она слегка пошевелилась, человек позади нее, казалось, не хотел отпускать ее, прижимаясь к ней вплотную. "Бекка…", — его обычно холодный голос теперь был пронизан хрипотцой желания, — она ​​сонно ответила, постепенно ее шею нежно поцеловали, и постепенно… Говард Джеффри был подобен хищному зверю, который, зная, что его добыча вот-вот вырвется на свободу, решил сожрать ее до костей. Поэтому, если бы не ее решимость поехать в Нью-Йорк, сегодня Ребекке Квентин определенно нужно было бы остаться дома и хорошо выспаться. В тот момент Ребекка Квентин сидела в машине, за рулем которой находился Говард Джеффри, направлявшийся в частный аэропорт, и они вели приятную беседу. Разговор, естественно, начала Ребекка Квентин, которая изо всех сил старалась скрыть свое настроение… «Говард, пока меня нет, ты не должен слишком много курить, не засиживаться допоздна, не должен затуманивать глаза, когда увидишь симпатичную девушку, и уж точно не переставай мне звонить…» Говард Джеффри улыбнулся: «Довольно много запретов, правда?» «Да, вы должны им следовать, иначе, когда вернетесь в Нью-Йорк, даже не думайте заходить ко мне в номер!!» Это не понравилось Говарду Джеффри, который нахмурился и спросил: «Позвольте мне сначала высказать одно возражение?» Ребекка Квентин очень дружелюбно ответила: «Да, пожалуйста». "Ты же говорила, что я не должен так пристально смотреть на красивых девушек, детка, когда я вообще когда-либо терял самообладание?" «Э-э, на самом деле, это самый важный момент… То, что этого не произошло, пока я был здесь, не значит, что этого не произойдет, когда меня не будет. Кроме того, вы тот ещё обаятель, так что, пожалуйста, сначала соблюдайте это правило». "…" «И ещё, как бы ты ни был занят, звони мне один раз утром и один раз вечером…» ---------- Главы 141-81: Месть Говарда Джеффри Соединенные Штаты, Нью-Йорк. Рано утром Ребекка Квентин спустилась со второго этажа. Миссис Джеффри, словно только что вышедшая из кухни с тарелкой еды в руках, ласково воскликнула: «Бекка, ты проснулась!» «Да, тётя», — Ребекка подошла к миссис Джеффри. После того как миссис Джеффри поставила еду, она ласково взяла Ребекку под руку и доброжелательно улыбнулась. «Видя, что у тебя в последние несколько дней плохой аппетит, я сегодня сама приготовила тебе китайский завтрак». Ребекка последовала за миссис Джеффри в столовую и, несколько смущенно, сказала: «Тетя, вам действительно не стоило заморачиваться. Я не привередлива в еде». Миссис Джеффри проводила Ребекку к столу, ее глаза были полны нежности к ней. «Не будь такой вежливой; отныне мы все будем как семья. Пойдем, попробуй мою стряпню». Откусив ложку, Ребекка попробовала кашу с лилиями, приготовленную миссис Джеффри, кивнула и искренне похвалила: «Тетя, вы чудесно готовите. Эта каша невероятно вкусная. Она легкая и сладкая, и от нее действительно разжигается аппетит». Миссис Джеффри была очень довольна и с ласковой улыбкой села напротив Ребекки. «Просто скажите мне, что вы любите есть, и я приготовлю это для вас. Горничные умеют готовить только блюда в западном стиле. Неудивительно, что у вас нет аппетита с момента приезда». Ребекка слабо улыбнулась. Миссис Джеффри, не моргнув глазом, посмотрела на Ребекку, ее изящное выражение лица было наполнено нежностью. «Бекка, хотя ты и моя невестка, я обещаю, что буду относиться к тебе как к собственной дочери». Словосочетание «невестка» заставило Ребекку напрячься, и улыбка на ее лице неизбежно стала натянутой. Ребекка быстро расширила улыбку и небрежно спросила: «Тетя, если вы так любите девочек, почему у вас с дядей не было дочери, когда вы были моложе?» Ребекка задала этот вопрос лишь между делом, но никак не ожидала, что миссис Джеффри будет им удивлена, и дружелюбная улыбка на ее лице постепенно исчезнет. Заметив изменение выражения лица миссис Джеффри, Ребекка вздрогнула и быстро извинилась: «Простите, тётя, я что-то не так сказала?» Миссис Джеффри, сидя за столом, тихо вздохнула. Ее голос был мягким, когда она сказала: «Это не ваша вина. Упоминание моего покойного мужа лишь напомнило мне о некоторых неприятных вещах». Взволнованная, Ребекка встала и подошла к миссис Джеффри, чтобы еще раз извиниться. «Простите…» Миссис Джеффри взяла Ребекку за руку и нежно погладила её. «Глупышка, не обращай внимания. Это моя проблема…» Ребекка снова села и тихо спросила: «Тетя, если позволите, я знаю Говарда уже много лет, но никогда не слышала, чтобы он упоминал своего отца. Мне часто интересно, в какой семейной обстановке вырос Говард?» Миссис Джеффри взяла себя в руки и улыбнулась с чувством смирения. «На самом деле прошло столько лет, и я в основном смирилась с прошлым. Просто мне давно никто о нем не говорил, и это на мгновение застало меня врасплох. Но раз уж вы спросили, я расскажу вам о своей семье. Это также поможет вам понять детство Говарда». "Хорошо." Ребекка внимательно слушала. Миссис Джеффри, словно погруженная в воспоминания, вгляделась вдаль и начала медленно говорить: «На самом деле, в молодости у меня была очень счастливая семья. Мой муж обожал меня, сын был очень воспитанным, и благодаря нашему благополучному финансовому положению я всегда чувствовала себя на вершине счастья. До тех пор, пока…» Миссис Джеффри сделала паузу, в глазах ее застыла грусть, прежде чем она продолжила: «Пока я не узнала, что у моего мужа есть любовница. В тот день мне показалось, что весь мой мир рушится, поэтому я попросила у него развод. Если бы жизнь могла дать мне еще один шанс, я думаю… даже если бы он влюбился в другую женщину, я бы предпочла подарить своим двум детям полноценную семью, чтобы их детство не было омрачено такими тенями. Но, что ж, теперь это все уже задним числом». «Двое детей?» — Ребекка слегка опешилась. «Тетя, вы хотите сказать, что у Говарда есть…» «Да, у Говарда есть старший брат. Но после того, как я развелась с их отцом, старший ушел с ним». Ребекка была в полном шоке, ее глаза были широко раскрыты. Голос миссис Джеффри постепенно начал звучать с оттенком самообвинения и вины, слова дрожали от эмоций. «Я была поистине никудышной матерью… В то время оба ребенка хотели поехать со мной, но мой бывший муж не позволил мне взять обоих». «Он даже угрожал мне. Он сказал, что если я не смогу убедить хотя бы одного ребенка пойти с ним, он применит юридические средства, чтобы лишить меня опеки ни над одним из них. Знаете, после смерти мужа у меня ничего не осталось. А у него, наоборот, были деньги и влияние; я никак не могла выиграть против него судебный процесс». «В итоге, из двух своих детей, я выбрала Говарда… Не то чтобы я отдавала предпочтение одному из них. Просто Говард был младше, и я больше за него волновалась, я не могла смириться с мыслью о том, чтобы оставить его. Хотя я знала… я знала, что это глубоко ранит сердце моего старшего сына…» ---------- Главы 142–81: Месть Говарда Джеффри (Часть 2) «Тетя…» Понимая, с какими трудностями столкнулась миссис Джеффри в то время, Ребекка Квентин утешила: «В то время вас вынудили к этому, и я думаю, что ваш старший сын, когда вырастет, обязательно сможет простить и понять вас». Миссис Джеффри печально покачала головой: «Нет, он никогда меня не простит. Вы даже не представляете, как жестоко и бесчеловечно я заставила его уйти с отцом. Я знаю, даже если он увидит меня сейчас, он никогда меня не простит, и более того, я даже не знаю, где он сейчас…» Ребекка была в недоумении: «Почему ты не можешь его найти? С такими способностями, как у Говарда Джеффри, разве не было бы легко найти его старшего брата?» Миссис Джеффри в отчаянии ответила: «Говард действительно искал, но все эти годы безрезультатно… Я знаю только, что на пятом году после моего расставания с бывшим мужем в новостях сообщили, что он погиб в дорожной аварии. Я поехала туда, где он жил, обыскивая весь мир в поисках своего старшего сына, но так и не смогла его найти…» Пока миссис Джеффри говорила, по ее щекам текли слезы, а сердце сжималось от боли. Ребекка обняла дрожащее от рыданий тело миссис Джеффри и утешала её: «Тётя, прости, я не должна была заставлять тебя вспоминать об этом. Пожалуйста, не грусти. Я верю в связь матери и ребёнка, и пока старший брат Джеффри жив, вы обязательно встретитесь». «Я ненавижу своего бывшего мужа, я ненавижу себя еще больше за свою бесполезность, но больше всего я ненавижу эту женщину… Она разрушила мою счастливую семью, заставив моих двоих детей скитаться с места на место, особенно моего старшего сына, которого я обидела больше всех. Теперь у меня даже нет возможности его увидеть… Это карма. Она погибла вместе с моим бывшим мужем в автокатастрофе… Ха, Вивиан Линдси, эта женщина, она тогда явилась мне такой гордой. Сомневаюсь, что она когда-либо представляла себе такое возмездие». "Вивиан Линдси?" — Ребекка необъяснимо остро отреагировала на три слова, упомянутые миссис Джеффри. При упоминании этой женщины боль на лице миссис Джеффри стала еще более очевидной: «Да, с таким чистым именем, но по сути, она — коварная лисица…» Вивиан Линдси… Вивиан Линдси… В голове Ребекки снова и снова повторялись эти три слова, и внезапно включился глубоко запрятанный переключатель воспоминаний. В ее сознании мелькнул образ… Она не помнила, сколько ей тогда было лет, только то, что однажды пряталась в кабинете отца, играя в прятки со служанкой. Она случайно услышала, как отец вошел с улицы. Как раз когда она собиралась его застать врасплох, она поняла, что отец разговаривает по телефону. Его лицо было бледным, ужасающий вид, которого она никогда раньше не видела. Она слышала только, как отец, изо всех сил стараясь сдержать эмоции, говорил собеседнику: «Вивиан Линдси, неужели ты настолько бессердечна, что бросаешь нашу дочь ради этого мужчины?» Это был единственный раз в её жизни, когда она увидела ярость на лице своего отца… В то время она была ещё совсем маленькой и понятия не имела, кто такая «Вивиан Линдси», о которой говорил её отец. В конце концов, она выросла без матери и никогда не ассоциировала «Вивиан Линдси» со своей матерью. По мере взросления это воспоминание постепенно стёрлось из её памяти… "Бекка, Бекка…" Пока голос миссис Джеффри не вывел Ребекку из оцепенения, и она неловко не произнесла: «Простите, тётя…» Миссис Джеффри выразила беспокойство: «Вы выглядите бледной; я вас напугала своим выпадом?» Ребекка мягко покачала головой: «Нет, я просто вдруг почувствовала легкое головокружение…» Она подперла лоб рукой, притворяясь, что ей нездоровится. Миссис Джеффри тут же забеспокоилась: «Отсутствие аппетита и головокружение, Бекка, это не так…» Лицо миссис Джеффри выразило радость, но внезапно снова помрачнело: «Не должно быть так скоро…» «Тетя, я не беременна, просто кружится голова, может быть, из-за месячных», — солгала Ребекка, используя это как правдоподобное оправдание, надеясь развеять любые предположения миссис Джеффри о ее беременности. Миссис Джеффри действительно была разочарована, но продолжала заботиться о Ребекке: «Всё в порядке, пусть природа берёт своё. Раз уж ты плохо себя чувствуешь, я попрошу горничную помочь тебе подняться наверх и немного отдохнуть…» "Хорошо." Вернувшись в свою комнату и заперев дверь, Ребекка рассеянно села на край кровати. Почему именно в этот момент она почувствовала такой зловещий страх? Словно ее внезапно затянуло в огромную темную сеть, которая душила ее… Вивиан Линдси? Она верила, что у многих людей в мире одинаковое имя, но почему она не могла воспринимать это имя как имя незнакомки, а не своей матери? Да, из-за письма, которое ей дал отец… Она с деликатностью вспомнила строчку из того письма: «Вам не следует погружаться во тьму моего поколения». Почему её отец назвал своё поколение «тёмным»? Почему он постоянно подчеркивал необходимость прояснить ее отношения с Говардом Джеффри и принять решительные решения? Почему она всегда питала к Говарду Джеффри какую-то неясную неприязнь? Эти вопросы казались необъяснимыми, но теперь, похоже, нашлось объяснение: упомянутая миссис Джеффри «Вивиан Линдси» была её биологической матерью… Ей было трудно поверить в существование такой странной связи между семьями Квентина и Джеффри, но все происходящее постепенно подталкивало ее к тому, чтобы принять этот факт. Почему так произошло? Было ли предупреждение отца держаться подальше от Говарда Джеффри намеком на то, что ее мать когда-то разрушила гармонию в семье Джеффри? Существовала ли вероятность того, что Говард Джеффри мог выместить на ней свою обиду? Кроме того, она бесчисленное количество раз спрашивала тетю Клэр о своей матери, но тетя Клэр всегда колебалась, никогда не желая делиться какой-либо информацией о предыдущем поколении. Пыталась ли она это тоже скрыть от нее? В голове Ребекки крутилось слишком много вопросов. Наконец, она взяла телефон и набрала номер тети Клэр. "Привет…" «Мисс», — весело произнесла тетя Клэр. «Тетя Клэр, у меня к вам вопрос». «Хм, давай». «Была ли моя мать той разрушительницей семей, которая расколола семью Джеффри?» Тетя Клэр, явно не ожидая такого вопроса от Ребекки, долго молчала, прежде чем наконец спросить: «Как ты узнала?» Ребекка больше не могла сдерживаться и серьезно произнесла: «Как я узнала, неважно. Главное, мне нужно знать всю историю. Тетя Клэр, пожалуйста, расскажите мне». Тетя Клэр, как обычно, уклончиво ответила: «Мисс, я…» ---------- Глава 143-82: Отныне я буду полагаться на вашу поддержку. «Если вы мне не скажете, я пойду спрошу у Говарда Джеффри». «Мисс, пожалуйста, не надо…» Как и ожидалось, тетя Клэр испугалась и быстро сказала: «Раз уж вы с мистером Джеффри уже вместе, не стоит колебаться. Я вам скажу». "Отлично." Тетя Клэр медленно начала: «Все это началось более двадцати лет назад…» Выслушав рассказ тети Клэр, Ребекка Квентин наконец-то полностью поняла все обиды и неприязнь предыдущего поколения. Оказалось, что в молодости её отец познакомился с Моникой Лэндон в Малайзии. Позже, из-за вмешательства матери Ребекки, её отец разорвал отношения с Моникой Лэндон. Затем, желая обеспечить матери Ребекки богатую и стабильную жизнь, он обманом завладел миллиардным состоянием семьи Моники Лэндон… Позже в Т-Сити приехали её отец и мать. Они очень любили друг друга, и вскоре родилась Ребекка. Но их счастье было недолгим, так как её мать вскоре влюбилась в обычного бизнесмена из Т-Сити, Стивена Джеффри. Стивен Джеффри очень любил её мать, и ради неё он решил развестись со своей первой женой. После этого её мать бросила отца и юную Ребекку, желая быть только со Стивеном Джеффри. Разгневанный неверностью и предательством матери, отец девочки нанял человека, чтобы тот испортил машину Стивена Джеффри, что и привело к дорожно-транспортному происшествию, в результате которого погибли Стивен Джеффри и ее мать. Поскольку саботаж был выполнен безупречно, не оставив следов, инцидент был официально признан несчастным случаем. Изначально её отец намеревался устроить всеобщую гибель. Но как раз в тот момент, когда он решил покончить с собой, он внезапно пришёл в себя, и его мысли обратились к юной Ребекке… В конце концов, ее отец решил жить ради нее и взял тетю Клэр, чтобы она заботилась о ней вместо матери. Следующие десять с лишним лет её отец жил в постоянной боли и самообвинении… Он сожалел о том, что оставил любимую женщину в Малайзии ради матери Ребекки. Он страдал от боли, причиненной глубокой любовью к такой распутной и бесстыдной женщине. Он даже раскаялся в том, что впал в непоправимое отчаяние из-за женщины, столь недостойной его любви… Кто бы мог подумать, что когда Ребекке исполнится двадцать лет, Говард Джеффри появится на публике с Кристин Куинн… В то время её отец не знал, что Кристин Куинн — его дочь, и Кристин отказалась с ним встречаться. Поскольку все переговоры с ним вел Говард Джеффри, её отец отклонил просьбу Говарда. Ее отец отказался не потому, что был хладнокровен, а потому, что уже был болен. Операция ухудшила бы его состояние и, вероятно, не спасла бы и Кристин Куинн. Более того, ее отец считал, что Говард Джеффри просто хотел, чтобы он спас девочку с такой же редкой группой крови, как у него, не зная, что она его биологическая дочь. В конечном итоге, отец никак не мог предвидеть, что Говард Джеффри запишет свой отказ лечить Кристин Куинн и даст ей послушать запись. Это заставило убитую горем Кристин поговорить с отцом, и только тогда он узнал о существовании дочери. Однако к тому времени Кристин Куинн уже никогда не смогла его простить. Ее отец так и не понял, почему Говард Джеффри подставил его, пока Говард не предъявил ему обвинение напрямую, раскрыв, что он сын Стивена Джеффри. Только тогда ее отец понял: Говард Джеффри пришел, чтобы отомстить за смерть собственного отца, намереваясь свести счеты. На первый взгляд, Говард Джеффри утверждал, что помогает Кристин Куинн, но на самом деле он создавал недопонимания между Кристин и ее отцом, чтобы достичь своей цели — разрушить гармонию в семье Куинн. Эта стычка заставила её отца понять, что Говард Джеффри — чрезвычайно опасный человек, который, вероятно, не пощадит никого из семьи Квентин… К счастью, несмотря на свою безжалостность, Говард Джеффри, похоже, искренне любил Кристин Куинн и потребовал, чтобы ее отец спас ее. Зная, что ему осталось недолго жить, и отчаянно желая защитить Ребекку, её отец заключил сделку с Говардом Джеффри. Отец Кристин Куинн знал, что этот поступок разрушит её счастье, но у него не было другого выбора. Он хотел, чтобы Говард Джеффри пощадил и жизнь Ребекки, надеясь защитить обеих дочерей. Прислонившись к окну и глядя вдаль, мысли Ребекки Квентин кружились, словно прилив. Сейчас ей казалось, что она задыхается, но кто-то продолжает толкать ее под воду. Она отчаянно барахталась, едва держалась на плаву, и чувствовала, что может задохнуться в любой момент. У нее не было времени размышлять о обидах предыдущего поколения; сейчас самое важное было найти способ покинуть это место. В условиях такой ненависти, как может быть будущее между ними? Оказалось, что их любовь была задушена в колыбели враждой между ними с самого начала; ей не суждено было расцвести или принести плоды. Неудивительно, что он был так непреклонен, когда они развелись четыре года назад. Неудивительно, что он, казалось, никогда не испытывал к ней никаких чувств, но при этом всегда появлялся в её жизни… ---------- Главы 144-82: Отныне я буду полагаться на тебя Эта его сторона хитра и опасна. Если бы не непреднамеренное откровение миссис Джеффри, она, возможно, никогда бы и не догадалась. «Должно быть, это судьба», — подумала она, видя, как отец, наблюдающий за ней с небес, проясняет ей разум как раз в тот момент, когда она вот-вот должна была упасть вниз головой. Мечты, которые она лелеяла столько лет, наконец-то рухнули. К счастью, она предвидела такой исход задолго до этого. Поэтому, хотя ее сердце разрывалось от сильной боли, она смогла выдержать ее, не давая волю слезам. Знакомый звонок телефона нарушил тишину момента… Ребекка Квентин отвела взгляд и достала телефон. Неудивительно, что на экране отобразился его номер. Если пару дней назад вид этой цифры вызывал у нее едва уловимую радость, то теперь он вызывал глубокое волнение страха и тревоги, словно ее сердце замерло, боясь пошевелиться. Сделав глубокий вдох, Ребекка Квентин нажала кнопку ответа: «Здравствуйте». Голос Говарда Джеффри был глубоким и притягательным: «Детка». "Мм." "Что ты делаешь?" Ребекка Квентин снова перевела взгляд на бескрайние просторы за стеклянной стеной. Ее прекрасное лицо было бесстрастным, но тон — нежным и кокетливым: «Что я могла делать? Твоя мама спит, я лежу здесь, скучаю и думаю, когда ты мне позвонишь, а тут ты здесь». «Извините, у меня сегодня были встречи одна за другой, и много работы, поэтому так поздно, когда…» «Всё в порядке, я знаю, ты занята работой, я не позволю своим мыслям разгуляться». «Хорошая девочка…» После обеда, гостиная семьи Джеффри. Миссис Джеффри издалека увидела, как Ребекка Квентин спускается по лестнице, и жестом пригласила ее подойти: «Бекка, иди сюда». Ребекка Квентин подошла, села рядом с миссис Джеффри и улыбнулась: «Тетя». Миссис Джеффри тепло взяла Ребекку Квентин за руку: «Помнишь, когда мы впервые встретились, я сказала, что хочу сделать тебе подарок?» «Тетя, вы слишком добры». Миссис Джеффри доброжелательно улыбнулась: «Я хотела подарить вам это, когда мы только познакомились, но это показалось бы несвоевременным. Сейчас самое подходящее время. Я могу вручить это вам как следует». Сказав это, она передала Ребекке Квентин квадратную черную бархатную коробочку. Ребекка Квентин с любопытством взяла его, открыла, и ее глаза мгновенно расширились. Это было кольцо, инкрустированное редким голубым бриллиантом, очевидно, ценным, выполненным с исключительным мастерством и излучающим очаровательный цвет. "Возьми это кольцо!" Ребекка Квентин тут же покачала головой: «Нет, тётя, это слишком ценно». Миссис Джеффри покачала головой с улыбкой: «Денежная ценность кольца для нашей семьи ничтожна, но оно имеет для нас необычайное значение». "Ой?" Миссис Джеффри объяснила: «Это кольцо мне передала мать моего покойного мужа. Я часто носила его в молодости, но после того, как мой брак с покойным мужем распался, я сняла его и так и не смогла вернуть ему… Недавно я достала это кольцо и обнаружила, что его блеск ничуть не потускнел. Я вспомнила, что мать моего мужа говорила, что его следует передавать только невестке, поэтому я отдаю его вам». Это действительно было древнее кольцо? Ребекка Квентин не могла поверить своим глазам, кольцо действительно сияло великолепно, оно было невероятно красивым. "Тетя, я…" Миссис Джеффри вложила кольцо в руку Ребекки Квентин: «Просто возьми его… Через несколько дней у меня день рождения. Надень это кольцо и приходи с Говардом на вечеринку, где я объявлю о твоей помолвке». Ребекка Квентин была шокирована: «Помолвка?» Миссис Джеффри кивнула: «Конечно, вы с Говардом. Я не могу позволить вам быть с ним без должного статуса». Ребекка Квентин выглядела неловко: «Но мы с Говардом никогда не думали о браке…» Миссис Джеффри уговаривала: «Глупышка, не бойся. Если ты выйдешь замуж за члена нашей семьи, уверяю тебя, Говард не будет тебя запугивать. Поверь мне, дорогая». «Нет, тётя, я…» «Больше ничего не говори, пока тебе нравится мой сын, я обо всём позабочусь». Ночь. Опираясь на изголовье кровати, Ребекка Квентин безучастно смотрела на кольцо с голубым бриллиантом на безымянном пальце левой руки, чувствуя легкую боль в носу. Если бы миссис Джеффри знала её истинную личность, стала бы она относиться к ней так же? Ответ, несомненно, отрицательный. Когда миссис Джеффри упомянула о своей ненависти к матери, глубоко укоренившиеся отвращение и презрение были лишены ее обычной рациональности и самообладания. Как бы то ни было, миссис Джеффри никогда не смогла бы принять дочь Вивиан Линдси в свою жизнь, и более того, у нее и Говарда никогда не было бы будущего. Взяв телефон, Ребекка Квентин медленно набрала номер. В трубку раздался отчетливый женский голос: «Я совсем не ожидала, что вы мне позвоните». Ребекка Квентин равнодушно спросила: «Откуда вы знали, что это я?» Кристин Куинн усмехнулась: «Номер, который часто встречается в телефоне Говарда, как я могла его не помнить? Скажи, что тебе нужно?» Ребекка Квентин глубоко вздохнула и сказала: «Мне нужна твоя помощь кое в чём». «Я никогда не думала, что смогу чем-то помочь, тем более когда ты с Говардом — неужели нет ничего, чего бы он не мог для тебя сделать?» — скептически спросила Кристин Куинн. «Я не могу всё объяснить по телефону. Мы можем встретиться, чтобы обсудить это… но мне срочно нужна ваша помощь прямо сейчас». "Скажи мне." «Я хочу уехать из Говарда». Кристин Куинн была ошеломлена: «Разве вы только что не сошлись с Говардом? Почему вы приняли такое решение?» «Я сказала, что мне нужно встретиться с тобой, чтобы все объяснить. Ты мне поможешь?» — умоляюще спросила Ребекка. «Вы ставите меня в затруднительное положение». «Разве ты не говорил мне, когда нужно отступать? Теперь я ищу путь к отступлению, и только ты можешь мне помочь». «Скажите, что вы хотите, чтобы я сделал?» «Помогите мне создать ложную личность; я хочу исчезнуть из этого мира». Кристин Куинн была весьма удивлена: «Ты хочешь, чтобы Говард тебя никогда не нашел?» "Да." «Хотя я не знаю причин, по которым вы это делаете, я вам помогу». "Спасибо." «Ждите моего звонка». "Хорошо." Ребекка Квентин и так не заснула, поэтому, когда посреди ночи тихонько повернулась дверная ручка, она тут же открыла глаза. ---------- Глава 145-83: Отныне я буду полагаться на твою поддержку 2 Послышались ровные шаги, и послышался чей-то запах… Прежде чем Ребекка Квентин успела отреагировать, ее обняли сзади. Голос Говарда Джеффри, полный желания, прошептал на ухо Ребекке Квентин: «Детка…» Ребекка Квентин резко обернулась, притворившись удивленной. "Ты… ты вернулась?" Приглушенный голос Говарда Джеффри доносился совсем близко к ее уху. «Как только я закончил разговор, я сразу же сел в самолет и вернулся». Ребекка Квентин мягко оттолкнула Говарда Джеффри и недоуменно спросила: «Но почему?» Говард Джеффри нетерпеливо поцеловал Ребекку в губы, его голос дрожал от желания. «Я скучаю по тебе. Каждый раз, когда я слышу твой голос, я не могу себя контролировать». "Боже мой…" Говард Джеффри начал расстегивать ее ночную рубашку. Но сегодня вечером, как только пальцы Говарда коснулись пуговиц ее ночной рубашки, Ребекка быстро прикрыла грудь руками. Говард Джеффри замер. В темноте его глаза заблестели. "Что случилось? Ты по мне не скучаешь?" Ребекка Квентин крепко сжала в руках ночную рубашку и вскарабкалась с кровати. За ней последовал Говард Джеффри, его высокая фигура возвышалась перед ней. Ребекка Квентин, столкнувшись с ним лицом к лицу, испуганно отступила назад, пока не уперлась в стену. Говард Джеффри быстро прижал ее к себе, обняв за талию, в его голосе слышалась игривая нежность. "Детка, что я на этот раз сделал не так?" Вглядываясь в непостижимую глубину темных глаз Говарда Джеффри, Ребекка поняла, что не может противостоять ему напрямую; это могло помешать ей сбежать. Поэтому она направила свой страх в гнев, притворно раздраженно ответив: «Не трогай меня. Ты мне отвратителен». Говард Джеффри нахмурился. «Я только сегодня днем ​​видел новости. Судя по всему, вы плохо себя вели в Т-Сити». Говард Джеффри терпеливо спросил: «Дорогая, о чём ты говоришь?» «СМИ сообщили, что вы вчера вечером отвели модель в отель», — резко заметила Ребекка. «Модель?» — Говард Джеффри притворился ничего не понимающим, затем улыбка коснулась уголка его губ, словно он только что вспомнил. «Признаюсь, вчера вечером я обсуждал дела с главой Shenhe Industries в отеле. Он действительно предложил мне такую ​​красавицу». Невысокое лицо Ребекки Квентин исказилось. "И ты смеешь это говорить?" Говард Джеффри подошел к Ребекке Квентин, улыбнулся и поцеловал ее надутые губы. «Как эти дешевые подделки могут сравниться с тобой? Они меня совсем не интересуют». Ребекка толкнула его в грудь. "Я тебе не верю". Говард Джеффри убрал ее руку со своей груди, и по его лицу расплылась зловещая ухмылка. «Тогда почему бы тебе самому это не проверить…» Ребекка выпалила: "Как?" "Вот так…" — Говард Джеффри направил её руку к его поясу, прижимая её к его твёрдости. Мужчины и женщины разные. Мужчины могут быть бессердечными, но при этом испытывать влечение, в то время как женщины, если они бессердечны, обычно не испытывают никакого влечения. Из-за этого, терпение домогательств Говарда Джеффри в последние несколько ночей действительно сильно сказалось на Ребекке Квентин. Она не могла просто лежать как бревно, пока он делал все, что хотел; она чувствовала отвращение, раздражение, душевную боль и глубокий дискомфорт, но ей удавалось все это подавлять. К счастью, тем утром Ребекке Квентин наконец-то позвонила Кристин Куинн. Кристин Куинн сообщила ей по телефону, что она договорилась о создании фальшивой личности. Пока Ребекка могла покидать поместье Джеффри, она могла исчезать из мира Говарда Джеффри, когда захочет. У Ребекки было много возможностей покинуть поместье Джеффри, когда Говарда не было дома, но его внезапное возвращение нарушило все ее планы. Посоветовавшись с Кристин Куинн, Ребекка решила сбежать в ночь на день рождения миссис Джеффри. Она рассудила, что Говард будет занят светскими мероприятиями в тот вечер, что даст ей прекрасную возможность незаметно ускользнуть. Таким образом, план отъезда был составлен на вечер дня рождения миссис Джеффри. Время пролетело быстро. Сегодня вечером Ребекка Квентин решила уехать. Поскольку праздничный банкет проходил в поместье Джеффри, с самого раннего утра в доме царила оживленная атмосфера. Ребекка Квентин весь день провела в напряжении, ее тревога продолжалась до самого вечера. Когда зажглись вечерние огни, Ребекка Квентин, одетая в белое платье с открытыми плечами, спустилась по лестнице со второго этажа под руку с миссис Джеффри. Все гости в большом зале семьи Джеффри обратили на них свои взгляды. Сегодня вечером она намеренно нанесла более плотный макияж, поэтому мало кто узнал в ней бывшую жену Говарда Джеффри. Тем не менее, она выглядела потрясающе и грациозно. Ее появление с миссис Джеффри мгновенно вызвало предположения среди многочисленных гостей. Одни шептали, что она племянница или другая родственница миссис Джеффри. Другие предполагали, что она может быть новой возлюбленной Говарда — причиной, по которой он разорвал помолвку с Кристин Куинн. Третьи отмечали ее знакомую внешность, некоторые даже указывали на сходство с невестой Скайлер Джонс. Но никто не мог сказать наверняка… ---------- Глава 146-83: Отныне я буду полагаться на твою поддержку 2_2 Ребекка Квентин тоже сделала вид, что ничего не знает, оставаясь рядом с изящной и благородной миссис Джеффри и выглядя застенчивой. В углу зала Роджер Леонард пристально смотрел на Ребекку Квентин, слегка приоткрыв рот и пуская слюни. Говард Джеффри, одетый в безупречно сшитый темный костюм, держал одну руку в кармане, небрежно опираясь на стеклянное ограждение, и его взгляд постоянно устремлялся вдаль, к горизонту. Первоначальное намерение Роджера Леонарда чокнуться с Говардом было прервано появлением Ребекки Квентин. Он пристально посмотрел на неё и сказал Говарду: «Дора, я обнаруживаю, что Бекка всё больше и больше меня удивляет. Когда-то я считал её просто красивой, никогда не ожидая, что она окажется такой потрясающей… Будущая невестка, которая всегда казалась чистой и милой, неожиданно обрела другое очарование с ярким макияжем. Дора, если бы будущая невестка не была твоей женщиной, я бы непременно умолял королеву даровать её мне!» Услышав слова Роджера Леонарда, Говард бросил взгляд в сторону Ребекки Квентин. Ее потрясающая внешность, казалось, не вызвала у него никакого интереса, и, снова устремив взгляд вдаль, он едва слышно произнес: «Неужели?» Роджер Леонард отвел свой завистливый взгляд, отвернулся, чокнулся с Говардом и радостно поддразнил: «Дора, твоя реакция не похожа на реакцию человека, страстно влюбленного в свою невестку. Что случилось, надоело это каждый день?» Говард бросил на Роджера Леонарда взгляд, сохраняя свое обычное бесстрастное выражение лица, его тон был холодным и отстраненным: «Когда я говорил, что страстно влюблен в нее?» Услышав это, Роджер Леонард тут же замер, потягивая вино. После нескольких секунд раздумий он поднял взгляд на непостижимые темные глаза Говарда и недоверчиво произнес: «Дора, королева велела, что Бекка — хорошая девочка, ты не можешь ее подвести!» Говард растянул губы в улыбке. В его улыбке читалась насмешка и холодность, из-за чего Роджер Леонард в тот момент не мог понять намерений Говарда. В этот момент миссис Джеффри повела к ним Бекку. Все взгляды в комнате мгновенно обратились к этим четверым. «Тетя, вы сегодня так благородны и прекрасны, вы просто покорили сердца всех дядей!» — с удовольствием льстил Роджер Леонард, похожий на подхалима рядом с королевой. Миссис Джеффри сияла от лести Роджера Леонарда. «У вас такой прекрасный язык, почему мы до сих пор не видели Нельсона?» Роджер Леонард ответил: «Старший брат всё ещё путешествует по миру со своей невесткой. Мы не знаем, где они сейчас проводят время вместе, но он уже отправил вам лично выбранный подарок». «Он, безусловно, всё продумал наперёд». Произнеся это, миссис Джеффри многозначительно посмотрела на Роджера Леонарда. Роджер Леонард, будучи человеком сообразительным, тут же поставил стакан, обнял Ребекку Квентин, державшую миссис Джеффри за руку, и благоразумно сказал: «Тетя, позвольте мне проводить вас на встречу с гостями. Мне просто нужно кое-что вам сказать…» "Хорошо." После того как миссис Джеффри и Роджер Леонард ушли, Ребекка Квентин неловко улыбнулась Говарду: «Привет, я иду в туалет!» Неожиданно, когда Ребекка Квентин обернулась, Говард притянул её к себе. Плавным движением Говард тут же обнял Ребекку Квентин. Ребекка Квентин покраснела, похлопала Говарда по плечу и прошептала: «Эй, что ты делаешь? Здесь так много людей!» Тонкие губы Говарда скользнули по вишнево-красным губам Ребекки Квентин, его глаза сияли и были полны страсти, когда он смотрел на нее: «Почему ты сегодня со мной не разговаривала?» Ребекка Квентин заерзала в объятиях Говарда: «Отпусти меня, и тогда я поговорю!» Говард ущипнул её за бедро и властно заявил: «Сначала говори, потом я отпущу!» Ребекка Квентин чувствовала, как на них все чаще бросают взгляды, поэтому перестала ерзать и объяснила: «Я весь день была занята, где же время поговорить с вами? К тому же, если вы не отпустите меня, завтра повсюду поползут слухи о том, что у вас снова появился новый возлюбленный!» Говард нахмурился: «Разве не лучше объявить о наших отношениях?» «Но пока мы не планируем жениться, я не хочу, чтобы меня преследовали и фотографировали каждый день в будущем». «Тогда давайте объявим об этом прямо сейчас!» С этими словами Говард взял Ребекку Квентин за руку и направился прямо к временной сцене, установленной в зале. Увидев эту сцену, толпа пришла в восторг. В этот момент, словно по воле судьбы, у Говарда зазвонил телефон. Сердце Ребекки Квентин заколотилось, когда она увидела, как Говард достал свой телефон и, воспользовавшись моментом, выскользнул из его рук. «Извините, мне нужно ответить на этот звонок». Ребекка Квентин слегка кивнула: «Мм, я пойду в туалет». Поцеловав Ребекку Квентин в щеку, Говард направился к стеклянной стене. Он величественно стоял перед редко посещаемой стеклянной стеной, держа одну руку в кармане и глядя в темноту за окном глазами, сияющими, как звезды, но прищурившись, излучая нотку мудрости и хитрости: «Наконец-то ты сам решил мне позвонить». На другом конце провода голос Скайлер Джонс был спокойным и сдержанным: «Не трогайте её!» «Я никак не ожидал, что после двадцати лет молчания ты позвонишь мне из-за женщины». «Что вы хотите, чтобы я сделал?» Говард, глядя на горизонт, освещенный огнями, небрежно заметил: «Знаешь, кто-то очень хочет тебя увидеть». "Невозможный!" «Тогда говорить будет не о чем». Выпрямив палец на кнопке завершения вызова, Говард, обладая красивым лицом, не выказывал ни малейшего гнева, но, из-за беспокойства Скайлер Джонс, слегка приподнял уголок губ. В то же время, в туалете. Ребекка Квентин поспешно открыла сумочку и достала телефон. На её телефоне уже был пропущенный звонок, и она быстро перезвонила: «Здравствуйте». «Ребекка Квентин, моя машина припаркована в тени у главных ворот отеля «Джеффри». Я помашу фарами, когда ты выйдешь». «Хорошо, подождите меня». Закончив разговор, Ребекка Квентин тут же открыла шкафчик под туалетом и переоделась в одежду, которую приготовила заранее. Она смыла яркий макияж, распустила специально уложенные сегодня волосы, небрежно откинула их руками и надела солнцезащитные очки, достаточно большие, чтобы закрыть все ее маленькое лицо. Солнцезащитные очки, скрывавшие ее черты лица, редко надеваемые футболка и джинсы, а также специально подобранные аксессуары на ушах и шее делали Ребекку Квентин в данный момент совершенно непримечательной, словно она превратилась в другого человека. Внимательно несколько раз осмотрев себя в зеркале и убедившись, что даже знакомые ее не узнают, Ребекка Квентин глубоко вздохнула и спокойно вышла из туалета. Не проходя снова через холл, Ребекка Квентин направилась прямо с террасы в сад. Изначально она планировала незаметно пересечь сад, но неожиданно столкнулась с Роджером Леонардом, который сопровождал миссис Джеффри на встречу с друзьями, перед большим фонтаном в европейском стиле. ---------- Глава 147-84: Отныне я буду полагаться на Тебя в обеспечении себя. Ребекка Квентин ужасно испугалась и тут же спряталась за фонтаном. Пожилая дворянка, очевидно, близкая подруга миссис Джеффри, вела с ней оживленную беседу. Издалека Ребекка Квентин наблюдала за миссис Джеффри, замечая ее сегодняшнюю радость, и чувствовала тревогу в сердце. Она действительно винила себя, ведь это был уже второй раз, когда она ушла, не сказав миссис Джеффри ни слова. Но если бы миссис Джеффри когда-нибудь узнала её личность, она, вероятно, была бы довольна своим сегодняшним выбором. Несмотря на то, что Ребекка Квентин понимала, что, возможно, ей больше никогда не представится шанс увидеть миссис Джеффри, она все равно мысленно поздравила ее с днем ​​рождения. В этот момент миссис Джеффри, под руку со своей подругой, направилась к вилле. В полубессознательном состоянии она смутно услышала голос миссис Джеффри: «Действительно, я планирую объявить о свадьбе моего сына сегодня вечером; позже я представлю вам свою невестку…» Услышав слова миссис Джеффри, Ребекка Квентин почувствовала всё большую печаль, и в душе она неоднократно извинялась перед благородной фигурой миссис Джеффри, прежде чем, войдя в холл виллы, медленно направилась к её дверям. Из-за большого количества гостей сегодня вечером у дверей также собралось множество журналистов, а охрана поддерживала порядок на территории. Ребекка Квентин воспользовалась суматохой, чтобы незаметно выскользнуть за дверь. Выйти за дверь поначалу было волнительно, но печаль в сердце непреодолима; Ребекка Квентин все же повернула голову, чтобы оглянуться на виллу. По стечению обстоятельств, именно в тот момент, когда ее взгляд скользнул к холлу виллы, расположенному примерно в ста метрах от нее, она увидела его. Среди толпы гостей из страны и из-за рубежа, в ослепительном свете банкета, выделялся молодой и высокий Говард Джеффри. Его спокойное и уравновешенное поведение в разговоре с людьми совершенно отличалось от холодной строгости, которую он обычно проявлял в бизнесе, и явно отражало обязанности почтительного сына. Она смотрела на его необычайно красивый профиль, размышляя о том, что в будущем ей, возможно, больше не доведется с ним общаться. Ее сердце наполняла печаль, она не могла отрицать оставшуюся в нем привязанность. Все моменты их встречи до сегодняшнего дня разворачивались в ее памяти, словно слайд-шоу; в конце концов, она не смогла сдержать душевную боль, глаза ее покраснели, но она решительно и целеустремленно начала двигаться. Лампы накаливания мерцали… Ребекка Квентин глубоко вздохнула, чтобы подавить боль в сердце, а затем направилась к машине, припаркованной в темной тени деревьев. Дверь машины открылась изнутри, и Ребекка Квентин села внутри. Кристин Куинн, в солнцезащитных очках, сидела за рулем и легкомысленно говорила: «Пристегнитесь, я отвезу вас в аэропорт». "Спасибо." По дороге в аэропорт Кристин Куинн, наблюдая за усталой фигурой Ребекки Квентин, прислонившейся к стулу, невольно спросила: «Неохотно?» Ребекка Квентин ничего не ответила, погруженная в свои мысли. Кристин Куинн снова заговорила: «Честно говоря, я никогда не думала, что вы с Говардом так легко расстанетесь». Придя в себя, Ребекка Квентин поправила свою позу и спокойно ответила: «Я тоже так не думала». Кристин Куинн спросила: «Не могли бы вы объяснить причину?» Ребекка Квентин ответила: «А вы знаете о вражде между семьями Джеффри и Квентин в предыдущем поколении?» Кристин Куинн пожала плечами с улыбкой: «Если вы говорите о том, что Александр Квентин убил отца Говарда Джеффри, то, думаю, я об этом знаю». «Ты знаешь?» — Ребекка Квентин была крайне удивлена. — «Почему ты мне не сказал, когда приходил ко мне в прошлый раз?» Кристин Куинн посмотрела на дорогу впереди и рассмеялась: «Это дело меня не касается». Ребекка Квентин нахмурилась: «Разве ваш разрыв с Говардом Джеффри не связан с тем, что вы дочь Александра Квентина?» Кристин Куинн покачала головой: «Если бы он расстался со мной из-за этого, он бы начал мстить мне еще в начале наших отношений. Очевидно, я жива и здорова, так что эта причина расставания недействительна». Ребекка Квентин в замешательстве спросила: «Вы хотите сказать, что Говарда Джеффри никогда не волновала вражда предыдущего поколения?» «Я не могу быть в этом полностью уверена, но я точно знаю, что он прекратил эту вражду ради меня; иначе мы бы не были вместе все эти годы». "Правда?" — Ребекка Квентин широко раскрыла глаза. Кристин Куинн улыбнулась Ребекке Квентин в зеркало заднего вида: «Ты ведь не из-за этого решила уйти от Говарда Джеффри?» «Я…» — Ребекка Квентин молчала. Кристин Куинн тихо выдохнула: «На самом деле, когда дело касается сердечных дел, нужно следовать своим чувствам. Если ты считаешь, что человек, которого ты выбрала, тебе подходит, не сомневайся, продолжай защищать его и доверять ему. Я не очень хорошо к нему относилась и в итоге потеряла его, поэтому после расставания я никогда не винила его». ---------- Глава 148-84: Отныне я буду полагаться на твою поддержку 3_2 Бекка была озадачена: «Если это твое мнение о любви, почему в прошлый раз ты сказал мне совсем другое?» Кристин глубоко вздохнула: «Потому что я тебе ревновала и хотела, чтобы ты отстала». "Отступите?" «Да, я ревновала, что ты отняла у меня всю любовь Говарда, ревновала к тому, как он теперь предан тебе, и еще больше ревновала к тому, что ты смогла заставить его расстаться со мной». Бекка дала волю своим истинным чувствам: «Но я чувствовала, что ты не собирался меня обманывать в тот момент». Кристин горько усмехнулась: «Это просто означает, что я слишком хорошо сыграла». В этот момент худое тело Бекки тяжело опустилось на стул, на ее лице отразилось недоумение. «Мне очень жаль, но мои слова явно не изменили вашего решения быть с Говардом… Мне любопытно, раз вы были так полны решимости быть с ним, почему вы решили расстаться сегодня? Вы мне еще не сказали причину». Бекка была рассеяна и не ответила Кристине. На самом деле, оглядываясь назад, можно сказать, что Говард так и не отомстил ей по-настоящему. Если бы Говард действительно хотел отомстить, он мог бы сделать это за те четыре года, что они были в разлуке, но он этого не сделал. Более того, он тайно заставил Изабеллу передать ему крупную сумму денег. Кроме того, если бы он захотел отомстить сейчас, у него было бы бесчисленное множество способов это сделать. Зачем ему было бы прилагать столько усилий, чтобы удержать её рядом? Всем известно, что он холоден и решителен в своих действиях и не стал бы выбирать метод, требующий терпения, чтобы медленно мучить человека. Более того, в те дни на острове она никогда не верила, что всё, что он говорил, было просто игрой… Таким образом, если он смог отпустить обиды прошлого поколения на Кристин, то, безусловно, сможет отпустить их и на неё, если он действительно заботится о ней. Но если бы ему действительно было не всё равно, как можно было бы объяснить наличие противозачаточных таблеток? По сути, последней каплей, которая подорвала ее доверие к нему, стала именно эта бутылочка таблеток. При этой мысли Бекка вдруг сказала: «Мисс Куинн, можно задать вам вопрос?» "Вперед, продолжать." «Вы с Говардом вместе столько лет, почему у вас никогда не было детей?» Кристин, похоже, предвидела этот вопрос от Бекки и выдала свой хорошо подготовленный ответ: «На самом деле, много лет назад я получила травму, и врач посоветовал мне воздержаться от половых контактов. Поэтому все эти годы я проходила лечение и никогда не была с Говардом до недавнего времени, пока несколько месяцев назад мне наконец не сделали операцию по восстановлению. Врач сказал мне, что даже если я буду заниматься сексом, я должна быть предельно осторожна, чтобы не забеременеть, потому что мой организм все равно не сможет этого выдержать. Но я была так взволнована, что поехала в Т-Сити, чтобы найти Говарда. Он отвез меня туда в гинекологическую больницу на обследование, и в то время он был счастлив. К сожалению, из-за опасений, что я не смогу забеременеть, он так и не продолжил со мной отношения. Даже когда я купила противозачаточные таблетки, он не проявил ко мне никакого интереса… Оглядываясь назад, кажется, что его чувства ко мне постепенно угасали, и он оставался со мной только из чувства ответственности». Среди всего, что сказала Кристин, наибольшее впечатление на Бекку произвели «противозачаточные таблетки». Бекка не удержалась и спросила: «Ты купила противозачаточные таблетки?» Кристин кивнула: «Да… это действительно довольно нелепо. Я оставила эту бутылочку в ящике гостиничного номера, чтобы сделать сюрприз Говарду, но в тот вечер он задержался на работе, а на следующий день отправил меня обратно в Соединенные Штаты, прикрываясь работой, так что таблетки так и не были приняты». «Вы имеете в виду отель XX?» «Да, потому что каждый раз, когда Говард приезжает в Т-Сити, он останавливается в отеле XX, поэтому для него зарезервирован номер. Я полагаю, что у вас с Говардом там тоже были интимные отношения». Это действительно был отель XX, и противозачаточные таблетки действительно оставила там Кристин. Так что… они не имели к нему никакого отношения. «Остановите машину, остановите машину». Бекка, стуча по окну, внезапно встревожилась. Кристина раздраженно резко затормозила: «Что вы делаете? Мы почти у аэропорта». Бекка тут же открыла дверцу машины, выскочила и энергично покачала головой: «Я больше не еду в аэропорт, я хочу вернуться!» Кристин вышла из машины вслед за ней: «Ты что, с ума сошла? Тебе с таким трудом удалось сбежать из дома Джеффри, а теперь ты хочешь вернуться?» В этот момент в поле зрения Бекки появилось такси. Бекка тут же остановила такси и села в него. "Эй…" — раздраженно постучала Кристин по окну такси. Бекка извинилась: «Мисс Куинн, мне очень жаль, что я вас сегодня побеспокоила. Я все подробно объясню в другой раз. Спасибо вам за помощь сегодня, но мне пора уходить… водитель, отвезите меня на гору Сандия». В следующую секунду такси оставило Кристин позади, оставив за собой облако пыли. Лицо Кристин, беспокойное и сердитое, в этот момент сменилось легкой грустью. Но она недолго горевала по Бекке, быстро достала телефон из машины и набрала номер Говарда. В доме Джеффри. Банкет подходил к концу, и Роджер помогал провожать гостей. Говард удобно расположился на единственном диване в комнате на втором этаже, стряхивая пепел с сигареты. В этот момент зазвонил его телефон. Говард нажал кнопку громкой связи и положил телефон на стол перед собой. «Говард, это я… Я сделал, как ты сказал, пожалуйста, верни мне Мари, ей будет страшно без меня, я умоляю тебя… Я обещаю, что больше ничего не буду делать против твоей воли, пожалуйста, не причиняй вреда Мари, я больше не буду связываться с Ребеккой Квентин…» Голос Кристин, полный страха и тревоги, умолял, почти взмолился к Говарду. Говард не сразу отреагировал на рыдания Кристин, вместо этого он затянулся сигаретой и, выдохнув тонкую струйку прозрачного дыма, спокойно ответил: «С тобой кто-нибудь свяжется. Запомни сегодняшний урок». Когда Бекка вернулась в дом Джеффри, было уже около полуночи. Но дом Джеффри, который должен был крепко спать, все еще был ярко освещен. Сомнения не покидали Бекку, когда она вошла в холл виллы и увидела миссис Джеффри, которая сегодня вечером была полна радости, а теперь устало прислонилась к дивану. "Мисс Квентин?" Слуга заметил Бекку и взволнованно воскликнул. Миссис Джеффри, которая до этого отдыхала, тут же открыла глаза, услышав зов служанки, и с недоверием посмотрела на Бекку, стоящую перед ней. ---------- Глава 149-85: Отныне я буду полагаться на Тебя в обеспечении себя. "Бекка…" «Тетя». Миссис Джеффри, с помощью служанки, встала и тут же обняла Ребекку Квентин. Ее голос дрожал от волнения: «Почему вы снова ушли, не сказав ни слова? Вы представляете, как я была убита горем и разочарована…» Ребекка крепко обняла миссис Джеффри, ее глаза покраснели от чувства вины: «Тетя, прости, прости, я не хотела тебя оставлять, я просто… у меня были некоторые вещи, которые я не могла понять, но теперь я поняла, и я больше не уйду». «Глупышка, почему ты не сказала мне, если тебя что-то беспокоило? Я всегда говорила, что буду рядом с тобой, несмотря ни на что…» "Мне жаль…" "Как хорошо, что ты вернулся, как хорошо, что ты вернулся…" Через несколько минут Ребекка подняла голову с плеча миссис Джеффри, в глазах у нее блестели слезы. Она спросила: «Тетя, где Говард Джеффри?» Миссис Джеффри честно ответила: «Он наверху. Как только он услышал, что вас нет, он рассердился на всех в доме Джеффри и долгое время сидел в своей комнате. Я не осмелилась войти». «Я хочу его увидеть». "Вперед, продолжать." Поднявшись на второй этаж, Ребекка повернула незапертую дверную ручку. Открыв дверь, она увидела окна от пола до потолка, выходящие на юг. Увидев знакомую фигуру у окна, Ребекка с огромным облегчением вздохнула, обрадовавшись, что все еще может его видеть. Возможно, услышав, как Ребекка вошла в комнату, Говард Джеффри повернул лицо и потушил окурок в пепельнице. Тонкими губами он пробормотал: «Ты думала, что больше никогда не вернешься после того, как ушла». Услышав напряжение в его голосе, Ребекка, стоя неподалеку, почти на грани слез, застыла на месте. Не дождавшись ответа от Ребекки, голос Говарда стал холоднее: «Сегодня вечером я планировал объявить о нашей помолвке». Ребекка, с трудом сдерживая слезы, которые вот-вот должны были хлынуть из ее глаз, произнесла: «Я никогда не думала о том, чтобы оставить тебя». Губы Говарда изогнулись в саркастической улыбке: «Переоделся, забрал все документы, и всё ещё смеешь говорить, что даже не думал об отъезде?» Ребекка прикусила нижнюю губу, сдерживая слезы, и глубоко вздохнула. Говард снова перевел взгляд в окно от пола до потолка, и мерцающие сумерки сада осветили его привлекательное лицо. Увидев на его лице тоскливую улыбку, которой раньше никогда не было, Ребекка подбежала и бросилась в объятия Говарда, уткнувшись головой ему в грудь, и разрыдалась. Говард крепко обнял её, крепче, чем когда-либо прежде, словно боясь, что она снова может раствориться в воздухе. Ребекка громко рыдала, как ребенок, переживший множество обид, плача и объясняя: «Прости, Говард… Я думала, тебе на меня наплевать. Именно мои подозрения и сомнения сделали этот вечер таким тяжелым. Прости…» Говард молча слушал объяснения Ребекки, уткнувшись лицом ей в шею. «Я просто не могла поверить, что у нас есть будущее. Ты никогда не говорила мне, что тебе не всё равно. Я думала, что только мне одной не всё равно…» Ребекка плакала, чувствуя себя слабой; никогда прежде она не была так унижена, так смиренна перед ним. Говард по-прежнему крепко обнимал её, словно никогда не собирался отпускать. Ребекка рыдала, лежа у него на плече. Наконец Говард тихо произнес: «Бекка, я люблю тебя». Слезы снова навернулись на глаза Ребекки, потому что именно эти три слова она мечтала услышать много лет. «Простите, простите…» Она чуть не упустила шанс провести с ним всю жизнь. Проснувшись в объятиях Говарда, Ребекка почувствовала счастье, какого не испытывала никогда прежде. Открыв глаза, она услышала шум льющейся воды в душе, а затем жужжание электробритвы. Ребекка невольно улыбнулась и с радостью сжала одеяло. «Доброе утро». Говард, отдохнувший, сел на край кровати и поцеловал её в глаза. «Хочешь встать?» «Э-э… я не хочу двигаться». «Тогда я присоединюсь к вам». Говард решил вернуться в постель, натянув на себя одеяло. Ребекка толкнула Говарда локтем, посмотрела на часы на стене и спросила: «Разве ты не говорил, что у тебя есть работа в офисе?» Говард обнял Ребекку, словно наслаждаясь моментом комфорта, и с закрытыми глазами ответил: «Работа никогда не заканчивается, иногда нужно выкроить немного времени для отдыха посреди суеты». Ребекка поднялась с его объятий и игриво подбодрила его: «Мистер Джеффри, вы должны будете меня содержать в будущем, так что поторопитесь и зарабатывайте деньги. Я хочу жить роскошной жизнью праздной дамы». ---------- Глава 150-85: Отныне я буду полагаться на твою поддержку 4_2 Джеффри перевернулся и прижал Бекку к себе: «Теперь у меня достаточно денег, чтобы позволить тебе жить так, как ты хочешь. Можно мне пока уйти из компании?» Бекка воскликнула: «Тогда мне лучше продать эту новость газете. Так фондовый рынок рухнет, и я точно получу прибыль». Джеффри поцеловал её с улыбкой: «Пойдём со мной в компанию!» «Нет, то, что случилось прошлой ночью, заставляет меня чувствовать себя виноватым. Сегодня я хочу быть с твоей мамой». Джеффри бросил на нее косой взгляд: «Я не могу сегодня вернуться из Нью-Йорка». Бекка сказала: «Тогда я приду к тебе днем ​​и проведу с тобой вечер». "Действительно?" "Хм." Бекка искренне считала, что сегодня она достойно проводит Джеффри. Неделю спустя. Рано утром, когда Бекка переодевалась, чтобы выйти из дома, ей позвонил Скайлер Джонс. Поскольку она была в хорошем настроении, Бекка с легким смехом ответила: «Здравствуйте, мистер Джонс». Скайлер Джонс не был удивлен радостью Бекки; его тон был бесстрастным: «Бекка, ты действительно понимаешь людей вокруг себя?» «Мистер Джонс, почему вы вдруг задали мне этот вопрос?» «Ничего особенного. Я просто хотел спросить, как у вас дела с Джеффри». Бекка поднесла телефон к уху, прижав его плечом, и, держа в руках светло-фиолетовое платье и сравнивая его с собой, сказала: «Очень хорошо, он очень хорошо ко мне относится». "Бекка…" — внезапно глубоко произнесла Скайлер Джонс. "Хм?" — рассеянно ответила Бекка. Скайлер Джонс сказала: «Мне очень жаль, что мне, возможно, придётся жестоко разрушить вашу иллюзию счастья». Бекка наконец остановила свои действия с платьем, нахмурившись: «Мистер Джонс, я не понимаю, что вы пытаетесь мне сказать». «Я уже опубликовала то, что хотела тебе сказать, на твоем телефоне. Можешь удалить это после просмотра; никто не сможет узнать». "Что?" Скайлер Джонс уже завершила разговор. Бекка стояла ошеломлённая, держа в руках телефон. Скайлер Джонс, что он имел в виду? Что именно он имел в виду? Почему она испытывала необъяснимый страх? Едва уловимое ощущение ускользало от ее счастья, оставляя ее в печали… Разложив одежду, Бекка села на край кровати. И действительно, ее телефон несколько раз издал звуковой сигнал, сообщая о входящих текстовых сообщениях. Бекка не хотела их открывать, да и не осмеливалась, но, похоже, Скайлер Джонс точно попала ей в самое уязвимое место, оставив ее в смятении. Размышляя о с трудом восстановленных отношениях с Джеффри прошлой ночью и о доверии, которое она к нему испытывала, Бекка открыла текстовые сообщения, отправленные Скайлер Джонс. Текстового контента не было, только четыре картинки. На всех четырех фотографиях запечатлена пара… Мужчина был красив, женщина — прекрасна. Их запечатлели в непринужденной обстановке, со спины и сбоку, на снимках видно, как мужчина нежно обнимает женщину, когда они входят в магазин женской одежды класса люкс. Увидев пару на фотографиях, Бекка прикрыла рот рукой. Она, не веря своим глазам, рухнула на кровать всем телом, а ее некогда очаровательное и румяное лицо мгновенно побледнело. Днём, в солнцезащитных очках, Бекка посмотрела на штаб-квартиру группы компаний «Скайтоп», перед которой она впервые оказалась. Она всегда знала, что «Скайтоп» — это значимое место, но никогда не представляла, что штаб-квартира «Скайтопа» находится в таком высоком небоскребе в центре Нью-Йорка. На первый взгляд, сквозь прозрачное стекло можно было увидеть, как сотрудники заняты и суетятся. Одетая в деловой костюм сотрудница, которая долго ждала своей очереди, появилась перед Беккой на парковке и вежливо сказала: «Мисс Квентин, пожалуйста, следуйте за мной». Бекка отвела взгляд от «Скайтопа» и безучастно проследила за шагами сотрудника. Хотя в «Скайтопе» работало довольно много сотрудников «Цветочного Королевства», большинство из них были американцами. Прогуливаясь по территории компании, Бекка слышала только разговоры на чисто английском языке. Бекка всегда знала, что компания Джеффри огромна, а его собственное состояние уже входило в число самых высоких в списке миллиардеров Forbes, но она никогда не представляла, насколько грандиозна его группа, и это снова заставило ее почувствовать, что ее понимание его личности за последние шесть лет так и не углубилось. Сотрудник проводил Бекку в эксклюзивный лифт Джеффри, который несколько минут поднимался прямо на девяносто девятый этаж. Выйдя из лифта, Джеффри с улыбкой встретил свою иностранную помощницу. К счастью, хотя английский язык Бекки был не на должном уровне, он не был совершенно непонятным. Помощница проводила Бекку в кабинет Джеффри. «Мисс Квентин, президент сейчас на совещании. Вы можете подождать в кабинете президента, или я могу передать секретарю президента, чтобы он его уведомил». Бекка улыбнулась и покачала головой: «Не нужно, я подожду здесь». Ассистент сказал: «Хорошо, тогда я приготовлю вам чашку кофе». Бекка вежливо ответила: «Спасибо». Помощник ушел. Бекка оглядела кабинет Джеффри. Преимущественно черный и серый цвета, изысканный и минималистичный стиль. На полу лежал толстый шерстяной ковер, приглушавший шаги; с южной стороны располагались большие окна от пола до потолка. Там же стоял и его стол; у западной стены с южной стороны стоял винный шкаф от пола до потолка, в котором, вероятно, хранилось много изысканных вин, а с северной стороны — ряд книжных полок, заполненных тяжелыми и полезными книгами. Сравнив этот офис с тем, что находился в Т-Сити, который был совершенно другим по стилю, Бекка снова почувствовала непривычность, поскольку невозможно было угадать его предпочтения или стиль. Она не знала, сколько времени прошло, когда глубокий, приятный мужской голос Джеффри произнес: «Почему ты никому не сказала, когда приехала?» Бекка была погружена в свои мысли, но, услышав голос Джеффри, повернула лицо и увидела, как он подписывает и передает какие-то документы своей секретарше, а затем подходит к ней с расстегнутыми пуговицами на рубашке. Бекка встала и слегка улыбнулась Джеффри. Джеффри обошел Бекку, положив руку ей на бедро, и спросил: "Разве это не скучно?" Бекка покачала головой: «Мне не пришлось долго ждать. Я впервые в штаб-квартире «Скайтоп», я в восторге». Джеффри, сидя на диване, переключился на то, чтобы держать Бекку за плечо: «Вот почему я сказал, что могу о тебе позаботиться». Бекка обняла Джеффри за руку, нежно ущипнула его и с заботой спросила: «Трудно ли тебе было на совещаниях всё утро?» Джеффри чмок Бекку в губы, его красивое лицо озарилось улыбкой: «Если бы я мог наслаждаться таким образом жизни, я бы предпочел каждый день усердно работать». «Тогда я буду делать тебе массаж каждый день». "Хм." Закрыв глаза, Джеффри откинулся на спинку дивана. Бекка безучастно смотрела на необычайно красивое лицо Джеффри, вспоминая фотографии, которые ей прислала Скайлер Джонс; ее сердце внезапно заколотилось, а движения ее руки, массирующей его, стали неуклюжими. ---------- Главы 151-86: Я не позволю тебе издеваться надо мной 5 Джеффри, казалось, почувствовал в Бекке необъяснимое напряжение. Закрыв глаза, он переплел свои пальцы с ее и спросил: «Почему у тебя так потеют ладони?» «У меня всегда сильно потели руки», — быстро солгала Бекка, резко отреагировав на это. Джеффри медленно открыл глаза, глядя на изысканное и прекрасное лицо Бекки, его взгляд постепенно расфокусировался. Внезапно он наклонился и прижал ее к дивану. Бекка закрыла голову Джеффри рукой и застенчиво сказала: «Не делай этого, это твой кабинет, сотрудники могут войти в любое время». «Без моего разрешения никто не сможет войти напрямую». Сказав это, Джеффри опустил голову и прижался губами к губам Бекки. Страстный и страстный поцелуй на мгновение лишил Бекку способности думать, ее руки могли лишь неловко ласкать его спину. Тело Джеффри, пылающее, как огонь, крепко обняло Бекку, бурно завладев ее губами и языком, не щадя даже основания языка, снова и снова переплетаясь с ним так, как она и представить себе не могла. Бекка всегда была неуклюжа в этом плане, но в этот момент она страстно отвечала ему взаимностью, подражая ему, переплетая губы и зубы с его. Джеффри протянул руку, крепко обняв Бекку за талию, тяжело дыша, прижимал ее к своему крепкому телу, и они терлись друг о друга сквозь тонкую одежду. Когда они терлись друг о друга, пышная фигура Бекки, казалось, мимолетно скользнула по груди Джеффри, и это особое очарование полностью высвободило страсть Джеффри. Подняв Бекку на руки, Джеффри, тяжело дыша, вошел в личную комнату отдыха в кабинете. Распахнув дверь, он уложил ее на большую кровать внутри… После страстных ласк, когда они обняли такую ​​же промокшую от пота Бекку, Джеффри нежно поцеловал ее длинные волосы. Бекка лежала на груди Джеффри, ее лицо все еще было раскрасневшимся. «Дорогая, у меня есть время сегодня днем, можно мы просто останемся здесь, это нормально?» Бекка покачала головой: «Я видела, что у тебя на столе много документов, которые нужно проверить, тебе следует заняться ими в первую очередь!» "Но…" «Никаких „но“, мне не будет скучно, у меня сегодня днем ​​дела, и я не могу составить тебе компанию». Джеффри был ошеломлен: «У тебя есть дела?» «Да, твоя мама сказала мне, что у тебя день рождения через несколько дней, поэтому я хочу сходить и посмотреть, может, я смогу что-нибудь тебе купить». Джеффри рассмеялся: «Я такой рассеянный, мой день рождения примерно совпадает с днем ​​рождения моей мамы». Бекка приподнялась, слегка улыбаясь: «Это первый день рождения, который я отмечаю с тобой с тех пор, как мы познакомились, поэтому я хочу отнестись к этому серьезно и купить тебе хороший подарок». Джеффри поцеловал ресницы Бекки и прошептал: «Мм-м». Бекка протянула руку: «Дорогая, мне нужна твоя открытка». Джеффри тихонько усмехнулся, достал из ящика тумбочки бумажник и протянул Бекке черную карту. Бекка с любопытством посмотрела на карту и серьезно спросила: «Мне не нужна дополнительная карта, мне нужна твоя основная карта». Джеффри изогнул губы в улыбке: «Это главная карта… Что, ты уже сейчас заявляешь о своем статусе хозяйки дома?» Бекка незаметно положила карточку в сумку, завернулась в простыню и показала ему язык: «Я больше не буду с тобой разговаривать, я иду за покупками, спасибо за твою щедрость». Слова Бекки позабавили Джеффри, а на его красивом лице появилась необычайная мягкость. Во второй половине дня Бекка приехала в роскошный фирменный магазин, фотографии которого она видела на своем телефоне. Это был чрезвычайно элитный бренд, обычные семьи, очевидно, не могли позволить себе здесь покупать товары, даже если кто-то был уже знаменитостью в стране, у него, вероятно, не было бы финансовых возможностей купить несколько вещей в этом магазине. Бекка вошла, и к ней тут же подошла профессиональная, красивая продавщица-консультант. «Добро пожаловать в бренд XXX, мисс. Есть ли что-нибудь конкретное, что вы хотели бы увидеть?» Бекка элегантно улыбнулась: «Я уже покупала в вашем магазине несколько нарядов и сумок, и теперь хотела бы приобрести такие же вещи в подарок. Я надеялась, что вы сможете использовать данные моей банковской карты, чтобы помочь мне найти то, что я покупала раньше, и мне не пришлось бы это запоминать». "Конечно." Продавец-консультант взяла карту Бекки и отсканировала ее в терминале. Внезапно ассистент улыбнулся и передал распечатанную пластинку Бекке. Бекка посмотрела на чек с указанием дат покупки… Как она и предполагала, всё произошло более месяца назад, когда она пыталась встречаться со Скайлер Джонс в городе Y, а Джеффри должен был быть в городе T. Однако, был ли он на самом деле в городе T в то время, оставалось под вопросом, потому что даже Роджер Леонард сказал, что никаких следов его не обнаружено. ---------- Главы 152-86: Я не позволю тебе меня запугивать Ребекка Квентин взглянула на список, в котором были представлены несколько предметов одежды и сумок, соответствующих предпочтениям ее подруги, и небрежно спросила продавщицу: «Я забыла, я использовала дополнительную карту в прошлый раз?» Клерк кивнул: «Да». Оказалось, что его отношения с её подругой были не просто близкими; он даже подарил ей открытку… Не раздумывая, Ребекка Квентин достала телефон и набрала номер своей подруги: «Привет, Изабелла…» Подозрения сильно терзали Ребекку Квентин, и ее поведение во время ужина казалось несколько странным. У Говарда Джеффри, похоже, был природный талант читать эмоции людей, и, заметив ее замедленные движения во время еды, он не мог не спросить: «Что случилось? Вас что-то беспокоит?» Ребекка Квентин солгала и покачала головой: «Ничего страшного… Просто тетя Клэр плохо себя чувствует последние несколько дней. Я позвонила ей, и она все время говорила, чтобы я не волновалась». Говард Джеффри сделал паузу, выразив задумчивость: «Я могу попросить кого-нибудь присмотреть за ней». «Не нужно, это её давняя проблема с болями в пояснице и ногах. Я скажу ей, чтобы она больше отдыхала». "Хорошо." Ночью, размышляя о том, что она обнаружила за день, Ребекка Квентин не могла заснуть. Повернувшись спиной к Говарду Джеффри, она ворочалась с боку на бок, не в силах уснуть. Говард Джеффри и так очень чутко спал, и беспокойные движения Ребекки Квентин разбудили его. Он, закрыв глаза, спросил: «Почему ты не спишь в такой поздний час?» Ребекка Квентин перевернулась и пристально посмотрела в профиль Говарда Джеффри. В ночной тишине Ребекка Квентин слышала, как бешено бьется ее сердце, не от привязанности к нему, а от внутреннего напряжения и тревоги. Не получив ответа от Ребекки Квентин, Говард Джеффри снова спросил: «Вы волнуетесь с тех пор, как вернулись сегодня днем. Хотите что-нибудь у меня спросить?» Ребекка Квентин протянула руку, чтобы обнять Говарда Джеффри, и, в ответ на его вопрос, сказала: «Мне вот интересно, ты меня действительно любишь!» Говард Джеффри усмехнулся: «Глупышка!» Ребекка Квентин продолжила: «Мне также интересно, скольким женщинам вы сказали «Я люблю тебя»?» Говард Джеффри крепче обнял Ребекку Квентин, притянув её к себе и тихо произнеся: «Только для тебя». «Нет, ты мне лжешь». Говард Джеффри открыл сонные глаза, взглянул на поникшее лицо Ребекки Квентин, и его улыбка стала шире: «Скажи мне, как я тебе солгал?» «Я подслушал, как ты говорил это Кристин Куинн по телефону». Говард Джеффри слегка нахмурился: «А когда это было?» Ребекка Квентин отметила: «В тот раз в клубе «Меви Палас» вы разговаривали по телефону с Кристин Куинн в коридоре. Я слышала это своими ушами». Говард Джеффри немного подумал и ответил: «В тот день я ответил на два звонка, второй был от моей мамы». Если он сказал, что второй звонок был от матери, это тоже казалось правдоподобным. В конце концов, когда он разговаривал с мамой, у него был нежный и ласковый голос, и он никогда не скрывал чувств между ними. Ребекка Квентин снова спросила: «Так насколько сильно ты меня любишь?» Говард Джеффри на мгновение задумался: «Почему женщины любят задавать такие вопросы?» Ребекка Квентин подняла свой маленький кулачок и легонько ударила Говарда Джеффри: «Видишь, ты себя выставил… Если бы ты не говорил таких вещей другим женщинам, откуда бы ты знал, что им всем так нравится задавать этот вопрос?» Говард Джеффри взял Ребекку Квентин за руку, его красивое лицо еще шире расплылось в улыбке: «Если ты намеренно придираешься к моим словам, как я могу с тобой спорить?» Ребекка Квентин выразила свое недовольство: «Ты до сих пор мне не ответил. Насколько сильно ты меня любишь?» Черные глаза Говарда Джеффри озорно заблестели: «Разве я не давал тебе ответ каждый вечер?» Ребекка Квентин покраснела: «Не уклоняйся от ответа, отвечай быстро». Говард Джеффри поцеловал надутые губы Ребекки Квентин: «Спи, а не задавай вопросы посреди ночи». Ребекка Квентин вырвалась из рук Говарда Джеффри, пристально глядя на его красивое лицо: «Ты до сих пор мне не ответил!» Говард Джеффри снова взял Ребекку Квентин за руку, выглядя глубоко сонным, и мягко уговаривал: «Не суетись, если я завтра не высплюсь и останусь дома, ты снова погонишься за мной в компанию». Видя, как сильно он хочет спать, Ребекка Квентин больше ничего не сказала, но уснуть ей так и не удалось. Она доверяла честности Скайлера Джонса. Маловероятно, что он отправил бы ей такие фотографии без причины. Но она не могла исключить возможность того, что фотография могла быть отредактирована в фотошопе, поэтому отправила изображение в IT-компанию, чтобы завтра выяснить ответ. Если окажется, что фотография подлинная, учитывая то, что она сегодня нашла в списке покупок, то… Ребекка Квентин не осмелилась думать дальше… На следующее утро пришел отчет от IT-компании. Они проявили высокий профессионализм, провели подробную техническую оценку на английском языке и пришли к выводу, что на 99% изображение не подвергалось цифровой обработке. Когда ужасающая правда наконец подтвердилась, Ребекка Квентин больше не могла сохранять спокойствие. Поэтому во второй половине дня Ребекка Квентин позвонила Говарду Джеффри, который был занят в компании. «Да, хроническое заболевание тети Клэр в этот раз значительно обострилось. Боюсь, она не сможет позаботиться о себе самостоятельно. Я хочу вернуться в Т-Сити, чтобы навестить ее». «Я пойду с тобой обратно». «Не нужно, разве ты не летишь в Т-Сити через несколько дней по этому проекту? Я подожду, пока ты приедешь за мной!» Говард Джеффри, казалось, прервал свою работу, и его тон уже не был таким непринужденным, как прежде, теперь он был полон беспокойства и нежелания: «Мне некомфортно от того, что вы идете одни». В этот момент Ребекка Квентин услышала, как секретарь Говарда Джеффри напомнила ему о встрече, поэтому она небрежно сказала: «Иди на свою встречу, я в порядке. Я часто путешествовала одна в другие города, и Т-Сити — это место, которое мне лучше всего знакомо». Говард Джеффри долго размышлял, прежде чем наконец сказать: «Хорошо, тогда я пришлю кого-нибудь с тобой. Позвони мне пораньше, когда приедешь». "Хорошо." Собрав несколько простых вещей, Ребекка Квентин потащила свой чемодан на первый этаж. Миссис Джеффри спокойно занималась составлением цветочных композиций, и, увидев Ребекку Квентин с чемоданом, тут же прекратила это занятие и с удивлением спросила: «Бекка, что это?..» Ребекка Квентин поставила чемодан, ласково взяла миссис Джеффри под руку и льстиво улыбнулась: «Тетя, мне нужно вернуться в Т-Сити». Миссис Джеффри выглядела обеспокоенной: «Вы поссорились с Говардом?» Ребекка Квентин поспешно покачала головой: «Нет, просто один из членов моей семьи в городе Т заболел, и я хочу вернуться, чтобы навестить её». ---------- Главы 153-87: Все мужские сладкие речи — ложь 1 Миссис Джеффри спросила: «Та самая тетя Клэр, которая всегда о тебе заботилась?» «Верно, она мне ближе, чем моя собственная мама». «Тогда вам действительно стоит навестить её. Пожилые люди всегда боятся одиночества, особенно когда болеют. В следующий раз привезите её в Нью-Йорк… Но как я могу отпустить вас одну сейчас?!» Миссис Джеффри с любовью погладила шелковистые, иссиня-чёрные волосы Ребекки Квентин. «А как насчёт того, чтобы Говард проводил вас обратно?» Ребекка Квентин покачала головой. «В последнее время он очень занят, и я не хочу мешать его работе. К тому же, вернуться одной — не проблема; он договорился с кем-то, чтобы меня сопровождать, так что можете не волноваться». «Когда вы вернетесь?» «Говард вернется в Т-Сити через пару дней. Тогда я поеду с ним». «Хорошо, я попрошу водителя отвезти вас в аэропорт». "Хорошо." Перед входом в виллу, после прощания с миссис Джеффри, Ребекка Квентин, которая должна была сразу сесть в машину, заботливо сказала ей: «Тетя, Говард в последнее время очень занят и редко бывает дома. Вам следует позаботиться о себе и позвонить Говарду, когда у вас будет время». Миссис Джеффри кивнула с улыбкой. «Вам не нужно обо мне беспокоиться. Говард заботится о своей маме». Ребекка Квентин выдала нотку ревности. «Да, я слышала, что он часто признается тебе в любви, да? Он не так уж часто говорил, что любит меня!» Она призналась, что хотела бы проверить то, что Говард рассказал ей вчера вечером, у миссис Джеффри. «Глупая ты девчонка, как ты можешь ревновать к своей будущей свекрови? Его любовь ко мне — семейная, а к тебе — романтическая». Миссис Джеффри дала Ребекке Квентин тот ответ, которого она хотела. Ее тревожное сердце немного успокоилось, и она игриво высунула язык: «Больше ничего не скажу. Мне нужно успеть на самолет. Поговорим еще раз, когда я вернусь…» Спустя более десяти часов, Т-Сити. Как только Ребекка Квентин сошла с самолета, она, естественно, отправилась навестить тетю Клэр. Конечно, у тети Клэр были хронические боли в спине и ногах, но они никогда не были слишком серьезными, поэтому после визита к ней Ребекка позвонила Изабелле Джоанне. В этот момент, стоя у роскошного многоквартирного дома, Ребекка подняла голову и сказала в телефон: «Изабелла, я внизу, в твоей новой квартире!» Изабелла Джоанна с радостью ответила: «Дорогая, я не ожидала, что ты приедешь так скоро… Я уже уведомила управляющего домом. Ты можешь получить ключ там и немного отдохнуть в квартире. Мое выступление скоро закончится, и я сразу же вернусь!» "Хорошо." Отложив телефон от уха, Ребекка Квентин постепенно помрачнела. Посмотрев на здание, она глубоко вздохнула и вошла внутрь. Открыв дверь, я увидела квартиру Изабеллы Джоанны. Комната перестала быть той наивной и романтичной обстановкой, которая нравилась ей в юности, и стала гораздо более минималистичной, в ней преобладали черно-белые тона. На первый взгляд, даже казалось, что там живет мужчина. При ближайшем рассмотрении выяснилось, что вся мебель была высокого качества, что явно свидетельствовало о значительном улучшении уровня жизни Изабеллы Джоанны. Переобувшись, Ребекка вошла в комнату Изабеллы Джоанны. По сравнению с общим декором квартиры, эта комната была заметно мягче и отражала женственность Изабеллы во всем. После недолгого колебания Ребекка открыла шкаф Изабеллы. Увидев, что находится внутри шкафа, Ребекка Квентин нашла ответ у миссис Джеффри и почувствовала некоторое облегчение, но, заглянув внутрь, она застыла на месте, словно ей вырвали сердце. Внутри висела одежда, точно такая же, как та, что Ребекка купила в магазине элитной марки. На нижнем шкафу стояли обычные сумочки Изабеллы, все новые, но брендовые сумки особенно выделялись. Увидев всё перед собой, тело Ребекки Квентин задрожало, сердце сжалось от удушающей боли, из-за которой ей было трудно даже дышать. Долгое время пытаясь осмыслить происходящее, Ребекка внезапно вытащила из шкафа всю одежду и сумки этой марки и, неудержимо, начала их топтать. Затем, словно сумасшедшая, она начала рыться во всех ящиках Изабеллы в комнате. Шкаф, прикроватная тумбочка, туалетный столик и низкий шкафчик… Комната быстро превратилась в хаос: одежда и сумки были разбросаны по полу, шкатулки с драгоценностями перевернуты, а их содержимое высыпано наружу. Ребекка Квентин совершенно потеряла самообладание, ее сердце пылало от боли. Наконец, в изысканной шкатулке для украшений на прикроватной тумбочке Ребекка нашла ту самую вторую открытку. Карта была чёрного цвета, как и основная карта, совсем новая, но на ней были многочисленные отпечатки пальцев, что указывало на то, что Изабелла смотрела на неё каждую ночь, тщательно оберегая её. ---------- Главы 154-87: Все сладкие слова мужчины — ложь (Часть 1) Если одной лишь этой сцены было недостаточно, чтобы вызвать слезы у Ребекки Квентин, то вид скромной, но изысканно оформленной визитки с надписью «Говард Джеффри» на дне шкатулки с драгоценностями окончательно сломил ее, и слезы хлынули из ее глаз потоком. Это была визитная карточка, которую он часто носил с собой, но редко раздавал. Количество людей, получивших его визитку, можно было пересчитать по пальцам одной руки… "Фу…" Ее тело мгновенно обмякло, и Ребекка Квентин рухнула на пол, наконец, зарыдав, как обиженный ребенок… Она не знала, сколько времени прошло, когда раздался звук открывающейся двери, сопровождаемый бодрым голосом Изабеллы Джоанны: «Дорогая…» Слово «дорогая» не успело сорваться с её губ, как Изабелла Джоанна была ошеломлена увиденным. Комната была в полном беспорядке, все вещи были разбросаны по полу. Ребекка Квентин безжизненно склонилась над изножьем кровати, ее глаза были опухшими и красными, а черная карточка и визитка, которые она сжимала в руке, уже выскользнули из ее бессильных пальцев. Изабелла Джоанна застыла на месте, прикрыв рот руками, и долгое время не могла прийти в себя. Ребекка Квентин медленно подняла пустые глаза, несколько секунд смотрела на Изабеллу Джоанну, а затем внезапно болезненно рассмеялась: «Изабелла, вы с Говардом Джеффри впервые переспали здесь?» "Ребекка…" Изабелла Джоанна заметила разбросанные рядом с Ребеккой Квентин визитку и карточку, и ее голос охрип. В этот момент Ребекка Квентин медленно поднялась, без обвинений, гнева и дальнейших слез, и тихо прошла мимо Изабеллы Джоанны. "Ребекка!!" Изабелла Джоанна вовремя протянула руку и схватила тонкую руку Ребекки Квентин. Ребекка Квентин застыла на месте, повернувшись спиной к Изабелле Джоанне и безучастно глядя перед собой, не говоря ни слова. Изабелла Джоанна подошла к Ребекке Квентин, ее макияж глаз в стиле «смоки айс» был испачкан слезами: «Позвольте мне объяснить». Ребекка Квентин подняла подбородок, изо всех сил стараясь сдержать рыдания, ее взгляд все еще был рассеянным. «У меня нет отношений с мистером Джеффри. Не знаю, как вам это объяснить, но это совсем не то, что вы думаете… Я всегда знала, что вы с мистером Джеффри пара. Мне никогда не приходило в голову вмешиваться в ваши отношения. Более месяца назад один из подчиненных Говарда Джеффри, Джейсон Вуд, пришел ко мне с визиткой стоимостью пятьдесят миллионов, чтобы передать ее вам. Я была в ярости, когда пошла поговорить с Говардом Джеффри, а потом…» Перебив Изабеллу Джоанну, Ребекка Квентин явно не поняла объяснений Изабеллы Джоанны и холодно и печально рассмеялась: «Всего за месяц ты переехала в самую шикарную квартиру в Т-Сити, с бесчисленным количеством дизайнерской одежды и сумок. Он действительно очень щедр к тебе!» "Ребекка…" Ребекка Квентин продолжала говорить сама с собой: «Даже дом обставлен так, как ему нравится. Полагаю, он часто навещает тебя здесь, когда бывает в Т-Сити, верно?» «Дело не в этом, Ребекка, я просто…» Не успела Изабелла Джоанна договорить, как Ребекка Квентин уже начала уходить, не оглядываясь и хлопнув за собой дверью. Идя по шумным улицам, Ребекка Квентин была похожа на бездушного человека, каждый ее шаг был словно шаг ходячего мертвеца. Она хотела найти тихое место, но повсюду были люди. Каждый, кто проходил мимо, либо спешил куда-то, либо весело болтал с кем-то рядом. Их беззаботность и легкость жизни заставляли ее, теперь потерянную и сломленную, чувствовать себя особенно не на своем месте в этом обществе. Бесцельно блуждая по нескольким улицам и не имея ни малейшего представления о том, сколько времени она уже идет, Ребекка Квентин вытерла последние слезы с уголков глаз и отправила сообщение Изабелле Джоанне. Если ты всё ещё считаешь нас друзьями, надеюсь, ты сможешь сохранить это в секрете. Я не хочу, чтобы об этом узнал Говард Джеффри. С другой стороны, Изабелла Джоанна подумала, что Ребекка Квентин не хочет нарушать её нынешнюю жизнь с Говардом Джеффри, и тут же ответила: «Хорошо». Удалив отправленные и полученные сообщения со своего телефона, Ребекка Квентин, с трудом сдерживая горечь, улыбнулась и набрала номер. В Нью-Йорке была ночь, и голос Говарда Джеффри был заметно томным и сонным: «Детка…» Ребекка Квентин продолжала улыбаться, хотя ее взгляд был безжизненным, а голос, как и в последнее время, был кокетливым: «Дорогой, я скучаю по тебе. Когда ты приедешь в Т-Сити за мной?» На следующий день. Ребекка Квентин проснулась на огромной кровати в отеле XX. Судя по освещению, уже должно быть за полдень. Ребекка Квентин накинула на плечи халат и подошла к окну от пола до потолка, протянув руку, чтобы распахнуть шторы. В одно мгновение солнечный свет залил комнату, осветив безупречно нежное лицо Ребекки Квентин, на котором не осталось и следа прежнего беспокойства. Внезапно у Ребекки Квентин зазвонил телефон. Бросив взгляд на номер, отображавшийся на экране телефона, Ребекка Квентин спокойно нажала кнопку ответа: «Мистер Джонс». Голос Скайлер Джонс был таким же дружелюбным, как всегда: «Извините, я вчера была занята. Вам от меня что-нибудь нужно?» Ребекка Квентин, устремив взгляд вдаль, тихо произнесла: «Я подтвердила, что все фотографии, которые вы мне прислали, настоящие… Вы с Говардом Джеффри всегда были деловыми партнерами, но у вас не было причин тайно следить за ним, если только между вами не было какой-то вражды. А учитывая, что Говард Джеффри постоянно предупреждал меня держаться от вас подальше, значит, между вами существует какая-то вражда, поэтому я хотела бы предложить вам сотрудничество. Вас это заинтересует?» Голос Скайлер Джонс стал холоднее обычного: «Ты должна знать, что твой звонок, возможно, уже прослушивается!» «Это меня не касается. Уверен, мистер Джонс, вы с этим справитесь, не так ли?» В тот момент интеллект Ребекки Квентин удивил Скайлер Джонс. После нескольких минут раздумий Скайлер Джонс от души рассмеялась: «Очень хорошо, мне нравится общаться с умными людьми. Надеюсь, у нас будет приятное сотрудничество!» «Я не позволю тебе сближаться с другими мужчинами. С этого момента ты будешь полностью принадлежать мне». «Веришь или нет, но эти два года брака оставили след не только в твоем сердце, но и в моем, Ребекка. Если за последние шесть лет я не смог дать тебе жизнь, которую ты хотела, я надеюсь, что в будущем смогу это осуществить». В полубессознательном состоянии ей на ухо шептались нежные романтические обещания, но теперь каждое слово пронзало ее сердце, словно острый клинок. Зачем с ней так обращаться? Знал ли он, сколько мужества ей потребовалось, чтобы решиться быть с ним? Она не хотела иметь дело с добром и злом прошлого поколения, да и сил у нее не было, чтобы это вынести. Она просто хотела простой и обычной жизни. Если он не мог ей этого дать, ему не стоило ввязываться в это. Ее сердце уже было изранено, не в силах выдержать такие удары. Она была на грани срыва… ---------- Главы 155-88: Все мужские сладкие речи — ложь 2 Придя в себя, Бекка Квентин поняла, что стоит перед зеркалом в ванной комнате, и макияж еще не закончен. Она редко пользовалась косметикой, за исключением важных случаев, но теперь она использовала её, чтобы скрыть покраснение и отёк вокруг глаз. Как раз когда макияж Бекки Квентин почти закончился, у нее зазвонил телефон на прикроватной тумбочке... Приведя в порядок макияж, Бекка Квентин вышла из ванной комнаты и взяла трубку телефона. Как и ожидалось, на экране телефона отобразился номер Говарда Джеффри. Внутри Бекки закипела горечь, но она выдавила из себя улыбку и нажала кнопку ответа: «Здравствуйте». "Милый, ты скучал по мне?" Бекка тихо ответила: «Мм, я очень по тебе скучала». Мне хотелось увидеть твое лицемерное лицо — как ты могла так убедительно играть эту роль. Голос Говарда был искренним и тихим: «Простите…» Бекка притворилась рассерженной: «Я не хочу слышать ваших извинений. Вы сказали, что приедете в Т-Сити через два дня, но прошло уже несколько дней... Мистер Джеффри, когда именно вы приедете?» В тот момент, когда Бекка выразила свое недовольство Говардом, в дверь внезапно постучали. Бекка, направляясь к двери, сказала: «Эй, подожди секунду, возможно, это уборщица». Говард ответил: «Хорошо». Каждый день в это время горничные спрашивали, не нужны ли ей их услуги, поэтому, недолго думая, Бекка открыла дверь, но перед ней предстало красивое лицо, которое она еще несколько мгновений назад мысленно проклинала тысячу раз. Впервые она среагировала быстрее него, уронила телефон и бросилась ему в объятия, крепко прижимая к себе. «Ты мерзавец, ты солгал мне. Ты уже здесь…» В ее голосе звучала глубокая тоска. Говард обнял ее нежное тело, когда она бросилась в его объятия, склонил голову и поцеловал ее в губы. Бекка встала на цыпочки, чтобы соответствовать его движениям. Знакомый запах окутал их, и, несмотря на привычную близость, Бекка почувствовала глубокое желание сильно ударить его в тот момент. Спустя долгое время Говард отпустил Бекку. Десятидневная разлука его очень взволновала, он без труда поднял её на руки и направился прямо в номер. Дверь захлопнулась с грохотом. В итоге Говард швырнул Бекку на закрытую дверь. Бекка держала Говарда за руку, в ее глазах читалась тоска, и она нежно произнесла: «Я тут подумала; молодость женщины длится недолго, и нам так трудно быть вместе. Я не хочу больше терять время…» "Хм?" Бекка внезапно повернулась, обхватила ладонями красивое лицо Говарда и серьезно сказала: «Говард, давай поженимся!» Говард заглянул в темные глаза Бекки, в которых чувствовалась едва уловимая острота. Бекка не заметила изменения во взгляде Говарда, но поняла, что загнала его в угол. Поэтому она сердито надула губы: «Видишь, видишь, я так и знала. Ты никогда не говорил серьезно. Ты меня совсем не любишь!» Она целилась прямо ему в сердце, желая получить от него ответ. Говард прищурился, его голос хриплым голосом спросил: «Ты действительно хочешь выйти за меня замуж?» Бекка отдернула руку и раздраженно сказала: «Забудь об этом. Предложение изначально было твоей идеей, но теперь кажется, что это я отчаянно хочу выйти за тебя замуж. Я все-таки не выйду замуж! Отныне, даже если ты захочешь на мне жениться, я не выйду!» Она встала с колен Говарда, притворяясь обиженной. Красивое лицо Говарда озарилось улыбкой, когда он притянул Бекку к себе, его низкий, хриплый голос звучал так: «Глупышка, я думал, что убедить тебя выйти за меня замуж будет непросто... Теперь, когда ты это сказала, пути назад нет!» Глаза Бекки мгновенно заблестели, она моргнула и спросила: «Вы...» Говард сосредоточил взгляд на блестящих глазах Бекки и с искренним волнением произнес: «Бекка Квентин, ты готова дать нам еще один шанс, позволить мне заботиться о тебе всю жизнь?» Если бы это было раньше, она бы сейчас была вне себя от радости. И всё же, услышав эти слова, её сердце одновременно опустошилось и успокоилось. Внезапно перед ее глазами промелькнул образ, где он нежно обнимает Изабеллу Джоанну. Преодолев смущение, она выдавила из себя улыбку на своем прекрасном лице и недоверчиво спросила: «Правда?» Говард кивнул: «Мм». Бекка взволнованно покачала головой: «Нет, я не расслышала. Перескажи мне еще раз». На этот раз Говард выразил свою глубокую привязанность и просто и уверенно спросил: «Вы бы согласились выйти за меня замуж, Бекка Квентин?» Бекка, словно ребенок, получивший конфету, бросилась в объятия Говарда и радостно воскликнула: «Да, да!!» В следующую секунду они обнялись и страстно поцеловались. Полдень. Говард вернулся в компанию, чтобы заниматься делами в Т-Сити. Ребекка Квентин сидела в одиночестве в кафе на первом этаже отеля, с элегантностью и непринужденностью потягивая кофе. Внезапно за столик рядом с Ребеккой Квентин села стильная и экстравагантная женщина. Между ними было расстояние в два метра, и, казалось, они не были знакомы, не смотрели друг другу в глаза, хотя пришли по предварительной договоренности. Ребекка Квентин первой взяла телефон и отправила сообщение женщине рядом с ней: «Хм, ваша внешность вполне подходит». Другая женщина тоже сделала вид, что играет на телефоне, и ответила: «Ни один мужчина еще не устоял перед моим обаянием, можете быть уверены, и подождите, увидите результат!» «Хорошо, я переведу оплату на вашу карту, а также куплю несколько предметов роскоши в подарок». «В этом году я действительно встретил благодетеля, спасибо тебе, приходи ко мне снова, если будет ещё работа, до свидания!» Отправив сообщение, соблазнительная женщина продолжила небрежно пить кофе, и, когда все показалось естественным, наконец, ушла на высоких каблуках. После того как женщина ушла, Ребекка Квентин набрала номер. Звонок быстро соединился, и Ребекка Квентин, улыбаясь, помешивая кофе рядом с собой, сказала: «Мистер Джонс, возможно, вам стоит сначала поздравить меня: Говард Джеффри готовится объявить о нашей помолвке в следующее воскресенье». «Судя по вашему спокойному тону, кажется, ваш план приведен в действие». «У меня всего одна неделя, поэтому мне нужна ваша помощь. Надеюсь, вы сможете найти способы отвлечь Говарда Джеффри на этой неделе, желательно занять его работой». "Хорошо." «Ничего больше, мистер Джонс, желаю нам еще раз плодотворного сотрудничества». Закончив разговор, Скайлер Джонс небрежно бросил телефон на стол и удобно откинулся на спинку стула. После недолгого раздумья Скайлер Джонс нажал на служебный телефон и сказал своей секретарше: «Пусть придет Николас Харрод!» Несколько минут спустя в кабинет Скайлера Джонса вошел заместитель генерального директора компании Oversky, Николас Харрод. Почтительно поклонившись, Николас Харрод спросил: «Мистер Джонс, у вас есть какие-либо указания?» Скайлер Джонс спросил: «Как продвигается дело, которое я вам поручил?» Николас Харрод ответил: ««Леонард» и «Дженнингс» оба являются партнерами нашей корпорации Sofia за рубежом. Учитывая их предыдущее сотрудничество с «Оверским», их ликвидность уже ограничена. Если у Sofia возникнут проблемы, «Леонард» и «Дженнингс» инвестируют средства, чтобы выкупить, по сути, пустую оболочку Sofia, чтобы защитить свои интересы, еще больше усугубив свое финансовое положение… В этот момент «Оверский» окажет давление, заявив о необходимости дополнительных инвестиций, и, чтобы избежать убытков, эти две компании прибегнут к банковским кредитам. Затем все, что вам нужно сделать, имея на своем счету название другого проекта, — это подать заявку на кредит в их банке, что приведет к отказу банка в других запросах на кредиты. Таким образом, у этих компаний не останется выбора, кроме как обратиться за помощью к Говарду Джеффри. Однако, как говорится, дальняя вода не утоляет нынешнюю жажду; даже если у Говарда Джеффри будет достаточно средств, чтобы помочь им, «Скайтоп» столкнется с финансовыми трудностями. Следовательно, когда «Скайтоп» будет конкурировать с «Оверским» за это…» Проект курорта на гавайском побережье под названием «Oversky» победит в конкурсе из-за финансовых трудностей проекта «Skytop». Скайлер Джонс наклонил голову, закурил сигарету и сказал: «Молодец». Николас Харрод спросил: «Мистер Джонс, следует ли нам действовать согласно первоначальному плану?» Скайлер Джонс покачал головой: «Нет, продвигайтесь вперед с планом. Мне нужны результаты через неделю». Николас Харрод слегка нахмурился, недоумевая: «Но, мистер Джонс, план всегда был запланирован на следующий месяц. Его ускорение может привлечь внимание Леонарда и Дженнингса, что значительно снизит шансы на успех». Скайлер Джонс затянулся сигаретой, держа ее между двумя пальцами над пепельницей, на его губах играла насмешливая улыбка: «Удастся ли план осуществиться, сейчас уже неважно. К тому же, кто сказал, что план провалится?» Хотя Николас Харрод был озадачен, он мог лишь кивнуть в ответ на приказ мистера Джонса: «Да, я немедленно этим займусь». "Хм." Ночь. Ребекка Квентин лежала одна в постели, ее взгляд был прикован к потолку. Разве он человек, не поддающийся искушению? Очевидно, нет... Она, Кристин Куинн, Изабелла Джоанна... кто из них не становился жертвой его безрассудных игр? Неужели он действительно думал, что весь этот мир вращается вокруг него? Ха... ей хотелось узнать, каково это, когда им манипулируют. Она уже могла предвидеть... Неделю спустя, когда он обнимет её, чтобы объявить СМИ об их помолвке, она сильно ударит его по лицу на глазах у всего мира, а на огромном экране позади них будет демонстрироваться вульгарное видео с ним и другой женщиной... к тому времени он будет полностью опозорен. Это ее расплата за то, как он бесцеремонно попирал ее права все эти шесть лет, а также подведение итогов ее собственной шестилетней истории, положившей конец всем связям с ним. В то же время, в клубе «Меви Палас». Четыре грациозные женщины вошли в отдельную комнату. Г-н Эрнест из компании «Shinhwa Industries» тепло обратился к женщинам: «Быстрее, садитесь рядом с г-ном Джеффри... хорошо развлеките его ради меня». На восьмиместном дорогом кожаном диване Говард Джеффри слегка улыбнулся; костюм был в руках его секретаря, рубашка расстегнута, галстук аккуратно поправляла женщина, сидевшая у него на коленях. ---------- Главы 156-89: Он действительно заботится о детях Женщина смотрела на Говарда Джеффри с очарованием, ее прекрасное тело легко извивалось на коленях Говарда. «Мистер Джеффри, не могли бы вы выпить со мной?» Красавица осторожно ослабила галстук, взяла бокал, стоявший рядом, и заговорила голосом, достаточно соблазнительным, чтобы очаровать любого мужчину в мире. Говард пристально разглядывал нежное, выразительное лицо женщины под изысканным макияжем, его взгляд был затуманен, казалось, он уже немного выпил. Красавица кокетничала с Говардом, используя все свое соблазнительное обаяние, словно окружающих людей и не существовало. В этот момент мистер Эрнест бросил взгляд на свою секретаршу, и секретарша наклонилась к нему. Мистер Эрнест прошептал: «Найдите комнату для мистера Джеффри в клубе». "Да." На следующий день. Неспящая Ребекка Квентин медленно открыла глаза, которые до этого были лишь закрыты, и тихо смотрела на свет, уже появившийся за щелью в занавеске. Она не знала, который час, но уже определенно рассвело, и он не вернулся этой ночью. Она, естественно, знала, что он сегодня вечером не вернется, потому что женщина рядом с ним была лишь частью ее плана. Да, она вчера тайком посмотрела его расписание, что позволило ей с такой точностью узнать, где он находится, и организовать для женщины посещение клуба. На самом деле, в глубине души она была готова к такому исходу и даже желала его увидеть, но сердце всё равно неудержимо болело. Схватившись за грудь, Ребекка Квентин прислонилась к изголовью кровати и глубоко вздохнула, пытаясь подавить сильную боль в сердце. Ее глаза горели особенно ярко, вот-вот должны были навернуться слезы, но Ребекка Квентин держала глаза широко открытыми, не позволяя слезам вылиться наружу. Она когда-то любила такого мужчину так глупо и смиренно; какая нелепость… Она думала, что каждый раз, когда он вспоминал, как она растрогалась, услышав его сладкие слова, он, должно быть, в глубине души насмехался над ее глупостью, не так ли? К сожалению, его безупречный план в итоге провалился… Она проснулась; наконец-то она проснулась от шестилетнего сна… Отныне не будет такой наивной Ребекки Квентин, и не будет такой покорной Ребекки Квентин. Без любви не будет больше боли… Было неизвестно, сколько времени прошло с тех пор, как солнечный свет начал ярко проникать сквозь занавески, и снаружи послышался звук поворачиваемой двери. Посетителем, естественно, был никто иной, как… Затем Ребекка Квентин взяла себя в руки, повернулась боком и отвернулась от посетителя. По мере его приближения ее неудержимое сердце все еще сжималось. Говард бросил свой костюм и ключи от машины на диван, затем сел на край кровати и обнял Ребекку Квентин. Когда Говард прикоснулся к телу Ребекки Квентин, её тело неконтролируемо задрожало, но, к счастью, в тот момент она могла испытывать подобные эмоции. "Бекка…" Она оттолкнула его: «Не трогай меня». Он склонил голову, чтобы поцеловать ее в губы: «Не сердись на меня, я вчера напился, и секретарша не знала, что ты придешь, поэтому мне сказали отдохнуть в клубе». Когда он приблизился, ей показалось, что на нем все еще чувствуется запах духов другой женщины. Затем она встала, явно оттолкнув его с отвращением, но, похоже, больше злилась на него, раздуваясь от негодования: «Я ждала тебя всю ночь, а ты даже не сказал, что не вернешься… Плохой человек, если ты еще раз останешься здесь на ночь, больше не возвращайся!» Ребекка Квентин, в солнцезащитных очках, неторопливо сидела у уличного кафе, попивая кофе. Прохожий внезапно прошел мимо места Ребекки Квентин и оставил диск на ее столике. Ребекка Квентин спокойно положила диск в сумку, и в этот момент на ее мобильный телефон тоже пришло сообщение. Вопрос улажен, можете вернуться и посмотреть. Ребекка Квентин немедленно ответила: «Деньги переведены на ваш счет». После решения этого вопроса план оказался наполовину успешным. Когда Ребекка Квентин уже собиралась уходить, черный Bugatti внезапно остановился прямо перед ее глазами. Увидев знакомый автомобиль, сердце Ребекки Квентин замерло, и она инстинктивно сжала сумку, которую несла. К счастью, человек, вышедший из машины, был не тем, о ком она думала. Ее напряженное сердце успокоилось, и когда Ребекка Квентин уже собиралась поздороваться, она увидела, как Роджер Леонард выходит из машины с двух- или трехлетним слабаком. Глаза Ребекки Квентин расширились: «Генерал Леонард?» Роджер Леонард подошел к Ребекке Квентин, держа на руках очаровательного, но слабонервного мальчишку, и поддразнил: «Раз Доры здесь нет, не расстраивайся так сильно, будущая невестка». Ребекка Квентин проигнорировала титул Роджера Леонарда, все ее внимание было сосредоточено на очаровательном маленьком мальчике на руках у Роджера Леонарда, и с изумлением и радостью спросила: «Это ваш ребенок?» ---------- Главы 157-89: Он очень любит детей (2) Роджер Леонард взглянул на Ребекку Квентин: «Я что, похож на человека, у которого есть внебрачный ребенок?» Ребекка Квентин тут же озадачилась: «А потом он…» «Он сын моего старшего брата Нельсона Льюиса… Поскольку мой брат и его жена уехали в длительное свадебное путешествие по миру, этот слабак находится под присмотром бабушки и дедушки. Но у бабушки и дедушки сейчас дела, и так совпало, что я был в командировке в их городе, поэтому они доверили мне маленького племянника… Микки, передай привет своей тете!» Слабак в очаровательном костюмчике пчелки повернул голову на руки Роджера и послушно поприветствовал: «Тетя!» Увидев такого маленького, невзрачного мальчишку, Ребекка Квентин, казалось, прониклась к нему симпатией, ответила: «Молодец!» и тут же взяла малыша из рук Роджера, спросив: «Малыш, ты такой милый, сколько тебе лет в этом году?» Хилый мальчик, лежащий на руках у Ребекки Квентин, похоже, не слишком боялся незнакомцев и невинно ответил: «Тетя, я уже не маленький, меня зовут Майкл Льюис, мне в этом году три года, и мама сказала, что я могу пойти в детский сад позже в этом году». Слушая объяснения мальчика, словно маленького взрослого, Ребекка Квентин не могла сдержать смеха и крепко поцеловала Майкла Льюиса в его нежную щечку: «Микки, ты такой молодец!» Слабак повернулся к Роджеру Леонарду, моргнул своими невинными глазами и спросил: «Дядя Роджер, разве вы не собирались отвести меня к дяде Джеффри?» Роджер Леонард серьезно ответил: «Малыш, та симпатичная тетушка, которая сейчас тебя держит на руках, — жена твоего дяди Джеффри, так что в будущем ты будешь называть ее тетей по мужу, и она отведет тебя к дяде Джеффри позже». Слабак тут же радостно захлопал в ладоши: ​​«О, я скоро увижу дядю Джеффри…» Ребекка Квентин, наблюдая за счастливым лицом Майкла Льюиса, не удержалась и спросила: «Генерал Леонард, Микки давно не видел Говарда Джеффри?» Роджер Леонард покачал головой: «Дора только что была на совещании, поэтому он его не видел. Неизвестно, но он рад видеть Дору больше, чем своего отца!» Ребекка Квентин недоуменно спросила: «Хм?» Роджер Леонард улыбнулся и объяснил: «Вы бы и не догадались, но хотя Дора обычно кажется холодной, он очень любит детей и знает, как их развеселить, поэтому Микки рад его видеть!» "Это так?" Совершенно неожиданно для Ребекки Квентин, что у Говарда Джеффри может быть такая сторона характера, она невольно представила себе, как он уговаривает детей, но этот прекрасный образ ненадолго задержался в ее памяти, и она быстро отбросила его, вернувшись к реальности. «Конечно, вам нужно всего лишь отвести Микки к Доре, и вы это увидите». "Хе-хе…" — тихонько хихикнула Ребекка Квентин, пытаясь скрыть неловкость на своем лице. Роджер Леонард продолжил: «Бекка, я в Ти-Сити по делам, поэтому хотел бы, чтобы ты помогла присмотреть за Микки, по крайней мере, до сегодняшнего вечера, когда я смогу его забрать». Ребекка Квентин любила детей и, естественно, с готовностью помогла Роджеру Леонарду в этом деле, но… «У меня нет опыта работы с детьми, я не знаю, справлюсь ли я!» Майкл Льюис, прислонившись к плечу Ребекки Квентин, вовремя произнес: «Тетя, я буду хорошо себя вести и слушаться тебя, я не буду создавать проблем». Роджер Леонард показал Ребекке Квентин жест "ОК". Ребекка Квентин слегка нахмурилась, все еще немного опасаясь, что не справится с ситуацией должным образом. Роджер Леонард пытался её убедить: «В любом случае, у вас с Дорой скоро будут дети, так что подумайте об этом!» Больше нечего было сказать, Ребекка Квентин кивнула: "…Хорошо!" "Поехали, я отвезу тебя обратно в отель!" "Хорошо." Корпорация «Скайтоп». Джейсон Вуд и Ройе молча стояли в стороне, слушая разговор между Роджером Леонардом и Говардом Джеффри. Роджер Леонард откинулся на спинку стула, держа в руке зажженную сигарету, с необычайно встревоженным лицом, и серьезно произнес: «Дора, это все моя неосторожность. Я не ожидал, что корпорация Sofia окажется подставной компанией, зарегистрированной за границей Скайлером Джонсом. Я даже втянул в это дядю Нельсона, если мой старший брат узнает, он обязательно меня отругает. Есть ли какое-нибудь решение сейчас, или нам придется сделать так, как я сказал?» В этот момент Говард Джеффри стоял перед стеклянной занавеской кабинета, скрестив руки. После того как Роджер Леонард поднял этот вопрос, взгляд Говарда Джеффри слегка потускнел, и он спокойно сказал: «Когда вы будете подавать заявку на банковский кредит, Скайлер Джонс обязательно предпримет какие-либо действия». Роджер Леонард потушил сигарету, встал и подошел к Говарду Джеффри, слегка нахмурившись: «Он что, хочет заставить меня занять у тебя денег?» Говард Джеффри не ответил. Роджер Леонард внезапно осознал: «Наконец-то я понял… Проект в Верхней Нормандии, Франция, скоро будет выставлен на тендер. В прошлый раз Скайлер Джонс проиграл вам проект T City, поэтому на этот раз он определенно хочет вас обойти. Вот почему он нацелился на нас. Если «Скайтоп» использует для нас свой оборотный капитал, у «Скайтопа» возникнут временные проблемы с денежным потоком, поэтому французский проект, естественно, достанется «Оверски»!» Джейсон Вуд, который все это время молчал, в этот момент заговорил: «Босс, Скайлер Джонс действительно хитрая. Использует «Оверски» в качестве приманки, в то время как на самом деле контролирует корпорацию «София», но это действительно беспроигрышный план…» Если бы Говард Джеффри решил помочь Роджеру Леонарду, он бы потерял французский проект; если бы он выбрал французский проект, он бы предал Роджера Леонарда. Таким образом, план Скайлера Джонса — это беспроигрышная стратегия, способная доставить немало хлопот Говарду Джеффри. Однако лицо Говарда Джеффри оставалось спокойным, казалось, он ни о чем не размышлял, сохраняя свою обычную невозмутимость и спокойствие. Роджер Леонард не мог разгадать мысли Говарда Джеффри. После нескольких минут молчаливых раздумий он серьезно сказал: «В противном случае, Дора, я сначала поговорю об этом со своим старшим братом. Он более находчив, чем я, у него наверняка есть способ решить эту проблему. Я действительно не хочу задерживать ваше получение французского проекта в следующем месяце!» Говард Джеффри наконец покачал головой, его тонкие губы тихо произнесли: «Пусть старший брат сам этим займется, тебе больше не нужно об этом беспокоиться. Я сам со всем разберусь». Роджер Леонард был ошеломлен, его глаза расширились от удивления: «Дора, почему ты говоришь так, будто уже знала, что это может произойти?» В этот момент Джейсон Вуд рассмеялся и, отвечая за Говарда Джеффри, сказал: «Генерал Леонард, есть ли хоть одна проблема, которую Босс не может решить?» Роджер Леонард тут же почувствовал облегчение: «Дора — просто лучшая!» В этот момент Говард Джеффри обернулся, поднял пиджак со стула, надел его и холодно произнес: «Я еще не разговаривал с вами — подписывать контракт с кем-то так небрежно, куда делась ваша обычная проницательность? Пренебрегаете своими обязанностями!!» Роджера Леонарда часто отчитывали Нельсон Льюис и Говард Джеффри, и на этот раз он не стал защищаться, лишь обиженно сказав: «Дора, ты неблагодарна. Благодаря мне ты смогла сблизиться с Беккой, а я отвлекся из-за твоих романов, и ты все еще говоришь, что я пренебрегаю своими обязанностями?» ---------- Глава 158-90: Переход к ней. Видео 1 Говард Джеффри, казалось, был немного виноват, но, сохраняя холодное выражение лица, направился прямо к двери кабинета. Роджер Леонард посмотрел на Говарда Джеффри, который собирался уходить, и спросил: «Дора, куда ты идёшь?» Говард Джеффри ответил всего двумя словами: «Иду домой!» Роджер Леонард издал невнятное «ой» и саркастически заметил, глядя на уже исчезающую спину Говарда Джеффри: «Уходить с работы пораньше, чтобы специально поехать домой и повидаться с Беккой, разве это не безделье?» Отель. Майкл Льюис сидел на кровати и серьезно играл с игрушками, в то время как Ребекка Квентин пристально смотрела на невинное и детское лицо Майкла Льюиса. Этот хилый малыш просто очаровательный… Он совсем не избалован, как другие дети; он весь день играл с игрушками на кровати один и спрашивает у нее, когда чего-то не понимает, очень разумно. Этот ребёнок тоже симпатичный… С большими глазами, длинными ресницами и такими тонкими чертами лица, что он похож на девочку, можно предположить, что его родители тоже очень привлекательны. «Тётя, мне нужно в туалет». Во время игры этот хилый мальчик очень вежливо разговаривал. "Хорошо!" — Ребекка Квентин подняла Майкла Льюиса с кровати и направилась в ванную. В ванной Ребекка Квентин задумчиво спросила: «Микки, тебе нужна помощь тети, чтобы снять штаны?» Майкл Льюис покачал головой: «Тетя, я могу снять их сам». Спустя мгновение Майкл Льюис сам надел штаны, поднял взгляд на Ребекку Квентин, которая стояла к нему спиной, и сказал: «Тетя, поднимите меня, чтобы я помыл руки». Ребекка Квентин обернулась, увидев милый взгляд в сияющих глазах Майкла Льюиса, не удержалась, присела на корточки и поцеловала его в красивое личико, похвалив: «Микки, ты такой молодец!» С этими словами она подняла Майкла Льюиса на руки и отнесла его к раковине. Вымыв руки, Ребекка Квентин собиралась отнести Майкла Льюиса поиграть на кровати, но тут услышала шум в двери. Сразу после этого дверь открылась… Практически в тот момент, когда Ребекка Квентин увидела Говарда Джеффри, Майкл Льюис взволнованно воскликнул: «Дядя Джеффри!!» Говард Джеффри был совершенно не готов к появлению этого хилого мальчишки и на секунду был неожиданно ошеломлен. Майкл Льюис извивался в объятиях Ребекки Квентин, протягивая руки к Говарду Джеффри. Ребекка Квентин уложила Майкла Льюиса на землю, позволив ему неуверенно побрести в сторону Говарда Джеффри. Ребекка Квентин и представить себе не могла, что в тот момент Говард Джеффри отбросит ключи от машины и документы, наклонится и поднимет прыгающего Майкла Льюиса на руки. Майкл Льюис страстно поцеловал красивое лицо Говарда Джеффри, нежно обхватив его шею своими маленькими ручками. Говард Джеффри также поцеловал Майкла Льюиса, на его обычно равнодушном лице появилась редкая лучезарная улыбка: «Микки, кто тебя сюда привёл?» Слабак ответил: «Дядя Роджер привёз меня в Т-Сити, а тётя отнесла меня обратно». Слабак перевёл взгляд на Ребекку Квентин. Ребекка Квентин слегка улыбнулась, молча наблюдая за интимной близостью между Говардом Джеффри и Майклом Льюисом. Говард Джеффри перевел взгляд на Ребекку Квентин, явно пребывавшую в хорошем настроении, и мягко сказал: «Этот малыш тебя не измотал, правда?» Ребекка Квентин покачала головой: «Он очень хорош!» Если бы только её будущий ребёнок был таким же хорошим, как этот хилый мальчишка… В тот момент, когда эта мысль промелькнула в ее голове, Ребекка Квентин поняла, что, возможно, слишком много об этом думает. «Дядя Джеффри, я хочу, чтобы ты поиграл со мной… Ты можешь строить очень высокие здания, я хочу, чтобы ты меня научил!» Майкл Льюис явно обожал Говарда Джеффри и в этот момент крепко держался за него. Ребекка Квентин подошла к Говарду Джеффри и, используя невинный детский тон, уговорила Майкла Льюиса, который теперь игриво общался с Говардом Джеффри: «Микки, ты ничего не ел весь день, ты теперь голоден? Пусть дядя Джеффри сначала нас поест, а потом поиграет с тобой, хорошо?» Слабак рассудительно кивнул: «Хорошо». Они вышли из лифта. Ребекка Квентин молча следовала за Говардом Джеффри и Майклом Льюисом. В присутствии Говарда Джеффри Майкл Льюис вел себя как озорной ребенок: в один момент просил Говарда Джеффри отнести его поиграть в самолетик, а в следующий — хотел, чтобы тот ответил на его загадки. Говард Джеффри, словно любящий отец, балующий своего ребенка, соглашался на все просьбы Майкла Льюиса, даже делая вид, что не знает ответов на так называемые загадки этого хилого мальчишки, чем вызывал у Майкла Льюиса приступы смеха. Наблюдая за этой трогательной сценой, Ребекка Квентин не могла сдержать улыбку, но в её сердце таилась едва уловимая, неописуемая грусть. Во время ужина официант неожиданно вручил им меню, в которых были представлены блюда, предназначенные для семейного обеда и ужина с детьми. Ребекка Квентин колебалась, стоит ли делать заказ, но Говард Джеффри уже заказал один. Увидев, как Говард Джеффри заказывает комплексный обед для родителей и детей, официант ушел с меню, явно довольный. ---------- Глава 159-90: Переключился на её видео 1_2 Ребекка Квентин почти ничего не говорила, лишь слегка улыбаясь, и время от времени отвлекалась, наблюдая за тем, как Говард Джеффри играет с ребенком. После ужина Ребекка Квентин пошла в туалет. Изначально она просто хотела помыть руки, но случайно услышала разговор двух сотрудников отеля в углу туалета. «Мы должны продать эту новость газете… У мистера Джеффри теперь есть ребенок…» «Да, мистер Джеффри действительно красавец, и то, как он заботливо сопровождает ребенка. Леди Джеффри очень повезло!»… Вымыв руки, Ребекка Квентин спокойно вышла из туалета. Улыбка, которую ей удалось сохранить в туалете, в тот же миг сменилась мрачностью и разочарованием, как только она вышла. Как только все трое вернулись в комнату, Майкл Льюис прижался к Говарду Джеффри, предлагая ему поиграть в кубики. Говард Джеффри с большим терпением постепенно обучал Майкла Льюиса строительству. Ребекка Квентин вдруг почувствовала себя немного глупо, потому что Микки попросил ее построить дом из этих новых блоков днем, но у нее не получилось, в то время как Говард справился с этим быстро, всего за несколько попыток. Они играли с таким удовольствием, словно отец и сын, а Ребекка Квентин, которой было нечем заняться, тихо сидела в стороне и наблюдала за ними. Возможно, она никогда раньше не видела, чтобы Говард Джеффри с таким терпением и детской непосредственностью сопровождал ребенка, но взгляд Ребекки Квентин не отрывался от Говарда Джеффри. Лишь когда она увидела, как Говард Джеффри несёт Майкла Льюиса в ванную, чтобы тот принял ванну, Ребекка Квентин вернулась к реальности. Ребекка Квентин изначально планировала принести им в ванную пижамы, но неожиданно увидела Говарда Джеффри и Майкла Льюиса, играющих с водой в ванне. Ребекка Квентин, естественно, не вошла, просто оставила пижаму у двери ванной, а затем молча вернулась в комнату, села на край кровати и почувствовала, как у нее заложило в носу. Она наконец поняла, почему ее сердце так встревожено… Потому что она видела, как Говард Джеффри проявлял такую ​​привязанность к ребенку и как сильно любил детей. Если бы четыре года назад она могла сохранить ребенка, он, вероятно, был бы таким же большим, как Микки сейчас. Врачи сказали, что она потеряла мальчика, поэтому, если бы ребенок подрос, он наверняка был бы таким же умным и очаровательным, как Микки… Однако она не уверена, будет ли Говард Джеффри заботиться о них так же, как о Микки, если ребенок действительно вырастет? Ответ, вероятно, неясен… Четыре года назад, когда она потеряла ребенка и лежала в больнице, он не обратил на это внимания, ему было все равно. Четыре года спустя, находясь с ним, он все еще тайно использовал контрацепцию… Очевидно, он не хотел, чтобы она родила от него ребенка, поэтому, даже если бы ее ребенок вырос, Говарда Джеффри это, возможно, не особо волновало бы… Но это уже не имеет значения. У неё остался всего один день с ним; после завтрашнего дня она больше не будет чувствовать его боли… Роджер Леонард приехал в отель в десять часов вечера. К тому времени, как он приехал, Микки уже спал и даже бормотал во сне: «Дядя Джеффри». Чтобы не разбудить слабака и опасаясь, что тот заплачет, если проснется и не увидит Говарда Джеффри, Роджер Леонард решил оставить Микки в отеле и запланировал вернуться за ним на следующий день, прежде чем уехать из Т-Сити. В этот момент Ребекка Квентин принимала ванну в ванной, а Говард Джеффри находился в комнате, присматривая за слабаком. Возможно, сегодняшнее настроение действительно изменилось: Ребекка Квентин предпочла остаться одна в ванной, не желая выходить и встречаться с Говардом Джеффри. Поэтому она провела в ванне гораздо больше времени, чем обычно, кто бы мог подумать… Дверь в ванную комнату внезапно распахнулась, и в этот момент Говард Джеффри нагло вторгся в личное пространство Ребекки Квентин. Ребекка Квентин, стоя в душевой кабине, даже не успела среагировать, как Говард Джеффри протиснулся внутрь. Несмотря на то, что ее тело было ей уже знакомо, Ребекка Квентин все еще не привыкла показывать себя перед Говардом Джеффри. С покрасневшим от смущения лицом Ребекка Квентин повернулась спиной к Говарду Джеффри и сердито прошипела: «Что ты делаешь? Я принимаю душ!» Ребекка Квентин потянулась к полотенцу на вешалке, но неожиданно Говард Джеффри схватил ее за руку и быстро разделся. Ребекка Квентин избегала неприкрытого вида его тела, ее лицо еще больше покраснело: «Эй… дай мне сначала выйти!» Теплое дыхание Говарда Джеффри коснулось уха Ребекки Квентин, которая тихонько промурлыкала: «Детка, ты меня обманула…» "Хм?" Говард Джеффри протянул руку между ног Ребекки Квентин… Ребекка Квентин мгновенно поняла, что имел в виду Говард Джеффри, но всё же оправдывалась: «Я просто принимала душ…» «Правда?» — Говард Джеффри слегка прищурился, на встревоженном лице Ребекки Квентин мелькнул озорной блеск, и его тон стал тише, чем прежде. — «Ты вообще не воспользовалась гигиенической прокладкой из ящика». Он заметил даже это… «Я…» — Ребекка Квентин на мгновение потеряла дар речи, понимая, что скрыть это ей не удастся, и неохотно придумала оправдание: «Просто в последнее время мне не хотелось…» Говард Джеффри тихо спросил: «Я вас чем-то расстроил?» Ребекка Квентин покачала головой: «Мужчины и женщины разные. Женский ум не всегда думает об этом!» «Но я хочу тебя, детка». Говард Джеффри произнес эти слова, нежно поцеловав ключицу Ребекки Квентин. Ребекка Квентин отвернула голову: «Прекратите, Микки прямо снаружи…» Говард Джеффри пробормотал: «Он крепко спит, ничего не услышит». Ребекка Квентин попыталась придумать другую отговорку: "А что, если он сейчас проснется?" «Тогда пусть немного поплачет». "А?" В этот момент Говард Джеффри уже напоролся на нежное прикосновение Ребекки Квентин, проникая внутрь с невероятной силой… Отстранившись от тела Ребекки Квентин, Говард Джеффри обнял ее ослабевшее тело, рухнувшее ему на руки. Ребекка Квентин, все еще задыхаясь, стояла прямо, осторожно освобождаясь от объятий Говарда Джеффри. Говард Джеффри спросил: «Хочешь, я отнесу тебя в ванну?» Ребекка Квентин покачала головой: «Я сейчас умыюсь и выйду!» Руки Говарда Джеффри поддерживали стройную талию Ребекки Квентин, его темные глаза смотрели прямо на ее слегка бледное лицо, и он тихо спросил: «Детка, ты сегодня выглядишь не очень счастливой». Ребекка Квентин подняла глаза на красивое лицо Говарда Джеффри и, как ни в чем не бывало, объяснила: «Нет, я просто немного устала…» Говард Джеффри, казалось, поверил ей, поцеловал ее длинные ресницы и пробормотал: «Вы, должно быть, очень устали». Ребекка Квентин мягко улыбнулась. В этот момент до них донеслись едва слышные крики ребенка… Ребекка Квентин быстро толкнула Говарда Джеффри локтем: «Микки проснулся, иди проверь…» "Хорошо." Обернув полотенце вокруг пояса, Говард Джеффри вышел. ---------- Глава 160-91: Переход к её видео 2 После ухода Говарда Джеффри Ребекка Квентин с силой открыла кран в душе, запрокинула голову и позволила холодной воде постепенно обрушиться на нее. Она надеялась, что холодная вода сможет погасить пылающий гнев, для которого у неё не было выхода… Бог знает, каждая минута, проведенная с ним, была мучением… Она надеялась, что этот момент наступит скоро, потому что едва держалась. Она больше не хотела быть с ним, особенно после того, что только что произошло, но… план почти удался. Она не могла встретиться с ним лицом к лицу в этот критический момент, так пусть же случившееся станет ценой за успех плана! Ребекка Квентин была благодарна, что в тот вечер Майкл Льюис разлучил ее с Говардом Джеффри, дав ей возможность передохнуть и не сталкиваться постоянно с его притворством. Рано утром Роджер Леонард приехал в отель, чтобы забрать Майкла Льюиса. Говард Джеффри отправился в компанию по деловым вопросам, поэтому Ребекка Квентин проводила Майкла Льюиса до двери. Увидев Роджера Леонарда, Ребекка Квентин слабо улыбнулась: «Почему так рано?» Роджер Леонард ответил: «Дядя Льюис и они решили свои проблемы и очень хотят увидеть Микки, поэтому они попросили меня забрать Микки обратно!» Ребекка Квентин с некоторой неохотой посмотрела на хилого малыша у себя на руках и спросила: «Микки, ты хочешь вернуться и повидаться с дедушкой и бабушкой?» Майкл Льюис кивнул. Ребекка Квентин улыбнулась и поцеловала красивое личико Майкла Льюиса, сказав с улыбкой: «Хорошо, тогда пусть дядя Леонард отвезет тебя домой. Когда дядя Джеффри освободится, тетя сопроводит его к тебе домой, чтобы он тебя навестил». Майкл Льюис широко раскрыл свои яркие черные глаза и спросил: "Правда?" "Конечно!" Неожиданно Майкл Льюис поцеловал прекрасное лицо Ребекки Квентин: «Тетя, я буду ждать тебя дома». Роджер Леонард воскликнул: «Ух ты, малыш, у тебя такой сладкий язык, ты даже теперь знаешь, что её можно называть тётей…» Майкл Льюис выглядел гордым. Роджер Леонард взял Майкла Льюиса из рук Ребекки Квентин, улыбнулся ей и сказал: «Наконец-то, Бекка, мне пора идти…» "Мм." «В последнее время я был очень занят, наверное, вернусь только на вашу с Дорой свадьбу!» Ха, свадьба… Ребекка Квентин мысленно презрительно усмехнулась, опасаясь, что такого дня для нее и Говарда Джеффри может и не наступить! Роджер Леонард заметил лёгкое презрение на лице Ребекки Квентин и не удержался от вопроса: «Почему это выглядит странно? Ты же собираешься жениться на Доре; ты должна быть счастлива!» Ребекка Квентин тут же улыбнулась: «Конечно, я счастлива. Завтра Говард Джеффри объявит всем о нашей свадьбе!» «Что ж, всего вам и Доре наилучшего!» "Спасибо." Перед уходом Роджер Леонард произнес еще одну фразу: «Бекка, люди с высоким IQ, как правило, не обладают высоким эмоциональным интеллектом, поэтому, что касается отношений, я надеюсь, ты сможешь проявить терпение к Доре и поверить в ваши отношения». "Я буду." «Микки, попрощайся с тётей». Майкл Льюис послушно помахал рукой: «Тетя, до свидания». Ребекка Квентин ласково сказала: «Молодец». Затем Роджер Леонард уехал вместе с Майклом Льюисом. Ребекка Квентин долго стояла у двери, ее мысли были заняты словами Роджера Леонарда, сказанными им при уходе. А разве она не была терпелива с ним? Если бы он действительно заботился о ней, не только последние шесть лет, но и следующие шестьдесят, она была бы готова ждать его. Однако факт в том, что он никогда по-настоящему не ценил её в своём сердце. Она могла смириться с его неприязнью к ней и обидой, вызванной предыдущими обидами, но не могла смириться с его обманчивым притворством… Она так сильно в него верила, безоговорочно выбрала быть с ним, а он просто играл с ней. Она действительно не понимала, почему он так с ней обращается. Если он действительно недолюбливал её из-за обид предыдущего поколения, он мог бы сказать об этом прямо, по крайней мере, это не причинило бы ей такой боли, как сейчас… Хотя Ребекке Квентин казалось, что время тянется медленно, оно незаметно приближалось к запланированному дню. Поскольку встреча с представителями СМИ была запланирована на вторую половину дня, рано утром Говард Джеффри отправился в компанию по делам, из-за чего встреча была перенесена на вторую половину дня. В два часа дня Ребекка Квентин стояла перед зеркалом, рассеянно рассматривая себя в отражении. Ее длинные волосы были собраны в прическу, макияж был нежным, на ней было белоснежное платье от бренда с двойной буквой С, которое Говард Джеффри заранее заказал доставку… В зеркале она выглядела прекрасной и очаровательной, словно новобрачная, особенно выделялась ее легкая улыбка, словно опьяненная счастьем и не в силах от него избавиться. ---------- Глава 161-91: Замена на её видео 2_2 Сегодня она была очень довольна собой, у нее не было ни малейшего недостатка. Она объяснила свое хорошее самочувствие тем, что прошлой ночью он ничего не требовал, а просто обнимал ее, пока они спали вместе всю ночь. Нужно понимать, что человеческому терпению есть предел. Она боялась, что если бы ей пришлось столкнуться с его требованиями прошлой ночью, она бы потеряла контроль над собой и рассказала ему всё… К счастью, вчерашний день прошёл так спокойно! Пока Ребекка Квентин была погружена в свои мысли, раздался ровный стук в дверь: «Мисс Квентин, вы готовы?» Разговаривал Ройе, приехавший забрать Ребекку Квентин. Ребекка Квентин вернулась к реальности и ответила: «Да, я готова, я сейчас выйду». Сделав глубокий вдох перед зеркалом, Ребекка Квентин вышла из отеля. Двадцать минут спустя. В кабинете президента Говард Джеффри стоял у окна от пола до потолка и разговаривал по телефону. Ребекка Квентин вошла и, увидев Говарда Джеффри, разговаривающего по телефону, тихо подождала его. Говард Джеффри услышал шаги, повернул лицо и увидел Ребекку Квентин, обменялся еще несколькими любезностями с одним из руководителей по телефону, а затем завершил разговор. Когда он подошел к ней, Ребекка Квентин одарила его легкой, радостной улыбкой. Сегодня на нем был хорошо сшитый черный костюм, подчеркивающий его красивое, словно нефритовое, лицо. Ему не нужно было специально демонстрировать свою необычайную элегантность, поскольку его благородный вид был естественным образом очарователен в каждом жесте. Она призналась, что и в прошлом, и сейчас, каждый раз, когда она его видела, это было для нее настоящим наслаждением, словно небеса щедро его одарили! Говард Джеффри уже обнял её за талию, его голос, магнетический и тихий, звучал так: «Дорогая, ты сегодня выглядишь прекрасно!» Ребекка Квентин застенчиво покраснела и сказала: «Спасибо». При первой встрече она казалась невинной маленькой девочкой, ничего не знающей о мире… Лишь в этом году он снова и снова убеждался, что её красота всегда его удивляла… Как сказал Роджер, будь то ее освежающая и неповторимая личность или ее чарующее обаяние, она всегда заряжала его энергией. Она уже была такой зрелой и красивой, неудивительно, что он часто не мог сдержать свои импульсы… Говард Джеффри нежно поцеловал Ребекку Квентин в щеку и прошептал: «Ты готова? Репортеры ждут внизу!» Ребекка Квентин мягко кивнула и взяла Говарда Джеффри за руку. В лифте никто из них не произнес ни слова. Ребекка Квентин считала каждую секунду, чтобы сохранить самообладание… Лифт со звонком открылся, и Ребекка Квентин молчала до того момента, как они вышли, а затем внезапно потеряла сознание и крикнула: «Говард Джеффри!» Говард Джеффри остановился, его темные глаза были прикованы к Ребекке Квентин. "Что случилось?" Горечь неудержимо захлестнула ее нос. Ей пришлось признать, что в этот момент она все еще не могла смириться с расставанием с ним… Она не хотела, чтобы их отношения развивались так, как сейчас, и всё ещё надеялась, что они вот-вот объявят всему миру о своей помолвке как пара, глубоко влюблённая друг в друга… Но это было невозможно… Через несколько минут, а то и десятков минут, они полностью срывали с себя маски… Она больше не могла вот так ходить с ним под руку, слышать его нежные слова, а он не мог продолжать эту игру, ведь он все равно не стал бы рисковать жизнью. На самом деле, в этот момент она хотела задать ему всего один вопрос. Когда он сказал ей "Я люблю тебя", это всё было просто притворством? С едва заметными слезами на глазах Ребекка Квентин сосредоточила взгляд на груди Говарда Джеффри, стараясь не встречаться с ним. Она сдержала рыдания и тихо сказала: «Э-э, у тебя галстук ослаб, позволь мне его поправить». В конце концов, у нее не хватило смелости спросить, потому что она знала, что он никогда не даст ей желаемого ответа. Ребекка Квентин не знала, что, пока она поправляла галстук Говарда Джеффри, он небрежно наблюдал за ней, с едва заметной, невнятной улыбкой в ​​уголке рта, словно оценивая каждое выражение ее лица. После того как Ребекка Квентин закончила завязывать галстук, Говард Джеффри резко схватил ее за руку, его взгляд помрачнел, хотя на лице все еще оставалась легкая улыбка: «Что, ты боишься?» Ребекка Квентин не понимала, почему Говард Джеффри схватил ее за руку, когда сверху внезапно раздался его непонятный голос. Она резко подняла глаза и была ошеломлена, увидев его опасно темные глаза. В этот момент взгляд Говарда Джеффри, устремленный на Ребекку Квентин, словно сменился с опасного на острый, а его пугающая улыбка стала шире: «Дорогая, почему ты не можешь говорить? Игра только началась, и нам следует продолжить!» "Ты…" Лицо Ребекки Квентин мгновенно побледнело. Затем Говард Джеффри медленно отпустил уже замерзшее запястье Ребекки Квентин, джентльменски застегнул свой костюм и повернулся, чтобы направиться в приемный зал, где компания Skytop проводила пресс-конференцию. Ребекка Квентин пришла в себя, не в силах среагировать, прежде чем трое телохранителей окружили ее и обездвижили. «Мисс Квентин, пожалуйста, войдите в холл», — холодно произнес один из телохранителей. Со стороны казалось, что Ребекку Квентин на пресс-конференцию сопровождали трое телохранителей. Говард Джеффри уже был на сцене, окруженный бесчисленными микрофонами, под бесконечные вспышки камер, явно находясь в центре внимания. Для Говарда Джеффри общение с таким количеством представителей СМИ, похоже, стало обычным делом, и он вежливо и спокойно произнес: «Благодарю все СМИ за присутствие на сегодняшней пресс-конференции. Уверен, вы все слышали, что сегодня я хочу сделать важное и радостное объявление». Не успел Говард Джеффри закончить говорить, как репортер задал вопрос… «Мистер Джеффри, ходят слухи, что у вас появилась новая девушка, и сегодня вы объявите дату свадьбы. Это правда?» «Недавно кто-то видел вас и вашу новую девушку за ужином в отеле с ребенком лет трех. Этот ребенок ваш?» «Мистер Джеффри…» На Говарда Джеффри обрушился шквал вопросов, словно жемчужная нить, но он, казалось, хорошо привык к подобным ситуациям, ловко ответив: «Позвольте мне повторить, что после расторжения помолвки с Кристин Куинн я одинок, и никакой „новой девушки“ не было, так что надеюсь, все перестанут гнаться за слухами…» Заявление Говарда Джеффри вызвало настоящий скандал. ---------- Главы 162-92: Зачем продолжать вмешиваться в её жизнь? Ребекка Квентин стояла в неприметном углу коридора, и ее лицо смертельно побледнело, когда она услышала слова Говарда Джеффри. Говард Джеффри продолжил: «А сегодня я собираюсь объявить о приятном сюрпризе… во-первых, пожалуйста, посмотрите на экран позади меня». Сегодня будет показано видео, которое Ребекка Квентин заранее поручила показать сотрудникам, а именно «секс-видео» Говарда Джеффри. Конечно, она объяснила сотрудникам, что это должно показать, как она и Говард Джеффри познакомились и узнали друг друга… Но теперь ясно, что Говард Джеффри всё раскусил, так что же это за видео? Ребекка Квентин смутно почувствовала недоброе предзнаменование. Все присутствующие затаили дыхание, не отрывая глаз от видеоэкрана. Никто не ожидал, что как раз в тот момент, когда все сосредоточились, экран издал раздражающий скрип, и видео стало черно-белым. Вся сцена мгновенно погрузилась в хаос… Сотрудники быстро объяснили всем: «Видео скоро появится, пожалуйста, сохраняйте спокойствие». Ребекка Квентин тоже была удивлена ​​увиденным и понятия не имела, что происходит. В этот момент секретарь Говарда Джеффри передала ему телефон. Было очевидно, что кто-то звонил Говарду Джеффри… В разгар небольшой суматохи Говард Джеффри отошел в сторону, держа одну руку в кармане и неторопливо нажимая кнопку ответа: «Похоже, вы уже знаете, что сейчас произойдет». На другом конце провода голос Скайлер Джонс был ледяным от подавленного гнева: «Я запрещаю вам причинять вред Бекке!!» «Меня не интересует Ребекка Квентин. Меня волнует только то, сможете ли вы ответить мне прямо сейчас. Вы должны знать, что исправление видео не займет много времени. Если вы не сможете ответить мне прямо сейчас, то в следующую секунду за моей спиной появится видео интимного характера, затрагивающее репутацию Ребекки Квентин…» «Вы бы так не поступили; на вашей пресс-конференции никак не могло быть ничего, не имеющего к вам отношения!» Говард Джеффри холодно усмехнулся: «То, что вы говорите, — правда, но к тому времени сотрудники на месте смогут объяснить это ошибкой трансляции, и никто не обратит внимания на то, почему произошла ошибка, потому что в появившемся видео будет показана Скайлер Джонс, президент группы «Оверски», изменяющая своему мужу с посторонним человеком до свадьбы, и я думаю, эта новость будет гораздо более сенсационной, чем любое радостное событие, о котором я мог бы внезапно объявить!» Казалось, самообладание Скайлера Джонса иссякло: «Говард Джеффри!!» В этот момент сотрудники объявили, что видео исправлено… Этот голос, естественно, достиг ушей Скайлера Джонса на другом конце провода. Говард Джеффри бросил взгляд в угол на Ребекку Квентин, которая, казалось, вот-вот упадет в обморок, и сказал: «Вы слышали, мне нужно решить прямо сейчас! Мы будем рассказывать историю нашей дружбы или сексуальную историю Ребекки Квентин? Выбор за вами, мистер Джонс!» Скайлер Джонс, стиснув зубы, попытался сдержаться и выпалил: «Хорошо, а что вы хотите, чтобы я сделал?» Говард Джеффри спокойно ответил: «Я хочу, чтобы ты появился сейчас и признал наше братство перед всем миром. Это радостное событие, о котором я хочу объявить всему миру. А завтра я хочу, чтобы ты полетел в Америку к маме!» Ребекка Квентин и представить себе не могла, что Скайлер Джонс появится именно в этот момент. Восстановленная только что тишина была вновь нарушена внезапным появлением Скайлера Джонса. «Мистер Джонс здесь!» «Мистер Джонс…» Многочисленные репортеры окружили Скайлера Джонса, спрашивая о причинах его появления, и проследовали по его следам к сцене. Сквозь плотную толпу Ребекка Квентин ясно видела на лице Скайлер Джонс улыбку. Она никак не ожидала увидеть здесь Скайлер Джонс и стояла на месте, полная растерянности. Скайлер Джонс вышла на сцену и, казалось, обменялась взглядами с Говардом Джеффри, но никто не смог разглядеть глубокий смысл в их глазах. Многочисленные журналисты под сценой тоже пребывали в замешательстве, но встреча двух крупнейших президентов группировок, «Скайтоп» и «Оверский», была достаточной, чтобы привлечь внимание, поэтому свет прожекторов и фонарей не прекращался ни на минуту. Скайлер Джонс еще не произнес ни слова после выхода на сцену, когда на большом экране позади него начало воспроизводиться видео. Ребекка Квентин внимательно смотрела видео, понимая, что это никак не могло быть тем, что она планировала, и поэтому испытывала чувство ужаса. К счастью… Содержание видеоролика, казалось, не имело к ней никакого отношения, поскольку в нем рассказывалась история двух братьев, потерявшихся в детстве. Ребекка Квентин поначалу не понимала, зачем Говард Джеффри показал это видео, пока не увидела сцену, где мать, несмотря на борьбу за опеку над одним из детей, вынуждена принять мучительное решение оттолкнуть своего старшего сына… ---------- Главы 163-92: Зачем продолжать вмешиваться в её жизнь? (2) Эта сцена кажется такой знакомой, словно я уже слышала подобную историю. В следующее мгновение Ребекка Квентин вдруг вспомнила: это была миссис Джеффри. Вскоре после этого видео закончилось, и все присутствовавшие на месте репортеры были полностью поглощены этим полным сожаления видеороликом, но никто не мог догадаться, почему Говард Джеффри хотел, чтобы все его посмотрели. В заключение Говард Джеффри сказал: «Я думаю, у всех, кто посмотрел видео, осталось много вопросов. Зачем я показал вам это видео, и какое отношение оно имеет к радостной новости, которую я собираюсь объявить сегодня… На все ваши вопросы ответит мой старший брат!» В этот момент взгляд Говарда Джеффри переместился на Скайлера Джонса, словно говоря ему, что путь проложен, и теперь очередь Скайлера идти вперед. Все присутствующие обменялись взглядами, заметив, как Говард Джеффри с любовью использовал слово «старший брат»… Скайлер Джонс часто бывал на подобных мероприятиях, поэтому его поведение на сцене ничем не уступало поведению Говарда. Он медленно начал: «Во-первых, я хотел бы еще раз поблагодарить вас всех от имени мистера Джеффри за то, что вы здесь. Во-вторых, я хочу сказать, что новость, которую мы сегодня объявляем, — это радостное событие не только для мистера Джеффри, но и для меня самого… Думаю, некоторые из вас уже догадались: да, два брата на видео — это мистер Джеффри и я в детстве!» Как только Скайлер Джонс это сказала, в зале воцарилась полная тишина, все были ошеломлены и пребывали в состоянии крайнего шока, включая Ребекку Квентин, стоявшую в углу. Затем Скайлер Джонс объяснил причину своего расставания с Говардом Джеффри в детстве, но Ребекка Квентин не восприняла ни слова из его слов. Ее широко раскрытые глаза были полны недоверия, страха и тревоги. После неопределённого периода времени Скайлер Джонс повысил голос, заявив: «Итак, я объявляю, что компании „Oversky“ и „Skytop“ в будущем не будут разделены, и мы останемся братскими компаниями, надеясь, что сможем и дальше служить обществу». Как только Скайлер Джонс закончила говорить, на месте событий раздались оглушительные аплодисменты… Это была, очевидно, сенсационная новость, и каждый присутствовавший там репортер был от нее в полном восторге. Ребекка Квентин наконец пришла в себя, в ее голове промелькнули слова Скайлер Джонс, и, словно не желая верить, она продолжала качать головой. Когда Ребекка Квентин в шоке несколько раз отступила назад, телохранитель приветливо жестом сказал ей: «Мисс Квентин, пресс-конференция подходит к концу, и по приказу мистера Джеффри нам нужно отвести вас в его кабинет. Пожалуйста, сотрудничайте». Телохранитель говорил очень вежливо, но на самом деле он требовал от Ребекки Квентин благоразумия, чтобы им не пришлось применять силу для поддержания порядка. Администрация Президента. Ребекка Квентин долго стояла, ее взгляд был рассеянно устремлен вперед. Внезапно знакомый звук шагов вырвал Ребекку Квентин из глубоких размышлений, и она подсознательно выпрямила спину, спокойно ожидая появления человека. Его неповторимый приятный запах постепенно приближался, и когда стало почти ясно, что он рядом, ее тело невольно слегка задрожало. Говард Джеффри действительно появился перед Ребеккой Квентин, свысока глядя на нее. Ребекка Квентин не взглянула на Говарда Джеффри, ее взгляд по-прежнему был прикован к возвышающимся зданиям за стеклянным занавесом. Говард Джеффри заметил слегка приподнятый подбородок Ребекки Квентин, который говорил о ее врожденном упрямстве и стойкости, и невольно слегка улыбнулся, но в его тоне звучало презрение: «Ты думаешь, с таким уровнем мастерства сможешь мне отомстить?» Пока Говард Джеффри говорил, в его руке появился черный диск, который он показал Ребекке Квентин. Ребекка Квентин посмотрела на черный диск, который она забрала у девушки, получавшей за это деньги, и который теперь лежал у нее в руке. Она должна была испытывать страх и ужас, но сейчас ее лицо казалось оцепеневшим, без каких-либо изменений в выражении. Говард Джеффри приподнял подбородок Ребекки Квентин, заставляя ее встретиться с ним взглядом, и холодно усмехнулся: «Ты меня ненавидишь?» Ребекка Квентин упрямо отвернула голову, на ее лице читались редкое для нее отвращение и презрение, она по-прежнему молчала. Говард Джеффри надавил пальцами, внезапно схватив Ребекку Квентин за подбородок и повернув ее лицо к себе, его тон был словно уговаривающим: «Не говоришь, да?» Невыносимая боль пронзила Ребекку Квентин, но она молча терпела удар, который чуть не раздавил ей подбородок. Говард Джеффри резко отпустил ушибленный подбородок Ребекки Квентин, усмехнувшись: «Я и не заметил, у тебя такой задор… но сегодня я в хорошем настроении, не буду тебя беспокоить». Когда Говард Джеффри повернулся, чтобы подойти к шкафу со спиртными напитками, из-за двери послышались преграждающие звуки от телохранителя: «Мистер Джонс, вы не можете войти…» Скайлер Джонс быстро оттолкнула телохранителя и вошла в кабинет. Несколько телохранителей снова ворвались внутрь, преградив Скайлер Джонс путь к двери. Говард Джеффри, держа в руках два бокала для вина, казалось, ничуть не смущался происходящим и неторопливо наливал вино в бокалы. Тревожный голос телохранителя произнес: «Президент, мистер Джонс, он…» Говард Джеффри жестом приказал телохранителям отступить, и когда в офисе остались только трое, Говард Джеффри, держа в руках бокал вина, улыбнулся Скайлеру Джонсу: «Какой прекрасный день, старший брат, стоит отметить его за нас обоих!» Выражение лица Скайлер Джонс было серьезным: «Мне нужно поговорить только с Беккой!» Говард Джеффри, разглядывая вино, кружащееся в его бокале, вежливо спросил: «Не возражаете, если мы сначала допьём это вино?» Как только Говард Джеффри закончил говорить, перед Ребеккой Квентин уже стояли четверо телохранителей. Скайлер Джонс, естественно, понимал, что на территории Говарда Джеффри он находится в невыгодном положении, поэтому он подошел к шкафу со спиртным, взял стакан, который налил Говард Джеффри, и выпил все залпом. Говард Джеффри спокойно произнес тост, медленно отпивая глоток. Телохранители отступили от Ребекки Квентин. Скайлер Джонс подошла, тут же схватила Ребекку Квентин за руку и вывела ее из кабинета. В коридоре Ребекка Квентин яростно оттолкнула руку Скайлер Джонс. Обращаясь к Ребекке Квентин, Скайлер Джонс глубоко взмолилась: «Бекка…» Ребекка Квентин холодно посмотрела на Скайлера Джонса и безудержно рассмеялась: «Неудивительно, что сегодняшний план провалился… Скайлер Джонс, вы с Говардом Джеффри скоординировали свои действия безупречно! В итоге, настоящей жертвой оказалась я, и я по глупости нашла себе партнера, который никогда не смог бы противостоять Говарду Джеффри!!» Было очевидно, что Ребекка Квентин высмеивала отношения между Скайлер Джонс и Говардом Джеффри. Скайлер Джонс не рассердился, объяснив: «Не воспринимайте меня как старшего брата Говарда Джеффри. Так называемое братство между нами давно распалось. План провалился сегодня из-за моей невнимательности». ---------- Главы 164-93: Пощёчина, которую я не могу нанести (Часть 1) Ребекка насмешливо спросила: «Правда? Что ты упустила?» «Честно говоря, я всегда хотел превзойти Говарда Джеффри в бизнесе, поэтому еще до того, как вы обратились ко мне за сотрудничеством, я уже разработал план, как победить Говарда Джеффри. Все шло гладко, но из-за…» — Скайлер Джонс сделал паузу, — «потому что я хотел вам помочь, я жаждал быстрого успеха, что и привело к провалу плана. Из-за этого я был занят делами в полицейском участке последние два дня и не мог уйти до сегодняшнего утра… Когда я узнал, что мой план провалился, я предсказал, что и ваш план провалится. Но в тот момент я был в полицейском участке и не мог вас уведомить, а мои подчиненные пытались связаться с вами, но не смогли дозвониться. Они также не смогли встретиться с вами в Т-Сити, поэтому, как только я вышел из полицейского участка сегодня утром, я сам полетел в Т-Сити. Но к тому времени, как я прибыл, было уже слишком поздно, Говард Джеффри уже проводил эту пресс-конференцию!» Слова Скайлера Джонса были полны глубокого сожаления. Ребекка недоверчиво покачала головой: «Как мой телефон может быть недоступен?» Скайлер Джонс достал из кармана телефон, набрал номер Ребекки и поднес его к уху Ребекки. И действительно, из телефона донесся механический повторяющийся звук. Ребекка была ошеломлена, но должна была признать, что с ее телефоном действительно были проблемы последние два дня, и она не получила ни одного звонка. Несмотря на то, что Скайлер Джонс всё подробно объяснила, у Ребекки всё ещё оставались сомнения: «Если всё, что ты говоришь, правда, то что ты скажешь о том, что улыбаешься там, наверху, вместе с Говардом Джеффри, объявляя о радостном воссоединении вашего братства?» Скайлер Джонс покачал головой: «Бекка, ты меня неправильно поняла… Я знаю, что то, что я скажу дальше, может показаться тебе жестоким, но я все равно хочу, чтобы ты знала». Ребекка не ответила. Скайлер Джонс медленно произнесла: «На самом деле, я была на сцене исключительно ради тебя… Потому что если бы это было не так, Говард Джеффри выложил бы твое видео интимного характера в открытый доступ». Глаза Ребекки расширились: «Что… что?» Видео с сексуальным содержанием? Затем Скайлер Джонс объяснила Ребекке всю ситуацию. Выслушав объяснение Скайлер Джонс, Ребекка, не сумев сдержаться и несмотря на попытки Скайлер Джонс остановить её, повернулась и бросилась в кабинет Говарда Джеффри. Телохранители, увидев решительный вид Ребекки, невольно преградили ей путь к двери. В ярости Ребекка начала пинать телохранителей: «Убирайтесь все, убирайтесь!!» Говард Джеффри, неспешно потягивавший красное вино у панорамных окон, услышал шум позади себя и произнес: «Впустите ее». Телохранители, соответственно, отступили. Говард Джеффри обернулся и спокойно наблюдал, как Ребекка в гневе несется к нему. Ребекка была полна ярости, но, стоя перед Говардом Джеффри, она не показала гнева на лице; вместо этого она спокойно спросила: «Значит, с самого начала и до конца тебе было на меня наплевать. Ты просто хотел использовать меня, чтобы связать Скайлер Джонс?» Скайлер Джонс уже дал ответ, но она не хотела его принимать, ей хотелось услышать его от него, даже если она понимала, что может не выдержать… Говард Джеффри изогнул губы в улыбке: «Вы действительно хотите это знать?» «Да, я хочу, чтобы вы мне четко объяснили». Говард Джеффри некоторое время смотрел на Ребекку, затем улыбнулся и сказал: «Когда я узнал о появлении группы «Оверский», я заподозрил, что Скайлер Джонс может быть моим старшим братом. Я пытался разными способами проверить его, расследовать его деятельность, но так и не смог найти достоверную информацию о нем. Однако моя интуиция не подвела; между нами существовала естественная родственная связь, которую невозможно было разорвать. Поэтому я обратился к тебе, которая уже отправилась в город Y со Скайлером Джонсом… Ты можешь задаться вопросом, почему я тебя разыскал, потому что, когда я впервые увидел тебя, счастливо общающуюся со Скайлером Джонсом передо мной, я понял, что Скайлер Джонс положил на тебя глаз. Для человека, которого волновали только соперники, контролировать свою женщину означало контролировать его самого. Пока ты оставалась рядом со мной, Скайлер Джонс в конце концов терял самообладание!» «Значит… ты никогда не думал приехать в город Y ради меня, ты обратился ко мне только из-за Скайлер Джонс? Начиная с твоего первого визита в город Y, чтобы найти меня, и заканчивая последующими визитами на остров, а также расторжением помолвки с Кристин Куинн ради меня, всё это было частью твоего тщательно продуманного плана, чтобы удержать меня рядом и контролировать Скайлер Джонс?» ---------- Главы 165-93: Пощёчина, которую я не смог вынести (Часть 1) Слезы от горя уже подступали к глазам Бекки. Глядя на мужчину, которого она так любила и никогда не могла забыть, ее сердце словно внезапно подверглось пытке, и ее охватила сильная боль. «Да! За исключением того, что наша встреча на правительственном банкете была случайной, все остальное было преднамеренно организовано мной». Он не признался, что, увидев её снова на парковке после долгого перерыва, почувствовал неудержимое волнение. Однако он никогда не расскажет ей об этом и больше не позволит своему сердцу испытывать подобные чувства. "Тогда те слова, которые ты мне сказал?" Губы Бекки, бледные, как бумага, задрожали, а голос стал хриплым и труднопроизносимым. Она боялась очередного ответа с его стороны, но не могла не хотеть задать все вопросы четко и ясно. «Малышка, ты ведь до сих пор в это не веришь, правда?» Использование им слова «малышка» выражало его презрение и пренебрежение, а также указывало на то, что в его глазах эти слова выражали то же презрение и пренебрежение, что и тогда, когда он назвал кого-то «малышкой». «Значит, вы хотели просто уговорить Изабеллу отдать мне открытку?» «Ты наконец-то поумнел… Когда я отправился в город Y, чтобы найти тебя, ты так упорно сопротивлялся. Я знал, что ты не поддашься силе, а лишь убеждению, поэтому я нашел Изабеллу… Ее так же легко обмануть, как и тебя — открытка, несколько ласковых слов, одежда — и она позволила мне управлять ею, словно была в моей власти. Но она умнее тебя, знает, когда нужно отступить, и великодушно передает меня тебе!» «Ублюдок, как ты мог втянуть Изабеллу…» Подняв руку, Бекка собиралась ударить Джеффри по лицу. Но Джеффри схватил ее за руку секунду назад, и его тон стал холодным: «Мне не нравятся женщины, которые любят физическую силу, ты же знаешь». «Зачем ты играл со мной, зачем так обманывал меня…» Бекка замахнулась кулаками, сильно ударив Джеффри: «Шесть лет назад ты уже разрушил мою жизнь. Я избегала тебя, держалась так далеко, зачем ты так обманывал меня? Зачем?» В этот момент двое телохранителей подошли и обездвижили Бекку, заставив ее прекратить нападения на Джеффри. «Джеффри, ты мерзавец…» Даже после того, как телохранители оттащили её в сторону, Бекка не смогла сдержать эмоций, продолжала ругаться, но слёзы текли по её бледным щекам, словно жемчужины, падающие с порванной нити. Джеффри лениво сидел на диване в своем кабинете и закуривал сигарету. Глядя на безразличное лицо Джеффри, Бекка наконец поняла, как глупо она все это время поступала… Она принимала все его слова близко к сердцу, даже думая, что он действительно любит ее… За два года их знакомства она уже знала, что ему на нее наплевать, и как это безразличие, проявившееся за два года, могло внезапно превратиться в глубокую любовь всего за несколько месяцев? Многие её предупреждали — тётя Клэр, Кристин Куинн, её отец… Но она никогда не принимала это близко к сердцу, просто хотела следовать за своим сердцем вместе с ним, веря, что судьба больше не будет играть с ней в такие игры… Еще… Она ошибалась, по-настоящему ошибалась. «Я люблю тебя» — возможно, самые значимые слова в её жизни, но для него это были всего лишь три незначительных слова, и она никогда этого не понимала… "Бекка!!" Скайлер наконец прорвалась сквозь телохранителей и подбежала к Бекке. Слезы затуманили зрение Бекки, когда она смотрела на мужчину, который, казалось, был совершенно не в курсе всего происходящего и элегантно сидел на диване. Скайлер, казалось, чувствовала, что Бекка вот-вот сломается, и, обнимая ее хрупкие плечи с сочувствием в голосе, сказала: «Бекка…» Бекка продолжала смотреть на Джеффри, словно видя его впервые. Все моменты, проведенные с ним за эти годы, промелькнули в ее памяти, словно слайды, и наконец остановились на его недавней решительности по отношению к ней. Взгляд Бекки, устремленный на глаза Джеффри, сменился с боли на скорбь, затем на отчаяние, и наконец, успокоился. Бекка медленно вытерла слезы с уголков глаз и вдруг рассмеялась. "Ха… ха-ха-ха…" Из-за ироничного смеха Бекки Джеффри равнодушно взглянул на нее, не выразив никакой реакции. В тот момент Бекка казалась разорванной тряпичной куклой, ее тело дрожало, но улыбка оставалась на ее лице, неся в себе боль и насмешку, а также несомненную ненависть. Увиденное напугало Скайлера, который крепко обнял ее и хриплым голосом произнес: «Бекка, пойдем со мной…» Но взгляд Бекки оставался прикован к Джеффри, она продолжала холодно смеяться и наконец произнесла по слову: «Джеффри, я была действительно наивна, как четыре года назад, так легко поверила твоим словам, решив быть с тобой. Но не потому, что я глупая, а потому, что не хотела отпускать шесть лет юности, которые уже потеряла. Я провела с тобой лучшее время своей жизни, надеясь вернуть эту молодость, чтобы, когда состарюсь, сказать себе: „Видишь, я не совершала ошибок, когда была молода“. Но ты жестоко оборвал последнюю нить моих мечтаний о тебе, заставив меня полностью понять, что значит фантазия. Но не волнуйся, ты меня не победишь, потому что я не родилась, чтобы жить ради тебя. Дни, проведенные с тобой, — моя вина, но шрамы всегда заживают после боли… Поэтому сейчас я хочу сказать тебе, что сегодня ты преуспел только наполовину, потому что недооценил меня, Ребекку Квентин». Из-за слов Бекки глаза Джеффри слегка потемнели, он явно не ожидал от Бекки подобного заявления. В этот момент Джейсон Вуд ворвался снаружи. "Босс!" Джейсон выглядел встревоженным, даже не заметив присутствия Скайлер и Бекки, и направился прямо к Джеффри. Настроение Джеффри было несколько скверным из-за предыдущей речи Бекки, в его тоне слышалось недовольство: «Что случилось?» Джейсон глубоко нахмурил брови, явно встревоженный, но в то же время испуганный тем, что новость, которую ему предстояло сообщить, разозлит Джеффри. Нерешительно, но беспомощно, он медленно произнес: «Только что нам позвонил президент информационного агентства Sunshine News Agency. Он сказал… сказал, что два часа назад почти все газеты в Т-Сити получили анонимное электронное письмо, якобы содержащее непристойное видео с вами и девушкой из Т-Сити, с которой вы встречаетесь за деньги. Содержание видео откровенное… Из-за серьезности дела президент Sunshine News Agency не осмелился опубликовать его и обратился к вам за советом!» Брови Джеффри нахмурились, тонкие губы стали холодными: "Непристойное видео?" ---------- Главы 166-94: Пощёчина, которую вы не сможете вынести 2 Джейсон Вуд кивнул, затем подошел к Говарду Джеффри и показал ему на телефоне видео, присланное ему главой газеты. Говард Джеффри мельком взглянул на это. Видео, разумеется, было без звука, но яркие образы действительно шокировали. На видео была пара на большой кровати… Хотя съемка проходила в тускло освещенной комнате, из-за чего кадры были немного размытыми, по фигуре и лицу, которые смутно можно было различить как привлекательные, было ясно, что главным героем был Говард Джеффри, а главной героиней была просто красивая, но совершенно невоспитанная женщина, сотрудничавшая с Говардом Джеффри, и многие ее действия были вульгарными. Говард Джеффри прищурился, сосредоточив взгляд на Ребекке Квентин. Она действительно осмелилась? Это были явно кадры, на которых они запечатлены вместе в Нью-Йорке… Он вспомнил, как в тот вечер только что приехал в Нью-Йорк, испытывая некоторое нетерпение… В ту ночь она была очень сговорчива, и они оба достигли невиданного ранее состояния наслаждения; ее энтузиазм произвел на него самое сильное впечатление, но он и представить себе не мог… Черт возьми, она тайно снимала их на видео во время секса… Благодаря такой четкости изображения его лица, стало очевидно, что камера была установлена ​​у изголовья кровати. Выражение лица Говарда Джеффри внезапно стало суровым, редко проявлявшийся гнев распространился по его телу с холодом, словно в ледяном погребе, и телефон Джейсона Вуда мгновенно разлетелся на куски. Джейсон Вуд не смел произнести ни слова, даже не осмеливался тяжело дышать. Говард Джеффри холодно посмотрел на Ребекку Квентин, но спросил Джейсона Вуда: «Насколько серьезна ситуация?» Джейсон Вуд ответил: «В настоящее время это видео получено каждой газетой в Т-Сити… До завтра невозможно узнать, какая из этих газет его опубликует!» Говард Джеффри потушил сигарету и, как всегда, спокойно и сдержанно произнес: «Вызовите их по одному, я хочу, чтобы все они опровергли эту новость… Предупредите их: если появится хоть один репортаж, который мне не понравится, я закрою эту газету!» Джейсон Вуд испуганно пробормотал: «Да». После ухода Джейсона Вуда Говард Джеффри опасно подошел к Ребекке Квентин, источая леденящую душу ауру. Говард Джеффри по-прежнему холодно смотрел на Ребекку Квентин и обращался к Скайлер Джонс: «Брат, мне кажется, мне нужно поговорить с ней наедине. Не мог бы я попросить тебя выйти на минутку?» Скайлер Джонс, увидев Ребекку Квентин, стоящую позади него под охраной, строго выпалил: «Запрещаю вам прикасаться к ней!!» «Простите, но сейчас я, пожалуй, вас оскорблю». Не успел Говард Джеффри произнести ни слова, как несколько телохранителей силой разняли Скайлер Джонс и Ребекку Квентин. Даже Скайлер Джонс оказался в безвыходном положении на месте Говарда Джеффри. Вскоре Скайлер Джонс была «вызвана» из офиса, и в тихом помещении снова остались только Говард Джеффри и Ребекка Квентин. Ребекка Квентин чувствовала исходящую от Говарда Джеффри неуправляемую, яростную ауру, и хотя сердцем она не испытывала страха, тело инстинктивно хотело отступить. «Кажется, я однажды говорил вам, что, разозлив меня, вы ничем хорошим не добьетесь». Ребекка Квентин улыбнулась: «Неужели? Я также сказала себе: я больше не та Ребекка Квентин, что была четыре года назад!» Темноволосые глаза Говарда Джеффри сузились в линию, он холодно посмотрел на нее и рассмеялся: «Я правда не ожидал, что в отместку ты не будешь возражать против собственной наготы?» Хотя камера ловко не запечатлела ее тело, отчетливо видна ее спина, когда она двигалась над ним… Хотя любой, кто посмотрит видео, посчитает ее одной из девушек, с которыми он встречался за деньги, она обменяла свою наготу на это публичное обнажение. Улыбка Ребекки Квентин стала более саркастичной: «Вы методичны в своих действиях, если бы я лично не попробовал, как бы я смог вас обмануть?» Всего лишь спина, если это могло разрушить его репутацию, почему она должна бояться? Говард Джеффри легонько шлёпнул её по лицу: «Ты действительно думаешь, что такое видео может полностью разрушить мою репутацию?» «Я знаю, вы решаете такие вопросы с изяществом, с уверенностью, несколькими телефонными звонками, возможно, проблема решена… Но, Говард Джеффри, не забывайте, что газет в Т-Сити много, как муравьев, вы можете подавить множество СМИ и газет, но никогда не узнаете, какая газета рискнет всем, чтобы раскрыть такую ​​сенсационную историю о вас…» Говард Джеффри холодно рассмеялся: «Неужели?» Ребекка Квентин подняла голову, спокойно посмотрела на него и насмешливо сказала: «Похоже, вы еще не сталкивались с подобным заговором, не так ли?» Холод во взгляде Говарда Джеффри уже стал опасным, постоянно балансируя на грани взрыва. ---------- Главы 167-94: Пощёчина, которую я не смог вынести (Часть 2) Ребекка Квентин улыбнулась и сказала: «Таким образом, я научилась у вас, Говард Джеффри, строить планы и управлять кризисными ситуациями без паники. Теперь я вам это преподаю. Неприятно, правда?» "Ребекка Квентин!!" «Я заставлю тебя пожалеть о смерти». Гнев Говарда не отражался на его лице. Он всегда оставался спокойным и собранным, даже в этот момент, когда его терпение лопнуло. Слова, которые он произносил, были ровными, словно в них не было и следа гнева. Ребекка передразнила Говарда, прищурилась и бесстрашно посмотрела на него сквозь щели: «Ничто больше не заставит меня желать смерти, если только ты меня не убьешь… Ах да, кстати, не рассчитывай использовать тетю Клэр против меня, потому что два дня назад она уже уехала из Т-Сити. Я использовала твои деньги, чтобы сделать тете Клэр фальшивую личность; ты никогда не сможешь ее найти!» Да, в тот день, перед приездом Говарда в Америку, она пошла искать тетю Клэр… Она рассказала тете Клэр все, что произошло между ней и Говардом. Естественно, тетя Клэр была в ярости, но она остановила ее от разговора с Говардом и лишь попросила тетю Клэр покинуть Т-Сити. Тетя Клэр знала, что хочет вступить с ним в прямую конфронтацию. Тетя Клэр не соглашалась, но после того, как та неоднократно обещала не вступать в прямую конфронтацию с Говардом и обязательно выйдет из ситуации невредимой, тетя Клэр наконец была вынуждена уйти. Говард глубоко рассмеялся: «Хорошо, сохраняй этот настрой. Посмотрим, будешь ли ты через четыре года всё ещё умолять меня о пощаде!» Слова «молите о пощаде» заставили Ребекку вспомнить о его жестокости, с которой он учил ее «послушанию» четыре года назад. Но теперь, когда ничто не могло ее остановить, она бесстрашно посмотрела ему в лицо: «Если только я не умру!» Возможно, именно упрямство Ребекки по-настоящему разозлило Говарда. Впервые Говард поднял руку. Он никогда не прибегал к физической агрессии и не проявлял подобной ярости; даже сталкиваясь с бесчисленными неудачами в карьере, он оставался невозмутимым. Но, столкнувшись с ней, он был по-настоящему спровоцирован; никто никогда не мог заставить его почувствовать себя так. Ребекка наблюдала, как Говард поднял руку, инстинктивно закрывая глаза, ожидая сильной боли, поэтому в тот момент, когда она увидела его поднятую руку, ее глаза уже горели, и слезы были готовы хлынуть. К счастью, закрытые глаза удержали слезы от того, чтобы они потекли. Никто не мог знать, какую горечь и боль она испытывала в этот момент… Были такие прекрасные дни, воспоминания о моментах, проведенных с ним на острове, и нежные слова, которые он когда-то говорил… Когда-то они были такими доверчивыми и влюбленными, а теперь стали врагами… Она мысленно подготовилась к тому, что больше не позволит себе испытывать боль, но его поднятая рука лишила её возможности контролировать свои чувства… Когда она согласилась быть с ним, она и представить себе не могла, что их отношения сложатся так! В тот момент, когда Говард поднял руку, он едва сдерживал свой гнев, но, приложив силу, странное чувство вырвалось из его сердца, вызвав тревогу. Поддавшись сильному сдерживанию, он в конце концов отдернул руку, повернулся и в гневе ушел. Только услышав, как Говард повернулся и ушел, Ребекка медленно открыла глаза. Вспоминая только что произошедшее, ее сердце все еще дрожало от страха, но она была удивлена, что он действительно отдернул руку. Но как бы она ни старалась, ее сердце уже было разбито, избито и истерзано, и больше никогда не могло биться для него. В этот момент сердце Ребекки словно замерло, она ничего не чувствовала, и слезы медленно, но верно текли по ее щекам. Говард холодно вышел из кабинета, отдал приказ телохранителю, прежде чем переступить порог: «Без моего приказа не позволяйте ей покидать это место!» "Да." Сразу после того, как Говард отдал приказ, Скайлер Джонс уже бросилась к нему в коридоре с поднятым кулаком. К счастью, расстроенный Говард тоже не проявил вежливости и, соответственно, ударил Скайлера Джонса. Оба получили различные травмы, но, поскольку оба были рассудительными людьми, они не стали продолжать драку. Скайлер Джонс всё ещё крепко сжимала воротник костюма Говарда: «Я же тебя предупреждала, не причиняй ей вреда!!» Говард оттолкнул Скайлер, поправил воротник и холодно ответил: «Ты так околдована, несмотря на то, что носишь рваный ботинок?» Глаза Скайлер Джонс были полны ужасающих налитых кровью вен, она зловеще смотрела на Говарда, стиснув зубы: «Запрещено тебе так ее описывать!» «Вы забыли, кто она? Она дочь Александра Квентина, его брата. Неужели вы действительно не помните трагедию разрушения нашей семьи?» После последней фразы Говард чуть не взревел. В одно мгновение Скайлер застыла на месте. Ярость, вспыхнувшая в его глазах подобно языку пламени, постепенно утихла; он ударил кулаком по стене рядом с собой. Время словно замерло, давняя ненависть, глубоко укоренившаяся в их сердцах за двадцать лет, в этот момент породила между ними взаимное молчание. Спустя долгое время Скайлер первой нарушила молчание, медленно произнеся: «Я хочу забрать её с собой!» "Невозможный!" «Мне не нужно ваше согласие на то, что я хочу сделать, мистер Джеффри!» — тон Скайлера оставался непривычным. «Если ты обдумал последствия, я не буду вмешиваться, но то, что ты мне обещал, останется невыполненным. До этого никто не сможет отнять её у меня!» «Я хочу увидеть её прямо сейчас!» "Ни за что!" "Ты…" Лицо Скайлера побледнело, вены на руках вздулись. Говард не ответил, но в этот момент зазвонил телефон у него в кармане. Говард достал телефон, взглянул на номер на экране, затем подошел к стеклянным перилам коридора и нажал кнопку ответа: «Мама!» Миссис Джеффри сначала безудержно рыдала, а затем, с трудом выдавив из себя сдавленным голосом, спросила: «Сынок, я только что видела новости из Т-Сити, Скайлер Джонс… Оверски, это действительно твой брат?» Посмотрев на мать, Говард потерял всякое желание, успокоился и тихо ответил: «Да». «Это он виноват в появлении Оверски… всхлипы… Оверски…» Миссис Джеффри снова потеряла контроль над собой: «Я хочу его увидеть, сынок, я хочу увидеть твоего брата…» «Мама, он летит в Нью-Йорк, чтобы встретиться с тобой позже». Миссис Джеффри покачала головой: «Нет, я уже еду в аэропорт, я не могу себя контролировать…» Говард вздохнул: «Хорошо, я позабочусь о том, чтобы кто-нибудь проводил тебя обратно». ---------- Глава 168-95: Нежеланная маленькая жизнь (1) "Хм." Незадолго до того, как Говард Джеффри собирался закончить разговор, миссис Джеффри, казалось, вдруг что-то вспомнила и спросила: «Кстати, разве сегодня не тот день, когда вы с Беккой объявляете о своей помолвке? Где Бекка? Почему я её сегодня не видела?» «Я вам сообщу, когда вы приедете!» "Сын…" «Мама, я тебя люблю». Непринужденно завершив разговор, Говард Джеффри повернулся к стоявшей рядом Скайлер Джонс и спокойно сказал: «Вам не нужно ехать в Нью-Йорк, мама уже прилетела сюда, чтобы повидаться с вами!» «Ребекка Квентин, я никогда тебя не любил. Более того, я не отпущу никого из семьи Квентин! То, что ты довела Александра Квентина до смерти, то, что Кристин Куинн ополчилась против Александра, то, что ты играешь со мной – это только начало…» "Говард Джеффри!!" «Ты бы хотел меня убить, правда?» Он тихонько усмехнулся: «Дурак, ты всё ещё меня любишь!» Ее грудь тяжело вздымалась от волнения, когда она смотрела, как он ярко смеется. «Семья разрушена». Он презрительно посмотрел на неё: «Неразрешенные обиды предыдущего поколения, на которые тебе наплевать, — это тени, от которых я никогда не смогу избавиться. Если бы время могло повернуть вспять, я бы очень хотел вернуть тебя на двадцать лет назад, когда ты была словно цветок, выращенный в теплице, окруженная безграничной отцовской любовью и привилегированной семьей, в то время как мой прежний дом, самый счастливый дом в мире… был так легко разрушен. Ты бы видела, как моя мать узнала об измене отца, ужасную сцену, когда она перерезала себе вены; если бы не двое её детей, её бы уже не было в этом мире… В тот год мне было всего десять, отец, который любил меня больше всего, и брат, которого я больше всего уважал, исчез из моего мира в одно мгновение… Чтобы оплатить моё образование, моя мать работала на трёх работах в день, я никогда не забуду, как её белые, красивые руки ужасно деформировались от мытья посуды в ресторанах… С того момента я поклялся, что разрушу семью Квентин, даже если Вивиан Линдси «Я не умру, я не позволю ей умереть достойно… Мой отец, которого я с детства и до зрелости считал самым выдающимся и элегантным человеком в мире, был вынужден предать свою семью из-за коварного замысла и искушения этой грязной женщины, но он не заслуживал смерти; у Александра Квентина не было причин лишать себя жизни…» Его искаженное выражение лица заставило ее сердце содрогнуться от страха, и она инстинктивно попыталась вырваться, но он силой схватил ее. С такой силой, что он раздробил ей запястье, схватил ее и насмешливо сказал: «Ребекка Квентин, теперь ты понимаешь, почему я ненавижу? Ты понимаешь, как сильно я ненавижу?» Его опасное дыхание коснулось её лица; она почувствовала страх и отчаяние, которых никогда прежде не знала: «Отпусти меня!» Он мрачно рассмеялся: «Отпустить? Нет, как я могу тебя отпустить? Я хочу тебя, ты забыл?» "Отпустить…" «Я знаю, ты всегда хотел спросить меня, переживала ли я когда-нибудь из-за ребенка, которого мы потеряли, и я рада сказать тебе, что нет! Если бы не этот ребенок, который смог спасти дочь моего брата, я бы вообще не оставила его себе. Родить ребенка для меня — ты никогда не будешь достоин этого!» Она застыла на месте, жестокая правда, которую он выплюнул, пронзила ее сердце, словно острый меч, глаза ее затуманились, и мир внезапно перевернулся перед ее глазами. «Если бы твой отец знал о твоем нынешнем жалком состоянии, он бы, наверное, выпрыгнул из-под земли… к сожалению, он больше не может тебе помочь». Она медленно и хрипло произнесла: «Я никогда тебя не прощу…» Он расхохотался и ответил: «Ты всё ещё такая наивная, зачем мне твоё прощение? Тебе лучше самой искать своё счастье, надеюсь, в будущем ты будешь жить хорошо!» Она стояла перед ним, и внезапно воцарилась холодная, как мертвая тишина. Внезапно из ее запястья хлынула кровь, капля за каплей стекая по тонким кончикам пальцев на мягкий шерстяной ковер, а ее бледный вид напоминал бездушного призрака, до ужаса пугающего. Раньше он никогда не чувствовал давления в груди, но теперь ему казалось, что он не может дышать, а её неожиданная смерть необъяснимо повергла его в отчаяние… Вскоре после этого она рухнула на пол, и комната наполнилась струйками крови, сочящимися из ее изрезанных запястий… Он бросился к ней, но так и не догнал, она просто упала на землю… Он взревел, нет… Он не хотел… он не хотел этого… Бекка… не делай этого… Нет… "Бекка!!" Кошмар разбудил его с первого взгляда. ---------- Главы 169-95: Нежеланная маленькая жизнь 1_2 Ночь была глубокой, и за окном от пола до потолка городской шум исчез. В такой обстановке он мог так отчетливо слышать свое учащенное сердцебиение. Но это был всего лишь сон; реальность оставалась реальностью и не могла быть изменена снами. Словно пытаясь развеять страх, он включил прикроватную лампу и обнаружил, что его лоб покрыт тонким слоем пота. Немного растерянный, он повернул голову, чтобы посмотреть на место рядом с собой, где, как ему показалось, все еще ощущался ее слабый аромат. Когда она спала, она всегда валялась, как маленькая кошка. Он привык держать ее на руках, прижимать к себе, позволяя ей уютно устроиться в его объятиях, словно котенок. Он оделся, встал с постели и подошёл к окну от пола до потолка. Он достал сигарету, склонил голову, и одним движением синее пламя зажигалки осветило его точеные черты лица. Сигарета у его тонких губ загорелась, и, медленно выдохнув прозрачный пар, он отбросил зажигалку в сторону и повернулся, чтобы выйти из гостиничного номера. Автомобиль мчался по умеренно оживленным ночным улицам, поднимая облако пыли. Всего через несколько минут он вышел из лифта, предназначенного исключительно для генерального директора. Охранники, дремавшие у кабинета генерального директора, явно не ожидали появления босса в такое время, и, мгновенно выпрямившись и приняв настороженный вид, тут же погрузились в бдительность. Он холодно спросил: «Где она?» «Внутри тихо; мисс Квентин должна спать», — сказал телохранитель, осторожно открывая ему дверь кабинета. Он подал знак своим людям отступить, а затем вошел внутрь. Он не включил свет, поэтому сначала не увидел ее, пока свет из-за окна от пола до потолка не упал на маленькую фигурку, свернувшуюся калачиком в углу стены, слабо освещая ее лицо. В этот момент она выглядела неуверенной даже во сне, держась за грудь и прислонившись к стене. Даже во сне ее тело дрожало, было очевидно, что она плохо спит. Он не подошел, а молча смотрел на нее в тусклом свете. В его сознании мелькнули образы ее, падающей в лужу крови. Вид ее, теперь спокойно отдыхающей в углу, хотя и по-прежнему вызывающей жалость, рассеял удушающее чувство, которое его душило. Он почувствовал, будто вздохнул с облегчением. Обернувшись, он вышел из кабинета. Когда он уже собирался покинуть «Скайтоп», один из охранников сказал: «Босс, ужин, который вчера прислали мисс Квентин, она не тронула и кусочка». «Пропуск одного приема пищи не уморит ее голодом». С этими словами Говард Джеффри ушёл. Когда небо начало светлеть, Ребекка Квентин медленно проснулась. Почти по привычке она повернулась на бок, сонно толкнув себя в сторону: «Вставай скорее, ты опоздаешь… Не ленись и не прогуливай работу снова, поторопись!» Как только она заговорила, то тут же полностью проснулась. Осознав, что она только что приняла стену рядом с собой за него, она медленно отдернула руку. Ее сердце внезапно опустело, наполнилось разочарованием, печалью и неописуемой болью при возвращении к реальности. Словно измученная, она откинула голову на спинку кресла, позволяя холоду стены проникнуть в ее сердце. Она не была уверена, не показалось ли ей, но всё ещё смутно ощущала его присутствие в офисе, словно он там был. Однако его присутствие больше не приносило ей радости или тоски, а лишь жгучую боль удушья, словно разорванную дыру в сердце. Когда солнечный свет хлынул в кабинет, она прислонилась к стене, медленно выпрямляя тело, онемевшее за ночь. Ее тело и разум были охвачены невиданной усталостью, и ей казалось, что она может в любой момент рухнуть, но она не позволила этому случиться. Она сказала себе, что даже если не выдержит, не упадет перед ним. Войдя в офисный туалет, она умыла свое бледное, обескровленное лицо холодной водой. Вглядываясь в своё безжизненное отражение в зеркале, она заставила себя выпрямиться, широко раскрыв глаза, и только убедившись, что больше не выглядит такой подавленной, вышла из туалета. «Я хочу выйти!» Перед дверью офиса она холодно сказала двум телохранителям, стоявшим снаружи. «Извините, мисс Квентин, без распоряжения генерального директора мы не можем отпустить вас». Ребекка Квентин недовольно нахмурилась: «Он не имеет права меня задерживать!» Телохранитель ответил тем же тремя словами: «Извините». Разъяренная Ребекка Квентин пнула охранника, преграждавшего ей путь, и, повышая голос, заявила: «Если вы меня не выпустите, я устрою здесь скандал, пока все в Скайтопе не узнают!» «Мисс Квентин, пожалуйста, успокойтесь; генеральный директор скоро прибудет», — беспомощно сказал телохранитель, не зная, как поступить с Ребеккой Квентин, зная о её связи с Говардом Джеффри. Понимая, что выплескивать свой гнев на охранников бесполезно, поскольку они лишь выполняли приказы Говарда Джеффри, Ребекка Квентин уступила, умоляя: «Тогда одолжи мне свой телефон; я хочу позвонить!» Она верила, что Скайлер Джонс ей поможет! «Извините, генеральный директор не разрешает вам ни с кем связываться». «Кем он себя возомнил, богом, который управляет миром?» — с раздражением парировала Ребекка Квентин. «Впечатляюще! Провела всю ночь взаперти, ты познала беспомощность, но твоя гордость и непокорность ничуть не уменьшились!» — раздался голос из угла коридора, когда приблизился Говард Джеффри, окутанный зловещим холодом, с ухмылкой на губах. — «Я думал, ты не переживешь эту ночь!» После ночи отсутствия в его словах по-прежнему звучал тот же ледяной сарказм. Он казался спокойным и равнодушным к ее разочарованию и тревоге. Ребекка Квентин холодно посмотрела на него, когда он вошел в кабинет: «Вы не имеете права сажать меня в тюрьму!» Говард Джеффри сел за стол, даже не поднимая на нее глаз, и нажал на кнопку домашнего телефона: «Секретарь Сесили, войдите!» Столкнувшись с пренебрежительным отношением Говарда Джеффри, Ребекка Квентин в гневе направилась к нему, сметая все бумаги с его стола на пол. Говард Джеффри лениво откинулся в кресле и улыбнулся: «С таким хрупким характером ты думаешь, что можешь мне отомстить?» «Я хочу отсюда уйти!» "Невозможный!" Ребекка Квентин стиснула зубы: «На каком основании?» «Только потому, что ты дочь Александра Квентина, и пока я не решу тебя отпустить, ты не уйдешь!» "Говард Джеффри!!" Раздраженный Говард Джеффри сделал жест, и двое телохранителей у двери тут же оттащили Ребекку Квентин в сторону. "Ты ублюдок!" Ребекка Квентин без умолку ругалась, заставляя вошедшую в кабинет секретаршу Сесили задуматься, не попала ли она не по адресу. Но, проработав с Говардом Джеффри много лет, секретарь Сесили выработала негласное соглашение не вмешиваться в его личные дела, поэтому, увидев Ребекку Квентин, она повела себя так, будто ничего не произошло, подошла прямо к Говарду Джеффри и уважительно спросила: «Генеральный директор, у вас есть какие-либо распоряжения?» ---------- Главы 170-96: Нежеланная маленькая жизнь 2 «Отмените все запланированные на сегодня мероприятия, совещание проведет заместитель генерального директора Палмер». "Да." Секретарша как раз ушла, и тут случайно вошел Джейсон Вуд с улицы. Увидев Ребекку Квентин, Джейсон Вуд отреагировал так же, как и Лиза Сесили, лишь сообщив о ситуации Говарду Джеффри. «Босс, вчерашний инцидент в итоге удалось замять, но некоторые газеты рискуют. К счастью, у этих газет не большой тираж, и даже если они распространят информацию на улицах, люди не будут им полностью доверять». Последствия ощутимы, но проблема решена. "Хм." Ребекка Квентин, которая уже слышала их разговор, затаила в себе обиду. Она действительно недооценила эти газеты; опасаясь Говарда Джеффри, они скрывают такие новости, новости, которые могли бы возродить почти обанкротившуюся газету. Говард Джеффри, естественно, заметив недовольное выражение лица Ребекки Квентин, невольно скривил губы. Джейсон Вуд продолжил: «Президент, Ройе уже забрал мадам, она сейчас отдыхает в отеле». "Хм." В этот момент Говард Джеффри встал, перестав обращать внимание на Ребекку Квентин в офисе, и вышел прямо наружу. Ребекка Квентин хотела догнать его, но ее остановили телохранители в офисе. Беспомощно и сердито сидя на диване в офисе, Ребекка Квентин вспомнила, как Джейсон Вуд упомянул «мадам». Тётя приехала в Т-Сити? Хотя она и знает, что миссис Джеффри, возможно, приехала из-за Скайлер Джонс, ей становится грустно, потому что приезд миссис Джеффри также означает, что она станет свидетельницей ухудшения отношений с Говардом Джеффри… Отель. "Мама!" Миссис Джеффри, стоявшая у окна гостиницы, с нетерпением обернулась, услышав зов Говарда Джеффри, и схватила его: «Сынок, где твой брат?» Говард Джеффри нахмурился: «Вы проделали долгий путь, вам следует отдохнуть в отеле». Миссис Джеффри энергично покачала головой: «Нет, я хочу увидеть Оверски… Хоуи, отведи меня повидаться с братом, мама скучает по брату…» Когда Говард был маленьким, миссис Джеффри всегда называла его «Хоуи», но после того, как он вырос, она редко использовала это имя. Теперь, когда она его использует, она явно вспоминает сцены из их братского детства. «Мама, сядь сначала и послушай меня». Миссис Джеффри послушно села на диван и произнесла: «Хм». Говард Джеффри спокойно заявил: «Вчера вечером брат еще был в Т-Сити, но сегодня утром, когда я отправил кого-то в его отель, чтобы найти его, его уже не было… Я пытался связаться с ним разными способами, но не смог. Думаю, он еще не полностью готов встретиться с вами». Миссис Джеффри, ошеломленная, сидела на диване, ее надежда в глазах мгновенно сменилась тусклым разочарованием. Ее глаза снова покраснели, и она с грустью произнесла: «Ваш брат до сих пор отказывается меня видеть… Прошло уже больше двадцати лет, а он все еще не прощает маму…» Говард Джеффри присел на корточки перед миссис Джеффри и покачал головой: «Мама, ты же знаешь, прошло уже больше двадцати лет. Ему нелегко убедить себя признать тебя, пожалуйста, дай ему еще времени». «Мама готова ждать, даже если он позвонит маме только перед смертью, мама готова… Но мама очень боится, что он никогда не захочет признать меня при жизни…» «Он не убежит, мама. Брат избегает тебя, потому что в глубине души до сих пор обижен на тебя за то, что ты не выбрала его тогда. Если бы ему действительно было на тебя наплевать, он бы сейчас не убегал», — мягко утешал Говард Джеффри. Миссис Джеффри схватила Говарда Джеффри за руку и с тревогой спросила: «Сынок, ты что, совсем не можешь дозвониться до брата?» Говард Джеффри неохотно ответил: «Думаю, он просто временно избегает вас, скоро вернется, чтобы увидеться». Миссис Джеффри, взволнованная разочарованием, сказала: «Нет, этого не произойдет, он, должно быть, никогда в жизни не захочет меня видеть, я…» Говард Джеффри перебил свою мать: «Обещаю тебе, он скоро вернется, в Т-Сити, он обязательно приедет тебя навестить». Миссис Джеффри спросила: «Я знаю характер вашего брата, он такой же упрямый, как ваш отец, если уж принял решение, то уже не отступит. Я очень волнуюсь…» Говард Джеффри неторопливо улыбнулся: «Мама, когда я вообще нарушал данное тебе обещание?» Миссис Джеффри, слишком сильно переживая, не решалась легко поверить, но в её голосе не скрывалось предвкушение: «Неужели? Оверскей действительно придёт ко мне?» «Уверяю вас». С самого детства и до зрелости Говард Джеффри никогда не подводил миссис Джеффри, поэтому в этот момент у нее больше не было никаких опасений, и она твердо решила поверить в обещание, данное ей сыном. Увидев, что настроение миссис Джеффри немного успокоилось, Говард Джеффри с заботой предложил: «Мама, если ты не хочешь спать, может, я отведу тебя куда-нибудь поесть?» ---------- Главы 171-96: Нежеланная маленькая жизнь 2_2 Миссис Джеффри кивнула: «Хорошо, я тоже не видела Бекку уже несколько дней, давайте пригласим и Бекку… э-э, где она?» В этот момент Говард Джеффри встал, подошел к окну от пола до потолка и бесстрастно сказал: «Мама, мне нужно тебе кое-что сказать». Миссис Джеффри последовала за ней и встала: «Хм?» «С этого момента мы с Ребеккой Квентин не можем пожениться, она больше не появится в нашем мире». Услышав заявление Говарда Джеффри, миссис Джеффри была в шоке. Она поспешила к Говарду и с тревогой спросила: «Сынок, зачем ты такое говоришь? Ты поссорился с Беккой? Да, ссоры между молодыми людьми — это нормально, но ты не должен говорить такие серьезные вещи в гневе. Бекка такая хорошая девочка, я обещала не позволять тебе издеваться над ней, ты не должен причинять ей боль! Если ты влюбляешься в кого-то другого, я этого не допущу!» Говард Джеффри вгляделся вдаль и вдруг низким голосом воскликнул: «Мама…» Миссис Джеффри внимательно слушала. «Она дочь Вивиан Линдси». Практически мгновенно все любящие и нежные выражения исчезли с величественной осанки миссис Джеффри. Ее лицо побледнело, словно пораженное молнией в ясный день, и она слегка покачнулась, едва не потеряв равновесие. Час спустя, в компании "Skytop". Ребекка Квентин сидела у окна, задумчиво глядя на бескрайние просторы за стеклом. «Старушка миссис Джеффри». Уважительный голос телохранителей вывел ее из задумчивости, и она машинально повернула голову, увидев миссис Джеффри в дверях. Ребекка Квентин встала со стула и посмотрела на миссис Джеффри. Миссис Джеффри долго стояла у двери, ее обычный любящий взгляд теперь был прикован к Ребекке Квентин, словно она хотела что-то сказать, но не решалась встретиться с ней лицом к лицу. Наконец, миссис Джеффри подошла к Ребекке Квентин. Даже после ссоры с Говардом Джеффри и, возможно, отсутствия каких-либо дальнейших связей с семьей Джеффри, Ребекка Квентин по-прежнему проявляла уважение к миссис Джеффри, которая всегда была к ней доброй и пожилой женщиной. Воспитание, заложенное в её крови, заставило Ребекку Квентин вежливо позвать: «Тётя». Выражение лица миссис Джеффри уже не было прежним мягким. Она заговорила с оттенком отстраненности: «Мисс Квентин, я думаю, будет лучше, если мы останемся чужими друг другу в будущем. Пожалуйста, обращайтесь ко мне как к старой миссис Джеффри!» Незнакомое имя «мисс Квентин» уже дало Ребекке Квентин понять, что миссис Джеффри узнала о её личности от Говарда Джеффри… Несмотря на невыносимую боль и горечь в сердце, Ребекка Квентин лишь слегка прикусила губу и изменила обращение: «Старушка миссис Джеффри!» «Прошу прощения за то, что говорю с вами с таким волнением, но, пожалуйста, поверьте, что я не хотел причинить вам вреда, просто я не могу принять вашу идентичность». Ребекка Квентин медленно опустила взгляд, не произнеся ни слова. «Говард уже рассказал мне о ваших отношениях. Я должна извиниться перед вами… потому что я не понимала своего сына, что косвенно привело к тому, что он причинил вам боль, и именно моя ошибка как матери заставила сына излить на вас свою ненависть из-за прошлых обид. Но я надеюсь, вы сможете простить нашу семью. У моего сына было трудное детство, когда я развелась с его отцом, ваша биологическая мать подстрекала его не давать нам ни копейки на содержание, из-за чего моему сыну пришлось пережить трудности со мной, пока он не достиг совершеннолетия. Вот почему он сегодня добился таких успехов и ценит меня как свою мать». Острая горечь подступила к носу. Ребекке Квентин хотелось что-то сказать, но она понимала, что все ее слова будут бессмысленны и не изменят исхода, поэтому она предпочла внимательно выслушать и промолчать. «Однако, будьте уверены, я знаю, что вы — это вы, и ваша мать — это ваша мать. Я не позволю своему сыну снова причинить вам боль, и за то, что он сделал, я торжественно приношу вам свои извинения…» Ребекка Квентин глубоко вздохнула, пытаясь подавить удушье в горле. «Я искренне сожалею, что не сдержал своего обещания, но нынешняя ситуация действительно нанесла мне тяжелый удар. Бекка, ты хорошая девочка, и ты обязательно встретишь кого-нибудь лучше, чем мой сын, в будущем. Кроме того, если ты чувствуешь себя обиженной после всех этих лет, единственная компенсация, которую я могу предложить, — это денежная, надеюсь, ты ее примешь». С этими словами миссис Джеффри достала из сумки чек и вручила его Ребекке Квентин. Краем глаза она заметила множество нулей на чеке, очевидно, немалую сумму, но Ребекка Квентин не стала смотреть на него прямо. Вместо этого, сделав глубокий вдох, она медленно произнесла: «Старушка миссис Джеффри, использовать деньги в качестве компенсации — это оскорбление человека. Я никогда не была с Говардом Джеффри из-за денег, поэтому я не приму эти деньги. Что касается извинений, то они совершенно излишни, я вас понимаю, и я уже слышала от вас эту историю раньше. С вашей точки зрения, я вам сочувствую, но прошлые обиды предыдущего поколения и вопросы добра и зла никогда меня не волновали. Но поскольку это уже существующие факты, я ничем не могу вас утешить. Я просто надеюсь, что вы, старая миссис Джеффри, сможете отпустить это прошлое в будущем и обрести мир в своем сердце, чтобы вы могли по-настоящему быть счастливой». Миссис Джеффри сказала: «Я постараюсь сделать все возможное». Большинство людей понимают здравый смысл, но кто способен рационально преодолеть барьер, существующий в сердце? Ребекка Квентин больше ничего не сказала. В наступившей тишине миссис Джеффри снова заговорила: «Я не знаю, изменю ли я свое мнение в будущем, но, пожалуйста, поймите мои нынешние чувства, я не могу принять дочь Вивиан Линдси в качестве своей невестки, поэтому…» Ребекка Квентин улыбнулась и перебила миссис Джеффри: «Не волнуйтесь, даже в прошлом я никогда не думала о том, чтобы быть с Говардом Джеффри, это Говард…» Горечь подступила к горлу Ребекки Квентин, она больше не могла её сдерживать и выдавила: «Если бы он смог отпустить прошлое, я думаю, между нами никогда бы не было никаких связей, и я бы, конечно, не стала его беспокоить». «Хорошо, я благословлю твое будущее». Ребекка Квентин крепко зажмурила глаза, сдерживая слезы, которые подступали к глазам. «Прощай, Бекка». Миссис Джеффри повернулась, чтобы уйти. «Старушка миссис Джеффри, пожалуйста, подождите минутку». Миссис Джеффри остановилась и повернулась назад. Ребекка Квентин подошла, посмотрела на миссис Джеффри, слезы на ее глазах только что тихо вытерлись, и она тихо сказала: «Кольцо, которое вы подарили мне в Нью-Йорке, я оставила на прикроватной тумбочке в номере отеля, где остановился Говард». Миссис Джеффри ничего не сказала, лишь кивнула: «Хорошо». "До свидания." Миссис Джеффри добавила: «Сегодня вечером кто-то приедет, чтобы отвезти вас в отель, возможно, вам придётся пожить там несколько дней… потому что Оверски не знает, где он сейчас находится. Говард Джеффри сказал, что только с вами здесь Оверски сможет меня навестить. Я очень хочу встретиться с сыном, с которым я разлучена более двадцати лет, надеюсь, вы сможете исполнить моё желание». Миссис Джеффри говорила с такой вежливостью, но разве у нее был другой выбор? ---------- Главы 172–97: Нежеланная маленькая жизнь 3 Никто из них не ожидал, что Скайлер Джонс вот так исчезнет на целый месяц. Время тянулось бесконечно, и это выводило Ребекку Квентин из себя, но что она могла сделать? Она просто не могла уйти, потому что люди Джеффри постоянно дежурили прямо у ее гостиничного номера. Хотя они и не вмешивались в ее личную жизнь, пока она находилась внутри, она могла выйти на прогулку, но люди Джеффри следовали за ней по пятам, как за заключенной. Однако такой образ жизни нельзя было считать плохим по сравнению с теми четырьмя годами скитаний с места на место; еда, питье и кров теперь были настоящей роскошью. Однако реальность всегда преподносит жестокие сюрпризы... В то утро, когда Ребекка встала и закончила приводить себя в порядок, ее внезапно охватила тошнота. Ее охватила неукротимая тошнота, она схватилась за грудь и начала рвать над унитазом. Тошнота так сильно взбалтывала ей желудок, что в итоге она вырвала желчь. После этого она несколько раз прополоскала рот, но во время последнего полоскания внезапно подняла взгляд и безучастно уставилась на себя в зеркало, и в ее голове вспыхнула тревожная и ужасающая мысль. Нет... Наверное, она сама себя пугает, этого не может быть... Несмотря на то, что она утешала себя таким образом, в её сердце царил хаос. Чашка даже выскользнула из её руки. Через несколько минут она завернулась в одеяло и села у кровати, энергично качая головой. Это невозможно, этого не может быть... Он был так осторожен, а она еще осторожнее, это просто не могло быть... Однако в тот момент Ребекка вспомнила их последнюю встречу... Это произошло в ванной; она помнила, что в ту ночь он не принял никаких мер предосторожности. Часто он этого не делал, но обычно он брал ее с собой в ванну, чтобы она немного понежилась. Однако та ночь была другой; она была в плохом настроении, не рассматривала возможность беременности и хотела лишь избавиться от него. Обычно, даже если они не принимали ванну ночью, он находил повод понежиться с ней на следующий день. Но на следующий день он этого не сделал. Она привыкла к его осторожности, и из-за своего настроения не задумывалась об этом, поэтому закрыла на это глаза, никогда не думала об этом… Нет, она по-прежнему отказывалась верить в такую ​​возможность, хотя менструальный цикл так и не начался, он был нерегулярным после выкидыша четыре года назад, так что это не было оправданием. Она считала, что это просто что-то, что она съела накануне вечером, и надеялась, что завтра все будет в порядке. Кто бы мог подумать, что всё обстоит не так оптимистично, как представляла себе Ребекка Квентин, ведь она снова почувствовала себя плохо днем ​​и вечером, у неё не покидало чувство стеснения в груди, и её часто тошнило... Это чувство зловеще напомнило ей то, что было четыре года назад, когда она была беременна... Из-за нескольких дней ненормального самочувствия она больше не могла себя утешать, но, не имея предварительного подтверждения, не хотела бояться напрасно. Поэтому на четвертый день ненормального самочувствия она рано утром покинула отель. Телохранители, разумеется, следовали за ней. Увидев, что она делает покупки в круглосуточном магазине, они благоразумно остановились у входа, не обращая внимания на то, что она покупает. Она купила в магазине несколько тестов на беременность, затем приобрела много закусок и использовала их, чтобы прикрыть тесты на кассе. Телохранители, естественно, не знали, что она купила, и ничего не заподозрили. Вернувшись в отель, она нервно вошла в ванную комнату. Были использованы все тесты на беременность, и они единогласно показали результат: две четкие полоски, указывающие на беременность. Она просто не могла поверить в такой результат, предполагая, что он неверен, но приступы тошноты, продолжавшиеся всю ночь, не давали ей уснуть. Наконец, она решила, что должна найти способ попасть в больницу на обследование. Поход в больницу, безусловно, вызвал бы подозрения у телохранителей, и, учитывая их тщательное наблюдение, они наверняка доложили бы им о каждом её шаге. Единственным способом попасть в больницу, казалось, было бы вернуть себе свободу... На шестой день плохого самочувствия Ребекка Квентин наконец решила отправиться в Скайтоп. Ей нужно было увидеться с Джеффри, потому что она хотела знать, когда сможет уйти, и она не могла быть скована им вечно. Несколько телохранителей, казалось, были удивлены ее решением посетить Скайтоп, поэтому они сообщили об этом своему боссу, Джейсону Вуду, который появился перед ней еще до того, как она вошла в лифт, ведущий на этаж с кабинетами президента. ---------- Главы 173-97: Нежеланная маленькая жизнь 3_2 В этот момент Джейсон Вуд преградил ей путь к лифту, «мисс Квентин». Ребекка Квентин спокойно сказала: «Я хочу увидеть Говарда Джеффри». «Начальник на совещании». «Я могу подождать его». Джейсон Вуд замялся: «Но босс не хочет тебя видеть». Ребекка Квентин на секунду замерла. Джейсон Вуд понял, что его слова, возможно, были неуместны, и быстро изменил тон: «Начальник слишком занят, чтобы вас видеть, он занят множеством дел. Мистера Джонса нигде нет, а проект строительства правительственной бизнес-башни подходит к концу, и всем этим он занимается один». «Я не буду отнимать у него много времени. Если вы меня не отпустите, и если я когда-нибудь помирюсь с Говардом Джеффри, я позабочусь о том, чтобы он уволил вас первым». Ребекка Квентин точно передала тревогу, царившую в сердце Джейсона Вуда. Джейсон Вуд знал, что Ребекка Квентин просто пыталась его запугать; шансы на её примирение с Говардом Джеффри были крайне малы. Однако кто может предсказать, что происходит в сердечных делах? Что, если этот день действительно настанет… Задумавшись об этом, Джейсон Вуд медленно отошёл в сторону. Ребекка Квентин вошла в лифт одна. Когда двери лифта закрылись, она достала из сумки лайм и вдохнула его аромат, надеясь, что освежающий запах поможет ей перенести дискомфорт в течение часа-двух. Затем она вышла из лифта и направилась прямо в кабинет Говарда Джеффри. И действительно, он был на совещании, и в офисе находился только его помощник. Его ассистентка, очевидно, была не столь проницательна, как его секретарь. Увидев её, он, как и прежде, с готовностью приготовил для неё чашку кофе и с нетерпением сообщил, сколько ещё продлится встреча. Она не решалась есть, опасаясь, что запах лимона в ноздрях рассеется. Поблагодарив продавщицу, она отставила кофе в сторону. Она не знала, сколько времени прошло, когда услышала шаги, доносившиеся из коридора. По всей видимости, несколько человек направлялись в кабинет президента, и она могла быть уверена, что он был среди них, поскольку смутно слышала голоса, обращавшиеся к нему. «Уважаемый президент, что касается проекта «Нормандия», французское правительство предоставило нам год, так что у нас достаточно времени для проектирования и планирования. Текущая проблема заключается в…» Несколько руководителей вошли вслед за Говардом Джеффри, первоначально обсуждая вопросы проекта. Однако они прекратили разговор, когда внезапно увидели Ребекку Квентин. Говард Джеффри, очевидно, не ожидал увидеть там Ребекку Квентин. Когда Джейсон Вуд вошел снаружи, чтобы объяснить присутствие Ребекки Квентин, Говард Джеффри махнул рукой, давая всем знак разойтись. Таким образом, всего за полминуты в просторном офисе остались только Говард Джеффри и Ребекка Квентин. Прошло больше месяца с тех пор, как они виделись в последний раз, но на лицах обоих не было ничего, кроме отвращения и презрения. Говард Джеффри бросил документ, который держал в руке, на стол и спросил: «Что вы здесь делаете?» Ребекка Квентин равнодушно ответила: «Я просто хочу спросить, как долго вы намерены держать меня взаперти?» «Вам никто не говорил, что Скайлер Джонс до сих пор не появился?» «Ваши семейные дела меня не касаются!» Говард Джеффри сел за свой стол, открыл документ и, не поднимая глаз, ответил: «Я не заинтересован в разговоре с вами. Уходите!» Его голос был холодным и решительным, выдавая его глубокое презрение к ней. Несмотря на общее презрение, Ребекка Квентин спокойно спросила: «Если я смогу привести сюда Скайлер Джонс, вы меня отпустите?» Говард Джеффри холодно ответил: «Сделай это, и мы посмотрим». «Помни, что ты сказал!» Она ушла, произнеся эти слова. Если бы Ребекка Квентин действительно была уверена в своей способности привести сюда Скайлер Джонс, она бы сделала это давным-давно, когда Говард Джеффри использовал этот повод, чтобы заключить её в тюрьму. В действительности же она не была уверена; она просто хотела проверить отношение Говарда Джеффри, чтобы увидеть, есть ли у неё ещё шанс уйти. Теперь стало ясно, что Говард Джеффри остаётся непреклонен и ни за что не отпустит её в данный момент. Поэтому единственный способ вернуть себе свободу — это как можно скорее связаться со Скайлер Джонс… Состояние её здоровья уже вызывало у неё тревогу. Она больше не могла позволить себе откладывать дела на потом и терпеть постоянный стресс, вызванный страхом. Это был поистине момент отчаяния, сменившийся находчивостью; она вдруг вспомнила адрес электронной почты, который ей дал Скайлер Джонс, когда она работала на него. Он упомянул, что если ей когда-нибудь понадобится его помощь, она может связаться с ним по этому адресу, и она сохранила его в своем телефоне еще тогда… Ребекка Квентин, решив попробовать, отправила Скайлер Джонс сообщение на электронную почту: «Ты можешь вернуться?» После дня ожидания она так и не получила ответа от Скайлера Джонса. Но она не теряла надежды; на следующий день она отправила еще одно сообщение: «Мне может понадобиться твоя помощь!» Прошёл ещё один день, а он так и не ответил. Она начала терять надежду, но всё же не сдалась и отправила ещё одно сообщение: «Жду твоего возвращения!» Ребекка Квентин не питала особых надежд, но кто бы мог подумать, что на следующий день после отправки третьего сообщения Скайлер Джонс действительно вернется. Она увидела его в отеле, когда спустилась вниз поесть, потому что проголодалась. Скайлер Джонс сидел у окна, держа в руке зажженную сигарету. Тонкий дым окутывал его привлекательную фигуру. В тот момент царило неописуемое спокойствие. Оглядываясь назад, она поняла, что он, должно быть, специально оставил весь этаж пустым, потому что, казалось, кроме него и нее там никого не было. Она подошла к нему. Он потушил сигарету, и их взгляды встретились. Затем она села напротив него и первой произнесла: «Спасибо». Она знала, что он вернулся за ней; он не ответил ей, но сразу же принял меры. Он тихо сказал: «Разве я тебе раньше не говорил? Нам не нужно говорить об этом между собой». Она сменила тему: «Вы, наверное, уже знаете, почему я прошу вашей помощи». «Прости, что пропал на месяц и доставил тебе неприятности, но я уверен, что Говард Джеффри больше тебе не навредит». С его присутствием младший брат не посмеет действовать опрометчиво. «Мистер Джонс, я знаю, чего вы избегаете, но в тот день я разговаривал со старой миссис Джеффри. Я чувствую, что она искренне жаждет увидеть вас и узнать. Однажды она сказала мне, что у нее были свои причины оттолкнуть вас тогда. Я думаю, вы также понимаете, что самое непростительное для вас — это то, что ваша мать выбрала Говарда Джеффри, а не вас. На самом деле, если бы вы поставили себя на ее место, вы оба хотели бы поехать с матерью. Даже если бы она выбрала вас, сегодня это Говард Джеффри обижался бы на нее, и были бы вы счастливее, чем сейчас? Вероятно, нет. Просто посмотрите на Говарда Джеффри сейчас, все эти годы он приложил столько усилий, чтобы найти вас…» ---------- Главы 174-98: Нежеланная маленькая жизнь 4 Он пристально посмотрел на неё и медленно произнёс: «В моём сердце завязался узел, который не развязывается уже более двадцати лет — убедить меня несколькими словами невозможно, но ради тебя я пойду к ней». Она подняла взгляд и встретилась с его нежными глазами: «Мистер Джонс, я дочь Александра Квентина, вы забыли?» Он слабо улыбнулся: «Я не забыл, но отомстить тебе я не могу». Ни одна женщина никогда не привносила в его жизнь тепло, подобное солнечному свету, но она могла… Изначально он хотел узнать, не испытывает ли Говард Джеффри к ней ещё каких-то чувств, а также потому, что она была дочерью Александра Квентина, его второй целью для мести. Но с тех пор, как четыре года назад он впервые увидел её без сознания на заброшенной фабрике, он потерял себя. Он думал, что сможет забыть обо всём за эти четыре года, но в конечном итоге не смог подавить желание отправиться в Т-Сити и встретиться с ней. Она была словно чистый источник, омывший его жизнь, очистивший его некогда мутную душу, и он желал лишь, чтобы этот источник теперь тек только для неё. Он пытался забыть её, пытался восстановить свою истинную сущность через Кристин Куинн, но так и не смог стереть её из своей памяти. Из всех женщин на свете он хотел именно её, и только её, независимо от того, любила она его или нет. Она задумалась, почему эти слова ей никто другой не сказал… Увидев, что она долго молчит, он спросил: "О чём ты думаешь?" Она очнулась от своих мыслей, покачала головой и сказала: «Ничего, я голодна, я хочу есть». «Я сделаю для тебя заказ». Он махнул рукой, чтобы позвать официантку, но просить ее не нужно было, он уже заказал для нее еду. Что бы ей ни нравилось или не нравилось, что бы она ему ни говорила, он всегда хранил это в своем сердце. Он всегда проявлял к ней такую ​​заботу и привязанность; это и есть настоящее проявление любви. А что касается другой женщины, она знала его шесть лет, была замужем два года, они бесчисленное количество раз виделись днем ​​и ночью, но он ни разу не сделал для нее ни одной трогательной или заботливой вещи. Сейчас, вспоминая, я понимаю, что он ее не любил; даже в прекрасные моменты он этого не показывал, а она всегда позволяла себе не проявлять к нему серьезного интереса… После того, как Ребекка Квентин закончила обед и села в машину Скайлера Джонса, ей стало плохо и её затошнило. Она терпела до тех пор, пока Скайлер Джонс не выпустила ее, чтобы припарковать машину, после чего она бросилась к обочине и вырвала в мусорный бак. Всю съеденную еду она вырвала; ей стало очень плохо, она чувствовала себя совершенно измотанной, у нее не было сил даже выпрямиться. К счастью, Скайлер Джонс уже поспешила ей на помощь. Он с беспокойством спросил: «С тобой всё в порядке?» "Дайте мне воды." Скайлер Джонс быстро побежала к машине за бутылками воды. Ребекка Квентин прополоскала рот и поперчила горло, наконец почувствовав себя немного комфортнее. "Бекка…" Не дожидаясь дальнейших вопросов от Скайлер Джонс, Ребекка Квентин поспешно объяснила: «На самом деле, у меня никогда не было проблем с желудком, я не могу есть трудноперевариваемую пищу. Папа часто напоминал мне об этом в детстве, но теперь, когда папы нет, я часто не обращаю на это внимания, забываю, что то, что я только что съела, было трудноперевариваемым…» Скайлер Джонс, выглядя довольно напряженной, сказала: «Все еще плохо себя чувствуешь? Я отвезу тебя в больницу на обследование!» Ребекка Квентин выпрямилась, улыбнулась и сказала: «Не нужно, это пустяк. Раньше такое часто случалось, давайте зайдем внутрь!» Взгляд Скайлера Джонса долго задерживался на Ребекке Квентин, после чего он молча кивнул. «Хорошо». Офис президента группы компаний «Skytop». Ребекка Квентин снова встречается с Говардом Джеффри. Он сидел на мягком диване вдали от света в офисе, скрестив длинные ноги, держа в правой руке чашку с неизвестной жидкостью и поднимая бокал с вином, глядя в ее сторону. «Поднимем бокал за вас, ведь вам удалось вернуть мистера Джонса всего за три дня». В этот самый момент миссис Джеффри и Скайлер Джонс встречались в соседней комнате кабинета Говарда Джеффри. Ребекка Квентин спокойно заявила: «Я уже сделала то, что вы сказали, вы должны сдержать свое обещание». «Когда я сказал, что отпущу тебя?» "Говард Джеффри!!" Говард Джеффри усмехнулся, но бросил на нее холодный и суровый взгляд, его губы изогнулись в насмешке: «То, что ты сделала, я еще не уладил с тобой, ты разве не помнишь?» Терпение Ребекки Квентин иссякло, тон ее повысился: «Чего именно вы хотите?» Бог знает, она действительно плохо себя чувствует, тело устало, в нем совсем нет сил, но перед ним она отказывается склониться. «Разве ты не говорил, что не боишься смерти?» Ребекка Квентин почувствовала, как все вокруг начало кружиться перед ее глазами; у нее сильно закружилась голова, возможно, из-за того, что она слишком много думала и в последнее время мало спала. В следующую секунду она чуть не упала, но, к счастью, ее рука уперлась в стол. ---------- Главы 175-98: Нежеланная маленькая жизнь 4_2 «Что случилось? Вам стало плохо от одного упоминания этой темы?» Ребекка Квентин, наконец-то придя в себя после долгого перерыва, прижалась к лбу, но на ее лице явно читалась слабость, и даже голос стал слабым: «Я не хочу с тобой разговаривать, я…» «Ты что, теперь притворяешься, что мне жаль?» — с легким раздражением, чувствуя себя обеспокоенным, Говард Джеффри поставил бокал с вином на стол. Ему не стоит из-за неё переживать… Не стоит!! Однако он не мог контролировать собственные мысли… Словно пытаясь остановить безудержное сердцебиение, Говард Джеффри жестоко ранил её ещё раз, ту, которая пыталась пустить корни в его сердце. «Хочешь, чтобы я тебя отпустил? Хорошо, исчезни навсегда!» Ребекка Квентин была ошеломлена словами Говарда Джеффри и долгое время не могла отреагировать. Она и представить не могла, что он может так сильно её ненавидеть, ведь когда-то она подумывала о том, чтобы провести с ним всю жизнь… «Ха, можете не сомневаться, вы не хотите меня видеть так же сильно, как и я не хочу видеть вас. Если я когда-нибудь с вами столкнусь, буду считать себя невероятно невезучим!» Он бросил бокал на пол и холодно сказал: «Убирайся, больше меня не видишь!» Ребекка Квентин только что вышла из офиса Skytop Group, когда её настиг Скайлер Джонс. "Бекка…" "Мм." Скайлер Джонс обняла её за плечи: «Почему ты не подождала меня?» «Я так устала, что хочу снова заснуть». Скайлер Джонс, заметив, что Ребекка Квентин выглядит неуверенно, обеспокоенно сказала: «Вы плохо выглядите, позвольте мне отвезти вас в больницу!» «Я не хочу в больницу. Если можно, просто отвезите меня обратно в отель, чтобы я отдохнула!» "Хорошо." Ребекка Квентин уже собиралась повернуться и направиться к парковке, но в этот момент Скайлер Джонс подхватил её на руки. Ребекка Квентин уже потеряла сознание и упала в объятия Скайлер Джонс. Когда Ребекка Квентин проснулась, было уже поздно. Как и в прошлый раз, когда она слишком много выпила, она проснулась и обнаружила, что Скайлер Джонс спит на стуле рядом с ней, видимо, только что задремала. Ребекка Квентин осторожно встала с постели, чувствуя себя физически намного лучше; очевидно, головокружение было вызвано тем, что она пренебрегала сном в последние дни. "Бекка…" Хотя Ребекка Квентин говорила очень тихо, слабо спящая Скайлер Джонс все же проснулась от тихого звука и тут же поддержала ее: «Тебе все еще некомфортно?» Ребекка Квентин села на край кровати, покачала головой и сказала: «Я плохо спала последние несколько дней, поэтому у меня совсем нет сил. Думаю, я приду в себя, если высплюсь несколько дней». "Вы голодны? Может, мне заказать вам что-нибудь поесть?" В полдень ее вырвало всем, что она съела, а вечером она ничего не ела, потому что спала. Ребекка Квентин слегка кивнула: «Голодна». Скайлер Джонс был очень рад: «Хорошо, я попрошу кого-нибудь принести вам еды, чего-нибудь легкого». "Спасибо." Сейчас она действительно не могла есть ничего жирного, хотела только чего-нибудь легкого. Час спустя, взглянув на несколько пустых тарелок, которые она убрала, Ребекка Квентин почувствовала себя довольно неловко и неуклюже сказала: «Возможно, потому что меня вырвало в полдень, и я ничего не ела сегодня вечером… Обычно у меня не такой аппетит». Скайлер Джонс, всегда пребывавшая в восхищении от ее улыбок и хмурых взглядов, с некоторым изумлением ответила: «Бекка, если бы только мы могли остаться в этом моменте». Он наблюдал, как она ест, а затем слушал ее разговор, и все время мечтал, чтобы это время длилось дольше. "Ха…" Зная смысл его слов, Ребекка Квентин предпочла уклониться от ответа. Он никогда не принуждал её, ни раньше, ни в будущем, поэтому Скайлер Джонс сменила тему: «Поспи ещё немного, ещё рано, до рассвета». «Я только что вспотел во сне, хочу принять душ». Скайлер Джонс, естественно, поняв смысл слов Ребекки Квентин, встала, кивнула и сказала: «Хорошо, прими душ, а потом еще немного поспи… Я тоже довольно устала, пойду в свою комнату, которая находится прямо по соседству с твоей». "Мм." Скайлер Джонс сказал это, затем взял пиджак, повернулся и ушел. Когда Скайлер Джонс уже собирался переступить порог, Ребекка Квентин внезапно спросила: «Мистер Джонс, я забыла спросить, как проходит ваш разговор со старой миссис Джеффри?» Скайлер Джонс остановился у двери и равнодушно сказал: «Мне нужно больше времени». «Дайте пожилым людям шанс, ведь ребенок, любимый матерью, — самый счастливый ребенок на свете!» Скайлер Джонс на мгновение замер, но в итоге ничего не ответил, открыл дверь и ушел. Освободившись от телохранителей, Ребекка Квентин наконец обрела свободу. Высыпаясь, она вставала рано! Сегодня солнце взошло рано, она энергично распахнула шторы, чувствуя, как солнечный свет, словно осколочное золото, падает на ее тело, и мгновенно ощутив, что вся мрачность рассеялась. Однако это прекрасное чувство длилось недолго, так как утренняя тошнота снова начала ее мучить. Слабо вернувшись из туалета, она снова погрузилась в размышления о возможных проблемах, связанных с реальностью… В конце концов, она решила поехать в больницу. Поскольку было еще рано, когда она приехала в больницу, врачи только начали свою смену, поэтому ей пришлось довольно долго ждать в зале ожидания, прежде чем медсестра позовет ее по имени. Дама примерно того же возраста, что и миссис Джеффри, с добрым лицом и теплой улыбкой, осмотрела ее. «Мисс Квентин, поздравляем, вы беременны уже пять недель…» «Не забывайте приходить на дородовые осмотры. На ранних сроках можно приходить раз в месяц, позже — раз в неделю. Обязательно сопровождайте мужа…» «Будьте осторожны и не употребляйте ничего, содержащего кофеин…» Слова доктора постоянно прокручивались в голове Ребекки Квентин, и она не была уверена, не связано ли это с ее настроением, ведь даже солнечный свет казался не таким ярким, как прежде. Так она бродила по улицам, ее одинокая, поникшая фигура вытянулась под лучами полуденного солнца. Прогуливаясь среди толпы, она, с бледным лицом и стройной фигурой, ощущала себя словно свеча на ветру, вот-вот упадувшая. Держа в руке горячий лист бумаги, она чувствовала пустоту в голове, в ушах слышались оглушительные звуки, она не могла осознать, что ей не удаётся сбежать — оказалось, она беременна… Как она могла быть беременна? Из-за небольшой небрежности в ней начала расти маленькая жизнь. В ее сознании возник образ Говарда Джеффри: его элегантное лицо, выражающее отвращение, холодный, бесстрастный тон, и ночи, которые они проводили вместе… Что ей следует сделать? Какое решение ей следует принять? Должна ли она позволить этой маленькой жизни продолжать существовать в этом мире или решительно прервать её? ---------- Главы 176-99: Он хочет, чтобы она избегала его с этого момента. Легкий теплый ветерок подул, но она чувствовала сильный холод. Смех и болтовня окружающих наполняли ее уши, вызывая необычное раздражение. В этом мире неожиданно и беспрецедентно появилась жизнь, такая трагичная и жестокая вещь. Ей казалось, что перед ней рухнул уголок мира, это чувство беспомощности и запутанной внутренней неразберихи ударило ее в сердце сильнее, чем четыре года назад. Наблюдая за маленьким ребенком, доверчиво держащимся за руку матери, они проходили мимо, радостно разговаривая и смеясь. Это зрелище слегка согрело ее сердце. У Ребекки Квентин было бесстрастное лицо, ее впалые глаза выглядели так, словно они потеряли душу. Словно по импульсу, она протянула руку и осторожно положила ее на живот, где обитала маленькая жизнь. Тук-тук… Снаружи постучали в дверь. Ребекка Квентин очнулась от оцепенения у окна, встала и открыла дверь. "Бекка!" Как и ожидалось, приехала Скайлер Джонс. Ребекка Квентин слабо улыбнулась: «Входите!» Скайлер Джонс устремил взгляд на безжизненное лицо Ребекки Квентин: «Ты плохо выглядишь, Бекка…» Ребекка Квентин небрежно пожала плечами и улыбнулась: «Разве я похожа на человека, у которого что-то не так?» Он знал, что разрыв с Говардом Джеффри не так-то легко забудется в её сердце. Но он также знал, что её упрямство и гордость никогда не позволят ей проявить слабость перед другими, поэтому он не стал об этом говорить. Скайлер Джонс улыбнулась в ответ: «Я не буду садиться. Я пришла, потому что мне нужно кое-что вам сказать». «Хорошо, давайте». «Я уезжаю на месяц. В городе Y меня ждёт много дел, поэтому сегодня вечером я вылетаю из города T». Ребекка Квентин кивнула: «Мм, „Оверский“ не может без тебя обойтись». Скайлер Джонс пристально посмотрела на Ребекку Квентин: «Как только я разберусь с делами компании, я как можно скорее вернусь в Т-Сити». Ребекка Квентин растерянно спросила: «У вас есть еще какая-то цель приехать в Т-Сити?» Похоже, проекты «Оверски» и «Скайтоп» уже завершились. Скайлер Джонс тихо сказала: «Ты здесь». Ребекка Квентин покачала головой и рассмеялась: «Я не трехлетний ребенок. Я могу сама о себе позаботиться». Скайлер Джонс нахмурился: «Но мне не по себе». Ребекка Квентин вздохнула и тихо сказала: «Мистер Джонс, я всего лишь случайная гостья в вашей жизни». Скайлер Джонс хриплым голосом пробормотала: «Не тебе решать, просто ты ли прохожий». «Мистер Джонс, я правда не хочу, чтобы вы тратили на меня время. Знаете, я однажды пыталась, но…» — виновато сказала Ребекка Квентин, — «я действительно не достойна того, чтобы вы были так добры ко мне…» «Не говори так, Бекка. Я бизнесмен; я знаю, что стоит делать». «Но я…» Скайлер Джонс остановила ее, обняв за плечи и мягко сказав: «Тебе не стоит чувствовать себя виноватой или испытывать давление… Я лишь надеюсь, что мы сможем вернуться к прежнему состоянию, общаться и работать вместе непринужденно и легко». Глаза Ребекки Квентин расширились от удивления: «Если я уеду в „Оверский“, вы всё ещё захотите меня оставить?» Скайлер Джонс мягко сказала: «Если хотите, должность секретаря мистера Джонса всегда может быть зарезервирована для вас». Её сердце согрелось, но она понимала, что не сможет отплатить ему. Единственное, что она могла ему сказать, было просто: «Спасибо». «Ладно, хватит. Вице-президент уговаривает меня вернуться… Я скоро вернусь». «Мистер Джонс, если вы возвращаетесь из-за меня, пожалуйста, не нужно. Я подумаю о поездке в город Y, и обещаю вам, если я решу поехать, я сообщу вам об этом заранее». «Хорошо». Скайлер Джонс неохотно обнял Ребекку Квентин. Он не хотел её принуждать; он не собирался отказывать ей ни в чём. Внезапно оказавшись в объятиях Скайлера Джонса, Ребекка Квентин сначала немного сопротивлялась, но в конце концов решила закрыть глаза и нежно обнять его в ответ. Скайлер Джонс всегда говорил, что ему нравится, как легко ему с ней находиться; разве она не разделяла его чувства? Он был подобен зимнему солнцу, согревая ее замерзшую душу. Много раз ей тоже хотелось полагаться на него. Но она знала, что чувство, которое он ей вызывал, было вызвано тем, что она всегда воспринимала его как старшего брата. Она никогда не могла дать ему то, чего он хотел, поэтому не могла эгоистично принимать от него больше заботы. Скайлер Джонс нежно поцеловал её ароматные волосы, затем медленно отпустил Ребекку Квентин, его проникновенные глаза смотрели на её нежное лицо, словно полные глубокой тоски и нежности. Он хрипло произнес: «Я буду ждать тебя в городе Y». ---------- Главы 177-99: Отныне она должна избегать его. Ребекка Квентин слегка улыбнулась: «Я серьезно подумаю об этом… Мистер Джонс, счастливого пути». Казалось, всего несколько дней назад она была в центре суеты окружающего мира, но теперь она внезапно вернулась к спокойствию. С уходом Скайлер Джонс жизнь Ребекки Квентин становилась все более тихой. Только сегодня она поняла, что осталась совсем одна… Ее отец умер, дома не осталось, слуг уволили, и единственной, кто ей осталась, была тетя Клэр. Но тетя Клэр была уже стара; она больше не могла полагаться на нее, как в детстве. Поэтому в будущем ей оставалось полагаться только на себя. Жить одной и так было достаточно сложно. А если бы появился ещё один, как бы она могла обеспечить его жизнь… Сев на край кровати, Ребекка Квентин осторожно положила руку себе на живот. Внутри росла крошечная жизнь, но она появилась не вовремя. Или, вернее, её появление было совершенно нежеланным… Сидя на краю кровати, Ребекку Квентин охватило чувство горечи. В ее памяти промелькнули образы прошлых воспоминаний… Улыбки Говарда Джеффри, его отстраненность, его страсть, его властность, все, что касалось Говарда Джеффри… В двадцать лет она потеряла своё сердце. Она знала, что забыть кого-то непросто, но отныне это чувство будет существовать только в её воспоминаниях. Когда-то быть с ним было тем, чего она желала больше всего на свете. Хотя она давно догадывалась о последствиях, она все же потакала своей ненасытной страсти, создавая для себя еще одну прекрасную мечту и позволяя себе утонуть в его нежной ловушке. Однако мечта наконец закончилась. В реальности они стали врагами. У них больше не будет шанса, и она не позволит себе снова попасть в такую ​​ужасную ловушку. Поэтому она могла лишь притворяться, что никакого несчастного случая не было… Ребекка Квентин отвела взгляд и молча наблюдала за закатом за окном от пола до потолка, пока солнце не скрылось за горизонтом. Наконец, Ребекка Квентин взяла трубку гостиничного телефона и набрала несколько цифр. Она сглотнула горечь, застрявшую в горле, и в этот момент ее глаза покраснели. Решительно вытерев слезы с щек, она сказала: «Доктор Хьюз, да, я Ребекка Квентин, та самая, которая сегодня приходила к вам в больницу на осмотр… Я хотела бы назначить вам время для операции». Прошлой ночью ей приснился сон. Ей приснилось, что она нежно качает колыбель в комнате, а внутри лежит очаровательный маленький ребенок, похожий на нее, но с героическим духом, который, казалось, был присущ ему. Маленький младенец во сне спал крепко, с пухлыми кулачками, прижатыми к обеим сторонам головы, в позе, напоминающей утробу матери, очень милый и спокойный… Она знала, что это ребенок ее и Говарда Джеффри. Ребекка Квентин крепко прижала руки к животу, ее и без того покрасневшие глаза теперь затуманились. «Мисс Квентин?» — подошла медсестра. — «Пожалуйста, пройдите со мной в операционную». В операционной стоял врач в зеленом халате и несколько медсестер. В данный момент они изучали ее случай. Этот врач не был запланированным хирургом; похоже, у доктора Хьюза возникли какие-то проблемы. Спустя мгновение медсестра сказала ей: «Мисс Квентин, вам, возможно, придётся немного полежать здесь и подождать, потому что в соседней палате находится пациент, которому срочно нужна операция. Доктору Уилсону, вероятно, придётся ненадолго сходить в соседнюю палату, но это займёт не более нескольких минут. Пожалуйста, подождите немного». "Хорошо." Лежа на больничной койке, Ребекка Квентин слегка кивнула и тихо ответила. В тот момент она была очень напугана. Невыносимая боль, пережитая четыре года назад, оставила неизгладимый след в ее сердце, и ей было очень страшно. Но у неё не было выбора… Её нежелание означало бы, что ребёнок не вырастет в здоровой семье, и, следуя за ней, он наверняка столкнётся со многими трудностями в будущем. Кроме того, если бы он знал о существовании этого ребёнка, независимо от того, волновало его это или нет, в будущем между ними возникли бы бесконечные, неясные ситуации… Она больше не могла с ним мириться; она устала. Она просто хотела жить обычной жизнью, поэтому больше не могла связываться с ним… Выйдя из палаты, врач поспешил обратно в свой кабинет. Медсестра последовала за врачом в кабинет и с любопытством спросила: «Доктор Уилсон, у доктора Хьюз возникли непредвиденные обстоятельства, и она попросила вас сделать ей операцию. Почему вы, прочитав случай мисс Квентин, попросили нас придумать отговорку о помощи другому пациенту? У вас же нет других операций!» Врач слабо опустился в кресло, вытер холодный пот и сказал: «Сначала я подумал, что это просто совпадение, но, посмотрев на возраст мисс Квентин в медицинской карте и увидев её лично, я совершенно не могу провести эту операцию!» Медсестра недоумевала: «Почему нет?» Доктор глубоко вздохнул: «Я когда-то работал ассистентом у своего наставника в частной больнице XX. Больше всего меня впечатлило то, как мой наставник делал операцию жене президента группы компаний «Скайтоп». Ребенку тогда было больше пяти месяцев, и по разным причинам его не удалось спасти. Помню, мой наставник дрожал от страха во время той операции, потому что мистер Джеффри хотел спасти и мать, и ребенка, но ситуация была действительно опасной. Несмотря на все усилия моего наставника, ребенок не выжил. К счастью, леди Джеффри была здорова, поэтому мистер Джеффри не винил нас… Вы же знаете, как сильно мистер Джеффри заботится о детях, если бы он узнал, что я сделал аборт его бывшей жене Ребекке Квентин, я бы точно был повержен!» Медсестра задумалась: «Доктор Уилсон, вы хотите сказать, что эта красивая женщина — бывшая жена мистера Джеффри? Да, несколько лет назад в газете писали, что Говард Джеффри женился на дочери Квентина Групп из Т-Сити, но разве мы не слышали, что они развелись?» Доктор ответил: «Мир богатых нам неведом… В новостях пишут, что мистер Джеффри недавно был в Т-Сити, и так уж получилось, что мисс Квентин тоже здесь. Кто знает, может, они возобновили свой старый роман? В любом случае, я не осмеливаюсь проводить эту операцию. Мисс Квентин лучше выбрать другую больницу…» Медсестра согласно кивнула: «Да, личная жизнь мистера Джеффри всегда была довольно загадочной. Недавно даже появились слухи о том, что мистер Джеффри приглашал девушек на свидания за деньги. Кто знает, правда это или нет, но мистер Джеффри настолько богат, что может заполучить любую женщину, какую захочет, поэтому эти новости, скорее всего, ложные…» «Идите и расскажите мисс Квентин, и, кстати, не распространяйте слухи о визите мисс Квентин в нашу больницу. Я не хочу попасть в неприятности!» "Хорошо." Медсестра вошла в операционную, увидела Ребекку Квентин, лежащую с закрытыми глазами, и прошептала: «Мисс Квентин, мне очень жаль!» ---------- Главы 178-100: Бестактность Ли Жэньцзюня Ребекка Квентин медленно открыла свои горящие глаза и в оцепенении посмотрела на медсестру: "Хм?" «У пациента, которому доктор Уилсон делал операцию, возникло осложнение. Теперь доктор Уилсон не может провести вашу операцию, а доктор Хьюз, к которому вы недавно записались, также находится в отпуске. Боюсь, вам придется обратиться в другую больницу для проведения этой операции». Ребекка Квентин выпрямилась, ей помогла встать с кровати медсестра. Медсестра продолжала извиняться: «Мне очень жаль, мисс Квентин…» По какой-то причине, услышав эти слова медсестры, она ничуть не рассердилась. Наоборот, она словно вздохнула с облегчением и сказала: «Всё в порядке…». Даже если бы она немедленно записалась на операцию в другую больницу, маловероятно, что операцию можно было бы провести сегодня. Идя по улице в полном одиночестве, Ребекка Квентин инстинктивно потянулась рукой к нижней части живота. Она действительно не знала, что делать. Еще мгновение назад, лежа на больничной койке, она могла оставаться такой спокойной и рассудительной, но теперь, когда ее ладонь коснулась тепла ее живота, она почувствовала сильное нежелание расставаться… Действительно, жизнь была ничтожной. Как она могла так легко сказать «нет»? Многие люди всю жизнь мечтают о собственном ребёнке, и она тоже когда-то мечтала о нём. Кто бы мог подумать, что теперь, когда он у неё есть, ей придётся силой лишить этого ребёнка права на жизнь в этом мире. Что ей следует сделать… Как бы она ни рассматривала ситуацию, она не могла оставить этого ребенка… Визг Резкий визг тормозов внезапно раздался у уха Ребекки Квентин. Ребекка Квентин остановилась, и, увидев машину, резко затормозившую из-за того, что она проехала на красный свет, всего в нескольких сантиметрах от себя, она до смерти испугалась. Из машины тут же вышел человек. Ребекка Квентин сначала не заметила номерной знак и модель автомобиля, но, увидев, как Ройе выходит из машины, ее лицо побледнело, а рука, испуганно лежавшая на ее животе, медленно отдернулась. Ройе посмотрела на нее с беспокойством. Ребекка Квентин тоже оглянулась. Случайно бросив взгляд сквозь прозрачное стекло, она увидела его сидящим в тот момент на заднем сиденье рядом с миссис Джеффри, и, судя по маршруту, он явно направлялся отсюда в свой частный аэропорт в пригороде. Рой подошёл к окну машины и нервно объяснил Говарду Джеффри: «Президент, это было непреднамеренно… Мисс Квентин шла по обочине дороги, как я мог предвидеть, что она проедет на красный свет? Я не успел остановиться. С вами и старушкой всё в порядке?» Говард Джеффри отвел взгляд от хрупкой фигуры впереди, повернул лицо к себе и спросил: «Мама, ты в порядке?» Миссис Джеффри, конечно же, заметила Ребекку Квентин, но та уже давно отвела взгляд и спокойно ответила: «Со мной все в порядке». Затем Говард Джеффри бросил взгляд вперед, слегка нахмурив брови, и внезапно вышел из машины. Ройе быстро открыл дверцу машины для Говарда Джеффри. Говард Джеффри, словно опасный ягуар, вышагнул к Ребекке Квентин и, пристально глядя на ее бледное лицо, спокойно произнес: «Похоже, вы снова восприняли мои слова как ветер в уши». Знакомый запах хлынул в ее ноздри, и нежные слова, которыми они когда-то обменивались, сменились чрезвычайно холодным, низким голосом, от которого ее сердце сжалось от невыносимого дискомфорта. Хочешь, чтобы я тебя отпустил? Хорошо, просто исчезни у меня навсегда! Его холодные и решительные слова все еще звучали у нее в ушах, и сердце сжалось в кулак. Ребекка Квентин холодно ответила ему: «Вы прекрасно знаете, когда появляетесь здесь, я не могу предсказать, и я не собираюсь просто так ждать встречи с вами». «Вы что, ходите, не глядя? Вы что, не знаете, что такое красный свет?» — сердито крикнул Говард Джеффри. Его резкие слова и презрительное отношение лишь усилили боль в ее и без того израненном из-за беременности сердце. Горечь подступила к горлу, она изо всех сил старалась сдержать ее, повернула голову в другую сторону и опустила взгляд. «На этот раз я тебя прощу, лучше запомни, что я сказал». Слова Говарда Джеффри озадачили Ребекку Квентин, и она подняла глаза. "Не понимаете?" Ребекка Квентин покачала головой: «Я не понимаю, я просто иду, а вы говорите так, будто я специально пытаюсь вас увидеть». «Тогда тебе лучше выяснить, где я нахожусь в будущем, и держаться от меня подальше». Изначально холодный взгляд Говарда Джеффри внезапно стал острым, он испепеляющим взглядом посмотрел на Ребекку Квентин: «Мне плевать, какие у тебя оправдания, помни, исчезни передо мной, потому что я ненавижу тебя видеть и больше не позволю тебе появляться передо мной!» Слова Говарда Джеффри проникают прямо в сердце Ребекки Квентин, заставая ее врасплох. ---------- Главы 179-100: Болтливость Роджера Леонарда (Часть 2) Ребекке внезапно показалось, что она больше не может держаться. Какой бы сильной она ни была, при встрече с ним она будет совершенно разбита. «Ты закончил говорить? Можно мне теперь идти?» — тихо сказала Ребекка, отводя от него взгляд. В этот момент из машины раздался голос миссис Джеффри. «Сынок, уже почти время. Езжай в аэропорт пораньше!» Говард Джеффри не ответил. Однако Ребекка повернулась и, повернувшись к нему спиной, грациозно удалилась. Вскоре сзади послышался звук отъезжающей машины… Ее прямая спина постепенно расслабилась. Она опиралась рукой на ограждение дороги. Никто не знал и не видел, что в тот момент, когда она повернулась, ее глаза уже наполнились слезами. «Хорошо, доктор Хенли, я сейчас пойду. До свидания». Закончив разговор с врачом, к которому у нее была назначена встреча, Ребекка опустила голову и безучастно уставилась на свой живот. Дитя, прости меня… Ты должен родиться в счастливой и теплой семье, а не вот так, нежеланным. Я не могу позволить тебе вырасти в здоровой семье, и я знаю, что если ты последуешь моему примеру, то неизбежно будешь много страдать. Единственное, что я могу сделать, это молиться о том, чтобы ты переродился в полноценной семье, вырос счастливым и здоровым. Медленно отпустив плотно сжатые бледные губы, Ребекка подавила горечь в сердце, глубоко вздохнула и встала с кровати. Ребекка собрала вещи и уже собиралась уходить, когда раздался звонок в дверь. Она не ожидала, что кто-то придет ее искать, поэтому растерянно открыла дверь. Неожиданно снаружи оказался Роджер Леонард. Ребекка на мгновение опешилась, затем слабо улыбнулась: «Генерал Леонард, я не ожидала, что это будете вы». Роджер Леонард улыбнулся и вежливо спросил: «Можно мне зайти и присесть?» Ребекка слегка кивнула. Они вдвоем сидели в креслах на террасе номера, наслаждаясь легким теплым ветерком. Рядом с рукой Роджера Леонарда лежала чашка кофе Blue Mountain, которую Ребекка только что для него сварила. Роджер Леонард сделал глоток и похвалил: «Никогда бы не подумал, что ваш кофе может быть таким вкусным!» Ребекка улыбнулась и ответила: «Я научилась этому, когда помогала мистеру Джонсу в его работе». Роджер Леонард поставил кофе, посмотрел на Ребекку и небрежно спросил: «Полагаю, Дора никогда не пробовала твой кофе, верно?» При упоминании Говарда Джеффри выражение лица Ребекки слегка изменилось. Роджер Леонард сделал вид, что ничего не замечает, и продолжил говорить сам с собой: «Я так и знал. Если бы только у тебя были такие навыки приготовления кофе, Дора бы тебя не отпустила!» Роджер Леонард всегда умел льстить людям, но Ребекке в тот момент это было неинтересно, поэтому она сменила тему: «Генерал Леонард, прекратите шутить… Давайте поговорим о делах, вам что-нибудь от меня нужно?» Сменив свою игривую манеру поведения, Роджер Леонард медленно произнес: «Вообще-то, ничего особенного. Я просто услышал о вас с Дорой, и, поскольку я оказался в городе Ти, я подумал, что зайду к вам». Ребекка с легкой улыбкой спросила: "Ты все еще считаешь меня другом?" Роджер Леонард очень серьезно ответил: «Конечно, я считаю тебя другом! Дора — это Дора, а я — это я. Если я хочу с тобой дружить, Дора не может возражать». "Хм…" "Бекка, мне очень жаль это говорить, но если бы не я тогда, когда помогала тете вмешиваться, вы с Дорой могли бы…" «Всё это в прошлом, не нужно об этом говорить». Она никогда никого не винила. Единственным, кого она могла винить, была сама. В вопросах любви всегда участвуют два человека; если в сердце нет желания, то как бы посторонние ни пытались вмешаться, невозможно будет с головой окунуться в эти чувства. «Ладно, давай не будем говорить о Доре. Может, обсудим твои планы на будущее?» «Я ещё об этом не думал. Просто делаю всё шаг за шагом». Роджер Леонард вздохнул: «Если вам понадобится помощь…» "Фу—" Внезапная тошнота прервала то, что собирался сказать Роджер Леонард. Почти сразу же она прикрыла рот рукой и бросилась к мусорному ведру в комнате. Когда Роджер Леонард последовал за ней, тошнота у Ребекки еще не прошла. Теперь она неловко похлопывала себя по груди. Роджер Леонард с беспокойством подошел к Ребекке: «Бекка, ты в порядке?» Ребекка прикрыла рот рукой и сказала: «Я в порядке. Мне нужно в туалет…» Роджер Леонард кивнул: «Хорошо». Вскоре после того, как Ребекка вошла в ванную, Роджер Леонард последовал за ней и, обеспокоенный, встал перед дверью ванной. Он смутно слышал, как Ребекку тошнит в ванной, и Роджер Леонард невольно нахмурил брови. Через несколько минут Ребекка вышла из ванной и увидела Роджера Леонарда у окна. Она произнесла заранее подготовленное оправдание: «Извините, может быть, я что-то съела». Роджер Леонард подошел к Ребекке, выражая свою обеспокоенность: «Если ты плохо себя чувствуешь, тебе следует обратиться к врачу». "Я знаю." «Бекка, у меня сегодня другие дела, поэтому мне пора уходить». «Хорошо». Поскольку её визит к врачу был уже не за горами, она уже размышляла, как от него избавиться! Перед уходом Роджер Леонард не забыл обернуться и сказать Ребекке: «Если тебе понадобится помощь, ты можешь обратиться ко мне». Ребекка слабо улыбнулась и сказала: «Хм». Ребекка поспешила в больницу. В сопровождении медсестры она вошла в кабинет врача, извинившись перед сидящим напротив доктором: «Извините, доктор Хенли, я опоздала». Доктор Хенли любезно ответил: «Всё в порядке. Я только что вернулся после операции, проведённой для другого пациента». Ребекка невольно вздохнула с облегчением. Доктор Хенли спросил: «Вы хотите немного отдохнуть или…» Ребекка тут же покачала головой: «В этом нет необходимости, доктор. Пожалуйста, проведите операцию как можно скорее». «Хорошо, сначала я пройду обследование, а после этого мы сможем приступить к операции». "Хорошо." После осмотра врач, держа в руках медицинскую карту Ребекки и только что полученный отчет, спросил: «Бывали ли у вас ранее выкидыши?» «Да, авария произошла, но это было несколько лет назад». Доктор слегка нахмурил брови: «Вы уверены, что не хотите и этого ребенка?» Увидев выражение лица доктора, Ребекка растерянно спросила: «Доктор, есть какая-то проблема?» Доктор Хенли медленно произнес: «Я только что провел осмотр и обнаружил, что стенка вашей матки истончена. Вы упомянули, что у вас был выкидыш; я думаю, это произошло из-за случайного выкидыша в прошлый раз. Хотя это не серьезная проблема, я очень опасаюсь, что если вы сейчас сделаете еще один аборт, эта операция еще больше повредит вашей и без того хрупкой матке… Поэтому я хочу, чтобы вы приняли взвешенное решение». ---------- Глава 180-101: В следующий раз, когда я его увижу (1) Ребекка Квентин откинулась на спинку кресла, долго молчала, а затем спросила: «Доктор, если я не хочу этого ребенка, значит ли это, что мне будет сложнее иметь детей в будущем?» Врач честно ответил: «Проблема не дошла до бесплодия, но вред от аборта значителен, и ваше физическое состояние не очень хорошее, поэтому я должен учитывать потенциальные проблемы, которые могут возникнуть. Конечно, если вы настаиваете на операции, я сделаю все возможное, чтобы минимизировать вред». Ребекка прикусила губу и сказала: «Доктор, я хочу подумать об этом». «Хорошо, можешь немного отдохнуть на улице и сообщи мне, когда примешь решение». «Спасибо, доктор». Сидя на скамейке в коридоре, Ребекка снова положила руку на живот. Она знала, что значит чувствовать, когда внутри неё растёт крошечная жизнь… Поначалу это было так же неудобно, как и сейчас, но к четвертому или пятому месяцу она чувствовала движения ребенка внутри себя, особенно к пятому месяцу, когда ребенок двигал ручками и ножками в ее животе, словно плавая внутри, и каждый раз это наполняло ее огромным удовлетворением и гордостью. Она очень любила детей. Что она будет делать, если потеряет этого ребенка и больше никогда в жизни не сможет быть связана с ребенком? Хотя она и не рассматривала возможность новых отношений, одна только мысль о таком исходе ужасала ее. Дезориентированная Ребекка вышла из больницы и еще не успела дойти до обочины, чтобы поймать такси, как сзади раздался знакомый мужской голос. «Вы действительно беременны!» Знакомый голос испугал Ребекку, и она резко обернулась, увидев Роджера Леонарда, стоящего всего в двух метрах от нее. В ее голосе отчетливо слышалась паника: «Мистер Леонард?» Роджер Леонард подошел к Ребекке и, нахмурившись, спросил: «У тебя ребенок от Доры, почему ты не сказала об этом Доре?» Ребекка изо всех сил пыталась это отрицать: «Какой ребенок? Я просто плохо себя чувствовала и пришла в больницу на обследование». Роджер Леонард прямо заявил: «Я своими глазами видел, как вы вошли в гинекологическое отделение, и медсестра сказала, что вы пришли на аборт». «Ты следила за мной?» — Ребекка была ошеломлена. «Я не собирался за вами следить, просто я видел, как вас рвало в отеле раньше… Одна женщина однажды пыталась обмануть меня таким образом, поэтому я особенно чувствителен к подобным вещам», — объяснил Роджер Леонард. Ребекка слегка прикусила нижнюю губу: «Раз ты всё знаешь, мне больше нечего объяснять». Роджер Леонард тихо сказал: «Моя машина вон там, можем мы поговорить в машине минутку?» Ребекка несколько секунд колебалась, а затем наконец направилась к машине Роджера Леонарда. Внутри машины Роджер Леонард повернулся к Ребекке и первым заговорил: «Ты понимаешь, какая ты наглая, скрываешь от Доры такой важный вопрос?» Ребекка хранила молчание. Роджер Леонард продолжил: «К счастью, вы не сделали аборт раньше, иначе я бы вас остановил». Ребекка, оторвав взгляд от молчания, посмотрела прямо перед собой и спокойно произнесла: «Тогда вы должны знать, что врач не рекомендовал аборт, так как это нанесет серьезный вред моему организму». «Даже если твоему телу ничего не было нанесено, ты не можешь сделать аборт; Дора об этом еще не знает, и ты не имеешь права принимать решение самостоятельно!» — серьезно сказал Роджер Леонард. Ребекка прямо ответила: «Я и не собиралась ему об этом рассказывать». Роджер Леонард нахмурился: «Он отец ребенка; он имеет право знать!» Ребекка серьезно спросила: «Мистер Леонард, вы считаете, что мне стоит связываться с Говардом Джеффри только из-за этого ребенка?» "Но…" Ребекка с горечью прервала то, что собирался сказать Роджер Леонард: «Мы с Говардом больше не вместе, и я не хочу, чтобы он считал, что я делаю это намеренно из-за ребенка. Кроме того, я просто хочу жить хорошо одна, не связываясь с людьми, которые делают меня несчастной!» Роджер Леонард ясно чувствовал, что Ребекка теперь испытывает глубокую неприязнь к Говарду Джеффри, но эта неприязнь была вызвана не недостатком любви, а отчаянием. Роджер Леонард вздохнул: «Если Дора узнает об этом, последствия, несомненно, будут очень серьезными». «Он никогда не узнает, если ты ему не расскажешь», — умоляла Ребекка. Роджер Леонард выразил свою обеспокоенность: «Ты же знаешь, что от Доры это не будет вечно скрываться». Ребекка спокойно ответила: «Я подумала об этом. Я немного поработаю в городе Y, чтобы он ничего не заподозрил, и смогу заработать немного денег на путешествие. Через три месяца я покину Цветочное Королевство и отправлюсь в место, где никогда его не встречу!» ---------- Главы 181-101: Когда я снова его увидела (Часть 1) Роджер Леонард сказал: «Я понимаю, что ты сейчас чувствуешь, но даже если Дора бессердечна, он не может позволить тебе нести это бремя в одиночку. Он должен дать тебе объяснение». Ребекка Квентин тихо вздохнула: «Генерал Леонард, если вы действительно хотите мне помочь, пожалуйста, помогите мне сохранить это дело в тайне. Где бы я ни находилась в мире в будущем, я буду молча благословлять вас». "Бекка…" «Просто считайте это моей просьбой, мистер Джонс, вы же сказали, что мы тоже друзья…» — глаза Ребекки Квентин были полны сострадания, когда она умоляла. После некоторого колебания Роджер Леонард наконец кивнул головой: «Мне не стоило приезжать в Т-Сити». Три дня спустя, в Нью-Йорке. Роджер Леонард сидел, скрестив ноги, на настоящем кожаном диване в президентском кабинете компании «Скайтоп» и рассеянно постукивал пальцами по столу. В этот момент снаружи вошел секретарь в сопровождении Говарда Джеффри. «Президент, с этими несколькими чиновниками очень сложно иметь дело; боюсь, что только ваш личный визит во Францию ​​будет эффективным…» «Запланируйте это на следующие два дня!» «Хорошо, я помогу составить ваш маршрут». "Хорошо." Секретарь удалился. Говард Джеффри взглянул на Роджера Леонарда, сидевшего на диване, затем подошел к шкафу с алкоголем и спросил: «Почему ты меня не предупредил, когда приехал?» Роджер Леонард последовал за ним к шкафу с алкоголем, приняв вино Lafite урожая 1982 года, которое ему передал Говард Джеффри. Он вдохнул аромат красного вина через бокал и воскликнул: «Дора, только такой богатый человек, как ты, может позволить себе угощать гостей вином, которое стоит десятки тысяч долларов!» Говард Джеффри чокнулся бокалами с Роджером Леонардом и спросил: «Опять скучаешь в последнее время?» Роджер Леонард сделал глоток и серьезно ответил: «Знаешь, мой ювелирный бизнес не такой загруженный, как твой, к тому же после инцидента, который устроил твой старший брат в прошлый раз, у меня наконец-то появилось свободное время, поэтому я приехал в Нью-Йорк навестить тетю». Говард Джеффри небрежно ответил: «Мм». «Кстати, о твоем старшем брате… Дора, я слышала от Джейсона Вуда, что ты всегда восхищалась своим родным братом. Почему ты так легко сломала его игру на этот раз?» Кто бы мог подумать, что когда Леонард и Дженнингс столкнулись с проблемами, вызванными Скайлером Джонсом, Говард Джеффри втянет Скайлера Джонса в судебный процесс из-за проблем с корпорацией Sofia. В результате, пока Леонард и Дженнингс пытались получить кредиты в банке, Скайлера Джонса задержали в полицейском участке, отпустив только после того, как компании урегулировали свой кризис. К сожалению, было уже слишком поздно… Взгляд Говарда Джеффри переместился на большую стеклянную стену в офисе, и он спокойно заявил: «Он даже не думал об этой игре». Роджер Леонард пожал плечами: «Действительно, женщины всегда могут отвлечь мужчин». Конечно, уточнять, о какой женщине шла речь в словах Роджера Леонарда, не было необходимости, но в этот момент взгляд Говарда Джеффри слегка изменился. Роджер Леонард снова чокнулся бокалами с Говардом Джеффри и спросил: «Дора, раз уж зашла речь о женщинах, не могу не спросить… тебе уже тридцать четыре, тётя всегда мечтала о внуке, не думала ли ты вскоре найти невестку, чтобы продолжить семейную линию?» Говард Джеффри, отпив глоток вина, спокойно ответил: «У меня есть собственное мнение». Роджер Леонард неуверенно поддразнил: «Ты всё ещё думаешь о…» Говард Джеффри бросил на него холодный, мрачный взгляд. Роджер Леонард тут же благоразумно ответил: «Притворитесь, что я ничего не говорил». Полдень. Роджер Леонард прибыл в особняк Джонса, расположенный на горе Сандия. Сопровождая миссис Джеффри за обедом, Роджер Леонард беседовал с ней о пустяках, произошедших в последнее время, но заметил, что обычно полная энтузиазма миссис Джеффри сегодня казалась равнодушной и рассеянной. "Тётя, тётя…" — Роджер Леонард отложил столовые приборы и дважды позвал. Миссис Джеффри, очнувшись от своих мыслей, неловко произнесла: «Извините… что случилось?» Роджер Леонард улыбнулся: «О чём вы так много думали?» Лицо миссис Джеффри расцвело улыбкой: «Последние два дня я видела дочь своей подруги, очень красивую и воспитанную, у нее такая же семейная родословная, как у Говарда Джеффри. Я хочу, чтобы он добивался ее расположения…» Роджер Леонард выглядел удивленным: «Тетя, вы снова подумываете о том, чтобы завести внука?» Миссис Джеффри позабавил комментарий Роджера Леонарда: «Если Говард Джеффри не остепенится, как у меня может быть внук?» «Тетя, я сегодня днем ​​спросила и Дору, он сказал, что у него есть право выбора». Миссис Джеффри закатила глаза, глядя на Роджера Леонарда: «Вы думаете, я могу позволить ему продолжать в том же духе? ​​Я не хочу ждать, пока стану слишком старой, чтобы переехать, чтобы завести внука». Роджер Леонард усмехнулся: «На самом деле, вы ещё больше беспокоитесь о своём старшем сыне…» Миссис Джеффри беспомощно вздохнула: «Я не знаю, когда смогу разрешить напряженные отношения со старшим сыном… Когда мы виделись в прошлый раз, он почти не хотел со мной разговаривать, как будто пришел ко мне только из-за Ребекки Квентин». «Вы не можете винить своего старшего сына; в конце концов, после более чем двадцати лет разлуки ему нужно время, чтобы адаптироваться». «Поэтому мне сначала нужно решить вопрос с Говардом Джеффри, прежде чем думать о Скайлере Джонсе…» Роджер Леонард улыбнулся и, немного поколебавшись, сказал: «Тетя, на самом деле есть кое-что, о чем я изначально не хотел вам рассказывать, но, поскольку вы так хотите внука, я должен сказать…» Миссис Джеффри проницательно заметила нерешительность Роджера Леонарда и спросила: «Что делает вас таким нерешительным?» «Тётя, Бекка ждёт ребёнка от Доры!» Город Y. Скайлер Джонс внесла багаж Ребекки Квентин в квартиру сразу после того, как та сошла с самолета, и задумчиво сказала: «Бекка, я присмотрела за твоей квартирой и уже убрала ее. Можешь остаться здесь на ночь». Ребекка Квентин с благодарностью сказала: «Спасибо, мистер Джонс». Скайлер Джонс поставил багаж и тепло сказал: «С этого момента просто зовите меня Скайлер!» Ребекка Квентин улыбнулась: «Возможно, это неуместно, мы не можем так звонить на работе». Скайлер Джонс нежно обнял Ребекку Квентин за плечо, нахмурившись, и все еще мягким тоном сказал: «Работа есть работа, а в личной жизни мы остаемся наедине с собой. Не забывай, что в глазах других мы все еще помолвленная пара». Не желая намеренно создавать дистанцию, Ребекка Квентин кивнула. «Хорошо, Скайлер». Вот так друзья могут обращаться друг к другу. Скайлер Джонс мягко дала указание: «Раз ты только что сошла с самолета, хорошо отдохни сегодня днем ​​в квартире, я заберу тебя на ужин сегодня вечером». "Спасибо." «Мне пора идти, у меня сегодня днем ​​встреча, хорошо отдохни дома». "Хорошо." Наблюдая за уходом Скайлер Джонс, Ребекка Квентин закрыла дверь и тихо вздохнула. Сидя на диване в квартире, она огляделась по сторонам. Это место осталось точно таким же, каким было, когда она здесь жила раньше, за исключением того, что тети Клэр больше нет рядом, и она осталась одна. Необъяснимым образом ее охватило чувство одиночества, и в этот момент Ребекка Квентин, сама того не осознавая, положила руку себе на живот. Не имея ни малейшего представления, когда это началось, она обнаружила, что гладит своего ребенка всякий раз, когда чувствует себя одинокой. ---------- Глава 182-102: В следующий раз, когда я его увижу (2) Подобно тому, как она чувствовала его присутствие, несмотря на кажущееся одиночество, она совсем не боялась. Маленький ребенок в ее животе наполнял ее надеждой на будущее. Корпорация «Оверский». Скайлер Джонс направился в свой кабинет, а его помощник следовал за ним по пятам. «Мистер Джонс, старая миссис Джеффри уже некоторое время ждет вас в кабинете». "Я знаю." Войдя в свой кабинет, Скайлер Джонс сразу же заметил миссис Джеффри, сидящую на диване с едва заметным печальным выражением лица. Услышав, как кто-то входит, миссис Джеффри поспешно обернулась, ее лицо озарилось радостью: «Скайлер!» Скайлер Джонс не ответил миссис Джеффри, а просто сел за свой стол с холодным выражением лица, не проявляя инициативы и не решаясь заговорить. Взгляд миссис Джеффри, казалось, не хотел отрываться от него ни на мгновение. Она ласково шла впереди него и доброжелательно сказала: «Я приехала в Цветочное Королевство, поэтому пришла повидаться с вами». Скайлер Джонс наклонил голову, чтобы закурить сигарету, и, выдохнув дым, презрительно ответил: «А ты?» Голос миссис Джеффри был полон тоски: «Скайлер, давай вместе поужинаем!» Скайлер Джонс категорически отказался: «У меня нет времени». «Это не займет много вашего времени, только сегодня вечером, хорошо?» Скайлер Джонс, бросив косой взгляд на миссис Джеффри, спокойно произнес: «Думаю, вам не нужно притворяться, что вы хотите пообедать со мной, вы приехали в Цветочное Королевство не ради меня!» Миссис Джеффри покачала головой. Скайлер Джонс усмехнулся: «Ты что, не понимаешь? Разве не потому, что ты пришел повидаться с Ребеккой Квентин?» Миссис Джеффри была слегка ошеломлена. "Скайлер…" Скайлер Джонс стряхнул пепел с сигареты в пепельницу и, смеясь, добавил: «Значит, Роджер Леонард вам сообщил новости? Я думал, сегодня придет Говард Джеффри!» Он никогда не был беспечным человеком. Находясь в городе Т, он уже с осторожностью наблюдал за её физическими реакциями. Он не стал раскрывать это, потому что знал, что она не хочет, чтобы кто-либо об этом узнал. Чувствуя себя неспокойно, он в последнее время тайно посылал людей охранять её в Т-Сити и таким образом узнал, что Роджер Леонард отправился её искать. Миссис Джеффри объяснила: «Сынок, я не отрицаю, что мое возвращение в Цветочное Королевство связано с Ребеккой Квентин, но мое желание увидеть тебя тоже искреннее, поэтому я прилетела прямо из Нью-Йорка в город…» Скайлер Джонс насмешливо спросила: «Зачем тебе притворяться такой дурой? Разве не потому, что ты знаешь, что Ребекка Квентин сейчас в городе Y?» Миссис Джеффри была поражена: «Ребекка Квентин в городе Y? Нет, я не знала… сынок, я просто пришла сегодня тебя навестить». Скайлер Джонс потушил сигарету в руке и холодно произнес: «Мне все равно, знали вы о присутствии Ребекки Квентин или нет, вы ее точно не увидите!» «Скайлер, я не собираюсь причинять ей вред, я просто хочу…» Скайлер Джонс нахмурился, недовольно глядя на миссис Джеффри: «Чего вы хотите? Убедить её родить ребёнка и отдать его вам, взяв с вас крупную сумму денег, а затем покинуть Цветочное Королевство и никогда больше не связываться с Говардом Джеффри?» Получив удар прямо в больное место, миссис Джеффри проглотила слова и замолчала. Скайлер Джонс встал, его взгляд был холоден, как меч, направленный на мать: «Старушка миссис Джеффри, только такая эгоистичная мать, как вы, могла бы отнять ребенка у матери… позвольте мне внести ясность: отныне Ребекка Квентин будет жить под моей опекой, я не позволю никому причинить ей вред снова, и если вы не хотите, чтобы я еще больше вас ненавидел, больше не появляйтесь перед Ребеккой Квентин. Что касается ребенка, что бы Ребекка ни решила, так и будет, вы не имеете права вмешиваться!» Миссис Джеффри недоверчиво спросила: «Скайлер, ты так со мной разговариваешь из-за неё?» "Да." Миссис Джеффри отшатнулась на шаг назад, энергично покачав головой: «Вы что, не знаете, кто её родители?» Скайлер Джонс холодно фыркнула: «Вы, должно быть, неправильно поняли. Больше всего я ненавижу не обиды предыдущего поколения, а мою жестокую мать, которая меня бросила!» "Скайлер…" — голос миссис Джеффри был хриплым, глаза ее уже наполнились слезами. Совершенно не обращая внимания на чувства миссис Джеффри, Скайлер Джонс встал и вышел из кабинета, а переступив порог, повернулся спиной к миссис Джеффри и холодно сказал: «Вам здесь не рады, лучше больше сюда не приходить… если вы все еще хотите видеть Ребекку Квентин, советую вам передумать, потому что я не пощажу никого, кто причинит ей боль!» С этими словами Скайлер Джонс безжалостно ушёл. В этот момент миссис Джеффри рухнула на землю, ее глаза были полны слез скорби. Спустя полмесяца, Ребекка Квентин шла по коридору, ведущему на встречу в «Оверски». ---------- Главы 183-102: Когда я снова его увидела 2 Позади неё находилась помощница Скайлер Джонс. «Секретарь Квентин, я могу лишь попросить вас о помощи в этом деле, пожалуйста, помогите мне…» Бекка улыбнулась: «Мистер Джонс — разумный человек, если вы попросите отпуск по случаю свадьбы, он обязательно его одобрит». Луна Спенсер энергично покачала головой: «Нет, когда я вернусь из свадебного путешествия, мистер Джонс точно больше не захочет меня… Секретарь Квентин, начальница, пожалуйста, помогите мне поговорить с мистером Джонсом, вы же знаете, что он слушает только вас». Слова «Босс-леди» заставили лицо Бекки помрачнеть. «Хорошо, тогда я поговорю с мистером Джонсом». Теперь, когда она всем рассказывала о своих отношениях со Скайлер Джонс, никто ей не верил. После того, как она на пару месяцев ушла из «Оверски», Скайлер Джонс тоже редко появлялась в «Оверски», поэтому все в «Оверски» думали, что Скайлер Джонс ушла из компании, чтобы сопровождать её в поездке… На этот раз, вернувшись в «Оверский», она обнаружила, что сотрудники стали относиться к ней ещё более уважительно, чем раньше, и ей стало трудно что-либо объяснить. Она боялась, что неубедительные объяснения могут навредить репутации Скайлер Джонс, поэтому просто оставила их в покое; пока они и Скайлер Джонс знали правду, всё было в порядке. «Спасибо, мисс Квентин, ой, то есть, спасибо вам, босс-леди, я сейчас позвоню своему жениху…» Наблюдая, как ассистентка радостно уходит, Бекка покачала головой с улыбкой и вошла в кабинет генерального директора. На стол поставили дымящуюся чашку кофе. Скайлер Джонс поднял взгляд от стопки документов и увидел Бекку, одетую в деловой костюм, с улыбкой на губах: «Ты обычно не заходишь ко мне в кабинет, если тебе что-то не нужно». «Я боялась, что ты устанешь, поэтому приготовила тебе чашку кофе». Скайлер Джонс улыбнулась, глядя на нее. Несмотря на то, что она была одета в офисный костюм — черную юбку в сочетании с простой белой рубашкой, — ее естественная манера поведения создавала благородную и элегантную ауру. Она выглядела молодой и свежей, как девушка, только что окончившая колледж, способная покорять сердца людей. Задержавшись на ней взглядом, он, естественно, отвел его, когда Скайлер Джонс взяла кофе и сказала: «Спасибо». Бекка потерла руки и, немного неловко произнеся: «Э-э, мистер Джонс, я хочу поговорить с вами кое о чём…» "Как дела?" «Дело в том, что Луна выходит замуж в этом месяце, и свадебный отпуск, а также медовый месяц могут занять месяц, поэтому она хотела бы попросить компанию предоставить ей месячный отпуск…» Скайлер Джонс недовольно воскликнула: «Ни за что!» Бекка заикнулась: «Как ты можешь быть таким неразумным? Луна работает твоей помощницей уже три года, ни разу не беря отпуск, ты должен позволить ей это хотя бы раз!» Скайлер Джонс терпеливо ответила: «Дело не в том, что я не разрешу, просто внезапно найти помощника стало очень проблематично…» Бекка с гордостью похлопала себя по плечу: «Мистер Джонс, я у вас еще есть, я могу выполнять и работу помощницы, если только мистер Джонс заплатит мне двойную зарплату в этом месяце!» Встав, Скайлер Джонс подошла к Бекке, нежно обняла ее и тепло сказала: «Зарплата зависит от тебя, но я не хочу, чтобы ты так уставала». «Я совсем не устала, мне всегда кажется, что ты не даешь мне много работы, в последнее время я довольно расслаблена… ладно, пообещай мне не увольнять Луну, она всегда была трудолюбивой!» На самом деле, многие сложные дела, обычно решаемые секретарем, были улажены самим Скайлером Джонсом, поэтому Бекка в последнее время была свободна, а Скайлер Джонс был довольно занят. Ему нравилось, как она теперь с ним разговаривала, явно соглашаясь помочь другим завоевать его расположение, но при этом слегка улыбаясь, словно кокетничая. Поскольку ему нравилось видеть её такой, он не ответил. Бекка держала Скайлера Джонса за руку и умоляюще кричала: «Мистер Джонс, пожалуйста, согласитесь…» У нее были прекрасные волосы, и из-за ее движений несколько прядей выпали за ухо, а несколько черных прядей свисали на щеку, заставив Скайлер Джонс растеряться и инстинктивно протянуть руку, желая помочь ей убрать их, когда… «Мистер Джонс». Уважительный мужской голос прервал движение Скайлера Джонса. Посетительницей оказалась женщина-менеджер из отдела по связям с общественностью компании «Оверский». Увидев происходящее, она быстро отступила и сказала: «Извините, пожалуйста, продолжайте…» Слова менеджера залили Бекку румянцем, и она тут же отошла в сторону. В этот момент Скайлер Джонс повернул лицо к подчиненному, который нетерпеливо собирался покинуть кабинет, и спросил: «Что случилось?» Менеджер-женщина замерла, неловко обернулась и сказала: «Э-э, мистер Джонс, я просто хотела напомнить вам, что сегодняшний банкет Международного семинара по инновационной экономике начинается в восемь, возможно, вам стоит подготовиться пораньше». "Я знаю." Затем управляющая женщина отступила. Бекка недоуменно спросила: «Разве такие банкеты проводятся нечасто? Вы обычно на них не ходите». Скайлер Джонс вернулся к столу и ответил: «В этот раз все по-другому, через шесть месяцев начнется крупный международный проект, и на этом банкете присутствуют представители групп, стремящихся получить этот проект». «О, неудивительно, что вы воспринимаете это всерьез. Вам нужна моя помощь?» Она несколько раз сопровождала его на подобные деловые мероприятия, и ее навыки общения были неплохи. Скайлер Джонс покачал головой: «Не нужно, сегодня вечером я возьму на себя роль Луны, а тебе лучше пораньше пойти домой и отдохнуть, завтра, если ты будешь играть обе роли, ты очень устанешь». «Значит, вы согласились, это замечательно… Мистер Джонс, поблагодарите Луну от её имени!» "Конечно." Ночь. Приняв душ пораньше, Бекка в пижаме прислонилась к кровати и неторопливо листала книгу по воспитанию детей, которую держала в руках. Она уже привыкла каждый день понемногу изучать эту книгу, надеясь в будущем стать идеальной матерью, даже если ребенок вырастет в неполной семье, она хотела, чтобы ребенок был счастлив. Прикрывая живот и ощупывая ребенка, она старательно запоминала все прочитанное. Пока она внимательно читала, у нее внезапно зазвонил телефон. Бекка нажала кнопку ответа на телефоне и приложила телефон к уху, продолжая смотреть в книгу: "Привет…" «Секретарь Квентин, это я, Луна…» «Я знаю, это вы, разве вам не следовало бы сопровождать мистера Джонса на светское мероприятие? Как же у вас нашлось время позвонить мне сейчас?» Луна, находясь по другую сторону провода, с тревогой думала: «Мне конец, секретарь Квентин, я забыла документ, необходимый для семинара в компании. Семинар вот-вот начнётся, а у меня нет времени его принести. Мистер Джонс точно меня убьёт…» Бекка закрыла книгу и спросила: «Это очень важно?» «Конечно, это важно, мистер Джонс лично организовал это сегодня днем, я по неосторожности оставил это на своем столе». «Вот план: ты продолжай сопровождать мистера Джонса, я вернусь в компанию, чтобы забрать это для тебя, и позвоню тебе, когда доберусь до отеля». ---------- Главы 184-103: Он напился и пришёл её искать. «Хорошо, хорошо… Секретарь Квентин, пожалуйста, поторопитесь, это вопрос жизни и смерти!» Ребекка Квентин успокоила: «Да, не волнуйтесь, я скоро буду». Ребекка Квентин взяла такси и как можно быстрее помчалась в «Оверски». Получив документы, она направилась прямо в отель. Поскольку Ребекка Квентин уже бывала в этом бизнес-отеле, она, предварительно позвонив Луне Спенсер, поспешно вошла в лифт. Лифт поехал прямо на 36-й этаж, и сердце Ребекки Квентин волновалось не меньше, чем сердце Луны Спенсер. К счастью, Луна Спенсер уже ждала у дверей лифта, не теряя времени. Поцеловав документы в руке, Луна Спенсер радостно воскликнула: «Секретарь Квентин, большое вам спасибо… В следующей жизни я обязательно отплачу вам стократно!» «Скорее заходите, мистер Джонс ждет!» «Да-да, я угощу тебя ужином завтра». С этими словами Луна Спенсер ворвалась на мероприятие. Ребекка Квентин улыбнулась, и сердце ее успокоилось. Но, возможно, из-за того, что она так спешила, она вдруг почувствовала легкую боль внизу живота. Хотя это была не судорожная боль, Ребекка Квентин все равно боялась, потому что у нее было слабое здоровье и она была склонна к различным проблемам. В состоянии тревоги и страха Ребекка Квентин вошла в ванную комнату на этом этаже. Проверив в ванной комнате и убедившись в отсутствии признаков кровотечения, Ребекка Квентин вздохнула с облегчением, и боль постепенно утихла. Выйдя из ванной комнаты и держась за живот, Ребекка Квентин почувствовала облегчение после пережитого страха и пребывала в хорошем настроении. Кто бы мог подумать, выйдя из ванной и направившись к лифту, она случайно увидит парочку, флиртующую в углу коридора отеля. Подобные сцены в ту эпоху были нередки, поэтому Ребекка Квентин не обратила на это особого внимания и сразу же вошла в лифт. «Мистер Джеффри, я проделал весь этот путь из Франции специально, чтобы увидеть вас… Вам нечего сказать? Вы так плохо себя ведёте, я расскажу тёте!» Мягкий и обаятельный голос едва слышно донесся до ушей Ребекки Квентин, и, возможно, потому что она была чувствительна к имени «мистер Джеффри», она инстинктивно обернулась, войдя в лифт. В этот момент она замерла на секунду, и двери лифта одновременно закрылись. Наблюдая за падением цифр в лифте, Ребекка Квентин слегка прикоснулась к нижней части живота. В её памяти осталась та сцена, которая произошла ранее… Стройная женщина с красивой спиной, в соблазнительном черном шелковом платье, обнимала мужчину в костюме и галстуке. Ее белые ногти на ногах с красным лаком нежно поглаживали его ногу, очень соблазнительный жест, в то время как его большая рука лежала на ее стройной белой ноге под платьем, а на его красивом лице не было обычной серьезности, темные глаза были затуманены. Внезапно Ребекка Квентин рассмеялась, ее улыбка была такой спокойной, такой безразличной. Рано утром Ребекка Квентин вошла в кабинет Скайлера Джонса со стопкой документов и сказала: «Мистер Джонс, я упорядочила записи с семинара, который вы посетили вчера вместе с Луной. Пожалуйста, взгляните на них». Скайлер Джонс, похоже, читала утреннюю газету и, как только вошла Ребекка Квентин, сказала: «Уберите эти газеты!» Ребекка Квентин кивнула и протянула руку, чтобы организовать доставку газет. Скайлер Джонс открыл документы, его взгляд скользнул по выражению лица Ребекки Квентин. Поскольку крупная фотография на газетной странице была слишком бросающейся в глаза, Ребекка Квентин увидела новость одним взглядом. Заголовок гласил: «Президент группы компаний Skytop влюбился, его новой возлюбленной стала богатая француженка китайского происхождения». Такое броское название, естественно, привлекло внимание Ребекки Квентин. На размытом снимке запечатлена их встреча вчера на углу отеля… похоже, фотография была слита персоналом отеля. Скайлер Джонс наблюдала за выражением лица Ребекки Квентин и, к своему удивлению, не заметила никаких изменений. Казалось, она была равнодушна к этой новости. Убрав газеты, Ребекка Квентин уважительно обратилась к Скайлеру Джонсу: «Мистер Джонс, у вас назначена встреча с девяти до одиннадцати, а в полдень вы должны пообедать с мистером Оливером из GlobeCorp Group, чтобы обсудить земельный участок в западных пригородах. Однако президент «Скайтопа» пригласил вас на обед. Стоит ли нам перенести встречу с ним или сообщить об этом мистеру Оливеру?» Услышав, как Ребекка Квентин так равнодушно упомянула Говарда Джеффри, Скайлер Джонс почувствовала облегчение и радость, ответив: «Договоритесь встретиться с мистером Джеффри за ужином, мистер Оливер приглашал меня уже несколько раз!» Ребекка Квентин кивнула: «Хорошо, я сейчас же схожу и позвоню секретарю мистера Джеффри». ---------- Глава 185-103: Он напился и пришел ее искать (2) "Мм." Выйдя из офиса, Ребекка Квентин села на свое место и позвонила секретарю Говарда Джеффри, наконец, назначив время на вечер. После звонка Ребекка Квентин приступила к выполнению работы на сегодня. Работа секретаря не была сложной, но поскольку Луна Спенсер сегодня ушла в отпуск, у нее появилось гораздо больше дел. В девять часов она сопровождала Скайлер Джонс на встречу, и прежде чем она успела опомниться, уже было одиннадцать. Держа в руках документы, она вышла из конференц-зала вместе со Скайлером Джонсом. После того как несколько руководителей незаметно отошли на безопасное расстояние, Скайлер Джонс остановился и спросил: «Вам нужно избегать этого сегодня вечером?» Ребекка Квентин сначала не расслышала: "Что?" Скайлер Джонс медленно ответил: «Если вы не хотите его видеть». Ребекка Квентин, осознав ситуацию, ответила: «Мистер Джеффри, возможно, не обсуждает с вами дела, поэтому мне не нужно присутствовать». Она не боялась его видеть, просто не хотела спорить. Раз он сказал, что не хочет ее видеть, то пусть будет так; у нее не было настроения с ним общаться. От такого избегания она все еще не могла отказаться… Мысли Скайлера Джонса унеслись в мрачное русло, но тон его оставался спокойным: «Хорошо, отдохни пораньше сегодня вечером. Без Луны ты, должно быть, сегодня очень устал». После обеда, обсудив все с начальником Варго, Ребекка Квентин вошла в здание «Оверски» и, болтая и смеясь со Скайлер Джонс о рабочих делах, отправилась туда. Возможно, она была слишком сосредоточена на обсуждении и не заметила внушительную фигуру, вошедшую с другой стороны здания «Оверский». «Думаю, мистер Оливер очень лоялен, возможно, нам удастся договориться о более выгодной скидке…» Краем глаза Скайлера Джонса заметил человека, входящего слева, и тот, обернувшись с улыбкой, сказал: «Вы становитесь все более проницательными; в следующий раз вам следует вести переговоры с мистером Оливером…» С радостью на лице Ребекка Квентин ответила: «Конечно!» Она всегда хотела проверить свои социальные навыки и посмотреть, действительно ли они улучшились, что было бы очень полезно для ее будущих взаимодействий. "Бекка!" "Мм?" Скайлер Джонс внезапно остановилась и выпрямила плечо. Ребекка Квентин растерянно расширила глаза: «Что случилось?» Скайлер Джонс тихо сказала: «Ресничка упала на уголок твоего глаза». «Правда?» — смущенно моргнула Ребекка Квентин. — «Я ничего не почувствовала…» "Позвольте мне помочь вам!" "Ой…" По-видимому, не понимая, что происходит, Скайлер Джонс наклонился и коснулся пальцами уголка ее глаза. Поначалу эта поза ничего не вызвала у Ребекки Квентин, но когда приблизился Скайлер Джонс, его дыхание смешалось с её, создав невольную интимность, которая её смутила. Она инстинктивно отвернула голову и неловко сказала: «Позвольте мне сделать это самой, я пойду освежусь в туалете». «Не двигайтесь, дело сделано!» Услышав его слова, Ребекка Квентин не смогла отказать и позволила Скайлер Джонс повернуть лицо обратно. Слева Говард Джеффри, который весело беседовал с стоявшим рядом с ним иностранным руководителем, с пристальным вниманием заметил происходящее справа. "Ух ты, какая прекрасная картина…" Иностранный руководитель также заметил происходящее справа и воскликнул. С их ракурса Ребекка Квентин была почти полностью скрыта высокой фигурой Скайлера Джонса, а то, как он наклонился, и ее легкий поворот головы в знак сопротивления, создавали впечатление, будто они целуются на публике, что вызывало довольно неоднозначную реакцию. В этот момент никто не заметил резкого изменения во взгляде Говарда Джеффри. Скайлер Джонс сказала: «Всё готово!» «Спасибо, я пойду подправлю макияж в туалете». "Хорошо." Возможно, все еще не осознавая произошедшего, Ребекка Квентин, смущенная, не оглядывалась по сторонам, уходя. "Мистер Джонс!!" Иностранный руководитель позвонил Скайлеру Джонсу по-английски. Скайлер Джонс обернулся и увидел, как Говард Джеффри приветствует директора по международным делам во Франции, г-на Робинсона, и, с приятным удивлением подойдя к нему, отвечает по-английски: «Г-н Робинсон, давно не виделись!» Скайлер Джонс кивнул Говарду Джеффри, а затем вежливо пожал руку Робинсону. Робинсон улыбнулся и сказал: «Мистер Джонс, вы отлично проводите время, радуя всех своим видом в вестибюле… Эта прекрасная девушка, должно быть, ваша невеста, верно?» «Вы заставили мистера Робинсона пошутить…» Необъяснимый ответ Скайлер Джонс сделал предыдущую сцену еще более двусмысленной. Робинсон повернулся к Говарду Джеффри, который оставался равнодушным, и с улыбкой сказал: «Мистер Джеффри, ваш старший брат скоро женится, вам тоже следует приложить усилия!» «Я всегда не мог сравниться со своим старшим братом. Мистер Робинсон, если у вас есть время, познакомьте меня с кем-нибудь», — ответил Говард Джеффри, искусный в светских беседах. «Мистер Джеффри, вы шутите. Вы такой замечательный, что недостатка в женщинах у вас точно не будет. Если вы действительно еще никого не нашли, я бы не отказался познакомить вас со своей племянницей…» «Конечно, мистер Робинсон, не забывайте об этом». Все трое рассмеялись и вошли в лифт в сопровождении секретаря Говарда Джеффри. Когда Ребекка Квентин вышла из туалета, Скайлер Джонс нигде не было видно. Подумав, что Скайлер Джонс, возможно, уже вернулась в офис, она вошла в лифт. Как только Ребекка Квентин вернулась в свой кабинет, она была поражена оживленной дискуссией в небольших группах людей о ком-то конкретном. "Да… Я тоже его видела, когда шла… Он такой красавчик, я чуть не упала в обморок…" «Я впервые вижу его лично, он гораздо красивее, чем в новостях по телевизору… К сожалению, в сегодняшней газете написали, что у него, похоже, снова появилась новая девушка…» Разговор донесся до ушей Ребекки Квентин; она, естественно, поняла, о чем они говорят, и имя собеседника невольно мелькнуло у нее в голове. Он, вновь занявший первое место в списке самых завидных холостяков, вновь пробудил бесчисленные женские фантазии. Она признала, что богатых мужчин много, но то, что такой богатый и привлекательный мужчина вызвал такой ажиотаж, не стало неожиданностью. Подождите, услышав это, он что, приехал в "Оверский"? В тот самый момент, когда Ребекка Квентин была озадачена, на ее столе зазвонил телефон, предназначенный исключительно для связи с президентом. Она тут же вернулась к реальности и нажала на кнопку ответа. «Секретарь Квентин, поднимитесь и приготовьте несколько чашек кофе». "Хорошо." ---------- Главы 186–104: Точно так же, как и раньше, когда он её баловал (Часть 1) Недолго думая, Ребекка Квентин уже собиралась войти в лифт, чтобы подняться наверх, когда к ней тут же подошла влюбленная коллега: «Секретарь Квентин, генеральный директор приглашает вас подняться?» "Да." «Я вам так завидую, что вы смогли познакомиться с мистером Джеффри… вы не представляете, какой он красавец…» «Мистер Джонс хочет, чтобы я поднялся наверх и сварил кофе. Вы не против воспользоваться этой возможностью?» Коллега беспомощно покачала головой: «Лучше не надо, если генеральный директор захочет вас видеть, у меня будут проблемы… ладно, неважно, надеюсь, мистер Джеффри встретится со мной во сне». Ребекка Квентин улыбнулась и вошла в лифт. Хотя они больше не общались, вспоминая холодные и решительные слова, которые он когда-то сказал, она все еще испытывала тревогу. К счастью, сейчас она была спокойнее, чем раньше, и не боялась его видеть. Постучав и получив ответ от Скайлер Джонс, Ребекка Квентин спокойно вошла в кабинет. В офисе трое мужчин обсуждали международный проект, который должен стартовать через шесть месяцев… Ребекка Квентин сразу узнала иностранца, который был хорошо знаком с Говардом Джеффри… Она видела его в газетах; он, казалось, был организатором международного проекта, запланированного на полгода вперед, и всегда был близок к Говарду Джеффри. За два года брака с Говардом Джеффри она сопровождала его на мероприятие, где познакомилась с этим человеком, но тогда она была молода и наивна, совсем не так, как сейчас. Поскольку в офисе была кофемашина, Ребекка Квентин быстро сварила кофе тройной крепости и принесла его. С легкой улыбкой она спокойно поставила кофе рядом с ними. Говард Джеффри, естественно, заметил ее в тот же миг, как она вошла в офис, но его всегда было трудно разглядеть: он неторопливо развалился на диване, казалось, полностью погруженный в работу. Даже когда она подала ему кофе, его взгляд, казалось, ни на секунду не задержался на ней. Ребекка Квентин передала кофе Робинсону, но внезапно Робинсон схватил Ребекку Квентин за руку… В этот момент Говард Джеффри слегка пошевелился. Однако Скайлер Джонс встала первой с суровым выражением лица, готовым взорваться от гнева, когда Робинсон заговорил: «Маленькая секретарша, вы мне знакомы, мы раньше встречались?» Ранее в вестибюле, поскольку Ребекка Квентин шла быстро, Робинсон не смог ее как следует рассмотреть, поэтому он не понял, что она — «невеста» Скайлер Джонс, о которой он упоминал внизу. Неожиданно, но Робинсон всё же произвёл впечатление… Ребекка Квентин, естественно, отдернула руку и улыбнулась: «Мистер Робинсон шутит, вы далеко, во Франции, а я всего лишь рядовой сотрудник, как же я могу с вами встретиться?» Убедившись, что Робинсон не хотел проявлять напористость, Скайлер Джонс медленно сел, также застыв в бесстрастном состоянии. Робинсон напряженно размышлял: «Кажется, вы мне очень знакомы… Помню, мистер Джеффри, она похожа на вас…» Предчувствуя, что собирается сказать Робинсон, сердце Ребекки Квентин внезапно затрепетало. К счастью, Скайлер Джонс перевела разговор на другую тему: «Мистер Робинсон, не дразните молодую леди… давайте продолжим предыдущую тему. Есть ли вероятность, что вы захотите поручить этот проект компаниям 'Oversky' или 'Skytop'?» Робинсон вернулся к теме и ответил: «Конечно, я знаю мистера Джеффри много лет, я ему доверяю. Поскольку он занят несколькими проектами и предпочитает, чтобы этот проект взяла компания «Оверски», я, естественно, предоставлю «Оверски» инсайдерскую информацию во время торгов». «Отлично, компания „Оверский“ сделает все возможное, чтобы получить этот проект!» Наступление ночи. В самом престижном бизнес-клубе города Y. Менеджер Йев из отдела по связям с общественностью компании «Оверски» снова поднял тост за Говарда Джеффри. «Мистер Джеффри, я от имени мистера Джонса еще раз поднимаю тост за вас…» Ховард Джеффри, лениво сидя на диване, чокнулся бокалами с менеджером Йевом, слегка опьянев. Менеджер Йью был ненамного старше, выглядел лет на тридцать, обладал юношеской, привлекательной внешностью, которая постоянно очаровывала находившегося рядом Робинсона. «Менеджер Йью должен поднять за меня тост, вы уже несколько раз поднимали тост за мистера Джеффри…» — произнес пожилой мужчина старше пятидесяти. Менеджер Йью, будучи экспертом в светских беседах, естественно, села рядом с Робинсоном, игриво произнеся: «Я слышала, что мистер Джеффри плохо переносит алкоголь, поэтому я хочу, чтобы он выпил побольше, а потом медленно выпил вместе с мистером Робинсоном…» Робинсон с удовольствием выпивал с менеджером Йью, но, сохранив рассудительность, спросил: «Почему мистер Джонс так долго отвечает на телефонный звонок и до сих пор не пришел?» Менеджер Ю смущенно рассмеялся: «О, мистер Джонс, должно быть, разговаривает по телефону с мисс Квентин? Возможно, они ведут оживленную беседу…» ---------- Главы 187-104: Всё так же, как и раньше, когда он её обожал. «Это совсем неудовлетворительно, он даже не пил». «Не волнуйтесь, наш мистер Джонс никогда не забывает важных гостей. Позже я обязательно позабочусь о том, чтобы мистер Робинсон напоил мистера Джонса, а если мистер Джонс напьётся, я просто отправлю его к мисс Квентин…» «Вот это уже лучше». Пока они болтали, Говард Джеффри потягивал красную жидкость из своего бокала, и в тусклом свете отдельной комнаты его глубокие, непостижимые глаза все еще светились, как пронзительные шипы, даже когда он был слегка пьян. Премьер-министр. В машине Ройе взглянул в зеркало заднего вида, где Говард Джеффри, из-за воздействия алкоголя, прислонил голову к сиденью, и спросил: «Президент, может, нам стоит сразу же вернуться в отель?» "Хм." Затем Ройе завел двигатель. Вскоре машина подъехала к отелю, где остановился Говард Джеффри. Ройе тут же вышла, чтобы открыть дверь машины Говарду Джеффри, и секретарь Сесили, сидевшая на переднем пассажирском сиденье, тоже быстро вышла, чтобы помочь ему. «Не нужно мне помогать, позвольте мне еще немного откинуться назад». Говард Джеффри, закрыв глаза, откинулся на спинку кресла и сказал: «Секретарь Сесили, вы тоже устали. Вам следует вернуться и отдохнуть». Лиза Сесили с тревогой посмотрела на Ройе. Рой кивнул в знак того, что позаботится о Говарде Джеффри, и только после этого секретарь Сесили ушла. Возможно, из-за притупляющего действия алкоголя, в голове Говарда Джеффри запечатлелась бледная фигура, и слова управляющего Йева эхом звучали в его ушах: «Если мистер Джонс напьётся, я просто отправлю его к мисс Квентин…» Скайлер Джонс сегодня вечером изрядно выпил! Внезапно Говард Джеффри сказал: «Рой, принеси мне мой телефон». Ройе быстро передал телефон. Говард Джеффри, используя остатки сознания, набрал номер, и, попав на линию, медленно выдохнул: «Мистер Робинсон, я забыл напомнить вам кое-что… Да, это очень важно, вы можете договориться о встрече с моим братом… Хорошо, до завтра!» Закончив разговор, Говард Джеффри бросил телефон на сиденье, его голос, охрипший от алкоголя, звучал так: «Рой, иди в жилой комплекс XX». Рой, естественно, знал, кто живет в жилом комплексе XX, и был несколько удивлен, что Говард Джеффри направляется туда, но не смел ослушаться и быстро сел в машину. Полчаса спустя. Пока Бекка крепко спала, она смутно услышала, как кто-то звонит в дверной звонок снаружи. Никто никогда не беспокоил ее в такой поздний час, Бекка предположила, что это кто-то из соседей, поэтому, недолго думая, продолжила спать. Но звонок в дверь становился все более настойчивым, и Бекке уже не оставалось ничего, чтобы его игнорировать. Наконец, Бекка открыла свои сонные глаза и встала. Поскольку в здании, где находилась эта квартира, всегда была хорошая система безопасности, и так как Бекка еще не полностью проснулась, она рассеянно открыла дверь. Кто бы мог подумать, что в тот момент, когда она открыла дверь, к ней внезапно упала высокая фигура, от которой исходил легкий запах алкоголя. "Привет…" Внезапный удар тяжелой стены из плоти чуть не заставил Бекку потерять равновесие. К счастью, Ройе, который следовал за ним, немедленно поддержал его, сказав: «Президент…». Почти сразу после того, как Рой помог Говарду Джеффри подняться, Бекка наконец поняла, кто это. Каждый раз, когда он приближался к ней, первое, что она чувствовала, был его неповторимый запах. Сегодня, хотя в нем и чувствовался легкий привкус алкоголя, он все равно был приятным. Ройе неловко произнес: «Извините, мисс Квентин, президент…» Как ему это объяснить? Затуманенный взгляд Говарда Джеффри был прикован к Бекке. Увидев взгляд Говарда Джеффри, устремленный на Бекку… Ройе сразу понял, что в данный момент он не нужен, и, несмотря на беспокойство по поводу Говарда Джеффри, он все же медленно отпустил его и отступил назад. Говард Джеффри прислонился к стене, в его глубоких темных глазах отражались следы опьянения, голос его был тихим: «Отдыхаешь?» Зачем он здесь? Разве он не говорил, что больше не хочет её видеть? Когда она с ним не встречалась, она могла быть равнодушна, но, оказавшись так близко к нему и вспоминая жестокие и решительные слова, которые он когда-то ей сказал, она не могла не почувствовать душевную боль. Однако эта боль была вызвана не тем, что он когда-то с ней сделал, а тем, что она по глупости влюбилась в такого холодного и бессердечного человека. Затаив дыхание, Бекка спокойно и невозмутимо ответила: «Я отдыхала, поэтому очень удивлена, увидев мистера Джеффри у себя дома». Говард Джеффри, уставившись в безразличное лицо Бекки, вдруг хриплым голосом произнес: «Детка…» Слово «малыш» он часто употреблял и раньше… Раньше, когда он так её называл, ей всегда казалось, что её окутывает мёд, что он её очень любит. Но теперь, услышав подобные выражения снова, она ничего не почувствовала, лишь усилившуюся настороженность по отношению к нему: «Что задумал мистер Джеффри? Даже если бы я хотела избегать мистера Джеффри, похоже, вы мне этого не позволите?» Взгляд Говарда Джеффри, устремленный на Бекку, стал еще более чарующим из-за алкоголя в его крови, а голос его, нежный и медленный, спросил: «Детка, что случилось?» Теперь тон его голоса, точно такой же, как и раньше, когда он уговаривал ее, заставил Бекку слегка нахмуриться. Он действительно был пьян или притворялся? Что бы он ни делал, всегда это было целенаправленно, любыми необходимыми средствами. Что же он замышлял на этот раз? "Ты…" Холодный ответ Бекки был прерван тихим замечанием Ройе, стоявшей позади Говарда Джеффри: «Извините, мисс Квентин, президент сегодня много выпил…» Ройе, много лет следившая за Говардом Джеффри, редко видела его пьяным, поэтому сложившаяся ситуация несколько озадачила Ройе. Услышав слова Роя и заметив его невинный, детский взгляд, Бекка невольно расслабилась, и ее голос прозвучал холодно: «Просто забери его обратно, я пойду отдыхать!» Ройе стоял там, нерешительно… Кто бы мог подумать, что в этот момент в комнату вошел Говард Джеффри и с силой захлопнул дверь рукой. С громким хлопком Ройе оказался заперт снаружи. Внезапно оказавшись наедине с Говардом Джеффри, Бекка вздрогнула, инстинктивно немного отступила назад и нервно спросила: «Что вы хотите сделать?» Если бы он был безжалостным, она бы действительно испугалась… Когда она была одна, она могла быть совершенно бесстрашной, но сейчас она была не одна. Говард Джеффри внезапно схватил удаляющуюся Бекку, его движение было стремительным, как у гепарда, он резко развернул ее и крепко прижал к себе. ---------- Главы 188-105: Всё так же, как и раньше, когда он её обожал 2 "Злая?" Говард Джеффри легонько приподнял ее подбородок одной рукой, слегка приподняв его. Он смотрел в ее ясные глаза, восхищаясь ее безупречным лицом. "Ты…" Бекка начала испытывать замешательство по поводу сложившейся ситуации. Говард Джеффри нежно уговаривал: «Обещаю, я больше не вернусь так поздно». Она вырывалась из его объятий, ее тон был недружелюбным: «Тебе не нужно мне это рассказывать!!» «Будьте хорошими, не сердитесь…» Словно извиняясь, он поцеловал ее в щеку. Лицо Бекки быстро вспыхнуло от гнева и смущения, и она оттолкнула его: «Отпусти меня, сумасшедший!!» Она изо всех сил пыталась оттолкнуть его, но Говард Джеффри лишь крепче сжал её, обняв. "Прекратите!" Его действия были до неприличия властными. Бекка вскрикнула: «Рой, Рой…» К сожалению, звукоизоляция двери была слишком хорошей, и Ройе, стоявший снаружи, не мог услышать зов Бекки. "Ты такой шумный…" В этот момент Говард Джеффри прижал Бекку к двери позади неё… Прежде чем Бекка успела отреагировать, он наклонился и поцеловал ее в губы, эти тонкие, теплые губы целовали ее дико и страстно… "М-м-м…" Руки Бекки лежали на его груди, но поскольку его сила намного превосходила её, все её попытки сопротивления были тщетны, и вскоре он схватил её руки, прижав их над её головой… Возможно, из-за того, что они были так близко, она чувствовала тепло, исходящее от его тела… Даже в полубессознательном состоянии многие мужчины могут испытывать физические желания без эмоций, поэтому многие изменяют своим партнерам в состоянии алкогольного опьянения. Он был пьян, не в силах противостоять инстинктам своего тела… Казалось, в глубине души он по-прежнему мог играть с ней по своему желанию… Из-за того, что их тела находились очень близко, источник тепла располагался у нее внизу живота, и в гневе она попыталась пнуть его. Однако, словно предвосхитив ее мысли, он еще сильнее прижал ее к себе ногой, уткнувшись головой ей в шею. Бекка всегда была очень чувствительна к щекотке, и, чувствуя его теплое дыхание у себя на шее, она пыталась вырваться, но ее лицо вспыхнуло румянцем. Поскольку Бекка чувствовала себя беспомощной, его поцелуи в ее шею постепенно стихли. Для Бекки это было неожиданно, и она воспользовалась случаем, чтобы оттолкнуть его. Никто не ожидал, что он чуть не упал на землю, но, к счастью, она вовремя его подхватила, инстинктивно крикнув: «Говард…» Он сегодня много выпил, и был по-настоящему пьян… В середине поцелуя он полностью потерял сознание… Когда он прижался к ней, она наконец поняла, что он не притворяется. Бекка освободила руку и повернула дверную ручку за собой… И действительно, Ройе, который ждал снаружи, немедленно помог Бекке поддержать Говарда Джеффри. Возможно, движение было слишком сильным и снова разбудило Говарда Джеффри, поэтому, прежде чем Бекка успела отстраниться от него, Говард Джеффри схватил ее за руку. "Привет…" Бекка силой вырвала у него руку. Но даже в полубессознательном состоянии он крепко держал ее, и в конце концов их пальцы переплелись. Прошла секунда, потом две секунды… Бекка несколько минут боролась с рукой Говарда Джеффри, но так и не смогла вырваться. Наконец, увидев его покрасневшую от ее усилий руку, она перестала сопротивляться. Ройе молчал, и когда Бекка устала, Ройе наконец заговорил: «Мисс Квентин, пусть президент отдохнет здесь сегодня ночью…» "Ни за что!!" «Итак, вы планируете стоять здесь с президентом всю ночь?» "Я…" «Возможно, президент со временем отпустит ситуацию». Бекка больше ничего не сказала, потому что она действительно не могла от него освободиться. Никто не ожидал, что в итоге, после того как Ройе снял пиджак, Говард Джеффри, в рубашке и с запахом алкоголя, просто уснул на её кровати. Он все еще держал ее за руку, заставляя ее тоже лечь на кровать. Хотя дверь была приоткрыта, а не полностью закрыта, и Рой стоял на страже снаружи, Бекке казалось, что весь мир сузился до них двоих. В такую ​​тихую ночь она слышала его ровное дыхание во сне. Будучи беременной, она, естественно, была сонливой, а их ссора усугубилась тем, что к часу ночи Бекка совсем устала, поэтому, настороженно относясь к нему, она медленно уснула… Возможно, Бекка плохо спала, однажды она проснулась посреди ночи… ---------- Главы 189-105: Всё так же, как и раньше, когда он её баловал 2_2 Проснувшись, она поняла, что в какой-то момент он уже отпустил её руку и теперь держит её сзади... Ребекка Квентин медленно убрала его руку со своей талии и, осторожно маневрируя, наконец освободилась от него. Практически сразу встав с постели, Ребекка Квентин повернулась, чтобы выйти из комнаты. За секунду до того, как она повернулась, чтобы уйти, она все еще взглянула на него. На самом деле, когда он спал, он выглядел совершенно безобидно, и черты его лица были хороши. Его красивое лицо было еще более выразительным, когда на нем не было холодного и сурового взгляда. Она не могла не думать: если ребенок в ее животе похож на него, то это определенно будет прекрасный ребенок... Как только она подумала о ребёнке, лёгкая грусть снова закралась в её сердце. Поглаживая живот, она говорила ребенку внутри себя: «Малыш, он твой папа. Но, к сожалению, его не будет рядом, когда ты родишься. И все же ты не можешь его винить, ведь он никогда не узнает о твоем существовании…» Утром. Говард Джеффри поднялся с кровати. Он держался за голову, так как от крепкого алкоголя, выпитого прошлой ночью, у него болела голова. Ройе уже вошёл со стаканом тёплой воды и сказал: «Президент». Говард Джеффри, всё ещё держась за голову, искоса взглянул на Роя и, нахмурившись, спросил: «Где это?» Ройе робко ответил: «В квартире мисс Квентин». Говард Джеффри внезапно поднял голову и огляделся. Он бывал в этой квартире и раньше, но никогда не бывал в её комнате. Это место действительно напоминало тот, где она жила; следы её жизни были повсюду, как и её едва уловимый запах... Его память не была бесполезна; он даже вспомнил, как прижимал её к стене, чтобы поцеловать... Говард Джеффри выглядел обеспокоенным, потер лоб и легкомысленно сказал: «Отвезите меня обратно в отель». "Да." Ребекка Квентин была рассеяна всё утро, пока её коллеги это не заметили. «Секретарь Квентин, мистер Джонс сегодня не вышел на работу, и вы так рассеяны?» Поддразненная коллегой, сидевшей справа от нее, Ребекка Квентин неловко ответила: «Ни за что!» Коллега-женщина хихикнула: «Похоже, вы с мистером Джонсом не живёте вместе. Иначе как бы вы сегодня пришли на работу одни…» «Ты слишком много об этом думаешь. Я пойду работать», — сказала она, тут же встала и подошла к копировальному аппарату. Пока аппарат копировал документы, Ребекка Квентин снова погрузилась в свои мысли. Скайлер Джонс уже написала ей вчера вечером, что Робинсон задержала его на обсуждение дел до поздней ночи, и из-за похмелья он, возможно, сегодня очень поздно придет на работу. Так откуда же у неё могли быть мысли о Скайлер Джонс? На самом деле она думала о человеке, который всё ещё находился в её квартире этим утром, прежде чем она ушла... Прошлой ночью она провела ночь в гостевой комнате, где раньше до рассвета спала тетя Клэр. Конечно, после этого она почти не спала... Когда она ушла, он всё ещё был в её квартире; ему ведь пора было уйти, правда? Ройе наверняка расскажет ему о том, что произошло прошлой ночью; какая у него будет реакция, когда он проснется? Действительно ли он напился и пришел найти ее прошлой ночью? В голове у Ребекки Квентин крутилось множество вопросов, и она невольно вздохнула. В этот момент зазвонил телефон на ее столе. Отбросив хаотичные мысли, Ребекка Квентин взяла копии документов, а затем и телефон: «Здравствуйте, группа «Оверскей»!» «Секретарь Квентин, это я, Лиза Сесили». «Секретарь Сесили». «Мистер Джеффри хочет встретиться с вами за обедом. Вы свободны?» «Я недоступен». «А что, если я скажу вам, что мистер Джеффри хочет поговорить с вами о закулисных подробностях проекта, на который компания «Оверски» будет претендовать через шесть месяцев?» «Извините, но даже если бы у меня была инсайдерская информация, мне пришлось бы сообщить об этом мистеру Джонсу». «Но мистер Джеффри хочет поделиться этим только с вами». Находясь на своей должности, секретарь Сесили точно понимала обязанности Ребекки Квентин как секретаря. После нескольких секунд колебания Ребекка Квентин наконец ответила: «Хорошо, а куда?» «Двенадцать часов в клубе «Дженнингс». "Понятно." «Кстати, мистер Джеффри сказал, что оставил свой телефон у вас прошлой ночью, и хочет, чтобы вы принесли его ему позже». Компания заканчивает работу в двенадцать часов, и поскольку разговор с Говардом Джеффри касался деловых вопросов, Ребекка Квентин ушла с работы на полчаса раньше. По пути к своей квартире она собиралась в клуб «Дженнингс», поэтому поехала домой, чтобы помочь ему найти телефон. Она вернулась домой и узнала, что он не оставил там свой телефон; он забыл взять пиджак, и телефон лежал в нём. Сидя в такси, она, погруженная в свои мысли, не отрывала взгляда от окна. Внезапно его телефон дважды запищал. Это был его телефон, на который пришли два текстовых сообщения. Конечно, она не стала бы на них смотреть, но по совпадению, из-за того, что таксист внезапно затормозил, чтобы объехать пешехода, переходившего дорогу в неположенном месте, его телефон случайно выскользнул из пиджака. Она просто взяла телефон, не ожидая случайно увидеть сообщение на экране. «Я слышал, что твой старший брат тоже учится в Y-Сити, почему бы нам не познакомиться? В конце концов, в будущем мы станем семьей!» Подпись на телефоне состояла из одного символа: "Джо". Для человека, который никогда не запоминал номера телефонов и копил деньги всего одним символом, было очевидно, насколько близки были их отношения. Достав телефон и положив его обратно в костюм, она снова перевела взгляд в окно. Вспомнив, как он поцеловал ее прошлой ночью, она вдруг резко вытерла губы рукой. «Клуб Дженнингса». В сопровождении официанта Ребекка Квентин прибыла в отдельную комнату, о которой упомянула секретарь Сесили. «Мисс Квентин, президент уже внутри и ждет вас». Стоя у входа в отдельную комнату, секретарь Сесили взяла у Ребекки Квентин пиджак и вежливо сказала ей: Ребекка Квентин кивнула и повернула дверную ручку отдельной комнаты. Говард Джеффри стоял у окна от пола до потолка в клубе, спиной к ней. По сравнению с прошлой ночью, его гордая фигура вновь обрела привычную властность. Тень позади него, казалось, была специально создана, чтобы подчеркнуть его холодность, отчего она невольно почувствовала озноб. «Иди сюда». Скрестив руки, он позвал. Она подошла к нему и спросила: «Мистер Джеффри, не могли бы вы поделиться со мной инсайдерской информацией?» «Эта инсайдерская информация находится только у Робинсона. Откуда она может мне попасть?» «Ты…» — раздраженно произнесла она. Она знала, что он может лгать, но если действительно существовала инсайдерская информация об интересах Оверского во второй половине года, она не могла не прийти. ---------- Главы 190-106: Побег с ребёнком «Ребекка Квентин, хочешь знать, почему я раньше не позволял тебе встречаться со Скайлером Джонсом?» «Извините, у меня нет времени обсуждать с вами личные дела». С этого высокомерного ракурса казалось, что он парит в облаках, всматриваясь в мир внизу. «Потому что он отец ребенка Кристин Куинн». Ребекка Квентин была ошеломлена. «Я не позволю тебе с ним связываться!» Ребекка Квентин растерялась: «Не могли бы вы выразиться яснее?» Говард Джеффри отвел взгляд от пустоты перед собой и повернулся к ней: «У тебя есть шанс услышать самую точную версию этого от Кристин Куинн. А сегодня я тебе скажу вот что — покинь Цветочное Королевство и перестань связываться со Скайлер Джонс!» «Не могли бы вы говорить менее резко? Я устроился в «Оверски» просто ради работы, а не из-за мистера Джонса». Говард Джеффри пристально посмотрел на нее, холодно фыркнул: «Флирт в офисе, поцелуи со Скайлер Джонс в коридоре — это вы называете работой?» Ребекка Квентин почувствовала себя несколько обиженной: «Не смей меня клеветать!!» Говард Джеффри холодно и презрительно прищурился: «Зачем притворяться, что тебя обидели?» «Говард Джеффри!» Почему каждый раз, когда она с ним ссорится, это словно он вонзает нож ей в сердце? «Ребекка Квентин, по крайней мере, раньше у тебя была эта отстраненность и гордость. А сейчас? Ты действительно настолько отчаянна, что цепляешься за любую соломинку, которая может спасти тебе жизнь, или ты просто, как твоя мать, совершенно неспособна общаться с мужчинами и наконец-то показала свое истинное лицо?» Подобный сарказм пронзил ее и без того хрупкое сердце, словно острый меч, и причинил боль по всей груди. Всё в порядке, Ребекка Квентин… Что бы он ни говорил, он больше не сможет причинить тебе вред. Если ты воспримешь его слова всерьез, все равно проиграешь с разгромным счетом. Утешив себя утешением, Ребекка Квентин холодно посмотрела на Говарда Джеффри тем же презрительным взглядом и улыбнулась: «Раз уж вы так считаете, скажу вам правду… Я всегда знала, что мистер Джонс мной интересуется, поэтому и пришла работать в город Y. Моя цель — удержать мистера Джонса, вернуть расположение этого золотого холостяка, и неожиданно результат меня действительно удовлетворил; мистер Джонс остался добрым и внимательным ко мне, его глубокие чувства остались неизменными. Думаю, мистер Джеффри, скоро вы будете называть меня «невесткой»!» Раньше она бы таких слов не сказала, но в этот момент ей стало действительно ужасно. Какое право он имеет так о ней говорить? Она не лишена достоинства; неужели он имеет право по своему желанию попирать её личность только потому, что он так глупо с ней поступил? Глаза Говарда Джеффри сверкнули резким светом, а тон его угрожающе произнес: «Попробуй-ка сам увидишь!» В этот момент Ребекка Квентин достала телефон и набрала номер. На глазах у Говарда Джеффри Ребекка Квентин повернулась, чтобы уйти, и с раздражением произнесла: «Оверски, ты можешь меня забрать? Я в клубе «Дженнингс»… хм, я подожду тебя у входной двери!» В этот момент она призналась, что намеренно пыталась его спровоцировать! Ребекка Квентин не знала, как отреагирует Говард Джеффри, когда она повернется, чтобы уйти; она знала лишь, что у нее горят глаза, и она больше не может притворяться перед ним. Лишь в тот момент она поняла… Она не могла оставаться спокойной и равнодушной, не могла притворяться, что ей всё равно… Услышать от человека, которого она когда-то так сильно любила, слова, оскорбляющие ее репутацию, — ей было очень больно, просто невыносимо больно… Боже мой, скажите ей, что она сделала не так, чтобы заслужить такое наказание? Даже если ей никогда не было дела, даже если она никогда не любила, даже если все прошлое не имеет значения в его сердце, она принимает это. Она больше не смеет с ним связываться; она просто хочет мирной жизни. Почему он все еще должен причинять ей такую ​​боль? Разве мы не можем расстаться по-дружески? Когда Скайлер Джонс увидела Ребекку Квентин, ее потерянная и одинокая фигура у обочины дороги была подобна свече, мерцающей на ветру и готовой погаснуть в любой момент. Он выскочил из машины, увидел печальную картину: Ребекка Квентин, из уголков глаз которой текли слезы, и нервно спросил: «Что случилось, Бекка, что произошло?» Ребекка Квентин лишь покачала головой, слезы текли ручьем, и она молчала. Скайлер Джонс указала на номер: «Говард Джеффри снова пришел вас найти? Он внутри?» "Эм-м-м…" "Черт возьми!!" — выругался он и уже собирался ворваться в клуб. «Не надо!» — Ребекка Квентин протянула руку и схватила Скайлер Джонс, ее голос охрип от слез. — «Пожалуйста, не рассказывай ему, что я сейчас в таком состоянии?» "Бекка…" ---------- Главы 191–106: Побег с ребёнком (Часть 2) Ребекка Квентин продолжала качать головой: «Пожалуйста, позвольте мне сохранить последние остатки достоинства!» Скайлер Джонс внезапно крепко обнял Ребекку Квентин: «Почему ты была такой глупой, что не сказала мне, что пришла его навестить?» Прислонившись к груди Скайлер Джонс, Ребекка Квентин наконец-то дала волю своим слезам. Перед стеклянной занавесью клуба «Дженнингс» высокая и стройная фигура осматривала окрестности. Прежде чем Скайлер Джонс приехала, он заметил ее дрожащее тело, стоящее у обочины дороги. Он знал, что эти слова причинили ей боль, и, возможно, в этот момент она безудержно рыдала в объятиях Скайлер Джонс… На самом деле, ему очень хотелось увидеть, как она будет справляться со всем с невозмутимым безразличием… Она никогда не узнает, что и ему говорить такие слова было не в его силах. Если бы она не была дочерью Вивиан Линдси, а он не сыном Стивена Джеффри, возможно, их история могла бы закончиться иначе, но… За двадцать с лишним лет его сердце утратило свою мягкость. Внутри машины. Настроение Ребекки Квентин постепенно успокоилось, и она тихонько вытерла оставшиеся слезы с уголков глаз. Скайлер Джонс посмотрела на нее в зеркало заднего вида и тихо спросила: «Отвезти тебя обратно в квартиру?» «Подожди минутку, Оверскай, мне нужно тебе кое-что сказать». "Хм." Прикусив губу, Ребекка Квентин, казалось, немного поколебалась, прежде чем сказать: «Я вас в последнее время беспокою?» Скайлер Джонс отвернулся и нервно спросил: «Почему ты это сказал?» Ребекка Квентин медленно опустила взгляд: «Оверски, должна честно сказать, я приехала в город Y не потому, что вы здесь, а потому, что вы могли предложить мне несложную и стабильную работу». "Я знаю." «На самом деле, я мог бы найти работу, чтобы сводить концы с концами, и в Т-Сити, но сейчас… я могу справиться только с такой легкой работой». Скайлер Джонс нежно взяла Ребекку Квентин за плечо: «Дурак, если бы ты была одна в Т-Сити, я бы волновался больше». Ребекка Квентин подняла глаза и встретилась взглядом с глубоко любящим и нежным взглядом Скайлер Джонс, прикусив губу и прошептав: «Почему ты так добр ко мне?» «Разве ты всегда не говорил, что считаешь меня старшим братом? Разве это не нормально, когда старший брат делает для тебя такие вещи?» Ребекка Квентин энергично покачала головой: «Но ты ведь совсем не сестрой меня считаешь». «Да, с первого момента, как я тебя увидел, я не смог этого сделать». «Тогда вы знаете, что я беременна, что ношу ребенка от Говарда Джеффри?!» — наконец крикнула Ребекка Квентин. "Я знаю." Ребекка Квентин внезапно подняла голову, озадаченная спокойным лицом Скайлер Джонс: «Ты…» Скайлер Джонс слабо ответила: «Когда мы были в Т-Сити, я держала рядом человека, чтобы тебя защитить. Я также знала, когда ты попала в больницу». После пережитого шока Ребекка Квентин недоверчиво спросила: «Раз вы знали, почему вы все равно меня приютили?» «Я не против». «Я приехала в город Y, потому что хотела заработать у вас денег за два-три месяца, чтобы накопить на жизнь за границей, вы понимаете?» После падения семьи Квентин её жизнь погрузилась в нищету. Хотя она получила миллион от Говарда Джеффри, она уже отдала эти деньги тёте Клэр в качестве гарантии на всю оставшуюся жизнь. Что касается карты на пятьдесят миллионов, которую Говард Джеффри ей когда-то дал, и основной карты, которую он дал позже, она никогда намеренно не использовала ни цента с них. После расставания с ним она оставила обе карты в его гостиничном номере. «Именно потому, что я тебя понимаю, мне еще больше жаль тебя. Ты понимаешь, что я хочу помочь тебе напрямую, но, учитывая твои чувства и гордость, я могу лишь наблюдать, как ты изо всех сил стараешься, даже будучи беременной? Каждый раз, когда ты уходишь из моего поля зрения, я думаю: тебя сейчас тошнит? Ты нездорова, а вдруг упадешь в обморок в ванной?» «Больше ни слова, Оверски, я правда никогда не думала, что доставлю тебе столько хлопот». Она думала, что приехала сюда только по работе. Скайлер Джонс крепко сжала плечи Ребекки Квентин: «Нет, это не мои проблемы. Это я должна чувствовать себя виноватой… Если бы я не настояла на соревновании с Говардом Джеффри после твоего возвращения с острова, я бы не позволила ему взять тебя, потому что прекрасно знала, что он может пытаться использовать тебя против меня. Но я все еще была полна уверенности, думая, что, если я выиграю у него, ты, естественно, вернешься ко мне. Я никогда не думала, что это причинит тебе такой вред…» «Вы не несёте никакой ответственности, это моя собственная глупость…» "Бекка…" — Скайлер Джонс, снова обняв Ребекку Квентин, хрипло произнес: "Можешь дать мне еще один шанс позаботиться о тебе? Что касается ребенка в твоем животе, я могу считать его нашим, и я никогда не позволю Говарду Джеффри узнать о его существовании!" Ребекка Квентин мягко оттолкнула Скайлер Джонс: «Знаешь, я не могу этого сделать. В этой жизни я больше никогда не хочу вступать в романтические отношения…» «Я могу подождать тебя». «Оверски, на самом деле я говорил тебе всё это не для того, чтобы ты рассказывал, как сильно ты обо мне заботишься. Я просто хотел, чтобы ты знал, что не стоит тратить на меня время, нужно ценить то, что у тебя есть». В глубоком взгляде Скайлер Джонс читалась неясность: «Что ты на самом деле хочешь мне сказать?» «Говард Джеффри сказал мне, что вы отец Мэрилин Куинн, так почему бы вам не посвятить свое время заботе о Кристин Куинн и ее матери?» Она всегда сомневалась в ребенке Кристин Куинн и однажды спросила об этом Говарда Джеффри на острове. Говард Джеффри ответил ей прямо, хотя и не стал вдаваться в подробности, но она знала, что он не солжет, потому что его очень волновала вражда предыдущего поколения. Он не позволит Кристин Куинн забеременеть! Ребекка Квентин никак не ожидала, что в этот момент глаза Скайлера Джонса расширятся, и он, застыв в своем изумлении, медленно ослабит хватку на руке Ребекки Квентин. В тот же день Ребекка Квентин больше не пошла в "Оверский"… Вернувшись в квартиру и размышляя о реакции Скайлера Джонса, когда он узнал, что Мэрилин — его дочь, Ребекка Квентин с тревогой позвонила Кристин Куинн. На другом конце света Кристин Куинн словно проснулась, ее голос лениво произнес: «Привет…» "Это я." Услышав голос Ребекки Квентин, Кристин Куинн изменила тон на недружелюбный: «Чего вы хотите? Если вы звоните, чтобы спросить, почему я помогла Говарду Джеффри обмануть вас в прошлый раз, то это потому, что Говард Джеффри заставил меня это сделать, он шантажировал меня, используя Мари!» ---------- Глава 192-107: Джеффри, Бекка беременна твоим ребенком «Для меня все это уже ничего не значит. Я звонил сегодня, чтобы сказать вам… Возможно, я допустил ошибку, но поверьте, это было непреднамеренно, я думал, что Oversky знает…» «Переходите сразу к сути». «Я узнал от Говарда Джеффри об отношениях между Мэрилин Куинн и мистером Джонсом и рассказал об этом мистеру Джонсу». Кристин Куинн равнодушно пожала плечами: «И это всё?» "Да." Кристин Куинн усмехнулась: «А вдруг он знает? В любом случае, ему будет все равно, даже если бы и было, он все равно не смог бы меня найти». Ребекка Квентин с беспокойством спросила: «Вы же в Америке?» «Я в Америке, но она такая огромная, что он не узнает, в каком уголке я прячусь». «Почему ты от него прячешься?» «В молодости я совершал глупые ошибки, теперь я рассудителен, и ребенок вырос». "Разве ты не хочешь, чтобы он тебя нашел?" «Если бы у вас сейчас был ребёнок Говарда Джеффри, хотели бы вы, чтобы Говард Джеффри вас нашёл?» "Я…" Кристин Куинн усмехнулась: «В семье Джеффри нет ни одного достойного мужчины. Ребекка Квентин, ты разве этого до сих пор не поняла?» Ребекка Квентин молча смотрела вниз. Кристин Куинн продолжила: «Учитесь на своих ошибках. Я когда-то давала вам совет, но вы все равно бросились в огонь, как мотылек, и все же, как женщина, я могу понять ваш тогдашний выбор». «Мисс Куинн, где вы сейчас?» «Что-то не так?» «Нет, я хочу навестить вас. Есть кое-что, что я хочу рассказать вам лично о нашем отце. Возможно, вы его неправильно поняли». Жить с ненавистью — поистине мрачное существование, особенно с учетом того, как Говард Джеффри вбил клин между Кристин Куинн и ее отцом. Кристин Куинн долго молчала, прежде чем заговорить: «Если хочешь навестить меня, сделай это поскорее. Я буду занята некоторое время… Я воспользуюсь карточкой с адресом, чтобы отправить тебе свой текущий адрес. Не забудь удалить её сразу после получения, чтобы никто не смог её отследить». "Хорошо." Ночь. Ребекка Квентин пересчитала все свои деньги. Накопленные за четыре года работы сбережения были невелики, но хватило на то, чтобы прожить в Америке несколько месяцев… Изначально она планировала накопить больше денег в городе Y, но теперь, похоже, она больше не может там оставаться… Некоторые вещи, даже если они не были преднамеренными, воспринимаются теми, кто имел намерения, как преднамеренные, и объяснений никогда не будет достаточно. Единственный выход для неё — покинуть город Y, чтобы полностью избежать проблем… На самом деле, независимо от того, провоцировала ли она Скайлера Джонса намеренно, она знала, что он в курсе, но его настойчивые утверждения об обратном были лишь попыткой выгнать её из города Y… Она до сих пор помнит сообщение: «Его новая возлюбленная хочет познакомиться со Скайлер Джонс!» Действительно, если бы она оказалась в городе Y и случайно встретила его новую возлюбленную, это было бы очень неловко. Он, наверное, боялся, что она может сказать что-нибудь неприятное в присутствии его новой избранницы, верно? Поскольку он был полон решимости выгнать её из города Y, он придумывал бесчисленные способы оказать на неё давление, и теперь у неё нет сил и желания противостоять ему. Единственный выход — держаться от него подальше… Поэтому ей приходится покинуть Цветочное Королевство, и настало время навсегда попрощаться с ним. Если это так, то она решила уйти сегодня вечером! Лучше поскорее, чем позже, к тому же, идеального момента для ухода никогда не бывает! Сначала она не планировала уходить сегодня вечером, учитывая спешку и то, что не предупредила Скайлер Джонс, а также множество нерешенных рабочих вопросов. Но, подумав о канцелярских задачах и переписке, которые обычно поручала ей Скайлер Джонс, и о том, что даже временно найти ей замену будет легко, и это не повлияет на работу «Оверского», она почувствовала себя спокойно. К счастью, сегодня вечером есть рейс в Америку, вылетает в одиннадцать, времени предостаточно. Оставив в квартире письмо для Скайлер Джонс, Ребекка Квентин собрала вещи и взяла такси прямо в аэропорт. Ночью пассажиров, ожидающих рейса, было немного, зал ожидания был пуст, казалось, она осталась одна на свете. Ребекка Квентин оглядела сонных ожидающих пассажиров, она тоже чувствовала усталость, откинулась на спинку кресла и закрыла глаза. Это не физическое истощение, это умственная усталость… Однако теперь она была очень спокойна, и в ней не было никакой печали от расставания. Пусть прошлое с этого момента превратится в невыносимое воспоминание! С сегодняшнего дня она будет жить счастливо со своим ребенком! Три месяца спустя, Иллинойс, США. ---------- Глава 193-107: Джеффри, Бекка беременна твоим ребенком (Часть 2) Приятный полдень, легкий ветерок развевал белые занавески, цветы гардении в саду источали едва уловимый аромат, а неторопливый человек, облокотившись на белоснежный шезлонг, держал в руках книгу по воспитанию детей. Четыре с половиной месяца, такие неприятные симптомы, как тошнота и давление, исчезли, психическое и физическое состояние стабилизировалось, но всё ещё необходима осторожность. Это важный период для формирования плаценты, поэтому лучше всего сохранять душевное и физическое спокойствие, чтобы обеспечить хорошее развитие ребёнка, необходимо получать достаточное количество питательных веществ… "Тетя!" Молодой голос прервал чтение Ребекки Квентин. Ребекка Квентин закрыла книгу, отвернулась и улыбнулась, спросив: «Мари, как дела?» «Мама позвала тебя на суп!» "Хорошо." Ребекка Квентин погладила очаровательные короткие волосы Мэрилин Куинн и похлопала ее по животу, поднимаясь со стула. Войдя в столовую, Кристин Куинн как раз завязывала фартук, выходя из кухни. Аромат супа был настолько соблазнительным, что у Ребекки Квентин заурчал живот: «Выглядит восхитительно…» Кристин Куинн аккуратно поставила суп на стол и посоветовала: «Раз он выглядит так аппетитно, возьмите еще, этот суп очень питательный». «Спасибо, сестрёнка». Взяв ложку, Ребекка Квентин сделала небольшой глоток: «Остро, но очень вкусно». Кристин Куинн схватила газету и села напротив Ребекки Квентин, не поднимая головы, и сказала: «Пейте поскорее, суп вкуснее всего, когда он горячий!» "Мм." Она изо всех сил старалась восполнить недостаток питательных веществ, необходимых для ребенка в ее животе. На плановом осмотре в прошлом месяце врач сказал, что развитие ее ребенка не соответствует норме, она очень обеспокоена и посоветовала ей уделять больше внимания питанию. Кристин Куинн, читая газету, внезапно спросила: «Вы видели сегодняшние новости?» Ребекка Квентин, попивая суп, ответила: «Мм». Кристин Куинн подняла глаза и многозначительно посмотрела на Ребекку Квентин: «Ничего не чувствуешь?» Ребекка Квентин продолжала пить суп: «Из-за чего?» Кристин Куинн тут же оттолкнула газету. Отношения президента Skytop Group и его девушки смешанной расы набирают обороты, свадьба не за горами! Ребекка Квентин мельком взглянула на письмо и ответила: «О нем каждый день появляется много новостей». Кристин Куинн серьезно подчеркнула: «Свадьба уже не за горами!!» Доев суп, Ребекка Квентин вытерла рот салфеткой и спокойно произнесла: «В газете пишут, что эта девушка смешанной расы из известной семьи, она племянница председателя Международного делового совета, идеально подходящая друг другу пара!» Кристин Куинн внимательно наблюдала за едва заметным выражением лица Ребекки Квентин: «Действительно, никаких чувств?» Ребекка Квентин откровенно ответила на скептицизм Кристин Куинн: «Неправда сказать, что у него вообще не было никаких чувств, но это был лишь вопрос времени, на ком он женится, мне все равно». Кристин Куинн взяла газету и кивнула: «Верно, он никак не мог оставаться холостым, в конце концов, ему всегда нужно было жениться… Однако эта женщина действительно красива, у нее фигура, внешность, и, что особенно важно, в глазах публики она очень представительна, всегда уместна, когда появляется на важных мероприятиях с Говардом Джеффри. СМИ даже назвали их самой привлекательной и самой ожидаемой парой столетия, способной заставить тех влюбленных женщин, которые желали Говарда Джеффри, перейти на их сторону. Этот «Джо», должно быть, обладает выдающимися качествами!» «Ха, я посмотрел на её силуэт, и он действительно очень красивый». Кристин Куинн заинтересовалась: «Где вы ее видели? Как получилось, что вы с ней столкнулись?» «Я забыла, еще до приезда в Америку». Она помнила лишь тот единственный раз, помнила даже, как его рука лежала на нежном бедре той женщины, но теперь не хотела об этом говорить. Кристин Куинн странно рассмеялась: «О, неудивительно, что ты так поспешно приехала в Америку, оказывается, ты столкнулась с конкурентом в городе Y и почувствовала себя несчастной в глубине души!» «Я, в общем-то, не расстроена, но поскольку он намеревался остаться в городе Y, чтобы познакомить свою новую девушку с мистером Джонсом, мне было неудобно присутствовать». «Похоже, он заставил тебя уехать за границу». Ребекка Квентин не стала опровергать. Кристин Куинн тихо вздохнула: «Никогда бы не подумала, что мы, сёстры, окажемся на одной дороге в этой жизни. Не уверена, можно ли это считать общей судьбой!» Ребекка Квентин, глядя на слегка озлобленное лицо Кристин Куинн, спросила: «Не подумала ли ты поговорить с мистером Джонсом как следует?» Кристин Куинн отвергла эту идею: «О чём говорить? О боли, которую он причинил мне в те годы, или о тех годах, когда я была готова быть пешкой, подставленной им рядом с Говардом Джеффри?» «Возможно, правда не такова, как вы себе представляете». Кристин Куинн покачала головой: «Ребекка, на мой взгляд, ты очень наивна, тебя обманул лицемерный облик Скайлера Джонса, его истинная сущность отвратительна до глубины души… Забудь об этом, давай не будем о них упоминать, пусть они будут плохими, они больше не смогут испортить нам жизнь!» Ребекка Квентин слабо улыбнулась и произнесла: «Мм». «Кстати, вы же сегодня на плановый осмотр к врачу? Примерно в какое время вы хотели бы, чтобы я вас сопровождала?» «Да, два часа! Сопровождать не нужно, ты сегодня днем ​​пойдешь на родительское собрание в школу Мари, я могу пойти одна!» "С тобой всё будет в порядке?" «Не беспокойтесь, никто не посмеет притеснять эту беременную женщину». «Хорошо, будь осторожен, позвони мне, если что-нибудь случится». "Мм." Это город в штате Иллинойс. Воздух чистый, вокруг спокойно, и закон и порядок тоже в порядке. До больницы можно дойти пешком примерно за двадцать минут, конечно, больница здесь небольшая, но условия для лечения довольно хорошие. По прибытии в больницу Ребекка Квентин, записавшись на прием к врачу, сразу же отправилась в кабинет врача. Врач, хорошо её зная, после обмена любезностями приступил к осмотру. В четыре месяца предстоит пройти множество обследований, поэтому после целой серии осмотров Ребекка Квентин так устала, что прислонилась к стулу. Доктор заметил слегка усталое лицо Ребекки Квентин и спросил: «Почему ваша сестра на этот раз не поехала с вами?» Ребекка Квентин ответила с улыбкой: «У неё было какое-то дело, я справлюсь сама». «В следующий раз обязательно возьмите с собой сопровождающего, путешествовать в одиночку беременной женщине очень опасно». "Хорошо." Врач держал в руке распечатанный отчет, взглянул на него и, улыбнувшись, сказал: «Это мальчик, в этом месяце он хорошо развивается!» Ребекка Квентин выпрямилась и радостно сказала: «Похоже, в этом месяце я наверстала упущенное в вопросах питания». Доктор кивнул: «Все показатели в норме, думаю, это будет пухленький малыш!» «Спасибо, доктор». Врач передал Ребекке Квентин лист с результатами обследования: «Приходите на повторный осмотр через полмесяца, а через пять месяцев — раз в неделю!» ---------- Глава 194-108: Он подходит к двери "Хорошо." Держа в руках отчет, Ребекка Квентин с удовольствием рассматривала стопку сложных данных, отображаемых на нем. Хотя она и не могла этого понять, ей почему-то стало хорошо, и она даже нашла эти данные довольно милыми. С радостью глядя на свой заметно округлившийся живот, Ребекка вспомнила слова врача… Врач сказал, что беременность протекает на более низкой стадии, что будет утомительнее обычного, но она совсем не чувствовала усталости. Ей нравилось ощущение движений ребенка внутри, хотя он еще не пинался и не бил ногами, это приносило ей огромное удовлетворение. В этот момент, возможно, слишком поглощенная собственной радостью, Ребекка не заметила высокую женщину, проходившую мимо нее. "Бекка—" Лишь когда позади нее раздался знакомый голос, Ребекка остановилась как вкопанная, ее тело напряглось от узнавания этого голоса. «Бекка, это действительно ты!» Изабелла Джоанна с восторгом подошла к Ребекке, сняла солнцезащитные очки, закрывавшие все ее лицо, и на ее лице отразилась неожиданная радость. Ребекка подняла глаза и бросила на Изабеллу отстраненный взгляд: «Какое совпадение, что мы здесь встретились». Взгляд Изабеллы тут же остановился на выпирающем животе Ребекки: «Ты… беременна?» "Да, хе-хе…" Раньше она и представить не могла, что однажды, столкнувшись с Изабеллой, так неловко улыбнется. Изабелла когда-то была той подругой, с которой она могла поговорить обо всем, и самым доверенным человеком в ее жизни. Но тот инцидент изменил их отношения. После этого инцидента Изабелла пыталась ей позвонить, но та не отвечала. Приехав в Америку, она также прекратила с ней всякое общение. Она признала, что никогда не смогла бы смириться с таким предательством, даже несмотря на то, что они с Говардом Джеффри больше не были вместе. «Это мистер Джеффри?» Ребекка глубоко вздохнула, чтобы подавить боль в сердце, возникшую при повторной встрече с Изабеллой, и спокойно сказала: «Это только мое, я больше не поддерживаю с ним связь». «Бекка, я всегда хотел тебе это объяснить…» «Не нужно ничего объяснять, мне это уже неважно… Извините, у меня есть дела, мне пора идти». С этими словами Ребекка шагнула вперед. Изабелла попыталась остановить ее, слезы навернулись на глаза, она задыхаясь прошептала: «Бекка, ты не можешь остаться? Ты все усложняешь мне, я… я не хочу потерять тебя как подругу!» Ребекка игнорировала слезы в глазах Изабеллы, ее взгляд был пустым, когда она смотрела прямо перед собой: «Тогда ты будешь разочарована, мы больше не сможем быть друзьями». «Нет, Бекка, мы с Говардом Джеффри не такие, какими ты нас считаешь… на самом деле, человек, с которым у меня были отношения, — это Роджер Леонард!» Внезапно подняв глаза, Ребекка с недоверием уставилась на Изабеллу. Изабелла взяла Ребекку за руку и умоляюще спросила: «Теперь ты можешь выслушать всю историю целиком?» Ребекка была слишком потрясена, чтобы ответить. Затем Изабелла сказала: «Здесь слишком много людей, давай найдем тихое место, чтобы я могла рассказать тебе все не спеша». В этот момент Ребекка и Изабелла сидели в экзотическом кафе под открытым небом. Учитывая их состояние, они оба заказали воду и десерты. Изабелла медленно произнесла: «Бекка, ты должна помнить, что я однажды рассказывала тебе об одном человеке, который доставлял мне много хлопот, это был Роджер Леонард!» В глазах Ребекки отразилось еще большее недоверие: «Почему ты никогда не говорила мне, что этим человеком был Роджер Леонард?» «Я встретила его на вечеринке, понятия не имела, кто он, и мы переспали в полном тумане. Потом наши пути разошлись, и жизнь пошла своим чередом… Пока однажды ко мне не пришел Джейсон Вуд! Я же тебе рассказывала, что Джейсон пришел ко мне по приказу Говарда Джеффри. В то время я не могла терпеть несправедливого отношения к тебе, поэтому я поговорила с Говардом. Неожиданно, он не рассердился на мои упреки! Возможно, в тот день я увидела дружелюбное отношение Говарда и подумала, что пять миллионов обеспечат тебе хорошую жизнь, поэтому я согласилась отдать тебе эти деньги. На этом дело и закончилось. Неожиданно, несколько дней спустя, Говард послал кого-то пригласить меня на ужин! Признаюсь, ни одна женщина не может отказаться от приглашения Говарда Джеффри, тем более он всегда был мужчиной моей мечты, поэтому в тот день я пошла ужинать с Говардом! С тех пор наше общение стало более частым, он дарил мне одежду, сумки и даже свою визитку и банковскую карту.» Я искренне думала, что он добивается моего внимания, но я не иррациональная женщина, даже когда меня очаровала романтическая линия, которую он создал. Я знала, что Говард — твоё счастье, и я не могла продолжать с ним отношения, поэтому в конце концов я решила расстаться!» «` ---------- Глава 195-108: Он пришёл к ней домой (2) В этот момент Изабелла сделала паузу и сказала: «Так что можете быть уверены, я обедала с Говардом Джеффри всего несколько раз. У нас никогда не было никаких интимных контактов, и мы никогда не переступали границы дозволенного». Бекка опустила взгляд и тихо сказала: «Разве то, что он тебя обнимает, не считается интимным жестом?» Изабелла была озадачена: «Обнимать меня? Когда? Как такое могло случиться?» «Кто-то прислал мне фотографию, где Говард Джеффри обнимает вас, вы смеетесь и болтаете, когда вы заходите в магазин элитной марки». Изабелла на несколько секунд задумалась и вдруг сказала: «Теперь я понимаю, кто-то, должно быть, специально сделал этот снимок, чтобы вы меня неправильно поняли… На самом деле, я была в магазине XXX с Говардом Джеффри всего один раз. Помню, в тот день я впервые пошла с ним на свидание, и я так нервничала, что чуть не споткнулась, поднимаясь по ступенькам магазина. К счастью, Говард Джеффри меня подхватил… Никакого объятия за талию не было, даже если вы видели это своими глазами, скорее всего, это произошло, когда я чуть не упала, и он случайно меня поддержал. Что касается смеха и болтовни, о которых вы упомянули, этого не было. Я тогда слишком нервничала, чтобы говорить, не говоря уже о смехе. Вероятно, это произошло, когда он меня поймал, и я неловко рассмеялась!» Сейчас, вспоминая те фотографии… Если всё так, как описала Изабелла, то это имеет смысл, но… Бекка безучастно смотрела перед собой: «Логично, что как только ты согласилась дать мне открытку, его цель была достигнута. Он бы не стал с тобой встречаться, если бы… если бы у него действительно не было к тебе чувств». Изабелла энергично покачала головой: «Ты неправильно поняла, у него нет ко мне никаких чувств. Я узнала об этом только от Роджера Леонарда. Когда Говард Джеффри пригласил меня на свидание, это было сделано, чтобы помочь Роджеру Леонарду проверить, какой я человек…» Бекка была в замешательстве: «Тест?» Изабелла вздохнула: «Между мной и Роджером Леонардом долгая история, но в то время мистер Джеффри действительно очень помогал Роджеру Леонарду. Надеюсь, вы его правильно поняли!» Бекка хранила молчание. «Я знаю, что вы с мистером Джеффри уже расстались, но независимо от исхода ваших отношений с ним по этому вопросу, он не причинил вам зла». Спустя некоторое время Бекка извинилась: «Простите». «Нет необходимости говорить об этом между нами. Кроме того, то, что я несколько раз обедала с Говардом Джеффри за твоей спиной, тоже правда…» Изабелла чувствовала себя глубоко виноватой. «Давайте просто забудем о прошлом. В любом случае, я сейчас с ним не общаюсь… Изабелла, можешь рассказать, зачем ты сегодня здесь?» «Мне придётся объяснять тебе это постепенно, но сейчас я так счастлива, потому что ты наконец-то снова назвал меня Изабеллой… Дорогая, я думала, ты никогда меня не простишь…» Изабелла была переполнена эмоциями, слёзы текли ручьём. Глаза Бекки тоже покраснели, она с трудом сдержала слезы: «Я тоже очень боялась потерять тебя как подругу…» Изабелла подбежала и крепко обняла Бекку. Занятая работой, Изабелла покинула маленький городок после ужина в доме Кристин Куинн. В автобусе по дороге на работу Изабелла продолжала вздыхать, беспокоясь о Бекке. Бекка была на четвертом месяце беременности и все еще выглядела очень измотанной… Во время ужина Бекка, обеспокоенная присутствием ребенка в утробе, никак не могла успокоиться за едой, попеременно садясь и вставая, чувствуя себя очень некомфортно… Воспитание ребенка требует энергии и денег, и это не должно ложиться на плечи одной лишь Бекки… Она всегда верила, что у её подруги и мистера Джеффри ещё есть шанс… И независимо от того, примет это мистер Джеффри или нет, он должен объяснить Бекке судьбу этого ребенка; он не может допустить, чтобы молодость Бекки была потрачена впустую! Взяв телефон, Изабелла набрала несколько цифр. В ожидании соединения Изабелла мысленно извинилась. Дорогая моя, прости меня, я рассказала ему об этом без твоего согласия. Это может временно создать тебе проблемы, но я считаю, что такой катализатор необходим между вами двумя! Поскольку Изабелла сохранила в своем телефоне номер телефона с визитной карточки Говарда Джеффри, она могла в этот момент напрямую позвонить Говарду Джеффри. Говард Джеффри выходил из конференц-зала, когда его секретарь передала ему звонивший телефон. Увидев число на экране, Говард Джеффри нахмурился и нажал кнопку ответа. В его ухо донесся голос Изабеллы, сдерживающей гнев: «Мистер Джеффри, извините, что беспокою вас. Но я действительно не могу сдержаться. Я хочу спросить вас: Бекка ждет вашего ребенка, как вы можете игнорировать ее?» «Беременность протекает довольно сложно, поэтому Бекке приходится тяжелее, чем большинству людей». Слова Изабеллы взволновали глубину сердца Говарда Джеффри, и долгое время не могли успокоиться. Не дождавшись ответа от Говарда Джеффри, Изабелла продолжила: «Мистер Джеффри, пожалуйста, не поймите неправильно мотивы Бекки. Она не пытается вас привязать к себе; дело в том, что здоровье Бекки очень плохое. Врачи говорят, что если она прервет беременность, ей будет трудно забеременеть в будущем». «Понимаю… есть что-нибудь ещё?» Спокойный тон Говарда Джеффри не выдавал никаких эмоций. «Больше ничего. Нужно ли мне сообщать вам текущий адрес Бекки?» «Она же в США, верно?» Изабелла была в шоке: "Ты знала?" Как он мог не знать? Без помощи Кристин Куинн, как она могла, без ничего, исчезнуть? Конечно, одной лишь опоры на способности Кристин Куинн было недостаточно, чтобы она исчезла без следа. Не ответив Изабелле, Говард Джеффри сразу же завершил разговор и сказал стоявшей рядом секретарше: «Секретарь Сесили, примите меры. Мне нужно вернуться в США». Она всегда была непреклонна, и в этот момент он наконец понял, почему она послушно его послушала и ушла. США, Иллинойс, Алтон. Сквозь тонкие очки Говард Джеффри скрестил руки и посмотрел на дом, возвышающийся под палящим солнцем. Легкий ветерок развевал его непослушные черные волосы, добавляя очарования его красивому лицу. Его гордая, прямая фигура источала врожденную, властную ауру. Темные солнцезащитные очки скрывали его глаза, из-за чего сопровождающим подчиненным было трудно определить, в хорошем или плохом настроении находится хозяин. Казалось, прошла целая вечность, и как раз в тот момент, когда все подчиненные размышляли о душевном состоянии хозяина, наконец раздался низкий голос Говарда Джеффри… ---------- Главы 196-109: Она всегда находит способ свести его с ума (1) «Джейсон». Говард Джеффри по-прежнему смотрел на дом перед собой, окликая своего надежного подчиненного, не поворачивая головы. «Да». Джейсон Вуд появился в поле зрения Говарда Джеффри. «Вы всё тщательно проверили? Здесь живёт Ребекка Квентин?» «Я провел тщательное расследование, выяснилось, что Кристин Куинн проживает здесь, и Ребекка Квентин живет у Кристин Куинн уже почти три месяца». "Хм." «Босс, мне постучать в дверь?» — с нетерпением спросил Джейсон Вуд. «Не нужно». Говард Джеффри поднял руку, чтобы снять солнцезащитные очки, обнажив свои яркие и проницательные глаза. «Можете отойти назад». «Да». Джейсон Вуд встал в шеренгу с телохранителями. Говард Джеффри протянул руку, чтобы нажать на дверной звонок, и звук звонка отчетливо донесся до его ушей сквозь дверь. "ВОЗ…?" Это был не тот голос, которого он ожидал. Внезапно перед Говардом Джеффри появилась пожилая американка. Говард Джеффри нахмурился и на беглом английском спросил: «Здесь живут две сестры из Цветочного Королевства?» Женщина ответила: «Раньше они были, но съехали. Сэр, вы хотите снять жилье?» «Съехали?» — Джейсон Вуд, стоявший позади Говарда Джеффри, был потрясен. — «Но я всего пару дней назад узнал, что они все еще здесь живут?» Сквозь щель в двери Говард Джеффри ясно видел, что внутри дома никого нет. Женщина улыбнулась: «Значит, вы интересовались этими двумя дамами… Извините, но мы не разглашаем много информации о наших арендаторах. Если вы не собираетесь снимать жилье, пожалуйста, уходите». С этими словами женщина закрыла дверь. «Эй, что это за отношение такое?..» — недовольный Джейсон Вуд хотел броситься вперед и снова постучать в дверь. Говард Джеффри махнул рукой и равнодушно сказал: «Довольно». «Босс, эта женщина точно знает, куда мисс Квентин и они отправились…» «Вы от неё этого не вытянете». «Что нам теперь делать?» Говард Джеффри еще раз взглянул на мирную обстановку маленького городка и сказал: «Пойдем». "Да." Неделю спустя. Кристин Куинн стояла в комнате, которую снимала в Алтоне, улыбаясь: «Я очень благодарна вам за помощь в прошлый раз». Американка радостно ответила: «Вы двое — самые приятные жильцы, которые у меня когда-либо были, я просто не могла отказать вам в такой небольшой услуге». «Большое спасибо». С этими словами Кристин Куинн незаметно передала женщине крупную сумму денег. Женщина с радостью согласилась и искренне спросила: «Нужна помощь в организации вещей в доме?» Кристин Куинн взглянула на припасы, которые только что привезла из отеля, и улыбнулась: «Не нужно, я сама справлюсь». Женщина кивнула: «Хорошо, позвоните мне, если вам что-нибудь понадобится». "Хорошо." Затем женщина ушла. Кристин Куинн, с головной болью оглядев вещи и багаж на полу, тяжело вздохнула. Мэрилин Куинн, стоявшая неподалеку, подошла к матери и с любопытством спросила: «Мама, почему бы не попросить хозяйку помочь нам немного прибраться?» Кристин Куинн улыбнулась, потрепав тонкие пряди волос на лбу Мэрилин: «Глупышка, в этом мире ничего не бывает бесплатно. Если она нам помогает, мы должны ей заплатить… У мамы сейчас не так много сбережений, она не может тратить деньги наугад». Девятилетняя Мэрилин Куинн издала звук «о», как будто поняла, но на самом деле не поняла. Кристин Куинн мягко сказала: «Хорошего поведения и помоги маме, я скоро закончу уборку». Мэрилин послушно кивнула: «Хорошо». Мать и дочь с радостью наводили порядок в доме. Внезапно зазвонил дверной звонок. Подумав, что хозяйка вернулась, Кристин Куинн велела Мэрилин: «Мари, иди открой дверь!» "Хорошо." Мэрилин радостно подпрыгнула, чтобы открыть дверь, но кто бы мог подумать… «Дядя Джеффри!» Восторженный крик Мэрилин заставил Кристин Куинн напрячься, она наклонилась, чтобы навести порядок, и с недоверием посмотрела на дверь. Говард Джеффри уже поднял Мэрилин на руки и поцеловал её, как делал это раньше: «Эй, девочка, ты выросла и стала ещё красивее!» «Дядя Джеффри, я так по тебе скучала!» — Мэрилин также поцеловала Говарда Джеффри в щеку, и на ее лице сияло счастье. Говард Джеффри наконец перевел взгляд на Кристин Куинн. Кристин Куинн медленно подошла, ее лицо было бледным, и она осторожно подняла Мэрилин из объятий Говарда, тихо сказав: «Ты все еще затеваешь козни и строишь козни, все еще мелкие проказы перед тобой». Она намеренно притворилась, что уезжает, просто чтобы он их не обнаружил. Опасаясь, что его не обманули, она специально проверила, вернулся ли он в Нью-Йорк, и узнала, что он действительно уехал. Только после этого она вернулась сюда, но кто бы мог подумать… Он с самого начала видел насквозь каждый их шаг. ---------- Главы 197-109: Она всегда знает, как вывести его из себя. В этот момент Говард Джеффри склонил голову и с нежностью сказал Мэрилин Куинн: «Мари, дядя купил тебе подарок». Глаза Мэрилин Куинн загорелись: "Правда?" «Идите сюда скорее, подарок вон там!» — Джейсон Вуд помахал Мэрилин Куинн. "Ура…" Мэрилин Куинн радостно побежала навстречу Джейсону Вуду. "Мари!!" Кристин Куинн с опаской хотела позвать дочь обратно, но в этот момент Мэрилин Куинн уже была на руках у Джейсона Вуда и с любовью смотрела на куклу Барби, которую ей купил Говард Джеффри. Из-за присутствия дочери, боясь напугать её, Кристин Куинн сдержала гнев, понизила голос и спросила: «Что ты пытаешься сделать на этот раз?» Джейсон Вуд отнес Мэрилин Куинн в сторону. Говард Джеффри прищурился, его взгляд стал властным: «Вы не знаете, зачем я здесь?» Кристин Куинн притворилась ничего не понимающей и парировала: «Ваши мысли настолько глубоки, откуда мне знать?» Говард Джеффри фыркнул сквозь нос: «Если вы продолжите так неохотно сотрудничать, я смогу отвезти Мари только в Нью-Йорк к ее бабушке». "Ты…" "Хм?" Бросив взгляд на дочь, Кристин Куинн сердито ответила: «Бекка была со мной, но после того, как мы в прошлый раз съехали, мы расстались, и теперь я не знаю, где она». "Правда?" — проницательный взгляд Говарда Джеффри уловил в глазах Кристин Куинн нотку неестественности. До прошлой ночи Говард Джеффри велел людям следить за этим домом, пока его подчиненные не сообщили, что видели, как Кристин Куинн вернулась, чтобы найти домовладельца. Поэтому он немедленно помчался из Нью-Йорка, но не увидел того, на кого надеялся, а только Кристин Куинн. «Я… я правда не знаю!! Ее образ мышления изменился. После знакомства с Изабеллой Джоанной она боялась, что Изабелла может случайно рассказать Роджеру Леонарду, поэтому она уехала от меня. Мне нравилось это место, но я боялась, что ты приедешь и устроишь неприятности, поэтому я притворилась, что уезжаю, наблюдала за тобой неделю и проверяла, где ты. Я думала, что все в порядке, но кто мог ожидать, что ты вернешься? Но я действительно не знаю, где Бекка». Длинное объяснение Кристин Куинн не вызвало доверия у Говарда Джеффри, и всё, что он услышал, — это тихий вопрос Говарда к Мэрилин Куинн, которая радостно играла со своей куклой Барби: «Мари, ты бы хотела, чтобы дядя отвёз тебя обратно в Нью-Йорк к бабушке на несколько дней?» «Хорошо». Мэрилин Куинн энергично кивнула: «Я тоже очень скучаю по бабушке». Миссис Джеффри заботилась о Мэрилин Куинн в течение нескольких лет, и Мэрилин очень привязалась к миссис Джеффри… Позже, когда миссис Джеффри узнала, что Мэрилин не была ребенком Говарда и, возможно, была оставлена ​​после изнасилования Кристин, она постепенно отдалилась от Мэрилин. Конечно, добрый характер миссис Джеффри гарантировал, что она никогда ничего не говорила в присутствии ребенка, поэтому Мэрилин все еще скучала по миссис Джеффри. Он явно ей угрожал! Понимая, что он не причинит вреда ее дочери, он абсолютно точно сможет сделать так, чтобы она никогда больше не увидела свою дочь до конца своей жизни. Она не смела даже представить себе такой исход… Наконец, Кристин Куинн закрыла глаза, понимая, что ложью ей никогда не удастся обмануть Говарда. Она неохотно призналась: «Бекка в мотеле в этом городе! Она беременна и ей нужен отдых. Я боялась, что сегодня уборка дома будет грязной и грязной, поэтому оставила ее в мотеле еще на один день. Заберу ее сегодня вечером!» Бекка, прости меня за то, что я не смогла тебя защитить! Ребекка Квентин медленно проснулась. Открыв глаза, она потянулась к животу. Почувствовав шевеление малыша внутри, Ребекка довольно села, глядя на развевающиеся на ветру занавески, вдыхая легкий аромат маленьких желтых цветочков на подоконнике, смешанный с утренним воздухом, она с радостью опустила голову и заговорила с ребенком внутри себя. Малышка, сегодня еще один прекрасный день!! Казалось, ребенок отреагировал на нее, снова зашевелившись внутри ее живота. «Малышка, ты же слышишь, как мама говорит, правда?» — взволнованно спросила Ребекка. Однако на этот раз ребенок больше не шевелился. Понимая, что это было совпадение, что малыш «отреагировал» на нее именно в это время, радость Ребекки была безгранична, и она сказала ребенку: «Тебе нужно хорошо расти, мама с нетерпением ждет встречи с тобой». Спустя более десяти минут, освежившись, Ребекка отправилась в комнату Кристин Куинн. Увидев, как персонал отеля убирается, Ребекка с любопытством спросила: «Извините, куда делся человек, который был в этом номере? Он выехал?» Сотрудники передали Ребекке записку: «Это от женщины, которая выписывалась». «Хорошо, спасибо». Взяв записку, Ребекка мельком взглянула на написанный на ней текст. Бекка, не хотела тебя беспокоить, я сегодня возвращаюсь домой, пойду уберусь и заеду за тобой вечером. Итак, сестра ушла домой… Этот городок небольшой, но дойти пешком от этого мотеля до их дома практически невозможно. Кристин купила подержанную машину по дешевке, так что она быстро заберет ее. Полагая, что, будучи беременной женщиной, даже если она вернется домой, чтобы помочь Кристин убраться, она может только намусорить, Ребекка решила последовать совету Кристин и остаться в мотеле, чтобы отдохнуть еще один день. Проснувшись после дневного сна и почувствовав, что сонливость прошла, Ребекка решила спуститься вниз на прогулку и подышать свежим воздухом. Неспешно прогуливаясь по тихим улочкам этой чужой страны, Ребекка никогда прежде не испытывала такого спокойствия и комфорта. Сестра спросила у домовладельца, кто на самом деле приходил… Она знала Изабеллу Джоанну много лет и хорошо понимала её характер. Видя её сейчас в таком состоянии, учитывая характер Изабеллы, она ни за что не стала бы сидеть сложа руки и не могла помешать подруге проявлять заботу, поскольку та желала ей добра. Но как между ней и Говардом может быть место для примирения? Хозяин квартиры сказал, что он действительно приходил… Она не могла догадаться, зачем он появился, но знала, что встреча с ним принесет ей лишь бесконечную боль. Она больше не могла этого терпеть и не хотела снова связываться с ним… С нее хватит в этой жизни! После прогулки, из-за усталости, вызванной беременностью, Ребекка снова почувствовала утомление. Она уже собиралась войти в мотель и поспать до полудня, когда неожиданно увидела несколько новых автомобилей, припаркованных возле мотеля. Она вспомнила, что когда выходила, возле мотеля было не так много машин; очевидно, приехало много людей… Ребекка невольно насторожилась, стоя позади машины, и быстро взглянула на происходящее. Неожиданно этот осторожный взгляд заставил её ахнуть и тут же прикрыть рот рукой… Боже мой, как он мог здесь оказаться! Джейсон Вуд и несколько телохранителей почтительно стояли позади него, пока он дружелюбно беседовал с владелицей мотеля, очевидно, интересуясь ее местонахождением. Когда она посмотрела в его сторону, пусть и издалека, ему, казалось, это показалось, и он действительно посмотрел в её сторону. ---------- Главы 198-110: Она всегда находит способ свести его с ума (2) Ребекка Квентин была по-настоящему поражена, наклонилась и медленно двинулась в сторону, удаляющуюся от отеля. Ребекка Квентин не знала, что Говард Джеффри, с его всегда острым взглядом, уже заметил ее, когда она высунула голову. «Думаешь, тебе еще удастся спрятаться?» Сзади внезапно раздался холодный голос. Тело Ребекки Квентин резко дернулось, она почувствовала ледяной холод, пробежавший по спине. Несмотря на то, что она знала, что сбежать невозможно, она все равно ускорила шаг. Она очень не хотела его больше видеть… Она шла торопливо, так быстро она не ходила с тех пор, как забеременела. Из-за неотложной необходимости она почувствовала неприятную боль внизу живота. Ребенок протестовал против нее, но она была неуправляема. Как он мог вернуться, разве он уже не вернулся в Нью-Йорк? Но вопреки ее желаниям, она чувствовала, что он приближается к ней… В отчаянии она внезапно остановилась и незаметно зашла в ближайший магазин. Войдя в магазин, она, тяжело дыша, прислонилась к прилавку, одной рукой поддерживая талию, а другой прикрывая живот. Несмотря на это, боль в животе становилась невыносимой. «Мисс, что с вами не так?» Увидев, как она вбежала с бледным лицом, продавец тут же подошел, чтобы проверить, как она себя чувствует. «Я в порядке, я просто зашла кое-что купить, немного поторопилась». Она притворилась спокойной, но пот на лбу стекал от боли в животе. «Но у тебя ужасное лицо…» Ребекка Квентин внезапно схватила продавца за руку: «Пожалуйста, остановите мужчину, который собирается войти в магазин. Если вы поможете мне выиграть время, я позже щедро вас вознагражу!» Продавец совершенно ничего не понял: «Что? Кого остановить?» Прежде чем продавец успел получить ответ, Ребекка Квентин уже рухнула, прислонилась к прилавку и сползла на пол. "Мисс, мисс?" Продавец тут же занервничал, и постепенно вокруг него собрались покупатели. Сознание Ребекки Квентин начало расплываться от боли, она, словно в полубессознательном состоянии, увидела высокую фигуру, вбегающую внутрь… Когда Ребекка Квентин очнулась, она уже лежала на белой больничной койке, в руку ей была вставлена ​​капельница. «Мисс, вы проснулись?» Ребекка Квентин широко раскрыла глаза, огляделась, с лёгким облегчением заметив, что человека, которого она боялась увидеть, не было видно. «Почему я в больнице?» — хотела уточнить Ребекка Квентин. «Это ваш красивый муж привёз вас сюда!» — ответила медсестра с улыбкой. Услышав первые два слова — «красивый», — тело Ребекки Квентин тут же напряглось, а сердце замерло в груди. «Нет, я хочу, чтобы меня выписали, я хочу покинуть больницу прямо сейчас…» — Ребекка Квентин внезапно пришла в возбуждение. Медсестра быстро удержала Ребекку Квентин: «Мисс, вы сейчас слабы, капельница еще не закончилась, вам следует хорошо отдохнуть в постели…» «Я не хочу, со мной все в порядке!» Встав с постели, Ребекка Квентин тут же направилась к двери. Медсестра беспомощно опустила бутылочку с раствором для внутривенного вливания, следуя примеру Ребекки Квентин. В тот момент, когда Ребекка Квентин открыла дверь, она увидела Говарда Джеффри, разговаривающего с врачом в коридоре. Это была единственная больница в городе, и врач, беседовавший с Говардом Джеффри, всегда проводил ей дородовые осмотры. Ребекка Квентин тут же снова закрыла дверь, мгновенно растерявшись и не зная, что делать. Что делать, что делать? Он прямо снаружи… Внезапно Ребекка Квентин заметила, что слева от больничной палаты есть еще одна дверь. Она в панике подхватила медсестру и спросила: «Я хочу выйти, вы можете помочь мне открыть эту дверь?» Ребекка Квентин указала налево. Медсестра быстро поддержала Ребекку Квентин и честно объяснила: «Извините, эта дверь предназначена для прямого доступа в операционную, когда пациенту угрожает опасность; ее можно открыть только в экстренных хирургических ситуациях». «Сейчас я в опасности, пожалуйста, помогите мне открыть дверь, умоляю вас…» В этот момент Ребекка Квентин почти опустилась на колени перед молодой медсестрой, стоявшей перед ней. Медсестра оказалась в затруднительном положении: «Мисс, я правда не могу…» «Без моего разрешения вы никуда не сможете пойти!!» Ребекка Квентин стояла как вкопанная; этот знакомый холодный тон, этот властный и напористый голос был настолько знаком, что пугал ее. Она резко повернула голову, чтобы посмотреть на него. Он скрестил руки на груди, лицо его было затуманено непостижимой тьмой, он прислонился к двери. «Мистер Джеффри, пожалуйста, остановите свою жену, она так и просится уйти, но ей все еще ставят капельницу…» ---------- Главы 199-110: Она всегда знает, как вывести его из себя. «Уходите первыми!» — проницательные, как у ястреба, глаза Говарда Джеффри устремились на Ребекку Квентин, но он обращался к медсестре. Медсестра, словно спасенная, тут же отступила. Говард Джеффри закрыл дверь и подошел к Ребекке Квентин. «Я не могу оплатить больничные счета, я хочу, чтобы меня выписали!» — спокойно сказала Ребекка Квентин, не имея другого выбора, кроме как встретиться с ним лицом к лицу и смириться с реальностью. Она призналась, что собиралась с духом, чтобы поговорить с ним, но одному Богу известно, насколько сильно она паниковала в тот момент. Мрачный взгляд Говарда Джеффри задержался на ее бледном лице, выражение его лица было сложным и трудноразличимым, а легкая морщинка на лбу, казалось, что-то подавляла. «Ты так спешишь? Ты достаточно нагл, чтобы носить ребенка за моей спиной, а теперь боишься меня увидеть?» — в его голосе слышались холод и гнев. «Ребенок к вам не имеет никакого отношения!» Губы Говарда Джеффри изогнулись в циничной улыбке: «Без моих усилий, откуда взялся этот ребенок?» "Ты…" Бесстыжий и презренный! Говард Джеффри не был особенно зол. Хотя его лицо оставалось равнодушным, тон немного смягчился: «Ложись как следует на кровать, как только поставят капельницу, мы сможем поговорить!» «Мне нечего вам сказать». Тон Ребекки Квентин был совершенно недобрым. «Но мне есть что вам сказать». Ребекка Квентин потеряла терпение: «Чего именно ты хочешь?» Говард Джеффри нежно взял её за плечо и, говоря одновременно мягким и опасным тоном, добавил: «Раз уж вы решили оставить этого ребёнка, вы, должно быть, знали, что я рано или поздно приду вас искать». «Я же тебе говорила, этот ребенок не имеет к тебе никакого отношения, я сама буду его воспитывать!» Перед лицом спокойного поведения Говарда Джеффри Ребекка Квентин не смогла сохранить самообладание. Она произнесла эти слова не из гнева или жалости к себе, а чтобы прояснить ему, что приняла взвешенное решение оставить ребенка. Ему не нужно было брать на себя ответственность; ребенок был для него тоже случайностью, и именно она решила оставить его себе. Говард Джеффри посмотрел на нее сверху вниз, по-видимому, удивленный ее спокойствием во время обсуждения ребенка. После недолгого разглядывания Говард Джеффри холодно улыбнулся: «И вы думаете, что сможете вырастить ребенка в одиночку?» «Я умею зарабатывать деньги, я не бесполезна». Ребекка Квентин вызывающе встретила его вопросительный взгляд: «Хотя вы и отец ребенка, я вас не виню. В конце концов, вы были так осторожны раньше, ребенок стал неожиданностью! Я не собиралась вам говорить, потому что знала, что если вы узнаете, то сделаете то же самое, что и я, — пойдете в больницу, чтобы прервать беременность. Я не хочу вам лгать, сначала я вообще не планировала оставлять ребенка. Я дважды была в больнице; первая операция не состоялась, а во второй раз врач сказал мне, что если я прерву эту беременность, вероятность того, что я забеременею снова, будет очень низкой. Я все еще хочу выйти замуж; я не могу отказаться от детей ради своего будущего мужа на всю оставшуюся жизнь… так что можете притворяться, что ничего не знаете, я обещаю вам, я не позволю ребенку узнать, кто его отец». Ребекка Квентин опустила веки и произнесла эти слова как можно спокойнее. Говард Джеффри долго молча смотрел на нее. Я всё ещё хочу выйти замуж; я не могу отказаться от детей ради будущего мужа на всю оставшуюся жизнь… Эта фраза эхом отозвалась в его голове, необъяснимо разжигая гнев, но лицо его оставалось бесстрастным. Ребекка Квентин горько усмехнулась: «Тебе следует уйти, я знаю, ты занята, не трать здесь время зря». Говард Джеффри дал ей закончить говорить, а затем медленно возразил: «Какая больница настолько некомпетентна, что ей приходится оставлять ребенка, чтобы сохранить ваше здоровье?» На мгновение Ребекка Квентин не поняла скрытого смысла слов Говарда Джеффри. "Что ты имеешь в виду?" «Я имею в виду, что вас отвезут в самую престижную больницу в США на еще один осмотр. Я считаю, что там могут прервать беременность, не причинив вреда вашему здоровью». Он признал, что с ней часто терял самообладание и контроль над собой. Ребекка Квентин смотрела на него пустым взглядом, его слова эхом звучали в ее голове… Прервать беременность… Прервать беременность… Прервать беременность… Ребекка Квентин покачала головой и пробормотала: «Нет, ребенок принадлежит двум людям; вы не имеете права принимать решение в одностороннем порядке». Она знала, что существование этого ребенка в какой-то степени повлияет на его будущее, но уже сказала ему, что не позволит ребенку узнать, кто он такой. «Вы же знаете, что ребенок принадлежит двум людям, так как же вы могли скрывать это от меня и не рассказывать мне об этом?!» Он пытался добиться от нее такой реакции, так что он говорил серьезно или просто проверял, когда упомянул о прерывании беременности? «В любом случае, тебе всё равно, так почему бы тебе не притвориться, что ты ничего не знаешь?!» «После того, как я об этом узнала, у меня не останется причин не волноваться». Говард Джеффри взглянул на ее раздутый живот, и гнев снова отразился на его лице. Ребекка Квентин смотрела на него пустым взглядом, в сердце у нее горечь. — Чего именно ты хочешь? В его присутствии даже самая твердая маска могла быть разрушена. Его холодное выражение лица скрутило ее сердце в узел, наполнив его невыносимым страхом. «Скрывать это от меня просто непростительно!!» — резко выпалил Говард Джеффри. После нескольких дней, проведенных в состоянии психического и физического напряжения, связанного с беременностью, и теперь столкнувшись с его безжалостным безразличием, Ребекка Квентин наконец потеряла контроль над собой: глаза покраснели, слезы быстро навернулись на глаза и потекли из уголков глаз, и она, ошеломленная, села на край кровати. «Не плачь!» Она редко плакала перед ним; он думал, что она всегда будет такой благородной и гордой, но, увидев слезы на ее щеках, он, казалось, запаниковал. «Я же сказал, не плачь, ты меня слышишь?» Его голос перешёл в рёв, обычно суровое лицо Говарда Джеффри выглядело так, будто его спровоцировали. Бог знает, как сильно ей хотелось подавить свои эмоции в этот момент, но она не смогла их сдержать, потому что ей действительно было больно на сердце. "Блин…" В его сердце зародилось необъяснимое беспокойство, Говард Джеффри выругался, но не смог её остановить. «Разве ты не слышала, что я сказал?» — спросил Говард Джеффри, сидя рядом с ней. Его голос был хриплым и явно подавленным. Слова Говарда Джеффри никак не повлияли на Ребекку Квентин. Она прижалась к нему животом, защищаясь, и слезы текли ручьем. Лицо Говарда Джеффри позеленело от её поступков. "Ты так меня боишься?" Ребекка Квентин просто плакала, ничего ему не отвечая. Говард Джеффри протянул руку, чтобы притянуть её к себе. Но Ребекка Квентин отстранилась, демонстрируя отстраненность. Увидев, что она отошла от них, Говард Джеффри еще больше разволновался: «Иди сюда!» Его лицо было напряженным, он холодно приказал ей. Ребекка Квентин не подчинилась и осталась неподвижной. ---------- Главы 200-111: Она всегда находит способ свести его с ума (3) Она не может быть такой трусихой; она должна быть сильной ради ребенка в своей утробе. Постоянно помня об этом, Ребекка Квентин стала еще крепче прижимать руку к животу, чтобы защитить его. Атмосфера была очень напряженной, Говард Джеффри испепеляющим взглядом смотрел на нее. В этот момент медсестра толкнула дверь и вошла, сказав: «Извините, мне нужно поменять капельницу…» Выражение лица Говарда Джеффри было настолько холодным и суровым, что вздрогнуло вошедшую медсестру. Изначально она хотела посоветовать Ребекке Квентин больше отдыхать, но из-за странной атмосферы проглотила слова. После замены капельницы медсестра поспешно ушла. Бросив на Ребекку Квентин холодный взгляд, Говард Джеффри больше ничего не сказал, повернулся и умчался прочь. После того как Говард Джеффри покинул палату, Ребекка Квентин позвонила медсестре. Увидев заплаканное лицо Ребекки Квентин, медсестра с сочувствием посоветовала: «Мисс, раз у вас уже есть ребенок, зачем ссориться с мужем? И я слышала от врача, что ваш муж очень обеспокоен ребенком в вашей утробе. Он постоянно спрашивал врача о результатах ваших обследований в последние несколько месяцев, задавая очень подробные вопросы!» Хех… Обеспокоенный? Ребекка Квентин мысленно усмехнулась. Даже если бы все в мире заботились о ней, он, вероятно, не стал бы. Возможно, она просто хотела узнать у врача о своем физическом состоянии, чтобы понять, подходит ли ей операция, верно? Разве он сам этого не говорил? Он мог бы отвезти её в авторитетную больницу на операцию, не причинив ей вреда. Он настолько её ненавидел, что не мог её игнорировать и настаивал на чистом разрыве отношений! Если бы это было три месяца назад, она, возможно, поехала бы с ним в больницу, просто чтобы заработать хоть какой-то балл, ведь она не хотела быть привязанной к нему из-за ребенка. Но сейчас ребенку уже четыре с половиной месяца… Когда врач сделала четырехмерное УЗИ, она отчетливо увидела маленькую головку, ручки и ножки ребенка… Переносица у ребенка расположена высоко, и врач также сказала, что ребенок не маленький… Этот заметный нарост — то, с чем она больше не может расстаться… Она не может жить без этого ребенка; ребенок — единственная причина, по которой она сейчас продолжает жить! «Медсестра, вы видели мой телефон, когда я приходила в больницу?» Когда она одна, опасаясь несчастных случаев, она всегда носит с собой телефон, обычно в сумке, защищающей от излучения. «Да, я сейчас принесу». "Спасибо." В условиях нынешней изоляции единственной, к кому она могла обратиться за помощью, была её сестра. Медсестра передала ей телефон, и, снова проверив сигнал, обнаружила, что сестра уже много раз ей звонила. Ребекка Квентин набрала номер, и когда звонок соединился, она медленно произнесла: «Сестра, ты можешь приехать за мной? Я в больнице…» Услышав виноватый и встревоженный голос Кристин Куинн по телефону, Ребекка Квентин почувствовала сильную неприязнь в сердце. Вскоре после этого Кристин Куинн предстала перед Ребеккой Квентин. Увидев бледное лицо Ребекки Квентин, Кристин Куинн оглядела палату и спросила: «Говарда Джеффри здесь нет?» Ребекка Квентин равнодушно встала с постели и покачала головой. Кристин Куинн поддержала Ребекку Квентин и с беспокойством спросила: «С тобой все в порядке?» "Нет." Кристин Куинн тут же вздохнула с облегчением: «Главное, чтобы с тобой все было в порядке. Когда я услышала, что ты в больнице, я чуть не умерла от страха… Бекка, прости, я не хотела сообщать Говарду Джеффри о твоем местонахождении; он пришел ко мне домой и даже использовал Мари, чтобы угрожать мне». "Он всегда такой, не правда ли?" Готов на всё ради достижения своей цели. «Куда он делся?» — спросила Кристин Куинн. «Не знаю, сестрёнка, я хочу домой». «Хорошо, давайте вернемся». «Бекка, я должна напомнить тебе, что Говард Джеффри уже знает о твоей беременности, он точно не оставит это без внимания», — серьезно сказала Кристин Куинн за рулем. — «Думаю, тебе стоит поговорить с ним… Воспитывать ребенка непросто. Если бы не Говард Джеффри тогда, я бы не смогла вырастить Мари до этого возраста. Ты должна понимать, что рождение ребенка — это лишь вопрос времени, но после его рождения расходы на проживание и образование становятся непосильными и огромными; я очень боюсь, что ты не сможешь справиться с этим в будущем!» Покинув больницу, Ребекка Квентин изначально хотела лишь как можно скорее уехать подальше от Говарда Джеффри, но кто бы мог подумать, что слова Кристин Куинн в этот момент снова встревожат и без того решительное состояние Ребекки Квентин. «Я могу выдержать трудности, какими бы тяжелыми они ни были, я не боюсь». Ребекка Квентин могла ответить только так. Кристин Куинн вздохнула: «Возможно, мы действительно расплачиваемся за грехи предыдущего поколения». ---------- Главы 201-111: Она всегда знает, как вывести его из себя. Ребекка Квентин больше ничего не сказала. Вернувшись в арендованный дом, Ребекка Квентин по-прежнему чувствовала себя неспокойно. Она знала, что Говард Джеффри рано или поздно придёт её искать, и она не могла уйти, даже если бы хотела. Она пыталась придумать, как с ним справиться, но всё ещё не знала, что он на самом деле замышляет. И действительно, вечером он снова пришел. Кристин Куинн ничего не оставалось, как впустить его, поэтому он направился прямо в её комнату. Ребекка Квентин открыла дверь; сначала она подумала, что это Кристин Куинн. Увидев его, она застыла на месте, совершенно неподготовленная. «Значит, ты собираешься скрыть это от меня и воспитывать ребенка одна?» — начал он с вопроса. «Да, я сделаю все возможное, чтобы обеспечить ребенку наилучшую жизнь». В этот момент Говард Джеффри заметил, что комната была заполнена фотографиями младенцев, и каждый ребенок на фотографиях был очарователен. Фотографии, несомненно, тронули его, он отвел взгляд и снова сосредоточился на Ребекке Квентин: «Как я могу быть уверен, что вы не удерживаете этого ребенка с корыстными мотивами?» Ребекка Квентин быстро подняла глаза: «Ты думаешь, я из тех людей?» Говард Джеффри усмехнулся и парировал: «В семье Квентина никогда не бывает просто!» Сердце Ребекки Квентин сжалось: «Если ты так думаешь, мне нечего сказать». С самого начала и до конца он уже навесил на неё ярлык. Как бы она ни старалась, она никогда не изменит его мнения. «Разве вы не всегда красноречивы? Почему вы молчите сейчас?» Дело было не в том, что она не хотела говорить; она боялась, что в следующий момент снова потеряет контроль над своими эмоциями, как и утром. Спустя некоторое время она наконец сказала: «Если ты мне не доверяешь, мы можем подписать соглашение. Если я когда-нибудь использую ребенка, чтобы угрожать тебе или что-либо от тебя получить, в будущем ты получишь опеку над ним». «Разве я когда-либо говорила, что разрешаю тебе иметь этого ребенка?» Ему не понравился ее спокойный тон, словно он был полностью стерт из ее жизни. Ребекка Квентин молча смотрела на Говарда Джеффри, словно впервые ясно видела его безжалостность. «А что, если я настояю на рождении ребенка?» Говард Джеффри спокойно ответил: «Вы хотите и дальше со мной общаться?» По какой-то причине он почувствовал острую необходимость услышать её ответ. Разъяренная его словами, Ребекка Квентин парировала: «Разве это не мистер Джеффри втянул меня в это?» Они и так живут в разных мирах; если бы он не пришел ее найти, она бы никогда в жизни не стала его искать. Почему он не хочет отпустить ситуацию? Говард Джеффри холодно фыркнул: «Вы весьма искусно перекладываете вину на других. А тайное рождение ребенка было для вас прекрасным событием?» Ребекка Квентин возразила: «Разве это прекрасно, когда вы подло используете мои чувства и попираете меня?» Говард Джеффри на мгновение потерял дар речи от ее ответа. После нескольких секунд молчания Ребекка Квентин медленно опустила веки, на её лице отражалась усталость: «Давайте на этом остановимся. Я больше не хочу спорить. Если вы хотите подписать соглашение, подпишите его. Если нет, забудьте об этом. Я не позволю вам сдвинуть ребёнка ни на шаг, если вы не заставите меня умереть». «Вы думаете, смерть может стать спасением?» Ребекка Квентин подняла на него взгляд и холодно произнесла: «Разве этого недостаточно, Говард Джеффри?» Слезы заблестели в ясных глазах Ребекки Квентин: «Единственные двое оставшихся в семье Квентин находятся в таком состоянии. Чего еще ты хочешь? Почему ты не можешь жить счастливо? У тебя уже есть новая девушка; тебе следует начать это прекрасное будущее с ней. Зачем беспокоиться о прошлом? Даже мистер Джонс может попытаться отпустить прошлое, почему ты не можешь?» В его глубоких глазах блестела тень… Она искренне желала, чтобы эти дни поскорее закончились! На самом деле, она понимала его желание отомстить и даже отчасти сочувствовала ему, ведь он годами питал такую ​​глубокую ненависть. Но раз обиды предыдущего поколения нельзя было изменить, почему это поколение должно продолжать терпеть боль? Разве не лучше было бы отпустить ситуацию? Он был богат и влиятелен, рядом с ним была прекрасная женщина. Его будущее могло быть таким великолепным, каким он пожелает. Зачем вмешиваться в её жизнь? Если она смогла отпустить такие глубокие чувства, почему он не мог отпустить свою месть? Говард Джеффри пристально посмотрел на нее, его взгляд был очень глубоким. «Ты иди своим путем, а я своим, разве это не лучший исход?» — Ребекка Квентин, глядя на Говарда Джеффри, произнесла это без всякого выражения. «Ты изменился», — наконец заявил Говард Джеффри спустя некоторое время. В этот момент Говард Джеффри посмотрел на Ребекку Квентин со сложным выражением лица, на его бровях читалась легкая задумчивость. Ребекка Квентин слабо улыбнулась: «Правда? Как я изменилась?» Она никогда не менялась, просто научилась сглаживать острые углы и спокойно встречать все трудности прошлого. Ее мягкий нрав привлек его любопытный черный взгляд. К сожалению, в её взгляде он больше не мог видеть той глубины, которую видел прежде… И правда, она изменилась, изменилась и больше не любит его… Но разве это не тот результат, которого он хотел? Возможно, для неё это был лучший, наилучший исход… Говард Джеффри ничего ей не ответил, вместо этого равнодушно и безразлично произнес совершенно не относящиеся к делу слова: «В будущем лучше ни о чем у меня не спрашивать!» Слова Говарда Джеффри ранили сердце Ребекки Квентин. «Не волнуйся, я никогда тебя об этом не попрошу». С трудом подняв глаза, чтобы взглянуть на некогда незабываемо красивое лицо, она улыбнулась ему. В тот же миг взгляд Говарда Джеффри вспыхнул холодом. Она держала дверную ручку и говорила ему: «Извини, мне нужно отдохнуть». Она хотела не пускать его на улицу, опасаясь, что ее горе вырвется наружу прямо перед ним. «Ребекка Квентин, я надеюсь, ты сможешь по-настоящему начать свою новую жизнь». Прежде чем она закрыла дверь, он вдруг сказал ей: Она не поняла смысла его слов, не могла отличить благословение от угрозы, и застыла на месте, ноги не могли пошевелиться. Он повернулся и ушёл. Она закрыла дверь, прислонилась к дверному полотну и, крепко прикусив губу, попыталась заглушить рыдания. После того как Говард Джеффри ушел, за спиной Ребекки Квентин раздался стук в дверь. Зная, что посетительницей была Кристин Куинн… Ребекка Квентин поспешно вытерла слезы с глаз и, убедившись, что не выглядит слишком растрепанной, спокойно открыла дверь. И правда, это была Кристин Куинн! Ребекка Квентин улыбнулась и сказала: «Сестра». Заметив покраснение вокруг глаз Ребекки Квентин, Кристин Куинн ничего не сказала, лишь улыбнулась: «Он ушел, ничего не сказав, верно?» Ребекка Квентин покачала головой. «Тогда все должно быть в порядке. С его темпераментом, если бы он действительно хотел причинить вред вам и ребенку, он бы уже давно это сделал». ---------- Главы 202-112: Она всегда знает, как свести его с ума 4 "Хм." Кристин захлопала в ладоши: ​​«Ладно, ты мало ел на ужин, я приготовила тебе суп, спускайся и съешь тарелку». "Хорошо." "Ну, пошли!" — Кристин первой спустилась вниз. «Спасибо, сестрёнка». По ночам, лежа в постели, мысли Ребекки Квентин были подобны приливу и отливу. Ее мысли были заняты разговорами, которые она сегодня вела с Говардом Джеффри… Честно говоря, хотя разговор с ним и был неприятным, ей почему-то казалось, что на этот раз он пришел не для того, чтобы создавать проблемы… Что же он имел в виду этими последними словами? Это не прозвучало как угроза, но и благословлять её вряд ли было правдой! Ей очень тяжело, всякий раз, когда он появляется, ее жизнь превращается в хаос. Раздраженная, она спряталась под одеялом, позволив темноте погрузить ее в сон. На следующий день. Мэрилин Куинн стучала в дверь снаружи. «Тетя, тетя, мама попросила тебя встать на завтрак». "Поняла", — ответила Ребекка Квентин из ванной, где она приводила себя в порядок. "Торопиться!" Одевшись, Ребекка Квентин спустилась вниз. Из-за того, что живот у неё становился всё больше, она всегда ходила осторожно, что забавляло Мэрилин Куинн: «Тётя, ты такая медлительная, к тому времени, как ты доберёшься до столовой, завтрак, который приготовила тебе мама, уже остынет!» Слова Мэрилин Куинн развеселили Ребекку Квентин, и она не удержалась от жалобы Кристин: «Сестра, посмотри на свою дочь, она уже меня дразнит». Разкладывая завтрак по тарелкам, Кристин сказала: «Мари, у твоей тети в животе ребенок, поэтому она так медленно ходит». Мэрилин Куинн подошла к Ребекке Квентин, нежно приложила ухо к ее животу и спросила: «Тетя, как дела у малыша?» Ребекка Квентин кивнула: «Да, он очень хорош». Мэрилин Куинн подняла свои невинные глаза, чтобы посмотреть на Ребекку Квентин: «Он так же хорош, как я?» Ребекка Квентин игриво ткнула Мэрилин Куинн в милый носик и серьезно сказала: «Конечно, не так хорошо, как ты, Мари — лучшая». «Мамочка, понимаешь, тётя меня хвалила, а ты всё время говоришь, что я не очень-то хороша…» Кристин вышла из кухни с завтраком, покачала головой и улыбнулась: «Перестаньте её хвалить, она уже почти виляет хвостом к небу!» Ребекка Квентин села за стол и сказала: «Мари действительно очень хороша, это благодаря твоим хорошим урокам, сестрёнка». «Девочек легче учить, а мальчики — сплошная головная боль… Ребекка, не позволяй себе завести маленького озорного дьяволенка, это тебя совсем измотает». Ребекка Квентин рассмеялась и ответила: «Не думаю, что это так, сейчас у него все очень хорошо». Кристин нахмурилась: «Очень хорошо? Разве ты не говорила, что он весь день вертится у тебя в животе?» Ребекка Квентин кивнула: «Да, это он!» Кристин бросила на Ребекку Квентин многозначительный взгляд: «Когда я была беременна Мари, у меня не было таких частых движений плода. Думаю, ваш сын унаследовал от отца озорные гены, в будущем у вас точно будут головные боли!» Кристин осознала свою ошибку сразу после того, как заговорила, и украдкой взглянула на Ребекку Квентин. В глазах Ребекки Квентин мелькнула тень грусти, но на спокойном лице Ребекки Квентин не было ничего необычного. Кристин быстро сменила тему: «Э-э, поторопитесь поесть, завтрак уже остывает». "Хорошо." В середине трапезы Кристин заметила, что Ребекка Квентин перестала есть. Кристин не удержалась и спросила: «Что случилось? Может, мой завтрак тебе не подходит?» Ребекка Квентин покачала головой: «Вы приготовили такую ​​большую порцию, как я смогу её доесть?» Кристин серьезно сказала: «Эй, теперь ты ешь за двоих, разве не лучше съесть порцию побольше? Давай, ешь, я не хочу, чтобы твой ребенок родился истощенным». Ребекка Квентин погладила свой живот: «Не может быть, врач сказал, что он очень хорошо развивается». Кристина презрительно сказала: «Знаешь, когда я была беременна, я ела очень много, не только маленькую тарелку, как я приготовила для тебя, даже если бы это были две тарелки, я бы съела их все!» Ребекка Квентин тихонько усмехнулась: «Значит, Мари родилась немного толстенькой, да?» Кристин обняла Мэрилин Куинн, которая ела, и со смехом сказала: «Да, я раньше называла ее маленькой толстушкой, переживая, что она не похудеет в будущем и никто ее не захочет. Неожиданно она похудела за последние два года, и теперь я начинаю беспокоиться, что она не получает достаточно питательных веществ!» «Мамочка, я хочу вырасти такой же красивой, как ты и тётя». Казалось, Мэрилин Куинн выразила грандиозную мечту. Кристин и Ребекка Квентин обе расхохотались. Дин-дон— Звонок в дверь прервал мирное и радостное утро семьи. «Должно быть, это дядя Джеффри, я пойду открою дверь!» Прежде чем Кристин и Ребекка Квентин успели отреагировать, Мэрилин Куинн уже подбежала к двери и сама открыла её. ---------- Главы 203-112: Она всегда знает, как вывести его из себя. «Дядя Джеффри!» После радостного возгласа Мэрилин Куинн лица двух женщин одновременно напряглись, хотя и были скрыты за улыбками. Как всегда, Говард Джеффри, подбадривая Мэрилин Куинн, спросил: «Ты так быстро подошла к двери, зная, что это дядя Джеффри?» Мэрилин Куинн энергично кивнула: «Мари больше всего нравится дядя Джеффри!» Говард Джеффри поцеловал Мэрилин Куинн в лицо: «Милая девочка». Мэрилин Куинн, обхватив шею Говарда Джеффри, вдруг спросила: «Дядя Джеффри, ты считаешь меня красивой?» Говард Джеффри нахмурился: «Зачем спрашивать об этом?» Мэрилин Куинн невинно ответила: «Потому что когда мама и тетя выходят куда-нибудь, многие говорят, что они красивые. Когда я вырасту, я хочу быть такой же красивой, как они!» Кристин Куинн и Ребекка Квентин одновременно нанесли на лица черные линии. В неловкой ситуации, возникшей между двумя женщинами, Говард Джеффри серьезно ответил маленькой девочке: «Ты будешь красавицей!» «Ура!..» — Мэрилин Куинн была очень счастлива. Кристин Куинн встала, подошла к Говарду Джеффри и, взяв с собой Мэрилин Куинн, строго сказала: «Эй, малышка, пора в школу. Быстрее собирай рюкзак; мама отвезет тебя в школу». "Хорошо!" — Мэрилин Куинн соскользнула с тела своей матери. Кристин Куинн взглянула на Говарда Джеффри и сказала: «Ты поболтаешь, а я помогу Мари собрать канцелярские принадлежности; она всегда все забывает». Кристин Куинн, естественно, нашла повод выделить время и место для Говарда Джеффри и Ребекки Квентин. Улыбка на лице Ребекки Квентин давно исчезла, когда она встала из-за обеденного стола и повернулась, чтобы подняться наверх. Позади нее раздался голос Говарда Джеффри: «Боишься встретиться со мной лицом к лицу?» Ребекка Квентин застыла на месте. Говард Джеффри подошел к ней и нечаянно заметил, что еда на ее месте за обеденным столом, казалось, почти не была тронута. Говард Джеффри посмотрел на ее хрупкую спину и не удержался от вопроса: «Только это на завтрак?» Ребекка Квентин не ответила. — Я спрашиваю, почему вы так мало ели на завтрак? — Говард Джеффри понизил голос. Ребекка Квентин, немного поколебавшись, ответила: «У меня нет аппетита». Говард Джеффри подошел и встал перед Ребеккой Квентин, его лицо помрачнело. «Зная, что ты беременна, ты так питаешься?» — спросил он ее. Ребекка Квентин прикусила нижнюю губу и молчала. Говард Джеффри пристально посмотрел на неё. Не выдержав его взгляда, Ребекка Квентин ответила: «Я много раз в день ем». «Чепуха! Есть понемногу за каждым приемом пищи хуже, чем три полноценных приема пищи в день!» — крикнул ей Говард Джеффри. Ребекка Квентин была потрясена. Говард Джеффри внезапно схватил Ребекку Квентин за руку, его лицо было холодным: «Если ты ждешь ребенка, научись заботиться о себе. Не приходи ко мне плакать, если что-то пойдет не так с ребенком!» Бессердечные слова Говарда Джеффри ранили и без того хрупкое сердце Ребекки Квентин, вызвав сдавливающую боль в груди. Ребекка Квентин глубоко вздохнула и сказала: «Не волнуйтесь, я никогда не позволю, чтобы с ребенком что-нибудь случилось, и не буду вас искать!» Она всегда умела вывести его из себя! Когда Кристин Куинн и Мэрилин Куинн спустились вниз, они увидели, как Говард Джеффри крепко обнимает Ребекку Квентин. Не обращая внимания ни на что вокруг, Мэрилин Куинн прошептала матери: «Мамочка, дядя Джеффри держит тетю за руку». «Не беспокойся о взрослых делах; быстро одевайся и в школу!» "Хорошо!" Перед уходом Кристин Куинн передала Ребекке Квентин несколько слов: «Бекка, я скоро вернусь. Позвони мне, если тебе что-нибудь понадобится». Ребекка Квентин кивнула Кристин Куинн. Дверь закрылась, и в этом не очень большом доме остались только Говард Джеффри и Ребекка Квентин. Ребекка Квентин вовремя убрала руку от Говарда Джеффри и холодно спросила: «У вас есть что-нибудь еще?» «Жду адвоката». "Что?" «Динь-дон», — раздался ещё один звонок. Я поняла, что посетительница — не Кристин Куинн, поскольку у неё был ключ. Ребекка Квентин замерла на месте. Говард Джеффри уже направился к двери и потянулся, чтобы открыть её. «Мистер Джеффри». Раздался уважительный мужской голос. Ребекка Квентин окинула взглядом мужчину в костюме и галстуке, державшего портфель и выглядевшего очень скрупулезно. Он упомянул, что является адвокатом? "Войдите!" "Да." Адвокат почтительно подошел к Ребекке Квентин и профессиональным тоном спросил: «Вы, должно быть, мисс Квентин? Я назначенный адвокат мистера Джеффри, и я здесь, чтобы нотариально заверить соглашение, которое вы с ним подписали». Соглашение? «Можно мне сесть сюда?» — спросил адвокат, указывая на обеденный стол. Ребекка Квентин безразлично кивнула. Затем адвокат обратился к ним двоим: «Пожалуйста, сядьте сюда, я зачитаю содержание соглашения». Говард Джеффри отодвинул стул и сел. После нескольких секунд колебания Ребекка Квентин села напротив Говарда Джеффри. Адвокат достал соглашение из своего портфеля. Тонкий лист бумаги, но Ребекке Квентин, казалось, были написаны на нем серьезные слова. Адвокат начал читать: «Я представляю интересы юриспруденции и настоящим устанавливаю соглашение между Стороной А, Говардом Джеффри, и Стороной Б, Ребеккой Квентин, в связи с достижением консенсуса. Статья первая Соглашения: Сторона А разрешает Стороне Б сохранять опеку над ребенком, но Сторона Б не должна использовать родительские отношения со Стороной А для вымогательства или принуждения. Статья вторая Соглашения: в случае нарушения статьи первой, опека над ребенком возвращается к Стороне А без возражений со стороны Стороны Б». Предложение поступило от неё, и он его принял. Это должно было быть радостным событием, но вместо этого она чувствовала на груди огромный груз, от которого у нее перехватывало дыхание. Адвокат спросил: «Соглашение простое. Есть ли у обеих сторон какие-либо возражения?» Говард Джеффри посмотрел на Ребекку Квентин. «Без возражений», — ответила Ребекка Квентин. В глазах Говарда Джеффри мелькнула едва заметная эмоция, когда он ответил: «Без возражений». Адвокат кивнул: «Хорошо, пожалуйста, подпишитесь как Сторона А и Сторона Б. Соглашение будет составлено в двух экземплярах: один будет храниться в архиве, а другой позволит вам обоим ознакомиться с его содержанием в любое время. После подписания соглашение вступает в силу». «Хорошо». В каждом ответе Ребекка Квентин боялась встретиться взглядом с Говардом Джеффри. Но даже не глядя, она знала, что его взгляд будет холодным и бессердечным. Адвокат передал соглашения Говарду Джеффри и Ребекке Квентин соответственно. «Пожалуйста, подпишите». По сравнению с получением от его адвоката соглашения о разводе в самый трудный для нее момент, что это соглашение значило для нее? Тем более что это соглашение соответствовало и ее собственным желаниям. Поэтому, не раздумывая, Ребекка Квентин подписала свое имя на позиции представителя партии Б. Увидев прямолинейность Ребекки Квентин, Говард Джеффри в своих темных глазах увидел глубокую, мрачную злость, на его лице отразились эмоции, но еще более сильная и глубокая ярость была в его взгляде! ---------- Главы 204-113: Она всегда находит способ свести его с ума (5) Однако после осмысления реальности и здравого смысла гнев постепенно сменился спокойствием. В последний момент перед тем, как Ребекка Квентин поставила свою подпись, Говард Джеффри также быстро подписал свое имя в своей обычной манере. Адвокат немедленно обменял два документа. Когда перед Говардом Джеффри положили уже подписанное Ребеккой Квентин соглашение, элегантный почерк, написанный черной ручкой, словно увеличился и отчетливо отобразился в глубоких, непроницаемых глазах Говарда Джеффри, став особенно заметным. Необъяснимым образом, в груди Говарда Джеффри вспыхнула еще большая ярость. В следующую секунду они оба одновременно подписали свои имена и передали соглашение адвокату. В этот момент их взгляды наконец встретились на короткую секунду. На знакомом лице Говарда Джеффри отразилось выражение, которое Ребекка Квентин не узнала. Ребекка Квентин первой отвела взгляд и прямо спросила: «Адвокат, процедура завершена?» Адвокат кивнул и торжественно встал: «Я объявляю соглашение официально вступающим в силу с настоящего момента». В этот момент Ребекка Квентин тоже встала, не обернувшись, чтобы посмотреть на Говарда Джеффри, и тут же отвернулась. Адвокат тихо вышел из комнаты. Когда Ребекка Квентин поднялась по лестнице на второй этаж, сзади нее внезапно раздался низкий голос Говарда Джеффри: «Подожди». Тело Ребекки Квентин замерло. Говард Джеффри больше ничего не сказал, но в этот момент Ребекка Квентин услышала позади себя звуки движения и подъема. Ребекка Квентин, неохотно обернувшись, с удивлением увидела, как несколько рабочих вносят в комнату детскую кроватку, коляску, подгузники, детскую одежду, игрушки, кольцо для купания… целый набор детских вещей. Наблюдая за тем, как быстро накапливаются детские вещи, Ребекка Квентин замерла на месте. Неужели он действительно принёс всё из целого детского магазина? Рабочие несколько раз заходили и выходили, прежде чем закончили перемещать все рассортированные детские вещи. О боже, одних только детских кроваток было четыре или пять, и, судя по всему, они предназначались для разных возрастов. Внезапно Говард Джеффри поставил перед Ребеккой Квентин простой массажер. «На поздних сроках беременности ноги отекают, этот массажер может помочь снять отек», — неловко объяснил Говард Джеффри. Воспользовавшись растерянным видом Ребекки Квентин, Говард Джеффри добавил: «Это ради ребенка». Зачем ему было объяснять? Она ведь знала, что это никак не может быть для неё, не так ли? Ребекка Квентин упрямо заявила: «Я сама куплю ребенку вещи». Говард Джеффри презрительно посмотрел на нее и спросил: «На какие деньги?» «Я сказал, что пойду заработаю немного денег». «Что ж, расскажи об этом, когда заработаешь деньги», — с этими словами Говард Джеффри направился к кроваткам. Там стояли ещё две детские кровати, на которых ребёнок мог спать, когда подрастёт, и их ещё нужно было собрать. Внезапно Говард Джеффри сказал: «Подойди». В этой комнате находились только Ребекка Квентин и Говард Джеффри, поэтому, естественно, Говард Джеффри разговаривал с Ребеккой Квентин. После нескольких секунд колебания Ребекка Квентин подошла к Говарду Джеффри. Говард Джеффри передал инструкцию по сборке Ребекке Квентин и спокойно сказал: «Посмотри. Скажи мне честно, сможешь ли ты это собрать». Ребекка Квентин взяла инструкцию, взглянула на сложные схемы и, немного помедлив, покачала головой: «Я не могу это сделать». Говард Джеффри усмехнулся: «Ты даже такую ​​простую вещь понять не можешь?» Думаешь, все такие же умные, как ты? К тому же, сборка вещей обычно не является сильной стороной женщин. В тот момент, когда Ребекка Квентин мысленно ворчала, Говард Джеффри взял у нее из рук инструкции, бегло взглянул на них и спросил: «Есть ли для ребенка отдельная детская комната?» «Все дома сданы в аренду, детского сада нет!» — пробормотала Ребекка Квентин. Говард Джеффри холодно взглянул на нее, плотно сжав тонкие губы. «В будущем я подготовлю для него детскую», — тихо добавила Ребекка Квентин, опустив голову. Говард Джеффри внезапно закатал рукава своей дорогой рубашки, присел на корточки и принялся собирать детские кровати. Ребекка Квентин была потрясена увиденным. Она и представить не могла, что он лично возьмется за такую ​​трудоемкую работу, ведь его время всегда было для него чрезвычайно ценно. И действительно, его необычайный интеллект проявился в полной мере. Похоже, он впервые собирал детские кровати, и несколькими быстрыми движениями, даже не заглядывая в схемы, он собрал обе кровати менее чем за двадцать минут. Глядя на две совершенно новые детские кровати, Ребекка Квентин не могла не обратить свой взгляд на красивое лицо Говарда Джеффри. Даже выполняя такую ​​тяжелую работу, он не выказывал ни малейшего смущения, всегда сохраняя спокойствие; лишь легкий пот на лбу выдавал, что он только что сильно напрягся. «Попробуй, главное, чтобы не тряслось, тогда всё будет хорошо», — Говард Джеффри обронил эти слова Ребекке Квентин и повернулся в ванную. Ребекка Квентин послушно попробовала его в деле и обнаружила, что он очень прочный. Говард Джеффри вышел из ванной как раз вовремя, чтобы увидеть руку Ребекки Квентин, лежащую на детской кровати, явно не желающую отпускать её. ---------- Главы 205-113: Она всегда знает, как вывести его из себя. Услышав шаги Говарда Джеффри, Бекка тут же отдернула руку, на ее лице читалось смущение. Говард Джеффри спокойно произнес: «Вам лучше запомнить содержание соглашения. В будущем я не хочу от вас ни разу звонить!» «Я не буду». «Хорошо, желаю вам удачи». С этими словами Говард Джеффри повернулся и широкими шагами ушел. Бекка застыла на месте, наблюдая за удаляющейся фигурой. Его фигура быстро исчезла в дверном проеме. Почти инстинктивно Бекка последовала за ним к двери, разыскивая его. К счастью, его фигура все еще была в поле ее зрения, только теперь Ройе открывала ему дверцу машины. Наблюдая, как его высокая и стройная фигура скрывается в машине, Бекка крепко сжала дверь, словно подавляя непреодолимое сильное нежелание в своем сердце. В следующее мгновение три неприметных автомобиля постепенно исчезли из поля зрения Бекки… Убедившись, что Говард Джеффри, возможно, больше никогда не появится в её жизни, Бекка наконец расплакалась, бормоча слова, которые даже сама не понимала, и в её памяти промелькнули сцены из времени, проведённого с ним… Кристин Куинн вернулась после того, как отвела Мэрилин Куинн в школу, и, открыв дверь, увидела Бекку, наклонившуюся, чтобы собрать вещи. Кристин была мгновенно ошеломлена увиденным. "О боже… кто всё это купил?" Кристин прикрыла рот рукой, потрясенная видом комнаты, полной детских товаров. Бекка, подняв сумку с подгузниками, встала и ответила: «Их купил Говард Джеффри». Кристин подошла к детским товарам, чтобы рассмотреть их поближе: «Кроватка марки XX, бутылочки марки XX, одежда и штанишки марки XX… Ух ты, это все лучшие марки детских товаров, и Говард Джеффри купил их все, причем такие качественные!» "Хех…" «Бекка, Говард Джеффри ушел?» — Кристин огляделась и спросила. Бекка кивнула. Кристин пробормотала: «Неудивительно, что он позвонил, чтобы все мне объяснить…» Бекка не расслышала и спросила: "Что?" Кристин покачала головой: «Ничего… Кстати, Говард Джеффри что-нибудь сказал, когда уходил?» «Мы с ним подписали соглашение». «Какое соглашение?» Бекка вкратце объяснила Кристине содержание соглашения. Услышав это, Кристин глубоко вздохнула: «Хотя мне жаль, что так сложилось для вас двоих, это соглашение, возможно, не будет для вас чем-то плохим. По крайней мере, вам больше не нужно прятаться, и вам не нужно беспокоиться о том, что он может с вами сделать». Бекка тоже немного расслабилась: «Да!» Внезапно заметив несколько пакетов с подгузниками рядом с Беккой, Кристин поспешно взяла их и нервно сказала: «Перестань собирать вещи, оставь это мне, не забывай, что ты все еще беременна…» «Позвольте мне помочь вам, вещей слишком много». «Не нужно, иди отдохни в своей комнате, все эти дела быстро уладятся». К вечеру Говард Джеффри уже вернулся в Нью-Йорк. Слуга, охранявший особняк Джеффри, издалека увидел фары машины Говарда Джеффри и радостно воскликнул: «Мистер Джеффри вернулся…!» Эта новость быстро дошла до миссис Джеффри, которая обедала в столовой семьи Джеффри. Миссис Джеффри в прошлый раз слышала, что Говард вернулся в Нью-Йорк из метро, ​​но его не было дома. Очень по нему скучая, она отложила посуду и подошла к входной двери. Как только Говард вошел в дом, он, выглядевший изможденным в дороге, бросил слуге ключи от машины и портфель. Миссис Джеффри радостно последовала за сыном: «Сынок, почему ты не позвал маму, когда вернулся на этот раз?» «Мистер Джеффри, вы уже поужинали? Может, нам приготовить вам ужин?» — почтительно спросил слуга. «Нет, я не голоден». Говард взглянул на мать и холодно сказал: «Мама, приходи в кабинет после ужина». Говард с юных лет всегда был очень почтительным к родителям и редко говорил с миссис Джеффри таким строгим тоном, если только она не совершила что-то плохое. Увидев, как Говард вошел в кабинет, улыбка на лице миссис Джеффри постепенно исчезла. Слуга, заметив необычное отношение Говарда к матери, не смог удержаться и спросил: «А мистера Джеффри плохо обращались на улице?» «Его не обижают на улице, возможно, он на меня злится». "А?" Миссис Джеффри велела слуге: «Уберите обед, я больше есть не буду». «Но, мадам, вы лишь слегка покусали…» «Всё в порядке, выбрось!» "Да." Сменив настрой, миссис Джеффри вошла в кабинет. В этот момент Говард курил у окна кабинета. Увидев входящую мать, он повернулся и потушил сигарету в пепельнице. Исследование было масштабным, и от дыма не осталось и следа. Миссис Джеффри посмотрела на сына и тихо сказала: «Я знаю, о чём ты хочешь спросить». Говард подошёл к матери, гнев в его груди утих, когда он увидел её виноватое выражение лица. Он осторожно положил руку на плечо, которое раньше поддерживало его, смягчив тон: «Ты всё это время знала о беременности Бекки, почему ты скрывала это от меня и даже запретила Роджеру рассказывать мне?» «Признаюсь, я не хотела, чтобы вы знали, потому что боялась, что вы снова свяжетесь с Беккой, если узнаете о ее беременности!» — честно призналась миссис Джеффри. «Мама, я уже согласился встречаться с Алисой, чего еще ты беспокоишься?» Голос миссис Джеффри дрожал от волнения: «Сынок, ты должен понять маму. Меня так сильно ранила эта женщина, Вивиан Линдси, я не могу принять Бекку…» «Хорошо, мама, я не хотел тебя смущать… Забудь об этом, давай просто оставим в покое дело Бекки!» Говард больше ничего не сказал. Когда Говард уже собирался выйти из кабинета, миссис Джеффри вдруг спросила: «Сынок, ты встречался с ней в последние несколько дней?» Говард сделал паузу и ответил: «Мне нужно было разобраться с делом ребенка». Миссис Джеффри с тревогой спросила: «Что вы сделали?» «Вам не стоит беспокоиться о том, что я сделал, в любом случае, она больше не будет иметь никакого отношения к нашей семье». "Значит, ребёнок остаётся?" Что касается Бекки, миссис Джеффри не испытывала к ней неприязни, но её глубокая ненависть к Вивиан Линдси делала невозможным принятие Бекки. Более того, миссис Джеффри всегда считала, что для Говарда есть гораздо лучшие женщины, чем Бекка. Говард тихонько хмыкнул носом. «Ребенку должно быть больше четырех месяцев, верно? Вы знаете его пол?» Хотя миссис Джеффри не могла смириться с появлением Бекки на свет, она очень беспокоилась о своей внучке. ---------- Главы 206–114: Тот внезапный поцелуй «Это мальчик». Не скрывая этого от миссис Джеффри, Говард Джеффри прямо заявил об этом. Этот факт был случайно раскрыт ему врачом, когда он поинтересовался состоянием здоровья Ребекки Квентин в больнице. Печаль на лице миссис Джеффри мгновенно сменилась неподдельной радостью: «Это мальчик, да?» Как замечательно, наконец-то у нее будет внук, которого она сможет держать на руках. Неожиданно Говард Джеффри обернулся в этот момент, с суровым выражением лица обратившись к миссис Джеффри, и серьезно заявил: «Мама, мне нужно кое-что с тобой прояснить… Мы с Ребеккой Квентин договорились разойтись, поэтому я не позволю никому из окружающих беспокоить ее, включая тебя». Глаза миссис Джеффри расширились: «Я даже не могу навестить своего внука?» Говард Джеффри покачал головой. Появление матери лишь нарушило бы ее нынешнюю мирную и спокойную жизнь. Наверное, именно это и означает — что-то приобретаешь, а что-то теряешь! Хотя сын и оказал ей помощь, она потеряла внука... Миссис Джеффри замолчала. Зная, о чём думала его мать в тот момент, Говард Джеффри утешил её: «Мама, у тебя ещё будут внуки в будущем». Миссис Джеффри посетовала: «Кто знает, когда... Посмотри на своего старшего брата, он меня еще больше беспокоит». «Мама, вообще-то...» "Что?" «Пусть брат сам расскажет тебе об этом позже!» В конце концов, это личное дело Скайлера Джонса, и Говард Джеффри не хотел вмешиваться. Миссис Джеффри не стала задавать больше вопросов, ее мысли были заняты более тревожными проблемами: «Я также не знаю, куда ваш брат уехал в последнее время, никаких известий о нем не поступало». Говард Джеффри выглядел равнодушным: «Всякий раз, когда он сталкивается с проблемой, с которой не хочет сталкиваться, он на время исчезает, чтобы все обдумать, — так он поступает с детства и продолжает поступать до сих пор». «Я за него не волнуюсь, в конце концов, он уже взрослый, я просто надеюсь, что он поскорее примет маму». «Однажды это произойдет». "Мм." Заметив мрачное выражение лица миссис Джеффри, Говард Джеффри предложил: «Мама, когда у тебя будет время, сходи с Элис Робинсон за покупками, поговори с ней по душам, посмотри, как вы с ней поладите, чтобы не оставаться одной, когда меня нет рядом». Упоминание Элис Робинсон вызвало улыбку на прежде потемневшем лице миссис Джеффри: «Вам не нужно было говорить, что, пока вы были в Нью-Йорке последние несколько дней, я уже пригласила Элис Робинсон. Она гостила у нас несколько дней и только сегодня утром вернулась во Францию. Если бы я знала, что вы сегодня вернетесь, я бы не позволила ей уехать… Мне эта девушка очень нравится, я хорошо с ней ладила, она очень внимательна в своем поведении, терпелива к пожилым людям, и самое главное, у нее нет этого избалованного характера, она мне действительно нравится». Миссис Джеффри осыпала ее похвалами. Говард Джеффри слабо улыбнулся: «Главное, чтобы она вам нравилась». Миссис Джеффри напомнила: «Останься дома на пару дней, а потом поезжай во Францию ​​к ней, научись быть немного романтичнее, чтобы она не жаловалась мне, что у тебя нет на нее времени». "Понятно." «Сынок, ты уже не молод, если найдешь подходящую невесту, просто женись, а если хорошо поладим с Элис Робинсон, оформи брак официально поскорее!» «Ваше решение!» "Сын..." «Мама, я устал, я пойду в свою комнату в душ». Нью-Йорк, конференц-зал группы компаний «Skytop». «Мне нужен человек, который сможет внести свой вклад в проект «Скайтоп», а не тот, кто получает высокую зарплату, но даже не может составить рекламный план для проекта в Верхней Нормандии!» В костюме и галстуке, сидя за овальным столом, Говард Джеффри серьезно произнес речь. Руководители по обе стороны овального стола были в напряжении. «Надеюсь, в течение этого месяца вы все сможете представить мне удовлетворительный план, иначе я вас всех вышвырну!» Говард Джеффри, казалось, обладал природным авторитетом, заставляя десятки высокопоставленных сотрудников перед ним, известных своим интеллектом и способностями, вести себя как непослушные дети, не смеющие громко дышать и опустившие головы. «К счастью, несмотря на задержку в реализации плана продвижения, проект в Верхней Нормандии продвигается гладко, и эти достижения нельзя отрицать как ваш вклад. Благодаря упорной работе каждого сотрудника над проектом «Скайттоп» в первом полугодии, показатели выросли на 20% по сравнению с предыдущими годами, что является выдающимся результатом… Поэтому все годовые премии сотрудников будут удвоены в качестве поощрения за продолжение усердной работы над проектом «Скайттоп».» Внезапная смена тона Говарда Джеффри заставила всех сотрудников мгновенно поднять головы. Внезапно, переглянувшись, они, казалось, не могли поверить, что после выговора их все еще так всячески поощряют. В этот момент Говард Джеффри застегнул костюм, встал и, шагая прочь, удалился. Вскоре за ним последовала и секретарь. Затем по некогда мрачному и серьезному офису прокатился взрыв ликования. ---------- Главы 207–114: Тот неожиданный поцелуй (Часть 2) "Да здравствует босс!" «Босс, мы всегда к вашим услугам!» Не обращая внимания на ликующие возгласы позади себя, Джеффри слабо улыбнулся. Секретарь Лиза Сесили шла следом за Джеффри, тоже взволнованная удвоенной премией, и не удержалась от вопроса: «Генеральный директор, вы их чуть до смерти не напугали». "Правда? Я что, такая свирепая?" Лиза не осмелилась ответить. Улыбка Джеффри стала шире: «Если я немного не обуздаю их высокомерие, они не будут усерднее работать на „Скайтоп“». Лиза рассмеялась: «Генеральный директор, это хитрая тактика — заставить их почувствовать себя так, будто они попали из ада в рай!» Джеффри лишь молча улыбнулся и вошел в свой кабинет. Лиза вошла следом, положив стопку документов на стол Джеффри, и сказала: «Генеральный директор, вы в последнее время кажетесь необъяснимо жизнерадостным, не так ли?» Джеффри открыл документ, расписался внизу, полностью погрузившись в чтение, и ответил: «А, вы так считаете?» Лиза энергично кивнула: «Да, я служила вам столько лет и никогда не видела вас в таком хорошем настроении! Кажется, с тех пор, как вы вернулись в прошлый раз, ваше настроение просто замечательное». Джеффри лишь слегка улыбнулся снова. Лиза вдруг с сплетническим тоном спросила: «Генеральный директор, это потому, что ваши хорошие новости о мисс Робинсон уже не за горами?» "Слишком много разговоров!" «Ха-ха, я просто спрашиваю про тех сплетничающих коллег, которые сидят позади меня». Лиза, проработавшая у Джеффри много лет, сама стала довольно хитрой и быстро переложила вину на тех невинных коллег, которые осмеливались сплетничать, но не спрашивали. На красивом лице Джеффри, которое сначала было покрыто улыбкой, внезапно появилось едва заметное беспокойство, и он строго сказал: «Возвращайтесь к работе!» «Да». Лиза, умело считывая знаки, почувствовала легкое замешательство начальницы и быстро повернулась, чтобы уйти. Разобравшись со стопкой документов, Джеффри устало откинулся на спинку стула. Внезапно он схватил телефон со стола и открыл хранившееся на нем видео. Это была очень жаркая сцена. Прекрасное утро, Ребекка Квентин встала с постели. Как ленивый котенок, она потянулась, затем посмотрела на свой живот и обратилась к малышу: «Дорогой мой, сегодня еще один прекрасный день, давай вместе будем усердно работать ради будущего!» Поприветствовав свою маленькую любимицу словами "доброе утро", Ребекка Квентин перевела взгляд на камеру. «Кстати, моя дорогая, это плюшевая игрушка, которую тебе купил папа… Он такой глупый, купил тебе такого большого милого медведя, а девочкам это очень нравится…» Джеффри завороженно смотрел на мягкую, улыбчивую манеру поведения Ребекки Квентин на экране. Наконец, он выключил видео, и в его глазах читалась редкая нежность. «Босс». Джейсон Вуд вошел снаружи, прервав размышления Джеффри. Джеффри поправил позу, его взгляд снова стал строгим, и он спросил: «Вы что-нибудь нашли?» Джейсон Вуд покачал головой: «Если мистер Джонс намеренно хочет нас избегать, боюсь, никто его не найдет». Действительно, Джеффри потратил столько лет на поиски Скайлера Джонса, так и не найдя ни малейшего следа его местонахождения. Если бы не Ребекка Квентин, Скайлер Джонс, возможно, никогда бы не раскрыл свою личность. Джеффри вздохнул: «Ну ладно, он вернется, когда захочет, больше не нужно искать». "Да." «Скажите Винсенту, чтобы он заправил самолет, я хочу вылететь из Нью-Йорка через час». Джейсон Вуд неловко усмехнулся: «Генеральный директор, вы ведь собираетесь встретиться с тем, кого хотели бы увидеть, верно?» Джеффри оставался серьезным, но его тон был расслабленным: «Ты тоже слишком много говоришь?» Почувствовав, что Джеффри в хорошем настроении, Джейсон не удержался и спросил: «Генеральный директор, вы давно не видели мисс Робинсон, вы по ней скучаете, не так ли?» Джеффри взглянул на своего надёжного подчинённого: «Когда это я говорил, что собираюсь во Францию?» "А?" «Идите в Олден!» Джейсон на секунду замер, его голос стал заикаться: «Да, я сейчас же сообщу Винсенту». Олден. Ребекка Квентин сидела на диване у окна в гостиной и предавалась мечтам. Время пролетело быстро, и полмесяца пролетели как мгновение… Кажется, что в последний раз он приезжал сюда совсем недавно… В последнее время в нью-йоркских газетах о нем не было никаких новостей. Это потому, что он был занят работой, или он больше не находится в Нью-Йорке? Если его нет в Нью-Йорке, значит, он во Франции, верно? Я слышала, что некоторые издания готовы заплатить высокую цену за новость о том, что он объявил дату своей свадьбы. Теперь он должен наслаждаться счастьем и радостью, не так ли? "Бекка, Бекка…" Несколько звонков от сестры наконец-то вернули ошеломленную Ребекку Квентин к реальности. "Сестра!" Кристин Куинн, занятая приготовлением ужина, выглянула из кухни: «Звонит дверной звонок, Мари наверху проверяет домашнее задание, иди открой». "Хорошо." Опустив ноги с дивана, Ребекка Квентин встала и направилась к двери. За дверью Джеффри отчётливо слышал шаги внутри. И тут из-за открытой двери появилась фигура, которую он так жаждал, и зазвучал тот нежный голос. "ВОЗ…" Ребекка Квентин увидела мужчину перед собой, и все вопросы застряли у нее в горле. «Это я», — естественно ответил Джеффри. Ребекка Квентин уставилась на красивое лицо, которое еще мгновение назад оставалось в ее памяти, и пробормотала: «Почему… почему это ты?» Кристин Куинн не слышала, как кто-то вошел, и, опасаясь, что с Ребеккой Квентин что-то не так, быстро вышла из кухни, вооружившись лопаткой, и спросила: «Бекка, кто это?» Кристин Куинн только что подошла к двери и тоже была удивлена ​​внезапным появлением Джеффри. "Э-э…" Кристин Куинн не знала, что сказать. «Вы проделали долгий путь, и не хотите пригласить меня на чай?» Не обращая внимания на их неловкость, Джеффри сделал вид, что вежливо спрашивает. Ребекка Квентин немного колебалась. Кристин Куинн украдкой взглянула на Ребекку Квентин и, не заметив с её стороны явного отказа, сказала: «Конечно!» С этими словами Кристин Куинн распахнула дверь пошире. Джеффри торжественно вошел. Чтобы избежать неловкости, Кристин Куинн заговорила первой: «Э-э, я занята ужином, вы двое можете пообщаться…» Взгляд Джеффри уже не отрывался от слегка бледного лица Ребекки Квентин. Ребекка Квентин отвела взгляд от Джеффри и замолчала. Кристин Куинн добавила: «Кстати, я не против приготовить дополнительный ужин». С этими словами Кристин Куинн направилась на кухню. Увидев, как Кристин Куинн отвернулась, Ребекка Квентин тоже повернулась и вошла в гостиную. В ответ на безразличное отношение Ребекки Квентин, Джеффри вошел в гостиную и тут же схватил Ребекку Квентин за руку. Ребекка Квентин, давно не испытывавшая этого прикосновения, застыла на месте, ощутив на себе его знакомую властную силу. ---------- Глава 208-115: День его свадьбы совпадает с предполагаемой датой родов. Почувствовав легкую дрожь в теле Ребекки Квентин, Говард Джеффри остановился перед ней, когда она замерла, пристально посмотрел ей в отведенные в сторону глаза и спросил: «Ты меня так сильно недолюбливаешь?» Ребекка Квентин отвела взгляд в сторону: «Неужели я обязана тебя любить?» Бог знает, как сильно она нервничала, что даже тело дрожало. У Говарда Джеффри перехватило дыхание. Неужели она не могла бы быть немного вежливее в разговоре с ним? Словно услышав в своем сердце протест Говарда Джеффри, Ребекка Квентин повернула лицо, бросила на него взгляд и сказала: «Вы забыли о соглашении? Разве мы не договорились не встречаться?» Хитрые черные глаза Говарда Джеффри сузились до щели, в них сверкнул зловещий блеск: «Когда это в соглашении было сказано, что я не могу тебя видеть?» "Ты…" Похоже, это не было прямо сказано… но разве он не это подразумевал в тот день? Казалось, Говард Джеффри наслаждался надутым выражением лица Ребекки Квентин, и на его губах появилась легкая улыбка. «Меня пригласила сестра, чувствуй себя как дома». Произнеся эти слова, Ребекка Квентин небрежно повернулась и вошла в ванную. Войдя в ванную, Ребекка Квентин глубоко вздохнула, чтобы снять напряжение после встречи с ним. Кто бы мог подумать, что, когда она собиралась умыться, чтобы не заснуть, сзади раздался громкий хлопок закрывающейся двери. Ребекка Квентин в шоке обернулась, увидев высокую фигуру, ютящуюся перед ней, и тут же пробормотала: «Ты… ты знала, что я внутри, разве ты не знала, что нужно избегать этого места?» В узкой ванной комнате раздавался неторопливый, тихий голос Говарда Джеффри. «Между нами, чего же нам избегать?» «Мистер Джеффри, мы больше никак не связаны, не говорите так, будто мы до сих пор в ссоре». Она просто хотела окончательно порвать с ним, чтобы постепенно забыть обо всем. Лицо Говарда Джеффри помрачнело. Ее речь была настолько холодной, что это его крайне не понравилось. Ребекка Квентин попыталась пройти мимо него, чтобы выйти из этой тесной ванной комнаты. Неожиданно в этот момент рука Говарда Джеффри обняла ее, и она упала в его объятия. Он в гневе страстно поцеловал её в губы, его сильная рука схватила её за затылок. Его дыхание обрушилось на неё, словно океан, и её голос сопротивления постепенно был заглушен им. Она по-прежнему вызывала у него то же приятное чувство, которого он так жаждал, такая прекрасная, несмотря на месяцы разлуки, он не утратил к ней никакого влечения; глядя на нее сейчас, он совсем не хотел быть джентльменом. Он нетерпеливо раздвинул ей зубы, глубоко проникая внутрь, в то время как Ребекка Квентин чувствовала, как ее грудь все больше закладывает от недостатка кислорода, сопровождаясь ощущением удушья. Она не ожидала, что он будет таким напористым… Его власть была такова, что, когда он обнял её, она даже не могла пошевелиться. Из-за резкого столкновения в тот момент она почувствовала, как ее нежные губы покрылись синяком; она хотела крепко прикусить, но из-за боли не осмелилась приложить силу, что дало ему возможность: он раздвинул ей зубы и агрессивно схватил ее маленький язычок в приступе страсти, оставив на языке покалывающее онемение. "Нет…" Попытки Ребекки Квентин выразить свое несогласие в конечном итоге были подавлены растущей необузданностью Говарда Джеффри. В то время как Говард Джеффри втайне был доволен подчинением Ребекки Квентин, он выругался от боли, потому что она укусила его за губу так сильно, что сломала ее. Вкус крови мгновенно распространился во рту у обоих… Однако Говард Джеффри по-прежнему крепко держал её, отказываясь отпускать. «Говард Джеффри, разве того вреда, который ты мне причинил, недостаточно? Ты хочешь, чтобы я упал до такой степени, что не смог бы подняться, пока ты не будешь доволен?» Сдавленный голос Ребекки Квентин был чем-то, чего Говард Джеффри не смог вынести. Думая о прекрасной женщине, которая уже была рядом с Говардом Джеффри, но все еще бесцеремонно обнимала ее, Ребекка Квентин невольно вытерла слегка припухлую румяную полоску на губах, затем оттолкнула его и в сердцах вышла из ванной. Кристин Куинн тоже не понимала, в чем дело, потому что атмосфера за ужином сегодня вечером была слишком странной. Ребекка Квентин, опустив голову, продолжала есть, не взглянув на Говарда Джеффри, сидевшего напротив. Говард Джеффри, с другой стороны, несколько раз взглянул на Ребекку Квентин, но выражение его лица было бесстрастным, что затрудняло догадываться о его мыслях. Атмосфера была необъяснимо напряженной… К счастью, молчание нарушила Мэрилин Куинн. «Дядя Джеффри, почему бы тебе не остаться здесь еще на несколько дней, хорошо?» Говард Джеффри бросил едва заметный взгляд на Ребекку Квентин. В этот момент брови Ребекки Квентин нахмурились, и даже ее способность есть замерла. Кристин Куинн поспешила ответить за Говарда Джеффри: «Мари, ты же знаешь, как занят твой дядя Джеффри, не говори глупостей». Мэрилин Куинн наклонила голову, невинно глядя на Говарда Джеффри: «Дядя Джеффри, разве вы не говорили, что в компании полно сотрудников, которые просто кивают и говорят «да», и это совсем не весело?» ---------- Главы 209-115: День его свадьбы совпадает с датой родов (Часть 1) "Мари…" — голос Кристин Куинн стал тяжелее. Говард Джеффри отвел взгляд от лица Бекки и хрипло ответил Мэрилин: «Тогда дядя Джеффри останется с Мари еще на несколько дней». "Ура, дядя Джеффри — самый лучший!" — Мэрилин Куинн шлёпнула Говарда Джеффри по щеке. Кристин Куинн потеряла дар речи. Хлоп! Было слышно, как недовольно ставят столовые приборы. В этот момент Бекка встала. Кристин Куинн спросила: «Бекка, ты уже наелась?» «Да, сестрёнка, не торопись с едой. Я пойду отдохну в своей комнате». Краем глаза Кристин Куинн не отрывала взгляда от лица Говарда Джеффри, и она кивнула Бекке. Едва заметные изменения на красивом лице Говарда Джеффри, естественно, остались незамеченными, поэтому Кристин Куинн не смогла обнаружить ничего необычного. После того как Бекка вернулась в свою комнату, Кристин Куинн посмотрела на Говарда Джеффри и сказала: «Я уже потратила твои деньги на покупку этого дома. Позже я найму кого-нибудь, чтобы он оформил детскую комнату». Говард Джеффри равнодушно ответил: «Хорошо». «Дядя Джеффри…» — внезапно воскликнула Мэрилин. Повернувшись к ребёнку, Говард Джеффри отбросил своё раздражение и тихо спросил: «Да?» «Мама сказала, что у тёти в животе ребёнок… Но у тёти нет парня, так почему же у неё ребёнок?» Даже всегда способный Говард Джеффри потерял дар речи. На следующий день. Сегодня у Бекки плановый осмотр в пять месяцев беременности. Предвкушая сегодня выступление врача о развитии малыша, Бекка была очень взволнована. Не дожидаясь звонка Мэрилин в дверь, Бекка уже спустилась со второго этажа. Кристин Куинн уже приготовила завтрак. Видя, как хорошо себя чувствует Бекка, она не удержалась и поддразнила: «Знаешь, кто-нибудь приходит, и настроение мгновенно улучшается. Жаль, что никто не остался на ночь!» «Сестрёнка, ты слишком много думаешь. Я просто хочу поскорее попасть в больницу», — пробормотала Бекка. Кристин Куинн постучала себя по голове: «Ой, я забыла. Сегодня ты идешь на дородовый осмотр!» Кристин Куинн открыла дверь. Бекка немного смутилась и сказала: «Сестра, я сама справлюсь. А у тебя сегодня же собеседование?» Кристин Куинн серьезно ответила: «Я могу пойти на собеседование в другое время, но мне некомфортно, если вы пойдете на обследование одна». Бекка пробормотала: «Это недалеко». Кристин Куинн широко раскрыла глаза: «Я знаю, но я настаиваю». "Хорошо тогда…" «Осторожно, дама с большим животом!» "Хорошо." Кристин Куинн поддержала Бекку, когда они спускались по лестнице у входа, и тут раздался автомобильный гудок. Обе женщины одновременно посмотрели в сторону источника звука. Они увидели роскошный автомобиль с едва заметной маркой, который подъезжал к ним и резко остановился прямо перед ними. Окно опустилось, открыв взору выразительное лицо Говарда Джеффри. Кристин Куинн внезапно отпустила руку Бекки, похлопала её по плечу и сказала: «Ладно, похоже, я всё-таки могу пойти на собеседование. Сегодня у тебя компания». Кристин Куинн повернулась, чтобы уйти. Гордая фигура Говарда Джеффри уже вышла из машины, но Бекка, полностью проигнорировав его, пошла прямо вперед. "Останавливаться!" Увидев, что она его игнорирует, Говард Джеффри выразил недовольство. Бекка продолжала двигаться вперед, не останавливаясь. "Блин!" Выругавшись, Говард Джеффри сделал два шага из трех и схватил Бекку за руку. Бекке ничего не оставалось, как остановиться, поднять руку и оттолкнуть его: «Отпусти меня!» Говард Джеффри обнял Бекку своими длинными руками, его взгляд, похожий на взгляд ястреба, устремился на ее безразличное лицо: «Ты не можешь поговорить со мной хоть раз как следует?» Бекка раздраженно сказала: «Мне нечего тебе сказать». Теряя терпение, Говард Джеффри холодно произнес: «Тогда мы останемся здесь, пока это не разрешится!» «Отпусти меня!» — Бекка вырывалась из объятий Говарда Джеффри. Наблюдая за хрупкой фигурой, извивающейся в его объятиях, Говард Джеффри нахмурился: «Если вы не боитесь потерять ребенка вот так, то двигайтесь дальше». "Ты…" Бекка холодно посмотрела на Говарда Джеффри и, приняв во внимание его предупреждение, постепенно прекратила сопротивление. Несколько прохожих бросили взгляды на переплетение чувств между ними. «Отпустите меня, тут много людей смотрят!» — прошептала Бекка, чувствуя на себе любопытные взгляды соседей. Говард Джеффри небрежно ответил: «Мне всё равно». "Мне не всё равно!!" Ну пожалуйста, как одинокая беременная женщина, переезжающая в этот маленький городок, она просто хотела спокойной жизни без сплетен. Говард Джеффри прищурился, оценивая ее упрямство; его тон был спокойным, но полным непреклонного терпения довести дело до конца: «Так ты хочешь сесть в машину или нет?» Бекка опустила голову и холодно сказала: «Я знаю дорогу!» "Раз уж так…" — медленно произнес Говард Джеффри. Прежде чем Бекка успела отреагировать. Говард Джеффри неожиданно прижался губами к её губам. "М-м-м…" Ее губы были сомкнуты, и поскольку он крепче сжал ее, она не могла пошевелиться ни на дюйм. Казалось, он давно не испытывал такого желания. Словно ребёнку, которому наконец-то разрешили полакомиться сладостями, он задержался, посасывая её губы. Бекка, не в силах вынести такого поступка, могла лишь положить руки ему на грудь. Но неожиданно Говард Джеффри освободил одну руку, чтобы убрать ее руку со своей груди, переплел их пальцы и продолжил неустанно поглаживать и покусывать. Каждый раз, когда Бекка изо всех сил пыталась вырваться из его руки, его мощная сила подчиняла её себе. Это было похоже на войну, и естественная разница в силе в конечном итоге привела к ее падению. Когда он неохотно отстранился от ее губ, ее тело слегка задрожало. Он взглянул на ее пухлые, опухшие губы и инстинктивно испытал самую примитивную мужскую реакцию. С прошлой ночи и до сегодняшнего дня Бекка дважды подряд была насильно поцелована, что вызвало у нее одновременно стыд и гнев. Она подняла руку, чтобы дать пощечину. Говард Джеффри тут же схватил ее за руку, его глаза горели желанием, когда он внимательно смотрел на ее сердитое, смущенное лицо. "Отпусти меня, ублюдок!" Бекка была так зла, что чуть не расплакалась. Говард Джеффри мягко произнес: «Ведите себя хорошо, и я вас отпущу». Бекка посмотрела на руку, крепко сжатую Говардом Джеффри, прикусила губу и сказала: «Делай, что хочешь, но отпусти!» Говард Джеффри наконец постепенно отпустил Бекку. Бекка сердито вытерла следы, которые он оставил на ее губах. Успокоившись, Говард Джеффри без гнева спросил: «Так вы садитесь в машину или нет?» ---------- Главы 210-116: День его свадьбы совпадает с предполагаемой датой родов. Ребекка свирепо посмотрела на Говарда Джеффри, затем, топнув ногой, направилась к машине, открыла дверь и послушно села внутрь. Проследовав за ней в машину, он увидел, что она сидит как можно дальше от него на заднем сиденье. Говард Джеффри не смог сдержать смеха: «У меня что, микробы подхватили?» Ребекка Квентин повернула голову к окну, решив полностью его игнорировать. Говард Джеффри усмехнулся и нажал на педаль газа. Машина медленно ехала по тихим, мирным улочкам небольшого городка… Говард Джеффри, словно сосредоточившись на вождении, постоянно поглядывал на Ребекку Квентин в зеркале заднего вида. Она продолжала смотреть в окно, явно все еще расстроенная. Его мысли начали блуждать… Она никогда не теряла самообладания, но когда он сталкивался с ней, он всегда выходил из себя. Если вчерашний поцелуй был лишь наказанием за её отчуждённость, то нынешний поцелуй — это проявление его неудержимого желания… Пока он был с ней, он не мог ясно мыслить… Он всегда хотел с ней поговорить, поддразнить ее, как будто между ними никогда не было разногласий. Если бы не рациональное мышление и реальность, которые напомнили ему в тот момент неудержимого вторжения в её губы, он бы определённо посадил её в машину и уехал в безлюдное место… "Мне не нужна твоя помощь!" Ребекка Квентин оттолкнула руку Говарда Джеффри и самостоятельно вышла из машины. Говард Джеффри не настаивал, позволив ей быть холодной, но при этом обладать редким для нее хорошим характером. Ребекка Квентин направилась прямо в больницу, а Говард Джеффри, естественно, молча последовал за ней. В кабинете врач, заметив неловкое напряжение между супругами, улыбнулся Ребекке Квентин: «Ребенок чувствует эмоции матери, поэтому будущей маме следует сохранять хорошее настроение!» Ребекка Квентин, которая никогда раньше не приходила на дородовый осмотр в таком плохом настроении, немного смутилась словами врача и неловко улыбнулась, садясь напротив него. Доктор, взглянув на замечательного мужчину перед собой, любезно сказал: «И будущему отцу тоже следует присесть!» Ребекка Квентин тут же заявила: «Доктор, он не отец моего ребенка, я здесь одна». Врач был озадачен: «Он не ваш муж? Но в прошлый раз…» В этот момент Говард Джеффри сел рядом с Ребеккой Квентин, обнял её и с улыбкой на губах сказал: «Извините, доктор, она всё ещё злится на меня за то, что я не провожу с ней больше времени…» Ребекка Квентин с негодованием посмотрела на Говарда Джеффри. Улыбка Говарда Джеффри оставалась спокойной и естественной. Врач, заметив врожденные способности Говарда Джеффри, сказал: «Мистер Джеффри, должно быть, очень занят, но как бы ни была занята ваша жена, не пренебрегайте ею. Во время беременности ей больше всего нужна забота!» Нежно поцеловав её в лицо, Говард Джеффри хрипло прошептал: «Прости…» Совершая такой интимный акт на публике, Ребекка Квентин покраснела от гнева: "Ты…" Говард Джеффри уже обратил внимание на доктора: «Могу я узнать, какой осмотр сегодня нужен моей жене?» Врач ответил: «В пять месяцев вам потребуется обследование на выявление дефектов, проще говоря, 3D-УЗИ, чтобы увидеть развитие ребенка». Говард Джеффри кивнул: «Хорошо, доктор». Врач мягко обратился к Ребекке Квентин: «Мисс Квентин, пожалуйста, лягте на кровать!» Зная процедуру ультразвукового исследования, Ребекка Квентин неловко спросила: «Доктор, вы здесь?» "Да." «Но…» — Ребекка Квентин взглянула на человека рядом с собой, — «Он здесь». Она не хотела поднимать рубашку, чтобы он всё увидел, не говоря уже о том, что эта сцена была не очень-то пристойной. Доктор улыбнулся: «Поскольку он ваш муж, он может присутствовать». «Нет, доктор, он…» — поспешила объяснить Ребекка Квентин. Однако в этот момент Говард Джеффри прервал её: «Всё в порядке, я подожду снаружи». Сказав это, Говард Джеффри встал. Ребекка Квентин была слегка удивлена. Говард Джеффри наклонился и еще раз поцеловал Ребекку Квентин, прошептав ей на ухо перед уходом: «Расскажи мне позже, на кого похож ребенок!» Ребекка Квентин не ответила. Говард Джеффри повернулся и ушел. Держа в руках снимок УЗИ, сделанный врачом, Ребекка Квентин вышла из кабинета, чувствуя себя такой же радостной и счастливой, как всегда. Говард Джеффри, сидевший на стуле в коридоре, мельком увидел едва скрываемое волнение Ребекки Квентин и тут же подошел к ней, спросив: «Как все прошло?» Возможно, из-за хорошего настроения Ребекка Квентин передала снимок УЗИ. Говард Джеффри мельком взглянул на него, в его красивых глазах читалось сомнение: «Это наш сын? Такой непривлекательный?» Боже, этот желтоватый, морщинистый вид, совсем не красавец. ---------- Главы 211-116: День его свадьбы совпадает с предполагаемой датой родов 2_2 Ребекка Квентин выхватила снимок УЗИ из рук Говарда Джеффри: «Если на него неприятно смотреть, то не смотри. В конце концов, ребенок к тебе не имеет никакого отношения!!» Говард Джеффри, невинно глядя на всех, спросил: «Чем я вас снова обидел?» «Вы сказали, что ребёнок некрасивый!» "Он действительно… не очень-то симпатичный!" Ребекка Квентин всё больше и больше приходила в ярость: «Ему всего пять месяцев. Чего вы ожидали? Врач даже сказал, что у него очень выраженные черты лица, и предположил, что он может быть больше похож на вас, а вы…» Поняв, что она невольно выразила радость по поводу того, что ребенок может быть похож на него, Ребекка Квентин тут же крепко замолчала, чувствуя, как внутри нее поднимается горечь. На самом деле, было бы плохо, если бы ребенок хоть немного на него походил… В будущем ей не хотелось, чтобы ей постоянно напоминали о нем каждый раз, когда она будет видеть ребенка. Говард Джеффри осторожно положил руку на худое плечо Ребекки Квентин и утешил ее: «Ладно, я неопытен, откуда мне знать, как выглядит пятимесячный плод… Врач действительно сказал, что он может быть похож на меня?» Ребекка Квентин в гневе оттолкнула Говарда Джеффри и повернулась. Говард Джеффри поспешил ей вслед: «Бекка, врач сказал, какая часть тела ребенка похожа на меня, глаза или нос…» На обратном пути, хотя оба молчали, по какой-то причине их настроение значительно улучшилось. Ребекка Квентин выглянула в окно и вдруг сказала: «Остановитесь у обочины, мне нужно кое-что купить». Говард Джеффри припарковал машину на обочине и, естественно, поехал ей поддержать. Ребекка Квентин вышла из машины, и, в отличие от прежнего положения, она больше не оказывала сильного сопротивления помощи Говарда Джеффри. Она мягко сказала: «Либо идите, либо ждите меня здесь, я скоро вернусь». «Что ты покупаешь? Я тебе это куплю». «Вы не сможете это купить». «Тогда я провожу тебя внутрь». Поняв, что она покупает нечто не такое уж и ужасное, Ребекка Квентин спокойно сказала: «Как хочешь». Внутри магазина товаров для мам и малышей Ребекка Квентин улыбнулась и спросила: «Извините, а вы продаете здесь средства для восстановления после родов или косметику по уходу за кожей?» Молодая продавщица на мгновение растерялась, увидев симпатичного парня. Ребекка Квентин снова спросила: «Извините…» Это вывело продавщицу из задумчивости: «О, мисс, ваш муж очень красив». После столь долгого ожидания подобного ответа от продавщицы Ребекка Квентин невольно бросила гневный взгляд на Говарда Джеффри. Продавец снова спросил: «Извините, мисс, что вам нужно?» Ребекка Квентин беспомощно повторила свои слова. После покупки необходимых средств для восстановления после родов Говард Джеффри подержал сумку перед Ребеккой Квентин и спросил: «Вы беспокоитесь, что плохо восстановитесь после родов?» Ребекка Квентин шла впереди Говарда Джеффри и ответила: «Конечно, мне еще предстоит выйти замуж». «Правда?» В темных глазах Говарда Джеффри мелькнуло недовольство, но он по-прежнему говорил с неизменным спокойствием: «На самом деле, вы можете заниматься спортом, чтобы поддерживать свою фигуру!» «К тому времени, как я рожу, уже будет холодно, и мне не хочется заниматься спортом». В основном потому, что она, скорее всего, будет занята уходом за ребенком и у нее будет мало времени. Глаза Говарда Джеффри лукаво заблестели: «Вы можете выбрать упражнения в помещении». Ребекка Квентин с недоумением повернула лицо к Говарду Джеффри: «Что за вид упражнений в помещении?» «О, я вдруг вспомнил, что в одиночку у вас это может не получиться», — серьезно ответил Говард Джеффри. Ребекка Квентин нахмурилась и пробормотала: «Какой вид упражнений в помещении требует участия двух человек?» В этот момент мимо них прошла молодая пара и внезапно разразилась смехом. Ребекка Квентин немного растерялась, но спустя несколько секунд наконец поняла и сильно покраснела: «Говард Джеффри!!» Говард Джеффри, с улыбкой в ​​уголке рта, подошел к машине, положил покупки в багажник и придержал пассажирскую дверь для Ребекки Квентин. Лицо Ребекки Квентин покраснело, когда она опустила голову и села в машину. Ребекка Квентин решила больше не обращать на него внимания; в конце концов, он просто дразнил ее! Атмосфера, изначально наполненная неопределенностью, была нарушена, когда в этот момент зазвонил его телефон. "Говард Джеффри?" — позвала Элис Робинсон. "Как дела?" Говард Джеффри сделал паузу и задал вопрос со своим обычным спокойным видом, даже по отношению к своей нынешней девушке. В салоне автомобиля было тихо и тесно, поэтому голос Элис Робинсон не был тихим, и Ребекка Квентин могла его отчетливо слышать. «Чем ты был занят в последнее время? Я тебя давно не видел… Я сейчас у тебя, приходи домой и составь мне компанию!» «Я был занят работой». «Но Джейсон Вуд сказал мне, что тебя нет в компании, тебя даже нет в Нью-Йорке». «Вам что-нибудь нужно?» «Я очень по тебе скучаю и хочу тебя увидеть!» Говард Джеффри на мгновение замолчал. Ребекка Квентин тихо сидела рядом с ним, внешне спокойная, но затаив дыхание. «Сейчас я занят». Спустя некоторое время Говард Джеффри небрежно ответил. «Когда ты освободишься? Я буду ждать тебя у тебя дома…» Ребекка Квентин почувствовала, что Говард Джеффри смотрит на нее в этот момент, и продолжала притворяться равнодушной, глядя на улицу через окно. «Перезвоню позже». Говард Джеффри нажал кнопку завершения вызова. У его новой девушки такой приятный голос, и она, кажется, очень понимающая… Ребекка Квентин оставалась невозмутимой, но ее мысли уже были заняты созерцанием пейзажа за окном. «Возможно, я не смогу составить вам компанию», — наконец тихо произнес ей Говард Джеффри. «Никто не просил тебя составлять мне компанию. Куда ты пойдешь — меня не касается», — продолжала холодно говорить Ребекка Квентин. "Тогда я сначала отвезу тебя домой!" «Не нужно, высадите меня на обочине. Осталось совсем немного; я сама вернусь… Тебе следует вернуться в Нью-Йорк пораньше, чтобы проводить свою девушку!» — сказала Ребекка Квентин с неизменным спокойным тоном. Говард Джеффри больше не произнес ни слова. Когда машина подъехала к дому, Говард Джеффри остановил ее и, повернувшись к Ребекке Квентин, сказал: «Береги себя». Прежде спокойное выражение лица Ребекки Квентин напряглось: «Мне не нужно, чтобы вы это говорили», — ответила она, открывая дверцу машины и выходя. Теперь она больше не испытывает ревности. Она пообещала себе и решила, что постепенно отпустит свои шестилетние чувства к Говарду Джеффри и никогда больше не будет за них цепляться. Говард Джеффри вышел из машины и достал из неё купленные вещи. Ребекка Квентин взяла купленные товары у Говарда Джеффри и повернулась, чтобы уйти. Говард Джеффри долго смотрел на ее стройную спину, а затем внезапно вернулся в машину. Ребекка Квентин, ошеломлённая, ступила на ступеньки, и сзади послышался звук отъезжающей машины. Когда звук машины перестал доноситься до ее ушей, Ребекка Квентин обернулась и посмотрела в том направлении, где машина исчезла. Острая боль пронзила ее сердце, и она крепко прикусила губу. ---------- Главы 212–117: Накануне рождения Маленького Дьявола Три дня спустя Ребекка Квентин, как обычно, встала рано. После некоторой адаптации депрессивное состояние последних нескольких дней сменилось спокойным безразличием. Она вошла в столовую, но не увидела Кристин Куинн, занятую на кухне, что заставило ее задуматься. Внезапно она увидела Кристин Куинн в гостиной, читающую доставленную в тот день газету. Ребекка Квентин не смогла сдержать смех: «Сегодня какие-нибудь важные новости? Вы так поглощены своими исследованиями». "Бекка…" — Кристин Куинн подняла бледное лицо, в котором все еще виднелась нотка беспокойства. "В чем дело?" Кристин Куинн передала газету Ребекке Квентин. Заголовок на первой полосе крупными буквами хвастался: Президент группы компаний Skytop объявил, что 30 ноября в Нью-Йорке он женится на своей невесте из Франции. Прочитав заголовок, Ребекка Квентин, ошеломленная, отступила назад. Кристин Куинн вовремя поддержала её, глубоко вздохнув: «Какое совпадение…» 30 ноября — это был точно назначенный срок родов Ребекки Квентин. Время пролетело незаметно, и в мгновение ока Ребекка Квентин уже была на девятом месяце беременности. В тот момент Кристин Куинн помогала Ребекке Квентин собирать вещи в сумку для беременных. «Детская бутылочка, сухое молоко, зимняя одежда… Ваши послеродовые прокладки, одежда для сна, документы…» Проверив всё, Кристин Куинн удовлетворенно кивнула: «Кажется, всё в порядке. Когда я рожала, я готовила только это. Не знаю, чего ещё не хватает, но это неважно; больница недалеко от дома!» Ребекка Квентин тихо сказала: «Сестра, я так благодарна, что ты рядом со мной, когда я чувствую себя совершенно беспомощной». Кристин Куинн улыбнулась: «Глупышка, мы же родные сёстры. Если бы не семья Джеффри, которая постоянно создавала проблемы нашей семье Квентин, разрушая наши семейные узы, мы бы, наверное, давно узнали друг друга… Жаль, что когда все недоразумения разрешились, папа уже умер, и нам с тобой осталось только полагаться друг на друга!» Ребекка Квентин пристально посмотрела на спокойное лицо Кристин Куинн и вдруг спросила: «Сестра, ты столько страданий пережила, ты когда-нибудь об этом не обижалась?» "На что обижаться? Обижаться на свою глупость? Ха-ха… В молодости любовь важнее всего, поэтому даже сегодня я не жалею ни об одном из принятых мною решений!" «Сестра, ты сильнее меня!» Кристин Куинн покачала головой: «Глупо. Зная, что он не может быть с тобой, ты так стараешься родить от него ребенка…» Ребекка Квентин посмотрела на свой округлившийся живот и тихо сказала: «Рождать ребенка — не для него, а для себя!» «Я женщина, которая через это прошла, как я могу не понимать вашего нынешнего состояния… Если бы ребенок в вашем животе был не от любимого мужчины, вы бы все еще так настойчиво настаивали на том, чтобы его сохранить?» Вопрос Кристин Куинн вызвал молчание Ребекки Квентин. Кристин Куинн мягко улыбнулась: «Всё в порядке, Бекка, каждая женщина в течение жизни встретит мужчину, которым она будет слепо одержима, но большинство женщин в конечном итоге не выходят замуж за такого мужчину, потому что он может оказаться не самым подходящим для неё!» Ребекка Квентин слегка кивнула: «Возможно». «Ну, поспи ещё немного, а я спущусь вниз и проверю, как у тебя дела с супом, который я для тебя готовлю». "Хорошо." Кристин Куинн помогла Ребекке Квентин убрать подушку, лежащую у нее за спиной. Ребекка Квентин медленно легла, не в силах лечь на спину из-за большого живота, поэтому она легла на бок. Кристин Куинн тихо закрыла дверь и ушла. Ребекка Квентин закрыла глаза, пытаясь заставить себя уснуть, но, как бы она ни старалась, глаза оставались открытыми. Начиная с поздних сроков беременности, у нее часто случалась подобная бессонница. Днем ей удавалось с этим справиться, но ночью она часто смотрела широко раскрытыми глазами в темноту. Она не могла уснуть, потому что приближался срок родов; она нервничала и боялась. Даже несмотря на то, что Кристин Куинн была рядом, она всё равно чувствовала пустоту внутри. В предыдущие разы, когда она приходила на осмотры к врачу по поводу беременности, врач всегда спрашивал о нем… Поначалу она мало что объяснила, лишь сказав, что он занят работой. Но по мере того, как она стала чаще приходить к врачу, он стал расспрашивать о нем все чаще, пока ей не пришлось сказать правду… Она до сих пор помнит, как глаза врача расширились от недоверия, когда она сказала: «Мы с ним на самом деле не женаты; у него уже есть невеста». К счастью, в последующие дни врач больше никогда не спрашивала о нем, хотя всякий раз, когда он видел ее, в его любящем взгляде всегда читались сочувствие и жалость. Она нисколько не чувствовала себя обиженной; она сама выбрала этот путь, как и говорила ее сестра, и сожалеть не о чем. ---------- Главы 213–117: Накануне рождения Маленького Дьявола (Часть 2) Недавно я прочитал в газете, что он сводил свою новую девушку к "Леонарду", чтобы выбрать обручальное кольцо… Обручальное кольцо, показанное в СМИ, стоит десятки миллионов долларов и, как утверждается, является свадебным подарком от Роджера Леонарда в знак благословения для них. Эта новость неизбежно заставила ее вспомнить обручальное кольцо, которое она получила, когда они поженились… Она вспомнила, что хотя то кольцо и не было таким ослепительным, как то, которое он выбрал для мисс Робинсон, оно все равно было великолепным и изысканным. Она часто носила его после свадьбы, но позже узнала, что он не носил свое кольцо. Точнее, он надел его только один раз в день свадьбы, и тогда она тоже сняла свое кольцо… За два года брака он ни разу не поинтересовался её кольцом, поэтому оно всегда хранилось на вилле, где они жили, когда находились в Т-Сити… В то время она слышала, что он хотел продать виллу, но продал он её или нет, было неизвестно. Однако, вероятно, он не обратил внимания на кольцо, потому что его ценность для него ничего не значила. Их брак должен был быть прекрасным событием, но он оказался таким коротким и не стоил того, чтобы о нём вспоминать. Что бы ни случилось, всё это уже в прошлом… Она надеется, что и у неё, и у него в будущем будут лучшие времена. Вечер. «Как у вас поднялась температура?» Кристин Куинн сидела на краю кровати, с тревогой прикасаясь к горящему лбу Ребекки Квентин. Лежа на кровати, Ребекка Квентин с покрасневшим от лихорадки лицом, покрытым потом лбом, слабым голосом произнесла: «Сестра, я в порядке…» Кристин укоризненно сказала: «Это всё моя вина, что я плохо о тебе заботилась. Сегодня температура упала, я не догадалась добавить ещё одно одеяло, ты наверняка простудилась, пока спала сегодня днём…» «Мое здоровье слишком слабое…» Хотя она убеждала себя, что ей все равно на его предстоящую свадьбу, днем, когда температура упала, в комнату подул холодный ветер. Она свернулась калачиком под одеялом, и одиночество ощущалось как холодный ветер, проникающий в ее сердце. Ей было холодно, хотя она была плотно завернута в одеяло, оно не согревало ее. К тому времени, как подошла ее сестра, она уже была в полубессознательном состоянии… Ее сестра думала, что она спит, и не беспокоила ее, но когда наступил вечер и сестра пришла позвать ее на ужин, она увидела, что у нее высокая температура. «Нет, я должен отвезти тебя в больницу!» «Не нужно, сестрёнка, я просто посплю под одеялом и немного вспотею; со мной всё будет в порядке…» — Ребекка попыталась выдавить из себя улыбку. Кристин выразила глубокую обеспокоенность: «Вы теперь беременна, и если с вами что-нибудь случится, я не смогу взять на себя ответственность». «Ничего не случится, сестричка… Я не хочу ехать в больницу; лекарства вредны для ребенка…» «Я понимаю, но в вашем нынешнем состоянии…» Ребекка прервала сестру: «А как насчет этого? Если к завтрашнему вечеру температура не спадет, я поеду с тобой в больницу…» Она верила, что сможет выдержать это в течение двадцати четырех часов. Кристин беспомощно вздохнула: «Если ты настаиваешь, я не могу тебя заставить… Сейчас я пойду за влажным полотенцем, может, попробуем самый примитивный способ сбить тебе температуру?» "Хорошо." В полночь у Ребекки все еще была сильная температура, и она не показывал признаков спада. Кристин не знала, что делать с Ребеккой. Ради ребенка в животе Ребекка по-прежнему отказывалась ехать в больницу. В конце концов, Кристин незаметно проскользнула в ванную и, растерявшись, позвонила этому человеку. "Привет…" Голос из телефона принадлежал очаровательной женщине. Лицо Кристин побледнело. Думая о том, как Ребекка терпела всевозможные трудности ради ребенка, а теперь еще и болеет, в то время как он наслаждался обществом красивой женщины, Кристин невольно повысила голос и коротко произнесла: «Передайте трубку Говарду Джеффри. Мне нужно с ним кое-что обсудить». «Хорошо, пожалуйста, подождите минутку». Женщина выглядела вежливой, в ее тоне не чувствовалось гнева. Кристин молча ждала. Она смутно слышала холодный голос из телефона. "Кто это?" Непонятно, что происходит на другом конце провода, телефон уже был в руке Говарда Джеффри, когда раздался его низкий голос: «Это я, говорите». Кристин, переполненная гневом, обрушилась на Говарда Джеффри, словно бомба замедленного действия: «Говард Джеффри, разве это не перебор? Раньше я думала, что ты всё ещё заботишься о Ребекке, но ты не получал от неё вестей уже несколько месяцев. Я должна спросить, тебя совсем не беспокоит Ребекка? Ты знаешь, что у неё сейчас высокая температура, и ради ребёнка она отказывается ехать в больницу, как бы её ни уговаривали, в то время как ты развлекаешься со своей невестой, ты…» Голос Кристин в конце дрожал от рыданий: «Это уже слишком…» Время тянулось медленно… Ребекка все это время находилась в полубессознательном состоянии, не подозревая, что наступил рассвет и что уже почти полдень следующего дня. Ребекка лежала в постели, чувствуя, как холодный пот пропитывает наволочку и простыни. Все ее тело все еще было в лихорадке, она пребывала в каком-то оцепенении, словно спала, но при этом видела сны… "Ребекка…" В полубессознательном состоянии она услышала, как кто-то зовет ее по имени. Она попыталась открыть глаза, едва разглядев Говарда Джеффри, стоящего у ее кровати, и подумала, что это, должно быть, сон… Однако, когда теплую, большую руку она прижала ко лбу, то смутно разглядела застывшее от напряжения лицо Говарда. Затем он поднял её с кровати. После этого она потеряла сознание и ничего не помнила… Ребекка снова проснулась, когда уже стемнело. Она лежала в больнице и увидела Говарда, сидящего на стуле у кровати с закрытыми глазами, на его красивом лице были видны следы усталости. Зачем он здесь? Когда он приехал? Как она оказалась в больнице? Он всё это время заботился о ней? Ребекка безучастно смотрела на него, в голове у нее крутилось множество вопросов. Позже она смутно помнила, как он отнес ее в больницу, но все равно была удивлена ​​его присутствием здесь. Возможно, почувствовав взгляд Ребекки, Говард медленно открыл глаза. Ребекка была встревожена, узнав, что шпионила за ним… «Как ты себя чувствуешь?» Была полночь, и голос Говарда был особенно тихим и хриплым, ведь он не спал с тех пор, как с полудня и до сих пор присматривал за Ребеккой. «Намного лучше». Голос Ребекки прозвучал хрипло из-за пересохшего горла. Говард встал, налил ей стакан теплой воды и протянул, сказав: «Врач не осмелился дать вам никаких лекарств, просто попытался сбить температуру… Мари не могла оставить вашу сестру сегодня вечером, поэтому я уже отправил ее обратно». ---------- Главы 214-118: Нежелание видеть его Ребекка Квентин увидела подушку со льдом и полотенце, лежащие у кровати: «Это… ты здесь обо мне заботишься?» Говард Джеффри не ответил, вместо этого он достал из ящика термометр и измерил температуру Ребекки Квентин. В груди Ребекки Квентин прокатилась теплая волна… Она никогда не думала, что он появится, тем более что он так заботливо поможет ей измерить температуру в этот момент. "Почему вы здесь?" Говард Джеффри по-прежнему ничего не отвечал, вместо этого строго спросил: «С такой высокой температурой, и вы не приехали в больницу, чтобы врач постоянно вас осматривал, неужели вам наплевать на свое здоровье и здоровье ребенка?» Ребекка Квентин на мгновение замерла: «Я думала, что смогу это перетерпеть…» «Ты считаешь, что с твоим телом все в порядке?» "Но…" «Не спорь со мной», — прорычал Говард Джеффри, и в его голосе звучало раздражение. После долгой разлуки и выговора при встрече Ребекка Квентин пробормотала: «Со мной все в порядке, можешь идти. Здесь есть врачи и медсестры, которые обо мне позаботятся». «Я уйду естественным путем, как только ваше состояние стабилизируется». Ребекка Квентин больше ничего не сказала. В палате воцарилась тишина. Внезапно Ребекка Квентин вскрикнула от боли: «Ах!» "Что случилось?" — Говард Джеффри нервно сидел у кровати, его лицо побледнело. Ребекка Квентин выглядела смущенной: «Ребенок пнул меня в живот…» Говард Джеффри сделал паузу и хрипло спросил: «Болит?» «Ничего особенного, просто это внезапно и неожиданно». Говард Джеффри внезапно опустил голову, прижав ухо к животу Ребекки Квентин. «Что ты делаешь?» — Ребекка Квентин была встревожена. Говард Джеффри серьезно ответил: «Я хочу услышать голос ребенка». Услышав это, Ребекка Квентин почувствовала сильную неприязнь и, чтобы скрыть свои эмоции, спокойно ответила: «Вы ничего не слышите». Говард Джеффри слушал очень долго, так долго, что ей почти показалось, будто он вот-вот заснет у нее на животе, прежде чем он взволнованно поднял голову и сказал: «Он со мной поговорил». Зная, что Говард Джеффри лжет, Ребекка Квентин все же сотрудничала и спросила: «Что вы слышали?» Говард Джеффри загадочно улыбнулся: «Я слышал, как он называл меня папой». "Правда?" — кислый привкус поднялся к горлу, и в голосе Ребекки Квентин слышалось неконтролируемое легкое сдавление. "Вы не верите?" Ребекка Квентин покачала головой. Говард Джеффри внезапно обхватил ее лицо ладонями, наклонился и поцеловал ее, прежде чем она успела увернуться. Совершенно неподготовленная, Ребекка Квентин на мгновение потеряла способность реагировать. Когда они были вместе, он редко целовал ее так; даже если и целовал, то его поцелуи были полны желания, никогда не были такими чистыми. И, похоже, подобные поцелуи случались уже несколько раз… Глубокий поцелуй продолжался, поскольку она еще не полностью восстановила силы, чтобы сопротивляться, пока дежурный медбрат не постучал и не вошел, после чего резко отпустил ее. На рассвете Кристин Куинн принесла в больницу приготовленную ею кашу. У Ребекки Квентин, у которой спадала температура, казалось, был хороший аппетит, и она быстро доела кашу, которую принесла Кристин. «Хорошо, если ты будешь таким каждый день, я не буду за тебя волноваться». Ребекка Квентин виновато улыбнулась: «Прости, что заставила тебя так волноваться». Кристин Куинн искоса посмотрела на Ребекку Квентин и сказала: «Как только у тебя родится ребенок, у меня будет больше поводов для беспокойства… в конце концов, я же твоя сестра». "Э-э, сестрёнка, он…" Понимая, о чём хотела спросить Ребекка Квентин, Кристин Куинн быстро ответила: «Я его уведомила, и он прилетел из Нью-Йорка за одну ночь». "На ночь?" Ребекка Квентин была слегка шокирована. Судя по времени, похоже, он приехал ночью… Это значит, что для неё он не спал две ночи. Понятно, что Кристин Куинн была растрогана, но не осмелилась упомянуть, что Элис Робинсон ответила на звонок Ребекке Квентин, надеясь, что это улучшит ее настроение. «О, сестрёнка, ты видела его, когда приходила?» Он всё ещё сопровождал её во второй половине ночи, позволяя ей крепко спать, а когда она проснулась, его уже не было в палате, поэтому она спросила об этом сейчас. Кристин Куинн кивнула: «Да». "Где он?" «Он вернулся в Нью-Йорк!!» "Снова в Нью-Йорк?" На лице Ребекки Квентин читалось явное разочарование; она не ожидала, что он так поспешно уедет. Кристин Куинн, заметив выражение лица Ребекки Квентин, тихо вздохнула: «Он теперь помолвлен, свадьба приближается, естественно, он очень занят». Ребекка Квентин медленно опустила голову, затем внезапно подняла глаза и спросила: «Сестра, можно я возьму твой телефон?» "Конечно." Понимая, что Ребекке Квентин, возможно, захочется побыть наедине с собой в тишине, Кристин Куинн собрала термос и покинула палату. ---------- Глава 215-118: Нежелание видеть его (2) Ребекка Квентин открыла приложение для обмена сообщениями на своем телефоне, долго колебалась, а затем отправила текстовое сообщение. Не могли бы вы остаться еще на несколько дней? — Бекка. Никто не знает, сколько мужества она собрала в этот момент. Поскольку беременность протекала на довольно поздней стадии, врач сказал, что она может родить раньше срока. Поэтому, до его свадьбы, которая совпадает с предполагаемой датой родов, осталось меньше десяти дней, и даже если он сможет остаться еще на несколько дней, может быть, на два или три… у него может появиться шанс увидеть, как она и ее ребенок появятся на свет. Когда Кристин Куинн вернулась в больничную палату, она увидела Ребекку Квентин, которая безучастно смотрела в свой телефон. Кристин Куинн не удержалась и подошла, тихо спросив: «Кому вы звоните?» Ребекка Квентин слабо улыбнулась: «Никто». Кристин Куинн взяла телефон, взглянула на экран и нажала кнопку на темном экране. На экране телефона отобразилось сообщение, отправленное Ребеккой Квентин. Сердце Кристин Куинн покрылось неприятной грустью, и она нежно произнесла: «Прошло полчаса, а он тебе не ответил, значит, он не собирается оставаться». Ребекка Квентин тихо пробормотала: «Может, он еще этого не видел». Кристин Куинн держала слегка холодную руку Ребекки Квентин, ее выражение лица было немного напряженным, когда она серьезно сказала: «Бекка, вообще-то… это я попросила Говарда Джеффри прийти». Ребекка Квентин резко подняла глаза, в ее взгляде читалось недоверие. Кристин Куинн вздохнула: «У тебя вчера была сильная температура, и как бы я ни пыталась тебя уговорить, ты отказывался ехать в больницу, поэтому мне пришлось позвонить Говарду Джеффри…» Ребекка Квентин безучастно покачала головой: «Он не специально сюда приехал?» Кристин Куинн молча опустила голову, подтверждая это. Ее тело тяжело упало на мягкую подушку позади нее, и прекрасные глаза Ребекки затуманились. "Бекка…" Кристин Куинн тихо и сочувственно вскрикнула. Ребекка Квентин, широко раскрыв глаза, смотрела на свою сестру, словно в оцепенении. Кристин Куинн обняла Ребекку Квентин и, задыхаясь, произнесла: «Я не хочу, чтобы ты больше цеплялась за иллюзии, поэтому я должна тебе сказать… Когда я звонила Говарду Джеффри вчера вечером, первой трубку взяла Элис Робинсон…» Посреди ночи Алиса… То, что хотела донести Кристин Куинн, было очевидно, и Ребекка Квентин легко это поняла. Оказывается, он и Алиса уже живут вместе… Да, они помолвлены, совместное проживание — довольно распространенное явление, совсем не удивительное, но это, кажется, подтверждает жестокую правду… Он пришел к ней только по просьбе Кристин Куинн, проявив жалость и сострадание. Крепко сжимая простыню под собой, Ребекка Квентин чувствовала, будто тысячи муравьев грызут ее сердце, распространяя сильную боль по всему телу. "Бекка…" Звонок Кристин Куинн наконец вызвал ответ от Ребекки Квентин: "Хм?" Кристин Куинн с тревогой посмотрела на выражение лица Ребекки Квентин: «Ты… в порядке?» Ребекка Квентин небрежно пожала плечами: «Ха, а что со мной не так? Я просто хотела, чтобы он остался еще на несколько дней в надежде увидеть рождение ребенка. Хотя я не могу позволить ребенку узнать, кто его отец, я хочу, чтобы у него был шанс увидеть его, ведь он – отец ребенка». «Я не думаю, что он вернется… свадьба приближается, и как жениху ему предстоит многое решить». «Хе-хе… Сестра, забудь о нём. Я снова проголодалась и хочу выпить кашу, которую ты для меня приготовила». Ребекка Квентин превратила переполнявшие её эмоции в лёгкую улыбку. Увидев улыбку на лице Ребекки Квентин, Кристин Куинн наконец почувствовала облегчение: «Хорошо, дома еще кое-что осталось, я сейчас же схожу и принесу тебе…» «Спасибо, сестрёнка». «Не нужно проявлять ко мне такую ​​вежливость. Быстро ложитесь и отдыхайте, врач сказал, что вам нужно провести день под наблюдением в больнице». Кристин Куинн помогла Ребекке Квентин опустить подушку, и Ребекка послушно легла обратно. У двери Кристин Куинн, все еще обеспокоенная, напомнила ей: «Не стоит слишком много думать, врач сказал, что вам нужно хорошо отдохнуть, собраться с силами и ждать появления ребенка». "Хм." Увидев, как Ребекка Квентин закрыла глаза, чтобы отдохнуть, Кристин Куинн ушла. Никто бы не увидел, как в тот момент, когда Кристин Куинн закрыла дверь больничной палаты, Ребекка Квентин медленно открыла свои горящие глаза. Ей действительно хотелось плакать, сердце её переполняла невыразимая тяжесть… Она никак не ожидала, что в этот момент ей все еще не удастся справиться со своими мучительными чувствами. Это было всего несколько поцелуев, несколько нежных слов… Добрые поступки, которые он когда-то совершал, нежные слова, которые он ей говорил, были чем-то большим, чем всё это, но в конце концов всё это оказалось лишь мечтой. Как она могла до сих пор мечтать о таком? Ребекка Квентин изо всех сил старалась не заплакать и не давать глазам открыться, протянув руку к своему животу и обращаясь к ребенку внутри через него… Малыш, мама тебе обещает, мама больше не будет такой наивной, даже без папы мама будет хорошо о тебе заботиться, обеспечив тебе стабильное и мирное будущее. 30 ноября. Ребекка Квентин лежала на диване, практикуя глубокое дыхание, как было указано в книге… Вдохните с усилием, выдохните, отрегулируйте дыхание, затем вдохните с усилием, выдохните… Кристин Куинн вышла из кухни с тарелкой фруктов: «Бекка, возьми фруктов!» Ребекка Квентин медленно поднялась, притянула к себе Кристин Куинн и напряженно спросила: «Сестра, так ты регулируешь дыхание во время родов?» Кристин Куинн положила фрукты на журнальный столик и, смеясь, сказала: «Нельзя воспринимать всерьёз всё, что написано в книге. Говорю вам, когда начнутся роды, врачи научат вас дышать. Сейчас, без этого ощущения родов, даже попытка их имитировать бесполезна». "Но я так нервничаю…" «Не волнуйтесь, женщины от природы приспособлены к родам. Если вы будете сотрудничать с врачами, роды пройдут очень быстро…» «Будут ли роды очень болезненными?» Кристин Куинн улыбнулась: «Боль неизбежна, но в тот момент вы потерпите её ради ребёнка». Ребекка Квентин прикоснулась к своему сильно распухшему животу и кивнула: «Ради ребенка я обязательно буду сильной». Кристин Куинн посмотрела на живот Ребекки Квентин и вздохнула: «Мы не знаем, когда малыш появится на свет. Врач всё время твердил, что роды могут произойти раньше срока, но сегодня уже предполагаемая дата родов…» Ребекка Квентин с радостью погладила свой живот: «Может быть, малыш хочет остаться у меня в животе еще на несколько дней». ---------- Главы 216–119: Инцидент с Джеффри 1 «Он обязательно будет к тебе цепляться позже…» "Мм." «Кстати, вы уже подумали, какое имя дать ребенку?» «Я ещё не решила, назову малыша после его рождения!» «Это тоже хорошо, мы назовём его после рождения. В конце концов, в американских больницах вас не заставят сразу же получать свидетельство о рождении». "Мм." «Ты голоден? Я сейчас принесу тебе тарелку супа. Сегодня я приготовил для тебя костный бульон, чтобы зарядить тебя энергией и подготовить к действию в любой момент». «Спасибо, сестрёнка». Кристин Куинн встала и пошла на кухню. Ребекка Квентин, опираясь на талию, встала и направилась в ванную, чтобы помыть руки. Никто не мог предсказать, что, как только Ребекка Квентин вошла в ванную, она внезапно почувствовала недержание мочи, и вода хлынула из нижней части ее тела. Ребекка Квентин сначала не поняла, что происходит, но, вспомнив, что написано в книгах о симптомах отхождения вод, вдруг закричала: «Сестра, сестра…» Кристин Куинн выбежала из кухни в ответ на срочный звонок Ребекки Квентин, бросилась в ванную и увидела, что нижняя часть тела Ребекки Квентин вся промокла. Она тут же поняла ситуацию и растерялась: «Боже мой, Бекка, у тебя отошли воды. Тебе нужно срочно ехать в больницу…» «Сестрёнка, иди помоги мне взять сумку для роддома, со мной всё в порядке», — сказала Ребекка Квентин, опираясь на стену ванной и стараясь сохранять спокойствие. "Хорошо…" Кристин Куинн как можно быстрее бросилась наверх. Взяв сумку для родов, Кристин Куинн осторожно помогла Ребекке Квентин сесть в машину. Чтобы предотвратить дальнейшую потерю околоплодных вод, которая могла бы вызвать осложнения во время родов, Кристин Куинн откинула спинку кресла Ребекки Квентин и накрыла ее одеялом. Начали схватки, и Ребекка Квентин крепко прикусила губу. Кристин Куинн вела машину, утешая ее: «Бекка, все в порядке, я здесь. Ты должна держаться…» Ребекка Квентин, с трудом удерживаясь в сознании, ответила: «Мм». Вскоре машина подъехала к больнице, и Кристин Куинн осторожно помогла Ребекке Квентин выйти из машины. Медсестра в больнице увидела их и тут же отодвинула кровать, позволив Ребекке Квентин лечь. Врачи и медсестры быстро доставили Ребекку Квентин в родильную палату… Кристин Куинн занялась оформлением документов при поступлении, а врач помогал Ребекке Квентин с мониторингом сердечного ритма плода… Ребекка Квентин сегодня почувствовала необычную активность малыша, он был очень беспокойным внутри ее живота. Боль накатывала волнами, и Ребекка Квентин обильно потела, пытаясь её вытерпеть. Она старалась не заснуть и спрашивала: «Доктор, ребёнок всё время шевелится. С ним всё в порядке?» Врач взглянул на экран компьютера и ответил: «Сердце плода в норме, не о чем беспокоиться… Я проведу осмотр, и как только вы будете готовы к родам, мы переведем вас в родильную палату». "Мм." Ощущения во время обследования были довольно неприятными, но по сравнению с болью от схваток, терпимыми. Кристин Куинн все это время держала Ребекку Квентин за руку у постели, и после того, как врач закончил осмотр, она спросила: «Доктор, можно ей теперь пойти в родильную палату?» Врач ответил: «Раскрытие шейки матки происходит медленно, поэтому пока рано ехать в родильное отделение… Но физическое состояние мисс Квентин не очень хорошее, и я опасаюсь, что у нее может не хватить сил. В случае необходимости нам, возможно, придется сделать кесарево сечение». Кристин Куинн покачала головой: «Нет, она планирует выйти замуж в будущем, у нее не может быть шрамов на теле…» Ребекка Квентин также выразила свою позицию в тот момент: «Я хочу естественных родов, доктор, я могу это выдержать». Казалось, что естественные роды лучше для будущего развития ребенка. Доктор кивнул: «Хорошо, просто позвоните мне, если что-нибудь случится. Я также буду регулярно приходить, чтобы проведать вас». «Спасибо, доктор». Затем врач ушел. Кристин Куинн опустилась на колени у кровати и утешала Ребекку Квентин: «Бекка, ты должна терпеть ради ребенка…» Ребекка Квентин крепко сжала руку Кристин Куинн от боли. Она молчала, стиснув зубы. С соседней кровати раздался душераздирающий крик другой роженицы: «Больно, больно… Дорогой, я не буду рожать… Ты ублюдок, это всё твоя вина… Больно… Плачешь…» «Да, я мерзавец… Дорогая, ты должна держаться. Твой муж обещает тебе, что я больше никогда не заставлю тебя через это пройти…» Заботливая поддержка со стороны соседей по кровати внезапно заставила Ребекку Квентин почувствовать себя одинокой и безрадостной. Кристин Куинн видела, как слезы текли по щекам Ребекки Квентин, но та крепко держала рот на замке, не издав ни звука. Представьте себе внутреннее состояние Ребекки Квентин в этот момент; Кристин Куинн не смогла удержаться и сердито крикнула на соседнюю кровать: «Что за крики? Роды проходят вот так; разве вы не понимаете, что ваши крики влияют на других рожениц?» ---------- Глава 217-119: Инцидент с Джеффри 1_2 Беременная женщина в соседней постели вдруг недовольно надула губы… Видя, что в родах другая женщина рожает вместе с другой, возможно, из сострадания, муж беременной женщины не стал осуждать ее и продолжил утешать жену. Никто не знал, сколько времени прошло, когда врач снова вошел. После осмотра Ребекки Квентин врач радостно объявил: «Раскрытие завершилось. Можете идти в родильную палату!» "Бекка, как только ты окажешься в родильной палате, все пролетит быстро, держись!!!" Ребекка Квентин стиснула зубы и кивнула. Медсестра поспешно подтолкнула Ребекку Квентин в родильную палату. Когда Ребекку Квентин везли в родильную палату, врач остановил Кристин Куинн: «Извините, в родильную палату разрешено входить только мужу пациентки». «Я её сестра. Это её первые роды, и без меня рядом ей будет страшно…» «Извините, это правила больницы, пожалуйста, соблюдайте их». «Нет, я не могу с этим смириться, я хочу войти…» Ребекка Квентин медленно отпустила свою вспотевшую руку, крепко сжимавшую руку Кристин Куинн, и решительно сказала: «Сестра, я справлюсь…» Кристин Куинн нервничала: «Бекка…» «Всё в порядке». На этот раз Кристин Куинн утешала Ребекка Квентин. Медсестра уже ввезла Ребекку Квентин в родильную палату, а Кристин Куинн, после подписания документов, была остановлена ​​врачом снаружи. Изнутри не доносилось ни звука, и ничего не было видно, что происходило во время родов, поэтому Кристин Куинн нервно расхаживала взад-вперед у входа в родильную палату. Проходили минуты, каждая секунда заставляла Кристин Куинн нервничать, стоя у входа в больничную палату. Ранее беременная женщина на соседней с Ребеккой Квентин кровати уже родила, и медсестра отнесла новорожденного в инкубатор к отцу… Там, где находилась Ребекка Квентин, всё ещё царило некоторое волнение. Кристин Куинн впервые почувствовала, что значит находиться в состоянии растерянности, ее сердце необъяснимо тревожилось, она могла лишь молча молиться о благополучных и спокойных родах Ребекки Квентин… В этот момент дверь родильного отделения открылась, и изнутри вышла встревоженная медсестра. Кристин Куинн в нервном порыве подбежала: «Медсестра, как моя сестра? Она уже родила?» «Прошу прощения, мисс, пожалуйста, подпишите этот документ». Медсестра передала Кристин Куинн папку с документами. Прочитав текст выше, Кристин Куинн в шоке отшатнулась: «Что это? Отказ от прав? Зачем подписывать еще один? С моей сестрой что-то случилось? Говори быстрее!!» Кристин Куинн взволнованно вцепилась в воротник медсестры. «Уважаемая госпожа, пожалуйста, успокойтесь… У пациентки сложные роды из-за узкого таза, и врач принял решение о проведении кесарева сечения, но головка ребенка уже наполовину вышла, что делает кесарево сечение невозможным в данный момент. Врач надеется, что пациентка сможет приложить больше усилий, однако она физически слаба, и схватки у нее слабые. Она находится в полукоматозном состоянии, поэтому врачу необходимо, чтобы семья подписала документы, подтверждающие ответственность за произошедшее…» Кристин Куинн закричала: «Какая ответственность за аварию? С моей сестрой все будет в порядке. Никакой аварии не будет… Впустите меня, впустите меня!!» Не в силах противостоять настойчивости Кристин Куинн и учитывая, что Ребекке Квентин действительно нужна была поддержка родственницы в этот момент, медсестра неохотно одела Кристин Куинн в стерильную рубашку и впустила ее в родильную палату. Когда Кристин Куинн увидела Ребекку Квентин в родильном зале, она, судя по всему, находилась в критическом состоянии… Врач и медсестра, казалось, находились без сознания и пытались общаться с Ребеккой Квентин. Кристин Куинн наклонилась над кроватью и крикнула: «Бекка, Бекка, ты должна держаться; врач сказал, что тебе нужно просто немного больше усилий… Видишь ли, головка ребенка уже видна, ты должна держаться…» Ребекка Квентин слабо произнесла: «Сестра…» Кристин Куинн поспешно взяла Ребекку Квентин за руку: «Не сдавайся, ты справишься…» «Что нам делать? Схватки пока слабые…» — обсуждали врач и медсестра рядом с ней. Ребекка Квентин держала глаза закрытыми, все ее тело словно обессилело, она говорила, как будто была на грани смерти: «Сестра, я умру?» Слезы уже текли из глаз Кристин Куинн; она энергично покачала головой: «Дурак, тебе ничего не угрожает, с таким прогрессом в науке ты точно выйдешь из родильного отделения целой и невредимой…» Казалось, Ребекка Квентин больше не могла отвечать Кристин Куинн, ее хватка на руке постепенно ослабевала. Кристин Куинн почувствовала, как рука Ребекки Квентин медленно опускается вниз, она была до смерти напугана и инстинктивно воскликнула: «Нет, Бекка, не пугай свою сестру так… Я сейчас же позвоню Говарду Джеффри, у него самолет, он может быть здесь через час-два… Подожди, он будет здесь с тобой, Бекка…» Сказав это, Кристин Куинн достала телефон. Как раз когда Кристин Куинн собиралась нажать кнопку вызова "Говарда Джеффри", Ребекка Квентин внезапно с силой схватила Кристин Куинн за руку и слабо прошептала: "Нет… не… звони ему… Сестра… умоляю тебя… не звони ему…" «Если ты не подождешь, я ему сейчас же позвоню!!» — пригрозила Кристин Куинн. «Я буду держаться, я буду…» — пробормотала Ребекка Квентин. В этот момент в комнату вместе с медсестрами вбежали несколько незнакомых врачей. Увидев врачей, врач, помогавший Ребекке Квентин во время родов, на мгновение опешился. Вскоре место происшествия заняли недавно прибывшие врачи… Наконец, час спустя, Ребекка Квентин успешно родила семифунтового мальчика, и мать, и ребенок остались целы. «Мама, я тоже хочу подержать малыша на руках…» На следующий день, пока Ребекка Квентин, слабея, лежала в постели, приходя в себя и восстанавливая силы, Мэрилин Куинн, словно взрослая, потребовала подержать на руках новорожденного малыша. «Ни за что! Ты такая неуклюжая, подожди, пока станешь постарше!» — Кристин Куинн отказала дочери, протянув руку, чтобы подразнить нежное личико новорожденной. — «Малышка, ты такая милая». Сказав это, она не удержалась и поцеловала ребенка еще раз. Мэрилин Куинн покачивалась и надула губы: «Но когда малыш подрастет, его больше не нужно будет держать на руках!» Лежа на кровати, Ребекка Квентин не могла сдержать смеха, ее лицо слегка побледнело: «Мари, когда малыша привезут домой, тетя разрешит тебе подержать его!» Лицо Мэрилин Куинн озарилось восторгом, она подбежала к кровати, обняла Ребекку Квентин за шею, моргнула и спросила: "Правда?" Ребекка Квентин кивнула. Мэрилин Куинн радостно подскочила и крепко поцеловала Ребекку Квентин в щеку: «Тетя, я тебя очень люблю!» Держа на руках малышку, Кристин Куинн не удержалась и упрекнула: «Бекка, не балуй её так, у неё слишком тяжёлые ручки, ей не следует держать ребёнка!» ---------- Главы 218–120: Инцидент с Джеффри 2 Ребекка Квентин слегка улыбнулась: «Я буду рядом и буду наблюдать, всё в порядке». В этот момент Мэрилин Куинн также серьезно произнесла: «Мм, я буду очень осторожна и просто подожду немного». «Ты ее так балуешь, соглашаешься на все», — пожаловалась Кристин Куинн Ребекке Квентин. Ребекка Квентин по-прежнему лишь улыбалась. Кристин Куинн вдруг сказала: «Э-э, Бекка, малышка дуется». Ребекка Квентин спросила: «Может, он голоден?» «Весьма вероятно». «Принесите малыша, я его покормлю… врач сказал, что если мы хотим продолжать грудное вскармливание, сейчас самое время дать ему присосаться». «Хорошо, молока у тебя сейчас мало, я пойду приготовлю смесь на всякий случай, мы не можем позволить малышу остаться голодным». "Мм." С этими словами Кристин Куинн осторожно положила малышку на одеяло рядом с Ребеккой Квентин. Мэрилин Куинн наклонилась, желая посмотреть, как выглядит маленький ребенок. Кристин Куинн быстро удержала Мэрилин Куинн и серьезно сказала: «Маленькому ребенку нужно пососать грудь, не мешайте, и да, ваша тетя устала, как только мама закончит готовить смесь, нам нужно дать вашей тете отдохнуть!» Мэрилин Куинн послушно кивнула: «Хорошо!» Кристин Куинн повернулась, чтобы приготовить смесь, и, поставив ее в подогреватель на прикроватной тумбочке, тихо сказала: «Бекка, я сначала отведу Мари домой, ты хорошо отдохни здесь, а суп принесу позже!» "Мм." Кристин Куинн тихо закрыла дверь. В не слишком просторной больничной палате было очень тихо. Уже уставший малыш сладко спал в теплых объятиях Ребекки Квентин. Похоже, малыш не голоден… Лицо Ребекки Квентин было наполнено материнской любовью, и ее нежный взгляд не отрывался от пухлого личика младенца. Роды были невероятно болезненными, боль в нижней части тела до сих пор не прошла, но, глядя на ребенка, чувство счастья и радости заставляет все это казаться пустяком… Хотя черты лица младенца еще не полностью сформировались, она может подтвердить, что ребенок очень на него похож… Стройные глаза, точно такие же, как у него, когда он щурится, высокая переносица, несомненно, унаследованная от него, тонкие губы — это просто миниатюрная копия его самого… Она ожидала, что ребёнок будет похож на него, но чем дольше она смотрела на его внешность, тем сильнее в её сердце зарождалась лёгкая горечь. Она родила, он об этом знает? Вчера была его свадьба, церемония, должно быть, была пышной, обстановка, несомненно, романтичной и трогательной, не так ли? Может быть, он сейчас направляется в какое-нибудь романтическое место, чтобы провести медовый месяц со своей женой? Он, наверное, больше сюда не приедет, правда? Он уже женат, и рядом с ним есть человек, который о нем заботится, так что отныне весь его мир и все его внимание должны быть сосредоточены на жене, верно? С течением времени они будут отдаляться друг от друга, и однажды он совсем забудет её. В конце концов, ему никогда не было до неё дела, он просто использовал её. Какие же незабываемые воспоминания могут остаться? Она не знает, приедет ли он когда-нибудь навестить этого ребенка, но она не позволит ему этого, не допустит еще одной глупости и не позволит ребенку даже на мгновение соприкоснуться с ним… Лучше всего полностью разорвать с ним все связи, она также хочет доказать ему, что он был всего лишь случайным прохожим в ее жизни… Закрыв заплаканные глаза, Ребекка Квентин опустила голову и нежно поцеловала мягкие тонкие волосы младенца. В этот момент раздался стук в дверь больничной палаты, и высокая, стройная фигура толкнула дверь и вошла. Ребекка Квентин сначала подумала, что это медсестра, но, увидев, кто это, замерла, а затем на ее лице появилась радостная улыбка: «Изабелла?» "Бекка…" Изабелла Джоанна застыла на месте, ее голос дрожал, когда она окликнула Ребекку Квентин. Ребекка Квентин, опираясь на подпорки, попыталась подняться. Изабелла Джоанна поспешила к Ребекке Квентин, поставила принесенные подарки и сказала: «Ложись, ложись… Послеродовой период у женщины самый важный, ты не должна вставать!» При помощи Изабеллы Джоанны, которая помогла Ребекке Квентин вернуться в лежачее положение, она слабо улыбнулась: «Видите ли, это не так уж и серьезно, в Америке у женщин нет послеродового периода, это просто традиция "Цветочного королевства". Если бы моя сестра не настояла на том, чтобы я осталась в больнице еще на несколько дней, я бы хотела, чтобы меня выписали сегодня же». Изабелла Джоанна упрекнула: «Конституция американцев отличается от нашей, жителей Цветочного Королевства, поэтому, даже если у них нет послеродового периода, это не проблема, но жители Цветочного Королевства другие, соблюдающие такие обычаи на протяжении пяти тысяч лет, это должно быть полезно». Ребекка Квентин мягко улыбнулась: «С вами не поспоришь, вон там стул, садитесь!» ---------- Главы 219-120: Инцидент с мистером Джеффри 2_2 Изабелла подвинула стул, села у кровати Бекки, не отрывая взгляда от малышки, крепко спящей рядом с ней. "Он такой крошечный…" «Он весит семь фунтов, совсем не маленький». Изабелла протянула руку, чтобы нежно прикоснуться к румяной щечке малыша: «У него такая гладкая кожа… Э-э, мои руки не дезинфицированы, я же не передам ребенку микробы, правда?» Осознав свою ошибку, Изабелла быстро убрала руку. Бекка рассмеялась: «Глупышка, младенцы не такие уж и хрупкие. Если бы мне пришлось быть такой осторожной, я бы, наверное, все свое время каждый день тратила на дезинфекцию». «Хе-хе…» — Изабелла усмехнулась, воздержавшись от дальнейших прикосновений к младенцу, и, прислонившись к изголовью кровати, не удержалась от вопроса: «На кого похож ребенок? Я совершенно не могу понять…» «Конечно, он похож на…» — инстинктивно начала Бекка, но тут же поняла, что упоминать этого человека будет неуместно и неловко. Она быстро добавила: «Напоминает меня!» Изабелла покачала головой: «Нет, он на тебя не похож. У него более острые черты лица и нос. При ближайшем рассмотрении он больше похож на мистера Джеффри…» Поскольку Изабелла недолго общалась с Говардом Джеффри, она, естественно, не сразу его узнала. При упоминании «мистера Джеффри» на лице Бекки невольно появилась легкая улыбка, в которой промелькнула нотка неловкости. Лишь почувствовав внезапную тишину, Изабелла поняла, что оговорилась. Она медленно повернулась к Бекке и с чувством вины произнесла: «Прости, Бекка, я…» Бекка ободряюще улыбнулась Изабелле: «Все в порядке. Даже если мы будем избегать этой темы, мы не можем отрицать кровное родство между ним и ребенком». Изабелла все еще чувствовала себя немного виноватой, поэтому быстро сменила тему: «О, я купила подарок для малышки. Посмотри, понравится ли тебе?» Сказав это, Изабелла достала что-то, что держала дома. Бекка взяла его и, увидев купленный Изабеллой комплект детской одежды, радостно воскликнула: «Какая очаровательная одежда…» Это был полный комплект зимней детской одежды, включая уютные вещи и флисовую подкладку, а также крошечные носочки. Все вещи были очень приятными на ощупь и, судя по всему, довольно дорогими! Изабелла улыбнулась: «Я купила несколько наборов для малыша. По дороге я случайно встретила твою сестру, и она уже взяла несколько домой…» Бекка с благодарностью сказала: «Спасибо, Изабелла, за то, что ты так постаралась». Изабелла отложила подарок в сторону и слегка упрекнула: «Говоря мне такие вежливые слова, разве ты не считаешь меня своей лучшей подругой?..» «Хорошо, я знаю, что ты желаешь мне добра… Кстати, Изабелла, откуда ты знала, что я сегодня рожаю?» — с любопытством спросила Бекка. «Бекка, хотя я был занят работой и у меня не было времени тебя навестить, я никогда не забывал о твоем предполагаемом сроке родов… Несколько дней назад я планировал позаботиться о тебе, но мать Роджера Леонарда заболела, и он настоял, чтобы я поехал с ним к ней. После того, как мы поехали, прошло больше месяца, и только когда мистер Джеффри женился, он разрешил мне приехать в Нью-Йорк…» Бекка автоматически проигнорировала слово «брак» в речи Изабеллы, спросив: «Я и не подозревала, что за прошедшие месяцы ваши отношения с генералом Леонардом так хорошо сложились…» Изабелла застенчиво опустила голову: «Он мне совсем не нравится; он просто не оставляет меня в покое!» Увидев, как счастлива и безмятежна ее подруга, Бекка с удовлетворением сказала: «Генерал Леонард — хороший человек, я уверена, ты не ошибешься. Всего вам наилучшего!» «Спасибо». Изабелла медленно подняла глаза, глядя на хрупкий вид Бекки, восстанавливающейся после родов, и, немного поколебавшись, добавила: «Бекка, на самом деле есть кое-что, о чем я не уверена, стоит ли тебе рассказывать…» Бекка слегка улыбнулась: «Ты хочешь сказать, что рассказала Говарду Джеффри о моей беременности?» «В связи с этим я должен вам кое-что объяснить…» Прежде чем Изабелла успела закончить, Бекка перебила: «Тебе не нужно ничего объяснять. Даже если бы ты ничего не сказала, я бы не смогла скрывать это от него всю жизнь. Более того, я знаю, что ты сделала это ради меня!» «Бекка, на самом деле, у тебя и мистера Джеффри еще есть шанс. Не зря мистер Джеффри и Элис Робинсон не поженились вчера; это, несомненно, божественное провидение…» Услышав слова Изабеллы, Бекка в шоке широко раскрыла глаза: «Не вышла замуж?» Выражение лица Изабеллы стало еще более изумленным: «Ты не знала?» Бекка безучастно покачала головой. Изабелла хлопнула себя по лбу: «Какая глупость. Ты была занята родами, а твоя сестра ухаживала за тобой. Откуда у тебя время смотреть новости… Ты же не знаешь, вчера на свадьбе мистера Джеффри и мисс Робинсон произошел большой инцидент». "Правда?" — Бекка не поверила своим ушам. «Вчера на свадьбе все шло гладко, и когда пришло время ведущему выйти на сцену, чтобы сказать несколько слов и объявить о начале церемонии, кто бы мог подумать, что в этот момент большое количество журналистов, присутствовавших на месте, начнут задавать вопросы…» Изабелла сделала паузу и продолжила: «Знаете, о чем они спрашивали?» Бекка растерянно ответила: «Нет, не думаю». Изабелла выдохнула и сказала: «Я не знаю, какое СМИ это начало, но первое, что они сказали… О боже, я даже не знаю, как вам это повторить…» «Что тут сложного сказать?» «Потому что это вас касается». "Я?" — Бекка была одновременно шокирована и смущена. Изабелла тут же достала телефон, открыла функцию сохранения видеофайлов и сказала: «Когда я пришла к вам, я боялась, что вы спросите меня об этом, поэтому я попросила Роджера Леонарда получить копию прямой трансляции из одного СМИ. Сейчас я вам ее покажу». Бекка затаила дыхание, наблюдая за видео, которое передала Изабелла… В начале видео показаны молодожены. Элис Робинсон, в элегантном, роскошном свадебном платье европейской королевской семьи, с радостью держалась за Говарда Джеффри на сцене. Красота Алисы неоспорима, о чем неоднократно писали СМИ. В этом изысканном платье ее макияж и головной убор предельно просты, но эта простота еще больше подчеркивает ее выдающийся темперамент и пленительную внешность. Каждое ее выражение лица было благородным и грациозным, как у греческой богини Афины, застенчиво склонившейся рядом с Говардом Джеффри, словно распускающийся, яркий цветок, поражая всех вокруг. Большое бриллиантовое кольцо на ее изящном безымянном пальце сверкало ослепительно… Что касается Говарда Джеффри… Сегодня он выглядел привлекательнее и обаятельнее, чем когда-либо. Черный винтажный костюм без воротника в сочетании с белой рубашкой, дополненный красным галстуком-бабочкой, который придавал образу изысканность, подчеркивал его внушительную фигуру, словно вешалка, и каждое его движение вызывало восхищение у присутствующих женщин. Его прическа была тщательно уложена, а выразительные черты лица выглядели еще более сдержанными, подчеркнутые его врожденным благородством и гордостью, еще больше разжигая сердца… ---------- Главы 220-121: Она спокойно умоляет его отпустить её. Этот красивый и обаятельный мужчина, такая свадьба — это то, о чём мечтает каждая женщина. Затем действие переносится на сцену, где двух ведущих интервьюируют… Сегодня на лице старой миссис Джеффри написано хорошее настроение, и улыбка не сходит с ее благородного вида, когда мистер Робинсон вежливо жестом приглашает старую миссис Джеффри заговорить. Затем пожилая миссис Джеффри рассказывает историю знакомства Говарда Джеффри с Элис Робинсон, и после аплодисментов из зала настало время для вопросов от представителей СМИ… Репортер начал: «Старушка миссис Джеффри, мисс Робинсон — это та невестка, которую вы считаете наиболее подходящей?» Миссис Джеффри ответила: «Конечно, брак моего сына с Алисой — это его удача и мое благословение». Репортер направил камеру на миссис Джеффри и продолжил: «Но я слышал, что, старая миссис Джеффри, вы всегда питали симпатию к бывшей жене мистера Джеффри и, похоже, несколько раз возвращались в Цветочное Королевство, чтобы попытаться воссоединить мистера Джеффри и его бывшую жену, Ребекку Квентин… Почему же сейчас произошли такие перемены?» Услышав вопрос репортера, лицо миссис Джеффри помрачнело, а стоявший рядом с ней мистер Робинсон тоже выглядел несколько встревоженным. Когда миссис Джеффри уже собиралась возразить, другой репортер спросил: «Старушка миссис Джеффри, ходят слухи, что мистер Джеффри и мисс Квентин, благодаря вашим сватовским связям, действительно на пути к примирению, но поскольку мисс Робинсон — племянница председателя международного бизнес-подразделения, что более выгодно для будущего «Скайтопа», вы внезапно изменили свое отношение к мисс Квентин, что привело к роману мистера Джеффри и мисс Робинсон, верно?» Лицо миссис Джеффри становилось все более мрачным. Затем другой репортер добавил: «Да, старая миссис Джеффри, есть также свидетели, которые утверждают, что мисс Квентин уже беременна ребенком мистера Джеффри и в настоящее время ожидает родов в США в Ортоне, а сегодня свидетель даже позвонил в нашу прессу и сказал, что видел, как мисс Квентин везли в родильную палату… Планирует ли старая миссис Джеффри позволить этому ребенку стать внебрачным ребенком мистера Джеффри?» Слова «незаконнорожденный ребенок» мгновенно вызвали переполох на месте происшествия… Мистер Робинсон недоверчиво уставился на миссис Джеффри, лицо которой побледнело, как у призрака. Вскоре всплыли новые темы, касающиеся «незаконнорожденного ребенка» Говарда Джеффри… Наконец, мистер Робинсон больше не мог сдерживаться и спросил миссис Джеффри: «Неужели у Говарда действительно есть внебрачный ребенок?» Миссис Джеффри не знала, как ответить, и ее нерешительность лишь подпитывала общественные домыслы. Внезапно мистер Робинсон, с суровым и разъяренным видом, сошел со сцены, утащив ошеломленную Элис Робинсон подальше от свадебной церемонии. Когда его окружили журналисты, задававшие вопросы, мистер Робинсон просто холодно ответил: «Моя дочь не выйдет замуж ради выгоды, и я не позволю себе иметь внебрачного ребенка в качестве партнера!» На этом сцена закончилась: Ребекка Квентин выглядела ошеломлённой и долгое время смотрела в никуда. Изабелла Джоанна медленно произнесла: «Я же говорила, это довольно сложно объяснить…» В больничной палате накалилась атмосфера, когда снаружи распахнулась дверь, и из нее раздался голос Кристин Куинн: «Бекка, я случайно увидела новости, и оказалось, что вчера Говард и Элис…» Увидев, как Изабелла Джоанна кивнула ей, и заметив растерянный взгляд на лице Ребекки Квентин, Кристин Куинн мгновенно все поняла и замерла. Нью-Йорк, государственная больница XXX. Говард Джеффри сидел у постели больного, его мысли были тяжелыми, когда он смотрел на свою слабую мать, лежащую на больничной койке. «Мама, не сердись, это навредит твоему здоровью, и я буду волноваться». Никто бы и подумать не мог, что, когда мистер Робинсон уведет Алису, миссис Джеффри упадет в обморок прямо на сцене. Миссис Джеффри дрожала, держа Говарда за руку, и тихо вздохнула: «Как могла такая прекрасная свадьба превратиться в такой бардак?» В ответ Говард вздохнул: «Это была моя ошибка. Я не ожидал, что СМИ окажутся такими проницательными». «Вас нельзя винить, вы были заняты подготовкой к свадьбе, откуда вы могли знать, что СМИ поднимут такой шум… Теперь, чтобы привлечь внимание СМИ, они делают все возможное». Говард успокоил его: «Мама, не волнуйся, я со всем справлюсь». Миссис Джеффри посетовала: «Какой смысл сейчас этим заниматься? Мы уже так разозлили Робинсонов, теперь Элис предстоит посмотреть, сможет ли она понять…» Говард хранил молчание. Миссис Джеффри продолжила: «Эти репортеры сказали, что сегодня Ребекку Квентин привезли в родильную палату, это правда?» Говард серьезно ответил: «Я не знаю, мне неизвестно, где она находится». «Теперь, когда стало известно о родах Ребекки Квентин, весь мир наблюдает за тем, как мы, Джеффри, с этим справимся. Нам нужно объяснить ситуацию не только Алисе, но и Ребекке, иначе кто знает, что общество скажет о Джеффри!» ---------- Главы 221-121: Она спокойно умоляет его дать ей возможность выбраться (Часть 2) «Мама, не волнуйся, я сама со всем справлюсь». «Сынок, почему бы тебе сначала не утешить Алису, а потом пойти к Ребекке? Во-первых, если СМИ найдут её первой и сделают неудачные фотографии, кто знает, как они будут критиковать нашу семью Джеффри. Во-вторых, я также хочу знать, как у неё сейчас дела. В конце концов, этот ребёнок тоже мой внук…» Выйдя из палаты, Говард Джеффри случайно встретил врача, пришедшего осмотреть миссис Джеффри. Говард Джеффри спросил: «Доктор, как поживает моя мать?» Врач ответил: «Старушка Джеффри только что перенесла шок, ее состояние не критическое. Мистер Джеффри может быть спокоен, я проведу еще одно обследование леди Джеффри, и если не будет никаких отклонений, ее можно будет выписать позже». Говард Джеффри слегка кивнул. Затем в палату вошел врач. Говард Джеффри стоял в коридоре, засунув обе руки в карманы, и его холодный взгляд был устремлен вдаль. Джейсон Вуд не осознавал этого, когда подошел к Говарду Джеффри и прошептал: «Босс, я не зашел слишком далеко?» Красивое лицо Говарда Джеффри было суровым, его темные глаза холодно смотрели на Джейсона Вуда. Джейсон Вуд вздрогнул, испуганно опустив голову: «Босс, я не ожидал, что эти журналисты окажутся такими проницательными…» Пока Джейсон Вуд дрожал от холода, на губах Говарда Джеффри внезапно появилась слабая улыбка, и он сказал: «Молодец, тебя ждет щедрая награда». С этими словами он ушел. На следующий день. «Мама, мама, маленький Энди обмочился, тётя в панике!» Кристин Куинн мыла бутылку с молоком, когда к ней подбежала Мэрилин Куинн и сказала: Кристин Куинн поспешно поставила бутылочку с молоком в стерилизатор, а затем подошла к кровати. Ребекка Квентин в этот момент сидела и помогала спящему малышу, который обмочился, менять подгузник. Кристин Куинн тут же вмешалась, мягко пожурив: «Бекка, разве я не говорила тебе звать меня, когда малыш намочит подгузник? Ты еще не пришла в себя, не двигайся». Ребекка Квентин тихонько усмехнулась: «Это не так уж и преувеличено…» Кристин Куинн серьезно сказала: «Ваше здоровье и так неважное, если вы не будете следить за ним во время послеродового периода, это может перерасти в хроническую проблему со здоровьем в будущем!» Ребекка Квентин медленно снова легла, глядя на пухлое личико спящего малыша, и удовлетворенно сказала: «Сестрёнка, похоже, с этим малышом довольно легко справиться, видишь, он не плачет, когда мочит подгузник». Кристин Куинн бросила на нее сердитый взгляд: «Не стоит говорить такие позитивные вещи в присутствии детей, иначе они в будущем станут непослушными». "Хе-хе…" После смены подгузника Кристин Куинн вдруг спросила: «Кстати, Мари упомянула Энди, это то имя, которое вы дали малышу?» Ребекка Квентин кивнула. "Что такое 'Энди'?" «Имя „Ю“ из „Юй Великий управляет потопом“». Кристин Куинн хихикнула: «Похоже, Бекка надеется, что этот малыш вырастет и добьется больших успехов, как Юй Великий». Ребекка Квентин рассмеялась и добавила: «У меня нет таких высоких амбиций относительно этого ребенка, я просто выбрала омофон, который звучит приятно». Однажды она прочитала строчку в книге… Найдите тихий уголок и проживите прекрасную жизнь. Она не ожидала, что ее ребенок в будущем станет выдающейся личностью, она лишь надеялась, что он проживет мирную жизнь. «Уголок» — это омофон имени Энди, поэтому она дала ему это имя. «Эндрю Джеффри, Эндрю Джеффри…» Кристин Куинн повторила это несколько раз, посчитав фразу довольно плавной, а затем похвалила: «Бекка, звучит отлично!» Сразу после этих слов Кристин Куинн вдруг кое-что поняла: в ее глазах читалась тревога, когда она посмотрела на Ребекку Квентин. К счастью, выражение лица Ребекки Квентин осталось неизменным, и она мягко улыбнулась: «Сестра, я планирую позволить ребенку взять мою фамилию Квентин». Кристин Куинн быстро кивнула: «Конечно!» «Давайте сегодня же подадим заявление на получение свидетельства о рождении Энди, я хочу, чтобы меня скоро выписали из больницы». «Хорошо, я займусь этим позже, но вас нельзя выписать сейчас, врач сказал, что вам нужно отдохнуть в больнице как минимум неделю». «Сестра, с моим телом все в порядке, я все равно смогу восстановиться дома». «Я настаиваю!!» «Нет необходимости тратить деньги в больнице!» — настаивала также Ребекка Квентин. Кристин Куинн нахмурилась: «Как это может быть пустой тратой денег? Разве здоровье не важнее денег?» «Но тебе сейчас тоже тяжело… У Мари проблемы с сердцем, и ей каждый месяц нужны лекарства, твои сбережения на исходе, а я остаюсь с тобой и доставляю тебе столько хлопот, что…» Не успела Ребекка Квентин договорить, как Кристин Куинн перебила её: «Бекка, не говори таких вещей, мы же сёстры…» В этот момент медсестра открыла дверь и вошла: «Мисс Куинн, просто хотела сообщить вам, что мистер Джеффри оплатил госпитализацию мисс Квентин, поэтому мисс Квентин может быть спокойна и остаться в больнице подольше для выздоровления». Слова "мистер Джеффри" заставили двух женщин в комнате внезапно широко раскрыть глаза. «Дядя Джеффри здесь, мамочка, я позвоню дяде Джеффри…» Мэрилин Куинн, которая стояла рядом, услышала эту новость и взволнованно направилась к двери. "Мари, Мари…" Кристин Куинн не успела остановить ее, как дочь уже открыла дверь и вышла. Тело Ребекки Квентин сильно дрожало, ее дыхание, казалось, внезапно замерло. «Бекка, я пойду позову Мари, чтобы она вернулась…» Кристин Куинн с тревогой собралась уходить. Ребекка Квентин внезапно протянула руку и схватила Кристин Куинн: «Сестра, пожалуйста… я не хочу его видеть, помоги мне его остановить, хорошо?» Кристин Куинн бросила на Ребекку Квентин серьезный взгляд, а затем молча кивнула. "Спасибо." Кристин Куинн не успела далеко отойти от палаты, как встретила Говарда Джеффри, который нес на руках Мэрилин Куинн и направлялся к ним. Кристин Куинн остановилась, наблюдая за ними издалека. «Мамочка, дядя Джеффри здесь…» — радостно воскликнула Мэрилин Куинн. Лицо Кристин Куинн помрачнело, она холодно крикнула: «Мари, ложись!» Совершенно не готовая к такой строгости со стороны матери, Мэрилин Куинн невинно посмотрела на нее ясным взглядом. "Разве ты не слышала, что я сказала? Мэрилин Куинн!!" Когда Кристин Куинн назвала Мэрилин Куинн полным именем, Мэрилин наконец покорно сползла с объятий Говарда Джеффри. Тон Кристин Куинн слегка смягчился: «Иди сюда!» Мэрилин Куинн надула губы и медленно подошла к Кристин Куинн. Затем Кристин Куинн слегка изменила тон: «Зайдите в палату и посмотрите, не нужно ли тёте что-нибудь, маме нужно поговорить с дядей Джеффри». «Хорошо». Всегда послушная матери, Мэрилин Куинн оглянулась на Говарда Джеффри, прежде чем неохотно направиться в палату. ---------- Глава 222 - 122: Кто она теперь? (1) Увидев суровость Кристин Куинн, Говард Джеффри невольно прищурился. Кристин Куинн подошла к Говарду Джеффри, посмотрела на него снизу вверх и саркастически, холодным голосом сказала: «Мистер Джеффри, разве вам не следовало бы сейчас быть во Франции, угождая своей хрупкой подружке? ​​Что вы здесь делаете?» «Я хочу увидеть Бекку». Кристин Куинн фыркнула: «Теперь ты хочешь увидеть Бекку? Где ты была, когда Бекка рожала?» Говард Джеффри спокойно ответил: «Я ей все объясню». Кристин Куинн сердито крикнула: «Что еще нужно объяснять?» Прежде чем Говард Джеффри успел ответить, Кристин Куинн стиснула зубы: «Не думай, что раз ты заплатил за Бекку какие-то ничтожные деньги, ты можешь продолжать играть с ней, переключаясь между добротой и жестокостью. Говард Джеффри, если у тебя еще осталась хоть капля человечности, пожалуйста, перестань приставать к Бекке…» На лице Говарда Джеффри не было никаких эмоциональных колебаний. Гнев Кристин Куинн сменился жалостливыми мольбами: «Говард Джеффри, я умоляю тебя, пожалуйста, оставь Бекку в покое. Она и так достаточно настрадалась из-за тебя…» «Уступите дорогу!» Кристин Куинн раскинула руки, чтобы преградить ему путь: «Бекка сказала, что больше не хочет тебя видеть, пожалуйста, уходи!» В глубоких черных глазах Говарда Джеффри мелькнуло странное выражение: "Это она сказала?" «Неужели ты в это не веришь?» — Кристин Куинн, переполненная ненавистью, выпалила: «Говард Джеффри, мы были в отношениях много лет. Я знаю, насколько глубоки твои мысли… Мы были вместе столько лет, но я никогда не понимала, что ты плетешь интриги, чтобы разрушить мои отношения с семьей Квентин. Ты постоянно играл со мной в двусмысленные игры, чтобы выманить Скайлер Джонс. Это показывает, насколько ты расчетлив, но также и то, что ты ценишь семью. Я всегда думала, что тот, кто ценит семью, не обязательно плохой, по крайней мере, ты и твой брат не похожи. Поэтому, когда ты постоянно нападал на Бекку, я была готова помочь вам помириться, тем более что ты купил столько детских принадлежностей и даже дал мне денег на покупку дома, чтобы я могла заботиться о Бекке. Но я никогда не ожидала, что ты будешь так бессердечен к Бекке. Ты мог игнорировать другую женщину месяцами, даже игнорировать ее сообщение, когда она боялась перед родами. Как ты мог позволить Бекке пережить роды в одиночестве в родильной палате?» Кристин Куинн опустила ресницы и, с трудом сдерживая слезы, произнесла: «Знаешь, она чуть не умерла во время родов… Если бы я не пригрозила сообщить тебе, она бы не выжила… Ха, ты теперь понимаешь, как сильно ты ее ранил? Даже после смерти она не хочет тебя видеть!» Джейсон Вуд, молча стоявший за спиной Говарда Джеффри, внезапно сердито шагнул вперед: «Мисс Куинн, вы знаете, что босс…» Слова Джейсона Вуда были прерваны жестом Говарда Джеффри, призывавшим его остановиться, и Джейсону Вуду ничего не оставалось, как проглотить свои слова. «Джейсон Вуд, пошли». «Да, босс». Красивое лицо Говарда Джеффри было холодным и мрачным, когда он повернулся, чтобы уйти. Возможно, столкнувшись с жизнью и смертью, глубоко затаившийся внутри узел неосознанно развился бы. После окончания периода самоизоляции Ребекка Квентин вернулась к своему обычному распорядку дня, вставая рано каждое утро, чтобы заботиться о ребенке. Когда ребенок спал, она помогала Кристин Куинн, которая уже ушла на работу, заниматься домашними делами. Затем, с восходом солнца, она пользовалась временем до полудня, чтобы покатать маленького Энди, тепло завернутого в пеленку, на прогулку в ближайший парк… к полудню, если маленький Энди засыпал, она возвращалась домой, готовила обед и ждала, пока Кристин Куинн вернется с работы, а Мари — из школы. Жизнь Ребекки Квентин была насыщенной. Первоначально Кристин Куинн беспокоилась о психическом состоянии Ребекки Квентин, но позже обнаружила, что Ребекка Квентин содержала дом в порядке, была спокойна и даже серьезно относилась к кулинарии, совершенствуя свои навыки день от дня, что успокаивало Кристин Куинн. Кристин Куинн каждый день сопровождала Ребекку Квентин, болтала и смеялась, но больше никогда не упоминала Говарда Джеффри. Точнее, Ребекке Квентин больше не было дела до Говарда Джеффри. Потому что в тот день, когда Говард Джеффри поступил в больницу, когда Кристин Куинн вернулась в палату, чтобы рассказать о том, что произошло между ней и Говардом Джеффри, Ребекка Квентин не проявила никакого интереса, сосредоточив все свое внимание на маленьком Энди, который только что проснулся. С этого момента Кристин Куинн поняла, что Говард Джеффри больше не сможет тронуть сердце Ребекки Квентин. Ребекка Квентин везла коляску в расположенном неподалеку парке. В январе холод не стихал, но, к счастью, светило солнце, благодаря чему в парке было не слишком холодно, а воздух был удивительно свежим. ---------- Глава 223-122: Кто она теперь? (1) Ребекка Квентин подняла голову, глядя сквозь оголенные листья ветви на высокое голубое небо. Ветер стих. Говард Джеффри, ваш жених. Уважаемая леди Джеффри, я сегодня здесь от имени мистера Джеффри, чтобы предложить развод. Веришь ты в это или нет, но эти два года брака оставили след не только в твоем сердце, но и в моем. Вчерашний вечер был не мимолетным порывом, а импульсом, который я испытывал каждый раз, когда видел тебя за последние четыре года. Бекка, я люблю тебя... Маленький Энди, лежавший в коляске, издал детский лепет, прервав мысли Ребекки Квентин. Ребекка Квентин присела на корточки, глядя на румяное и очаровательное личико своего сына, и улыбнулась: «Маленький Энди, что ты хочешь сказать маме?» Ребекка Квентин нежно взяла в руки крошечные пухлые кулачки сына, ее лицо выражало утешение и удовлетворение: «Когда ты будешь называть меня мамой?» Крепко держа сына за руку, Ребекка Квентин играла с его пальчиками. Ребенок махал своими маленькими ручками, поддразнивая ее, издавая булькающие звуки, и выглядел так, будто смеется, хотя сам он еще не научился смеяться. «Маленький болван, ты смеешься?» — Ребекка Квентин опустила голову и поцеловала ребенка. — «Ты такой милый!» Казалось, ребенок чувствовал похвалу матери, постоянно радостно размахивая руками. Ребекка Квентин с любовью посмотрела на детское личико своего сына и медленно выдохнула: «Малыш, у мамы не хватает молока, чтобы тебя кормить, поэтому завтра мама найдет работу, чтобы заработать денег на покупку смеси. Днем за тобой будет присматривать мама, а ночью – няня, но мама вернется до двух часов ночи, чтобы поспать с тобой…» Малыш ничего не понимал, но инстинктивно вцепился в руку Ребекки Квентин, словно не желая отпускать её. Ребекка Квентин засунула ручку малыша под маленькое одеяло в коляске, взяла лежащую рядом погремушку и осторожно потрясла ее: «Послушай, этот звук похож на звон колокольчиков…» Большие черные глаза малыша пока не могли сфокусироваться на предмете в руке Ребекки Квентин, но этот звук очень его обрадовал, и он широко улыбнулся. Ребекка Квентин продолжала дразнить его, внезапно застыв на месте и уставившись на лицо, все больше и больше похожее на его собственное. Глаза ребёнка особенно напоминали его... Внезапно ее сжало в груди чувство сдавленности. Ребекка Квентин широко раскрыла свои горящие глаза и слабо улыбнулась: «Малышка, пойдем домой, няня скоро вернется!» Сказав это, она встала и покатила коляску. Ребекка Квентин сделала всего несколько шагов, когда ее взгляд внезапно упал на высокую и стройную фигуру. Ребекка Квентин замерла, ее тело напряглось на месте. «Бекка». Низкий, хриплый голос Говарда Джеффри был полон глубоких эмоций. Ребекка Квентин по-прежнему стояла там, с бесстрастным выражением лица. Говард Джеффри подошел и остановился в метре от нее, его черные глаза смотрели на нее словно сквозь туман. Ребекка Квентин крепко держала коляску, ее пальцы слегка дрожали. "Бекка..." Голос Говарда Джеффри стал еще более хриплым. Его красивое лицо было так близко к ней, но расстояние между ними было таким большим. Он по-прежнему был обаятельным и энергичным. Она посмотрела на него, и сердце у нее все еще болело, но кроме боли, больше ничего не было. Нет прежней привязанности, нет горькой обиды и нет радости от встречи с ним. Ничего не осталось... «Если вы опасаетесь, что я скажу что-нибудь неосторожное перед репортерами, будьте уверены, сюда мало кто сможет добраться, а даже если и доберется, я проясню разногласия между нами», — заявила она деловито, с таким спокойствием, какого никогда прежде не испытывала. Ее безразличное выражение лица не позволило ему подойти ближе, его лицо слегка помрачнело, взгляд скользнул по ее худой фигуре, на бровях застыло беспокойство: «Вы похудели». «Я всегда была худой, просто вернулась к своему весу до беременности». «Вы плохо выглядите». «Не стоит себя утруждать». Говард Джеффри продолжал смотреть на бледное, бесцветное лицо Ребекки Квентин: «Бекка, можно мне увидеть ребенка?» Ребекка Квентин покачала головой: «Извините, вы не можете». Сердце Говарда Джеффри сжалось в кудрях. «Я его отец, я имею право видеться с ним». Ребекка Квентин опустила взгляд, посмотрела на ребенка в коляске своими ясными, большими глазами и медленно произнесла: «У ребенка нет отца, у него есть только мать». "Бекка..." «Мистер Джеффри, я знаю, что вы здесь из-за кровного родства между вами и ребенком, но будьте уверены, я не позволю ребенку страдать вместе со мной, поэтому проводите время со своей девушкой. Вы не поженились, ваша девушка, должно быть, расстроена. Если вы назначите новую дату, дайте мне знать. Я не могу позволить себе подарок, но я дам вам свое благословение». Говард Джеффри почувствовал резкую боль в сердце: «Неужели вы должны так со мной разговаривать?» «Извините, уже полдень, мне нужно вернуться, и ребёнок, возможно, голоден». "Ты так сильно хочешь от меня сбежать?" Говард Джеффри холодно допрашивал Ребекку Квентин, глядя ей в слабую спину. Ребекка Квентин спокойно посмотрела перед собой и ответила: «Мы ведь больше не родственники, правда?» «Значит, вы сами решили разрешить ребёнку носить фамилию Квентин?» «У него нет отца, поэтому, естественно, он взял мою фамилию». «Ребекка Квентин, я изо всех сил стараюсь, чтобы мы остались вместе!» Услышав слова Говарда Джеффри, Ребекка Квентин усмехнулась: «Говард Джеффри, не связывайся со мной больше, тратить на меня свое драгоценное время не стоит того... пощади меня, если однажды я покину этот мир, я запомню твою доброту». Ее голос был таким легким, таким мягким, словно опавший лист, плывущий по ветру. С этими словами Ребекка Квентин, толкая коляску, уверенно шагала прочь. "Бекка!!" — его низкий, хриплый голос эхом разносился по ветру, впервые исполненный паники. Она больше не обернулась. В парке, на голой от зимы верхушке дерева, одиноко сидела незнакомая птица, издавая печальные крики. Джейсон Вуд подошел к Говарду Джеффри, почтительно поклонился и сказал: «Босс, я проводил мисс Квентин до дома в целости и сохранности». Говард Джеффри слегка кивнул и пошел. Толстый слой листьев на земле шелестел под ногами. Говард Джеффри этого не услышал, погруженный в свои мысли. Она действительно изменилась. Он вспомнил, как она вышла за него замуж в двадцать лет: она была словно чистый холст, невинная, простая, застенчивая и робкая. В то время он недоумевал, как у Александра Квентина и Вивиан Линдси могла быть такая добрая и замечательная дочь? Он не поверил... Поэтому он обращался с ней как с игрушкой, дразнил ее, когда она ему была интересна, и уходил из T City, когда интерес к ней пропал. ---------- Глава 224-123: Кто она теперь? (2) Она всегда считала, что он постоянно ездит туда-обратно по делам между Нью-Йорком и Сити; на самом деле, она понятия не имела, что в те годы большинство его поездок были ложью. Он думал, что она точно не выдержит такого брака, но, к его удивлению, она терпела его два года и ни разу ему не пожаловалась. Он признал, что в то время она всегда казалась ему особенной. До встречи с ней, несмотря на то, что рядом с ним была пешка Скайлера Джонса по имени Кристин Куинн, у него никогда не было недостатка в красивых женщинах. Хотя большую часть времени это была просто случайная игра ради взаимной потребности, истинные лица этих женщин были такими же фальшивыми, как и их макияж, жадными и дешевыми, всегда желающими от него большего. Но после ее появления лицемерие, которое он чувствовал по отношению к другим женщинам, в ней исчезло. Когда он возвращался из командировок, она никогда не жаловалась и не вела себя избалованно. Она продолжала выполнять свою роль его жены, заботясь о его повседневных нуждах и позволяя ему исполнять свои супружеские обязанности так, как он того желал. Хотя такая женщина его особо не привлекала, он не мог позволить себе быть к ней бессердечным. Однажды он колебался, не зная, как с ней поступить. Именно тогда совершенно случайно до меня дошла новость о самоубийстве Александра Квентина. Хотя Александру Квентину и так оставалось недолго жить, его смерть превзошла все его ожидания. Александр Квентин цеплялся за жизнь, чтобы спасти свою старшую дочь и защитить младшую; он не мог так легко отпустить её… Пока он был озадачен, она погрузилась в муки потери отца. Естественно, он не собирался присутствовать на похоронах Александра Квентина, поэтому решил беспричинно исчезнуть. Она в одиночку пережила смерть отца и все трудности, с которыми столкнулась семья Квентин, в то время как он молча наблюдал за происходящим, никак не ожидая, что она справится с делами отца с таким спокойствием и силой. Лишь в тот день он понял, что его жена больше не та наивная девочка, какой была раньше; два года закалили её, оставив после себя лишь зрелость и стойкость. Он безэмоционально наблюдал за её страданиями, желая увидеть, как долго она сможет выдержать, позволяя Кристин Куинн, которую он использовал, жестоко отомстить семье Квентин. В конце концов, семья Квентина была опустошена. Именно в этот момент он должен был закрыть все круги ада, но кто бы мог подумать, что она забеременеет именно в этот момент? Они всегда очень тщательно избегали беременности, и ее неожиданная беременность разрушила его прежние представления о ней. Однажды он импульсивно подумывал отвезти ее в больницу, чтобы извлечь ребенка, но болезнь Мэрилин Куинн заставила его передумать. Он выразил ей желание оставить ребенка, не раскрывая своих чувств, и она согласилась. Он всё гадал, какой у неё план, и, чтобы не выдать её, даже сдерживал акты мести Кристин Куинн, пока его подчинённый, следивший за ней, не сообщил о её тайном намерении купить билет, чтобы уехать. Тогда он понял, что она не из простых; последние два года она носила маску, чтобы угодить ему. Затем он заточил её в темницу, впервые показав ей свою истинную сущность и жестоко используя тётю Клэр, чтобы заставить её подчиниться. Возможно, из-за депрессии ее здоровье было неважным, и врач сказал, что существует риск выкидыша. Первой его мыслью было отправить ее в США на отдых, поскольку там медицинские технологии обеспечат благополучные роды. Но никто не ожидал, что с ней случится несчастный случай при посадке в самолет… Он должен был признать, что впервые в жизни почувствовал, что такое настоящая вина. Возможно, изначально он хотел оставить ребенка, чтобы спасти дочь своего брата, но день за днем, по мере того как рос ее живот, он чувствовал в сердце необъяснимое предвкушение. Поэтому, когда Кристин Куинн отомстила ему во время беременности, он не мог просто игнорировать это. Хотя ему и хотелось наблюдать, как её сёстры будут раздирать друг друга на части, он открыто ей помог. Однако спасти ребенка так и не удалось… Глядя на ее хрупкое тело, лежащее на больничной койке после потери ребенка, он не смог заставить себя смириться с ее пробуждением. Никто не знал, что она несколько дней провела в больнице, а он все эти дни пил дома. После выписки она сразу же вернулась в дом семьи Квентин; он ей не препятствовал. Кто бы мог подумать, что Кристин Куинн нанесет семье Квентин второй удар именно в это время? Из-за его подстрекательства ненависть Кристин Куинн к Александру Квентину глубоко укоренилась, что, естественно, привело к её сильной ненависти к Ребекке Квентин и желанию её убить. Он никогда не мог забыть то побуждение, которое испытывал, желая защитить её от преследований Кристин Куинн. Однако эти глубоко укоренившиеся чувства ненависти, словно твёрдая скорлупа, постепенно затмили мягкость его сердца, наконец, полностью пробудив его, заставив осознать, что он испытывал жалость к дочери своего врага. Поэтому, когда Кристин Куинн довела её до отчаянного положения, он решил развестись с ней. ---------- Главы 225-123: Чего она теперь стоит? (Часть 2) Воспоминания причиняют легкую боль в каком-то уголке его сердца, и Джеффри закрывает глаза, откидываясь на спинку автомобильного сиденья. Джейсон Вуд сидит за рулем и нервно спрашивает: «Босс, куда теперь?» Боясь сказать что-то не то, когда босс в плохом настроении. Спокойным голосом Джеффри спрашивает: "А здесь нет гостиницы?" "Останавливаетесь в отеле?" "Да." "Понял." Джейсон тут же заводит двигатель. Машина медленно приближается к отелю, и в зеркало заднего вида Джейсон замечает усталое выражение лица Джеффри. Он набирается смелости и спрашивает: «Босс, почему бы вам не объяснить мисс Квентин, почему вы не смогли быть с ней во время родов?» Голос Джеффри глубокий и отстраненный: «Какова бы ни была причина, то, что я не рядом с ней, все равно моя неудача». «Но мисс Квентин не знает, насколько вы были растеряны…» «Перестань говорить, я не спал всю ночь. Я устал, отвези меня в отель». "Да." Джейсон плотно сжимает рот. Откуда мисс Квентин могла это знать? В день свадьбы начальник, после напряженного рабочего дня, прилетел из Нью-Йорка в Олтон за одну ночь… Радость отцовства была для него чем-то невиданным. Он помнил, как в самолете босс был так счастлив, что даже заговорил о том, чтобы взять несколько месяцев отпуска в Скайтопе, явно желая проводить больше времени с мисс Квентин и ребенком. Но когда босс прибыл в Алтон, переполненный радостью, его встретила холодность мисс Квентин, которая не хотела его видеть. Хотя он и ожидал такой реакции от мисс Квентин, босс не мог не расстроиться. Чтобы мисс Квентин смогла восстановить душевное равновесие в течение месяца послеродового восстановления, босс решил уехать из Алтона, не желая нарушать этот важный месяц, необходимый ей для физического выздоровления. Итак, после того как мисс Квентин выздоровела, босс, закончив дела в Т-Сити, немедленно вылетел в Олтон… Самолет приземлился всего полчаса назад. Начальник очень хотел увидеть мисс Квентин… Мэрилин Куинн открыла дверь: «Тетя вернулась?» «Да, Мари, помоги тете занести коляску». "Хорошо." Ребекка Квентин взяла на руки малышку, которая уже спала в коляске, и попросила Мэрилин отвезти ее в комнату. Услышав голоса из кухни, Кристин Куинн спросила: «Почему ты сегодня так поздно вернулся?» «Сестра, я сначала уложу Эндрю спать наверху, а потом поговорю с тобой». "Все в порядке." Ребекка Квентин отнесла малыша в детскую и осторожно уложила его в кроватку. Среди детских вещей, подаренных ей Джеффри, было одно, которое в США называется "устройство для интимной близости"… Когда ребёнок спит, а взрослые хотят заняться другими делами, им достаточно включить не излучающее устройство для интимной близости у кровати, и они смогут услышать звуки сна ребёнка через телефонную трубку, узнав, бодрствует ли ребёнок. Ребекка Квентин включила устройство для интимных отношений, поцеловала малыша в щеку и спустила приемник вниз. Кристин Куинн вышла из кухни с блюдом в руках и, увидев Ребекку, улыбнулась: «Эндрю спит?» «Да, послушай, он крепко спит». Ребекка поднесла трубку к уху Кристин. «Даже звуки, которые он издает во сне, такие милые». "Да." «Кстати, что-нибудь случилось, раз ты так поздно вернулся?» Ребекка глубоко вздохнула, села за обеденный стол и сказала: «Он пришел». «Он?» — глаза Кристин расширились. — «Ты имеешь в виду Джеффри?» "Да." Кристин быстро поставила тарелку в руке и с тревогой спросила: «Он тебе ничего не сделал, правда?» Ребекка спокойно покачала головой. «И что же он сказал?» Что он сказал? Хотя она и не хотела вспоминать, его слова отчетливо промелькнули у нее в голове… Бекка, я пытаюсь нас сблизить! Но помнить об этом и чувствовать это — две разные вещи. «Он сказал несколько не относящихся к делу вещей». «Просто рада, что ты вернулась», — Кристин вздохнула с облегчением, а затем вдруг забеспокоилась: «Бекка, теперь он знает, что ты здесь. Если он захочет увидеть ребенка, тебе не удастся его избежать. Ты подумала, что делать дальше?» «Если он настаивает на том, чтобы видеться с ребенком, я не могу ему помешать. Но я являюсь опекуном; мы подписали соглашение. Он никогда не сможет отнять у меня ребенка». «Это действительно печально, что ребенок рождается в неполной семье». «Я не позволю малышу чувствовать себя одиноким». Кристина села рядом с Ребеккой, глубоко вздохнула и искренне сказала: «Бекка, я когда-то думала так же, как ты. Раз уж я решила оставить ребенка, я должна была нести ответственность за ее жизнь. Поэтому я изо всех сил старалась не дать ей почувствовать, что она растет в неполной семье. Я изо всех сил старалась дать ей все… Но, Бекка, даже если ребенок может быть живым, милым, послушным и понимающим под нашей заботой, мы никогда не сможем дать ей отцовскую любовь. Сейчас Эндрю еще маленький; он не знает, что значит «отец». Но когда Эндрю пойдет в детский сад, он часто будет спрашивать тебя: «Мама, у меня есть папа? Мама, все говорят, что у меня нет папы. Где мой папа? Мама, папа нас бросил?» Ее голос дрожал от этих вопросов: «Это те самые вопросы, которые Мари задавала мне еще в детском саду. Тогда я действительно не знала, как на них ответить. Поэтому, Бекка, ты должна дать ребенку полноценную семью, не жди, пока он вырастет таким же, как Мари, и будет вечно грустить из-за отсутствия отца…» Ребекка согласилась: «Я подарю ребенку полноценную семью». Кристин была ошеломлена: «Ты всё ещё хочешь быть с Джеффри?» Ребекка покачала головой и серьезно сказала: «Он никогда не станет отцом моего ребенка. В будущем я буду дорожить своей судьбой. Если я найду подходящего человека, который сможет проводить со мной простые и незамысловатые дни, я создам с ним семью». "Вы действительно приняли решение?" Ребекка мягко кивнула: «Что было, то было. Не стоит стоять на месте, тем более тратить время на того, кому никогда не будет до тебя дела». «Ты прав, возможно, мне следует мыслить так же, как и ты». "Хе-хе…" Полдень. Кристин ушла на работу, оставив Ребекку одну с ребенком дома. Ребенок был послушным; большую часть времени после родов он проводил за едой и сном, а когда плакал, его легко было уложить обратно спать. Поэтому Ребекка находила время в течение дня, чтобы изучать объявления о работе в газетах. ---------- Глава 226-124: Ребенок принадлежит ему и должен носить фамилию «Джеффри». Воспользовавшись тем, что Эндрю спал, Ребекка Квентин села рядом с кроваткой и снова отметила кружочками на газете, что ищет работу. Единственная работа, которую она могла найти сейчас, была по ночам, поэтому вариантов было немного: либо круглосуточное заведение быстрого питания, либо бар, но зарплата была высокой. Увидев высокую зарплату, Ребекка Квентин решила пройти собеседование в отмеченных местах, пока Кристин Куинн была на перерыве. В любом случае, зарабатывать деньги — это самое главное! Дин дон―― Внезапно раздался звонок в дверь. Ребекка Квентин отложила газету, которую держала в руках, и инстинктивно захотела спуститься вниз, чтобы открыть дверь, но, поняв, кто это может быть, осторожно подошла к окну и подняла занавеску, чтобы заглянуть внутрь. Это был действительно он! Джейсон Вуд нажимал на дверной звонок, одновременно совершая телефонный звонок. Ребекка Квентин, естественно, не хотела открывать дверь, поэтому притворилась, что никого нет дома, и позволила зазвонить дверному звонку. Не знаю, сколько времени это заняло, но звон наконец прекратился, и Ребекка Квентин не могла не вздохнуть с облегчением. "Даже дверь не открываешь, когда ты дома?" Раздался знакомый холодный мужской голос, и Ребекка Квентин резко посмотрела на дверь, газета выскользнула у нее из рук. Высокий мужчина по имени Говард Джеффри стоял в дверном проеме, его черные глаза хитро смотрели на нее. Ребекка Квентин встала, преградив путь кроватке, и спросила: «Как ты сюда попала?» Говард Джеффри держал в руке связку ключей и небрежно произнес: «Немного денег, и хозяйка не дождалась, чтобы принести мне запасной ключ». Ребекка Квентин в ярости воскликнула: «Ты… во всем виновата эта жадная до денег хозяйка!» Говард Джеффри оглядел детскую: «Это то, что вы для него подготовили?» В детской почти не было украшений, только детские вещи, которые он когда-то купил, все выглядело так просто. Посчитав, что Говард Джеффри издевается над ней, Ребекка Квентин спокойно ответила: «Моему ребенку не нужно так баловать». Говард Джеффри не рассердился, его черные глаза встретились со спокойным и ясным взглядом Ребекки Квентин: «Он также мой ребенок, Бекка, это факт, который ты не можешь отрицать, как бы ни старалась». Ребекка Квентин замолчала, а затем сказала: «Если ты останешься здесь, я обещаю, что обязательно позвоню твоей девушке и сообщу ей, где ты!» Говард Джеффри прищурился, оценивая масштаб ее «угрозы». Возможно, они говорили слишком громко, и малыш в кроватке начал плакать. Ребекка Квентин инстинктивно подошла к ребенку, взяла его на руки и нежно успокоила: «Малыш, не плачь, хороший мальчик…» "Позволь мне подержать его." Внезапно рядом с ней раздался глубокий, приятный голос Говарда Джеффри. Услышав, казалось бы, полный тоски голос Говарда Джеффри, Ребекка Квентин крепко обняла ребенка, повернула к нему лицо и, сдержанно произнесла: «Газеты пишут, что мисс Робинсон беременна уже больше двух месяцев. Говард, скоро у тебя будет свой ребенок, зачем тебе связываться с ребенком, который тебе не имеет никакого отношения?» Увидев, как босс выходит из дома, Джейсон Вуд, который ждал у двери, поспешил к нему. «Босс». Выражение лица Говарда Джеффри было суровым, когда он направился к машине, а голос его, когда он сел внутрь, был холодным: «Узнайте сегодняшние новости». Джейсон Вуд, сидевший за рулем, повернулся к Говарду Джеффри с сомнением в глазах: «Новости?» Говард Джеффри явно был в скверном настроении и бросил холодный взгляд на Джейсона Вуда. Джейсон Вуд вздрогнул, нервно достал планшет и быстро открыл веб-страницу. Джейсону Вуду не нужно было долго искать; заголовок на каждом крупном новостном сайте был одним и тем же — выделенным жирным шрифтом. «Подруга генерального директора Skytop беременна на втором месяце!» Далее последовала серия фотографий Элис Робинсон в солнцезащитных очках и маске, входящей в какую-то элитную частную больницу в Нью-Йорке для обследования на предмет беременности, и завершилась она новостью от ведущего светского шоу о двухмесячной беременности Элис. Джейсон Вуд не отрывал глаз от экрана планшета, с него скатилась капелька пота, затем он повернулся к Говарду Джеффри и, запинаясь, произнес: «Босс, эта новость…» Взгляд Говарда Джеффри был холодным и прищуренным, голос ледяным: «Позвони Алисе». "Да." Джейсон Вуд нервно набрал номер Элис Робинсон, а затем, как только трубка соединилась, передал её Говарду Джеффри. Говард Джеффри откинулся на спинку сиденья, выражение его лица было холодным и опасным, а проницательный взгляд устремлен прямо перед собой. «Привет, парень, кажется, ты впервые звонишь мне по-настоящему с тех пор, как мы познакомились», — хотя Элис и посетовала на это в шутку, ее настроение было радостным, а тон — манящим. Говард Джеффри небрежно спросил: «Эту новость вы сами слили?» ---------- Глава 227-124: Ребенок — его, ему дали фамилию «Джеффри» (Часть 2) Алиса угрюмо выпалила: «Да, потому что ты так и не пришла меня найти». Выражение лица Говарда стало мрачным. Элис, казалось, не заметила перемены в настроении Говарда и кокетливо объяснила: «О, я не это имела в виду. Знаешь, мой брат работает в больнице. Я вчера ходила к нему, и пока была там, прошла гинекологический осмотр. Кто бы мог подумать, что сегодня разразится скандал, и скажут, что я на втором месяце беременности? Я тоже удивлена, откуда взялась эта новость». В глазах Говарда мелькнул хитрый блеск, но уголки его губ слегка приподнялись, когда он спокойно спросил: «Как вы поживаете в последнее время?» С другой стороны, Алиса была возмущена: «Нехорошо, совсем нехорошо». "Что случилось?" «Это вина папы. Он не пускает меня к тебе, а ты не хочешь прийти и всё ему объяснить», — сказала Алиса, чувствуя себя очень обиженной. Говард нахмурился: «Как думаешь, у нас ещё есть шанс?» «Почему бы и нет? Я не выйду замуж ни за кого, кроме тебя, в этой жизни». "Ты не против, если мы с Ребеккой будем вместе?" «Конечно, меня это беспокоит. Но я знаю, что это уже в прошлом между вами двумя. Мне не нужно конкурировать с противником, который больше не представляет угрозы, поэтому я могу притвориться, что новости о том, что у неё родился ваш ребёнок, никогда не было, лишь бы мы могли продолжать быть вместе». «Я пойду к твоему отцу». "Правда?" — Алиса была в восторге. Говард что-то пробормотал в ответ и резко прервал разговор. Джейсон вмешался: «Босс, мисс Робинсон, она…» Говард взглянул на своего подчиненного: "Что?" Джейсон, набравшись смелости, неловко спросил: «Неужели она беременна?» Красивое лицо Говарда помрачнело. Джейсон быстро объяснил: «Босс, я не хотел вмешиваться в вашу личную жизнь. Я просто беспокоюсь, что если старушка узнает об этом…» Если старушка узнает, что мисс Элис беременна, это будет большая беда! Говард слегка кивнул: «Возвращайся в Нью-Йорк и разбирайся с этим сам». "Да." Проживание в отеле было настоящей пыткой для таких людей, как Говард, у которых всегда были высокие требования к качеству жизни. Так, ворочаясь с боку на бок до полуночи, Говард наконец не выдержал, сел, подошел к креслу у окна, взял зажигалку и закурил сигарету. Мерцающее голубое пламя зажигалки подчеркивало слегка нетерпеливое, но привлекательное лицо Говарда. Он так давно уже не высыпался… С тех пор, как мы расстались. Он не знал, когда это началось, но без неё рядом он не мог спокойно спать. В те поздние ночные часы, когда он протягивал руку, чтобы что-то обнять, его встречала пустота. Долгие годы он и представить себе не мог женщину подобного рода, но после того, как она появилась в его жизни, он снова и снова совершал подобные глупости. В течение этих четырех лет развода он знал, что она живет в мучениях, но знала ли она, что ему самому живется не хуже? Он помнит, как однажды она сама проявила инициативу и обняла его, расстегнув свою блузку за миллион долларов прямо у него на глазах; она никогда не узнает, что если бы она осмелилась расстегнуть еще одну, он бы ее не отпустил… "Блин!!" В раздражении он потушил сигарету в пепельнице, его темные глаза уставились на пустую кровать, и Говард резко вытащила телефон, открыв с ее стороны видеозапись с камеры наблюдения. Чем она сейчас занимается? Видео загружалось, и через несколько секунд оно открылось. Внутри комнаты не было совсем темно. Возможно, чтобы присмотреть за ребёнком, она оставила включенным небольшой ночник. Теплый желтый свет придавал комнате особую уютность. Она спала на боку, по всей видимости, держа ребенка на руках. Он увеличил изображение на видео, наконец, сфокусировавшись на ее безупречном лице. Даже будучи матерью ребенка, ее спящее лицо все еще выглядело таким невинным, словно у ребенка, неиспорченного и наивного. Неужели она спала так спокойно без него рядом? Неужели ей действительно стало все равно? Нет, он в это не поверил… даже если бы она поверила, он бы этого не допустил!! Пришло время положить конец этим мучениям от бессонницы… Если он хотел остаться с ней наедине, необходимо было устранить некоторые ненужные препятствия. Поскольку Джейсона отправили в Нью-Йорк, Говарду приходилось рано утром самому ехать к сестре. Говард удачно выбрал время, когда Кристин уже ушла на работу. Беспокойный всю ночь, он немного спешил, поэтому, не потрудившись постучать, сразу же достал ключ и открыл дверь. Но кто бы мог подумать, что дверь, которая еще вчера была открыта, сегодня уже была заперта на новый замок. Не сумев открыть его, Говард выругался себе под нос и отбросил ключ в сторону. Неужели эта женщина действительно думает, что он не сможет с ней справиться? Достав телефон, Говард набрал номер. Внутри дома Ребекка наводила порядок в гостиной, когда вдруг услышала звонок телефона. Ребекка подошла, увидела номер на экране, улыбнулась и нажала кнопку ответа: «Доктор Грин». «Здравствуйте, мисс Квентин, я звоню от имени больницы… только что нам звонил мистер Джеффри. Он хочет внести изменения в свидетельство о рождении ребенка». "Исправлять?" «Да, мистер Джеффри сказал, что имя ребенка нужно изменить на „Эндрю Джеффри“». Ребекка тут же пришла в ярость: «Как он мог так поступить?» «Прошу прощения, мисс Квентин, мистер Джеффри очень хорошо знает нашего декана, и декан, которого он…» «Доктор Грин, пожалуйста, передайте декану, что имя в свидетельстве о рождении ребенка менять не нужно. Я сам поговорю с мистером Джеффри». "Хорошо." "Спасибо." Закончив разговор, Ребекка раздраженно прикусила губу. Как он может это сделать? Опека над ребенком принадлежит ей, и имя ребенка должна определить она. Она не позволяет ребенку взять его фамилию; да и кто он такой, чтобы ее менять? В ярости она схватила телефон и набрала номер, который еще помнила, терпеливо ожидая соединения. Неожиданно на звонок быстро ответили, но он ждал, пока она заговорит первой. «Где ты?» — язвительно спросила Ребекка. «Снова в Нью-Йорке». «Как ты мог просто так вернуться в Нью-Йорк?» Говард прислонился к машине, его взгляд был рассеянным, уголки губ слегка приподняты. "Что, ты скучал по мне?" Лицо Ребекки покраснело: «Мне нужно кое-что с тобой обсудить». Говард притворился ничего не понимающим: «Что это?» «О внесении изменений в свидетельство о рождении». «Сейчас я очень занят, у меня нет времени обсуждать это с вами». «Я уделю вам всего несколько минут своего времени». «Тебе не надоело говорить со мной хотя бы ещё одно слово?» ---------- Главы 228–125: Несчастливые отношения между сестрой Цинь и президентом Цзи (Часть 1) «Говард Джеффри, вы не имеете права менять свидетельство о рождении ребенка. Опека над ребенком моя…» Говард Джеффри прервал ее, равнодушно произнеся: «Если хочешь обсудить это со мной, выходи и открой дверь». А, открыть дверь? Бекка безучастно смотрела на дверь; звонок уже был прерван. Минуту спустя Бекка нажала на кнопку звонка и вышла из комнаты. Как только она открыла дверь, то издалека увидела его, лениво прислонившегося к машине, со скрещенными руками, а на запястье ярко блестели на солнце дорогие часы с турбийоном. Мерзавец, он ей солгал, сказав, что вернулся в Нью-Йорк! Бекка спустилась по ступенькам и направилась к нему. Когда она отошла примерно на три метра, она остановилась, холодно посмотрела на него и спросила: «Почему вы изменили имя в свидетельстве о рождении ребенка?» Темные глаза Говарда Джеффри сверкнули зловещим блеском, губы изогнулись в едва заметную дугу: «Вы так далеко, я вас не слышу». Он её прекрасно слышал! Бекка подошла на метр ближе: "Это нормально?" Говард Джеффри выглядел недовольным: «Неужели на мне заразная чума?» Чувствуя себя беспомощной, Бекка сделала еще один шаг вперед, оставив между ними расстояние менее метра. "Теперь довольна?" Никто не ожидал, что в этот момент Говард Джеффри протянул свою длинную руку, обхватил ее тонкую талию и притянул к себе в объятия. Внезапно оказавшись в его объятиях, Бекка вздрогнула и инстинктивно вырвалась: «Отпусти меня, сумасшедший!!» Говард Джеффри крепче обнял ее сзади, его горячее дыхание коснулось ее быстро покрасневшей щеки, а тихим голосом прошептал ей на ухо: "Ты меня так сильно не любишь?" «Я вызову помощь». "Вперед, продолжать." "Извращенец, извращенец…" Бекка действительно громко крикнула. Прежде чем кто-либо из соседей успел выйти из-за криков Бекки, Говард Джеффри неохотно отпустил ее, его взгляд был прикован к ней, когда она быстро отошла от него и ледяным тоном сказала: «Пытаетесь со мной что-то обсудить? Кажется, у вас нет ни капли искренности». Бекка сердито сказала: «Мы подписали соглашение. Вы не имеете права вмешиваться в то, как я назову ребенка». «Когда я вообще говорил, что у ребенка может быть фамилия Квентин?» Встретившись с холодным взглядом Говарда Джеффри, Бекка вдруг кое-что поняла. Конечно, как он мог позволить ребенку носить фамилию Квентин? Она лучше всех знала, как сильно он ненавидит семью Квентин. Даже если бы она могла понять его мысли, у неё не было выбора. «Он мой сын; его можно звать только Джеффри», — добавил Говард Джеффри. «Говард Джеффри, ты постоянно появляешься передо мной. Чего ты на самом деле хочешь? Я думала, что вопросы, касающиеся ребенка, уже были улажены, когда мы подписали соглашение, но почему ты все еще зациклен на фамилии ребенка? Разве тебя не устраивает то, что его зовут не Джеффри?» Хотя на лице Бекки читалось спокойствие, кончик ее носа все равно слегка пощипывал. Она не понимает, почему он до сих пор продолжает приходить и доставлять ей неприятности. Если бы он действительно заботился об этом ребенке, он бы не заключал с ней такое соглашение, тем более не пропустил бы момент его рождения. Хотя жаловаться было бессмысленно, за последний месяц каждое воспоминание о родах, когда она с трудом подавляла сильное желание, чтобы он был рядом, до сих пор причиняет ей боль в сердце. В то время как она переживала трудные роды, он сиял от гордости на свадьбе… О, какой ироничный финал… «Бекка, можно нам немного времени, чтобы сесть и поговорить о нас?» Услышав слабый вздох от ее слов, Говард Джеффри смягчил тон и заговорил мягко. «Нет…» — Бекка опустила затуманенные слезами глаза и решительно покачала головой. — «Говард Джеффри, умоляю вас, отпустите меня… Даже если семья Квентина была должна семье Джеффри, теперь все выплачено. Вы боитесь, что я использую ребенка, чтобы угрожать вам в будущем, но я подписала с вами соглашение. Я сделала все, что нужно; чем еще вы недовольны?» Говард Джеффри подошел к ней и спросил: «Вы думаете, я ищу мести?» Увидев его так близко, с его высоким ростом, Бекка в оцепенении отступила назад, сдерживая слезы, подступавшие к глазам. Глядя на некогда пленительное красивое лицо, она медленно произнесла: «Если это не месть, то что тогда? Не говори мне, что это привязанность, мне это покажется отвратительным!» «Неужели мои слова ничего не значат для твоего сердца?» Ее слова ранили и его. «Нет, я всегда очень ценила твои слова, как, например, когда ты сказал "Я люблю тебя", проявив искренние эмоции; я восприняла это всерьез…» Она призналась, что иронизировала над ним. ---------- Главы 229–125: Несчастливые отношения между сестрой Куинн и мистером Джонсом 1_2 В этот момент ее сердце действительно болело. Воспоминания о прошлом были подобны безжалостному вскрытию незажившей раны. Говард Джеффри замолчал. Ребекка Квентин отвернула лицо, шмыгнула носом, а затем спокойно посмотрела на него: «Просто скажите мне прямо, что я должна сделать, чтобы вы не меняли имя ребенка?» Важно знать, что в будущем регистрация ребенка будет основываться на свидетельстве о рождении, поэтому имя в этом свидетельстве будет именем ребенка. Если ребенок действительно носит фамилию «Джеффри», как она объяснит эту фамилию ребенку в будущем? Говард Джеффри молча размышлял. Учитывая её характер, она вряд ли примет его в ближайшее время, особенно сейчас, когда ей совсем не хочется слушать его объяснения… Теперь оставалось только действовать согласно его первоначальному плану, постепенно… Как бы трудно это ни было, он больше не позволит ей отходить от него ни на шаг. «Хорошо…» — Говард Джеффри искоса взглянул на неё, — «Тогда я не буду ходить вокруг да около… Ты должна знать, что от моего брата нет никаких вестей с тех пор, как он пропал, прошло уже больше шести месяцев. Моя мама очень за него волнуется. Ты единственный человек, который может связаться с ним и заставить его появиться, поэтому я хочу, чтобы ты уговорила его явиться». Итак, это снова было делом мистера Джонса. На самом деле, даже если бы он не спросил, она бы всё равно планировала вскоре связаться с мистером Джонсом. Раньше, из-за беременности и родов, у нее не было времени заниматься другими делами, но теперь ей нужно было разобраться с этим вопросом, потому что она не хотела, чтобы сестра откладывала это еще дольше. «Хорошо, я постараюсь это осуществить, и, пожалуйста, сдержи своё обещание». У неё не было причин не соглашаться на то, что могло бы быть взаимовыгодным. Ребекка Квентин не знала, что Говард Джеффри хотел, чтобы она выманила Скайлера Джонса не только ради миссис Джеффри, но и для того, чтобы Скайлер Джонс мог быстро разрешить свою сложную и неразрешенную ситуацию с Кристин Куинн. Самое главное, пока Скайлер Джонс был на виду, у Кристин Куинн, возможно, не было бы времени вмешиваться в его отношения с Ребеккой Квентин. Ничего не говоря, Говард Джеффри открыл дверцу машины и сел в автомобиль. Ночь. После душа в обветшалой ванной комнате отеля Говард Джеффри вышел оттуда, чувствуя себя отдохнувшим. Настроение после душа должно было быть хорошим, но, снова оказавшись в этой пустой комнате и на этой холодной кровати, Говард Джеффри внезапно потерял самообладание. Он подошел к кровати и, как обычно, взял телефон, лежащий на тумбочке. Изначально он просто хотел посмотреть, что она делает в тот момент, но увиденное, когда он открыл видео, заставило его затаить дыхание… Она фактически раздевалась. В тусклом янтарном свете она сняла верхнюю часть одежды, оставшись только в нижнем белье. Она распустила волосы, которые собирала в пучок для удобства ухода за ребёнком, и её блестящие чёрные волосы ниспадали вниз. Приглушенный свет падал на ее кожу, гладкую, как крем. От одной только этой сцены у него кровь закипела… Сразу после этого она потянулась за спину, чтобы расстегнуть застежку бюстгальтера. Сегодня на ней было черное кружевное белье. Она отдавала предпочтение кружеву, поэтому большая часть ее нижнего белья была кружевной, как правило, черного или белого цвета. Камера снимала ее со спины, поэтому, когда она сняла бюстгальтер, он мог видеть только ее гладкую спину и стройную талию, которую можно было обхватить одной рукой. Ее фигура осталась прежней… Даже после родов она оставалась совершенно безупречной. Его тело легко реагировало на подобную сцену, вызывая вспышки воспоминаний об их прежних нежных моментах… Он пристально смотрел, желая прямо сейчас бросить её на большую кровать позади неё… Одновременно с этим, после душа, Ребекка Квентин наносила на талию восстанавливающую мазь после родов, чтобы помочь матке сократиться и организму восстановиться. Хотя ее фигура почти не изменилась, некоторые последствия все же были, например, живот не полностью уменьшился, а грудь слегка обвисла… Ей были необходимы эти средства для поддержания упругости кожи, чтобы предотвратить ухудшение ее фигуры в будущем. Тук-тук Раздался стук. "Приходящий." Снова одевшись, Ребекка Квентин открыла дверь. Кристин Куинн стояла там, держа на руках уже спящего малыша Энди, и прошептала: «Я уложила его спать…» Ребекка Квентин нежно взяла его на руки и поцеловала в румяную щечку малыша, пока он спал: «Говорят, что в этом возрасте дети много спят, но он хочет с кем-нибудь поиграть, а сейчас только спит. Он такой маленький проказник…» Кристин Куинн усмехнулась: «Неужели вы думали, что уход за ребенком будет таким простым?» «Сестра, тебе тяжело возвращаться домой с работы и при этом еще и помогать мне успокаивать малышку», — извиняющимся тоном сказала Ребекка Квентин. Кристин Куинн бросила на сестру сердитый взгляд: «Моя работа — делопроизводство, совсем не утомительная… Это ты весь день занята с ребенком. Если бы не немного свободного времени, которое появляется после моего возвращения, у тебя, наверное, даже не было бы времени принять ванну и переодеться». "Хе-хе…" Как бы утомительно это ни было, ради ребёнка это того стоило. «Хорошо, я знаю, ты готова на всё ради ребёнка… Отдохни пораньше, я пойду в свою комнату и приму душ». "Сестра!!" Кристин Куинн обернулась: "Хм?" Ребекка Квентин медленно произнесла: «Поскольку Энди спит, я хотела бы с тобой поговорить». "Конечно." «Входите и садитесь». Ребекка Квентин и Кристин Куинн сидели у кровати и болтали, пока маленький Энди крепко спал в кроватке. «Бекка, как дела?» — первой заговорила Кристин Куинн. «Сестра, мне сейчас двадцать семь, и я помню, как ты говорила, что ты на два года старше меня, а это значит, что тебе почти…» Кристин Куинн в шутку перебила: «Зачем обсуждать такую ​​печальную тему? Возраст женщины должен быть секретом». «Нет, сестра, я хочу тебе кое-что сказать». "Хм?" «Я связался с мистером Джонсом». При упоминании этого человека прежде улыбающееся лицо Кристин Куинн мгновенно стало несколько напряженным. "Бекка, уже довольно поздно, и Мари не может уснуть без меня…" Ребекка Квентин остановила Кристин Куинн, когда та собиралась встать, и серьезно сказала: «Сестра, ты не можешь продолжать избегать этого вопроса…» Кристин Куинн была вынуждена снова сесть, улыбка исчезла с ее лица, выражение ее лица стало бледным и напряженным: «Я не избегаю этой темы, но сейчас нет необходимости поднимать этот вопрос, моя жизнь не имеет к нему никакого отношения». «Но он же отец Мари». «Он не мой, Мари принадлежит только мне». «Сестра, как бы ты ни отрицала, факт кровного родства уже установлен». Кристин Куинн покачала головой: «Какое значение имеет кровное родство? Как и вы с Говардом Джеффри, маленький Энди — ваш ребенок, так почему же вы избегаете того, чтобы маленький Энди имел связи с Говардом Джеффри?» ---------- Главы 230–126: Несчастливые отношения между сестрой Цинь и мистером Джонсом (Часть 2) «Мистер Джонс — это мистер Джонс, Говард Джеффри — это Говард Джеффри, это два совершенно разных человека… Я понимаю мистера Джонса, он человек, который работает скрупулезно и добросовестно, и относится к людям мягко и доброжелательно. У него нет высокомерного и надменного поведения Говарда Джеффри; он очень общительный и добродушный». Кристин Куинн пришла в восторг: «Это только по отношению к тебе!!» «Нет, сестрёнка, это его обычное отношение к людям, независимо от того, кто это». Ребекка Квентин сказала это, и Кристин Куинн холодно улыбнулась: «Добрый, общительный? Бекка, ты забыла, что я тебе говорила?» «Я не забыла, но думаю, что есть много моментов в ваших отношениях, которые не обсуждались открыто. Возможно, произошло недоразумение?» «Что за недоразумение?» Чтобы не потревожить крепко спящего Эндрю, Кристин Куинн попыталась подавить бурные эмоции и тихо сказала: «Когда я впервые встретила его, я подумала, что нашла луч солнца, осветивший мой темный мир. Я считала его всем для себя, поэтому все, что он просил, я делала… Он обманул меня, сказав, что между ним и Говардом Джеффри существует непримиримая ненависть, и хотел, чтобы я была рядом с Говардом Джеффри, привлекала его внимание, постоянно докладывала о каждом его шаге, чтобы найти его слабое место. Чтобы победить, я согласилась… Я делала все, что могла, чтобы наконец стать его девушкой. Хотя он боялся, что Говард Джеффри что-то заподозрит, когда больше никогда со мной не встретится, я не чувствовала никакой обиды. Я лишь думала, что пока Говард Джеффри проигрывает, я могу вернуться к нему…» Кристин Куинн сделала паузу, а затем, немного успокоившись, продолжила: «А вы знаете, что произошло потом…» После того, как Кристин Куинн сошлась с Говардом Джеффри, произошёл несчастный случай, в результате которого она подверглась сексуальному насилию. В то время Кристин Куинн потеряла мужество жить; она отправилась на поиски Скайлер Джонс, но Скайлер Джонс избегала встречи с ней. В то время Кристин Куинн ещё наивно полагала, что Скайлер Джонс презирает её за её изуродованное тело, поэтому, хотя Кристин Куинн чувствовала себя обиженной и огорчённой, она никогда не жаловалась на него. Кристин Куинн изначально хотела расстаться со Скайлер Джонс и всё подробно объяснить Говарду Джеффри, но неожиданно обнаружила, что беременна… Ребёнок, естественно, принадлежал Скайлеру Джонсу, но его бессердечное отношение к Кристин Куинн огорчило её, поэтому она не сообщила Скайлеру Джонсу о беременности. Неожиданно Говард Джеффри быстро узнал о беременности Кристин Куинн… Поскольку Кристин Куинн всегда обманывала Говарда Джеффри, говоря ему, что она больна и не может заниматься сексом, Говард Джеффри предположил, что беременность стала следствием нападения, и решил проявить сострадание. В то время Кристин Куинн понятия не имела, что Говард Джеффри давно подозревал, кто она. Она искренне верила, что Говард Джеффри оставил ребенка у себя, потому что любил ее. Столкнувшись с необходимостью заработать деньги на роды, Кристин Куинн решила остаться с Говардом Джеффри. Поначалу Кристин Куинн не испытывала сильного чувства вины, но по мере того, как Говард Джеффри относился к ней все лучше и лучше, Кристин Куинн постепенно перестала обманывать его с чистой совестью. Как раз когда Кристин Куинн хотела во всем признаться Говарду Джеффри, снова появилась Скайлер Джонс… При повторной встрече со Скайлер Джонс Кристин Куинн уже была разочарована… Но любить кого-то обычно не в силах контролировать… Поддавшись уговорам Скайлера Джонса, Кристин Куинн снова упала ему в объятия и согласилась и дальше быть его пешкой. Чтобы проверить Скайлера Джонса, Кристин Куинн также не упомянула ему о ребенке. В последующие годы Кристин Куинн поддерживала минимальный контакт со Скайлером Джонсом. Позитивные качества, которые Говард Джеффри проявил к Кристин Куинн, становились все более очевидными… Он не только помог ей получить лечение, но и помог ей отомстить. Сейчас она знает, что Говард Джеффри сделал все это только для того, чтобы разорвать ее связи с семьей Квентин, но это уже другая история. Кристин Куинн продолжала играть роль девушки Говарда Джеффри, пока не узнала, что Скайлер Джонс закрутила роман с Ребеккой Квентин… Кристин Куинн почувствовала ревность и пошла искать Скайлер Джонс. Скайлер Джонс объяснила Кристин Куинн, что Ребекка Квентин была женщиной Говарда Джеффри, поэтому он хотел использовать Ребекку Квентин, чтобы сдержать Говарда Джеффри. Кристин Куинн поверила ему и продолжала оставаться рядом с Говардом Джеффри, наблюдая за ним. Однако вскоре стало известно, что Скайлер Джонс сделал предложение Ребекке Квентин. Только тогда Кристин Куинн поняла, что Скайлер Джонс никогда не был с ней честен… В то время как Кристин Куинн хотела найти Скайлер Джонс, чтобы узнать правду, Ребекку Квентин отвезли на остров Пена. К тому времени Кристин Куинн уже была взволнована, поэтому, когда Говард Джеффри отправился на остров Фоум, она сбежала на «Оверски»… ---------- Главы 231–126: Несчастливые отношения между сестрой Куинн и мистером Джонсом 2_2 Кристин Куинн понятия не имела, что Говард Джеффри уже тогда подозревал Скайлер Джонс в ненадлежащем отношении. Когда Кристин действительно отправилась на поиски Скайлер, Говард наконец смог подтвердить её личность. Итак, вернувшись с острова Фоум вместе с Ребеккой Квентин, Говард решил откровенно поговорить с Кристин… Кристин Куинн сначала опасалась, что испортит планы Скайлер Джонс. Неожиданно она узнала от Говарда, что Скайлер на самом деле была организатором ее изнасилования, потому что, будучи дочерью Александра Квентина, Скайлер использовала Кристин, одновременно мстя ей… Кристин почувствовала, что весь ее мир рухнул, поэтому она позвонила Скайлер Джонс. В ту ночь Скайлер признался во всех своих преступлениях… Рано следующим утром Кристин не удержалась и отправилась на поиски Скайлер… Думая о том, как Скайлер послала кого-то, чтобы изнасиловать её, Кристин хотелось разорвать Скайлер на куски… Однако как Кристин могла составить конкуренцию Скайлеру? В итоге она лишь разорвала с ним отношения. Наконец, Кристин вернулась в Нью-Йорк одна, быстро собрала вещи и переехала в Олтон… Спустя мгновение Ребекка вздохнула и посоветовала: «Сестра, я внимательно всё вспомнила, что ты мне рассказывала, но я нигде не слышала, чтобы ты говорила, что у тебя был серьёзный разговор с мистером Джонсом. Думаю, тебе действительно стоит выслушать его объяснения». Кристин выругалась вслух: «Он мне всё признался, неужели мне нужно ещё провоцировать этого ублюдка?» «Мистер Джонс, которого я знаю, никогда бы так не поступил. Я думаю, что за этой историей с посыланием кого-то для нападения на вас кроется нечто большее. Кроме того, если окажется, что он действительно послал кого-то это сделать, он должен понести юридическую ответственность. Нет никаких причин оставлять такого плохого человека безнаказанным!» Кристин сглотнула комок в горле: «Я больше не хочу этого продолжать, Бекка. Разве не лучше жить в мире?» Ребекка прямо заявила: «Тот факт, что вы не желаете привлечь его к ответственности за содеянное, показывает, что вы никак не можете это забыть!» Кристин продолжала качать головой: «Я уже отпустила это, Бекка…» Ребекка осторожно положила руки на плечи Кристин, посмотрела на нее с болью и тихо сказала: «Ты думаешь, я не знаю, что под твоей кроватью лежат газеты и журналы с мистером Джонсом на обложке? А в твоем ящике лежит кольцо. Я знаю, что оно от мистера Джонса, потому что на нем переплетены твои инициалы с его…» Кристин резко подняла заплаканные глаза: «Бекка…» «После того, как мистер Джонс узнал, что у вас есть его ребенок, он на так долго исчез, а это значит, что эта история взволновала его. Может, ему не все равно?» «Как ему может быть не все равно? Его волнует только ты…» — с болью произнесла Кристин. Ребекка утешала: «Сестра, пожалуйста, не обращай внимания на чувства мистера Джонса ко мне. Ты когда-нибудь думала, что, возможно, из-за того, что мы, как сестры, так похожи, его чувства ко мне могут исходить от тебя… И я упорно сомневаюсь, что мистер Джонс послал кого-то, чтобы напасть на тебя; мистер Джонс, которого я знаю, никогда бы так не поступил». Кристин продолжала качать головой, не желая мириться с такой возможностью. Ребекка продолжила: «Я уже отправила сообщение мистеру Джонсу. Если он его получит и приедет сюда, надеюсь, вы сможете хорошо поговорить». Кристин больше не говорила; слезы текли ручьем от горя… Сегодня, пока Кристин отдыхала, Ребекка решила выйти и поискать работу. Пока Кристин присматривала за ребёнком, Ребекка чувствовала себя спокойно. Поэтому рано утром она переоделась в деловую одежду и решила уехать пораньше, чтобы посетить несколько собеседований. Несмотря на небольшие размеры города, чтобы найти работу, нужно было ехать в самый оживленный его район. Ребекка не умела водить машину, поэтому ей ничего не оставалось, как идти пешком. Ребекка сегодня чувствовала себя прекрасно, потому что, проверив утром электронную почту, она обнаружила ответ от Скайлера Джонса. Хотя это была всего лишь многоточие, оно её очень обрадовало. По какой-то причине, с того самого дня, как она познакомилась со Скайлером Джонсом, она всегда считала его неплохим человеком. Даже узнав о его поступках от Кристин, Ребекка оставалась скептически настроена. Ее мнение о Скайлере было таким же, как и о Говарде Джеффри. Хотя оба питали неприязнь к семье Квентин, они не стали бы совершать такие ужасные поступки. Более того, Скайлер не рос с миссис Джеффри, поэтому его неприязнь к семье Квентин была не такой глубокой, как у Говарда. Таким образом, Скайлер, возможно, способен отбросить межпоколенческую ненависть, чтобы быть с Кристин… Она искренне надеялась на позитивное развитие отношений между Скайлером и Кристин. Визг— Внезапно в ушах Ребекки раздался звук торможения. Ее мысли прервались, и Ребекка инстинктивно остановилась, чтобы посмотреть на машину, которая остановилась рядом с ней. Она уже несколько раз видела эту машину и была с ней знакома… И действительно, окно опустилось, и в поле ее зрения появилось красивое лицо Говарда Джеффри. Прежде чем Ребекка успела что-либо сказать, Говард уже повернулся к ней и низким, приятным голосом произнес: «Садись в машину». Лицо Ребекки исказилось от явного недовольства. Взгляд Говарда переместился вперед, и он небрежно заметил: «Или вы хотите, чтобы я пошел в больницу и поговорил с директором?» Ребекка пришла в ярость: «Разве мы уже не договорились? Я найду способ найти мистера Джонса». Длинные черные глаза Говарда сузились в линию, когда он посмотрел на Ребекку, на его губах играла озорная улыбка. «Я никогда не подписывал никаких соглашений. Если вы меня разочаруете, я могу в любой момент передумать». «Ты!!» — возмущенно воскликнула Ребекка. — «Как ты можешь нарушить свое слово?» Говард рассмеялся: «Как я мог нарушить своё слово? Я всего лишь хотел пригласить тебя в машину и рассказать мне, как ты ищешь Скайлер Джонс, это займёт всего несколько минут твоего времени, а ты всё ещё отказываешься». Услышав это, Ребекка медленно подавила гнев и спросила: «Всего несколько минут?» "Конечно." Ребекка беспомощно взглянула на небо, а затем направилась к машине. Когда Ребекка уже собиралась открыть заднюю дверь, Говард сказал: «Переднее пассажирское сиденье». Ребекка прикусила губу, затем открыла переднюю пассажирскую дверь и села в машину. Взгляд Говарда остановился на холодном, расстроенном лице Ребекки, на губах появилась улыбка: «Неужели ты не можешь хотя бы взглянуть на меня по-доброму?» «Что вы хотите спросить? Поторопитесь.» «Давайте сменим место!» Во время разговора Говард хотел пристегнуть ремень безопасности Ребекки, но когда ремень двинулся по ее груди, его взгляд внезапно задержался на ней, и он замер, не пристегивая ремень. Ребекка уже собиралась отклонить предложение Говарда сменить место встречи, но заметила, что Говард смотрит ей в грудь. Ребекка проследила за его взглядом и посмотрела на себя. ---------- Глава 232-127: Джеффри играет нечестно 1 На удивление, белая рубашка, которую она сегодня надела, оказалась расстегнута в самом уязвимом месте на груди, и Говард Джеффри, находясь на своем нынешнем месте работы, случайно увидел под ней ее черное нижнее белье. Боже мой… Ребекка Квентин поспешно застегнула расстегнутую пуговицу на бюстгальтере, на ее лице читалось смущение. Говард Джеффри сделал вид, что сохраняет спокойствие, продолжая помогать ей пристегнуть ремень безопасности, а затем завел машину. "Куда мы идём?" Говард Джеффри смотрел прямо перед собой и говорил: «Отвезем вас в прекрасное место». Ребекка Квентин тут же забеспокоилась: «Вы же сказали, что это займет всего несколько минут». Говард Джеффри ответил в своём темпе: «О, возможно, мои несколько минут и ваши несколько минут — это немного разные вещи». «Как ты можешь так себя вести?» — в ярости воскликнула Ребекка Квентин. «Веди себя хорошо, дорога займет всего час. Можешь либо жаловаться мне в машине, а я сделаю вид, что не слышу, либо успокоиться и насладиться прекрасными пейзажами по пути». «Не жди, что в следующий раз сможешь меня так обмануть!!» — сердито повернула голову Ребекка Квентин и посмотрела в окно. Говард Джеффри многозначительно улыбнулся. В машине постепенно воцарилась тишина; в замкнутом пространстве эта тишина почти позволяла им слышать дыхание друг друга. Прошло много времени с тех пор, как она находилась с ним в такой непосредственной близости; его запах ничуть не изменился, по-прежнему был едва уловимо приятным, сохраняя в себе что-то знакомое. «Как мне сделать так, чтобы ты перестала меня ненавидеть?» Внезапно тишину в машине нарушил тихий, отстраненный, хриплый голос Говарда Джеффри. Ребекка Квентин смутно расслышала голос Говарда Джеффри, но не смогла четко разобрать, что он сказал, и не ответила. В салоне автомобиля снова воцарилась тишина. Ребекка Квентин рассеянно любовалась пейзажами по дороге, пока машина не остановилась, и только тогда она поняла, что он привёз её на потрясающий пляж. Говард Джеффри тихо произнес: «Мы здесь». Ребекка Квентин отстегнула ремень безопасности и первой вышла из машины. Ее взгляду предстала прекрасная картина: голубое небо и лазурное море, горизонт, сливающийся с водой. Стоя на мягком песке, Ребекка Квентин с трудом могла поверить всему, что происходило перед ней. Это море поистине прекрасно… Бескрайнее синее море, соленый и влажный морской воздух, нежный белый пляж и разнообразные скалы вдоль берега. Его красота заключалась в ощущении изоляции от остального мира, словно его никогда не тревожили, все выглядело таким естественным. Это чувство было точно таким же, как когда-то на том острове… В какой-то момент Говард Джеффри подошел к Ребекке Квентин и мягко спросил: «Тебе здесь нравится?» Внезапный голос вырвал Ребекку Квентин из воспоминаний об острове, напомнив ей, что все события на острове, произошедшие с ним, были тщательно спланированы им. Она невольно почувствовала прилив гнева и душевной боли. Ребекка Квентин резко обернулась и холодно сказала: «Нет, мне это не нравится!!», после чего ушла. Когда Ребекка Квентин уже собиралась уходить, Говард Джеффри, как нельзя кстати, схватил её за руку… Ребекке Квентин пришлось остановиться. Как раз в тот момент, когда она уже собиралась выйти из себя, Говард Джеффри внезапно крепче обнял ее. "Привет…" Прежде чем Ребекка Квентин успела вырваться, Говард Джеффри уже прижал ее к своей крепкой груди, не оставив ей места для движения и заставив оставаться в его объятиях. Он положил голову ей на плечо и вдруг тихо произнес: «Бекка, можем мы начать все сначала?» Услышав эти слова без предупреждения, тело Ребекки Квентин слегка задрожало, но в следующую секунду она отчаянно вырвалась из его объятий, ее слова были безжалостно резкими: «Невозможно». Говард Джеффри нежно поцеловал Ребекку Квентин в щеку, его низкий, хриплый голос, смешанный с оттенком уныния, звучал так: «Бекка, если ты хочешь, чтобы я в этой жизни избавился от ненависти к твоим родителям, я не могу этого сделать, но что касается тебя, я еще более бессилен». «Перестань больше говорить мне такие вещи…» Когда-то она легко попадала в его хитрые ловушки, снова и снова получая от него боль, но теперь Ребекка Квентин больше не чувствовала никаких эмоций, а лишь в полной мере осознавала причиненную им боль, понимая, что она достаточно глубока и сильна, чтобы хватило на всю жизнь. Говард Джеффри не произнес ни слова, лишь продолжал крепко обнимать Ребекку Квентин. Не сумев вырваться, Ребекка Квентин беспомощно размахивала кулаками, ударяя Говарда Джеффри по его крепкой спине, не обращая внимания на силу своих ударов. Казалось, Говард Джеффри не испытывал боли, лишь продолжал крепко обнимать её, позволяя ей в этот момент отчётливо слышать биение его сердца… Никто не знал, сколько времени прошло, прежде чем Ребекка Квентин постепенно остановила движения кулаков. Ее голос все еще был мутным, отвергающим, но уже звучала усталость: «Отпустите меня…» ---------- Глава 233 - 127: Джеффри ведет себя бесстыдно (1_2) После того, как Ребекка Квентин перестала бороться, Говард Джеффри прошептал: «Зачем прекращать бороться?» Ребекка Квентин не ответила. "Болит?" Ребекка Квентин постепенно замолчала. Говард Джеффри поцеловал волосы Ребекки Квентин, и только когда она тихонько прижалась к нему в объятиях, он медленно отпустил её. «Посмотри на меня». Ребекка Квентин не отстранилась сразу, выглядела уставшей, стояла неподвижно и качала головой. «Я хочу, чтобы ты увидела, какой я сейчас», — хрипло произнес Говард Джеффри, не отрывая взгляда от ее печального лица, полного глубокой тоски. «Дай мне шанс загладить свою вину». «Это невозможно…» — Ребекка Квентин отвернула голову. — «Когда-то я верила в тебя, хотела быть с тобой любой ценой, но ты жестоко разрушил мою мечту, научил меня, что такое настоящее самообман… Теперь я больше не могу смотреть на тебя так, как раньше…» Мрачные слова Ребекки Квентин поразили Говарда Джеффри, словно удар кнута. Он на мгновение закрыл глаза: «Я знаю, Бекка, это я изменил тебя». «Если вы это знаете, что вы все еще хотите сказать?» «Я уже не тот человек, каким был раньше». Ребекка Квентин, казалось, вздрогнула, но ее густые ресницы оставались опущенными, она отказывалась смотреть на него. Не в силах вынести душевную боль, Говард Джеффри несколько раз сжимал и разжимал кулаки, прежде чем, наконец, набравшись смелости, схватил ее за плечи, поднял подбородок и заставил встретиться с ним взглядом. «Знаете, почему я выбрал 30 ноября в качестве даты свадьбы?» — тихо спросил Говард Джеффри. «Я не хочу знать». «Ты должна знать, потому что в тот день я не ожидал свадьбы с Элис Робинсон, а надеялся на небесный повод, чтобы отказаться от ненависти и быть с тобой, несмотря ни на что». Услышав это, тело Ребекки Квентин сильно задрожало, сердце заколотилось, но она не смогла произнести ни слова. "В тот день я…" «Довольно, Говард Джеффри, заткнись, я не хочу это слышать…» Ребекка Квентин наконец отступила назад, создавая дистанцию ​​между ними, опустив взгляд и выдавив из себя: «Что бы ты ни говорил, я больше никогда в это не поверю… Между нами нет никакого шанса». Ребекка Квентин продолжала отступать, пока не ударилась спиной о машину. Когда Говард Джеффри попытался приблизиться к ней, она в следующую секунду развернулась и убежала… "Черт возьми!!" Тяжелый кулак ударил по машине, когда Говард Джеффри, наблюдая за исчезающей фигурой Ребекки Квентин, бросился в погоню. На обочине дороги Говард Джеффри видел, как она постоянно пыталась остановить проезжающие мимо автомобили. Говард Джеффри подбежал и схватил её: «Я отвезу тебя обратно». «Не нужно, я сам поеду на такси». Столкнувшись с упрямством Ребекки Квентин, Говард Джеффри с легким недовольством произнес: «Здесь нет такси». «Если их не будет, я вернусь один». "Разве ты не видел, что сейчас пойдет дождь?" На побережье погода всегда быстро меняется; хотя только что было ясно, теперь небо затянулось тучами, температура резко упала, и с моря подул холодный ветер. Ребекка Квентин, одетая только в белую рубашку, естественно, ощутила заметный холод. Зима в Алтоне не очень холодная, обычно достаточно двух слоев одежды, но сегодня утром, чтобы произвести хорошее впечатление на собеседовании, Ребекка Квентин не надела куртку, даже не представляя, что встретит Говарда Джеффри. Несмотря на то, что от резкого понижения температуры ее тело уже слегка дрожало, Ребекка Квентин упрямо ответила: «Даже если пойдет дождь, мне не нужна твоя забота!» "Тогда оставайся здесь!" Раздраженный ее неоднократным настойчивым сопротивлением, Говард Джеффри наконец рассердился и в ярости ушел. После ухода Говарда Джеффри Ребекка Квентин крепко обняла дрожащее тело, надеясь, что появится машина, которая увезет ее, но ни одна частная машина не проехала по дороге. Ребекка Квентин хотела позвонить в такси, но поняла, что сумка, которую она несла, находится в машине Говарда Джеффри. Раздраженная, Ребекка Квентин невольно взглянула на пляж позади себя. Говард Джеффри и его машина там уже отсутствовали… Он действительно ушёл!! В измученном сердце Ребекки Квентин разлилось необъяснимое чувство утраты, она прикусила губу, заставляя себя не обращать на это внимания. Внезапно начался ливень… Почти сразу после начала дождя знакомый автомобиль остановился у ног Ребекки Квентин. Несмотря на дождь, Говард Джеффри выскочил из машины, схватил ее за руку и сказал: «Садись». Ребекка Квентин, удивленная появлением Говарда Джеффри, с трудом вырвалась из его рук, но холодно ответила: «Мне не нужно ваше внимание!» Говард Джеффри стиснул зубы и сказал: «Черт возьми, ты что, предпочитаешь стоять здесь под дождем, чем пойти со мной?» Ребекка Квентин повернула голову в сторону. "Хорошо…" — раздраженно выплюнув это слово, Говард Джеффри вернулся к машине. Дверь машины с громким "хлопком" захлопнулась. Ребекка Квентин закрыла глаза, обнимая свое промокшее под дождем тело, и ее сердце сжалось от неописуемой боли. Но тут из машины снова вышел Говард Джеффри… Услышав звук, Ребекка Квентин не увидела, кто подошел, но ее тело уже подняли, и прежде чем она успела что-либо понять, Говард Джеффри поднял ее и направился к машине. Открыв дверцу машины, Говард Джеффри быстро поместил Ребекку Квентин в салон автомобиля. Ребекка Квентин едва успела произнести хоть слово, как Говард Джеффри уже завел машину и нажал на педаль газа. В хижине было тепло, и холод быстро сошёл с рук Ребекке Квентин, из-за чего ей совсем не хотелось спорить с Говардом Джеффри. Говард Джеффри заметил, что Ребекка Квентин постоянно сутулилась, поняв, что ее одежда полностью промокла: белая рубашка стала прозрачной от дождя, слегка обнажая кожу, и даже черное кружевное белье было отчетливо видно на ее незащищенной груди. "Холодно?" — вслух спросил Говард Джеффри. Ребекка Квентин выглянула в окно и ничего не ответила. Говард Джеффри продолжил: «На заднем сиденье есть одежда, которую можно взять и надеть, если вам холодно». Ребекка Квентин инстинктивно взглянула на заднее сиденье, где лежал его пиджак. Хотя ей и хотелось взять и надеть этот пиджак, из упрямства она сделала вид, что не видит его. Говард Джеффри отметил решительное нежелание Ребекки Квентин иметь с ним ничего общего, а в его глазах мелькнула нотка недовольства. В этот момент у Ребекки Квентин зазвонил телефон. Ребекка Квентин быстро взяла свою сумку и достала из нее телефон. "Привет, сестрёнка…" «Бекка, где ты сейчас?» ---------- Главы 234–128: Джеффри играет грязно 2 «Я… я на собеседовании!» «Я только что посмотрел новости и узнал, что сегодня приближается тайфун… Уже идёт дождь, и погода может ухудшиться. Тебе лучше взять такси и не идти на интервью. Я беспокоюсь, что ты останешься там один». "О, тайфун?" "Да, только не попади под дождь!" "Ладно, ладно, я сейчас же возвращаюсь!" Закончив разговор, Ребекка Квентин убрала телефон в сумку. Она уже собиралась рассказать Говарду Джеффри о тайфуне, когда увидела, как он заезжает на машине в придорожный мотель. «Что мы здесь делаем?» Говард Джеффри остановил машину и, взглянув на мокрое тело Ребекки Квентин, спросил: «Ты собираешься ехать домой в таком виде?» Заметив, что взгляд Говарда Джеффри прикован к ее верхней части тела, Ребекка Квентин тут же обняла себя. Когда она ответила на звонок ранее, она забыла о своей мокрой рубашке, а теперь, пытаясь прикрыть ее перед Говардом, было явно слишком поздно. Увидев слегка покрасневшее лицо Ребекки Квентин, Говард Джеффри не позволил ей почувствовать себя неловко, а сделал вид, что не замечает. «Прими душ и переоденься здесь, а я отвезу тебя домой позже». Ребекка Квентин ответила: «Не нужно, просто отвезите меня домой прямо сейчас!» «Ты вот так заболеешь». Она только что родила и уже была слаба; если она заболеет, это непременно повлияет на ее состояние в будущем. "Со мной всё будет в порядке…" Как только Ребекка Квентин закончила говорить, она дважды чихнула подряд. Говард Джеффри уже вышел из машины и достал пиджак с заднего сиденья. Эти чихания напугали Ребекку Квентин. Дорога обратно займет больше часа, и если она действительно заболеет, то не сможет ухаживать за ребенком, а это было бы недопустимо! Учитывая ее состояние, Ребекка Квентин неохотно вышла из машины вместе с Говардом Джеффри. Как только она вышла, ее плечи были прикрыты пиджаком от Говарда Джеффри… Большой пиджак не только согревал ее, но и удобно прикрывал прозрачную рубашку. Вполне естественно, что Говард Джеффри обнял Ребекку Квентин за талию и под дождем направился к мотелю. Персонал мотеля заметил их и тут же подошел с зонтом… Войдя в мотель, сотрудница на ресепшене увидела Говарда Джеффри и, мгновенно ошарашенная, обратила на него внимательное обслуживание: «Сэр, чем я могу вам помочь?» Говард Джеффри взглянул на Ребекку Квентин, которая отошла на некоторое расстояние, тихо отступив в сторону и поправив одежду, словно не желая иметь с ним никаких дел, и жестом подозвал к себе сотрудницу ресепшена. Сотрудница на ресепшене, заметив жестикулирующего симпатичного мужчину и отметив представительную манеру поведения Говарда Джеффри, немедленно подошла к нему. «В вашем мотеле остался только один номер?» Сотрудница на ресепшене, ничего не понимая, честно ответила: «Нет, потому что сегодня тайфун, туристов немного, поэтому много номеров пустует!» Говард Джеффри бросил взгляд на Ребекку Квентин, которая все еще поправляла одежду слева. Сотрудница на ресепшене наконец поняла, в чем дело, и кивнула: «Да, остался только один номер». Она намеренно повысила голос, произнося эти слова. Ребекка Квентин, поправлявшая одежду, услышала объявление сотрудницы ресепшена и резко обернулась. Заметив нервный взгляд Ребекки Квентин, Говард Джеффри сделал вид, что ему все равно, но на его лице отразилось легкое беспокойство: «Э-э, это действительно немного хлопотно… Что ж, тогда одна комната!» Сотрудница на ресепшене кивнула: «Хорошо». Ребекка Квентин подошла, нахмурившись, и посмотрела на Говарда Джеффри: «Всего одна комната? Пойдем домой!» «Мы не остаёмся здесь на ночь, просто примем душ и переоденемся. Тебе нужны две комнаты только для этого?» — Говард Джеффри намеренно произнёс это с предельной двусмысленностью в присутствии своего возлюбленного. Щеки Ребекки Квентин мгновенно покраснели, и она парировала: «Как хочешь!» Войдя в номер мотеля, Ребекка Квентин включила обогреватель, и сразу почувствовала, как рассеялся холод. Говард Джеффри бросил ключи от машины и другие вещи на стол, а затем начал расстегивать пуговицы на рубашке. Его одежда тоже была мокрой, но, в отличие от неё, под промокшей рубашкой скрывалось его мускулистое тело. Увидев, как он расстегивает рубашку, Ребекка Квентин поспешно сказала: «Сначала я хочу принять душ». Говард Джеффри взглянул на Ребекку Квентин и равнодушно пожал плечами: «Конечно!» Ребекка Квентин повернулась и направилась в ванную, но как только она собралась войти, вдруг сказала: «У меня нет сменной одежды». Говард Джеффри подошел к шкафу в номере мотеля и достал оттуда чистый халат: «Пока надень это. Я уже попросил персонал мотеля купить тебе одежду». После долгого молчания Ребекка Квентин наконец сказала: «Спасибо». «Давай, не простудись». ---------- Главы 235–128: Джеффри играет нечестно (Часть 2) Ребекка Квентин взяла халат и тут же направилась в ванную. Принять приятный горячий душ после дождя казалось чудесным удовольствием. Когда Ребекка Квентин вышла из ванной, с нее смылись меланхолия и усталость, и она выглядела так, словно сияла. На ней был белый халат из мотеля, просто перевязанный поясом. Это был самый простой фасон халата, но на ней он выглядел особенно соблазнительно. Ее тонкая талия, обнаженные белые лодыжки и то, как она выглядела расслабленной и уверенной в своих тапочках, – все это глубоко очаровало его. У нее были длинные от природы волосы, и после мытья они ниспадали на плечи, словно водопад. Очевидно, она высушила их полотенцем наполовину, капельки воды блестели на кончиках, сверкая в свете комнатного светильника. Ребекка Квентин только что закончила принимать ванну, ее лицо естественно раскраснелось. Увидев, как Говард Джеффри смотрит на нее, ее щеки покраснели еще сильнее, и она спросила: «Сменная одежда уже пришла?» «Пока нет, но скоро они должны приехать… Я пойду приму душ. Когда приедет дежурный, просто открой дверь». "Хорошо." После того как Говард Джеффри зашёл в ванную, Ребекка Квентин перевела дух и села на край кровати. Возможно, из-за близости к отелю Alton, этот мотель гораздо более высокого класса, чем тот, что находится в городе… Внутри все выглядит изысканно: уютные картины на стенах создают ощущение роскоши, и даже покрывала на кроватях красивее, чем в другом мотеле. Ребекка Квентин взглянула на телефон, чтобы проверить время, и поняла, что уже почти полдень. Опасаясь, что Кристин Куинн может забеспокоиться, Ребекка Квентин быстро набрала номер Кристин Куинн: «Сестра…» "Бекка, почему ты до сих пор не вернулась?" «Я немного задержался в пути, поэтому, возможно, вернусь позже». «Где ты? Поскольку Мари вернулась из школы и может присмотреть за Эндрю, мне следует приехать за тобой. Если начнётся тайфун, ты не сможешь вернуться!» Ребекка Квентин тут же отказалась: «Нет, не нужно, сестрёнка… Я сейчас вернусь». Кристин Куинн наконец-то уловила что-то странное в голосе Ребекки Квентин и не удержалась, чтобы не спросить: «Ты заикаешься, Бекка, ты еще не вернулась? Что тебя задерживает?» "Я…" — Ребекка Квентин на мгновение растерялась, не зная, что объяснить. Кристин Куинн, заметив странность ситуации, подозрительно спросила: «Вы с Говардом Джеффри?» Спустя несколько секунд Ребекка Квентин кратко объяснила Кристин Куинн о сегодняшней встрече с Говардом Джеффри. "Значит, на этот раз он пытается помириться с тобой?" «Я не знаю, но я не верю тому, что он говорит». «Я не знаю, что сказать по поводу ваших отношений с ним… Раз уж вы с ним, это не должно быть опасно, так что вам не нужно спешить обратно. Подождите, пока дождь немного утихнет; я беспокоюсь, что вы можете попасть под тайфун на дороге». «Сестра, Эндрю хорошо себя ведёт?» Кристин Куинн кивнула: «Он вел себя очень хорошо. Утром его дважды покормили, он немного поиграл, а теперь спит». "Ха-ха…" Как только Ребекка Квентин закончила разговор с Кристин Куинн, она услышала стук в дверь. Ребекка Квентин тут же встала, чтобы открыть дверь. У двери стояла сотрудница с сумкой для покупок, которая любезно сказала Ребекке Квентин: «Это купил джентльмен из этого зала». Ребекка Квентин вежливо ответила: «Хорошо, спасибо». Сотрудница мотеля ответила: «Там также есть несколько приятных небольших подарков от нашего мотеля!» "Подарки? О… Спасибо." Вероятно, какие-нибудь бесплатные туристические ваучеры или небольшие украшения с логотипом мотеля. Сотрудница загадочно улыбнулась: «Если больше ничего не понадобится, я пойду. Звоните нам в любое время, если вам что-нибудь понадобится». "Хорошо." После того как сотрудница ушла, в комнату вошла Ребекка Квентин с сумкой для покупок в руках. Изначально она собиралась вынуть одежду из сумки, чтобы посмотреть, что внутри, но когда она начала её вытаскивать, несколько вещей неожиданно выпали из сумки. Ребекка Квентин инстинктивно наклонилась, чтобы поднять их, и только подняв, поняла, что это… презервативы. Они не были похожи на обычные, поэтому она сначала их не узнала. В тот самый момент, когда Ребекка Квентин, застыв на месте, держала в руках презервативы, дверь ванной комнаты внезапно открылась. Тело Ребекки Квентин задрожало, она инстинктивно спрятала презервативы за спину, и от волнения сумка упала на пол. Говард Джеффри только что вышел из ванной, и его острый взгляд сразу же заметил странные движения Ребекки Квентин. Ребекка Квентин затаила дыхание, наблюдая за приближающимся к ней Говардом Джеффри, с обнаженным торсом и лишь полотенцем на поясе, и была озадачена. «Что случилось?» — спросил он. «Ничего, ничего». "Почему ты прячешь руки за спину, если это ничего не значит?" «Нет, я пойду переоденусь», — сказала Ребекка Квентин, сжимая одежду в руках и быстро направляясь в ванную. Когда Ребекка Квентин попыталась пройти мимо Говарда Джеффри, он внезапно схватил ее. Неожиданно презервативы в руке Ребекки Квентин выскользнули и упали на землю. Их взгляды одновременно сосредоточились на предметах, лежащих на полу. Разница заключалась в том, что Ребекка Квентин выглядела смущенной и растерянной, ее щеки покраснели, в то время как лицо Говарда Джеффри выражало заинтересованность. «Работница мотеля… Она неправильно поняла наши отношения… Она…» Попытки объяснить заставили лицо Ребекки Квентин еще сильнее вспыхнуть, и ее речь стала бессвязной. Говард Джеффри, естественно, знал, что эти вещи предоставляются мотелем, но, видя, какая застенчивая Ребекка Квентин, он решил подшутить над ней. «Я не просил продавца принести это», — сказал Говард Джеффри, внимательно разглядывая презервативы в разной упаковке. «Это меня не касается…» — поспешно объяснила Ребекка Квентин. Говард Джеффри игриво прищурился и неторопливо посмотрел на Ребекку Квентин. Ребекка Квентин невольно отступила на шаг назад: «Что… что ты собираешься делать?» «Что вы думаете?» — Говард Джеффри сделал шаг ближе к Ребекке Квентин. Ребекка Квентин испуганно вскрикнула и, неустанно отступая, сказала: «Если вы подойдете ближе, я позову на помощь». «Если вы позовёте на помощь, они просто подумают, что это весело между нами, и никто нас не потревожит». "Ты… какая ты надоедливая!!" Ребекка Квентин крепко сжала халат, настороженно прижавшись телом к ​​двери. Проходя мимо презервативов, Говард Джеффри небрежно поднял их и с ухмылкой бросил на кровать. Страх захлестнул сердце Ребекки Квентин, голос ее застрял в горле, она не могла вымолвить ни слова: «Джеф… Джеффри, не уходи слишком далеко!» "Джеффри?" — Говард Джеффри изогнул губы в улыбке. — "Дорогая, это твое новое прозвище для меня?" Он прекрасно знал, что она просто запинается, и всё же специально сказал это так… как же это раздражает! ---------- Глава 236-129: Джеффри играет грязно 3 «Я не хочу с тобой разговаривать, я пойду переоденусь, я хочу уйти». Отчаянно пытаясь избежать этой темы, Ребекка Квентин намеревалась броситься в ванную. В этот решающий момент Говард Джеффри быстро схватил Ребекку Квентин и прижал ее к двери позади себя. Ребекка Квентин попыталась открыть дверь, повернув замок, но Говард Джеффри, ловко заперев дверь, схватил ее за руку и прижался к ней всем телом. Он только что закончил купаться, и на его теле еще оставались крошечные капельки воды. В этот момент тесного контакта эти капли ощущались как пламя, разгорающееся на его теле и, наконец, обжигающее ее вблизи. Она чувствовала его горячее дыхание, и с такого близкого расстояния отчетливо ощущала сильное желание, исходящее от его тела… Она всегда знала, насколько он будет похож на волка, когда захочет это сделать… «Не делайте того, что нельзя будет исправить». Она напомнила им об их нынешних отношениях. Говард Джеффри подпер одну руку у ее головы и с интересом спросил: «Что вы имеете в виду под чем-то, что нельзя вернуть назад? Если бы такое действительно было необратимым, то у нас, вероятно, уже бесчисленное множество необратимых вещей!» "Извращенец!" — Ребекка Квентин покраснела, как спелая хурма, и застенчиво отвернулась. Говарду Джеффри особенно нравилось видеть, как Ребекка Квентин, когда злилась, как сейчас, распиралась, надуваясь, словно ребенок; он вдруг отпустил руку, которой держал ее. Внезапно освободившись от оков, как раз в тот момент, когда Ребекка Квентин с облегчением поняла, что он еще в здравом уме, он осыпал ее поцелуями. Из-за настойчивости и многочисленных просьб она не могла отдышаться и могла лишь схватить его за воротник. Он был с обнаженным торсом, поэтому, естественно, она даже не схватила кусок ткани, чтобы позвать на помощь, и, наконец, рука, сжимавшая ткань, словно ползла по груди Говарда Джеффри, добавляя еще больше двусмысленности. Ребекка Квентин чувствовала себя умирающим человеком, неспособным сопротивляться: «Не… не делай этого…» Но Говард Джеффри пренебрег всем этим, не обращая внимания ни на что, движимый исключительно телесным желанием, отчаянно желая ее. Что бы ни случилось, в этой жизни она могла быть только его! Его дыхание обдало её ухо знакомым, ощутимым жаром; её тело сопротивлялось в его объятиях, она была полностью окружена его властной аурой, полной его алчности. Целуя уголок ее глаза, его губы коснулись соленой влажности… Его движения постепенно замедлились, взгляд, затуманенный желанием, медленно прояснился, и он сосредоточился на ее длинных ресницах, влажных в этих глубоких глазах. Обняв её, он притянул к себе слегка дрожащую девушку: «Глупышка, из-за чего плакать?» Ребекка Квентин стиснула зубы и сказала: «Если бы ты только осмелился… осмелился…» Говард Джеффри вытер слезинку в уголке глаза Ребекки Квентин и, улыбаясь, сказал: «Я просто хотел тебя подразнить…» Взгляд Ребекки Квентин метнулся к зрителю: «Это ты принесла эти…» — она все еще не могла вымолвить ни слова. Красивое лицо Говарда Джеффри расплылось в широкой улыбке: «Если бы я действительно этого хотел, зачем бы мне было это готовить?» Действительно, раньше он не очень-то интересовался подобными вещами! При обсуждении подобных тем с мужчиной женщина всегда оказывается в проигрыше… Лицо Ребекки Квентин покраснело до ушей, и она резко оттолкнула Говарда Джеффри. Говард Джеффри не стал усложнять ситуацию, с улыбкой наблюдая, как она поспешно направилась в ванную. Когда Ребекка Квентин вышла из ванной после переодевания, она увидела Говарда Джеффри, лежащего на кровати в той же одежде, словно он собирался здесь отдохнуть. Ребекка Квентин стояла у изножья кровати и спокойно спрашивала: «Ты вернешься или нет?» Говард Джеффри, притворяясь отдыхающим с закрытыми глазами, тихо ответил: «Вы должны понимать по звуку дождя за окном, что я уже не могу вернуться назад». Тайфун уже должен был начаться, а поскольку мы находимся на побережье, не говоря уже о том, что прибрежные дороги опасно извилисты, даже в такой сильный дождь по ним трудно передвигаться. Ребекка Квентин взглянула в окно. Действительно, сильный дождь снаружи попадал на прозрачное стекло, затем стекал вниз, смешиваясь друг с другом, из-за чего окно становилось размытым и сквозь него невозможно было ничего разглядеть. Ездить в такой дождь действительно опасно. «Я попрошу персонал отеля узнать, когда, по их мнению, закончится тайфун». Говард Джеффри кивнул. При таком сильном дожде он не беспокоился о том, что она будет бегать вокруг. Примерно через десять минут Ребекка Квентин вернулась в комнату, уныло села на диван и, раздраженно глядя на проливной дождь за окном, начала возвращаться. Говард Джеффри, сам не понимая, когда встал с кровати в халате, обнял ее сзади: "Что случилось?" ---------- Глава 237-129: Джеффри ведет себя бесстыдно (3_2) Его внезапный голос испугал её. Непривычная к такой близости с ним, Ребекка Квентин тут же отстранилась и отскочила назад. Когда между ними образовалось некоторое расстояние, она наконец ответила: «Владелец отеля сказал, что по телевизору только что было предупреждение о тайфуне. Они сказали, что сегодня не стоит ехать. Ожидается, что тайфун уйдёт сегодня ночью, и дождь может прекратиться завтра». Провести ночь здесь с Ребеккой Квентин, конечно же, было очень удобно для Говарда Джеффри… Не пытаясь это скрыть, Говард Джеффри, глядя на Ребекку Квентин, выразил свое довольно хорошее настроение: «Тогда вам придется меня здесь терпеть». Ребекка Квентин ничего не ответила, ее взгляд снова переместился к окну, и выражение ее лица стало серьезным. Говард Джеффри подошел к Ребекке Квентин и снова обнял ее. "Привет…" Она никогда не видела такого бесстыдного человека, который прикасался к ней без предупреждения. Не обращая внимания на трудности Ребекки Квентин, Говард Джеффри прямо спросил её: «Неужели это потому, что вы не можете отпустить ребёнка?» У Говарда Джеффри всегда был скрупулезный ум; он всегда мог точно определить, о чем думала Ребекка Квентин. При упоминании ребенка сердце Ребекки Квентин смягчилось, и она, казалось, забыла о своих проблемах с Говардом Джеффри, тихо признав: «Я никогда еще так долго не расставалась с ним». С тех пор как у нее родился ребенок, она была практически неразлучна с ним каждый день… Мысль о том, что она, возможно, не сможет вернуться домой, чтобы позаботиться о ребенке сегодня вечером, вызывала у нее глубокое чувство тоски, нежелания и печали. Говард Джеффри поцеловал Ребекку Квентин в щеку и утешил ее мягким, притягательным голосом: «Все в порядке, твоя сестра дома». На самом деле, за ребенком было легко ухаживать; помимо кормления грудью и смены подгузников по ночам, он почти не плакал и не капризничал. В течение нескольких дней после родов Ребекки Квентин Кристин присматривала за Эндрю по ночам, поэтому для нее не составило труда присмотреть за ним на ночь. «Я так по нему скучаю…» Она не могла вынести разлуки с ребенком ни на секунду. «Это всего на одну ночь, и я отвезу тебя обратно первым делом утром». Ребекка Квентин подняла голову, сверля взглядом чистое лицо Говарда Джеффри: «Конечно, тебе все равно, это не ты по нему скучаешь!!» «Посмотри на себя, мы прекрасно общались, а теперь ты закатила истерику». Ребекка Квентин с силой вырвалась из объятий Говарда Джеффри, сердито села на стул у окна и холодно произнесла: «Не трогай меня, если хочешь спать, ложись спать. Если дождь прекратится, я хочу немедленно вернуться». Понимая, что расстроена Ребекка Квентин, Говард Джеффри, дерзко подойдя к ней, взял её за руку и тихо пожаловался: «Вы даже не представляете, как давно я не высыпался». Ребекка Квентин встала, тут же убрав руку. Но Говард Джеффри быстро сел на то место, где только что стояла Ребекка Квентин, обнял ее и посадил к себе на колени. "Говард Джеффри…" Сидеть вот так на коленях казалось чем-то, на что способны только влюбленные пары, и, учитывая их нынешние отношения, Ребекка Квентин, естественно, не могла вынести такой близости с Говардом Джеффри. Поэтому, как только он потянул ее к себе, она тут же шлепнула обнимающих ее за талию: «Отпусти!» Говард Джеффри поцеловал её в позвоночник, словно заявляя или нежно обещая: «Я никогда больше не отпущу тебя в этой жизни!» Ребекка Квентин сердито спросила: «Почему ты такой негодяй?» «Разве это подлость — пытаться сделать всё, чтобы вернуть кого-то?» «Я не хочу тебя слушать». Каждое его слово казалось заклинанием, способным легко сбить с толку, и она боялась повторить прошлые ошибки, поэтому больше никогда не позволит себе слушать его. Говард Джеффри, похоже, понимал, что спешить с ней не стоит, не рассердился, просто обнял ее и вдруг спросил: "Тебе все еще больно?" Ребекка Квентин, чувствуя раздражение, но не в силах от него отделаться, недовольно пробормотала: «Я не понимаю, о чем вы говорите». Хриплый голос Говарда Джеффри был полон сострадания: «Эпизиотомия, которую вам сделали во время родов». Откуда он знал, что ей делали эпизиотомию во время родов? Но, похоже, большинству женщин эта процедура необходима при вагинальных родах для предотвращения разрывов… Хотя рана зажила и больше не болела, некрасивый шрам был довольно заметен. Думая о боли родов в одиночестве, Ребекка Квентин снова похолодела: «Это моя личная жизнь, мне не нужно вам отвечать». Говард Джеффри тихонько усмехнулся, увидев её ледяное лицо: «Если между нами и есть уединение, то это точно не тело!» "…" Он всегда говорил, что она остроязычная, но именно она часто теряла дар речи после всего лишь одного из его замечаний. «Бекка, ты же должна знать, что то, что меня не было рядом с тобой в родильной палате, — это самое большое сожаление в моей жизни, а также мой самый большой долг перед тобой…» Ребекка Квентин замолчала, ее запертые глубины души всколыхнулись от его слов. "Простите…" — прошептал Говард Джеффри извинения ей на затылок, его хриплый голос был полон глубокого сожаления. Его слова были настолько искренними, каждое из них было наполнено глубокой любовью, затягивая, словно вихрь. Однако слишком много уроков прошлого закалили Ребекку Квентин… Ничуть не смутившись возможным притворством, Ребекка Квентин глубоко вздохнула и бесстрастно сказала: «Вам не нужно мне этого рассказывать; я больше не поверю…» Говард Джеффри решительно ответил: «Я вам это докажу!» "Отпусти меня!" — Ребекка Квентин, сидя на коленях у Говарда Джеффри, извивалась, пытаясь вырваться. У нее был неповторимый аромат, и каждый раз, когда он приближался, он словно попадал под чары, глубоко очарованный им. Ее извивания, в сочетании с периодическим запахом душа и ее характерным ароматом, доносившимся до его носа, мгновенно пробудили беспокойство, подавленное почти на год. Ребекка Квентин не задумывалась о том, как мужчина может отреагировать в этот момент, пока не почувствовала жар под собой и нарастающее напряжение, после чего поняла: ее тело постепенно перестало сопротивляться, а цвет лица стал совершенно неестественным. В глазах Говарда Джеффри горело яростное, пылкое желание, руки крепко обхватили талию Ребекки Квентин, словно не желая дать ей шанса сбежать, но если он сейчас начнет действовать, он боялся, что она никогда его не простит… Разрываясь между сильным желанием и здравым смыслом, Говард Джеффри в конце концов решил отпустить Ребекку Квентин постепенно. Ребекка Квентин первой встала, быстро создав значительный отрыв от остальных. Говард Джеффри тоже встал. Увидев испуганное, бледное лицо и настороженный взгляд Ребекки Квентин, его жар в глазах на мгновение стих, и он словно спросил: «Разве я похож на человека, который собирается тебя сожрать?» Ребекка Квентин опустила глаза и молчала. ---------- Главы 238-130: Джеффри играет в "Грязную четвёрку" Говард Джеффри медленно выдохнул: «Тебе бы поспать, я пойду покурю». Ребекка Квентин кивнула. Когда Говард вернулся с курения, он увидел Ребекку, сидящую у окна в оцепенении. Разумеется, в его присутствии она не смел бы спать… Говард понимал осторожность Ребекки и не возражал. Он тихо спросил: «Сейчас полдень, ты голодна?» Ребекка повернулась к Говарду и кивнула. Говард равнодушно сказал: «Я переоденусь». Он мог пойти к машине за одеждой, когда курил на улице, потому что часто был очень занят, иногда настолько, что у него не было времени выбирать одежду. Поэтому Джейсон Вуд и секретарь Сесили всегда помнили о том, чтобы подготовить для него полный комплект одежды в машине на тот случай, когда он ему понадобится. Ребекка тут же встала и быстро сказала: «Я подожду тебя внизу». "Мм." С этими словами Ребекка поспешно покинула комнату, словно убегая. Поскольку Ребекка была голодна, она не стала ждать прихода Говарда, прежде чем заказать еду. Как только официант ушел, пришел Говард. Он был одет очень небрежно. Хотя ему было за тридцать, выглядел он как человек лет двадцати. Несмотря на отсутствие формальности и строгости делового костюма, он все же излучал необыкновенную ауру, сохраняя в себе врожденное благородство. «Вы заказали еду?» — спросил Говард, садясь напротив Ребекки. «Мм, я тоже твой заказал». Говард приподнял веки и устремил на нее свои яркие черные глаза: «Знаешь, что я люблю есть?» Ребекка развела руками: «Здесь всего два блюда, либо А, либо В, поэтому я заказала и А, и В». Блеск в глазах Говарда тут же погас, его тонкие губы безразлично произнесли: «Как угодно!» Атмосфера необъяснимо стала несколько неловкой. Ребекка взяла стакан воды и сделала глоток. Говард наклонил голову, намеренно закурил сигарету и стал наблюдать за Ребеккой, которая не знала, куда девать лицо. Почувствовав постоянный взгляд Говарда, Ребекка, чтобы не чувствовать себя неловко перед ним, тут же сменила тему: «Э-э, вы сказали, что отель полностью забронирован, но почему в обеденное время в столовой так мало людей?» «Хм?» — задумался Говард. — «Может, все останутся в своих комнатах!» Ребекка тоже не особо обращала внимание на вопрос, и, услышав ответ Говарда, тоже равнодушно ответила: «Хе-хе, может, это из-за холодной погоды!» Говард потушил окурок, слегка изогнул губы в улыбке, затем неожиданно взял стакан с водой и сделал небольшой глоток. В этот момент к ним подошел сотрудник отеля. По всей видимости, это была администратор на ресепшене, та самая женщина, которая обслуживала Говарда при регистрации. Администратор вежливо кивнула им, а затем уважительно сказала Говарду: «Сэр, вы оставили свою карточку от номера в холле. Наши сотрудники забрали её для вас. Пожалуйста, храните её в безопасном месте». Говард посмотрел на администратора, и его обычно глубокий взгляд теперь приобрел дополнительный смысл. На лице сотрудницы регистратуры сияла типичная для обслуживающего персонала улыбка. Говард сказал: «Спасибо», и достал из кошелька деньги, достаточные, чтобы оставить секретарше чаевые в размере месячной зарплаты. Ребекка заметила, что взгляд Говарда ранее задерживался на администраторше, и, увидев, какие чаевые Говард дал женщине, она не могла не взглянуть на лицо администраторши. Она выглядела довольно обычной, но была молода, вероятно, лет двадцати, свежа и нежна. Мужчинам, наверное, просто нравится эта молодость. Ребекка никогда не думала, что Говарду понравится такой тип, взяла свой стакан с водой и сделала еще один глоток, чувствуя заложенность в груди. Ребекка понятия не имела, за что Говард был благодарен секретарше. В глубине души она презирала поступок Говарда в тот момент. Это всего лишь молодая женщина. Все стареют. Возможно, в двадцать семь она будет несравнима с ней! Эм, зачем ей сравнивать себя с секретаршей? На кого бы он ни смотрел или кто бы ему ни нравился, какая ей разница? Подумав об этом, Ребекка снова стала вести себя непринужденно. К ним подошли два официанта с блюдами и аккуратно поставили их перед ними, один из них с энтузиазмом сказал: «Приятного аппетита. Если что-то вам не понравится, пожалуйста, сообщите нам, и мы заменим это». Ребекка вежливо ответила: «Спасибо». Может, они заметили богатство Говарда, поэтому проявляют особую вежливость и учтивость? Она вспомнила, что раньше, когда останавливалась в дорогих отелях, никогда не получала такого уровня обслуживания. Пока Ребекка была погружена в свои мысли, два официанта уже ушли, получив чаевые. ---------- Главы 239-130: Джеффри ведет себя бесстыдно (4_2) Оставлять чаевые двум официантам по-прежнему допустимо, но, вспомнив о чаевых, которые только что дали той администраторше, — чаевые были в несколько раз больше, — Ребекка Квентин не могла не воскликнуть: «Быть ​​богатым — это здорово, можно быть таким щедрым, оставляя чаевые, которые могли бы составить целую месячную зарплату!» Говард Джеффри откинулся на спинку стула, его темные глаза были прикованы к ясным, светлым зрачкам Ребекки Квентин. Внезапно, словно увидев в ее глазах проблеск эмоции, он слегка изогнул губы: «Почему я чувствую кислый запах?» "Еда?" — Ребекка Квентин не поняла, опустила голову, чтобы понюхать еду. — "Не кислая?" «Кто-то пролил уксус». "Эм-м-м…" «Кто это проболтался?» — речь Ребекки Квентин стала заикаться. — «Я… я просто думаю, что если бы каждый официант мог встретить такого щедрого босса, как вы, он мог бы неплохо зарабатывать за год работы официантом». Говард Джеффри посмотрел на Ребекку Квентин с улыбкой на губах. Под таким взглядом Ребекка Квентин вдруг почувствовала, что её видят насквозь, и слабо спросила: «Чему ты улыбаешься?» «Ничего, давай поедим». Он не стал бы говорить ей правду, особенно видя её ревнивый взгляд, ведь он сейчас в прекрасном настроении. Ребекка Квентин зачерпнула ложкой салат из тарелки, но, проглотив его, обнаружила, что у салата появился слабый алкогольный привкус. При ближайшем рассмотрении Ребекка Квентин поняла, что блюдо А представляло собой салат из трески, и ломтики трески, должно быть, были отварены в алкоголе. Вкус был довольно неприятным, вернее, Ребекка Квентин не любила еду в сочетании с алкоголем, так как от одного укуса ее чуть не стошнило. В отличие от этого, блюдо B, которое заказал Говард Джеффри, было совсем другим: самый простой стейк с грибами, горячий и аппетитно выглядящий. Говард Джеффри действительно заметил реакцию Ребекки Квентин, когда она ела салат, и понял, что она, вероятно, не сможет его съесть. Недолго думая, он поменялся едой с Ребеккой Квентин. Ребекка Квентин безучастно уставилась на стейк, который он опрокинул. "Э-э?" Говард Джеффри взял ложку из рук Ребекки Квентин: «Ты не справишься, а я, может, справлюсь. Ешь!» Сказав это, он взял ложку, которой пользовалась Ребекка Квентин, и откусил кусочек. Вернувшись в комнату и стоя у окна, наблюдая за проливным дождем, который нисколько не прекращался, Ребекка Квентин еще больше скучала по сыну. В этот момент Говард Джеффри участвовал в видеоконференции за рабочим столом; должно быть, он оставил много дел, чтобы приехать сюда, проводя одну видеоконференцию за другой. Ребекке Квентин стало скучно, поэтому она схватила телефон и села у окна, чтобы поиграть в игры. Игра, в которую она играла, представляла собой довольно раннюю головоломку, в которой очки начислялись за складывание блоков, и если блоки разрушались во время складывания, очки вычитались. Ей очень нравилось играть в эту игру, хотя она играла довольно плохо, но всё же проявляла настойчивость. Время всегда пролетало быстро во время игр. Ребекка Квентин была настолько поглощена игрой, что даже не заметила, как Говард Джеффри закрыл свой ноутбук и подошел к ней. До— "В какую игру вы играете, которая так захватывает?" Погруженная в игру и полностью отдавшаяся ей, Ребекка Квентин вдруг услышала голос Говарда Джеффри у своего уха, ее рука задрожала, она промахнулась мимо кнопки, и весь блок рухнул. Она тут же пожаловалась: «Эй, ты заставил меня проиграть этот раунд!!» Говард Джеффри сел рядом с Ребеккой Квентин, взглянул на счет и сказал: «Что это за игра? У тебя отрицательное количество очков». Именно тогда Ребекка Квентин заметила, что Говарда Джеффри не волновали её победы или поражения в этом раунде, а он смотрел на счёт. «Минус тысяча пунктов…» Победа или поражение в одном раунде приносили около десяти очков, а она потеряла тысячу очков, что показывает… Губы Говарда Джеффри изогнулись так, словно он над ней насмехался. Ребекка Квентин лишь мечтала найти дыру, чтобы залезть туда, ведь она совсем не чувствовала своего лица. «На самом деле, я играю нечасто, часто во время игры меня задерживают другие дела, из-за чего я в итоге получаю отрицательные очки». Как будто она играла в эту игру только от скуки, поэтому никаких других задержек точно не было, и сказала это, естественно, чтобы сохранить себе лицо. Увидев недовольный взгляд Ребекки Квентин, Говард Джеффри улыбнулся и сказал: «А как насчет того, чтобы я помог тебе вернуть их?» «Не нужно, это всего лишь несколько моментов, не стоит заморачиваться». Президент группы компаний «Скайтоп», сопровождавший свою бывшую жену, с которой он расстался, чтобы поиграть в мобильные игры, явно тратил драгоценное время впустую. «Если тебе всё равно, почему ты только что обвинила меня в том, что я проиграл тебе раунд? Я всё исправлю». Он откинул волосы Ребекки Квентин в сторону. Ребекка Квентин потеряла дар речи. Ладно, призналась она, ей важен результат, потому что в интернете есть рейтинги, да и тщеславие тоже играет ей роль. Говард Джеффри взял трубку. Во время игры Говард Джеффри между делом спросил её: «Вы планируете найти работу?» «Откуда вы узнали?» Похоже, о том, что она собиралась найти работу, она рассказала только сестре. И откуда он узнал о её сегодняшних планах? На самом деле, это потому, что каждое утро после пробуждения Ребекка Квентин говорила себе слова поддержки. Например, сегодня, когда она встала, она болела за предстоящее интервью… Естественно, эти слова были «услышаны» медведем и в конце концов дошли до ушей Говарда Джеффри, поэтому Говард точно знал, чем занималась Ребекка Квентин сегодня. «Я спросил тебя первым, ты должен ответить мне». «Конечно, мне нужно найти работу, но мне еще нужно воспитывать ребенка». Говард Джеффри повернул голову, чтобы увидеть гордое лицо Ребекки Квентин: «Ты ходишь на работу, а кто присматривает за ребёнком?» «Я найду ночную работу, чтобы днем ​​присматривать за ребенком, а ночью мне будет помогать сестра». Не могу позволить себе няню и к тому же не доверяю ей. "Не разрешено!" "Что?" «Ничего». С ней он не мог быть напористым, даже если не соглашался, он не мог быть с ней строгим, потому что она реагировала только на мягкость, а не на жесткость. «В любом случае, я хорошо позабочусь о ребёнке, вам не о чем беспокоиться». Говард Джеффри больше ничего не сказал. Ребекка Квентин снова сосредоточила свое внимание на экране телефона. Она продолжала наблюдать за его действиями на экране, видя, как он выигрывает несколько раундов подряд… «Видите, мы отыграли немало очков, просто нужен шанс», — сказал Говард Джеффри с двойным смыслом. «Ты во всем побеждаешь», — тихо произнесла Ребекка Квентин, не в силах скрыть в голосе чувство разочарования. И Говард Джеффри тоже это заметил… Он выключил игровой телефон, сосредоточив все свое внимание на Ребекке Квентин. Его темные глаза словно искали что-то на ее лице, будто он видел ее насквозь. "Ты всё это время злился?" «На что я могла злиться? Во многом я просто глупа, все остальные это ясно видят, только я была безрассудна». Кристин Куинн, тетя Клэр, даже письмо отца — все они напоминали ей, что именно ее безрассудство привело к сегодняшнему результату. ---------- Главы 240-131: Джеффри играет в "Грязную пятерку" "Ты всё ещё говоришь, что не злишься?" «Может, прекратим обсуждать прошлое? Мне это надоело». Ребекка Квентин попыталась встать. Говард Джеффри вовремя взял Ребекку Квентин на руки и спросил: «Неужели ты настолько устала от всего этого, что даже в самый критический момент родов не собиралась мне звонить?» Говард Джеффри внезапно затронул этот вопрос, его мягкий взгляд преобразился, в нем внезапно появилось выражение недовольства, а голос стал слегка холодным. Знала ли она, почему он решил объявить о свадьбе 30 ноября? Потому что это был предполагаемый срок родов, и он надеялся, что она родит в этот день, чтобы все его планы на их будущее могли осуществиться. К счастью, небеса дали им шанс, исполнив его желание, но для того, чтобы план сработал, он не мог быть рядом с ней. Он чувствовал себя виноватым; самобичевание и сильная бессонница мучили его в эти дни, главным образом потому, что каждую ночь он вспоминал ужасающие, кровавые сцены ее родов в одиночестве… Ей никогда не суждено было узнать, насколько сильно он испугался, когда декан позвонил и сообщил ему о сложных родах и о том, что она может не выжить… За более чем тридцать лет он никогда никого и ничего не боялся, но в тот момент, когда она была на пороге смерти, его тело неконтролируемо задрожало. Врач сказал, что Кристин Куинн однажды хотела, чтобы она связалась с ним, но даже находясь на грани смерти, она предпочла отказаться… Она его просто ненавидела, просто ненавидела! Она не знала, как сильно у него болело сердце… По сути, достаточно было одного телефонного звонка, и даже если он не смог бы с ней связаться, он сделал бы все, чтобы уберечь ее от такой опасности… К счастью, несколько врачей из Олтона поспешили к нему. Если бы она отказалась позволить Кристине сообщить ему, если бы декан не сказал ему, то какой смысл был во всем, что он сделал? «Зачем мне тебе звонить? Мы с ребенком к тебе никак не относимся, к тому же ты женишься и тебе все равно». Спокойный тон Ребекки Квентин не был направлен на то, чтобы спровоцировать Говарда, но его руки, обнимавшие ее за талию, внезапно крепче притянули ее к себе, так сильно, что она почти прижалась к его телу. «Мне всё равно?» — холодно фыркнул Говард. — «Ты думаешь, раз меня не было рядом с тобой в родильной палате, значит мне всё равно? Ты знаешь, что если бы я остался с тобой в родильной палате, я бы потерял свою мать, наше будущее!!» Последнюю фразу Говард не смог сдержать крика. Его хватка на её талии свидетельствовала о его глубоком недовольстве. Он никогда прежде не выражал такой откровенной злости по отношению к Ребекке Квентин. Возможно, у Говарда и раньше было много недоразумений и ненависти к ней, но никогда он не выходил из себя настолько. «Я не понимаю, что ты говоришь…» — пробормотала Ребекка. Глядя на ее испуганное лицо, он постепенно успокоился. «Если ты не понимаешь, я тебе сейчас скажу: я воплотила это в жизнь, Ребекка!!» Ребекка тупо уставилась на него, обнаружив за его гневом глубокий, искренний взгляд, а на его красивом лице — сильную собственническую привязанность, которую он никогда прежде не проявлял. Невозможный… Ребекка не могла поверить своим глазам и продолжала качать головой. Столько лет тайной влюбленности, столько лет мучительных страданий, столько лет ежедневных ожиданий – и все это оказалось лишь интригами и эксплуатацией… Он никогда не сможет её полюбить… После ссоры он вышел из комнаты. Во время ужина кто-то принес им еду в номер, но так и не появился. В этот момент Ребекка села на край кровати и снова посмотрела на настенные часы. Было уже девять вечера… В тот момент, когда мысли Ребекки были в полном беспорядке, внезапно зазвонил ее телефон. Найдя телефон, мельком взглянув на экран, она глубоко вздохнула и нажала кнопку ответа: «Здравствуйте…» «Бекка, извини, я только что увидела твое сообщение о том, что ты не вернешься». «Сестра, сегодня вечером мне понадобится твоя помощь, чтобы позаботиться об Эндрю». «Нам, сёстрам, не нужно говорить такие вещи, с Эндрю всё хорошо, он только один раз проснулся, чтобы поесть, а сейчас крепко спит…» "Хм." Кристин смутно почувствовала необычное настроение Ребекки и, обеспокоенная, спросила: «Почему у тебя такой странный голос? Говард опять что-то с тобой сделал?» «Нет, со мной все в порядке, я просто скучаю по Эндрю», — поспешно объяснила Ребекка. Кристин наконец расслабилась и ответила: «Не беспокойтесь об Эндрю, пока я рядом, я позабочусь об Эндрю…» ---------- Глава 241-131: Джеффри ведет себя бесстыдно (5_2) "Спасибо." «Хорошо, ложись спать пораньше. Погода становится холодной, не забудь потеплее, когда вернешься завтра». "Я знаю." "Увидимся завтра." "Пока-пока…" Медленно положив трубку, Ребекка Квентин невольно взглянула на настенные часы. Хотя ей и не хотелось обращать внимание на то, что он говорил, она не могла избавиться от чувства беспокойства и волнения. Почему он всегда с такой легкостью мог разрушить ее жизнь? Нет… Что бы он ни говорил, она больше не может ему верить, уроки прошлого слишком многочисленны, и она не может позволить себе снова проиграть, да и не хочет снова потерпеть сокрушительное поражение перед ним. Не дав себе возможности больше думать, Ребекка Квентин вошла в ванную, решив быстро умыться и лечь спать. Лежа в постели, Ребекка Квентин сначала думала, что сможет спокойно заснуть, но после нескольких ворочаний она в конце концов оказалась совершенно бодрствующей в темноте. Дело было не в том, что она надеялась, что он переночует в этой комнате, она действительно была в смятении. Она наконец поняла, что значит "запутанная и неясная" ситуация… Когда же сердечные дела перестанут быть такими мучительными? В тот самый момент, когда мысли Ребекки Квентин были в полном беспорядке, дверной замок внезапно издал звуковой сигнал, открываясь. Нетрудно было догадаться, кто это был: Ребекка Квентин инстинктивно повернулась и закрыла глаза. Говард Джеффри включил свет и вошел. "Бекка…" — Он сел у кровати и нежно позвал её. Она намеренно притворилась, что крепко спит, и только после того, как он снова ее позвал, она открыла свои притворно сонные глаза, глядя на его красивое лицо. Он вынул её тёплую руку из-под одеяла и нежно приложил её к своему лицу. Почувствовав его холодную щеку, она инстинктивно захотела отдернуть руку. Но он упорно держался, отпустив ее только после того, как нежно поцеловал тыльную сторону ее ладони, позволив ей отстраниться. «Куда ты ушла?» — спросила Ребекка Квентин. «Я размышлял о разных вещах». Неудивительно, что у него так замерзло лицо, должно быть, он провел весь день на ветру где-то в отеле. «Здесь всего одна кровать, ты можешь спать здесь, а я буду спать на диване…» «Не нужно, в номере есть дополнительные одеяла, я пока обойдусь диваном». «Но диван такой маленький и узкий…» Наверное, из-за своего высокого роста ему неудобно там спать. «Но я не хочу, чтобы ты простудился». «Со мной всё в порядке, я жил и в условиях хуже, чем спать на диване, для меня это пустяк». Как только он закончил говорить, Ребекка Квентин оказалась в объятиях Говарда Джеффри. Ребекка Квентин тогда поняла, что в её предыдущих словах, казалось, звучала попытка изобразить из себя жертву, но на самом деле она не собиралась вспоминать о прошлых событиях в его присутствии. «Простите…» — голос Говарда Джеффри был хриплым. «Не будь таким». Он слишком крепко обнял её, заставляя забраться себе на плечо. «Мне не следовало быть с тобой таким резким сегодня вечером», — с сожалением выразил свои чувства Говард Джеффри. Ребекка Квентин не ответила. Говард Джеффри поцеловал её в щёку. Ребекка Квентин заметно вздрогнула от поцелуя. Почувствовав реакцию Ребекки Квентин, Говард Джеффри медленно отпустил её… Опустив глаза, Ребекка Квентин произнесла: «Извините, я хочу сейчас поспать…» "Спокойной ночи." Говард Джеффри не стал её принуждать, а вместо этого направился в ванную. Ребекка Квентин снова легла, слушая шум льющейся воды во время душа, и ее сердце еще больше забилось быстрее. Всю ночь Ребекка Квентин не знала, удалось ли Говарду Джеффри уснуть на диване, но она не спала всю ночь. К счастью, утро выдалось ясным. Небо, размытое дождем, казалось чище и яснее, чем в любой другой день. Не имея ничего для упаковки, они умылись и направились прямо к стойке регистрации, чтобы выписаться из отеля. Ребекка Квентин занималась оформлением покупки, пока Говард Джеффри шел за машиной. Когда сотрудница на ресепшене вернула Ребекке Квентин залог, она восхищенно воскликнула: «Мисс, ваш парень такой красивый и стильный!» Ребекка Квентин сначала хотела объяснить сотруднице на ресепшене свои отношения с Говардом Джеффри, но та, к ее удивлению, просто улыбнулась и ответила: «Спасибо». После разговора Ребекка Квентин взяла документы и деньги и вышла из отеля. Машина Говарда Джеффри уже была припаркована у обочины. Ребекка Квентин подошла, на этот раз сознательно сев на пассажирское сиденье. Настроение на обратном пути, казалось, отличалось от того, каким оно было, когда они пришли… В тот момент Ребекка Квентин думала о своем сыне, поэтому не стала продолжать зацикливаться на сумбурных мыслях, которые преследовали ее прошлой ночью. Говард Джеффри был полностью сосредоточен на вождении, и никто не мог знать, о чем он думал в тот момент. Примерно через полчаса езды Говард Джеффри сказал: «Мне нужно вернуться в Нью-Йорк, чтобы уладить кое-какие дела». Ребекка Квентин на самом деле хотела сказать, что ему не нужно сообщать ей о своем местонахождении, но вместо этого она ответила простым «Мм». Говард Джеффри подождал немного, и, увидев, что Ребекка Квентин просто смотрит в окно, вдруг спросил: «Ты ничего не хочешь мне сказать?» Ребекка Квентин покачала головой. После недолгой паузы Говард Джеффри снова нарушил молчание: «Я скоро вернусь». Ребекка Квентин внезапно подняла глаза. Он… зачем он вернулся? Похоже, Говард Джеффри догадался о мыслях Ребекки Квентин, ответив: «В следующий раз я приеду и заберу тебя с собой». Ребекка Квентин нахмурилась от недоумения: «Я никогда не говорила, что хочу отсюда уехать». «Конечно, вам нужно уйти отсюда, потому что Кристин Куинн скоро уедет со Скайлер Джонс, и я не могу оставить вас здесь одну». «Даже если мистер Джонс заберет мою сестру, я все равно смогу жить здесь одна». Говард Джеффри взглянул на Ребекку Квентин в зеркало заднего вида: «Ты не одна, теперь вы двое». «Я могу позаботиться о ребёнке». «Когда ты работаешь, кто присматривает за ребёнком?» «Я…» — Ребекка Квентин растерялась, — «Я что-нибудь придумаю». «Хорошо, если вы сможете дать мне удовлетворительный ответ, прежде чем я уведу вас отсюда, я вас оставлю». Властное поведение Говарда Джеффри разозлило Ребекку Квентин: «Мне не нужно давать вам ответы, вы не имеете права диктовать мне мою свободу». Говард Джеффри спокойно ответил: «Я не диктую вам свободу, я просто хочу, чтобы у моего ребенка была лучшая жизнь». Отвернувшись, Ребекка Квентин сердито посмотрела на, казалось бы, невозмутимое лицо Говарда Джеффри, ненавидя то, что не могла найти повод поспорить с ним. Время медленно тянулось в молчаливом, надувшемся состоянии Ребекки Квентин… Вскоре машина въехала в небольшой городок. По мере того, как Ребекка Квентин собиралась увидеть своего малыша, ее гнев постепенно улетучился, и ей не терпелось вернуться к сыну. Наконец, машина остановилась перед знакомой дверью дома Ребекки Квентин. Не раздумывая, Ребекка Квентин поспешно открыла дверцу машины. ---------- Главы 242–132: Ночи, когда я скучаю по тебе Как раз когда она собиралась выйти из машины, она поняла, что дверной замок вообще не открывается. Очевидно, кто-то воспользовался главным пультом управления, чтобы запереть дверь. Ребекка Квентин повернула голову и посмотрела на Говарда Джеффри: «Выпустите меня». «Конечно, но при одном условии…» Внезапно притянув Ребекку Квентин к себе, Говард Джеффри уже собирался поцеловать ее в губы. Но Ребекка Квентин оказала сильное сопротивление и тут же вырвалась у него на свободу. Говард Джеффри был неумолим, и в тесном пространстве он снова притянул ее к себе, не дав ей ни единого шанса вырваться, и силой поцеловал ее в губы. "М-м-м…" Его страсть была настолько сильной, что казалось, будто он хочет поглотить её, и ей стало трудно дышать. Он отпустил её лишь спустя долгое время, с удовлетворением глядя на её опухшие, влажные губы, и затем напомнил: «Береги себя в эти дни… не думай о побеге, ты же знаешь, что я могу найти тебя даже на краю земли». Ребекка Квентин сердито вытерла локтем губы, поцелованные Говардом Джеффри, и выбежала из машины. Говард Джеффри развернул машину. Ребекка Квентин только что вышла из машины, когда в спешке поняла, что ее сумка осталась в машине Говарда Джеффри. Ребекка Квентин тут же обернулась, чтобы поискать Говарда Джеффри, к счастью, его машина как раз собиралась уехать. "Говард Джеффри…" Ребекка Квентин крикнула, подбегая к его машине. Говард Джеффри уже собирался уезжать, когда внезапно услышал оклик Ребекки Квентин; увидев ее встревоженный взгляд в зеркале заднего вида, он резко затормозил. Запыхавшись, Ребекка Квентин похлопала по стеклу окна, указывая на сумку на пассажирском сиденье. Говард Джеффри взглянул на белую сумку, лежащую на сиденье, а затем на встревоженное, невозмутимое выражение лица Ребекки Квентин. «Говард Джеффри, моя сумка здесь…» Ребекка Квентин с силой ударила по окну машины, повышая голос. Говард Джеффри по-прежнему делал вид, что не слышит. Беспомощная Ребекка Квентин подбежала к Говарду Джеффри и начала стучать по окну машины. На этот раз окно наконец опустилось, и Говард Джеффри, сняв солнцезащитные очки, спросил: «Что случилось?» «Вы меня прекрасно слышали. Я сказала, что моя сумка лежит у вас на сиденье». Ребекка Квентин указала на пассажирское сиденье. Говард Джеффри протянул руку и взял его, уже собираясь передать Ребекке Квентин, но внезапно отдернул руку. Ребекка Квентин раздраженно воскликнула: «Эй…» Говард Джеффри бросил сумку обратно на пассажирское сиденье. Беспомощно наблюдая, как ее сумка снова оказывается вне досягаемости, Ребекка Квентин в ярости воскликнула: «Верните ее мне!» В этот момент Говард Джеффри вышел из машины, заперев дверь прямо перед лицом Ребекки Квентин. Ребекка Квентин попыталась открыть дверцу машины, но безуспешно; затем она подошла к Говарду Джеффри, посмотрела на его озорное лицо и сказала: «Мне нужно вернуться к сыну, у меня нет времени тратить его на вас, дайте мне ключи от машины». Говард Джеффри обнял Ребекку Квентин за талию: «Мне вдруг захотелось услышать от тебя что-нибудь… Если ты это скажешь, я отдам тебе сумку». «Ты такой негодяй». "Да, я мошенник, ну и что?" Ребекка Квентин потянулась за ключами от машины Говарда Джеффри, но из-за разницы в росте она не смогла до них дотянуться, как бы ни старалась, и в конце концов лишь холодно посмотрела на Говарда Джеффри. Говард Джеффри неторопливо взглянул на часы и сказал: «Даю вам две минуты; мне тоже нужно вернуться в Нью-Йорк». Примерно через полторы минуты Ребекка Квентин наконец сдержала свой гнев и вежливо спросила: «Пожалуйста, мистер Джеффри, что вы хотите, чтобы я сказала?» Губы Говарда Джеффри изогнулись в едва заметной улыбке: «Всё очень просто: посмотри на меня и нежно скажи: „Тебе нужно поскорее вернуться, я буду по тебе скучать“». Даже когда она была с ним, она редко произносила такие сентиментальные слова. Ребекка Квентин прикусила губу, чтобы сдержаться: «Можно это изменить?» "Нет." Закрыв глаза, Ребекка Квентин снова открыла их, сменив выражение лица на улыбку, пристально посмотрела на красивое лицо Говарда Джеффри, сдерживая желание убить его взглядом, и тихо произнесла: «Тебе нужно поскорее вернуться, я буду скучать по тебе». Говард Джеффри быстро поцеловал её в щёку. Ребекка Квентин сильно ущипнула себя за бедро, выдавив из себя улыбку. Говард Джеффри медленно сел обратно в машину, взял сумку и, прежде чем передать ее Ребекке Квентин, лукаво сказал: «Веди себя хорошо и жди моего возвращения». Ребекка Квентин тут же выхватила сумку из рук Говарда Джеффри, развернулась и ушла, не оглядываясь. Обычно холодное лицо Говарда Джеффри редко улыбалось так ярко, как сейчас; затем он завел двигатель и уехал. Ребекка Квентин вернулась домой и уже собиралась достать ключи из сумки, чтобы открыть дверь, когда случайно услышала шумную ссору внутри дома. ---------- Главы 243–132: Ночь, когда я скучаю по тебе (Часть 2) Как мог в доме раздаться такой звук? Ребекка Квентин была озадачена, когда дверь внезапно открылась изнутри. Прежде чем Ребекка Квентин успела понять ситуацию, изнутри вытолкнули высокую и внушительную мужскую фигуру. Ребекка Квентин слегка приоткрыла рот, глядя на человека, которого выталкивали, и широко раскрыла глаза от удивления: «Мистер Джонс?» В следующую секунду Кристин Куинн выбежала из комнаты, разбрасывая кучу вещей и сердито крича: «Мне не нужна ваша жалость, пожалуйста, больше никогда не приходите!!» Увидев агрессивную реакцию Кристин Куинн, Ребекка Квентин равнодушно воскликнула: «Сестра…» Взгляд Скайлер Джонс, пристально устремленный на Ребекку Квентин, в этот момент затих: «Бекка…» Услышав голос Скайлера Джонса, Ребекка Квентин повернулась, чтобы встретиться с ним взглядом; в ее голосе звучала необъяснимая, давно забытая печаль: «Мистер Джонс, когда вы… пришли?» Прежде чем Скайлер Джонс успела ответить, Кристин Куинн уже спускалась по лестнице и затаскивала Ребекку Квентин обратно внутрь. "Сестра, сестра…" Прежде чем Ребекка Квентин успела отреагировать, Кристин Куинн уже затащила её обратно в дом, и дверь с силой захлопнулась с громким "хлопком". Войдя внутрь, Кристин Куинн отпустила руку Ребекки Квентин, опустила голову и тихо сказала: «Эндрю спит наверху, Мари присматривает за ним, тебе следует подняться наверх и увидеть своего сына!» Ребекка Квентин заметила в голосе Кристин Куинн сдерживаемые рыдания, легонько похлопала её по плечам и тихо спросила: «Сестра, что случилось? Пришёл мистер Джонс, разве ты не должна была поговорить с ним как следует?» Кристин Куинн еще сильнее опустила голову, энергично тряся ею, но из ее глаз неудержимо текли слезы. «Сестра, ты меня так пугаешь…» — с тревогой сказала Ребекка Квентин. Кристин Куинн всхлипнула, с трудом сдерживая рыдания: «Я в порядке…» Ребекка Квентин, расстроенная, сказала: «Ты говоришь, что с тобой все в порядке, но я никогда раньше не видела, чтобы ты так плакала…» Независимо от прошлого или настоящего, Кристин Куинн всегда вселяла в Ребекку Квентин чувство спокойствия и рассудительности; она никогда прежде не теряла контроль над своими эмоциями. Динь-дон, динь-дон… Начал раздаваться настойчивый звонок в дверь. Ребекка Квентин посмотрела в сторону двери и сказала: «Должно быть, это мистер Джонс, я пойду открою». Кристин Куинн поспешно схватила Ребекку Квентин и хрипло прошептала: «Не открывай!» Ребекка Квентин замерла на месте, глядя в заплаканные красные глаза Кристин Куинн, и тихо спросила: «Сестра, разве ты не обещала мне поговорить с мистером Джонсом? Теперь он на улице, и ты не хочешь его видеть, можешь рассказать, что произошло между вами?» Кристин Куинн с трудом закрыла заплаканные глаза и внезапно рухнула на пол. Ребекка Квентин вздрогнула и присела на корточки, чтобы поддержать Кристин Куинн: «Сестра…» С помощью Ребекки Квентин Кристин Куинн, ошеломлённая происходящим, сидела на диване в гостиной. В этот момент глаза Кристин Куинн все еще были полны слез, она безучастно смотрела перед собой и медленно произнесла: «Он пришел полчаса назад, принес много подарков для Мари…» Ребекка Квентин села рядом с Кристин Куинн, вспоминая произошедшее ранее, и слабо спросила: «То, что ты только что выбросила, это были подарки, которые мистер Джонс купил для Мари?» Кристин Куинн слегка кивнула. Ребекка Квентин терпеливо слушала. Словно испытывая глубокую боль в этот момент, Кристин Куинн глубоко вздохнула и продолжила: «Первое, что он мне сказал, это предложил вернуться с ним в город Y». Глаза Ребекки Квентин расширились, наполнившись радостью: «Значит, он хочет быть с тобой?» В полных слез глазах Кристин Куинн читалось явное презрение: «Он? Хм… как он может хотеть быть со мной…» «Нет, сестричка, он сказал, что хочет, чтобы ты вернулась с ним в город Y…» «Бекка, ты слишком наивно мыслишь. Скайлер Джонс такой бессердечный, такой плохой, другие могут и не знать, но я знаю… Мы знакомы больше десяти лет, неужели ты думаешь, я не могу догадаться о его намерениях? На этот раз он пришел ко мне, отчасти потому, что не хочет выглядеть безответственным придурком перед тобой, а отчасти ради Мари. Что бы ни случилось между нами, Мари все равно останется его дочерью. Он здесь не для того, чтобы загладить свою вину передо мной, потому что в глубине души я всегда была для него ничтожеством!» — самоуничижительно усмехнулась Кристин Куинн. Ребекка Квентин, держа холодные, дрожащие руки Кристин Куинн, рассудительно заметила: «Сестра, это всего лишь ваше одностороннее предположение. Возможно, мистер Джонс так не думает… Если бы он действительно приехал только ради ребенка, первое, что он сказал бы, было бы не о том, чтобы отвезти вас в город Y, а о том, чтобы бороться за опеку над Мари!» Кристин Куинн взволнованно подняла глаза: «Какое у него основание со мной ссориться? Мари — моя дочь, я воспитывала её все эти годы…» Ребекка Квентин кивнула: «Субъективно, у него действительно нет права спорить с вами, особенно учитывая, что он не выполнял свои отцовские обязанности по отношению к Мари последние десять лет. Но он может поднять перед судьей вопрос о вашем сокрытии беременности, а также может использовать ваше отсутствие финансовых средств для лечения болезни ребенка, чтобы подать иск о праве опеки над ней. Как вы думаете, он точно проиграет это дело?» От слов Ребекки Квентин лицо Кристин Куинн мгновенно побледнело. «Нет, я ни за что не позволю ему забрать Мари, ни за что…» Ребекка Квентин утешила: «Я просто анализирую ситуацию, это не значит, что мистер Джонс действительно так поступит… Поэтому его намерение, когда он просит вас вернуться в город Y, не связано исключительно с Мари». Кристин Куинн оттолкнула руку Ребекки Квентин и взволнованно сказала: «Мне всё равно, каковы его намерения, я просто не хочу, чтобы Мари была с ним связана…» Ребекка Квентин быстро обняла Кристин Куинн: «Сестра, успокойся и послушай меня… Ты можешь пренебрегать собой, но ты должна подумать о ребенке. Если бы Мари была обычным ребенком, это было бы совсем другое дело, но она больна и нуждается в длительном лечении, а это значительные расходы. Кроме того, стоимость операции также составит существенную сумму, как ты сможешь справиться со всем этим одна?» Услышав слова Ребекки Квентин, Кристин Куинн еще больше разволновалась: «Это Скайлер Джонс — мерзавец, этот ублюдок, он обманом забрал у меня все деньги, оставив меня ни с чем…» Кристин Куинн считалась богатой… Пять лет назад Кристин Куинн подстрекалась Говардом Джеффри к тому, чтобы отобрать у Александра Квентина компанию "Квентин" и пять миллиардов долларов, которые он оставил Ребекке Квентин. Этот огромный фонд мог бы позволить Кристин Куинн прожить остаток жизни без забот, но тогда Кристин Куинн доверила все деньги, полученные от продажи «Квентина» и пятимиллиардного фонда, Скайлеру Джонсу. ---------- Главы 244-133: Она никак не сможет от него избавиться! В то время Кристин Куинн была глубоко влюблена в Скайлера Джонса… Однажды Скайлер Джонс рассказал ей о волшебной акции, которую он мог бы ей предложить. Если она инвестирует пять миллиардов, то за несколько лет эта сумма удвоится… Кристин Куинн на самом деле не хотела спешить с инвестированием денег в тот момент. В конце концов, пяти миллиардов ей хватило бы на всю жизнь, и ей не требовались такие высокие материальные траты. Кроме того, она надеялась в будущем рассчитывать на помощь Скайлера Джонса. Но чтобы угодить Скайлеру Джонсу и доказать, что у нее нет сомнений в его деловой хватке, она отдала ему все свои деньги, попросив инвестировать их в эти акции… Кто бы мог подумать, что всего через несколько месяцев акции столкнутся с проблемами, в результате чего она потеряет весь свой капитал. В то время Кристин Куинн не винила Скайлера Джонса в этом. Она лишь думала, что люди совершают ошибки, лошади падают, и она чувствовала, что может положиться на Скайлера Джонса до конца своей жизни, даже без этих денег. Поэтому она никогда не жаловалась Скайлеру Джонсу. Лишь позже она узнала, что Скайлер Джонс намеревался не помочь ей заработать деньги, а обманом заставить ее инвестировать, желая, чтобы она потеряла все… Скайлер Джонс всего лишь мстила семье Джеффри семье Квентина! «Вздох…» — тихо вздохнула Ребекка Квентин. — «Мы были слишком наивны». Кристин Куинн вытерла непослушные слезы, которые текли по ее щекам, и сказала: «Итак, Бекка, как я могу его простить? Если говорить мягко, возможно, он хочет выполнить какие-то отцовские обязанности перед Мари. Но, честно говоря, он жалеет Мари, и как бы я ни страдала, мне плевать на его жалость!» Тронутая словами Кристин Куинн, Ребекка Квентин не смогла не упрекнуть себя: «Прости, сестра. Я всегда слишком упрощенно представляла ваши отношения…» Придя в себя, Кристин Куинн прервала Ребекку Квентин, сказав: «Это не твоя вина. Я знаю, что ты даешь мне совет ради моего же блага, но я совершенно обескуражена Скайлер Джонс…» В элегантном и тихом кафе в небольшом городке. Ребекка Квентин и Скайлер Джонс сидели лицом к лицу. Всего за несколько месяцев Ребекка Квентин почувствовала некоторую непривычность в отношениях со Скайлер Джонс. «Давно не виделись», — Ребекка Квентин выдавила из себя слабую улыбку и поприветствовала Скайлера Джонса. Скайлер Джонс, прислонившись к дивану, с зажженной сигаретой в руке, пристально смотрел на Ребекку Квентин напротив себя глубокими темными глазами: «Когда это ты начал так чопорно со мной разговаривать?» Ребекка Квентин не ответила. Скайлер Джонс бросила проницательный взгляд: «Кристин Куинн, должно быть, много тебе рассказала». «Да». Ребекка Квентин подняла взгляд на Скайлера Джонса, вспоминая заботу, которую тот когда-то проявлял к ней. Она изо всех сил старалась подавить гнев на Кристин Куинн и спокойно сказала: «Мистер Джонс, которого я знала, был нежным, элегантным, спокойным и доступным. Но я никогда не думала, что то, что я знала, было всего лишь фасадом, который ты создал. Настоящий ты жесток, безжалостен, презрен и бесстыден!» Скайлер Джонс не выказал ни малейшего раздражения, стряхнул пепел с сигареты и усмехнулся: «Никогда бы не подумал, что вы когда-нибудь опишете меня такими прилагательными». В глазах Ребекки Квентин читалось разочарование: «Мистер Джонс, помимо тети Клэр, вы единственный человек, которому я еще могу доверять в этом мире… Я всегда была благодарна за то, что вы мой друг, благодарна за всю помощь, которую вы мне оказали, когда я была одинока и беспомощна. Почему вы, такой добрый и внимательный человек, совершили столько ужасных поступков по отношению к моей сестре? Я думала, вы отличаетесь от Говарда Джеффри, чей мир — это только месть, а вы спокойны и рациональны, никогда не смотрите на вещи предвзято. Но я ошибалась; вы и он — люди одного типа, движимые ненавистью, в ваших глазах нет места доброте…» Спустя долгое время Скайлер Джонс наконец ответила: «Признаю, я испытываю сильную ненависть к семье Квентина». Ребекка Квентин покачала головой: «Я действительно разочарована в тебе…» «Разочарованы тем, что я испытываю такую ​​ненависть?» — холодно усмехнулся Скайлер Джонс. — «Этого вы не поймете». «Зачем продолжать вендетту предыдущего поколения в этом? Это лишь причиняет нам боль». «Почему?» — глаза Скайлера Джонса вспыхнули ненавистью, в его голосе явно читалась ярость. — «Вивиан Линдси разрушила мою семью, что привело к её распаду. Моя мать бросила меня, мой отец связался с этой женщиной и пренебрегал делами компании. В конце концов, мой отец умер от рук мужа этой женщины, и компания обанкротилась… Без денег на образование я был вынужден сдаться и скитаться с места на место, раздавая листовки, работая в компаниях, выполняя низкоквалифицированную работу, терпя всевозможные лишения. Возможно, стремление к отчаянной борьбе проистекало из моей ненависти к тому, что меня бросила мать, но я в равной степени ненавижу и семью Квентина!» ---------- Главы 245-133: Она хочет от него избавиться? Ни за что! Никогда не думал, что действия одного человека могут повлиять на два поколения… Как ни крути, правда в том, что моя мать действительно разрушила некогда прекрасную семью, став разрушительницей семейных уз, а мой отец — настоящий виновник смерти Стивена Джеффри. Поэтому понятно, почему семья Джеффри питает неприязнь к семье Квентин, но… «Моя сестра не такая, как я. Она с детства жила с матерью, и у неё нет никаких отношений с Вивиан Линдси. Почему вы не можете проявить хоть немного милосердия?» «Могу лишь сказать, что ей не повезло, судьба распорядилась так, что она встретилась со мной, а я узнал, что она дочь Александра Квентина». «Как ты можешь так легко говорить? Ты понимаешь, что мог разрушить жизнь моей сестры?» «Ты ошибаешься, мне это нелегко. Мы с Говардом Джеффри никогда не обретем покоя в этой жизни. Я думаю, даже сейчас мы с ним отчетливо помним, как мой отец привел Вивиан Линдси к нам домой, чтобы сообщить моей матери об их разводе. Я навсегда запомню самодовольное выражение лица Вивиан Линдси…» "Но…" В этот момент Скайлер Джонс встал, и его голос был холоден: «Извини, Бекка, сегодня я не в настроении обсуждать это с тобой!» Ребекка Квентин тоже встала и спросила: «Вы действительно собираетесь отвезти мою сестру в Y City?» "Разве не для этого вы меня сюда привели?" «Я хотела, чтобы ты поговорил с моей сестрой, но не хочу, чтобы ты её принуждал. Я не хочу, чтобы ей причинили ещё больший вред». Скайлер Джонс пристально смотрела на нежное лицо Ребекки Квентин. Даже перед лицом Кристин Куинн, которая когда-то причинила ей боль, она могла оставаться такой внимательной и великодушной. Скайлер Джонс вдруг улыбнулась: «Бекка, ты знаешь, почему ты можешь изменить меня, а Кристин Куинн — нет?» Ребекка Квентин выглядела растерянной. Скайлер Джонс улыбнулся и ответил: «Благодаря вашей доброте и умению плыть по течению, очень немногие женщины в этом мире могут с вами сравниться». Сказав это, Скайлер Джонс с улыбкой обернулся и ушёл. Вечером Говард Джеффри вернулся в свою квартиру в Нью-Йорке, устало бросил на пол пиджак и ключи от машины, а затем, ослабляя галстук, направился к окну. Сквозь большую стеклянную стену он мог видеть всю ночную панораму Нью-Йорка. Бесчисленные огни города, казалось, напоминали ему о суете и шуме окружающего мира. Автомобили проносились под ним, словно вода, очерчивая красивые дуги. В таком шумном мире его собственный мир был на удивление тихим. Вернувшись в эту пустую комнату в одиночестве, он почувствовал себя совершенно не на своем месте. Его мысли вернулись к тому дню и ночи, проведенным с ней в отеле, к тому, как каждое ее выражение лица завораживало его. Она сейчас спала? Если нет, то чем она занималась? В следующее мгновение на экране его телефона уже воспроизводилось видео. Она еще не спала, была в пижаме и нежно укачивала колыбель. Она выглядела обеспокоенной, на ее лице не было улыбки, когда она разговаривала с ребенком в колыбели. «Эндрю, мама очень волнуется… Я переживаю за дела твоей тети, но у меня тоже полный бардак… Скажи мне, я слишком бесполезен, все еще не устроен из-за этого человека…» «Эндрю, скажи мне, почему он продолжает приходить сюда каждый день, если ему на меня наплевать, когда у него и так беременная жена…» На видео глаза Ребекки Квентин были влажными, свет из комнаты отбрасывал на них звездное сияние: «Когда он спросил, почему я не позвонила во время твоих родов, мое сердце действительно сжалось от боли… Я не хотела говорить ему, я очень хотела, чтобы он был рядом со мной, когда я рожала тебя, мне было так страшно одной, но я не могла этого показать, потому что я не могу на него положиться. Впереди долгий путь, чтобы идти одной…» Стоя у окна, Говард Джеффри воспользовался другим телефоном, чтобы набрать ее номер. Приложив телефон к уху, он следил за экраном видеокамеры, фиксируя каждое ее движение. Услышав звонок телефона, она подошла к прикроватной тумбочке и взяла трубку. Увидев незнакомый номер, она с нерешительностью нажала кнопку ответа: «Здравствуйте…» «Это я», — тихо произнес он, и в его глазах, смотрящих на нее на видео, читалась безграничная нежность. Услышав его голос, она заметно побледнела и поспешно нажала кнопку завершения вызова. Каждое ее движение было отчетливо запечатлено в его взгляде… Он терпеливо набрал номер еще раз. Она с некоторой нерешительностью посмотрела на постоянно вибрирующий телефон, но наконец взяла его и сразу же выключила. На следующий день. «Уважаемый Президент, на следующей неделе Франция запустит международный проект «Город надежды», и тендер по этому проекту уже объявлен в Париже. Французское правительство направило Вам приглашение на банкет, посвященный подаче заявок на участие в проекте, который состоится в следующую среду…» Секретарь Лиза Сесили добросовестно отчитывалась перед Говардом Джеффри. Говард Джеффри сидел за своим столом с серьезным выражением лица, держа в руке телефон, слегка вращающийся в воздухе. Лиза Сесили уважительно спросила: «Президент, вы должны были вылететь из Нью-Йорка в понедельник, нужно ли вам сейчас изменить свой маршрут?» Говард Джеффри, казалось, был погружен в глубокие размышления и не ответил Лизе Сесили сразу. Лиза Сесили осторожно снова произнесла: «Президент…» Говард Джеффри, казалось, очнулся от своих мыслей: «Хм, маршрут действительно нужно скорректировать». Лиза Сесили заметила, что ее начальник в последние два дня казался немного рассеянным, но, что удивительно, он умел совмещать несколько дел одновременно, даже выслушивая ее отчет и размышляя о чем-то другом. Лиза Сесили снова спросила: «Время поджимает. Президент, вы по-прежнему уезжаете из Нью-Йорка в понедельник?» Говард Джеффри немного подумал, а затем ответил: «Расписание остается прежним. В среду я полечу в Париж прямым рейсом из Олдена!» «Понял, я согласую время и отвечу на ваше приглашение». "Хорошо." «Вам еще что-нибудь нужно, президент? Если нет, я покину свой пост». Когда Лиза Сесили уже собиралась повернуться и уйти, она вдруг, словно что-то вспомнила и обернулась: «Президент, есть еще один вопрос… Г-н Робинсон, директор по международным делам, несколько раз пытался вам дозвониться, но каждый раз говорил, что не может. Он просит вас перезвонить ему, когда у вас будет свободная минута». "Я понимаю." Лиза Сесили добавила: «Судя по тону недавних звонков мистера Робинсона, он казался немного недовольным. Президент, возможно, это связано с вашей ситуацией с мисс Элис». ---------- Глава 246 - 134: Она хочет от него избавиться? Ни за что!! (2) Всем известно, что племянницу Робинсона зовут Элис, и что Робинсон отвечает за проект «Город надежды». Увидев обеспокоенное выражение лица Лизы Сесили, Говард Джеффри выглядел равнодушным, откинувшись на спинку кресла, спокойно уставившись в телефон, словно его это совсем не волновало. Будь то "Skytop" или "Oversky", для победы в проекте Hope City необходимо сначала заручиться поддержкой Робинсона. Хотя отношения между Робинсоном и Говардом Джеффри нельзя назвать поверхностными, они не сравнятся с отношениями дяди и племянницы между Робинсоном и Элис. Если бы у его племянницы возникли какие-либо обиды, Робинсон никак не смог бы сидеть сложа руки и наблюдать за этим. Эта простая логика не нуждалась в дополнительных объяснениях от Лизы Сесили Говарду. Зная, что Говард всегда был расчетливым и скрупулезным в своих делах, Лиза больше не стала вмешиваться и тихо ушла. После ухода Лизы Говард на мгновение задумался. Уже принято решение передать проект Hope City компании "Oversky", и в дальнейшем Скайлер Джонс, несомненно, будет очень занят. До следующей среды осталось четыре дня. Если за эти четыре дня Скайлер не заберет Кристин Куинн, у него может остаться еще меньше времени на решение вопросов между ним и Кристин. Нет, Кристин Куинн должна уйти. Никто не должен вставать между ним и Ребеккой Квентин. Подумав об этом, Говард вдруг изогнул губы в едва заметной, коварной усмешке. Вчера вечером кто-то не ответил на его звонок и сразу же повесил трубку. Похоже, она полна решимости разорвать с ним отношения, но это невозможно! В этой жизни ей никогда не удастся вырваться из его объятий… Внезапно он набрал номер и позвонил ей снова. Звонок был соединён, но она по-прежнему не отвечала. Он не рассердился, наоборот, улыбка в уголке его рта стала еще шире. Если она так сильно не хочет с ним разговаривать, посмотрим, как она будет продолжать его избегать. Достав телефон, Говард встал и подошел к окну от пола до потолка в офисе, набрав еще один номер. На этот раз на звонок быстро ответила Кристин Куинн, и раздался вялый голос: «Вы звонили мне, полагаю, по поводу Бекки, верно?» Говард засунул одну руку в карман и подошел к окну, глядя на широкий вид за стеклянной стеной, и небрежно сказал: «Ты прав, ты же знаешь, что мешаешь мне». «Говард, мне всё равно, действительно ли ты хочешь быть с Беккой прямо сейчас, но прежде чем Бекка чётко выскажет свою позицию, я всегда буду объективно напоминать ей об этом, не позволяя ей снова быть обманутой». Говард самодовольно улыбнулся: «Неужели?» "Если больше ничего не останется, я повешу трубку!" «Вы больше не хотите лечить болезнь Мэрилин Куинн?» Одно простое, небрежное замечание Говарда заставило Кристин внезапно крепко прижать телефон к уху и нервно спросить: «Что ты сказал?» Говард лениво посмотрел перед собой и сказал: «Состояние Мари отняло у вас немало сил, не так ли?» «Что именно вы имеете в виду?» «Как отец ребенка, если я не хочу, чтобы моему ребенку в будущем приходилось рисковать жизнью ради спасения других, разве ваша Мари не заслуживает сочувствия?» Слишком взволнованная, Кристин Куинн сердито парировала: «Ребенок – ребенок Бекки, она имеет право решать». «Вы уверены, что у ребенка будет фамилия Квентин, а не Джеффри?» Говард намекнул, что он может решать все вопросы, касающиеся ребенка. "Говард!!" Боясь, что он повесит трубку, Кристин отчаянно подавила панику: "Ты бы так не поступил, ты бы… Ты всегда был добр ко мне, потому что Мари — дочь твоего брата. Ты бы не стал безучастно наблюдать, как что-то случается с Мари." Говард, сохраняя тот же легкий тон, сказал: «Как дядя ребенка, я, конечно, не могу просто наблюдать, как что-то случается с Мари, но раз вы не хотите мне помочь, я также не склонен помогать вам». Сейчас Кристин больше всего надеется на скорейшую операцию для Мари, потому что по мере её роста состояние Мари будет ухудшаться, и никто не может знать наверняка, не случится ли у неё внезапно сбой в работе сердца в любой момент… Когда-то она выживала благодаря искусственной переливанию крови, но Мари, будучи еще совсем юной, никак не может переносить искусственную кровь, поэтому единственным выходом остается операция. Кроме того, при рождении было подтверждено, что Эндрю унаследовал рецессивную группу крови MNSsSU от гена Мари, поэтому он сможет помочь ей, когда немного подрастет. Она понимала, что Говард, возможно, просто пытается её напугать, потому что, насколько она знала, он был очень привязан к Мари, и, кроме того, Мари — дочь Скайлер Джонс, но характер Говарда был непредсказуемым, а что, если… Она не могла смириться с такой возможностью. После нескольких секунд колебаний Кристина, наконец, была вынуждена уступить: «Хорошо, я не буду мешать вам и Бекке, но вы также должны выполнить свое обещание лечить Мари». ---------- Главы 247-134: Она хочет от него избавиться? Ни за что!! (Часть 2) "Конечно!" Бип―― Кристин Куинн резко прервала разговор. Говард Джеффри неторопливо убрал телефон обратно в карман, на его губах играла привычная уверенная улыбка. Полчаса спустя, в Алтоне. Кристин Куинн постучала в дверь Ребекки Квентин. Ребекка как раз складывала только что принесенную одежду. Увидев Кристин, она слегка удивилась: «Сестра, ты разве не на работе?» Кристин вошла прямо в комнату и, удрученно выдохнув, сказала: «Я только что уволилась». «Что?» Закрыв дверь, Ребекка с недоумением посмотрела на Кристин и срочно спросила: «Разве ты не говорила, что тебе нравится работа? Почему ты вдруг уволилась?» Кристина усадила Ребекку на край кровати и медленно произнесла: «Бекка, я приняла новое решение». «Какое решение?» Кристин посмотрела в широко раскрытые глаза Ребекки и ответила: «Я поеду в Y City со Скайлером Джонсом». Ребекка тут же нахмурилась: «Как ты вдруг так решил? Вчера ты говорил…» Кристин перебила Ребекку: «На самом деле, я думала о том, что ты мне сказала, ещё со вчерашнего дня. Хотя я всегда была против отношений Мари со Скайлер Джонс, думаю, ты права. Здоровье Мари плохое, ей постоянно нужны дорогие лекарства, и я не могу нести это бремя одна. Я не могу позволить своему эгоизму помешать Мари узнать своего отца. Я знаю, что Мари всегда мечтала увидеть своего биологического отца…» Ребекка обеспокоенно сказала: «Сестра, я тоже хорошенько подумала над тем, что сказала тебе вчера. Я не думаю, что мои взгляды достаточно зрелые; такие разрушительницы семей, как я, не могут давать тебе советы по сердечным делам. Тебе нужно хорошенько подумать!» Кристин нежно погладила руку Ребекки: «Не волнуйся, каждое мое решение тщательно обдумано». «Вы действительно планируете вернуться в город Y вместе с мистером Джонсом?» Кристин серьезно кивнула: «Вернувшись с ним в город Y, мы с Мари сможем жить без забот, и у Мари будет гораздо лучшая жизнь, чем сейчас, к тому же с отцовской любовью». Ребекка вздохнула с облегчением: «Если ты примешь такое решение, я тебя обязательно поддержу… И я также надеюсь, что у тебя будет шанс с мистером Джонсом». В этот момент Кристин не стала показывать Ребекке своего нежелания быть со Скайлер Джонс. Она лишь кивнула и улыбнулась: «Посмотрим, что из этого выйдет!» «Когда вы планируете уехать?» Кристин сказала: «Я уже позвонила Скайлеру Джонсу, он сказал, что приедет за мной сегодня вечером, и мы уезжаем сегодня же». Глаза Ребекки расширились: «Сегодня вечером? Зачем так спешить?» Кристин покачала головой: «Может, он всегда планировал вернуться в город Y сегодня вечером?» «Ах, теперь я вспомнил, я видел в новостях, что проект Hope City во Франции скоро начнётся. Когда я работал у Скайлера Джонса, я знал, что Оверски хочет этот проект, поэтому, вероятно, он хочет вернуться пораньше и подготовиться к нему». "Да." В глазах Ребекки мелькнула нотка грусти: «Но, сестрёнка, ты уезжаешь вот так просто, я буду очень по тебе скучать…» Кристин обняла Ребекку и нежно похлопала её по спине: «Глупышка, мы же ещё увидимся. Если ты так не можешь, почему бы тебе не поехать со мной в город Y?» Кристин прекрасно понимала, что Ребекка не согласится, но всё же сыграла свою роль и спросила. Ребекка медленно подняла голову с плеча Кристин и, глядя на столь же неохотное и грустное лицо сестры, спокойно сказала: «Я не пойду. Думаю, этот мирный и тихий городок идеально подходит для жизни меня и Эндрю, я хочу остаться здесь». Кристин с тревогой сказала: «Я думаю о том, что ты будешь делать, когда меня не станет». Ребекка улыбнулась: «Не волнуйтесь, я могу позвать тетю Клэр. Она может помочь мне присмотреть за ребенком, пока я на работе… Я не могла позволить ей наслаждаться большим покоем в старости». Увидев извиняющийся взгляд Ребекки, Кристин покачала головой: «Ты неправильно рассуждаешь… Тетя Клэр одна, ей не на кого положиться, она жаждет семьи рядом, и ты — ее единственная семья в этом мире. Она всегда видела в тебе свою дочь, поэтому считает, что быть с тобой — это наслаждаться покоем, и, принимая ее заботу, ты на самом деле составляем ей компанию. Уверена, если ты ей позвонишь, она будет очень рада». «Да». Ребекка снова обняла Кристин: «Сестрёнка, спокойно езжай в город Y, не волнуйся обо мне, я сама справлюсь с Эндрю». Кристин снова обняла Ребекку, закрыла глаза и прошептала: «Бекка, прости меня…» Ребекка мягко похлопала Кристин по спине: «Почему ты мне „извиняешься“? Честно говоря, я рада, что ты передумала и решила снова дать мистеру Джонсу шанс позаботиться о вас всех…» «Прости, очень прости…» — Кристин корила себя в глубине души. Ребекка понятия не имела, что Кристина жаловалась на то, что последовала за Говардом Джеффри из-за чувства беспомощности. Вероятно, еще до приезда тети Клэр, Говард Джеффри уже будет здесь… Кристин не знала, искренен ли Говард Джеффри с Ребеккой, но она очень боялась, что её уход оставит Ребекку в изоляции и беззащитной. Если у Говарда Джеффри были плохие намерения, то… Кристин не могла представить себе таких последствий, но она была бессильна и могла лишь молиться в душе. Не желая обременять Кристин беспокойством, Ребекка изо всех сил старалась подавить в себе чувство нежелания и сменила тему: «Давай не будем об этом говорить… Ты уезжаешь сегодня вечером, тебе, должно быть, нужно многое собрать. Пока Эндрю спит, я помогу тебе собрать вещи в твоей комнате!» "Хорошо." Наступление ночи. Скайлер Джонс прибыла вовремя. Ребекка, держа на руках просыпающегося Эндрю, спустилась вниз, желая проводить Кристин. Прежде чем выйти за дверь, Кристин остановила Ребекку: «Не выходи меня провожать, холодно, Эндрю простудится…» Сегодня действительно был холодный день. На улице едва слышно было завывание ветра, возможно, потому что тайфун, бушевавший пару дней назад, еще не полностью утих. Скайлер, которая загружала багаж в машину, также сказала: «Да, будьте осторожны, чтобы ребенок не простудился». Кристин взъерошила волосы дочери и мягко сказала: «Мари, попрощайся со своей тетей». Мэрилин Куинн послушно помахала рукой: «Тетя, до свидания». «Мари такая хорошая девочка, иди сюда, тётя тебя поцелует». Мэрилин подошла к Ребекке, та наклонилась и крепко поцеловала Мари в нежную щеку. «Тётя, можно я поцелую Эндрю?» "Конечно". Ребекка наклонилась, держа ребенка на руках. Мэрилин поцеловала Эндрю в щеку и неохотно сказала: «Тетя, я буду скучать по тебе и Эндрю». ---------- Глава 248-135: Не обманывайте себя Глаза Ребекки Квентин блестели от слез, голос ее дрожал: «Будь хорошей девочкой, тетя Клэр тоже будет по тебе скучать». Кристин Куинн тихо вздохнула: «Бекка, уже поздно, нам тоже пора идти…» «Хм, сестрёнка, береги себя». «И вы тоже не забывайте заботиться о себе, ухаживая за Эндрю». "Я знаю." «Тётя, ты должна почаще звонить Мари». Ребекка Квентин мягко улыбнулась: «Знаю, я тебя не забуду, моя милая». Кристин Куинн тоже рассмеялась, обняв дочь: «Поехали, моя милая, нам пора в машину…» Ребекка Квентин не могла помахать рукой, ей нужно было посмотреть, как они сядут в карету. После того как Кристин Куинн и Мэрилин Куинн сели в машину, к Ребекке Квентин подошла Скайлер Джонс. Словно ему было что сказать Ребекке Квентин, но он не знал, с чего начать, Скайлер Джонс пристально посмотрел на ее прекрасное лицо, и хриплым голосом произнес: «Бекка, береги себя, я приду, когда у меня будет время». Ребекка Квентин покачала головой: «Мне не нужно, чтобы ты приезжала, пожалуйста, позаботься о моей сестре и Мари, не дай мне разочароваться в тебе». «Я улажу свои дела, но, по сути, мне нравишься только ты». «Перестань это говорить… береги себя». «Бекка, давно не виделись! Я купил тебе подарок, он уже лежит на прикроватной тумбочке в твоей комнате. Надеюсь, он тебе понравится». Ребекка Квентин вежливо ответила: «Спасибо, в следующий раз не понадобится». «До свидания», — обернулась Скайлер Джонс. "До свидания." Ребекка Квентин наблюдала, как машина уезжает в ночь, а затем вернулась в свой номер. Они только что ушли, но в доме уже было пусто и холодно. Вернувшись в комнату, Ребекка Квентин осторожно уложила Эндрю в кроватку, а затем молча наблюдала за его милым спящим личиком. Внезапно она вспомнила слова Скайлер Джонс и перевела взгляд на прикроватный столик. Это был красиво упакованный подарок… Ребекка Квентин подошла и, немного поколебавшись, открыла подарок. Внутри розовой коробки находилась изысканная, красивая музыкальная шкатулка. К музыкальной шкатулке был прикреплен листок бумаги, написанный красивым почерком Скайлера Джонса. Бекка, с днем ​​рождения! Ребекка Квентин открыла музыкальную шкатулку, и заиграла мелодичная музыка… Да, завтра у неё день рождения, она чуть не забыла… Неожиданно она так и не рассказала Скайлеру Джонсу о своем дне рождения, но он все равно знал. А откуда он знал, что ей нравятся музыкальные шкатулки? Проведя полгода с Кристин Куинн и Мэрилин Куинн, Ребекка Квентин внезапно рассталась с ними, что вызвало у нее сильное чувство дискомфорта. В этом доме ее всегда окружали заботливые слова Кристин Куинн и радостный смех Мэрилин Куинн, которые часто согревали ее, но, когда они ушли, она почувствовала давно забытое одиночество и холод. Сегодня у неё день рождения, и если бы с ней были сестра и Мари, это был бы прекрасный день, но сейчас она одна. На самом деле, последние несколько лет она проводила свой день рождения в одиночестве, она к этому привыкла, но раньше ей всегда звонили несколько неравнодушных людей, например, тетя Клэр, например, Изабелла Джоанна… Однако в этом году она, вероятно, не получит от них звонков, потому что все они сейчас погружены в красоту любви. Два месяца назад, во время разговора с тетей Клэр, она случайно услышала рядом голос мужчины средних лет. Позже она узнала, что этим мужчиной был первый возлюбленный тети Клэр, который молча ждал ее много лет. Тетя Клэр вернулась в деревню и теперь была с ним. Услышав такие новости, она, естественно, обрадовалась, ведь тетя Клэр уже слишком много пожертвовала ради семьи Квентин в первой половине своей жизни, пришло время тете Клэр обрести счастье. Поэтому, даже когда тетя Клэр постоянно говорила, что приедет позаботиться о ней во время родов, она никогда не позволяла ей приехать, не желая нарушать свой покой и счастье. Таким образом, вчерашняя фраза Кристин Куинн о том, что тетя Клэр приедет позаботиться о ней, на самом деле была ложью, она просто не хотела, чтобы Кристин Куинн волновалась… Кристин Куинн наконец приняла решение уйти со Скайлером Джонсом. Она надеется, что у них будет шанс снова быть вместе. Она понимает, что между ними могут возникнуть разногласия, но со временем, по её мнению, они смогут снова понять друг друга и, возможно, даже начать всё сначала. Тетя Клэр нашла поддержку, отношения между Кристин Куинн и Скайлер Джонс начали налаживаться, а у Изабеллы Джоанны появился Роджер Леонард… ---------- Глава 249-135: Перестаньте обманывать себя (Часть 2) Кажется, все заняты своими делами, каждый стремится к лучшему будущему, кроме неё, которая, похоже, не способна предвидеть надвигающуюся катастрофу. Мелодичный звонок телефона прервал мысли Ребекки Квентин в этот момент. Она прекратила нежно укачивать колыбель, встала и взяла трубку. Увидев цифру на экране, выражение лица Ребекки сменилось с легкой грусти на радость: «Привет…» «Мисс, с днем ​​рождения!» Звонила тетя Клэр, и у нее, как всегда, был теплый голос. "Спасибо." «Мне очень жаль, что я не могу быть рядом с тобой, я так хотел бы быть рядом и позаботиться о тебе». Ребекка тихонько усмехнулась: «О чём мне нужно, чтобы ты позаботилась? Я живу с сестрой, она очень хорошо ко мне относится. Возьмём, к примеру, сегодняшний день: я упомянула, что у меня сегодня день рождения, и она тут же взяла выходной, чтобы отпраздновать со мной дома, даже купила огромный торт…» «Услышав это, я почувствовал облегчение…» «Тетя Клэр, не беспокойтесь обо мне… э-э, мне еще один звонок, перезвоню вам в следующий раз, пока». Поспешно закончив разговор, Ребекка снова нажала кнопку ответа. "Бекка…" На этот раз ее уши наполнил голос Изабеллы. Ребекка слегка прикусила губу и произнесла: «Мм». «С днем ​​рождения! Пусть ты останешься вечно молодым и будешь счастливо жить с маленьким Энди». "Спасибо." «Бекка, я купила тебе несколько вещей и уже отправила. Помню, ты раньше обожала эту марку, уверена, тебе понравится». Ребекка долго не отвечала. Изабелла на другом конце провода не удержалась и спросила: «Бекка, почему ты молчишь?» У Ребекки от грусти зачесался нос, она, подавившись, ответила: «Изабелла, такая красивая одежда, она мне больше не подходит». Изабелла почувствовала печаль в словах Ребекки и нежно произнесла: «Не говори так, Бекка, я…» Ребекка вдруг улыбнулась: «Дурак, я шучу, как мне может не нравиться твоя одежда? Я очень довольна…» Когда она была избалованной дебютанткой, её дом был полон бесчисленного количества брендовой одежды, и она даже отправляла часть вещей Изабелле. Она никак не ожидала, что теперь всё изменится. «Бекка, я слышал от Роджера Леонарда, что мистер Джеффри не был в Нью-Йорке последние несколько дней, он…» Взгляд Ребекки потускнел: «Я ничего не знаю о его делах и не хочу о нем упоминать». «Ладно, давайте не будем о нём говорить… Как ваш сын, он всё ещё хорошо себя ведёт?» «Мм, он очень послушный…» Ребекка взглянула на невинное личико в колыбели, на его лице сияла нежная материнская улыбка. «Он спит». "Ух ты, как бы мне хотелось посмотреть, как он сейчас выглядит, он, должно быть, такой милый, правда?" «Все дети милые. Если вы так любите детей, почему бы вам уже не завести ребенка с генералом Леонардом?» Изабелла смутилась: «Я не хочу, я никуда не спешу…» Услышав застенчивость в словах Изабеллы, Ребекка рассмеялась: «Ты никуда не спешишь, но, может быть, кто-то другой торопится?» Закончив разговор с Изабеллой, Ребекка слабо улыбнулась. Услышав рассказ Изабеллы о трогательных моментах, проведенных с генералом Леонардом, она искренне порадовалась за Изабеллу… Их встреча была довольно случайной, но они сразу же нашли общий язык. У обоих беззаботные и жизнерадостные характеры, и она верит, что в будущем они будут гармонировать друг с другом. Найти в этой жизни человека, которого ты любишь и который любит тебя, — это действительно очень, очень сложно. Она искренне завидует Изабелле за то, что та наконец-то нашла подходящего человека; генерал Леонард — замечательный человек, который, несомненно, принесет Изабелле счастье. Так где же её собственное счастье? Внезапно в ее воображении мелькнуло красивое лицо… Счастье, в которое она когда-то верила, теперь оставило после себя лишь постоянную боль в сердце. Она до сих пор помнит, как спросила его, будет ли он хорошо к ней относиться до конца её жизни. Тогда он решительно ответил ей — да. Именно из-за его обещания она без колебаний решила продолжить отношения с ним… Должна признать, в то время ей действительно не хватало здравого смысла и самоуважения, она лишь фантазировала об их будущем, не желая упускать шанс быть с ним. Однако правда показала, что она сделала неправильный выбор. Всё, что он сказал, было ложью, всё это было… Она винила в этом свою наивность, заставлявшую её так легко поверить, но, думая об этом сейчас, понимает, что была действительно глупа. Даже после двух лет брака и ежедневного общения между супругами, между ними не было ни малейшей заботы, так как же она могла так сильно влюбиться всего за несколько дней на острове? В конечном итоге, она была глупа… После обеда – динь-дон. Ребекка только что убаюкала ребенка и, услышав звонок в дверь, быстро спустилась вниз, чтобы не разбудить малыша. Быстро добежав до двери на первом этаже, Ребекка едва коснулась дверной ручки, как вдруг почувствовала сильную боль в сердце. Зачем кому-то приходить в это время дня? Она прожила здесь так долго, и, за исключением редких визитов хозяйки, посетителей почти не было. Более того, хозяйка уже давно не приезжала… Она не знала почему, но у нее было сильное предчувствие, что кто-то может прийти… Она совсем не хотела, чтобы этот человек пришёл, но это чувство было настолько очевидным. Колеблясь, держа руку на дверной ручке, Ребекка подумала про себя, что если Говард Джеффри действительно придет, остановить его, несмотря на ее сопротивление, будет невозможно. Наконец, Ребекка повернула дверную ручку. Следующая секунда… Она не знала, испытывать ли ей облегчение или разочарование от своего предчувствия; снаружи стоял курьер с коробкой в ​​руках. "Мисс Ребекка Квентин?" "Да." «Ваша посылка, пожалуйста, распишитесь здесь». — Вежливо произнес курьер. Похоже, одежда, которую ей прислала Изабелла, наконец-то прибыла… Ребекка расписалась и внесла коробку в дом. Опасаясь оставить Эндрю одного, Ребекка отнесла коробку обратно в комнату на втором этаже. Эндрю всё ещё спал… Ребекка натянула маленькое одеяльце на сына и взглянула на коробку. Внезапно Ребекка поставила коробку на кровать и открыла её. И действительно, внутри оказалось несколько аккуратно упакованных элегантных платьев… Одежда этой марки действительно была ее любимой и раньше; у Изабеллы был хороший вкус, она выбирала модели, которые ей хорошо подходили. Увидев эту одежду, она мгновенно перенеслась в прошлое… До двадцати лет она жила, постоянно находясь под присмотром персонала; когда ей что-то нужно было или она чего-то хотела сделать, она кокетливо вела себя перед отцом, ни о чем не беспокоясь… Тогда она была по-настоящему беззаботной. ---------- Глава 250-136: Вкус и не более того Прошло всего семь лет, а она уже оказалась в таком отчаянном состоянии… Она боялась, что в этой жизни ей больше никогда не удастся позволить себе такие роскошные платья… Словно ведомая какой-то таинственной силой, она выбрала, как ей показалось, самое красивое платье и быстро ушла в ванную. Спустя несколько секунд она вышла из ванной, теперь уже в простом белом платье. Стоя перед зеркалом в полный рост в комнате, она безучастно смотрела на свое отражение. За все эти годы ее фигура почти не изменилась, но она давно утратила свою прежнюю красоту и элегантность. Ее волосы просто ниспадали на плечи, ее ненаряженное, изможденное лицо… она совсем не походила на некогда утонченную дебютантку. Как же она, такая простая и обычная, могла сравниться с другими? Остальные были известными дебютантками во Франции, как сообщается, им было всего двадцать три года, они были молоды и красивы, происходили из семьи, принадлежащей к высшему французскому обществу аристократии, а их дядя был влиятельным председателем в сфере бизнеса на международном уровне. Не говоря уже о том, что миссис Джеффри понравилась бы Элис Робинсон; даже сам Говард Джеффри, вероятно, был бы благодарен за женитьбу на Элис, поскольку такая жена была бы для него лучшим выбором как в любви, так и в карьере. Черт возьми, о чем она вообще думала? Покачав головой, она отбросила хаотичные мысли, Ребекка Квентин медленно закрыла глаза, позволяя своим мыслям упорядочиться и обрести рациональное равновесие. Никто не ожидал, что, как только она закрыла глаза, чтобы успокоиться, кто-то внезапно протянул руку сзади и обнял ее. Знакомый мужской запах, донесшийся до ее ноздрей, в сочетании с властной силой рук, обнимавших ее, заставил Ребекку Квентин резко открыть глаза, увидев красивую фигуру в зеркале. В следующую секунду ей захотелось закричать. Говард Джеффри быстро сделал жест, призывающий Ребекку Квентин к тишине, и прошептал ей на ухо: «Сынок спит, не так ли? Если ты не хочешь его разбудить, лучше сохраняй спокойствие». «Ты, ты, ты…» — Ребекка Квентин тут же вырвалась из объятий Говарда Джеффри, недоверчиво указывая на появившегося перед ней Говарда. — «Когда ты вошел?» Боже мой, неужели он был призраком? «Я хотел сделать тебе сюрприз, но когда вошел, обнаружил, что ты не заперла дверь…» Говоря это, Говард Джеффри снова обнял Ребекку Квентин, уткнувшись головой ей в шею, и тихо прошептал: «Я скучал по тебе… Ты так красиво оделась сегодня, потому что знала, что я приду, не так ли?» Ребекка Квентин в очередной раз приложила силу, чтобы вырваться из рук Говарда Джеффри, быстро создав между ними дистанцию: «Вам следует уйти, вам здесь не рады». Говард Джеффри шагнул вперед, в его глазах мелькнула обида: «Я отложил дела, поспешил к вам пораньше, неужели вы не можете спокойно поговорить со мной?» Ребекка Квентин отступила, сохраняя холодный тон: «Нам не о чем говорить». Говард Джеффри думал, что после дня и ночи, проведенных в отеле, их отношения улучшились, но он никак не ожидал, что Ребекка Квентин сегодня снова станет такой же колючей, как дикобраз. Говард Джеффри не стал заставлять Ребекку Квентин продолжать отступать, а вместо этого спокойно стоял на своем: «Я же говорил тебе, на этот раз я пришел забрать тебя и ребенка». Ребекка Квентин почти без колебаний выпалила: «Невозможно». Говард Джеффри медленно прищурился, бросив на нее косой взгляд: «Что я должен сделать, чтобы ты простила меня и дала нам еще один шанс?» Ребекка Квентин яростно покачала головой: «Это невозможно, у нас больше никогда не будет шанса… Говард Джеффри, прекрати говорить мне такие неискренние слова. Если у тебя есть какие-то скрытые мотивы, пожалуйста, скажи мне об этом напрямую. Если смогу, я буду сотрудничать с тобой. Умоляю тебя, перестань прикрываться ненавистью, чтобы причинить кому-то боль. Все, чего я хочу, — это мирная жизнь». Казалось, Говарда Джеффри сильно ударили, его лицо мгновенно побледнело: «Ты явно хочешь меня разозлить! Неужели ты думаешь, что мне больше нечем заняться, кроме как прибегать к тебе каждый день?» Глаза Ребекки Квентин мгновенно покраснели. Она вспомнила, как когда-то безгранично любила его, а в итоге стала жертвой его обмана и мошенничества. Конечно, у неё всё ещё оставались к нему чувства, но она не смела снова полюбить его и не собиралась безрассудно снова ему доверять. Она достаточно усвоила уроки прошлого; она предпочла бы никогда больше его не видеть в этой жизни! Внезапно подошел Говард Джеффри, схватил ее за плечи и, приподняв подбородок, сказал: «Хорошо, посмотри мне в глаза и скажи еще раз, что ты меня не любишь, скажи это!!» — неудержимо закричал Говард Джеффри. «Не говори так громко, я не хочу разбудить ребенка». Ребекка Квентин повернулась к ребенку в колыбели, обрадовавшись, что его не разбудила их ссора. ---------- Глава 251-136: Вкус и ничего больше (Часть 2) Говард Джеффри изо всех сил старался говорить тише: «Говорите, почему вы молчите?» Ребекка Квентин оттолкнула руку Джеффри и подняла голову, глядя на него, терзаемая всей его яростью. Она больше не могла сдерживать эмоции, сверля его взглядом, полным жгучих слез, и попыталась безжалостно выплюнуть: «Я больше не люблю тебя, Говард, я не люблю тебя! Ты доволен?» "Правда?" — усмехнулся Говард, услышав ответ Ребекки. "Почему ты смеешься?" «Я смеюсь, потому что ты пытаешься обмануть самого себя передо мной». Ребекка тоже саркастически рассмеялась: «Это ты себя обманываешь, Говард. Думаешь, ты все еще можешь заставить меня поверить в твою великолепную игру всего несколькими словами?» Никогда прежде он не был так зол, что хотелось взорваться. Говарду отчаянно хотелось закричать и засмеяться. Его и без того бушующие эмоции были с трудом подавлены, и он стал терпеливее к ней: «Ты смеешь еще раз сказать, что уже не любишь меня?» "Я и так уже не люблю…" Не успела Ребекка договорить, как Говард схватил её и с силой швырнул на большую кровать позади неё… "Ах" Ребекка закричала, но прежде чем она успела отреагировать, Говард уже крепко прижал ее отчаянно сопротивляющееся тело к своему мускулистому телу. Ребекка попыталась сопротивляться руками, но Говард крепко удержал её, сжав руки вдоль тела. Его сила была так велика, что у нее так сильно болели руки, что она не могла пошевелиться, слезы навернулись на глаза от боли, и из них вырвался поток ругательств: «Отпусти меня… ты, сумасшедший, отпусти меня…» Она не была игрушкой, которую можно позвать и выбросить по своему желанию, и она никогда больше не позволит своей жизни оказаться в таком ужасном положении. «Я не твоя игрушка, и если ты будешь меня принуждать, я обещаю, что не позволю твоей жизни протекать гладко!» Ребекка, широко раскрыв глаза, стиснула зубы и посмотрела на демона, который сидел на ней сверху и пользовался ее положением. "Мне и так уже не доставляет удовольствия!!" Наклонив голову, Говард страстно поцеловал Ребекку в губы. Его губы жестоко и властно сжимали ее хрупкие красные губы, не проявляя ни малейшей нежности, намереваясь мучить и истязать ее тело и разум, вселяя в нее страх и причиняя боль. Ребекка терпела резкую боль, исходящую от губ, желая сопротивляться, но не могла пошевелить телом, не в силах сопротивляться. В конце концов, она могла лишь широко раскрытыми глазами, полными ненависти, отчетливо помня все, что он сегодня с ней делал! Она всегда предостерегала себя от того, чтобы утонуть в вожделении, которое он вызывал, но она была слишком неопытна в вопросах любви между мужчиной и женщиной, совершенно не подходила ему, проиграв сразу после первой встречи. Однако, "Вау, вау…" В этот самый критический момент детский плач раздался внезапно. Говард сначала проигнорировал это, но, очевидно, почувствовал, как Ребекка напряглась под ним. "Вау…" Ребенок продолжал плакать, просыпаясь, и Ребекка, наконец, не выдержав, погладила его: «Уходи, уходи…» В этот момент никто не мог контролировать ситуацию, поэтому ему пришлось сделать несколько последних, решительных движений… Казалось, плач ребенка усилился после того, как он узнал, что отец издевается над матерью… Внезапно Говард заставил себя отстраниться от тела Ребекки… В тот момент, когда он отстранился, она почти изо всех сил попыталась оттолкнуть его, затем поправила платье и спрыгнула с кровати. Что такое мучение… Неесть — это не мучение, а вот есть, но чувствовать лишь легкий привкус, не сумев полностью удовлетворить желание — вот это мучение… Наблюдая, как она спешит к колыбели, он мог лишь сильно ударить кулаком по изголовью кровати. Этот малыш, когда он не плачет, плачет именно в этот момент… он знает, как испортить все хорошее, что есть у отца! Хотя Говард был недоволен, услышав детский плач, он быстро оделся и встал с кровати, хотя, конечно, некоторые места все еще были достаточно твердыми, чтобы свести его с ума. По всей видимости, ребенок проснулся от того, что обмочился… Ребекка ловко достала подгузник, чтобы поменять ребенку подгузник, но даже когда его тело высохло, он продолжал плакать… Ребекка тут же вынула ребенка из колыбели и нежно успокоила его на руках: «Эндрю, будь хорошим, мама здесь…» Обычно, если Ребекка нежно его утешала, ребенок сразу же переставал плакать, но на этот раз он продолжал плакать, отказываясь успокаиваться, как бы Ребекка его ни успокаивала… Говард, нахмурившись от недовольства, отошёл в сторону и спросил: «Он обычно так плачет?» Ребекке было совершенно всё равно на Говарда, и она продолжала мягко его утешать. Говард вдруг почувствовал легкую ревность к их ребенку, потому что она могла говорить с ним только очень нежно, глядя ему в лицо. «Мама такая глупая, Эндрю, должно быть, голоден…» Словно внезапно поняв, почему плачет ребенок, Ребекка улыбнулась сквозь слезы, не выказывая ни капли той холодной меланхолии, которая была у нее, когда она была занята с Говардом. Она осторожно положила ребенка и тут же принялась за приготовление молока для малыша. В тот самый момент, когда Ребекка с тревогой готовила молоко, она вдруг услышала, как плач ребенка стал громче. Ребекка инстинктивно повернула голову и увидела, как Говард вынимает ребенка из колыбели. Ключевым моментом было то, что как только он взял ребенка на руки, плач стал еще громче… Впервые став отцом, Говард не имел опыта держания ребенка на руках и теперь пытался нежно утешить его, как Ребекка: «Не плачь, не плачь…» Ребекка подбежала с бутылочкой готового молока и тут же забрала ребенка из рук Говарда. Говард последовал за ней, наблюдая, как она садится у кровати и осторожно кормит ребенка. Ребенок перестал плакать, как только начал сосать молоко… Ребекка нежно поцеловала ребенка, с любовью глядя на его сосущее личико. Говард стоял перед матерью и сыном, молча наблюдая, как ребенок очаровательно пьет молоко. Считается, что это был первый случай, когда он так пристально наблюдал за своим сыном… В отличие от других детей, у Эндрю были особенно густые черные волосы, темные, яркие глаза, ресницы, похожие на два веера, высокий нос и маленький рот… Ребенок выглядел таким маленьким, но черты его лица были такими нежными, словно он полностью унаследовал превосходные гены своих родителей. Ребекка опустила голову, уставившись на ребенка, почти забыв о том, что в комнате есть еще кто-то. Говард молча наблюдал, как она кормит ребенка, и необъяснимым образом почувствовал в сердце умиротворение. ---------- Глава 252-137: Просто хочу тебе угодить 1 Его взгляд переместился с лица ребенка на ее лицо… В этот момент она была необычайно спокойна и довольна, наблюдая за тем, как ребенок сосет грудь, с едва заметной, словно непроизвольной, улыбкой на лице. Черт возьми, один только взгляд на нее, и сильное желание, которое он только что подавил, вот-вот вырвется наружу, словно он стоял на краю вулкана. Но что он мог с ней сделать в этот момент? Единственное, что он мог сделать, это переключить свое внимание. «Он тоже просыпается ночью, чтобы покормиться грудью?» — внезапно спросил Говард Джеффри. Ребекка Квентин, казалось, заметила присутствие Говарда Джеффри лишь слегка напряглась, вспомнив о его неподобающем поведении ранее, и предпочла его проигнорировать. Говард Джеффри понял, что расстроило Ребекку Квентин, и тут же сел рядом с ней. Неожиданно Ребекка Квентин, держа ребенка на руках, тут же отдалилась от Говарда Джеффри. Говард Джеффри с недовольством посмотрел на Ребекку Квентин, сидевшую вдалеке, и нахмурился: «Я даже на своего сына смотреть не могу?» Ребекка Квентин хранила молчание. Не выдержав ее решительного, характерного для времен холодной войны, Говард Джеффри быстро сел рядом с Ребеккой Квентин и без стеснения обнял ее за талию. «Говард Джеффри!» Ребекка Квентин, всё ещё раздражённая предыдущим инцидентом, даже не стала сводить счёты с Говардом Джеффри. Увидев, что он снова начал распускать руки, она вспыхнула гневом: «Отпусти!» Говард Джеффри крепче обнял ее за талию, его темные глаза встретились с ее глазами, полными провокации. Ребекка Квентин, держа ребенка на руках, не смогла ему сопротивляться, но холодно посмотрела на него, стиснув зубы. Говард Джеффри нашел раздраженный взгляд Ребекки Квентин очаровательным и не смог удержаться, чтобы не поцеловать ее в щеку. Кто бы мог подумать, что именно тогда, когда Эндрю мирно сосал грудь, он вдруг разрыдался… Ребекка Квентин, не успев успокоить Говарда Джеффри, нежно обратилась к ребенку: «Эндрю, будь хорошим, не плачь…» Взгляд Говарда Джеффри также упал на Эндрю, чье маленькое личико теперь было изборождено слезами, а брови нахмурены: «Он часто так плачет по любому поводу?» Недолго думая, Ребекка Квентин парировала: «Разве не из-за того, что ты здесь? Пока ты держишься от меня подальше, он бы так не плакал. Обычно он очень хорошо себя ведет!» Лицо Говарда Джеффри помрачнело, на нем отразилась явная злость, он выплюнул тонкие губы: «Не могу поверить…» Сказав это, он повернул лицо Ребекки Квентин, приподнял ее подбородок и приготовился поцеловать ее. "Ваа, ваа…" Плач ребенка мгновенно усилился. Ребекка Квентин хотела лишь разозлить Говарда Джеффри, не ожидая, что сын так хорошо с ней поладит. Она тут же повернула голову и, воспользовавшись случаем, сказала: «Теперь вы в это верите?» Лицо Говарда Джеффри посинело, его взгляд был прикован к невинному лицу ребенка. Неужели это правда? Говард Джеффри снова остановил Ребекку Квентин, но на этот раз, прежде чем он успел что-либо с ней сделать, ребенок разразился душераздирающими рыданиями. Ребекка Квентин тут же вырвалась из объятий Говарда Джеффри, поставила бутылочку и, покачиваясь, успокоила ребенка. Лицо Говарда Джеффри стало невероятно уродливым. Плач ребенка сжал сердце Ребекки Квентин, и она выплеснула на него всю свою злость: «Это все твоя вина, он никогда так не плакал…» «Это просто смешно, я не могу поверить, что этот крошечный ребенок действительно умеет тебя защитить». «Продолжай болтать, а он плачет все сильнее и сильнее… ублюдок!!» — сердито выругалась Ребекка Квентин, смешав в себе старые и новые обиды. Говард Джеффри попытался подойти к Ребекке Квентин. И действительно, плач ребенка снова усилился. Ребенок никогда так не плакал с рождения, и, увидев его реакцию, даже Ребекка Квентин чуть было не поверила, что ребенок действительно сопротивляется Говарду Джеффри. Говард Джеффри наконец замер на месте, на его лице читались сомнение и беспомощность. И по какой-то причине даже Ребекка Квентин не смогла его успокоить. Как бы она ни пыталась успокоить ребенка, он продолжал плакать, отказываясь сделать еще один глоток молока. Ребекка Квентин расхаживала по комнате, успокаивая ребенка… Естественно, Говард Джеффри не поверил, что ребенок плачет без остановки, потому что видел, как тот плохо себя вел по отношению к Ребекке Квентин, но, наблюдая за тем, как Ребекка Квентин впервые терпеливо успокаивает ребенка, он понял, насколько утомительно и тяжело ухаживать за ребенком. Внезапно Ребекка Квентин остановилась перед огромным белым плюшевым медведем и сказала ребенку: «Эндрю, посмотри, какой милый медвежонок…» Такой маленький ребёнок, естественно, ничего не мог понять, поэтому Ребекке Квентин пришлось позволить малышке встретиться лицом к лицу с милым медвежонком… Эндрю, задаваясь вопросом, действительно ли его привлекает этот очаровательный великан, постепенно стих, когда он посмотрел на медведя. Ребекка Квентин была очень довольна, освободив одну руку, чтобы поднять медведя. ---------- Главы 253-137: Просто хочу вам угодить (Часть 1) Говард Джеффри почувствовал, что что-то не так, и уже собирался вмешаться, но тут увидел, как Ребекка Квентин, не сумев удержать медведя с ребенком на руках, в конце концов уронила его со стула… Совершенно неожиданно раздался лязг металла, ударившегося о землю… Ребекка Квентин сначала подумала, что это просто батарейка, но помимо батарейки оттуда выпал еще и квадратный металлический предмет. Это была довольно сложная на вид металлическая печатная плата, с двумя едва различимыми проводами, соединяющимися с телом медведя. Ребекка Квентин вдруг вспомнила о миниатюрном устройстве для слежки, которое она однажды видела по телевизору, и мгновенно почувствовала, что этот металлический предмет очень похож на нее… Она мгновенно поняла: в медведе действительно находилось устройство слежения, и при ближайшем рассмотрении глаза медведя действительно выглядели странно: черные зрачки напоминали линзу камеры видеонаблюдения. Боже мой… Этот мишка был подарен Говардом Джеффри еще до того, как она родила, так что слежка внутри… Ребекка Квентин резко повернулась и посмотрела на Говарда Джеффри. Говард Джеффри был застигнут врасплох тем, что происходило перед ним. Ребекка Квентин вдруг сердито закричала: «Говард Джеффри, ты что, шпионишь за мной?!» Как это отвратительно, поистине отвратительно!! Усыпив Эндрю, Ребекка Квентин, охваченная гневом, стащила Говарда Джеффри на первый этаж. «Вы зашли слишком далеко, Говард Джеффри. Как вы могли установить устройство слежки, чтобы следить за мной?» Столкнувшись с агрессивным взглядом Ребекки Квентин, Говард Джеффри сохранил вызывающее выражение лица и честно ответил: «Я не мог перестать беспокоиться о вас». «Не придумывай таких грандиозных оправданий, ты просто… просто…» — Ребекка Квентин внезапно покраснела. Говард Джеффри догадался, о чём в тот момент думала Ребекка Квентин, и не смог сдержать улыбку, игриво спросив: «Что это?» Ребекка Квентин подняла кулак: «Ты извращенец!» Она наконец поняла, почему он знал о её прошлом интервью: всё благодаря этому медведю, который передал ему эту информацию. Кроме того, каждую ночь она раздевалась для послеродового ухода, а это означало, что он видел всё… Боже мой… Говард Джеффри схватил Ребекку Квентин за руку, притянул её к себе и хитро прошептал: «Не сердись. Даже если я увидел что-то, чего не должен был видеть, это не значит, что я этого раньше не видел. Если тебе кажется это несправедливым, можешь наблюдать за мной в любое время…» "Говард Джеффри!!" Этот негодяй! Говард Джеффри улыбнулся и уговаривал: «Хорошо, у меня не было никаких злых намерений, я просто хотел знать, о чём вы думаете в любой момент…» Ребекка Квентин отмахнулась от Говарда Джеффри и холодно сказала: «Я обязательно выброшу всё, что ты сюда принёс!» С этими словами она повернулась и направилась наверх, чтобы принять меры. Неожиданно, как раз когда она собиралась повернуться, Говард Джеффри внезапно обнял её сзади. «Прекрати, я установил устройство только в медведя, больше нигде». Ребекка Квентин изо всех сил пыталась вырваться из его объятий, отпустив его руки: «Отпусти!» Говард Джеффри повернул её к себе, посмотрел на её сердитое, нежное лицо и смягчил голос, уговаривая: «Если ты успокоишься, я сделаю всё, что ты скажешь, хорошо?» Он поклялся, что когда малыш вырастет, он серьезно поговорит с ним об этом! Из всех возможных моментов, именно в этот раз я больше всего на свете хотела заплакать… Это не только испортило его "хорошее дело", но и доставило неприятности медведю, из-за чего Говарду Джеффри теперь приходится опускать свою стойку. Ребекка Квентин указала на дверь: «Хорошо, уходите и больше сюда не приходите». Говард Джеффри нахмурился: «Вы уверены?» Ребекка Квентин безжалостно заявила: «Уверена, если вы сможете это сделать, я буду вам очень благодарна». В следующую секунду Говард Джеффри повернулся и ушел. Никогда не думала, что заставить его уйти окажется так легко. После того, как дверь закрылась, широко раскрытые, изумленные глаза Ребекки Квентин несколько секунд оставались прикованными к ней. У Ребекки Квентин возникли некоторые сомнения, после чего она открыла дверь, чтобы проверить. И действительно, его машина медленно исчезала из ее поля зрения… Ребекка Квентин медленно закрыла дверь. Увидев, как он уходит, она почувствовала, как внутри нее поднимается неописуемое чувство. Внезапно, тяжело ступая, она вернулась в свою комнату. Сидя на краю кровати, она смотрела на невинное спящее личико маленького Эндрю, но ее мысли уже унеслись куда-то далеко. Неужели ты думала, что я прихожу сюда каждый день только для того, чтобы тебя видеть? Его слова эхом звучали в её голове… Честно говоря, его слова не остались для неё совершенно равнодушными; иногда она даже видела в его глазах искренность, которой никогда раньше не замечала. Но как она могла позволить себе снова поверить? Ее сердце уже было изранено и истерзано, не в силах больше терпеть боль и страдания; даже если он искренне хотел быть с ней сейчас, она не позволила бы себе снова привязаться к нему. Они с ней всегда были из двух разных миров. Она никогда не могла войти в его мир, не говоря уже о миссис Джеффри и вражде между двумя семьями из предыдущего поколения, которая стояла между ними. Даже если бы она могла быть с ним, это осложнило бы ему будущее, он оказался бы между матерью и ней, и ему, возможно, пришлось бы бороться с этим всю жизнь. Самое главное, она больше не проявляла к нему прежней настойчивости; заботился он о ней или нет, ей было все равно. Она верила, что сможет жить хорошей жизнью, пока он перестанет ее беспокоить. Не успела она оглянуться, как наступил вечер. После простого домашнего ужина Ребекка Квентин вернулась в свою комнату. Эндрю уже проснулся, его невинные глаза моргали, когда он оглядывался по сторонам. Ребекка Квентин мягко улыбнулась, вынула младенца из колыбели и положила его на кровать. Проснувшись, Эндрю всегда был очень активен, беспокойно двигая руками и ногами. Наблюдая за ребёнком, Ребекка Квентин вдруг перестала думать ни о чём другом; пока ребёнок был рядом, она могла игнорировать всё. После непродолжительной игры Эндрю выпил молока и снова заснул. После купания Ребекка Квентин прислонилась к изголовью кровати, впервые за долгое время страдая от бессонницы с момента рождения ребенка. Размышляя о том, что произошло тем днем ​​на этой кровати, она чувствовала одновременно смущение и гнев, но не знала, как с этим справиться. Вызовите полицию? Учитывая его статус, даже простое объяснение с его стороны заставило бы этих офицеров пресмыкаться перед ним. Ударить его, оскорбить? В этом нет смысла; она никогда не была истеричкой. Он переборщил; у него уже была беременная невеста, а он всё равно пришёл к ней… Она не могла терпеть его пренебрежение моральными принципами; ей нужно было дать ему понять, что не все отношения — это его игра. Даже если их отношения были запутанными, это было совершенно несправедливо по отношению к его невесте, Элис Робинсон. ---------- Глава 254-138: Просто хочу тебе угодить 2 Подумав об этом, Ребекка Квентин достала телефон и набрала номер миссис Джеффри. Неожиданно, прежде чем Ребекка Квентин успела позвонить, зазвонил ее собственный телефон. Увидев номер на экране, Ребекка Квентин почувствовала прилив гнева и тут же повесила трубку. Возможно, предвидя её реакцию, она отправила сообщение: «Подойди к окну, не заставляй меня подниматься за тобой». Ребекка Квентин взглянула на французское окно, занавешенное шторами, затем встала с кровати и направилась к нему. Отдернув занавеску, Ребекка Квентин безучастно смотрела на спокойную ночную картину города. Внезапно в поле ее зрения появилась гроздь фейерверков. Фейерверк! Всё больше и больше фейерверков освещало небо, отбрасывая яркие краски на её лицо. Она, затаив дыхание, посмотрела на прекрасный фейерверк, распускающийся в небе. Искры фейерверка проносились по ночному небу, словно падающие звезды; это романтическая картина, которую любит видеть каждая девушка. Фейерверк должен быть шумным и оживленным, но фейерверк, который она видела, казался нетронутым мирским шумом, бесшумно заполняя небо, демонстрируя ослепительные цвета, а затем бесшумно исчезая в ночи, ожидая следующего цветения… В одно мгновение она почувствовала себя так, словно оказалась в своем собственном мире, словно в сне Золушки. Фейерверк продолжался долго, и наконец в небе вырисовали слова «С днем ​​рождения» на английском языке… Ребекка Квентин не могла поверить своим глазам. Она прикрыла рот рукой, не в силах сдержать переполнявшие её эмоции, и бросилась вниз по лестнице. Она с нетерпением открыла дверь и выбежала наружу, внезапно остановившись и безучастно уставившись на него неподалеку. В небе все еще сверкали фейерверки, и он приблизился с легкой улыбкой на своем красивом лице. Ребекка Квентин застыла на месте, ее взгляд был прикован к небу, усыпанному фейерверками, и внезапно она оказалась в его объятиях. Ребекка Квентин прислонилась к плечу Говарда Джеффри, ее горло сжималось от эмоций, она не могла говорить. «Бекка, с днем ​​рождения!» Из глаз Ребекки Квентин потекли слезы. Грубый голос Говарда Джеффри шепнул ей на ухо: «Эти фейерверки я специально привёз для тебя из Цветочного Королевства, они тебе нравятся?» «Откуда ты знаешь, что сегодня мой день рождения?» «Если кому-то не всё равно, то нет ничего, чего бы они не знали… Бекка, можешь ли ты простить меня и дать нам шанс начать всё сначала?» Ребекка Квентин не ответила, плотно сжав губы, словно сдерживая эмоции. Говард Джеффри крепко обнял Ребекку Квентин и хриплым шепотом продолжил: "Тебе действительно все равно?" Из глаз Ребекки Квентин текли слезы, она позволила Говарду Джеффри обнять себя, но не протянула руку, чтобы обнять его; слезы лились еще сильнее. Пока Говард Джеффри не почувствовал, что его одежда намокла, он медленно отпустил ее, глядя на ее заплаканное лицо, с болью в сердце: "Не плачь…" Говард Джеффри нежно обхватил ладонями ее хрупкое лицо и мягко вытер большим пальцем слезы, текущие из уголков ее глаз. Ребекка Квентин продолжала плакать, не рыдая и не задыхаясь, ее взгляд был рассеянным и устремлен на его красивое лицо. "Бекка…" Ребекка Квентин дала волю слезам, молча глядя на лицо, которое когда-то любила: «Говард Джеффри, ты до сих пор не понимаешь, что между нами все кончено…» Неразборчивый голос вырвался из уст Ребекки Квентин, поразив сердце Говарда Джеффри и зажегши неудержимую искру в его темных глазах: «Не можем ли мы начать все сначала? Я знаю, что причинил тебе столько боли, но… неужели ты не можешь дать мне шанс загладить свою вину?» Он не ответил, он лишь по ее внезапно прерывистому дыханию понял, что ей все равно. Он затаил дыхание, ожидая. Словно прошло столетие, тихий голос Ребекки Квентин медленно поднялся. «Говард Джеффри, помнишь тот день, когда я решил быть с тобой? Я тебя кое о чём спросил…» "…Что?" «Я спросила тебя, будешь ли ты хорошо ко мне относиться до конца жизни». Голос Ребекки Квентин был хриплым, ресницы плотно сжаты. «Тогда ты ответил мне — Да». Говард Джеффри внезапно замолчал. В этот момент Ребекка Квентин слабо улыбнулась, улыбка, полная печали, боли и самоиронии, медленно, мягко, разрывая его сердце каждым словом, и он, задыхаясь, выпалил: «Знаешь, я верил каждому твоему слову, я так сильно любил тебя, но ты никогда не воспринимал мои чувства всерьез, играл со мной по своему желанию, обращался со мной как с игрушкой… Я отпустил все это, потому что знаю, что семья Квентин слишком много должна семье Джеффри, это долг, который я должен вернуть, поэтому, даже если я ненавижу тебя, обижаюсь на тебя, я не буду мстить… А сегодня, когда я уже потерял всякую надежду на тебя, ты снова приходишь и говоришь, что хочешь быть со мной…» Затем Ребекка Квентин рассмеялась: «Разве это не самая большая шутка? Если я все еще выберу быть с тобой, как я смогу когда-нибудь взглянуть в лицо своему сердцу, которое ты так ранил? Даже если я готова дать тебе еще один шанс, даже если я готова любить тебя, как мотылька на…» Пламя, как прежде… мои крылья уже сломаны, я больше не могу летать… ---------- Главы 255-138: Просто хочу вам угодить (Часть 2) Затянувшийся звук был подобен унылому ветру, хрипло завывающему в комнате. Стоя у окна, Говард Джеффри почувствовал, как его сердце сжалось, сжалось в клочья. За эти четыре года, проведённые вдали от неё, он признался, что ни разу не думал о её поисках, не потому что она ему была безразлична, а потому что в то время он не мог отличить, что для него важнее всего в жизни. Он вспомнил, как встретил её снова четыре года спустя на улице… Он только что вышел из отеля, когда случайно увидел её идущей на противоположной стороне улицы… Он никогда не забудет ее испуганный взгляд, когда она убегала, и след страха в ее глазах, устремленных на него. Позже он узнал, что она работала у Роджера и давно уже избавилась от былого блеска. В то время у его матери были напряженные отношения с Кристин Куинн, она отчаянно хотела, чтобы он уладил свои отношения с ней, поэтому она отправила Роджера найти Ребекку Куинн… Таким образом, Роджер создал для них возможность встретиться в отеле. Из вежливости она была готова поговорить с ним как со старым другом, давно не видевшимся, но у него не было таких намерений, потому что он знал, что она дочь его врага, и всегда видел в ней тень Вивиан Линдси. Его безразличие заставило ее печально покинуть отель, а позже она, должно быть, столкнулась с Кристин Куинн, которая рассказала ей слова, которые четыре года назад обещала другим причинить ей боль, чтобы спровоцировать ее, заставив ее непроизвольно обратиться к нему за расплатой. Он знал, что, когда она обнимала его, ей на самом деле хотелось вонзить нож ему в сердце, но он не разоблачил её, потому что понимал, что она ему не ровня… Она была очень умна, или, возможно, понимала, что прямое противостояние с ним ни к чему хорошему не приведет, поэтому изменила цель своего визита к нему с требования расплаты на просьбу о миллионе долларов. То ли его совсем не интересовали деньги, то ли он просто хотел посмотреть, на какие уловки она способна, он охотно их ей дал. И действительно, после нескольких дней молчания она переехала прямо к нему домой в Америку, к его матери. Он знал, что она пришла отомстить, постоянно провоцируя его; он мог бы легко уничтожить ее, но почему-то испытывал к ней какую-то милость… Находясь в этом смятении, после того как она узнала от Кристин Куинн, что организатором ее изнасилования была именно Кристин Куинн, и что на самом деле она не подверглась насилию, он не ожидал, что она покинет Нью-Йорк без всякой выгоды, хотя его мать очень ее любила. Впервые его удивил её характер, потому что он никогда не думал, что она сможет так чётко различать любовь и ненависть. Позже они снова стали чужими людьми, но однажды совершенно случайно он узнал, что она стала секретарем Скайлер Джонс… В тот момент он уже подозревал Скайлер Джонс, поэтому был убежден, что у нее были недобрые намерения, когда она к ней приближалась. Ему следовало бы остаться в стороне и ничего не предпринимать, но он не мог смириться с тем, что она будет проводить каждый день с мужчиной, который может причинить ей вред. В то время он не знал, что это чувство называется ревностью, поэтому он снова и снова ходил к ней. Он и представить не мог, что она может быть такой упрямой и остроязычной. Он решил оставить её в покое, пока не появятся новости о том, что Скайлер Джонс сделал ей предложение. В тот момент он не смог сдержать гнев, но боялся, что его дальнейшее появление может насторожить Скайлер Джонс, поэтому он обратился за помощью к девушке Роджера, Изабелле Джоанне. Изабелла Джоанна была её хорошей подругой; если Изабелла могла сказать несколько слов от его имени, это могло быть равносильно тому, как если бы он сказал ей десять слов, поэтому он позвал Изабеллу Джоанну на помощь. Изабелла Джоанна подарила ей карту на пятьдесят миллионов долларов… Поначалу он думал, что появление этой карты может её расстроить, но кто бы мог подумать, что она полностью её проигнорирует. Ее безразличие заставило его снова взглянуть на нее по-новому; он был удивлен ее спокойствием и невозмутимостью. В тот момент он думал, что, учитывая её рациональность и мудрость, он позволит ей соревноваться со Скайлер Джонс! Ему пришлось признать, что такие мысли действительно были вызваны ею. Кто бы мог подумать, что он будет сдерживаться, но, узнав о скорой свадьбе Ребекки Квентин, его мать не смогла устоять и разрешила Роджеру отвезти ее на остров. Честно говоря, единственная цель его поиска её на острове заключалась в том, чтобы использовать её для раскрытия истинной личности Скайлер Джонс, и в то же время он хотел узнать, действительно ли Скайлер Джонс испытывает к ней чувства. Он до сих пор помнил тот момент, когда прибыл на остров: она приняла его за Скайлера Джонса и ласково назвала по имени… Никто и представить не мог, сколько ревности в нём кипело, но он не выплеснул её наружу ради достижения более масштабной цели. Возможно, это была судьба, ведь она повредила ногу на острове, что дало им больше возможностей быть вместе… Увидев её обнажённое тело впервые, он не смог сдержать своих телесных желаний… Хотя он отправился на остров с определенной целью, его желание было искренним. Даже слова, сказанные во время их интимной близости, долгое время оставались для него загадкой: в них больше искренних эмоций или притворства. После того как их отношения на острове улучшились, он обнаружил, что все больше очарован ее телом, и его мировоззрение заметно изменилось: в нем развилось чувство собственничества по отношению к ней и странное желание просто держать ее рядом с собой… Поэтому, вернувшись с острова, он официально признался ей в своих чувствах. Поначалу он думал, что потребуется приложить усилия, чтобы возродить её веру в него, но кто бы мог подумать, что она так легко решит быть с ним… В те дни, когда она была рядом, он признавал, что всегда хотел оставаться с ней, даже если это просто обнимать ее, ничего не делая… Однако эти дни продлились недолго, так как она случайно обнаружила, что он давал ей противозачаточные средства. Она тщательно скрывала от него свои чувства, даже предложив помочь матери отпраздновать день рождения в Нью-Йорке, чтобы не вызывать у него подозрений. В тот момент у него уже возникли подозрения, что она могла что-то обнаружить, особенно когда он ей позвонил, а её ответы были скованными, а в её словах было гораздо меньше эмоций, чем раньше… Затем он вызвал на допрос по одному официантов из отеля. ---------- Глава 256-139: Просто хочу тебе угодить 3 Позже он случайно услышал от официанта, что она лично гладила и забирала его одежду из отеля. Он вдруг понял, что она, возможно, обнаружила бутылочку с противозачаточными таблетками, которую он оставил в шкафу. Позже он уехал в Америку, чтобы отпраздновать день рождения матери, всегда опасаясь её. И действительно, она хотела уехать, и даже поручила Кристин Куинн организовать её отъезд. Конечно, он этого не допустит. В конце концов, он еще не достиг цели — вовлечь Скайлер Джонс, да и вообще, она по-прежнему вызывала у него сильный интерес... Таким образом, он вступил в сговор с Кристин Куинн, заставив ее взять на себя вину за инцидент с противозачаточными таблетками. В итоге Ребекка Квентин оказалась ему не по зубам, снова попав в ловушку, которую он сам же и создал. Как и ожидалось, Скайлер Джонс начал раздувать скандал, используя свои отношения с Изабеллой Джоанной против Ребекки Квентин... Ребекка Квентин всегда испытывала беспокойство и тревогу по поводу их отношений. Узнав об этом, она впала в отчаяние и, вернувшись в Цветочное Королевство, немедленно начала расследование. Он мог бы помешать ей узнать правду, но предпочел промолчать, потому что хотел посмотреть, как она отреагирует, и одновременно хотел подтолкнуть Скайлер Джонс к действию... Он никак не ожидал, что она решит объединиться против него со Скайлер Джонс... Это особенно его разозлило, поэтому он решил противостоять этому плану. Развитие событий полностью соответствовало его прогнозам; Скайлер Джонс наконец признал свою личность, исполнив желание своей матери встретиться со Скайлером Джонсом. Однако после расставания каждая ночь, проведенная им в одиночестве, постепенно превратилась в бессонную. Он думал, что она не сможет оправиться, но неожиданно, когда он отправился в город Y, чтобы найти Скайлер Джонс, он увидел, как она вступает в интимную связь со Скайлер Джонс. В тот вечер, после вечеринки, он выпил больше обычного и в итоге оказался в её квартире... Он до сих пор не может вспомнить, что сказал ей в тот вечер, смутно помня, что, похоже, забыл много неприятных моментов между ними, и ему хочется лишь вернуться к тем дням, когда они были вместе... На следующий день он проснулся в её квартире и только тогда осознал, как сильно привязался к ощущению её присутствия... Это чувство было неожиданным; он стал осторожнее и стал избегать его. Поэтому он жестоко высказался о ней, дав понять, что не испытывает к ней никаких чувств, и раскрыл отношения между Кристин Куинн и Скайлером Джонсом, настоятельно решив, что ей следует полностью отказаться от отношений со Скайлером Джонсом. Она действительно оставила Скайлер Джонс и отправилась в Олтон, чтобы найти Кристин Куинн. Он думал, что это окончательно разорвет их отношения, но неожиданно она оказалась беременна от него. Он должен был признать, что, узнав о её беременности, его первой реакцией была неподдельная радость... Он вот-вот должен был стать отцом, и его переполняло чувство неописуемого удовлетворения и счастья; он с нетерпением бросился на поиски дочери. После некоторых усилий он наконец увидел её с выпирающим животом, и кто бы мог подумать, что, пытаясь его избежать, она чуть не попала в аварию. Увидев её лежащей на больничной койке, такой худой и слабой, его сердце наполнилось смешанными чувствами... Душевная боль, самообвинение, чувство вины, стыд, нежелание... Все эти чувства он когда-то не хотел признавать; опасаясь, что его чувства только усугубятся, он нанял адвоката, чтобы заставить себя подписать с ней соглашение, полностью разорвавшее все связи, касающиеся ребенка. Он думал, что этого будет достаточно, что с этого момента они станут чужими людьми, но... Его сердце постепенно стало беспокойным. Находясь рядом с Элис Робинсон, он часто становился рассеянным, переходя от пробных отношений к полному безразличию, все чаще думая о ней... Он снова не смог сдержаться и отправился её искать... Он сопровождал ее на дородовый осмотр, с волнением наблюдая, как она выходит из кабинета врача. Хотя на снимке УЗИ пятимесячный малыш выглядел не очень привлекательно, он был так же взволнован, как и она... Именно с этого момента он понял, что, сам того не осознавая, стал так сильно переживать... Таким образом, он дал им шанс, выбрав 30 ноября в качестве дня свадьбы. Если судьба распорядилась так, что ребенок родится в положенный срок, то, если она согласится ему помочь, их совместная жизнь не за горами... Но только сегодня он понял, что всегда игнорировал её чувства; её мысли теперь совсем не те, что раньше... В эту ночь от бессонницы страдал не только Говард Джеффри. ---------- Главы 257–139: Просто хочу вам угодить (Часть 3) Рано утром Ребекка Квентин встала. Она занялась домашними делами и приготовила себе завтрак, быстро проведя все утро за рулем. В полдень, когда Ребекка готовила обед, она вдруг услышала звонок в дверь. Она бросилась открывать, но обнаружила за дверью пустой коридор. Ей это показалось; никто не звонил в дверь! Вернувшись на кухню, она достала приготовленный обед и села одна за обеденный стол. У нее никогда не было хорошего аппетита, а теперь, глядя на дымящуюся еду, она совсем потеряла аппетит. Она взяла ложку и заставила себя сделать несколько укусов, но все равно не смогла съесть много. Наконец, она отложила ложку, откинулась на спинку стула и погрузилась в глубокие размышления. Почему люди так противоречивы? Она знала, что должна сказать ему эти слова, и это были именно те слова, которые она хотела ему сказать больше всего. Но после разговора с ним она не могла уснуть всю ночь. Ему следовало бы сдаться, верно? Она так ясно ему всё объяснила… Что бы ни случилось, раз уж она приняла такое решение, она не изменит его. Даже если внутри бушевали сильные эмоции, она оставалась спокойной, как вода, перед ним. С этой мыслью Ребекка заглушила печаль в своем сердце, снова взяла ложку и начала есть. Время пролетело незаметно, и прежде чем она это осознала, наступил вечер. Пока Эндрю уже заснул, Ребекка спустилась вниз готовить ужин, и вдруг зазвонил дверной звонок. В последнее время сюда, кажется, приходит только один человек. Она думала, что он вернулся в Нью-Йорк прошлой ночью… Подойдя к двери, Ребекка осторожно повернула дверную ручку и открыла дверь. Она не ожидала увидеть кого-то другого, поэтому сначала на её лице появилось мрачное выражение. Но, увидев посетителя, её глаза расширились от удивления, и мрачное выражение мгновенно исчезло; она слегка застыла. Старушка миссис Джеффри? «Мисс Квентин». Перед ней стояла элегантная и благородная миссис Джеффри в сопровождении двух телохранителей и водителя. Услышав любящий, но несколько отстраненный голос миссис Джеффри, Ребекка вежливо ответила: «Старушка миссис Джеффри». Миссис Джеффри оглядела дом изнутри и спросила: «Можно мне войти и присесть?» Ребекка ответила: «Конечно». Затем Ребекка распахнула дверь шире, впустив миссис Джеффри. Увидев, в каких условиях живёт Ребекка, миссис Джеффри слегка нахмурилась: «Как вы можете комфортно жить в таком маленьком доме?» Ребекка не ответила, а лишь спросила: «Старушка миссис Джеффри, не хотите ли что-нибудь выпить?» Миссис Джеффри прямо сказала: «Нет необходимости быть такой формальной; я пришла навестить своего внука». Ребекка опустила глаза и, спустя некоторое время, ответила: «Он спит». «Где он спит?» — спросила миссис Джеффри с оттенком радости. «Наверху, на втором этаже». «Вы действительно позволяете ему спать одному на втором этаже?» — миссис Джеффри тут же забеспокоилась. — «А вдруг он проснется голодным или с мокрым подгузником? Разве он не будет плакать один наверху?» «Нет, у меня есть радионяня; я могу слышать…» Миссис Джеффри в тревоге прервала Ребекку: «Быстрее, отведите меня к нему». Ребекка на мгновение заколебалась. Заметив ее нерешительность, миссис Джеффри не удержалась и спросила: «Я бабушка этого ребенка. Я хочу его увидеть; разве это запрещено?» Ребекка, опустив голову, медленно произнесла: «Старушка миссис Джеффри, я больше не являюсь родственницей семьи Джеффри». Миссис Джеффри недовольно ответила: «Если нет родства, то почему у вас родился ребенок от Говарда Джеффри?» Ребекка растерялась, когда вопрос миссис Джеффри прервал ее разговор. Понимая, что ее отношение показалось несколько недружелюбным из-за ее нетерпения увидеть внука, миссис Джеффри немного смягчила тон и спокойно сказала: «Извините, мой тон был немного резким. Я видела соглашение, которое вы подписали с Говардом. Я знаю, что вы родили этого ребенка не для того, чтобы связываться с Говардом. Я не хочу вас осуждать; я просто хочу увидеть своего внука». Значит, миссис Джеффри видела соглашение, которое она с ним подписала… Увидев молчание Ребекки, миссис Джеффри снова смягчила тон: «Мисс Квентин, смею предположить, что в прошлом я относилась к вам довольно хорошо. Думаю, вы также не считаете меня плохим человеком, поэтому вам не стоит меня опасаться, тем более что речь идёт о моём внуке». Ребекка всегда с уважением относилась к старшим. В тот момент она наконец убедила себя отбросить свои опасения и тихо сказала: «Пожалуйста, следуйте за мной». "Спасибо." Ребекка проводила миссис Джеффри на второй этаж. На втором этаже располагались всего две комнаты: одна принадлежала Кристин Куинн и Мэрилин Куинн, а другая — ей и Эндрю. Увидев две тесные комнаты, соединенные вместе, миссис Джеффри уже могла представить, как будут выглядеть остальные комнаты внутри. И действительно, как только она открыла дверь, миссис Джеффри тут же пожаловалась: «Как можно жить в такой маленькой комнате? Здесь даже приличной детской нет!» Ребекка молчала и не отвечала. Миссис Джеффри быстро заметила колыбель и направилась к ней. Увидев, как малыш крепко спит внутри, ее недовольство исчезло, сменившись нежной любовью. «О боже, он такой очаровательный…» — миссис Джеффри прислонилась к колыбели, не в силах сдержать своего восторга, — «Он выглядит точь-в-точь как Говард в детстве. Посмотрите на эти глаза, этот нос, словно они вылеплены из одной формы…» Ребекка стояла в стороне, не зная, что сказать. Миссис Джеффри осторожно подняла спящего Эндрю из колыбели. Эндрю, встревоженный внезапной потерей своей конюшенной лежанки, немного поерзал на руках у миссис Джеффри, прежде чем снова уснуть. Не в силах оставить внука ни на секунду, миссис Джеффри спросила: «Ему ведь уже должен быть один месяц и тринадцать дней, верно?» Ребекка не ожидала, что миссис Джеффри запомнит возраст её ребёнка до дня. Она слегка кивнула: «Да». Миссис Джеффри не удержалась и поцеловала нежные щеки Эндрю, а затем вдруг заметила: «У него немного горит лицо». Ребекка подошла к миссис Джеффри, посмотрела на румяное спящее личико малыша, протянула руку и коснулась его лба: «С ним все будет в порядке. Может, ему просто тепло во сне». Миссис Джеффри легонько коснулась лба Эндрю своим лицом: «Нет, он не просто теплый; у него небольшая температура…» Услышав от миссис Джеффри слово «лихорадка», Ребекка была ошеломлена. В этот момент миссис Джеффри повернулась к одному из телохранителей за дверью и приказала: «Лео, иди и позови врача…» «Да». Один из телохранителей тут же ушёл. Удивлённая тем, как сильно встревожилась миссис Джеффри, Ребекка поспешно сказала: «Врача вызывать не нужно, правда? У меня есть термометр, и я могу измерить ему температуру…» Лицо миссис Джеффри было суровым: «Как можно быть уверенным с помощью домашнего термометра? А вдруг ошибешься, и у ребенка продолжится жар?» "Я…" «Давайте просто подождем врача», — сказала миссис Джеффри, похоже, потеряв терпение, и с нежностью посмотрела на Эндрю у себя на руках. Примерно через десять минут приехал семейный врач. ---------- Главы 258-140: Просто хочу тебе угодить 4 Поскольку миссис Джеффри была очень обеспокоена, семейный врач внимательно осмотрел Эндрю. Внезапно врач сказал: «У ребенка температура 37,8 градусов, небольшая температура». Миссис Джеффри, держа на руках Эндрю, встревоженно спросила: «Это серьезно? Что нам делать?» Ребекка Квентин также спросила: «Можно ли использовать жаропонижающий пластырь?» Ребекка Квентин сослалась на информацию, прочитанную ею в книгах по воспитанию детей, и сказала, что нормальная температура для младенцев и маленьких детей составляет от 36 до 37 градусов. Если она превышает 37 градусов, следует использовать жаропонижающий пластырь, чтобы снизить температуру, а если она поднимается выше 38 градусов, следует обратиться в больницу за лечением. Врач с улыбкой ответил: «Не стоит слишком беспокоиться, у ребенка небольшая температура. Прикладывание жаропонижающего пластыря должно помочь снизить температуру… Продолжайте наблюдать за ребенком ночью, и если температура поднимется, тогда вам следует обратиться в больницу». Услышав это, миссис Джеффри почувствовала небольшое облегчение и спросила врача: «Нам нужно взять жаропонижающий пластырь в больнице?» Ребекка Квентин ответила: «У меня кое-что есть». Затем врач вынул стетоскоп из уха и ушел. После ухода врача миссис Джеффри нервно сказала: «Быстро принесите жаропонижающий пластырь. А что, если у ребенка поднимется температура?» Ребекка Квентин повернулась, чтобы взять жаропонижающий пластырь, и через некоторое время приложила его ко лбу Эндрю. Возможно, встревоженный разговорами окружающих, Эндрю медленно проснулся. Миссис Джеффри села на край кровати, держа Эндрю на руках, и с детской непосредственностью сказала ему: «Маленькое сокровище, ты проснулся? Бабушка здесь…» Эндрю еще не узнавал людей, его блестящие глаза были прикованы к окружающим. «Смотри, он умеет мне улыбаться…» — поддразнила миссис Джеффри Эндрю и вдруг восторженно воскликнула. Ребекка Квентин стояла в стороне и тоже слабо улыбнулась. Внезапно Эндрю надул губы и начал плакать. Миссис Джеффри тут же встала, держа Эндрю на руках, и, нежно покачивая его, спросила Ребекку Квентин: «Как давно он пил молоко?» «Примерно три часа!» «Прошло так много времени, он, должно быть, голоден. Скорее приготовь ему молока!» "Хорошо." Имея опыт воспитания двух сыновей, миссис Джеффри без колебаний взялась за заботу о ребенке. Раньше, когда Эндрю нужно было поменять подгузник, это сделала миссис Джеффри. Хотя ее движения были несколько медлительными из-за того, что она не имела дела с таким слабаком уже несколько десятилетий, она была очень внимательна. В этот момент миссис Джеффри постоянно играла с Эндрю. «Маленькое сокровище, смотри, бабушка купила тебе подарок…» — миссис Джеффри помахала перед Эндрю надувной жёлтой уточкой. Эндрю ещё не очень умел улыбаться; его маленький ротик мило надулся, и всё его внимание, казалось, было сосредоточено на руке миссис Джеффри. Миссис Джеффри несколько раз поддразнила Эндрю, заставив его улыбнуться, и вся комната наполнилась теплом. Эндрю играл больше часа, и наконец, устав, миссис Джеффри нежно погладила его на руках, несколько раз пройдясь взад-вперед по комнате. Вскоре Эндрю заснул на руках у миссис Джеффри. Не желая укладывать Эндрю в колыбель, миссис Джеффри держала его на руках, сидя на краю кровати, и ее любящий взгляд постоянно был прикован к мирному и невинному личику Эндрю. Внезапно миссис Джеффри тихо спросила: «Вы дали ему имя?» Ребекка Квентин кивнула: «Мм, Эндрю». Миссис Джеффри подумала про себя: «Эндрю Джеффри, хорошее имя…» Ребекка Квентин почувствовала лёгкое смущение, не решаясь подробно объяснить происхождение фамилии. Ребекка Квентин не ожидала, что миссис Джеффри пробудет здесь три дня после приезда. Миссис Джеффри почти не отходила от Эндрю, даже оставаясь здесь последние несколько ночей, чтобы помочь Ребекке Квентин ухаживать за ребенком. На четвёртый день миссис Джеффри наконец предложила Ребекке Квентин: «Я хочу забрать Эндрю обратно в Нью-Йорк». Услышав это, Ребекка Квентин была ошеломлена и тут же покачала головой: «Нет…». Миссис Джеффри, осторожно покачивая колыбель, строго сказала: «Мне неудобно, что вы остаетесь здесь одна с ребенком!» Ребекка Квентин быстро заверила миссис Джеффри: «Я сама смогу о нем хорошо позаботиться». Взгляд миссис Джеффри упал на Эндрю в колыбели, и она с нежностью произнесла: «Он мой внук. Он не должен расти в такой обстановке; он должен вернуться в семью Джеффри». Чем дольше миссис Джеффри смотрела на своего внука, тем сильнее становилось ее желание вернуть его. «Старушка миссис Джеффри, у меня есть договоренность с Говардом Джеффри; вы не можете этого сделать». Эндрю теперь для неё всё, и она ни в коем случае не может его потерять. Тон миссис Джеффри слегка изменился на недовольный: «Если бы вы были способны заботиться о нём, это было бы одно дело. Но посмотрите на себя сейчас, вы, вероятно, даже не можете позволить себе содержать ребёнка… Да, я знаю, вы будете искать работу, но что будет с ребёнком, когда вы начнёте работать? Вы же не можете просто оставить его дома одного, правда? И у вас нет опыта материнства; посмотрите, как ещё два дня назад вы не заметили, что у ребёнка температура. Как я могу чувствовать себя спокойно, доверив вам заботу о моём внуке?» ---------- Главы 259-140: Хотим лишь угодить вам (Часть 4-2) «Я всё это время была внизу и не поднималась наверх. Если бы я поднялась, я бы знала, что у ребёнка температура…» «Хорошо, я не скажу, что вы не заботились о ребёнке, но давайте теперь поговорим о вашем финансовом положении. Вы планируете, чтобы мой внук страдал с вами в будущем?» Ребекка Квентин опустила взгляд, прикусив губу: «Я не позволю ему страдать». «Вы заставляете ребенка страдать, оставаясь с вами!» Глаза Ребекки Квентин покраснели, и она, задыхаясь, выпалила: «Сейчас у меня нет финансовых возможностей, но это не значит, что их не будет в будущем». Миссис Джеффри настойчиво продолжала: «Какие финансовые возможности у вас останутся в будущем, если вы будете зависеть от замужества? Хм, какой состоятельный мужчина захочет жениться на вас и вашей маленькой обузе? Даже если кто-то на вас женится, кто знает, какие издевательства будут совершаться над моим внуком в этой семье». «Мне не обязательно выходить замуж, чтобы обладать финансовыми возможностями». «Больше ни слова, я должен отвезти Эндрю обратно в Нью-Йорк». Ребекка Квентин решительно покачала головой: «Ты не можешь этого сделать…» Миссис Джеффри твердо настаивала: «Я попрошу Говарда прийти позже, чтобы обсудить это с вами и придумать, как решить проблему, но Эндрю обязательно вернется в семью Джеффри». "Нет…" В этот момент миссис Джеффри взяла спящего Эндрю из колыбели. Ребекка Квентин попыталась остановить ее, но двое телохранителей ее удержали. Ребекка Квентин отчаянно сопротивлялась, крича: «Нет, Эндрю, Эндрю…» Она беспомощно наблюдала, как миссис Джеффри уводит Эндрю, и, обессилев, рухнула на землю. Она не знала, сколько времени прошло, прежде чем она пришла в себя и поспешно взяла телефон. Она набрала номер, на который, как ей казалось, она больше никогда в жизни не позвонит, и с тревогой поднесла звонок к уху. "Привет…" «Хм», — раздался низкий голос Говарда Джеффри. Услышав голос Говарда, Ребекка Квентин воскликнула: «Твоя мать забрала Эндрю, Говард… Умоляю тебя, позволь Эндрю вернуться ко мне…» «Когда это произошло?» "Прямо сейчас." «Не волнуйтесь, я ей позвоню». "Хорошо." Через несколько минут Говард перезвонил. Ребекка Квентин быстро ответила: «Здравствуйте…» Послышался голос Говарда: «Я не могу сейчас с ней связаться; она, возможно, уже летит обратно в Нью-Йорк». Ребекка Квентин внезапно разрыдалась безудержно. Говард утешил её: «Не волнуйся, я обещаю, что верну Эндрю к тебе». «Я сейчас еду в Нью-Йорк, Говард, пожалуйста, уговори свою маму; я еду прямо сейчас…» "Хорошо." Завершив разговор, Говард Джеффри, стоя в офисном здании в Нью-Йорке, бесстрастно смотрел перед собой. Ее голос звучал по-настоящему печально, и его сердце сжалось вместе с ее. Он ни в коем случае не хотел причинить ей слезы, но у него не было выбора… Действительно, после возвращения из Олтона он рассказал матери, какой очаровательный ребенок, и повел ее посмотреть на малыша. Он знал, учитывая характер его матери, что она не сможет устоять, увидев ребенка, и поэтому во что бы то ни стало заберет Эндрю обратно в Нью-Йорк. Если ребёнок приедет в Нью-Йорк, она непременно последует за ним… Ему пришлось применить эту стратегию, потому что она была совершенно непреклонна, и у него действительно не было способа с ней справиться. Сдаваться было невозможно!! В его мире слова «сдаться» никогда не существовали, и он никогда не отпустит её! На следующий день, утром. Ребекка Квентин вытащила из аэропорта простой чемодан… Джейсон Вуд издалека подошёл к ней. «Мисс Квентин, давно не виделись». Ребекка Квентин вежливо ответила с легкой улыбкой: «А где Говард?» Джейсон Вуд взял ее багаж и ответил: «У босса сегодня утром было несколько встреч, поэтому он послал меня за тобой». Ребекка Квентин кивнула: «Без проблем». Она прилетела сюда обычным рейсом, что, естественно, не так удобно, как его частный самолет, поэтому она села на рейс поздно ночью и прибыла только сегодня утром. «Мисс Квентин, позвольте мне сначала отвести вас отдохнуть». "Спасибо." Джейсон Вуд положил багаж Ребекки Квентин в багажник, а затем открыл ей дверь машины. Ребекка Квентин вошла, все ее мысли были сосредоточены на Эндрю. Возможно, из-за рассеянности Ребекка Квентин не заметила, что Джейсон Вуд въехал на машине в многоквартирный дом, находящийся под усиленной охраной. Она последовала за Джейсоном Вудом до самого лифта, который поднялся на тридцать шестой этаж… Лишь когда она увидела, как он достает ключ, чтобы открыть дверь, она с опозданием отреагировала, взглянув на незнакомую дверь: «Это что, отель?» Обстановка выглядела изысканной, коридоры были украшены элегантными европейскими картинами, совсем не напоминавшими обычный отель. Джейсон Вуд улыбнулся: «Нет, это квартира босса в Нью-Йорке». Квартира? Ребекка Квентин была в шоке. Что она делала в его квартире? «Ничего страшного, я не буду отдыхать, пойду найду Говарда». «Мисс Квентин, вы летели ночным рейсом; вы, должно быть, очень устали, поэтому немного отдохните! У начальника сегодня несколько встреч, прежде чем завтра он улетит во Францию ​​на тендер по проекту «Хоуп-Сити», так что даже если вы сейчас придете в офис, у него, вероятно, не будет на вас времени!» Ребекка Квентин неохотно вздохнула: «Хорошо». Джейсон Вуд открыл дверь и занес ее багаж внутрь. Ребекка Квентин огляделась и поняла, что это большая квартира-студия. Он предъявлял высокие требования к качеству жизни, поэтому всё, что было видно, было высокого класса и стоило дорого. Интерьер, казалось, был оформлен в соответствии с его вкусом: черный цвет был основным, отражая его обычный сдержанный стиль и подстраиваясь под его загадочную личность. Джейсон Вуд открыл дверь комнаты Говарда и вежливо сказал: «Мисс Квентин, вы можете вздремнуть в комнате». Ребекка Квентин села на диван и сказала: «Не нужно, я подожду его здесь». «Хорошо, у меня есть другие дела; я сейчас уйду. Если вам что-нибудь понадобится, можете позвонить мне; у вас должен быть мой номер». "Хм." Затем Джейсон Вуд закрыл дверь и ушел. Измученная, Ребекка Квентин откинулась на диван, не спав всю ночь, и усталость нахлынула на нее. Она очень скучала по Эндрю; после более чем десяти часов разлуки с ним ее сердце опустело, словно его выдолбили. ---------- Глава 260-141: Он сказал, что сделал притворную любовь настоящей Она не хотела просить его о помощи, но кроме него никто другой не мог ей помочь… Миссис Джеффри была бабушкой Эндрю, и даже если бы она сообщила об этом в полицию, они, скорее всего, рассмотрели бы это как семейный конфликт, что в конечном итоге привело бы к пустой трате времени. Она уже достигла соглашения с Говардом Джеффри по поводу опеки над ребенком, и соглашение было подписано, поэтому только Говард мог четко объяснить все миссис Джеффри, и только тогда она могла вернуть ей Эндрю. Постоянно беспокоясь о ребёнке, Ребекка Квентин чувствовала, что её разум вот-вот перегрузится. Медленно она прислонилась к дивану и погрузилась в усталый сон. Около полудня кто-то открыл дверь, и Ребекка все еще крепко спала. Говард Джеффри положил ключи от машины, намереваясь направиться в номер, но краем глаза увидел худощавую фигуру на диване. Говард тихо подошел к ней, сел на диван и молча смотрел на ее спящую фигуру. Она лежала на боку, прислонившись к дивану, ровно дыша, явно пребывая в глубоком сне. Он внимательно осмотрел ее усталое и бледное лицо, медленно протянул руку и нежно погладил ее прекрасное лицо. "Бекка?" — он нежно откинул волосы с ее щеки и тихо позвал. "Хм?" — пробормотала Ребекка во сне, но не проснулась. Внезапно Говард поднял Ребекку с дивана. Из-за смены позы она, казалось, издала тихий звук, прижавшись к нему всем телом в поисках тепла и прижавшись, как котенок. Он без труда отнёс её обратно в комнату и осторожно уложил на большую кровать в своём номере. Во сне она выглядела умиротворенной, оставаясь в том положении, в котором он ее уложил. Он укрыл её одеялом, его взгляд задержался на её безмятежном и нежном лице. У нее было маленькое овальное лицо, ресницы, завитые, словно веера, прикрывали ее закрытые прекрасные глаза, а кожа была чистой и нежной, как вода. Если красоту Кристин Куинн можно было бы описать как тихую орхидею из уединенной долины, то ее красота была подобна чистой и нетронутой лилии. Каждый раз, когда он видел её после долгого перерыва, она неизменно поражала его… Ни одна другая женщина не могла так сильно его обеспокоить, только она. Спустя долгое время Говард встал. Странное беспокойство охватило его тело, когда он ослабил галстук. В этот момент Ребекка каким-то образом постепенно проснулась. В полубессознательном состоянии она увидела знакомый и гордый силуэт, стоящий у кровати. Ребекка внезапно насторожилась и, наблюдая за тем, как он ослабляет галстук, тут же отступила назад, к изголовью кровати, и осторожно спросила: «Что ты собираешься делать?» Внезапный голос заставил Говарда обернуться. Увидев её настороженный вид, он опустил голову, ослабил часы на запястье и небрежно сказал: «Как ты думаешь, что я собираюсь с тобой сделать?» Ребекка вскочила с постели и спросила: «Где это место?» Говард положил часы на стол и небрежно ответил Ребекке: «Это, очевидно, моя комната». Ребекка медленно вспомнила сцену, как Джейсон Вуд привёл её в эту квартиру… Вероятно, она заснула на диване и смутно почувствовала, как кто-то вводит ее в комнату, но в тот момент она была слишком сонной, чтобы проснуться. «Давайте поговорим!» — сказала Ребекка, пытаясь выйти из комнаты. Прежде чем она успела открыть дверь, Говард снова обнял её: «Мы можем поговорить здесь?» Рука Ребекки прижалась к его крепкой груди, лицо ее необъяснимо покраснело: «Ты же знаешь, я приехала в Нью-Йорк, чтобы забрать Эндрю обратно». Говард кивнул, озорная улыбка изогнула уголок его рта: «Ты должен помнить, что сейчас тебе нужна от меня услуга». Ребекка испепеляющим взглядом посмотрела на него: «Твоя мать прекрасно знает, что между нами есть договоренность, и все же она настаивает на этом. Надеюсь, ты сможешь ей это объяснить». Говард игриво прищурился, улыбка на его губах становилась все более очаровательной: «Вы должны понимать, какое желание испытывает пожилая женщина, желая увидеть своего внука…» «Я не могу этого понять; она забрала Эндрю без моего согласия!!» «В самом деле, она была неправа в этом вопросе. Я поговорю с ней от вашего имени». Ребекка покачала головой: «Я не хочу, чтобы ты ей что-нибудь рассказывала; я просто хочу, чтобы ты вернула мне Эндрю…» Говард медленно прижал Ребекку к стене, держа ее за руки. Его магнетический голос хрипло прошептал: «Я обязательно выполню то, что обещал тебе». Лишь в этот момент Ребекка поняла, что оказалась зажатой между стеной и им, не в силах пошевелиться, и в воздухе повисло странное напряжение. ---------- Глава 261-141: Он сказал, что это стало реальностью_2 Дыхание Ребекки Квентин стало прерывистым, и она не смело его обидеть, поэтому могла лишь умолять его крайне тихим и смиренным тоном: «Пожалуйста, позвони своей матери по этому поводу. Я знаю, что ты завтра уезжаешь во Францию ​​и, должно быть, занят, так почему бы тебе не помочь мне решить это сегодня!» «Конечно!» — с готовностью согласился Говард Джеффри. Ребекке Квентин всегда было трудно понять мысли Говарда Джеффри. В этот момент она не была уверена, действительно ли он с ней согласен, пока не увидела, как он достал свой телефон. Ребекка Квентин затаила дыхание, наблюдая, как он набирает номер своей матери. Звонок быстро соединился, и он нажал на громкую связь, услышав действительно добрый голос миссис Джеффри. "Сын…" «Мама, что ты сейчас делаешь?» «Я… я собираюсь пойти в ресторан на обед». «Мама, мне звонила Ребекка Квентин. Она сказала, что ты привезла Эндрю в Нью-Йорк?!» Возможно, чувствуя себя виноватой, миссис Джеффри долго молчала, прежде чем честно ответить: «Да, я не могла не взять с собой Эндрю. Он мой внук, у меня нет причин позволять ему страдать из-за Ребекки Квентин». «Но я подписал соглашение с Ребеккой Квентин, и опека над ребенком принадлежит ей». Миссис Джеффри ответила: «Я не говорила, что собираюсь бороться с ней за опеку; я просто сочувствую своему внуку. Разве не разумно мне, как бабушке, позаботиться о ребенке несколько дней?» «Конечно, но когда Ребекка Квентин захочет забрать ребенка обратно, вы не должны ей препятствовать. Я не хочу нарушать соглашение из-за этого». «Понимаю, поговорим, когда она приедет в Нью-Йорк». "Хорошо." С этими словами Говард Джеффри повесил трубку и небрежно бросил телефон на кровать рядом с собой. Говард Джеффри пристально смотрел на теперь уже расслабленное, прекрасное лицо Ребекки Квентин, в уголке его рта появилась едва заметная, почти неощутимая улыбка, и он игриво произнес: «Я решил этот вопрос за тебя, так что, как думаешь, тебе следует вознаградить меня, предложив себя мне?» Предложить себя? Ребекка Квентин ахнула, прижавшись к двери и с паникой глядя на него. Говард Джеффри уже наклонился… Ребекка Квентин не успела среагировать, широко раскрыв глаза, пока он прижимался губами к ее губам. Когда его теплые тонкие губы коснулись ее нежности, Ребекка Квентин вздрогнула, инстинктивно повернув голову, ее руки сопротивлялись его груди: "Нет…" Вдыхая легкий аромат ее тела, Говард Джеффри был очарован, одержим, ему хотелось продолжить интимные объятия, но он остановился, когда она отвернулась. Он не спешил, увидев, как она отвернулась, его взгляд был прикован к ее слегка влажным, распускающимся, похожим на розу, манящим губам. Внезапно он наклонил голову и терпеливо поцеловал ее снова. Кто бы мог подумать, что прежде чем его губы успели коснуться её губ, она уже снова отвернулась. Говард Джеффри снова замер, его темные глаза скользнули по ее раскрасневшемуся лицу, словно он собирался снова ее поцеловать. На этот раз Ребекка Квентин сильно оттолкнула его опускающееся тело, закрыла глаза и робко произнесла: «Не делай этого…» Говард Джеффри несколько секунд молча смотрел на ее нежное лицо, а затем тихо спросил: «Почему вы не смотрите на меня?» Ребекка Квентин ответила с закрытыми глазами: «Говард Джеффри, ты мне помог, и я тебе очень благодарна, но ты не можешь игнорировать этот вопрос, потому что ты должен четко объяснить своей матери нашу договоренность…» Говард Джеффри хитро помрачнел: «Значит, вы считаете, что будет правильно, если я вам помогу?» Услышав в его словах нотку недовольства, Ребекка Квентин, опасаясь обидеть его, понизила голос: «Я не говорила, что ваша помощь будет единственно правильной, но, помогая мне, вы помогаете и себе. В конце концов, вы же не захотите ввязываться со мной в конфликт из-за ребенка, верно?» Говард Джеффри несколько секунд смотрел на кроткое лицо Ребекки Квентин, а затем отстраненным тоном произнес: «Я помню, как говорил тебе раньше…» "Ч-что?" С глубокой нежностью в своем магнетическом голосе Говард Джеффри сказал: «Я не просто притворялся, Ребекка Квентин, сейчас я хочу быть с тобой». Услышав это, тело Ребекки Квентин сильно задрожало. Говард Джеффри внезапно убрал встревоженные руки Ребекки Квентин со своей груди и заставил ее обнять его. Ребекка Квентин, естественно, не выполнила просьбу, ее руки дрожали, когда она опускала их, и у нее не было никакого желания приближаться к нему. Говард Джеффри непреклонно поднял ее руки, заставляя обнять его за талию, слегка нахмурив брови: «Ты действительно так боишься быть рядом со мной?» Ребекка Квентин хотела отдернуть руки, но Говард Джеффри крепко сжал ее локтями. «Не делайте этого…» При каждой встрече с ним она больше всего боялась его грубого принуждения. Его сила была подавляющей, и он не останавливался, пока не достигал своих целей. Если бы она оказала прямое сопротивление, у неё не осталось бы ни единого шанса; если бы она сдалась, он стал бы ещё более неумолимым, оставив её в таком же недоумении, как сейчас. Она боялась, что он подумает, будто она притворяется недоступной, но на самом деле она не собиралась его провоцировать… В этот момент она не хотела с ним ссориться или спорить, потому что все ее мысли были заняты Эндрю. Она ужасно боялась, что, обидев его, она действительно может потерять Эндрю. Она знала, что если он вдруг снова захочет бороться за опеку, у нее не будет шансов победить его. Говард Джеффри знал, что Ребекка Квентин, как обычно, смягчила свои острые когти из-за беспокойства за ребенка. Именно потому, что у него наконец-то появилась возможность нормально поговорить с ней, его губы изогнулись в дразнящую, лукавую улыбку: «Бекка, знаешь, что меня в тебе больше всего привлекает?» Его дыхание, такое близкое, казалось, становилось все горячее, касаясь ее лица, отчего она покраснела от смущения и невольно выпалила: «Я не хочу слышать от тебя этого…» В этот момент он наверняка сказал бы что-нибудь еще более неловкое; она даже догадалась об ответе на его вопрос. Она вспомнила, как многие говорили, что мужчины могут различать секс и любовь, а он испытывал к ней в основном физическое влечение, а не любовь, поэтому, естественно, его привлекало именно её тело. Несмотря на то, что она предугадала каждое выражение лица Ребекки Квентин и была полностью поглощена поддразниванием, Говард Джеффри продолжил с притворной серьезностью: «Я просто хочу сказать вам несколько искренних слов: почему у вас такое лицо?» Внезапно Ребекке Квентин захотелось спрятаться в какую-нибудь нору; как она могла так неправильно его понять! Что же он хотел сказать? Говард Джеффри внимательно наблюдал за каждым едва уловимым выражением лица Ребекки Квентин, поджав губы и произнеся с предельной искренностью: «Ты всегда умела выбирать. Когда любишь, можешь быть безрассудной и бесстрашной, как фламинго; когда не любишь, становишься словно чистая лилия, неприкасаемая к неуважению. Именно твоя подлинная невинность, без интриг, без злобы, просто следование сердцу, жизнь с таким спокойствием, — вот что отличает тебя». Жить с таким спокойствием… ---------- Глава 262 - 142: Ублюдок! Похоже, мистер Джонс тоже так её описал. По правде говоря, сколько людей в этом мире действительно умеют плыть по течению? Она знает, что еще не достигла такого состояния; качества, которые видят окружающие, — это всего лишь ее насильственное подавление эмоций, отказ позволить тем, кто причинил ей боль или победил, смотреть на нее свысока. Вероятно, все, что у нее есть, — это упрямство. Говард Джеффри тихо вздохнул, а затем низким, хриплым голосом произнес: «Открой глаза, посмотри на меня». Почувствовав его пристальный взгляд, устремленный прямо ей в веки, ресницы Ребекки Квентин задрожали от страха и не смели пошевелиться. Говард Джеффри протянул руку, схватил Ребекку Квентин за подбородок и, приподняв его, произнес: «Открой их!» Ребекка Квентин еще крепче зажмурила глаза: «Не заставляй меня». Сила, с которой Говард Джеффри был рядом, немного возросла: «Я всего лишь прошу вас открыть глаза и посмотреть на меня». Несмотря на боль, Ребекка Квентин не пошла на компромисс, словно под давлением, тихо пробормотала: «Я не хочу смотреть…» «Вы не хотите на меня смотреть, или боитесь, что, посмотрев, потеряете всякое сопротивление?» Столкнувшись со своими сокровенными мыслями, тело Ребекки Квентин заметно задрожало. Когда она вообще могла ему сопротивляться? Более того, в этот момент она словно оказалась в его заложниках. В этот момент Говард Джеффри внезапно притянул Ребекку Квентин ближе, быстро подняв одну из ее ног и обхватив ее своим боком. Ребекка Квентин испугалась его внезапного движения, инстинктивно открыла глаза, и ее взгляд мгновенно приковал пылающий огонь в нижней части его черных глаз. Четверо встретились взглядами. Пламя в нижней части его глаз пылало с невероятной силой… Сначала она подумала, что он сердится, но теперь увидела в его глазах другой огонь. Желание, пылающее, как алкоголь, яростно сияло в его глазах. Имея за плечами бесчисленное количество физических контактов с ним, она знала, что он подавляет это желание в своем теле. И если ей не удалось сбежать прямо сейчас, то уж точно она не сможет ускользнуть в следующую секунду. Ребекка Квентин не стала сопротивляться, глядя на красивое лицо Говарда Джеффри и слегка улыбаясь: «Ты шутишь. С нашими нынешними отношениями мне не нужна никакая сила, чтобы тебе противостоять; теперь та, кто не сможет устоять, — это Элис Робинсон». Она усмехнулась, выглядя необычайно расслабленной. Затем Говард Джеффри слегка улыбнулся в уголке губ. Иногда даже он не мог не восхищаться потенциалом её интеллекта… За эти несколько секунд она уже придумала идеальную стратегию… Это привело к тому, что ему пришлось столкнуться с Элис Робинсон, что заставило его отступить перед лицом трудностей. Говард Джеффри наблюдал за намеренно расслабленным выражением лица Ребекки Квентин, пронзив эту маску одной фразой: «Бекка, ты умна, но ты не сможешь меня перехитрить». Лицо Ребекки Квентин побледнело, она, не в силах сохранять спокойствие, с предупреждением произнесла: «Если Элис Робинсон узнает о нашей ситуации, она определенно очень расстроится». Взгляд Говарда Джеффри стал немного более страстным и мечтательным, и он тихо произнес: «Конечно, она расстроится, потому что мое сердце уже полностью занято одной женщиной». Тело Ребекки Квентин застыло. Однако в этот момент рука Говарда Джеффри начала медленно ласкать ее бедро изнутри, даже сквозь джинсовую ткань, ее тело все еще было так чувствительно сжато. Впервые она помешала ему исследовать внутреннюю сторону ее бедра его беспокойной рукой, и Ребекка Квентин торжественно произнесла: «Подумай о своей матери, подумай об Элис Робинсон». «Мне нужна только ты». Не успел Говард Джеффри произнести эти слова, как ловко поднял и другую ногу Ребекки Квентин. Их поведение внезапно стало крайне неоднозначным… Поскольку ее тело было приподнято, она естественным образом обвилась вокруг его шеи, а его руки поддерживали ее бедра, заставляя ее ноги обвиться вокруг его тела с обеих сторон. "Опустите меня, быстро опустите меня!" Говард Джеффри не обратил внимания на слова Ребекки Квентин, обнял её, и они вдвоём мгновенно упали на единственную большую кровать в комнате. Ощущение безопасности, которое должно было возникнуть у Ребекки Квентин, когда она соприкасалась с мягкой кроватью, должно было быть именно таким, каким оно есть на самом деле. Однако Ребекка была напряжена и затаила дыхание из-за тяжелого тела Говарда Джеффри, давившего на нее. Опасаясь, что она не выдержит, Говард Джеффри слегка приподнялся, и поцелуи хлынули потоком на ее шею. Ребекка Квентин постоянно поворачивала голову, ударяя его по спине: «Стоп…» Говард Джеффри был подобен дикому зверю, только что вырвавшемуся из клетки, наконец-то поймавшему свою добычу, и его желание вырвалось на свободу… На следующий день, как раз когда небо начало проясняться. Длинные ресницы Ребекки Квентин затрепетали, она медленно просыпалась. В тот момент, когда она открыла глаза, ее взгляд встретился с этим знакомым красивым лицом. ---------- Глава 263-142: Ублюдок! (Часть 2) Ребекка Квентин вздрогнула, и в одно мгновение в ее памяти ярко пронеслись воспоминания о вчерашнем дне. Слабая остаточная боль в нижней части тела напомнила ей, что все, что она помнила, действительно произошло… Испытывая невыносимый стыд, Ребекка Квентин вспыхнула яростью. Как он мог, как он мог… "Бодрствующий?" В тот момент, когда Ребекка Квентин была в ярости, она услышала сверху ленивый, низкий голос. Ребекка Квентин мгновенно пришла в ярость, протянула руку, чтобы ударить его, но он предусмотрительно перехватил ее руку секунду назад. Разница в физической силе между мужчинами и женщинами лишила её возможности сопротивляться. Он вывернул ей руку за спину и притянул к себе в объятия, его голос всё ещё был магнетическим и хриплым: «Не капризничай, веди себя хорошо и поспи ещё немного». — сказал он, легонько поцеловав её в лоб. Лишь когда их тела прижались друг к другу, Ребекка Квентин поняла, что они оба совершенно обнажены, а её нежность прижимается к его груди. Ребекка Квентин резко оттолкнула Говарда Джеффри, покраснев, и быстро села, сжимая в руках одеяло. Говард Джеффри, застигнутый врасплох, чуть не упал с кровати, но, к счастью, быстро протянул руку, чтобы оттащить ее назад. Его сонные глаза лениво открылись, и он уставился на ее красивое лицо. Ребекка Квентин тут же бросилась в объятия Говарда Джеффри, и они оба, балансируя на краю кровати, были на грани падения. «Почему ты не можешь вести себя прилично с самого утра?» Ребекка Квентин сжала кулаки и начала колотить Говарда Джеффри по груди, ее голос, дрожащий от слез, был полон гнева: «Ты просто невыносим… Я обязательно на тебя пожалуюсь, придурок!!» Говард Джеффри схватил беспокойные руки Ребекки Квентин, его теперь уже полностью проснувшиеся глаза нежно смотрели на ее сердитое лицо, и он успокаивающе сказал: «Ладно, это все моя вина…» Ребекка Квентин не хотела слушать уговоры Говарда Джеффри. Помимо попыток освободить руки, она также извивалась всем телом. Говард Джеффри внезапно отпустил руки Ребекки Квентин, обнял ее за талию и ласково напомнил: «Если ты будешь продолжать двигаться, мы можем упасть с кровати». Но Ребекке Квентин сейчас было все равно; она не переставала сопротивляться, непрестанно ругаясь: «Ублюдок! Ублюдок!!» В следующую секунду, из-за резкого движения Ребекки Квентин, Говард Джеффри потерял равновесие, и они оба упали с кровати. "Ах…" Ребекка Квентин закричала от страха. Они немного покатались по полу, к счастью, приземлившись на дорогой кашемировый ковер, что предотвратило серьезные травмы. Однако то, чем все закончилось, оставило Ребекку Квентин в глубоком сожалении. Как выяснилось, упав с кровати, он прижал её к себе, и ключевым моментом стало то, что их тела были тесно прижаты друг к другу, его нижняя часть тела, казалось, вплотную прилегала к её. Практически сразу она почувствовала, как он прижался к ней. Она не знала, когда у него возникла такая сильная реакция; его жесткость и напористость встревожили ее. Ребекка Квентин резко прекратила сопротивление, ее взгляд был настороженно устремлен на Говарда Джеффри, она не смела пошевелить ни единым мускулом. Озорной взгляд Говарда Джеффри, прищурившегося от испуга, устремился на бледное лицо Ребекки Квентин, на губах играла легкая улыбка: «Что, ты боишься?» Ребекка Квентин не смела пошевелиться, стиснув зубы, произнесла: «Убирайся». Говард Джеффри с удовольствием поддразнивал Ребекку Квентин и дерзко парировал: «Ты уверена, что хочешь, чтобы я кончил?» Говоря это, он сильнее прижался к ней, тут же приблизив свой член к её входу. «Ты…» — Ребекка Квентин покраснела от гнева, — «Если посмеешь, обещаю, обещаю…» «Ты заикаешься, тебе так страшно?» Увидев озорной блеск в глазах Говарда Джеффри, гнев Ребекки Квентин вспыхнул еще сильнее: «Говард Джеффри!» Говард Джеффри опустил голову и поцеловал разъяренное лицо Ребекки Квентин: «Хорошо, первым делом утром, даже если захочу, я не буду тебя заставлять, не буду злить… Не расстраивайся, может, я отнесу тебя в ванну?» С этими словами Говард Джеффри слез с Ребекки Квентин. Ребекка Квентин почти мгновенно протянула руку, чтобы накрыться одеялом, завернулась в него и бросилась в ванную. Говард Джеффри с удовольствием наблюдал, как Ребекка Квентин, словно спасаясь бегством, вбежала в ванную, и его взгляд внезапно упал на разбросанную по полу одежду, оставшуюся со вчерашнего дня. Её одежда: джинсы, бюстгальтер и эти рваные трусики… Она не взяла с собой ничего переодеться; что же она наденет, когда выйдет? Как и ожидалось, примерно через двадцать минут после того, как Ребекка Квентин вошла в ванную, Говард Джеффри услышал, как она зовет его изнутри: «Говард Джеффри…» Говард Джеффри подошел к двери, постучал в дверь ванной и ответил: "Хм?" Казалось, Ребекка Квентин говорила против своей воли, в ее голосе слышались сдержанные эмоции: «Не могли бы вы оказать мне услугу?» "Говорить." «Помогите мне принести мою одежду». "Без проблем." Спустя несколько секунд Говард Джеффри снова стоял перед дверью ванной комнаты и тихо сказал: «Откройте дверь». Ребекка Квентин, казалось, на несколько секунд заколебалась в ванной, прежде чем решила приоткрыть дверь, пусть и совсем немного, и неловко протянула тонкую руку: «Принеси мне одежду». Говард Джеффри тут же отдал имевшуюся у него одежду. Ребекка Квентин взяла их, и, увидев, что это его рубашка, нахмурилась: «Разве я не говорила тебе принести одежду, которую я носила вчера?» Говард Джеффри, уже в халате, прислонившись к двери, пожал плечами и медленно ответил: «Если вы имеете в виду те, которые я испортил вчера, я могу принести их вам, но боюсь, вы все равно не сможете их надеть». Слова Говарда Джеффри заставили Ребекку Квентин отчетливо вспомнить напряженную атмосферу вчерашнего дня. Она сопротивлялась, он не потерпит отказа… В результате ее одежда пришла в различное состояние износа, особенно позорным был серьезный ущерб ее нижнему белью… «Я не буду носить твою рубашку!!» — упрямо заявила Ребекка Квентин. Говард Джеффри, прислонившись к двери, скрестил руки и с интересом спросил: «Вы намекаете, что будете сидеть в ванной бесконечно?» "Я…" «Хорошо, можешь оставаться там, я сейчас пойду позову кого-нибудь, кто купит тебе одежду, а сам пойду в душ, не буду ждать, пока тебе принесут вещи». С этими словами Говард Джеффри вышел из ванной. Ребекка Квентин, стоя в ванной, в панике расширила глаза. Что, он собирается принять душ? В следующее мгновение Ребекка Квентин быстро надела рубашку, которую Говард Джеффри оставил у двери ванной, быстро застегнула ее и выбежала из ванной. Говард Джеффри только начал набирать номер на своем телефоне, когда из ванной вышла Ребекка Квентин, одетая в его рубашку. ---------- Глава 264-143: Я больше никогда не смогу тебя полюбить, Говард Джеффри Заметив появление Ребекки Квентин в этот момент, рука Говарда Джеффри, державшая телефон, на мгновение замерла. На ней была его слишком большая рубашка, и, что поразительно, ее ослепительно белые длинные ноги были обнажены, поскольку рубашка прикрывала только колени. Под рубашкой едва проглядывала ее пышная грудь, вновь разжигая ранее подавленное желание Джеффри. К этому моменту звонок уже был соединён. Говард Джеффри неохотно отвел взгляд от Ребекки Квентин, посмотрел прямо перед собой и небрежно произнес: «Принесите сюда несколько комплектов женской одежды, включая нижнее белье. Ее параметры: 34, 24, 36… Хм, вот и все». Обхват груди 34B, талия 20, бедра 32… Она сняла эти мерки после родов, но никому об этом не рассказывала. И всё же, каким-то образом он… При мысли об этом лицо Ребекки Квентин покраснело от неловкого смущения. В этот момент Говард Джеффри уже закончил разговор и направился к Ребекке Квентин. Ребекке Квентин и без того было неловко стоять перед Говардом Джеффри, потому что под рубашкой на ней ничего не было. Длина рубашки не была ни слишком большой, ни слишком маленькой, что не давало ощущения безопасности. Поэтому, когда она увидела приближающегося Говарда Джеффри, она затаила дыхание и почувствовала необъяснимый страх. Говард Джеффри подошел к Ребекке Квентин, ничем не изменившись, мягко посмотрел на нее и тихо сказал: «Я отправил вам одежду. Подождите здесь немного». "М-м-м." Говард Джеффри повернулся и направился в ванную комнату. Ребекка Квентин приложила руку к груди и вздохнула с облегчением. Никто не ожидал, что, как только Ребекка Квентин сделала шаг в сторону комнаты, ее тело внезапно отбросило назад. "Ах!!" Ребекка Квентин вскрикнула от удивления. В уютной ванной комнате Говард Джеффри уже держал Ребекку Квентин в своих объятиях, властно обнимая ее стройную талию и хрипло шепча: «Бекка, я хочу…» Поняв намерения Говарда Джеффри, лицо Ребекки Квентин покраснело, сердце бешено заколотилось, и она отчаянно сопротивлялась: «Тебе нечего хотеть, я до сих пор не уладила с тобой вчерашний вопрос!!» "Тогда давайте вместе это засчитаем!" Он беспокоился, что она слишком устала, поэтому вчера вечером не осмелился переступить черту… Но после года без разрядки, как одного дня могло быть достаточно? Похоже, он все-таки не мог быть джентльменом… Ребекка Квентин свирепо посмотрела на него, назвав извращенцем, негодяем и бесстыдником! В этот момент никто не ожидал, что у Говарда Джеффри внезапно зазвонит телефон. Этот рингтон был посвящен одному человеку, поэтому, когда он зазвонил, Говард Джеффри на секунду прервал свой поцелуй, но не остановился. Мелодия звонка непрестанно повторялась. Наконец, Говард Джеффри раздраженно выругался, встал с кровати, натянул одеяло для Ребекки Квентин, затем небрежно надел халат, взял с прикроватной тумбочки все еще звонивший телефон и нажал кнопку ответа. "Сын…" В трубку раздался голос миссис Джеффри. «Что случилось?» Даже в этот момент, глядя на миссис Джеффри, Говард Джеффри не выказал ни капли доброты. «Как ты можешь так разговаривать со своей мамой? Я сейчас стою у двери твоей квартиры в Нью-Йорке, открой мне дверь, или я воспользуюсь ключом, который ты мне дала раньше, и войду прямо сейчас». Выражение лица Говарда Джеффри мгновенно помрачнело. Ребекка Квентин, естественно, не подозревая, что Говард Джеффри разговаривает с миссис Джеффри, уже смущенно и сердито сидела, откинув одеяло на спинку стула, и сверлила его взглядом, полным негодования. В этот момент дверь в квартиру Джеффри открылась снаружи. Услышав, как открылась дверь, Ребекка Квентин охватил панический взгляд. Зная, что это миссис Джеффри, выражение лица Говарда Джеффри стало еще мрачнее, на его лице не осталось никаких эмоций. Он даже направился прямо к двери, и пока человек снаружи собирался повернуть ручку, Джеффри уже открыл ее. В глазах миссис Джеффри предстал Говард Джеффри в халате, а в глазах Джеффри развернулась трогательная сцена: Алиса Робинсон поддерживает миссис Джеффри. Элис Робинсон мило улыбнулась Говарду Джеффри: «Говард Джеффри». К этому моменту взгляд миссис Джеффри переключился с Говарда Джеффри на стройную фигуру в комнате. Ребекка Квентин уже смотрела на дверь, и когда дверь открылась, и она увидела миссис Джеффри и Элис Робинсон, стоящих в дверях, ее тело вздрогнуло. Прежде чем она успела отреагировать, взгляд миссис Джеффри уже устремился в ту сторону. Ребекка Квентин внезапно растерялась. "Почему вы здесь?" Увидев Говарда Джеффри в халате, миссис Джеффри уже заподозрила неладное. Теперь же, увидев Ребекку Квентин, едва заметная улыбка, появившаяся на ее лице при виде Говарда, мгновенно исчезла, и она заговорила холодным тоном. Элис Робинсон услышала, как говорила миссис Джеффри, и проследила за ее взглядом. Увидев Ребекку Квентин, стоящую у кровати в беспорядке, она тяжело отступила назад. Увиденное показалось всем совершенно неожиданным. Элис Робинсон взглянула на Говарда Джеффри, а затем на Ребекку Квентин — одна в халате, другая в рубашке другой. Кровать была в ужасном беспорядке, и в воздухе все еще витало ощущение интимности, что ясно давало понять, чем они занимались. На лице Элис Робинсон мгновенно появилось выражение восторга, словно оно покрылось инеем и покрылось белым налетом. Лишь почувствовав, что ее руку неподвижно держат рядом, миссис Джеффри поняла, что Алиса стоит рядом с ней. Она тут же обернулась и увидела бледное, безжизненное лицо Алисы. Миссис Джеффри быстро поддержала Элис Робинсон: «Элис…» Элис Робинсон несколько секунд безучастно смотрела на Ребекку Квентин, находившуюся внутри, а затем внезапно на ее лице расцвела обиженная улыбка, и она заговорила своим обычным мягким тоном: «Ах, тетя, кажется, мы сегодня пришли не вовремя…» "Элис…" — поспешила утешить миссис Джеффри. Элис Робинсон, казалось, взволнованно выпалила: «Извините, тётя, мне нужно кое-что сделать; я хочу уйти первой». Миссис Джеффри быстро оттащила Алису назад: «Подожди, Алиса!» Алиса была вынуждена стоять неподвижно. Ее молодое и красивое лицо было окутано грустью, но она не выказывала гнева, лишь пристально смотрела на глубокое и красивое лицо Говарда Джеффри. Словно желая дать Элис Робинсон объяснение, миссис Джеффри с крайним недовольством сердито воскликнула: «Ребекка Квентин, выходи!!» Увидев, как лицо миссис Джеффри исказилось от гнева, Ребекка Квентин, и без того растерянная, еще больше запаниковала, услышав ее гневный голос. Ее руки, сжатые от страха, сжали ткань рубашки. Столкнувшись с гневной вспышкой матери, Говард Джеффри произнес удивительно спокойным и ровным голосом: «Зачем ей ее ругать? Мама, если что-то не так, поговори со мной». Не веря своим глазам, что Говард Джеффри в этот момент действительно защищает Ребекку Квентин, миссис Джеффри повернулась к нему и долгое время никак не реагировала. Элис Робинсон продолжала смотреть на Говарда Джеффри, в ее глазах читалась боль, но она молчала. В этот момент Говард Джеффри отвернулся от матери и «подруги» и вошел в комнату, нежно обняв Ребекку Квентин за плечи и ласково спросив: «Хочешь немного поспать?» Ребекка Квентин отпрянула, на ее лице читалось явное потрясение, она не могла успокоиться и ответить Говарду Джеффри. «Я сам с этим разберусь, а ты подожди в комнате». Пока он говорил, Говард Джеффри поцеловал Ребекку Квентин в щеку. И миссис Джеффри, и Элис Робинсон были потрясены увиденным… Говард Джеффри отпустил Ребекку Квентин и повернулся, чтобы направиться к своей матери. Под потрясенным взглядом миссис Джеффри Говард Джеффри все еще осторожно закрывал дверь и тихо говорил: «Мама, почему ты не дома, а здесь?» Миссис Джеффри резко ответила взволнованным тоном: «Сынок, как здесь оказалась Ребекка Квентин?» Говард Джеффри честно ответил: «Она приехала забрать Эндрю». «Поднять Эндрю?» — голос миссис Джеффри повысился, полный насмешки. — «Как получилось, что ты кого-то поднял и оказался у себя на кровати?» Лицо Говарда Джеффри помрачнело от унизительных слов матери. В этот момент Элис Робинсон также спокойно сказала: «Говард Джеффри, это ваша бывшая жена Ребекка Квентин? Я тоже хочу знать, какова сейчас ситуация?» Говард Джеффри изначально не хотел, чтобы его мать узнала об этом в ближайшее время, всегда учитывая её чувства. Но, учитывая обстоятельства, у него не было другого выбора, кроме как довести дело до конца… Решив быть с Ребеккой Квентин, ему в конце концов пришлось бы поговорить с матерью. «Алиса, мне нужно поговорить наедине с матерью; я отвечу на твой вопрос в ближайшее время». Хотя Элис Робинсон было всего двадцать три года, она была молода и полна жизни, но никогда не проявляла незрелости в присутствии Говарда Джеффри. Даже когда его часто игнорировали, находясь с ним, она никогда не вела себя неразумно. В этот момент она спокойно кивнула: «Хорошо». Затем Элис Робинсон повернулась и ушла. Увидев, как Алиса уходит, миссис Джеффри поспешно крикнула: «Алиса…» Элис Робинсон остановилась: «Тетя, я пойду первой; я приду к вам, когда будет время». В ее голосе звучала лишь легкая меланхолия, никаких других эмоций не было. Миссис Джеффри не знала, как ее утешить, и лишь с широко раскрытыми глазами наблюдала, как уходит Элис Робинсон. «Ах…» — тяжело вздохнула миссис Джеффри, сердито глядя на Говарда Джеффри. — «Элис прогнали в гневе, сынок, похоже, тебе нужно мне что-то объяснить!» ---------- Главы 265-144: Давайте сделаем наши отношения законными! (Часть 1) «Мама, иди сядь на диван». С этими словами Говард Джеффри направился прямо к дивану в прихожей. Усевшись, он закурил сигарету. Миссис Джеффри, сидевшая напротив Говарда, с тревогой спросила: «Сынок, между тобой и Ребеккой Квентин…» Видимо, испугавшись этой правды, миссис Джеффри не осмелилась продолжить. Говард медленно выдохнул клубок дыма, бросил сигарету в пепельницу и затем прямо заявил: «Все обстоит именно так, как вы это видели». Миссис Джеффри была ошеломлена: «Вы, вы двое…» Не выдержав, миссис Джеффри не смогла закончить свою речь. Понимая чувства матери, холодный тон Говарда невольно смягчился, и он медленно произнес: «Мама, все эти годы она была единственной, кого я когда-либо хотел». Миссис Джеффри решительно покачала головой: «Нет… Сынок, ты никогда не говорил мне, что она тебе нравится, она дочь Александра Квентина, я знаю, у тебя хороший вкус, ты меня никогда раньше не подводил…» Говард молчал, лишь наблюдал за напряженной реакцией миссис Джеффри, терпеливо ожидая, пока она успокоится. «Нет, нет… это, должно быть, Ребекка Квентин намеренно вас соблазняет!!» Миссис Джеффри никак не могла успокоиться, сердито встала и сказала: «Мне следовало остерегаться этого давным-давно, следовало… Она дочь Вивиан Линдси, она такая же бесстыжая, как и ее мать. Я думала, она чистая и добрая девушка, но у нее такой глубокий ум, такая двуличная!» «Мама, что ты говоришь? Как она может быть такой же, как её мать?» — Говард потушил окурок, слегка нахмурив брови от недовольства. Миссис Джеффри раздраженно воскликнула: «Ты теперь говоришь от ее имени? Сынок… ты забыл, как ее мать причинила вред нашей семье? И теперь ты говоришь от ее имени…» «Я говорю не от её имени, просто надеюсь, что вы будете более рациональны». «Разумно?» — холодно рассмеялась миссис Джеффри. — «Как я могу быть разумной, когда вы замешаны в делах дочери Вивиан Линдси?» «Она — это она, Вивиан Линдси — это Вивиан Линдси, как можно их путать из-за предрассудков?» Как только Говард закончил говорить, миссис Джеффри была уже крайне потрясена и резко отшатнулась назад. "Мама-" Говард, обеспокоенный судьбой матери, тут же встал, чтобы осторожно поддержать её. Миссис Джеффри тут же оттолкнула Говарда, ее слова были полны печали и глубокого разочарования: «Я сказала всего одну фразу, а ты так со мной разговариваешь… Сынок, ты изменился. Раньше ты соглашался со всем, что я говорила, но ради Ребекки Квентин ты говоришь не только за нее, ты мне перебиваешь. Раньше ты никогда не был таким…» Говард мягко поддержал дрожащее тело миссис Джеффри, сдерживая в себе гнев: «Мое изменение мнения никак не связано с Ребеккой Квентин. Общение с ней заставило меня многое обдумать». Миссис Джеффри изо всех сил оттолкнула Говарда, убитая горем: «Ты всё ещё говоришь от её имени?» «Похоже, сейчас у нас не получится нормально обсудить этот вопрос!» Миссис Джеффри не ответила. Говард беспомощно вздохнул и сказал: «Мама, я попрошу Джейсона Вуда забрать тебя и отвезти домой… Мне нужно лететь во Францию ​​сегодня вечером; через два-три дня я привезу домой Ребекку Квентин, чтобы она всё тебе объяснила». Глаза миссис Джеффри мгновенно расширились, гнев достиг апогея: «Мне не нужны никакие объяснения, потому что я категорически не позволю вам быть с Ребеккой Квентин. Если вы вернете ее, больше не называйте меня матерью!» Говард не осмелился еще больше провоцировать мать и тихо сказал: «Давай поговорим, когда ты успокоишься». Миссис Джеффри рухнула на диван, глаза ее покраснели, и слезы тут же навернулись на глаза: «Я действительно недооценила дочь Вивиан Линдси… Я всегда считала Ребекку Квентин чистой и доброй, поэтому, даже несмотря на мои предрассудки против Вивиан Линдси, я не хотела причинять ей боль. Даже когда она решила не связываться с вами, я чувствовала себя виноватой, думая, что ребенок в ее животе – из семьи Джеффри. Но я никогда не думала, что она притворяется благородной, подписывая с вами соглашение, но все равно планирует использовать ребенка, чтобы вступить с вами в связь! Пару дней назад, когда я была в Алтоне, она вела себя так, будто никогда не хотела иметь никаких дел с нашей семьей Джеффри, а теперь она бесстыдно спит с вами!» «Мама, она действительно приехала в Нью-Йорк ради Эндрю, то, что она у меня, — это не её проблема, это моя… потому что это я хочу её видеть!» Миссис Джеффри усмехнулась, глядя на Говарда: «Она пришла к тебе в квартиру в твоей рубашке, как это можно было сделать насильно? Сынок, я не слепая и не глупая, я прекрасно знаю, соблазнила она тебя или нет. Кроме того, я лично видела, как женщина соблазнила твоего отца до неузнаваемости! У тебя есть из кого выбирать, почему же ты выбрал именно Ребекку Квентин?» ---------- Глава 266 - 144: Сделайте наши отношения законными! (1-2) "Мама…" Миссис Джеффри медленно поднялась, глубоко вздохнула и печально улыбнулась: «Хорошо, сынок, я знаю, что ты вырос, и, возможно, забыл, как я воспитывала тебя одна, преодолевая трудности. Если ты хочешь быть с Ребеккой Квентин, я не могу тебе помешать. Но помни, я никогда не приму дочь Вивиан Линдси в качестве своей невестки, если ты не откажешься от меня как от своей матери!» С этими словами миссис Джеффри направилась к двери квартиры. Говард Джеффри понимал, что всё, что он сейчас скажет матери, останется без внимания. Поэтому он не стал её останавливать; он просто сказал: «Я попрошу Джейсона Вуда тебя забрать». Миссис Джеффри покачала головой: «Не нужно, Алиса отвезет меня домой». Сказав это, она открыла дверь и в гневе ушла. Говард Джеффри не стал за ней бежать; он просто достал телефон и позвонил. Ответил Джейсон Вуд. Говард Джеффри холодно спросил: «Старушка приехала в Нью-Йорк, почему мне никто не сказал?» Услышав недовольный голос Говарда Джеффри, Джейсон Вуд замялся: «Босс, я как раз собирался вам сказать. Я только что был в офисе и узнал, что мисс Робинсон привела старушку в «Скайтоп», а когда не увидела вас там, отвела старушку к вам в квартиру. Я звонил вам последние полчаса, но вы не отвечали, поэтому я подумал, что вы еще спите, вот почему я…» Говард Джеффри вспомнил многочисленные пропущенные звонки от Джейсона Вуда, которые отображались на экране его телефона, когда он его включал. Полчаса назад он был "занят", так как же он мог ответить? «Забудьте об этом, старушка сейчас с Алисой, отведите её домой». "Да." Он тут же нажал кнопку завершения вызова, успокоился и направился в свою комнату. Говард Джеффри повернул дверную ручку и увидел фигуру, сидящую на кровати, обхватив колени руками. Он закрыл дверь и направился к Бекке. Взгляд Бекки был прикован к прозрачным окнам от пола до потолка. Казалось, погода отражала ее настроение; сегодня была пасмурная погода, из-за чего вся комната казалась темной и тяжелой. Говард Джеффри сел на край кровати и протянул руку, чтобы обнять Бекку. Она совсем не сопротивлялась, позволяя ему держать её. Когда Говард Джеффри наклонил голову, чтобы поцеловать ее в лицо, он заметил, что оно покрыто засохшими слезами, и новые слезы все еще беззвучно катились по ее щекам. Говард Джеффри повернул к нему лицо, посмотрел в ее полные слез глаза и хриплым голосом спросил: «Что случилось?» Бекка продолжала плакать, ничего не говоря. Говард нежно вытер ее слезы большим пальцем, его голос был ласковым и полным любви: «Ты слышала, что сказала моя мама?» Бекка по-прежнему ничего не отвечала, даже не взглянув на Говарда Джеффри. «Возможно, вы не поймете мою маму. Она так себя ведет, когда злится, но в целом она рассудительна. Я все ей объясню, как только она успокоится». Наконец, Бекка посмотрела на него, хотя и безучастно. После мгновения, наполненного горечью, она смогла сказать: «Почему ты не отпускаешь меня?» "Бекка…" «Говард Джеффри, я не знаю, искренен ли ты со мной сейчас, и, честно говоря, я не хочу знать. Но я никогда не забуду, как ты толкал меня в одну пропасть за другой, как безжалостно играл с моими чувствами… Признаю, раньше я испытывала к тебе сильные чувства. Но с того дня, как ты признался, что никогда меня не любил и использовал, я потеряла все иллюзии о тебе. Другими словами, я больше тебя не люблю…» Говард Джеффри крепко обнял Бекку и прошептал ей на ухо: «Не говори того, чего не имеешь в виду. Я знаю, что сильно тебя обидел, но мы можем начать всё сначала…» Бекка прислонилась к его плечу, ее голос был безжизненным, словно она потеряла душу: "Начать все сначала? Ха…" Боясь потерять её, Говард Джеффри обнял её ещё крепче: «Раньше во всём виноват я, не ценил наши отношения. Если ты дашь мне ещё один шанс, я сделаю всё возможное, чтобы принести тебе счастье». «Счастье… — с болью прошептала Бекка, — давно-давно было очень-очень далеко…» «Не говори так, Бекка, пока ты готова…» Говард Джеффри поцеловал ее в волосы, его голос охрип от подавленной боли в сердце. Бекка мягко покачала головой, словно обсуждая что-то пустяковое: «Я не готова и никогда не буду готова…» Говард Джеффри внезапно отпустил её, пристально глядя на её заплаканное лицо, и властно заявил: «Я этого не допущу!» Бекка медленно подняла глаза, чтобы встретиться с его пронзительным, черным взглядом, и наконец призналась с болезненной правдой: «Когда-то я была готова рискнуть всем ради тебя, но в конце концов я все потеряла… Говард Джеффри, давай прекратим это. Ты мне не подходишь, и я тебе не подхожу. Ты встретил меня из ненависти, и обстоятельства вынудили меня выйти за тебя замуж, но это были наши ошибки с самого начала. Мы всегда были противниками; у нас никогда не будет счастливого конца… Твоя мать права; есть много других женщин, с которыми ты можешь быть, нет нужды связывать себя со мной… Мне все равно на слова твоей матери, потому что я понимаю, как глубоко ее годами мучила ненависть. Я хочу извиниться от имени своей матери, но знаю, что она не примет извинений… Говард Джеффри, знаешь ли ты, что без тебя моя жизнь очень спокойна и размеренна каждый день. Я не хочу жизни, полной взлетов и падений, ты понимаешь?» «Я не понимаю. Мы можем стереть прошлое…» Бекка медленно опустила глаза, прикусила губу и тихо произнесла: «Их нельзя стереть, Говард Джеффри. Они оставили глубокие, глубокие шрамы на моем сердце. Один твой вид напоминает мне о твоей прошлой жестокости». Голос Говарда Джеффри был хриплым: «Бекка…» Бекка продолжала качать головой: «Ничего не говори, Говард Джеффри… Верни мне Эндрю, позволь мне жить мирной жизнью. Я буду тебе благодарна и буду желать тебе всего наилучшего всю свою жизнь». «Я категорически не позволю вам и Ребекке Квентин быть вместе. Если вы вернете ее, то не признайте меня своей матерью!» «Каких женщин ты не можешь найти? Почему ты выбрал Ребекку Квентин?» Слова миссис Джеффри все еще звучали в голове Бекки. Хотя она и говорила, что ей всё равно, любому было бы трудно вынести такую ​​неприязнь. Особенно если этот человек раньше был ей дорог, нравился и считался будущей свекровью. ---------- Главы 267-145: Как сделать наши действия легитимными! (Часть 2) Ребекка Квентин сидела у окна, безучастно глядя на возвышающиеся здания Манхэттена, Нью-Йорк, и ее мысли блуждали где-то далеко. Тихий звонок телефона внезапно прервал мысли Ребекки Квентин. Достав телефон, Ребекка нажала кнопку ответа: «Привет, сестрёнка…» «Бекка, я вернулась в город Y несколько дней назад, ты в порядке?» — в голосе Кристин Куинн звучала обеспокоенность. По какой-то неизвестной причине, услышав голос Кристин Куинн, Ребекка Квентин тут же почувствовала волну горечи в горле. Ей показалось, что с ней поступили несправедливо, и вдруг она встретила человека, с которым могла поговорить; она почувствовала себя еще более обиженной, слова застряли у нее в горле, не в силах вырваться наружу. После долгого ожидания ответа от Ребекки Квентин, Кристин Куинн не удержалась и спросила: «Бекка, ты еще здесь?» «Я здесь, сестрёнка». «Почему у тебя такой безжизненный голос? Бекка, с тобой что-то случилось в Алтоне?» — с деликатностью спросила Кристин Куинн. Ребекка Квентин выглядела растерянной и вдруг, с трудом сдерживая слезы, произнесла: «Сестра, я очень скучаю по Эндрю…» «Мисс Эндрю?» — воскликнула Кристин Куинн. — «Что случилось? Разве Эндрю не с вами?» Ребекка сглотнула горечь в горле и ответила: «Два дня назад миссис Джеффри приехала в Алтон и забрала Эндрю». «Что?» — взвизгнула Кристин Куинн. — «Как она могла это сделать? Говард Джеффри уже передал тебе опеку, семья Джеффри не имеет права забирать Эндрю». Ребекка немедленно рассказала всю историю Кристин Куинн. Выслушав это, Кристин Куинн пришла в ярость: «Эта старушка — просто невыносима, нет, я ни за что не позволю ей так с тобой обращаться… Я сейчас же бронирую билет в Нью-Йорк, чтобы тебя найти, я обязательно помогу тебе вернуть Эндрю от нее!» «Не нужно, сестрёнка, Говард Джеффри обещал мне, что сам этим займётся». Кристин Куинн с недовольным видом спросила: «Когда вы снова связались с Говардом Джеффри?» «Я с ним не связывалась, но поскольку его мать забрала Эндрю, я не знала, что делать, поэтому мне пришлось ему позвонить». Кристин Куинн выглядела слегка скептически настроенной и спросила: «Он обещал по телефону вернуть вам Эндрю?» Ребекка Квентин тихо ответила: «Нет, он обещал лично». «Лично?» — Кристин Куинн была потрясена. — «После моего отъезда он поехал в Алтон, чтобы снова тебя найти?» «Я приехала в Нью-Йорк, чтобы найти его». Ребекка Квентин опустила многие детали, чтобы не заставлять Кристин волноваться. "Значит, вы сейчас в Нью-Йорке?" "Да." «Раз уж Говард Джеффри вам это пообещал, думаю, вам не стоит слишком беспокоиться. В конце концов, семья Джеффри никогда не собиралась бороться с вами за Эндрю; возможно, миссис Джеффри просто хотела увидеть своего внука». Ребекка Квентин изо всех сил старалась говорить спокойно: «Возможно!» Она не хотела рассказывать сестре о серьезности ситуации, зная, что у сестры и так достаточно забот. Кристин Куинн сказала: «Хорошо, тогда я навещу Алтона, когда у меня будет время повидаться с тобой и Эндрю. Не забывай хорошо заботиться о себе». "Я буду." Разговор завершился. Ребекка Квентин снова перевела взгляд в окно и внезапно услышала, как открылась дверь квартиры. Она оглянулась и, ничуть не удивившись, обнаружила, что посетителем действительно был Говард Джеффри. Как только Ребекка Квентин увидела Говарда Джеффри, она встала и встревоженно подошла, чтобы спросить: «Где Эндрю?» Говард Джеффри положил пиджак и ключи от машины и тихо сказал: «Я его не видел». Он только что вернулся из поездки в особняк Джонса. «Не видела его?» — глаза Ребекки Квентин расширились, она нервно сжала руку Говарда. — «Ты же говорил, что вернешь мне Эндрю…» Говард нежно накрыл руку Ребекки Квентин и терпеливо уговаривал: «Ты же знаешь, как сегодня утром злилась моя мать». Ребекка внезапно оттолкнула Говарда и холодно сказала: «Она теперь отказывается вернуть мне Эндрю, не так ли?» «Она этого не говорила, но она очень расстроена, вы думаете, она легко выполнит ваши пожелания?» «Это всё твоя вина, всё твоя вина…» — Ребекка внезапно сильно ударила Говарда в крепкую грудь. — «Ты заставил свою мать неправильно понять меня, и теперь я не могу видеться с Эндрю…» Говард позволил Ребекке Квентин выговориться, и только когда она уже слишком устала, чтобы продолжать бить его по груди, он нежно взял ее за плечи и сказал: «Я никак не ожидал, что моя мама появится в этот момент…» «Вы этого не ожидали, но если бы вы учли мое достоинство и чувства, вы бы не совершили со мной такой извращенный поступок!!» Столкнувшись с яростью Ребекки Квентин, Говард с улыбкой ответил: «Как это можно считать извращением? Мы делали это много раз раньше, к тому же, рано или поздно мы всё равно будем вместе». ---------- Глава 268-145: Сделайте наши отношения законными! (2-2) Ребекка Квентин резко оттолкнула Говарда Джеффри, холодно сверкнув на него взглядом: «Говард, не смей так со мной разговаривать! Я знаю, что больше не попадусь на твои уловки!!» Понимая, что сближение только оттолкнет ее, Говард стоял на своем, улыбка исчезла с его лица, а тон вернулся к привычной холодной резкости: «С утра вчерашнего дня и до сих пор ты злишься на меня, как бы я ни пытался тебя вразумить или успокоить, ты отказываешься вести со мной нормальный разговор. Ты действительно так сильно меня сейчас ненавидишь?» «Ты ошибаешься, я тебя не ненавижу, я просто презираю тебя, презираю твою вечно самодовольную праведность… Думаешь, всего несколько ласковых слов заставят меня по глупости следовать за тобой, как раньше? Ты переоцениваешь себя, Говард. Ни одна женщина не настолько глупа, чтобы преданно ждать мужчину, который дважды причинил ей боль. Если она вернется, она даже себя простит!» Увидев полное отсутствие у Ребекки Квентин намерения помириться, Говард, похоже, тоже потерял терпение. Внезапно схватив её за плечи, он стиснул зубы и выплюнул: «Чёрт возьми, ты хоть раз не можешь мне доверять?» «Ни за что, если только время нельзя повернуть вспять!» Слова Ребекки пронзили сердце Говарда, словно острый меч. На лице Говарда появилась болезненная, холодная улыбка: «Хорошо, отлично… Время не повернешь вспять, но если ты хочешь от меня избавиться, то можешь сказать, это невозможно!» "Говард!!" Говард пристально смотрел на разъяренное выражение лица Ребекки, и на его губах внезапно появилась зловещая улыбка: «В любом случае, мы еще молоды, у нас есть время, чтобы постепенно все это продлить… Хочешь ты быть со мной или нет, я хочу тебя, Ребекка. Даже если ты приговорила меня к смерти, я однажды заставлю тебя отменить приговор!» "В твоих мечтах!" Улыбка Говарда оставалась игривой: «Даже если это всего лишь сон, пока ты в нём, я счастлив!» Ребекка сердито стиснула зубы: «От этого я тебя еще больше ненавижу!» На красивом лице Говарда все еще сияла беззаботная улыбка: «Женщины всегда любят говорить неправду, не так ли?» "Ты…" В этот момент, совершенно неожиданно, Говард поцеловал Ребекку в щеку, в его улыбке все еще читалась нежность: «Ладно, пора ужинать, давай я приглашу тебя куда-нибудь поесть!» "Убирайся!" — Ребекка резко оттолкнула голову Говарда, с отвращением вытирая следы его поцелуя со своей щеки. Несмотря на решительный отказ Ребекки, Говард не рассердился, на его красивом лице все еще читалась легкая улыбка: «Ты умрешь с голоду, и тогда мое сердце будет разбито…» "Извращенец!" — яростно выпалила Ребекка, сидя на диване в гостиной и отказываясь даже взглянуть на Говарда. Затем Говард сел рядом с Ребеккой и попытался обнять ее, но она вовремя отстранилась. Говард не стал настаивать, наблюдая за ее настороженным выражением лица, и на его губах появилась легкая улыбка: «Раз ты не хочешь идти в ресторан, давай поедим дома!» «Ешь один!» — сердито выпалила Ребекка и направилась к двери. В тот момент никто не ожидал, что двое телохранителей, стоявших у двери, пресекут попытку Ребекки покинуть комнату. Ребекка в шоке посмотрела на двух высоких и крепких телохранителей перед собой, внезапно обернулась и холодным голосом спросила: «Что это значит?» «Это ничего не значит, я просто из заботы о вашей безопасности предпочел бы, чтобы за вами присматривали другие люди». "Вы просто позволяете им наблюдать за мной!!" Говард развалился на диване, его пронзительный взгляд был прикован к Ребекке: «Я же тебе говорил, я больше не позволю тебе меня бросить!» «Бесстыдник!» В конце концов Говард заказал ужин домой. В этот момент Говард, сидя за обеденным столом, посмотрел на упрямую Ребекку, молча сидящую на диване, и рассмеялся: «Ты что, протестуешь против меня голодовкой?» Ребекка по-прежнему не произнесла ни слова. Говард неохотно встал, подошёл к Ребекке и вежливо сказал: «Иди сюда, поешь». Ребекка отвернула голову в сторону, не желая даже взглянуть на Говарда. Стоя над диваном, Говард посмотрел на детский профиль Ребекки и, смеясь, сказал: «Можешь меня игнорировать, но желание увидеть Эндрю может стать все более и более труднодостижимым…» Ребекка резко встала, злобно сверкнув на Говарда взглядом: «Разве ты не чувствуешь, что ведёшь себя презренно?» Говард внезапно протянул свою длинную руку, притянул Ребекку к себе и нежно утешил: «Хорошо, не сердись на меня… Я же сказал, что улажу этот вопрос с Эндрю и дам тебе удовлетворительный ответ. Можешь винить меня, ненавидеть или злиться на меня, только не рискуй своим здоровьем. Со вчерашнего дня и до сих пор ты не выпила ни капли воды, ты что, специально пытаешься заставить меня страдать?» Ребекка изо всех сил пыталась вырваться из объятий Говарда. "Отпусти, отпусти меня…" В этот момент Говард поднял на руки Ребекку, которая постоянно беспокойно себя вела. "Ах!" Ребекка вскрикнула, и прежде чем она успела отреагировать, Говард уже отнес ее к обеденному столу. Она ни секунды не колебалась и тут же хотела встать из-за стола, но, к ее удивлению, Говард предвидел это и за секунду до этого посадил Ребекку себе на колени. От этого интимного действия лицо Ребекки мгновенно покраснело, как закат. Двое телохранителей у двери явно видели эту сцену, но сделали вид, что не видели. Говард заговорил первым: «Ты хочешь, чтобы я держал тебя вот так, пока мы едим, или ты послушно сядешь напротив меня, и я буду смотреть, как ты ешь?» Ребекка сердито парировала: «Ем я или нет — это не ваше дело!» «Зачем вам говорить так провокационно?» «Простите, я так говорю!» — с этими словами Ребекка смахнула всю еду со стола на пол. В одно мгновение плиты разлетелись по земле, издав пронзительный звук. В конце концов, Говард не выдержал, внезапно крепко обнял Ребекку, его лицо побледнело, и он леденящим тоном спросил: «Ты намеренно противостоишь мне?» «Это ты мне противостоишь! Если ты не позволишь мне уйти отсюда, обещаю, это не последний раз, когда что-то подобное произойдет». "Отлично…" Говард, казалось, сердито кивнул, а затем внезапно поднял Ребекку на руки и посадил её горизонтально. "Отпустите меня, отпустите меня… Что вы пытаетесь сделать? Говард!!" — вскрикнула Ребекка от страха, когда ее тело подняли с земли. Говард распахнул дверь ногой и швырнул Ребекку на кровать. Ребекка вздрогнула, и прежде чем она успела убежать, тело Говарда, наполненное яростной энергией, уже навалилось на нее, словно дикий зверь, вышедший из-под контроля, и вторглось в каждый сантиметр ее тела. ---------- Главы 269–146: Он и Элис Робинсон, глубоко влюбленные друг в друга. Пол был усыпан одеждой, принадлежавшей им обоим. Ошеломлённая и сонная, Ребекка Квентин открыла глаза, лежа на кровати, повернула голову, чтобы осмотреться, и случайно увидела Говарда Джеффри, одевающегося перед кроватью. Вспомнив о недавних действиях Говарда Джеффри, Ребекка Квентин, разъяренная, схватила одеяло и встала, сверля Говарда Джеффри яростным взглядом. Услышав звук из-за кровати, Говард Джеффри обернулся, застегивая пуговицы на рубашке, и встретился взглядом с Ребеккой Квентин, в котором горела яростная злость. Говард Джеффри, прищурив глаза, оценил ее, как ни в чем не бывало, и спросил: «Почему вы так на меня смотрите?» "Ты извращенец…" Ребекке Квентин хотелось встать и сильно ударить Говарда Джеффри, но она была голая. Она могла только ютиться в одеяле, ее глаза были полны ярости, она смотрела на Говарда Джеффри так, словно хотела его убить. Говард Джеффри уже надел рубашку. Увидев взгляд Ребекки Квентин, который, казалось, жаждал разорвать его на куски, он сохранил спокойствие, сел на прикроватную тумбочку лицом к ней, и его голос был магнетически тихим: «Не терпится меня убить?» "Извращенец!!" Говард Джеффри, приподняв уголок рта, сказал: «Я хотел закончить это незавершенное дело с самого утра». Ребекка Квентин была одновременно смущена и раздражена: «Ты мерзавец!» Воспользовавшись паузой Ребекки Квентин, Говард Джеффри поцеловал её раскрасневшуюся щеку и прошептал: «Мне всё равно, как ты меня воспринимаешь, главное, чтобы ты знала, что будешь только моей женщиной…» Ребекка Квентин сердито парировала: «Я обязательно подам на вас в суд!» Говард Джеффри улыбнулся: «Я не боюсь вашего иска». Глаза Ребекки Квентин расширились от недоверия: «Ты думаешь, что богатство и власть делают тебя невероятной, что ты можешь игнорировать закон?» Улыбка на губах Говарда Джеффри стала более многозначительной: «Если бы мы были женаты, как бы это можно было расценивать как нарушение закона?» Тело Ребекки Квентин сильно дрожало, ее взгляд застыл, она смотрела на Говарда Джеффри. В этот момент Говард Джеффри встал, взял с тумбочки одежду, которую сегодня утром прислала помощница Ребекки Квентин, бросил её перед Ребеккой Квентин и серьёзно сказал: «Одевайся, мы идём регистрироваться!» Зарегистрироваться? Это слово пронзило сердце Ребекки Квентин словно зверь, заставив ее на мгновение затаить дыхание, а глаза ее, устремленные на Говарда Джеффри, выражали изумление. Говард Джеффри сидел у кровати, его тон по-прежнему был серьезным: «Поскольку ты так неуверена в себе из-за меня, единственный способ развеять твои опасения — это жениться на тебе, и это лучшее обещание, которое я могу тебе дать!» Недоверчивый взгляд Ребекки Квентин был прикован к серьезному и красивому лицу Говарда Джеффри, который долгое время оставался неподвижным, просто ошеломленным. Увидев, что Ребекка Квентин не реагирует, Говард Джеффри тихо и хрипло спросил: «Что случилось?» Ребекка Квентин моргнула, глядя на выражение лица Говарда Джеффри, растерянная, словно в этот момент не могла ясно мыслить. Говард Джеффри слабо улыбнулся: «Ну же, одевайтесь!» Ребекка Квентин выглядела озадаченной, по-видимому, все еще никак не реагируя. Говард Джеффри, никогда не тративший время на дела, которые нужно сделать, злорадно заметил: «Если ты не оденешься, я помогу тебе одеться!» Что, помочь ей одеться? Ребекка Квентин внезапно пришла в себя, увидев, что Говард Джеффри держит в руках черное кружевное нижнее белье. Её нежное лицо покраснело, Ребекка Квентин выхватила кружевное нижнее белье из рук Говарда Джеффри и, толкнув его, крикнула: «Убирайся!» Говард Джеффри тут же встал. Ребекка Квентин запихнула нижнее белье в одеяло, одновременно потускнев тонкое одеяло, которым она была обернута. Говард Джеффри открыл дверь и, прежде чем выйти из комнаты, добавил: «Не заставляйте меня долго ждать. Вы же знаете, что у меня мало терпения, и я могу вернуться, чтобы помочь вам». Подушка слетела и ударилась о закрытую дверь. Примерно через десять минут Ребекка Квентин медленно вышла из комнаты. Говард Джеффри подошел к Ребекке Квентин, казалось, долго ждал и пристально смотрел на нее. «Документы у тебя в сумочке, верно?» Опустив голову, Ребекка Квентин заметила, что Говард Джеффри держит ее сумочку. Она забрала сумочку обратно и тихо сказала: «Ты говоришь, что брак — лучшее обещание, но мы когда-то были женаты. Ты поклялся перед священником любить меня всю жизнь, но в конце концов твое так называемое лучшее обещание было отвергнуто всего лишь клочком бумаги». Ребекка Квентин имела в виду именно соглашение о разводе, которое Говард Джеффри заключил с ней в тот момент, когда она была в самом растерянном и беспомощном положении. Говард Джеффри, как обычно, сбавив свой высокий тон, искренне сказал: «Бекка, давай не будем зацикливаться на прошлом, хорошо? Я использую будущее, чтобы исправить ошибки, которые я совершил по отношению к тебе». Ребекка Квентин подняла взгляд на темные, непостижимые глаза Говарда Джеффри: «Ты можешь легкомысленно игнорировать прошлое, потому что всегда относился к нему легкомысленно. Но я другая; я очень дорожу прошлым. Каждое воспоминание отчетливо запечатлено в моей памяти, и боль, которую оно оставило, очень глубока». Говард Джеффри, стараясь сохранять терпение, ответил: «Если бы прошлое было для меня таким безразличным, как я мог бы быть так одержим тобой сейчас?» "В глазах мужчины любовь и секс неразделимы!" "Ты думаешь, у меня с тобой только секс?" "Разве не так?" — споря с Говардом Джеффри на подобный вопрос, Ребекка Квентин невольно покраснела. Говард Джеффри спокойно выплюнул сквозь стиснутые зубы: «Вы когда-нибудь задумывались, что людям нравится новизна, и они устают от старого, почему же я должен быть так рад вам?» Ребекка Квентин резко ответила: «Кто знает, как вы относитесь к другим». Говард Джеффри от души рассмеялся: «А вы бы почувствовали, если бы я был с другими?» Вспомнив его напористость, Ребекка Квентин снова покраснела: «Я не хочу это с тобой обсуждать». Говард Джеффри не позволил Ребекке Квентин вырваться, схватил ее за стройные плечи, сдерживая желание отшлепать, и тихо спросил: «Скажите, что именно вас беспокоит?» Ребекка Квентин отвернула голову, игнорируя Говарда Джеффри, и категорично заявила: «Я ни на что не возражаю». Говард Джеффри повернул к нему лицо, и его тон леденящий: «Правда? Ты не против… Если ты действительно не против, почему ты не позволила никому позвонить мне, когда была на грани смерти в день моей свадьбы с Элис Робинсон?» "Я…" Говард Джеффри громко перебил: «Не говори мне, что ты не злился на меня в тот день, что тебе было совершенно все равно, что я женюсь на Элис Робинсон!» Вспоминая боль родов в тот день, Ребекка Квентин, едва сдерживая слезы, быстро проронила: «Говард Джеффри, ты слишком самовлюбленный, ты думаешь, когда я лежала на операционном столе на грани смерти, я все еще думала о тебе? Нет, в тот момент меня спасла не твоя одержимость, а моя ненависть к тебе… Ты теперь понимаешь, как сильно я тебя ненавижу?!» Она признала, что сейчас отчасти говорила в гневе, но пережитое в тот день было словно заноза в сердце: любое прикосновение вызывало боль по всему телу, он никогда не почувствует этой агонии, потому что никогда не будет нуждаться в ней так, как она нуждается в нем. Лишь после родов она поняла, что некоторых людей ждать совсем не стоит… После того как Ребекка Квентин закончила говорить, между ними воцарилась тяжелая, как свинец, тишина. Наконец, Говард Джеффри мрачно рассмеялся, и его саркастический смех наполнил всю квартиру. «Значит, ты полагалась на свою ненависть, чтобы я продолжала жить…» — Говард Джеффри притянул Ребекку Квентин ближе, — «Я не знаю, благодарить ли тебя за эту ненависть или огорчаться ею!» Ребекка Квентин изо всех сил оттолкнула Говарда Джеффри: «Ты не будешь грустить, потому что никогда не учитываешь чувства других!» «Возможно, вы правы…» — яростно произнес Говард Джеффри, с опасным и мрачным выражением лица. — «Похоже, я действительно пожал то, что посеял!» Ребекка Квентин посмотрела на Говарда Джеффри, выражение его лица было холодным, как камень. Ребекка Квентин больше ничего не сказала. С громким хлопком раздался звук захлопнувшейся двери. Высокая, внушительная фигура Говарда Джеффри исчезла. Наблюдая за исчезающей фигурой Говарда Джеффри, Ребекка Квентин была потрясена горем, разъедавшим ее беспомощную душу и пронзившим сердце мукой. Она знала, что её слова ранят, но прошлое причинило ей слишком глубокую боль, она не смела позволить себе даже малейшей фантазии, потому что, если она снова упадёт, то никогда не сможет подняться… Ребекка Квентин однажды хотела выйти, но за дверью её всё ещё ждали два телохранителя. Беспомощно Ребекка Квентин снова села на диван в его квартире, погруженная в свои мысли. С наступлением ночи разум Ребекки Квентин был загроможден, а сердце — охвачено хаосом. У неё не было выбора, она не могла снова быть с ним… ни в прошлом, ни сейчас, ни в каком-либо другом аспекте, они были неподходящими друг для друга. Причиной их встречи стала обида… Их знакомство также объяснялось взаимной неприязнью… Судьба с самого начала распорядилась так, что они не дойдут до конца… Неважно, испытывал ли он к ней хоть малейшие чувства, она уже никогда не будет испытывать к нему таких чувств, как раньше, она знала, что не подходит ему, и он не подходит ей… Если бы они могли жить раздельно, им бы, несомненно, было лучше, чем сейчас. Пока Ребекка Квентин размышляла об этом, дверь квартиры внезапно открылась снаружи. Увидев входящую высокую, внушительную фигуру, Ребекка Квентин инстинктивно встала, напрягая все тело. Окутанный стремительной аурой, Говард Джеффри ничего не сказал, схватил сумочку Ребекки Квентин, тут же взял ее за руку и вышел из квартиры. Говард Джеффри мучительно тянул Ребекку Квентин за руку: «Отпусти меня, отпусти, куда ты меня ведёшь?» "Регистрация!!" Регистрация? Услышав эти слова снова, Ребекка Квентин замерла в изумлении, потрясенная. С характерным звуком двери лифта открылись. ---------- Глава 270-147: Момент, когда он навсегда останется для себя чужим 1 Говард Джеффри силой затащил сопротивлявшуюся Ребекку Квентин прямо в лифт. Внутри лифта Ребекка Квентин отчаянно боролась с Говардом Джеффри: «Отпусти меня, отпусти!!» Говард Джеффри оставался невозмутимым, наблюдая за уменьшающимися цифрами в лифте, и ничуть не ослаблял хватку на Ребекке Квентин. Чем больше Ребекка Квентин сопротивлялась, тем сильнее болело ее запястье. Она хотела свободной рукой ударить Говарда Джеффри, но прежде чем она успела это сделать, двери лифта открылись, и он уже вытащил ее наружу. Говард Джеффри был очень высоким, поэтому его шаг, естественно, был намного шире, чем у Ребекки Квентин, и ей приходилось бежать трусцой, чтобы не отставать от него. По пути, не обращая внимания на взгляды окружающих и на её сопротивление, Говард Джеффри продолжал вытаскивать Ребекку Квентин из многоквартирного дома. Машина уже была припаркована у обочины, и Говард Джеффри подтянул к ней Ребекку Квентин, которая изо всех сил пыталась оттолкнуть его руку. Один из телохранителей уже открыл дверцу машины для Говарда Джеффри. Затем Говард Джеффри затолкал Ребекку Квентин в машину. Ребекка Квентин попыталась выйти, но телохранитель уже заблокировал дверь. Говард Джеффри сел за руль и тут же завел двигатель. Машина мгновенно рванула с места… Ребекка Квентин сердито посмотрела на суровое лицо Говарда Джеффри: «Выпустите меня из машины, выпустите меня!!» Говард Джеффри смотрел перед собой; по сравнению с прежним гневом, теперь он был спокоен, его красивое лицо оставалось неподвижным, губы слегка приоткрыты: «Я выпущу вас, когда мы прибудем!» Ребекка Квентин начала бить и пинать Говарда Джеффри, но, поняв, что это бесполезно, потянулась за рулем. Говард Джеффри не остановил ее, лишь медленно произнес, когда она коснулась руля: «Если ты не хочешь, чтобы мы умерли и оставили Эндрю без присмотра, продолжай бороться со мной вот так». Услышав это, Ребекка Квентин замерла и медленно отпустила руль. Автомобиль помчался к зданию ЗАГСа правительства штата Нью-Йорк… За окном наступила ночь, и Нью-Йорк, этот неусыпный город, вступил в период процветания и суеты, превосходящий дневной ритм жизни… Ребекка Квентин быстро взглянула в окно и холодно сказала: «Не забывай, сейчас ночь». "Ну и что?" «Как зарегистрироваться ночью?» — Ребекка Квентин хотела остановить упрямство Говарда Джеффри, но как только она это сказала, ее слова приобрели совершенно иной смысл. И действительно… Говард Джеффри взглянул на Ребекку Квентин в зеркало заднего вида и небрежно заметил: «Боитесь, что мы не сможем зарегистрировать брак ночью? Можете не волноваться, согласно последним правилам Нью-Йорка, регистрация брака возможна круглосуточно». Как такое могло случиться? В тот самый момент, когда Ребекка Квентин растерялась, в машине зазвонил телефон. Это был телефон Говарда Джеффри. Говард Джеффри взял трубку, взглянул на выведенный номер и нажал кнопку Bluetooth. Поскольку в машине было очень тихо, Ребекка Квентин смутно расслышала голос по телефону. "Говард Джеффри…" "Говорить." Приятный женский голос принадлежал Алисе Робинсон. «Тётя сейчас в больнице XX, приезжай скорее…» Услышав слово «больница», Ребекка Квентин тут же отвернула лицо от окна и посмотрела на Говарда Джеффри. В этот момент лицо Говарда Джеффри побледнело, и он тут же развернул машину. Говард Джеффри прибыл в больницу. Издалека Элис Робинсон стояла, прислонившись к стене палаты, со скрещенными руками. Джейсон Вуд, выглядевший обеспокоенным, как только увидел Говарда Джеффри, быстро подошел к нему и крикнул: «Босс!» Говард Джеффри нахмурился и строго спросил: «Что случилось? Разве вы не говорили отправить старушку обратно? Почему она до сих пор в Нью-Йорке?» Джейсон Вуд опустил голову, словно совершил ошибку. Элис Робинсон подошла к Говарду Джеффри и продолжила разговор: «Не вини Джейсона, это всё моя вина…» Холодный взгляд Говарда Джеффри скользнул по лицу. Элис Робинсон призналась: «Изначально я обещала отправить тетю домой, но чувствовала себя немного не в своей тарелке, и когда увидела, что Джейсон провожает тетю, решила сразу же вернуться во Францию… Возможно, тетя заметила мое настроение и сказала, что хочет поехать со мной во Францию ​​на пару дней. Я не могла отказать. Боясь, что вы не одобрите, тетя не позволила Джейсону или мне сказать вам… Только что в аэропорту, пока я ждала рейса, в аэропортовых новостях показали фотографии вас и мисс Квентин вместе. Возможно, тетя рассердилась и внезапно упала в обморок в аэропорту…» Выслушав объяснение Элис Робинсон, Говард Джеффри нахмурился, его голос звучал недовольно: «Джейсон Вуд!!» «Босс, я хотел отправить эту старушку обратно, но она настояла. Она даже сказала, что если я буду вам докладывать, она заставит вас меня уволить…» Пока Джейсон Вуд извинялся перед Говардом Джеффри, Элис Робинсон вдруг вежливо поприветствовала его: «Мисс Квентин». ---------- Глава 271-147: Время расстаться с ним навсегда Ребекка Квентин последовала за Говардом Джеффри в больницу, естественно, по принуждению, поскольку два телохранителя были практически неразлучны с ней. «Мисс Робинсон». Ребекка Квентин вежливо кивнула. Говард Джеффри взглянул на Ребекку Квентин, затем на Джейсона Вуда и спросил: «Как давно эта старушка находится в палате?» Джейсон Вуд ответил: «Она там уже некоторое время, врач скоро должен приехать». В этот момент несколько медсестер и врач открыли дверь в палату. Элис Робинсон поспешила вперед и спросила: «Доктор Хелиан, как поживает тетя?» Врач, казалось, был знаком с Алисой Робинсон и сказал: «С пациенткой все в порядке. Обморок был внезапным, возможно, связанным с ее настроением, но серьезных проблем со здоровьем нет». Элис Робинсон вздохнула с облегчением и улыбнулась: «Спасибо». Затем врач ушел. Говард Джеффри уже вошел в палату. Когда Говард Джеффри вошел в палату, чтобы навестить миссис Джеффри, атмосфера в коридоре необъяснимым образом стала зловещей. В какой-то момент Джейсон Вуд ушел, и, казалось, в большом коридоре остались только Ребекка Квентин и Элис Робинсон, обе колебались, стоит ли разговаривать друг с другом. Наконец, инициативу перехватила Элис Робинсон, подойдя к Ребекке Квентин и нарушив молчание. «Мисс Квентин, я давно хотел с вами познакомиться, но никак не представлялась возможность». Ребекка Квентин слабо улыбнулась, не зная, что сказать. Элис Робинсон тоже улыбнулась и продолжила: «Вы с Говардом Джеффри снова сошлись, не так ли?» Ребекка Квентин спокойно ответила: «Вы меня неправильно поняли; мы с Говардом Джеффри не такие, какими вы нас считаете». Элис Робинсон опустила глаза, словно в печали: «Честно говоря, меня немного удивило, что вы с Говардом Джеффри, потому что, когда я была с Говардом Джеффри, он редко упоминал о вас… Но сердечные дела всегда сложны, как и несколько месяцев назад, когда мы с Говардом были вместе каждый день, и я думала, что смогу быть с ним всю жизнь…» «Мисс Робинсон…» «Я что, глупая?» — внезапно подняла голову Элис Робинсон, ее глаза поникли, голос охрип. — «Я даже пришла на этот раз, чтобы Говард поговорил с моим папой о свадьбе, но, похоже, свадьбы между Говардом и мной не будет…» Ребекка Квентин никогда не умела утешать других и не знала, как объяснить Элис Робинсон свои отношения с Говардом Джеффри. Элис Робинсон вдруг горько усмехнулась: «Извините, я была невежлива… даже если вы с Говардом снова будете вместе, это не имеет значения. Я знаю Говарда всего полгода, а вы с ним знакомы шесть или семь лет. Я никогда особо не думала о том, чтобы выйти замуж за Говарда так скоро, но когда я подумала, что беременна, моя тетя настояла на нашей с ним свадьбе… Оглядываясь назад, я думаю, что о любви нужно говорить глубоко!» Слова Элис пронзили сердце Ребекки Квентин словно кинжал, причинив неописуемую, но глубоко запечатлевшуюся в ее костях боль. Словно не заметив проблеска грусти в глазах Ребекки Квентин, Элис Робинсон наконец тихо вздохнула: «Даже если я не смогу быть с Говардом, я все равно надеюсь, что он будет счастлив. Мисс Квентин, обязательно воспользуйтесь своим завтрашним днем ​​с Говардом Джеффри!» Ребекка Квентин ничего не объяснила, лишь слабо улыбнулась, но улыбка была такой потерянной и грустной. Затем Элис Робинсон сменила тему: «Раз тётя проснулась, давайте зайдём и навестим её!» Ребекка Квентин колебалась, стоя на месте. Казалось, она не достойна появляться на виду у миссис Джеффри, хотя она по-прежнему заботилась о ней. Элис Робинсон уже потянула Ребекку Квентин за руку и направилась в палату. Палата была просторной, и издалека Ребекка Квентин увидела Говарда Джеффри, сидящего на стуле у кровати и держащего миссис Джеффри за руку, в то время как миссис Джеффри лежала в постели, очень бледная, даже не глядя на Говарда Джеффри, явно рассерженная на него. Говард Джеффри тихо спросил: «Мама, пожалуйста, не игнорируй меня. Тебе нигде не некомфортно?» «Ты умеешь заботиться о маме? Просто иди и позаботься о Ребекке Квентин. Я уже говорила, я не позволю тебе и Ребекке Квентин быть вместе. Если ты приведешь ее ко мне, не признавай меня своей мамой!!» — сердито выпалила миссис Джеффри. Услышав о высказанном миссис Джеффри недовольстве, Элис Робинсон и Ребекка Квентин тут же остановились, не смея сделать ни шага ближе к кровати. «Мама, давай сейчас не будем обсуждать Ребекку Квентин и меня. Пожалуйста, береги свое здоровье, не расстраивайся, хорошо?» — уговаривал Говард Джеффри. Миссис Джеффри была непреклонна: «Если вы продолжите связываться с Ребеккой Квентин, ваша мама всю мою жизнь не выздоровеет!» Говард Джеффри решил временно пойти на «компромисс», чтобы не раздражать миссис Джеффри еще больше: «Хорошо, хорошо, обещаю, пока вы в хорошем настроении, я буду делать все, что вы захотите». Миссис Джеффри внезапно повернула голову, ее глаза, полные надежды, смотрели на Говарда Джеффри: «Ты действительно послушаешь, что говорит мама?» Говард Джеффри усмехнулся: «А когда я вообще не прислушивался к тому, что вы говорили?» Лицо миссис Джеффри мгновенно озарилось довольной улыбкой: «Я так и знала, мой сын не будет мне неблагодарен…» «Мама, тебе нужно хорошо отдохнуть…» Не продолжая слушать разговор между членами семьи Джеффри, Ребекка Квентин тихо покинула палату. Идя в одиночестве по узкому и тесному больничному коридору, Ребекка Квентин выглядела опустошенной и потерянной. Внезапно кто-то схватил её за плечо, она резко повернулась: «Куда вы идёте?» Раздался властный голос, свойственный исключительно определённому человеку. Ей в ноздри наполнился слабый, приятный запах его присутствия. Ребекка Квентин опустила голову и молчала. Говард Джеффри держал Ребекку Квентин за руку, его тон был слегка взволнованным: «У нас еще есть незавершенные дела, поехали!» Ребекка Квентин стояла на своем, не сдвигаясь ни на дюйм. Столкнувшись с несговорчивым поведением Ребекки Квентин, Говард Джеффри невольно нахмурил брови и спросил: «Что с тобой теперь не так?» Ребекка Квентин медленно подняла взгляд, заглянула в глубокие черные глаза Говарда Джеффри и тихо сказала: «Я не пойду регистрироваться к вам». «У тебя нет выбора». Говард Джеффри не позволил себе никакого отказа и потянул Ребекку Квентин к входу в больницу так же, как и вошел. "Говард Джеффри!!" — внезапно громко воскликнула Ребекка Квентин. Возможно, не ожидая такого вспыльчивого поведения от Ребекки Квентин, Говард Джеффри остановился, обернулся и серьезно посмотрел на нее. Ребекка Квентин воспользовалась случаем, чтобы пожать руку Говарду Джеффри, и, подняв взгляд на его привлекательный профиль, понизила голос: «Разве вы не понимаете, что мы просто не подходим друг другу?» Говард Джеффри прямо заявил: «Такой логики нет». ---------- Глава 272-148: Время навсегда разорвать с ним связь 2 Ребекка Квентин серьезно посмотрела в глаза Говарду Джеффри: «Пока существуют обиды прошлого поколения, между нами ничего не может быть». «Я же говорил, я больше не позволю обидам прошлого поколения влиять на нас». «Но ведь невозможно не сопереживать чувствам своей матери…» Говард Джеффри обнял Ребекку Квентин: «Если вы беспокоитесь о моей маме, я могу заверить вас, что обязательно решу эту проблему. Вам не нужно ни о чем беспокоиться, просто дайте мне время». Ребекка Квентин решительно посмотрела на искреннее лицо Говарда Джеффри: «Ты… ты действительно хочешь быть со мной, потому что я тебе нравлюсь?» "Конечно." Ребекка Квентин вдруг насмешливо улыбнулась: «Если ты действительно кого-то любишь, ты посвятишь ему и тело, и душу. Ты это сделала?» Говард Джеффри проявил проницательность и сразу же понял скрытый смысл слов Ребекки Квентин, деликатно спросив: «Что вы пытаетесь сказать?» «Вы с Элис Робинсон и так уже очень близки, а ты всё время говоришь, что я тебе нравлюсь. Не кажется ли тебе твои слова лицемерными?» Высокий мужчина, Говард Джеффри, на мгновение, незаметно для себя, опешился. Ребекка Квентин медленно опустила взгляд и с задумчивой улыбкой сказала: «Честно говоря, мне всё равно, вместе вы с Элис Робинсон или нет. Я просто не хочу слышать от вас эти претенциозные слова…» Выражение лица Говарда Джеффри стало крайне неприятным. "Эти слова принадлежат Элис Робинсон?" Ребекка Квентин ответила с горькой улыбкой: «Разве имеет значение, кто это сказал? Главное, что это факт». В тот момент Говард Джеффри не дал никаких объяснений. Мысли Ребекки Квентин неслись подобно приливу. Он не ответил, а это значит, что он уступил… Ее сердце внезапно словно пронзило острым ножом. Ранее он говорил ей, что у него ничего не было уже год, но в итоге всё это оказалось ложью… Она действительно была глупа, почти поверив в это… Если бы она не падала так много раз в прошлом и не научилась быть осторожной и настороженной, она, возможно, уже позволила бы ему сделать по-своему… Учась на каждой ошибке, независимо от результата, она должна радоваться, что на этот раз наконец-то проявила твердость и больше никогда не вела себя так глупо, как раньше… Говард Джеффри по-прежнему молчал, лишь молча смотрел на Ребекку Квентин. Ребекка Квентин наконец произнесла: «Говард Джеффри, я вижу, что Элис Робинсон действительно тебя любит… Не знаю, испытываешь ли ты к Элис Робинсон какие-либо чувства, но раз она пожертвовала ради тебя всем, думаю, тебе следует ценить её». Ребекка Квентин не заметила бы, как ее великодушные слова разожгли в глазах Говарда Джеффри бушующий огонь. Не взглянув больше на Говарда Джеффри, Ребекка Квентин повернулась и ушла. Под пристальным наблюдением двух телохранителей Ребекка Квентин в конечном итоге не могла никуда деться и беспомощно вернулась в квартиру Говарда Джеффри. Ребекка Квентин, конечно, могла бы позвонить в полицию и обвинить Говарда Джеффри в её задержании, но она не хочет этого делать. С одной стороны, она ещё не думала о том, чтобы окончательно разорвать с ним отношения; с другой стороны, Эндрю всё ещё живёт в доме Джеффри, и только он может вернуть Эндрю к ней. Стараясь не отвлекаться и скоротать время, Ребекка Квентин достала телефон, села на диван в гостиной и начала играть в игры. Невольно, в тот момент, когда она открыла телефон, в ее голове промелькнули образы, где она и Говард Джеффри вместе отдыхают в небольшой гостинице в Алтоне… Он сказал, что поможет ей отыграть недостающие очки в игре. Хотя он сыграл всего несколько раундов, он выиграл каждый из них, но так и не смог отыграть все недостающие очки… Похоже, в будущем он не сможет ей помочь! С наступлением ночи телефон Ребекки Квентин разряжался, а Говард Джеффри так и не вернулся. В конце концов, она, сама того не подозревая, уснула на диване. На рассвете Ребекка Квентин проснулась. Она огляделась и поняла, что всё ещё находится в его квартире, но теперь уже в его спальне, на кровати. Ребекка Квентин быстро взглянула на себя. К счастью, ее одежда осталась целой… Затем Ребекка Квентин посмотрела в сторону соседнего помещения и заметила отсутствие каких-либо признаков депрессии или стойкого мужского запаха, что ясно указывало на то, что он не спал в этой комнате прошлой ночью. Как раз когда она собиралась отвести взгляд, то вдруг заметила записку, оставленную на прикроватной тумбочке. Ребекка Квентин взяла записку и увидела на ней его почерк. Я вернулся, пока вы спали, и не хотел вас беспокоить. Просто хотел сказать, что я во Франции, занимаюсь подготовкой тендера на проект «Город надежды». Что бы вы ни задумали, давайте обсудим это, когда я вернусь. Ребекка Квентин положила записку и тихо вздохнула. ---------- Главы 273-148: Пришло время, когда их пути больше никогда не пересекутся. Какие еще мысли могли у нее возникнуть о нем? Она больше не питала никаких мыслей... Встав с постели, Ребекка Квентин слегка умылась и решила отправиться в больницу, где вчера находилась миссис Джеффри. Хотя Говард Джеффри назначил телохранителей следить за ней, казалось, что они не ограничивают ее свободу, поэтому она хотела пойти в больницу, чтобы поговорить с миссис Джеффри. Она очень скучала по сыну; у нее не хватало терпения ждать его возвращения... Взяв такси, Ребекка Квентин вскоре прибыла в больницу. Держа в руках букет цветов, Ребекка Квентин протянула руку, чтобы постучать в дверь палаты, и в этот момент услышала разговор между миссис Джеффри и Алисой. «Элис, не волнуйся, Говард больше всего боится, что я расстроюсь. Он не разозлит меня, сойдясь с Ребеккой Квентин…» «Тётя, пожалуйста, не делай этого в следующий раз. Я правда думала, что ты упала в обморок в аэропорту и до смерти меня напугала…» «Ха, если бы я не вела себя реалистично, как бы ты позвала Говарда? Тётя очень боялась, что ты решишь сдаться из-за Ребекки Квентин...» «Тетя, я не хочу использовать вас, чтобы заставить Говарда жениться на мне. Я уважаю его выбор. Если он действительно любит мисс Квентин, я благословлю его». «Ты просто слишком добра, всегда думаешь о других... Элис, дай Говарду немного времени; он обязательно вернется к тебе. Сейчас он просто растерян и сбит с толку, кто знает, может, Ребекка Квентин применила какой-нибудь соблазнительный трюк». «Я не думаю, что мисс Квентин — такой человек…» «Хм, если она не из таких людей, то как она сейчас может жить в квартире Говарда…» «Она, наверное, приехала забрать Эндрю!» «Это всего лишь отговорка. Если бы у неё действительно не было никаких скрытых мотивов, она бы без зазрения совести не забиралась в постель к Говарду». В этот момент Ребекка Квентин перестала слушать и протянула руку, чтобы постучать в дверь. Разговор прервался, и внезапно послышались шаги Алисы. Ребекка Квентин глубоко вздохнула, чтобы скрыть свое эмоциональное состояние; в этот момент дверь открылась. Элис первой поздоровалась: «Мисс Квентин?» Ребекка Квентин слабо улыбнулась: «Мисс Робинсон, здравствуйте!» Алиса дружелюбно ответила: «Вы пришли навестить тётю?» Ребекка Квентин честно ответила: «Извините, я просто хочу кое-что сказать наедине старой миссис Джеффри». Алиса согласно кивнула: «Хорошо, заходите!» Ребекка Квентин кивнула и вошла в палату. Элис тихо ушла, оставив в комнате только миссис Джеффри и Ребекку Квентин. На лице миссис Джеффри, увидевшей Ребекку Квентин, читалось явное недовольство: «Зачем вы здесь?» Ребекка Квентин поставила букет в вазу на прикроватной тумбочке, затем подошла к миссис Джеффри и ответила: «Старая миссис Джеффри, верите вы этому или нет, я приехала в Нью-Йорк только для того, чтобы забрать Эндрю. Надеюсь, вы вернете мне Эндрю». Миссис Джеффри не болела и тут же поднялась с постели, сердито сказав: «Не говори так праведно, Ребекка Квентин. Ты мне всегда нравилась. Даже зная, что ты дочь Вивиан Линдси, я старалась не создавать тебе проблем... Но я не ожидала, что, как и твоя мать, ты окажешься такой бесстыдной!» Даже в тот момент Ребекка Квентин сохраняла уважительное отношение: «Старушка миссис Джеффри, пожалуйста, не говорите так». Миссис Джеффри усмехнулась: «Вы же не хотите, чтобы я это сказала, потому что боитесь, что я задену вас за живое, верно?» "Старушка миссис Джеффри..." Ребекка Квентин хотела что-то сказать, но миссис Джеффри перебила: «Интересно, есть ли в семье Квентин кто-нибудь, кто не был бы бесстыдным? Твоя мать была такой, и ты тоже, намеренно пытаешься создать проблемы, зная, что у Говарда уже есть Элис. Как же бесстыдно с твоей стороны продолжать цепляться за него, даже когда Говард больше тебя не хочет!» Каждое слово миссис Джеффри было для Ребекки Квентин словно иголка в сердце, особенно последние два предложения причинили ей невыносимую боль. Увидев, как Ребекка Квентин опустила голову, миссис Джеффри холодно спросила: «Что, нечего сказать?» Миссис Джеффри не знала, что в глазах Ребекки Квентин все еще текли слезы. Она не смотрела на миссис Джеффри, потому что не хотела, чтобы та видела эту безвыходную сцену. Поэтому она сглотнула боль в горле и спокойно ответила: «Старая миссис Джеффри, честно говоря, можете быть спокойны. С тех пор, как я узнала, что Говард со мной только для того, чтобы отомстить семье Квентина, я никогда не думала о том, чтобы снова быть с Говардом…» Миссис Джеффри сердито крикнула: «И ты смеешь говорить такое? Если ты действительно не хотела быть с Говардом, то что теперь, когда ты живешь в его квартире?» Ребекка Квентин честно ответила: «Меня заставил ваш сын. Если вы мне не верите, можете спросить двух телохранителей, которые сейчас стоят снаружи и охраняют меня». Миссис Джеффри тут же ответила: «Ребекка Квентин, что бы ты сейчас ни говорила, я не поверю... Если ты действительно хочешь, чтобы я тебе поверила, ты должна доказать, что тебе больше нет дела до Говарда». Ребекка Квентин спросила: «Как вы хотите, чтобы я это доказала?» Миссис Джеффри раздраженно ответила: «Разберись сам!» Ребекка Квентин кивнула: «Хорошо, если я смогу это доказать, вы вернете мне Эндрю?» «Конечно, опека над Эндрю по праву принадлежит вам... Пока вы не докажете свою правоту, можете быть уверены: как бабушка Эндрю, я буду должным образом о нем заботиться». «Откуда я могу быть уверен, что ты меня не обманешь? Ты же раньше говорил, что хочешь вернуть Эндрю в семью Джеффри». Миссис Джеффри холодно посмотрела на Ребекку Квентин: «Я слишком стара, чтобы лгать, тем более что если я захочу внука, Говард и Элис подарят мне его в будущем». Слова миссис Джеффри вызвали у Ребекки Квентин новую волну эмоций. Мысли о том, как хорошо она когда-то ладила с миссис Джеффри, а теперь они стали врагами, глубоко ранили Ребекку Квентин. Не позволяя себе слишком сильно показывать свое подавленное настроение перед миссис Джеффри, Ребекка Квентин спокойно произнесла: «Старая миссис Джеффри, если ничего другого нет, я уйду первой. Пожалуйста, убедитесь, что кто-то хорошо заботится об Эндрю». «Я это точно знаю», — холодно ответила миссис Джеффри. Ребекка Квентин отбросила свои опасения и повернулась, чтобы уйти. Выйдя из больницы, она не смогла сдержать слез. После рождения ребенка она не испытывала такого сильного стресса... Она и представить себе не могла, что их отношения с Говардом могут закончиться иначе, но эти бессердечные слова миссис Джеффри всё равно причинили ей сильную боль... Говард больше не хочет тебя, но ты всё ещё бесстыдно цепляешься за него... Если бы она могла, она бы искренне хотела отправиться в место, где ее никто не знает, взять с собой Эндрю и никогда больше не иметь никаких связей с семьей Джеффри... ---------- Главы 274-149: Скучает ли она по нему? Франция, Париж. В роскошном клубе под открытым небом сидят двое безупречно одетых мужчин, излучающих необычайную элегантность. Скайлер Джонс откинулся на спинку стула, посмотрел на человека напротив с легким беспокойством в выражении лица и тихо произнес: «Похоже, что проект «Хоуп-Сити» не так-то просто реализовать…» Говард Джеффри, тоже откинувшись назад, выглядел спокойным, держа в руке стакан, в отличие от обеспокоенного Скайлера; выражение его лица нисколько не изменилось. Скайлер нахмурил брови: «Мне всегда казалось это странным… Робинсон всегда хорошо к тебе относился, и когда он вел со мной переговоры в городе Y, никаких проблем не возникло. Но вчера вечером на аукционе, согласно ранее предоставленным им цифрам, я в итоге сравнялся с «Гобеа». Что-то здесь определенно не так». Действительно, благодаря тому, что Робинсон предоставлял Скайлеру инсайдерскую информацию, если Скайлер предлагал цену в пределах максимально выгодного диапазона, указанного Робинсоном, у «Оверски» не возникло бы особых проблем с получением проекта «Хоуп-Сити». Однако кто бы мог подумать, что французская компания «Гобеа» предложит ровно ту же сумму, что и «Оверски»… Такое совпадение в данный момент встречается крайне редко; единственная возможность заключается в том, что Робинсон также передал ту же самую инсайдерскую информацию «Гобеа», одновременно передавая её «Оверски»! Говард Джеффри взял бокал вина и медленно отпил красного вина, затем мягко сказал: «Робинсон уже позвонил мне, чтобы объяснить, что он сам не ожидал, что «Гобеа» предложит такую ​​точную цену». Скайлер фыркнула: «Очевидно, это объяснение — всего лишь попытка скрыть правду!» Говард Джеффри не дал однозначного ответа. В этот момент Скайлер, казалось, вдруг что-то вспомнила и серьезно спросила: «Вы все еще встречаетесь с племянницей Робинсона, Элис Робинсон?» Джеффри приподнял веки и взглянул на Скайлер: «Почему ты спрашиваешь?» Скайлер ответила: «Я слышала, что Робинсон обожает эту племянницу. Его внезапное предательство, должно быть, связано с вашими недавними изменениями в отношениях с Алисой». Говард Джеффри не ответил. Увидев реакцию Говарда, на холодном и решительном лице Скайлера появилась легкая мрачность, и он, сдерживая эмоции, произнес: «Хотя я не верю газетным сообщениям о том, что Бекка уехала в Нью-Йорк, чтобы помириться с тобой, я могу подтвердить, что фотографии, на которых она входит и выходит из твоей квартиры, настоящие, иначе это не расстроило бы Элис». Проявив деликатность, Говард Джеффри искоса посмотрел на него своими полуприщуренными темными глазами: «Вас беспокоит то, что ваш проект может не состояться, или вы переживаете, что Ребекка Квентин сейчас со мной?» Скайлер без обиняков заявила: «Какими методами вы заставили Бекку приехать в Нью-Йорк, чтобы найти вас?» Говард Джеффри презрительно рассмеялся: «Как вы думаете, зачем я заставил её прийти? Разве она не может сама меня найти?» Выражение лица Скайлер стало суровым: «Я её хорошо знаю; если бы её не заставили, она бы к тебе не пришла!» «Похоже…» — улыбка Говарда стала шире, — «даже с Кристин Куинн рядом, ты все равно не можешь перестать заботиться о ней». Скайлер твердо заявила: «Я никому не позволю причинить ей вред!» Говард Джеффри осторожно поставил бокал с вином на стол, в его глазах мелькнула эмоция, хотя выражение лица осталось неизменным, и он томно произнес: «Действительно, Ребекка Квентин приехала в Нью-Йорк не специально для того, чтобы найти меня, но ее приезд был моей целью». Скайлер недоверчиво посмотрела на Джеффри: "Ты…" На лице Говарда, до этого бесстрастном, наконец появилась слабая улыбка: «Брат, я наконец понимаю, почему ты был так сильно к ней привязан; она действительно может незаметно проникнуть в сердце, так что вырваться из него становится невозможно». Скайлер с тревогой поднялась и прямо заявила: «Я не верю, что у тебя к ней настоящие чувства!!» Говард Джеффри спокойно сидел в большом кресле, его тонкие губы едва слышно произносили: «Я вас понимаю, но я не ожидал, что у меня действительно возникнут чувства… так что вам больше не нужно беспокоиться о ней; в этой жизни она будет только моей женщиной!» Скайлер тихонько усмехнулась: «Не думаю, что вы можете объявлять концовку прямо сейчас». Говард тоже рассмеялся: «Если бы ты смог завоевать её сердце, когда она пыталась встречаться с тобой в городе Y, она бы упала тебе в объятия, но она этого не сделала, что показывает с самого начала и до конца, что её сердце принадлежит только мне». «Ты говоришь о прошлом. А сейчас она испытывает к тебе только ненависть». — Неужели? — равнодушно спросил Говард. — Если бы между ними действительно была ненависть, она бы не провела свою первую ночь в Нью-Йорке в постели со мной. ---------- Главы 275-149: Скучает ли она по нему? (Часть 2) Выражение лица Скайлер Джонс стало крайне неприятным. Говард Джеффри сохранял спокойствие и самообладание, поднял бокал свеженалитого красного вина, который ему подал официант, и сделал глоток. Скайлер, полная гнева, ушла. Говард наблюдал, как красная жидкость колышется в бокале, и на уголке его рта появилась улыбка. Джейсон Вуд подошел после того, как Скайлер ушла. «Босс». Взгляд Говарда был прикован к бокалу с вином, и он ничего не ответил. Джейсон недоуменно спросил: «Босс, вы хотели обсудить проект с мистером Джонсом, зачем вы упомянули мисс Квентин? Ваши отношения с мистером Джонсом только что улучшились, и теперь это благодаря мисс Квентин…» Улыбка Говарда была многозначительной: «Как думаешь, он действительно пришел сегодня обсудить проект?» Джейсон покачал головой, ничего не понимая. Говард прямо заявил: «Мне не нужно беспокоиться о проекте от его имени». Джейсон был озадачен: «Внезапный уход Робинсона явно свидетельствует о его недовольстве вами, босс. Теперь он хочет, чтобы «Оверски» и «Корбия» были равны по силе, просто чтобы посмотреть на ваше отношение к мисс Робинсон. Если вы продолжите игнорировать мисс Робинсон в пользу мисс Квентин, Робинсон в конечном итоге позаботится о том, чтобы «Оверски» не получил проект «Хоуп-Сити»… Это очень серьезная проблема». — Серьёзно? — усмехнулся Говард. — Ты недооцениваешь моего брата. «Оверский» смог так быстро подняться всего за несколько лет, это не просто удача для моего брата! Я никогда не думал, что ему понадобится моя помощь, чтобы обеспечить реализацию проекта «Город Надежды». С его способностями он без труда решит нынешнюю проблему. Каждый раз, когда Говард упоминал способности Скайлер, Джейсону было трудно с ним согласиться. Мистер Джонс долгое время занимал должность брата босса, но, казалось, никогда не превосходил его ни в чём. Джейсон считал, что у мистера Джонса есть деловой ум, но он всегда немного уступал боссу. Даже когда босс сказал, что мистер Джонс легко мог бы решить проблему с отказом в тендере на проект «Хоуп-Сити», Джейсон всё ещё сохранял скептицизм. Джейсон с любопытством спросил: «Тогда… если вас не беспокоит мистер Джонс, зачем вы лично приехали в Париж?» Сначала он подумал, что его босс приехал помочь мистеру Джонсу, поскольку «Скайтоп» не претендовал на участие в проекте «Хоуп-Сити». Взгляд Говарда не отрывался от бокала с вином, и он, не обращая на это внимания, ответил: «Разлука укрепляет чувства; интересно, скучает ли по мне Бекка после всего нескольких дней разлуки?» "Эм-м-м…" Джейсон впервые не знал, как ответить на вопрос босса, и ему хотелось тихонько удалиться. Как только Джейсон повернулся, чтобы уйти, раздался голос Говарда, вновь обретший свою обычную холодную уверенность: «Ройе занимается делами Скайтопа в Т-Сити. Я думаю, не стоит ли тебе поменяться с ним местами». Джейсон, широко раскрыв глаза от шока, обернулся: «Босс…» Он что-то сделал не так? Холодный взгляд Говарда скользнул по нему: «Ты со мной столько лет, а твои навыки ничуть не улучшились». Джейсон побледнел от страха. «Я хотел, чтобы вы присматривали за старушкой, но вы даже не знали, что она уехала в Нью-Йорк с Элис. Как вы справляетесь со своей работой?» — строгим тоном произнес Говард. Джейсон почувствовал, как у него подкосились ноги, но не осмелился объяснить свою ошибку. В самом деле, он упустил это из виду. Когда мисс Робинсон пришла навестить старушку, он подумал, что она просто сопровождает её, и не стал сообщать об этом боссу. Кто бы мог подумать, что мисс Робинсон отвезёт старушку в Нью-Йорк и застанет босса с мисс Робинсон… Джейсону повезло, что босс не стал его об этом расспрашивать, но теперь… у босса явно была отличная память. Увидев, как Джейсон склонил голову, тон Говарда немного смягчился: «Поскольку ты мне всё ещё нужен, я прощу тебе это, но не ожидаю, что ты совершишь ошибку во второй раз». Джейсон радостно поднял глаза: «Да, есть ли еще что-нибудь, что босс хочет от меня?» «Вам больше не нужно присматривать за старушкой, помогите мне чем-нибудь другим». "Да." Нью-Йорк. Ребекка Квентин сидела в оцепенении на диване в квартире Говарда Джеффри, ее мысли были заняты разговором, который она вела с миссис Джеффри два дня назад. Если она сможет доказать миссис Джеффри, что не намерена быть с Говардом, миссис Джеффри вернет ей Эндрю. Но как ей это доказать? Говарда сейчас не было в Нью-Йорке, поэтому она не могла вызвать его, чтобы он объяснил все миссис Джеффри. Миссис Джеффри просто не поверила бы ей на слово… Во всем виноват Говард; если бы он не нарушил ее спокойную жизнь, она бы сейчас не испытывала такой боли от потери ребенка. Она беспокоилась о том, как поживает ребенок. Хотя она знала, что миссис Джеффри хорошо о нем позаботится, отсутствие его рядом вызывало у нее тревогу… Она больше не могла ждать; ей хотелось увидеть Эндрю и привезти его обратно в Олтон… Подумав об этом, Ребекка Квентин достала телефон, несколько раз помедлила и набрала номер Говарда Джеффри. Звонок соединился быстро… Первой заговорила Ребекка: «Когда… вы вернетесь?» В этот момент Говард поднимался по трапу своего частного самолета, готовясь к возвращению. Услышав её, казалось бы, натянутый звонок, он поддразнил: "Что? Скучали по мне?" Ребекку всегда легко смущали его слова, и она, покраснев, ответила: «Я просто хочу знать, когда ты вернешься». «После того, как я закончу заниматься вопросами проекта». «Когда это будет?» Ребекка звонила ему по собственной воле крайне редко. Говарду, похоже, нравилось проводить с ней время за разговором, и он ответил: «Я не могу быть уверен». «У меня нет времени продолжать тратить его впустую… Говард, твоя мать хочет, чтобы я доказала, что не намерена быть с тобой, только тогда она вернет мне Эндрю. После долгих раздумий я пришла к выводу, что лучший способ — это все прояснить перед твоей матерью. Я очень не хочу, чтобы твоя мать снова доставляла мне хлопоты в будущем, умоляю тебя!» Тон Говарда стал нежным и хриплым: «Дорогая, когда я говорил тебе, что хочу всё тебе объяснить перед мамой?» «Вы намерены держать меня взаперти всю жизнь?» «Нет, я хочу, чтобы ты была рядом со мной всю мою жизнь». «Пожалуйста, больше не говори таких вещей, я не хочу этого слышать…» «Тогда я расскажу вам об этом постепенно, когда вернусь». Раздраженная и раздраженная, Ребекка воскликнула: «Сумасшедшая!» Улыбаясь, Говард вошел в каюту: «У меня есть дела, я сейчас повешу трубку». "Не кладите трубку…" Говард прислонился к двери: «Хм, что-нибудь еще?» ---------- Главы 276-150: Он хочет еще одного ребенка «Ты обещала вернуть мне Эндрю… Прошло уже четыре или пять дней, когда ты выполнишь своё обещание? Или всё, что ты сказала, не заслуживает доверия?» «Если всё пойдёт как надо, Эндрю сможет вернуться к вам сегодня же». Услышав слова Говарда Джеффри, глаза Ребекки Квентин расширились от радостного недоверия: «Неужели то, что вы говорите, правда?» Представив себе восторженное выражение лица Ребекки Квентин, Говард Джеффри не смог сдержать радостной улыбки: «Я принял вашу взятку, естественно, я должен сделать это для вас». Взятка? Когда она его подкупила? В этот момент ей вдруг вспомнились его прежние слова о желании, чтобы она «отдалась ему полностью»… О боже, это была не «подкупная мера», это было откровенное… откровенное принуждение… Вспоминая его отвратительное поведение в тот день, Ребекка Квентин почувствовала одновременно стыд и раздражение: «Мне лень с тобой разговаривать!!» "Тогда увидимся в Нью-Йорке, дорогая, я скучаю по тебе!" Ребекка Квентин тут же нажала кнопку завершения вызова, ее лицо еще больше покраснело, и ей захотелось прямо сейчас сделать куклу, похожую на него, и целиться в нее дротиками. Хотя разговор с ним был сродни издевательствам, она чувствовала, что сегодняшний звонок не был напрасным. Он сказал, что Эндрю может вернуться к ней сегодня, это правда? Учитывая, как сильно разгневалась старушка Джеффри, как она могла вдруг позволить Эндрю вернуться к ней? Но, за исключением эмоционального разочарования, в решении вопросов Говард Джеффри никогда ее не подводил, добиваясь того, что другие считали невозможным… Весь день Ребекка Квентин нервно ждала возможного сюрприза, и действительно, во второй половине дня ей позвонили. Звонила сама миссис Джеффри, и, увидев номер миссис Джеффри на экране, сердце Ребекки Квентин забилось быстрее. Она нервно нажала кнопку ответа: «Здравствуйте…» Раздался равнодушный голос миссис Джеффри: «Ребекка Квентин, вы сказали, что как только я верну вам Эндрю, вы заберете его и будете держаться подальше от моих двух сыновей, верно?» Два сына? Ребекка Квентин была весьма озадачена; миссис Джеффри всегда просила ее оставить Говарда Джеффри, зачем же сейчас упоминать мистера Джонса? Однако, несмотря на внезапное упоминание миссис Джеффри, ее ответ остался неизменным: «Да, я буду держаться от них подальше». «Хорошо, я в последний раз доверяю тебе и верю, что ты сдержишь своё слово, не нарушай обещание». Несмотря на легкое внутреннее колебание, Ребекка Квентин не позволила ему усилиться и решительно заявила: «Я сделаю это». Миссис Джеффри, возможно, смирившись с ситуацией, а может, наконец, почувствовав облегчение, тяжело вздохнула: «Можете забрать Эндрю, он сейчас внизу, в квартире Говарда Джеффри». Услышав слова миссис Джеффри, Ребекка Квентин выскочила из квартиры, словно стрела. Возле квартиры, у обочины дороги, был припаркован черный автомобиль. Издалека Ребекка Квентин увидела миссис Джеффри, сидящую в машине и, судя по всему, держащую в руках какой-то сверток. Слезы тоски по ребенку мгновенно скатились по щекам Ребекки Квентин, когда она подбежала к ней. Миссис Джеффри, похоже, тоже ее заметила, держа на руках Эндрю, и тут же вышла из машины. Увидев крепко спящего Эндрю на руках у миссис Джеффри, Ребекка Квентин начала безудержно плакать, едва сдерживая слезы. Миссис Джеффри не была бессердечной; видя, как Ребекка Квентин тоскует по своему ребенку, она почувствовала угрызения совести и тихо сказала: «Возможно, он привык к вашей заботе, он часто плакал без причины последние два дня, даже по дороге сюда плакал, может быть, он устал и уснул». Слова миссис Джеффри заставили слезы Ребекки Квентин политься еще сильнее… Миссис Джеффри хриплым голосом сказала: «Возьмите его», хотя и не видела в Ребекке Квентин невестку, но Эндрю ей очень нравился, она к нему очень привязывалась и немного не хотела возвращать ребенка Ребекке Квентин. Ребекка Квентин осторожно взяла Эндрю из рук миссис Джеффри, слезы лились как дождь, она продолжала целовать нежное личико Эндрю своими заплаканными губами. Ночь. Ребекка Квентин только что убаюкала Эндрю. В этот момент она тихо сидела на краю кровати, глядя на мило спящее очаровательное личико Эндрю, ее глаза были полны материнской любви. Он действительно довел дело до конца… Хотя она никогда не сомневалась в его способностях, когда ему действительно удалось убедить миссис Джеффри вернуть ей Эндрю, ее сердце, помимо удивления, наполнилось волной волнения. ---------- Главы 277–150: Он хочет еще одного ребенка (Часть 2) Однако она уже не та Ребекка Квентин, какой была раньше. Как бы сильно она ни была тронута, ничто не изменит её мнения; они с ним никогда не смогут быть вместе. Наивные моменты прошли, тоска ушла; теперь она желает лишь простой и ничем не примечательной жизни. Внезапно телефонный звонок прервал мысли Ребекки Квентин. Она взяла телефон, взглянула на экран и нажала кнопку ответа: «Здравствуйте…» "Бекка." — раздался в трубке хриплый от подавленной тоски голос Скайлер Джонс. "Хм." «С тобой всё в порядке?» — с беспокойством спросила Скайлер Джонс. Ребекка Квентин встала, подошла к окну и тихо ответила: «Недавно кое-что случилось, но всё уладилось». «Пока с тобой всё в порядке, я чувствую облегчение». «Кстати, как поживают моя сестра и Мари?» «С ними всё в порядке, вам не о чем беспокоиться». «Мистер Джонс, пожалуйста, позаботьтесь о них…» «Мари — моя дочь; той любви, которую я ей дарю, мне абсолютно достаточно». «А моя сестра?» Скайлер Джонс помолчала несколько секунд, а затем сказала: «Ситуация между мной и Кристин Куинн не так проста, как вы думаете. Кроме того, я считаю её лишь матерью Мари». «Мистер Джонс…» — Ребекка Квентин тихо выдохнула, — «Вы знаете, какие чувства у моей сестры к вам, я правда не хочу, чтобы ей снова причинили боль…» «Я не причиню ей вреда». "Ты и так причиняешь ей боль… Почему ты не можешь отдать ей немного больше своего сердца?" «Тогда почему ты не хочешь отдать мне частичку своего сердца?» "Я…" «Бекка, мир — это не только Говард Джеффри. Когда ты бессильна, ты можешь подумать и обо мне», — в словах Скайлер Джонс слышалась нотка ревности. Ребекка Квентин продолжала смотреть на весь Нью-Йорк через окно, тихо говоря: «Вы меня неправильно поняли; мой мир — это только я». "Бекка…" Заметив, что крепко спящий Эндрю в постели зашевелился, Ребекка Квентин поспешно сказала: «Довольно, мистер Джонс, уже поздно, я хочу спать, поговорим в другой раз…» Прежде чем Ребекка Квентин успела закончить разговор, Скайлер Джонс холодно заявила: «Раньше ты меня так не избегала, это из-за Кристин Куинн?» «Нет, я тебя не избегаю; я всегда считала тебя просто другом. Я не хочу долго разговаривать, потому что боюсь разбудить ребенка», — честно сказала Ребекка Квентин. Скайлер Джонс не стал настаивать и перешел к своему обычному мягкому тону: «Хорошо, тогда я позвоню вам в следующий раз». "Хм." Разговор завершился. Ребекка Квентин положила телефон и подошла к кровати, осторожно похлопав недавно встревоженного Эндрю. Раньше ребенка было не так легко разбудить шумом, что свидетельствует о том, насколько беспокойным стал его сон. К счастью, ребенок наконец-то вернулся к ней… Она поклялась, что больше никогда никому не позволит отнять у нее ребенка. Эта ночь была самой спокойной из всех, что Ребекка Квентин провела за последнее время. Несмотря на то, что ей приходилось вставать посреди ночи, чтобы приготовить молоко для Эндрю, она совсем не чувствовала усталости. Каждый взгляд на сына наполнял ее сердце безграничным удовлетворением. Ещё до рассвета Эндрю уже проснулся… Приведя себя в порядок, Ребекка Квентин села с Эндрю в гостиной поиграть. Сегодня Эндрю был в хорошем настроении и весело смеялся над любой шуткой… Каждый раз, когда Ребекка Квентин видела невинную улыбку Эндрю, она задавалась вопросом, каким будет его характер, когда он вырастет. Почему она надеялась, что он будет таким же умным и мудрым, как его отец, и в то же время, что он не будет таким мрачным и угрюмым? Уложив его на диван, Ребекка Квентин, глядя на лепечущего малыша, тихо сказала: «Малыш, ты будешь винить маму за то, что она не подарила тебе полноценную семью, когда ты вырастешь?» Невинные глаза ребенка были открыты, он не понимал, что говорит Ребекка Квентин, но, казалось, внимательно слушал и успокаивался. Проявив нежность, Ребекка Квентин подняла Эндрю с дивана, поцеловала его пухлое личико и ласково сказала: «Как бы тяжело ни было в будущем, мама всегда позаботится о тебе…» После непродолжительной игры Эндрю заснул, и Ребекка Квентин отнесла его в кровать. Она собиралась вздремнуть вместе с ним, но внезапно услышала звук, доносящийся из гостиной. С телохранителями снаружи было очевидно, что войти в квартиру мог только один человек… Встав с постели, Ребекка Квентин открыла дверь комнаты. И действительно, в гостиной оказался он. Должно быть, он только что сошел с трапа самолета, в костюме, с растрепанными волосами, словно покрытыми утренней росой, и слегка усталым, но привлекательным лицом. Услышав, как за его спиной открылась дверь, Говард Джеффри, ослаблявший галстук, обернулся и невольно встретился с ней взглядом. Ребекка Квентин тут же отвела от него взгляд, осторожно открыла дверь и первой произнесла: «Вернулся так рано». Говард Джеффри, прервав поправку галстука, подошел к Ребекке Квентин и обнял ее: «Почему я не вижу ни капли удивления на твоем лице?» Ребекка Квентин оттолкнула Говарда Джеффри, держась на расстоянии: «Перестань прикасаться». Стоя неподвижно, Говард Джеффри усмехнулся: «А нам действительно нужна такая преграда между нами?» В отличие от улыбки Говарда Джеффри, лицо Ребекки Квентин напряглось, и она холодно произнесла: «Ваше возвращение как раз кстати, я хочу вернуться в Алтон, пожалуйста, прекратите ограничивать мою свободу». «У тебя совсем нет совести, женщина. Я помогла тебе вернуть Эндрю от моей матери, а ты не только не выражаешь мне ни слова благодарности, когда я тебя вижу, ты даже не показываешь мне своего лица?» Ребекка Квентин сердито посмотрела на Говарда Джеффри. Есть ли на свете кто-нибудь более бесстыдный? Он не должен думать, что она забыла, как он её принудил… После всего, что произошло, каких слов благодарности он от нее ожидает? То, что она не набрасывается на него, уже заслуга ее хорошего воспитания! ---------- Главы 278–151: Ревнивый (Часть 1) Говард Джеффри встретил ее ясный взгляд, ничуть не смущаясь, на его красивом лице сияла элегантная улыбка. Что бы ни случилось, пока Бекка встречалась взглядом с Говардом Джеффри, она всегда чувствовала себя не в состоянии сопротивляться. Мысли о том, что он с ней сделал, заставляли ее краснеть. Увидев, как быстро покраснело лицо Бекки, Говард Джеффри воспользовался случаем, подошёл и снова обнял её за стройную талию: «Как только торги закончились, я улетел из Парижа. Разве такой энтузиазм не заслуживает от тебя хоть немного благодарности?» Когда Бекка пришла в себя, она все еще сопротивлялась и оттолкнула Говарда Джеффри, но он крепко держал ее, не давая ей шанса вырваться. После безуспешных попыток освободиться, Бекка сердито закричала: «Отпустите меня!» Говард Джеффри слегка улыбнулся: «Поцелуй меня один раз, и я отпущу тебя». Бесстыдство! Эти слова Бекка произнесла, бросив холодный взгляд на Говарда Джеффри. Говард Джеффри продолжал вести себя озорно: «Хочешь поцеловаться или нет? Если нет, мы можем продолжать обниматься вот так. Но если мы будем продолжать обниматься вот так, после того как не видели тебя пять или шесть дней, я не могу обещать, что буду делать дальше…» "Говард Джеффри!" — Бекка покраснела от смущения и взмахнула кулаком. Говард Джеффри вовремя протянул руку, чтобы поймать непослушную маленькую ручку Бекки, которая вот-вот должна была ударить его в грудь. Внезапно он опустил голову и бесцеремонно поцеловал ее недовольные, поджатые красные губы. Несмотря на то, что поцелуй был мимолетным, он смутил Бекку, и она стала сопротивляться еще яростнее. Говард Джеффри посмотрел на прекрасное, одновременно смущенное и сердитое лицо Бекки, в котором мелькнул озорной огонек: «Раз ты не хочешь целоваться, я сделаю это сам». Бекка попыталась оттолкнуть Говарда Джеффри. На самом деле, Говард Джеффри намеренно немного ослабил хватку, позволив ей вырваться. Видя, как она теперь настороженно от него держится, он не мог не посмеяться: «Это всего лишь поцелуй, мы сделали гораздо больше». От этих слов лицо Бекки покраснело до ушей, и она сердито обернулась. Когда Бекка уже собиралась закрыть дверь, рука Говарда Джеффри вовремя засунулась в щель между дверями. «Уберите руку!» «Я хочу войти в свою комнату, можно мне этого не делать?» "Э-э…" Это действительно, похоже, было его владением. В данный момент она занимала его комнату, но в его квартире была только одна комната. Виновата должна быть Бекка, но она, подражая его дерзкому поведению, прямо ответила: «Нет». Говард Джеффри не хотел расстраивать Бекку и уговаривал ее: «Пойдем, я просто хочу посмотреть на нашего сына…» «Он спит». «Мне просто хочется посмотреть, как он выглядит, когда спит». «Когда вы его увидите, вы уйдете?» Говард Джеффри кивнул: «Я только что сошел с самолета, и я устал. У меня нет сил думать ни о чем другом». Услышав эти слова Говарда Джеффри, Бекка медленно ослабила хватку на двери… Говард Джеффри вошел в свою комнату и тут же обратил взгляд на маленький сверток, крепко спящий на кровати. «Он спит недолго, будьте осторожны». "Мм." Говард Джеффри тихо подошел и остановился у постели ребенка, его взгляд задержался на невинном и безобидном личике малыша. «Он немного похудел…» Услышав слова Говарда Джеффри, Бекка посмотрела на него с недоверием. Она думала, что ему всё равно на ребёнка. Но неожиданно он с первого взгляда заметил, что ребёнок за последние несколько дней похудел. Говард Джеффри наклонился, чтобы поцеловать ребенка в щеку, затем внезапно выпрямился, и его взгляд надолго задержался на длинных ресницах малыша: «У него ресницы такие же длинные, как у девочки». Девочка? Он вспомнил, что однажды, кажется, сказал ей, что ему нравятся девушки… Видимо, он не всегда лгал. Пока мысли Бекки блуждали вдаль, Говард Джеффри вдруг сказал: «Было бы здорово, если бы вы могли снова подарить мне дочь!» Услышав слова Говарда Джеффри, Бекка была так потрясена, что отступила на шаг назад, случайно задев кровать и издав звук. Услышав звук, Говард Джеффри обернулся и, увидев испуганное выражение лица Бекки, невольно усмехнулся: «Что, ты так боишься?» Бекка отвернула голову, избегая его взгляда. Говард Джеффри смотрел на слегка побледневшее лицо Бекки, внешне улыбаясь, но внутри испытывая некоторое разочарование из-за отказа. «Ладно, хватит подшучивать, я пойду в душ». Услышав эти слова Говарда Джеффри, Бекка наконец повернула лицо, чтобы посмотреть ему прямо в глаза. Неожиданно Говард Джеффри наклонился ближе. Прежде чем Бекка успела отреагировать, он уже опустил голову, его тонкие губы почти коснулись ее губ. К счастью, Бекка быстро протянула руку и прижалась к его груди, нисколько не желая находиться рядом с ним. ---------- Главы 279–151: Ревнивый (Часть 1) Их губы почти соприкоснулись, но из-за её сопротивления его движения в этот момент могли лишь замереть в воздухе. В этот момент Говард Джеффри не стал действовать силой и не отступил, а лишь поддержал её в этой тупиковой ситуации. Ребекка Квентин пристально смотрела на Говарда Джеффри, опасаясь, что он может воспользоваться ею в любой момент. Но поскольку они были так близко, его теплое дыхание коснулось ее щеки, и она внезапно почувствовала, что не может сопротивляться. Ее рука, сопротивлявшаяся его груди, слегка задрожала, настроение становилось все более напряженным, и хотя она пыталась задержать дыхание, грудь все равно сильно вздымалась. Время шло секунда за секундой… Никто не знал почему, но в конце концов Говард Джеффри не поцеловал ее, предпочтя отпустить и отступить. Наблюдая, как Говард Джеффри выходит из комнаты, Ребекка Квентин наконец глубоко вздохнула. Из-за присутствия Говарда Джеффри в квартире Ребекка Квентин не смела спать, поэтому, заперев дверь, она оставалась начеку, не отрывая глаз от двери и внимательно прислушиваясь к любым звукам за пределами комнаты. Однако прошло больше часа, и из гостиной, казалось, не доносилось ни звука. Ребекка Квентин не могла не быть озадачена. Он сказал, что примет душ, но уже должен был закончить. Даже если он вышел, на улице должен был быть какой-то шум, но почему она ничего не слышала за окном уже больше часа? В замешательстве Ребекка Квентин вскочила с кровати и на цыпочках подошла к двери. Она протянула руку и осторожно открыла дверь. Она приоткрыла лишь небольшую щель, но сквозь нее отчетливо видела, что происходит снаружи. Однако, бегло осмотревшись, она действительно обнаружила, что его нет в гостиной. Учтите, что в квартире всего одна комната, и если бы он не вышел, он должен был бы быть в гостиной, он не мог бы бесследно исчезнуть. Подумав об этом, Ребекка Квентин смело распахнула дверь настежь и внимательно осмотрела гостиную. На этот раз она кое-что нашла. В данный момент он лежал на диване в гостиной… Он что, спал на диване? Нерешительно решив, Ребекка Квентин медленно вышла из комнаты и подошла к нему. Он действительно спал на диване… Он не принял душ, всё ещё был в той же рубашке, в которой вернулся, галстук уже был ослаблен, а две пуговицы рубашки расстёгнуты… Почему он заснул? Несколько секунд она пребывала в недоумении, но вдруг вспомнила, что он ей говорил ранее. Он сказал, что как только торги закончатся, он вернется из Парижа… Честно говоря, она не ожидала его возвращения так скоро. Когда она позвонила ему вчера, она предположила, что он может быть в отъезде еще несколько дней… Учитывая расстояние от Нью-Йорка до Парижа, его возвращение сегодня утром говорит о том, что он уже планировал вернуться, когда она позвонила ему вчера. Если она правильно помнит, тендер на проект Hope City закончился только вчера утром, а это значит, что он действительно поспешил обратно в тот же день, когда завершились его дела. Почему он так стремился вернуться? «Дорогая, я очень по тебе скучаю». Его слова внезапно эхом отозвались в её ушах, самое нежное место её сердца, казалось, внезапно наполнилось теплом, тронув её до глубины души. Придя в себя, она устремила взгляд на его красивое лицо. Она должна была признать, что в этот момент заметила на его обычно бесстрастном лице след усталости… Он действительно очень устал, иначе он бы не заснул вот так на диване. Он был таким высоким и сильным, что, засыпая на диване, не мог полностью вытянуть тело, из-за чего сон был неудобным, и он даже не мог вытянуть ноги. Кроме того, было еще холодно, на нем ничего не было, и сон на диване наверняка бы его застал врасплох. Почти инстинктивно Ребекка Квентин повернулась обратно в комнату, нашла одеяло и принесла его. Но когда она приготовилась накрыть его одеялом, ее движения внезапно замерли. Что она делала? Если бы он проснулся и увидел одеяло, которым она его накрыла, что бы он подумал? В конечном итоге, они с ней не могли быть вместе, и подобный акт заботы был сейчас неуместен. Подумав об этом, Ребекка Квентин откинула одеяло, встала рядом с диваном и молча наблюдала за ним. Возможно, именно потому, что Эндрю вернулся к ней прошлой ночью, ей приснился прекрасный сон… Во сне они с ним бродили под закатом; позади них маленький мальчик держал за руку маленькую девочку, которая только что научилась ходить, а их бабушка с любовью наблюдала за ними из-за спины… Она проснулась с улыбкой… Люди мечтают, потому что размышляют об этом в течение дня. Хотя она знала, что они с Говардом Джеффри не могут быть вместе, она не могла отрицать, что эта прекрасная картина была тем будущим, о котором она когда-то мечтала… Однако, какой бы прекрасной ни была мечта, она всё равно остаётся лишь мечтой, в то время как реальность всегда сурова. Она не могла быть уверена, искренни ли его многочисленные попытки выразить желание быть с ней, но знала, что вместе счастье никогда не наступит. Она лично ощутила ненависть старой миссис Джеффри к своей матери… она знала, что миссис Джеффри никогда не сможет простить свою мать и принять семью Квентин. Воспитываясь с детства исключительно матерью, он больше заботился о её чувствах, чем о ком-либо другом. Поэтому, если бы он был с ней, он оказался бы перед дилеммой: быть с ней или с матерью, что привело бы к созданию семьи, в которой не могло бы существовать мира и счастья. По правде говоря, то, что миссис Джеффри решила не рассматривать его кандидатуру, отошло на второй план; самое важное – она понимала, что его желание быть с ней может быть лишь временной потребностью, а не следствием симпатии или любви к ней. Настоящая симпатия, пожалуй, возникает с первого взгляда… Даже если он и не из тех, кто влюбляется с первого взгляда, прошло уже семь лет, и если бы он действительно заботился о ней, то давно бы это понял, ведь он, возможно, просто удовлетворен своей потребностью, а не заботится о ней… Она твердо верила, что небеса уготовили каждому человека, идеально подходящего именно ему, и если кто-то не подходит, не стоит настаивать. Он обязательно найдет себе подходящего человека в будущем, и она тоже найдет свое место… Думая об этом, Ребекка Квентин сжала одеяло и отвернулась. В то утро Ребекка Квентин осталась в номере и больше никуда не выходила. Ближе к полудню раздался ритмичный стук в ее дверь. Она уже слышала движение в гостиной, зная, что он проснулся, поэтому, естественно, это он стучит в дверь. Ребекка Квентин, держа на руках проснувшегося Эндрю, открыла дверь. ---------- Главы 280–152: Ревнивый (Часть 2) Говард Джеффри явно только что закончил принимать ванну, от него пахло лосьоном после бритья и слабым ароматом душа, и он был обернут лишь полотенцем. «Я хочу переодеться», — сказал Говард Джеффри. Ребекка Квентин слегка кивнула и вынесла Эндрю из комнаты. Она сидела на диване в гостиной и болтала с Эндрю, который что-то невнятно бормотал. Когда Говард Джеффри вышел из комнаты, переодевшись, он случайно увидел Ребекку Квентин, болтающую с Эндрю, выглядевшую такой невинной и очаровательной. Ему нравилось видеть её естественную, милую улыбку и то, как её лицо озарялось смехом… Казалось, прошло много времени с тех пор, как она так улыбалась ему. Говард Джеффри был очарован, пока не заметил взгляд Ребекки Квентин, после чего подошел к ней. Возможно, она была настороже; увидев его приближение, она тут же встала с дивана, держа на руках Эндрю, и внимательно наблюдала за ним. Перед ней подошел Говард Джеффри, широко раскрыв любопытные глаза и глядя на малыша у нее на руках: «Когда он проснулся?» Ребекка Квентин ответила: «Он уже давно не спит и играет на кровати». Мягкий взгляд Говарда Джеффри смягчился, задержавшись на лице ребенка: «Я хочу подержать его на руках». Ребекка Квентин колебалась. «Если бы я хотела забрать Эндрю, я бы не подписала с тобой соглашение и не позволила бы своей маме вернуть Эндрю тебе». Услышав эти слова Говарда Джеффри, Ребекка Квентин осторожно передала Эндрю ему на руки. Это стало первой настоящей попыткой Говарда Джеффри удержать Эндрю… Движения Говарда Джеффри, державшего ребенка, были несколько неуклюжими, но при этом чрезмерно осторожными. "Он такой лёгкий…" Услышав слова Говарда Джеффри, Ребекка Квентин невольно бросила на него косой взгляд: «Ему всего два месяца». Говард Джеффри вдруг усмехнулся: «Смотрите, он мне сейчас улыбается». Ребекка Квентин не поверила ему и небрежно взглянула на него, но с удивлением увидела, что Эндрю действительно улыбается ему. Говард Джеффри наклонился и игриво прижался к шее Эндрю: «Ну же, малыш, улыбнись папочке еще раз…» «Хихиканье…» Эндрю громко рассмеялся. Глаза Ребекки Квентин расширились от недоверия. Говард Джеффри продолжал подшучивать над Эндрю, который не переставал хихикать. Ребекка Квентин, захваченная моментом, прислонилась к руке Говарда Джеффри и восторженно воскликнула: «Он действительно умеет смеяться вслух!» Говард Джеффри рассмеялся: «В прошлый раз в Алтоне он был настроен ко мне враждебно, не обязательно потому, что не любил меня как отца. Видите ли, сейчас я ему нравлюсь». Несомненно, теперь ребенок был им искренне забавлен… Было ощущение, что между ними существует естественная связь, своего рода врожденная близость. Однако после недолгой игривой игры и поддразниваний Эндрю внезапно снова надул губы в объятиях Говарда Джеффри, отказавшись больше улыбаться. Будучи отцом впервые, Говард Джеффри ничего не понимал; заметив изменения в поведении ребенка, он нервно спросил: «Что с ним не так?» Ребекка Квентин потянулась проверить подгузник Эндрю и обнаружила, что он всё ещё сухой. Она ответила: «Наверное, голоден. Он ничего не ел с тех пор, как проснулся. Давай я приготовлю ему смесь, а ты подержи его немного». "Хорошо." Затем Говард Джеффри нежно покачал Эндрю на руках: «Малыш, мама готовит тебе смесь, так что веди себя хорошо…» Словно поняв Говарда Джеффри, Эндрю вдруг снова начал улыбаться. Говард Джеффри осторожно ущипнул сына за нос указательным пальцем: «Ты, маленький реалист, зная, что есть еда, перестал дуться…» От таких действий Андрей смеялся еще радостнее. Между ними действительно, казалось, существовала естественная связь; Эндрю совсем не боялся Говарда Джеффри и спокойно играл со своим отцом… Он время от времени тянул отца за одежду, иногда щипал его за руку и даже осмеливался облить свою рубашку слюной. «Маленький проказник, неужели ты так обращаешься со своим папочкой!» — нахмурился Говард Джеффри, притворяясь рассерженным. Эндрю моргнул своими яркими глазами, невинно наблюдая за отцом, и вдруг снова надул губы. О нет, он что, снова сейчас заплачет? Прежде чем Говард Джеффри успел позвать Ребекку Квентин, ребенок начал громко плакать. «Малыш, папа не хотел тебя обвинять, папа пошутил… не плачь, малыш…» — Говард Джеффри, смущенный пронзительными криками сына, торжественно пообещал: «Папа клянется, папа совсем не был с тобой строг…» Эндрю не обратил на это никакого внимания, полностью проигнорировав предыдущие радостные встречи с Говардом Джеффри, и заплакал еще сильнее. ---------- Главы 281–152: Ревнивый (Часть 2) «Эндрю Джеффри!!» — раздраженно окликнул Говард Джеффри своего сына, пытаясь продемонстрировать отцовский авторитет. Но ребенок заплакал еще сильнее, поэтому Говард смягчил тон и мягко уговаривал, как обычно делала Ребекка Квентин с Эндрю: «Малыш, будь хорошим, не плачь, не плачь…» Эндрю по-прежнему не показывал отцу своего лица. В отчаянии Говард вдруг вспомнил, как Ребекка Квентин ранее тянулась за подгузником ребенка. Он осторожно уложил ребенка на диван и аккуратно расстегнул подгузник. И действительно, ребёнок пописал, и мокрый подгузник, соприкасаясь с нежной кожей, доставлял ему большой дискомфорт. Главная проблема заключалась в том, что штаны ребёнка, похоже, тоже были мокрыми. Неудивительно, что этот маленький проказник плакал… Выяснив причину, Говард снял подгузник. Как только с ребенка сняли подгузник, он окончательно перестал плакать. Он невинно посмотрел на отца ясными, светлыми глазами. Говард был вполне доволен и попытался взять ребенка на руки. Неожиданно ребенок уставился на него, не моргая, его глаза блестели чем-то, почти слезились. Говард почувствовал, что что-то не так, и быстро сказал: «Будь хорошим, не плачь, папа очень внимательно о тебе заботится…» "Бур-буль-буль…" Ребенок вдруг снова рассмеялся. Говард был уверен, что ему удалось уговорить ребенка, и испытывал чувство самодовольства, пока не почувствовал влажность на груди. Он посмотрел на себя и увидел в этот момент фонтан на своей рубашке… Говард на мгновение опешился, долго не решаясь: «Черт возьми, ты обмочился на папочку!» Говард поднял рубашку и понюхал ее, выражение его лица изменилось. Эндрю, казалось, понимал, что сделал что-то «хорошее», и рассмеялся еще радостнее… «Ты смеешь смеяться?» — Говард сделал строгое лицо. — «Ты веришь, что папочка отшлёпает тебя по попе?» Глядя на суровое выражение лица отца, Эндрю испугался и поджал губы, словно вот-вот расплачется. Увидев, как глаза Эндрю наполнились слезами, Говард быстро понизил голос и успокаивающе сказал: «Мой маленький предок, папа не был с тобой строг, не был строг… Не плачь, во всем виноват папа!» "Ва-ва-ва…" В этот момент ребёнок громко закричал, его крики были очень громкими. Затем Говард взял Эндрю на руки и покачал его, чтобы успокоить. Ребекка Квентин, выйдя из комнаты со свежеприготовленной бутылочкой, увидела, как сильно плачет ее сын, и тут же поставила бутылочку, подошла к Говарду, взяла ребенка и пожаловалась: «Почему он так плачет всего через несколько минут после того, как ты его покормил!» «Всего несколько минут?» — спросил Говард. Почему ему казалось, что прошла целая вечность? Ребекка Квентин взяла бутылочку, села на диван рядом с Эндрю и начала его кормить. Как только сосок оказался во рту ребенка, он перестал плакать и начал жадно сосать… Наблюдая, как Эндрю пьет молоко, Говард рассмеялся: «Он выглядит очень голодным». Ребекка Квентин взглянула на Говарда и нечаянно заметила его влажную рубашку. Подумав о том, что только что с ним сделал ребенок, она невольно улыбнулась. Говард, естественно, понял, над чем смеется Ребекка Квентин. Он что-то пробормотал себе под нос и вошел в ванную. Увидев, как Говард направился в ванную, улыбка Ребекки Квентин стала шире, и она с благодарностью прошептала Эндрю: «Малыш, ты потрясающий. Кто ему сказал, что он всегда издевается над мамой…» На самом деле, она не так уж и долго готовила молоко… Несколько минут назад она торопливо готовила молоко и случайно увидела, как он уговаривает ребенка. Услышав эти глупости, она не могла не захотеть проверить, сможет ли он действительно успокоить ребенка. Кто бы мог подумать, что он не только не успокоил ребенка, но и в итоге на него помочились… В тот момент она чуть не рассмеялась вслух, но, к счастью, прикрыла рот рукой. Когда Говард вышел в сухой рубашке, Эндрю уже допил и спал. Затем Ребекка Квентин взяла Эндрю на руки и вернулась в комнату. Наблюдая, как Ребекка Квентин осторожно укладывает спящего Эндрю на кровать, Говард наконец заговорил: «А как насчет того, чтобы вместе пообедать?» Ребекка Квентин покачала головой: «Не нужно, я закажу позже, а вы закажите!» «Если вы беспокоитесь об Эндрю, я могу попросить кого-нибудь присмотреть за ним здесь». Он знал, что, заснув, Эндрю обычно спит два-три часа, и им не понадобится столько времени, чтобы пообедать. «Я не хочу выходить из дома». Ребекка Квентин продолжала смотреть на Эндрю, отвергая приглашение Говарда. В конце концов, уже распространились новости с фотографиями, где она и Говард вместе, что вызвало большой ажиотаж. Она не хотела добавлять поводов для новых сплетен. Выражение лица Говарда помрачнело. Он был недоволен, недоволен ее постоянным безразличием. Он потратил на нее все свое терпение. Почувствовав, как взгляд Говарда обжигает ей спину, словно пламя, Ребекка Квентин так и не изменила своего мнения. Атмосфера стала какой-то удушающей… В этот момент у Говарда зазвонил телефон. Бросив взгляд на номер, отображавшийся на экране телефона, он подошел к окну. Тем временем Ребекка Квентин встала с края кровати и взяла бутылку, чтобы умыться. Пока Ребекка Квентин ставила бутылочку в стерилизатор, раздался голос Говарда: «Ты уверена, что не хочешь пойти со мной пообедать?» Ребекка Квентин кивнула. Зная её упрямый характер, Говард не стал настаивать дальше, спокойно сказав: «Тогда оставайся дома послушно. У меня дела после обеда. Позвони мне, если что-нибудь случится». Ребекка Квентин не ответила. Говард повернулся и ушел. Лишь после того, как Говард исчез, Ребекка Квентин обернулась в том направлении, откуда он ушел, и тихо вздохнула. По какой-то причине в тот день сердце Ребекки Квентин было таким же тусклым и серым, как небо за окном, и её охватило необъяснимое чувство меланхолии. Она уже решила, что если у нее будет время вечером, она все прояснит с Говардом. Теперь, когда Эндрю снова был с ней, ей пришло время вернуться в Алтон… Предполагая, что в ближайшие пару дней ей, возможно, придётся вернуться в Алтон, Ребекка Квентин решила сходить и купить необходимые детские принадлежности, чтобы запастись ими на весь день. В этот раз она приехала сюда в спешке, взяв с собой только детскую смесь, бутылочки, сменную одежду и несколько подгузников, но подгузники как раз закончились, поэтому ей пришлось выйти и купить новые. Иначе завтра в самолете возникнут проблемы. Поскольку Ребекка Квентин чувствовала себя некомфортно, оставляя Эндрю одного в квартире, она решила взять его с собой на прогулку. В конце концов, купленные ею вещи могли бы донести два телохранителя. Как только она взяла Эндрю на руки, он проснулся и посмотрел на мать сонными, невинными глазами. Ребекка Квентин улыбнулась и сказала: «Малыш, ты проснулся… Мама везет тебя за покупками. Завтра мы возвращаемся в Алтон!» ---------- Главы 282–153: Ревнивый (Часть 3) Младенец, казалось, реагировал на Ребекку Квентин, издавая нежные, воркующие звуки. Ребекка Квентин взяла ребенка на руки и вышла из квартиры. Час спустя Ребекка Квентин вышла из детского магазина. Малышу все казалось невероятно интересным, он бегал глазами по сторонам… Внезапно несколько вспышек упали на лицо Ребекки Квентин. Прожив с Говардом Джеффри столько лет, Ребекка Квентин прекрасно понимала, что означают эти вспышки. Она быстро подняла глаза, и, конечно же, несколько репортеров фотографировали их. Ребекка Квентин тут же прикрыла Эндрю своими объятиями. Тем временем двое телохранителей уже подошли, чтобы остановить репортера из известной газеты. Между репортером и двумя телохранителями завязалась потасовка, но в итоге телохранителям удалось конфисковать пленку у репортера. Один из телохранителей с беспокойством подошел к Ребекке Квентин и уважительно спросил: «Мисс Квентин, вы испугались?» Ребекка Квентин покачала головой: «Со мной все в порядке». Телохранитель сказал: «Давайте сядем в машину, небо такое темное, скоро может пойти дождь». «Хорошо». Телохранитель открыл дверцу машины, и Ребекка Квентин села внутрь. Эндрю все еще не спал, беспокойно ворочался в объятиях Ребекки Квентин, его любопытные глаза постоянно хотели посмотреть в окно. Ребекка Квентин беспомощно держала Эндрю на руках и смотрела в окно. Небо было очень темным, и казалось, что дождь вот-вот начнется… «Эндрю, видишь вон то здание? Ты знаешь, что это?» Когда машина проезжала мимо здания Skytop Group, Ребекка Квентин указала на небоскреб и спросила Эндрю, которого держала на руках. Эндрю ответил Ребекке Квентин ласковыми, детскими звуками… Ребекка Квентин уже собиралась отвести взгляд от выражения лица ребенка, когда внезапно ее взгляд невольно остановился на какой-то сцене. Перед входом в «Скайтоп» из машины вышла стройная, красивая женщина. По ее спине Ребекка сразу поняла, что это Элис Робинсон, и что это машина Говарда Джеффри. Затем из машины вышел и красивый, прямой Говард Джеффри… Сцена быстро сменилась погодой, и вскоре небо заполнилось мелким дождем, заслонившим Ребекке Квентин вид… Ребекка Квентин повалила Эндрю на землю, выражение ее лица осталось неизменным, но в душе она была в смятении. Вернувшись в квартиру, после того как покормила Эндрю и уложила его спать, Ребекка Квентин рассеянно сидела на краю кровати. Она размышляла о многом, и, наконец, ее мысли остановились на сцене, которую она только что видела: Говард Джеффри и Элис Робинсон вместе вышли из машины… Она призналась, что боль и печаль распространились по ее сердцу. Он сказал, что у него дела на вторую половину дня; она подумала, что он занимается обычными делами, а не что он на самом деле с Элис Робинсон. Это было логично; то, что произошло в тот день, причинило боль и Алисе Робинсон, и он должен был ей все четко объяснить… Завтра она уезжала в Олтон, и тот, с кем он был, больше не имел с ней никаких дел… Размышляя об этом, Ребекка Квентин легла на кровать и тихо закрыла глаза. Ребекка Квентин никак не могла заснуть. Она закрывала глаза, открывала их снова и повторяла это много раз, пока не зазвонил телефон на прикроватной тумбочке. Ребекка Квентин потянулась за телефоном, и, как она и предполагала, отображаемая цифра совпала с тем, о чем она думала. После нескольких секунд колебания Ребекка Квентин нажала кнопку ответа. Послышался низкий голос Говарда Джеффри: «Бекка». "Хм." «У меня сегодня вечером дела, я не могу вернуться». Сдерживая волну недовольства, Ребекка Квентин спокойно ответила: «Вам не нужно отчитываться передо мной… Есть что-нибудь еще?» В конце концов, она для него ничего не значила. Говард Джеффри, похоже, привык к тому, как с ним разговаривает Ребекка Квентин, и мягко ответил: «Берегите себя. Звоните мне, если вам что-нибудь понадобится». Ребекка Квентин не ответила. Затем Говард Джеффри завершил разговор. Связь оборвалась с характерным звуковым сигналом, и прошло много времени, прежде чем Ребекка Квентин отложила телефон от уха. Внезапно она выдавила из себя облегченную улыбку, напомнив себе, что должна отпустить все это. В ту ночь Говард Джеффри действительно не вернулся. Всю ночь шел дождь и не прекращался… После рассвета, пока Эндрю еще спал, Ребекка Квентин встала рано, чтобы начать собирать вещи. Собрав вещи, она достала телефон, чтобы забронировать билет на самолет на вечерний вылет, как раз вовремя, чтобы дождаться звонка. Это была Кристин Куинн! Ребекка Квентин быстро нажала кнопку ответа: «Сестра…» «Бекка, ты всё ещё в Нью-Йорке?» «Да, я планирую забронировать сегодня вечером билет на самолет обратно в Алтон». «Похоже, Эндрю снова с вами». "Хм." Кристин Куинн тихо вздохнула: «Похоже, Скайлер Джонс всё ещё неравнодушна к тебе…» ---------- Главы 283–153: Ревнивый (Часть 3) На лице Ребекки Квентин читалось недоумение: «Сестра, что…» Кристин Куинн тихо сказала: «Разве вы не знаете, что именно Скайлер Джонс заставила старую миссис Джеффри вернуть вам Эндрю?» «Что?» — недоуменно спросила Ребекка Квентин. — «Можете объяснить мне это пояснее?» Кристин Куинн просто объяснила: «Скайлер Джонс только что вернулся из Парижа и сейчас принимает душ… у него только что звонил телефон, поэтому я посмотрела и обнаружила, что все звонки были от старой миссис Джеффри. Он не ответил ни на один из них, а затем я увидела сообщение от старой миссис Джеффри, в котором она писала, что уже вернула вам Эндрю…» «Вы хотите сказать, что Эндрю вернулся ко мне благодаря помощи Скайлера Джонса?» «Конечно, если бы не он, почему бы старушка миссис Джеффри вдруг отпустила ситуацию!» «Но… это маловероятно, мистер Джонс даже не знал об этой проблеме». «Возможно, это произошло в тот день, когда я тебе звонила, он случайно вернулся и подслушал…» Ребекке Квентин было трудно в это поверить. Нет… Она всегда думала, что этим занимается Говард Джеффри, и никогда не предполагала, что это может быть как-то связано со Скайлер Джонс. Если правда была такой, как сказала Кристин Куинн, то тот, кто вернул ей Эндрю, был Скайлер Джонс, и в таком случае… звонок Скайлера Джонса прошлой ночью был вполне объясним. Она не понимала, почему Скайлер Джонс упомянул, что она не думала о нем, когда была в безвыходном положении, но оказалось, что он тайно занимался этим делом за нее, неудивительно, что миссис Джеффри вдруг полностью изменила свое отношение… Кристин Куинн сказала что-то еще позже, но Ребекка Квентин не услышала ни слова, ее мысли были в полном беспорядке, она чувствовала себя совершенно обманутой. Подумать только, последние несколько дней она смутно волновалась, думая, что Говард Джеффри мог испортить отношения с миссис Джеффри из-за этого, и когда она сегодня холодно с ним обошлась, она почувствовала себя немного виноватой, ведь он ей помог… Он был поистине презренным, явно ничего не сделавшим, но при этом присваивал себе все заслуги, зная, что Эндрю вернется к ней, — информацию, полученную либо от миссис Джеффри, либо от Скайлер Джонс. При мысли об этом Ребекку Квентин переполнял гнев, но постепенно это пламя в ее сердце угасло, погрузив ее во тьму. В самом деле, на что ей было злиться? Эндрю уже вернулся к ней, помог он ей или нет — уже неважно… Точно так же, как он говорил, что "скучает по ней", а в следующий момент оказывался с Элис Робинсон, на самом деле он никогда не заботился о ней, что она и так знала, не так ли? Неудивительно, что когда она косвенно спросила его о том, был ли он в тот день с Элис Робинсон, он промолчал, она подумала, что за этим может скрываться что-то еще… Теперь кажется, что глупой всегда была она, к счастью, она наконец-то усвоила урок и не позволила своему сердцу еще больше упасть, иначе кто знает, как бы ей сейчас было стыдно… Говард Джеффри вернулся в десять утра. Когда он вернулся, Эндрю спал, а Ребекка Квентин сидела у окна и читала книгу. Говард Джеффри тихо подошел. Как только Говард Джеффри вошел, Ребекка Квентин уже услышала его шаги и, естественно, поняла, что он приближается к ней, поэтому, когда он уже почти подошел, она закрыла книгу и встала, чтобы встретиться с ним лицом к лицу. Говард Джеффри подошел к ней и с беспокойством спросил: «Вы позавтракали?» Ребекка Квентин вырвалась из его объятий, отошла в сторону и безэмоционально ответила: «Уже после десяти, тебе бы следовало спросить, готова ли я к обеду». Говард Джеффри уловил в словах Ребекки Квентин нотку недовольства и, не удержавшись, быстро сделал два шага, чтобы догнать её, и тут же обнял: «Чем я тебя на этот раз расстроил?» Ребекка Квентин изо всех сил пыталась вырваться из его объятий, и, когда они наконец расстались, она свирепо посмотрела на него: «Прояви ко мне хоть немного уважения!» Говард Джеффри почувствовал, что сопротивление Ребекки Квентин сегодня было необычным, и, внимательно наблюдая за ней, слегка прищурился, его длинные, узкие черные глаза. Ребекка Квентин также поняла, что ее нынешние эмоции немного зашкаливают, ведь эти дела ее больше не касались: вернулся ли он вчера вечером или поздно сегодня, или с кем бы он ни был — у нее больше не было права и необходимости об этом беспокоиться! Сделав глубокий вдох, чтобы успокоиться, Ребекка Квентин смягчила тон и сказала: «Извините, я была не очень вежлива, просто я ждала вас с самого утра». Говард Джеффри, естественно, понимал, что фраза «ждешь меня», о которой говорила Ребекка Квентин, не имела буквального смысла, она подразумевала нечто большее… действительно… Ребекка Квентин подняла глаза, встретившись взглядом с Говардом Джеффри, и продолжила: «Я хотела поговорить с тобой вчера вечером, но ты не вернулся. Теперь, когда ты вернулся, я думаю, мы можем провести полноценную беседу». Говард Джеффри не выразил ни согласия, ни несогласия. Затем Ребекка Квентин сказала: «Давай поговорим в гостиной, Эндрю спит, я не хочу его будить». После этого Ребекка Квентин первой вышла из комнаты. В гостиной, сидя на диване, Ребекка Квентин спокойно сказала: «Говард Джеффри, я приехала в Нью-Йорк из-за Эндрю. Теперь, когда Эндрю вернулся ко мне, я думаю, мне пора вернуться в Ортон». Говард Джеффри посмотрел на нее, но ничего не сказал. Ребекка Квентин заключила: «Я уже забронировала обратный рейс в Ортон на сегодня». Сказав это, она посмотрела на него, ожидая ответа. Ответа не последовало, Говард Джеффри хранил молчание, на его лице не было и следа эмоций. Подождав несколько секунд, Ребекка Квентин встала и вежливо сказала: «Спасибо, что позволили мне пожить в вашей квартире несколько дней». С этими словами она направилась прямо в комнату. Ребекка Квентин не знала, что после ее ухода глубокие темные глаза Говарда Джеффри потемнели, а под маской спокойствия скрывались бушующие волны. Вернувшись в комнату и закрыв за собой дверь, Ребекка Квентин, чувствуя себя совершенно измотанной, тяжело откинулась на нее и погрузилась в глубокие размышления. Она считала, что обсуждение этого вопроса с ним непременно приведет к ссоре… Неожиданно здесь было так спокойно. Он не возражал против ее отъезда… В её сердце разлилось чувство, которое она не могла точно описать, но именно такого исхода она больше всего желала. Как бы то ни было, семилетние перипетии наконец-то подходили к концу… Группа компаний «Скайтоп». Говард Джеффри сидел за своим столом, погруженный в размышления. Лиза Сесили вошла с улицы, держа в руках несколько папок. «Мистер Джонс, эти документы нуждаются в вашем ознакомлении и подписи…» ---------- Главы 284–154: Ревнивый (Часть 4) Говард Джеффри легкомысленно ответил: «Хм». Лиза Сесили, заметив задумчивое выражение лица Говарда Джеффри, не удержалась и спросила: «Генеральный директор, вас беспокоит, что компания „Оверски“ не получила проект „Хоуп-Сити“?» Говард Джеффри покачал головой, серьезно посмотрел на свою секретаршу и спросил: «Лиза, ты думаешь, мужчины от природы теряются, когда дело касается женщин?» Услышав, как Говард Джеффри впервые заговорил о личных проблемах в компании, Лиза Сесили сначала удивилась, а затем медленно улыбнулась: «Итак, генеральный директор, ваши недавние проблемы связаны с отношениями, а не с работой! К сожалению, как ваш секретарь, я могу заниматься только вашими рабочими проблемами, а не романтическими. Хотя я искренне восхищаюсь этой женщиной по имени Квентин за то, что она смогла сделать вас таким беспомощным!» Говард Джеффри криво усмехнулся. Лиза Сесили тихо сказала: «Генеральный директор, удачи. Если мисс Квентин когда-нибудь приедет, я обязательно скажу вам много приятных слов». Улыбка на губах Говарда Джеффри оставалась неизменной: «Ладно, иди!» Как только Лиза Сесили вышла, в кабинет вошел Джейсон Вуд. Говард Джеффри стоял перед окном от пола до потолка, засунув руки в карманы, и, казалось, был глубоко погружен в размышления. Джейсон Вуд, стоя позади Говарда Джеффри, не теряя времени, прямо сказал: «Босс, я только что спросил этих двух подчиненных, они сказали, что мисс Квентин выходила из дома только один раз со вчерашнего дня по сегодняшний, примерно в 14:15, чтобы купить подгузники для ребенка, в остальное время она оставалась в комнате». 14:15? Говард Джеффри задумался. Джейсон Вуд добавил: «Кроме того, я проверил записи переписки мисс Квентин. Со вчерашнего дня по сегодняшний она получила только один звонок, от мисс Куинн, и после разговора с мисс Куинн она забронировала авиабилет». Говард Джеффри был погружен в свои мысли. «Босс, хотите, чтобы я поговорил с авиакомпанией, в которой мисс Квентин забронировала свой рейс…» — Джейсон Вуд намекнул, что пока авиакомпания отказывается перевозить её, Ребекка Квентин не сможет вернуться в Алтон. Говард Джеффри наконец равнодушно произнес: «Не нужно, я сам этим займусь, а ты продолжай выполнять задание, которое я тебе поручил в прошлый раз». "Да." После ухода Джейсона Вуда в огромном офисе остался только Говард Джеффри. В исключительно тихом кабинете на столе у ​​Говарда Джеффри завибрировал телефон. Говард Джеффри подошел и взял трубку. Неторопливо облокотившись на стол, Говард Джеффри нажал кнопку ответа. Из телефона раздался глубокий, звучный голос Скайлера Джонса: «Полагаю, вы поняли, что это я намеренно подтолкнул Кристин Куинн позвонить Бекке». Да, после возвращения из Парижа он целенаправленно игнорировал звонки матери и также намеренно создавал возможности для того, чтобы Кристин Куинн увидела его телефон. Выражение лица Говарда Джеффри оставалось спокойным: «Вы думаете, это заставит её уехать из Нью-Йорка?» Скайлер Джонс рассмеялась: «По крайней мере, в её глазах вы уже не заслуживаете доверия и не обладаете необходимыми качествами». Да, во время их разговора в Париже они якобы обсуждали проект, но на самом деле говорили о Ребекке Квентин. Выраженное Говардом Джеффри чувство собственничества по отношению к Скайлер Джонс вызвало у него ярость. Таким образом, после их разговора Скайлер Джонс немедленно отправила кого-то выяснить причину приезда Ребекки Квентин в Нью-Йорк. Вскоре Скайлер Джонс обнаружила, что Ребекка Квентин приехала в Нью-Йорк, потому что миссис Джеффри забрала с собой Эндрю. Сначала Скайлер Джонс подумала, что Говард Джеффри намеренно заставил свою мать забрать Эндрю, чтобы оставить Ребекку Квентин в Нью-Йорке, поэтому в тот момент Скайлер Джонс почти импульсивно позвонила миссис Джеффри. Но, успокоившись и всё обдумав, Скайлер Джонс наконец заметила, что что-то не так… Если Эндрю вернулся к Ребекке Квентин, то их маленькая семья, казалось, воссоединилась в Нью-Йорке. Скайлер Джонс внезапно с пониманием осознал, что Говард Джеффри, возможно, пытается его подставить… Если бы Говард Джеффри действительно хотел использовать свою мать, чтобы забрать Эндрю и таким образом ограничить свободу Ребекки Квентин, то, учитывая характер Ребекки Квентин, она никогда бы не простила Говарда Джеффри, и он не стал бы прибегать к такой рискованной тактике, чтобы быть с ней… Единственная возможность заключается в том, что мать действительно забрала Эндрю, и Говард Джеффри хочет помочь Ребекке Квентин, но не может сделать это открыто, опасаясь, что конфликт с матерью только усилит её недовольство Ребеккой Квентин. Таким образом, Говард Джеффри мог лишь косвенно «попросить» его о помощи… В конце концов, только он мог заставить мать добровольно вернуть Эндрю Ребекке Квентин. Говард Джеффри и Скайлер Джонс практически равны по силам… Скайлер Джонс могла бы разоблачить эту схему, но, учитывая, что Ребекке Квентин действительно нужен был Эндрю, Скайлер Джонс в конечном итоге все же позвонила миссис Джеффри, конечно же, также для того, чтобы подстраховаться от Говарда Джеффри. ---------- Главы 285-154: Ревнивый (Часть 4) Сегодня Скайлер Джонс успешно затмил усилия Говарда Джеффри одним звонком от Кристин Куинн, переложив все заслуги на себя. Хотя формально Джеффри уступил Говарду, он заслужил благодарность Бекки и одновременно опорочил репутацию Говарда. Губы Говарда Джеффри изогнулись в слабую, праздную улыбку: «То, что вы хотите увидеть, может оказаться непростым делом, потому что — раз я могу заставить её приехать в Нью-Йорк, чтобы найти меня, я, естественно, могу заставить её захотеть остаться в Нью-Йорке». Скайлер Джонс усмехнулась: «Даже если тебе удастся уговорить её остаться сейчас, ты не сможешь заставить её остаться по собственной воле». Губы Говарда Джеффри все еще были сдержанно и спокойно улыбались: «Вы ошибаетесь. Я не только заставлю ее остаться, но и заставлю ее остаться добровольно». Ночь. Бекка никак не могла придумать, как добраться до аэропорта… Ей приходилось держать Эндрю на руках, из-за чего она не могла справиться со своим багажом. В аэропорту все будет в порядке, так как она сможет сдать его в багаж, но сейчас она даже не могла добраться до аэропорта. Подумав, Бекка решила оставить свой багаж в офисе охраны многоквартирного дома, а после того, как спустит Эндрю вниз, она попытается поймать такси, попросит водителя забрать багаж и сразу отправиться в аэропорт. Придумав план и поняв, что пора действовать, Бекка, пока Эндрю спал, вытащила свой багаж из квартиры. Двое телохранителей у двери исчезли, что указывало на то, что Говард разрешил ей уйти. Она не могла не чувствовать себя немного неспокойно, но Бекка не позволяла себе зацикливаться на этом, потому что, любил он ее или нет, это больше не было для нее главной заботой — сейчас важнее всего было мирное и безопасное будущее для нее и Эндрю. Оставив свой багаж в офисе службы безопасности, Бекка вернулась в квартиру Говарда и забрала Эндрю с кровати. Без дальнейших колебаний Бекка оставила ключи от квартиры Говарда, взяла Эндрю на руки, закрыла за собой дверь и ушла. На обочине дороги Бекка остановила такси… Водитель такси был дружелюбен и, увидев ее с ребенком на руках, предложил помочь забрать ее чемодан из офиса охраны здания без дополнительной платы. Сидя в такси, Бекка смотрела на постепенно угасающие неоновые огни города, думая о своем скором отъезде из Нью-Йорка, но так и не смогла заставить себя почувствовать покой. Изначально она собиралась попрощаться с ним, но позже, подумав, поняла, что это излишне, поскольку она уже сообщила ему ранее в тот же день о своем отъезде вечером. Погруженная в свои мысли, Бекка не заметила, что такси ехало не по маршруту в аэропорт. Лишь спустя примерно двадцать минут, когда машина отклонилась от курса, Бекка пришла в себя, огляделась по сторонам и спросила водителя: «Извините, мы едем в аэропорт XX?» Водитель ответил: «Да». Бекка была озадачена: «Но эта дорога, похоже, не ведет в аэропорт!» Водитель терпеливо объяснил: «Я срезаю путь; мы быстро доберемся до аэропорта». Хотя водитель был любезен, Бекка чувствовала себя немного неловко; однако, поскольку такси было вызвано из уважаемой компании, в которую она позвонила в Нью-Йорке, маловероятно, что это был нелицензированный автомобиль. Возможно, водитель действительно срезала путь, поскольку плохо знала Нью-Йорк, и другой короткий путь до аэропорта был вполне возможен. Несмотря на попытки успокоить себя, Бекка всё ещё была немного напугана, поэтому она достала телефон и осторожно набрала 911. Примерно через час такси наконец остановилось. Водитель сказал: «Мадам, мы прибыли в аэропорт». Бекка, держа на руках Эндрю, вышла из такси и, посмотрев вперед, увидела огромный аэропорт. Однако это был явно не обычный аэропорт, а частный. Бекка невольно подумала: «Вы уверены, что мы не ошиблись адресом?» Водитель кивнул: «Уверен». Глядя на аэропорт, Бекка испытала чувство дежавю. Затем водитель добавил: «Мадам, позвольте мне помочь вам с багажом. Поехали!» Бекка, полная сомнений, направилась к аэропорту. С каждым шагом, приближающимся к аэропорту, чувство узнаваемости становилось все сильнее, пока, наконец, не вспомнила это место, ступив на ровную, широкую бетонную площадку аэропорта. Она вспомнила, что была здесь год назад… Это был частный аэропорт Говарда, и год назад она прилетела сюда с ним, чтобы сесть на его частный самолет и вернуться в Цветочное Королевство. «Как такое могло произойти?..» Бекка недоуменно посмотрела на водителя, но обнаружила, что он бесследно исчез. Встревоженно оглядевшись, она вдруг увидела, как зажглись огни частного аэропорта. Казалось, свет ламп накаливания освещал весь мир и подчеркивал высокий, грациозный силуэт, стоявший неподалеку от нее. В то время как весь мир был залит белым светом, взгляд Говарда Джеффри, встретившийся с её взглядом, был одновременно тёмным и ярким, пылающим намерением. Незаметно он появился перед ней, его нежный взгляд был прикован к ее слегка побледневшему от потрясения лицу, и он прошептал: «Ты собиралась уйти, даже не попрощавшись со мной?» "Я…" В этот момент телохранитель осторожно забрал Эндрю из объятий Бекки. Бекка воскликнула: «Нет…» Говард, вовремя обняв её, тихо сказал: «Не волнуйся, я просто хочу поговорить с тобой наедине. Я позволю им сначала отвезти Эндрю в самолёт, чтобы он поспал». Всё ещё не понимая, что происходит, Бекка с недоумением посмотрела на Говарда: «Я направлялась в Алтон, как такое могло случиться?..» Говард прямо заявил: «Водителя, который вас сюда привёз, я, очевидно, договорился с ним заранее». Бекка нахмурила брови: «Зачем ты это сделала?» "Ты забыл, что я сказал?" Бекка недоуменно покачала головой. Говард искренне посмотрел на Бекку, его голос охрип, когда он заявил: «Я же сказал, я никогда больше не позволю тебе меня покинуть!» Бекка схватилась за голову, энергично качая ею, и хриплым голосом сказала: «Перестань говорить такие вещи, Говард, я не верю, я не верю…» Говард осторожно опустил руки Бекки, притянул ее к себе и с болью раненого произнес: «Почему ты никогда не веришь тому, что я говорю?» Бекка отчаянно пыталась вырваться из объятий Говарда, но так и не смогла освободиться. Наконец, Бекка, рыдая в объятиях Говарда, сказала: «Как я могу снова поверить твоим словам… ты причинил мне столько боли, постоянно попирая мои чувства к тебе, ты никогда не воспринимал меня всерьез…» Говард крепко обнял её: «Если бы я не воспринимал тебя всерьёз, зачем бы я сегодня так старался, чтобы ты была рядом?» ---------- Глава 286-155: Он сказал: «С Ним рядом с Ним» 1 Слёзы Ребекки Квентин потекли ещё сильнее, она с горечью сказала: «Я не знаю, чего я на самом деле хочу, но могу быть уверена, что тебе на меня наплевать…» "Черт возьми, откуда у тебя взялась эта идея?" — Ховарду Джеффри хотелось закричать от досады. Ребекка Квентин продолжала рыдать, прижавшись к его широкой груди; ее обвинение звучало особенно жалко: «Отпусти меня, хорошо? Мы были связаны семь лет, я не хочу больше тратить время, иди своим путем, я буду жить своей жизнью, давай больше не будем пересекаться, хорошо?» Говард Джеффри поцеловал заплаканные глаза Ребекки Квентин, крепче обнял ее, в его глазах читалась решимость: «Даже не думай об этом, нам суждено быть связанными на всю жизнь». Ребекка Квентин широко раскрыла глаза, крупные слезы текли одна за другой, печаль в ее глазах отражала все нежелание Говарда Джеффри, но он ни за что не отпустит ее, как она того желала. «Не надо так себя вести, я больше не хочу с тобой связываться, отпусти меня, хорошо? У тебя уже есть Элис Робинсон, ты должен быть перед ней ответственным…» «У меня совсем не было чувств к Элис Робинсон. В то время, чтобы угодить желаниям моей мамы, я решил отказаться от тебя, поэтому я пытался встречаться с Элис Робинсон, чтобы занять твое место в своем сердце, но позже я понял, что просто не могу этого сделать… ты уже заняла все мое сердце, не оставив места ни для кого другого!» «Ты снова мне лжешь, ты снова мне лжешь…» — Ребекка Квентин подняла заплаканные глаза, чтобы встретиться взглядом с Говардом Джеффри. — «Если твое сердце принадлежит только мне, как ты можешь быть связан с Элис Робинсон? У меня нет сил быть с тобой после того, как ты переспал с другой женщиной и не возражал!» Говард Джеффри ухмыльнулся, словно покорил вершину горы, испытывая невероятную радость. "Ты просто зациклился на этом?" Слезы затуманили ее зрение: «Дело не только в этом, есть еще так много всего… Я могу только отчаянно притворяться, что мне все равно…» Ребекка Квентин с трудом сдерживала слезы, горло сжалось, и ей стало трудно говорить. Глаза Говарда Джеффри сверкнули ярким светом, когда он крепко сжал ее руки: «Бекка, кроме тебя, мне никогда не была важна ни одна другая женщина… каждое слово, которое я тебе говорил, возможно, содержало скрытые намерения, но это никогда не было притворством… слова „Я люблю тебя“ я произнес только один раз в жизни, только тебе, и буду говорить их только тебе и в будущем». Ребекка Квентин снова расширила глаза, с недоверием глядя на него. Столкнувшись с таким внезапным и драматическим поворотом событий, она просто не успела среагировать! Он говорит правду? Он действительно сейчас с ней разговаривает? "Ты…" Говард Джеффри крепко обнял Ребекку Квентин: «Ты согласна дать мне шанс доказать тебе это?» Слёзы текли ручьём, Ребекка Квентин рыдала так сильно, что едва могла говорить. «Всё, что вы сказали, правда?» «Если я вас обману, пусть я умру одиноким и старым, без друзей, в преклонном возрасте». Ребекка Квентин посмотрела на Говарда Джеффри, ее рыдания не прекращались, она посмотрела на его лицо и увидела в его глазах любовь и нежность, которых никогда прежде не видела. Стоит ли ей ему верить? Эти непростые годы оставили ей лишь болезненные воспоминания, но и те сладкие, полные любви моменты, проведенные с ним, также занимали особое место в ее сердце… Стоит ли дать ему последний шанс? Если она разорвет с ним все связи, сможет ли она по-настоящему быть счастливой? «У вас с Элис Робинсон ничего особенного не произошло?» "Нет." «Но она сказала, что чуть не родила вашего ребенка…» «Вся эта история — сплошная путаница, устроенная моей матерью, я объясню вам все подробнее позже». Он тихонько усмехнулся, поглаживая ее длинные волосы. «Но я видела вас двоих вместе вчера, и вы не вернулись прошлой ночью, вы были с ней прошлой ночью?» «Я действительно был с ней вчера днем, но помимо нее там был и Робинсон, а что касается того, что я не вернулся вчера вечером, то я общался с Робинсоном…» Говард Джеффри поцеловал Ребекку Квентин в лоб: «Почему ты такая чувствительная?» Ребекка Квентин жалобно посмотрела на него: «Но однажды я видела тебя в отеле, держащего на руках Элис Робинсон, твоя рука была у нее на ноге, как ты это объяснишь?» Говард Джеффри от души рассмеялся. То, как женщина опрокидывает банку с уксусом, поистине отвратительно, но при этом у него очень веселое настроение. «В то время кто-то фотографировал, и я хотела раздуть этот слух в газетах, чтобы отчитаться перед мамой…» Она помнит, что это было так давно, у женщины поистине прекрасная память, поэтому никогда не позволяйте женщине затаивать обиду. ---------- Глава 287-155: Он сказал: Пока он рядом с ней (1) Ребекка Квентин, похоже, осталась вполне довольна ответом Говарда Джеффри и замолчала. Говард Джеффри поцеловал вишнево-красные губы Ребекки Квентин и спросил: «Есть что-нибудь еще, маленькая ревнивая девчонка?» Ребекка Квентин застенчиво легонько ударила Говарда Джеффри по широкой груди: «Это еще не все. Я буду медленно допрашивать вас в будущем». Услышав, как она упомянула «будущее», Говард Джеффри внезапно пристально посмотрел на нее. «Бекка, пойдем зарегистрируемся?» Он хотел установить постоянный срок для этого «будущего». Ребекка Квентин тоже пристально смотрела на Говарда Джеффри, все еще не в силах поверить своим глазам. Они смотрели друг на друга так, словно весь мир стал только ими двумя, и на лицах друг друга читалась любовь. Как раз в тот момент, когда она собиралась ответить, подбежал телохранитель, запинаясь, пробормотав позади Говарда Джеффри: «Мистер Джеффри, ребенок проснулся… он плачет, и мы не можем с этим справиться». Естественно, то, что за Эндрю присматривали эти высокие и крепкие телохранители, сделало их совершенно беспомощными. Ситуация вышла из-под контроля, и лицо Говарда Джеффри побледнело. Однако на лице Ребекки Квентин сияла улыбка: «Я пойду проведать Эндрю!» — сказала она и застенчиво убежала. Говард Джеффри обернулся и сердито отчитал стоявшего позади него телохранителя, который не смел поднять голову: «Столько людей, а ты даже ребёнка успокоить не можешь?» Телохранители внутренне застонали… Босс, это несправедливо, мы никогда не заботились о ребёнке! Ребекка Квентин вошла в салон и, убедившись, что ребенок не обмочился, взяла Эндрю с маленькой кроватки в самолете. Тот теперь плакал, и его лицо покраснело. Она нежно покачивала его, успокаивая: «Малыш, будь хорошим, не плачь…» Как только Эндрю снова оказался в объятиях Ребекки Квентин, его маленький ротик тут же вытянулся в губы, и он даже начал улыбаться. Немногочисленные телохранители в каюте, испуганные холодным потом, наконец расслабились и вытерли пот со лба. «Мистер Джеффри!!» Увидев, как Говард Джеффри вошел в каюту, телохранители, только что переведшие дух, тут же напряглись и почтительно в унисон крикнули: «Вот это да!» Говард Джеффри махнул рукой, подавая знак. Затем они быстро покинули каюту и мгновенно исчезли. Таким образом, в просторном салоне в этот момент остались только Говард Джеффри и Ребекка Квентин. Говард Джеффри нахмурился, глядя на малыша, спокойно лежащего на руках у Ребекки Квентин, и спросил: «Он так сильно плакал только что, почему он не плачет сейчас?» «Возможно, он не привык внезапно оказаться в окружении такого количества незнакомцев. Теперь, когда он видит меня, он снова чувствует себя в безопасности», — искренне объяснила Ребекка Квентин. Взгляд Говарда Джеффри упал на невинные глаза ребенка, который втайне ворчал. Может ли он сказать, что хочет преподать этому малышу хороший «урок»? Этот малыш сломал монитор, который он с таким трудом установил в медведя, и мать ребенка отругала его… Вчера он дергал его, крутил, даже мочил, совершенно игнорируя его как отца, которого следует обожать. Самое главное, что каждый раз, когда этот малыш находится рядом с матерью ребенка, он устраивает беспорядки… уже испортил много хороших моментов в его жизни. «Хихикает, хихикает…» Ребекка Квентин повернулась и посмотрела на стоявшего рядом с ней Говарда Джеффри: «Смотри, как только твой сын тебя видит, он сразу улыбается!» "Неужели?" Может ли он сказать, что это всего лишь маска? «Подержи его, мне кажется, он голоден, я пойду приготовлю молока». Говард Джеффри взял ребёнка, и после того, как Ребекка Квентин пошла варить молоко, Говард Джеффри, как ребёнок, наивно обратился к сыну: «Маленький проказник, почему ты сейчас не плачешь? Как только папа подходит к маме, ты тут же начинаешь шалить. Почему ты такой непослушный…» "Какое шалость?" — растерянно спросила Ребекка Квентин, вернувшись после приготовления молока и услышав разговор Говарда Джеффри. "Ничего. Ты так быстро это сделал?" Ребекка Квентин с улыбкой сказала: «Приготовление молока должно быть быстрым!» Это замечание невольно напомнило Говарду Джеффри о вчерашнем дне. Он вспомнил, что прошлой ночью у неё молоко вырабатывалось не так быстро… Похоже, она специально наблюдала, как ребенок его обмочил, эта маленькая женщина, он еще найдет время, чтобы свести с ней счеты! Ребекка Квентин взяла Эндрю из рук Говарда Джеффри, затем села на стул, чтобы покормить ребенка. Пока ребенок кормился, Ребекка Квентин с любопытством спросила Говарда Джеффри: «Вы попросили водителя отвезти меня в частный аэропорт, вы планируете лично отправить меня обратно в Ортон?» "Конечно…" Услышав двухсловный ответ Говарда Джеффри, Ребекка Квентин надула губы: «Теперь можешь уходить!» Увидев разочарованный взгляд Ребекки Квентин, Говард Джеффри сел рядом с ней, обнял её за плечо и сказал: «Ну, конечно, нет. Место, куда я тебя поведу, тебе точно понравится». Ребекка Квентин тихо прошептала: «Откуда ты знаешь, что мне это точно понравится?» «Пенный остров». Глаза Ребекки Квентин расширились от удивления: «Ты сказала, что мы едем на остров?» Говард Джеффри тихо спросил: «Вам нравится?» Ребекка Квентин энергично кивнула. Голубое небо, зеленая вода и белый песок – все это приятно и умиротворяюще, а еще есть воспоминание, к которому она постоянно тоскует. Говард Джеффри медленно произнес: «Но прежде чем отвезти вас на Остров Пены, нам еще предстоит выполнить важную задачу!» "Какое задание?" «То, о чём я только что говорил». "Регистрация?" «Я не могу позволить тебе ускользнуть от меня, поэтому я должен сделать это как можно быстрее». Ребекка Квентин застенчиво улыбнулась: «Хорошо, я могу зарегистрироваться вместе с вами, но место регистрации выберу я сама». Говард Джеффри с нежностью сказал: «Вы говорите: „Я выполню для вас всё, что угодно“». Ребекка Квентин подняла голову и сказала: «Я хочу зарегистрироваться в Ирландии». «Ирландия?» — Говард Джеффри нахмурился от недоумения. — «Вам нравится это место?» Ребекка Квентин покачала головой: «Мне нравятся только их законы о браке». Говард Джеффри с любопытством спросил: «Какие законы о браке?» Ребекка Квентин, произнося каждое слово, представила себе: «В Ирландии исповедуют католицизм, поэтому развод запрещен… Я хочу зарегистрировать с вами брак в Ирландии и подписать соглашение о столетнем сроке, чтобы у меня не было никаких проблем с вами!» С рассветом. Ребекка Квентин медленно приоткрыла свои длинные ресницы. Ее тело уютно устроилось в теплых объятиях, голова покоилась на его руке. Она обхватила его руками, этот жест был настолько интимным… Слегка приподняв голову, она внимательно рассмотрела его красивое лицо вблизи. Это просто невероятно, вчера они были на грани того, чтобы стать чужими людьми, а сегодня она помирилась с ним, как ни в чем не бывало… Прошлой ночью я спал очень комфортно… Держать его так без всяких ограничений, за все годы знакомства с ним, — это действительно редкое явление… С глубокой нежностью ее взгляд задержался на его красивом лице, она слегка приподнялась и нежно поцеловала его в губы. ---------- Глава 288-156: Он сказал: «С Ним рядом с ней» 2 Она редко проявляла инициативу в общении с ним, и ее лицо покраснело. Еще несколько секунд она смотрела на его спящее лицо, а затем перевернулась, готовясь встать с постели. Однако, когда она приподняла одеяло, чтобы встать, ее тело неожиданно схватила какая-то сила. Ребекка Квентин удивленно воскликнула «ах», прижавшись к его груди и встретившись взглядом с его сонными, мечтательными темными глазами. «Почему бы не продолжить?» Говард Джеффри посмотрел на Ребекку Квентин, которая теперь плотно прижалась к нему, его соблазнительные тонкие губы издали низкий, магнетический голос. Ребекка, сидевшая на груди у Говарда, подняла голову и недоуменно спросила: "Продолжить что?" «Я смутно почувствовала, как кто-то только что украдкой целовал меня». Лицо Ребекки покраснело еще сильнее, и она неловко ответила: "…Ничего подобного". Говард приподнял подбородок Ребекки, заставляя ее застенчивый взгляд встретиться с его, на его лице появилась легкая улыбка: «Лжец». Словно пойманная с поличным, Ребекка легонько ударила кулаком по крепкой груди Говарда, одновременно смущенная и раздраженная: «Ты такой неумеха, что все это время не спал…» Говард схватил озорную маленькую ручку Ребекки, пристально посмотрел на нее и хрипло произнес: «Если бы я не был так внимателен, я бы не согласился на твою просьбу…» Встретившись с пылающим взглядом Говарда, Ребекка тут же почувствовала едва сдерживаемое пламя в его глазах. Она опустила голову, ее лицо еще больше покраснело, и тихо сказала: «Твои мысли постоянно заняты этими мыслями…» Улыбка Говарда стала шире, и он в шутку заметил: «Такие мысли — это нормальная реакция мужчины, влюбленного в свою женщину». Не в силах спокойно продолжать обсуждать с Говардом такие интимные темы, Ребекка застенчиво попыталась вырваться: «Я больше с тобой не разговариваю… В любом случае, ты мне обещал, ты должен сдержать своё обещание». Говард крепко держал вырывающееся тело Ребекки, его голос стал хриплым и тихим: «Но, боюсь, я могу не справиться…» Ребекка, лежа на Говарде, повернула голову, чтобы избежать его похотливых глаз, и кротко сказала: «Мне все равно, это мое испытание для тебя. Если ты его не пройдешь, мы не будем регистрироваться». Да, прошлой ночью он был готов отвезти ее прямо в Ирландию… Но когда самолет уже собирался взлететь, она остановила его. Причина в том, что в этот момент глубоких чувств они могли импульсивно пообещать друг другу вечную любовь, но уже в следующий момент им приходилось сталкиваться со множеством проблем… Например, их прошлые отношения не были чистыми; они так и не смогли по-настоящему слиться воедино, и возникнут ли у них в будущем реальные конфликты? Ещё одна проблема связана с миссис Джеффри, поскольку она является пожилой женщиной. Если они зарегистрируются без её согласия, это может напрямую испортить их отношения. Поэтому, взвесив все варианты, она решила отложить регистрацию брака и применить подход современной любящей пары — пробный брак. Поначалу он не соглашался, считая это слишком мучительным и уверенным, что сможет постепенно преодолеть разногласия между ней и его матерью, но она настояла. Она сказала ему, что управлять браком непросто; она не хочет потом жалеть о том, что вступила в него, поэтому им нужно быть осторожными и избегать повторения ошибок. Под ее неоднократными настойчивыми просьбами он в конце концов согласился. Чтобы убедиться, что он отнесется к пробному браку серьезно, она предложила условие: никаких интимных отношений в этот период. Как и следовало ожидать, он не согласился. Но теперь решение за ней… Говард мягко отвернул отвернувшееся лицо Ребекки и серьезно спросил: «Разве это не был пробный брак? Как он стал проверкой?» Ребекка надула губы: «Я хочу знать, действительно ли ты заботишься обо мне или просто думаешь нижней частью тела…» Говард улыбнулся: «Значит, ты мне всё ещё не доверяешь, да?» Ребекка сердито посмотрела на него и с недовольством сказала: «Конечно, твоя репутация не внушает оптимизма…» Говард с интересом спросил: «Почему моя репутация плохая?» Вспоминая каждый раз, когда Говард действовал против её воли, Ребекка снова покраснела, и, замахнувшись на него маленькими кулачками, сказала: «Ты смеешь так говорить… негодяй, я ещё даже не начала с тобой разговаривать…» В этот момент Говард схватил руки Ребекки и быстрым движением поднял их над ее головой, в результате чего Ребекка, которая изначально находилась сверху, оказалась под ним. Слова Ребекки тут же погасли из-за поступка Говарда, и, оказавшись теперь перед ним, она затаила дыхание. Слабый, едва уловимый аромат, исходящий от ее тела, сильно окутал его ноздри, наполняя каждый его вдох ее запахом, и тут же подскочил уровень адреналина… ---------- Глава 289-156: Он сказал: Пока он рядом с ней (2) Он посмотрел ей в встревоженные глаза и прошептал: «Я никогда не утверждал, что я джентльмен». "Ты…" Есть ли кто-нибудь, кто демонстрирует свою авантюрность более открыто, чем он? "Бекка…" Говард Джеффри внезапно глубоко позвал её. Ребекка Квентин поняла, что он хотел сказать этим звонком. Она оттолкнула его тело, опасаясь, что оно может надавить на неё, и поспешно произнесла: «Ты не можешь нарушить своё слово!» Внезапно Говард Джеффри притянул руку Ребекки Квентин к своей талии. На нём был зимний халат, но он не мог скрыть высотное здание… Он надавил на её руку в верхней части выпуклости, хрипло прошептав: «Ты чувствуешь?» "Ах…" Внезапное прикосновение его твердости и жара заставило лицо Ребекки Квентин гореть, словно оно было объято пламенем. Смущенная, она не могла смотреть на него и отчаянно попыталась отдернуть руку: «Не делай этого…» Боже мой, ей казалось, что это чувство только усиливается, и жар неуклонно нарастает. Говард Джеффри наконец отпустил руку Ребекки Квентин, но при этом крепко прижался к ней, шепча ей на ухо теплым дыханием: «Бекка, как насчет…» Не успев закончить, Ребекка Квентин твердо воскликнула: «Нет!!» Взгляд Говарда Джеффри, полный желания, слегка потускнел, когда он посмотрел на ее покрасневшее лицо: «Ты сможешь это выдержать?» Ребекка Квентин раздраженно парировала: «Эй, мы же хорошо договорились, а ты… как ты можешь передумать?» «Давайте поговорим об этом позже…» Он наклонился и точно попал в ее вишнево-красные губы, целуя их. Когда его тёплые губы коснулись её губ, Ребекка Квентин невольно расширила глаза, а руки, опущенные вдоль тела, крепко вцепились в простыни. Между мужчинами и женщинами существовала естественная разница в силе, и если бы он действительно чего-то захотел в этот момент, она не смогла бы сопротивляться… Поцелуи Говарда Джеффри падали на её губы, на шею — словно капли дождя… Его тёплое, влажное дыхание коснулось её тела, отчего она тут же вздрогнула… Она совершенно не могла ему сопротивляться, но и позволить ему это сделать она не могла… Она толкнула его в голову, пытаясь привести его в чувство: "Нет… Говард…" На самом деле, изначально он просто хотел подразнить её, но неожиданно в этот момент он совершенно потерял контроль над собой… Говард Джеффри прижал сопротивляющиеся руки Ребекки Квентин к кровати, плотно прижимаясь к ней сквозь ткань, словно давая ей почувствовать, как сильно он мучается… Как раз в тот момент, когда ситуация чуть не вышла из-под контроля, их прервал плач младенца… Вау, вау… Этот звук мгновенно нарушил романтическую атмосферу… Ребекка Квентин повернула голову, чтобы посмотреть на стоящую рядом кроватку, и увидела, как ее сын громко плачет, размахивая руками и ножками. Взволнованная, она быстро оттолкнула Говарда Джеффри и взволнованно сказала: «Наш сын плачет…» Задержавшись на мгновение, Говард Джеффри снова повернулся, чтобы поцеловать ее в губы, его голос, хриплый от сдерживаемых эмоций, звучал так: «Пусть он немного поплачет…» Как только Говард Джеффри закончил говорить, словно услышав слова отца, маленький Эндрю заплакал еще сильнее в колыбели. У Ребекки Квентин больше не оставалось сил сопровождать Говарда Джеффри. Она постоянно отталкивала его голову, в ее устах звучала материнская забота: «Наверное, он голоден. Вчера вечером его кормили всего один раз…» Плач младенца становился все более пронзительным. "Говард…" Ребекка Квентин начала немного злиться. Наконец, под всё нарастающим плачем ребёнка, Говард Джеффри раздражённо проворчал, сползая с неё, и выругался: «Чёрт возьми!!» Ребекка Квентин поспешно вскочила с кровати и подняла маленького Эндрю из кроватки. Говард Джеффри уже вышел из комнаты и направился прямиком в ванную. Ребекка Квентин осторожно покачивала ребенка на руках, желая позвать Говарда Джеффри на помощь с детской смесью, но увидела, что его уже нет в поле зрения, и, как назло, из ванной комнаты донесся звук холодного душа. На лице Ребекки Квентин всё ещё оставался румянец, оставшийся с предыдущего дня. Представив, как он охлаждается в ванной, она не могла сдержать смеха… Вау, вау… Когда в ушах Ребекка Квентин услышала, как плач сына усилился, она пришла в себя и, глядя на жалкого Эндрю в детской, виновато сказала: «Мама такая глупая, малыш голоден, я сейчас тебе молока сварю…» Полдень. Пока Эндрю спал, Ребекка Квентин пошла к шкафу, чтобы разложить одежду. Она по частям раскладывала свою и одежду Эндрю в его шкафу. Прибравшись, Ребекка Квентин, взглянув на свою одежду, висящую рядом с его, удовлетворенно улыбнулась. Она была счастлива, потому что чувствовала, что постепенно вливается в его жизнь, и в будущем они, несомненно, будут хорошо ладить друг с другом. Мечтая о будущем, Ребекка Квентин не расслышала звук открывающейся двери… К тому моменту, когда она почувствовала, что кто-то вошел, ее тело уже было обнято сзади. Она поняла это по мужскому запаху. Прислонившись спиной к его груди и не поворачивая головы, она тихо сказала: «Ты вернулся…» Он утром отправился в офис по делам и как раз возвращался домой. Говард Джеффри прижался щекой к ее щеке, наблюдая, как она раскладывает свою и детскую одежду в его шкафу. На его губах появилась довольная улыбка: «Бекка, как здорово видеть тебя дома!» Ребекка Квентин отпустила обнимавшие ее руки Говарда Джеффри, повернулась и обняла его за шею, улыбаясь в уголках рта. Говард Джеффри также обнял Ребекку Квентин за талию, спросив: «Почему ты улыбаешься?» "Ничего." Говард Джеффри указал пальцем на приподнятый уголок ее рта: «Ты по-прежнему молчишь». Ребекка Квентин пристально смотрела на красивое лицо Говарда Джеффри, все еще улыбаясь: «Я просто чувствую себя очень счастливой, когда ты рядом со мной». Взгляд Говарда Джеффри, полный нежности, встретился с её взглядом: «Я чувствую то же самое». Ребекка Квентин медленно прижалась к Говарду Джеффри, обнимая его и тихо закрывая глаза. Говард Джеффри обнял Ребекку Квентин, нежно поцеловал ее в волосы и прошептал тонкими губами: «Если бы я научился ценить раньше, я бы не позволил тебе так страдать». Ребекка Квентин ничего не ответила, лишь крепче прижавшись к Говарду Джеффри, словно испугавшись. Они прижались друг к другу, позволяя времени бесшумно ускользать. Спустя долгое время раздался голос Говарда Джеффри: «Бекка, моя мама всё ещё здесь. Сегодня днём я планирую отвезти тебя к ней». ---------- Главы 290–157: Вместе преодолевая трудности Услышав эти слова Говарда Джеффри, Ребекка Квентин, прижавшись к нему, заметно замерла. Она медленно подняла голову, посмотрела на него, и в ее голосе звучала легкая нерешительность: «Ты… ты решил?» Говард Джеффри серьезно сказал: «Наши отношения уже неразрывно связаны, я должен ей об этом сказать рано или поздно. Раз уж мне рано или поздно нужно это сказать, давайте скажем это поскорее!» Ребекка Квентин слегка нахмурила брови. Говард Джеффри заметил изменение в ее выражении лица и с беспокойством спросил: «Что случилось? Вас беспокоит отношение моей матери к вам?» Ребекка Квентин мягко кивнула. Тогда Говард Джеффри рассмеялся и сказал: «Дурак... с тобой рядом я, чего ты боишься?» Ребекка Квентин опустила глаза в унынии: «Знаешь, твоей матери я не нравлюсь, и она вряд ли меня примет». Говард Джеффри мягко поддержал на мгновение обессилевшее тело Ребекки Квентин и нежно уговаривал: «Ее ненависть к твоей матери — это барьер, который она не сможет преодолеть при жизни. Я не могу гарантировать, что смогу убедить ее отпустить свою ненависть, но независимо от того, сможет ли она принять тебя, это не остановит мою решимость быть с тобой». Его слова были словно теплый поток, проникающий в ее холодное сердце, даря ей чувство защищенности. Она протянула руку и снова обняла его, нежно прижавшись к нему, и тихо сказала: «Я совсем не боюсь, пока ты здесь, я ничего не боюсь». Говард Джеффри еще крепче обнял Ребекку Квентин и хрипло произнес: «Я больше не позволю тебе терпеть никакие обиды». Ребекка Квентин уже собиралась ответить, когда внезапно услышала звонок в дверь. Динь-дон, динь-дон―― Звонок в дверь, прозвучавший довольно срочно, уже намекал на личность посетителя. Должно быть, это миссис Джеффри, потому что только она осмелилась бы так настойчиво нажать на дверной звонок его квартиры. Поняв, кто этот посетитель, Ребекка Квентин инстинктивно отстранилась от Говарда Джеффри. Говард Джеффри заметил, что Ребекка Квентин отступает, взял ее за руку и спокойно сказал: «Не бойся, не забывай, я здесь». Ребекка Квентин прикусила губу, словно пытаясь подавить свой страх, и наконец слегка кивнула. Затем Говард Джеффри, взяв Ребекку Квентин за руку, проводил её в комнату. Не раздумывая, Говард Джеффри протянул руку и открыл дверь. И действительно, за дверью стояла миссис Джеффри со строгим выражением лица. "Мама." Говард Джеффри крикнул. Взгляд миссис Джеффри почти сразу же остановился на переплетенных пальцах Ребекки Квентин и Говарда Джеффри. Ребекка Квентин стояла позади Говарда Джеффри, и, глядя в глаза миссис Джеффри, ее взгляд выглядел слегка ослабленным. Миссис Джеффри подняла взгляд, пристально посмотрела на Ребекку Квентин и вдруг усмехнулась: «Ребекка Квентин, твоя репутация совсем обесценилась, не так ли? Полагаю, ты совсем забыла, что обещала мне, когда я вернула тебе Эндрю…» «Тетя, я…» Даже сама Ребекка Квентин в этот момент не знала, как ответить. Говард Джеффри перехватил инициативу в разговоре и спокойно сказал: «Мама, это я не позволял ей уехать из Нью-Йорка. Если ты злишься, просто сердись на меня!» Миссис Джеффри глубоко вздохнула, чтобы подавить бушующий гнев, и ответила: «Даже если мама злится, она не может тебя контролировать… Изначально я планировала сегодня поехать домой, но мне только что позвонил брат Элис Робинсон, Честер, и сказал, что Элис сейчас в больнице». Миссис Джеффри сделала паузу, перевела взгляд с Говарда Джеффри на Ребекку Квентин и продолжила спокойным тоном: «Элис беременна. Поскольку она плохо себя чувствовала, сегодня она пошла в больницу на обследование и случайно встретила там коллегу-врача Честера. Так Честер узнал об этом и позвонил мне, чтобы спросить, где вы». Слова миссис Джеффри обрушились на Ребекку Квентин как гром среди ясного неба. В этот момент выражение лица Говарда Джеффри также претерпело едва заметные изменения. Лицо Ребекки Квентин уже побледнело, и рука, которую крепко держал Говард Джеффри, инстинктивно хотела отдернуться. Однако Говард Джеффри не позволил этого, он крепко держал маленькую ручку Ребекки Квентин, его глубокий взгляд, устремленный на миссис Джеффри, мягко произнес: «Мама, я сам с этим разберусь». Взгляд миссис Джеффри обратился к Говарду Джеффри с вопросом: «Вы собираетесь сами этим заняться? Если вы намерены этим заняться, почему вы не ответили на звонок Честера, когда он вам звонил?» "Мама..." Миссис Джеффри с презрением прервала Говарда Джеффри: «Или Ребекка Квентин настолько очаровательна, что у вас даже нет времени заниматься чем-либо еще в постели?» Каждое слово миссис Джеффри было направлено против достоинства Ребекки Квентин, отчего ее лицо становилось все бледнее, но она не произнесла ни звука. «Мама, если ты пришла сегодня с намерением унизить Бекку, я не думаю, что мне есть смысл продолжать с тобой разговаривать…» Лицо Говарда Джеффри похолодело, а свет в его глазах стал еще темнее. ---------- Главы 291–157: Преодоление трудностей вместе (Часть 2) Столкнувшись с позицией Говарда Джеффри, защищавшего Ребекку Квентин, миссис Джеффри выглядела недоверчивой. Она схватилась за грудь, с трудом сдерживая горе и сбиваясь с ритма: «Сынок, ты снова и снова так разговариваешь со своей матерью ради Ребекки Квентин…» Она на мгновение задохнулась: «Ха, сын вырастает и, естественно, не нуждается в матери. Раз уж ты решил быть с Ребеккой Квентин, твоя мать не возражает… Твоя мать пришла сегодня только для того, чтобы поговорить об Элис Робинсон. Я навещу ее в больнице позже. Что касается того, как ты будешь с этим справляться, я не могу контролировать… В будущем я не буду вмешиваться в дела между тобой и Ребеккой Квентин. Делай, что хочешь!» Сказав это, миссис Джеффри бросила на Ребекку Квентин злобный взгляд и повернулась, чтобы уйти. Внутри квартиры Ребекка Квентин рассеянно сидела на диване, ее изысканное и прекрасное лицо было бледным. Говард Джеффри сел рядом с Ребеккой Квентин, обняв её, и сказал: «Детка…» Ребекка Квентин опустила глаза, скрывая в них глубокое разочарование и дискомфорт. Увидев, что Ребекка Квентин скрывает свою печаль, Говард Джеффри нежно обхватил ее лицо ладонями, посмотрел на ее слегка покрасневшие глаза и хрипло объяснил: «На самом деле все не так, как вы думаете, мы с Элис…» Ребекка Квентин приложила указательный палец к губам Говарда Джеффри и мягко покачала головой: «Не объясняй мне, Говард… Я хочу, чтобы ты ответил мне только на один вопрос: ты действительно никогда не прикасался к Алисе?» Говард Джеффри спокойно ответил: «Нет». Ребекка Квентин внезапно бросилась в объятия Говарда Джеффри, изо всех сил стараясь крепко его прижать, и выдавила из себя: «Ладно, это всё, что мне нужно было услышать, я тебе верю…» "Бекка…" Говард Джеффри выглядел приятно удивленным и еще крепче обнял Ребекку Квентин. Ребекка Квентин прижалась к широкой груди Говарда Джеффри и медленно произнесла: «Раз уж я выбрала быть с тобой, я больше не буду в тебе сомневаться… Говард, я просто хочу дорожить тем счастливым концом, которого мы добились с таким трудом». Говард Джеффри нежно поцеловал Ребекку Квентин в макушку, «Ммм». Ребекка Квентин закрыла глаза и тихонько прижалась к Говарду Джеффри, позволяя времени пройти мимо. Спустя неопределённое время Ребекка Квентин медленно подняла глаза от объятий Говарда Джеффри и тихо сказала: «Говард, тебе всё равно нужно ехать в больницу!» «В этом нет необходимости». Ребекка Квентин покачала головой и серьезно сказала: «И твоя мама, и брат Алисы думают, что Алиса беременна твоим ребенком, и теперь, когда они в больнице, ты должна им все объяснить». «Я объясню это маме позже, а вот насчет семьи Робинсонов объяснять не нужно». «Ты должна всё объяснить, потому что только когда ты всё прояснишь, твоя мама сможет полностью отказаться от своих ожиданий в отношении Алисы, и семья Робинсонов больше не будет думать, что ты обидела Алису». Говард Джеффри снова поцеловал Ребекку Квентин и хрипло произнес: «Детка, я просто хочу быть с тобой прямо сейчас…» Ребекка Квентин мягко улыбнулась: «Глупышка, ты боишься, что у меня начнутся безумные мысли?» Говард Джеффри с нежностью посмотрел на Ребекку Квентин и спросил: «А вы бы согласились?» На лице Ребекки Квентин появилась облегченная улыбка: «Признаюсь, когда я услышала, как мама упомянула о беременности Элис, мне стало очень больно… Раньше газеты сообщали о беременности Элис, но позже выяснилось, что это были лишь домыслы СМИ, которые видели Элис на осмотре в гинекологическом отделении, а потом ты сказал мне, что между тобой и Элис ничего нет, как я себе представляла, поэтому я не стала держать это в сердце. Но то, что только что сказала твоя мама, снова меня расстроило, но, подумав, ты уже заверил меня, что между тобой и Элис ничего нет. Если бы я спорила с тобой из-за этого и разрушила бы с трудом завоеванные чувства, которые у нас сейчас есть, не было бы смысла быть вместе… Доверие между мужчиной и женщиной очень важно, поэтому я готова сделать первый шаг навстречу доверию и верю, что ты меня не подведешь в будущем». "Малыш…" Говард Джеффри склонил голову и поцеловал Ребекку Квентин в губы. Ребекка Квентин слегка наклонила голову и несколько застенчиво ответила Говарду Джеффри. Между ними чувствовалась глубокая привязанность, и их взаимное доверие казалось настолько прочным, насколько это вообще возможно. Спустя долгое время Ребекка Квентин мягко оттолкнула Говарда Джеффри и тихо сказала: «Хорошо, тебе нужно ехать в больницу…» Говард Джеффри кивнул: «Ммм, хочешь пойти со мной?» «Я не пойду; Эндрю дома, я останусь, чтобы позаботиться о нём». «Хорошо… Я скоро вернусь», — сказал Говард Джеффри, снова поцеловав Ребекку Квентин в лоб. «Ммм». Говард Джеффри встал. Ребекка Квентин продолжала наблюдать за спиной Говарда Джеффри, пока он не собрался открыть дверь, чтобы уйти, когда вдруг крикнула: «Говард!!» Говард Джеффри остановился, и тут же подбежала Ребекка Квентин, схватив его за руку: «Я подумала об этом, мне следует пойти с тобой в больницу, чтобы официально объявить о наших отношениях». «Хорошо, я попрошу Джейсона Вуда присмотреть за Эндрю». «Ммм». Говард Джеффри быстро доехал до больницы. Благодаря охране Честера Робинсона, никто в больнице не знал о том, что Элис поступила туда из-за беременности, поэтому, когда Говард и Ребекка прибыли в больницу, за ними не следили представители СМИ. После телефонного разговора с Честером Робинсоном они вдвоём отправились в палату Алисы. За пределами палаты находилась только миссис Джеффри, лицо которой выглядело очень обеспокоенным. Говард Джеффри подошел, держа Ребекку Квентин за руку: «Мама…» Встревоженная миссис Джеффри внезапно пришла в себя. Увидев Говарда Джеффри и Ребекку Квентин, ее лицо стало крайне недовольным, но сейчас ей не хотелось отчитывать Говарда Джеффри, и она выразила свою обеспокоенность: «Элис все еще проходит обследования, врач сказал, что у нее был случай выкидыша, неизвестно, можно ли спасти ребенка…» Не успела миссис Джеффри закончить, как из палаты вышли два врача и медсестра. «Доктор Робинсон, я сначала пойду туда…» «Хорошо, спасибо, доктор Уорнер». "Без проблем…" Один врач и медсестра ушли, остался только один врач. Миссис Джеффри тут же подошла и спросила: «Доктор Робинсон, как поживает Алиса?» В своей белой мантии взгляд Честера Робинсона уже переместился на Говарда Джеффри. Он посмотрел в другую сторону, но в конце концов сосредоточил взгляд на Ребекке Квентин, стоявшей рядом с Говардом Джеффри. В это же время Ребекка Квентин также заметила Честера Робинсона. У него была фамилия Робинсон… Миссис Джеффри упомянула, что брат Алисы — врач, поэтому человек, стоявший перед ними, должно быть, Честер Робинсон. По какой-то причине, впервые увидев Честера Робинсона, Ребекка Квентин испытала необычное ощущение. Братья и сестры Робинсон были очень похожи, поэтому Честер, стоявший перед ней, тоже отличался выдающейся внешностью. Одетый просто в белый больничный халат, он выглядел очень хорошо, излучая ту самую естественную ауру врача, которая только усиливала его харизму. Если Говард Джеффри с первого взгляда производил впечатление врожденного благородства и недостижимого превосходства, то Честер Робинсон, живший до нее, олицетворял собой утонченную элегантность и изысканность. ---------- Глава 292-158: Первые выгоды (Часть 1) В этот момент Честер подошел к Говарду Джеффри и спокойно сказал: «Доктор Уорнер осмотрел Элис. Это всего лишь небольшое беспокойство, если она позаботится о сохранении беременности, особых проблем быть не должно. Заходите и осмотрите ее!» «Поскольку она не получила серьёзных травм, мне нет необходимости входить внутрь». «Говард, независимо от ваших нынешних отношений с моей сестрой, вы должны объяснить ей, что происходит с ребенком внутри нее». Тон Честера был спокойным, но в нем чувствовалась бесстрашность. Ребекка Квентин отпустила ее руку и спокойно сказала: «Говард, тебе следует сначала пойти и поговорить с Элис, о других вопросах мы поговорим позже». Внутри палаты. Алиса спокойно лежала на больничной койке, повернувшись на бок. Внезапно открылась дверь, и сначала она подумала, что это ее брат, но затем услышала шаги и почувствовала в воздухе смутно знакомую ауру, заставив себя резко обернуться. Увидев Говарда, взгляд Алисы застыл. "Говард, ты… что ты здесь делаешь?" "Вы беременны?" На лице Алисы мелькнул проблеск радости, и как раз когда она собиралась ответить, дверь в палату распахнулась, и миссис Джеффри, провожая Ребекку Квентин, вошла внутрь. Увидев отношение матери к Ребекке Квентин, Говард нахмурился, явно выражая недовольство. Миссис Джеффри не сделала ничего предосудительного по отношению к Ребекке Квентин, а лишь прямо сказала им троим: «Я думаю, что в обсуждаемом вами вопросе Ребекка должна быть здесь». Очевидно, миссис Джеффри хотела, чтобы Ребекка сама узнала о том, что у Говарда и Элис были отношения… Ребекке пришлось столкнуться с этой неловкой ситуацией, и ее и без того слегка бледное лицо стало еще бледнее. Выражение лица Алисы тоже изменилось, словно радость внезапно исчезла из ее сердца. Миссис Джеффри подошла к больничной койке и нежно успокоила ее: «Элис, не волнуйся, тетя здесь». Элис отвела взгляд от Говарда и медленно произнесла: «Тетя, мне очень жаль…» Миссис Джеффри, сидя на краю кровати, с любовью сказала: «Глупый ребенок, зачем ты вдруг говоришь такие вещи…» Элис опустила веки, словно выражая чувство вины: «Вообще-то… этот ребенок не Говарда». Услышав эту правду, миссис Джеффри была потрясена до глубины души, ее глаза расширились: «Элис, что ты говоришь?» Ребекка, которая до этого опускала глаза, теперь подняла их и с недоверием посмотрела на Алису. Элис опустила голову и медленно произнесла: «На самом деле, после того как мой отец отменил нашу свадьбу, он не позволял мне быть с Говардом. В то время я отчаянно хотела, чтобы Говард меня нашел, но он так и не пришел, чтобы все объяснить, даже расстался со мной по телефону… Из-за сильной боли я однажды пошла в бар, чтобы утопить свою печаль. Кто бы мог подумать, что я встречу негодяя, который заберет меня, когда я буду пьяна, а когда я проснусь, я уже…» Элис несколько раз покачала головой, явно пытаясь подавить это воспоминание. Услышав эту правду, миссис Джеффри долгое время застыла на месте. Вслед за миссис Джеффри и Ребеккой Квентин в комнату, Честер также спросил: «Элис, как ты могла пойти в бар? Ты никогда не любила ходить в бары». Алиса тихо сказала: «Брат, я была очень расстроена в тот день, я просто хотела заглушить свои чувства…» Миссис Джеффри отступила на шаг назад, ошеломленная: «Элис…» Элис посмотрела на миссис Джеффри покрасневшими глазами, полными чувства вины: «Простите, тётя, я подвела вас…» «Нет, Алиса, ты лжешь». «Брат, я не лгу. Ты должен помнить, что в тот день я поехал в Нью-Йорк, чтобы найти Говарда, позже узнал, что Говард уехал в Алтон, поэтому я временно остановился у тебя, но однажды ночью я не остался дома…» Слова Алисы, казалось, пробудили в Честере воспоминания, и он замолчал. Внезапно в палате воцарилась зловещая тишина… Никто не заметил странного блеска в глазах Говарда, когда он смотрел на Алису. Наконец, Честер нарушил молчание: «Даже если в ту ночь все произошло так, как ты сказала, это не доказывает, что ребенок, которого ты носишь, не имеет никакого отношения к Говарду…» В этот момент Алиса истерически воскликнула: «Брат, у нас с Говардом никогда не было отношений, как же у нас может быть ребенок?» Заявление Алисы повергло всех присутствующих в шок. Миссис Джеффри не могла поверить своим ушам и пробормотала: «Но ведь очевидно…» Элис повернулась, чтобы объяснить миссис Джеффри: «Тетя, между мной и Говардом в ту ночь, когда вы нам помогли, ничего не произошло». Услышав это, миссис Джеффри была потрясена. Наконец, Алиса подняла глаза на Говарда и хрипло произнесла: «Говард, полагаю, ты больше не хочешь быть со мной…» ---------- Глава 293-158: Первые преимущества (Часть 1 из 2) Говард Джеффри хранил молчание, всегда молчал. Элис Робинсон тихонько прикусила губу и с грустью произнесла: «Я давно знаю, что в твоем сердце есть только Ребекка Квентин. Сколько бы я ни старалась, я никогда не смогу заменить ее место в твоих мыслях… В любом случае, нынешний результат никак не связан с тобой, ведь мы уже расстались…» На обратном пути в машине царила невероятная тишина. Ребекка Квентин, хотя и смотрела на дорогу впереди, постоянно поглядывала на профиль Говарда Джеффри. Выражение его лица ничуть не изменилось; никто не мог догадаться, о чём он думал в тот момент. Ребекка Квентин наконец повернула лицо и тихо произнесла: «Говард, я очень счастлива…» «Хм», — слабо ответил Говард. Лицо Ребекки Квентин озарилось нежной улыбкой: «Проблема между тобой и Элис наконец-то перестала быть занозой в моем сердце». В этот момент Говард протянул руку и взял за руку Ребекку Квентин. Её холодная рука была обвита его тёплой ладонью, и Ребекке Квентин стало очень тепло. Спустя некоторое время Ребекка Квентин добавила: «Сейчас меня беспокоит то, что у Робинсона и Элис отношения как у дяди и племянницы. Если Робинсон узнает о вашем расставании с Элис, то проект «Хоуп-Сити»…» Говард посмотрел вперед и легкомысленно сказал: «Проект «Хоуп-Сити» — это не то, о чем мне нужно беспокоиться; мой брат хорошо с этим справится». Ребекка Квентин мягко кивнула. Атмосфера снова погрузилась в тишину. На этот раз первым заговорил Говард: «Бекка, после инцидента с Элис, возможно, удастся уладить отношения с моей мамой. Через некоторое время я расскажу ей о нашей регистрации». "Хорошо." Ребекка Квентин только что ответила, когда у нее в сумке зазвонил телефон. Она достала телефон из сумки, взглянула на экран и нажала кнопку ответа. Прежде чем она успела что-либо сказать, с другого конца провода раздался голос Кристин Куинн: «Бекка, что происходит? Скайлер Джонс сказала мне, что вы с Говардом снова вместе, это правда?» Ребекка Квентин посмотрела на стоявшего рядом с ней Говарда, немного помедлила и наконец ответила: «Да». Взволнованный голос Кристин Куинн вырвался наружу: «Бекка, почему ты вдруг приняла такое решение? Ты всё обдумала? Я не против того, чтобы ты была с Говардом, но я действительно не ожидала, что ты примешь такое внезапное решение. Услышав такие новости, я действительно не знаю, радоваться тебе или волноваться…» После того, как Кристин Куинн закончила говорить, Ребекка Квентин искренне ответила: «Сестра, не волнуйся, каждое мое решение тщательно обдумано, я знаю, как сделать выбор». «Если вы всё обдумали, мне нечего вам сказать, я просто желаю вам счастья». "Хм." Нажав кнопку завершения вызова, Ребекка Квентин глубоко вздохнула. Говард, глядя перед собой, небрежно спросил: «Твоя сестра звонила?» Ребекка Квентин мягко кивнула: «Она не ожидала нашего примирения, поэтому беспокоится обо мне». Говард снова взял Ребекку Квентин за руку, обхватил ее слегка холодную руку своей теплой ладонью, и из его уст вырвался магнетический голос: «Бекка, я больше тебя не подведу». Ребекка Квентин пристально посмотрела на Говарда, слабо улыбаясь. "Хм." Джейсон Вуд увидел, как вернулись Говард и Ребекка Квентин, и тут же подошел к ним. Ребекка Квентин вошла в комнату, взглянула на все еще крепко спящего Эндрю в кроватке и не смогла не выразить благодарность: «Джейсон, спасибо тебе». Джейсон Вуд улыбнулся и сказал: «Для меня большая честь заботиться о юном господине». Слова Джейсона Вуда позабавили Ребекку Квентин. Затем Джейсон Вуд покинул квартиру. В это же время в комнату вошел и Говард, его взгляд остановился на румяном, невинном личике спящего ребенка, и он спросил: «Как долго он обычно спит?» Ребекка Квентин ответила: «Примерно через два-три часа он скоро проснется». Говард подошел к Ребекке Квентин, обнял ее за плечо и нежно спросил: «Мы не обедали; ты голодна? Может, сходим куда-нибудь поесть?» Ребекка Квентин покачала головой: «Нет, Эндрю вот-вот проснется, и если он не увидит меня, когда проснется, он точно устроит переполох». Говард поцеловал Ребекку Квентин в щеку и задумчиво сказал: «Тогда я закажу еду с доставкой на дом». Ребекка Квентин прижалась к груди Говарда и сказала: «Хорошо». Обед был очень роскошным, и у Ребекки Квентин был хороший аппетит. Поскольку Эндрю еще не проснулся, она с удовольствием принялась за еду. В середине трапезы Ребекка Квентин заметила, что Говард наблюдает за ней, и невольно подняла глаза, неловко спросив: «Э-э, почему ты не ешь? Я тебя напугала своим способом приема пищи?» Говард пристально смотрел на Ребекку Квентин, на его красивом лице играла нежная улыбка: «Мне просто кажется, что ты мило выглядишь за едой». У нее были хорошие манеры, поэтому даже во время еды не было грубости или вульгарности. Ребекка Квентин немного смутилась похвалой Говарда и тут же спросила: «Почему ты не ешь?» «Я не голоден». "Ой." «Не торопись, а я пойду покурю». "Хорошо." С этими словами Говард встал и вышел из столовой. Никто не знал, что после того, как Говард покинул столовую, жизнерадостная улыбка на лице Ребекки Квентин постепенно исчезла, сменившись легкой бледностью. Потеряв прежний аппетит, она отложила столовые приборы, держа их в руках, и тихо откинулась на спинку стула, ее взгляд был затуманен. Когда Ребекка Квентин вышла из столовой, она случайно увидела Говарда в костюме, выходящего из комнаты, и спросила: «Вы возвращаетесь в компанию?» Говард подошел к Ребекке Квентин, обнял ее за талию и сказал: «Изначально я хотел остаться дома с тобой, но после обеда на работе возникли срочные дела». Ребекка Квентин подняла руку, чтобы поправить галстук Говарда, и с пониманием сказала: «Конечно, работа важнее, нам с Эндрю не нужно, чтобы ты нас сопровождал». «Через пару дней я найму помощника, чтобы облегчить вам работу, и вам будет не так тяжело ухаживать за ребенком». «В принципе, я справлюсь сам, дополнительная помощь мне не нужна». Говард с нежностью посмотрел на Ребекку Квентин, побаловал ее и сказал: «Хорошо, если тебе это покажется сложным, если ты скажешь не нанимать помощников, то мы и не будем, я буду делать все, что ты скажешь». Ребекка Квентин довольно улыбнулась: «Хм, тебе пора идти в компанию!» ---------- Глава 294-159: Первые выгоды 2 "Хорошо." Поцеловав Ребекку Квентин в лицо, Говард Джеффри ушел. Ребекка Квентин обернулась и смотрела вслед уходящему Говарду Джеффри, ее взгляд постепенно затуманивался. Внезапно она вернулась в комнату, немигая, уставившись на невинное и чистое спящее личико ребенка, и ее глаза необъяснимо покраснели. В этот момент зазвонил ее телефон, и пришло текстовое сообщение. Ребекка Квентин глубоко вздохнула, чтобы подавить нахлынувшие эмоции, а затем взяла телефон. На экране телефона появилось текстовое сообщение: «Могу я встретиться с вами? В кафе Aye, где мы виделись в последний раз». Ребекка Квентин как раз собиралась ответить, когда Эндрю проснулся и заплакал. Не успев ответить на сообщение, Ребекка Квентин подняла Эндрю с кровати и нежно успокаивала его: «Ну-ну, малыш, не плачь…» Кормление Эндрю, смена мокрых штанов, игры с ним и убаюкивание… на все это у Ребекки Квентин ушло целых два часа. Когда ребёнок уснул, Ребекка Квентин снова взяла телефон и ответила на сообщение: «Ты ещё здесь? Я могу прийти». Эндрю обычно спит два-три часа, так что у неё не должно возникнуть проблем с тем, чтобы ненадолго выйти. Кроме того, она возьмёт с собой радионяню, чтобы знать, проснётся ли ребёнок в любой момент. Главное, что кафе XX находится совсем рядом. Их разговор не займёт много времени, так что она сможет быстро вернуться. Ребекка Квентин долго ждала ответа на свой телефон, но так и не получила его, и наконец решила отправиться в кафе Aye. Взяв с собой радионяню и заперев дверь квартиры, Ребекка Квентин самостоятельно вышла из многоквартирного дома. До кафе можно было доехать на такси всего за десять минут. Войдя в кафе, Ребекка Квентин направилась прямо в сторону, где они встречались в последний раз, и, повернув за угол, увидела сцену, которая заставила ее остановиться как вкопанную. Да, в этот момент напротив Алисы Робинсон сидел Говард Джеффри. На столе Говарда Джеффри даже не было кофе, что говорит о том, что он, должно быть, только что приехал… Увидев это, она тут же отошла в угол, где ее легко скрывали горшечное растение и полупрозрачная полая стеклянная стена. В этот момент Говард Джеффри откинулся на спинку кресла, его взгляд был устремлен на Элис Робинсон, а на его неизменно спокойном и привлекательном лице не было и следа никаких эмоций. Элис Робинсон заговорила первой: «Я знаю, зачем вы пришли меня найти… Но я хочу сказать вам, что сегодня я действительно солгала тете…» Сказав это, Элис Робинсон опустила голову с горькой улыбкой: «Тебе следовало бы четко понимать, в чем правда, но я думаю, что копаться в прошлом сейчас бессмысленно… Когда я увидела тебя сегодня, я была очень рада; я думала, ты действительно пришел ко мне. Но когда я увидела, как твоя мама приводит Ребекку Квентин, я поняла, что ты здесь не ради меня. Тебе просто нужно было дать объяснение Ребекке Квентин…» Говард Джеффри, с сигаретой в руке, сделал затяжку и спокойно спросил: «Почему бы просто не сказать мне прямо?» Элис Робинсон вдруг посмотрела на холодное, но привлекательное лицо Говарда Джеффри, и ее голос дрожал: «Какая разница, если я тебе скажу?» Говард Джеффри прищурился, его темные глаза пристально смотрели на Элис Робинсон. Элис Робинсон мягко покачала головой: «Когда мы с тётей пришли к тебе в тот день и увидели Ребекку Квентин в твоей пижаме, я поняла, что мне конец… Я, Элис Робинсон, не из тех, кто цепляется за что-то, и уж точно не из тех, кто жалеет себя, поэтому, когда я узнала, что беременна, я даже не подумала тебе об этом сказать, потому что между нами всё кончено. Я не хотела влиять на твою жизнь с Ребеккой Квентин!» Брови Говарда Джеффри были слегка нахмурены, словно он задумался, но он не ответил Элис Робинсон. Элис Робинсон, едва сдерживая слезы, выпалила: «Изначально я планировала скрывать свою беременность, но кто бы мог подумать, что сегодня утром я почувствовала сильный дискомфорт в животе. Я намеренно избегала своего брата и пошла в другую больницу. И все же меня случайно увидел один из коллег моего брата…» Выслушав слова Элис Робинсон, Говард Джеффри потушил окурок и спокойно спросил: «Как вы собираетесь с этим поступить?» Элис Робинсон тихо выдохнула: «Я уже всё обдумала… Я не буду создавать вам проблем. Через несколько дней, когда почувствую себя лучше, я поеду в больницу, чтобы прервать беременность». Хотя Элис Робинсон умело скрывала свои чувства, она не могла скрыть свою печаль и горечь утраты. В этот момент Говард Джеффри встал, ничего больше не сказав Элис Робинсон. Он застегнул костюм и тут же ушел. Только после того, как машина Говарда Джеффри уехала, Ребекка Квентин вышла из кафе. ---------- Глава 295-159: Первые выгоды (Часть 2 из 2) В спешке она остановила такси и тут же села в машину. Как только она села в машину, в её голове начался хаос… Изначально она хотела встретиться с Алисой, но, выслушав их разговор, внезапно потеряла смелость. На самом деле, сегодня в больнице она почувствовала между ними что-то необычное… Это женское шестое чувство и женская чуткая интуиция. Рассказ Алисы о нападении незнакомца в баре и ее утверждение о том, что у нее не было отношений с Говардом Джеффри, показались ей невероятными… В конце концов, Джеффри и Элис были вместе уже год. Как могло ничего не произойти за это время? На самом деле, с тех пор как она вернулась из больницы, она знала, что Алиса беременна от него, и не слишком расстраивалась. Но сейчас, когда она услышала, как они обсуждают этот вопрос, ее сердце больше не могло оставаться спокойным… Даже зная, что им с ней невозможно дожить до конца, и что он неизбежно найдет ту, которая будет сопровождать его до конца жизни и родит ему детей, ее сердце все равно болело, очень сильно болело… Семь лет чувств; сказать, что всё кончено, — это одно, но по-настоящему действовать в соответствии с этим — так сложно… Тем не менее, ей следует быть благодарной за то, что на этот раз она искренне не надеялась состариться вместе с ним. Если бы сегодня она была такой же глупой, как раньше, она могла бы снова стать посмешищем… Вернувшись в квартиру, она вошла в свою комнату и обнаружила, что Эндрю все еще спит, и Ребекка Квентин тут же пошла в ванную. Слёзы потекли безудержно, прежде чем она успела умыться водой… Она начала поливать лицо холодной водой, позволяя холоду обжигать кожу, надеясь, что эта боль затмит боль в сердце… Она призналась, что с тех пор, как забеременела и родила в одиночестве, она ни разу не думала о том, чтобы снова быть с ним. Здесь и сейчас она с ним не потому, что хотела остаться с ним до конца, а по другой причине… Она просто не могла понять; у неё были свои причины быть с ним, но по какой причине он выбрал быть с ней? Она понимала, что больше не представляет для него никакой ценности. Почему же он всё ещё хотел быть с ней? Не говори, что это проявление привязанности; она лучше всех знает, что его чувства к ней никогда не перерастут в нечто большее. Она давно потеряла надежду. Для неё сейчас самым важным было хорошо заботиться об Эндрю. Как только она выполнит свои обязанности, она уйдёт с Эндрю… и с тех пор будет держаться от него как можно дальше, никогда больше не связываясь с ним. Она надеялась, что все дела, которые она хотела уладить, пройдут гладко, и надеялась, что остаток её жизни без него будет хорошим, очень хорошим… Погруженная в свои мысли, Ребекка Квентин не услышала, как открылась дверь квартиры. Когда она поняла, что кто-то вошел, ее уже обняли сзади. Знакомый запах дал понять — это был Говард Джеффри! Как он вернулся? Ранее она видела его машину, направлявшуюся в сторону «Скайтопа», может быть, он туда не ехал? Она не понимала почему, но, когда он обнял её, хотя она и знала, что не может показать ему никаких недостатков, она не смогла сдержать инстинкт и вырвалась из его объятий… Зная о его отношениях с Алисой, она больше не могла позволять ему обнимать её… потому что считала это чем-то непристойным. Говард Джеффри явно не был привык к ее внезапному сопротивлению. Заметив, что она отдалилась, он спросил: «Что случилось?» Понимая, что она невольно раскрыла свой отказ, что легко могло вызвать у него подозрения, Ребекка Квентин сделала суровое лицо и неохотно сказала: «Я на тебя злюсь». Говард Джеффри, глядя на суровое лицо Ребекки Квентин, мягко улыбнулся: «Скажи мне, что я сделал, чтобы тебя разозлить?» «Я обнаружил, что ты проводишь со мной очень мало времени каждый день… Послушай, ты утром идешь в компанию, а потом после обеда возвращаешься обратно в компанию…» Говард Джеффри обнял Ребекку Квентин и, извиняясь, сказал: «Простите, в последнее время у меня действительно было много рабочих дел… Я стараюсь вернуться как можно раньше». Ребекка Квентин мысленно проворчала. Работа имеет значение? Ха… Встреча с Алисой тоже считается работой? Ребекка Квентин, естественно, не стала раскрывать свои истинные чувства. Она заставила себя обнять Говарда Джеффри и тихо сказала: «Ладно, я на тебя не жалуюсь. Просто иногда мне очень одиноко, и я бы хотела, чтобы ты остался со мной». В этот момент Говард Джеффри прошептал Ребекке Квентин на ухо: «Как бы мне хотелось, чтобы ты тоже могла "остаться" со мной…» По теплоте его дыхания она уже чувствовала смысл слова «останься»… Ребекка Квентин надула губы: «Ты опять нарушаешь своё обещание?» Говард Джеффри обнял Ребекку Квентин и чмокнул ее в губы, улыбаясь: «А нельзя ли мне даже подумать об этом?» Ребекка Квентин покраснела от его поцелуя и застенчиво сказала: «Нет, даже думать об этом нельзя!» «Неужели ты настолько бессердечен?» "О, я больше не хочу с тобой разговаривать…" Ребекка Квентин намеревалась воспользоваться этой возможностью для побега, но неожиданно Говард Джеффри вовремя схватил ее за стройное тело, крепко обняв и не дав ей ни единого шанса на освобождение. «Что ты делаешь?» Не в силах в этот момент встретиться с его пристальным взглядом, Ребекка Квентин покраснела и нежно похлопала Говарда Джеффри по груди. Говард Джеффри серьезно спросил: «Я хочу знать, мой тест заканчивается только после регистрации?» Ребекка Квентин выпалила: «Да, только после регистрации». Говард Джеффри усмехнулся: «Вы действительно имеете в виду то, что говорите?» Ребекка Квентин кивнула: «Конечно». "Хорошо тогда…" Услышав слова Говарда Джеффри, Ребекка Квентин не могла не почувствовать зловещее предчувствие. И действительно, в следующий момент Говард Джеффри схватил Ребекку Квентин за талию. "Ах!" Слегка испугавшись, Ребекка Квентин почувствовала, как ее тело оторвалось от земли. Не прилагая никаких усилий, Говард Джеффри отнёс Ребекку Квентин в гостиную и тут же усадил её на диван… "Эй…" — Ребекка Квентин толкнула опускающуюся голову Говарда Джеффри, пытаясь привести его в чувство, — "Ты снова меня принуждаешь…" Говард Джеффри переплел их пальцы, прижав руки Ребекки Квентин к дивану, его хриплый голос, полный желания, звучал так: «Я хочу, чтобы ты лишь предоставила мне некоторые льготы заранее; регистрация — это вопрос времени…» Ребекка Квентин сердито парировала: «Вы просто нарушаете свои обещания!» Говард Джеффри поцеловал Ребекку Квентин в шею и успел сказать: «Изначально я планировал подождать, пока мама нас примет, прежде чем вести тебя в школу, но, Бекка, я понял, что не могу ждать…» «` ---------- Главы 296–160: Она и Говард Джеффри никогда не смогут быть вместе. После секса… Говард Джеффри наконец заметил необычное поведение Ребекки Квентин… Раньше, как бы она ни сопротивлялась, он хотя бы мог видеть её беспомощное потворство. Но в этот момент, увидев её с закрытыми глазами, словно ничего не чувствующую, он наконец подавил желание раздвинуть ей ноги, поднял голову и хрипло крикнул: «Бекка…» Вспоминая о близости, которая когда-то была между Говардом и Элис Робинсон, лицо Ребекки Квентин постепенно побледнело. Услышав, как Говард зовет ее, ей потребовалось несколько секунд, прежде чем она медленно открыла глаза, встретившись с его пристальным взглядом. Их взгляды встретились… Говард заметил в глазах Ребекки нотку грусти и не удержался, спросив: «Что случилось, дорогая?» Ребекка ничего не сказала, лишь мягко покачала головой. Именно это молчание Ребекки в одно мгновение вывело Говарда из водоворота желания. Он поцеловал Ребекку в губы и тихо извинился: «Прости, я всегда забываю учитывать твои чувства». Сказав это, Говард намеревался покинуть её тело. Неожиданно Ребекка в этот момент протянула руку, обхватила ею его шею и притянула обратно к себе. Удивлённый и обрадованный Говард прошептал: «Бекка…» Ребекка, глядя на красивое лицо Говарда, тихо сказала: «Если ты действительно хочешь… тогда продолжай!» Он был исключительно проницательным человеком. Если она проявляла хотя бы малейший недостаток, он мог его заметить, поэтому, даже если она не хотела, ей приходилось заставлять себя идти ему навстречу. Говард пристально посмотрел на слегка побледневшее лицо Ребекки и резко тихонько усмехнулся: «Дорогая, я думал, ты совсем этого не хочешь…» Услышав эти слова Говарда, лицо Ребекки мгновенно покраснело. Отвернув лицо, она игриво возразила: «Ты такой надоедливый, я сказала это только потому, что ты выглядишь таким… уставшим. Я ведь этого не хотела». Говард изогнул губы в улыбке: «Твоя реакция чуть не заставила меня почувствовать себя насильником…» Ребекка невольно повернула голову и спросила: «Изначально ты была…» Слова, которые Ребекка хотела выпалить, тут же захлебнулись у нее во рту, когда она увидела, как Говард неторопливо наблюдает за ней с хитрым взглядом. Таким образом, он явно хотел спровоцировать её, а затем, когда она начнет кричать о его гнусных поступках, он подтвердит обвинение… "Почему ты перестал говорить?" Ребекка снова отвернула голову, надувшись: «Я тебя переговорить не смогу». Улыбка Говарда стала шире, он внезапно легонько поцеловал Ребекку в губы и встал. Поняв, что вес его тела уменьшился, Ребекка лишь отвернула лицо, как ее обнаженное тело уже оказалось прикрыто пиджаком Говарда. В этот момент Говард как раз надевал штаны… Взгляд Ребекки упал на Говарда, когда он надевал брюки, и ее глаза невольно скользнули вниз. Увидев явную выпуклость даже сквозь ткань, ее щеки мгновенно покраснели, и она крепко сжала его костюм, тихо спросив: «Ты… ты в порядке?» Говард повернулся к Ребекке, и, с явной сдержанностью в голосе, хрипло произнес: «Дорогая, лучше пока об этом не говорить». Лицо Ребекки покраснело еще сильнее. Затем Говард вошел в ванную комнату. Три дня спустя. После того как Говард утром ушел на работу, Ребекка играла на кровати с проснувшимся Эндрю. По утрам Эндрю был в отличном настроении и его часто легко можно было уговорить посмеяться… Но сегодня утром Эндрю был не в лучшем настроении. Как бы она его ни уговаривала, даже когда он смеялся, это было с большой неохотой… Ребекка почувствовала, что что-то не так, и опасалась, что Эндрю может быть болен. Потрогав его лоб и заметив, что он немного горячий, она измерила ему температуру, и, как и ожидалось, термометр показал 38,2 градуса… Ребекка тут же забеспокоилась, подумав о том, как сложно будет одной ехать в больницу, брать такси и стоять в очереди, что может только усугубить его жар. Поэтому Ребекка позвонила Говарду. Неожиданно в комнате зазвонил телефон Говарда… Затем Ребекка поняла, что Говард забыл взять свой телефон, когда уходил сегодня вечером. Затем Ребекка попыталась позвонить Джейсону Вуду, но его телефон был недоступен, поэтому ей пришлось воспользоваться его телефоном, чтобы позвонить его секретарше Лизе Сесили, но и на звонок никто не ответил. Предполагая, что Говард, возможно, сейчас находится на совещании со своими подчиненными, Ребекка решила сама поехать в больницу и позвонить Говарду, как только доберется туда. ---------- Главы 297-160: Она и Говард Джеффри больше никогда не смогут быть вместе_2 Ребекка Квентин быстро прибыла в больницу, как и ожидалось, рано утром к врачу приходило много людей. Ребекка Квентин сидела в зале ожидания больницы, держа на руках Эндрю, и очень волновалась. Здоровье Эндрю, казалось, оставляло желать лучшего. Ему было чуть больше двух месяцев, но у него уже дважды поднималась температура… Часто говорят, что конституция ребенка формируется в организме матери. Возможно, она испытывала сильную депрессию во время беременности, что и сделало ребенка таким хрупким. Взглянув на номер, который у нее был, и поняв, что ей нужно подождать одиннадцать человек, прежде чем Эндрю сможет попасть к врачу, Ребекка Квентин достала телефон Говарда Джеффри и собиралась позвонить его секретарю. Кто бы мог подумать, что как раз в тот момент, когда она собиралась позвонить, на его телефон внезапно пришло текстовое сообщение. Ее внимание сразу привлекло сообщение на экране телефона: «Через час меня отправляют на операцию, Говард Джеффри». И вдруг я почувствовала нежелание продолжать. Это сообщение, естественно, было отправлено ему Элис Робинсон. После прочтения сообщения выражение лица Ребекки Квентин слегка помрачнело. Операция? После секундного замешательства Ребекка Квентин вспомнила разговор, который она подслушала в тот день между Говардом Джеффри и Элис Робинсон. Не было необходимости уточнять, под этой операцией, естественно, подразумевалась операция по прерыванию беременности. Ребекка Квентин медленно убрала телефон обратно в сумочку, выражение ее лица стало растерянным. Резкий звонок телефона прервал мысли Ребекки Квентин. Придя в себя, она достала телефон и нажала кнопку ответа: «Привет…» «Мисс Квентин, извините, сейчас не было сигнала. Вам что-нибудь от меня нужно?» Перезвонил Джейсон Вуд. Ребекка Квентин тихо сказала: «У Эндрю температура. Я сейчас в больнице, но там много народу, и я не могу дозвониться до Говарда Джеффри…» Джейсон Вуд быстро понял, что имела в виду Ребекка Квентин, и поспешно сказал: «Я немедленно сообщу боссу». «Хорошо, спасибо». "Пожалуйста." Завершив разговор, Ребекка Квентин положила телефон обратно в сумку. Увидев в своей сумке телефон Говарда Джеффри, Ребекка Квентин снова погрузилась в размышления. Позже, стоит ли ей отдать ему телефон или нет? Изначально она собиралась принести ему телефон; кто бы мог подумать, что она случайно увидит сообщение, которое ему отправила Элис Робинсон… Из-за этого она не решалась передать ему телефон… Сообщение на экране подразумевало, что она его видела, если отдала ему телефон. Учитывая их нынешние отношения, ей следовало бы устроить с ним крупную ссору, но это не только навредило бы их «отношениям», но и принесло бы ей много неприятностей. Она не хотела вмешиваться в его отношения с Элис Робинсон, но если она сделает вид, что не принесла телефон и не видела сообщения, то через час операция Элис Робинсон… В тот день, когда Элис Робинсон сказала ему, что ей предстоит операция, казалось, он никак не отреагировал… Она не знала, одобрял ли он операцию Элис Робинсон или нет, но всегда считала, что ребенок — это живая маленькая жизнь. Независимо от взрослого мира, раз уж они привели его в этот мир, им не следует причинять ему вред… Поэтому она должна как можно скорее показать это сообщение Говарду Джеффри… Она не могла предсказать, как отреагирует Говард Джеффри, увидев это сообщение, но позволить ему увидеть его как можно скорее успокоило бы её совесть. "Бекка…" В тот самый момент, когда Ребекка Квентин погрузилась в свои мысли, внезапно раздался притягательный, глубокий голос. Ребекка Квентин внезапно вернулась к реальности, инстинктивно подняв взгляд на приближающегося Говарда Джеффри. Говард Джеффри быстро подошел к Ребекке Квентин, посмотрел на спящего у нее на руках Эндрю и спросил: «С ребенком все в порядке?» Он произнес это, потянувшись к лбу Эндрю. Ребекка Квентин честно ответила: «У него всё ещё высокая температура; я ещё не измеряла ей температуру. Мы ждём звонка от врача». Говард Джеффри нежно обнял Ребекку Квентин: «Извини, я оставил телефон дома и был занят встречами, поэтому не знал о температуре у ребенка…» «Да, я позвонил вам сегодня утром и обнаружил, что вы забыли свой телефон…» «Не волнуйтесь, Джейсон Вуд уже сообщил врачу, Эндрю скоро осмотрят». Когда Говард Джеффри закончил свою речь, было названо имя Ребекки Квентин. Говард Джеффри взял сумку Ребекки Квентин и проводил ее в кабинет врача. Несмотря на сильное беспокойство, повышение температуры у ребенка — распространенное явление, поэтому врач даже не выписал ребенку лекарства, а лишь посоветовал отправиться домой и следить за тем, чтобы температура снижалась с помощью охлаждающего пластыря. По дороге домой за рулем был Джейсон Вуд, а Говард Джеффри сидел на заднем сиденье с Ребеккой Квентин. Лоб Эндрю был покрыт охлаждающей повязкой, и температура, казалось, стабилизировалась, но лихорадка всё ещё не спала. Говард Джеффри, казалось, был весьма обеспокоен состоянием Эндрю. Ранее он расспрашивал врача о состоянии Эндрю, чем сильно встревожил последнего. «Ребенка следует оставить в больнице, пока не спадет температура», — тихо сказал Говард Джеффри, глядя на покрасневшее от жара лицо ребенка. Ребекка Квентин ответила: «Врач сказал, что это не обязательно, нужно просто продолжать наблюдать за собой дома». Прикоснувшись к нежному лицу ребенка, Говард Джеффри произнес с отеческой заботой: «Мне просто не по себе». «Всё в порядке», — заверила Ребекка Квентин. Говард Джеффри мягко кивнул: «Сегодня я не вернусь в «Скайтоп»; я останусь дома с тобой и ребёнком». Услышав это, Ребекка Квентин могла лишь согласиться. «Хорошо». На самом деле, она также хотела остаться с ребенком в больнице, пока не спадет температура, потому что в больницах врачи и медсестры оказывают хороший уход, что лучше, чем дома. Но ей нужно было вернуться в квартиру, потому что его телефон был у нее, и она надеялась, что он увидит это сообщение как можно скорее. Автомобиль быстро въехал на подземную парковку жилого комплекса. Внутри квартиры. Ребекка Квентин первой вошла в комнату. Воспользовавшись моментом, когда Говард Джеффри отвлекся, она быстро положила телефон на прежнее место на прикроватной тумбочке. Увидев Ребекку Квентин на кровати с ребёнком, Говард Джеффри взял трубку и вышел из комнаты. Когда Говард Джеффри вышел из комнаты, Ребекка Квентин, внимательно присматривая за Эндрю, все еще думала о том, что может произойти дальше. Что бы он сделал, увидев это сообщение? С момента получения сообщения прошло примерно час, и если бы это заняло больше времени, Элис Робинсон пришлось бы перенести операцию. В тот самый момент, когда Ребекка Квентин погрузилась в эти мысли, в комнату с улицы вернулся Говард Джеффри. Ребекка Квентин сделала вид, что ей все равно, прислонившись к изголовью кровати и с любовью глядя на спящее личико ребенка. ---------- Главы 298–161: Скупой человек Говард Джеффри подошел к постели больного и тихо произнес: «Бекка, в компании внезапно возникли непредвиденные обстоятельства. Боюсь, мне нужно вернуться в офис…» Ребекка Квентин кивнула: «Хм, деловые вопросы важны». «Я попрошу Джейсона Вуда остаться здесь. Если вам что-нибудь понадобится, просто спросите его. Я скоро вернусь». "Хорошо." В следующую секунду Говард Джеффри развернулся и ушёл. Лишь когда Говард Джеффри вышел из комнаты, Ребекка Квентин медленно подняла взгляд и посмотрела в том направлении, куда только что исчез Говард. Он только что сказал, что проведет с ней и Эндрю весь день, но теперь у компании вдруг возникла какая-то проблема… Он, должно быть, увидел сообщение и бросился туда. Независимо от того, едет ли он в больницу навестить Элис Робинсон или остановить ее операцию, все это показывает, что он действительно беспокоится об Элис. Она действительно чувствует себя совершенно бесполезной… Она убеждала себя, что независимо от того, что он чувствует к Алисе, ей будет все равно, но когда она действительно почувствовала, что он заботится об Алисе, ее сердце все равно болело. На самом деле, даже сейчас она не может понять, почему он не стал строить отношения с Алисой, а выбрал её. Его слова о желании быть с ней навсегда были искренними чувствами или притворством? Она всегда чувствует, что скорее всего, последнее. Если бы она не знала о его сексуальных отношениях с Элис, она, возможно, до сих пор притворялась бы невеждой. Но теперь правда предстала перед ней во всей красе, что делает их отношения с Говардом Джеффри еще более невозможными… Время продвинулось на неделю вперёд. «Последние новости: группа компаний «Oversky» успешно получила права на проект Hope City на французском Золотом побережье, запуск которого запланирован на май. Недавно группа компаний «Oversky» объявила об этой радостной новости общественности…» Увидев репортаж по телевизору, Ребекка Квентин слабо улыбнулась. Она очень рада за Скайлер Джонс, ведь наконец-то проект «Хоуп-Сити» был одобрен… Достав телефон, Ребекка Квентин набрала номер Кристин Куинн. Звонок Кристин Куинн остался без ответа, поэтому Ребекка позвонила Скайлер Джонс. На звонок Скайлеру Джонсу быстро ответили, и Ребекка Квентин, улыбнувшись, первой произнесла: «Мистер Джонс, поздравляю». Голос Скайлер Джонс всегда казался мягче обычного, когда она разговаривала с Ребеккой Квентин: «Бекка». «Я только что видела телепередачу о том, как компания „Oversky“ получила проект „Hope City“. Я искренне рада за вас», — искренне сказала Ребекка Квентин, и ее сердце также переполнялось восхищением Скайлер Джонс. Получение проекта «Город надежды» означает, что группе не придется беспокоиться о доходах в течение трех лет. Интерес, который возникает в связи с этим проектом, — это то, чего желают все подобные организации. Тот факт, что «Оверски» удалось превзойти другие аналогичные группы и получить этот проект, достаточно доказывает выдающиеся способности Скайлера Джонса. Скайлер Джонс тихо ответила: «Бекка, ты знаешь, что эти слова радуют меня даже больше, чем сам факт реализации проекта «Хоуп-Сити»…» «Не шути…» Зная о чувствах Скайлер Джонс к ней, Ребекка Квентин тут же сменила тему: «Кстати, я только что звонила сестре, почему она не ответила?» В городе Y должно быть около восьми или девяти утра, теоретически, ее сестра должна была встать, чтобы отвезти Мари в школу. «Я работаю в компании и ничего не знаю». «Хорошо, тогда я позвоню ей позже. Я больше не буду мешать твоей работе». Прежде чем Ребекка Квентин повесила трубку, Скайлер Джонс мягко спросила: «Бекка, как у тебя дела с Говардом Джеффри?» «Э-э, это вкусно, очень вкусно!» «Если вам когда-нибудь понадобится моя помощь, не забывайте, что я всегда рядом». Услышав такие искренние слова от Скайлера Джонса, Ребекка Квентин была слегка ошеломлена. Даже сегодня она не может отрицать, что Скайлер Джонс всегда проявляет к ней такую ​​заботу и теплоту. Чувство защищенности, которое он ей дает, не сравнится ни с чем, что может дать Говард Джеффри. Пока Ребекка Квентин была погружена в свои мысли, раздался звук открывающейся двери. Ребекка Квентин вернулась к реальности и сказала: «Мистер Джонс, извините, мне нужно повесить трубку. Давайте поговорим в следующий раз». Говард Джеффри только что вошел в комнату, когда увидел, как Ребекка Квентин убирает телефон от уха. Выражение лица Ребекки Квентин было несколько неестественным, но, увидев Говарда, ее прекрасное и нежное лицо мгновенно озарилось улыбкой: «Ты вернулся!» «Да», — легко ответил Говард Джеффри, затем небрежно положил пиджак, ключи от машины и другие вещи на низкий шкафчик. Затем Ребекка Квентин встала с кровати, подошла к Говарду Джеффри и начала ослаблять ему галстук: «Уже девять вечера, а ты только что вернулся». ---------- Главы 299–161: Скупой человек (Часть 2) Говард Джеффри спросил: «Эндрю рано лёг спать?» «Да, думаю, он снова проснётся около полуночи». Говард Джеффри позволил Ребекке Квентин помочь ему ослабить галстук, обнял ее за талию и хриплым, низким голосом произнес: «В этом деловом кругу невозможно избежать светских мероприятий». «Я знаю, поэтому не виню тебя за то, что ты так поздно вернулся. Я просто беспокоюсь о том, как много ты работаешь каждый день. Даже железное тело рано или поздно сломается». Эти слова, конечно, не были ему по душе, но, честно говоря, после стольких лет знакомства она могла быть уверена лишь в одном: он действительно был трудоголиком. Увидев обеспокоенное выражение лица Ребекки Квентин, Говард Джеффри не удержался и в шутку заметил: «Мое тело в последнее время не в лучшей форме…» «Неважно себя чувствуешь?» — спросила Ребекка Квентин, расстегивая две пуговицы на его рубашке. Внезапно она с беспокойством подняла голову и спросила: «В какой области ты плохо себя чувствуешь?» Губы Говарда Джеффри изогнулись в насмешливой улыбке: «Болит везде, особенно внизу». «Нижняя часть?» — Ребекка Квентин была настолько сосредоточена на дискомфорте Говарда Джеффри, что не сочла ничего неуместного и серьезно спросила: «Как работа может быть связана с вашей нижней частью тела?» Говард Джеффри лукаво спросил: «А вы что думаете?» Ребекка Квентин, ошарашенная озорной улыбкой Говарда Джеффри, вдруг покраснела и ударила его по груди маленьким кулачком: «Ты такой надоедливый! Я беспокоюсь о твоем здоровье, а ты отвечаешь так легкомысленно». Говард Джеффри осторожно убрал руки Ребекки Квентин и, смеясь, обнял ее: «Дорогая, когда ты позволишь мне вынести этот вопрос на обсуждение?» Ребекка Квентин, извиваясь в объятиях Говарда Джеффри, покраснела и сказала: «Не раньше, чем мы зарегистрируемся». Говард Джеффри не позволил Ребекке Квентин сопротивляться, крепче обнимая ее, и в его сдавленном голосе отчетливо звучал протест: «Ты действительно можешь продолжать мучить меня таким образом?» "Эй, почему ты постоянно об этом думаешь…?" «Недавние опросы показывают, что мужчины думают об этом каждые двадцать секунд. Если бы у меня не было таких сильных мыслей, вы бы, наверное, тоже об этом беспокоились». «Я не волнуюсь, я… я не думаю об этом постоянно, как ты». После этих слов лицо Ребекки Квентин вспыхнуло. Иногда она действительно задавалась вопросом, неужели мужские мысли всегда заняты этим, неужели у них вообще есть время на что-то еще? Особенно у такого, как он… с такими сильными желаниями, неужели он может сосредоточиться на чем-то другом? И все же он так хорошо справлялся со своей карьерой, что казалось, его разум расколот надвое: одна половина думала только о ней, а другая была полностью посвящена работе. Говард Джеффри от души рассмеялся. Ребекка Квентин пробормотала что-то себе под нос… Каждый день он был безупречно одет и всегда выглядел настолько собранным, что его подчиненные, вероятно, даже не догадывались о такой «извращенной» стороне своего генерального директора, не так ли? Казалось, Говард Джеффри обладал природной способностью разглядеть людей насквозь; он осторожно приподнял подбородок Ребекки Квентин и тихо спросил: «Ты снова думаешь обо мне что-то плохое?» Когда ее мысли раскрылись, Ребекка Квентин смутилась и тихо ответила: «Нет, я не смущаюсь». "Маленький лжец." С большой нежностью Говард Джеффри опустил голову, намереваясь поцеловать Ребекку Квентин в губы. Ребекка Квентин тут же повернула голову и положила руку ему на грудь: «Нет, от тебя плохо пахнет, иди прими душ…» Говард Джеффри мягко улыбнулся: «Хорошо, я вас послушаю». С этими словами он отпустил Ребекку Квентин и направился в ванную. "Подождите минуту…" Ребекка Квентин внезапно заговорила, подошла к Говарду Джеффри и понюхала его рубашку. Говард Джеффри с удовольствием наблюдал за реакцией Ребекки Квентин, его губы изогнулись в улыбке: «Что, после того, как ты сказала, что от меня плохо пахнет, теперь ты готова меня понюхать?» Ребекка Квентин серьезно посмотрела на Говарда Джеффри: «Я проверяю, нет ли от тебя запаха другой женщины. Если есть, ты мертв». "Ха-ха…" Говард Джеффри снова обнял Ребекку Квентин и, поддразнивая ее, спросил: «Итак, каков результат после осмотра?» Помимо его собственного запаха, от него исходил лишь слабый аромат красного вина, никаких других запахов не было… на самом деле, пахло довольно приятно. Ребекка Квентин смутилась: «Ладно, ты сдала, можешь идти в душ». Говард Джеффри не удержался и поцеловал её в губы: «Милая, ты такая милая!» После душа Говард Джеффри вышел из ванной и увидел Ребекку Квентин, лежащую на кровати и безучастно смотрящую в потолок. Говард Джеффри приподнял одеяло и лег рядом с Ребеккой Квентин, притянул ее к себе и тихо спросил: «Дорогая, о чем ты думаешь?» Ребекка Квентин повернулась на бок и прижалась к Говарду Джеффри: «Я вот подумала, если бы не обиды предыдущего поколения, встретились бы мы вообще?» Говард Джеффри поцеловал Ребекку Квентин в лоб и нежно сказал: «Конечно, мы бы встретились, потому что нам суждено быть связанными на всю жизнь». Его магнетический голос, когда он смягчался, был настолько трогательным… Ребекка Квентин невольно крепче обняла Говарда Джеффри, прижавшись к его теплому телу. На мгновение ей пришла в голову мысль, как было бы здорово, если бы всё было именно так, как кажется… Но, к сожалению, в реальности существовало бесчисленное множество проблем, которые невозможно было преодолеть, и фантазии никогда не могли стать реальностью. "Бекка…" Ребекка Квентин закрыла глаза, положив голову ему на грудь. "Да?" Говард Джеффри тихо произнес: «Мой брат получил проект «Хоуп-Сити», он пригласил меня на торжественный банкет в честь «Оверски»… Я хочу взять тебя с собой». Услышав эти слова Говарда Джеффри, Ребекка Квентин медленно открыла глаза и спросила: «В город Y?» "Да." «Поскольку это банкет в честь праздника «Оверский», твоя мама точно там будет. Ты уверена, что нам уместно прийти вместе?» Говард Джеффри поцеловал Ребекку Квентин: «Именно потому, что в тот день там будут все, я хочу, чтобы ты была рядом со мной». Праздничный банкет в честь Оверского должен был стать собранием политической и деловой элиты, и недостатка в журналистах не было бы. Если бы она присутствовала на нем, это означало бы публичное объявление об их «примирении». Ребекка Квентин, естественно, не хотела выносить это на всеобщее обозрение… Она хотела более спокойного будущего, и боялась, что, если сейчас возьмется за руку с ним на глазах у всего мира, ей никогда не удастся сбежать от него в этой жизни… Подумав об этом, Ребекка Квентин придумала хорошее оправдание: «Твоя мама еще не до конца меня приняла, я не хочу торопить этот процесс». «После того, что случилось с Элис Робинсон, отношение моей мамы к тебе уже изменилось. Я верю, что со временем она тебя примет…» «Но спешить не нужно. Мы можем выбрать другое время для объявления, не обязательно на торжественном банкете мистера Джонса». Говард Джеффри прямо заявил: «Я хочу ясно дать понять на его торжественном банкете, что ты моя женщина, и полностью разрушить его влечение к тебе». ---------- Глава 300-162: Детка, жди моего возвращения 1 Ребекка Квентин невольно нахмурилась: «Ты слишком много об этом думаешь. Мы с ним редко общаемся, особенно сейчас, когда моя сестра с ним». В темных глазах Говарда Джеффри мелькнула нотка хитрости: «Вы двое редко общаетесь, так кому вы звонили сегодня вечером?» Кому она звонила сегодня вечером? Ребекка Квентин на мгновение растерялась от его слов, а затем внезапно вспомнила, что, когда он вернулся, она только что закончила разговор со Скайлер Джонс. Значит, он это видел. Какая мелочность, он ведь помнил об этом с тех пор и до сих пор, и даже знал, что она разговаривала по телефону со Скайлер Джонс… Ребекка Квентин тихо прошептала: «Я просто поздравляла его с получением этого проекта». В этот момент Говард Джеффри перевернулся, прижав Ребекку Квентин к себе, его темные глаза уставились на ее очаровательное лицо, и, охваченный ревностью, он потребовал: «Тебе больше нельзя с ним контактировать!» Его властное дыхание коснулось её губ, и она пробормотала: «Ты такой мелочный!» Опустив голову, Говард Джеффри поцеловал ее в покрасневшие губы, не дав ей никаких возражений. На следующий день Ребекка Квентин сопровождала Эндрю, играя на шерстяном ковре в гостиной, но ее мысли были где-то в другом месте. Говард Джеффри уже сказал ей, что на следующее утро вылетает в город Y. Проблема возникла именно сейчас… Она не могла пойти с ним на банкет, но если она откажется, он наверняка заподозрит неладное. Что ей теперь делать? Самое главное, она также чувствовала, что затягивать отношения с ним — не выход. Чем дольше она оставалась с ним, тем опаснее становилось. Она не могла позволить себе продолжать рисковать. Кроме того, поскольку и он, и миссис Джеффри на этот раз собирались в город Y, это была хорошая возможность для нее, потому что, пока они не были в Нью-Йорке, ей было бы гораздо проще расследовать то, что она хотела узнать… Но как она могла остаться в Нью-Йорке, не вызвав у него подозрений? При каких обстоятельствах он согласился бы позволить ей остаться в Нью-Йорке одной, в то время как сам мог бы спокойно отправиться в город Y, не отвлекаясь ни на что? Если только ей не удастся сделать его настолько счастливым, чтобы он понял, что даже если она не поедет с ним в город Y, её сердце всё равно будет полностью посвящено ему… Итак, какой же метод мог сделать его таким счастливым? При этой мысли лицо Ребекки Квентин внезапно покраснело. Потому что она уже знала, какой метод использовать. Ребекка Квентин неохотно использовала этот метод, но… С приближением утра она не могла придумать лучшего плана, и не было лучшего способа скрыть от него свои подозрения. После долгих раздумий Ребекка Квентин решила рискнуть. Если она не воспользуется этой возможностью, пока он и миссис Джеффри находятся за пределами Нью-Йорка, чтобы провести расследование и выяснить, чего она хочет, они неизбежно затянут дело, и если так будет продолжаться, то что-то обязательно произойдет, особенно учитывая, что он выделялся среди тех, кто мыслит нижней частью тела. Поскольку затягивание дела в конечном итоге привело бы к этому, она выбрала вариант, который все еще мог предоставить ей отличную возможность… Честно говоря, она даже родила от него ребенка, и после рождения ребенка он несколько раз принуждал ее к этому. Ее тело было уже безнадежно изуродовано… Если ей однажды пришлось "пожертвовать собой", чтобы раньше узнать то, чего она хотела, ей следует без колебаний выбрать этот метод. Ночь. Всё казалось обычным, но Ребекка Квентин тайно планировала свой план. После ужина и укладывания Эндрю спать она увидела Говарда Джеффри у окна, разговаривающего по телефону, поэтому Ребекка Квентин взяла свою ночную рубашку и пошла в ванную. Она пробыла в ванной около двадцати минут, а после купания опустила вырез ночной рубашки, глубоко вздохнула и вышла из ванной. Когда Ребекка Квентин совершила каминг-аут, Говард Джеффри все еще разговаривал по телефону на английском языке. Ребекка Квентин сделала вид, что ничего не произошло, и села на диван, взяв в руки модный журнал, которым она обычно коротала время. «Хаффман, похоже, нам нужно будет встретиться снова, чтобы подробно обсудить наше сотрудничество. После моего возвращения из Цветочного Королевства я буду доступен в любое время…» Говард Джеффри обсуждал деловое сотрудничество с партнером, когда до него донесся запах после принятия ванны. Говард Джеффри взглянул на Ребекку Квентин, сидящую на диване, а затем сказал человеку на другом конце провода: «Извините, Хаффман, у меня возникли непредвиденные обстоятельства… Давайте обсудим конкретные детали нашего сотрудничества при следующей встрече». Ребекка Квентин, сидя на диване и не особо читая модный журнал в руках, внимательно слушала его разговор по телефону. Услышав, как он резко закончил разговор, она поняла, что он уже обратил на нее внимание. Ребекка Квентин продолжала делать вид, что сосредоточена на журнале, но отчетливо слышала приближающиеся шаги Говарда Джеффри. ---------- Глава 301-162: Детка, жди моего возвращения (Часть 1) И действительно, в следующую секунду Говард Джеффри уже сидел рядом с ней, естественно, обнимая ее за талию. Его глубокий, магнетический голос прошептал ей на ухо: «Детка, ты так хорошо пахнешь…» Он закончил говорить и нежно взял ее мочку уха в рот. Несмотря на моральную готовность, она всё же не смогла смириться с его интимным жестом, инстинктивно отвернула голову и слегка задрожала: «Не надо…» Если речь шла о его соблазнении, то у нее действительно не было опыта. Раньше она никогда не проявляла инициативу. Даже сейчас, когда в этом не было необходимости, и ей нужно было лишь следовать его указаниям, она все равно чувствовала себя немного неловко. Говард Джеффри обладал невероятным самообладанием. В этот момент он медленно отстранился от её мочки уха. Ребекка Квентин тут же вздохнула с облегчением, повернула лицо к недовольному Говарду Джеффри, отступила, а затем подошла ближе и сказала: «Я хочу спать. Вы не собираетесь принять душ?» Говард Джеффри обнял Ребекку Квентин, прислонился головой к ее плечу и тихо спросил: «Наш сын спит?» Ребекка Квентин кивнула: «Он сегодня днем ​​почти не спал, поэтому лег спать пораньше». Могла ли она сказать, что намеренно позволила ребенку немного дольше поиграть днем, из-за чего он так рано уснул? Пока Ребекка Квентин говорила, взгляд Говарда Джеффри уже был прикован к вырезу ее ночной рубашки. Намеренно заниженный вырез ночной рубашки теперь был слегка приоткрыт, обнажая черное кружевное белье под ним… Это непреднамеренное искушение заставило глаза Говарда Джеффри мгновенно вспыхнуть жаром. Ребекка Квентин знала, куда смотрит Говард Джеффри, и сделала вид, что ей все равно: «Говард Джеффри, мы же завтра едем в Y-Сити, верно?» Говард Джеффри рассеянно ответил: «Хм». «Потом я пойду в комнату и быстро соберу кое-какие вещи, которые понадобятся Эндрю, чтобы ничего не забыть, когда завтра придётся собирать вещи в последнюю минуту». Говард Джеффри ничего не сказал. Затем Ребекка Квентин встала. Как и ожидалось, когда Ребекка Квентин встала, готовясь войти в комнату, Говард Джеффри резко дернул ее за руку, развернув. Споткнувшись, она неожиданно упала в его объятия. "Ах…" Говард Джеффри вовремя поймал Ребекку Квентин и позволил ей сесть ему на колени. Ребекка Квентин сделала вид, что жалуется: «Что вы делаете?» Говард Джеффри не ответил Ребекке Квентин; его взгляд по-прежнему был прикован к ее груди. Ребекка Квентин посмотрела на себя и обнаружила, что вырез ее ночной рубашки растрепался и распахнулся из-за недавней неудачи, обнажив черное кружево под ним… Ребекка Квентин вскрикнула и поспешно прикрыла грудь руками. Боже мой, хотя она и намеревалась его соблазнить, она не смогла заставить себя так откровенно показать ему все это. В этот момент она почувствовала сильную робость. "Бекка…" "Хм?" В этот момент губы Говарда Джеффри коснулись ее шеи, и он поцеловал ее. Ребекка Квентин немного пощекотало, но она терпела: «Что ты хочешь сказать?» Говард Джеффри пробормотал: «Ты мне нужен». Лицо Ребекки Квентин мгновенно покраснело, она заикалась, не зная, как ответить: "Я…" «Прошло так много времени, ты не хочешь сделать это со мной?» Услышав этот прямой вопрос, лицо Ребекки Квентин покраснело, как вареная креветка: «Не спрашивай меня об этом…» Она ущипнула его за руку. «Тогда я не буду спрашивать». "Хм?" «Мы просто это сделаем». С этими словами Говард Джеффри просунул руку под ее ночную рубашку и нежно погладил ее кожу. "Говард Джеффри…" — Ребекка Квентин застенчиво взяла Говарда Джеффри за руку. Говард Джеффри не позволил Ребекке Квентин остановить его, его руки продолжали скользить вверх, умело расстегивая ее бюстгальтер. «Не делай этого…» — Ребекка Квентин ахнула, заметив его действия, и инстинктивно протянула руку, чтобы остановить его. В этот момент Говард Джеффри поднял глаза, полные желания, и страстно уставился на нежное, покрасневшее лицо Ребекки Квентин: «Вы действительно готовы позволить мне продолжать терпеть?» "Я…" "Бекка, отдайся мне…" Услышав его сдержанный, хриплый голос и вспомнив о своих намерениях на сегодня, Ребекка Квентин медленно отпустила сдерживающие ее руки, сказав: «Не здесь…» "А какая разница, где?" Увидев, что сегодня она наконец-то не стала настаивать, он тихонько рассмеялся. Да, а разве имеет значение, где именно…? Они были хорошо знакомы всем, будь то в гостиной, ванной или спальне. «Лучше не надо; ключи от квартиры есть и у твоей мамы. Если она придет, как в прошлый раз, мы…» Представив себе такое смущение, Ребекка Квентин покраснела еще сильнее. «Тогда пусть моя мама найдет другое применение гостиной». Услышав неторопливый ответ Говарда Джеффри, Ребекка Квентин не знала, что сказать. Говард Джеффри тоже больше ничего не сказал, сосредоточившись на том, чтобы снять с нее ночную рубашку. «Подожди, Говард Джеффри, мне еще кое-что нужно тебе сказать…» «Поговорим после того, как закончим…» Ребекка Квентин едва успела заснуть, как услышала плач своего ребенка… Затем Ребекка Квентин, обняв себя за талию, сонно поднялась. Она была так измотана, что казалось, будто всё её тело разваливается на части, у неё даже не было сил подняться. «Бекка, ложись спать, я приготовлю Эндрю молоко». Ребекка Квентин уже собиралась встать, когда сверху раздался ленивый голос. Ребекка Квентин очень устала, поэтому она откинулась на кровать. Говард Джеффри поцеловал Ребекку Квентин в волосы, затем перевернулся и встал с кровати. Эндрю горько плакал в колыбели… Говард Джеффри дал ребёнку немного поплакать, подошёл к низкому шкафчику и достал из подогревателя бутылочку, чтобы приготовить ребенку молоко. Говард Джеффри не очень хорошо умел кормить грудью, поэтому Эндрю долго плакал в кроватке. К тому времени, как Говард Джеффри закончил готовить молоко и подошел к Эндрю, Ребекка Квентин уже встала и взяла его на руки, отчего он тут же перестал плакать… Говард Джеффри сидел на краю кровати и тихо произнес: «Разве я не говорил, что справлюсь?» Ребекка Квентин взяла бутылочку из рук Говарда Джеффри, вставила соску в рот Эндрю и сказала: «Ты ничего не можешь сделать как следует. К тому времени, как ты сделаешь молоко, наш сын либо умрет от голода, либо охрипнет от плача». Говарда Джеффри позабавили слова Ребекки Квентин: «Это его трудно угодить; он не может ждать ни минуты». Ребекка Квентин рассмеялась и пробормотала: «Какой же он прямо как ты». Наступил рассвет. Первые лучи утреннего солнца проникли в комнату… ---------- Глава 302-163: Детка, жди моего возвращения 2 Свет осветил веки Ребекки Квентин, и она медленно открыла глаза. Внезапно она резко села, проснулась и повернула голову, чтобы посмотреть рядом с собой. Место рядом с ней было пустым, и Эндрю тоже не было в кроватке. Очевидно, Говард Джеффри вывел Эндрю из игры… Неудивительно, что она сегодня так долго спала; оказалось, что ребенок проснулся, и не разбудил ее. Ребекка Квентин, одетая в пижаму, вышла из комнаты. Открыв дверь, она увидела в гостиной уютную атмосферу… Говард Джеффри расхаживал по комнате, а Эндрю лежал у него на плече и крепко спал. Ребекка Квентин взглянула на настенные часы; было уже почти десять часов. Казалось, Эндрю играл уже довольно давно. Она удивилась, что ему действительно удавалось убаюкать Эндрю. Услышав звук открывающейся двери, Говард Джеффри оглянулся и жестом приказал Ребекке Квентин вести себя потише. Ребекка Квентин слегка улыбнулась, затем пошла в ванную, чтобы освежиться. После умывания Ребекка Квентин расчесывала волосы, когда ее внезапно обняли сзади. Не было необходимости гадать, кто это был. «Что ты делаешь? Я расчесываю волосы». Говард Джеффри поцеловал Ребекку Квентин в шею и тихо спросил: "Ты устала?" Вспоминая события прошлой ночи, лицо Ребекки Квентин покраснело: «Во всем виновата ты…» Честно говоря, ее глаза все еще были сонными; прошлая ночь была действительно изнурительной, казалось, у него неиссякаемая энергия, и каждый раз, когда ей казалось, что все почти закончилось, он всегда находил способ продолжить. В результате у нее болело все тело, и она совсем обессилела. Говард Джеффри поцеловал очаровательное лицо Ребекки Квентин и тихонько рассмеялся: «Да, это моя вина». Ребекка Квентин, смеясь, спросила: «Эндрю спит?» "Хм." Ребекка Квентин повернула лицо, посмотрела на красивый профиль Говарда Джеффри и поцеловала его по собственной воле, сказав: «Ты просто потрясающий, что можешь уложить нашего сына спать». «Он мой сын, естественно, он меня послушает». «Смотри, ты такая самодовольная, только на этот раз уложила Эндрю спать. Если тебе всегда удается его уложить спать, это уже впечатляет». «Наш сын по-прежнему любит тебя больше всех, я бы ни за что не стала присваивать себе эту заслугу». «Вот это уже лучше!» "Бекка…" "Хм?" «Вы сказали, что через несколько лет я оставлю дела компании и буду каждый день проводить с вами и ребенком. Как вам это?» Хриплый голос Говарда Джеффри мягко достиг ушей Ребекки Квентин, заставив ее слегка замереть. Почувствовав реакцию человека у себя на руках, Говард Джеффри мягко спросил: «Что случилось?» Ребекка Квентин покачала головой: «„Скайтоп“ — дело всей твоей жизни, как ты мог отказаться от „Скайтопа“?» «Для меня сейчас важнее всего ты и Эндрю». "Действительно?" "Хм." Ребекка Квентин смотрела на ласковое лицо Говарда Джеффри, и ее сердце невольно тронулось. Его слова по-прежнему легко пробуждали в ней надежду на будущее, но эти надежды всегда оставались лишь мечтами… Правда это или нет, но им было суждено не иметь будущего… На ее лице невольно отразились меланхолия и печаль, Ребекка Квентин в оцепенении смотрела на Говарда Джеффри. Заметив изменение в выражении лица Ребекки Квентин, Говард Джеффри не мог не спросить: «О чём ты думаешь?» Услышав его голос, Ребекка Квентин вернулась к реальности, снова приняла естественное выражение лица и спокойно сказала: «Интересно, примет ли меня когда-нибудь твоя мать?» Она понимала его проницательность, поэтому объяснила свою прежнюю меланхолию. Говард Джеффри тихо сказал: «Тебе не нужно беспокоиться, оставь все на меня, тебе нужно лишь чувствовать себя в безопасности, просто находясь рядом со мной». Ребекка Квентин прижалась к Говарду Джеффри и прошептала: «Хм». Они молча прижались друг к другу на мгновение, затем Говард Джеффри внезапно произнес: «Пора ехать в Y-Сити». Ребекка Квентин подняла глаза от объятий Говарда Джеффри и серьезно сказала: «Говард Джеффри, я не хочу ехать с тобой в город Y…» "Хм?" Говард Джеффри прищурился, наблюдая за ней и явно ожидая объяснения. Ребекка Квентин медленно произнесла: «На торжественном банкете в честь Оверски, безусловно, будут присутствовать многие руководители компании. Вы знаете, что эти руководители узнают меня, в их глазах я всегда была невестой мистера Джонса. Если я появлюсь там как ваша девушка, когда все будут указывать на меня пальцем, как, по-вашему, они воспримут мистера Джонса, и как будут выглядеть наши отношения?» «Мне всё равно, как они меня воспримут». «Возможно, вам всё равно, но мне не всё равно… Говард Джеффри, я не хочу снова оказаться в центре внимания, я просто хочу жить спокойной жизнью». ---------- Глава 303-163: Детка, жди моего возвращения (Часть 2) «Хорошо, мы не поедем в город Y. Мы останемся в Нью-Йорке». «Это я остаюсь в Нью-Йорке, а не мы». Ребекка Квентин спокойно встретила глубокий темный взгляд Говарда Джеффри: «Вы брат мистера Джонса. Как вы можете пропустить эту праздничную вечеринку?» «Но мне неудобно оставлять тебя одну в Нью-Йорке. Даже если я не пойду на вечеринку, ты можешь пойти со мной в Y City». Ребекка быстро покачала головой: «Путешествовать с ребенком неудобно, а ты вернешься через несколько дней. Обещаю, я буду послушно оставаться в квартире и не допущу, чтобы мы с Эндрю оказались в опасности». Выражение лица Говарда было мрачным. Ребекка повернулась, протянула руки, чтобы обнять Говарда за шею, и нежно прошептала: «Пообещай мне, пожалуйста?» Говард молчал, его темные глаза еще больше сузились в линию. «Смотри…» Она опустила воротник пижамы, обнажив шею и ключицы, и тихо посетовала: «Это всё твоя вина прошлой ночью. Если я пойду с тобой на вечернюю вечеринку в этих сексуальных платьях, люди будут смеяться надо мной, если увидят это…» Взгляд Говарда упал на следы любви на шее и груди Ребекки. Это действительно была его работа прошлой ночью. Спустя некоторое время Говард хрипло произнес: «Бекка, кажется, ты уже вчера вечером все спланировала…» Ребекка, не ожидая, что Говард раскусит её, была поражена. Она знала, что как бы хорошо она ни притворялась сейчас, он всё равно её раскусит. Поэтому она ответила: «Признаюсь, когда ты вчера упомянул о поездке в Y City, я колебалась. Поэтому, когда ты спросил меня вчера вечером, я не отказала… У меня было две причины не отказывать: во-первых, я хотела, чтобы ты знал, что мой отказ поехать с тобой в Y City не связан с желанием избегать тебя; и моё тело, и душа уже принадлежат тебе. Во-вторых, я хотела использовать следы, которые ты оставил на мне вчера вечером, чтобы убедить тебя позволить мне остаться в Нью-Йорке». Хотя она скрывала тот факт, что соблазнила его, всё, что он ей сказал, было правдой. Произнеся эту длинную фразу, Ребекка обнаружила, что выражение лица Говарда оставалось безразличным, как будто ничего не изменилось. Не понимая в данный момент мыслей Говарда, Ребекка невинно моргнула, внимательно разглядывая холодное и привлекательное лицо Говарда: «Ты ведь не сердишься на меня, правда?» "Что вы думаете?" Ребекка медленно опустила глаза и пробормотала: «В конце концов, ты ничего не потеряла…» Он ничего не потерял, наконец-то получив удовлетворение прошлой ночью и получив огромное удовольствие… из-за чего она сегодня почти не могла встать с постели. Увидев выражение подавленного гнева на лице Ребекки, суровое лицо Говарда постепенно смягчилось. Ребекка украдкой взглянула на него. Внезапно она подняла глаза, заметив едва заметную улыбку на его красивом лице, и робко спросила: «Значит ли это выражение, что ты не сердишься и позволишь мне остаться в Нью-Йорке?» Говард бросил на нее косой взгляд, его тонкие губы изогнулись в озорную улыбку: «Ты хочешь, чтобы я согласился за небольшую взятку?» "Хм?" Прежде чем Ребекка успела понять, что имел в виду Говард, её уже подняли и поставили на раковину. Ребекка вскрикнула от удивления: «Что ты делаешь?» «Вы не против дать еще немного взятки, не так ли?» "А?" Затем Говард прижался губами к губам Ребекки, стягивая с нее пижаму своей большой рукой. Ребекка крикнула: «Эй, разве ты не говорила, что спешишь в город Y?..» Час спустя. Ребекка лежала обнаженная под одеялом, крепко сжимая его в руках и сверля взглядом мужчину, неторопливо завязывающего галстук перед зеркалом в полный рост. После прошлой ночи и только что она чувствовала, будто ее тело разваливается на части… Он действительно не умел быть нежным!! Обжигающий взгляд сзади прижег тыльную сторону его ладони, словно огонь. Он улыбнулся и спокойно продолжил завязывать галстук. Внезапно он повернулся навстречу этому взгляду. Ребекка еще крепче сжала одеяло, ее взгляд стал еще более полным негодования, и она выпалила: «Черт возьми!» Говард сидел на краю кровати, глядя на надутое личико Ребекки, и находил его очаровательным. Он наклонился, чтобы поцеловать ее. Неожиданно Ребекка сердито отвернула лицо. Говард повернул лицо Ребекки, взял ее за подбородок и, без всяких сомнений, поцеловал ее в губы, нежно сказав: «Я попрошу Джейсона Вуда остаться здесь. Если что-нибудь случится, иди к нему». Ребекка отказалась отвечать из чувства злости. «Я ухожу». С этими словами Говард встал. Он не ушел сразу, а подошел к колыбели, посмотрел на спящего Андрея, поцеловал невинное личико ребенка, и только потом повернулся и ушел. Хотя Ребекка была разгневана, когда Говард уже собирался уйти, в её сердце возникло чувство нежелания. Она вдруг окликнула его: «Говард…» Говард остановился, повернулся и снова сел на край кровати, тихо спросив: «Что случилось?» Ребекка приподнялась, держа в руках одеяло, обняла Говарда за талию, прижалась головой к его спине и прошептала: «Уходи пораньше, возвращайся пораньше». Говард взял Ребекку за руку, легонько поцеловал тыльную сторону ее белоснежной ладони: «Береги себя, пока меня нет». "Мм." Увидев, как закрывается дверь, Ребекка, завернувшись в одеяло, перевернулась на другой бок. Вспоминая события прошлой ночи и до сегодняшнего утра, она покраснела, сердце замерло, что вызвало едва заметное изменение настроения. Она не понимала почему, но быть с ним по-прежнему было прекрасно. Она думала, что не будет по нему скучать, но в тот момент, когда он собирался уйти, она невольно остановила его, испытывая некоторое нежелание. Если то, что произошло прошлой ночью, было выбором, который ей пришлось сделать под давлением, она должна признать, что, когда она с ним, непреодолимое влечение — это самая искренняя реакция её организма… И в прошлом, и сегодня она никогда не испытывала отвращения, находясь рядом с ним… Иногда она действительно задумывается, как было бы замечательно, если бы они просто были вместе, но, увы… она никогда не поймет его сердца и никогда не испытает тех чистых чувств, которых желает. Эти мысли сменили хорошее настроение Ребекки на легкую грусть. Полежав некоторое время в постели, Ребекка села, откинув одеяло, и надела ночную рубашку, взятую с тумбочки. Как раз когда Ребекка собиралась пойти на кухню, чтобы приготовить себе что-нибудь поесть, у нее внезапно зазвонил телефон. Опасаясь разбудить Эндрю, Ребекка поспешно схватила телефон. Увидев число на экране, Ребекка улыбнулась и ответила: «Сестра». «Ребекка, ты мне звонила?» ---------- Глава 304-164: Детка, жди моего возвращения 3 «Да, в тот день я позвонил, чтобы рассказать вам о том, что компания „Oversky“ получила проект Hope City». «Извините, мой телефон сломался два дня назад, иногда он просто не может подключиться. Планирую скоро купить новый!» "Ой…" «Кстати, Бекка, у Оверски будет праздничный банкет, вы с Говардом Джеффри собираетесь прийти вместе?» «Я не поеду, он только что уехал в аэропорт». «Почему ты не придёшь?» Кристин Куинн очень хотела встретиться с Ребеккой Квентин, чтобы откровенно поговорить с ней по душам. «Причин много, сестрёнка, я не могу объяснить тебе сейчас. В основном, мои предыдущие отношения с мистером Джонсом создадут неловкую ситуацию, и я не хочу столкнуться со старой миссис Джеффри на банкете, ты же знаешь, она не любит меня видеть». Кристин Куинн глубоко вздохнула: «Вообще-то, старушка довольно милая, просто мы с тобой не любим…» «Кстати, сестрёнка, как у тебя дела с мистером Джонсом?» — Как развиваются наши отношения? — Кристин презрительно фыркнула. — Между нами никогда не было никакого так называемого развития. Конечно, я сейчас живу на его вилле, но мы почти не видимся. Даже если и видимся, то только чтобы обсудить Мари, никаких эмоций говорить не приходится. «Сестра, вообще-то, это Джейсон Вуд…» «Ладно, Бекка, больше ничего не говори, никто не знает Скайлера Джонса лучше меня. Наверное, лучше тебе не приезжать в Y City, чтобы избежать встречи с ним. Если он будет тебя донимать, мне придётся волноваться за тебя». Ребекке Квентин и в голову не приходило, что ненависть Кристин Куинн к Скайлеру Джонсу настолько глубоко укоренилась, поэтому она решила больше ничего не говорить. Она всегда считала, что отношения — это дело двух людей; сколько бы хороших слов она ни говорила о Скайлере Джонсе, если мнение Кристин Куинн о нем не изменится, все будет напрасно. Затем Ребекка Квентин сменила тему: «Сестра, я хочу задать тебе вопрос». «Хорошо, давайте». «Хочу спросить, знали ли вы до знакомства с Говардом Джеффри, что у него была девушка?» Кристин Куинн деликатно спросила: «Почему вы вдруг задаете мне этот вопрос?» «Нет, мне просто любопытно». «Нет, мне просто кажется странным, что вы на этот раз помирились с Говардом Джеффри. Раньше вы говорили, что ни при каких обстоятельствах не помиритесь с ним, а теперь вдруг изменили свое мнение, я немного обеспокоен…» «Сестра, ты же знаешь, отношения — это сложно… В любом случае, я не позволю себе страдать». «Я знаю, ты умная, но сейчас ты с Говардом Джеффри… Бекка, ты должна знать, что после стольких лет с Говардом я и не подозревала, что он уже знал, что я на стороне Скайлер Джонс. Его умение скрывать правду показывает, насколько глубоко укоренились его интриги. Я очень боюсь, что тебе будет тяжело с ним, но если он действительно тебя любит, я верю, что его привязанность к тебе не сравнится ни с одним мужчиной в этом мире». "Ха…" Его чувства? Такое далекое будущее, она даже не смела об этом думать. «На ваш вопрос я могу ответить прямо сейчас… До встречи с Говардом Джеффри я знал только, что вокруг него было много женщин. Что касается бывшей девушки, я никогда о ней не слышал». "Хм." «Бекка, ты одна в Нью-Йорке, помни, будь осторожна во всем и береги себя». "Я знаю." «Больше ничего не скажу, мне хочется спать, я иду спать». «Ладно, до свидания». Закончив разговор с Кристин Куинн, Ребекка Квентин села на край кровати, погруженная в собственные мысли. Возможно, это было потому, что последние несколько дней она спала с Говардом Джеффри и привыкла прижиматься к нему, чтобы согреться. Поэтому этой ночью, даже при включенном обогревателе, ей всю ночь было холодно. После бессонной ночи Ребекка Квентин проснулась на рассвете. Вскоре после того, как она встала, проснулся и Эндрю. Провести время с ребенком, переодеть его в чистую одежду, уложить спать, приготовить себе обед — утро пролетело в мгновение ока. Днём, пока Эндрю дремал, Ребекка Квентин бездельничала на диване в гостиной, листая журнал. Внезапно на ее телефон пришло текстовое сообщение. Ребекка Квентин взглянула на свой телефон… Я сейчас в кафе, у вас найдётся время зайти ко мне? В тот самый момент, когда Ребекка Квентин колебалась, читая этот текст, раздался звонок в дверь. Затем Ребекка Квентин удалила сообщение и встала, чтобы открыть дверь. Открыв дверь, она увидела стоящих там Джейсона Вуда и секретаря Сесили и слегка улыбнулась. Лиза Сесили сохранила формальный тон секретаря Сесили, уважительно сказав: «Мисс Квентин, Джейсон Вуд и я пришли узнать, нужно ли вам что-нибудь или есть ли у вас какие-либо указания». ---------- Глава 305-164: Детка, жди моего возвращения (Часть 3) Ребекка Квентин распахнула дверь шире: «Пожалуйста, войдите!» Лиза Сесили и Джейсон Вуд немедленно вошли в квартиру. Ребекка Квентин вежливо сказала: «Присаживайтесь!» Лиза Сесили и Джейсон Вуд не осмелились вести себя высокомерно в доме своей начальницы; они почтительно стояли перед Ребеккой Квентин. Теперь настала очередь Джейсона Вуда: «Мисс Квентин, если у вас есть какие-либо указания, не стесняйтесь обращаться к нам с просьбой их выполнить». Ребекка Квентин покачала головой: «На самом деле от тебя ничего не требуется». Лиза Сесили сказала: «Мисс Квентин, президент уехал в Нью-Йорк. Если с вами в Нью-Йорке случится хоть малейшая неприятность, то предстоящие дни будут трудными для Джейсона Вуда и для меня». Ребекку Квентин позабавили слова Лизы Сесили: «Если что-нибудь случится, я тебе позвоню». "Хорошо!" Джейсон Вуд сказал: «В таком случае мы больше не будем вас беспокоить». «Э-э, подождите минутку». Вспомнив ранее отправленное сообщение, Ребекка Квентин остановила Лизу Сесили и Джейсона Вуда, направлявшихся к двери. Обе одновременно обернулись, уважительно глядя на Ребекку Квентин. Ребекка Квентин подошла к ним и улыбнулась: «Вдруг я вспомнила, хочу выйти купить еды, холодильник почти пуст…» Джейсон Вуд быстро сказал: «Мисс Квентин, позвольте мне вас туда отвезти!» «Не нужно, я знаю, что совсем рядом есть супермаркет, я скоро вернусь. Не могли бы вы присмотреть за Эндрю, пока меня не будет?» Лиза Сесили с энтузиазмом сказала: «Не волнуйтесь, я тоже мать двоих детей, я знаю, как о них заботиться». "Спасибо." Ребекка Квентин остановила такси на обочине дороги и сказала водителю: «Да, кафе». Машина быстро подъехала к кафе, и у окна Ребекка Квентин увидела Элис Робинсон, элегантно потягивающую кофе. Когда Элис Робинсон нечаянно подняла глаза и увидела Ребекку Квентин, она не смогла сдержать улыбку. Ребекка Квентин села напротив Элис Робинсон. Элис Робинсон заговорила первой: «В прошлый раз, когда я вас приглашала, вы не пришли. Я думала, что и сегодня вы не придёте». Ребекка Квентин заказала чашку кофе и спокойно сказала: «Вы ошиблись. Я приходила в прошлый раз, но вы также пригласили Говарда Джеффри. Очевидно, вы хотели, чтобы я увидела ваш разговор с ним». Элис Робинсон поставила чашку кофе и тихо объяснила: «На самом деле, в тот день я изначально пригласила вас, но вы так и не пришли. Позже позвонил Говард Джеффри и спросил, где я, поэтому я сказала ему, что я в этом кафе. Я никогда не думала, что вы придете потом, и уж тем более не предполагала, что вы услышите разговор между Говардом Джеффри и мной». Тон Ребекки Квентин оставался спокойным: «Мисс Робинсон, вам не нужно притворяться передо мной. Понятно, что вы хотите быть с Говардом Джеффри, используя интриги, но я должна напомнить вам, что если вы действительно хотите завоевать сердце Говарда Джеффри, вам следует использовать меньше интриг, потому что он не любит интригующих женщин». На элегантном лице Элис Робинсон читалось недоумение: «Не понимаю, почему вы думаете, что я что-то замышляю, мисс Квентин?» Ребекка Квентин отпила глоток кофе, поданного ей официантом, и ответила: «В тот день, когда я собиралась уехать из Нью-Йорка, вы намеренно попросили встретиться в кафе, а затем сказали мне, что настоящим виновником смерти моей матери и мистера Робинсона на самом деле была старая миссис Джеффри, а не мой отец. Ваша цель заключалась в том, чтобы заставить меня остаться в Нью-Йорке и провести расследование. Таким образом, вы могли бы показать мне своими глазами, что вы беременны от Говарда Джеффри, и заставить меня расследовать дело его матери, тем самым вбив клин между ним и мной. В конечном итоге вы могли бы устранить меня как соперницу… какой же хорошо продуманный план у вас был». Элис Робинсон вдруг улыбнулась: «Мисс Квентин, вы меня действительно удивили. В прошлый раз, когда мы встречались, я не увидела за вашей мягкой внешностью такого мудрого ума». Ребекка Квентин сразу перешла к делу: «Вы пригласили меня сегодня, чтобы узнать, почему я встречаюсь с Говардом Джеффри, верно?» «Именно так… Я ожидала, что ты останешься в Нью-Йорке, но не думала, что ты выберешь быть с ним». «Всё просто: он признался мне в аэропорту, перевёз меня, поэтому я захотела дать нам шанс». Элис Робинсон нахмурила брови: «Неужели вас действительно не волнует, что у меня есть ребенок от Говарда Джеффри?» На лице Ребекки Квентин появилась спокойная улыбка: «А почему меня это должно волновать? Говард Джеффри сказал, что обо всем позаботится, если я буду рядом с ним». «Он также рассказывал вам, что в тот день, когда я собиралась сделать аборт, он приехал вовремя, чтобы позволить мне оставить ребенка?» В этот момент взгляд Ребекки Квентин был прикован к кофейной чашке в руке Элис Робинсон. Элис Робинсон заметила взгляд Ребекки Квентин и тут же объяснила: «Ой, извините, это не кофе; это сухое материнское молоко, которое я специально принесла в кафе для приготовления». Сказав это, Элис Робинсон поставила чашку перед Ребеккой Квентин. В поле зрения Ребекки Квентин это действительно было белое молоко. Представив выражение лица Говарда Джеффри, когда он услышал, что Алиса планирует аборт, Ребекка Квентин почувствовала сильную боль в сердце, но, сохраняя невозмутимое выражение лица, легкомысленно произнесла: «Мисс Робинсон, вы еще даже не гордитесь тем, что родили ребенка от Говарда Джеффри. Так вы считаете, что мне следует подождать, пока я займу положение леди Джеффри, ведь я уже родила ему наследника?» Элис Робинсон похвалила: «Мисс Квентин, вы действительно остроумны…» В этот момент Ребекка Квентин встала, без тени гнева или обиды, и произнесла необычайно грациозным голосом: «Простите, мисс Робинсон, мне пора идти. Спасибо за кофе… Надеюсь, мисс Робинсон, вы больше меня не пригласите, потому что я не приду. И наконец, дружеское напоминание: если вы действительно хотите быть с Говардом Джеффри, вам не следует нападать с моей стороны, а лучше подумать о том, как ему угодить». С этими словами Ребекка Квентин выпрямилась и вышла прямо из кафе. Никто бы не догадался, что, выйдя из кафе, Ребекка Квентин постепенно потеряла свой блеск в глазах, гордость и высокомерие на ее лице внезапно исчезли, взгляд ее постепенно рассеялся, и она, казалось, внезапно лишилась сил, выглядела потерянной и подавленной. Она была далеко не такой сильной, какой казалась на первый взгляд. Когда мы разговаривали с Элис Робинсон, никто не догадывался, какая горечь захлестнула её горло… Он действительно оставил себе ребенка Элис Робинсон? Хотя она и почувствовала облегчение за невинного ребенка в животе Алисы, ей было жаль себя… Она даже позволила себе поддаться влиянию такого лживого человека, человека, каждое слово которого — ложь, ни одному слову которой нельзя доверять… Он сказал, что не был с Элис Робинсон, но теперь она родила ему ребенка. Он сказал, что хочет быть только с ней и их ребенком в будущем, но пусть Элис родит ему ребенка… ---------- Главы 306-165: Он позволяет ей уходить в любое время (Часть 1) Насколько искренни его чувства к ней? Если он её не любит, зачем тогда говорить эти лицемерные слова… Она, сама того не подозревая, вернулась в его квартиру. Понимая, что Джейсон Вуд и Лиза Сесили все еще находятся в квартире, и чтобы они не увидели ее расстроенного состояния, она сделала несколько глубоких вдохов, чтобы привести мысли в порядок. Затем Ребекка Квентин достала ключ и открыла дверь. Не увидев Джейсона Вуда и Лизу Сесили в гостиной, Ребекка Квентин небрежно поставила купленные в супермаркете продукты и направилась в комнату. Еще до того, как приблизиться к комнате, она смутно услышала голоса, доносившиеся изнутри. «Джейсон, сын генерального директора, такой милый…» «Да, он очень похож на босса!» «Я тоже так думаю. Он наверняка станет таким же красивым, как генеральный директор, в будущем… Я действительно восхищаюсь мисс Квентин. Она пережила столько трудностей, в одиночку преодолевая боли беременности и родов. К счастью, теперь генеральный директор ее очень ценит, так что все ее страдания не были напрасными, и она наконец-то может быть с генеральным директором». Джейсон Вуд не ответил. Лиза Сесили не удержалась и спросила: «Эй, почему ты не делишься своими мыслями?» Джейсон Вуд мягко приоткрыл рот: «Очевидно, что босс неравнодушен к мисс Квентин». Лиза Сесили поспешно кивнула: «Знаете, что спросил меня тогда генеральный директор в компании? Он спросил, бессильны ли мужчины перед женщинами, которые им нравятся. Вы не представляете, в каком хорошем настроении он был тогда; даже я чувствовала его симпатию к мисс Квентин…» «Да, благодаря мисс Квентин, настроение босса улучшилось. Раньше, когда мисс Квентин не было рядом, босс всегда был в плохом настроении, и даже я не осмеливался ему что-либо сказать». Лиза Сесили вдруг серьезно сказала: «Однако я слышала, что старая миссис Джеффри не одобряет отношения генерального директора с мисс Квентин». «Да, у старушки всегда было предубеждение против мисс Квентин». «Согласится ли пожилая миссис Джеффри на то, чтобы генеральный директор был с мисс Квентин?» «Даже если старушка не одобряет, она должна согласиться. Начальнику нужна только мисс Квентин». "Джейсон—" Внезапный голос прервал разговор Джейсона Вуда и Лизы Сесили. И Джейсон Вуд, и Лиза Сесили были удивлены, увидев Ребекку Квентин, стоящую в дверях. Ребекка Квентин подошла к Джейсону Вуду и серьезно спросила: «Джейсон, ты только что сказал, что Говард Джеффри заботится обо мне. Пожалуйста, скажи мне, что он сделал, чтобы показать, что он заботится обо мне?» Джейсон Вуд тихо ответил: «Мисс Квентин, разве есть какие-либо сомнения в том, что босс заботится о вас?» «Нравлюсь ли я ему?» — усмехнулась Ребекка Квентин, глупо посмеиваясь. — «Мне бы очень хотелось узнать, как ему удается удерживать меня в своем сердце». Возможно, из-за того, что Ребекка Квентин повысила голос, Эндрю, который лежал в кроватке и смотрел вверх, испугался и тут же начал плакать… Затем Лиза Сесили взяла Эндрю из кроватки и, осторожно уговаривая его, пошла в гостиную. Джейсон Вуд сказал: «Мисс Квентин, я могу ответить на любые ваши вопросы от имени генерального директора». Ребекка Квентин глубоко вздохнула и обвиняющим тоном спросила: «Хорошо, позволь мне спросить, когда ты сказала, что он обо мне заботится?» Джейсон Вуд ответил: «От начала до конца». «Это невозможно. Если бы он действительно заботился обо мне, он бы не обманывал меня снова и снова». «Мисс Квентин, если вы говорите, что забота начальника о вас не была очевидна в течение двух лет вашего брака, я согласен, но спустя четыре года после вашей новой встречи его забота о вас стала настолько явной». «Почему я вообще ничего не вижу?» — Ребекка Квентин несколько раз покачала головой. — «Невозможно…» «Когда ты вовлечен в ситуацию, трудно все ясно увидеть, но сторонний наблюдатель все прекрасно понимает, мисс Квентин. Позвольте мне привести пример, который, на мой взгляд, лучше всего отражает то, как сильно босс вас ценит». Ребекка Квентин отчаянно пыталась сохранять спокойствие: "Скажи мне". «Помнишь, как однажды в городе Y к тебе в дверь постучал начальник?» «Я помню». Конечно, она помнила. В ту ночь он был немного пьян, говорил непонятные вещи в ее квартире, а позже заснул там. «На самом деле, генеральный директор редко напивается, даже на самых важных мероприятиях, но в тот вечер он был пьян… Знаете, почему он напился?» Ребекка Квентин недоуменно покачала головой. «Потому что в тот день босс видел, как вы с мистером Джонсом страстно целовались в холле отеля «Оверски»…» Поцелуй? Как такое возможно? «Теперь доказано, что интимный «поцелуй» был инсценирован мистером Джонсом на глазах у босса. Между вами ничего не было… Но в тот момент босс неправильно понял ситуацию, и из-за этого весь день был в плохом настроении. В тот вечер, развлекая Робинсона, босс выпил много алкоголя, поэтому он сильно напился, но даже в пьяном виде он продолжал звать вас по имени и просил меня отвести его к вам… Говорят, что только когда человек пьян, он раскрывает свои истинные чувства, и в этом случае реакция генерального директора была самой искренней». ---------- Главы 307-165: Он позволяет ей уходить в любое время Услышав упоминание об этом от Джейсона Вуда, Ребекка Квентин наконец вспомнила о ситуации той ночи... Действительно, как сказал Джейсон Вуд, в тот вечер он был очень пьян и, придя к ней в квартиру, начал бормотать всякую чушь... Она вспомнила, как в ту ночь он ласково называл ее «детка», словно они никогда и не расставались. «Если это была его настоящая реакция, почему он на следующий день выгнал меня из города Y?» «Потому что, проще говоря, босс осознавал свои чувства к тебе, но не думал о том, чтобы провести с тобой всю жизнь, и он боялся, что у тебя могут возникнуть отношения с мистером Джонсом, поэтому он заставил тебя уйти». Услышав слова Джейсона Вуда, Ребекка Квентин замолчала. Джейсон Вуд продолжил: «После того, как вы поехали в Олден, босс вернулся в Нью-Йорк. Хотя он знал, что вы находитесь совсем рядом, у него не хватило смелости вас найти... Позже, узнав о вашей беременности, он воспользовался возможностью и полетел в Олден». «Вы бы должны были почувствовать, что произошло потом… Президент продолжал навещать Олдена каждые несколько дней, несмотря на ваши постоянные отказы». «Тогда зачем он хотел подписать со мной соглашение?» Джейсон Вуд тут же ответил: «Президент не хотел подписывать с вами соглашение, но хотел обуздать собственное желание приехать к вам. Однако он не смог остановиться и всё глубже погружался в это, в конце концов решив, что хочет быть с вами… Поэтому босс придумал план, как убить двух зайцев одним выстрелом, назначив дату своей свадьбы с мисс Робинсон на ваш предполагаемый день родов. Если вы родите в эти дни, босс сможет использовать давление со стороны СМИ, чтобы избежать брака с Элис Робинсон… Таким образом, он сможет всё объяснить миссис Джеффри и предотвратить заключение нежелательного брака с мисс Робинсон». Услышав историю Джейсона Вуда, Ребекка Квентин долгое время была потрясена. Она вспомнила, что во время их пребывания в небольшой гостинице в Олдене он сказал ей, что выбрал дату ее предполагаемых родов в качестве даты своей свадьбы, чтобы подготовиться к их будущему... Она всегда думала, что он ей лжет, и даже не представляла, что правда окажется именно такой, какой он ее описал... В этот момент вошла Лиза Сесили, держа на руках Эндрю, и сказала: «Мисс Квентин, хотя я и не была, как Джейсон Вуд, сопровождавшим президента каждый день, я могу подтвердить, что каждый раз, когда президент приезжал к вам в Олден, он был в отличном настроении, но как только возвращался, его настроение резко менялось. В последнее время, если бы вы не вернулись к президенту, вся наша компания ходила бы на цыпочках!» «Если то, что вы говорите, правда, то что насчёт него и Алисы...» С женской точки зрения, Лиза Сесили высказала следующее: «Мисс Квентин, если что-то непонятно, почему бы не спросить президента напрямую? Только получив ответ от самого президента, вы узнаете о его истинных чувствах!» Слова Лизы Сесили поразили Ребекку Квентин как тревожный звонок, оставив ее в ошеломленном молчании. Ночь. Ребекка Квентин лежала в постели, задумчиво глядя в потолок. Ее мысли были заняты разговорами, которые она вела ранее с Элис Робинсон и Джейсоном Вудом... Всякий раз, когда она думала об Элис Робинсон, ей казалось, что ему на нее наплевать, но когда она думала о Джейсоне Вуде, ее восприятие его несколько менялось... Она всегда настаивала на том, чтобы не быть с ним, потому что сомневалась в его искренности по отношению к ней. Однако, проведя с ним столько дней, она, если бы не инцидент с Элис Робинсон, действительно поверила, что он был искренен... Она сказала, что не будет регистрировать брак; он согласился. Она хотела пробный брак; он согласился. Она сказала, что никаких интимных отношений до регистрации; он не принуждал ее, пока накануне вечером она наконец не позволила... Учитывая слова Джейсона Вуда и его нынешнюю нежность к ней, стоит ли ей доверять ему еще раз? Внезапный звонок телефона нарушил ночную тишину и прервал мысли Ребекки Квентин. Ребекка Квентин пришла в себя и потянулась за телефоном на прикроватной тумбочке. Она включила экран и увидела номер, нажала кнопку ответа и поднесла телефон к уху: «Здравствуйте...» Глубокий, притягательный голос Говарда Джеффри раздался в трубке: «Дорогая, ты спишь?» Ребекка Квентин тихо ответила: «Пока нет». Говард Джеффри спросил: «В Нью-Йорке уже так поздно, почему вы не спите?» Ребекка Квентин призналась: «Мне очень холодно в одиночестве; я не могу спать». «Ты наконец-то осознал преимущества совместного сна с кем-то», — усмехнулся Говард Джеффри. «Ммм». «Я вернусь как можно скорее; потерпите ещё одну ночь». Ребекка Квентин вдруг широко раскрыла глаза: «Ты можешь прийти завтра вечером?» Голос Говарда Джеффри стал глубоким и нежным: «Да, детка, ты знаешь, как сильно я по тебе скучаю?» "Я тоже по тебе скучаю." Прошло так много времени с тех пор, как она добровольно произнесла эти слова... Говард Джеффри выглядел недоверчивым и радостно воскликнул: «Что вы сказали? Я вас не расслышал!» Ребекка Квентин ответила дословно: «Я скучаю по тебе. Надеюсь, ты скоро вернешься, чтобы быть со мной. Мне тяжело без тебя». Говард Джеффри поцеловал Ребекку Квентин по телефону. «Дорогая, жди моего возвращения». Город Y. В тихом кабинете Скайлер Джонс сидел за своим столом, нахмурив брови от задумчивости. Его доверенный подчиненный, Джошуа Китс, вошел, поклонился и тихо позвал: «Мистер Джонс». Скайлер Джонс оторвал взгляд от своих размышлений и взглянул на подчиненного: «Как дела?» Джошуа Китс ответил: «Ничего не нашел». Скайлер Джонс прищурился и бросил на своего подчиненного косой взгляд: «Ничего не нашел?» Джошуа Китс кивнул: «Записи телефонных разговоров Элис Робинсон явно были обработаны; мы не можем отследить ее контакты». Глубокие глаза Скайлера Джонса потемнели, и он, казалось, снова погрузился в свои мысли. «Мистер Джонс, на ваш взгляд, какие отношения связывают мистера Джеффри и Элис Робинсон?» Скайлер Джонс покачал головой. Даже он не мог до конца понять... О чём на самом деле думал Говард Джеффри? Он уже встречался с Ребеккой Квентин, но почему же он связался с Элис Робинсон? ... Телефон постоянно вибрировал. Скайлер Джонс пришёл в себя, взял телефон и взглянул на экран. Увидев выведенное на экран число, Скайлер Джонс жестом предложил Джошуа Кицу уйти. Джошуа Китс тихо удалился от дел. После ухода подчиненного Скайлер Джонс нажал кнопку ответа. Он молчал, ожидая, что собеседник что-нибудь скажет. В этот момент телефон начал передавать намеренно измененный роботизированный голос: «Оверски». ---------- Главы 308-166: Он позволяет ей уходить в любое время (Часть 2) Скайлер Джонс не произнес ни слова. «Знаешь, я дал тебе слишком много времени, мое терпение на исходе… так скажи мне, сколько еще тебе нужно?» Скайлер Джонс холодно ответил: «Вы должны лучше меня знать, как трудно иметь дело с Говардом Джеффри». Роботизированный голос произнес: «Я доверяю вашему интеллекту, и вы должны прекрасно понимать слабости Говарда Джеффри, но вы потратили так много времени, не добившись результатов. Я начинаю сомневаться, что вы сейчас задумываетесь о своих братских отношениях с Говардом Джеффри». «С того самого дня, как моя мать выбрала Говарда Джеффри и оттолкнула меня, между нами не было никакой родственной связи». «Если это так, не заставляйте меня ждать больше… как вы знаете, я не очень терпелив. Если вы продолжите так тянуть время, боюсь, мне придётся сделать то, чего я бы не хотел, а это может означать, что я проведу остаток жизни в тюрьме за вас». «Я сделаю это как можно скорее». «Оверски, на самом деле с Говардом Джеффри довольно просто справиться. Нужно просто попасть ему в самое уязвимое место. Я же тебе говорил, его карьера непобедима, его единственная слабость — женщины». «Я следовал вашим советам, пытаясь саботировать отношения между Говардом Джеффри и Ребеккой Квентин и сблизиться с ней. Хотя это и не привело к каким-либо значительным результатам, по крайней мере, у Ребекки Квентин сложилось обо мне хорошее впечатление». «За более чем год вы добились лишь того, что у Ребекки Квентин сложилось о вас хорошее впечатление, и вы считаете это эффективным? Оверскай, пока Ребекка Квентин была с вами, у вас было столько возможностей использовать её, чтобы угрожать Говарду Джеффри. Почему вы этого не сделали?» Скайлер Джонс тихо ответила: «Потому что в то время я не могла быть уверена, действительно ли Говард Джеффри заботится о Ребекке Квентин. Я не хотела причинить боль невинным». «Ты не хочешь причинить боль невинной или не хочешь причинить боль Ребекке Квентин?» — в роботизированном голосе слышалась нотка гнева. — «Я не хочу, чтобы у тебя завязался роман». «Я не собираюсь заводить роман. Я всегда считал Ребекку Квентин слабостью Говарда Джеффри». Роботизированный голос явно выражал скептицизм: «Вы считаете Ребекку Квентин лишь слабостью Говарда Джеффри? Сомневаюсь. При первой встрече с Ребеккой Квентин вы явно уже нанесли ей ножевое ранение в грудь, но в итоге не стали наносить удар. Это показывает, что с первого взгляда вы не смогли решиться на это». Скайлер Джонс замолчал. «Оверски, ты когда-то знал слабое место Говарда Джеффри, но не использовал его достаточно эффективно из-за своих личных чувств к Ребекке Квентин. Это затянуло время, которое я хотел потратить на достижение успеха. Изначально я думал на этот раз дать тебе урок. Однако появилась новая возможность. Я понимаю, что ты мне все еще нужен». «Какая возможность?» — равнодушно спросила Скайлер Джонс. «Воспользуйтесь новой слабостью Говарда Джеффри». «Новая слабость?» — подозрительно спросила Скайлер Джонс. — «Вы имеете в виду Элис Робинсон?» «Да, теперь она самая важная женщина для Говарда Джеффри». «Полагаю, вы заметили разницу в характерах Говарда Джеффри и Элис Робинсон». Скайлер Джонс помолчала, прежде чем ответить: «Я также узнала, что Элис Робинсон беременна от Говарда Джеффри, и Говард Джеффри тайно позволил Элис Робинсон скрыть ребенка от Ребекки Квентин». «Похоже, вам пора переключить внимание с Ребекки Квентин». «Хм, я знаю, что делать». Наконец, роботизированный голос напомнил: «Мое терпение на исходе. Мне нужно быстрое решение. Если вы снова не сможете дать мне удовлетворительный ответ, думаю, вы знаете, к чему это приведет». Завершив разговор, Скайлер Джонс небрежно бросила телефон на стол. Да, прошло уже несколько лет, и его рычаги влияния всегда находились в руках этого человека, пол и возраст которого он до сих пор не знает. Этого загадочного человека в переводе на английский зовут Мистеримен, поэтому в частном порядке он всегда называл его «М». Он был в плену у «М» столько лет, но так и не смог раскрыть истинную личность «М». Это показало, насколько мудр и хитер был «М». Однако, что касается высказывания "М", о том, что Элис Робинсон сейчас является самой любимой женщиной Говарда Джеффри, он не согласился. Возможно, потому что изначально он испытывал чувства к Ребекке Квентин, он считал, что ни одна женщина в мире не может сравниться с ней. Поэтому он не думал, что Говард Джеффри бросит Ребекку Квентин ради Элис Робинсон, ведь чувства Говарда Джеффри к Ребекке Квентин всегда были очевидны. В тот момент он не стал спорить с «М», потому что считал, что должен с этим согласиться… ---------- Главы 309-166: Он позволяет ей уходить в любое время (Часть 2) «М» всегда хотел, чтобы он использовал Ребекку Квентин против Говарда Джеффри, чего он никогда не делал. Настоящая причина, как сказал «М», заключалась в том, что он не хотел причинить боль Ребекке Квентин… Теперь «М» хочет, чтобы он сменил цель, ясно указывая на то, что «М» считает, что Ребекка Квентин потеряла свою ценность, поэтому ему наконец-то не нужно беспокоиться о том, что «М» заставит его причинить вред Ребекке Квентин, чтобы шантажировать Говарда Джеффри. Хотя «М» заставляет его разобраться с Говардом Джеффри, он не может отрицать, что всегда хотел по-настоящему посоревноваться с ним. На этот раз он начинает дуэль с Говардом Джеффри… Он уверен, что после победы над Говардом Джеффри, разборки с «М» и завоевания расположения Ребекки Квентин, задача перестанет быть сложной. Подумав об этом, Скайлер Джонс взял телефон со стола и набрал несколько цифр. «Мистер Джонс», — почтительно обратился подчиненный по телефону. «Я хочу увидеть Элис, найти в Нью-Йорке несколько человек, которые могли бы „привезти“ её ко мне». "Да." Нью-Йорк. В один из неспешных послеобеденных часов Элис Робинсон сидела в гостиной и читала книгу о воспитании детей. Внезапно в дверь позвонили. Алиса тут же отложила свою книгу по воспитанию детей и встала, чтобы открыть дверь. В тот момент, когда она открыла дверь, она слегка замерла, и на ее лице расплылась удивленная улыбка: «Говард Джеффри». «Мне нужно кое-что вам сказать». Алиса тут же распахнула дверь шире: «Входите». Затем в квартиру Элис вошел Говард Джеффри. Алиса взволнованно спросила: «Ты сегодня вернулся из города Y?» Говард Джеффри подошел к окну от пола до потолка в квартире Элис и тихо ответил: «Хм». Элис подошла к Говарду Джеффри и спросила: «Где тётя? Я видела её по телевизору, как она ехала с тобой в город, чтобы отпраздновать победу мистера Джонса. Разве ты не вернулся с тётей?» Говард Джеффри спокойно ответил: «Я уже отправил её домой». Услышав это, взволнованное лицо Алисы внезапно померкло, и ее глаза разочарованно опустились: «Похоже, тетя на меня очень злится». Не пытаясь утешить Алису, Говард Джеффри холодно произнес: «Тебе нужно кое-что мне объяснить». Алиса быстро подняла глаза: "Хм?" Говард Джеффри повернул голову, его холодный взгляд был прикован к молодому и красивому лицу Алисы. — Вы договорились встретиться с Ребеккой Квентин в тот день, когда она планировала вернуться в Олтон? Во время этой поездки в город Y, поскольку он не был уверен, что она останется одна в Нью-Йорке, он тайно послал людей, чтобы они постоянно её охраняли, и только тогда узнал, что она поддерживает связь с Алисой. Зная, что это дело рано или поздно раскроет Говард Джеффри, Элис глубоко вздохнула и слегка кивнула: «Да, в тот день я тайно договорилась о встрече с мисс Квентин». Взгляд Говарда Джеффри, устремленный на Алису, стал холоднее. Элис опустила глаза и спокойно призналась: «В тот день я знала, что ты поедешь в аэропорт, чтобы перехватить мисс Квентин, я просто хотела помочь тебе удержать её в Нью-Йорке». Выражение лица Говарда Джеффри оставалось строгим: «Что вы ей сказали?» Алиса честно ответила: «Я солгала ей, сказав, что, сопровождая тетю, я случайно узнала, что смерть ее матери тогда была связана с тетей. Я знала, что, услышав это, она точно не уедет из Нью-Йорка спокойно…» В темных глазах Говарда Джеффри мелькнула нотка гнева: «Кто позволил тебе так лгать и обманывать ее?» Элис подняла глаза, чтобы посмотреть в гневный взгляд Говарда Джеффри, и медленно ответила: «Если бы я не солгала, чтобы удержать мисс Квентин, как вы думаете, она бы действительно помирилась с вами?» Ястребиные темные глаза Говарда Джеффри были устремлены на Алису. Голос Элис слегка дрогнул: «За тот год, что мы были вместе, хотя ты и не испытывал ко мне настоящих чувств, я всегда представляла себе наше будущее… Я знала, что ты часто ездил в Олтон к мисс Квентин, но я всё думала, может быть, тебя беспокоил только ребёнок, которого она носила, а не сама мисс Квентин. Но позже, даже после того, как она родила, ты всё равно прилетел в Олтон… Говард Джеффри, я не глупая. Наша свадьба превратилась в такой фарс, я знала, что это ты устроил ради Ребекки Квентин. Хотя я была убита горем, я понимала, что чувства нельзя заставить, поэтому я не злилась на тебя. В те дни, когда ты был в Олтоне, сопровождая Ребекку Квентин, я всё думала, воссоединитесь ли вы с мисс Квентин. Позже я была очень потрясена, узнав, что ты вернулся один, потому что не могла представить, что в этом мире есть кто-то, с кем ты не сможешь справиться. Когда мне было тебя жаль, я услышала, что мисс Квентин приехала в Нью-Йорк…» Йорк ради ребенка, чтобы найти тебя. В тот момент я подумала: если бы только ты могла оставить мисс Квентин у себя. Но в тот день, когда я сопровождала своего дядю в «Скайтоп», я нечаянно подслушала, как ты инструктировала Джейсона Вуда остановить мисс Квентин от поездки в аэропорт, и только тогда я поняла, что мисс Квентин тебя не простила… Как женщина, я понимаю решимость мисс Квентин после того, как ей причинили боль, но я сочувствую тебе за то, что ты так много думала о Ребекке Квентин…» Выслушав объяснение Элис, Говард Джеффри по-прежнему холодно спросил: «Значит, вы договорились о встрече с Ребеккой Квентин?» Алиса слегка кивнула: «Да». Проницательный взгляд Говарда Джеффри пронзил лицо Алисы: «Так о чём вы говорили, когда встретились вчера?» Тон Алисы оставался медленным и мягким: «Вчера я хотела проверить мисс Квентин, чтобы понять, осталась ли она из-за расследования дела своей матери или из-за вас». «Это вас не касается!!» «Конечно, я хочу знать… Тот день, когда ты пришла в больницу и попросила меня оставить ребенка, вновь вселил в меня надежду, заставил меня думать, что у нас еще есть шанс, поэтому я не могла удержаться от желания узнать, не возник ли разлад между тобой и Ребеккой Квентин… Признаю, мой тон был неуместен, когда я разговаривала с Ребеккой Квентин в тот день, но я не смогла взять верх. Одна ее фраза, сказавшая, что она уже родила тебе наследника, лишила меня дара речи…» Произнеся последнюю фразу, Алиса уже задыхалась от эмоций и не смогла продолжить. Взглянув на слегка покрасневшие глаза Алисы, холодное и привлекательное лицо Говарда Джеффри немного смягчилось, но в его тоне по-прежнему не было ни капли теплоты: «Береги себя, я не хочу видеть, как кто-то замышляет что-то недоброе за моей спиной». Алиса глубоко вздохнула, подавляя боль в сердце, и ответила: «Не волнуйся, я не буду». Ребекка Квентин дремала после обеда… Во сне она почувствовала, как кто-то нежно коснулся её губ; тёплые губы и знакомое дыхание заставили Ребекку Квентин постепенно приоткрыть свои длинные ресницы… В этот момент Говард Джеффри уже непроизвольно произнес слова, его взгляд был прикован к ее сонному лицу. Увидев в своем затуманенном сознании знакомое красивое лицо, Ребекка Квентин постепенно очнулась, потерла глаза, убедилась, что не ошиблась, и внезапно села, радостно воскликнув: «Ты вернулась?» Говард Джеффри сидел на краю кровати и не отвечал Ребекке Квентин, выражение его лица почти не менялось, а взгляд по-прежнему был прикован к ней. Ребекка Квентин внезапно протянула руку и обняла Говарда Джеффри: «Я так по тебе скучала…» Она прижалась к его плечу, крепко обнимая его, чувствуя его дыхание и тепло его тела. ---------- Глава 310-167: Элис Робинсон благословляет себя и Говарда Джеффри. Однако сегодняшняя атмосфера показалась немного странной, потому что даже после долгого ожидания Джеффри не ответил на объятия Бекки. Бекка наконец медленно отпустила Джеффри, посмотрела на его лицо, которое оказалось не таким нежным и красивым, как она себе представляла, и тихо спросила: «Что случилось?» Джеффри наблюдал, как взгляд Бекки постепенно потемнел, и вдруг она произнесла: «Если бы Элис не обманула тебя, сказав, что в смерти твоей матери есть что-то еще, ты бы осталась здесь?» «Обманывать?» — Бекка была в шоке. — «Она меня обманывала?» «Вы, должно быть, обыскали каждый ящик в моем кабинете в надежде найти доказательства того, что я могла случайно оставить дома информацию о том, что моя мама общалась с вашей мамой». Рано утром, зная, что он вернется вечером, она обыскала его кабинет, но ничего не нашла. "Я…" «Бекка, неужели мое обещание для тебя так незначительно?» — в глазах Джеффри читалась боль, голос был хриплым. Не в силах отрицать, что она не дорожила его обещанием, Бекка медленно опустила взгляд. "Ха…" — Джеффри вдруг саркастически рассмеялся. — "Оказывается, в ту ночь ты была со мной только потому, что не хотела ехать со мной в город на следующий день, чтобы объявить всему миру о нашем примирении… Бекка, оказывается, я могу быть наивным, думая, что ты действительно готова отпустить прошлое…" Бекка подавила боль, сжимавшую ее сердце: "Ты и меня обманул, не так ли?" "Неужели?" Бекка подняла взгляд: «Ты говорил, что у вас с Элис ничего нет, а на самом деле она уже беременна твоим ребенком». Их взгляды встретились, выражение его лица было напряженным и холодным. В последние дни нежность и любовь в его глазах постепенно исчезали… Почему он все-таки пришел ее допрашивать? Разве не она должна была его допрашивать? Джеффри спокойно выпалил сквозь стиснутые зубы: «Если у тебя есть сомнения, почему бы не спросить меня? Если ты не веришь моим словам, зачем притворяться, что любишь так сильно?» Бекка с трудом сдерживала слезы, готовые вот-вот хлынуть наружу: «Да, я притворяюсь, что люблю тебя всем сердцем, но с того дня, как я одна прилетела из города Y в Алтон, у меня перестали быть какие-либо иллюзии о тебе…» Между ними воцарилась, казалось бы, вечная тишина. Наконец, Джеффри мрачно рассмеялся; его смех звучал саркастически и в то же время печально. «Я никогда не думал, что твои отношения со мной будут такими натянутыми… Прости, я всегда забываю учитывать твои чувства, но на этот раз я не буду тебя останавливать. История с твоей матерью — всего лишь выдумка Алисы, я докажу тебе, что это неправда, и как только ты узнаешь правду, можешь уйти в любой момент». Глубокой ночью. Перед окном от пола до потолка стояла холодная и гордая фигура. Свет в офисе был выключен, и свет городских звезд перед стеклянной завесой превратился в едва заметные точки, слабо освещая серьезное и красивое лицо мужчины, равнодушное и отстраненное. Джейсон Вуд и Лиза Сесили стояли в четырех-пяти метрах позади мужчины, их взгляды были прикованы к этой гордой фигуре. Стараясь говорить громко и не беспокоить учителя, погруженного в размышления у окна, Лиза прошептала Джейсону, сидевшему рядом: «Уже так поздно, президент ведь не будет отдыхать сегодня вечером в кабинете, правда?» Джейсон по-прежнему смотрел перед собой и качал головой. Лиза тихо вздохнула: «Президент только сегодня днем ​​вернулся из города Y, он должен был быть дома, сопровождая мисс Квентин, но президент приехал в компанию сегодня днем… Все и так боятся президента, а сегодня, увидев его с мрачным лицом, все замолчали еще больше, отчего в компании воцарились тревога и беспокойство». Джейсон долго молчал: «Наверное, поссорился с мисс Квентин». Лиза согласно кивнула: «Полагаю, да; президента никогда не беспокоили деловые вопросы, единственное, что может его беспокоить, это мисс Квентин». Джейсон снова молчал. Лиза снова спросила: «Еще пару дней назад все было хорошо; почему они вдруг поссорились? Когда мы вчера виделись с мисс Квентин, и вы упомянули ей президента, мисс Квентин, похоже, совсем не была равнодушна!» В то же время. Бекка наклонилась, чтобы поправить одеяло для спящего Эндрю, затем села у кровати и стала любоваться спокойным спящим лицом ребенка. Внезапно она схватила телефон и взглянула на него. На экране телефона отображалось время, приближающееся к рассвету. Бекка глубоко вздохнула, успокаивая горечь в сердце, затем положила телефон на прикроватную тумбочку и медленно легла на кровать. В ее голове снова пронеслись слова, которые он ей сказал в тот день. Я никогда не думал, что твоё присутствие рядом со мной кажется таким натянутым… Ты можешь уйти в любой момент. ---------- Глава 311-167: Элис Робинсон благословляет себя и Говарда Джеффри вместе_2 На самом деле, даже если бы он ничего не сказал, у неё уже были планы уйти; изначально она осталась, чтобы выяснить, правда ли утверждение Алисы о том, что смерть её матери была связана со скрытыми истинами. Однако теперь ей больше не нужно было оставаться по этой причине… После того как он покинул квартиру днем, он приказал кому-то доставить ей документ. Этот документ представлял собой частное расследование Говарда Джеффри, основанное на изучении записей автомобильной аварии, в которой много лет назад пострадал его отец. Согласно полицейскому расследованию, причиной аварии стала неисправность тормозов. Из-за отказа тормозов автомобиль столкнулся с бронированным инкассаторским автомобилем. Не выдержав удара «Хамви», машина мгновенно загорелась и была уничтожена. К тому времени, как полиция извлекла мистера Джеффри и его мать из автомобиля, они были мертвы и неузнаваемы. Однако, согласно расследованию Говарда Джеффри, полиция установила, что причиной аварии стало преднамеренное вмешательство в работу тормозной системы. Но участвовавшие в этом полицейские забрали деньги её отца и переложили вину исключительно на проблемы с качеством автомобиля, оставив дело нераскрытым на долгие годы. Ее отец однажды признался, что организовал «несчастный случай», и миссис Джеффри не могла с ним сговариваться. Как бы сильно миссис Джеффри ни ненавидела свою мать, она все еще заботилась о мистере Джеффри, поэтому, пока существовали доказательства несчастного случая, миссис Джеффри не могла быть причастна к заговору с целью причинить вред своей матери или мистеру Джеффри. Теперь, когда Говард Джеффри рассказал ей правду о несчастном случае, стало ясно, что ее мать и мистер Джеффри были убиты ее отцом; никаких подозрений не осталось. Честно говоря, сегодня она почувствовала большое облегчение, узнав, что прошлый инцидент никак не связан с миссис Джеффри. Хотя миссис Джеффри больше не относилась к ней так же нежно и ласково, как раньше, она всегда будет помнить доброту миссис Джеффри по отношению к ней. Поэтому ее желание расследовать это дело было отчасти продиктовано желанием проверить утверждения отца, а отчасти – доказать невиновность миссис Джеффри. Факты доказали, что Алиса лгала ей… Алиса выдумала ложь исключительно для того, чтобы заставить ее остаться. Но почему Элис солгала ей? Разве это не усложнило бы отношения Элис с Говардом Джеффри, если бы она осталась? Отбросив все мысли, Ребекка Квентин заставила себя закрыть глаза, чтобы ни о чем другом не думать. Однако, как только она закрыла глаза, перед ее глазами предстали лишь образы Говарда Джеффри. Говоря об уходе, она по-прежнему не могла сделать это, не испытывая при этом никаких чувств… Рассказы Джейсона Вуда о нём вызвали у неё мурашки по коже… Она была искренне удивлена; раньше ей казалось, что его безразличие было искренним, но не совсем соответствовало действительности. Просто узнать об этом сейчас было уже слишком поздно. Между ними было слишком много препятствий… Неприятные воспоминания из прошлого, миссис Джеффри или нынешняя Элис — все это создавало непреодолимые трудности для ее желания быть с ним. Он сказал, что у неё есть вопросы, и почему бы не спросить его напрямую. Но разве он учел, что Алиса уже беременна от него? Какое бы объяснение он ни давал, она не могла преодолеть это препятствие. Какой смысл ей было спрашивать его? Когда он позвонил ей вчера вечером, она сказала, что скучает по нему; это были ее искренние чувства… В тот момент она очень по нему скучала и хотела услышать от него что-нибудь, что показало бы, что он о ней заботится, и даже надеялась на его возвращение сегодня… Но она не ожидала, что, вернувшись сегодня, он вместо вопросов начнет задавать вопросы. Она призналась, что ей стало неприятно, когда она услышала его тон в тот момент, что и побудило ее высказаться необдуманно… Кто бы мог подумать, что он скажет ей, что она "может уйти в любой момент"… Он не знал, что, когда он произнес эти слова, ее слезы уже потекли по щекам… В ту ночь Ребекка Квентин не могла уснуть. Спустя некоторое время она услышала, как открылась дверь, а затем и дверь спальни. По одним лишь шагам она поняла, что это он… Отвернувшись от него, она инстинктивно закрыла глаза, притворившись спящей. В ночной тишине он не включил свет. Она отчётливо слышала, как он ослабляет галстук и расстёгивает рубашку, а затем направляется в ванную. Лишь услышав шум льющейся воды из ванной, она медленно открыла глаза. В воздухе едва уловим был его приятный запах… Спустя некоторое время он вышел из ванной. Она продолжала притворяться, что крепко спит, отвернувшись от него боком. Внезапно он приблизился к ней… Её тело напряглось от неожиданности, и она быстро зажмурила глаза. Не услышав ни малейшего движения, она едва открыла глаза в темноте, чтобы посмотреть на него. В тусклом свете она увидела, как он стоит рядом с кроваткой и нежно целует Эндрю. Несмотря на многолетнее знакомство, она всегда считала его человеком с темным сердцем и совершенно не разбирающимся в эмоциях. И все же ей всегда казалось, что он по-настоящему отечески относится к Эндрю. После поцелуя Эндрю немного пошевелился, извиваясь своим маленьким телом в кроватке. Увидев очаровательные движения Эндрю во сне, Говард Джеффри тихонько усмехнулся. Ребекка Квентин молча наблюдала за ним, пока он не забрался в постель и не лёг рядом с ней. Хотя кровать была большая, и они оба спали на разных сторонах, она отчётливо чувствовала свежий запах после его недавнего душа и его приятный, от природы, аромат… Он не обнял её сразу, как делал это в предыдущие дни, теперь между ними словно возникла преграда. Несмотря на внутреннее разочарование, ее упрямый характер не позволял ей завязать с ним разговор. Она продолжала притворяться спящей, но все равно не могла уснуть. Совершенно неожиданно он притянул её к себе… Ее глаза тут же открылись, по всему телу пробежало напряжение… Ничего не говоря, он притянул её к себе, окутав своей аурой. Его только что вымытое тело все еще было холодным, и инстинктивно ей хотелось оттолкнуть его, но он не позволил ей этого, крепко обняв ее… Они оба молчали; один был напорист, другой сопротивлялся. Наконец, она решила сдаться, беспомощно прижавшись к нему в объятиях. Его объятия быстро стали теплее, и каким-то образом она, которая никак не могла уснуть, заснула, находясь в его объятиях, не в силах пошевелиться, но быстро уснув. На следующее утро Ребекка Квентин проснулась в соответствии со своими биологическими часами. Обычно в это время Эндрю просыпался и играл один в кроватке, поэтому она планировала встать после того, как откроет глаза. Но когда она подняла его руку, обнимавшую ее за талию, чтобы встать, она почувствовала напряжение в талии, и он потянул ее обратно на кровать. ---------- Главы 312–168: Единственная женщина, которую он любит, — это она. Она откинулась на кровать, повернула лицо и посмотрела на него. Он не открывал глаз, его красивое лицо излучало утреннюю нежность, и он пробормотал низким, хриплым голосом: «Ребенок еще спит, давай еще немного поспим». Она взглянула на кроватку и обнаружила, что Эндрю действительно все еще спит, поэтому легла, как он и предложил. Он почувствовал, что этого недостаточно, и вдруг, как и прошлой ночью, собственнически обнял ее… В десять утра Ребекка Квентин играла с Эндрю в гостиной. Говард Джеффри уже в девять часов ушел в офис. Она знала, что он очень занят; он провел в городе Y несколько дней и у него было много дел. Хотя перед уходом в офис он лишь сказал ей: «У меня может быть деловая встреча за обедом, и я не смогу вернуться», по какой-то причине ее настроение было намного лучше, чем накануне вечером. Уход за ребёнком не оставлял ей времени по утрам думать о проблемах в отношениях с Говардом. В глубине души она хотела просто плыть по течению. Однако, как это часто бывает, около полудня раздался звонок в дверь квартиры. Не раздумывая, кто это может быть, Ребекка Квентин взяла Эндрю на руки и пошла открывать дверь. Она открыла дверь и с некоторым удивлением увидела там Элис Робинсон. Элис Робинсон взглянула на слегка ошеломленную Ребекку Квентин, слабо улыбнулась ей, и ее взгляд быстро упал на Эндрю, который смотрел на нее большими круглыми черными глазами. Она выразила свою радость: «Мисс Квентин, это ваш с Говардом Джеффри ребенок, Эндрю?» Тон Ребекки Квентин был недружелюбным: «Чего вы хотите?» «Ты так долго в Нью-Йорке, а я еще не видела Эндрю. Я специально сегодня купила игрушки, чтобы приехать и навестить его». Ребекка Квентин взглянула на два пакета с игрушками в руке Алисы Робинсон и спокойно сказала: «Он еще маленький, не играет с игрушками». Элис Робинсон, похоже, это поняла, улыбнулась и сказала: «Мне очень стыдно… Когда дело касается игрушек для детей, я думаю только о них, совершенно забывая, что Эндрю чуть больше двух месяцев». Ребекка Квентин равнодушно ответила: «Я ценю ваши добрые намерения. У вас есть другие дела?» Элис Робинсон мягко улыбнулась, не отрывая взгляда от невинного лица Эндрю: «Эндрю очень похож на Говарда Джеффри. Как бы мне хотелось, чтобы мой ребенок был таким же милым, как Эндрю». Ребекка Квентин замолчала. Слова Элис Робинсон, казалось, напомнили ей о том, что Эндрю — сын Говарда Джеффри… После того, как Элис Робинсон некоторое время смотрела на Эндрю, ее взгляд наконец переключился на Ребекку Квентин, и она медленно произнесла: «Я пришла сегодня только повидаться с Эндрю, ничего больше… Мисс Квентин, я сейчас уйду». Ребекка Квентин не ответила. Элис Робинсон отнесла детские игрушки в квартиру, а затем повернулась, чтобы уйти. Ребекка Квентин уже собиралась закрыть дверь, когда случайно увидела, как Элис Робинсон, собиравшаяся войти в лифт, внезапно наклонилась и чуть не упала, но ей удалось вовремя ухватиться за стену. Проявив врожденную доброту, Ребекка Квентин, заметив, что Элис Робинсон все еще прислонилась к стене и выглядит нездоровой, вышла из квартиры, подошла к Элис Робинсон и с беспокойством спросила: «С тобой все в порядке?» Элис Робинсон покачала головой: «Я в порядке… Врач ранее диагностировал у меня тяжелую анемию, поэтому у меня часто кружится голова, но немного полежать, прислонившись к стене, будет нормально». Заметив очевидную бледность лица Элис Робинсон, Ребекка Квентин предложила: «Заходите и посидите немного, отдых вам поможет». Элис Робинсон кивнула и медленно направилась к квартире. В гостиной квартиры Элис Робинсон теперь опиралась на диван, и ее цвет лица вновь приобрел здоровый оттенок. Ребекка Квентин сидела напротив Элис Робинсон, держа на руках Эндрю, и спросила: «Анемия во время беременности — это довольно серьезно. Вы обычно следите за питанием и принимаете добавки железа?» Элис Робинсон погладила свой живот и тихо ответила: «Врач сказал, что у меня не очень хорошее здоровье, поэтому я всегда была очень осторожна. Каждый день повар готовит мне суп». Ребекка Квентин больше ничего не сказала. «Спасибо за вашу заботу». «Меня беспокоит только беременная женщина». Элис Робинсон слабо улыбнулась Ребекке Квентин: «Вообще-то, мы могли бы подружиться». Ребекка Квентин прямо ответила: «Извини, мне и в голову не приходило с тобой подружиться». Столкнувшись с холодом Ребекки Квентин, Элис Робинсон тихо вздохнула: «Мне очень жаль. В прошлый раз, когда мы виделись, я сказала тебе много резких вещей. Честно говоря, я никогда не хотела этого… Возможно, ты меня еще не понимаешь. Те манипулятивные приемы, о которых ты говорила, — я действительно не собиралась их использовать. В тот день я просто хотела тебя спровоцировать, а также посмотреть, насколько тебе на самом деле дорог Говард Джеффри». ---------- Главы 313–168: Единственная женщина, которую он любит, — это она (Часть 2) «Замышляете вы что-то или нет — меня это не касается, поэтому нет необходимости объяснять мне это подробно». Элис Робинсон посмотрела на Ребекку Квентин и серьезно сказала: «Мисс Квентин, я здесь сегодня, чтобы объяснить вам еще кое-что. Я придумала историю, связанную со смертью вашей тети и вашей матери, чтобы обмануть вас и удержать в Нью-Йорке». Услышав об этом, Ребекка Квентин рассердилась: «Я как раз собиралась спросить тебя, зачем ты это сделала?» Голос Элис стал мягко меланхоличным: «Мисс Квентин, верите вы этому или нет, я всегда относилась к чувствам спокойно, по течению… Мне нравится Говард Джеффри, но я знаю, что сердечные дела нельзя заставить. Поэтому, когда Говард снова и снова приезжал в Алтон, чтобы найти вас, я поняла, что его сердце никогда не принадлежало мне по-настоящему… Я завидую тому, как вам удается заставлять Говарда так сильно заботиться о вас, и все же я молча желаю вам обоим счастья… Конечно, я не настолько великодушна, чтобы наблюдать, как кто-то, кто мне нравится, встречается с другой женщиной. Я просто думаю, что если он счастлив, то и я буду счастлива. Поэтому те чрезмерные слова, которые я сказала вам в тот день, были лишь проверкой ваших чувств к Говарду. Видя, как вы разозлились в тот день, я думаю, что мое отступление было правильным решением…» Хотя слова Алисы в тот момент не убедили Ребекку до конца, мягкий тон и искреннее отношение заставили ее воспринять их как правдивые. «Раз уж я заговорила, расскажу вам всё… пожалуйста, не обращайте внимания на ребёнка, которого я ношу, это просто случайность. Мы с Говардом так долго были вместе, но никогда не жили вместе. Я не знала, как Говард попал ко мне в комнату той ночью, тем более с таким… желанием. Только на следующий день мы узнали, что тётя подсыпала снотворное в суп, который ему дала… Я беременна, но я никогда не думала о том, чтобы оставить ребёнка. Поэтому я солгала перед тётей, чтобы разорвать отношения ребёнка с Говардом; я просто не хотела разрушить ваши отношения с ним… Мисс Квентин, я сегодня вечером улетаю обратно во Францию ​​и больше никогда не буду перед вами и Говардом. Надеюсь, вы будете дорожить своими чувствами к нему и не разочаруете Говарда». Полдень. Ребекка Квентин играла в гостиной с Эндрю, когда внезапно услышала звук поворота замка. Обычно в это время Говард возвращался из компании, поэтому… Дверь открылась, и краем глаза она увидела знакомую высокую фигуру, но сделала вид, что не заметила, и продолжила играть с Эндрю. Эндрю от души смеялся над выходками Ребекки, оживляя атмосферу в гостиной. Ребекка наблюдала, как Эндрю радостно смеется, ее лицо сияло материнской теплотой… Говард стоял в дверях, с таким вниманием, словно завороженный, разглядывая давно забытую улыбку Ребекки, что это почти заворожило его. Ему потребовалось несколько мгновений, чтобы прийти в себя, закрыть дверь и подойти к ней. Ребекка, естественно, заметила приближающуюся высокую и стройную фигуру Говарда, но упрямо воздержалась от того, чтобы посмотреть на него. Говард сел рядом с ней, бросил ключи от машины на журнальный столик и тихо спросил: «Когда ему исполнится три месяца?» «Через девять дней», — ответила Ребекка, не отрывая взгляда от нежного лица Эндрю. Говард взял Эндрю из ее объятий и нежно поцеловал его мягкую, розовую щеку: «Тебе не кажется, что он все больше и больше похож на меня?» Ребекке хотелось закатить глаза. Нужно ли вообще было это говорить? Эндрю был его миниатюрной копией, что было очевидно любому. «Малыш, тебе нравится быть дома с мамой? Завтра папа отвезет тебя в компанию поиграть с дядями и тетями, хорошо?» — с отеческой нежностью спросил Говард. Яркие глаза Эндрю смотрели на отца, который бормотал что-то на детском языке: "@#￥￥％％％!…" Говард рассмеялся и спросил: «Что Эндрю хочет сказать папе?» Эндрю ответил: "…" Говард игриво истолковал этот бормотание: "Сестра?" Эндрю продолжил, издавая невнятные детские звуки: "…ах…." Обычно строгое лицо Говарда озарилось любящей улыбкой: «Значит, Эндрю хочет сестру, да? Что ж, папе тогда придётся много работать…» Слова Говарда мгновенно заставили лицо Ребекки покраснеть. Совершенно неожиданно Говард повернул голову и легонько коснулся губами розовой щеки Ребекки, прошептав: «Как отец, так и сын, мы оба любим девушек». После внезапного поцелуя лицо Ребекки покраснело еще сильнее, и она раздраженно возразила: «Если хочешь, тогда иди и получи!» Говард, хриплым голосом, смотрел на ее очаровательное лицо: «Для этого потребуется ваше согласие!» Ребекка потеряла дар речи, ее лицо уже покраснело до ушей. Зная застенчивость Ребекки, Говард не стал больше её дразнить, снова сосредоточившись на Эндрю: «Малышка, ну же, скажи „папа“…» Ужин приготовила сама Ребекка, пока Эндрю спал. Хотя Ребекка и приготовила блюдо для Говарда во время ужина, она не стала инициировать с ним разговор. Тем не менее, атмосфера за столом не была напряженной, вероятно, благодаря улучшению их настроения. После ужина Ребекка убирала посуду, когда Говарду позвонили по телефону, и он подошел к раздвижному окну. Ребекка уже собиралась отнести тарелки на кухню, когда ее взгляд упал на Говарда, стоявшего у окна и разговаривавшего по телефону. В последнее время он казался довольно занятым, часто обсуждая работу даже дома. Со спины от его фигуры все еще исходила холодная отстраненность и врожденная высокомерие, создавая ощущение дистанции. Но почему-то это ощущение дистанции для нее полностью исчезло. Она отчетливо помнила, каким холодным он был, как жестоко он заставлял ее «подчиняться», что это было незабываемо… Говард всегда был жестким человеком, но она не понимала, когда он начал менять свое поведение в ее присутствии. В тот момент Говард стоял, засунув одну руку в карман, и болтал и смеялся по телефону. Его непоколебимое положение в деловых кругах объяснялось его исключительными навыками налаживания связей. Наблюдая за его изящной манерой общения с деловыми партнерами на беглом английском языке, она была глубоко очарована его природной уверенностью и мастерством. Она полностью погрузилась в наблюдение, завороженная… Пока он, казалось, не заметил ее взгляда и не обернулся, вернув ее к реальности, когда она небрежно вошла на кухню. Мыла посуду на кухне, но Ребекка была рассеяна… На самом деле, быть с ним — это очень приятно… ---------- Главы 314–169: Она хочет уйти? Какое заблуждение! (Часть 1) Она всегда мечтала о том дне, когда они станут обычной семьей, где мужчина будет ходить на работу, а женщина будет заниматься домашними делами, совместно управляя семьей, но… В действительности же между ними существовало множество проблем. Это невольно напомнило ей о том, что сегодня ей сказала Элис Робинсон… Она действительно не знала, радоваться ей или грустить… Она почувствовала радость, потому что Элис сказала, что Говард Джеффри никогда особо не задумывался о ней, и это было утешительно услышать, но грусть была вызвана тем, что, даже если он не был заинтересован в Элис, у него все равно были с ней самые интимные отношения, какие только бывают между мужчиной и женщиной. Она призналась, что с детства находилась под опекой отца, и до встречи с Говардом она ничего не знала о взаимоотношениях мужчин и женщин, поэтому её характер всегда был консервативным и традиционным. Хотя она знала, что он не собирался заводить отношения с Элис, она всё равно не могла смириться с тем, что у него когда-то были с ней интимные отношения. Рассеянно закончив мыть посуду, Ребекка Квентин села рядом с детской кроваткой. Она долго размышляла, не принимая решения, испытывая все большее противоречие… В конце концов, лучшим выходом стало взглянуть на спящее лицо сына, и это заставило ее кое-что понять. Теперь для неё самым важным был ребёнок. У неё не было сил думать о чём-то другом, да и не хотелось. Пусть всё идёт своим чередом. Если нужно сделать выбор, пусть сделает это скоро, потому что она не хотела больше мучить своё сердце и затягивать это… Ребекка Квентин была настолько погружена в свои мысли, что не заметила, как в комнату вошел Говард Джеффри… Когда Ребекка Квентин почувствовала внезапные объятия за талию, она вернулась к реальности и инстинктивно повернула лицо навстречу взгляду Говарда Джеффри. Говард Джеффри посмотрел на слегка побледневшее при виде Ребекки Квентин и тихо спросил: «О чём ты думаешь?» Ребекка хотела поднять вопрос о его отношениях с Алисой, но, не сумев произнести ни слова, не смогла. Дело было не в том, что она боялась спросить, а в том, что она боялась его ответа. Как и в тот день, когда она сопровождала его навестить Алису в больнице, ей совсем не хотелось идти, потому что сердце было разбито. Однако она надеялась услышать в больнице другую правду, хотя и знала, что Алиса лжет. Она предпочла бы притвориться, что ничего не знает, и просто обмануть себя, думая, что ничего не знает. Теперь все было так же… Она очень боялась, что он ей признается, и не знала, как реагировать. Волноваться или притворяться, что ей все равно? Эти два варианта означали два разных исхода, и сейчас она не хотела делать выбор, потому что точно знала, какой выбор сделает… Ребекка осторожно вырвалась из объятий Говарда Джеффри, встала и тихо сказала: «Ни о чём не думаю… Пойду приму душ». Как раз когда Ребекка собиралась уйти, Говард Джеффри силой оттащил её назад. Прежде чем она успела среагировать, Говард Джеффри с молниеносной скоростью толкнул её на кровать. Ее руки были прижаты к земле и не могли двигаться, он плотно прижал ее к себе без малейшего зазора. Ребекка нервно затаила дыхание, тяжело вздымаясь, и настороженно посмотрела на Говарда Джеффри. Черные глаза Говарда Джеффри стали еще более загадочными и глубокими из-за ночи. Он немигающим взглядом смотрел на напряженное лицо Ребекки Квентин, его голос, хриплый от подавленных эмоций, звучал так: «Почему ты даже не хочешь сказать мне еще несколько слов?» «Дело не в том, что я не хочу, я просто не знаю, что тебе сказать». «У вас ведь столько вопросов ко мне?» «Если я спрошу тебя, что это изменит?» — спросила Ребекка легким тоном, намеренно скрывая свое разочарование и печаль. Говард Джеффри внезапно отпустил Ребекку, стиснув зубы, и сказал: «Похоже, ты не собираешься продолжать со мной отношения!» Ребекка встала с кровати, ее взгляд упал на холодное лицо Говарда Джеффри, и она тихо спросила: «Мы можем продолжить?» Говард Джеффри внезапно схватил ослабевшую Ребекку за плечи: «Почему мы не можем?» Ребекка резко вырвалась из объятий Говарда Джеффри и холодно сказала: «Ты берёшь всё, что хочешь, когда хочешь, и бросаешь это, как мусор, когда оно тебе не нужно. Говард Джеффри, если это твоё отношение к отношениям, извини, я больше не могу это терпеть». Говард Джеффри яростно крикнул: «Черт возьми, неужели ты не видишь, как я изменился ради тебя за эти дни?» Глаза Ребекки быстро наполнились обидой и покраснели: «Да, ты изменился, и я также знаю, что ты, возможно, очень хочешь быть со мной… Но, Говард, ты подумал о том, сколько проблем между нами? Даже если я буду с тобой, сможет ли твоя мать принять меня?» ---------- Глава 315-169: Она хочет уйти? Какое заблуждение! (1) «Я сказала, что решу проблему своей матери, вам не нужно об этом беспокоиться». «Тогда как вы планируете решить вопрос о том, чтобы у вас с Алисой появился ребенок?» «Я же тебе уже объяснил, между мной и Алисой ничего не произошло!» Голос Говарда стал ещё хриплее от подавленного гнева, он едва не выплюнул эти слова сквозь стиснутые зубы. Услышав эти слова Говарда, Ребекка Квентин невольно прослезилась и с горечью произнесла: «Если между вами ничего не произошло, то почему вы обсуждали ребенка в кафе и почему вы не опровергли ее слова о том, что ребенок ваш? Она пошла в больницу на аборт, и как только вы получили ее сообщение, вы тут же бросились в больницу. Разве это ничего не говорит?» Подвергаясь ее вопросам, Говард хотел выплеснуть переполнявший его гнев, но когда она затронула эти вопросы, он слегка застыл на месте. Ребекка Квентин подумала, что Говард растерялся от ее серии вопросов, и, с трудом сдерживая смех, спросила: «Почему вы больше не отвечаете мне?» Говард пристально смотрел в глаза Ребекке Квентин, которые темнели, но по-прежнему ничего не отвечал. Ребекка Квентин вытерла слезы с щек, глубоко вздохнула, чтобы подавить боль в горле, и медленно произнесла: «Говард, ты не можешь смириться с тем, что Элис потеряет ребенка; это показывает, что у тебя есть к ней чувства… Я не знаю, какая Элис на самом деле, но ее любовь к тебе – это факт. Чтобы дополнить наши отношения, она солгала миссис Джеффри, сказав, что ребенок не имеет к тебе никакого отношения, и даже пришла сказать мне, чтобы я бережно относилась к своим чувствам к тебе. Я не вижу людей так ясно, как ты; искренние ли действия Элис или притворные, я думаю, ты уже знаешь, я лишь хочу сказать… Говард, если Элис действительно так добра и щедра, как кажется, тебе не следует от нее отказываться. Независимо от ситуации с ребенком, ты должен ей все объяснить; именно из-за ее истинных чувств к тебе ты должен дать ей шанс. Что касается нас, может быть, мы могли бы подружиться ради Эндрю…» Поздняя ночь. Говард поднял руку, чтобы пощипать лоб, на его красивом лице читалось нетерпение. Джейсон Вуд стоял перед Говардом с беспокойством: «Босс, вы выглядите немного уставшим, с вами все в порядке?» Говард всегда производит впечатление железного человека, никогда не показывающего усталость на людях, однако эти два вечера были несколько необычными. «Я в порядке…» — Говард махнул рукой, показывая, что с ним все хорошо. «Как продвигается расследование, которое я вам поручил?» Джейсон Вуд торжественно произнес: «Я это обнаружил, этот человек действительно тот, кого вы предположили. Изначально я планировал сообщить вам об этом завтра… Она имеет рычаги влияния на мистера Джонса, поэтому мистер Джонс находится под ее контролем и все эти годы настроен против вас. Однако, похоже, мистер Джонс не знает о ее личности…» Говард слегка нахмурился: «Вы не можете отследить, где она находится?» «После того, как мы этим займемся, очень скоро все выяснится». «Мне необходимо узнать её точное местонахождение не позднее чем через три дня». В ответ на ультиматум Говарда Джейсон Вуд уверенно заявил: «Я обязательно её найду». "Хорошо." Говард медленно закрыл глаза. Джейсон Вуд намеревался уйти, но, увидев, как Говард закрывает глаза, имитируя сон, невольно нахмурился. Будучи телохранителем и водителем босса, он, естественно, должен был служить ему круглосуточно, но сегодня вечером, как и прошлой ночью, он ясно чувствовал, что настроение босса не на высоте… Он столько лет следил за начальником и никогда не чувствовал, что тот так расстроен. Он, конечно, знал причину: должно быть, это мисс Квентин снова разозлила босса, иначе он бы не остался сегодня вечером в офисе. После долгих раздумий Джейсон Вуд наконец набрался смелости и произнес: «Босс, я не уверен, стоит ли мне это говорить…» Говард медленно открыл глаза и спросил: «Когда это ты начал так неуверенно говорить?» «Видя, как вы в последнее время беспокоитесь о мисс Квентин, я просто не могу сдержаться… Хочу сказать, босс, вы когда-нибудь думали, что мисс Квентин может вам не подойти?» Взгляд Говарда устремился на Джейсона Вуда, словно взгляд острого орла, а тон его был несколько недовольным: «Мне не нужно, чтобы ты мне об этом напоминал». Джейсон Вуд робко сказал: «Босс, позвольте мне сказать, что, на мой взгляд, мисс Робинсон подходит вам гораздо лучше, чем мисс Квентин». Слова Джейсона Вуда не понравились Говарду, он холодно посмотрел на него и отвернулся, не взглянув на Джейсона Вуда. Видя, что Говард не остановил его, Джейсон Вуд продолжил: «Я всегда считал, что вы были слишком жестоки к мисс Робинсон. Если мисс Робинсон когда-нибудь узнает, что мужчина, который был с ней, был не вы, она определенно будет очень разочарована…» «Уходите!» — холодно приказал Говард, стараясь не доносить до него ничего лишнего. "Босс…" Размышляя о многочисленных проблемах, которыми Говард был занят в последнее время, и о том, что Ребекка Квентин не оказывала ему никакой поддержки, Джейсон Вуд не мог не сказать: «Я не понимаю. Вы пытаетесь разобраться с «М», но если мисс Квентин узнает, она точно не согласится, и после этого вы вдвоём неизбежно не сможете продолжать отношения из-за «М». Но если вы не сообщите об этом мисс Квентин, вы не сможете объяснить ей, что между вами и мисс Робинсон ничего не произошло, а учитывая упрямый характер мисс Квентин, она точно не будет с вами, не говоря уже о том, чтобы полностью вам доверять… Поскольку в обоих случаях у вас с мисс Квентин нет будущего, почему вас всё ещё так волнует мисс Квентин?» «Её нынешнее недоверие вызвано моим прошлым». Именно эта часть ранит его больше всего: он не может винить её, но и объяснить ей ничего не может… «Босс, должна сказать, вам не кажется, что мисс Квентин уже изменилась? Она больше не та невинная и добрая девушка, какой была раньше. С момента ее пребывания у вас мы с Лизой думали, что мисс Квентин твердо намерена быть с вами, но кто бы мог подумать, мисс Квентин просто хотела воспользоваться удобством вашего присутствия, чтобы расследовать смерть своей матери. Хотя позже выяснилось, что мисс Робинсон обманывала мисс Квентин, на самом деле намерения мисс Квентин, когда она была с вами, были нечистыми, поэтому я считаю, что мисс Квентин более расчетлива, чем мисс Робинсон!» Ребекка Квентин машинально смотрела на нью-йоркский городской пейзаж за окном от пола до потолка, ее взгляд был тусклым. Ее мысли были заняты сценами, которые она пережила с ним прошлой ночью… Он постоянно заявлял, что не прикасался к Алисе, вынуждая её задавать ему вопросы, но почему он в конце концов не мог ответить? Она не знает, она не хочет обсуждать этот вопрос с ним, потому что не хочет испортить отношения… Теперь, наконец, на первый план вышел вопрос об Алисе: что осталось между ними? "Ва-ва…" Плач младенца прервал мысли Ребекки Квентин, она встала и подошла к окну, к кроватке. ---------- Главы 316-170: Она хочет уйти? Какое заблуждение! (Часть 2) Эндрю горько плакал в колыбели, потому что был голоден… Ребекка Квентин взяла Эндрю на руки, и ребенок тут же перестал плакать. Глядя на милое личико малыша, так похожее на личико Говарда Джеффри, Ребекка не смогла удержаться и нежно поцеловала Эндрю в щеку. Эндрю, чувствуя подавленное настроение матери, казался очень понимающим и спокойно прижался к Ребекке. Ребекка осторожно уложила Эндрю обратно на кровать, мягко сказав: «Молодец, малыш, мама приготовит тебе молока… Ложись на кровать, мама скоро вернется». С этими словами Ребекка повернулась и подошла к низкому шкафчику, где хранились сухое молоко и бутылочки. Пока Ребекка варила молоко, у двери квартиры раздался какой-то звук. Ребекка, подумав, что это Говард Джеффри, немного рассыпала сухое молоко с ложки, но быстро пришла в себя. На самом деле она не боялась встретиться с ним лицом к лицу, она просто не знала, как им следует поступить. Остаться или уехать, похоже, пришло время сделать выбор… Ее сердце охватили печаль и горечь утраты, и Ребекка, на мгновение ошеломленная, не заметила, что шаги посетителя явно отличались от шагов Говарда Джеффри. Когда дверь открылась, и Ребекка инстинктивно посмотрела на человека, ее взгляд, который до этого был полон ожидания и опасения увидеть Говарда Джеффри, сменился удивлением и тревогой из-за появления посетителя. «Старушка миссис Джеффри». Голос Ребекки был немного хриплым, она никак не ожидала, что посетительницей окажется миссис Джеффри. Миссис Джеффри на секунду уставилась на Ребекку, на ее лице не было ни намеренного отвращения, ни доброты. Она небрежно взглянула на нее, а затем перевела взгляд на Эндрю, который лежал на кровати и сосал пальцы. «Как вы присматриваете за ребёнком? Вы же оставляете его одного на кровати; а вдруг он упадёт?» Миссис Джеффри нервно подошла к кровати и тут же взяла Эндрю на руки. Осторожно, вспоминая прошлый опыт, Ребекка с тревогой отложила бутылку и поспешила к миссис Джеффри, выпалив: «Старушка миссис Джеффри, вы…» Миссис Джеффри повернулась к Ребекке: «Что? Ты боишься, что я заберу Эндрю, как в прошлый раз?» Ребекка ничего не ответила, видимо, соглашаясь с ним своим молчанием. Миссис Джеффри спокойно сказала: «Будьте уверены, на этот раз я здесь не из-за Эндрю. В прошлый раз, импульсивно вернув Эндрю к Джеффри без должного обдумывания, я не только подверглась критике со стороны моих сыновей, но и снова свела вас с Говардом вместе в Нью-Йорке. Я поступила очень глупо». Услышав сожалеющий тон миссис Джеффри, сердце Ребекки сжалось от нежной, горько-сладкой боли. Вспоминая прошлую любовь миссис Джеффри к ней, а теперь – презрение, она могла лишь сетовать на коварство жизни. «Эндрю, дорогой… Поговори с бабушкой…» Независимо от её чувств к Ребекке, привязанность миссис Джеффри к внуку была очевидна в её словах. Эндрю, казалось, узнал миссис Джеффри и радостно смеялся, когда она подшучивала над ним. Миссис Джеффри наслаждалась игрой со своим внуком, что постепенно расслабило прежде напряженное состояние Ребекки. «Дорогой, ты узнаешь бабушку? Ты так счастлив, смеясь с ней…» Слова миссис Джеффри, полные нежности к Эндрю, были полны ласки, и она не смогла удержаться от того, чтобы несколько раз поцеловать его. Наблюдая за тем, как миссис Джеффри играет с Эндрю, Ребекка не могла не почувствовать глубокую, горькую тоску. Если бы она не была дочерью Вивиан Линдси и Александра Квентина, а просто обычной девушкой из семьи, сегодня она и Говард Джеффри могли бы создать прекрасную семью, позволив Эндрю расти под лаской бабушки и отца… Однако, несмотря на это, без обид предыдущего поколения она и Говард не встретились бы… К сожалению, время не повернется вспять; если бы у нее был выбор, она предпочла бы никогда не встречаться с Говардом в этой жизни, чтобы избежать сегодняшних трудных решений и страданий. Ребекка передала миссис Джеффри бутылку молока, которую приготовила… Миссис Джеффри без колебаний приняла бутылку: «Дорогая, ты голодна? Быстро пей… Хватит сосать пальцы, это грязно…» Увидев, как Эндрю послушно сосет молоко на руках у миссис Джеффри, Ребекка невольно слабо улыбнулась. Миссис Джеффри продолжала играть с Эндрю в комнате, пока он не устал и не заснул, после чего осторожно положила его обратно в кроватку. Опуская Эндрю на землю, миссис Джеффри не удержалась и нежно поцеловала его спящее лицо, а затем, сменив свой взгляд, полный безграничной любви, на взгляд безразличия, повернулась к Ребекке, которая молча стояла рядом, и спросила: «У вас есть время поговорить со мной немного?» ---------- Глава 317-170: Она хочет уйти? Какое заблуждение! (2-2) Вопрос миссис Джеффри был явно излишним… Ребекка Квентин не могла отказать. "Хм." «Хорошо, Эндрю спит, давай поговорим в гостиной!» Ребекка Квентин слегка кивнула. Затем миссис Джеффри вышла из комнаты. Предполагая, что тема разговора с миссис Джеффри может касаться её и Говарда Джеффри, Ребекка Квентин необъяснимо немного поколебалась, но в конце концов всё же последовала за миссис Джеффри в гостиную. В просторной гостиной миссис Джеффри грациозно и благородно расположилась на диване, ее взгляд остановился на Ребекке Квентин, стоявшей перед диваном. На этот раз она ласково обратилась к Ребекке Квентин: «Присаживайтесь!» Ребекка Квентин медленно села на диван. Миссис Джеффри спокойно сказала: «Мисс Квентин, я знаю, что вы умный человек, поэтому я сразу перейду к делу… В тот день в больнице мы с вами слышали, как Элис говорила, что ребенок, которого она носит, не является родственником Говарда, но вы знали, что Элис лгала нам в тот день?» Всё как и ожидалось… Вопросы, которые задавала миссис Джеффри, всегда затрагивали самые глубины её души. Ребекка Квентин без обиняков ответила: «Да, я знаю». Услышав ответ Ребекки Квентин, миссис Джеффри слегка удивилась: «Знаете?» Вам следовало бы знать, она только что об этом узнала. Ребекка Квентин хранила молчание. Увидев молчание Ребекки Квентин, миссис Джеффри поняла, что этот вопрос может быть сложным и для Ребекки Квентин, и вздохнула, тихо сказав: «Мисс Квентин, я понимаю, что говорить вам это может быть неловко, но я все же должна это сказать… Говард и Элис были вместе, когда это не имело к вам никакого отношения, поэтому Говард не причинил вам зла. Надеюсь, вы не будете держать обиду». Ребекка Квентин подняла взгляд, спокойно посмотрела на миссис Джеффри и тихо сказала: «Старушка миссис Джеффри, мы с Говардом никогда не были по-настоящему вместе, поэтому неважно, с кем он сейчас. Он меня не обидел, и я не питаю к нему никаких чувств». «Ваш характер действительно хорош, вы не высокомерны и не нетерпеливы. Однако, мисс Квентин, раньше я видел в вас только это, никогда не предполагая, что ваши интриги настолько глубоки». Услышав слова миссис Джеффри, лицо Ребекки Квентин мгновенно побледнело, она растерянно посмотрела на миссис Джеффри. Замышляет что-то недоброе? Миссис Джеффри твердо заявила: «Прежде чем обратиться к вам, я позвонила Элис… Она вернулась во Францию, только что сошла с самолета. Когда она ответила на мой звонок, ее переполняли чувство вины и раскаяния, она постоянно говорила, что подвела меня. Когда я сказала ей, что знаю, что она беременна от Говарда, она все еще настаивала, что это не связано с Говардом, пока я не заставила ее признаться… В конце концов, я спросила ее, почему она лгала всем и скрывала этот факт. Она сказала, что не хотела разрушить отношения между Говардом и вами. Изначально она хотела сделать аборт, чтобы ребенок не стал причиной разлада между ней и Говардом, но позже Говард попросил ее оставить ребенка…» Взгляд Ребекки Квентин потускнел, но выражение её лица оставалось спокойным. «Мисс Квентин, я полагаю, что Элис любит Говарда не меньше, чем вы, но ради Говарда она готова отказаться от рождения ребенка, упустить шанс быть связанной с ним, и любезно предоставить вам и Говарду возможность быть вместе… Я хочу спросить вас: когда вы были беременны, Говард уже был с Элис, вы всегда гордитесь своим достоинством, почему вы не сделали аборт ради Говарда и Элис, а вместо этого бесстыдно сохранили ребенка, позволив Говарду снова и снова связываться с вами из-за этого ребенка?» Как выяснилось, миссис Джеффри рассматривает свой отказ от аборта год назад как способ связать себя с Говардом… По сравнению с отношением Алисы к своему ребенку, у нее, безусловно, есть скрытые мотивы, но как миссис Джеффри могла понять ее положение в тот момент? Она дважды обращалась в больницу, пытаясь сделать аборт: в первый раз ни один врач не согласился на операцию, а во второй раз врач сказал, что после аборта она, возможно, больше никогда не сможет забеременеть… Страх бесплодия был одной из главных причин, по которой она сохранила ребенка, но она должна признать, что самой важной причиной было ее искреннее нежелание делать аборт. С самого детства она всегда любила детей, и потеря первого ребенка, которого родила от Говарда пять лет назад, принесла ей огромную скорбь, поэтому она не смогла позволить себе быть такой жестокой… Она может с уверенностью сказать, что будь то ребенок пятилетней давности или Эндрю, все дело было просто в том, что она не могла с ними расстаться и никогда не хотела связываться с Говардом. Она никогда не думала, что миссис Джеффри увидит её в таком свете… Волна горечи захлестнула Ребекку Квентин, она с трудом сдерживала слезы, говоря: «Старушка миссис Джеффри, когда я узнала, что я дочь Вивиан Линдси, я знала, что навсегда останусь в вашей тени… Я знаю, что какое бы объяснение я ни дала, вы ему не поверите, не говоря уже о том, чтобы его выслушать, так что пусть будет так, как вы обо мне думаете. Но я хочу сказать, что ваш сын — самостоятельная личность, я никогда не просила его приезжать в Алтон». Миссис Джеффри никак не ожидала ответа от Ребекки Квентин, и в её сердце вспыхнул гнев, тон её голоса потерял прежнюю дружелюбность: «Не говори так гордо, словно Говард цепляется за тебя…» Ребекка Квентин быстро ответила: «Я не это имела в виду, я просто хочу, чтобы вы знали, у меня никогда не было таких намерений…» Миссис Джеффри холодно фыркнула: «Ребекка Квентин, если бы у тебя не было таких намерений, как ты могла одержать победу над Элис и сейчас жить в квартире Говарда?» "Я…" Миссис Джеффри не дала Ребекке Квентин возможности объясниться, прямо сказав: «Продолжай притворяться невинной, но ты действительно думаешь, что завоевала сердце Говарда?» Она помолчала, покачала головой и сказала: «Ты ошибаешься, Говард действительно заботится о тебе, но его забота не из любви, а потому что Оверски ты нравишься». Не поняв смысла слов миссис Джеффри, Ребекка Квентин выглядела озадаченной и растерянной. «Я мать Говарда и Оверски, возможно, вы не знаете, но оба брата были очень умны в юности, и мы часто их хвалили… Не знаю, когда это началось, но братья стали сравнивать себя друг с другом. Всякий раз, когда мы хвалили одного чуть больше, другой прилагал больше усилий, чтобы превзойти его. Хотя братья всегда были в хороших отношениях, соперничество между ними существовало с самого детства…» Откровенные слова миссис Джеффри, казалось, позволили Ребекке Квентин догадаться, что она хотела сказать… Действительно, в этот момент миссис Джеффри холодно сказала: «Так ты думаешь, что Говард действительно заботится о тебе? Он просто хочет превзойти своего старшего брата. Если бы сегодня Оверски заботился об Алисе, я думаю, сейчас рядом с Говардом была бы Алиса… Но Алисе не стоит беспокоиться, Говард не стал бы делать аборт, если бы у него был ребенок от Алисы. Это как раз и показывает заботу Говарда, просто он все еще поглощен соперничеством с Оверски и не может по-настоящему оценить свои чувства к Алисе». Каждое слово миссис Джеффри было подобно острому лезвию, пронзающему с точностью и силой сердце Ребекки Квентин. Из-за этого Ребекка Квентин пошатнулась и едва не потеряла равновесие. Боль распространилась, словно укус муравья, по всему телу Ребекки Квентин… ---------- Глава 318-171: Получение анонимного электронного письма Руки Ребекки крепко сжались вдоль тела, словно она была беспомощна, затем медленно отпустили ее, ее взгляд был прикован к решительному, полному ненависти лицу миссис Джеффри, и внутри нее нарастало неописуемое чувство боли. «Мисс Квентин, надеюсь, у вас хватит самосознания, чтобы не связываться дальше с Говардом Джеффри. И не цепляйтесь за Оверски. Даже если Оверски меня не хочет, я все равно не позволю ему быть с вами, если только он окончательно не разорвет наши отношения матери и сына в этой жизни». Было неясно, сколько времени прошло после ухода миссис Джеффри, прежде чем Говард Джеффри вернулся в квартиру. С первого взгляда, войдя в дверь, Говард заметил Ребекку, ошеломленно сидящую на диване. Смутное предчувствие зародилось в животе Говарда, заставив его нахмуриться, когда он приблизился к Ребекке. Лишь когда Ребекка увидела перед собой Говарда, она пришла в себя и подняла голову, чтобы посмотреть на него. Говард присел перед Ребеккой и взял ее руки прямо в свои. Холод зимнего льда перешёл с рук Ребекки на руки Говарда, заставив его крепче сжать её, передать ей своё тепло и тихо спросить: «У тебя всегда такие холодные руки?» Взгляд Ребекки не отрывался от Говарда, ее глаза были прикованы к его красивому лицу, пока он помогал ей согревать руки. Внезапно Говард обнял Ребекку, крепко прижал к себе и тихо произнес: «Бекка, прости, что не могу сейчас объяснить ситуацию с Элис, но каждое слово, которое я тебе сказал, идет от всего сердца, без малейшей лжи… Дай мне еще немного времени, как только я разберусь с тем, что нужно, мы отправимся на Пенный остров и будем жить долго и счастливо, хорошо?» Ребекка без сопротивления и ответа прижалась к Говарду, словно тело, потерявшее душу. Почувствовав ненормальность в поведении Ребекки, Говард невольно оттащил её в сторону, внимательно разглядывая её лицо. Ее бледное, бесцветное лицо с покрасневшими глазами бросалось в глаза. Говард осторожно поднял нежное и красивое лицо Ребекки, его голос охрип: «Тебе неприятно видеть меня таким?» В этот момент зрачки Ребекки расплылись, ее взгляд стал рассеянным, она ни разу не встретилась взглядом с Говардом. Хлопнуть — Кулак с силой ударил по роскошному черному кожаному дивану позади Ребекки. Несмотря на яростный гнев Говарда, Ребекка по-прежнему никак не реагировала, просто тихо сидя на диване. Говард был так взбешен, что ему хотелось выть в небо, ему не терпелось выругаться вслух, но в конце концов он сдержался, стиснув зубы, и выпалил: «Ребекка Квентин, послушай, жизнь — это так долго, у меня более чем достаточно времени, чтобы тебя измотать… Мысль об уходе — это чистая иллюзия!!» Ребекка по-прежнему никак не реагировала. Говард раздраженно поправил галстук на шее, подошел к окну от пола до потолка и снова ударил кулаком по стеклу. Атмосфера была холодной и безвыходной… Красивое лицо Говарда выражало бурю эмоций, было совершенно лишено его обычного спокойствия и уравновешенности, от него исходила опасная, агрессивная аура. В этот момент телефон в кармане Говарда зазвонил, нарушив тишину в зале. Сдерживая эмоции, Говард достал телефон, взглянул на определитель номера на экране и холодно нажал кнопку ответа. Когда звонок соединился, раздался слегка встревоженный голос Джейсона Вуда: «Босс, рыба клюнула… У „М“ есть люди во Франции, которые похищают мисс Робинсон!» «У меня есть дела, и я уеду на несколько дней. Если вы подумываете об отъезде, советую отбросить эту мысль. Я этого не допущу! Если вам что-нибудь понадобится, позвоните Лизе Сесили, она вам поможет. Я вернусь как можно скорее!» В тот день Говард ушел, сказав это. Прошло целых три дня, а Ребекка так и не получила звонка от Говарда и сама не пыталась с ним связаться. Разоблаченный Говард был властным и напористым, не оставляя ей абсолютно никаких шансов на побег. Как только она выходила из квартиры, его телохранители следовали за ней шаг за шагом, не оставляя ей возможности уйти. С другой стороны, то, как он был зол в тот день, было поистине ужасающим. Она уже забыла, как давно он не приходил в такую ​​ярость у неё на глазах… Она всегда считала его холодным и безжалостным, но не понимала, когда он начал сдерживать эти качества в её присутствии, и только увидев его в гневе, вспомнила, каким он был раньше… осознав, насколько сильно он неосознанно изменился. ---------- Глава 319-171: Получено анонимное электронное письмо (Часть 2) В течение этих трех дней, когда его не было рядом, она продолжала думать… Миссис Джеффри понимает, что в её словах есть элемент преднамеренного саботажа её отношений с Говардом Джеффри, но слова миссис Джеффри не лишены смысла. Она помнит встречу с Говардом Джеффри после четырех лет разлуки… Говард Джеффри был совершенно равнодушен к ней; в самые неподходящие моменты они почти становились двумя самыми незнакомыми людьми на свете… Это произошло после того, как она познакомилась со Скайлером Джонсом… После общения со Скайлер Джонс он вернулся в её жизнь. Оглядываясь назад на пройденный путь, она понимает, что если бы не Скайлер Джонс, он, вероятно, не стал бы её искать… Однажды она услышала от своей сестры, что в последние годы Скайлер Джонс постоянно соперничала с Говардом Джеффри, хотя Говард Джеффри в основном был пассивен. Но из-за своей гордой и высокомерной натуры Говард Джеффри никогда не позволял себе «проиграть», поэтому их соперничество продолжалось, словно бушующее подводное течение. Тогда как же она могла полностью не поверить словам миссис Джеффри? Она действительно ничего не понимает… Почему её отношения с ним всегда кажутся окутанными туманом, полными заговоров и подозрений, кишащими горечью, в то время как в отношениях других людей, несмотря на бесчисленные трудности и неудачи, всегда наступает день, когда туман рассеивается? Может быть, судьба напоминает ей о необходимости отстраниться от этого водоворота эмоций, обреченного с самого начала на несчастливый конец? Ребекка Квентин тихо вздыхает, эти неразрешимые вопросы наводняют ее разум, еще больше расстраивая и тревожа ее. В этот момент зазвонил ее телефон. Резкий звонок прервал мысли Ребекки Квентин, заставив ее немедленно подойти к окну и взять трубку прикроватного столика. Она признается, что первой ее мыслью, услышав мелодию звонка, было то, что это звонит он, поэтому, когда она увидела на экране номер, не имеющий к нему отношения, она, естественно, почувствовала разочарование. Однако, когда она отвлеклась от этого разочарования и посмотрела на имя на экране, на ее лице появилась легкая улыбка. Это Роджер Леонард! Он всегда полон юмора, принося окружающим легкость и радость. Думая о своем счастье с Изабеллой Джоанной, Ребекка Квентин искренне радовалась за них, поэтому, нажав кнопку ответа, она забыла и о своем беспокойстве, улыбаясь и нажимая кнопку вызова: «Генерал Леонард…» Из телефонной трубки раздался голос Роджера Леонарда, несколько более низкий, чем обычно: «Бекка». «Хм?» — Ребекка Квентин еще не заметила необычного тона в голосе Роджера Леонарда и легкомысленно спросила: «Я думала, вы с Изабеллой уже забыли обо мне». «Извините, Изабелла беременна, поэтому я не позволял ей подвергаться воздействию радиации, и это повлияло на ваши контакты». Услышав эту новость, Ребекка Квентин взволнованно воскликнула: «Правда? Изабелла беременна… так когда вы с Изабеллой поженитесь?» «Она сказала, что не хочет ждать, пока у нее вырастет живот, чтобы выйти замуж, так что это в планах… Но в последнее время, боюсь, у меня нет настроения разбираться с делами между Изабеллой и мной». Услышав редкую нотку беспокойства в тоне Роджера Леонарда, Ребекка Квентин чутко спросила: «Что случилось?» "Вы не знаете?" "Хм?" — выражение лица Ребекки Квентин было озадаченным. «Доры ведь не было в Нью-Йорке последние два дня, правда?» Ребекка Квентин ничего не ответила, что означало согласие. Роджер Леонард немного помолчал, а затем медленно произнес: «Бекка, Дора в беде». "Беда?" Услышав слова Роджера Леонарда, глаза Ребекки Квентин расширились от недоверия. «Джейсон Вуд прислал мне сообщение, в котором говорится, что Дора потеряла связь во Франции; сейчас его никто не может найти. Главное, что мы даже не знаем, в каком он сейчас положении». «Генерал Леонард, можете мне объяснить внятно? Что это за разговоры о том, что он потерял связь со мной во Франции?» «Элис Робинсон похитили во Франции, похитители потребовали, чтобы Дора отправилась одна спасать Элис Робинсон… Внутри заброшенной фабрики, где похитители держали Элис Робинсон, Джейсон Вуд увидел, как Дора вошла на фабрику и больше не вышла. Позже Джейсон Вуд вместе с телохранителями проследовал на фабрику, но похитителей не увидел; даже Доры и Элис Робинсон нигде не было. С тех пор Джейсон Вуд не мог связаться с Дорой, чувствуя себя беспомощным, он позвонил мне, не осмеливаясь даже сообщить тете». Услышав слова Роджера Леонарда, тело Ребекки Квентин сильно задрожало, и телефон у ее уха чуть не выскользнул из рук. "Как такое могло случиться?.." «Я понимаю, что подобные новости расстроят и обеспокоят вас, но я надеюсь, вы сможете на время отложить мысли о том, что Дора и Элис Робинсон вместе, чтобы помочь мне и Доре». На другом конце провода Ребекка Квентин уже не могла сохранять самообладание; она непрерывно качала головой, все еще не в силах поверить. Как такое могло произойти всего за три дня без связи? Неудивительно, что после того телефонного разговора он сказал ей, что ему нужно уехать на несколько дней… оказалось, он уехал во Францию ​​к Элис Робинсон! Генерал Леонард не стал бы шутить на подобные темы… Значит, это правда? «Бекка, Бекка, ты еще здесь?» Ребекка Квентин на мгновение опешилась, а затем вернулась и сказала: «Я здесь». Роджер Леонард с тревогой спросил: «Вы слышали, что я только что сказал?» Ребекка Квентин старалась сохранять спокойствие, отвечая: «Да». "Тогда вы готовы мне в этом помочь?" «Ты… скажи это». Никто не знает, что в этот момент мысли Ребекки Квентин унеслись далеко вдаль, полностью заполнившись сценарием о том, как Говард Джеффри попал в беду. «После вчерашнего звонка от Джейсона Вуда мы с братом немедленно вылетели во Францию. Прилетев, мы отправились на заброшенную фабрику, но так и не смогли найти Дору… Сейчас мы очень волнуемся, потому что не знаем, в каком положении находится Дора, хотя я понимаю, что с таким умом, как у Доры, он наверняка не позволит причинить себе вред, но я все равно переживаю… В настоящее время ни я, ни мой брат не можем понять причину похищения Элис Робинсон и исчезновения Доры. Я помню, как Дора однажды сказала, что у Джейсона высокий интеллект, он, возможно, сможет все это понять и помочь Доре. Я пыталась связаться с Джейсоном, но он не отвечал на звонки. Позже я позвонила его секретарю, которая тоже сказала, что с Джейсоном невозможно связаться. Я подозреваю, что Джейсон снова самовольно пропал… Бекка, я помню, ты вернула Джейсона, когда он на время исчез. Я знаю, что ты можешь связаться с Джейсоном и убедить его появиться, поэтому я надеюсь, что ты сможешь…» «Я могу попросить Джейсона помочь Доре, потому что я действительно не могу придумать другого решения, эта полиция бесполезна и просто не может найти ни следа Доры…» Да, если даже Роджер Леонард и Нельсон Льюис не смогли помочь, то единственным человеком в мире, который мог бы помочь Говарду Джеффри, является Скайлер Джонс… Размышляя об опасностях и затруднительном положении, в котором сейчас может оказаться Говард Джеффри, Ребекка Квентин потеряла концентрацию, телефон соскользнул с уха, и она полностью опустилась на кровать, ее взгляд стал пустым. ---------- Главы 320-172: Братья объединяют силы против М. Франция, Париж. Двое привлекательных мужчин сидят в роскошном отдельном зале клуба и элегантно дегустируют дорогое красное вино. Один из них подносит бокал красного вина к носу, наслаждаясь ароматом. Он восклицает: «Джеффри, красное вино, которое ты лично привёз из виноградника Лафит, действительно особенное… Виноградник, должно быть, поделился с тобой своей драгоценной коллекцией, верно? Это вино, кажется, урожая 1986 года; я помню, что виноградник Лафит никогда раньше не выставлял на аукцион вино такой выдержки». Другой мужчина, одетый в темную элегантную рубашку, тоже чувствует запах красного вина: «Аромат действительно превосходный, но, к сожалению, я не люблю красное вино. Однако вам двоим повезло, поскольку Тереза ​​специально попросила меня собрать вина с виноградника, зная, что вы любите красное вино». Да, в данный момент говорят Роджер Леонард и Нельсон Льюис. Роджер быстро убирает бутылку вина от носа и восклицает: «Тереза ​​такая внимательная, даже в свадебном путешествии с мужем она не забывает о нас, двух холостяках… Я должен убедиться, что Изабелла поучится у нее, станет более внимательной и нежной!» Нельсон с гордостью отвечает, в его словах слышится нежность: «Никто не сравнится с моей женой». «Посмотри на себя, какой ты самовлюблённый, забыл, как раньше презирал свою жену и хотел развода…» «Давайте не будем говорить о прошлом… По крайней мере, сейчас между мной и Терезой нет никаких проблем». «Это потому, что твоя жена тебя очень любит. Если бы это была Изабелла, после всего, что ты сделал, она бы, наверное, меня зарезала…» Нельсон разражается смехом: «Наконец-то женщина, которая может с тобой справиться…» Роджер тоже смеется: «Мне просто нравится, когда она меня трогает». Нельсон поднимает свой бокал и тихонько чокается с Роджером: «За расцвет и плодоношение нашей любви!» Роджер поднимает бокал, чтобы чокнуться с Нельсоном, но его движение замирает у края бокала, и он неохотно говорит: «Джеффри, тебе не кажется, что нам не хватает кого-нибудь для такого случая, чтобы благословить нашу любовь?» Нельсон ставит стакан, бросает взгляд на часы на запястье: «Наконец-то; он должен быть здесь…» Как только Нельсон заканчивает говорить, раздается звук открывающейся двери, после чего официант почтительно провожает Говарда Джеффри в отдельную комнату. Лицо Роджера озаряется лучезарной улыбкой: «Дора». Говард, как всегда, холодно садится на диван с безразличным выражением лица. Официант внимательно наливает Говарду бокал красного вина. Нельсон вмешивается: «Джеффри, почему ты так опоздал? Мы думали, ты не придёшь». "Пробка." Говард небрежно отвечает, а затем сосредотачивает взгляд на превосходном цвете красного вина, стоящего рядом. «Вино «Дора», Lafite 1986 года, лично собранное вашей невесткой на винограднике». Услышав эти слова Роджера, Нельсон прищурился: «Твоя невестка только что пошевелила губами; на самом деле все усилия приложил я. Мне пришлось потратить кучу денег, чтобы убедить владельца виноградника». «Вы можете оплатить счет Доре; у него неограниченные финансовые возможности». Нельсон разражается громким смехом… Все трое мужчин примерно одного возраста: Нельсон – зрелый и великодушный человек, Говард – склонен к самоанализу, а Роджер – приветливый и остроумный. Идея стать назваными братьями изначально была предложена Роджером. Двое других не возражали, поэтому Роджер заявил о своих правах на звание младшего брата, а характер Нельсона делал его подходящим кандидатом на роль старшего брата, в то время как Говард, естественно, стал вторым братом. В мгновение ока эти трое познакомились более десяти лет назад, и их связь превосходит связь обычных братьев и сестер. Хотя подобные встречи, на которых партнеры остаются одни, случались нечасто, за эти двенадцать лет никто ни разу не пропустил ни одного мероприятия… «Как поживает твоя жена?» — наконец спрашивает Говард Нельсона, начиная разговор. «Она в отеле, настояла на том, чтобы пойти со мной, потому что давно не видела тебя и Роджера, но я подумала, что она будет слишком разговорчивой». «Я навещу её и Микки, когда найду время». "Хорошо, давайте подождем, пока вы закончите со своими вещами…" Роджер бормочет: «Дора в последнее время действительно очень занята, не только внешними проблемами, но и внутренними… Кажется, наша малышка Бекка всё больше беспокоит Дору!» Нельсон поднимает бокал за Говарда: «Джеффри, пусть твой долгий путь в поисках жены будет короче моего». Говард остается непреклонен. Роджер усмехнулся: «Джеффри, давай выпьем за тебя; очевидно, Дора не в настроении… Ты не знаешь, малышка Бекка все еще думает о том, чтобы бросить Дору, судя по его невозмутимому лицу, можно сказать, что Бекка даже в постель его не пустит». ---------- Главы 321-172: Братья объединяют силы против М_2 Нельсон Льюис разразился смехом. Холодный взгляд Говарда Джеффри устремился на Роджера Леонарда. Роджер Леонард тут же поставил бокал с вином, сел рядом с внушительным Говардом Джеффри и прошептал: «Брат Дора, на самом деле, есть один секрет в общении с такой женщиной, как Бекка, которая невосприимчива ни к жестким, ни к мягким методам…» Роджер Леонард, имевший обширный опыт общения со многими женщинами до встречи с Изабеллой Джоанной, обладал богатым опытом в работе с ними. "Говорить." Нельсон Льюис, естественно, уже понял, что имел в виду Роджер Леонард, и на уголках его губ появилась лукавая улыбка. Роджер Леонард усмехнулся: «Я только что позвонил твоей малышке Бекке…» Говард Джеффри нахмурил брови. «Вы не поверите, как сильно были проверены мои актёрские способности. Я сказал малышке Бекке, что ты во Франции, занимаешься делом о похищении Элис Робинсон…» В этот момент и без того мрачный взгляд Говарда Джеффри пронзил его, словно острый клинок. Роджер Леонард быстро поднял обе руки в жесте капитуляции: «Позвольте мне закончить. Я не собираюсь вводить Бекку в заблуждение, думая, что вы заботитесь об Элис; я просто хотел вызвать у Бекки искренний отклик… даже Большой Брат в этом замешан». Холодный, мрачный взгляд Говарда Джеффри обратился к Нельсону Льюису. Нельсон Льюис улыбнулся и сказал: «Роджер не совсем ясно выразился, позвольте мне объяснить… Когда вы сообщили нам о встрече во Франции, я понял, что что-то не так, потому что Роджер сказал, что вас в последнее время беспокоят женские дела, поэтому у вас просто не могло быть времени на встречу. И действительно, после прибытия во Францию ​​Джейсон Вуд рассказал нам о ситуации с «М»… Вы стратегически подходите к делу, и мы знаем, что у вас есть полный план действий в отношении «М», поэтому мы не беспокоились об этом. Понимая, что у вас теперь внутренние и внешние проблемы, Роджер и я придумали способ снять ваше внутреннее беспокойство — заставить Бекку раскрыть свои истинные чувства… Роджер позвонил Бекке, сказав, что вы сейчас в опасности и ей следует обратиться за помощью к Скайлеру Джонсу. Это не только заставит Бекку проявить свою заботу о вас, но и даст Скайлеру понять о чувствах Бекки к вам. Я считаю, учитывая, как сильно Скайлеру нравится Бекка, даже если он знает, что вы просто используете Элис, чтобы отвлечь его внимание, он все равно поймет, что вы просто используете ее. Несмотря на внимание М, он всё равно предпочтёт защитить Бекку. На самом деле, хотя этот метод может расстроить Ребекку Квентин, это лучший способ раскрыть её мысли. Говард Джеффри не рассматривал такой вариант, потому что не хотел причинять Ребекке Квентин никаких неприятностей, но поскольку ситуация уже зашла так далеко, Говарду Джеффри оставалось только оставить всё как есть. В конце концов, он также хотел посмотреть, как отреагирует Ребекка Квентин… В то же время. Ребекка Квентин села за компьютер и открыла свою электронную почту. Она уже собиралась отправить сообщение на электронную почту Скайлер Джонс, когда заметила в своем почтовом ящике сообщение от незнакомца. Подпись незнакомца была необычной — «Гвоздика», название цветка. Движимая необъяснимым побуждением, Ребекка Квентин открыла сообщение. Содержание было объёмным, включало как текст, так и изображения… Ребекка Квентин лишь небрежно взглянула на него, но затем внезапно расширила глаза. Затем стройное тело Ребекки Квентин тяжело откинулось на спинку стула. Никто не ожидал, что после прочтения этого сообщения она долгое время просидела перед компьютером, больше не отправляя сообщения Скайлер Джонс. В городе Y. Внутри офисного здания группы компаний «Оверски» Скайлер Джонс стоял, скрестив руки, перед большим окном, и его взгляд был устремлен на возвышающиеся здания обширного городского пейзажа. От всего его существа исходила отчужденная аура, словно он презирал этот мир, желая лишь растоптать его. Тук-тук — Из-за его спины в дверь постучали. «Входите», — спокойно произнесла Скайлер Джонс. После того как вошел подчиненный, Скайлер Джонс не обернулся, его взгляд по-прежнему был устремлен вперед. Подчиненный почтительно произнес: «Мистер Джонс, я кое-что обнаружил…» "Что это такое?" «Нельсон Льюис и Роджер Леонард уехали в Париж». "О?" — Скайлер Джонс подняла бровь. «Я узнал, что эти двое уже встречались с мистером Джеффри в клубе XX в Париже, но невозможно догадаться, что они обсуждали». Скайлер Джонс погрузился в глубокие размышления. Говард Джеффри всегда действует предусмотрительно и стратегически, поэтому появление Нельсона Льюиса и Роджера Леонарда не обязательно связано с желанием ему помочь; это может быть просто встреча, или же это может быть дымовая завеса, используемая Говардом Джеффри, чтобы отвлечь «М», заставив их расследовать действия Нельсона Льюиса и Роджера Леонарда, что предоставит ему возможность для следующего шага в его плане. «И это всё?» — спросил Скайлер Джонс, нахмурив брови. "Да." «А что насчёт ситуации с Алисой?» «После того как мистер Джеффри передал полиции двух преступников, похитивших Алису, Алиса находится под защитой мистера Джеффри в его отеле в Париже. На мой взгляд, мистер Джеффри планирует вернуть Алису в Нью-Йорк». Скайлер Джонс кивнул. «Естественно, у него должен был быть такой план». Цель приказа «М» о похищении Алисы заключалась в том, чтобы выяснить, бросит ли Говард Джеффри Ребекку Квентин и бросится ли во Францию ​​спасать Алису. «Сотрудничество» Говарда Джеффри уже успешно развеяло последнее подозрение «М» о том, что у него есть чувства к Ребекке Квентин. «Мистер Джонс, что касается поездки Нельсона Льюиса и Роджера Леонарда в Париж, то здесь есть кое-какая инсайдерская информация». "Давайте послушаем." «По словам официанта в клубе, разговор троицы, казалось, не имел отношения к «М» и на самом деле касался отношений мистера Джеффри с мисс Квентин. Говорят, что, узнав о недавних проблемах мистера Джеффри с мисс Квентин, которая не желает его принимать, Нельсон Льюис и Роджер Леонард предложили свои стратегии…» Затем подчиненный полностью пересказал услышанное от официанта Скайлеру Джонсу. Услышав это, Скайлер Джонс погрузился в глубокие размышления. Подчиненный осторожно добавил: «Однако словам официанта не следует полностью доверять, ведь мистер Джеффри очень внимателен в своих делах, так как же он мог позволить официанту в клубе подслушать такую ​​информацию?» Скайлер Джонс немного подумал, а затем спокойно заявил: «Похоже, Говард Джеффри намеренно позволил серверу раскрыть мне эту информацию…» «Почему?» — спросил подчиненный, еще больше озадаченный. «Если Бекка обратится ко мне за помощью, это, несомненно, будет триумфальным заявлением Говарда Джеффри о своей собственнической любви к Бекке, что, в свою очередь, отобьет у меня желание обладать ею. А если Бекка не обратится ко мне за помощью, Говард Джеффри не будет беспокоиться о том, что я передам информацию «М», потому что защита Бекки — общая цель для нас обоих… Поскольку у нас общая цель, мы должны действовать сообща. Тот факт, что Говард Джеффри позволил серверу передать нам эту новость, для меня равносилен протягиванию оливковой ветви». Подчиненный внезапно понял: «Итак, мистер Джонс, как нам следует поступить дальше?» Взгляд Скайлера Джонса стал зловеще-проницательным, и он низким голосом произнес: «Далее, „М“ обязательно будет давить на меня, чтобы я использовал Алису в качестве лазейки для поиска слабости Говарда Джеффри. Естественно, мне все равно придется сотрудничать с „М“, и это также позволит мне выиграть время… Поскольку Говард Джеффри протянул мне руку примирения, и, как и он, я тоже хочу устранить „М“, пришло время мне поработать с ним». Подчиненный был весьма взволнован: «Если вы с мистером Джеффри объедините усилия, я уверен, вы скоро поймаете „М“». ---------- Глава 322-173: Как она смеет так безрассудно вести себя перед ним (Часть 1) Губы Скайлер Джонс изогнулись в лёгкой улыбке. Внутри номера люкс в одном из пятизвездочных отелей. Говард Джеффри, держа в руках бокал красного вина, тихо сидел на диване; его красивое лицо было холодным и суровым, а глаза — глубокими и темными. Элис Робинсон только что проснулась, ее небрежно распущенные волосы спадали, когда она выходила из комнаты… Неожиданно увидев Говарда Джеффри, сидящего на диване, Алиса мгновенно озарила глаза радостью и подошла к нему. "Ты вернулся?" Голос Элис и так был приятным, а теперь, разговаривая с Говардом мягким тоном, он звучал еще более интимно. Говард Джеффри очнулся от своих мыслей, поднял глаза и взглянул на Элис: «Готовься, сегодня вечером мы возвращаемся в Нью-Йорк». Возможность вернуться в Нью-Йорк с Говардом Джеффри должна была стать для Алисы чем-то захватывающим, но в этот момент она мрачно опустила глаза, в ее голосе прозвучала едва уловимая печаль: «Ладно, просто вернуться?» В глубине темных глаз Говарда Джеффри промелькнула нотка остроты: "Знаешь, я отвезу тебя обратно в Нью-Йорк?" Алиса не ответила. Говард Джеффри мудро заметил: «А это Джейсон Вуд?» Алиса быстро подняла глаза и нервно выпалила: «Не вини его, это я почувствовала, что что-то не так, и пошла расспрашивать его. Я сказала ему, что если ты будешь продолжать расследование, я возьму на себя всю ответственность…» Говард Джеффри холодно спросил: «Что он вам сказал?» Алиса слегка прикусила губу; в ее голосе не скрывались печаль и горечь утраты: «Он ничего не сказал, просто согласился с моими подозрениями… Когда меня похитили, я очень испугалась, боялась, что они причинят вред моему нерожденному ребенку, боялась, что больше никогда тебя не увижу. Но я никогда не думала, что ты придешь меня спасти. А потом, когда я думала, что не смогу избежать этой катастрофы, ты вдруг появился…» Пока она говорила, на лице Алисы появилась горькая улыбка: «Ты никогда не представляешь, как я была счастлива, когда увидела, как ты идешь мне на помощь в моем отчаянии, но у меня даже не хватило смелости обнять тебя, потому что я знаю, что мне нет места в твоем сердце… После прибытия в этот отель, знаешь, когда я спросила, едем ли мы обратно в Нью-Йорк, услышав, что мы не едем временно, я была по-настоящему счастлива… Я жаждала времени наедине с тобой, представляла, что ты, возможно, захочешь остаться во Франции подольше, чтобы быть со мной. Но постепенно я почувствовала, что что-то не так, потому что, если бы ты действительно заботился обо мне и хотел остаться в Париже, у тебя не было бы подчиненных, которые каждый день докладывали бы тебе о ситуации с Беккой в ​​Нью-Йорке. Твоя забота о Бекке идет от сердца, совершенно не похоже на твои неясные чувства ко мне, поэтому я пошла спросить Джейсона Вуда… Хотя Джейсон ничего не сказал, я поняла, что ты остался в Париже не ради меня, а по своим делам. Только сейчас, когда ты попросил меня вернуться с тобой в Нью-Йорк, я наконец поняла, я должна…» «Это было вам полезно, поэтому вы пришли спасти меня во Францию…» В глазах Говарда Джеффри Элис всегда была умной женщиной. Поэтому в этот момент Говард лишь поднял бровь и небрежно спросил: «И все же вы согласны вернуться со мной в Нью-Йорк?» Алиса опустила глаза, уже затуманенные водяным туманом, и с болью в сердце ответила: «Конечно, я готова вернуться с тобой, потому что, чем бы ты ни хотела, чтобы я тебе помогла, я готова, если ты будешь счастлива». Искренние слова Алисы почти не изменили красивого лица Говарда Джеффри; вместо этого он поставил бокал вина и поднялся с дивана. Ощущая ауру, исходящую от Говарда Джеффри, и оставаясь равнодушной, Алиса почувствовала, будто её сердце пронзает насквозь, но она ни разу не высказала своих обид. Даже когда увидела, как Говард уходит, она лишь прикусила губу и сглотнула горький комок в горле. Нью-йоркское время, девять вечера. Ребекка Квентин ворочалась в постели, не в силах заснуть. В конце концов, Ребекка встала, прислонившись к изголовью кровати, и ее взгляд был затуманен. Внезапно ее глаза покраснели, и из уголков глаз потекли слезы… Ей хотелось громко расплакаться, но она не хотела показаться такой уязвимой, поэтому подавленные эмоции хлынули в глаза, вызвав жжение, а затем крупные слезинки выступили в уголках глаз и бесшумно упали на кровать. Спустя долгое время, когда она совсем выбилась из сил от слез и хотела снова лечь, в дверь квартиры внезапно раздался звонок. Услышав звонок в дверь, Ребекка Квентин резко села на кровати, широко раскрыв глаза. Снаружи по очереди дежурят телохранители; никто не может просто так нажать на дверной звонок этой квартиры. Но это и не может быть он; у него есть ключ… ---------- Глава 323-173: Осмелиться быть столь самонадеянной перед ним Подумав об этом, стройное тело Ребекки Квентин медленно откинулось назад, прислонившись к изголовью кровати. Она знала, что с ним всё в порядке. Прошло три дня с тех пор, как Роджер Леонард позвонил ей, и если бы что-то действительно случилось, Роджер наверняка позвонил бы ей снова… Но, не видя его лично, кто может быть уверен? Дверной звонок всё ещё звонил… Не в силах больше игнорировать это, Ребекка Квентин сбросила одеяло и встала с постели. Направляясь к двери, Ребекка уже отбросила мысль, что это может быть Говард Джеффри, но, повернув дверную ручку, ее худое и хрупкое тело надолго застыло на месте. Их взгляды встретились. Ее глаза, слегка мерцающие от влаги, встретились с его глазами, которые казались темнее и ярче ночью. Знакомый мужской запах окутал ее, и она ошеломленно смотрела на это красивое и неповторимое лицо. В его глазах она видела рвение и тоску, а на лице — усталость от долгой поездки. Было ясно, что он только что прибыл в Нью-Йорк… Даже если бы она смогла заставить себя не обращать внимания на его настроение, она никогда не смогла бы скрыть того умиротворения, которое испытала в этот момент, увидев его… Говард Джеффри пристально смотрел на прекрасное лицо, о котором мечтал, и тихо произнес: «Ключ к успеху в компании, я не сам его туда пошел». Услышав голос Говарда, Ребекка Квентин почувствовала резкую боль в носу, а в горле поднялась кислая кашица. В следующую секунду Говард протянул руку и крепко обнял Ребекку… Прежде чем Ребекка успела отреагировать, Говард притянул её к себе, наклонил голову и страстно поцеловал. Его властная и подавляющая сила, казалось, хотела поглотить её целиком. Казалось, он давно не пробовал такой сладости, с такой жадностью и грубостью вторгаясь в её красные губы, раздвигая зубы и проникая прямо внутрь… Ребекка Квентин потеряла рассудок, позволив Говарду крепко обнять ее, вторгшись в ее губы и язык, словно буря. Внезапно Говард подхватил Ребекку на руки и, не останавливаясь, направился в спальню… На следующий день. Рано утром, когда Говард проснулся, Ребекки рядом с ним уже не было… Испугавшись, Говард сбросил одеяло, небрежно надел халат и встал с кровати. На диване в квартире Говард увидел, как Ребекка играет с Эндрю. Лицо девочки, обращенное к ребенку, было необычайно мягким и излучало сильное материнское сияние. Такое теплое и прекрасное утро заставило его забыть обо всех проблемах, и он направился к ней. Ребекка инстинктивно подняла глаза, услышав шаги, и, увидев Говарда, на секунду опешилась, затем отвела взгляд и снова посмотрела на Эндрю, который лежал на диване и сосал палец. Говард сел рядом с Ребеккой и обнял ее за талию: «Ребенок опять проснулся рано?» Он всегда чутко спал, но прошлой ночью, возможно, потому что давно не чувствовал умиротворения, держа ее на руках, он проспал до самого утра. Ребекка молчала, видимо, сосредоточившись на том, чтобы поддразнивать ребенка. Говард тоже посмотрел на свою миниатюрную копию, на молодом и красивом лице которого читалась отцовская нежность: «Не видел тебя несколько дней, малыш снова вырос…» Ребекка по-прежнему не произнесла ни слова. Как мог Говард не заметить безразличие Ребекки, но он, казалось, был совершенно равнодушен, сам встал и пошел в ванную. Когда Говард закончил умываться и вышел из ванной, Ребекка уже готовила молочную смесь для Эндрю… Говард снова сел рядом с Ребеккой, наблюдая за спящим Эндрю, которого кормили грудью, и не смог удержаться от похвалы: «Наш сыночек такой милый!» Ребекка тоже опустила голову, чтобы посмотреть на Эндрю, ее спокойное лицо выражало удовлетворение. В этот момент они выглядели как обычная семья из трех человек, наслаждающаяся утренним покоем и тишиной. Неизвестно, сколько времени прошло, но Эндрю наконец допил и погрузился в глубокий сон… Держа Эндрю на руках, Ребекка встала и вошла в комнату. Она осторожно уложила Эндрю в кроватку, укрыла его одеялом и с неохотой поцеловала его нежное личико. Когда Ребекка повернулась, чтобы пойти на кухню стерилизовать бутылочку, она наткнулась на сплошную стену из плоти. Конечно, это Говард преградил ей путь… Ребекка остановилась, не глядя на него, не отводя взгляда. Говард нежно взял Ребекку за плечи и тихо сказал: «Я хочу кое-что с тобой обсудить…» Ребекка хранила молчание. «Хотя я и обещала тебе не нанимать обслуживающий персонал, ты слишком устала, ухаживая за Эндрю в одиночку, поэтому я решила переехать на виллу побольше и нанять несколько слуг, чтобы они присматривали за тобой и Эндрю… Вилла находится всего в двадцати минутах езды от Нью-Йорка, там чистый воздух и спокойная обстановка. Мы переедем туда. Что ты думаешь?» Ребекка не кивнула и не покачала головой, оставаясь в молчании. «Если ты не ответишь, то мы решим так…» — сказал он, наклонив голову и легонько поцеловав Ребекку в щеку. Затем Ребекка прошла мимо Говарда в сторону кухни. Увидев, как Ребекка холодно уходит, сияющий черный свет в глазах Говарда постепенно погас. Прежде чем вернуться в Нью-Йорк, он уже получил сообщение от Скайлера Джонса. «Ребекка не просила меня о помощи, и мне интересно, ты все еще в настроении обсуждать со мной тему «М»?» В этом мире всегда найдётся кто-то, на кого, даже когда тебя переполняет гнев, ты не можешь злиться, а лишь хочешь ещё больше его баловать. Неделю спустя. Тихим днем ​​Ребекка сидела под зонтиком в саду виллы, листая книгу по воспитанию детей, которая лежала у нее под рукой. Неподалеку две служанки катали Эндрю на коляске по лужайке, греясь на солнце, и время от времени доносился радостный смех Эндрю. Тишину нарушил звонок телефона. Ребекка оторвала взгляд от книги и взяла телефон. Неожиданно она нажала кнопку ответа: «Сестра». «Бекка, как у тебя дела в последнее время?» «У меня всё в порядке, просто я в последнее время мало вижу Скайлера. Боюсь, он снова придёт тебя побеспокоить, хотя Говард с тобой, я всё равно немного волнуюсь…» «Он не приходил ко мне… У него не было времени вернуться домой, наверное, потому что он занят проектом «Город надежды», — честно ответила Ребекка. Она знала, что ее сестра действительно очень переживает за Скайлера, но была упряма и не хотела говорить о чувствах, которые все еще испытывала к нему. «Мне всё равно, вернётся он или нет, главное, чтобы он тебя не беспокоил… Кстати, как у тебя дела с Говардом?» «Прогресса?» — Ребекка на мгновение замолчала и спокойно ответила: «Никакого прогресса между нами не будет». Кристин Куинн удивленно спросила: «Что-то случилось?» Ребекка посмотрела вдаль: «Сестра, я не хочу об этом говорить». ---------- Глава 324-174: Как она смеет так безрассудно поступать перед ним (2) Услышав печаль, скрывавшуюся за словами Ребекки Квентин, Кристин Куинн с тревогой спросила: «Бекка, вы с Говардом Джеффри поссорились из-за Элис Робинсон?» Ребекка Квентин хранила молчание. Кристин Куинн тихо сказала: «Похоже, слухи в газетах о беременности Алисы подтвердились…» Нет секретов, которые не могли бы выйти наружу. Даже если этот вопрос еще не был предан огласке, рано или поздно это произойдет. Ребекка Квентин спокойно ответила: «Да». «Это подтверждено?» "Да." В этот момент тон Кристин Куинн стал серьезным: «Я знаю, что женщин волнуют такие вещи, но раз уж это уже произошло, если ты все еще хочешь быть с Говардом, ты должна заставить себя смириться с этим. Я верю, что если Говард действительно тебя любит, он поступит в этой ситуации должным образом!» Справитесь? Кто бы мог подумать, что он лично отправился в больницу, чтобы попросить Элис Робинсон оставить ребенка у себя. Но теперь ей больше не нужно было ввязываться в эту проблему. «Сестра, тебе не нужно обо мне беспокоиться. Я всегда четко объясняла, что делаю, и решу этот вопрос между мной и Говардом рационально». «Хорошо, если что-нибудь случится, просто позвони мне». "Хорошо." Как только Ребекка Квентин положила трубку, к ней тут же подошла пожилая горничная. Горничная почтительно сказала: «Мисс Квентин, только что звонил мистер Джеффри и сказал, что приедет за вами сегодня днем ​​на ужин». Ребекка Квентин слегка кивнула: «Я знаю». Затем служанка удалилась. Ребекка Квентин не обратила на это особого внимания и продолжала смотреть на лежащую рядом книгу. Во второй половине дня Говард Джеффри действительно вернулся раньше обычного... Служанка увидела Говарда Джеффри и подошла поздороваться с ним: «Мистер Джеффри». Говард Джеффри передал горничной ключи от машины и другие вещи и спросил: «Где Бекка?» «Мисс Квентин наверху». Затем Говард Джеффри поднялся на второй этаж. Не найдя её в комнате, он немедленно вошёл в детскую. Как и ожидалось, она сидела у кроватки и тихо наблюдала за спящим Эндрю. Говард Джеффри подошел и сказал: «Разве горничная не говорила тебе, что я хочу пригласить тебя на свидание сегодня днем?» Услышав голос Говарда Джеффри, Ребекка Квентин никак не отреагировала, ее взгляд был прикован к лицу ребенка, словно он не вернулся и словно она не слышала его голоса. Говард Джеффри мягко поднял Ребекку Квентин, обнял ее за талию и тихо сказал: «Мой старший брат и Роджер приехали в Нью-Йорк вместе с моей невесткой. Все они хотят с тобой познакомиться, так что переоденься, и давай поужинаем с ними». Несмотря на то, что Ребекка Квентин стояла лицом к лицу с Говардом Джеффри, она по-прежнему не смотрела ему в лицо, и ее безразличие оставалось таким же, как и всю неделю, без какой-либо реакции на его действия. Говард Джеффри наблюдал за реакцией Ребекки Квентин, но не рассердился, сохраняя терпение на протяжении всего разговора: «Бекка, мой старший брат и невестка редко приезжают в Нью-Йорк. Я хочу познакомить тебя с ними». Ребекка Квентин осталась совершенно невозмутимой. Говард Джеффри никогда не отличался терпением, но в случае с Ребеккой Квентин он проявил почти всё своё спокойствие и самообладание... В этот момент, вновь столкнувшись с безразличием Ребекки Квентин, в глазах Говарда Джеффри наконец-то появилась проницательность. Внезапно он приподнял подбородок Ребекки Квентин, заставляя ее посмотреть на него, и в его тоне появилась нотка мягкости: «Прошло уже больше недели. Как долго ты собираешься продолжать относиться ко мне так, будто я невидимка?» Ребекка Квентин не ответила и не оказала сопротивления, ничуть не испугавшись перемены во взгляде Говарда Джеффри. Говард Джеффри смотрел в глаза Ребекке Квентин, которые постепенно становились непроницаемыми, от них исходили опасность и страх, а его холод замораживал окружающий воздух, понижая температуру в детской до нуля. Внезапно Говард Джеффри крепче сжал подбородок Ребекки Квентин, стиснув зубы и прорычав: «Ребекка Квентин, не испытывай судьбу!!» Несмотря на то, что Говард Джеффри применил сдержанную силу, боль была невыносимой для Ребекки Квентин. Однако, столкнувшись с такой болью, она лишь крепко прикусила губу и молчала. Говард Джеффри внезапно отпустил Ребекку Квентин, взглянул на ее ушибленный подбородок и холодно сказал: «Можешь продолжать тянуть со мной время, но, как я тебе уже говорил, у нас впереди целая жизнь, чтобы медленно изматывать друг друга!» Сказав это, Говард Джеффри повернулся и в гневе ушёл. После ухода Говарда Джеффри Ребекка Квентин уже забыла о боли в подбородке. Она тихо села, все ее тело было словно в оцепенении. Говард Джеффри мчался на большой скорости, но в конце концов, не зная, где окажется машина, припарковал ее на обочине дороги. ---------- Глава 325 - 174: Осмелиться быть настолько самонадеянным перед ним (2/2) Уже наступила ночь. Час пик миновал, и на дороге было мало машин. Уличных фонарей не было, лишь далекие, рассеянные огни города слабо освещали его выразительные черты, источая ауру холода. В этот момент зазвонил его телефон. Он взял трубку и, не раздумывая, нажал кнопку ответа. Прежде чем собеседник успел что-либо сказать, он спокойно произнес: «Встреча отменена!!» На другом конце провода Роджер Леонард еще не разобрался в ситуации, но звуковой сигнал уже эхом отдавался в его ухе. Говард Джеффри небрежно бросил телефон на сиденье, а затем внезапно ударил кулаком по стеклу автомобиля. Окно разбилось при ударе… Осколки стекла выпали наружу, а часть — на сиденье, в результате чего салон автомобиля пришел в беспорядок. Рука Говарда Джеффри кровоточила от пореза осколками стекла, но он, казалось, ничего не чувствовал, позволяя крови капать с раненой руки на сиденье по одной капле… Что ему следует сделать в отношении Ребекки Квентин? Ни одна женщина прежде не вела себя перед ним так распутно, и все же она неоднократно провоцировала его… Неужели она действительно думала, что он будет безрассудно ей потакать? Блин… Говард мысленно выругался, гнев, кипящий в его груди, достиг предела его терпения, которое за более чем тридцать лет ни разу не испытывалось… Однако эта всепоглощающая ярость, столкнувшись с глубочайшим стремлением в его сердце, в конце концов привела к тому, что стремление одержало победу над гневом. Ничто другое не вызывало у него такого сильного желания обладать, кроме неё… Ради неё он подавил свою ненависть, противостоял матери, которой никогда прежде не противостоял, и пообещал покинуть «Скайтоп», чтобы спокойно провести остаток жизни с ней… Несмотря на все его усилия, ему не удалось добиться от нее даже малейшего проявления нежности… Каждую ночь, когда он обнимал её, как же ему хотелось снова почувствовать те нежные объятия, которые когда-то были между ними, но ничего не было, только её холодное тело, словно безжизненный труп, не реагирующий ни на что. Почему она была такой упрямой? Что касается дела с Элис Робинсон, он уже давно спрашивал её об этом… Неужели так сложно довериться ему хотя бы раз? Если ее волновало то, что он никогда по-настоящему не любил ее и причинил ей боль, он мог бы постепенно исправить свои прошлые ошибки, но почему она не оставила ему ни единого шанса? Неужели она действительно закалила свое сердце, чтобы воспринимать его как ничто? Нет, ей не стоит этого делать!! С момента их знакомства им было суждено связать свою жизнь воедино… После рождения ребенка Ребекка Квентин привыкла ложиться спать пораньше… После ужина и укладывания Эндрю спать она пошла в ванную в пижаме… И все же она никак не ожидала, выйдя из ванной после купания, встретить этот глубокий взгляд своими невольными глазами. Его гордая фигура стояла в трех метрах от нее, уже не излучая той леденящей душу суровости, которая была у него, когда он уходил; теперь он молча смотрел на нее. Ребекка Квентин отвела взгляд, не встретившись случайно с Говардом Джеффри, и пошла прямо вперед. Несмотря на то, что Говард Джеффри преградил ей путь, она прошла мимо него, намереваясь покинуть комнату. Однако, как только она прошла мимо него, он внезапно схватил ее за руку. «Опять собираешься спать в соседней комнате?» — холодно спросил он. Ребекка Квентин беспомощно стояла, ничего не отвечая. Ей не нужно было отвечать; он знал, что она собирается пойти в соседнюю детскую, чтобы поспать с Эндрю… Две горничные уже по очереди присматривали за Эндрю; ей не нужно было оставаться рядом с ним по ночам, однако всю эту неделю она проводила ночи в детской. Он оставил ее в покое, не желая слишком давить на нее, зная ее упрямый характер и понимая, что спешка обернется против него… Но сегодня вечером он больше не мог позволить ей отдаляться, опасаясь, что расстояние между ними будет увеличиваться. Он притянул её к кровати и внезапно посадил себе на колени. С нежной любовью он поцеловал ее тонкую шею сзади, тихо прошептав: «Прошу прощения за то, что произошло раньше; это случилось из-за моей неспособности контролировать свои эмоции». Извинения Говарда Джеффри были встречены упорным молчанием Ребекки Квентин. "Всё ещё болит?" Он нежно коснулся ее слегка ушибленной челюсти, и его голос стал тише. Выражение лица Ребекки Квентин оставалось ледяным, она никак не отреагировала. Говард Джеффри медленно произнес: «Бекка, если ты и дальше будешь отказываться со мной разговаривать, думаю, мне придется убедиться, что ты будешь проводить со мной больше времени…» Услышав проникновенные слова Говарда Джеффри, в равнодушном взгляде Ребекки Квентин наконец-то появилась легкая перемена. «Я попрошу кого-нибудь привезти Эндрю к моей маме, так что у нас будет достаточно времени, чтобы обсудить наши проблемы». Ребекка Квентин посмотрела на Говарда Джеффри глазами, полными ненависти. Было очевидно, что он использовал Эндрю, чтобы угрожать ей… Увидев, что Ребекка Квентин смотрит на него, Говард Джеффри слабо улыбнулся: «Я думал, ты больше никогда в жизни на меня не посмотришь!» «Неужели запугивание — это всё, что ты умеешь?» «Возможно, вам это покажется отвратительным, но это единственный способ заставить вас заговорить со мной». «Ты можешь оставить себе мое тело, но ты никогда не сможешь оставить себе мое сердце». Говард Джеффри усмехнулся: «Твоё сердце? Ты забыл, что твоё сердце уже принадлежит мне?» Ребекка Квентин усмехнулась: «Говард, я не понимаю, как такой хладнокровный и безжалостный человек, как ты, может изображать передо мной глубокую привязанность?» Хладнокровный, безжалостный? Выделение, которое Ребекка Квентин сделала на этих восьми словах, заставило Говарда Джеффри нахмуриться. «Раньше я, должно быть, был слеп, раз влюбился в кого-то вроде тебя…» Говард Джеффри, сохраняя спокойствие, порожденное огромным самообладанием и выдержкой, сказал: «Ребекка Квентин, вам следует говорить четче». Ребекка Квентин поднялась с колен Говарда Джеффри, посмотрела на его холодное, но красивое лицо и произнесла слово за словом: «Я всегда думала, что мой отец покончил жизнь самоубийством, стремясь к искуплению, но семь лет назад ты уже устроил ему могилу, жестоко используя меня, чтобы заставить его покончить с собой… Говард, за эти годы была ли хоть одна ночь, когда ты не мог уснуть из-за чувства вины?» Взгляд Говарда Джеффри внезапно похолодел: «Кто тебе это сказал?» «Кто мне это сказал — неважно; важно другое… Я наконец-то увидела тебя таким, какой ты есть, убийцей…» Ребекка Квентин уже была потрясена, слезы текли ручьем, когда она, задыхаясь, выпалила: «Папа совершал ошибки, он мог предстать перед судом, почему ты так жестоко заставил его покончить с собой? Ты знал, что папа был самым важным человеком в моей жизни…» ---------- Главы 326–175: Безумие "Не поэтому ты в последнее время отдалилась от меня?" Вглядываясь в непостижимые черные глаза Говарда Джеффри, Бекка медленно отступила в страхе, пробормотав: «Я была слишком глупа, чтобы заподозрить самоубийство отца… Говард, видя, как ты так со мной обращаешься все эти годы, ты, должно быть, очень доволен, не так ли?» Ее слова, полные сарказма, пронзили его сердце, как острая стрела. Боль распространилась по всему его сердцу… Невиданное ранее чувство утраты разъедало сердце, бившееся ради неё. В ответ на ее вопросы он долго молчал, и как раз когда она подумала, что у него нет возможности защититься, он наконец спокойно произнес: «Ты всегда осуждаешь меня, не выслушивая моей защиты, Бекка. Неужели время действительно изменило тебя по сравнению с той чистой и доброй Беккой, которую я когда-то знал?» Услышав слова Говарда, Бекка слегка замерла. Говард, явно разочарованный, повернулся и снова вышел из комнаты. Корпорация «Скайтоп». Рано утром Джейсон Вуд прибыл в кабинет генерального директора. Джейсон, стоя перед столом и наблюдая за боссом, всей своей осанкой излучал осторожность, понимая, что сегодня у начальника плохое настроение. Стоявшая неподалеку Лиза Сесили докладывала Говарду Джеффри о графике работы. Джейсон подождал, пока Лиза закончит свой доклад, прежде чем тихо произнести: «Босс». Говард жестом предложил Лизе уйти. После ухода Лизы Джейсон с тревогой произнес: «Босс, это моя ошибка привела к взлому электронной почты мисс Квентин… Я уже провел расследование; у анонимного пользователя, взломавшего почту мисс Квентин, был свой брандмауэр, и система защиты, которую я установил для мисс Квентин, не смогла перехватить отправленные ей электронные письма». Говард сидел за своим столом, неторопливо наблюдая за Джейсоном и спрашивая: «Электронное письмо расшифровано?» Джейсон кивнул: «Письмо расшифровано… его отправил мисс Квентин кто-то по имени «Карнейшн». Я уже переслал его содержимое на твой телефон». Говард взял трубку со стола. Неожиданно в электронном письме не было текста, только прикрепленная аудиозапись. Говард нажал кнопку на телефоне, и зазвучала запись… «Говард, умоляю тебя отпустить Бекку, она невиновна. Какие бы гнев и обиды ты ни испытывал, направь их на меня… Пока ты щадишь Бекку, я соглашусь на все, что ты захочешь». Это был явно голос Александра Квентина. «Я отпущу вашу дочь, если вы поплатитесь жизнью за смерть моего отца. Возможно, я рассмотрю вариант пощадить вашу дочь… Но должен напомнить вам, у меня нет терпения; если вы скоро не умрете, то, возможно, пострадает ваша драгоценная дочь». «Хорошо… надеюсь, вы сдержите своё слово». На этом запись закончилась. «Босс, эта запись была сделана, когда вы были во Франции. Она явно призвана посеять недопонимание между вами и мисс Квентин. Я действительно не могу понять, кто мог её отправить?» — размышлял Джейсон. — «Это точно не „М“, потому что сейчас она полностью сосредоточена на мисс Робинсон. Это также не может быть мистер Джонс, потому что в своей нынешней борьбе с „М“ у него не было бы времени создавать проблемы между вами и мисс Квентин. Так кто же мог отправить это письмо мисс Квентин?» В глазах Джейсона читалось сомнение. В этот момент в глазах Говарда читалась расчетливая холодность, и он спокойно заявил: «Я недооценил „М“». Глаза Джейсона расширились от удивления: «Босс, вы хотите сказать, что электронное письмо мисс Квентин отправила некая М.? Но разве она не переключила свое внимание на мисс Робинсон?» Говард покачал головой: «Похоже, наше выступление её не обмануло или не убедило до конца». Джейсон тщательно обдумал ситуацию. Действительно, многие хотели сорвать отношения между боссом и мисс Квентин, но это не могли быть мисс Робинсон или мистер Джонс, потому что каждый шаг мисс Робинсон находился под их контролем, а у мистера Джонса просто не было возможности замышлять подобное в такой критический момент. Следовательно, инициатором этого события мог быть только «М». Подумав об этом, Джейсон постучал себя по лбу: «Какой же я глупец, после того, как следил за тобой годами, я всё ещё не смог этого понять». В этот момент Говард встал, скрестил руки и, слегка нахмурившись, подошел к окну от пола до потолка. Джейсон подошел к Говарду сзади и задумчиво сказал: «Босс, есть кое-что, что я не уверен, стоит ли мне говорить…» "Говорить." Джейсон тихо произнес: «Босс, хотя вы и проявляете „заботу“ о мисс Элис, эта поверхностная забота лишена подлинной эмоциональной связи, поэтому М продолжает испытывать мисс Квентин…» ---------- Глава 327-175: Безумие (Часть 2) Ему не нужно было много говорить, он был уверен, что начальник понимает, что он хочет сказать. Как бы правдоподобно это ни выглядело, это всё равно всего лишь игра. Даже при высочайшем актёрском мастерстве всегда наступает момент, когда проявляется недостаток. К тому же, на этот раз босс не всё предусмотрел до конца. Чтобы отвлечь внимание «М» на мисс Робинсон, «М» нужно убедить в том, что отношения босса с мисс Квентин испортились. Однако до сих пор босс лишь способствовал исчезновению мисс Квентин из поля зрения общественности. Босс нанял телохранителей для защиты мисс Квентин и перевез ее на виллу в пригороде, лишь для того, чтобы скрыть ее местонахождение… Хотя в данный момент никто не может отследить местонахождение мисс Квентин, а именно невозможность отследить передвижения Ребекки Квентин и явную заботу босса о мисс Робинсон, любой здравомыслящий человек поймет, что эти «факты» не в полной мере означают, что босс бросил мисс Квентин в пользу мисс Робинсон. Эта оплошность вызвала подозрения у «М» — как мог начальник допустить такую ​​ошибку? Однако факты уже очевидны перед ними… Он полагал, что босс, должно быть, учел эту оплошность, но не мог смириться с тем, что мисс Квентин покинет его. Он никак не мог понять, почему босс, имея дело с «М» и находясь рядом с мисс Квентин, действительно считал мисс Квентин важнее? Нужно понимать, что малейшая оплошность босса даст «М» возможность воспользоваться ситуацией, что может иметь катастрофические последствия… Может быть, босс настолько очарован мисс Квентин, что не способен мыслить основательно? Пока Джейсон Вуд был погружен в свои мысли, внезапно раздался холодный голос Говарда Джеффри: «Джейсон». Джейсон, придя в себя, тут же выпрямился и сказал: «Да». Говард Джеффри небрежно произнес: «Выпустите последнюю приманку». Джейсон почтительно поклонился и сказал: «Да, я немедленно этим займусь». Бекка, ты всегда выносила мне приговоры, не выслушивая моей защиты. С течением времени ты действительно перестала быть той чистой, доброй и незапятнанной Беккой, которую я когда-то знал? Последние слова, сказанные Говардом Джеффри перед уходом, постоянно прокручивались в голове Ребекки Квентин. Лежа в постели после вечерней ванны, она все еще не могла выбросить из головы эту фразу… Она ворочалась на кровати, пока наконец не села, раздраженно прикусив губу, чтобы подавить гнев в сердце. Какое право он имел обвинять ее, притворяясь невинной? Она изменилась, перестала быть той чистой и доброй женщиной, какой была прежде, и в ней больше не было той тьмы, что раньше. Но задумывался ли он когда-нибудь о том, что ее чистый мир был разрушен его собственными руками, и что он постепенно вселил в нее тьму этого мира? Если бы не встреча с ним, она бы не знала, насколько темным может быть этот мир, полный интриг и лишенный подлинной искренности. Следует понимать, что если бы не встреча с ним, семья Квентин не распалась бы… Непонимание сестрой своего отца, месть сестры ей, «самоубийство» отца и ее глупая одержимость этим злобным человеком — разве все это не было его виной? Совершив столько злодеяний, он все еще ожидал от нее подчинения, словно семья Квентин была в долгу перед семьей Джеффри. Разве его не мучила совесть в кромешной ночи? Какое право он имел говорить, что она изменилась? Подумав об этом, Бекка швырнула все, что попадалось под руку, вперед, и даже подушка погибла, будучи отброшенной к двери. По стечению обстоятельств, в этот момент дверь открылась, и подушка, брошенная Беккой в ​​гневе, как раз попала в входящего. Естественно, это был Говард Джеффри, стоявший в дверях и осматривавший комнату, которую Бекка в ярости перевернула вверх дном. Его пронзительные черные глаза сверкнули холодом, когда он задержал взгляд на ней. Бекка не ожидала возвращения Говарда Джеффри сегодня вечером, поэтому, увидев его, она на мгновение застыла, но, почувствовав холод в его глазах, ее возмущенное сердце упрямо ожесточилось, и она холодно посмотрела на него в ответ. Говард Джеффри медленно прищурился, оценивающе разглядывая её. На обратном пути он все думал о том, как бы ему уговорить ее. Но когда он толкнул дверь и увидел, как в него летит ее подушка, его прежде спокойное сердце снова затрепетало. Он лелеял её, баловал и любил, поэтому она могла вести себя в его присутствии так, как ей вздумается, но терпение и самообладание у всех безграничны. В этот момент Говард Джеффри небрежно закрыл дверь, расстегнул рубашку и, войдя, повернулся к ней боком, спокойно спросил: «Почему кто-то так зол, находясь дома один?» Честно говоря, в его прежнем выражении лица едва уловимо читалась злость; она думала, что столкнется с его гневом, но увидела, как он постепенно гасит пламя в своих глазах. Хотя он не хотел с ней спорить, ее решение не изменилось, поэтому в тот момент она, глядя на его красивый профиль, холодно сказала: «Я хочу взять Эндрю и уйти отсюда». Услышав эти слова Бекки, его красивое лицо слегка помрачнело, но он никак не отреагировал. Лишь расстегнув две пуговицы на шее, он подошел к ней. Она сидела на краю кровати, от нее исходила аура защитной реакции, а ясные глаза пристально смотрели на него. В отличие от недовольства на лице Бекки, на лице Говарда Джеффри не было и следа эмоций. Сидя на краю кровати, его темные глаза встретились с ясным взглядом Бекки, и он мягко сказал: «Ты забыла, что я сказал? Кроме того, что ты будешь рядом со мной, у тебя нет другого выбора». "Невозможный." Говард Джеффри слабо улыбнулся: «Не было ничего, чего бы я хотел сделать, и чего бы я не смог осуществить». Из этого следует, что ей следует прекратить свои фантазии! В ответ на мягкие слова Говарда Джеффри, Бекка стиснула зубы и сказала: «Вы не имеете права лишать меня свободы и жизни!» Говард Джеффри продолжал улыбаться ей, а затем, внезапно, с молниеносной скоростью, поцеловал ее в распухшую щеку и элегантно произнес: «Мы семья, поэтому ваше присутствие рядом со мной вполне естественно, как это можно считать лишением свободы?» Бекка пренебрежительно спросила: «А кто с тобой из семьи?» В тоне Говарда Джеффри звучала нотка озорства: «Разве нас, учитывая наши близкие отношения, не считают ли нас семьей?» Бекка была в ярости и смущена: «Кто с тобой близок, сумасшедшая!» Увидев, как красивое личико Бекки покраснело, Говард Джеффри широко улыбнулся и игриво спросил: «Может, мне в подробностях рассказать, как мы оказались так близко, что к нам пришел Эндрю?» "Какая ты бесстыжая!!" Лицо Бекки действительно покраснело еще сильнее. ---------- Главы 328–176: Её мир возвращается к дням без него В этом мире действительно есть такой негодяй, что она совершенно растеряна. «Чтобы справиться со своей женщиной, методов множество, главное, чтобы она не рассердилась». Слова, произнесенные Говардом Джеффри в этот момент, явно заставили его понизить свою позу перед ней, в их тоне звучало мягкое уговаривание, смешанное с снисходительностью. Тон Ребекки Квентин оставался неизменным: «Я не хочу с вами спорить. Согласны вы со мной или нет, я уйду!» На самом деле, с того самого дня, как она получила это письмо, все ее сомнения по поводу отношений с ним полностью исчезли. Однако в то время за ней следили телохранители, что делало невозможным для нее покинуть Нью-Йорк. После его возвращения, когда она почувствовала его безразличие к опасности, с которой она столкнулась, едва рассеявшееся колебание снова начало распространяться в ее сердце. В течение нескольких дней она пребывала в противоречивых чувствах, и после долгих раздумий, наконец, не выдержала и сегодня выплеснула на него всю свою злость… Она знала, что ей не нужно искать кого-либо для проверки записи, потому что он всегда был человеком, который не остановится ни перед чем, чтобы достичь своих целей. В его характере было вполне естественно говорить такие вещи в то время. Причиной её внутреннего конфликта было непослушание её сердца. В этот момент Говард Джеффри встал с постели, видимо, не приняв ее слов близко к сердцу, и мягко сказал: «Ложись спать первой, я присоединюсь к тебе после душа». Сволочь!! Увидев, как он вошел в ванную, Ребекка Квентин мысленно выругалась. Когда Говард Джеффри вышел из ванной, в комнате уже не было Ребекки Квентин. Не нужно было раздумывать, Говард Джеффри просто направился в соседний детский сад. И действительно, в этот момент Ребекка Квентин спала рядом с кроваткой. Говард Джеффри знал, что Ребекка Квентин не спит. Он тихо, хриплым голосом, чтобы не разбудить спящего ребенка, спросил: «Хочешь, я отнесу тебя обратно в комнату сам, или ты пойдешь сама?» Ребекка Квентин внезапно открыла глаза, ее тело упорно оставалось неподвижным. Говард Джеффри подошел ближе. Как раз в тот момент, когда Ребекка Квентин почувствовала, что Говард Джеффри вот-вот подойдет к ней, она наконец-то приподнялась и сердито посмотрела на него: «Что тебе нужно?» Завернутый лишь в банное полотенце, Говард Джеффри с глубокой нежностью смотрел на Ребекку Квентин и улыбался: «Детка, я просто хочу обнять тебя, пока мы спим, вот и все». Чтобы избежать ссоры в комнате, Ребекка Квентин самостоятельно вышла из детской. В тот самый момент, когда она вышла из детской, Говард Джеффри внезапно обнял ее сзади. Две служанки, стоявшие у двери детской, увидев это, тактично и молча отступили. Низкий, хриплый голос Говарда Джеффри шепнул на ухо Ребекке Квентин: «Бекка, если ты не против, я могу сейчас медленно объяснить тебе причину смерти твоего отца». Ребекка Квентин силой разжала объятые руки Говарда Джеффри, сердито воскликнув: «Не смей говорить, что ты не говорил этого моему отцу!» Говард Джеффри стоял там, молча глядя на неё. «Я знаю, ты можешь дать мне разумное объяснение, но какое бы объяснение ты ни дал, оно не изменит того факта, что если бы не ты, папа никогда бы не покончил жизнь самоубийством. Ты жестокий, презренный, лицемерный, лживый, и я никогда не буду общаться с таким человеком, как ты!» «Жестокий, презренный, лицемерный, лживый?» В этот момент Говард Джеффри повторил эти четыре уничижительных прилагательных, затем внезапно презрительно усмехнулся и холодно рассмеялся. Ребекка Квентин внимательно наблюдала за каждым выражением лица Говарда Джеффри и, увидев ухмылку на его губах, холодно спросила: «Над чем вы смеетесь?» Говард Джеффри продолжал холодно насмехаться, снова повторяя: «Жестокий, презренный, лицемерный, лживый… Ха, Ребекка Квентин, я всегда переоценивал наши чувства или недооценивал себя?» Его голос был слегка хриплым. Атмосфера вокруг них резко накалилась. Ребекка Квентин почувствовала исходящий от него холод, который окутывал её целиком, заставляя дрожать неконтролируемо, но она не хотела показывать слабость перед ним. Взглянув на него, она ответила ледяным взглядом: «Ты ошибаешься. Между нами никогда не было никаких так называемых чувств, ни с самого начала, ни до конца». Ребекка Квентин затянула шнурок ночной рубашки и спокойно повторила: «Говард Джеффри, ты говоришь мне это, потому что хочешь победить Скайлер Джонс, верно? На самом деле, тебе совершенно всё равно, победа это или поражение, потому что даже если я не буду с тобой, я не буду и со Скайлер Джонс…» В этот момент Ребекка Квентин глубоко вздохнула, сжав кулаки так сильно, что ногти впились ей в ладони: «Из-за меня между тобой и мистером Джонсом не будет ни победы, ни поражения, поэтому, пожалуйста, не трать на меня больше времени… Будь уверена, я не буду держать на тебя обиду из-за смерти папы, потому что знаю, что ты всегда очень тщательно продумываешь свои стратегии, и я не могу с тобой бороться ни при каких обстоятельствах… Я лишь прошу, чтобы мы окончательно покончили с этим!» Смертоносные слова, произнесенные Ребеккой Квентин, окончательно разожгли подавленный гнев Говарда Джеффри. «Ребекка Квентин, ты думаешь, это может просто закончиться, потому что ты этого хочешь?» — холодно парировал Говард Джеффри, не желая объяснять ее обвинения. Ребекка Квентин повернулась к нему спиной, закрыв усталые глаза: «Или ты хочешь снова мне отомстить?» «Нет». Говард Джеффри подошел и обнял Ребекку Квентин. Она отчаянно сопротивлялась, но Говард Джеффри легко ее усмирил. "Как наши отношения могли так закончиться?!" Глубокий голос Говарда Джеффри и ледяные черные глаза заставили Ребекку Квентин неконтролируемо дрожать. Ребекка Квентин в шоке посмотрела на Говарда Джеффри, ее охватил ужасающий страх. «Прежде чем всё закончится, я должен подтвердить все выдвинутые против меня обвинения», — прошептал Говард Джеффри. Ребекка Квентин саркастически рассмеялась: «Ты уже причинил мне столько вреда… Думаешь, меня всё ещё волнует этот раз?» В этот момент скрытые горечь и гнев Ребекки Квентин выплеснулись наружу: «Больше всего в жизни я сожалею о том, что когда-то ошибочно тебе доверилась». «Тогда тебе действительно не стоит возражать!» — воскликнул Говард Джеффри, выкрикивая последние слова, наклонился и поцеловал Ребекку Квентин, прижимая её к себе руками. Он быстро подхватил её на руки, распахнул за собой дверь спальни, заглушил её испуганные крики своим страстным поцелуем, и они оба упали на большую кровать позади себя. "Отпустите меня!" Ребекка Квентин сердито вскрикнула, чувствуя, как Говард Джеффри крепко обнимает ее, его крепкую грудь и мускулы, каждый сантиметр тела излучает силу. "Раз уж вы не возражаете, тогда не сопротивляйтесь!" В тот момент, когда всё закончилось, Ребекка Квентин лежала обессиленная, а Говард Джеффри тут же повернулся, встал с постели и быстро оделся. Ребекка Квентин безучастно смотрела в потолок, одеяло беспорядочно лежало на ней, даже не прикрывая обнаженные плечи. Говард Джеффри взял телефон и нажал кнопку вызова: «Приезжай за мной». Раздался лишь глухой хлопок, когда захлопнулась дверь, и в спальне воцарилась бесконечная тишина. Атмосфера страсти постепенно рассеялась, и ясный взгляд Ребекки Квентин, устремленный в потолок, тоже начал расплываться… Эти сцены снова и снова прокручивались в ее голове. Она поцарапала ему спину, испещренную ужасными ранами, и он полностью выполнил свое слово. В этом году и даже больше она впервые почувствовала его гнев в такой степени… Раньше, как бы она его ни провоцировала, он никогда не заставлял ее чувствовать себя так; сегодня вечером он окончательно разрушил ее семилетние сомнения. На самом деле, это, пожалуй, к лучшему… Больше нет места для примирения, никаких конфликтов больше не будет… Измученная, она закрыла жгучие глаза, надеясь, что, открыв их завтра, она снова обретет покой, и его образ полностью исчезнет из ее жизни. У главных ворот виллы Джейсон Вуд уже вышел из машины и открыл дверь. Говард Джеффри сел в машину с ледяным видом. Джейсон Вуд быстро сел в машину, и в зеркало заднего вида он увидел Говарда Джеффри, потирающего усталый лоб. "Босс…" Джейсон Вуд редко видел Говарда Джеффри настолько измотанным, что это вызывало у него беспокойство. Говард Джеффри перестал потирать лоб и откинулся на спинку стула; голос его, охрипший от волнения, произнес: «Пошли!» Джейсон Вуд осторожно спросил: «В Манхэттен?» Манхэттен — это центральная часть Нью-Йорка, где находится штаб-квартира компании "Skytop" Group. Говард Джеффри легкомысленно произнес: «Куин Дистрикт». Услышав слова "Queen District", Джейсон Вуд слегка опешился, а затем завел двигатель. Элис Робинсон была сонной, когда услышала звонок в дверь. Пробившись сквозь сонливость, она небрежно надела халат и встала, чтобы открыть дверь. С момента приезда в Нью-Йорк она жила в доме своего брата. Поскольку он был врачом, он часто оставался в больнице, изредка приезжая домой, обычно поздно ночью, на дежурство. Сначала она думала, что это ее брат, но, открыв дверь, перед ней предстала та самая привлекательная фигура, о которой она так давно мечтала. "Джефф… Джеффри?" Радость полностью разбудила Элис Робинсон, из-за чего ее речь стала немного заикаться. "Вы можете меня принять?" "Конечно!!" Элис Робинсон поспешно распахнула дверь настежь. Вошёл Говард Джеффри, Элис Робинсон радостно закрыла дверь и последовала за ним. Говард Джеффри вошел в комнату один и лег на кровать. Увидев усталую фигуру Говарда Джеффри, Элис Робинсон села на край кровати и невольно спросила: «Работа в последнее время слишком изматывает?» Говард Джеффри держал глаза закрытыми и ничего не отвечал. Элис Робинсон не стала задавать лишних вопросов. Она поправила одеяло для Говарда Джеффри, готовясь чуть позже набрать ему ванну, но, когда она натянула одеяло, ее нос случайно уловил слабый женский запах, исходящий от него. Она узнала этот запах, принадлежащий Ребекке Квентин… она часто чувствовала его на нём. Если она догадалась, что он был с Ребеккой Квентин минуту назад, и решила подойти к ней сейчас, это было очевидно… Элис Робинсон всегда была умна и понимала, что даже если у нее много вопросов, сейчас неуместно их высказывать. Она предпочла вести себя небрежно и тихо спросила: «Хочешь принять ванну?» Говард Джеффри легкомысленно ответил: «Мм». Затем Элис Робинсон встала и пошла в ванную. Утром в комнату проник первый луч солнца. Элис Робинсон проснулась рядом с Говардом Джеффри, и в первый же миг, как проснулась, посмотрела на него. Она была благодарна, что вчерашняя ночь не была сном; он действительно был рядом с ней… ---------- Глава 329-177: Прощание 1 Элис Робинсон повернулась на бок и начала тихо наблюдать за ним, пока он спал. Ей редко выпадала возможность наблюдать за ним так пристально… Знал ли он, что они на самом деле познакомились не через миссис Джеффри год назад? Она знала его с шестнадцати лет. Просто он мог забыть… Тогда ему было двадцать восемь, и он уже был известной фигурой в деловом мире. Она помнила, как присутствовала на важном банкете со своим дядей, хотя и не могла вспомнить его название. Он тоже был там, сразу же оказавшись в центре внимания, в окружении льстивых и подхалимских людей, словно король, которому льстят подданные. Она смотрела на него через толпу, не в силах оторвать от него взгляд ни на мгновение. Впервые она поняла, что значит, когда бьётся женское сердце. Мужчины вокруг обсуждали его достижения, а женщины были очарованы им… Она всегда держалась отстраненно и никогда не поддавалась влиянию мужчин, но, увидев его, она больше не могла отвести от него взгляд. Привлекательная внешность, уверенность и благородство, ум, превосходящий других, бизнес-империя, которой можно гордиться… Вокруг него были все качества, которыми хотел бы обладать каждый мужчина, и люди, даже не прилагая усилий, восхваляли его этими словами. Она и представить себе не могла, что в мире может быть такой совершенный и выдающийся мужчина; он был поистине божеством среди людей… Позже дядя отвел ее поприветствовать его… Когда она внимательно посмотрела на него, ее сердце, дрожа от волнения, словно вот-вот выскочит из груди. Никто не догадывался, как сильно к нему тронулось ее сердце; он лишь вежливо похвалил ее дядю: «Она очень красивая», — но от этого ее сердце наполнилось сладостью, словно от меда. После окончания банкета, хотя она больше его не видела, она отчетливо помнила его приятный, магнетический голос. Позже она продолжала искать возможность встретиться с ним, но прежде чем у нее появилась такая возможность, он уже объявил о своей свадьбе… Когда она прочитала в газете о его женитьбе, ей показалось, что ее мир рухнул, и ей потребовалось шесть месяцев, чтобы оправиться от удара… Позже она узнала, что он развёлся, но рядом с ним всё ещё оставалась женщина по фамилии Куинн. Она всегда молча следила за новостями о нем, надеясь, что небеса даруют ей шанс встретиться с ним, и ее настойчивость окупилась; на благотворительном аукционе она познакомилась с его матерью… Она признала, что намеренно льстила и старалась хорошо ладить с окружающими, и благодаря этому завоевала расположение миссис Джеффри… Она и представить себе не могла, что однажды миссис Джеффри скажет, что хочет познакомить ее с ним… Она до сих пор помнила волнение того момента, и, к своему удивлению, после знакомства с ним они начали встречаться. Несмотря на то, что она знала о его необъяснимом равнодушии к ней, она всецело посвятила себя их отношениям. Когда их свадьбу сорвал инцидент с родами его бывшей жены, она поняла, что обманывала себя: его сердце всегда принадлежало бывшей жене… Вспоминая всё это, она всё ещё испытывала душевную боль, но не собиралась отступать, потому что ни одна женщина в этом мире не подходила ему больше, чем она. Она нежно поцеловала его в лоб, а затем встала с кровати. Когда Говард Джеффри вышел из комнаты, он увидел Элис Робинсон, несущую из кухни свежеприготовленный завтрак. Увидев Говарда Джеффри, Элис Робинсон, как обычно, улыбнулась и сказала: «Доброе утро». Говард Джеффри взглянул на Элис Робинсон и приготовился покинуть ее квартиру, но она перехватила его в последний момент. «Я приготовила для тебя завтрак; съешь его перед уходом!» «У меня нет привычки завтракать». «Это никуда не годится, завтрак — самый важный прием пищи за день. Ты так много работаешь каждый день, что должен есть!» — сказала Элис Робинсон, потянув Говарда Джеффри прямо к обеденному столу. Блюда, приготовленные Элис Робинсон, были восхитительны; аромат завтрака витал в воздухе еще до того, как доносился до стола. Элис Робинсон посадила Говарда Джеффри за стол: «Я знаю, ты не любишь тосты, поэтому я специально приготовила тебе китайский завтрак… На приготовление этой каши у меня ушло много времени; она полезна для желудка. Попробуй, должно быть, очень вкусно». Говард Джеффри взглянул на кашу перед собой. Элис Робинсон сидела напротив Говарда Джеффри и умоляюще говорила: «Пожалуйста, попробуйте; я действительно потратила много времени на создание этого». Говард Джеффри наконец взял ложку и попробовал кусочек. ---------- Глава 330-177: Прощание (Часть 1) Алиса с ожиданием спросила: «Вкусно?» Говард Джеффри не ответил Алисе, а продолжал пить кашу, надеясь дать ей ответ. Хотя Говард Джеффри молчал, наблюдая за тем, как он ест приготовленную ею кашу, Алиса чувствовала себя прекрасно… Однако эта приятная атмосфера длилась всего несколько секунд, так как в этот момент неожиданно зазвонил телефон Говарда Джеффри. Говард Джеффри тут же отложил ложку и достал телефон. На экране отобразился номер новой виллы… Говард Джеффри встал, нажал кнопку ответа: «Что случилось?» На другом конце провода раздался уважительный голос слуги виллы: «Мистер Джеффри, я только что видел, как мисс Квентин собирала вещи в комнате. Мисс Квентин всегда хотела покинуть виллу, боюсь, мы не можем ей помешать, а телохранители не смеют применять силу к мисс Квентин, поэтому… Мистер Джеффри, не могли бы вы вернуться еще раз?» "Я понимаю." Закончив разговор, Говард Джеффри повернулся и направился к двери. Элис почти догадалась, что звонок, который только что получил Говард Джеффри, был связан с Ребеккой Квентин, благодаря своей женской интуиции, но не стала спрашивать; она просто остановила его на месте: «Подождите минутку». Сказав это, она как можно быстрее вошла в комнату. Спустя несколько секунд Алиса наконец поспешно вышла из комнаты, держа в руке запасной пиджак. «Вы забыли куртку». Передавая куртку Говарду Джеффри, Элис по-прежнему говорила мягким тоном. Говард Джеффри ничего не сказал, взял куртку и ушел. «Мистер Джеффри, мисс Квентин в комнате». Увидев возвращение хозяина, все слуги и телохранители на вилле вздохнули с облегчением. Говард Джеффри не стал сразу подниматься на второй этаж, а сел на диван в коридоре. Слуги не посмели его потревожить и удалились, освободив место и время для Говарда Джеффри. Говард Джеффри на мгновение задумался и молча сел. Внезапно он приказал стоявшему в стороне слуге: «Приведите сюда Эндрю». "Да." Спустя мгновение раздался неуверенный голос слуги: «Мистер Джеффри, мисс Квентин, она…» Услышав голос, Говард Джеффри обернулся. В этот момент Ребекка Квентин спустилась со второго этажа, держа на руках Эндрю. Она смотрела на Говарда Джеффри, словно настороже. «Можете уходить!» Говард Джеффри сказал слуге. Слуга тут же ушел. В большом зале остались только Ребекка Квентин и Говард Джеффри. Ребекка Квентин крепко обняла спящего Эндрю, видимо, боясь подойти к нему. Она остановилась у лестницы и холодно спросила: «Ты хочешь снова использовать Эндрю, чтобы угрожать мне?» «А что вы думаете?» — легкомысленно ответил Говард Джеффри. Ребекка Квентин недовольно нахмурилась: «Говард Джеффри, прекратите использовать такие презренные методы, чтобы заставлять людей подчиняться. Ребенок не является для нас жертвой. Что бы ни происходило между нами, взрослыми, это не должно влиять на ребенка. Почему мы не можем обеспечить ребенку мирную и спокойную жизнь?» Голос Говарда Джеффри по-прежнему был бесстрастным: «Без меня разве вы сможете жить мирной и спокойной жизнью?» «Да, без тебя мы с Эндрю сможем жить лучше». Слова Ребекки Квентин заставили Говарда Джеффри замолчать. Ребекка Квентин продолжила: «Говард Джеффри, зачем делать всех несчастными? Ты действительно чувствуешь себя лучше, когда заставляешь себя быть со мной?» Говард Джеффри, прищурившись, внимательно разглядывал Ребекку Квентин, но спокойным тоном спросил: «Вы действительно хотите уйти?» Ребекка Квентин энергично кивнула: «Да». Говард Джеффри тоже кивнул, словно немного подумав, и через несколько секунд сказал: «Хорошо, вам нужно ответить только на один вопрос. Если я буду доволен, я вас отпущу». "Вперед, продолжать." "Осталось ли для меня ещё место в твоём сердце?" Ребекка Квентин, никогда не думая, что он задаст такой простой вопрос, была слегка ошеломлена. «Говори». Говард Джеффри не дал ей времени на размышление, попросив ответить прямо. Если бы это была прежняя Ребекка Квентин, она, возможно, колебалась бы, задавая этот вопрос, но в этот момент в голове Ребекки Квентин промелькнули все его лицемерные поступки и жестокие методы, поэтому она, естественно, сказала: «Нет, ты должен знать, я осталась в Нью-Йорке, потому что Элис меня обманула. Не ради тебя. Хотя я и была тронута твоим признанием, когда Элис забеременела, а причина смерти моего отца стала известна, последние остатки моей влюбленности в тебя были полностью разрушены тобой». Услышав слова Ребекки Квентин, Говард Джеффри встал и направился к ней. В глубине души Ребекка Квентин всегда боялась Говарда Джеффри. Увидев, как он подходит без всяких эмоций, не в силах понять его мысли, она запаниковала. Она отступила назад: «Что ты хочешь сделать?» Говард Джеффри продолжал давить на Ребекку Квентин, пока она не прислонилась телом к ​​перилам лестницы позади себя. Теперь они находились совсем рядом, перед ней стоял Говард Джеффри. На его красивом лице не было никаких эмоций, когда он скользнул взглядом по ее слегка бледному лицу и прошептал: «Бекка, если не будет дела до Алисы и твоего отца, ты бы предпочла быть со мной в этот момент?» "Нет." Ребекка Квентин тут же это выплюнула. Говард Джеффри сосредоточил взгляд на прекрасном лице Ребекки Квентин, его голос немного понизился: "Почему?" «Потому что, когда я так сильно любила тебя, ты давал мне лишь игру, презрение и позор. Говард Джеффри, ты когда-нибудь задумывался о том, что с того дня, как мы познакомились, ты никогда не давал мне чувства безопасности? Ты всегда бесцеремонно играл с моими чувствами, заставляя меня снова и снова испытывать боль, находясь рядом с тобой, полной надежд. Ты никогда не воспринимал чувства всерьез, вернее, никогда не собирался воспринимать меня всерьез. Но в этом нельзя винить тебя, ведь я всегда заботилась о тебе больше, чем ты обо мне, позволяя тебе использовать и причинять мне боль снова и снова. Но ты никогда не задумывался о том, как можно залечить разбитое сердце, и все же шрамы остаются. Даже если это не потому, что ты хотел завоевать Скайлер Джонс, я никогда не смогу любить тебя так же чисто, как раньше… Вот почему ты сказал, что я изменилась, да, я изменилась, я просто больше тебя не люблю». Раз уж пришло время всё прояснить, расскажите ему всё от всего сердца! Она произнесла все эти проникновенные слова на одном дыхании, но, сказав их, она не почувствовала такого облегчения, как представляла себе; ей казалось, будто кто-то держит ее, и это немного болело. Внезапно Говард Джеффри глубоко вздохнул и отпустил Ребекку Квентин. Внезапно освободившись от его объятий, Ребекка Квентин постепенно расслабилась. Говард Джеффри, взглянув на Ребекку Квентин, тихо сказал: «Бекка, я тебе когда-нибудь говорил, что желание заполучить тебя всегда было для меня чем-то очень экстравагантным». Взгляд Ребекки Квентин застыл. «Мы женаты уже два года, и каждый раз, когда я чувствую к тебе влечение, я напоминаю себе, что должен держаться от тебя подальше. Поэтому я несколько раз уезжал из Т-Сити в командировки, чтобы избежать тебя. За четыре года нашей разлуки я ни разу не искал тебя, потому что знал, что даже если найду, ничего не смогу тебе дать». С этими словами на лице Говарда Джеффри появилась печальная улыбка. «Но в этом мире не всегда всё идёт по волшебству. Когда я вдали от тебя, ты снова и снова появляешься в моей жизни. Я использовал тебя, чтобы спровоцировать брата, но кто знает, в то же время я использовал это короткое время, чтобы удовлетворить свою тоску по тебе… Каждую ночь, находясь с тобой, наблюдая, как ты крепко спишь в моих объятиях, я всегда думаю: было бы хорошо, если бы этот момент длился ещё немного». ---------- Глава 331-178: Прощание 2 В этот момент в его голосе звучала нежная печаль, какой она от него никогда не слышала. Она думала, что такой человек, как он, лишенный эмоций, никогда в жизни не испытает подобной печали. «Бекка, знаешь ли ты, с самого начала и до конца я всегда знал, что сколько бы усилий мы ни прилагали, как бы мы ни любили друг друга, у нас никогда не будет счастливого конца… И все же я хотел бросить вызов судьбе, пытался удержать тебя рядом навсегда, но факт доказал, что все концовки в этом мире предопределены, даже я не могу это изменить». Ребекка Квентин недоуменно покачала головой. Почему он сказал, что у них никогда не будет счастливого конца от начала до конца? Если два человека вместе и оба заботятся друг о друге, какие препятствия они не смогут преодолеть? Единственная причина, по которой они не могут быть вместе, — это отсутствие любви; он просто оправдывает свои прошлые поступки. «Возможно, сейчас ты не понимаешь, что я говорю, но в будущем ты, конечно же, поймешь. Я просто хочу напомнить тебе, Бекка, что помимо той тьмы, которую я тебе показал, есть еще больше тьмы, которую ты не видишь. Многие вещи, многие люди никогда не бывают такими простыми, как тебе кажется, и я не родился таким мрачным…» Почему она сегодня не поняла ни слова из того, что он сказал, и при этом ее слова были пронизаны необъяснимой печалью? «Бекка, наша встреча в этой жизни была всего лишь мимолетным эпизодом; у тебя свой путь, а у меня свой. Я искренне надеюсь, что в будущем ты найдешь того, кто сможет по-настоящему подарить тебе счастье». Что он имеет в виду? Он намекает, что отпускает её? Ребекка Квентин была озадачена, необъяснимая печаль накапливалась в ее груди, затрудняя дыхание. «Когда вы хотите уехать?» — внезапно спросил Говард Джеффри, и в его голосе снова появилась обычная холодная безразличность. Грусть словно водоворот затягивал ее все глубже, но его бесстрастный голос внезапно освободил ее, вернув к реальности. Ребекка Квентин спокойно посмотрела на Говарда Джеффри и ответила: «Прямо сейчас». Говард Джеффри снова спросил: «Вы уже подумали о том, куда хотите поехать?» Ребекка Квентин честно ответила: «Вернуться в Олдертон». Говард Джеффри внезапно воскликнул: «Возвращайтесь в Т-Сити!» Ребекка Квентин замерла на месте. Говард Джеффри добавил: «В конце концов, Олдертон — это чужая страна; а Ти-Сити — это место, где ты вырос». Ребекка Квентин замолчала. Разве она не хотела вернуться в Т-Сити? Но в городе Т у неё ничего не было… В Олдертоне, по крайней мере, находился дом ее сестры, и спокойствие этого маленького городка было именно той средой обитания, о которой она мечтала. Однако, каким бы хорошим ни был Олдертон, место, где она действительно хотела остаться, по-прежнему оставалось городом Y. Представив себя наедине с ребенком в чужой стране, она вообразила перед собой безрадостную картину. Говард Джеффри понял истинное желание Ребекки Квентин и прямо сказал: «Я организую отправку тебя обратно в Т-Сити». Ребекка Квентин почти сразу же покачала головой: «Я не вернусь в Т-Сити, у меня нет денег, я не хочу туда возвращаться». Говард Джеффри заявил: «Я устрою твою жизнь». «Мне это не нужно!» — твердо ответила Ребекка Квентин. — «Мне не нужна ни ваша помощь, ни ваше сочувствие. Когда мы подписывали соглашение, я обещала, что буду воспитывать Эндрю сама». Говард Джеффри нахмурился: «Почему вы так настаиваете на этом?» Ребекка Квентин вежливо и насмешливо ответила: «Потому что вы никогда не поймете, насколько важно для человека чувство собственного достоинства». Говард Джеффри не стал спорить с Ребеккой Квентин и сразу же сказал: «Если ты не хочешь ничего мне быть должна, то сделай это как долг. Можешь использовать мои деньги, чтобы вернуться в Т-Сити и обустроить там жизнь, которую хочешь. Когда у тебя появятся деньги, ты сможешь мне вернуть долг». Его смена слов действительно тронула её. В городе Т, будь то поиск работы или жилье, все лучше, чем за границей. Она, конечно, надеялась вернуться в город Т. После нескольких секунд колебания Ребекка Квентин наконец кивнула: «Хорошо, я вернусь в Т-Сити и буду постепенно возвращать вам деньги». В следующую секунду Говард Джеффри вытащил из кармана пиджака чек и ручку, написал цифру, оторвал лист бумаги и передал его Ребекке Квентин. Ребекка Квентин, держа на руках Эндрю, не могла этого вынести, но все же видела цифры на нем. «Мне столько не нужно…» Если она не ошибалась, речь шла о десяти миллионах, что, возможно, ничто по сравнению с его состоянием, но это был долг, который она не могла вернуть. ---------- Глава 332-178: Прощание (Часть 2) «Я одолжу тебе один миллион, остальные девять миллионов — на алименты Эндрю». «Эндрю не нуждается в вашей поддержке». «Возможно, вам и не нужна моя поддержка в отношении Эндрю, но я не могу просто игнорировать своего сына». Хорошо, если он хочет дать, пусть дает. К тому же, эти деньги для него ничего не значат, и она все равно вернет их позже. «Делай, что хочешь!» Слуга вынес багаж Ребекки Квентин в коридор. В этот момент Эндрю уже проснулся и оглядывался по сторонам в объятиях Ребекки Квентин. Водитель, которого нанял Говард Джеффри, уже стоял у ворот виллы, а в саду группа слуг перешептывалась. Ребекка Квентин не слышала, о чем говорили слуги, но смутно догадывалась, что они, вероятно, обсуждали ее внезапный уход, из-за которого они потеряют работу. "#￥￥%％％…" Эндрю что-то бормотал. Ребекка Квентин повернула голову, чтобы взглянуть на него. Да, она искала Говарда Джеффри. Она не ждала, пока он попрощается, а хотела, чтобы он в последний раз взглянул на Эндрю. В будущем он будет в Нью-Йорке, она — в Ти-Сити. У них будет достаточно возможностей встретиться, но сказать наверняка сложно… Город настолько большой, что даже если она проедет мимо «Скайтопа» с Эндрю, она вряд ли встретит его, когда он будет ехать в Т-Сити. Возможно, они не встретятся в течение всей своей жизни, но это не исключено. Не увидев Говарда Джеффри, Ребекка Квентин спросила слугу: «Где мистер Джеффри?» Слуга покачал головой: «Давно его не видел». Ребекка Квентин изначально хотела попросить слугу поискать Говарда Джеффри, но потом подумала, что если он действительно не может расстаться с Эндрю, то не покинет виллу сейчас. Зачем ей настаивать на его приезде к Эндрю? Это только покажет, что она слишком сентиментальна по поводу отъезда. "Неважно, помоги мне с багажом, пошли!" "Хорошо." У ворот виллы уже стоял черный автомобиль. Ребекка Квентин, возможно, погруженная в свои мысли, не поняла, что это обычный «Бентли» Говарда Джеффри, и села за руль, держа на руках Эндрю. Только сев на заднее сиденье, она поняла, что за рулем сидит Говард Джеффри, и неловко сказала: «Извините, я не узнала вашу машину. Я думала, это водитель, которого вы прислали отвезти меня в аэропорт… Я сейчас выйду». — сказала она и приготовилась выйти из машины. Но когда Ребекка Квентин открыла дверцу машины, чтобы уйти, раздался низкий голос Говарда Джеффри: «Вы не ошиблись, я везу вас в аэропорт». «Э-э… я еду в аэропорт XX». Она определенно не хотела лететь на его частном самолете; она не хотела быть ему должна. "Мм." Говард Джеффри почти не отреагировал, а затем завел двигатель. Ребекка Квентин больше не возражала, закрыла дверцу машины и села на заднее сиденье рядом с Эндрю. Машина выехала с виллы… Ребекка Квентин держала Эндрю на руках и смотрела на пейзаж за окном. Казалось, Эндрю интересовался всем на свете; его умные глаза закатывались, длинные ресницы трепетали, он был невероятно очарователен. Однако Ребекке Квентин не пришло в голову представить миру Эндрю, он снова погрузился в свои мысли. Спустя некоторое время машина подъехала к аэропорту. Ребекка Квентин, казалось, удивилась, что они так быстро добрались до аэропорта, а затем вместе с Эндрю вышла из машины. Говард Джеффри нес багаж, пока Ребекка Квентин держала Эндрю на руках, и они направлялись в вестибюль аэропорта. Ее билет был недавно освободившимся после того, как другой пассажир отменил поездку по какой-то причине, поэтому рейс в аэропорт Т вот-вот должен был вылететь, а он уже стоял на пункте контроля безопасности. На пункте досмотра Ребекка Квентин обратилась к Говарду Джеффри: «Не могли бы вы помочь с регистрацией багажа? Я держу Эндрю на руках, и это неудобно». "Конечно." Говард Джеффри направился к стойке регистрации с багажом. Ребекка Квентин молча ждала на месте, наблюдая за его разговором с персоналом, а затем посмотрела на Эндрю у себя на руках: «Милый, ты скоро попрощаешься с папой, не забудь сказать это, хорошо?» Эндрю бормотал что-то себе под нос, как будто всё понял. Когда Ребекка Квентин снова подняла взгляд на Говарда Джеффри, он уже закончил регистрацию багажа и направлялся к ней. Ребекка Квентин не отшатнулась, а лишь слабо улыбнулась: «Спасибо». Говард Джеффри связался с Ребеккой Квентин и спросил: «Когда вы приедете в Т-Сити, я организую, кто вас встретит». «Нет необходимости… Я знаком с Т-Сити, могу переночевать в отеле, а на следующий день найти другое жилье». «Возможно, вы сможете поймать такси прямо из аэропорта, но кто поможет вам с багажом внутри аэропорта?» "Я…" «Будьте благоразумны, это не одолжение, а просто забота о безопасности Эндрю». Раз уж он так выразился, у неё не было причин отказывать. После минутного молчания в зале аэропорта начали объявлять посадку на рейс, которым должна была лететь Ребекка Квентин. Ребекка Квентин сказала: «Мне нужно идти…» "Позволь мне обнять Эндрю." "Хорошо." Ребекка Квентин мягко кивнула и осторожно передала Эндрю. Проведя столько дней с Говардом Джеффри, Эндрю уже был с ним довольно хорошо знаком и улыбался в его объятиях даже более непринужденно, чем с Ребеккой Квентин. «Малыш, будь хорошим слушателем мамы в Т-Сити, хорошо?» — Говард Джеффри нежно поцеловал Эндрю и по-родительски посоветовал ему. Эндрю пристально смотрел на отца круглыми глазами, казалось, он был настроен серьезно и собирался его выслушать. Ребекка Квентин подошла к отцу и сыну, поправляя одежду Эндрю. Говард Джеффри умел развлекать Эндрю, заставляя его хихикать с каждым предложением. Ребекка Квентин не сводила глаз с Эндрю, сидевшего на руках у Говарда Джеффри, и в какой-то момент неосознанно перевела взгляд на его лицо. Глядя на красивое лицо Говарда Джеффри, наполненное отцовской любовью, Ребекка Квентин не могла не быть очарована. Возможно, в поговорке о связи отца и сына есть доля правды; он и Эндрю становились все более гармоничными. Каждый раз, когда он развлекал Эндрю, тот отвечал лучезарной улыбкой, вызывая зависть даже у нее… "Малышка, ну же, поцелуй папу." Говард Джеффри поднял Эндрю на руки и нежно произнес слова. Эндрю не знал, как целоваться, и теперь, находясь в объятиях Говарда Джеффри, смотрел в другую сторону. Ребекка Квентин рассмеялась и сказала: «Наш сын ищет что-то другое». Говард Джеффри легонько похлопал Эндрю по попе: «Маленький проказник, не морщится папочке». Эндрю поджал губы, глядя на отца с невинным выражением лица. ---------- Глава 333-179: Прощание 3 Ребекка Квентин рассмеялась еще громче из-за выражения лица ребенка. В тот момент Говард Джеффри и Ребекка Квентин, казалось, полностью погрузились в происходящее, наслаждаясь теплом своей маленькой семьи. Однако второе объявление о начале посадки в аэропорту мгновенно вернуло их к реальности… Ребекка Квентин взглянула на время в аэропорту и сказала: «Скоро посадка, если я сейчас не пройду досмотр, то пропущу рейс». «Хорошо», — ответил Говард Джеффри. Затем Ребекка Квентин взяла Эндрю из рук Говарда Джеффри. Когда Эндрю снова оказался в объятиях Ребекки Квентин, он выглядел недовольным и, казалось, вот-вот надуется и заплачет. Ребекка Квентин быстро заговорила с Эндрю, уговаривая его. Эндрю легко удалось успокоить, и его внимание переключилось на что-то другое… Когда Эндрю успокоился, Ребекка Квентин взяла из рук Говарда Джеффри документы и посадочный талон и тихо сказала: «Я ухожу…» "До свидания." "До свидания." Когда Ребекка Квентин уже собиралась повернуть к контрольно-пропускному пункту, она вдруг что-то вспомнила и обернулась, сказав Говарду Джеффри: «Извини, я должна тебе сказать… Если мы встретимся в будущем, давай больше не будем здороваться. У каждого из нас своя жизнь, и я не хочу влиять на наше будущее». Кадык Говарда Джеффри слегка пошевелился, "Хорошо". Затем Ребекка Квентин отнесла Эндрю на контрольно-пропускной пункт. Говард Джеффри развернулся и покинул аэропорт. Ребекка Квентин по-прежнему поворачивала голову, чтобы посмотреть в том направлении, где находился Говард Джеффри. Но его там уже не было, она видела лишь его высокую, удаляющуюся фигуру. В этот момент Ребекка Квентин почувствовала, как в груди медленно разливается волна сердечной боли. Она глубоко вздохнула, широко раскрыла глаза, не позволяя себе ни малейшего колебания, и направилась прямо в зал ожидания. Автомобиль стремительно тронулся с места и выехал из аэропорта. Говард Джеффри крепко сжал руль, его разум был полон неразрывной связи с этой прекрасной фигурой. Внезапно он остановил машину на берегу моря, снял солнцезащитные очки и вышел из машины. Прислонившись к машине, он смотрел на бескрайнее, открытое, глубокое синее море вдали. Глядя на море, он невольно подумал об острове Пена… Самые прекрасные воспоминания его жизни были связаны именно с этим местом. Голубое небо, лазурная вода, солнечный свет и песчаные пляжи — казалось, весь мир состоял только из него и нее. Ему нравилось ее беспомощное выражение лица, когда он подшучивал над ней, и он дорожил днями, проведенными ими вместе, днем ​​и ночью на острове, свободными и беззаботными, без каких-либо забот. Раньше он легко мог удержать её, но теперь она была словно песок, ускользающий сквозь пальцы; чем крепче он сжимал её, тем быстрее она ускользала… Неделю спустя, Т-Сити. Ночью, в семь часов, в небольшой квартире не совсем в центре города, Ребекка Квентин играла с Эндрю на кровати в комнате. «Эндрю, посмотри, это маленькая уточка, с белыми перьями, жёлтым клювом и красными лапками…» Ребекка Квентин держала карточку, обучая ребёнка распознавать животных. Эндрю было чуть больше трех месяцев, но он был исключительно умным. Когда Ребекка Квентин учила его, он послушно слушался, и только после того, как она заканчивала говорить, он брал карточку, чтобы поиграть. Ребекка Квентин играла с Эндрю почти до девяти часов, и только тогда Эндрю наконец уснул… Уложив Эндрю спать в кроватку, Ребекка Квентин тоже устало лежала на кровати. В последнее время она сама не понимала почему, но постоянно чувствовала сильную усталость, даже сильнее, чем раньше, когда уход за ребенком давался ей с большим трудом. Ребекка Квентин закрыла глаза и почувствовала сонливость, когда зазвонил телефон. С закрытыми глазами она нащупала телефон и взглянула на номер на экране. Улыбнувшись, она нажала кнопку ответа: «Изабелла». "Бекка, ты ведь еще не спишь, правда?" «Хм, пока нет». «Давно я тебе не звонил. Как дела?» «У меня всё как обычно. А как у вас дела? Счастливая беременная женщина, вы в порядке?» "Не дразни меня. Я сейчас так раздулась, что набрала несколько килограммов…" «Вес во время беременности — это нормально; всё в порядке, если генерал Леонард не возражает». «Он ничего не сказал, но я боюсь, что если буду продолжать в том же духе, то свадебное платье мне не подойдёт…» Свадебное платье? Ребекка Квентин внезапно широко раскрыла глаза: «Изабелла, ты выходишь замуж?» Изабелла Джоанна сладко произнесла: «Мм-м… Бекка, Роджер сделал мне предложение. Свадьба назначена на следующий месяц!» Ребекка Квентин восторженно воскликнула: «Поздравляю, Изабелла, я искренне за тебя рада!» «Бекка, ты придёшь на мою свадьбу в следующем месяце?» "Я…" Изабелла Джоанна вмешалась: «Я знаю, что вы в Олтоне с ребёнком, и это неудобно. Даже если вы не сможете приехать, ничего страшного, я просто хотела поделиться с вами своей радостью…» ---------- Глава 334-179: Прощание 3_2 Джеффри всегда находился под контролем Роджера Леонарда, а Изабелла давно не связывалась с Беккой. Сегодня она наконец нашла повод сообщить подруге о своей свадьбе, и Роджер Леонард разрешил ей воспользоваться телефоном; первым делом Изабелла позвонила Ребекке Квентин. «Изабелла, я правда не уверен, смогу ли я присутствовать на твоей свадьбе, но не потому, что я в Окленде, а потому что сейчас я одна забочусь об Эндрю». «Ты не в Окленде?» — удивилась Изабелла. — «Разве ты не должна быть там со своей сестрой?» Ребекка Квентин покачала головой: «Я в городе Т, я уже здесь обосновалась». Услышав это, Изабелла радостно воскликнула: «Вы в Цветочном Королевстве?» "Да." «Когда ты вернулся? Что заставило тебя вернуться так внезапно?» «Примерно неделю назад». "Ты вернулся один?" Точно понимая, о чём спрашивает Изабелла, Ребекка Квентин прямо ответила: «У нас с Говардом Джеффри больше нет тех отношений, которые вы все думаете. Я вернулась одна с Эндрю». "Но…" «Никаких „но“, Изабелла. Давай больше не будем обсуждать меня и его; это все в прошлом… Давай поговорим о твоей свадьбе, где ты планируешь ее провести?» Ребекка Квентин быстро сменила тему. "Бекка…" Изабелла все еще была зациклена на отношениях Ребекки Квентин с Говардом Джеффри. «Изабелла, не стоит обо мне беспокоиться; у нас с Говардом Джеффри все хорошо, просто нам не суждено быть женатыми», — легкомысленно ответила Ребекка Квентин. «Это всё моя вина, что я не поддерживал связь…» "Глупышка, со мной все в порядке; зачем ты со мной связываешься?" Изабелла с печальным тоном сказала: «Бекка, я всегда сожалела, что рассказала мистеру Джеффри о твоей беременности, не спросив тебя. Если бы не я, возможно, сейчас ты бы жила спокойной жизнью». Ребекка Квентин тихо вздохнула: «Даже если бы я могла скрывать это от него какое-то время, я не смогла бы скрывать это всю жизнь; рано или поздно мне пришлось бы столкнуться с вопросом о ребенке вместе с ним, и вы желали мне добра. Вам не нужно винить себя». «Бекка, сейчас я живу с Роджером в городе Джи; он не разрешает мне выезжать из города Джи, потому что я беременна, поэтому я не могу приехать в город Т, чтобы тебя навестить. Пожалуйста, пообещай мне, что ты будешь заботиться о себе, хорошо?» Ребекка Квентин усмехнулась: «Я уже достаточно взрослая, вы всё ещё беспокоитесь, что я останусь такой же наивной, как раньше?» «Я просто беспокоюсь о тебе…» «Хорошо, вам не о чем беспокоиться обо мне; теперь вам нужно позаботиться о себе, быть прекрасной невестой и подарить генералу Леонарду здорового ребенка». «Хорошо. Ты тоже должен позаботиться о себе; я приеду в Т-Сити, чтобы увидеться с тобой, как только смогу». «Давайте подождем, пока у вас родится ребенок…» "Хорошо." Закончив разговор с Изабеллой, Ребекка Квентин полностью проснулась. Думая о скорой свадьбе Изабеллы с Роджером Леонардом, Ребекка Квентин мысленно желала ей всего наилучшего. Изабелла и Роджер встречались, наверное, чуть больше года, и удивительно, что их отношения так быстро закончились благополучно. У других людей отношения всегда кажутся хорошими; почему же её отношениям пришлось пережить столько трудностей, чтобы в итоге закончиться напрасно? Ребекка Квентин взяла телефон, рассеянно листала страницы, и наконец ее взгляд остановился на записи последнего разговора с ним. Эта последовательность чисел, вероятно, больше никогда не будет использована… Подумав об этом, Ребекка Квентин нажала кнопку удаления на сенсорном экране, но в тот же момент заметила, что Эндрю беспокойно ерзает в кроватке. Ребекка Квентин положила трубку, встала с кровати, подошла к кроватке и ловко сменила подгузник Эндрю. И действительно, после того как Эндрю переодели в сухой подгузник, его крошечное тельце тут же перестало ерзать и снова погрузилось в глубокий сон. Ребекка Квентин не удержалась и, склонившись, поцеловала Эндрю, маленького мальчика, обожавшего чистоту, после чего вернулась к постели больного. Сев обратно на сиденье и взяв телефон, она поняла, что тот набрал номер, а именно тот, который она хотела удалить… О боже! Она случайно набрала номер не нажав кнопку «удалить»? Вполне возможно; увидев, как Эндрю ерзает в кроватке, она не обратила внимания на то, нажала ли она кнопку «удалить», возможно, она пропустила этот момент… Несколько минут назад, в Манхэттене, Нью-Йорк. В торжественном и престижном зале проходило плановое совещание. Говард Джеффри сидел в одном конце овального стола, слушая отчеты своих подчиненных о ходе выполнения различных проектов. Лиза Сесили, сидевшая рядом с Говардом Джеффри, почувствовала вибрацию своего телефона, поэтому достала телефон босса и увидела номер на экране. У Лизы Сесили перехватило дыхание, она колебалась, стоит ли сейчас отдавать телефон боссу. После нескольких секунд замирания Лиза Сесили наклонилась к уху Говарда Джеффри и прошептала: «Босс, у вас звонит телефон; звонит мисс Квентин». Услышав слова "Мисс Квентин", Говард Джеффри взял телефон, взглянул на номер на экране и слегка приподнял бровь. «Босс, может, прервем совещание?» Говард Джеффри ничего не ответил и тут же встал. Лиза Сесили, поняв ситуацию, дала знак руководителям высшего звена временно прервать совещание. Говард Джеффри вошел во внутреннюю часть переговорной комнаты и встал перед окном от пола до потолка, уже собираясь ответить на звонок, но неожиданно телефон перестал звонить. Говард Джеффри инстинктивно хотел перезвонить, но, когда он уже собирался нажать на кнопку, здравый смысл вовремя напомнил ему об этом. Внезапно он убрал телефон обратно в карман, и его взгляд обратился прямо перед собой. Внизу перед ним расстилался бесконечный поток нью-йоркских автомобилей, образующих очереди, которые создавали впечатление стремительного темпа жизни в городе. Увидев, как к Лизе Сесили подошел задумавшийся Говард Джеффри, она остановилась в трех метрах от него и уважительно спросила: «Босс, нам следует продолжить совещание?» Не поворачивая головы, Говард Джеффри ответил: «Давайте на сегодня закончим». "Да." Ребекка Квентин сидела на кровати, держа в руках телефон и погруженная в свои мысли. Ее звонок нельзя было отменить; что он подумал, увидев ее звонок? Она была слишком неосторожна; он сейчас не отвечает, вероятно, потому что у него обычное утреннее совещание. Что ей делать, если он перезвонит позже? Ребекка Квентин вздохнула и положила телефон на тумбочку. Полдень. ---------- Глава 335-180: Прощание 4 Джейсон Вуд стоял в кабинете генерального директора и серьезно докладывал Говарду Джеффри: «Босс, ваша приманка сработала». Говард Джеффри взглянул на лежащие рядом документы и спокойно ответил: «Говори». «Слух, который вы попросили меня распространить неделю назад, уже вызвал огромный резонанс в деловом мире. С помощью мистера Робинсона ситуация значительно обострилась». Да, неделю назад, по приказу Говарда Джеффри, Джейсон Вуд распространил ложную информацию о том, что Франция планирует добавить три дока к крупнейшему в мире проекту «Голд-Кост Хоуп-Сити» в районе Ривьера. Недавно несколько геологов пришли к выводу, что в районе Ривьера уже много лет наблюдается проседание грунта. Если будут добавлены еще три дока, структура грунта и движение слоев могут вызвать еще более значительное проседание. В настоящее время французское правительство рассматривает вопрос о том, следует ли отложить или отменить этот проект. Как только эта новость появилась, она мгновенно распространилась в деловом мире… Всем известно, что этот проект выиграла группа компаний «Оверский». Согласно стандартной процедуре для государственных проектов, после получения контракта группа компаний «Оверский» должна была получить 30% средств проекта в качестве государственной помощи. Однако первоначальные инвестиции «Оверского» в проект значительно превышают 30%, поэтому недостающую сумму сначала покроет сама группа, а правительство произведет расчет с группой после завершения проекта. Иными словами, проект уже стартовал, и компания Oversky уже вложила значительную сумму денег. Если в это время французское правительство задержит или отменит проект, первоначально вложенные Oversky средства превратятся в убыток. Между тем, французское правительство, также несущее убытки, будет менее активно компенсировать потери Oversky Group, что приведет к существенным убыткам для Oversky. В настоящее время все внимание приковано к заявлению директора по международному бизнесу, г-на Робинсона. Однако, по указанию Говарда Джеффри, Робинсон намеренно хранит молчание по этому вопросу, что делает слухи все более правдоподобными. Теперь все говорят, что если Skytop не предоставит крупные средства для покрытия огромных кредитов Oversky, взятых банком на проект на Голд-Косте, Oversky вскоре окажется парализована… Услышав эти слова Джейсона Вуда, Говард Джеффри внезапно оторвал взгляд от документа, лениво откинулся на спинку кресла и усмехнулся: «Прикажите Робинсону продолжать молчать. Я отказываюсь верить, что „М“ не предпримет никаких действий». Джейсон Вуд кивнул: «Да, я сейчас пойду и сообщу Робинсону». С этими словами Джейсон повернулся, чтобы уйти. Говард Джеффри внезапно сказал: «Позовите Лизу Сесили». "Да." Вскоре после ухода Джейсона Вуда вошла Лиза Сесили, неся стопку документов. Положив на стол документы, которые Говарду нужно было сегодня обработать, Лиза подошла к столу и робко спросила: «Не уверена, нужно ли мне еще что-нибудь сделать, генеральный директор?» Лиза много лет работала секретарем у Говарда. Несмотря на свои исключительные способности, она иногда допускала ошибки. Поэтому каждый раз, когда Говард звонил ей, она всегда испытывала беспокойство. «С этого момента я настроил свой телефон на ограничение входящих звонков». Услышав, что Говард хотел от нее лишь чего-то столь простого, Лиза тут же подняла голову и с облегчением спросила: «Ты хочешь, чтобы я ограничила все входящие звонки или только некоторые?» Говард вернулся к своим документам, «Ребекка Квентин». "Мисс Квентин?" Лиза была в шоке, ее рот был открыт от изумления. Она знала о серьезных разногласиях между генеральным директором и мисс Квентин и недавно слышала, что мисс Квентин уехала в Т-Сити одна… Она думала, что генеральный директор и мисс Квентин просто поссорились, и что, как и прежде, генеральный директор, возможно, через некоторое время поедет в Т-Сити за мисс Квентин. Она никак не ожидала, что на этот раз генеральный директор не будет связываться с мисс Квентин, даже ограничив ей звонки. В этой ситуации разве не кажется, что они оба полны решимости разорвать все связи? "Вперёд!" Лиза, замерев на месте, слабо спросила: «Генеральный директор, вы уверены, что хотите, чтобы я это сделала?» Говард Джеффри взглянул на Лизу: «Мне нужно повторить?» Лиза поспешно покачала головой: «Я немедленно этим займусь». Лиза быстро вышла из кабинета генерального директора, но случайно встретила у лифта Элис Робинсон, которая пришла повидаться с Говардом. Алиса, заметив необычное выражение лица Лизы, не удержалась и схватила её за руку, спросив: «Секретарь Сесили, что с тобой не так?» Увидев, что это Алиса, Лиза с некоторым почтением ответила: «Ничего страшного; генеральный директор попросил меня кое-что сделать». ---------- Глава 336 - 180: Прощание 4_2 «А, это о Ребекке Квентин?» Элис Робинсон каким-то образом угадала правильно. Лиза Сесили удивленно открыла рот: "Знаешь?" Элис мягко улыбнулась: «Честно говоря, в последнее время Говард Джеффри ночует у меня… Если бы не было каких-то разногласий между ним и Ребеккой Квентин, зачем бы он думал обо мне? А вы всегда искусно справляетесь с делами Говарда Джеффри, так что вас беспокоят только его личные дела». Когда Говард Джеффри встречался с Элис Робинсон, Лиза Сесили познакомилась с ней. Однако Лиза Сесили всегда считала Элис лишь второстепенным персонажем в жизни Говарда Джеффри, поэтому никогда не рассматривала её как будущую миссис Джеффри. Но, услышав слова Элис сейчас, Лиза Сесили почувствовала к ней новое уважение. Лиза подумала про себя: никто не может понять, что творится в голове у босса… Раньше она всегда считала, что победительницей в противостоянии мисс Квентин и мисс Робинсон будет только мисс Квентин. Но, учитывая нынешнюю ситуацию, мисс Робинсон не обязательно проиграет. Так что мисс Робинсон тоже никого не обидеть… Размышляя об этом, Лиза решила никого не обидеть и сделала вид, что не понимает расспросов Элис, попытавшись сказать: «Да, президент попросил меня установить некоторые ограничения на входящие звонки на его телефон; он больше не хочет, чтобы мисс Квентин ему звонила». Услышав эти слова Лизы, на лице Алисы появилась искорка радости: «Правда?» Лиза кивнула: «Да». Элис сказала: «Похоже, Джейсон Вуд упомянул, что Ребекка Квентин действительно покинула Нью-Йорк». Лиза, сдерживаясь, не стала продолжать говорить: «Э-э, мисс Робинсон, мне нужно заняться делами, которые мне поручил президент. Я сейчас спущусь вниз». Хотя её отношение к мисс Робинсон изменилось, она всегда чувствовала, что мисс Робинсон не может превзойти значение мисс Квентин для президента, потому что он однажды признался ей, что мисс Квентин — его женщина, в то время как Элис никогда не слышала от него об этом. "Хорошо." Лиза тут же вошла в лифт. Алиса стояла у двери и постучала в открытую дверь кабинета президента. Говард Джеффри, не поднимая головы, сказал: «Входите». Элис вошла, остановилась перед столом и тихо позвала: «Говард Джеффри». Услышав нежный голос Алисы, Говард Джеффри поднял на нее взгляд и равнодушно спросил: «Почему вы здесь?» Элис подошла к Говарду Джеффри и сказала: «Я звала тебя, но ты не ответил, поэтому мне пришлось приехать в «Скайтоп», чтобы тебя найти». Хотя в ее голосе не было ни малейшего дискомфорта, в словах чувствовалась нотка обиды. Говард Джеффри отложил документы и спросил: «В чём дело?» Алиса медленно произнесла: «Я хочу, чтобы ты пошла со мной на дородовый осмотр». Говард Джеффри равнодушно ответил: «У меня нет времени». Элис с горечью произнесла: «Я знаю, ты занята, но мой брат уехал обратно во Францию ​​к моей маме, а у меня нет родственников в Нью-Йорке…» «Это всего лишь плановый дородовой осмотр. Чего вы беспокоитесь?» — тон Говарда Джеффри оставался холодным. У Алисы перехватило дыхание, и она, с трудом сдерживая слезы, сказала: «Не знаешь, в прошлый раз врач сказал, что ребенок медленно развивается в утробе, и сердцебиение нестабильное, поэтому я подумываю снова поехать в больницу на обследование… Я очень боюсь, что могут быть плохие новости». В этот момент Говард Джеффри нажал кнопку внутренней связи на столе: «Секретарь Сесили, отмените мою работу на вторую половину дня, мне нужно ненадолго отлучиться». Лиза ответила: «Да». Говард Джеффри взял свой пиджак и встал. «Пошли!» Элис взяла Говарда Джеффри за руку, уже улыбаясь сквозь слезы. На следующий день. Рано утром, пока Эндрю еще спал, Ребекка Квентин наводила порядок в гостиной и слушала новости. Изначально она просто хотела послушать новости, чтобы скоротать время во время уборки, но неожиданно, вскоре после начала новостей, поступила информация, которая задела за живое Ребекку Квентин. «Вчера газета New York Times сообщила, что президент Skytop Group Говард Джеффри сопровождал свою невесту Элис Робинсон в больницу на дородовый осмотр…» Услышав эту новость, Ребекка Квентин инстинктивно подняла глаза к телевизору. В данный момент по телевизору показывали сцену, где Говард Джеффри сопровождает Элис Робинсон в родильное отделение для осмотра… «Нью-Йорк Таймс» — одна из самых популярных и авторитетных газет Нью-Йорка; если бы им не удалось снять убедительные кадры, они бы не опубликовали подобное сообщение. Взгляд Ребекки Квентин несколько секунд был прикован к телевизору, первоначальное удивление постепенно угасало, а затем и вовсе исчезало. В проекте «Город надежды» возникли серьёзные проблемы; она думала, что в последнее время он будет занят, особенно в плане обсуждения решений со Скайлером Джонсом… Но он все же нашел время, чтобы сопроводить Элис Робинсон на дородовый осмотр. Когда-то она была тронута тем, что он сопровождал ее на дородовый осмотр. Теперь, если подумать, он не был для нее чем-то особенным. Он ездил в Алтон, чтобы повидаться с ней в свободное время, и по сравнению с тем, как он находил время среди своей занятости, чтобы повидаться с Элис Робинсон, это достаточное доказательство того, насколько он ценит Элис Робинсон. Их отношения должны улучшаться… Протянув руку, чтобы выключить телевизор с помощью пульта, Ребекка Квентин продолжала мыть пол, но ее мысли уже унеслись вдаль. Ребекку Квентин внезапно взволновал звонок в дверь. Отложив швабру, она подошла к двери. "Бекка!" Открыв дверь, Ребекка Квентин тут же услышала радостный возглас. Ребекка Квентин с недоверием посмотрела на Кристин Куинн и радостно воскликнула: «Сестра!» Кристин Куинн обняла Ребекку Квентин: «Я так по тебе скучала!» "Я тоже…" Ребекка Квентин обняла Кристин Куинн, и у нее вдруг зачесался нос: «Почему ты вдруг пришла?» «Y-Сити находится недалеко от T-Сити, к тому же недавно Скайлер Джонс привез Мари к себе домой, поэтому я приехал к тебе». «Сестрёнка, я так рада, что ты пришла, заходи и садись». Ребекка Квентин втянула Кристин Куинн в квартиру. Кристин Куинн осмотрела квартиру, которая, хотя и не была элитной, была аккуратно и элегантно обставлена, и спросила: «Это то место, которое вы сняли?» Ребекка Квентин усадила Кристин Куинн на диван в гостиной: «Да, здесь хорошая обстановка, недалеко от центра города, и мне нравится интерьер». Кристин Куинн похвалила: «Действительно, это элегантный интерьер, к тому же, с двумя комнатами и гостиной, здесь довольно просторно, мне тоже нравится». «Я также опасался, что вы с Мари можете приехать к нам погостить, поэтому снял дополнительную комнату». "Ха-ха, совесть у тебя всё-таки есть… А где Эндрю?" «Вчера он почти всю ночь не спал, поэтому до сих пор спит». «Беспокойный?» — недоуменно спросила Кристин Куинн. — «Эндрю всегда хорошо себя вел, не беспокоился по ночам». «Я тоже не знаю, с тех пор как я приехал в Т-Сити, он часто плачет по ночам». "Может быть, это из-за смены обстановки, он к ней не привык?" "Возможно!" "А ты?" "Хм?" — Ребекка Квентин подняла глаза. — "Что со мной не так?" ---------- Глава 337-181: Расставание 5 «Вы адаптировались к новой обстановке?» Ребекка Квентин слабо улыбнулась: «Я не ребенок. Пока мне не холодно и не голодно, я могу адаптироваться ко всему». Кристин Куинн взяла Ребекку Квентин за руку: «Не притворяйся, что ничего не понимаешь, ты же знаешь, о чём я прошу». Ребекка Квентин серьезно посмотрела на Кристин Куинн: «Сестра, я никогда не собиралась быть с ним, поэтому я не чувствую никакой потери, тем более не испытываю трудностей в адаптации». «Когда ты сказала мне по телефону, что находишься в Т-Сити, я поняла, что между тобой и Говардом Джеффри что-то пошло не так… Бекка, расскажи, что именно произошло, что заставило тебя так резко расстаться с Говардом Джеффри?» Горькое чувство разлилось по груди Ребекки Квентин, она глубоко вздохнула и сообщила Кристин Куинн правду о смерти своего отца. Кристин Куинн была шокирована, услышав это: «Неужели именно поэтому ты так настаиваешь на том, чтобы не быть с Говардом Джеффри?» Неожиданно Кристин Куинн была потрясена не смертью отца. Ребекка Квентин нахмурилась: «Разве это дело недостаточно серьезно?» Кристин Куинн объяснила: «Я не думаю, что это несерьезно, скорее, это то, что нужно прояснить». «Какая разница, если это прояснится?» — голос Ребекки Квентин был полон печали. — «Он никогда не сможет изменить того факта, что довел моего отца до самоубийства». Кристин Куинн утешила: «Бекка, хотя я и не росла рядом с отцом, я люблю его так же сильно. Меня тоже потрясло, когда ты сказала, что запись обвиняет Говарда Джеффри в смерти отца. Но, если хорошенько подумать, не может ли кто-то намеренно отправить такую ​​запись, чтобы посеять раздор между тобой и Говардом Джеффри?» «Мне всё равно, что кто-то сеет смуту; для меня важно то, что Говард Джеффри стал причиной смерти моего отца», — с трудом выплюнула Ребекка Квентин. — «Человеческая жизнь — как он мог так пренебрежительно к ней относиться? Как я могла позволить себе идти по этому пути с таким хладнокровным человеком?» Кристин Куинн вздохнула: «В то время я была больна, и мне не очень хорошо знакомы условия сделки между Говардом Джеффри и его отцом, поэтому я не могу вынести за вас суждение». «Сестра, я ужасно устала от него. Я никогда не могу угадать его мысли и понять, искренни ли его чувства. Столько интриг и заговоров, я просто не могу это вынести…» «Но вы подумали о том, что если ваши обвинения против него окажутся всего лишь недоразумением, разве вы не пожалеете об этом?» Ребекка Квентин решительно покачала головой: «Я не буду ни о чем жалеть, и сегодня я даже рада, что приняла такое решение». «Почему?» — недоуменно спросила Кристин Куинн. «Потому что сегодня я наконец-то поняла, что у него никогда не было ко мне искренних чувств…» «Если бы у него не было искренних чувств, зачем бы он тратил на тебя время?» «Всё потому, что он и мистер Джонс постоянно соревновались, поэтому я стал для них трофеем!» «Это тоже ваше предположение. Вам следует попросить его уточнить». «Да, я могла бы задать ему множество вопросов лично, но какой от этого толк, когда все прояснится? Даже если он объяснит мне причину смерти моего отца, могу ли я просто проигнорировать тот факт, что он оплодотворил другую женщину?» Глаза Ребекки Квентин уже покраснели, голос охрип от удушья. «В конце концов, вы не слушаете объяснения Говарда Джеффри не потому, что не верите тому, что он говорит, а потому, что боитесь, что как только он всё вам объяснит, у вас не будет причин с ним расставаться. Вы не хотите, чтобы он знал, что на самом деле вас больше всего волнует тот факт, что у него отношения с Элис Робинсон». Кристин Куинн попала в точку, и Ребекка Квентин печально покачала головой: «Нет, дело не в этом. Дело в том, что я больше его не люблю. Я просто не хочу быть с ним». Кристин Куинн нежно обняла дрожащее лицо Ребекки Квентин и тихо сказала: «Бекка, у Говарда Джеффри, возможно, есть к тебе настоящие чувства… Ты упомянула, что получила электронное письмо как раз в тот момент, когда Говард Джеффри отправился во Францию ​​спасать Элис Робинсон. В то время Роджер Леонард позвонил тебе и сказал, что Говард Джеффри в опасности, но позже Говард благополучно вернулся. Я уверена, что Роджер Леонард специально позвонил, чтобы спровоцировать тебя. Говард Джеффри наверняка знает об этом инциденте, но когда он был в опасности, ты предпочла остаться равнодушной. Но когда он вернулся, он не потребовал от тебя объяснений и не выразил разочарования. Он по-прежнему обожает тебя, разве это не показывает его заботу о тебе?» Слова Кристин Куинн заставили Ребекку Квентин вспомнить свой последний разговор с Говардом Джеффри. ---------- Глава 338-181: Прощание (Часть 5) Он говорил ей много непонятных вещей, но каждое его слово вызывало рябь в некогда потухшем озере ее сердца. Она действительно чувствовала его терпимость и заботу о ней… Однако в её сердце уже царил страх, и она больше не позволяла себе опускать руки, потому что в реальности перед ними стояло слишком много проблем… Кристин посоветовала: «Бекка, если ты все еще любишь его, почему бы не довериться ему еще раз и не позволить ему самому разобраться со всеми этими проблемами?» «Заниматься?» — саркастически рассмеялась Ребекка Квентин. — «Он даже не подумал заняться делами Алисы. В один момент он может проявлять ко мне заботу, а в следующий — вступать в интимную связь с другой женщиной… Я очень рада, что на этот раз не ошиблась, иначе, увидев сегодня новости о том, что он отвез Алису на дородовый осмотр, как бы я это выдержала?» Он скрывал от нее все; она даже не знала, что он привез Алису обратно в Нью-Йорк… Кристин обняла дрожащие плечи Ребекки Квентин: «Ладно, Бекка, перестань говорить, мне от того, что я вижу тебя в таком состоянии…» Кристин провела в городе Т три дня. Изначально она планировала вернуться в город Y на четвертый день, но неожиданно, утром четвертого дня, Кристин обнаружила, что с Ребеккой Квентин что-то не так. Потому что Ребекку Квентин снова вырвало во время завтрака… Это уже третий раз за четыре дня с тех пор, как она здесь живет. Как женщина и как человек, который через это прошел, она не могла не быть чувствительной. Итак, когда Ребекка Квентин закрыла рот рукой и пошла рвать в сторону мусорного ведра, Кристин протянула ей стакан теплой воды для полоскания и вдруг сказала: «Думаю, тебе нужно сходить в больницу на обследование». Слова Кристин заставили Ребекку Квентин застыть на месте, она подавилась водой и несколько раз закашлялась. Кристин поспешно похлопала Ребекку Квентин по спине: «Тебе следует быть осторожнее». После того как кашель постепенно утих, Ребекка Квентин всерьез задумалась над проблемой, о которой только что упомянула Кристин. Кристин посмотрела на внезапно побледневшее лицо Ребекки Квентин и тихо сказала: «Ты ничего не чувствуешь по поводу своего тела?» После родов у нее один раз начались месячные… Позже, под его принуждением, у неё было несколько интимных отношений с ним. По её воспоминаниям, несколько раз они не использовали контрацепцию, но всякий раз, когда возникали опасения, она принимала экстренные противозачаточные средства… Увидев недоуменное выражение лица Ребекки Квентин, Кристин любезно напомнила ей: «Мисс, я должна сказать вам, что даже презервативы эффективны лишь на 99%». «Нет, это невозможно», — настаивала Ребекка Квентин, качая головой. Кристин осторожно поддержала дрожащее от паники тело Ребекки Квентин: «Мне кажется, ты более плодовита, чем большинство людей». «Но я только что родила…» «То, что вы недавно родили, не означает, что вы не можете забеременеть снова. Пока у вас есть менструация, беременность — это нормально». Лицо Ребекки Квентин побледнело еще сильнее. Кристин взяла стакан с водой, который крепко держала Ребекка Квентин: «Давай сядем в гостиной и подумаем над решениями». Ребекка Квентин уже была в растерянности, и Кристин поддержала её, когда они шли в гостиную. Они сели на диван в гостиной, и Кристин спросила: «У вас есть медицинские карты? Без них вам придется стоять в очереди в больнице». Ребекка Квентин оцепенела и покачала головой. Затем Кристин подошла к комнате Ребекки Квентин, достала сумку, в которой Ребекка Квентин обычно хранила свои документы, и серьезно сказала: «Как только Эндрю проснется, мы поедем в больницу». Ребекка Квентин, похоже, наконец отреагировала, выразив свой отказ: «Я не пойду». Кристин сидела рядом с Ребеккой Квентин и тихо сказала: «Ты действительно дура… хочешь ты этого или нет, ситуация уже произошла. Теперь у тебя нет выбора, кроме как столкнуться с этим лицом к лицу, что еще ты можешь сделать? Избегание не решит никаких проблем, к тому же, мы можем ошибаться. Мы сможем найти решение после подтверждения диагноза в больнице, это не невозможно». Слова Кристины действительно имели смысл… Ситуация уже произошла, и всё, что оставалось Ребекке Квентин, — это смириться с ней. Видя, как Ребекка Квентин постепенно успокаивается, Кристин не могла не утешить её: «Всё в порядке, я здесь, с тобой…» Час спустя. Кристин сопровождала Ребекку Квентин в больницу. Поскольку в смотровом кабинете был неприятный запах, Кристин могла только стоять снаружи, держа Эндрю на руках, и мягко успокаивать Ребекку Квентин: «Не бойся, может быть, это не то, что мы думаем…» Поскольку они уже были в больнице, пропустить осмотр было невозможно, поэтому, немного поколебавшись, Ребекка Квентин с трудом вошла в смотровой кабинет. После того как врач расспросил ее о последних месячных и о первом половом акте после родов, он предположил, что это могло произойти в период, который она считала безопасным. Поскольку еще слишком рано, УЗИ сейчас ничего не покажет. Врач посоветовал, если ей срочно нужно подтверждение, сдать анализ крови. В противном случае, она может подождать месяц, и к тому времени УЗИ покажет развитие ребенка. В итоге Ребекка Квентин решила сдать анализ крови. Результаты анализа крови пришли быстро, и после проверки врач подтвердил, что она беременна, примерно на пятой неделе. Когда Ребекка Квентин вышла с отчётом в руках, Кристин не стала спрашивать о результатах; она и так всё поняла по языку тела Ребекки Квентин, потому что в этот момент её лицо было совершенно бесцветным, и она шаталась от невыносимого шока. К счастью, Кристин держала Эндрю и быстро освободила руку, чтобы поддержать Ребекку Квентин, предотвратив ее обморок в больнице. «Посидите немного». Кристин попросила Ребекку Квентин сесть на скамейку в коридоре. Ребекка Квентин бесстрастно сидела на стуле, крепко сжимая в руке протокол осмотра. Кристин села рядом с Ребеккой Квентин, держа Эндрю на руках, и спросила: «Что ты планируешь делать?» Ребекка Квентин растерянно ответила: «Я только что записалась на операцию к врачу, он сказал, что её можно сделать за час». Кристин была поражена: «Как ты можешь так быстро принимать решения?» Ребекка Квентин безучастно смотрела перед собой: «Я не могу оставить этого ребенка». «Бекка, что касается вопроса о ребёнке, я надеюсь, ты передумаешь… хотя у тебя уже есть Эндрю, и ты не планируешь поддерживать какие-либо связи с Говардом Джеффри, дети — это маленькие ангелы, посланные небесами. То, что ты упустила этого ребёнка, не гарантирует появления другого». Кристин особенно заботилась о детях, потому что врачи сказали ей, что из-за болезни сердца она не может иметь детей, так как существовала вероятность того, что ее дети унаследуют это заболевание. Поэтому с беременностью от Скайлер Джонс она прервала две беременности; однако, когда позже она захотела снова забеременеть, это оказалось очень сложно, и только с большим трудом у нее родилась Мэрилин Куинн… вот почему она настояла на рождении Мэрилин. ---------- Главы 339–182: Чудесная возможность, которую Кристин Куинн создала для них Бекка устало прикрыла лоб рукой и уныло сказала: «Сейчас я понятия не имею, как решить эту проблему. Я просто хочу решить её как можно скорее». «Бекка, послушай меня, подумай еще несколько дней, прежде чем принимать решение». «Я не хочу больше никаких осложнений». "Вы боитесь, что Говард узнает?" «Я знаю, ты никому не расскажешь», — с доверием сказала Бекка. «Конечно, я не скажу Говарду, но я не позволю тебе принять такое поспешное решение — избавиться от ребенка прямо сейчас». "Сестра…" «Больше ничего не говори. Если ты настаиваешь на том, чтобы избавиться от ребенка сегодня, я вернусь в Y City позже и ни за что не буду помогать тебе заботиться об Эндрю». "…" "Пошли домой!" Автомобиль Mercedes S-Class въехал на виллу в городе. Слуга открыл ворота… «Мерседес» остановился у входа на виллу, и водитель пошел открыть дверь машины. Из машины вышла маленькая девочка, встала рядом с ней и помахала рукой симпатичному мужчине внутри, неохотно сказав: «Папа, до свидания». Скайлер Джонс сидел на заднем сиденье, его голос был нежным и мягким по отношению к ребенку: «Папа вернется, чтобы провести с тобой время, когда у меня будет время». Мэрилин Куинн слегка прикусила губу и послушно кивнула. Скайлер заметил нежелание Мэрилин. Он вышел из машины, нежно погладил выбившиеся волоски на голове дочери и спросил: «Мари, ты несчастлива?» Мэрилин посмотрела на Скайлера: «Папа, мамы нет дома, Мари не хочет оставаться одна дома». Скайлер слегка нахмурилась: «Твоей мамы нет дома?» «Да, мама вчера мне звонила. Она сказала, что хочет подольше пожить у тёти, и что Мари сначала нужно побыть с папой». "Твоя мама уехала в Нью-Йорк?" Мэрилин покачала головой: «Мама поехала в Т-Сити; она сказала, что тетя там». Выражение лица Скайлер стало серьёзным. Мэрилин осторожно потянула отца за край костюма: «Папа, Мари боится оставаться одна». В этот момент Скайлер присела на корточки и с любовью посмотрела на Мэрилин: «Это папина оплошность, он подумал, что твоя мама дома… Иди обратно к машине, как хорошая девочка, а с папой мы поедем позже. Папа сейчас же позвонит твоей маме». Мэрилин радостно воскликнула: «Хорошо!» «Молодец». Скайлер потрепала Мэрилин по волосам. Мэрилин наклонилась и поцеловала Скайлер, затем села обратно в машину позади нее. Скайлер улыбнулся, поднимаясь. Увидев, что Мэрилин уже села в машину, улыбка Скайлера исчезла, он отошел в сторону, достал телефон и набрал номер Кристин Куинн. Как только трубка соединилась, прежде чем Кристин успела что-либо сказать, раздался холодный голос Скайлер: «Где ты?» Кристин, явно удивленная звонком от Скайлер, тихо произнесла: «Я в Т-Сити». «Когда Бекка вернулась в Т-Сити?» «Более десяти дней назад». Скайлер слегка нахмурил брови: «Она одна?» Кристин, естественно, поняла, о чем хотела спросить Скайлер, и ответила: «Ты будешь рада; она и Говард расстались, так что у тебя снова есть шанс». «Ты всегда говоришь так резко, не учи нашу дочь плохим вещам». «Можете быть уверены, моя дочь чистая сердцем, совсем не такая, как вы». Скайлер, привыкшая не спорить с Кристин, снова спросила: «Как дела у Бекки?» Услышав тоску и нежность в словах Скайлер, Кристин холодно рассмеялась: «Ты мог бы просто позвонить ей сам, или боишься, что она больше не ответит на твой звонок?» Действительно, в последнее время всякий раз, когда Скайлер звонил Бекке, она не отвечала, по-видимому, не желая с ним общаться. «Лучше следи за своими словами, не зли меня». Понимая, что злить Скайлер нежелательно, Кристин на этот раз не ответила сарказмом. Скайлер приказала: «Расскажи мне, как у неё дела». Кристин ответила: «У нее все хорошо, и расставание с Говардом не повлияло на ее настроение. Она сосредоточена на заботе об Эндрю и планирует найти работу, когда Эндрю исполнится полгода». Нахмуренное лицо Скайлера постепенно рассеялось, и он вдруг спросил: «Когда ты вернешься?» «Почему, проведя с Мари всего несколько дней, ты больше не хочешь о ней заботиться?» «Знаешь, я в последнее время очень занят». «Мари ходит в школу днем, ей нужна компания только вечером; неужели мистер Джонс так занят, что ты даже не можешь вернуться домой ночью?» «Как долго вы планируете там оставаться?» «Бекка очень устала, ухаживая за Эндрю в одиночку, я хочу остаться с ней подольше». «Тогда оставайся там и хорошо о ней заботься!» Кристин насмешливо рассмеялась: «Так ты сможешь спокойно отдыхать!» ---------- Глава 340-182: Чудесная возможность, которую Кристин Куинн создала для них (2) Скайлер Джонс немедленно завершил разговор. Как только Скайлер Джонс повернулся, чтобы вернуться к карете, у него снова зазвонил телефон. Вышедшая на экран цифра заставила лицо Скайлера Джонса мгновенно помрачнеть, и он резко нажал кнопку ответа, молча ожидая, что скажет собеседник. Раздался роботизированный голос: «В последнее время чувствуете себя подавленным?» Скайлер Джонс ответил: «Вам следует знать, что в проекте Hope City возникла серьезная проблема». Другая сторона рассмеялась: «Думаю, шанс свергнуть Говарда Джеффри наконец-то представился». «Какой у тебя план?» «Учитывая недавние неудачи, вероятность продолжения проекта Hope City невелика, поэтому «Оверски» неизбежно столкнется с проблемой нехватки средств, и единственным человеком, к которому можно обратиться за помощью, будет Говард Джеффри». Скайлер Джонс усмехнулся: «Мне его помощь не нужна». Кто бы мог подумать, что в этот момент Скайлер Джонс втайне посмеивалась про себя, что «М» действительно попала в ловушку Говарда Джеффри. «Я знаю, вы не хотите проглотить свою гордость ради Говарда Джеффри, но ваши успехи в борьбе с ним меня действительно разочаровывают, поэтому я вынужден пойти против вашей воли и попросить вас занять денег у Говарда Джеффри». «Вы говорите о возможности занять денег у Говарда Джеффри?» — спросила Скайлер Джонс, притворяясь растерянной. «Да, постарайтесь занять у Говарда Джеффри как можно больше денег под предлогом семейных связей… Как только вы возьмете деньги в долг, я скажу вам, что делать дальше». Скайлер Джонс настаивал: «Я могу склонить голову перед планом, но он должен сработать с первого раза». Он заставлял «М» действовать. «Конечно, я столько лет вел затворнический образ жизни, просто ожидая этой прекрасной возможности». «Хорошо, я выполню ваши указания как можно быстрее, ждите от меня хороших новостей». "Хорошо." Скайлер Джонс уже собиралась закончить разговор, когда снова раздался роботизированный голос «М»: «Кстати, я составлю план действий на случай непредвиденных обстоятельств, буду следить за Элис Робинсон, она будет иметь решающее значение для моей победы над Говардом Джеффри». "Хорошо." Разговор завершился. Скайлер Джонс презрительно усмехнулся, затем спрятал телефон в карман и направился к машине. Мэрилин Куинн сидела в машине и читала книжку с картинками. Увидев легкую улыбку на лице Скайлер Джонс, она крикнула: «Папа!» Скайлер Джонс присела рядом с Мэрилин Куинн и нежно спросила: «Вы так долго ждали?» Мэрилин Куинн рассудительно покачала головой: «Папа, у тебя такое хорошее настроение, ты позвонил маме?» «Твоя мама сказала, что некоторое время побудет у твоей тети, а потом вернется». «Папа, когда мама вернется, ты переедешь к нам? Мари очень хочет, чтобы вы с мамой были вместе каждый день». С тех пор как Кристин узнала, что у нее есть отец, она мечтала о полноценной семье. «Детям не стоит беспокоиться о взрослых вещах…» — Скайлер Джонс, как обычно, похлопал Мэрилин Куинн по волосам, а затем дал водителю команду: «Вперед!» Город Т. "О боже, я же говорила тебе этого не делать, я это сделаю…" После обеда Ребекка Квентин собиралась вымыть посуду, когда Кристин Куинн быстро забрала её. Ребекка Квентин нахмурилась: "Сестра…" Кристин Куинн сказала: «Не забывайте, вы теперь беременная женщина, вам следует избегать тяжелой работы». Ребекка Квентин беспомощно откинулась назад, ее ясный взгляд был устремлен на Кристин Куинн: «Ты же знаешь, что я не собираюсь оставлять этого ребенка». «Почему ты никогда не слушаешь?» Ребекка Квентин серьезно ответила: «Сестра, я тебе объяснила свои отношения с Говардом Джеффри, мне наконец-то удалось от него отдалиться, и я не хочу больше никаких осложнений». «Хорошо, позвольте спросить, вы решили не оставлять этого ребенка себе, вы спрашивали мнение Говарда Джеффри?» «Мне не нужно его спрашивать». «Он отец ребенка!!» — напомнила ей Кристин. В глазах Ребекки Квентин мелькнула боль, и она взмолилась: «Сестра, ты действительно думаешь, что у меня есть смысл продолжать быть с ним в отношениях?» «Бекка, я не заставляю тебя быть с Говардом Джеффри, я просто не хочу, чтобы ты поспешно отказывалась от чувств, которые ты хранила столько лет». Ребекка Квентин безмятежно улыбнулась: «Не о чем жалеть, я всегда держалась за то, за что не следовало, и поняла это слишком поздно». Услышав это от Ребекки Квентин, взволнованная Кристин Куинн воскликнула: «Бекка, вообще-то…» "Хм?" — внимательно слушала Ребекка Квентин. Кристин Куинн внезапно передумала, проглотив слова, и тихо сказала: «Ничего, я просто надеюсь, что вы внимательно все обдумаете». «Это уже результат моих тщательных размышлений». После мытья посуды Кристин Куинн увидела Ребекку Квентин, играющую с только что проснувшимся Эндрю в комнате, затем она зашла в ванную, взяла телефон и набрала номер. Тем временем в Нью-Йорке Говард Джеффри только что вышел из ванной после душа, когда увидел, что его телефон вибрирует на прикроватной тумбочке. Говард Джеффри взял трубку, посмотрел на экран и нажал кнопку ответа. Прежде чем Говард Джеффри успел что-либо сказать, до его уха уже донесся довольно раздраженный голос Кристин Куинн: «Говард Джеффри, я, честно говоря, жалею, что помогла тебе…» Говард Джеффри подошел к окну от пола до потолка, всматриваясь в ночной вид Нью-Йорка, и спросил: «Почему вы так подумали?» Голос Кристин Куинн слегка дрожал: «Я не могу вынести того, что с Беккой поступают несправедливо». "Обижена? С ней что-то не так?" «Нет, мне просто жаль её, видеть, как вы с ней расстаетесь, разбивает мне сердце». Говард Джеффри помолчал несколько секунд, прежде чем ответить: «Я должен это сделать». Грустный голос Кристин Куинн стал тяжелее: «Я знаю, что вы должны это сделать, но вы не знаете… вы не знаете…» "Что?" Наконец, с трудом сдерживая эмоции, Кристин Куинн проглотила слова, не смея вызвать подозрения, и естественно сказала: «Вы не знаете, Бекке тяжело одной заботиться об Эндрю, было бы лучше, если бы вы были рядом с ней…» Говард Джеффри уставился вдаль, его безразличный взгляд незаметно изменился, но вскоре, под влиянием хладнокровного рассуждения, он снова успокоился и сказал: «Присмотрите за ней!» Кристин Куинн раздраженно выдохнула. Что ей следует сделать? Она очень хотела бы упомянуть о беременности Бекки… Но Бекка неоднократно наставляла ее держать это в секрете, а дела Говарда Джеффри сейчас находились в самой критической фазе. Если бы о беременности Бекки стало известно сейчас, это не только разозлило бы Бекку, но и отвлекло бы Говарда Джеффри, возможно, помешав осуществлению плана. В конце концов Кристин Куинн пошла на компромисс, сказав: «Хорошо, я постараюсь сделать все возможное, чтобы позаботиться о ней за вас…» ---------- Главы 341-183: Наблюдая за ним издалека, я чувствую такую ​​сильную боль в сердце. Говард Джеффри, который никогда не любил много говорить, спросил: «Есть что-нибудь еще?» Кристин Куинн ответила: «Больше нет...» "Тогда на этом всё." «Подождите минутку». Как раз перед тем, как Говард Джеффри собирался закончить разговор, Кристин Куинн снова срочно заговорила. "Говорить." «После того, как всё закончится, я надеюсь, ты всё чётко объяснишь Бекке, устроишь с ней пышную свадьбу и будешь хорошо относиться к Бекке всю свою жизнь». Говард Джеффри пообещал: «Конечно, я буду хорошо к ней относиться». «Благодаря вашим словам я почувствовала облегчение». Кристин Куинн сразу же почувствовала, как с плеч свалился груз, и с улыбкой добавила: «Я верю, что после того, как все закончится, вас с Беккой ждет очень удивительное будущее». Если бы Говард Джеффри знал о пополнении в семье, это определенно стало бы большим сюрпризом. Закончив разговор, Кристин Куинн вышла из ванной и с улыбкой вошла в комнату. Ребекка Квентин в данный момент кормила Эндрю грудью. Увидев довольно спокойное поведение Кристин Куинн, она не смогла сдержать улыбку и спросила: «Что-нибудь хорошее случилось?» «Э-э...» Кристин Куинн вдруг поняла, что забыла скрыть свои эмоции, и ответила совершенно естественным тоном: «Я только что разговаривала с Мари по телефону, она сказала, что получила высший балл за диктант, я очень рада». Ребекка Квентин искренне похвалила Мари: «Мари действительно очень умна». Кристин Куинн тут же сменила тему: «Кстати, Бекка, пока я только что мыла посуду, мне пришел в голову еще один вопрос…» "Хм?" «В прошлый раз, когда вы были беременны, врач сказал вам, что если вы прервете беременность, вам будет трудно забеременеть снова в будущем... Теперь вы полны решимости разорвать отношения с Говардом Джеффри, не подумали ли вы о том, что будете делать, если после аборта у вас не получится забеременеть?» Ребекка Квентин слабо улыбнулась: «У меня уже есть Эндрю. Думаю, меня больше не волнует, смогу ли я забеременеть в будущем». Говоря это, она опустила голову и с довольным видом смотрела на Эндрю, сосущего грудь у нее на руках. Кристин Куинн понимала, что, учитывая упрямый характер Ребекки Квентин, даже если она отчаянно попытается её убедить, ей всё равно может не удаться повлиять на её решение. Поэтому Кристин Куинн сделала шаг назад, чтобы продвинуться вперёд, сказав: «Если это действительно твоё решение, в конце концов, я не смогу тебя остановить. Но я не хочу, чтобы ты потом жалела, поэтому надеюсь, ты дашь себе время на размышление. Не обязательно долго, просто установи полумесяц. Если после полумесяца серьёзных раздумий ты всё ещё будешь непреклонна в своём выборе, я больше не буду пытаться тебя остановить и останусь здесь, чтобы помочь тебе позаботиться об Эндрю». Подождать полмесяца? Это означало бы, что ребенку уже семь недель... Это по-прежнему позволит проводить простую процедуру аборта без особых последствий. «Если это создаст у вас впечатление, что я всё тщательно обдумал, то отлично!» Кристин Куинн удовлетворенно кивнула: «Вот это уже лучше. Как можно не обдумать вопрос о ребенке?» Ребекка Квентин продолжала улыбаться. Кристин Куинн внезапно добавила: «О, Бекка, несколько дней назад ты упомянула, что твои хорошие друзья Изабелла Джоанна и Роджер Леонард скоро женятся. Если я правильно помню, ты сказала, что это произойдет через две недели. Раз уж я здесь, я могу помочь тебе присмотреть за Эндрю, а ты можешь пойти на их свадьбу!» Зная, что на свадьбе Роджера Леонарда обязательно будет присутствовать Говард Джеффри, велика вероятность, что Ребекка Квентин и Говард Джеффри могут встретиться на свадьбе... Кристин Куинн проявила невероятную внимательность! Она подумала, что даже если Ребекка Квентин и Говард Джеффри сейчас не могут быть вместе, встреча всё равно будет кстати. Возможно, это изменит мнение Ребекки Квентин об аборте, и ей не придётся прилагать больших усилий, чтобы помочь Говарду Джеффри сохранить ребёнка. «Я не планирую ехать», — прямо ответила Ребекка Квентин. «Почему бы и нет?» — недоуменно спросила Кристин Куинн. «В последнее время Эндрю стал довольно привередливым, и боюсь, у вас это может не получиться». Кристин Куинн бросила на Ребекку Квентин многозначительный взгляд: «У меня есть опыт ухода за детьми, и, кроме того, ваш сын не против, если я буду о нем заботиться… Просто идите, считайте это отдыхом, ведь этот человек — ваш лучший друг». Услышав эти слова Кристин Куинн, на лице Ребекки Квентин наконец-то появилось нерешительное выражение. На самом деле, настоящая причина, по которой она не хотела присутствовать на свадьбе, заключалась в том, что она знала, что там будет Говард Джеффри... Но, обдумав всё, она поняла, что избегать его не значит, что у них не будет случайной встречи в жизни. Раз уж она решила, что они больше не друзья, то встреча не будет иметь значения... Кристин Куинн заметила, что Ребекка Квентин уже растрогана, и воспользовалась своим преимуществом: «Давайте решим все так, я уверена, Изабелла Джоанна будет очень рада, если увидит вас на своей свадьбе». ---------- Главы 342–183: Наблюдая за ним издалека, но чувствуя себя убитой горем (Часть 2) Ребекка Квентин наконец слегка кивнула: «Хорошо, тогда мне придётся попросить вас позаботиться об Эндрю». К счастью, поездка в город Джи на свадьбу Роджера Леонарда могла быть завершена за один день. На закате великолепный закат окрасил небо в красный цвет, а послесвечение солнца распространилось по всей земле. На пляжах острова Фоум Говард Джеффри крепко обнимал Ребекку Квентин, ее длинные волосы развевались на ветру. Перед ними красивый и сообразительный мальчик строил песочные замки вместе с маленькой девочкой. Ребекка Квентин повернула голову, чтобы посмотреть на Говарда Джеффри, и мило улыбнулась. Взгляд Говарда Джеффри, полный нежности и обожания, внезапно наклонил голову, желая поцеловать Ребекку Квентин. Ребекка Квентин закрыла глаза, на ее лице сияла счастливая улыбка. Одна секунда, две секунды, три секунды… После долгого ожидания, так и не почувствовав ожидаемого прикосновения губ, Ребекка Квентин медленно открыла глаза. В тот же миг, как она открыла глаза, она увидела, что Говард Джеффри исчез перед ней. Улыбка на лице Ребекки Квентин исчезла, и она тут же огляделась по сторонам. Однако сумерки оставались яркими, маленький мальчик и девочка вдалеке радостно играли, но в поле зрения Ребекки Квентин фигуры Говарда Джеффри нигде не было видно. В её сердце охватила беспрецедентная паника… Она начала отчаянно звать его по имени, зовя снова и снова… но ответа от него так и не получила. В одно мгновение ее мир, казалось, рухнул, и она выплакала свою душевную боль. В этом мире, без него, даже если всё останется неизменным, какой в ​​этом смысл? Ребекка Квентин, безвольно сидя на пляже, выглядела ошеломленной и бормотала: «Говард, Говард…» "Бекка, Бекка…" Кристин Куинн трясла Ребекку Квентин, непрерывно окликая ее. Погруженная в сон, Ребекка Квентин наконец медленно открыла свои тяжелые длинные ресницы, ее глаза блестели от влаги, когда она посмотрела на Кристин Куинн и слабо произнесла: «Сестра…» Кристин Куинн, охваченная затаенным страхом, похлопала себя по груди: «Ты меня до смерти напугала… Тебе снился кошмар, ты знаешь?» "Кошмар?" Ребекка Квентин медленно поднялась, словно вспоминая содержание сна, ее взгляд стал рассеянным. Кристин Куинн обняла Ребекку Квентин и нежно спросила: «Теперь во сне ты постоянно звала Говарда, тебе приснился он?» Ребекка Квентин протянула руку, чтобы вытереть слезные пятна, оставшиеся после сна, не говоря ни слова, но как бы признавая происходящее. Кристин Куинн вздохнула: «Вот именно это и говорят: днём думаешь, а ночью мечтаешь. Ты же сказала, что отпустила его». В тот момент Ребекка Квентин не восприняла слова Кристин Куинн всерьез, ее разум был заполнен сценами из сна, боль и печаль от потери этого человека все еще оставались в ее сердце. Она не знала, радоваться ли тому, что это всего лишь сон, или грустить от того, что сон оказался реальностью. "Бекка…" Ребекка Квентин наконец-то пришла в себя: "Хм?" "Вы слышали, что я сказал?" "Скажи мне." «Я сказал, что если думать днем, то ночью можно мечтать, значит, ты все еще заботишься о Говарде!» «Сестра, уже поздно, давай не будем об этом говорить, я хочу спать…» Лежа обратно на спину, Ребекка Квентин явно избегала этой темы, закрывая опухшие после слез веки. Изначально Кристин Куинн хотела утешить Ребекку Квентин, но, полагая, что ей всегда нужно пережить эти трудные времена, чтобы увидеть радугу после бури, Кристин Куинн легла рядом с Ребеккой Квентин, ничего больше не говоря, лишь с любовью произнеся: «Бекка, всё это скоро пройдёт…» Две недели спустя. Перед посадкой в ​​самолет Ребекке Квентин позвонила Кристин Куинн. «Бекка, ты должна быть осторожна во всем, не забывай, что ты беременна. Решишь ты оставить ребенка или нет, береги себя до возвращения…» "Я знаю." «Я подожду, пока вы сообщите мне о своем решении, когда вернетесь». "Хм." Убрав телефон в сумку, Ребекка Квентин направилась к пункту досмотра в аэропорту. Самолёт взмыл в бескрайнее небо. Ребекка Квентин закрыла глаза и спокойно отдыхала в самолете, хотя по-настоящему заснула так и не смогла. Возможно, потому что Ребекка Квентин была погружена в свои мысли, три часа пролетели как мгновение, пока она не прибыла в город Джи… У Ребекки Квентин был только небольшой чемодан. Она собиралась взять такси до адреса Изабеллы Джоанны, но как только она вышла из аэропорта, рядом с ней уже ждал частный автомобиль малоизвестной марки. Внезапно из машины вышел высокий, худой водитель лет пятидесяти. Во время своего пребывания в Джи-Сити с Роджером Леонардом она быстро узнала в мужчине перед собой преданного водителя Роджера Леонарда. «Мисс Квентин, давно не виделись… Миссис Леонард послала меня за вами». Зная, что миссис Леонард, о которой говорил водитель, — это Изабелла Джоанна, Ребекка Квентин слегка улыбнулась: «Она действительно слишком добрая, я могла бы просто взять такси сама». «Мисс Квентин, пожалуйста, садитесь в машину…» "Хорошо." Водитель положил багаж Ребекки Квентин в багажник, и она села в машину. Машина едва выехала из аэропорта, как раздался звонок от Изабеллы Джоанны. Ребекка Квентин улыбнулась и нажала кнопку ответа: «Изабелла…» Раздался радостный голос Изабеллы Джоанны: «Дорогая, ты приехала?» «Да, я сейчас в машине дяди Альберта». "Это замечательно… Приезжай скорее, Бекка, я все еще жду, когда ты примешь решение за меня!" «Какое решение?» — с любопытством спросила Ребекка Квентин. «Речь идёт о выборе свадебного платья… Боже мой, свадебная церемония сегодня в пять часов, а я до сих пор не решила, какое платье надеть…» — раздражённо сказала Изабелла Джоанна. Ребекка Квентин тихонько усмехнулась: «Хорошо, я помогу тебе выбрать». Какая очаровательно нерешительная женщина… Примерно через полчаса езды машина въехала в особняк с садом. Ребекка Квентин вышла из машины и посмотрела на фонтан в европейском стиле на вилле, который неизбежно напомнил ей о бывшем особняке Квентинов. При жизни её отца их семья также владела таким роскошным особняком… «Вы мисс Квентин?» Ребекка Квентин была в оцепенении, когда к ней подошёл слуга и вежливо заговорил. Ребекка Квентин вернулась к реальности и с вежливой улыбкой ответила: «Да». «Миссис Леонард уже ждет вас наверху, пожалуйста, следуйте за мной». "Хорошо." Затем слуга забрал багаж у водителя и проводил Ребекку Квентин к особняку. ---------- Глава 343-184: Свадьба Роджера Леонарда и Изабеллы Джоанны 1 Через несколько минут Ребекка Квентин поднялась на второй этаж и встала перед женской раздевалкой. Служанка почтительно обратилась к Изабелле Джоанне, сидевшей перед зеркалом внутри комнаты: «Миссис Леонард, мисс Квентин здесь». Изабелла Джоанна, сидевшая перед зеркалом, вдруг услышала голос служанки. Она схватила юбку своего свадебного платья и взволнованно обернулась. «Бекка…» "Изабелла." При виде Ребекки Квентин глаза Изабеллы Джоанны необъяснимо покраснели. Она бросилась к Ребекке Квентин, обняла её, и, уже со слезами на глазах, выдавила из себя: «Так давно не виделись, я очень скучала по тебе…» Ребекка Квентин поддержала подругу, заметив ее явно пятимесячный живот, и мягко упрекнула: «Эй, беременная женщина, ты только что подбежала сюда вот так, а вдруг ты поранила ребенка?» Изабелла Джоанна улыбнулась сквозь слезы: «Я просто очень по тебе скучала!» Ребекка Квентин тепло улыбнулась: «Я тоже по тебе скучала». Изабелла Джоанна подозвала Ребекку Квентин и усадила её у зеркала на туалетном столике в гардеробной. Она внимательно и с беспокойством осмотрела слегка измождённое лицо Ребекки Квентин: «Ты выглядишь хуже, чем когда я видела тебя после рождения ребёнка!» Ребекка Квентин сделала вид, что серьезно поглаживает щеку: «Правда? Может, потому что я не накрасилась. В последнее время я почти не ухаживала за кожей». Изабелла Джоанна посмотрела прямо на Ребекку Квентин, в ее глазах читалась печаль: «Бекка, ты выглядишь совсем неважно, и дело не в уходе за кожей…» Ее подруга по-прежнему была красива, но в ней чувствовалась некоторая хрупкость. «Роджер уже рассказывал мне о тебе и мистере Джеффри, я не могла представить, что когда мы с Роджером поженимся, ты не пойдешь к алтарю с мистером Джеффри…» Ребекка Квентин не хотела обсуждать этот вопрос, который и так был сегодня неактуален, в такой прекрасный день с Изабеллой Джоанной, поэтому она тут же сменила тему: «Изабелла, разве ты не говорила, что еще не выбрала свадебное платье?» «Ах, чуть не забыла…» Изабелла Джоанна вскочила, подошла к шкафу и с тревогой открыла большую дверцу: «Смотрите, эти свадебные платья были сшиты на заказ дизайнерами по просьбе Роджера… хотя все они хороши, каждое подчеркивает мой большой живот, я правда не хочу выглядеть неуклюжей беременной невестой!» Ребекка Квентин встала с улыбкой, подошла к гардеробу и, приветственно взглянув на несколько красивых белых свадебных платьев, сказала: «Издалека я поняла, что эти платья созданы всемирно известными модельерами. Все они выглядят прекрасно; я уверена, что в любом из них вы будете выглядеть великолепно, просто вы завышаете планку…» Изабелла Джоанна пожала руку Ребекке Квентин: «Ну же, помоги мне выбрать. Уже два часа, и визажист скоро приедет». "Хм." Пять минут спустя Изабелла Джоанна стояла перед зеркалом в полный рост, держа в руках юбку своего свадебного платья. Ребекка Квентин, глядя на Изабеллу Джоанну в зеркале в свадебном платье, искренне похвалила: «Изабелла, ты так прекрасна в свадебном платье, я тебе ужасно завидую». «Бекка, у тебя всегда безупречный вкус. Ты сразу же нашла это платье. На самом деле, я перемерила все платья, кроме этого. Я думала, что мне понадобится свадебное платье с глубоким декольте, и что мой внезапно увеличившийся бюст будет меня очень смущать, но я не ожидала, что в нем не будет никаких нарушений приличий. Глубокий декольте не только идеально сидит, но и делает меня еще более элегантной и очаровательной». «Сегодня ты, безусловно, самая красивая невеста в мире». «Но моего природного обаяния недостаточно. Если бы я была такой же красивой, как ты, мне бы не пришлось сегодня ломать голову над тем, какое платье надеть». "Эм-м-м…" «Кто сказал, что моя жена не обладает природным обаянием?» Их разговор прервал приятный мужской голос. И Ребекка Квентин, и Изабелла Джоанна повернули головы. Роджер Леонард, уже одетый в костюм, элегантно вошел с улицы. Взгляд Роджера Леонарда, естественно, сначала остановился на Изабелле Джоанне, но, увидев Ребекку Квентин, он остановился и приветливо поздоровался с ней: «Бекка, ты наконец-то приехала. Изабелла все время о тебе говорила!» Ребекка Квентин слегка улыбнулась: «Для меня большая честь присутствовать на вашей свадьбе». Роджер Леонард выпалил: «Жаль, что Дора сказала, что он не уверен, сможет ли прийти…» «Роджер», — внезапно напомнила ему Изабелла Джоанна. Роджер Леонард вдруг понял, что сказал что-то не так, и быстро извинился: «Прости, Бекка, я на мгновение забыл о ситуации между тобой и Дорой…» ---------- Глава 344-184: Свадьба Роджера Леонарда и Изабеллы Джоанны 1_2 Ребекка Квентин сохраняла спокойный и безразличный тон: «Всё в порядке. Раз уж мы с ним больше не вместе, избегать нечего». Изабелла Джоанна опасалась, что продолжение разговора только усугубит ситуацию, поэтому быстро сменила тему: «Э-э, Роджер, как ты думаешь, я хорошо выгляжу в этом свадебном платье?..» В тот момент все внимание Роджера Леонарда было приковано к Изабелле Джоанне. «Прекрасно, моей жене всё идёт». Изабелла Джоанна игриво толкнула Роджера Леонарда в грудь: «Эй, ты говоришь так формально…» Роджер Леонард быстро обнял Изабеллу Джоанну за талию, несмотря на то, что она была беременной, но не слишком полной, и с нежностью сказал: «Я никогда не смогу любить тебя достаточно; когда я вообще был с тобой поверхностен?» "Ты такой надоедливый, такой приторный…" «Дорогая, я сегодня счастлива…» Пока двое влюбленных были погружены в свои чувства, Ребекка Квентин тихо вышла из гримерной. Увидев в конце коридора открытый балкон, Ребекка Квентин прошла по коридору и вышла на балкон. Зима еще не закончилась, и с балкона исходила неприятная холодная атмосфера. Ребекка Квентин не чувствовала холода; наоборот, она воспользовалась холодом, чтобы успокоить свои мысли. Её подруга наконец-то нашла хороший дом, и она искренне радовалась за неё, но её собственное положение теперь было, несомненно, безнадёжным, и она не могла не почувствовать лёгкую грусть в сердце. Она вздохнула и печально посмотрела вдаль. В её голове невольно снова возникли мысли об этом человеке… Честно говоря, изначально она думала, что если они случайно встретятся, будет неловко не поздороваться, но когда Роджер Леонард упомянул, что, возможно, не сможет приехать, она очень обрадовалась. Она не любила затягивать дела… Поскольку они не могли быть вместе, не было необходимости запутываться дальше. Все были еще молоды; еще не поздно начать собственную жизнь. Она подумала, что новости о нем и Алисе Робинсон все чаще появлялись в газетах, и что его жизнь уже пошла в гору. Думая об этом, Ребекка Квентин невольно прикоснулась к своему животу… «Мисс Квентин, вы здесь…» Размышления Ребекки Квентин прервал звонок. Ребекка Квентин быстро опустила руку с живота и повернулась. Слуга семьи Леонард почтительно сказал: «Мисс Квентин, наша хозяйка вас ищет…» Ребекка Квентин слегка улыбнулась: «Я сейчас же пойду». Было четыре тридцать вечера. К церкви подъезжали машины одного цвета, одной модели, одинаковой стоимости… Роджер Леонард и Изабелла Джоанна ехали в головной машине, представляя молодоженов, а Ребекка Квентин — в машине позади… Машины еще не подъехали к церкви, а журналисты, ожидавшие снаружи, уже хлынули туда. Ребекка Квентин была потрясена таким зрелищем… К счастью, сотрудники службы безопасности, находившиеся на месте, немедленно заблокировали журналистов, не допуская их на расстояние пяти метров от автомобилей. Роджер Леонард и Изабелла Джоанна вышли из машины… Фонарики в руках журналистов начали непрерывно мигать, ослепляя людей. Ребекка Квентин тоже вышла из машины, но, поскольку Роджер Леонард и Изабелла Джоанна уже оказались в центре внимания, она не пошла к ним. Затем Роджер Леонард и Изабелла Джоанна вошли в церковь под охраной… По сравнению с сияющими молодоженами, Ребекка Квентин, несмотря на тщательный выбор одежды, выглядела гораздо тусклее, и, казалось, никто ее не замечал. Однако именно это чувство и нравилось Ребекке Квентин… Перед тем как прийти сюда, Ребекка Квентин заранее сказала Изабелле Джоанне, чтобы та не обращала на нее внимания, и что она тихо войдет в церковь, чтобы понаблюдать за церемонией… Изабелла Джоанна, естественно, поняла, что Ребекка Квентин не хотела привлекать внимание журналистов, поэтому в тот момент она и Роджер Леонард не поздоровались с Ребеккой Квентин и сразу же вошли в церковь. Все присутствующие, включая журналистов, последовали за Роджером Леонардом и Изабеллой Джоанной в церковь, а Ребекка Квентин тихо шла следом. Молодожены вошли в церковь, и свадебная церемония вот-вот должна была начаться… Когда Ребекка Квентин вошла в церковь, места были почти все, поэтому она нашла относительно свободный уголок, чтобы сесть и спокойно понаблюдать за церемонией. Церемониймейстер объявил, что свадебная церемония вот-вот начнётся… Но в этот момент у входа в церковь поднялась настоящая суматоха. Ребекка Квентин инстинктивно оглянулась… Кто бы мог подумать, что один лишь взгляд сможет тронуть её сердце. Причиной шума стало появление одного человека… Да, это был Говард Джеффри! Даже на свадьбе Роджера Леонарда он оставался очень заметной фигурой. Сквозь толпу она все еще отчетливо видела его сегодня в изысканном темном костюме, с явно уложенной прической, издалека он выглядел невероятно привлекательно, и даже несмотря на его попытки оставаться незаметным, было трудно скрыть его врожденную грацию. Однако взгляд Ребекки Квентин был прикован к Элис Робинсон рядом с Говардом Джеффри, в белом платье, которая не пыталась намеренно скрыть свой слегка округлившийся живот. Говард Джеффри и Элис Робинсон не перетянули все внимание на себя, а нашли место неподалеку, чтобы спокойно понаблюдать за церемонией. Но как Говарду Джеффри, обладающему высоким статусом, оставаться незаметным? Журналисты, заблокированные снаружи церкви и снимавшие свадьбу, также запечатлевали интимные моменты Говарда Джеффри и Элис Робинсон. Взгляд Ребекки Квентин задержался на несколько секунд, но она не стала зацикливаться на этом; вместо этого она медленно перевела взгляд обратно на Роджера Леонарда, который уже взял за руку Изабеллу Джоанну, отняв её у отца. Мысли Ребекки Квентин блуждали, время медленно тянулось, и в ее, казалось бы, пустом сознании запечатлелось лишь то, как пастор объявил свадебные клятвы… «Мистер Роджер Леонард, берете ли вы мисс Изабеллу Джоанну в жены, чтобы иметь и лелеять ее с этого дня и навсегда, в радости и в горе, в богатстве и в бедности, в болезни и в здравии, до самой смерти?» "Я делаю." «Мисс Изабелла Джоанна, вы…» Наверное, каждая девушка мечтает сыграть такую ​​свадьбу за всю свою жизнь, не так ли? Жених и невеста уже обменивались кольцами на сцене, после чего обменялись нежным поцелуем… Увидев эту прекрасную сцену, Ребекка Квентин не могла не быть очарована. Она вдруг вспомнила о своей свадьбе с Говардом Джеффри, которая состоялась семь лет назад… В те времена это тоже было грандиозно, хотя и проходило в отеле, что было не так романтично и уютно, как в церкви. Она была довольно наивна в то время и не помнила никаких свадебных клятв. Единственное, что она помнила, — это тот серьезный момент, когда он надел ей на руку обручальное кольцо, от которого ее сердце впервые затрепетало. По всей церкви раздались аплодисменты, и все встали… Ребекка Квентин продолжала улыбаться им, неизменно мысленно благословляя их в своем сердце. Вскоре настало время невесте бросить букет… За пределами церкви все незамужние женщины с нетерпением ждали… ---------- Главы 345–185: Свадьба Роджера Леонарда и Изабеллы Джоанны 2 Ребекка Квентин не стала присоединяться к ним, оставаясь незаметной в толпе. Изабелла Джоанна перебросила букет через плечо… Никто не ожидал, что букет окажется прямо в руках Элис Робинсон, которая стояла неподалеку и не принимала участия в мероприятии… В одно мгновение сцена озарилась всеобщим восторгом. Элис Робинсон тоже выглядела немного удивленной, и, увидев, как много репортеров бросились к ней брать интервью, она застенчиво посмотрела на стоявшего рядом с ней Говарда Джеффри. Говард Джеффри держал на руках Элис Робинсон, неизменно молча улыбаясь. Столкнувшись с настойчивыми преследованиями многочисленных репортеров, Элис Робинсон в конце концов была вынуждена сказать: «Пожалуйста, отпустите нас, мы здесь только для того, чтобы присутствовать на церемонии с Говардом Джеффри…» В этот момент Ребекка Квентин повернулась и направилась к парковке. После завершения свадебной церемонии водители уже ждали на месте. Ребекка Квентин подошла к водителю, который её привёз, и водитель узнал её, первым заговорив: «Мисс Квентин, там так оживлённо, почему вы уезжаете?» «Я плохо себя чувствую, хочу еще немного побыть в машине». «Хорошо». Водитель был очень внимателен и быстро открыл дверь машины. Ребекка Квентин села в машину и тут же потянулась к своему животу. Она не оправдывалась плохим самочувствием; у нее действительно болел живот, возможно, потому что она не отдохнула как следует после сегодняшнего перелета, и ребенок в животе немного протестовал. Ребекка Квентин откинулась на спинку сиденья и закрыла глаза, чтобы на мгновение расслабиться. Постепенно протесты ребенка прекратились, и она неожиданно заснула в машине. Ребекку Квентин разбудил водитель… Выйдя из машины, она немного смутилась и извинилась: «Простите, я просто уснула…» Водитель сказал: «Я не хотел вас беспокоить, мисс Квентин, но боялся, что вы пропустите свадебный банкет генерала Леонарда и его жены…» Ребекка Квентин огляделась и только тогда поняла, что ее отвезли обратно на виллу семьи Леонард, которая уже была освещена вечерними огнями. «Который час?» «Уже почти семь часов; свадебный банкет начинается в семь тридцать». Ребекка Квентин слегка кивнула: «Хорошо, мне придётся попросить вас немного подождать здесь. Я поднимусь наверх переоденусь и быстро спущусь». "Хорошо." Даже если на свадебном банкете она столкнется с неловкими ситуациями, поскольку она пришла присутствовать на свадьбе, ее личные дела не должны быть на первом месте. Необходимо благословить молодоженов. Переодевшись в светло-фиолетовое платье, Ребекка Квентин села в машину и поехала в пятизвездочный отель, где Роджер Леонард устраивал свадебный банкет. Ребекка Квентин, имея при себе VIP-карту, прошла через службу безопасности. В сопровождении официанта отеля она беспрепятственно добралась до места проведения банкета. Роджер Леонард уже был известен в деловом мире, поэтому банкетный зал стал местом сбора джентльменов и представителей политической и коммерческой элиты. Не говоря уже о романтическом оформлении места, Ребекку Квентин привлекла хрустальная люстра, освещавшая всю банкетную зону. Слабо мерцающие огоньки люстры создавали ощущение, будто все живут в сказке… Среди звона бокалов и аромата одежды… Ребекка Квентин сохраняла элегантную улыбку, проходя мимо многочисленных гостей, и как только она вышла на танцпол, то увидела Роджера Леонарда и Изабеллу Джоанну в окружении людей, получающих благословение. Ребекка Квентин тут же нашла себе место и села, наблюдая за ними издалека. Официант принес ей бокал шампанского, она сказала «Спасибо», и как раз когда она собиралась сделать глоток, ей, кажется, что-то пришло в голову, и она тут же поставила бокал. В этот момент Роджер Леонард и Изабелла Джоанна уже были на сцене, и присутствующие уговаривали их рассказать историю своей любви… Ребекка Квентин внимательно слушала, казалось, тронутая их счастьем и опьяненная их любовью. Внезапно она услышала какие-то звуки у своего уха… Она невольно повернула голову в сторону источника звуков и увидела достойную и элегантную женщину, идущую под руку с высоким, красивым мужчиной к танцполу. Ребекка Квентин не знала этих двоих, ей лишь показалось, что они ей знакомы, словно она где-то их уже видела. Судя по небольшой суматохе, это были люди весьма высокого положения. Возможно, из-за таинственного чувства узнавания, взгляд Ребекки Квентин невольно проследил за их фигурами. Никто не ожидал, что они окажутся за одним столом с Говардом Джеффри и Элис Робинсон… Действительно, когда она сидела на этом месте раньше, она уже заметила неподалеку Говарда Джеффри и Элис Робинсон… Персонаж Говарда Джеффри никогда не любил шумные сцены, поэтому то, как он непринужденно сидит с Элис Робинсон в полумраке, в неприметном месте, вполне соответствует его характеру. ---------- Глава 346-185: Свадьба Роджера Леонарда и Изабеллы Джоанны 2_2 Алиса проявила инициативу, встала и поздоровалась: «Здравствуйте, мистер Льюис, я Алиса». Нельсон Льюис вежливо ответил: «Мисс Робинсон, приятно познакомиться, это моя жена, Тереза». Алиса почтительно сказала: «Здравствуйте, невестка». Тереза ​​ответила: «Нет необходимости быть такой формальной, мисс Робинсон…» «Говард, я думал, ты не сможешь приехать…» — сказал Нельсон Льюис, садясь и поднимая бокалы, чтобы чокнуться с Говардом Джеффри. Говард Джеффри чокнулся бокалами с Нельсоном Льюисом, слегка улыбаясь: «Нет ничего важнее, чем присутствовать на свадьбе Роджера». Тереза ​​извинилась: «Мы с Нельсоном хотели приехать пораньше, но у Микки вчера вечером внезапно поднялась температура, я волновалась всю ночь, и мы приехали только после того, как температура спала…» «Уверена, генерал Леонард вас не осудит», — задумчиво сказала Элис. Тереза ​​перевела взгляд на Алису: «Мисс Робинсон, вы, должно быть, уже примерно на третьем месяце беременности?» Алиса сладко ответила: «Хм, почти четыре месяца». "Вы знаете, мальчик это или девочка?" «Недавно я проходила обследование, врач сказал, что, похоже, это девочка, но это не точно, ребенок развивается очень хорошо». Тереза ​​улыбнулась: «Если у вас будет дочь, Говард будет очень рад… ему всегда нравились девочки». «Я тоже на это надеюсь». Алиса застенчиво кивнула. В этот момент Роджер Леонард и Изабелла Джоанна шли, сойдя со сцены… Роджер Леонард ласково обнял Изабеллу Джоанну, и первыми его словами была жалоба: «Старший брат, ты такой несправедливый, что так опоздал…» Нельсон Льюис начал объяснять. Постепенно с другой стороны раздался смех трех пар. Ребекка Квентин уже давно отвела взгляд от той стороны, но почему-то почувствовала тяжесть в груди, тут же схватила сумку, встала и направилась в ванную. Ребекка Квентин, стоя перед зеркалом у раковины, безучастно смотрела на свое отражение. Внезапно раздался голос: «Видя мистера Джеффри с другой женщиной, вы чувствуете себя неспокойно, не так ли?» Ребекка Квентин вздрогнула, обернулась и увидела Изабеллу Джоанну. Ребекка Квентин похлопала себя по груди, жалуясь: «Изабелла, ты меня ужасно напугала!» Изабелла Джоанна подошла к раковине и вымыла руки, сказав: «Я видела, как ты сидела там одна, зная, что мистер Джеффри там, ты, вероятно, не хотела, чтобы я тебя приветствовала, поэтому, увидев, что ты направляешься в ванную, я подошла проверить, как ты». Ребекка Квентин нежно взяла Изабеллу Джоанну за плечо: «Ничего страшного, у тебя сегодня столько дел, не волнуйся обо мне… У меня не было возможности лично поздравить тебя, желаю тебе и генералу Леонарду долгого и счастливого брака». Глядя на улыбающееся лицо Ребекки Квентин, Изабелла Джоанна глубоко вздохнула, в ее голосе звучала легкая печаль: «Хотя я сегодня очень рада, видеть, что вы с мистером Джеффри даже не поздоровались, меня действительно огорчает…» Действительно, ранее Ребекка Квентин и Говард Джеффри сидели за столиками неподалеку друг от друга, Ребекка заметила Говарда, и, естественно, Говард тоже заметил Ребекку. И все же они даже не обменялись ни одним взглядом, словно два незнакомых человека. «Бекка, мне очень жаль тебя… Я не ожидала, что ваши отношения с мистером Джеффри закончатся вот так». Глаза Изабеллы Джоанны покраснели, голос дрожал. Ребекка Квентин с облегчением сказала: «Ты такой глупый, сердечные дела, когда все хорошо, то все приходит, когда плохо — уходит, я ни о чем не жалею, а это ты меня жалеешь». Голос Изабеллы Джоанны был хриплым: «Мне так жаль тебя…» "Глупышка!" — Ребекка Квентин нежно обняла Изабеллу Джоанну. Из-за опасений по поводу Эндрю Ребекка Квентин недолго пробыла в городе G и рано утром следующего дня вылетела обратно в город T. По дороге домой в такси Ребекка Квентин снова вспомнила романтические сцены со вчерашней свадьбы Роджера Леонарда и Изабеллы Джоанны, ее губы невольно улыбнулись, но прежде чем она это осознала, в ее голове возникли образы этого человека, его нежные шепотки с Элис в церкви, как он обнимал Элис на глазах у репортеров… С трудом отбросив в голове сумбурные образы, Ребекка Квентин перевела взгляд в окно. Внезапно в нижней части живота Ребекки Квентин появилась боль, похожая на вчерашнюю. Ребекка Квентин, как и вчера, думала, что, откинувшись на спинку сиденья, ей станет легче, но кто бы мог подумать, что сегодня боль станет всё более очевидной… Постепенно на лбу Ребекки Квентин выступил пот от невыносимой боли. Водитель заметил в зеркале заднего вида, что Ребекке Квентин стало плохо, и с беспокойством спросил: «Мисс, с вами все в порядке?» Ребекка Квентин больше не могла этого выносить, и, собрав последние силы, сказала: «Доктор, я беременна, у меня болит живот, не могли бы вы отвезти меня в ближайшую больницу?» Удивлённый водитель быстро ответил: «Больница прямо впереди, мы скоро будем там». Он нажал на газ. Водитель такси, проявив доброжелательность, взял плату за проезд Ребекки Квентин, но не уехал сразу; вместо этого он помог ей добраться до больницы, а затем уехал. Медсестра, заметив бледное лицо Ребекки Квентин, узнала, что та беременна, и немедленно организовала ее госпитализацию в отделение неотложной помощи. «Доктор Робинсон, она беременна и испытывает боли в животе, пожалуйста, осмотрите ее…» — сказала медсестра, помогая Ребекке Квентин войти в кабинет врача. Доктор встал и помог Ребекке Квентин сесть на стул. Врач спросил: «Есть ли кровотечение?» Ребекка Квентин покачала головой: «Просто боль…» «Ложись сюда, я тебя осмотрю». "Спасибо." Когда врач и медсестра помогли Ребекке Квентин лечь на кровать, готовясь к осмотру, взгляд врача внезапно замер: «Это вы!» Сонно ошеломленная Ребекка Квентин посмотрела на доктора, видимо, тоже узнав его, и, не сумев ничего сказать, потеряла сознание. Ребекка Квентин медленно открыла глаза, безучастно глядя на белый потолок больничной палаты. «Ты проснулся». Раздался ровный мужской голос. Ребекка Квентин, слегка ослабев, взглянула на врача, стоявшего у кровати. Медсестра подложила подушку под спину Ребекки Квентин, помогая ей медленно сесть, прислонившись к изголовью кровати. «Ты брат Алисы, я думал, ты работаешь в Нью-Йорке». Честер Робинсон, одетый в белый халат, ответил: «Моя фамилия Робинсон, просто Честер. Я акушер-гинеколог. Я приехал работать в Т-Сити, потому что в этом году моя больница предложила мне возможность обучения за границей, и меня всегда интересовал Т-Сити в Китае, поэтому я решил приехать сюда». ---------- Глава 347-186: Решение оставить ребенка Ребекка вдруг занервничала: «А вы только что…» Честер Робинсон равнодушно сказал: «Вам следует доверять моему профессионализму как врача». К тому же, он всего лишь взял у нее анализ крови. Хотя она знала, что он врач, ей все же было несколько непривычно. Ребекка тут же спросила: «Как мое состояние?» Она не знала почему, но чувствовала, что с ребенком все в порядке. И действительно… Врачебным тоном Честер Робинсон сказал: «Вы уже на седьмой неделе беременности, и ребенок развивается у вас относительно хорошо. Однако ваш организм несколько ослаблен, что привело к симптомам угрозы выкидыша. К счастью, на этот раз все обошлось без опасностей, но в ближайшие дни, если вы намерены сохранить ребенка, вам необходимо позаботиться о сохранении беременности и посещать больницу раз в неделю». Услышав слово «выкидыш», Ребекка тут же вздрогнула и нервно потянулась, чтобы дотронуться до живота. Заметив беспокойство Ребекки, Честер Робинсон смягчил тон: «Я выпишу вам лекарства, которые помогут сохранить беременность. В ближайшие дни вам следует отдать приоритет отдыху». "Я…" Слова застряли у Ребекки в горле, но она не смогла их произнести. Изначально она хотела сказать Честеру Робинсону, что не планирует оставлять ребенка, но по какой-то причине в тот момент она испытывала сильные противоречивые чувства… Если бы не эти два случая угрозы выкидыша, возможно, она бы не поняла, что не может быть такой жестокой… «У меня есть другие дела, хорошо отдохните… Когда вы потеряли сознание, медсестра взяла ваш телефон и связалась с вашей родственницей, потому что в вашем телефоне отображалась только ваша сестра, поэтому медсестра уже уведомила её. Сейчас она должна ехать в больницу». "Спасибо." Затем Честер Робинсон повернулся и вышел из палаты. Но как только Честер Робинсон собирался переступить порог, Ребекка внезапно окликнула его: «Эй, доктор Робинсон». Честер Робинсон обернулся и мягким тоном спросил: «Есть ещё что-нибудь?» Ребекка тихо сказала: «Я знаю, что у вас есть профессиональная этика врача, но из-за вашей особой идентичности я все же хочу попросить вас об одной вещи. Надеюсь, вы не расскажете своей сестре о моей беременности… Вы знаете, что ваша сестра и Говард Джеффри помирились, и я полагаю, вы не хотели бы, чтобы их отношения осложнялись». Каким бы ни было ее окончательное решение, она не хотела, чтобы этот человек об этом узнал. Кристин Куинн забрала Ребекку из больницы и привезла её домой. В комнате Ребекка, прислонившись к изголовью кровати, виновато произнесла: «Сестрёнка, прости, что заставила тебя волноваться…» Сотрудники больницы позвонили её сестре, и та поспешила в больницу вместе с Эндрю, побледнев от страха. Кристин Куинн, держа Эндрю на руках, вздохнула с облегчением: «К счастью, с тобой все в порядке, иначе я была бы в большой беде». Ребекка растерянно нахмурилась: «За что она несёт ответственность?» «Э-э… ничего страшного, я имею в виду, что я плохо о тебе заботилась, конечно, я несу ответственность». Если бы с ребёнком что-то случилось, она бы действительно не знала, как это объяснить Говарду Джеффри. Ребекка с раскаянием произнесла: «Сестра, я больше не позволю тебе обо мне беспокоиться, я сама позабочусь о своем здоровье». Кристин Куинн тихо вздохнула: «Если вы действительно заботитесь о своем здоровье, вам не следует делать аборт. Вы же знаете, что аборт очень вреден для вашего организма». Ребекка мягко кивнула: «Я знаю». Когда она была беременна Эндрю, врач уже предупредил ее, что аборт невозможен, поскольку такая процедура может причинить вред и привести к бесплодию в будущем. После рождения Эндрю она больше не беспокоилась по этому поводу… Но кто мог подумать, что она снова забеременеет, да еще и после того, как разорвала отношения с Говардом Джеффри? Казалось, судьба намеренно мучила её… Кристин Куинн заметила небольшую перемену в мыслях Ребекки после свадьбы подруги и предположила, что это могло быть связано с тем, что она увидела Говарда Джеффри и, следовательно, это повлияло на нее. Затем она неуверенно спросила: «Бекка, ты познакомилась с Говардом Джеффри на свадьбе?» Ребекка слегка кивнула: «Хм». «А вы двое…» «Сегодняшние новости уже должны были бы появиться… Он привёз с собой Элис Робинсон, и я с ним не столкнулся и не разговаривал. Он, вероятно, даже не знает, что я там был». Глаза Кристин Куинн расширились от изумления: «Что, он привёз с собой Элис Робинсон?» В последние несколько дней, ухаживая за Эндрю, у Кристин Куинн не было времени читать новости. Ребекка спокойно ответила: «Да, он, по сути, подтвердил СМИ, что его отношения с Элис Робинсон остаются прежними». После того, как стало известно о её рождении в Алтоне, его свадьба с Элис Робинсон оказалась сорвана, и появились слухи о его примирении с бывшей женой, однако СМИ так и не опубликовали ни одной их совместной фотографии. Под его защитой она, бывшая жена, практически стала невидимой. Теперь, когда он присутствовал на свадьбе Роджера Леонарда с Элис Робинсон, стало ясно, что он намерен заявить миру, что никогда не планировал воссоединяться со своей бывшей женой. ---------- Глава 348-186: Решение оставить ребенка (Часть 2) "Бекка…" «Сестра, пожалуйста, не смотри на меня с жалостью. Со мной все в порядке, правда в порядке. Раз уж я решила расстаться с ним, меня больше не волнуют эти вещи». Глядя на искреннее и безразличное лицо Ребекки Квентин, Кристин Куинн хотела её утешить, но не знала, что сказать. В конце концов, ещё не время утешать Ребекку Квентин. «Хорошо, тогда хорошенько подумайте о ребенке, но не принимайте решение забрать ребенка в течение этих двух дней. Подождите, пока вы немного поправитесь через несколько дней». "Хорошо." «Теперь тебе нужно отдохнуть. Я отведу Эндрю в гостиную поиграть…» «Сестра, спасибо». «О чём ты говоришь? Иди спать!» Ребекка Квентин натянула одеяло и медленно легла на кровать. Кристин Куинн, держа на руках Эндрю, стояла у кровати и с состраданием смотрела на закрытые глаза и еще более измученное лицо Ребекки Квентин. Обе сестры были так похожи, что обе влюбились в мужчину, которого не следовало любить… Ее отношения с этим человеком были обречены на трагедию, но, к счастью, Говард Джеффри, в которого влюбилась Бекка, оказался действительно достойным любви… Она верила, что в ближайшем будущем увидит Бекку, улыбающуюся, как цветок, и счастливо прислонившуюся к плечу Говарда Джеффри. На следующий день. «Эндрю, это животное называется слон. У него длинный хобот и два уха, похожих на веера…» Внутри комнаты Кристин Куинн и Ребекка Квентин вместе с Эндрю лежали на кровати и определяли животных, и все трое прекрасно проводили время… Внезапно у Кристин Куинн зазвонил телефон. Кристин Куинн продолжала размахивать визиткой перед Эндрю, одновременно поднимая телефон и нажимая кнопку ответа: «Здравствуйте…» Из телефона раздался обработанный машинный голос: "Кристин Куинн?" Услышав голос собеседника, Кристин Куинн на секунду опешилась: «Да, а кто вы?» «Вам не должно быть дела до того, кто я; вам просто нужно знать, что мы с вами скоро начнём сотрудничать». Кристин Куинн внезапно насторожилась… Она положила карточку, избегая Ребекки Квентин, прошла в гостиную и холодно спросила: «Вы очень странная. Вы не хотите мне говорить о своей личности, но при этом утверждаете, что мы будем сотрудничать. Это абсурд!!» Женщина с искаженным машинным голосом тихонько рассмеялась: «Я действительно была резка. Надеюсь, я не напугала мисс Куинн, но я верю в наше сотрудничество. Вы будете очень рады поговорить со мной». Кристин Куинн нахмурила брови и холодно сказала: «Думаю, если вы не перейдете к сути дела прямо, я, возможно, в следующую секунду повешу трубку». «Гвоздика». Разговор с собеседником произнес именно эти три слова, отчего тело Кристин Куинн сильно задрожало, а глаза расширились от паники. «Разве электронное письмо, которое получила Ребекка Квентин, не было отправлено вами?» Кристин Куинн успокоилась и ответила: «Я не понимаю, о чём вы говорите». «Мисс Куинн, вам не нужно притворяться передо мной… Отправка вами этого электронного письма Ребекке Квентин, которое потенциально может разрушить отношения Ребекки Квентин и Говарда Джеффри, и при этом сохранение её доверия как «хорошей сестры», говорит о тьме в вашем сердце». «Что за чушь ты несёшь?» Другая сторона спокойно усмехнулась и продолжила: «Кристин Куинн, о, Кристин Куинн, ты такая умная, даже Говард Джеффри может тебя обмануть. Я думаю, даже Говард Джеффри не мог предположить, что электронное письмо, подписанное как «Гвоздика», на самом деле было отправлено тобой Ребекке Квентин, верно?» «Кто вы на самом деле?» — в голосе Кристин Куинн звучала тревога. "Неужели вы не догадаетесь, кто я?" «Вы тот человек, на которого нацелился Говард Джеффри?» "Похоже, ты не дурак…" "Ты действительно осмелился мне позвонить? Не боишься, что я прямо сейчас позвоню Говарду Джеффри?" Другая сторона от души рассмеялась: «Как думаешь, если бы Говард Джеффри смог меня выследить, он бы все равно пытался всеми возможными способами выманить меня?» Кристин Куинн была ошеломлена: «Вы знаете, что Говард Джеффри хочет вас выманить?» Другая сторона торжествующе рассмеялась: «Говард Джеффри действительно умён. Он придумал идеальный план, чтобы выманить меня…» Кристин Куинн снова была поражена, открыла рот, но не смогла произнести ни слова. «Чтобы осуществить свой план, первым делом ему нужно было убрать из поля зрения самую любимую женщину. Поэтому он начал целенаправленно сближаться с Элис Робинсон, намереваясь убедить меня в своей любви к ней, тем самым защитив Ребекку Квентин. После того, как он убрал Ребекку Квентин из поля зрения, он приступил к следующему шагу: поручил своему доверенному помощнику Джейсону Вуду распространять слухи о том, что «Оверски» собирается отменить проект «Хоуп-Сити». На самом деле это было сделано для того, чтобы заставить меня действовать…» "Как ты могла…" Кристин Куинн недоверчиво покачала головой. Другая сторона продолжила: «План Говарда Джеффри заставить меня действовать заключается в следующем: как только я услышу слух об отмене проекта «Хоуп-Сити», я восприму это как уникальную возможность. В это время я буду настаивать на том, чтобы Скайлер Джонс занял деньги у Говарда Джеффри. Как только Скайлер Джонс получит деньги, я думаю, что у «Скайтопа» больше не будет ликвидных средств для маневрирования, и если у «Скайтопа» закончатся ликвидные средства, «Скайтопу» наверняка придется отложить выплату заработной платы сотрудникам на два-три месяца. На этом этапе мне нужно лишь немного взбудоражить общественное мнение, и сотрудники «Скайтопа» начнут беспокоиться. Постепенно слухи о неспособности «Скайтопа» выплачивать зарплату начнут распространяться, становясь все более интенсивными, как чума. В конце концов, даже международные проекты, большие и малые, не будут рассматривать «Скайтоп» в качестве участника тендера. Если все пойдет по плану, слух распространится менее чем за неделю, и Акции «Скайтопа» начнут падать. Видя эту ситуацию, Говард Джеффри наверняка притворится обеспокоенным на пресс-конференции, чтобы прояснить ситуацию, еще больше укрепив ее уверенность. Затем я усилю свои атаки на «Скайтоп» со всех сторон, вынудив Говарда Джеффри продать часть акций, чтобы временно смягчить дефицит ликвидного капитала. Воспользовавшись этой возможностью, я тайно выкуплю все акции, которые продаст Говард Джеффри. Кроме того, я уже постепенно приобрел акции у нескольких членов совета директоров «Скайтопа», что позволит мне занять место в совете директоров «Скайтопа» и заменить Говарда Джеффри на посту главы компании, тем самым нанеся Говарду Джеффри серьезный удар… Конечно, мне это не удастся, потому что Говард Джеффри уже ждал меня, чтобы заманить в ловушку. Кристин Куинн никак не ожидала, что собеседник сможет так подробно описать план Говарда Джеффри, что надолго лишит её дара речи. "Кристин Куинн, я права?" ---------- Глава 349-187: Возможная внематочная беременность "Вы…" — голос Кристин Куинн по-прежнему звучал недоверчиво. Другой человек рассмеялся и сказал: «Зная, что я разгадал план Говарда Джеффри, ты должен быть доволен, ведь иметь дело с Говардом Джеффри — это тоже твоя цель, не так ли?» Кристин Куинн наконец пробормотала: «Ты никак не мог этого понять; ты всегда был…» Другой человек перебил: «Всегда кем? Всегда руководил Говард Джеффри? Ха… Я намеренно похитил Элис Робинсон, чтобы проверить Говарда Джеффри, и заставил Скайлера Джонса занять у него денег. На самом деле, я просто следовал плану Говарда Джеффри, используя схему внутри схемы для осуществления своего плана… Вы удивлены, потому что никогда не думали, что я все это раскушу? Джеффри пытался избавить вас от будущих проблем, поручив вам разобраться с Ребеккой Квентин. К сожалению, его план в конечном итоге обречен на провал». Кристин Куинн медленно пришла в себя и безразлично ответила: «Похоже, Говард Джеффри в конечном итоге недооценил вас». «Разве это не именно тот результат, которого вы хотели?» Голос Кристин Куинн похолодел: «Откуда вы знаете, что это именно тот результат, которого я хотела?» Другой человек рассмеялся: «Кристин Куинн, я никак не ожидал, что ты встанешь на мою сторону, потому что все твои действия заставили меня поверить в твою глубокую связь с Ребеккой Квентин, пока я случайно не обнаружил электронное письмо, которое ты ей отправила… Бесспорно, ты умна. Ты подписала его именем «Гвоздика», без труда переложив вину на меня. Ты не только создала разлад между Говардом Джеффри и Ребеккой Квентин, но и не вызвала подозрений у Говарда Джеффри, поскольку в его глазах мне показалось, что я в последний раз проверяю, заботится ли он о Ребекке Квентин». Кристин Куинн стиснула зубы и сказала: «Раз уж ты всё знаешь, зачем тратить время на меня, вместо того чтобы поговорить с Говардом Джеффри? Чего ты от меня на самом деле хочешь?» Другой человек прямо заявил: «Мне нужна ваша помощь, потому что у нас одна цель». Кристин Куинн холодно ответила: «Извините, но мы идём разными путями». Другой человек спросил: «Ты уверена, что наши „пути“ разные? Другие могут не знать, но я знаю. Ты выросла с невротичной матерью, пережила трудности, а затем встретила Скайлер Джонс, веря, что найдешь счастье. Позже ты узнала, что Скайлер Джонс хотела использовать тебя только против Говарда Джеффри. С разбитым сердцем ты сосредоточила все свое внимание на Говарде Джеффри, только чтобы узнать, что он отдавал предпочтение Ребекке Квентин и бросил тебя… Затем ты приехала в Алтон, и все думали, что ты оставила прошлое позади, но кто знает наверняка, что ты так и не отпустила свою ненависть к братьям Джеффри, и твоя зависть к Ребекке Квентин глубоко укоренилась? Ты ненавидишь их каждую минуту, желая разбить их вдребезги, особенно Ребекку Квентин, которой ты никогда не переставала завидовать. Ей повезло больше, потому что она с юных лет получала отцовскую любовь и завоевала расположение Говарда Джеффри после смерти отца, в то время как В итоге ты осталась ни с чем, даже со скудной любовью от Скайлер Джонс. «Довольно, вы уже достаточно сказали?» — выплюнула Кристин Куинн сквозь стиснутые зубы. — «Если вы думаете, что я встану на вашу сторону по этой причине, вы ошибаетесь. У меня нет таких грандиозных амбиций, как у вас, и я не верю, что вы сможете одержать победу над Говардом Джеффри!» Другой человек спокойно ответил: «Но у тебя теперь нет выбора. Если я расскажу Говарду Джеффри об инциденте с электронной почтой, как думаешь, он тебя отпустит? К тому же, ты наконец-то сможешь перестать играть роль сестры с Ребеккой Квентин!» «Вы презренный!» «Я не презренный человек; по крайней мере, я действую прямолинейно, в отличие от ваших подлых уловок!» Кристин Куинн глубоко вздохнула, чтобы подавить свои внутренние эмоции, постепенно успокоилась и спросила: «Ты победила; ты подловила мою слабость. Теперь скажи, что ты хочешь, чтобы я сделала?» «Я хочу, чтобы вы сделали очень просто: в решающий момент удерживайте Ребекку Квентин под стражей, чтобы вынудить Говарда Джеффри принять решение…» «Конечно, у тебя был такой гнусный план!» — презрительно ответила Кристин Куинн. «Этот план отвратителен, но пока он эффективен…» Кристин Куинн холодно усмехнулась: «У вас есть какие-нибудь хорошие идеи, как победить Говарда Джеффри в этой сложной схеме?» ---------- Глава 350-187: Возможная внематочная беременность (Часть 2) Другой игрок уверенно выпалил: «Конечно, стратегия внутри стратегии есть, но мне, по сути, не нужно искать способ победить его, потому что, как бы умён ни был Говард Джеффри, он, вероятно, никогда не думал, что на этот раз мне нужно будет иметь дело со Скайлером Джонсом. Пока Говард Джеффри будет защищаться от меня, я застану Скайлера Джонса врасплох и заманю его в ловушку. Когда Скайлер Джонс будет полностью побеждён, я использую Ребекку Квентин в качестве рычага. У Говарда не останется выбора, кроме как наблюдать, как его брат больше никогда не поднимется… Я думаю, эта сцена запомнится ему больше, чем поражение Говарда». Кристин Куинн откровенно заявила: «Звучит безупречно!» Тон другой стороны оставался спокойным и невозмутимым: «Итак, можем ли мы теперь считать, что у нас есть намерение сотрудничать?» Кристин Куинн недовольно нахмурилась: «У меня нет выбора, не так ли?» Другая сторона ответила с улыбкой: «Тогда давайте пожелаем друг другу плодотворного сотрудничества!» Прикрыв грудь руками, Ребекка Квентин снова бросилась в ванную. «Уф, уф…» Это уже третий раз за утро, когда ее тошнило. Она не понимала почему; во время беременности Эндрю такой сильной реакции не было, и это вызывало у нее сильный дискомфорт. Прополоскав рот и умывшись, Ребекка Квентин наконец вышла из ванной, как раз вовремя, чтобы увидеть, как Кристин Куинн тихо закрывает дверь комнаты. "Сестра…" Кристин Куинн прошептала: «Эндрю спит». Размышляя о том, как плохо она себя чувствовала сегодня утром и как Кристин все это время заботилась об Эндрю, Ребекка Квентин почувствовала легкую горечь в сердце. Она подошла к Кристин, взяла ее за руку и с благодарностью сказала: «Сестрёнка, как же хорошо, что ты у нас есть!» "Глупый!" «Сестрёнка, ты не против остаться ещё немного, чтобы помочь присмотреть за Эндрю?» Как только Ребекка Квентин закончила говорить, глаза Кристин Куинн загорелись от удивления, словно она не могла поверить своим ушам: «Бекка, ты хочешь сказать…» Ребекка Квентин тяжело вздохнула: «Да, я решила оставить ребенка». «Срочные новости! Генеральный директор Oversky Group Скайлер Джонс был замечен недавно тайно летящим в Нью-Йорк. Его подозревают в том, что проект на Голд-Косте находится в кризисе, и он ищет помощи у своего брата…» Когда Ребекка Квентин вышла из комнаты, она услышала, как по телевизору в гостиной транслируются новости, и что смотреть новости вела Кристин Куинн. "Сестра…" Услышав звонок, Кристин Куинн, сидевшая на диване, очнулась от оцепенения: «Хм, Эндрю спит?» «После еды он послушно заснул». «Он действительно такой хороший, как будто знает, что нужно о тебе заботиться, и в последнее время он ведет себя все лучше и лучше». Ребекка Квентин сидела рядом с Кристин, тоже переведя взгляд на телевизор: «Сестра, похоже, у „Оверского“ на этот раз действительно серьёзные проблемы…» Кристин Куинн спокойно сказала: «В новостях говорят, что он уехал в Нью-Йорк, я думаю, с помощью Говарда Джеффри особых проблем возникнуть не должно». Ребекка Квентин повернулась к Кристин Куинн и сказала: «Но я вижу беспокойство на вашем лице». Кристин Куинн кивнула: «Я действительно волнуюсь, но дело не в Скайлер Джонс и «Оверски». Я волнуюсь за Мари… Скайлер последние несколько дней провела в Нью-Йорке, оставив Мари одну в городе, и меня это беспокоит». «Да, Мари сейчас одна в городе Y…» Выражение лица Ребекки Квентин тут же стало тревожным: «Я совсем забыла подумать о ситуации Мари и даже попросила тебя остаться и помочь мне, сестрёнка, я правда…» Упреки Ребекки Квентин были прерваны Кристин Куинн, которая серьезно сказала: «Бекка, даже если бы ты не просила меня остаться, я бы осталась… Мари повзрослела; ей не может понадобиться мое присутствие всю жизнь, в какой-то момент ей нужно будет стать самостоятельной». Ребекка Квентин нахмурила брови: «Но Мари еще так молода, и здоровье у нее не очень хорошее…» Кристин Куинн слегка кивнула: «В городе Y за ней присматривают слуги, я не волнуюсь. Меня беспокоит только то, что она немного рассеянная и часто забывает принимать лекарства. Если слуги забудут ей напомнить…» Ребекка Квентин быстро ответила: «Как насчет этого? Я еще не на таком сроке беременности и могу справиться сама. Почему бы тебе не вернуться в Y City, чтобы позаботиться о Мари? Когда срок будет больше и мне будет неудобно переезжать, я позвоню тебе и попрошу приехать». Кристин Куинн тут же покачала головой: «Нет, у тебя сильная реакция на беременность, ты и так плохо себя чувствуешь, а тебе еще нужно заботиться об Эндрю. Боюсь, если я уйду, ты даже поесть не сможешь…» Ребекка Квентин очень волновалась: «Но Мари одна в городе Y». Кристин Куинн беспомощно сказала: «Полагаю, теперь остается только одно… ненадолго вернуться в город Y и привезти сюда Мари, чтобы она могла учиться здесь в течение следующих нескольких месяцев». «Это могло бы сработать, но вы уверены, что мистер Джонс согласится на то, чтобы вы привели Мари?» Кристин Куинн уверенно ответила: «Он не откажет». В конце концов, она помогает ему заботиться о женщине, которую он очень любит; он, вероятно, будет доволен. «Тогда тебе лучше как можно скорее вернуться в город Y. Мари одна в городе Y; это тревожно». «Да, я планирую сегодня съездить в город Y и посмотреть, смогу ли я забрать Мари обратно сегодня вечером…» Ребекка Квентин взглянула на настенные часы: «Тогда тебе следует поторопиться и уйти, ты сможешь вернуться к вечеру, если поедешь в город Y сейчас». Кристин Куинн с беспокойством сказала: «Сегодня ты идешь в больницу на обследование, я поеду с тобой туда, а потом мы поедем». Ребекка Квентин быстро ответила: «Я просто иду на простой осмотр в больницу, это быстро, вам не нужно оставаться и сопровождать меня». На протяжении всей беременности она чувствовала себя плохо, поэтому врач сказал, что лучше всего ей посещать больницу раз в неделю; сегодня ровно неделя с момента ее последнего осмотра. «Как ты собираешься добираться до больницы одна?» «Я только что записалась на прием к доктору Робинсону, так что, если я сейчас поеду в больницу, меня сразу же осмотрят. Эндрю поспит еще как минимум два часа, так что, думаю, я успею вернуться до того, как он проснется, и, кроме того, я возьму с собой радионяню». В конце концов, Ребекке Квентин удалось убедить Кристин Куинн, и она отправилась в больницу одна. Поскольку она уже договорилась о встрече с Честером Робинсоном, по прибытии она сразу же отправилась в его кабинет. Когда она пришла, Честер Робинсон был занят осмотром другого пациента, поэтому она терпеливо подождала некоторое время в стороне. Вскоре из смотрового кабинета вышел Честер Робинсон, сказал несколько слов пациентке, только что закончившей осмотр, а затем, взглянув на Ребекку Квентин, спросил: «Вы долго ждали?» Ребекка Квентин встала и сказала: «Нет, я приехала сюда совсем недавно». «Пойдемте со мной, я вас осмотрю». Увидев, как Честер Робинсон направляется в смотровой кабинет своего офиса, Ребекка Квентин тут же последовала за ним. В смотровом кабинете стояла медсестра, которая помогла Ребекке Квентин лечь на небольшую кушетку рядом с аппаратом УЗИ. Честер Робинсон сказал: «Сегодня я сделаю вам УЗИ, чтобы исключить возможность внематочной беременности или других проблем». ---------- Глава 351-188: Бекка, твой будущий муж приехал за тобой (Часть 1) "Э-э, делаю УЗИ…" Бекка вспомнила, что каждый раз, когда ей делали УЗИ, врач просил ее приподнять рубашку. Если бы Честер не был братом Элис Робинсон, она бы не возражала, если бы её осмотрел врач-мужчина. В конце концов, когда она была беременна Эндрю, ей приходилось сталкиваться с врачами-мужчинами, и даже роды ей помогали врачи-мужчины. Но в этот момент мысль о том, чтобы показать свой живот Честеру, вызывала у неё некоторое смущение и неловкость. Медсестра, увидев напряженное тело Бекки, не удержалась и напомнила ей: «Мисс Квентин, пожалуйста, немного расслабьтесь, чтобы доктор мог вас осмотреть». Руки Бекки крепко сжимали край одежды, сердце ее переполняло нерешительность… В этот момент Честер профессиональным тоном произнес: «Снимите всю одежду ниже пояса и согните ноги». "Хорошо." В предыдущую секунду Бекка уже убедила себя, что считает Честера обычным врачом. Поэтому она закрыла глаза, готовая поднять рубашку, как ей было велено, но в следующую секунду, услышав слова Честера, Бекка в панике открыла глаза и внезапно села: «Зачем это?» Честер бросил на Бекку бледный взгляд: «Лучший способ исключить внематочную беременность — это трансвагинальное УЗИ». Трансвагинальное УЗИ? О Боже, она уже проходила подобное обследование раньше, но тогда его проводила женщина-врач. Она никак не ожидала, что такой осмотр проведет мужчина. Лицо Бекки слегка покраснело, она опустила ноги с кровати и сказала: «Извините, я не буду проводить осмотр сегодня». Честер прищурился, разглядывая неестественное выражение лица Бекки: «Вы сомневаетесь в моих профессиональных способностях как врача?» «Прошу прощения, я не ставлю под сомнение ваш профессионализм, я просто…» Медсестра, заметив нервозный вид Бекки, тут же тихонько рассмеялась: «Мисс Квентин, извините, я забыла вам сказать. Наш доктор Робинсон — самый известный акушер в Нью-Йоркской больнице XX. С тех пор, как он пришел к нам, многие мои подруги специально просили его провести им осмотр, поэтому, пожалуйста, доверьтесь его профессионализму». Бекка и раньше читала в газетах сообщения о Честере и прекрасно знала, что город известен в медицинской сфере, но… Она была консервативным человеком по натуре, не говоря уже о том, что Честер был её знакомым. В конце концов, Бекка слабо произнесла: «Извините, но я все же предпочла бы врача-женщину». Медсестра любезно сказала: «Но, мисс Квентин, ваше дело уже находится у доктора Робинсона. Если вы хотите сменить врача, следующим, кто вас осмотрит, будет не доктор Робинсон». Слегка прикусив губу, Бекка настаивала: «Я всё ещё настаиваю…» Другие пациентки с нетерпением искали «доктора Робинсона», но она предпочитала отказывать. Медсестра была весьма удивлена ​​и перевела взгляд на Честера. В этот момент Честер встал и холодно сказал: «Тогда найдите для неё другого врача!» Медсестра кивнула. "Хорошо." Даже не взглянув на Бекку, Честер снял врачебную маску и перчатки и сразу же вышел из смотрового кабинета. Бекка вздохнула с облегчением и сказала медсестре: «Спасибо». После завершения обследования в больнице, несмотря на то, что пейджер показывал, что Эндрю еще не проснулся, она все еще беспокоилась о нем и в тревоге пыталась поймать такси на обочине дороги. Чем дольше она ждала, тем медленнее подъезжали такси. Она уже довольно долго стояла на обочине дороги, так и не увидев ни одного. Вчерашний дождь оставил на земле лужи, и каждый раз, когда мимо проезжал частный автомобиль, брызги попадали на нее, из-за чего она выглядела довольно растрепанной. В тот самый момент, когда Бекка расстроилась из-за того, что такси не приехало, мимо нее внезапно пронесся серебристо-серый автомобиль. Бекка заметила машину, потому что случайно увидела, что за рулём на высокой скорости ехал Честер… Похоже, он был не при исполнении служебных обязанностей… Честно говоря, каждый раз, когда она встречала Честера, несмотря на его профессиональное поведение, она ясно чувствовала его враждебность по отношению к ней. Однако она не рассердилась, ведь он был братом Элис Робинсон, и, естественно, он не испытывал к ней никаких добрых чувств. Пока Бекка терпеливо ждала такси, внезапно зазвонил пейджер… Бекка нервно достала пейджер и приложила его к уху, и отчетливо услышала крики Эндрю после того, как он проснулся. Бекка тут же забеспокоилась, отложила пейджер и отчаянно надеялась, что такси поскорее приедет. К сожалению, все такси, которые она видела, уже были заняты, и ни одно из них не хотело брать новых пассажиров. ---------- Глава 352-188: Бекка, твой будущий муж приехал за тобой (Часть 1) В тот самый момент, когда Ребекка Квентин очень забеспокоилась, серебристо-серый частный автомобиль, который она видела ранее, внезапно остановился рядом с ней. Окно машины опустилось, Честер Робинсон холодно взглянул на Ребекку Квентин: «Почему я все еще здесь?» Она ждала его с тех пор, как он выписался из больницы, и все еще была здесь, когда он вернулся за чем-то. Увидев Честера Робинсона, Ребекка Квентин, не раздумывая, открыла дверцу машины и села внутрь: «Доктор Робинсон, извините, я не смогла найти такси, и боюсь, мне придется вас побеспокоить и попросить подвезти меня». В номере люкс. Ребекка Квентин с нежностью наблюдала, как Эндрю сосет грудь у нее на руках, испытывая облегчение от того, что наконец-то снова рядом с ним… Ребенок так сильно плакал раньше, что его глаза были красными и опухшими от слез. Теперь, измученный плачем, он сосал грудь и спал у нее на руках. Обычно он был энергичным и хотел, чтобы она с ним играла. Она чувствовала себя некомпетентной матерью. Честер Робинсон заметил на лице Ребекки Квентин нотку вины и не смог удержаться от того, чтобы сказать: «На самом деле, когда ребенок время от времени сильно плачет, это полезно для его сердца и легких. Родителям не стоит чрезмерно беспокоиться». Ребекка Квентин нежно поцеловала сомкнутые ресницы Эндрю, а затем с благодарностью посмотрела на Честера Робинсона и искренне сказала: «Большое спасибо, доктор Робинсон. Если бы не ваша помощь, я не знаю, как сильно Эндрю расплакался бы дома». Тон Честера Робинсона оставался таким же безразличным, как и прежде: «Я не собирался вас подвозить; это вы не хотели отпускать мою машину». Ребекка Квентин расхохоталась, услышав слова Честера Робинсона: «Но вы же не заставили меня уйти, а это значит, что у вас доброе сердце врача, способного спасать и помогать раненым и умирающим!» Увидев невинную девчачью улыбку Ребекки Квентин, Честер Робинсон невольно прищурился и внимательно рассмотрел её, искренне сказав: «У вас довольно хороший характер, и вас это нисколько не смущает, несмотря на то, что вы знаете о моей враждебности по отношению к вам». Ребекка Квентин честно ответила: «Ты брат Элис, я тебе не нравлюсь, и мне больше нечего сказать». Честер Робинсон вдруг сказал: «Вообще-то, мне любопытно, почему вы оказались в Т-Сити одни? Я думал, вам следовало бы быть…» Незаконченные слова Честера Робинсона были завершены Ребеккой Квентин: «Ты думала, что я должен был быть с Говардом Джеффри в Нью-Йорке, но неожиданно ты столкнулась со мной в T-Сити, в то время как твоя сестра и Говард Джеффри демонстрировали свою любовь на свадьбе друга, полностью перевернув твои ожидания…» Честер Робинсон слегка кивнул: «Это именно то, что я хотел сказать». Ребекка Квентин с облегчением пожала плечами и безмятежно улыбнулась: «Доктор Робинсон, на самом деле, ваша сестра и Говард Джеффри всегда идеально подходили друг другу. Будь то семейное происхождение, характер или внешность, общественность считает их идеальной парой. Миссис Джеффри всегда нравилась ваша сестра, поэтому их отношения сейчас вполне естественны… Что касается меня, вам действительно не о чем беспокоиться, главное, что Говард Джеффри больше не имеет ко мне никакого отношения!» «Раз он больше не общается с тобой, ты все еще не хочешь ему сказать, несмотря на то, что беременна?» «На самом деле, я никогда не планировала оставлять этого ребенка, но в последнее время…» — Ребекка Квентин сделала паузу и посмотрела на свой живот, — «Когда я чувствую, что он здорово развивается внутри меня, я просто не могу заставить себя пойти в больницу и попросить его удалить, я думаю, это было бы очень жестоко». Независимо от сложностей взрослого мира, ребенок остается невинным… Честер Робинсон согласился: «Я много лет работаю врачом и никогда не делал аборты беременным женщинам, потому что разделяю ваше отношение к детям. Я считаю, что раз родители привели ребенка в этот мир, они не имеют права отнимать у него право на жизнь». Ребекка Квентин замялась: «Но если ребенку суждено родиться без полноценной семьи, разве это действительно хорошо для его будущего?» Честер Робинсон встал с дивана и серьезно возразил: «Как вы можете быть так уверены, что ребенок посчитает жизнь чем-то плохим?» «Я…» — Ребекка Квентин не смогла ответить и резко рассмеялась, — «кажется, я понимаю, что вы имеете в виду». Честер Робинсон редко улыбался Ребекке Квентин: «Хорошо, мисс Квентин, мне еще нужно вернуться в больницу сегодня днем, я пойду…» С этими словами высокий Честер Робинсон направился к двери. Ребекка Квентин, держа на руках Эндрю, извинилась и сказала: «Доктор Робинсон, еще раз спасибо, что подвезли меня сегодня. Если будет возможность, я угощу вас обедом». Честер Робинсон уже покинул номер люкс. Ребекка Квентин откинулась на диване, и ее взгляд снова упал на спящее лицо Эндрю. Хотя она и решила оставить ребенка, она понимала, что ей предстоит столкнуться со множеством трудностей… Однако, слова Честера Робинсона были верны. Как она могла предопределить трагическое будущее ребенка? Восприятие мира ребенком должно определяться самим ребенком, а не его собственными… Она не имеет права лишать ребенка права на жизнь! Нью-Йорк, на одном из полей для гольфа. Говард Джеффри и Скайлер Джонс только что закончили игру в гольф и теперь отдыхали под навесом. Скайлер Джонс отпил воды и первым заговорил: «„М“ теряет терпение и хочет, чтобы я как можно скорее получил от вас средства для реализации следующего этапа плана». Говард Джеффри закурил сигарету, медленно выдохнул дым и легкомысленно ответил: «Позже я попрошу Лизу Сесили перевести деньги на ваш счет». Поскольку это игра, она должна быть убедительной. Скайлер Джонс повернул лицо к Говарду Джеффри и тихонько усмехнулся: «Не боитесь, что я могу сбежать с деньгами?» Говард Джеффри искренне ответил: «Ты мой старший брат, и если хочешь, я могу отдать тебе всю группу компаний Skytop». Семья для него важнее всего на свете. Скайлер Джонс поспешно ответил: «Извините, я просто пошутил. Мало того, что меня не интересует Скайтоп, так ещё и если бы я захотел им управлять, боюсь, я бы не справился!» Взгляд Говарда Джеффри был прикован к дали. После долгого молчания он вдруг сказал: «Брат, как только дело с „М“ будет улажено, я надеюсь, мы сможем окончательно развеять все сомнения, перестать зацикливаться на прошлом и снова стать настоящими братьями». Скайлер Джонс возразил: «Вы хотите, чтобы я был вам как брат, но просите меня не зацикливаться на прошлом? Боюсь, я не могу этого сделать. Я никогда не забуду, как мама бросила меня тогда!» Говард Джеффри торжественно произнес: «Вы же знаете, что у мамы в тот момент не было выбора…» Скайлер Джонс сердито посмотрела на Говарда Джеффри и воскликнула: «У неё не было выбора, она выбрала тебя!» Это заноза в его сердце, которую он так и не смог вытащить! Говард Джеффри объяснил: «Это потому, что тогда я был моложе». Скайлер Джонс, словно его гнев достиг апогея, энергично кивнул: «Хорошо, хорошо, ты можешь это оправдать, но объясни мне, почему, когда я неоднократно приходил к ней позже, она всегда меня не пускала? Неужели она даже не хотела взглянуть на меня еще раз?» ---------- Глава 353-189: Бекка, твой будущий муж приехал за тобой (Часть 2) Говард Джеффри ответил: «Потому что она не хочет потерять обоих сыновей. Вам следует знать, что в те времена отец заставлял мать иметь только одного ребенка». "Она совершенно эгоистка!!" — выпалил Скайлер Джонс, стиснув зубы. «Если бы мама услышала, как ты это сказал, она бы точно обиделась». «Тебе больно?» — взгляд Скайлер Джонс стал агрессивным. — «Её боль не сравнится ни с той десятой частью страданий, которые я пережила в прошлом!» Говард Джеффри спросил: «Вы планируете никогда в жизни не помириться с мамой?» Скайлер Джонс прямо заявил: «Я не помирюсь с мамой, пока не одержу над тобой победу». Говард Джеффри изо всех сил пытался понять: «Почему мы должны бороться за победу и поражение?» Да, на протяжении многих лет соперничество между Говардом Джеффри и Скайлером Джонсом всегда возглавлял Скайлер Джонс, а Говард Джеффри лишь защищался, никогда не отвечая активно на борьбу. «Почему?» — глаза Скайлер Джонс вспыхнули огненным пламенем. — «Потому что я хочу, чтобы мама знала, что ее старший сын ничем не уступает младшему!» «Вы до сих пор вовлечены в этот вопрос?» "Да." Говард Джеффри недоуменно покачал головой, затем потушил окурок в пепельнице, встал и холодно отошел в сторону. Скайлер Джонс тоже встал и холодно удалился в противоположном от Говарда Джеффри направлении. Находясь в машине, Джейсон Вуд увидел мрачное выражение лица Говарда Джеффри и осмелился лишь тихо спросить: «Босс, куда?» Говард Джеффри откинулся на спинку стула, его голос звучал несколько устало: «Я давно не видел маму, пойдем домой!» "Да." Джейсон Вуд въехал в особняк Джонсов… Слуга поспешно открыл большую дверь. Как обычно, слуги тут же сообщили об этом миссис Джеффри, находившейся в доме… В мгновение ока миссис Джеффри уже стояла у двери, с нетерпением глядя на Говарда Джеффри. Говард Джеффри вышел из машины, его темные глаза встретились с восторженным взглядом миссис Джеффри, и внутри он почувствовал себя немного виноватым. "Мама." Говард Джеффри подошел к миссис Джеффри и низким голосом окликнул ее. Миссис Джеффри увидела Говарда Джеффри; хотя ей очень хотелось быть со своим сыном, она упрямо выпалила: «Я думала, вы не планируете возвращаться!» Говард Джеффри держал мать за руку: «Прости, что обидел тебя». Услышав эти слова Говарда Джеффри, глаза миссис Джеффри тут же покраснели, и слезы навернулись на глаза: «Я думала, ты больше не хочешь маму из-за Ребекки Квентин». Говард Джеффри помог миссис Джеффри сесть на диван в прихожей, присел на корточки, посмотрел на лицо матери, которое стало старше, чем в прошлый раз, и хрипло произнес: «Мама, я больше никогда не причиню тебе боль». «Сынок, ты думаешь, мама действительно плохая…» Говард Джеффри, держа мать за руку, покачал головой: «Это я не учел твои чувства». Миссис Джеффри с трудом сдержала смех: «Сынок, на самом деле мама не такой уж и неразумный человек. Если ты настаиваешь на отношениях с Ребеккой Квентин, мама не будет против, потому что она знает, что обиды предыдущего поколения всегда остаются с ними. Мама не хочет, чтобы твое поколение продолжало страдать от этой боли. Причина, по которой мама постоянно с трудом препятствует твоим отношениям с Ребеккой Квентин, заключается в том, чтобы напомнить тебе, что у вас с Ребеккой Квентин не будет счастья… Сынок, ты должен понимать, на что намекает мама. Ты можешь выбрать кого угодно, но не ее…» Говард Джеффри тяжело вздохнул: «Мама, вообще-то мне следовало отпустить её давным-давно. Она никогда не была по-настоящему счастлива со мной». «Это значит, что вы двое просто не подходите друг другу». "Хм." Лежа на большой кровати в спальне, Говард Джеффри устало закрыл глаза. Внезапно он встал и достал из ящика в комнате шкатулку с драгоценностями. Он открыл шкатулку с драгоценностями и осмотрел украшения внутри. Изящное колье с розовыми бриллиантами, кольцо с голубыми бриллиантами и простое кольцо с бриллиантами… Да, эти три украшения когда-то принадлежали ей… Простое кольцо — это их обручальное кольцо, которое они носили семь лет назад, кольцо с голубым бриллиантом ей когда-то подарила его мать, а что касается колье с розовым бриллиантом… Воспоминания мгновенно пронеслись в его голове, словно слайд-шоу. Это был первый раз, когда он взял ее на аукцион, чтобы побороться за редкое ожерелье с розовыми бриллиантами из королевской семьи европейского Средневековья… Он до сих пор помнит ночь, когда участвовал в аукционе за ожерелье: он был с ней в комнате, обнимал её и спросил, нравится ли ей оно… Её застенчивость в тот вечер он никогда не забудет. Интересно, помнит ли она еще это ожерелье? Уложив украшения обратно в шкатулку, Говард Джеффри снова лег на кровать, с выражением скорби, которого он никогда прежде никому не показывал. ---------- Глава 354-189: Бекка, твой будущий муж приехал за тобой 2_2 Прошло ещё три дня. Рано утром Говард Джеффри вошел в «Скайтоп» и сразу почувствовал, как вокруг него перешептываются сотрудники. Говард вышел из лифта, и Лиза Сесили, которая ждала у дверей лифта, быстро последовала за ним, с тревогой восклицая: «Президент, плохие новости…» "Говорить." «Акции компании упали», — вспотевшей от волнения ответила Лиза. Говард слегка нахмурил брови: «Насколько сильно упала цена?» «Ситуация довольно плачевна, речь идёт о деньгах и центах. Многие члены совета директоров прибыли заранее и теперь ждут вас в конференц-зале!» «Понял, давайте пройдем в конференц-зал!» "Да." Внутри конференц-зала. Присутствовали все директора группы компаний «Скайтоп»… Из-за внушительной внешности Говарда Джеффри никто из директоров не осмеливался говорить прямо в такой напряженной ситуации. Все обменялись взглядами, надеясь, что кто-нибудь выйдет вперед, чтобы обсудить вопрос с Говардом, но никто не осмелился издать ни звука. Говард откинулся на спинку кресла, наблюдая за директорами, которые казались полными энтузиазма, но слишком боялись высказать свои опасения, а затем взглянул на Лизу Сесили. Лиза поняла и сказала: «Президент в курсе проблемы с акциями, и он созвал это совещание, чтобы узнать, есть ли у кого-нибудь решение». После того как Говард позволил всем высказаться, один из директоров наконец не удержался и сказал: «Мистер Джеффри, позвольте мне, старая добрая Дон, кое-что сказать… В последнее время в компании ходят упорные слухи о том, что вы передали все ликвидные средства «Скайтопа» группе «Оверски» в качестве оборота. Мы понимаем, что вы братья, и помощь мистеру Джонсу — это естественно, но, возможно, вы зашли слишком далеко… Пару дней назад, как раз когда должна была быть выплачена зарплата, «Скайтоп» объявил о беспрецедентной задержке выплаты. Это не стало бы большой проблемой, но совпало с предстоящим международным проектом в Италии. Во время интервью с президентом по международному бизнесу, мистером Робинсоном, он открыто заявил, что «Скайтоп» был исключен из тендера из-за нехватки средств… Мистер Джеффри, только эти два события привели к резкому падению акций «Скайтопа» — сейчас они стоят X долларов и X центов всего за три дня. Я искренне обеспокоен тем, что… Если это продолжится, мы, директора, можем столкнуться с трагической перспективой продажи своих акций! «Мистер Доун прав… Мистер Джеффри, мы не можем допустить ухудшения ситуации. Вы — высшее должностное лицо компании, пожалуйста, дайте нам указания, чтобы мы больше не пребывали в таком напряжении!» «Да, господин Джеффри, я считаю, что единственное решение — это вернуть значительные средства, предоставленные компании «Оверски» в качестве займа, и использовать их в качестве стартового капитала для участия в итальянском проекте. Это заставит господина Робинсона отозвать свое заявление, и цена акций компании должна постепенно вырасти…» Другой директор сказал: «Мистер Джеффри, мне кажется, кто-то намеренно нацелился на «Скайттоп». Проблема с финансированием итальянского проекта не повлияла бы на наши акции, если бы кто-то не раздул её через СМИ». Многие директора продолжали высказывать свое мнение. Говард терпеливо выслушивал, но хранил молчание. Однако, когда другой директор предложил вернуть средства у Скайлера Джонса, Говард лишь легкомысленно ответил: «Я не буду рассматривать это решение». Все понимали, что, приняв решение, Говард уже ничем не сможет его переубедить, что и вызывало недовольство. Внутри коллектива ощущалось чувство несправедливости из-за, казалось бы, эгоистичного решения Говарда. В конце концов, для Говарда было вполне естественно помочь Скайлер, но вовлекать в это интересы всех было неуместно. Встреча закончилась без достижения удовлетворительного решения, поэтому Лиза объявила, что она продолжится во второй половине дня. После того как Говард холодно покинул конференц-зал, все директора «Скайтопа» остались сидеть, обеспокоенные… Лиза последовала за Говардом в кабинет, вспоминая встревоженные лица директоров в конференц-зале, и не могла не сказать: «Президент, я действительно думаю, что некоторые директора правы. Если мы сейчас не вернем средства, выделенные мистеру Джонсу, акции «Скайтопа» могут столкнуться с еще более серьезными проблемами…» «У меня есть право принимать решения по своему усмотрению». Зная, что мудрый ум ее начальницы не позволит ситуации ухудшиться, Лиза постепенно успокоила свои опасения и сказала: «Я вернусь к работе». Говард небрежно ответил: «Хм». Затем Лиза удалилась. Затем Говард подошел к шкафу со спиртными напитками, и как раз в тот момент, когда он взял стакан, с улицы вошел Джейсон Вуд. Джейсон вошёл со строгим выражением лица, но, увидев в кабинете только Говарда, закрыл дверь, и на его лице расплылась восторженная улыбка: «Босс, рыба на крючке…» Губы Говарда изогнулись в едва заметной улыбке: «Мы не должны терять бдительность. Я хочу, чтобы ситуация оставалась напряженной». Джейсон поспешно кивнул: «Я продолжу тайно подливать масла в огонь, чтобы „М“ завладел акциями других директоров». «Убедитесь, что всё герметично; я не хочу, чтобы „М“ заметил что-нибудь подозрительное». «Да». Джейсон был очень доволен, его лицо выражало уверенность. Говард налил два бокала красного вина, один из которых передал Джейсону. Джейсон часто отмечал важные события вместе со своим боссом, поэтому он взял вино и поднял тост вместе с Говардом. Кристин Куинн уже привела Мэрилин Куинн в Т-Сити. В этот момент Кристин и Ребекка Квентин болтали в комнате, когда Мэрилин внезапно вбежала из гостиной, где смотрела телевизор: «Мама, тетя, идите скорее, дядя Джеффри по телевизору!» Кристин и Ребекка никак не отреагировали, прежде чем Мэрилин потянула их к телевизору в гостиной. Мэрилин указала на телевизор: «Сейчас говорит дядя Джеффри…» Взгляды Кристин и Бекки, естественно, обратились к телевизору. На экране Говард, очевидно, проводил пресс-конференцию в номере для гостей группы компаний «Скайтоп», окруженный бесчисленными микрофонами, в то время как вспышки фотокамер непрерывно сверкали. Говард спокойно заявил: «В ответ на недавно усилившиеся слухи я специально созвал эту пресс-конференцию, чтобы прояснить ситуацию… Ходят слухи о том, что группа компаний «Skytop» не может выплатить зарплату своим сотрудникам и не может участвовать в тендере на новый итальянский строительный проект. Эти слухи безосновательны; задержка выплаты заработной платы вызвана банковскими проблемами, а не неспособностью оплатить. Что касается итальянского проекта, «Skytop» полна решимости выиграть тендер, поэтому я прошу СМИ не подпитывать эти слухи, иначе «Skytop» обязательно привлечет вас всех к юридической ответственности…» ---------- Главы 355-190: Бекка, твой будущий муж приехал за тобой (Часть 3) Прочитав доклад, Кристин Куинн и Ребекка Квентин сели на диван в гостиной. Мэрилин Куинн прижалась к матери и невинно спросила: «Мама, дядя Джеффри был зол по телевизору?» «Мари, будь хорошей девочкой и пойди проверь, не спит ли Эндрю в своей комнате. Маме сначала нужно поговорить с тетей». "Хорошо." Мэрилин послушно вошла в комнату. Кристин Куинн начала: «Бекка, другие могут и не знать, но мы с тобой обе знаем, что всё, что Говарду Джеффри нужно лично прояснить, должно быть непросто разрешить. Похоже, на этот раз Говард действительно попал в большие неприятности. Очевидно, что он только что пытался скрыть нынешнее затруднительное положение Скайтопа по телевидению…» Ребекка Квентин безразлично пробормотала: «Как Говард мог допустить, чтобы все зашло так далеко?» «Я подозреваю, что в прошлом дело Говарда о предоставлении займа Скайлеру Джонсу было намеренно раздуто кем-то, преследующим свои цели. То, что якобы представляло собой проблему с денежным потоком на один-два месяца, было преднамеренно раздуто, чтобы создать впечатление, будто «Скайтоп» не может выплачивать зарплаты, а поскольку «Скайтоп» не мог конкурировать за итальянский проект из-за нехватки средств, это было использовано для создания проблем, что привело к падению акций «Скайтопа»… Пару дней назад я видела, что акции «Скайтопа» уже упали до X долларов и X центов. Если Говард не предпримет никаких действий, я думаю, «Скайтоп» окажется в опасности…», — проанализировала Кристин. «Действительно, интриги в деловом мире остаются для нас незамеченными. На этот раз «Скайтоп», должно быть, был сорван кем-то с корыстными мотивами… Но знаете ли вы, какие меры планирует предпринять Говард, чтобы решить эту проблему?» Кристин, оценивающе глядя на обеспокоенное лицо Ребекки, улыбнулась: «Ты говоришь, что тебе все равно на него, но как только узнаешь, что у него проблемы, начинаешь выглядеть обеспокоенной». «Сестра, ты всё ещё подшучиваешь надо мной в такое время… Даже если я не с Говардом, я не хочу, чтобы он потерпел неудачу. В конце концов, «Скайтоп» — это его творение и кульминация всей его жизни». Кристин перестала насмешливо улыбаться и серьезно сказала: «Честно говоря, я тоже не хочу, чтобы с Говардом что-нибудь случилось… Но что мы можем сделать сейчас?» Кристин начала волноваться. После тщательного обдумывания Ребекка сказала: «Скайтоп оказался в таком положении, потому что Говард одолжил все свои ликвидные активы мистеру Джонсу. Но мистер Джонс не может вернуть деньги Говарду, иначе проект Оверски на Золотом побережье тоже потерпит неудачу… Теперь единственное решение — Говарду собрать средства. Я думаю, что выплата зарплаты сотрудникам не должна стать большой проблемой для Скайтопа. Единственная проблема — собрать средства, чтобы выиграть тендер на итальянский проект…» Кристин ответила: «На самом деле, у «Скайтопа» в этом году много крупных проектов; ему не нужно конкурировать за итальянский проект. Точно так же, как «Скайтоп» позволил «Оверски» захватить проект на Голд-Косте, «Скайтоп» достиг своих целей в этом году. Но теперь те, у кого дурные намерения, поднимают большой шум из-за нехватки средств у «Скайтопа». Чтобы заглушить слухи о финансовых проблемах, «Скайтоп» должен обеспечить финансирование, чтобы выиграть итальянский проект… Как только «Скайтоп» выиграет этот проект, все проблемы будут решены». Ребекка задалась вопросом: «Как получить это финансирование? Взять кредит в банке?» Кристин покачала головой: «Боюсь, даже банки не осмелятся выдать кредит на такие крупные суммы». Без многомиллиардного финансирования невозможно реализовать крупный международный проект. Ребекка нахмурила брови: «Тогда что же еще можно сделать?» «Я тоже ничего не могу придумать… Но я думаю, нам не стоит беспокоиться о Говарде. Он прошел через многое, создавая «Скайтоп» на протяжении многих лет; он не потерпит неудачу вот так просто», — заверила Кристин. "Возможно." Ночь. Кристин осторожно развернула одеяло, стараясь не потревожить спящую рядом с ней Мэрилин. Она включила приглушенный свет, взяла телефон и вышла на балкон номера, набрав ряд цифр. Телефон быстро соединился, но на другом конце провода по-прежнему звучал роботизированный голос. «Похоже, у вас есть время только перезвонить мне сейчас». Кристин прислонилась к перилам и ответила: «Ребекка не такая глупая, как ты думаешь. Мне нужно было избегать её, чтобы найти время поговорить с тобой». «Вы действительно осторожны; неудивительно, что вам удалось обмануть даже Говарда». «Я всё ещё недостаточно осторожен. Если бы был, ты бы меня не поймал и не заставил бы меня сейчас кое-что для тебя делать». ---------- Глава 356-190: Бекка, твой будущий муж приехал за тобой 3_2 Другой собеседник рассмеялся: «Мне просто нравится иметь дело с умными людьми, такими как вы…» «Теперь вы, должно быть, очень гордитесь собой! Говард Джеффри выполнил свой план и провел пресс-конференцию по телевидению, просто ожидая вашего появления, но на самом деле вы уже разгадали его план и считаете, что он продвигается слишком медленно…» «Мне очень интересно с вами поговорить, мисс Куинн… Раз уж вы такая умная, почему бы вам не предположить, какой будет мой следующий шаг?» «С моим интеллектом, как я мог догадаться? Не нужно больше глупостей, просто скажите, когда действовать». "Завтра." «Завтра?» — Кристин Куинн была потрясена. — «Неужели это должно произойти так скоро?» Тон собеседника стал серьёзным: «Если я не ошибаюсь, завтра Говард Джеффри будет притворяться, что собирает средства, продавая часть акций «Скайтопа», а я буду приманкой, посылая людей тайно скупить все проданные им акции. Как только я приобрету эти акции и объединю их со всеми акциями, которые я уже приобрел у других директоров, я стану крупнейшим акционером «Скайтопа». Однако, когда я предстану перед вами в качестве нового руководителя «Скайтопа», на мои запястья могут надеть тяжёлые наручники…» Кристин Куинн была озадачена: «Я не понимаю, вы станете крупнейшим акционером «Скайтопа», почему это сделает вас преступником?» Другая сторона прямо заявила: «Потому что Говард Джеффри, чтобы заманить меня в ловушку, готов рисковать…» Кристин Куинн была еще больше смущена: «Рисковать?» «Второй акционер «Скайтопа», Генри Доун, кажется лояльным к Говарду Джеффри, но на самом деле давно не одобряет его методы работы. Говард Джеффри также давно хотел устранить Генри Доуна, но ни одному из них не представилась подходящая возможность… На этот раз Генри Доун каким-то образом узнал о предполагаемом инсайдерском мошенничестве Говарда Джеффри и немедленно сообщил об этом в полицию. Однако даже спустя месяц после сообщения полиция так и не поймала Говарда Джеффри на инсайдерской торговле. На этот раз акции «Скайтопа» переживают потрясения, и полиция уже тайно ведет расследование. Если я вдруг приобрету более пятидесяти процентов акций «Скайтопа», полиция, естественно, заподозрит меня в получении выгоды от предполагаемой инсайдерской торговли Говарда Джеффри, и тогда Говарда Джеффри и меня доставят в полицейский участок для допроса. В это время любой директор «Скайтопа» может выйти и…» «Если вы оправдаете Говарда Джеффри, заявив, что они раскрыли мне инсайдерскую информацию, то Говард Джеффри легко сбежит, а меня подставят и навсегда загонят в ловушку…» «Вы ошибаетесь, план Говарда Джеффри подставить вас никогда не увенчается успехом». «Итак, завтра я устрою дымовую завесу по поводу приобретения акций Skytop, сильно ударив по Говарду Джеффри, пока он будет наслаждаться своим успехом». «Звучит захватывающе, скажите, когда мне следует действовать завтра?» «Я перезвоню тебе, но будь осторожна. Если Бекка сбежит, мои планы могут рухнуть». «Я буду осторожна, не волнуйтесь, Бекка не сбежит…» Кристин Куинн обернулась, собираясь закончить разговор и вернуться внутрь, но внезапно испугалась, увидев стройный силуэт. "Бекка?" В голосе Кристин Куинн слышалась нотка паники. Да, перед Кристин Куинн действительно стояла Ребекка Квентин, которая вышла посреди ночи, потому что не могла уснуть, думая о Говарде Джеффри, и хотела поговорить с Кристин Куинн. Но она неожиданно увидела Кристин Куинн, разговаривающую по телефону на террасе. Ребекка Квентин, естественно, не собиралась подслушивать разговор Кристин Куинн, однако деликатные слова, которые Кристин Куинн постоянно произносила, не позволяли Бекке пошевелить ногами… Кристин Куинн только что закрыла телефон и пришла в себя после паники, ее голос стал немного пугающим: «Ты все слышала?» Лицо Ребекки Квентин побледнело; по-видимому, осознав опасность, она тут же обернулась. Однако, как только она повернулась, чтобы убежать, Кристин Куинн догнала ее за несколько быстрых шагов. "Куда ты собрался?" "Я…" В глазах Бекки появился страх. Кристин Куинн усмехнулась Бекке, ее взгляд стал холодным: «Ты можешь сбежать, а как же Эндрю?» Тело Бекки сильно задрожало. "Мама…" Мэрилин Куинн услышала шум на террасе и подошла с сонными глазами, совсем не ожидая увидеть Кристин Куинн, яростно связывающую Бекку веревкой. Мэрилин Куинн никогда не видела свою мать такой свирепой, что тут же закрыла рот рукой. Прежде чем Кристин Куинн успела отреагировать, Мэрилин уже повернулась и убежала с террасы… Кристин Куинн вдруг поняла, что дочь рядом, но Мэрилин уже бесследно исчезла, и сколько бы Кристин ни звонила, она не возвращалась. Тело Кристин Куинн внезапно обмякло, она безжизненно позвала: «Мари…» Нью-Йорк. Рано утром Скайлер Джонс только что закончил приводить себя в порядок и стоял перед зеркалом от пола до потолка в своем гостиничном номере, поправляя галстук, когда неожиданно зазвонил его телефон. Скайлер взял телефон, не глядя на номер на экране, нажал кнопку ответа, держа телефон между плечом и шеей и продолжая поправлять галстук: «Здравствуйте». "Папочка…" Из телефона раздался плачущий голос маленькой девочки. Скайлер дрожал всем телом, тут же опустил телефон и приложил его к уху: "Мари…" "Папа, где ты? Можешь прийти и спасти меня? Мне так страшно…" «Мари, что случилось?» Мэрилин Куинн произносила обрывочные предложения, словно пережила сильный испуг: «Мамочка… Мама вчера вечером связала тётю верёвкой, она такая свирепая… Папочка, Мари так напугана, Мари всю ночь не осмеливалась идти домой к маме, уборщица дала Мари десять долларов, чтобы та могла позвонить папе…» «Мари, успокойся и объясни. Ты хочешь сказать, что твоя мама связала тетю веревкой?» "Да." «Хорошо, Мари, папа знает, что ты звонишь из таксофона. Оставайся там, как хорошая девочка, и папа сразу же пришлет кого-нибудь за тобой, ладно?» "Хорошо." «Мари, не бойся. Помни, папа скоро придёт…» «Хорошо, Мари никуда не уйдёт, я подожду здесь, пока папа за мной придёт». Закончив разговор с Мэрилин Куинн, Скайлер Джонс тут же достал телефон и набрал номер своего подчиненного в городе Y. После того, как он дал им инструкции, он скрестил руки и набрал номер Кристин Куинн. К сожалению, телефон Кристин Куинн всегда был недоступен. Скайлер больше не мог сохранять самообладание и быстрым шагом вышел из комнаты. В то же время. В личном лифте генерального директора Джейсон Вуд не смог скрыть своего волнения и воскликнул: «Генеральный директор, сегодня мы наконец-то увидим эту большую рыбу!!» Говард Джеффри держал руки в карманах, не отрывая взгляда от монитора, наблюдая, как лифт поднимается этаж за этажом, на его тонких губах играла легкая усмешка, он молчал. ---------- Глава 357-191: Ранран, твой будущий муж приехал за тобой 4 Дверь лифта открылась, и в комнату вошла Лиза Сесили с обеспокоенным лицом. Джейсон Вуд, глядя на встревоженное выражение лица Лизы Сесили, хотел рассмеяться, но быстро принял обеспокоенную маску. Вся компания словно омертвела… Опустив голову, Лиза Сесили последовала за Говардом Джеффри в кабинет генерального директора. Говард Джеффри сидел на единственном диване в офисе и неторопливо спрашивал: «Совет директоров сегодня что-нибудь сказал?» «Сегодня утром совет директоров почти ничего не сказал, но… я слышал, что многие директора распродают свои акции, опасаясь дальнейшего падения их стоимости». Говард Джеффри, взглянув на горшок с зелеными растениями на кофейном столике, спокойно сказал: «Лиза Сесили, иди приготовь мне чашечку кофе!» Лиза Сесили, удивленная спокойным поведением Говарда Джеффри, который пил кофе в этот критический момент, пробормотала: «Генеральный директор, пожар уже на пороге…» Джейсон Вуд поспешно сказал: «Просто делайте, как вам сказали, нет нужды во всех этих разговорах». Лиза Сесили сердито посмотрела на Джейсона Вуда, но неохотно вышла из кабинета. Джейсон Вуд тут же достал пульт дистанционного управления и включил большой ЖК-экран, подключенный к компьютеру. На экране телевизора отображалась информация о долях акционеров и статусе продажи акций крупными акционерами компании «Скайтоп». Помимо акций, принадлежащих Говарду Джеффри, статус продажи акций всех остальных акционеров изменился, но не существенно, не так, как если бы их приобрели… Джейсон Вуд, взглянув на ЖК-экран, с подозрением произнес: «Босс, неужели эта старушка ничего не приобретает? Здесь вообще никакого движения». Говард Джеффри холодно взглянул на экран: «Куда же делось всё то спокойствие, которому я тебя научил?» Джейсон Вуд неловко признался: «Просто беспокоюсь о переменах на этом критическом этапе». «Давайте подождем и посмотрим!» "Хм." В этот момент с улицы вошла Лиза Сесили с чашкой кофе. Лиза Сесили осторожно поставила кофе перед Говардом Джеффри: «Вода 60 градусов, полстакана сахара». Говард Джеффри долго смотрел на кофе, прежде чем сделать небольшой глоток. Он редко пил кофе, чаще запивая его красным вином, когда размышлял. Увидев, как нахмурился Говард Джеффри, Лиза Сесили неуверенно спросила: «Генеральный директор, разве это не вкусно?» Говард Джеффри покачал головой: «Неплохо, просто бывало и получше». Внезапное желание выпить кофе возникло у него потому, что он подумал о ней… Он до сих пор помнил, как они с Робинсоном посетили «Оверски» по поводу проекта на Золотом побережье; тогда она была секретарем Скайлера Джонса. Он рассеянно обсуждал проект с Робинсоном и Скайлером Джонсом, но его внимание было приковано к ней. Она приготовила каждому из них по чашке кофе; это был первый раз, когда он почувствовал, что кофе может быть вкусным. Шло время, и она была рядом, поэтому он забыл попросить ее приготовить это снова, пока сегодня не вспомнил и импульсивно не попросил свою секретаршу приготовить чашку, но она и близко не сравнилась с ее чашкой. Лиза Сесили недовольно сказала: «Ты просто не любишь кофе; мои навыки заваривания кофе на высшем уровне». Говард Джеффри слегка улыбнулся: «Тогда иди приготовь еще одну чашку, скоро придет гость». "Хорошо." После ухода Лизы Сесили Говард Джеффри небрежно заметил: «Свяжитесь с мистером Джонсом, я хочу знать, где он сейчас». «Да». Затем Джейсон Вуд достал телефон и набрал номер Скайлера Джонса. Внезапно Джейсон Вуд сообщил: «Босс, телефон мистера Джонса не подключается». "Не удаётся подключиться?" На лбу Говарда Джеффри промелькнула мысль. Джейсон Вуд внимательно следил за ЖК-экраном почти до полудня, когда на экране наконец появились изменения. Акции, преднамеренно проданные Говардом Джеффри, были быстро приобретены, а также были выкуплены акции, проданные несколькими другими акционерами… «Босс, здесь что-то происходит». Говард Джеффри отложил финансовый журнал, который держал в руке, и перевел взгляд на ЖК-экран перед собой. Джейсон Вуд, пережив весь день, наконец-то победоносно улыбнулся: «„М“ наконец-то попалась на уловку босса!» В этот момент уголки губ Говарда Джеффри приподнялись в едва заметной улыбке. В этот момент вошла Лиза Сесили и почтительно сказала: «Генеральный директор, внизу женщина хочет вас видеть». Услышав слово «женщина», Говард Джеффри медленно прищурился, и в его глазах появился хитрый и опасный блеск. Джейсон Вуд ответил от имени Говарда Джеффри: «Секретарь Сесили, пригласите её!» "Да." Затем Лиза Сесили ушла. Джейсон Вуд холодно смотрел в дверной проем, в его глазах читалось напряжение и предвкушение решающей схватки. Внезапно, под защитой трех телохранителей, перед Говардом Джеффри и Джейсоном Вудом появилась ухоженная женщина, на вид лет сорока с небольшим. ---------- Глава 358-191: Бекка, твой будущий муж приехал за тобой 4_2 Джейсон Вуд был поражен красотой и фигурой женщины перед ним, не в силах связать ее с шестидесятилетней седовласой женщиной, которая всегда была у него в голове. Неудивительно, что она могла так легко разрушить счастливую семью, оказывается… ее красота поистине поразительна. Войдя в кабинет, женщина села напротив Говарда Джеффри, протянула руку с улыбкой и сказала: «Здравствуйте, мистер Джеффри». Несмотря на ухоженный вид женщины, зрелый тембр ее голоса выдавал ее настоящий возраст. «Джейсон Вуд, можете идти. Я хотел бы поговорить с этой дамой… как мне к вам обращаться?» — спросил Говард Джеффри. «Моя фамилия — Гордон». «Леди Линдси». «Я не возражаю, если вы будете называть меня мисс Гордон». Говард Джеффри тихонько усмехнулся: «В знак уважения я буду называть вас тётей Линдси!» Женщина подняла глаза и внимательно посмотрела на Говарда Джеффри: «Подумать только, когда я впервые увидела вас, вы были еще совсем молоды, а теперь вы так выросли… вы на самом деле красивее, чем был ваш отец в молодости». «Ребекка Квентин совсем на тебя не похожа». "Ха-ха, хорошо, что она не похожа на меня. Если бы была, кто знает, как бы ты её задирала!" «Тетя Линдси, зная, что ваша дочь страдает от такой несправедливости, а вы все эти годы не появлялись, это действительно говорит о вашем каменном сердце!» «Мистер Джеффри, нет необходимости косвенно критиковать мои неудачи как матери… Поскольку все и так знают друг друга, давайте поговорим откровенно». Говард Джеффри откинулся на спинку стула, на его лице появилась улыбка: «Ладно, я тоже не люблю лишних хлопот!» Затем женщина взглянула на сопровождавшего её телохранителя. Следуя её сигналу, телохранитель достал ноутбук, открыл его и направил экран на Говарда Джеффри. Женщина грациозно улыбнулась: «Мистер Джеффри, вы, наверное, и не догадались бы, что десять минут назад я уже приобрела 51% акций компании «Скайтоп», так что в данный момент я являюсь новым главой «Скайтопа»… Мистер Джеффри, вы немного удивлены?» «Тетя Линдси, тебе удалось ухватиться за рукоятку моего старшего брата в двадцать лет, почему я должна сомневаться в твоих способностях?» "Ха-ха… Дело не в том, чтобы завоевать популярность или что-то в этом роде, если бы не я, спросите Скайлера Джонса, смог бы он достичь того, чего достиг сегодня?" «Тётя Линдси, я хотела задать вам вопрос». "Вперед, продолжать." «Если ты сегодня проиграешь, стоит ли мне сообщить Ребекке Квентин, что у неё на самом деле есть кровный родственник, похожий на тебя, в этом мире?» Женщина усмехнулась: «Такого сценария не существует, мистер Джеффри, я уже победила, не так ли?» Говард Джеффри слегка покачал головой, в уголке его рта мелькнула усмешка. Женщину, казалось, ничуть не смутило презрение Говарда Джеффри, и она спокойно сказала: «Не забывайте, что должность, которую вы сейчас занимаете, уже моя». Говард Джеффри сохранял безразличный тон: «Если ты так легко меня победил, как же я смогу посмотреть в глаза своей матери?» В ухоженных, но морщинистых глазах женщины горел холодный свет. Когда между ними воцарилась тишина, Джейсон Вуд вошел снаружи и почтительно доложил Говарду Джеффри: «Президент, следует ли нам попросить Генри Доуна позвонить в полицию?» "Вызвать полицию?" — женщина нахмурила брови. Говард Джеффри достал сигарету, щелкнул зажигалкой и прикурил, после чего медленно выдохнул: «Джейсон Вуд, объясни ей это». "Да." Затем Джейсон Вуд повернулся к женщине и с презрением спросил: «Леди Линдси, возможно, вы не знаете, что скоро окажетесь в тюрьме?» «Давайте послушаем». Женщина сохраняла спокойствие. Джейсон Вуд медленно произнес: «На самом деле, год назад, когда босс обнаружил шрам на груди мисс Квентин, он тайно инициировал расследование… Расследование показало, что шрам на груди мисс Квентин в тот день был нанесен мистером Джонсом». «Если это Скайлер Джонс, зачем связывать это со мной?» «Потому что крестообразный шрам на груди мисс Квентин также присутствует на вашей груди, леди Линдси. Вы поручили мистеру Джонсу сделать это, поскольку намеревались отомстить семье Джеффри за боль, которую когда-то испытывали сами». Женщина не стала возражать, сохраняя нежную улыбку. «Продолжайте». «После подтверждения личности леди Линдси босс начал задаваться вопросом, почему мистер Джонс всегда выполнял ваши приказы. Позже босс предположил, что мистер Джонс, должно быть, держит вас под контролем, поэтому он поручил мне расследовать прошлое мистера Джонса, и, наконец, я обнаружил, что мистер Джонс был замешан в деле о нападении в возрасте двадцати лет». Джейсон Вуд сделал паузу, прежде чем продолжить: «Узнав, что ник мистера Джонса находится у вас, босс начал разрабатывать стратегию, как вас выманить, потому что в противном случае вы будете представлять угрозу не только для мистера Джонса, но и можете продолжать причинять вред семье Джеффри!» Женщина холодно перебила Джейсона Вуда: «Значит, я сегодня сижу здесь только из-за плана мистера Джеффри, так?» Джейсон Вуд усмехнулся: «Похоже, ты уже знаешь, что сегодня тебе некуда деваться». «Мистер Джеффри, раз уж ваш подчиненный так много сказал, позвольте и моему высказаться вам». Джейсон Вуд нетерпеливо посмотрел на Говарда Джеффри: «Босс, нет нужды тратить на нее время…» На лице Говарда Джеффри не было никаких эмоций, но на губах играла лёгкая беззаботность: «Ничего страшного, пусть говорит она». Телохранитель, стоявший рядом с женщиной, сказал: «Мистер Джеффри, вы давно раскрыли наш план, но не подумали ли вы о том, что, возможно, леди Линдси просто подыгрывала вам?» Услышав заявление телохранителя, Джейсон Вуд широко раскрыл глаза от шока. Телохранитель продолжил: «Мистер Джеффри, на самом деле все ваши действия были известны леди Линдси… Вы намеренно сблизились с Элис Робинсон, чтобы защитить мисс Квентин, вы вступили в союз с мистером Джонсом, чтобы плавно осуществить свой план, вы отправили мисс Куинн в Т-Сити, чтобы она присматривала за мисс Квентин в качестве меры предосторожности против леди Линдси… Неужели вы действительно думали, что леди Линдси обманута всем этим?» ---------- Глава 359-192: Бекка, твой будущий муж приехал за тобой. Слова телохранителя не вызвали особой реакции у Говарда Джеффри, но Джейсон Вуд не мог поверить своим ушам и продолжал недоверчиво качать головой. «Мистер Джеффри, вы намеренно оттолкнули мисс Квентин и сблизились с Элис Робинсон. С одной стороны, вы хотели отвлечь внимание мистера Гордона, но с другой стороны, вы хотели, чтобы Робинсон сотрудничала с вами, потому что только если Робинсон обнародует проблемы с проектом на Золотом побережье, это вызовет ажиотаж в деловом мире…» На лице Джейсона Вуда уже читался страх, и он недоверчиво отступил к Говарду Джеффри: «Босс…» Выражение лица Говарда Джеффри постепенно помрачнело, и на первый взгляд казалось, что слова телохранителя тоже его задели. На этот раз заговорила женщина: «Мистер Джеффри, я слышала, как Стивен упоминал вашу мудрость, когда следовала за ним, поэтому я особенно настороженно к вам отношусь… Знаете, почему я так уверена, что вы расставляете для меня ловушку? Именно потому, что вы оттолкнули Бекку от себя». В результате этого выражение лица Говарда Джеффри существенно не изменилось, и он оставался спокойным, словно просто наблюдателем. Женщина тихонько усмехнулась: «Мистер Джеффри, возможно, вы этого не знаете, но я на самом деле очень хорошо знаю ваших братьев… Я не буду говорить о вашем старшем брате, только о вас; с самого детства вы пережили разрушение семьи из-за разрушительницы семейных отношений. В результате ваше отношение к любви всегда будет оставаться неизменным на протяжении всей вашей жизни. Хотя я не могу быть уверена, действительно ли вы когда-либо хотели провести всю свою жизнь с Беккой, я уверена, что независимо от того, на ком вы женитесь в будущем, Бекка — единственная, кого вы хотите! Вы решили оттолкнуть женщину, которую любите больше всего, что как раз и показывает вашу хитрость, а для человека с таким сложным умом, как у вас, я всегда должна быть осторожна и бдительна. Вот почему я сегодня не попалась в вашу ловушку!» Джейсон Вуд не смог удержаться и сказал: «Даже если вы знаете план генерального директора, ну и что? Леди Линдси, у вас закончились варианты. Как только мы объявим о приобретении акций, можете готовиться к тюрьме!» «Тюрьма?» — женщина презрительно рассмеялась. — «Я знаю, мистер Джеффри, вы не боитесь рисковать и даже спланировали ловушку для инсайдерской торговли, используя своего директора Генри Доуна, чтобы заманить меня в ловушку… Но, мистер Джеффри, вы уверены, что подготовленный и осторожный человек, как я, так легко попадется в вашу ловушку?» Не в силах больше сдерживаться, Джейсон Вуд с тревогой произнес: «Босс, я могу объявить о приобретении акций онлайн прямо сейчас, и я уверен, что полиция скоро приедет!» «Если вы не хотите, чтобы Скайлер Джонс провел остаток жизни в тюрьме, а Ребекка Квентин не выжила, вы вполне можете это сделать. В конце концов, неважно, попаду ли я в тюрьму или нет; по крайней мере, я могу взять с собой двоих!» "Что?" — Джейсон Вуд снова был ошеломлен, не в силах произнести ни слова. В этот момент женщина встала с дивана и холодно заявила: «Говард Джеффри, сегодня я позабочусь о том, чтобы ты знал: моя цель в выживании — вернуть от твоей матери то, что она со мной сделала… Я верну от неё всё, что она со мной сделала, понемногу, и сегодня я позабочусь о том, чтобы твоя мать увидела, как оба её сына попадут в тюрьму!» Сидя на диване перед неумолимой Вивиан Линдси, Говард Джеффри еще больше потемнел. «Говард Джеффри, как бы тщательно ты ни планировал, ты, вероятно, никогда не ожидал, что еще до моего приезда в «Скайтоп» я уже передал полиции «уличную» информацию о Скайлер Джонс. Если ничего неожиданного не произойдет, Скайлер Джонс сегодня окажется в тюрьме. Что касается твоей судьбы, позволь мне сначала познакомить тебя с одним человеком». После этого Вивиан Линдси открыла свой телефон и поднесла экран к Говарду Джеффри. На экране Ребекка Квентин была связана, руки и ноги связаны, в темном помещении… Затем Вивиан Линдси сказала в телефон: «Кристин Куинн, ты меня слышишь?» "Я могу." «Хорошо, продолжайте наблюдать за Ребеккой Квентин и ждите моих указаний». "Хорошо." Завершая видеозвонок, Вивиан Линдси холодно сказала Говарду Джеффри: «Вы столько лет провели с Кристин Куинн, вы ведь должны узнавать её голос, правда?» "Как могла мисс Куинн…" Джейсон Вуд, и без того потрясенный чередой потрясений, не смог закончить фразу. Вивиан Линдси торжествующе ответила: «Удивлены, что Кристин Куинн мне помогает?» Джейсон Вуд недоверчиво покачал головой. Вивиан Линдси тихо сказала: «Вы все думали, что электронное письмо, подписанное как „Гвоздика“, пришло от меня, но на самом деле его отправила Кристин Куинн Ребекке Квентин… Я использовала это как рычаг давления, чтобы заставить Кристин Куинн присоединиться ко мне. У нее та же цель, что и у меня, поэтому мы быстро установили партнерские отношения! Говард Джеффри, ты ведь не предвидел этого шага, правда?» ---------- Глава 360-192: Бекка, твой будущий муж приехал за тобой 5_2 В этот момент Джейсон Вуд больше не мог терпеть и бросился вперёд, но был остановлен телохранителями Вивиан Линдси, после чего продолжал ругаться: «Вивиан Линдси, ты такая злобная женщина!!» Вивиан Линдси ярко улыбнулась: «Злобная? Не думаю. По сравнению с твоей матерью, меня все еще считают порядочной, верно, Говард Джеффри?» Красивое лицо Говарда Джеффри было спокойным, его темные глаза смотрели на зловеще улыбающуюся Вивиан Линдси, а тонкие губы едва заметно произнесли: «Вивиан Линдси, мне интересно, Ребекка Квентин — твоя биологическая дочь, и все же ты могла ее похитить. Из чего же, собственно, сделано твое сердце?» Упоминание Ребекки Квентин взбесило Вивиан Линдси: «Мы с Александром Квентином никогда не любили друг друга, так вы действительно думаете, что меня волнует эта дочь? Каждый раз, когда я думаю о ней, она напоминает мне только отвратительное лицо Александра Квентина!» Слова Вивиан Линдси наконец-то вызвали легкую нотку гнева на прежде спокойном и невозмутимом красивом лице Говарда Джеффри. Увидев гнев Говарда Джеффри, ненависть в сердце Вивиан Линдси утихла, и она громко рассмеялась: «Говард Джеффри, неужели вы не хотите позволить мне теперь так говорить о Ребекке Квентин?» Лицо Говарда Джеффри было железно-синим и излучало зловещее сияние. «Вы хотите, чтобы я её отпустил? Хорошо… Если позже, когда придёт полиция, вы лично признаетесь в участии в инсайдерской торговле акциями компании «Скайтоп», я её отпущу!» Как выяснилось, похищение Ребекки Квентин Вивиан Линдси было лишь попыткой заставить Говарда Джеффри подчиниться… Говард Джеффри фыркнул, его тонкие губы излучали холодную элегантность: «Вы уверены, что Ребекка Квентин действительно в ваших руках?» Нервно напряглись чувства Вивиан Линдси: "Ты… что ты говоришь?" В этот момент Говард Джеффри поднялся с дивана, его темные глаза пристально смотрели на Вивиан Линдси: «Тетя Вивиан, я забыл сказать вам, что я привык делать все безупречно». Вивиан Линдси покачала головой, ничего не понимая… Джейсон Вуд, которого к этому моменту измотала Вивиан Линдси, услышав слова Говарда Джеффри, мгновенно, казалось, воспрял духом и взволнованно воскликнул: «Босс…!» Говард Джеффри взял пульт от ЖК-телевизора и переключил канал. В этот момент на ЖК-телевизоре отображалось очень теплое изображение. В этот момент Ребекка Квентин мирно спала в постели, а Кристин Куинн находилась рядом с ней, меняя подгузник Эндрю. Вивиан Линдси была поражена, не переставая качать головой: «Невозможно, это невозможно… Кристин Куинн явно уже сотрудничала со мной, она…» Внезапно Вивиан Линдси прервала бормотание, широко раскрыв ошеломленные глаза, глядя на Говарда Джеффри: «Значит, электронные письма, которые Кристин Куинн отправляла Ребекке Квентин, были подстроены вами, ваша цель состояла в том, чтобы вывести меня к Кристин Куинн…» Прежде чем Джейсон Вуд успел разобраться в ситуации, несколько полицейских уже вошли с улицы. «Мисс Линдси, кто-то сообщил, что вас подозревают в участии в инсайдерской торговле, которая препятствует нормальному функционированию акций компании Skytop. Мы хотели бы попросить вас пойти с нами…» «Мистер Джеффри, поскольку это касается и вас, вы также должны пойти с нами в полицейский участок, чтобы помочь в расследовании». Три дня спустя. «Последние сообщения подтверждают, что серьезная ситуация, с которой недавно столкнулась группа компаний «Skytop», связана с делом о торговле инсайдерской информацией, в котором замешан один из директоров группы. Полиция уже задержала директора «Skytop», причастного к этой инсайдерской торговле, и иностранную гражданку «Цветочного королевства», леди Линдси… Сегодня президент группы компаний «Skytop» Говард Джеффри объявил, что проблема нехватки финансирования решена и запущен новый международный проект в Италии…» Кристин Куинн сидела на диване в гостиной и слушала новости, когда к ней подбежала Мэрилин Куинн, кокетливо произнося: «Мамочка…» Кристин Куинн тут же посадила Мэрилин себе на колени и спросила: «Как дела, детка?» Мэрилин обняла Кристин Куинн за шею и спросила: «Ты всё ещё злишься на папу?» Кристин Куинн ответила: «Нет, мама не имеет права злиться на твоего папу». «Мамочка, не сердись на папу, хорошо? Если уж собираешься кого-то обвинять, то обвиняй Мари, потому что это Мари позвонила папе…» Кристин Куинн вздохнула: «Как мама могла винить Мари? В тот день мама так переживала, что Мари больше никогда не заговорит с мамой». «Мамочка, к счастью, это было неправдой…» "Мама в тот день была очень страшной?" Мэрилин энергично закивала. Кристин Куинн поцеловала Мэрилин в щеку: «В будущем я попрошу твоего дядю Джеффри лично извиниться передо мной. Если бы я не помогла ему, я бы не напугала свою драгоценную дочь и не позволила бы твоему отцу неправильно понять ситуацию, из-за чего он…» Вспоминая взгляд Скайлера Джонса, когда он неправильно понял, что она похитила Ребекку Квентин, она все еще чувствовала затаенный страх. Мэрилин, всегда живая и озорная, тут же сказала: «Мамочка, дядя Джеффри приезжает за тётей. Нам не стоит беспокоить дядю Джеффри и тётю. Почему бы нам не вернуться в город Y и побыть с папой?» Кристин Куинн покачала головой: «Я не вернусь, мы останемся в Ти-Сити. В любом случае, твой дядя Джеффри отвезет твою тетю в Нью-Йорк, а мама останется здесь с твоей тетей!» Мэрилин была поражена: «Ах, мамочка, ты не вернешься к папе?» Кристин Куинн торжественно кивнула: «Да!» Мэрилин начала трясти руки матери: «Мамочка, пожалуйста, нет, Мари хочет быть с папой…» Услышав радостные голоса матери и дочери в гостиной, Ребекка Квентин тут же вышла из комнаты. Когда Мэрилин увидела Ребекку Квентин, она тут же подбежала к ней, обняла и, ведя себя очаровательно, сказала: «Тетя, пожалуйста, уговори маму. Она сказала, что не собирается возвращаться в город, чтобы быть с папой…» Мэрилин всегда наивно полагала, что Скайлер Джонс и Кристин Куинн женаты, а значит, они должны быть вместе. Ребекка Квентин взглянула на Кристин Куинн, которая в данный момент смотрела новости на диване, и жестом «ОК» показала Мэрилин. Мэрилин была вне себя от радости, на цыпочках подошла поцеловать Ребекку Квентин в щеку и восторженно воскликнула: «О, как здорово, тетя самая лучшая…» Наблюдая, как Мэрилин убегает, Ребекка Квентин затем села рядом с Кристин Куинн. «Сестра, ты правда не собираешься забирать Мари обратно в город Y?» Кристин Куинн посмотрела на живот Ребекки Квентин: «Ты разве не забыла, что я сказала, что останусь здесь, чтобы позаботиться о тебе?» «Но Мари здесь не нравится. Она надеется, что вы будете с мистером Джонсом». «Мир детей настолько прост, что они не знают, что её папа и мама на самом деле не женаты…» «Сестра, связь между родителями ребенка… Я верю, что с Мари проблемы между тобой и мистером Джонсом постепенно разрешатся». «Я не хочу обсуждать между нами эти вопросы… Бекка, меня сейчас интересует, когда Говард Джеффри приедет за тобой?» «Сестра, не надо…» Не успела Ребекка Квентин закончить свою речь, как раздался звонок в дверь. Кристин Куинн посмотрела в сторону двери и усмехнулась: «Бекка, твой будущий муж приехал, правда говорят: заговоришь о дьяволе — и он явится!» ---------- Главы 361–193: Он наконец пришёл... Сердце Ребекки Квентин слегка затрепетало. К этому моменту Кристин Куинн уже встала, подошла к двери и открыла ее с улыбкой, сияющей, как распустившийся цветок. "Значит, ты всё ещё знаешь, что нужно приехать и забрать свою жену…" Прежде чем Кристин успела закончить фразу, ее голос внезапно оборвался, и на лице осталась застывшая улыбка. В следующее мгновение выражение ее лица изменилось, а тон стал ледяным: «Зачем вы здесь?» Сердце Ребекки бешено колотилось от волнения. Внезапно услышав, как Кристин изменила тон, Ребекка удивленно посмотрела на нее. Холодный взгляд Скайлер Джонс был прикован к недружелюбному лицу Кристин. Кристина вызывающе ответила ему презрительным взглядом. Их взгляды встретились на две секунды, прежде чем холод в глазах Скайлера постепенно рассеялся, и его низкий голос необычно смягчился: «Прошу прощения за то, что произошло в прошлый раз». Кристин никак не ожидала, что Скайлер скажет ей что-то подобное, и ее тело слегка застыло. «Давайте найдем время для серьезного разговора». Кристин застыла на месте, словно оглушенная. Она забыла, как давно он в последний раз так спокойно с ней разговаривал. В этот момент Ребекка уже подошла к Кристин и с некоторым удивлением посмотрела на Скайлер: «Мистер Джонс?» Взгляд Скайлер был прикован к нежному лицу Ребекки, "Бекки". Ребекка слегка кивнула: «Давно не виделись». Глядя на женщину, которая всегда занимала все его мысли, Скайлер потерял дар речи, слова застряли у него в горле. Ребекка слегка улыбнулась: «Входите и садитесь!» "Хорошо." Кристин заметила сильную и неразрешимую привязанность в глазах Скайлера, когда он посмотрел на Ребекку, а затем повернулся и вошел в комнату. Ребекка быстро оттащила Кристин назад: «Сестра…» Она не хотела, чтобы сестра неправильно поняла; она пригласила Скайлер войти только ради них двоих. Кристин осторожно убрала руку Ребекки и тихо сказала: «Эндрю скоро должен проснуться, я помогу тебе проверить, как он». Она наверняка не стала бы неправильно истолковывать намерения сестры по отношению к Скайлеру; просто она не хотела его видеть. Наблюдая за уклончивым взглядом Кристин, Ребекка невольно вздохнула и беспомощно позволила ей войти в комнату. Ребекка налила стакан воды и подала его Скайлеру, который сидел на диване, а затем села напротив него. Скайлер поставила бутылку воды на журнальный столик и мягко сказала: «Я слышала от Кристин, что ты плохо себя чувствуешь. Сейчас с тобой все в порядке?» «Э-э… со мной все в порядке». Она не хотела рассказывать другим о своей беременности. «Бекка, ты уже давно выглядишь нездоровой, и я очень за тебя волнуюсь». «Я буду хорошо заботиться о себе». «Если ты не против, я могу нанять кого-нибудь, кто позаботится о тебе…» Он знал, что она не поедет с ним в город Y, поэтому это был единственный способ успокоиться. Ребекка тут же покачала головой: «Не нужно… Вообще-то, Говард Джеффри уже давал мне немного денег. Если мне понадобится кого-то нанять, этого будет достаточно. Просто я не могу доверить Эндрю никому другому, а работы у меня нет, так что я справлюсь с ребенком сама». Скайлер с болью в сердце сказала: «Я знаю, что вы хорошо позаботитесь о ребёнке, но ещё больше я надеюсь, что о вас самих хорошо позаботятся». Неподдельная забота Скайлер о ней вызвала у Ребекки глубокое чувство вины, не только перед Скайлер, но и перед Кристин… Ребекка тут же ответила: «Мистер Джонс, я знаю, что вы всегда заботились обо мне, но я уже говорила вам, что всегда считала вас только братом. Я очень надеюсь, что вы не будете тратить на меня слишком много сил». Хотя Ребекка говорила это Скайлеру много раз, его сердце все еще болело, а в голосе слышалась нотка разочарования и поражения: «Значит ли это, что ты больше не собираешься со мной связываться, поэтому и не отвечаешь на мои звонки?» «Я готов поддерживать с вами дружеские отношения». Спокойное, но привлекательное лицо Скайлера слегка дрогнуло, и его тон внезапно понизился: «Неужели я действительно не так хорош, как Говард Джеффри?» Упоминание "Говарда Джеффри" заставило сердце Ребекки сжаться… Она покачала головой: «Дело не в Говарде Джеффри, а в том, что между нами действительно нет никакой возможности». Скайлер чувствовал нарастающее раздражение, но не мог вынести этого перед ней, поэтому подавил эмоции и тихо спросил: «Это из-за конфликта между мной и Кристин?» Словно наконец дойдя до сути, Ребекка подняла глаза, встретилась взглядом с лицом Скайлер, ожесточённым сдерживаемыми эмоциями, и искренне сказала: «Дело не в том, что произошло между вами и моей сестрой, но я действительно хочу поговорить с вами об этом… Мистер Джонс, вы должны прекрасно понимать, как тяжело эти годы дались моей сестре. Она отдала вам всё. Неужели вы не испытываете ни малейшего чувства вины или сострадания к ней?» ---------- Главы 362–193: Он наконец пришёл... (Часть 2) Скайлер Джонс честно ответила: «Признаю, я ей кое-что должна, но именно из-за её характера у меня не может быть к ней никаких чувств». «Недостатки в её характере?» — недоуменно спросила Ребекка Квентин. — «Я думала, что характер Кристин и так достаточно хорош!» «Это потому, что вы не встречали её в прошлом». «Я действительно не знаю, каким человеком была моя сестра в прошлом, но с тех пор, как я ее знаю, она всегда была смелой в своих поступках, дерзкой в ​​любви и ненависти. Такой характер может быть импульсивным, но в глубине души она — самый добрый человек. Разве ты этого не понимаешь?» Скайлер Джонс тяжело вздохнула: «Бекка, ты бы не поняла, что происходит между мной и Кристин…» «Я понимаю, что сердечные дела никогда не поймут посторонние, но я не хочу, чтобы вы с моей сестрой так затягивали… У вас уже есть Мари, почему вы с моей сестрой не можете создать счастливую семью?» «Раньше я не знала, что у неё есть дочь Мари». «Тебе было все равно на нее, поэтому, конечно, ты ничего не знала. Но независимо от того, знала ты или нет, Мари — твоя дочь. Ты должна взять на себя ответственность за ее воспитание, вместо того чтобы оставлять мою сестру одну бороться с трудностями в воспитании ребенка». «Бекка…» — беспомощно произнесла Скайлер Джонс, — «Я могу дать ей все, что она захочет, но я не могу дать ей то единственное, чего она желает». Слова Скайлер лишили Ребекку Квентин дара речи… В сердечных делах, если одна сторона не любит, её нельзя заставить. Если у мистера Джонса действительно нет чувств к моей сестре, то как бы я ни хвалила её сегодня перед ним, всё это в конечном итоге будет напрасно. Размышляя обо всем, что моя сестра сделала для Скайлер Джонс за эти годы, я действительно чувствую, что моя сестра заслуживает лучшего… В комнате Мэрилин Куинн собиралась спросить Кристин Куинн о каких-то незнакомых китайских словах из детской книжки, но увидела Кристин, прислонившуюся к двери, с красными и слезящимися глазами. Мэрилин редко видела, как плачет ее мать. В тот момент, увидев заплаканные глаза Кристин, она уронила книжку с картинками и нервно схватила Кристин за руку: «Мамочка, что случилось? Почему ты плачешь?» В ушах Кристин все еще эхом отдавался слабый разговор Скайлер Джонс и Ребекки Квентин за дверью. Она крепко держалась за дверной косяк, и только когда душевная боль достигла своего пика, она медленно отпустила его, приходя в себя и безучастно глядя на дочь. «Мамочка, не плачь… Мари будет безутешна». Мэрилин обняла Кристин, ее голос уже дрожал от волнения. В этот момент Кристин вытерла слезы и улыбнулась сквозь слезы: «Глупышка, мама не плакала, просто песок попал ей в глаза…» Мэрилин увидела, как улыбка снова появилась на лице Кристин, и тут же рассмеялась: «Мамочка, ты напугала Мари…» Кристин наклонилась и легонько поцеловала Мэрилин: «Маме показалось, что она услышала твоего папу… Мари, выйди на улицу и посмотри, не твой ли это папа…» «Папа пришел?» — радостно спросила Мэрилин. "Может быть!" В этот момент Мэрилин не терпелось открыть дверь. Кристин посмотрела на жизнерадостное личико дочери, глубоко вздохнула, напомнив себе, что, несмотря ни на что, у нее все еще есть дочь… Полдень. Как только Кристин Куинн вошла в комнату, она увидела Ребекку Квентин, держащую Эндрю на руках на кровати и выглядящую растерянной. "Бекка…" Кристин окликнула его и подошла. Ребекка Квентин пришла в себя, услышав, как Кристин крикнула: «Э-э, сестрёнка». Кристин села на край кровати: «Скайлер вывела Мари поиграть, так что теперь я могу с тобой поболтать!» "Конечно." Кристин взяла Эндрю из рук Ребекки, игриво поддразнила его и спросила: «О чём ты только что думал? Держал Эндрю, не играя с ним, заставляя его дуться… Твоя мама только что не обратила на тебя внимания, правда, Энди?» Ребекка Квентин осторожно вытерла слюну с губ Эндрю: «Я почему-то погрузился в свои мысли, ни о чём толком не думал». Взгляд Кристин переместился с очаровательного личика Эндрю на Ребекку, словно она поймала вора, и она внимательно изучала едва уловимые выражения лица Ребекки: "Разве я не знаю, о чем ты думала?" «Я действительно ни о чём не думал». Кристин тихонько усмехнулась: «Бекка, иногда женщины не могут быть такими упрямыми. Мужчины часто бывают беспечными и нетерпеливыми, и зачастую они не понимают, что женщины на них злятся. Вот тогда женщинам не стоит быть такими упрямыми…» Ребекка Квентин нахмурилась: «Сестра, я ни слова не понимаю из того, что ты говоришь…» «Раз уж вы хотите, чтобы он пришел, а он еще не пришел, почему бы вам просто не позвонить ему?» «Сестрёнка, куда опять твои мысли блуждают?» «Я не прав? Говард Джеффри сегодня не приехал, разве вы не немного разочарованы?» Ребекка Квентин встала с края кровати, взяла из корзины рядом с собой свежевыстиранную и высушенную одежду Эндрю, сложила ее на кровати и тихо ответила: «Придет он или нет, мне все равно». «Неужели это действительно не имеет значения?» — пошутила Кристин. Ребекка Квентин твердо ответила: «Да». Кристин с преувеличением сказала Эндрю, которого она держала прямо у себя на коленях: «Ох… маленький Энди, ты такой жалкий, твоя мама не хочет, чтобы папа за тобой приехал, тебе придется жить тяжелой жизнью с мамой с этого момента…» Слова Кристин вылились в смущение на лице Ребекки Квентин… «Сестра, не говори таких вещей Энди…» — тихо проворчала Ребекка Квентин. Кристин сохраняла серьезный тон: «Мне жаль Энди… пока его мама будет упрямиться хотя бы один день, Энди будет разлучен со своим папой еще на один день». Ребекка Квентин пробормотала вслед за словами Кристин: «Откуда мне знать, придёт ли он?» Кристин от души рассмеялась: «Ты же разоблачена, правда? Ты говорила, что это не имеет значения, но на самом деле ты беспокоишься, что он не придет, верно?» Ребекка Квентин презрительно взглянула на Кристин: «Сестра…» «Ладно, ладно, я не буду тебя дразнить… Я просто хочу тебя утешить. Не волнуйся, Говард Джеффри обязательно приедет за тобой, если не сегодня, то уж точно завтра. Но если ты действительно сомневаешься, почему бы не позвонить ему сейчас? Хотя боюсь, если ты ему позвонишь, он может улететь ближайшим рейсом из Нью-Йорка ночью…» Ребекка Квентин медленно опустила ресницы и спокойно произнесла: «Я никогда не думала, что он сделал это, чтобы защитить меня». Кристин пошутила: «Так что, если он придет, не устраивай ему скандалов. В конце концов, он многое пережил ради тебя». ---------- Глава 363-194: Встреча с ним вот так Ребекка Квентин неловко произнесла: «Я знаю!» Честно говоря, даже если бы между ними ничего не изменилось, она бы не стала вести себя с ним высокомерно, особенно сейчас… Но, честно говоря, если бы она его увидела, она, наверное, обрадовалась бы! Она совершенно не ожидала такого поворота событий в их истории, учитывая, что все эти дни она даже не думала о том, чтобы снова быть с ним. Да, она уже знала о конфликте между ним и «М». В ту ночь, увидев внезапную перемену в поведении сестры, а затем и то, как она её заперла, она была совершенно сбита с толку… Проведя всю ночь взаперти в этой квартире из-за сестры, та ничего ей не объясняла. Сколько бы она ни спрашивала, сестра молчала и вела себя пугающе холодно. В то время она понятия не имела, что ее сестра помогает Говарду Джеффри, стараясь не навредить Эндрю, поэтому ей ничего не оставалось, как пойти на компромисс. В ту ночь она была связана и не могла ни с кем связаться, охваченная ужасом, но, видя, что, хотя сестра и удерживала её, она не была жестока к Эндрю, она постепенно успокоилась… На следующий день прибыла группа агрессивных незнакомцев, обменялась несколькими словами с её сестрой, а затем ушла… Только тогда она узнала из разговора своей сестры с этими незнакомцами, что сестра похитила её, чтобы угрожать Говарду Джеффри… В тот момент она, естественно, не знала, что её сестра на самом деле сотрудничала с «М», чтобы устроить представление. Она паниковала, несколько раз умоляя сестру отпустить её, но, к счастью, «М» внезапно позвонила сестре и несколько секунд общалась с ней по видеосвязи. После того, как «М» закончила видеозвонок, сестра отпустила её, несколько раз извинилась и объяснила всю ситуацию. Только тогда она поняла… Он все это время имел дело с "М". Она не знала точно, кто такая «М», лишь слышала от сестры, что «М», похоже, давно затаила обиду на семью Джеффри… Во время объяснений сестры она была шокирована не только существованием человека, который мог бы выступить против Говарда Джеффри, но и двумя вещами, упомянутыми сестрой. Во-первых, ребенок, которого носила Элис Робинсон, не был ребенком Говарда Джеффри, а во-вторых, электронное письмо, которое она получила в Нью-Йорке, было отправлено ей Говардом Джеффри по просьбе ее сестры. Эти две вещи не давали ей покоя, не давая спать по ночам… Она и представить себе не могла, что всё это было частью его плана. Ее сестра рассказала ей, что когда Говард Джеффри попросил ее о помощи, он лично сказал ее сестре, что ребенок Элис Робинсон не является его родственником, поэтому сестра согласилась ему помочь… Причина, по которой он сблизился с Элис Робинсон, заключалась в том, что ему нужна была её помощь. Без Робинсон его план не смог бы осуществиться… Что касается электронного письма, которое он хотел, чтобы ее сестра отправила ей, то оно было предназначено исключительно для того, чтобы заманить «М» на поиски сестры и дать старт осуществлению плана. Зная эти две вещи, она больше не могла сохранять спокойствие… Поэтому последние два дня она действительно думала, что он может прийти… Она не знала, к чему приведут их отношения, но в этот момент искренне надеялась, что он сможет лично ей все объяснить. Прошло ещё два дня. Прошла почти неделя с тех пор, как Говард Джеффри закончил разбираться с «М»… В первые дни Ребекка Квентин и Кристин Куинн думали, что Говард Джеффри все еще разбирается с последствиями "М" и у него нет времени приехать в Ти-Сити. Но за эти два дня Кристин Куинн уже не могла сдерживаться, и даже Ребекка Квентин начала немного унывать. Изначально Кристин Куинн планировала дождаться приезда Говарда Джеффри, чтобы лично сообщить ему о своей беременности Ребекке Квентин. Но поскольку Говард Джеффри никак не хотел приезжать, Ребекка Квентин упорно отказывалась ему звонить, что в итоге вызвало у Кристин Куинн беспокойство… Сегодня в полдень, несмотря на отговоры Ребекки Квентин, Кристин Куинн настояла на звонке Говарду Джеффри. К сожалению, телефон Говарда Джеффри всегда был недоступен… Кристин Куинн, движимая от природы нетерпением, в ярости позвонила секретарю Говарда Джеффри, чтобы напрямую узнать о его местонахождении. Лиза Сесили, секретарь Говарда Джеффри, естественно, не могла раскрыть местонахождение своего босса, но настойчивые вопросы Кристин Куинн в сочетании с угрозой, что Ребекка Квентин — жена будущего босса, не оставили Лизе Сесили выбора, кроме как сообщить: генеральный директор только что сел на самолет до города Т! Услышав это от Лизы Сесили, гнев Кристин Куинн наконец утих, и ей не терпелось поделиться этой радостной новостью с Ребеккой Квентин… ---------- Глава 364-194: Встреча с ним вот так_2 Зная, что он приедет в Т-Сити, Бекка, несмотря на волнение перед встречей с ним, все еще полна предвкушения. На следующий день, поскольку она не могла уснуть, Бекка встала рано, и по совпадению Эндрю тоже не спал, поэтому она играла с ним в гостиной рано утром. После того как Кристин встала, она увидела, как Бекка подшучивает над Эндрю в гостиной, и не смогла сдержать смех: «Похоже, кто-то был взволнован всю ночь, поэтому, даже встав так рано, она все еще такая энергичная». Бекка неловко нахмурилась: "Сестра…" Кристин игриво села рядом с Беккой, делая вид, что говорит серьезно: «Дай-ка я посчитаю, когда я вчера звонила секретарю Сесили, Говард только что сел в самолет, так что технически он уже должен быть в Т-Сити. Почему его до сих пор нет? Это действительно заставляет меня ждать!» Бекке хотелось провалиться сквозь землю, она покраснела и пробормотала: «Ты только и делаешь, что смеешься надо мной!» Кристин рассмеялась и сказала: «Хорошо, я знаю, что ты обидчивая, я больше не буду тебя дразнить… Я подержу Эндрю, а ты иди и красиво оденься!» Бекка была ошеломлена: "Нарядиться?" Кристин, не дожидаясь ответа, обняла Эндрю и, увидев недоуменное выражение лица Бекки, тоже растерялась: «Эй, Говард приедет позже, ты же не собираешься встречать его в таком виде?» Как вы одеты? Бекка посмотрела на себя в зеркало. Зеленый весенний вязаный свитер в сочетании с повседневными хлопковыми брюками — просто и ничем особенным. Бекка подняла глаза на Кристин: «Что не так с тем, что на мне надето?» Кристин закатила глаза: «Боже мой, мужчинам нравится видеть своих женщин красивыми, а в таком наряде даже самые прекрасные красавицы будут выглядеть менее привлекательно». Бекка смущенно посмотрела на меня: «Я уже мама; нет нужды в такой суете». «Ну же, ты слишком равнодушна! Разве ты не хочешь его привлечь?» "…" «Я даже планировала сегодня вечером позаботиться об Эндрю за вас двоих, чтобы вы могли провести время вместе… при таком раскладе у Говарда, возможно, даже не возникнет желания оставаться с вами наедине!» Поняв, что имела в виду Кристин, лицо Бекки покраснело: «Я и не думала о том, что останусь одна…» «Даже если бы ты этого не знал, Говард бы всё равно…» Бекка покраснела еще сильнее: «Я больше не буду с тобой разговаривать. Хорошо, если ты хочешь, чтобы я переоделась, я переоденусь!» — сказала она, смущенно поднимаясь. Кристин с удовлетворением наблюдала, как Бекка вошла в комнату, не забыв напомнить ей: «Просто переоденься в то белое платье, которое ты носила раньше. Погода не слишком холодная, просто надень сверху вязаный кардиган, когда будешь выходить на улицу!» Переодевшись в белое платье, предложенное Кристин, Бекка твердо встала перед зеркалом, рассматривая себя. Действительно, люди полагаются на одежду; достаточно было просто переодеться в элегантное платье, и её аура полностью преобразилась. Прошло много времени с тех пор, как она так наряжалась. После рождения ребенка она серьезно наряжалась лишь однажды — на свадьбу Изабеллы Джоанны, а в остальное время предпочитала более повседневный стиль… На самом деле, раньше она обожала быть красивой; в семнадцать или восемнадцать лет у нее дома было бесконечное множество дизайнерских платьев, но в какой-то момент ей стало все равно, считают ли ее кто-то красивой, потому что она перестала предъявлять к миру какие-либо требования и никогда не задумывалась о том, чтобы кого-то привлечь… Однако сегодня особый день… хотя сейчас нельзя подтвердить, действительно ли он особенный, но если это так, то такой наряд кажется более уместным! Динь-дон, динь-дон… Звук дверного звонка резко прервал мысли Бекки, отчего ее сердце замерло в груди. Тут же раздался голос Кристин: «Иду…» Находясь в комнате, Бекка услышала, как Кристин собирается открыть дверь. Сердце Бекки бешено колотилось, напоминая сердце влюбленного молодого оленя, и она медленно подошла к двери, которую открыла Кристин. "Говард, я считаю, ты слишком медлительный…" Открыв дверь, Кристин собиралась что-то сказать, но ее резко прервал недовольный голос: «Кто вы?» Молодой человек в униформе продавца, держа в руках молоко и стоя перед неприветливой красавицей, беспомощно произнес: «Мисс, я доставляю молоко…» «Зачем поставлять товар именно сейчас!» «…» Молодой человек потерял дар речи, лишь вздохнув, что работать в наше время действительно тяжело. Бекка вышла из комнаты, взяла молоко у подростка и вежливо сказала: «Спасибо». Молодой человек быстро ушел. Бекка поставила молоко в столовую и сказала: «Я подогрею молоко; Мари скоро проснется». Кристин подошла к Бекке, держа Эндрю на руках, и посетовала: «Знаешь, Говард — тот ещё тип; от аэропорта досюда совсем недалеко. Он отдыхает в отеле? Но этого не может быть. Он по тебе скучает?» Бекка не ответила на этот вопрос, лишь поставила молоко в микроволновку, чтобы подогреть его. Кристин заметила, что настроение Бекки немного омрачилось, поняла, что та сказала немного опрометчиво, и быстро с улыбкой заметила: «Можете винить меня за излишнюю тревогу… Задержки рейсов из-за плохой погоды — это нормально, особенно сейчас, когда еще раннее утро». Понимая, что Кристин пытается её утешить, Бекка мягко улыбнулась: «Сестрёнка, не волнуйся обо мне, просто оставь всё как есть!» «Мм, я верю в Говарда». Никто не ожидал, что всё утро пройдёт без появления Говарда. День, который должен был стать чудесным, по необъяснимым причинам приобрел унылый оттенок, и часть ожиданий пропала. Днём, пока Эндрю спал, Бекка тихо сидела на диване и читала журнал о воспитании детей, а Кристин расхаживала по гостиной, скрестив руки. Внезапно Кристин плюхнулась рядом с Беккой и сердито сказала: «Говард вообще перегибает палку, прошло целое утро, а он до сих пор не пришел, что он имеет в виду, когда говорит, что тратит время впустую?» Бекка ничего не ответила, по-прежнему сосредоточившись на журнале для родителей. Кристин резко выхватила у Бекки из рук журнал о воспитании детей и серьезно сказала: «Нет, ты не можешь больше ждать, позвони ему!» «Сестра, забудь об этом… Я не хочу ему звонить, если он действительно захочет прийти, я подожду; если нет, то пусть будет так». Бекка тихо вздохнула. Кристин недовольно нахмурилась: «Если он всё-таки придёт, я ему всё выскажу!» Услышав это, Бекка встала: «Я пойду проверю, как там Эндрю!» Кристин быстро схватила Бекку за руку, успокаивая ее: «Я уверена, что он был чем-то занят, давай подождем еще немного!» Не желая волноваться, Бекка спокойно улыбнулась: «Хорошо». ---------- Глава 365-195: Он уже прибыл (1) Ребекка Квентин только вошла в комнату, когда услышала, как зазвонил ее телефон. Этот звонок заставил ее сердце затрепетать так же сильно, как и звонок в дверь ранее… Увидев незнакомый номер на экране телефона, Ребекка Квентин с некоторой опаской нажала кнопку ответа: «Здравствуйте…» Из телефона доносился не голос того человека, а мягкий голос пожилой женщины: «Здравствуйте, мисс Квентин, я доктор Джессика Хенли из больницы XX». «Здравствуйте, могу я чем-нибудь помочь?» — спросил доктор Хенли, который проводил ей УЗИ пару дней назад. «Дело в том, что сегодня я случайно услышал, как доктор Робинсон упомянул о вашем состоянии здоровья, и вдруг вспомнил, что не провел более тщательного осмотра, когда помогал вам с УЗИ несколько дней назад… Поэтому я хотел бы, чтобы вы снова пришли в больницу сегодня днем, перед моим отъездом на конференцию. Я проведу вам еще один осмотр, чтобы лучше понять ваше состояние здоровья и предотвратить любые проблемы со здоровьем ребенка». «Хорошо, доктор Хенли, я приеду сегодня днем». «Хорошо, до свидания». Когда Ребекка Квентин закончила разговор, уже раздался любопытный голос Кристин Куинн: «Кто вам звонил?» Ребекка Квентин обернулась и увидела, как в комнату вошла Кристин Куинн, и ответила: «Врач из больницы XX хочет, чтобы я сегодня днем ​​​​пришла на осмотр». «С ребёнком что-то не так?» Ребекка Квентин покачала головой: «Нет, она едет на конференцию в другой город и беспокоится, что не до конца понимает мое состояние здоровья, поэтому хочет, чтобы я прошла подробное обследование, потому что у меня всегда были проблемы со здоровьем». «С учетом ваших проблем со здоровьем вам определенно нужно быть осторожным». "Хм." Положив телефон обратно на стол, Ребекка Квентин сказала: «Сестра, я пойду готовиться к поездке в больницу. Мне нужно, чтобы ты присмотрела за Эндрю сегодня днем». «Я пойду с тобой!» «Нет, везти Эндрю в больницу не стоит. Тебе лучше остаться дома и присмотреть за двумя детьми!» «Хорошо, будь осторожен, позвони мне, если что-нибудь случится». "Хорошо." После осмотра Ребекка Квентин уже собиралась покинуть больницу, когда по случайному стечению обстоятельств столкнулась с Честером Робинсоном. Вспомнив, что в прошлый раз Честер Робинсон подвёз её домой, Ребекка Квентин поприветствовала его в коридоре: «Доктор Робинсон». Честер Робинсон уже собирался вернуться в свой кабинет, но остановился, увидев Ребекку Квентин, и вежливо спросил: «Почему вы снова в больнице?» Ребекка Квентин ответила: «Доктор Хенли не знала о моем состоянии здоровья, поэтому она попросила меня прийти на осмотр». Честер Робинсон вдруг осознал: «Возможно, это потому, что я случайно упомянул вас во время нашего разговора сегодня утром». "Ха-ха." Затем Честер Робинсон спросил: «Как прошел осмотр? Каковы были результаты?» «Ничего серьезного, как и в прошлый раз. Мне нужно продолжать принимать лекарства для поддержания беременности и восполнять недостаток питательных веществ». "Хм, главное, чтобы не было проблем." «Я ухожу, доктор Робинсон. Давай как-нибудь поужинаем вместе». Честер Робинсон внезапно нахмурился: «Вы собираетесь вернуться на такси?» Ребекка Квентин кивнула: «Да!» "На улице дождь, понимаешь?" "Что? Идет дождь?" Казалось, когда она приехала, погода была прекрасная! Честер Робинсон тихо сказал: «Вам повезло, я как раз заканчиваю смену, позвольте мне вас подвезти!» Глаза Ребекки Квентин загорелись: «Если это не составит труда, я буду очень признательна. Вызывать такси под дождем – это действительно неудобно!» Честер Робинсон сказал: «Подождите минутку, я пойду переоденусь». "Хорошо." На обратном пути Ребекка Квентин сидела в машине Честера Робинсона и молча наблюдала, как дождь стучит по окнам. Честер Робинсон взглянул в зеркало заднего вида и вдруг сказал: «Ты сегодня выглядишь великолепно». Белое платье, элегантно уложенные волосы и серьги, излучающие фиолетовое свечение… сегодня она выглядела совсем иначе. Казалось, каждый раз, когда он ее видел, она казалась еще красивее. В тихой машине Ребекка Квентин была ошеломлена внезапным комплиментом Честера Робинсона. Она повернула голову, чтобы посмотреть на стоявшего рядом с ней Честера Робинсона, и неловко ответила: «Спасибо». «Вы сегодня с кем-то встречаетесь?» — небрежно спросил Честер Робинсон. "Э-э, вроде того!" Честер Робинсон смотрел прямо перед собой и больше ничего не спрашивал. Ребекка Квентин снова выглянула в окно, на мир, размытый дождем… Постепенно она отвлеклась, невольно думая о человеке, которого ждала весь день. Неужели он действительно придет ее искать, как говорила ее сестра? Но почему ее сердце чувствовало одиночество, словно ни одна часть ее души не верила, что он придет? ---------- Главы 366–195: Он уже здесь (Часть 1) Судя по времени, он должен был быть здесь давным-давно, если только он… Но, возможно, как и сказала моя сестра, его что-то задержало! Придя в себя, Бекка приказала себе не слишком много думать. Однако, когда она уже собиралась повернуть голову и начать разговор с Честером, ее взгляд внезапно остановился на сцене за окном. Несмотря на размытую завесу дождя, она сразу его увидела… У входа в пятизвездочный отель через дорогу выходила группа хорошо одетых людей, и среди них был Говард Джеффри, а рядом с ним — его подчиненный Ройе. Даже в этот мрачный дождливый день он выделялся своей высокой и привлекательной фигурой. Вероятно, он, как обычно, обсуждал дела, был одет в костюм и галстук, с легкой улыбкой на лице, разговаривая с людьми рядом с ним. Автомобиль быстро проехал мимо этого места… Бекка на несколько секунд замерла в оцепенении; внезапно она слегка откинулась назад на спинку стула. Вернувшись домой, Бекка не проявляла никаких признаков чего-либо необычного. Кристин Куинн не знала, что Честер отправил Бекку домой, поэтому ничего у Бекки не спросила. Заметив, что Бекка не промокла под дождем, она почувствовала облегчение. Пока Кристин Куинн готовила ужин, Бекка лежала одна на кровати. Ее мысли были сумбурными и беспорядочными, она ничего не могла понять. Она чувствовала себя неспокойно, но утешала себя мыслью, что, возможно, он хотел сначала закончить свою работу, прежде чем прийти… За ужином, почувствовав, что у Бекки плохое настроение, Кристин Куинн не осмелилась упомянуть Говарда Джеффри в присутствии Бекки. Она молча решила позвонить ему позже вечером, чтобы узнать, что случилось, но неожиданно Мэрилин Куинн вдруг сказала во время еды: «Мамочка, тётя, почему дядя Джеффри ещё не пришёл?» Из-за слов Мэрилин Куинн воздух вокруг них словно мгновенно замер, и Кристин Куинн ахнула, упрекнув: «Мари, разве мама не учила тебя не разговаривать во время еды?» «Сестра, всё в порядке». "Бекка…" «Со мной всё в порядке», — успокаивала Бекка Кристин Куинн. — «Может, он просто очень занят работой!» Кристин Куинн раздраженно сказала: «Я позвоню ему сегодня вечером и спрошу». Бекка тут же покачала головой: «Не нужно, если он приедет, то обязательно приедет завтра». "Но…" «Давай поговорим об этом завтра!» — сказала Бекка, а затем опустила голову, чтобы продолжить есть. Из уважения к решению Бекки Кристин Куинн сдержала свой гнев и не позвонила Говарду Джеффри, но на следующий день, когда Кристин Куинн увидела новости по телевизору, она чуть не взорвалась от ярости. Оказалось, что в новостях по телевидению сообщили, что Говард Джеффри приехал в Т-Сити для деловых переговоров, и пробыл там всего один день, после чего уехал обратно в Нью-Йорк… Кристин Куинн была очень рассержена, совершенно неожиданно, что Говард Джеффри приехал в Т-Сити, но не пришел повидаться с Беккой. Увидев новости, Бекка замерла на диване и долгое время была погружена в свои мысли. Кристин Куинн больше не могла сдерживаться, и, несмотря на мнение Бекки, немедленно позвонила Говарду Джеффри. Но, вероятно, потому что Говард Джеффри летел обратно в Нью-Йорк, до его телефона не могли дозвониться… Кристин Куинн звонила и звонила, пока наконец вечером не дозвонилась до Говарда Джеффри… В тот момент Бекка держала Эндрю на руках, играющего на кровати, и услышала в коридоре гневный голос Кристин Куинн… «Говард Джеффри, ты перегибаешь палку, не так ли? Приезжаешь в Т-Сити и не видишь Бекку, что ты имеешь в виду? Ты что, не собираешься быть с Беккой? Поверь мне, если ты будешь так издеваться над Беккой, я тебе этого не позволю». Говард Джеффри что-то сказал по телефону, и гнев Кристин Куинн усилился, ее ругательства заполнили весь номер: «Говард Джеффри, я жалею, что помогла тебе, ты, мерзавец, сжигающий мосты! Ты не хочешь помириться с Беккой, так что ладно, но ты должен хотя бы взять на себя ответственность за ребенка, которого она носит, верно?» Чувствуете себя огорченными, друзья? В следующей главе главные герои, мужчина и женщина, встретятся! "Сволочь!!" Перед завершением разговора Кристин Куинн не забыла еще раз выругаться. Бекка медленно поднялась и пристально посмотрела на Кристин Куинн. Почувствовав пристальный взгляд, Кристин Куинн обернулась и посмотрела на Бекку, лицо которой побледнело, она на мгновение растерялась, рот был слегка приоткрыт, она не знала, что сказать. Бекка сделала шаг и медленно подошла к Кристин Куинн. Хотя в ее глазах уже горел тусклый и мрачный свет, выражение ее лица оставалось спокойным: «Сестра, что он тебе сказал по телефону?» "Он сказал… э-э…" Кристин Куинн вдруг замялась. Почувствовав беспокойство Кристин Куинн, Бекка сохранила спокойствие: «Скажи мне, что со мной все в порядке!» "Бекка…" В глазах Кристин Куинн читалась тревога, она колебалась. «Сестра, если нам предстоит столкнуться с чем-то, рано или поздно нам придётся это сделать. Не волнуйся, я справлюсь». Бекка бросила на Кристин Куинн стойкий взгляд. В этот момент Кристин Куинн нежно обняла Бекку за плечи и тихо, с чувством смирения, сказала: «Бекка, Говард Джеффри сказал по телефону… сказал… сказал, что отплатит мне за помощь, но что касается тебя и его, он сказал, что всё кончено…» Все кончено? Эти три слова тяжело, словно свинец, давили на сердце Бекки. Внезапно горечь, боль, дискомфорт… все эмоции превратились в муравьев, грызущих ее сердце. Глаза у нее и так сильно щипало, но она держала их широко открытыми, не позволяя слезам наполнить их. Внезапно Бекка рассмеялась: «Сестра, вообще-то я видела его вчера…» "А?" Кристин Куинн удивленно расширила глаза. Брови и глаза Бекки по-прежнему сияли беззаботной улыбкой, словно ничего не случилось: «Он был в отеле, обсуждал дела… Думаю, он приехал в Т-Сити только по делам!» "Бекка…" Хотя Бекка казалась эмоционально невозмутимой, Кристин Куинн глубоко чувствовала подавленность, которую она испытывала в этот момент. В этот момент Бекка глубоко вздохнула, улыбка на ее лице наконец-то выдала нотку грусти, и она тихо сказала: «Вообще-то, ничего страшного, что он не пришел, мы все равно не подходили друг другу». Сказав это, Бекка не выдержала боли в сердце и опустила взгляд. «Нет, я не позволю Говарду Джеффри так издеваться над тобой, я прямо сейчас поеду в Нью-Йорк, я должна во всем разобраться!» Кристин Куинн, убитая горем из-за Бекки, больше не могла сдерживаться и повернулась, чтобы уйти. Бекка быстро схватила Кристин Куинн за руку: «Сестра, не надо…» ---------- Глава 367-196: Он уже здесь 2 Кристин Куинн оттолкнула Ребекку Квентин в сторону и сердито закричала: «Ублюдок, это уже слишком!» Наблюдая, как Кристин Куинн несется к двери, Ребекка Квентин не остановила ее и, задыхаясь, выпалила: «Сестра, какое достоинство у меня останется перед ним, если ты так поступишь?» Слова Ребекки Квентин заставили Кристин Куинн напрячься всем телом, мгновенно застыв на месте. "Бекка…" Кристин Куинн обернулась, в ее голосе звучала безграничная нежность. Ребекка Квентин опустила глаза и сильно прикусила губы. Почувствовав, что боль в губах притупила боль в сердце, она тихо произнесла: «Сестра, пообещай мне, что больше не будешь звонить ему по поводу моих проблем, давай просто положим конец нашим отношениям!» "Но…" Ребекка Квентин покачала головой: «Больше ничего не говори, сестрёнка… Я устала, хочу вернуться в номер и немного отдохнуть, позвони мне в полдень». Понимая, что ей нужно время на размышление в тишине, Кристин Куинн не стала ее останавливать и лишь слегка кивнула. Затем Ребекка Квентин повернулась и вошла в комнату. Закрыв дверь, Ребекка Квентин бесстрастно села на край кровати. Увидев крепко спящего в кроватке Эндрю, Ребекка Квентин изо всех сил пыталась сдержать слезы, которые, наконец, неудержимо потекли по ее щекам. Однако она не рыдала, а лишь продолжала вытирать локтями постоянно льющиеся слезы, изо всех сил стараясь подавить рыдания, сдавливающие горло. Внезапно она глупо улыбнулась, выражение ее лица казалось насмешливым. Всё кончено, ха-ха, наконец-то всё кончено… Раньше она действительно надеялась. Если бы он знал, он бы наверняка над ней посмеялся! По сути, если бы не инцидент с «М», у неё не было бы никаких надежд; в Нью-Йорке всё уже было чётко оговорено между ними. Она до сих пор помнит, как он спросил, пересмотрит ли она свои отношения, если не будет проблем с её отцом или Элис Робинсон, и она решительно ответила, что это невозможно… На самом деле, её ответ не был импульсивным, продиктованным злобой в тот момент; это был хорошо продуманный ответ с самого начала… Она была связана с ним узами брака столько лет, кружилась на каждом шагу, спотыкаясь на каждом шагу, пока, в конце концов, проблемы, стоявшие между ними, не только не усугубились, и она очень устала, по-настоящему устала… В дни разлуки она тоже все обдумывала; за все эти годы, проведенные с ним, когда они, казалось, были совершенно едины духом, это казалось несуществующим… Он всегда приближался к ней со своими намерениями, и она никогда не знала, когда он честен, а когда лжет. Такие отношения, которые по сути нельзя назвать отношениями, давно должны были закончиться, но она была нерешительной… Даже сейчас часто наивна, как маленькая девочка. Если спокойно всё обдумать сейчас, то, на самом деле, его отсутствие — это даже лучше… Если он не приедет, ей не придётся беспокоиться ни о прошлых проблемах, ни о том, как ладить с его матерью в будущем, ни о том, испытывал ли он к ней когда-либо настоящие чувства… потому что все эти переживания станут совершенно бессмысленными. Раз уж он решил, что «все кончено», пусть все закончится окончательно, пусть у нее не останется причин цепляться за эту связь хоть сколько-нибудь серьезно… Думая об этом, Ребекка Квентин медленно закрыла свои усталые глаза, наконец отпустив тяжелое прошлое, тяготившее ее до глубины души… Несмотря на то, что вчера у Ребекки Квентин не было выявлено никаких отклонений, Кристин Куинн всё равно рано утром следующего дня открыла дверь её комнаты, очень опасаясь, что с ней могло что-то случиться. Открыв дверь и не увидев Ребекку Квентин, Кристин Куинн вздрогнула и тут же громко воскликнула: «Бекка, Бекка…» Ребекка Квентин вышла из-за шкафа и спросила: «Сестра, что случилось?» Увидев наконец Ребекку Квентин, Кристин Куинн тут же обняла её: «Ты меня напугала, я думала, ты куда-то ушла рано утром», — сказала Кристин Куинн, всё ещё испытывая сильный страх. Ребекка Квентин вырвалась из объятий Кристин Куинн, улыбнувшись: «Что ты делаешь? Я просто искала одежду возле шкафа. Сегодня хорошая погода, я хочу переодеться во что-нибудь полегче…» «Бекка, ты правда в порядке?» Ребекка Квентин взяла Кристин Куинн под руку и торжественно кивнула: «Клянусь, со мной все в порядке, не волнуйтесь обо мне. Вы забыли, что у меня теперь ребенок, мне не по душе всякие взлеты и падения, и грустить не о чем. Наш с ним брак — это лучшее, что может быть…» "Хорошо…" Ребекка Квентин вытолкнула Кристин Куинн из комнаты: «Иди разбуди Мари. Я уже купила завтрак; он остынет, если она не встанет и не поест…» ---------- Глава 368-196: Он уже здесь 2_2 "Эм-м-м…" "Вперед, продолжать!" Мэрилин Куинн не любила задерживаться в постели и быстро села за обеденный стол. На завтрак Ребекка Квентин съела горячее молоко и тосты с беконом, которые она купила утром. Мэрилин Куинн наслаждалась тостом, но не сделала ни глотка молока. Ребекка Квентин невольно мягко спросила: «Мари, почему ты не пьешь молоко?» «Тетя, я не люблю молоко!» «Но ведь молоко питательно!» Мэрилин Куинн выглядела очень растерянной, она смотрела на молоко, но ей было трудно его проглотить. Кристин Куинн всегда была строга со своей дочерью, она нахмурилась, недовольная: «Мари, мама сказала тебе, что ты должна пить молоко каждое утро и перед сном, ты опять ослушалась?» Мэрилин Куинн опустила голову и тихо пробормотала: «Но папа сказал, что если я не хочу пить, то могу и не пить!» Ребекка Квентин сделала паузу и сказала: «Э-э…» Кристин Куинн тут же нахмурила брови и сердито сказала: «Бекка, понимаешь, он присматривал за Мари всего несколько дней, а у неё уже появилась такая дурная привычка. Неудивительно, что он ей нравится, он хороший парень, а мне приходится быть плохой, люди не понимают, как тяжело воспитывать ребёнка!» Затем Ребекка Квентин сделала вид, что говорит совершенно серьезно, и сказала Мэрилин Куинн: «Мари, посмотри, как расстроена мама. Если ты не будешь пить молоко, она позвонит папе и пожалуется!» Мари была от природы послушной, и, услышав, что её мать расстроена, она тут же выбрала её, а не отца, извинившись: «Мамочка, не сердись, это вина Мари, я выпью». Увидев, как Мэрилин Куинн жадно пьет молоко, Кристин Куинн наконец смягчилась. Ребекка Квентин улыбнулась и успокоила Кристин: «Сестра, я думаю, мистер Джонс просто проявляет заботу о Мари, ты же знаешь, какой отец не балует своего ребенка!» «Хорошо, я не буду с ним спорить, в конце концов, он все равно не проводит с ней много времени», — с необычайной великодушием сказала Кристин Куинн. Ребекка Квентин слегка улыбнулась: «Да, не беспокойтесь об этом». Дин-дон… Резкий звонок в дверь внезапно прервал относительно приятный завтрак для всех троих. Мэрилин Куинн послушно сказала: «Мамочка, я открою дверь…» Кристин Куинн кивнула: «Хм». Мэрилин Куинн, подпрыгивая, направилась к двери. Кристин Куинн вдруг вспомнила о том, что хотела обсудить с Ребеккой Квентин, и вдруг начала говорить: «Бекка, я хочу…» "Дядя Джеффри!!" Никто не ожидал радостного возгласа от Мэрилин Куинн. Тело Ребекки Квентин заметно задрожало, и чашка молока, стоявшая у нее в руке, тяжело упала на стол. Кристин Куинн тут же посмотрела в сторону двери, и, конечно же, Говард Джеффри уже держал на руках Мэрилин Куинн. Мэрилин Куинн, обнимая Говарда Джеффри, обняла его за шею и надула губы: «Дядя Джеффри, почему ты так опоздал? Тётя тебя так долго ждёт!» Выражение лица Ребекки Квентин мгновенно изменилось. В этот момент Кристин Куинн встала, подошла к Говарду Джеффри и раздраженно спросила: «А что вы здесь делаете?» Мэрилин Куинн была поражена серьезным видом Кристин Куинн и медленно сползла с объятий Говарда Джеффри, сжимая в руках принесенный им подарок и обнимая Кристин Куинн так, словно та совершила ошибку: «Мамочка…» Взгляд Говарда Джеффри уже был прикован к Ребекке Квентин за обеденным столом, но поскольку она стояла к нему спиной, он не мог разглядеть выражение ее лица. Отведя взгляд от Ребекки Квентин, Говард Джеффри посмотрел на неприветливую Кристин Куинн и спокойно сказал: «Мне нужно поговорить с Беккой». Кристин Куинн в ярости воскликнула: «О чём говорить? Разве вы уже не говорили об этом по телефону?» "Сестра—" Ребекка Квентин внезапно окликнула Кристин Куинн. Кристин Куинн повернулась и посмотрела на Ребекку Квентин: "Хм?" Ребекка Квентин без колебаний встала из-за обеденного стола, подошла к Кристин Куинн и тихо сказала: «Не будь такой». Кристин Куинн глубоко вздохнула, чтобы подавить гнев, который был у нее в груди, внезапно схватила Мэрилин Куинн за руку, вошла в комнату, достала рюкзак Мэрилин и холодно обратилась к Говарду Джеффри: «Я забираю Мари в школу, тебе лучше вежливо поговорить с Беккой и не издеваться над ней!» Кристин Куинн дала такой совет в надежде, что Говард Джеффри передумает, потому что, как бы она ни злилась на него, он все равно оставался для Ребекки Квентин самым важным человеком. Говард Джеффри не ответил. Кристин Куинн легонько похлопала Ребекку Квентин по плечу, а затем вышла из номера. В одно мгновение казалось, что в мире остались только Говард Джеффри и Ребекка Квентин… Темные глаза Говарда Джеффри были прикованы к Ребекке Квентин. Ребекка Квентин опустила голову, не глядя на Говарда Джеффри, и тихо произнесла: «Разве мы не договорились не видеться?» Глубоким хриплым голосом Говард Джеффри произнес: «Я пришел повидаться с Эндрю». Ребекка Квентин тихо ответила: «Он проснулся рано, чтобы немного поиграть, сейчас спит». "Можно мне зайти и увидеть его?" "Мм." Затем Говард Джеффри направился к комнате. Лишь когда Ребекка Квентин увидела, как Говард Джеффри шагнул вперед, она подняла глаза, чтобы посмотреть на его высокую фигуру, почувствовав, как ком подступает к горлу, и слегка прикусила губу. Войдя в комнату, Говард Джеффри подошел к кроватке и долго смотрел на сладко спящего Эндрю. Ребекка Квентин стояла в дверях, молча наблюдая за ним. В этот момент Говард Джеффри склонил голову и нежно поцеловал спящие румяные, нежные щеки Эндрю, демонстрируя редкое проявление нежной отцовской любви на своем красивом лице. Ребекка Квентин, наблюдая за этой сценой, вцепилась рукой в ​​дверной косяк, чувствуя странную горечь в сердце. Говард Джеффри внезапно посмотрел на Ребекку Квентин и тихо спросил: «С ним все в порядке в это время?» Ребекка Квентин тихо ответила: «Мм». Она не хотела говорить ему, что во время ее пребывания в Т-Сити Эндрю был более беспокойным, чем когда они были в Нью-Йорке. Он часто капризничал, особенно по ночам. На самом деле, Эндрю тоже часто капризничал по ночам, но в Нью-Йорке чутко спящий Говард Джеффри всегда вставал, чтобы подержать Эндрю на руках… Она часто видела сонными глазами, как он нежно успокаивал Эндрю, расхаживающего по комнате… Возможно, из-за жалости к отцу, Эндрю позже редко плакал по ночам, но в первую ночь в городе Т он плакал всю ночь, а в тот день она чуть не расплакалась. Однако она не стала бы рассказывать ему об этом, никогда бы не стала об этом говорить… Говард Джеффри подошел к Ребекке Квентин, посмотрел на нее и тепло сказал: «Вы хорошо о нем заботились, он заметно подрос за этот месяц». Ростом Ребекка Квентин доставала Говарду Джеффри только до плеча, поэтому она не могла разглядеть его лица и слегка наклонила голову, чтобы встретиться взглядом с глубокими черными глазами Говарда Джеффри, и медленно произнесла: «Если вы хотите его увидеть, я могу прислать вам фотографии Эндрю по электронной почте в будущем, вам не нужно приезжать лично». Вглядываясь в него, она видела усталость на его красивом лице — он только что сошел с трапа самолета, не отдохнув; она и не подозревала, что, когда она тосковала по нему, он не приходил, но теперь, когда она решила разорвать с ним отношения, он снова появился в ее мире. ---------- Глава 369-197: Примирение Темные глаза Говарда Джеффри слегка прищурились, он лукаво посмотрел на нее, его тонкие губы безразлично произнесли: «Встреча с Эндрю — не главная цель моего приезда сюда». Слова Говарда Джеффри заставили сердце Ребекки Квентин внезапно затрепетать. Словно внезапно что-то осознав, она мгновенно побледнела и резко опустила глаза. Наблюдая за реакцией Ребекки Квентин, Говард Джеффри пристально посмотрел ей в глаза, его голос стал тише и хриплее, чем прежде: «Почему я всегда узнаю о рождении ребенка последним?» Ребекка Квентин ничего не сказала, крепко сжимая одежду руками и скрывая за опущенными веками чувство беспомощности. «Вы постоянно слышите подобные новости от других, неужели вы совсем мне не доверяете?» "Я…" Говард Джеффри ждал, его темные глаза, в которых мелькнула некая теплота, смотрели на нее сверху вниз, с большим усилием сдерживая бурные эмоции. "Разве мне нужно тебе это говорить?" Не желая показывать слабость перед ним, Ребекка Квентин с трудом сглотнула и холодно выплюнула. Казалось, Говарда Джеффри сильно ударили, его щеки мгновенно побледнели: «Черт возьми, я же отец ребенка, ты не имеешь права это от меня скрывать!!» На него накричали, глаза Ребекки Квентин начали неконтролируемо краснеть, в груди захлестнула волна горечи, и она обиженно ответила: «Теперь ты знаешь, что ты собираешься делать? Избавиться от ребенка или оставить его себе? Я жду, когда ты мне скажешь». Увидев печаль, скрывающуюся за ее гордостью, он долго молчал, а затем медленно произнес: «Ты уверена, что сможешь выдержать мой ответ?» Зрачки Ребекки Квентин мгновенно сузились. Боль в ее ясных глазах породила ненависть, она пристально смотрела на него, словно пытаясь ясно его разглядеть, и неоднократно качала головой. Слезы уже навернулись ей на глаза, но она не была настолько слаба, чтобы плакать перед ним; она крепко прикусила губы, ничего не говоря, медленно отступая. Он внезапно схватил ее, не позволяя ей отступить. Она больше не могла себя контролировать, яростно оттолкнула его: «Убирайся, тебе здесь больше не рады, уходи, уходи!!» Она не вынесла его ответа, она была не настолько сильна… Но он не имел права смеяться над ней! Говард Джеффри отступил на два шага, чтобы не причинить вреда Ребекке Квентин, но, увидев, что она собирается сердито уйти, он внезапно обнял её и, пристально глядя на неё, как дикий леопард, спросил: «Разве ты не хочешь услышать мой ответ?» «Я не хочу слышать, я не хочу слышать…» — Ребекка Квентин отчаянно, хрипло вырываясь, прорычала: «Если ты собираешься покончить с этим, просто покончи, не нужно специально ехать, чтобы сказать мне об этом, я не настолько низка, чтобы использовать ребенка, чтобы связать нас…» Пока она говорила, слезы наконец неудержимо хлынули из глаз Ребекки Квентин. «А что, если я захочу использовать ребенка, чтобы связать тебя?» — Говард Джеффри протянул руку и крепко прижал Ребекку Квентин к своей груди. — «Я всегда думал, как создать для нас неразлучную пару, но никогда не находил достаточно веской причины, чтобы преодолеть препятствия между нами, пока Кристин Куинн не сказала мне, что ты беременна…» Ребекка Квентин была в полном замешательстве, она даже не расслышала смысла слов Говарда Джеффри, она с трудом выдавила из себя: «Да, между нами столько непреодолимых препятствий, так что же вы здесь делаете, просто чтобы посмеяться надо мной?» Ребекка Квентин всячески пыталась вырваться из объятий Говарда Джеффри, но так и не смогла, она сердито отвернула голову, отказываясь так близко смотреть на его красивое лицо. «Разве я не выразился достаточно ясно?» — Говард Джеффри, поправив руку на шее Ребекки Квентин так, чтобы их взгляды встретились, произнес с глубоким волнением. «Что ты хочешь сказать теперь?» — Ребекка Квентин посмотрела на него с ненавистью. — «Всё кончено?» "Бекка…" — тихо позвал Говард Джеффри. — Это наказание небес для меня? Наказание за мою неосторожность, из-за которой я чуть не потерял её? «Умоляю тебя, больше не появляйся передо мной, просто притворись, что ничего не знаешь, я не буду требовать от тебя ответственности…» Щеки Ребекки Квентин были мокрыми от слез, она беспомощно бормотала мольбу. В этот момент нетерпеливый Говард Джеффри, сжав кулаки, резко выпалил: «Ребекка Квентин, ты хочешь, чтобы я сказал это громче, прежде чем ты поймешь, что я имею в виду?» Лицо Ребекки Квентин, поднятое им на руки, было вынуждено принять его нежное выражение. Он посмотрел на неё горящими, полными тревоги глазами и хрипло пробормотал: «Я думал, что, позволив судьбе забрать меня у тебя, я подарю тебе лучшую жизнь, но я понял, что ошибался. Оказывается, судьбу можно изменить благодаря существованию этого ребёнка, и потому что наши жизни уже связаны. Так что, Ребекка Квентин, на этот раз не будет больше боли, ненависти, интриг. Хочу тебе сказать, в будущем я буду любить тебя всем сердцем. Дашь ли ты нам шанс состариться вместе?» ---------- Глава 370-197: Примирение (Часть 2) Ребекка Квентин безучастно смотрела в глубокие, полные нежности темные глаза Говарда Джеффри, потеряв дар речи. Неужели она неправильно его поняла? Почему его слова так сильно отличались от того, что она себе представляла? Он… он только что сказал, что мы состаримся вместе? Не в силах сдержать жжение в носу, Ребекка Квентин снова заплакала, ударив Говарда Джеффри в грудь от обиды. Слезы текли ручьем: «Я больше тебе не поверю, не поверю… Ты никогда по-настоящему не держал меня в своем сердце, я уже убедила себя, что больше не хочу быть с тобой…» Говард Джеффри улыбнулся, позволив Ребекке Квентин излить душу ему на грудь. «Вы думаете, можно просто сказать, что вы не связаны обязательствами, и всё? С двумя детьми никуда не сбежишь». "Ты…" Когда Ребекка Квентин, запинаясь, произнесла несколько слов, Говард Джеффри, не говоря ни слова, обнял ее и крепко прижал к себе. Ребекка Квентин была вынуждена прижаться к его объятиям, все еще сопротивляясь: «Отпусти меня, отпусти…» Говард Джеффри нежно поцеловал заплаканные глаза Ребекки Квентин и хрипло прошептал: «Бекка, я хочу тебя, всю эту жизнь я никогда не предам эти слова!» Глаза Ребекки Квентин расширились от недоверия, по щекам потекли крупные слезы, а ее печальный взгляд выражал полное нежелание Говарда Джеффри прийти. Ребекка Квентин безучастно покачала головой: «Нет, не знаю…» В этот момент Говард Джеффри опустил голову, подавив все сопротивление Ребекки Квентин. "Мм…" Ребекка Квентин замерла, слабо похлопывая его по спине. Из-за беременности он не смел обнимать ее слишком крепко, но даже таких объятий было недостаточно, чтобы компенсировать его тоску и тоску по ней за последние дни… Внезапно он поднял её и осторожно уложил на кровать… Полчаса спустя. Одежда была беспорядочно разбросана по полу. На кровати рука обнаженного мускулистого мужчины обнимала изящный силуэт, и романтическая атмосфера все еще не рассеивалась. Его рука медленно скользнула по ее гладкой, шелковистой спине, нежно целуя Ребекку Квентин, лежащую измученную, с лбом, покрытым тонким слоем пота. Тихим шепотом он извинился: «Прости…» Он был слишком тороплив, не оказав ей достаточной нежности, ему пришлось спешить из-за страха причинить боль их ребенку. Ребекка Квентин подняла кулак и ударила его по крепкой груди, одновременно смущенная и рассерженная: «Ты просто невыносим…» Говард Джеффри перевернулся, прижал непокорные руки Ребекки Квентин к кровати и, слегка зависнув над ее телом, пристально смотрел на ее нежное лицо: «Теперь ты видишь, как сильно я по тебе скучаю?» Его тело испытывало сильное желание… Если бы она не подавила это раньше, она бы сегодня не проснулась в этой постели. Ребекка Квентин отвела покрасневшее лицо в сторону: «Я не хочу слышать, что ты говоришь…» Говард Джеффри опустил голову и целовал ее лицо до тех пор, пока она не выдержала, повернулась к нему лицом и сердито воскликнула: «Я подам на тебя в суд!» Удивлённый её гневными словами, он неторопливо посмотрел на неё, ухмыльнулся и спросил: «За что подать на меня в суд?» «Подайте на вас в суд за применение силы…» Ребекка Квентин не успела договорить, как Говард Джеффри заставил ее замолчать еще одним страстным поцелуем. Ребекка Квентин снова задохнулась от волнения… Когда Говард Джеффри наконец отпустил её, она снова жадно вдохнула воздух: «Ты… ты…» Её грудь тяжело вздымалась от гнева, она не могла произнести ни одного целого предложения. Губы Говарда Джеффри слегка улыбнулись, когда он злобно посмотрел на нее: «Ты действительно подашь на меня в суд?» Ребекка Квентин пыталась вырваться из его хватки, но не могла пошевелиться, и наконец выругалась: "Разбойник!!" "Для тебя я всего лишь мошенник…" "Бесстыжие!!" Улыбка Говарда Джеффри стала шире: «Где же я бесстыжий?» Где? Ее упреки сменились на насмешки, лицо Ребекки Квентин покраснело до ушей: «Мне не хочется с тобой разговаривать… Пригнись!!» «Нет, я хочу услышать голос своей дочери». «Что значит ваша дочь?» — Ребекка Квентин была совершенно сбита с толку. В этот момент Говард Джеффри опустил голову, прижавшись лицом к ее животу, и внимательно прислушался. У Ребекки Квентин перехватило дыхание, в животе невольно сжалось, она резко оттолкнула его голову: «Уходи…» Говард Джеффри поднял указательный палец: «Тсс, со мной разговаривает наша дочь». Тело Ребекки Квентин застыло. Говард Джеффри крепко прижал ухо к ее животу. Ребекка Квентин внезапно замолчала, и в комнате воцарилась тишина. Внезапно Говард Джеффри тихо прошептал: «Я слышу её, я слышу, как наша дочь обвиняет меня…» "Ерунда." «Она винит меня от твоего имени, говорит, что я не остался с ее мамой и старшим братом, и почти отчаялся в ней тоже…» Услышав эти слова Говарда Джеффри, Ребекка Квентин вдруг почувствовала жжение в носу: «Она бы тебя не винила, потому что для такого неподходящего отца она бы все равно не хотела ребенка». «Что?» — Говард Джеффри внезапно оторвал взгляд от живота Ребекки Квентин, его темные глаза слегка прищурились, и он взглянул на Ребекку Квентин. — «Неужели ты меня так видишь?» Ребекка Квентин отвернула голову и сказала: «Хмф». Увидев её сердитое выражение лица, Говард Джеффри снова повернул её к себе, выпрямил её капризное лицо и мягко улыбнулся: «Ты уже начинаешь плохо говорить обо мне перед нашими детьми, как я смогу утвердить свой авторитет перед ними в будущем?» Ребекка Квентин сердито надула щеки: «Кто сказал, что у нас будет будущее?» Внезапно с красивого лица Говарда Джеффри сползла легкая улыбка, и он серьезно произнес: «Я говорю о своем будущем с детьми, а не о нашем будущем…» Лицо Ребекки Квентин покраснело от смущения после слов Говарда Джеффри: «Ты…» Говард Джеффри внезапно разразился смехом. «Ты низкое, бесстыдное, мерзкое существо…» — Ребекка Квентин вспыхнула, пытаясь столкнуть Говарда Джеффри с кровати. Говард Джеффри резко отдернул ее руки и быстро заставил замолчать бормочущую Ребекку Квентин поцелуем, пробормотав: «Я не могу позволить себе расстраивать тебя, поэтому не буду дразнить, хорошо?» "Ублюдок". Ребекка Квентин всё ещё не забывала ругаться. Говард Джеффри поднял голову, посмотрел на ее губы, которые распухли и увлажнились от его поцелуев, и, улыбаясь, посоветовал: «Бекка, говори потише, Эндрю еще спит. Если он проснется, нам придется успокаивать его прямо сейчас». Упомянув Эндрю, Ребекка Квентин вдруг вспомнила, что в комнате находится третий человек… Хотя Эндрю был ещё совсем маленьким, она только что вела себя так на глазах у их ребёнка… О, Боже… Ребекка Квентин указала пальцем ему на грудь: «Говард Джеффри, ты… ты просто невыносим!!» Говард Джеффри, глядя на покрасневшее от смущения лицо Ребекки Квентин, мгновенно понял, что её расстроило, и поцеловал её в щёку, с любовью сказав: «В тот момент кому какое дело до таких вещей? Не волнуйся, он спит, ничего не слышит». Шум от их недавней ссоры не беспокоил Эндрю, да и вообще, сегодня он сдерживал свои желания. ---------- Главы 371-198: Вопреки воле матери, любовь к ней на всю жизнь "Ты…" — Ребекка Квентин в очередной раз потеряла дар речи, услышав слова Говарда Джеффри. Говард Джеффри пристально смотрел на прекрасное лицо Ребекки Квентин, которое она в порыве раздражения показывала, словно ему никогда не было достаточно. Лишь спустя долгое время он хриплым голосом прошептал: «Бекка, скажи мне еще раз: „Ты меня любишь“». Ее взгляд встретился с его. В тот момент, когда их взгляды встретились, она внезапно отбросила свой гнев и не испытывала желания обвинять его. Она чувствовала лишь то, как недавно воздвигнутый барьер ее сердца снова легко разрушается им. Конечно, она все еще злилась на него из-за его слов о «разрыве отношений» и презирала себя за то, что не смогла ожесточить свое сердце перед ним. Она разрывалась между противоречивыми чувствами, понимая, что если останется с ним, между ними возникнет множество проблем. И все же, когда он хотел, чтобы она произнесла эти слова, она внезапно почувствовала себя бессильной… Да, я не в силах ему отказать. Потому что с того самого момента, как он появился сегодня, ее сердце неудержимо тянулось к нему… Она любит его, она всё ещё неравнодушна к нему, она хочет быть с ним… Особенно сейчас, когда она беременна. Она действительно не хочет снова сталкиваться с ситуацией беременности и воспитания ребенка в одиночку, как это было раньше. Она чувствует себя такой беспомощной, такой подавленной, ей очень хочется, чтобы он был рядом с ней… Глаза Ребекки Квентин снова покраснели, голос охрип из-за кома в горле: «То, что ты мне сказал, — это всё правда». «Правдивее жемчуга». В этот момент Ребекка Квентин робко протянула руку. Казалось, она не могла поверить, что все происходящее сейчас реально, а не сон. Медленно она обняла Говарда Джеффри за шею, пробормотав: «Если ты хочешь, чтобы я тебе это сказала, то ты должен рассказать мне от начала до конца о себе и Элис Робинсон». «Я могу выразить это одним предложением». «Тогда скажи это». "Я…" Как раз в тот момент, когда Говард Джеффри собирался заговорить, из зала внезапно раздался шум. «Ах!!» Готовая внимательно выслушать его объяснение, Ребекка Квентин внезапно толкнула Говарда Джеффри и поспешно выпалила: «Моя сестра вернулась, скорее, скорее одевайтесь…» Говард Джеффри не хотел вставать с постели; вместо этого он приподнял одеяло Ребекки Квентин и уткнулся рядом с ней: «Если она видит, значит, видит, это не имеет значения». Это не имеет значения? Ребекка Квентин испепеляющим взглядом посмотрела на Говарда Джеффри, опасаясь, что Кристин Куинн может это услышать. Ей пришлось понизить голос и сказать: «Бесстыдник! Я всё ещё дорожу своим достоинством, поторопись и оденься!» Говард Джеффри нахмурился: «Вы уверены, что я еще смогу встать с постели?» Ребекка Квентин в тревоге оттолкнула стоявшего рядом с ней совершенно спокойного Говарда Джеффри: «Моя сестра переобувается, еще есть время, поторопись!» В этот момент Говард Джеффри неохотно приподнял одеяло и встал с кровати. Ребекка Квентин тут же плотно закуталась в одеяло, даже уткнувшись в него головой от смущения. Говард Джеффри сначала подошел к двери и запер ее, а затем, не торопясь, оделся. И действительно, за дверью комнаты послышался голос Кристин Куинн: «Бекка, Бекка…» Ребекка Квентин, естественно, не осмелилась ответить сестре. Она еще сильнее свернулась калачиком под одеялом. Кристин Куинн, не увидев никакой реакции в комнате, необдуманно повернула дверную ручку… По совершенно случайному совпадению, она увидела, как Говард Джеффри застегивает последнюю пуговицу на своей рубашке. "Бекка…" Кристин Куинн замерла на месте, сдерживая следующее слово от шока. В комнате, казалось, всё ещё царила нерушимая атмосфера близости… На полу валялась женская одежда, принадлежавшая ее младшей сестре, особенно бросались в глаза черные кружевные вещи. Взгляд Кристин Куинн инстинктивно скользнул к кровати, и, как и следовало ожидать, приподнятое одеяло напомнило ей, что кто-то уже слишком стесняется показаться… Кристин Куинн посмотрела на Говарда Джеффри, затем на Ребекку Квентин, все еще чувствуя себя неловко, и спросила: «Бекка, ты спишь?» "Мм." — неловко ответила Ребекка Квентин из-под одеяла. Она не могла не ответить, иначе сестра могла бы подумать, что он над ней издевается… Напряженное тело Кристин Куинн внезапно расслабилось. Она резко отступила в дверной проем, посмотрела на Говарда Джеффри, который уже был полностью одет, и слабо спросила: «Я… я вам мешаю?» Вытянутые черные глаза Говарда Джеффри сузились в линию, тонкие губы слегка охрипли: «Что вы думаете?» «Э-э, я ухожу, я ухожу прямо сейчас… Вы двое, продолжайте, как хотите». С этими словами Кристин Куинн выбежала из комнаты, не забыв плотно закрыть за ними дверь. Услышав, как закрывается дверь, Ребекка Квентин выглянула из-под одеяла и как раз вовремя увидела приближающегося к ней с улыбкой Говарда Джеффри. ---------- Главы 372–198: Противостояние матери, любовь к ней на всю жизнь (Часть 2) В порыве паники Ребекка Квентин, чувствуя себя ужасно стесненной, зарылась под одеяло. Говард Джеффри сел на край кровати, осторожно поправил одеяло и тихим голосом сказал: «Давайте продолжим начатую ранее тему». Ребекка Квентин медленно выглянула из-под одеяла, ее щеки покраснели, когда она посмотрела на Говарда Джеффри, испытывая одновременно смущение и упрек: «Это все твоя вина…» Говард Джеффри усмехнулся: «У нас уже двое детей, так что это вполне естественно». Очаровательное личико Ребекки Квентин покраснело еще сильнее, она, прикусив одеяло, застенчиво сказала: «Я не буду обсуждать с вами эту тему». Говард Джеффри пристально смотрел на ее застенчивую внешность, при этом она все еще лишь слабо улыбалась. Не привыкшая к такому пристальному взгляду Говарда Джеффри, Ребекка Квентин снова уткнулась лицом в одеяло, и лишь ее яркие, ясные глаза молча наблюдали за ним. Неужели это не сон? Говард Джеффри нежно окликнул: «Бекка…» Ребекка Квентин широко раскрыла глаза и равнодушно ответила: "Хм?" «Все эти семь лет единственная женщина, к которой я хотел прикоснуться, — это ты». Неожиданное признание, но при этом глубоко искреннее. Ребекка Квентин чувствовала себя так, словно погружалась в мир сахарной ваты, всё её существо было окутано сладким ощущением. Эта сладость проникала в её сердце, обволакивая раны. Однако ни одно сладкое слово не могло стереть раны, которые он оставил в её сердце. Стеснительность рассеялась, взгляд Ребекки Квентин, устремленный на Говарда Джеффри, слегка помрачнел, а тон ее стал тихим и отстраненным: «Я вам не верю». Говард Джеффри медленно прищурился. Ребекка Квентин, заметив выражение его лица, серьезно спросила: «Вы осмелитесь сказать, что вас совсем не интересует Элис Робинсон?» Говард Джеффри парировал: «Почему вы думаете, что она меня интересует?» «Она молода и красива; это понравится любому мужчине». Говард Джеффри покачал головой с улыбкой: «Если бы я выбирал женщину, основываясь только на этих двух вещах, я бы давно влюбился в тебя». Ребекке Квентин потребовалось мгновение, чтобы отреагировать на слова Говарда Джеффри, и, когда она это сделала, ей стало неловко, щеки снова покраснели: «Вы лжете, я осознаю себя. Я знаю, что не могу сравниться с Алисой». Алиса признана всем миром женщиной, наиболее подходящей ему, естественно, с точки зрения внешности; что касается нее, то, хотя у нее и было некоторое обаяние, она всегда немного уступала Алисе в молодости и красоте. Внезапно Говард Джеффри опустил голову, его прохладное дыхание слегка коснулось ее губ, и он хрипло произнес: «Ты действительно считаешь, что мы не можем сравниться?» Ребекка Квентин надула губы: «Мужчинам изначально нравятся молодые и красивые женщины». Говард Джеффри легонько поцеловал надутые губы Ребекки Квентин: «Но больше всего мне нравится твоя молодость и красота». Не выдержав жара его дыхания на своем лице, Ребекка Квентин отвернулась от него, отказавшись ценить: «Мистер Джеффри, я больше не смею воспринимать ваши сладкие слова всерьез». «Я знаю, и в будущем я докажу это своими действиями. Каждое ласковое слово, которое я тебе сказал, идет от всего сердца. Просто в прошлом между нами было слишком много преград, которые невозможно было преодолеть». «Хорошо, я не буду считать то, что ты говорил раньше, но ты утверждаешь, что не был с Элис, тогда откуда взялась ее беременность? И ты смеешь говорить, что никогда не спал с ней в одной постели?» — Ребекка Квентин агрессивно давила на него, ее ревность была очевидна. Говард Джеффри обернулся и посмотрел на Ребекку Квентин, на его губах играла легкая улыбка: «Разве вы не говорили, что если я скажу вам, что ребенок не имеет ко мне никакого отношения, вы мне поверите? Почему же сейчас…» Ребекка Квентин недовольно перебила Говарда Джеффри: «Это был просто мой способ успокоить тебя в Нью-Йорке! Если ты хочешь быть со мной, ты должен честно объяснить свои отношения с Элис!» Говард Джеффри умиротворенно ответил: «Хорошо, хорошо, я соглашусь… только не сердитесь». «Поторопитесь и говорите». «Мои отношения с Алисой были обусловлены двумя причинами. Во-первых, она племянница Робинсона, и только сообщив Робинсону, что я с его племянницей, я заставила бы его изо всех сил сотрудничать со мной. Во-вторых, из-за «М», чем ближе я становилась к Алисе, тем больше «М» думала, что я защищаю тебя, что заставляло «М» пытаться контролировать тебя и угрожать мне, тем самым вступая на путь, который я выбрала для поиска Кристин Куинн». «Ты смеешь говорить, что моя сестра отправляла тебе электронные письма… ты просто не выдержишь!!» Ребекка Квентин была так зла, что не выдержала и замахнулась розовыми кулаками на Говарда Джеффри. Бог знает, как ужасно она себя тогда чувствовала, настолько противоречивыми были ее чувства, что она чуть не сошла с ума… Говард Джеффри принимал каждый удар, который наносила ему Ребекка Квентин, его магнетически низкий голос был пронизан извинениями: «Дорогая, прости меня, в отношениях с „М“ это был единственный вред, которого я не мог избежать. Я знаю, ты чувствовала себя ужасно, но только игнорируя твои чувства, „М“ могла полностью поверить, что Кристин Куинн не имела никакого отношения к моему плану!» Ребекка Квентин уже собиралась снова ударить Говарда Джеффри своим розовым кулаком, но внезапно не выдержала, яростно отдернула руку и надула губы: «Ты мог бы предупредить меня заранее, если бы ты это сделал, я бы с тобой сотрудничала!!» В тот же миг Говард Джеффри решительно покачал головой: «Нет… я не хотел, чтобы вы были вовлечены в мой план». "Почему?" «Никаких причин, я просто не хотел, чтобы вы рисковали». Говард Джеффри, не желая больше ничего объяснять, тихо сказал. Почувствовав уклонение Говарда Джеффри, Ребекка Квентин пробормотала про себя: «Дело не в том, что ты не хотел, чтобы я рисковала, а в том, что ты боялся, что если моя игра будет недостаточно хороша, я выдам свои недостатки перед „М“. Только мои искренние чувства могли убедить „М“, и только если „М“ убедится, твой план сможет осуществиться без проблем!» Говард Джеффри хранил молчание. Взгляд Ребекки Квентин внезапно оторвался от красивого лица Говарда Джеффри, она повернула голову, и в ее голосе звучала горечь: «Это значит, что в твоем сердце мои чувства не так важны, как твой план… даже если мы действительно расстанемся и ничего не удастся спасти, если тебе дадут еще один шанс, ты все равно предпочтешь обеспечить беспрепятственное осуществление своего плана!» Говард Джеффри по-прежнему держал губы плотно сжатыми, пока не увидел, как в глазах Ребекки Квентин мелькнули блестящие слезы; только тогда он протянул руку и осторожно вытер большим пальцем слезы в уголках ее глаз, хрипло пробормотав: «Не плачь, это разобьет мне сердце». Ребекка Квентин всхлипнула от боли: «Как ты можешь испытывать душевную боль… если бы ты сочувствовал мне, ты бы так со мной не играл». В этот момент Говард Джеффри поднял Ребекку Квентин вместе с одеялом и обнял её, нежно прижимая к себе, с закрытыми глазами и немного хриплым голосом: «Бекка, я знаю, что за эти семь лет я делал вещи, которые причиняли тебе боль, но знаешь ли ты, что все эти годы я часто предупреждал себя не быть к тебе слишком мягкосердечным и не позволял никаким эмоциям расти между нами, потому что мы с тобой на самом деле не подходим друг другу…» Ребекка Квентин подумала, что непригодность Говарда Джеффри связана с враждой между семьями Джеффри и Квентин. Она легла ему на плечо, от которого исходил его успокаивающий запах, плакала от горя и шептала: «Мы не подходим друг другу, твоя мать никогда меня не примет, так почему ты все еще ищешь меня?..» ---------- Главы 373–199: Всевозможная сладость, всевозможная радость (Часть 1) Слезы хлынули потоком, словно прорванная плотина, пропитывая его черную рубашку, когда Ребекка Квентин попыталась вырваться из объятий Говарда Джеффри. «Я думал, что смогу это сделать, но оказалось, что не смогу… Бекка, я хочу изменить наши жизни и подарить нам идеальный финал». "Эм-м-м…" Ребекка Квентин внезапно потеряла контроль над своими эмоциями и начала рыдать. Говард Джеффри отвёл Ребекку Квентин в сторону, глядя на её заплаканное лицо; его глаза, всегда холодные в присутствии других, теперь были полны тепла и печали. «Не плачь, дорогая…» Ребекка Квентин смотрела на Говарда Джеффри сквозь заплаканные глаза, рыдая еще сильнее из-за своих обид. В этот момент Ребекка Квентин покраснела и тихо спросила: «Вы беспокоитесь о ребёнке?» «Ваш срок беременности меньше двух месяцев, а это самый опасный период; вам следует избегать чрезмерных движений». «Всё будет хорошо, если ты будешь осторожен». Говард Джеффри тихонько усмехнулся: «Разве прошлый раз не был достаточно приятным…» «Вы собираетесь оставить меня решать это самостоятельно?» "Эй, ты…" Ребекка Квентин уже была измотана и закрыла глаза. Теперь она наконец могла быть уверена в одном: в дни, когда он не был с Говардом Джеффри, он точно не прикасался к другим женщинам. Она так сильно помогла ему снять напряжение, что у нее онемели руки; как ни странно, это было утомительнее, чем быть с ним… Ребекка Квентин повернулась на бок: «Я хочу спать…» "Хорошо." Ребекка Квентин, закрыв глаза, рассудительно произнесла: «Но у меня еще столько вопросов, которые я тебе не задала». Говард Джеффри нежно сказал: «Вы можете спросить, когда проснетесь». Ребекка Квентин покачала головой: «Нет, я не могу уснуть, не спросив тебя». Говард Джеффри терпеливо ответил: «Хорошо, продолжайте». Ребекка Квентин снова задала этот вечный вопрос: «Вы действительно никогда не прикасались к Элис Робинсон?» Говард Джеффри легонько постучал Ребекку Квентин по носу: «Глупышка… Я тебе уже столько раз отвечал; хочешь, я поклянусь небесами?» «Пока поверю… Ты когда-нибудь с ней спал?» "Нет." "Вы когда-нибудь её обнимали?" "Нет." «Ты мне врёшь!» — Ребекка Квентин, жалостливо открыв глаза, сказала: «Сестра сказала мне, что звонила тебе однажды вечером, и ответила Элис. А ты говорил, что никогда не обнимал Элис, но на свадьбе генерала Леонарда ты явно обнял её на глазах у всех этих репортеров. Хм, ты действительно говоришь неправду!» Ребекка Квентин возразила: «Я этого не делала…» "Правда, нет?" Ребекка Квентин в гневе и стыде воскликнула: «Кто еще может быть таким же хладнокровным и бессердечным, как ты!» Говард Джеффри усмехнулся: «Я думал, что ворую только я». Ребекка Квентин внезапно смягчилась: «Ты… ты действительно смотрел на меня во время свадьбы?» «Официант подал вам бокал шампанского, но вы его не выпили; вы лишь попросили стакан теплой воды». "Плохой парень, я думал, ты меня совсем не замечаешь…" Говард Джеффри скривил губы: «Так ты всё ещё хочешь спросить меня, волнует ли меня теперь Элис?» Ребекка Квентин фыркнула: «Ты так и не ответила на мой вопрос». «Да, я провел с ней несколько ночей, но между нами ничего не было; это было просто представление для СМИ. Что касается ваших слов, это была просто игра перед прессой. Я даже не коснулся ее талии…» "Сколько ночей вы провели с ней?" «Я плохо помню…» «Нет, ты должен всё чётко помнить и рассказывать мне каждую деталь каждой ночи». «Дорогая, разве ты не говорила, что хочешь поспать?» «Я не хочу сейчас спать; я просто хочу услышать от тебя объяснение». «Ты действительно хочешь, чтобы я подробно рассказала о каждом вечере?» "Да." Однако, как только он закрыл глаза, из-под лежащего на полу пиджака зазвонил телефон. Чтобы не разбудить спящих мать и сына, он тут же встал, достал телефон и отключил звук. Увидев номер на экране телефона, Говард Джеффри встал с постели, подошел к окну и нажал кнопку ответа: «Мама». Хотя звонила его собственная мать, в его голосе все еще звучала обычная холодность. «Раньше я не мог до вас дозвониться, а потом позвонил вашей секретарше, которая сказала, что вы уже уехали в город». "Да." «Сынок, ты понял то, что я сказал раньше…» Говард Джеффри прервал слова матери: «Мама, я, возможно, не смогу выполнить данное тебе обещание…» Миссис Джеффри выглядела несколько недоверчивой: «Вы сейчас с Ребеккой Квентин?» "Да." "Но…" «Мама, ты снова станешь бабушкой». «Что, Бекка, она…» Миссис Джеффри была слишком потрясена, чтобы говорить. Говард Джеффри спокойно посмотрел в окно и произнес: «Я хочу оставаться рядом с ней и заботиться о ней всю жизнь». Миссис Джеффри тяжело вздохнула: «Я так и знала; в конце концов, я не смогла вас остановить. Я просто боюсь, что когда вы будете вместе, она однажды может об этом узнать…» Красивое лицо Говарда Джеффри оставалось спокойным, он отстраненным тоном произнес: «Нет, она никогда не узнает». В середине сна Ребекка Квентин внезапно проснулась. Сначала она была растеряна и сонная, и лишь несколько секунд спустя, услышав слабые звуки детского плача, поняла, что происходит. Это Эндрю! Ребекка Квентин инстинктивно посмотрела на стоящую рядом кроватку, но обнаружила, что её нет ни на обычном месте, ни даже в комнате. Ребекка Квентин вздрогнула от неожиданности, резко выпрямившись и поняв, что другая сторона кровати тоже пуста. Она быстро оделась в одежду, уже лежавшую на тумбочке, и поспешно встала. Выходя из комнаты, Ребекка Квентин тоже задалась вопросом, куда делся Говард Джеффри… Ребекка Квентин нахмурилась и открыла дверь. В гостиной царила зловещая тишина… Сердце Ребекки Квентин наполнялось всё большей тревогой, когда она направлялась в единственную гостевую комнату в номере люкс. Она открыла дверь. В комнате было немного темно, потому что шторы были задернуты, но теплый солнечный свет все еще проникал сквозь щели между шторами, мягко освещая силуэт мужчины, сидящего у кроватки. Это Говард Джеффри! Ребекка Квентин стояла там, словно в оцепенении, глядя на мужчину, которого глубоко любила. Он внимательно наблюдал за ребёнком, не заметив, что она вошла. Он осторожно покачивал кроватку, которую можно было также использовать как колыбель, глядя на спящее лицо Эндрю. Он смотрел на Эндрю с такой нежностью, на его губах играла улыбка, любовь была очевидна. Ребекка Квентин застыла на месте, чувствуя, как ее сердце непрерывно согревает тепло. Человек, о котором она больше всего заботилась, и их ребенок — такая тихая и трогательная картина. Это чувство нахлынуло внезапно и непреодолимо, захлестнув ее сердце еще до того, как она успела его сдержать. Ей хотелось плакать, потому что он был рядом, и потому что он смотрел на их ребенка с такой нежностью… ---------- Главы 374–200: Всякая сладость, всякое счастье 2 «Бекка». Говард наконец заметил её и хрипло окликнул. Ребекке Квентин хотелось улыбнуться Говарду, но слезы уже текли из ее глаз, когда она подошла к нему, внезапно почувствовав слабость. К счастью, Говард вовремя встал и поддержал Ребекку Квентин. Ребекка Квентин тут же рухнула в объятия Говарда. «Что случилось? Ты плохо себя чувствуешь?» — спросил Говард с обеспокоенным выражением лица. Ребекка Квентин покачала головой, подняв заплаканные глаза, чтобы пристально посмотреть на Говарда. «Почему ты опять плачешь?» — Говард нежно вытер слезы с уголков глаз Ребекки. Ребекка Квентин медленно улыбнулась, и ее сияющая улыбка слегка излучала нежное и безмятежное сияние, заставив его на мгновение погрузиться в размышления. Говард помог Ребекке Квентин сесть рядом с кроваткой, присев перед ней на корточки, и их взгляды встретились. Он нежно взял ее за руку и тихо спросил: «Ты испытываешь дискомфорт из-за беременности?» "Нет." "Тогда в чём дело?" Она тоже не понимала, что происходит, лишь знала, что не выдержит такой жаркой обстановки... Она никогда не испытывала таких прекрасных чувств: она была смущена, но в то же время её сердце наполнялось радостью. "Эндрю... только что заплакал?" — голос Ребекки Квентин был хриплым от сдавленных рыданий. «Хм, ты его слышал?» — слабо улыбнулся Говард. — «Он так сильно плакал, я не знаю, какой у него темперамент, успокоить его не удалось. Потом я покормил его еще молоком и понял, что он не наелся…» Ребекка Квентин усмехнулась: «А сколько миллилитров вы ему дали перед этим?» Говард серьезно ответил: «Разве не сто двадцать?» Ребекка Квентин улыбнулась и пробормотала: «Вы думаете, ему всего три месяца… Ему уже больше четырех месяцев, ему нужно сто пятьдесят миллилитров за раз». Говард внезапно осознал: «Я был небрежен». "Он что, только что уснул?" «Да, допив молоко, он просто уснул». Ребекка Квентин повернула голову, чтобы посмотреть на Эндрю, крепко спящего в кроватке. Он был такой милый... Его длинные ресницы были похожи на два маленьких веера, мирно прикрывающих глаза, маленький рот и красивое личико, залитое румяным румянцем сна. Она была благодарна, что тогда решила оставить его у себя, он был их маленьким ангелом. «Когда ты только что так пристально смотрела на него, о чём ты думала?» — тихо спросила Ребекка Квентин. Говард скривил губы: «Я тут подумал, Эндрю так похож на меня, было бы здорово, если бы у тебя родилась дочь, похожая на тебя…» «Э-э, почему она должна быть похожа на меня?» Говард посмотрел прямо на Ребекку: «Потому что выглядеть так, как ты, было бы красиво». Он снова сделал ей комплимент, назвав её красивой... Ребекка Квентин покраснела. С детства она слышала много комплиментов, но всегда чувствовала, что большинство из них — просто лесть. После знакомства с ним, по сравнению с его привлекательностью, её внешность показалась ей невзрачной, и все эти годы он редко по-настоящему хвалил её красоту… Ребекка Квентин застенчиво сменила тему: «Почему ты так любишь дочерей?» Говард пристально смотрел на румяное лицо Ребекки: «Дочери немного милее и проще, когда вырастут, смогут научиться играть на пианино и танцевать, каждый день красиво наряжаться и вести себя очаровательно со мной». Говоря об этом, Говард тихонько усмехнулся: «Прямо как те чувства, которые ты испытываешь к своему отцу». Ребекка Квентин томилась и снова спросила: «Но я не знаю, мальчик это или девочка у меня в животе, а что если это будет еще один мальчик, что ты собираешься делать?» «Если это мальчик, то воспитание будет более строгим, но я предпочитаю развивать его интересы и дать ему возможность освоить какую-нибудь профессию». Ребекка Квентин была слегка удивлена: «Вы не хотите, чтобы ваш сын пошел по вашим стопам и занялся бизнесом?» Говард покачал головой: «Жизнь бизнесмена слишком обыденна, без хитрости нельзя быть бизнесменом. Если он не будет разумно распоряжаться своим временем, он не станет квалифицированным бизнесменом». Ребекка Квентин хихикнула: «Ты хочешь сказать, что „без хитрости нет бизнеса“?» «Как ты смеешь ловить меня на словах!» Говард встал, потянул Ребекку Квентин к себе на колени, а затем нежно поцеловал ее мочку уха. Ребекка Квентин почувствовала щекотку от его поддразниваний и не смогла удержаться от мольбы: «Беру свои слова обратно… Нельзя ли мне взять свои слова обратно?» "Нет." Затем последовал момент задушевного шепота... Возможно, они слишком шумели, и как раз в тот момент, когда Говард, прижавшись к шее Ребекки Квентин, предался своему «наказанию», Эндрю внезапно проснулся, широко раскрыв свои невинные, сонные глаза. «Прекратите, наш сын проснулся...» Говард неохотно поднял голову с шеи Ребекки, увидев Эндрю в кроватке с его большими, круглыми, очаровательными глазами, и не смог удержаться от того, чтобы успокоить его: «Малыш, веди себя хорошо, спи дальше, с мамой и папой все в порядке…» ---------- Главы 375-200: Всевозможная сладость, всевозможная радость (Часть 2) Эндрю посмотрел на Говарда Джеффри, фыркнул и медленно открыл рот. Говард Джеффри запаниковал, поняв, что это предвестник детского плача. Его красивое лицо побледнело: «Не плачь, малышка, папа так старался уложить тебя спать…» Эндрю продолжал глубоко дышать. Говард Джеффри, которого никогда не теряло самообладание, в этот момент затаил дыхание. В результате, секунда за секундой, ожидаемого детского плача так и не последовало. Под нежными движениями Ребекки Квентин, покачивавшей колыбель, Эндрю широко зевнул и медленно снова заснул. Этот малыш совсем не играет по правилам… Говард Джеффри мысленно вздохнул с облегчением, внезапно услышав резкий, четкий звук. Он повернул лицо и увидел, что смех доносится от маленькой женщины у него на руках. Она смеялась. Сначала она тихонько, нежно рассмеялась, а когда он посмотрел на нее, ее смех стал еще более мелодичным, словно звон колокольчиков, колышущихся на ветру. От этой улыбки ее брови и глаза наполнились нежностью. Да, она издевалась над ним… Насмехаясь над обычно серьезным и отстраненным им человеком за отсутствие чувства собственного достоинства перед ребенком… Он посмотрел на неё, на удивление совсем не сердито, просто рассеянно прислушиваясь к её смеху, пристально глядя на неё и испытывая удовлетворение, которого никогда прежде не чувствовал. Он крепче обнял её и поцеловал в щёку. Он не пожалеет о принятом решении, он хотел её… В этой жизни и в следующей. Кристин Куинн отвела Мэрилин Куинн обратно в квартиру и, не увидев там Ребекку Квентин и Говарда Джеффри, обнаружила гостевую комнату… Как только она распахнула дверь, то увидела Ребекку Квентин, нежно сидящую на коленях у Говарда Джеффри, и они целовались… Кристин Куинн застенчиво покраснела, тихо закрыла дверь и прошептала Мари, стоявшей позади: «Дядя Джеффри и твоя тетя разговаривают внутри, не беспокой их. Иди делай домашнее задание, мама приготовит обед». Мэрилин послушно ушла. Кристин Куинн похлопала себя по груди, выражение ее лица наконец-то расслабилось… Похоже, ей больше не место здесь, Мари не следовало видеть эту неподобающую сцену. Полдень. Все обедали… Кристин Куинн спросила: «Говард Джеффри, вы планируете забрать Бекку обратно в Нью-Йорк или остаться в Торонто?» Ребекка Квентин тоже обдумывала этот вопрос, поэтому украдкой взглянула на Говарда Джеффри. Говард Джеффри вытер рот салфеткой и спокойно сказал: «Пока что я не вернусь в Нью-Йорк». Ребекка Квентин была ошеломлена: «Не вернешься в Нью-Йорк?» Выражение лица Кристин Куинн тоже выражало удивление: «Значит, тебе больше не нравится „Скайтоп“?» Говард Джеффри повернул лицо, чтобы посмотреть на Ребекку Квентин: «Я могу заниматься деловыми вопросами в Т-Сити». Кристин Куинн усмехнулась: «Похоже, кто-то не собирается оставлять жену и ребенка ни на минуту…» Говард Джеффри обнял Ребекку Квентин и с улыбкой добавил: «Когда Бекка была беременна Эндрю, меня не было рядом. Теперь я сделаю все возможное, чтобы искупить свою вину перед ней». "Как банально…" — поддразнила Кристин Куинн. Ребекка Квентин покраснела от смущения, но в душе она была сладка, как мед. В этот момент наивный голосок Мэрилин невинно произнес: «Мамочка, дядя Джеффри приехал погостить к тете. Пойдем поищем папу!» Выражение лица Кристин Куинн изменилось: «Не нужно, в Т-Сити тоже неплохо… Твой дядя Джеффри наверняка не захочет жить в этом маленьком номере с твоей тетей, поэтому, когда твой дядя Джеффри увезет твою тетю, мы продолжим снимать здесь жилье». "Мамочка…" — Мари была немного недовольна. Кристин Куинн нетерпеливо сказала: «Ешьте свою еду». Мэрилин надула губы и беспомощно опустила голову, чтобы поесть. В этот момент Ребекка Квентин вмешалась: «Сестра, на самом деле мистер Джонс тоже надеется, что Мари сможет остаться рядом с ним, почему бы тебе не…» Кристин Куинн тут же перебила: «Хотя Мари — его дочь, я не имею к нему никакого отношения. Я не хочу сближаться с ним». Только держась на расстоянии, можно отпустить ситуацию. Мэрилин украдкой подняла глаза, ища поддержки у Ребекки Квентин. Зная, что ее сестра, как и она сама, обладает упрямым характером, Ребекка Квентин обратилась за помощью к Говарду Джеффри. И тут я услышал, как Говард Джеффри тихо произнес: «В ближайшие пару дней, если вы вернетесь в город Y, вы можете не увидеть моего брата. Вчера он уехал во Францию ​​и попал в небольшую аварию во время осмотра строительной площадки, повредив руку». Ребекка Квентин и Кристин Куинн одновременно подняли глаза и в унисон спросили: «Повредил руку?» Кристин Куинн с тревогой спросила: «Где он повредил руку? Это серьезно?» «Травма руки несерьезная, просто немного затрудняет повседневную жизнь». Мэрилин сочувственно сказала: «Тогда папа такой жалкий». Кристин Куинн внезапно поставила миску и впала в оцепенение. Ребекка Квентин с беспокойством спросила Говарда Джеффри: «Есть ли у него кто-нибудь, кто мог бы о нем позаботиться?» Говард Джеффри нахмурился, бросив взгляд на Ребекку Квентин. Ребекка Квентин не поняла, что означает выражение лица Говарда Джеффри, и с тревогой спросила: «Как он повредил руку?» Мэрилин потянула Кристин Куинн за руку: «Мамочка, пойдем поищем папу…» Голос Кристин Куинн наконец затих: «Я…» «Мама, папе так жалко быть одному…» «Сестра, может быть, тебе стоит съездить во Францию ​​к мистеру Джонсу. Травмы могут быть как незначительными, так и серьезными, и если за ним никто не ухаживает, ему будет трудно зажить». «Я не пойду!!» — решительно заявила в этот момент Кристин Куинн. "Мамочка…" — продолжала умолять Мэрилин. Кристин Куинн наконец-то потеряла терпение, услышав мольбы Мэрилин: «Хорошо, мы подождем в городе Y, пока твой папа вернется, но как только ты увидишь, что с твоим папой все в порядке, ты должна вернуться со мной». Мэрилин, уже чувствуя себя победительницей, не удержалась и поцеловала Кристин Куинн, воскликнув: «Спасибо, мамочка, мамочка — самая лучшая мамочка на свете!» Полдень. Уложив Эндрю спать, Ребекка Квентин вышла из комнаты и, по совпадению, из-за отсутствия кабинета, увидела Говарда Джеффри, работающего с подчиненным по видеосвязи за журнальным столиком. Ребекка Квентин поначалу не хотела мешать работе Говарда Джеффри, но, увидев его таким сосредоточенным и серьезным, она не могла не почувствовать к нему влечение. Поэтому она легко подошла и села на диван неподалеку. Перелистывая журнал, Ребекка Квентин рассеянно читала, время от времени украдкой поглядывая на Говарда Джеффри. Он разговаривал по-английски со своим подчиненным, по всей видимости, обсуждая итальянский проект. Он всегда был уверен в себе и отстранен, излучая природное величие. Говорят, что сосредоточенные мужчины самые красивые… Не подозревая об этом, Ребекка Квентин забыла перевернуть страницу журнала и, подперев подбородок, начала молча наблюдать за тем, как Говард Джеффри занимается делами. Как может один человек быть одновременно таким красивым и таким умным? Неудивительно, что и такая выдающаяся Элис Робинсон тоже хочет быть с ним… Пока Ребекка Квентин была погружена в свои мысли, кто-то внезапно обнял её за талию. ---------- Глава 376-201: Присоединение к семье Джеффри (Часть 1) "Вы достаточно внимательно осмотрелись?" «Ах!» — Ребекка Квентин вздрогнула от неожиданности, ее лицо тут же покраснело. — «Вы закончили?» Говард Джеффри поцеловал Ребекку Квентин в щеку, его голос хриплым голосом произнес: «С тобой здесь все идет еще лучше». Ребекка Квентин обняла Говарда Джеффри в ответ и нежно сказала: «Ваши слова мне нравятся всё больше и больше». «Но ты умеешь только злить меня». «Я тебя злю?» — с изумлением спросила Ребекка Квентин. — «Когда это я тебя злю?» «Во время обеда». — Правда? — Ребекка Квентин нахмурила брови. — Мы обсуждали мою сестру и мистера Джонса за обедом… Говард Джеффри легонько укусил Ребекку Квентин за шею, изображая угрозу: «Подумай хорошенько». Ребекка Квентин серьезно задумалась: «Нет, после того, как в полдень мы с сестрой обсудили травму мистера Джонса, Мари умоляла ее вернуться в город Y, а затем сестра пошла покупать билеты вместе с Мари…» Говард Джеффри внезапно укусил Ребекку Квентин сильнее. «Ой…» — воскликнула Ребекка Квентин, пытаясь оттолкнуть Говарда Джеффри. — «Эй, чем я тебя разозлила?» Говард Джеффри с недовольством произнес: «Кто позволил вам так сильно заботиться о моем брате?» «Я…» — наконец поняла Ребекка Квентин, — «Это была просто дружеская забота!» Неудивительно, что у него было холодное лицо, когда она его спросила. Властно заявил Говард Джеффри: «С этого момента вам запрещено проявлять к нему подобную заботу!» "Эй, ты такой мелочный…" «Вам следует к этому привыкнуть». «Тогда могу я спросить вас, действительно ли мистер Джонс получил травмы, или вы намеренно спровоцировали мою сестру?» "Что вы думаете?" «Ты действительно что-то замышляешь… Но твоя идея была великолепна, иначе моя сестра точно не захотела бы возвращаться в город Y. Тебе следует придумать еще идеи, чтобы свести мою сестру с мистером Джонсом!» — Ребекка Квентин прижалась к Говарду Джеффри, умоляюще дергая его за воротник рубашки. «Я могу помочь твоей сестре, но завтра мы регистрируемся». Он предложил обмен. Он больше не мог ждать; он хотел, чтобы у нее не было ни единого шанса сбежать от него. «Ни за что!» Она отказалась снова выходить за него замуж. У него еще оставалось много невысказанных слов. «Тогда не думай о том, что твоя сестра встречается с моим братом». Говард Джеффри взял маленькую ручку Ребекки Квентин и поцеловал тыльную сторону её ладони. "Эй, эй… Как ты можешь быть таким подлым, используя ситуацию моей сестры, чтобы угрожать мне?" «Согласны вы или нет — решать вам». Ребекка Квентин с негодованием посмотрела на Говарда Джеффри: «Ты хочешь, чтобы я снова вышла за тебя замуж таким образом?» «Разве я не выразил вам всю свою искренность?» «Этого недостаточно. То, что ты говорила мне раньше, было сказано не тогда, когда ты действительно хотела быть со мной. Я вычеркнула все эти слова из своей памяти, поэтому тебе нужно сказать их снова сейчас». Выйти за него замуж было неизбежно, но посмотрим, сможет ли она услышать от него что-нибудь, что ей хочется. «Что вы хотите, чтобы я сказал?» «Говорите то, что женщины больше всего любят слышать», — игриво намекнула Ребекка Квентин. "Например?" — Говард Джеффри поднял бровь, делая вид, что не понимает. Нетерпеливая Ребекка Квентин прямо сказала: «Например, я тебя люблю!» «Спасибо». Говард Джеффри улыбнулся и принял признание Ребекки Квентин. «Эй…» — Ребекка Квентин ткнула Говарда Джеффри в грудь, — «Я прошу тебя это сказать, а не я тебе». «Всё то же самое». «Какое это имеет значение?» — Ребекка Квентин сердито посмотрела на Говарда Джеффри. — «Ты просто пользуешься мной». "Неужели?" — медленно толкнул Говард Джеффри Ребекку Квентин на диван, обвивая их тела. — "Я люблю тебя…" — нежно прошептал он ей на ухо. «Я тоже так думаю». Она была так счастлива, наконец-то она была с ним… Неделю спустя. «Мисс Куинн, мистер Джонс вернулся». Кристин Куинн сопровождала Мэрилин Куинн, которая сажала цветы в саду, когда внезапно заговорила служанка. "А, папа вернулся?" — взволнованно спросила Мэрилин Куинн, уронив лопатку для цветов и тут же встав. Кристин Куинн повернула лицо как раз вовремя, чтобы увидеть Скайлер Джонс, идущую в сторону сада… Мэрилин Куинн уже добежала до Скайлера Джонса, и вскоре он её подобрал. Кристин Куинн тоже встала, ее растерянный взгляд упал на сильные руки Скайлера Джонса. Эм, разве он не был ранен? «Папа, почему ты вернулся так поздно? Мы с мамой ждали тебя много дней…» — игриво говорила Мэрилин Куинн со Скайлером Джонсом. Скайлер Джонс поцеловал Мэрилин Куинн и нежно ответил: «Папа был занят работой во Франции!» «Тогда, папа, твоя рука зажила?» Мэрилин Куинн тут же посмотрела на крепкую руку отца. «Рука?» — недоуменно спросила Скайлер Джонс. ---------- Глава 377 - 201: Присоединение к семье Джеффри (1) «Да, дядя Джеффри сказал…» В этот момент Кристин Куинн прервала Мэрилин: «Мари, ты уже совсем взрослая, почему ты все еще хочешь, чтобы тебя носили на руках весь день? Спускайся, не забывай, что у тебя грязные руки, сначала помой их». Мэрилин обняла отца за шею: «Папа не считает меня грязной». Скайлер Джонс с улыбкой приподнял уголок рта: «Папа не против, но твоя мама злится, и последствия будут серьёзными». «Э-э…» Мэрилин украдкой взглянула на строгое лицо матери, медленно сползла с отцовских объятий и послушно сказала: «Папа, мама, я пойду помою руки». Затем Мэрилин покинула сад вместе со служанкой. Кристин Куинн не смотрела на Скайлер Джонс, она сложила руки перед собой, нервно перебирая пальцами, словно пытаясь развеять неловкость, и первой заговорила: «Э-э, Мари сказала, что очень по тебе скучала и постоянно просила меня вернуть ее, поэтому я…» Она поступила крайне глупо, поддавшись на несколько слов Говарда Джеффри. Скайлер Джонс подошла к Кристин Куинн и прямо заявила: «Даже если бы ты не вернулась, я бы все равно снова пошла в T City, я не позволю Мари страдать вместе с тобой». Кристин Куинн равнодушно сказала: «Я думаю, Мари никогда не чувствовала, что страдает вместе со мной». Скайлер Джонс холодно выпалила: «По крайней мере, моя обязанность — обеспечить ей комфортные условия». Кристин Куинн больше ничего не сказала. Скайлер Джонс тоже замолчала. Внезапно Кристин Куинн двинулась с места. Она больше не хотела оставаться с ним, потому что каждый раз, когда она смотрела ему в лицо, боль в её сердце усиливалась. Когда Скайлер Джонс собирался пройти мимо Кристин Куинн, он вовремя схватил её за руку: «Мы можем поговорить?» Кристин Куинн глубоко вздохнула, посмотрела перед собой и холодно спросила: «О чём говорить?» Скайлер Джонс тихо сказала: «За то, что случилось в прошлый раз, я должна извиниться перед тобой». Слова Скайлер Джонс заставили Кристин Куинн вспомнить события того дня… Чтобы убедить людей в существовании «М», она приказала запереть Бекку в углу комнаты. Бекка очень испугалась и свернулась калачиком в углу… Она хотела рассказать Бекке правду, но боялась, что реакция Бекки вызовет подозрения у «М», поэтому ей оставалось только притворяться холодной и бесчувственной… В то утро она нервно и с тревогой ждала звонка от «М», но кто бы мог подумать, что звонка от «М» она еще не получила, приехала Скайлер Джонс… Дверь распахнула ногой Скайлер Джонс, вбежала толпа телохранителей, и Скайлер Джонс с подавляющей силой подняла Бекку с угла… Люди Скайлера Джонса тут же её обездвижили, и в этот момент Скайлер Джонс свирепо посмотрел на неё, словно хотел убить. Она так испугалась, что вся задрожала, а затем наблюдала, как он унёс Бекку и собирался уйти. С большим усилием она вырвалась из рук телохранителей, вовремя преградила ему путь, не дав забрать Бекку, и беспомощно сказала ей, что сотрудничает с планом Говарда Джеффри. Увы, он ей не поверил и даже приказал телохранителям связать её верёвкой… Именно в этот момент поступил звонок от "М". Она очень боялась, что план провалится, но, к счастью, он ловко скорректировал свои действия, приказав телохранителям бросить связанную ее в угол… Поскольку она и Бекка были очень похожи, когда сцену показали «М», даже несмотря на то, что «М» не мог четко видеть, никаких подозрений не возникло. Скайлер Джонс немедленно приказала телохранителям отвезти ее в полицейский участок… Ее силой вытащили из номера эти грубые телохранители, и все ее тело было покрыто травмами. Возможно, услышав ее зов, Бекка проснулась… Она никак не ожидала, что Бекка, совершенно ничего не подозревая, будет умолять его отпустить её, когда увидит, что он везёт её в полицейский участок… Именно в этот момент поступил звонок от Говарда Джеффри… Недоразумение было быстро улажено, но она получила серьезную физическую и психологическую травму. Из-за его недоверия, а также из-за того взгляда, который он бросал, защищая Бекку, — словно он мог разорвать её на куски… Она и представить себе не могла, что после стольких лет отношений он перестанет ей доверять; казалось, в его сердце никогда не было ничего, кроме её характера… Подумав об этом, Кристин Куинн опустила глаза и прямо сказала: «Зачем мне извиняться? В глубине души я всегда была такой скромной, не так ли?» Скайлер Джонс холодно взглянула на нее: «Почему ты говоришь со мной таким жалостливым тоном? Кто ты такая, я ясно знала с самого начала нашего знакомства». Как и ожидалось… Он никогда не изменит своего мнения о ней. Кристин Куинн глубоко вздохнула, тихонько усмехнулась: «Да, где же я добрый человек? И у меня нет той чистоты, что у Бекки, так что тебе не нужно передо мной извиняться, такой простой человек, как я, этого не вынесет!» Сказав это, Кристин Куинн оттолкнула руку Скайлер Джонс и снова попыталась уйти. Однако Скайлер Джонс крепко обняла Кристин Куинн и холодно сказала: «Я еще не закончила говорить то, что хотела». Кристин Куинн была вынуждена замереть на месте: «Вероятно, вы хотите спросить о ситуации с Беккой в ​​Т-Сити, верно?» Скайлер Джонс хранил молчание и ничего не отрицал. Кристин Куинн обернулась, на ее прекрасном лице появилась холодная улыбка: «Мне очень жаль сообщать вам, что я вернулась в город Y, потому что не хотела мешать Говарду Джеффри и Бекке быть вместе. Вы, наверное, еще не знаете, но скоро у вас появится маленький племянник или племянница. Говард Джеффри теперь откладывает работу, чтобы каждый день проводить время с Беккой, это так мило…» Лицо Скайлера Джонса побледнело, и он прямо выпалил: «Невозможно». Кристин Куинн с усмешкой посмотрела на Скайлера Джонса: «Ты не можешь смириться с этой реальностью, или ты не хочешь проиграть Говарду Джеффри? Скайлер Джонс, ты совершенно точно знаешь, кто в сердце Бекки, я советую тебе перестать тосковать по ней. Если ты действительно заботишься о Бекке, тебе не следует разрушать её счастье!» Как только Кристин Куинн закончила говорить, Скайлер Джонс безжалостно отпустила руку Кристин Куинн и высокомерно отвернулась. Кристин Куинн осторожно погладила запястье в том месте, где Скайлер Джонс болезненно сжал ее, наблюдая за удаляющейся фигурой; ее сердце переполняли смешанные чувства и горечь. Скайлер Джонс вернулся в кабинет виллы со строгим и холодным видом. Он захлопнул дверь и в гневе сбросил со стола все вещи. Внезапно он с пугающим видом достал телефон и набрал номер. Город Т. В комнате зазвонил телефон Говарда Джеффри. Ребекка Квентин, которая складывала одежду, тут же взяла телефон, который Говард Джеффри положил на прикроватную тумбочку, взглянула на номер на экране и вышла из комнаты. Увидев, как Говард Джеффри играет с Эндрю на диване, Ребекка Квентин улыбнулась и сказала: «Вам звонят». "Кто звонит?" Ребекка Квентин ответила: «Мистер Джонс». Сказав это, Ребекка Квентин передала телефон Говарду Джеффри и взяла Эндрю из его рук. ---------- Главы 378–202: Присоединение к семье Джеффри (Часть 2) Говард Джеффри взглянул на выведенную цифру и мягко сказал Ребекке Квентин: «Наш сын, возможно, проголодался, сходи сделай ему молока». Ребекка Квентин слегка кивнула: «Хорошо». Как только Ребекка Квентин собралась встать, Говард Джеффри притянул её к себе и нежно поцеловал в щёку. Ребекка Квентин покраснела и отнесла Эндрю в комнату. Только тогда Говард Джеффри снова перевел взгляд на экран телефона. Он встал, подошел к окну, от всего его тела исходила необъяснимая холодность, одна рука в кармане, другая нажимает кнопку ответа на звонок: «Ты мне редко звонишь». С другой стороны, тихий и холодный голос Скайлер Джонс звучал так: «Кристин Куинн сказала мне, ты сейчас с Беккой?» Холодный взгляд Говарда Джеффри устремился прямо перед собой: «Я думал, это естественное развитие событий». Скайлер Джонс стиснул зубы: «А какое у тебя право?» Говард Джеффри прищурился, в свете, проникающем в его глаза, читалось недовольство, тонкие губы были холодными: «Поскольку он отец Эндрю, а также отец ее будущего ребенка». Голос Скайлера Джонса стал еще более раздраженным: «Ты забыл, что натворил?» Говард Джеффри тихонько усмехнулся: «У нас с Ребеккой и раньше было много недоразумений, но теперь все они улажены. Я верю, что нас ждет прекрасное будущее». Разгневанная Скайлер Джонс: «Не нужно меня обманывать, вы же понимаете, о чём я». Говард Джеффри, равнодушно: "Брат, я правда ничего не понимаю…" Скайлер Джонс был в ярости, его голос дрожал от сдерживаемого гнева: «Говард Джеффри, раньше я не хотел об этом говорить, потому что считал, что твоя рассудительность не позволит тебе принять такое эмоциональное решение. Но я никогда не думал, что ты будешь таким эгоистом… Ты подумал, если бы Бекка знала, что ты сделал, захотела бы она по-прежнему быть с тобой? Ты причинил ей достаточно боли; почему ты не можешь обеспечить ей спокойную жизнь? Ты действительно думаешь, что сможешь сделать ее счастливой?» «Счастье определяется не тобой, а Беккой, ты не имеешь права судить». «У меня нет на это права, но я знаю, что с Беккой может быть кто угодно, кроме тебя!» Говард Джеффри холодно рассмеялся: «Вы думаете, я не могу сделать её счастливой, или вы сами хотите её осчастливить?» Столкнувшись с презрением Говарда Джеффри, Скайлер Джонс пригрозила: «Говард Джеффри, если ты настаиваешь на отношениях с Беккой, я не буду сидеть сложа руки!» Говард Джеффри усмехнулся: «Что вы имеете в виду, говоря, что не стоит сидеть сложа руки?» «Если я знаю, что Бекке однажды предстоит пережить невыносимую боль, я предпочту, чтобы она увидела правду, прежде чем она слишком глубоко в это ввяжется». Говард Джеффри усмехнулся, по-прежнему холодный и высокомерный: «Можете попробовать. Думаю, даже если вы поговорите с ней напрямую, она может вам не поверить». "Ты…" «Брат, пожелай нам с Беккой всего наилучшего. Скоро мы зарегистрируемся… Возможно, прошлое я уже не вернуть, но я могу пообещать тебе, что подарю ей прекрасное будущее». «Нет, ты не заслуживаешь Бекку… Я не позволю Бекке пережить такую ​​боль ни дня». Скайлер Джонс, взволнованный, стиснул зубы. Но Говард Джеффри оставался спокойным. После того, как Скайлер Джонс закончил говорить, он медленно произнес: «Брат, в этой жизни мне мало чего нужно, только она». Ребекка Квентин вышла из комнаты как раз в тот момент, когда Говард Джеффри завершил разговор со Скайлер Джонс. Ребекка Квентин изначально хотела окликнуть его, но была очарована его величественным силуэтом. Он стоял такой высокий и прямой, с грациозной и красивой спиной, но в этот момент от него необъяснимо исходило чувство опустошения… Казалось, будто слой тьмы окутал его худощавую фигуру, отчего он выглядел расплывчатым и отпугивал других от приближения. Однако его тело одновременно источало знакомую мужскую ауру, побуждая ее желать впитать ее больше, обрести ту уверенность в себе, которую он давал. Медленно подойдя, Ребекка Квентин внезапно протянула руку сзади и обняла Говарда Джеффри. Говард Джеффри на мгновение опешился, держа в своей тонкой руке Ребекку Квентин: «Почему ты не крикнула, когда пришла?» Ребекка Квентин прижалась лицом к широкой спине Говарда Джеффри: «Ты был слишком поглощен своими мыслями». Говард Джеффри поднял руку Ребекки Квентин и нежно поцеловал её: «Где Эндрю?» «Он выпил молока и заснул». «Он совсем маленький, обожает есть и спать!» Ребекка Квентин отошла от спины Говарда Джеффри, недовольно нахмурившись: «Никто не смеет так говорить о собственном ребёнке». Говард Джеффри обернулся, притянул руку Ребекки Квентин к своей сильной талии и обнял ее: «Мне просто кажется, что мир детей прост». ---------- Глава 379-202: Присоединение к семье Джеффри (Часть 2) Бекка поправила воротник рубашки Джеффри и пробормотала: «Людям следует быть простыми. Ты, такой глубокий человек, думаешь, что счастлив?» Джеффри покачал головой: «Если бы я мог выбирать, я бы предпочел жить обычной жизнью». Бекка вздохнула: «Но жизнь — это не выбор, точно так же, как и встреча с тобой не была для меня выбором». Джеффри притянул Бекку ближе, поддразнивая: «Что, встреча со мной поставила тебя в затруднительное положение?» Бекка игриво ударила Джеффри маленьким кулачком в грудь: «Кто тебе раньше разрешил так меня обижать?..» Джеффри нежно поцеловал Бекку в лоб: «А что, если я позволю тебе издеваться надо мной в будущем?» Бекка презрительно сморщила нос: «Я не такая плохая, как ты». Джеффри улыбнулся: «Боюсь, вы бы этого не выдержали!» "Тщеславно!" В тот момент Джеффри крепко обнял Бекку. Бекка прижалась к груди Джеффри, вдыхая его неповторимый, едва уловимый аромат одеколона. Она закрыла глаза и крепко обняла его. Словно прошла целая вечность, их окутала тишина, пока Джеффри не нарушил её хриплым шёпотом: «Бекка, прости, я просто не могу жить без тебя…» Бекка открыла глаза и посмотрела на Джеффри, на ее лице расплылась счастливая улыбка: «Дурак, зачем ты передо мной извиняешься?..» Джеффри нежно поцеловал Бекку в губы, его голос стал еще более хриплым: «Пообещай мне, никогда больше меня не оставляй». Бекка твердо кивнула: «Я больше никогда не хочу тебя покидать». «Мисс Квентин». Бекка только что вышла из кабинета врача, когда вдруг услышала, как кто-то окликнул ее сзади. Она обернулась и увидела Честера Робинсона, слегка улыбающегося: «Доктор Робинсон». Честер спросил: «Пришли на осмотр?» «Да, раз в неделю». «Как дела?» «Врач сказал, что всё, включая сердцебиение, в порядке». "Приятно это слышать…" «Спасибо, доктор Робинсон, за вашу заботу». «Какое совпадение, я сегодня закончил работу пораньше. Ты уезжаешь? Могу подвезти». «Э-э, я…» Бекка выглядела неловко, не зная, как ответить, и тут к ней из аптеки уже направилась высокая и внушительная фигура Джеффри. Честер, естественно, заметил Джеффри, и выражение его лица слегка изменилось. Однако Джеффри, похоже, не заметил, как Честер, обняв Бекку за тонкую талию, тихо произнес: «Лекарство готово, пошли!» Честер нахмурился, пристально глядя на них. Перед уходом, обняв Джеффри, Бекка вежливо сказала Честеру: «Доктор Робинсон, спасибо вам за доброту, увидимся в следующий раз». В машине Джеффри помог Бекке пристегнуть ремень безопасности. Бекка не удержалась и спросила Джеффри: «Вы плохо знаете доктора Робинсона?» «Он никому не нужен, мне нет времени им интересоваться». Бекка была потрясена: «Как он может быть таким незначительным? Он же брат Элис Робинсон». Джеффри пристегнул ремень безопасности и завел двигатель, небрежно спросив: «Все еще неважно?» "Эм-м-м…" Он был поистине бессердечным, но подобный ответ, как ни странно, согрел ей сердце. Нажав на газ, Джеффри посмотрел в зеркало заднего вида на довольной Бекку и холодно спросил: «Вы с ним близки?» «Он был не очень близок со мной, но он мне помог, и я очень хорошо к нему отношусь». Джеффри хитро прищурился: "Думаешь, что думаешь высоко?" Заметив в его словах нотку ревности, Бекка быстро объяснила: «Эй, не будь такой мелочной, он же врач. Я несколько раз случайно сталкивалась с ним во время осмотров, а потом он просто подвёз меня домой, вот и всё». "И это всё?" — ревность в салоне машины усилилась. Бекка нетерпеливо ответила: «Мистер Джеффри, мне нужно объяснять подробности каждой нашей встречи?» «Мне не нужен другой мужчина, который бы тебя желал». «Мистер Джеффри, вы действительно думаете, что мне все еще семнадцать или восемнадцать лет? Он врач с таким хорошим прошлым, неужели вы думаете, что ему понравится женщина, которая разведена и имеет ребенка, как я?» Джеффри усмехнулся: «Вполне верно». «Ваш ответ меня смущает. Эй, я теперь настолько нежеланный? Даже если вы меня не хотите, с моими условиями я все равно смогу выйти замуж в будущем». Улыбка Джеффри стала шире: «Да, мне очень повезло, что вы вернулись». Бекка бесцеремонно парировала: «Вот это уже лучше». Вернувшись домой, Бекка заглянула в комнату, чтобы проверить, спит ли еще Эндрю. Почувствовав облегчение, она поставила радионяню на тумбочку и, измученная, легла на кровать. Джеффри вошёл, сел на край кровати и похлопал её по ноге: "Устала?" Бекка притворилась, что дремлет с закрытыми глазами: «Да, с тех пор, как я забеременела, даже визит в больницу кажется мне утомительным». «Подниматься здесь по четырём лестничным пролётам беременной женщине не рекомендуется… Давайте переедем завтра». Бекка сонно согласилась: «Ты сама с этим разберешься». Джеффри наклонился и нежно поцеловал её в губы: «Детка, иди поспи в комнате». "Хорошо." На следующий день. Джеффри спустился вниз, на парковку. Он достал ключи от машины, чтобы открыть дверь, но вместо этого увидел худощавый силуэт, присевший на корточки рядом с его автомобилем. Он остановился, наблюдая, как она медленно поднимается, его темные глаза сузились до узких щелей. «Я знала, что ты в Т-Сити, но у меня не хватило смелости увидеть тебя и Бекку вместе, поэтому я ждала тебя здесь». Голос Элис Робинсон ослаб, а ее некогда внушительный живот исчез. Джеффри мельком взглянул на нее, ничего не ответив, открыл дверцу машины и направился к автомобилю. Элис прижалась к Джеффри сзади как раз в тот момент, когда он собирался спуститься в машину. "Джефф…" Джеффри оставался неподвижным, его тонкие губы холодно выплюнули: «Отпусти». Щека Алисы прижалась к спине Джеффри, глаза ее были закрыты, она глубоко вдохнула его остаточный мужской запах и, с трудом сдерживая слезы, произнесла: «Я не буду». «Я больше этого не повторю». Кристально чистые слезы текли по щекам Алисы, когда она с глубокой печалью умоляла: «Умоляю тебя, не оставляй меня… Знаешь ли ты, что я не могу жить без тебя!» В этот момент Джеффри холодно разжал руки Алисы, обнимавшие его. Однако Элис не сдавалась. Когда Джеффри сел в машину, чтобы отъехать, она снова загородила ему переднюю часть автомобиля своей стройной фигурой. ---------- Глава 380-203: Присоединение к семье Джеффри (Часть 3) Говард Джеффри вовремя нажал на тормоз, холодно взглянул на Элис Робинсон и недовольно спросил: «Ты даже смерти больше не боишься?» Алиса покачнулась и уныло пробормотала: «Без тебя какой смысл мне жить в этом мире?» Слова Элис не вызвали у Говарда ни малейшего волнения. Он достал телефон и набрал несколько цифр. Сквозь лобовое стекло Элис безучастно смотрела на Говарда, бормоча себе под нос: «Я знаю, что обманывать тебя было неправильно, но ты хоть раз пожалел меня? В ту ночь, если бы я не почувствовала, что что-то не так, меня бы уже давно унизил тот, кого Джейсон Вуд небрежно позвал. Я не понимаю, как ты можешь быть таким жестоким ко мне. Неужели я действительно вызываю у тебя такое отвращение?» Говард не обращал внимания на Алису, никак не реагируя на её слова. Слезы навернулись на глаза Алисы: «Я не была беременна, но ложно заявила об этом, не для того, чтобы мой дядя заставил тебя взять на себя ответственность за меня, и не для того, чтобы мои родители и брат оказывали на тебя давление. Я просто хотела спровоцировать Ребекку Квентин… Признаю, я ограниченная. Пока предполагаемая беременность могла стать препятствием для Ребекки, пытающейся быть с тобой, я была счастлива. Но я знала, что после того, как ты разберешься со всем, что нужно, ты меня не простишь, но у меня не было выбора. Если бы я этого не сделала, мне пришлось бы не только наблюдать за злорадством Ребекки, но и потерять шанс остаться рядом с тобой…» Слова Алисы оборвались, когда к ней подошли несколько мужчин, похожих на телохранителей, и силой оттащили ее в сторону. Говард ни разу не взглянул на Элис. После того, как её отвели в сторону, он нажал на педаль газа и выехал из гаража. Алиса безучастно смотрела на машину, мчащуюся вдаль, ее тело медленно сжималось, и наконец она села на землю. Честер Робинсон услышал стук в дверь. Открыв её, он с удивлением увидел там свою сестру. Увидев Честера, Алиса расплакалась и бросилась ему в объятия. "Брат…" «Алиса». Честер крепко обнял сестру, полный сострадания, и спросил: «Что привело тебя сюда?» Алиса крепко обняла его: «Брат, мне так плохо…» Честер поднял Алису на руки, закрыл дверь ногой и уложил ее на кровать, накрывшись одеялом, чтобы согреть ее замерзшее тело. Алиса рыдала и всхлипывала… Честер тихо сидел у постели Алисы, печально глядя на нее, но не мог сказать ни одного утешительного слова. Алиса крепко сжала одеяло и вскрикнула от боли: «Брат, чего мне не хватает по сравнению с Ребеккой Квентин? Почему его сердце всегда принадлежит ей?» Честер по-прежнему не высказал своего мнения. Только после того, как Алиса охрипла, Честер наконец заговорил: «Теперь, когда ты всё выговорилась, постарайся поспать. Мне нужно в больницу, позвони мне, если тебе что-нибудь понадобится». Когда Честер уже собирался уходить, Алиса поспешно схватила его за руку: «Ты и меня тоже бросаешь?» Честер сделал паузу и мягко ответил: «Мне просто нужно ненадолго зарегистрироваться в больнице, я скоро вернусь». Только тогда Алиса медленно отпустила руку Честера и откинулась на изголовье кровати. Услышав звонок в дверь, Ребекка Квентин, держа на руках проснувшегося Эндрю, пошла открывать. Увидев Говарда Джеффри, несущего несколько предметов домашнего обихода, которые она попросила, она радостно поцеловала его в щеку. «Отлично справилась». Говард поставил вещи на пол и взял Эндрю на руки у Ребекки, нежно поцеловал сына и, проявляя отеческую заботу, спросил: «Как давно он не спит?» «Он проснулся сразу после того, как ты ушла…» Затем Говард сел на диван, держа Эндрю на руках. Ребекка сидела рядом с Говардом, обнимая его, и наблюдала, как Эндрю смеется над его поддразниваниями. Она тихо вздохнула: «Не знаю, естественная ли это связь отца и сына, но во время нашей разлуки он часто плакал. А теперь, когда ты со мной, он ни разу не заплакал». «Мне следовало вернуться к вам двоим гораздо раньше». Ребекка прислонила голову к плечу Говарда: «Видя, как плачет Эндрю, я часто думаю, не слишком ли я упряма… Если бы я не была такой упрямой, может быть, Эндрю вырос бы в полноценной семье…» Говард повернул лицо и с глубокой нежностью посмотрел на Ребекку: «Так ты когда-нибудь жалела, что не была со мной?» Ребекка кивнула: «Мне кажется, мы многим обязаны Эндрю». «К счастью, у нас еще вся жизнь впереди, чтобы построить теплый дом для нашего ребенка». ---------- Главы 381–203: Присоединение к семье Джеффри (Часть 3) «Хм, Говард, давай больше никогда не расстанемся, хорошо?» — Ребекка Квентин с надеждой посмотрела на Говарда Джеффри. Говард нежно ответил: «Глупышка, даже если бы ты меня не хотела, я бы больше не позволил тебе уйти». Ребекка Квентин нежно поцеловала Говарда в щеку. Затем они вместе играли с Эндрю… Ужин приготовила лично Ребекка… Хотя она и не была так же хороша в кулинарии, как Кристин Куинн, эти годы самостоятельной жизни отточили ее кулинарные навыки. Сегодня вечером она приготовила для Говарда целую гору блюд… Говард сидел напротив Ребекки, и, увидев стол, полный его любимых блюд, не смог удержаться, притянул ее к себе и крепко поцеловал: «Жена, спасибо, что помнишь все мои предпочтения…» Ребекка пожаловалась: «Никто не бывает таким беспечным, как ты». Говард не стал возражать, а лишь улыбнулся. Ребекка не возражала, взяла палочками кусочек жареной курицы и положила его в рот Говарду: «Попробуй, посмотри, вкусно ли…» «Это вкусно». «Тогда съешь еще немного…» Увидев, как Говард с удовольствием ест ее блюда, Ребекка подложила щеку под руку и с удовлетворением наблюдала за ним. Говард вдруг посмотрел на нее и спросил: «Почему ты не ешь?» «Я не голоден, поем позже, а сейчас просто хочу посмотреть, как ты ешь». Говард тихонько усмехнулся: «Ты приготовил столько еды, как я смогу всё это съесть?» «Если тебе понравится, я научусь готовить всё, что ты захочешь съесть в будущем». Говард легонько постучал Ребекку по носу: «Такая послушная?» Ребекка серьезно кивнула: «Разве нет поговорки? Чтобы покорить сердце мужчины, сначала нужно покорить его желудок». "Глупышка, разве ты уже не покорила мое сердце?" «Откуда мне знать, измените ли вы свое мнение в будущем…» Говард встал, сел рядом с Ребеккой и нежно обнял ее за талию: «Как думаешь, я бы согласился?» Ребекка пробормотала: «Трудно сказать, мужчины всегда ищут чего-то нового». Говард с любовью приподнял подбородок Ребекки и мягко сказал: «Я тоже хочу чего-то нового, но кто-то уже занимает все мое сердце и душу, не оставляя никакого интереса к другим женщинам». Ребекка покраснела: «Эй, ты становишься всё более и более приторной…» Говард легонько поцеловал Ребекку в губы: «Главное, чтобы я мог доставить удовольствие своей жене». Ребекка вдруг подняла глаза, ее прекрасные глаза заблестели: «Ты действительно так сильно хочешь мне угодить?» "Да." «Тогда съешь всю еду, которую я приготовил для тебя сегодня…» «Разве кто-то только что не сказал: „Она научится готовить то, что я люблю есть“?» Ребекка надула губы: «Я это сказала, но я не говорила, что тебе не обязательно доедать всю приготовленную мной еду!» Говард торжественно ответил: «Тогда с этого момента мы будем поручать приготовление еды горничной…» Ребекка уперла руки в бока: "Эй, моя посуда действительно так ужасна?" Увидев её распухшее лицо, Говард усмехнулся: «Я просто шучу… Конечно, я доем всё, что приготовит моя жена!» Ребекка наконец удовлетворенно улыбнулась. Вечер. После душа Говард не увидел Ребекку в комнате и пошел в гостевую. И действительно, Ребекка лежала рядом с детской кроваткой и внимательно наблюдала за спящим Эндрю. Говард подошел и осторожно положил руку на плечо Ребекки. Ребекка повернула голову, одарив всех прекрасной улыбкой. «Смотрите, даже когда наш сын спит, он всё равно делает это сосание ртом. Так мило». Говард сел рядом с Ребеккой, обняв ее за талию: «Тебе никогда не надоедает на него смотреть?» Ребекка кивнула: «Я могла бы смотреть на него всю свою жизнь». Говард притворился ревнивым: «Видите ли, как только у женщин появляются дети, они забывают о своих партнерах…» «Уф, когда это я тебя игнорировала? Потому что ты пошла в душ, и я не пошла с тобой!» «Тогда пойдем со мной обратно в комнату спать». «Мы можем переночевать здесь сегодня? Меня всё ещё беспокоит то, что Эндрю будет спать один». «Рано или поздно ему нужно научиться быть самостоятельным». «Но ему еще и пяти месяцев нет…» «Эксперты по вопросам воспитания детей утверждают, что самостоятельность детей можно развивать с младенчества». «Если вы настаиваете на том, чтобы с этого момента поощрять самостоятельность нашего сына, тогда хорошо, мы будем спать раздельно сегодня ночью: ты спишь здесь, а потом возвращаешься в комнату». С этими словами Ребекка вытолкнула Говарда из комнаты. Говард еще даже не переступил порог, как повернулся и властно обнял Ребекку за талию: «Жена, я все хорошенько обдумал, сегодня вечером мы не будем поощрять самостоятельность нашего сына, я останусь здесь с тобой». «Вот это уже лучше!» Сразу после того, как Ребекка заговорила, Говард быстро подхватил её на руки. Ребекка, внезапно оказавшись в воздухе, вздрогнула и ударила Говарда: «Эй, что ты делаешь?..» Говард уже отнёс Ребекку обратно в их комнату… Как только Ребекку положили на землю, тело Говарда тут же зависло над её телом. Ребекка прижалась к телу, которое на неё надавило: «Ты, негодяйка, как ты можешь быть такой бесстыдной?» «Разве ты не говорила, что тебе не нравится вступать в интимные отношения на глазах у нашего сына?» "Э-э… Поэтому вы настаивали на моем возвращении в комнату?" Говард приподнял ночную рубашку Ребекки, его голос уже был несколько приглушенным: «Обещаю, я отнесу тебя обратно позже». "Эй, мы просто…" Его губы сомкнулись с ней, и Ребекка не смогла произнести ни слова… На следующий день. Когда Ребекка проснулась, она обнаружила, что у нее даже нет сил перевернуться… Не обращая внимания на то, что человек рядом с ней уже проснулся, Ребекка продолжала крепко спать. "Ленивец, пора вставать…" Она не знала, сколько времени прошло, прежде чем она услышала голос Говарда. Ребекка перевернулась и продолжила спать. Она очень устала; ей казалось, что ее тело разваливается на части… «Если ты не встанешь, я пойду с тобой в постель». «Ах…» — вскрикнула Ребекка, резко проснувшись, и сердито посмотрела на него: «Ты ужасен!» Почему он всегда казался более энергичным после того, как предался своим увлечениям? Говард позволил Ребекке опереться на его плечо, уговаривая: «Веди себя хорошо; у нас сегодня есть дела…» Ребекка прислонилась к плечу Говарда и с любопытством спросила: «Что случилось?» «Переезд». Что касается переезда, Ребекке не пришлось и пальцем пошевелить; Говард быстро приказал людям упаковать все вещи. Ребекке было любопытно, где они будут жить. ---------- Глава 382-204: Безжалостный к миру, но нежный к тебе. Когда машина ехала по дороге, которая показалась Бекке знакомой, у нее возникло предчувствие, но оно казалось невозможным, потому что, похоже, он продал эту виллу давным-давно… Однако, когда машина остановилась перед виллой, которая ей была так хорошо знакома, она была совершенно ошеломлена. Прошло семь лет, но по сути ничего не изменилось… Большой сад, белая вилла в английском стиле, спокойная обстановка… Ничего не изменилось, за исключением того, что район стал дороже. Бекка вышла из машины, держа на руках Эндрю, и с недоверием посмотрела на виллу перед собой. Да, это было то самое место, где они провели два года брака, где она когда-то мечтала состариться вместе с ним на этой вилле… «Разве вы… разве вы уже не продали эту виллу?» Она до сих пор помнила, как экономка сказал ей, что собирается продать ее, и она пришла сюда забрать свои вещи. «Здесь столько воспоминаний, как я мог решиться продать это место… На протяжении многих лет, когда я возвращался в Т-Сити, я часто останавливался здесь». Внезапно в носу Бекки появилась необъяснимая кислинка… Ее голос внезапно дрогнул: «Я думала, тебе никогда не было дела до воспоминаний о том, как мы были вместе». "Глупышка…" — Говард нежно обнял Бекку, — "Пойдем внутрь!" "Хорошо." Когда они вошли в сад виллы, цветы и растения показались им такими же, какими были, когда она уезжала, такими знакомыми. Из дома вышли несколько слуг, и, как ни странно, это были те же самые, которые присматривали за ними в течение этих двух лет… Сердце Бекки переполнялось радостью и волнением, и если бы в этот момент она не держала на руках Эндрю, она бы наверняка крепко поцеловала Говарда… Однако, как только Бекка собиралась переступить порог, благородная и элегантная фигура в дверях внезапно остановила ее. Это была миссис Джеффри! Говард, похоже, предвидел реакцию Бекки, крепко обнял её и прошептал: «Не бойся… моя мама приняла нас, она здесь, чтобы позаботиться о тебе». Глаза Бекки расширились от недоверия. В этот момент миссис Джеффри уже направлялась к ним от входа на виллу… Бекка все еще испытывала некоторый страх, но Говард, защищая ее, оставался позади. Миссис Джеффри предстала перед Беккой и первой произнесла: «Добро пожаловать домой». Бекка чувствовала себя несколько непривычно из-за такой большой перемены по сравнению с миссис Джеффри и безучастно смотрела на стоявшего рядом с ней Говарда. На красивом лице Говарда появилась нежная улыбка: «Тебе не нужно сомневаться, всё, что ты видишь, — правда… Бекка, моя мама больше не будет мешать нам быть вместе». Бекка медленно посмотрела на миссис Джеффри, в ее голосе все еще звучала почтительная нерешительность: «Старая миссис Джеффри…» Миссис Джеффри доброжелательно улыбнулась: «Бекка, раньше я всегда была зациклена на обидах, но теперь я поняла… Я не должна позволять обидам нашего поколения причинять вам и Говарду страдания всю жизнь. Раз уж Говард выбрал тебя, я верю, что тебе суждено разрешить вражду между нашими семьями… Бекка, я всегда была к тебе недружелюбна, потому что ты дочь Вивиан Линдси. Теперь я хочу быть достойной свекровью; ты все еще будешь готова принять меня?» Бекка застыла на месте, ее глаза внезапно наполнились слезами. Миссис Джеффри отбросила свою обычную высокомерную манеру поведения и тихо произнесла: «Если вы не можете меня простить, боюсь, Говард будет затаивать на меня обиду всю жизнь». В этот момент Бекка энергично покачала головой: «Нет, тётя, я никогда вас не винила… Мне так хочется снова общаться с вами, как в тот день, когда мы впервые встретились». Миссис Джеффри с облегчением улыбнулась: «Щедрость и доброта — редкие качества, неудивительно, что Говард не может отпустить вас… Вам больше не следует называть меня «тётей»; пора это изменить!» "Хм?" «Тебе следует следовать примеру Говарда и называть меня „мамой“». Говард вошёл в сад и издалека увидел свою мать, сидящую на садовом стуле с Эндрю и играющую с игрушками. Не увидев ожидаемого человека, Говард нахмурил брови и направился к матери. «Мистер Джеффри». Раздался почтительный зов слуги. Говард слегка кивнул. Только тогда миссис Джеффри заметила своего сына и, улыбаясь, сказала: «Ты вернулся…» «Мама, Бекка…» «Как я и думала, наличие жены заставляет забыть о матери… Смотри, она вон там и наблюдает, как слуги подстригают живую изгородь!» Миссис Джеффри взглянула туда, где была Бекка. ---------- Главы 383–204: Безжалостны к миру, но нежны к тебе (Часть 2) Взгляд Говарда поднялся. Неподалеку Бекка внимательно наблюдала, как служанка подрезает ветки цветов. Она болтала со служанкой, и ее нежная улыбка была необъяснимо очаровательна. Привычная холодная привлекательность смягчилась нежностью, и Говард тут же шагнул к Бекке. Бекка все еще разговаривала с садовником. «Господин Рао, сложно ли выращивать звездчатые цветы?» Садовник, копая землю, ответил: «Молодая госпожа, дело не в том, что звездчатые цветы трудно выращивать, а в том, что почва в городе Т слишком влажная, непригодная для звездчатых цветов, которые предпочитают засуху, поэтому трудно увидеть их широкое распространение в городе Т». "О, как жаль…" "Что тут такого постыдного?" Внезапно сзади кто-то обнял её за талию, и приятный, чистый запах сразу же подсказал Бекке, кто это. Она прижалась спиной к его крепкой груди, держа его за руку, повернула голову с улыбкой и тихо спросила: «Почему ты вернулся так рано? Разве ты не говорил, что у тебя целая гора документов из штаб-квартиры, с которыми нужно разобраться в ближайшие несколько дней?» Говард крепче обнял Бекку и нежно поцеловал ее в щеку: «Из-за тебя мне трудно сосредоточиться на чем-либо другом, я просто обязан вернуться, чтобы быть с тобой». Услышав нежные слова Говарда и его неприкрытую публичную демонстрацию чувств, Бекка слегка покраснела, легонько похлопала Говарда по талии и прошептала: «Эй, здесь так много людей… не делай так!» Помимо садовника, в саду находились слуги, а неподалеку сидела и миссис Джеффри. Говард пристально посмотрел на очаровательное лицо Бекки: «Я не против». Голос Бекки стал еще тише: «Нехорошо, если твоя мать увидит». Говард усмехнулся: "Стесняешься?" Поддразнивания Говарда еще больше подорвали лицо Бекки: «Эй, здесь есть и другие. Не говори так…» Бекка взглянула на садовника, но обнаружила, что он уже тихо ушел. Говард небрежно заметил: «Что плохого в том, чтобы проявлять любовь на глазах у всех? У нас уже двое детей, неужели они до сих пор думают, что наша близость ограничивается этим?» "Ты…" — Бекка прижалась к груди Говарда, ее лицо еще больше покраснело, — "Я больше не буду с тобой разговаривать!" Она пыталась вырваться. Однако он крепко обнял её и без лишних церемоний снова поцеловал её вишнёвые губы… Непривычная к такой близости с Говардом на публике, Бекка сердито посмотрела на него: «Мистер Джеффри, не могли бы вы быть немного сдержаннее?» Говард крепко обнял Бекку: «Я и так достаточно сдерживался». В последние несколько дней, заботясь о ее здоровье, он проявлял крайнюю самодисциплину. Поняв, что имел в виду Говард, лицо Бекки покраснело, как свекла. В этот момент ей захотелось вырыть яму и прыгнуть в неё… Говард решил прекратить дразнить Бекку, положил голову ей на плечо и тихо спросил: «Дорогая, что ты имела в виду под "позором"?» Отвлекшись от темы, Бекка на мгновение забыла о покрасневших щеках, посмотрела на пустой участок неподалеку: «В последнее время у меня довольно много свободного времени, поэтому я хотела чем-нибудь себя занять… Изначально я хотела посадить на этом участке звездчатые цветы, но мистер Рао сказал, что почва в городе Т не подходит». Говард нахмурился: «Звездные цветы?» Бекка с улыбкой ответила: «А ты вообще знаешь, что такое звездчатые цветы?» Говард покачал головой. Бекка мягко улыбнулась: «Звездчатые цветы — это незабудки. Они распускаются маленькими фиолетовыми цветочками, очень красивыми. Если их посадить на грядке, они будут выглядеть потрясающе». «Незабудки?» «Да, и язык цветов так же прекрасен, как и их название». Взгляд Говарда переместился на пустой участок земли впереди. В голосе Бекки предвкушение сменилось сожалением: «Жаль, что их нельзя посадить здесь, иначе я бы обязательно засеяла большое поле…» "Ты пытаешься сказать мне: „Ты меня не забудешь“?" «Нарцисс, я просто случайно однажды увидел целое поле таких птиц в Алтоне, поэтому я их очень хорошо помню». Говард молча улыбнулся. Бекка нетерпеливо сказала: «Уф, разговаривать с тобой бессмысленно; ты всегда занята работой, как ты можешь понимать такую ​​красоту… Я просто надеюсь когда-нибудь снова увидеть такое море цветов». Говард продолжал улыбаться, его взгляд снова скользил по пустому участку, а свет в его глазах становился все более непроницаемым. Полдень. В столовой Говард и Бекка сидели вместе, напротив них — миссис Джеффри, и все трое — за столом. Будучи воспитанными людьми, они ели бесшумно, лишь изредка раздавался легкий звон столовых приборов. В этот момент слуга принес ароматный суп. Миссис Джеффри взяла тарелку и передала ее Бекке: «Я сама сварила этот куриный суп. Он должен получиться очень вкусным, если его правильно проварить». «Э-э, спасибо… мам». Бекка взяла суп, немного стесняясь. Несмотря на то, что она помирилась с миссис Джеффри, ей все еще было немного неловко из-за ее чрезмерной внимательности. Миссис Джеффри любезно заметила: «Пейте, пока горячо, ваше здоровье не в лучшем состоянии; вам нужно правильно питаться». Бекка послушно кивнула и отпила глоток куриного супа. Миссис Джеффри набрала еще одну миску, на этот раз поставила ее перед Говардом и посоветовала: «Ты работал днем ​​и ночью, береги свое здоровье». Говард принял куриный суп и тихо ответил: «Мм». Пока Бекка пила куриный суп, она услышала, как миссис Джеффри упомянула, что Говард «работает днем ​​и ночью», от чего у нее внезапно перехватило дыхание… "В чем дело?" Говард быстро оказал помощь кашляющей Бекке. Лицо Бекки покраснело, и она неловко произнесла: «Н-ничего, просто обожгло». Миссис Джеффри мягко сказала: «Пейте медленно». Бекка не смела поднять взгляд на миссис Джеффри, опустив голову, ее лицо все еще было раскрасневшимся. На самом деле, она не обгорела; ее встревожило высказывание миссис Джеффри о "работе днем ​​и ночью"… Она поклялась, что не думает ничего плохого; наверняка миссис Джеффри имела в виду не работу Говарда… Видите ли, вчера вечером миссис Джеффри, должно быть, неправильно поняла ее и Говарда. Вчера после ужина, почувствовав сонливость, она захотела лечь спать пораньше и пошла в спальню… Она и не подозревала, что Говард последовал за ней, увидел ее сонно лежащей на кровати и нежно отвел купаться. После купания, когда он собирался помочь ей переодеться в пижаму, в дверь постучали. Завернувшись в полотенце, он пошел открывать дверь… Посетительницей оказалась миссис Джеффри, которой нужно было кое-что обсудить с Говардом. Увидев Говарда, прикрытого лишь полотенцем, и Бекку, крепко сжимающую простыни из-за отсутствия одежды, миссис Джеффри смутилась – что неудивительно в её возрасте, ведь она была смущена таким непристойным зрелищем – и, не сказав ни слова о своих делах, ушла под случайным предлогом. ---------- Глава 384-205: Регистрация (Часть 1) После ухода миссис Джеффри Ребекка Квентин с опозданием поняла, что миссис Джеффри, возможно, неправильно поняла, что они вернутся в свою комнату сразу после ужина… именно для этого. Неудивительно, что миссис Джеффри специально напомнила им сегодня вечером о необходимости позаботиться о себе… О боже, как неловко! Пока Ребекка неловко размышляла об этом, раздался спокойный голос Говарда Джеффри: «Мама, мне нужно с тобой кое-что обсудить». «А что это?» Говард взял Ребекку за руку, крепко сжимая её, и серьёзно сказал: «Я планирую зарегистрироваться у Бекки в ближайшие пару дней». Когда Говард решил зарегистрироваться, не посоветовавшись с Ребеккой, она вдруг подняла глаза и с недоверием посмотрела на Говарда. Тело миссис Джеффри слегка застыло. После нескольких секунд молчания она ответила: «Раз уж вы решили, то вперед. В первой половине года есть несколько подходящих дат для свадебного банкета». «Спасибо, мама». Рука Ребекки, которую держал Говард, слегка дрожала, но Говард крепко держал ее, не оставляя места для отступления. Полдень. Говард сидел за своим столом, разбирая горы бумаг. В этот момент с улицы вошел Джейсон Вуд, который вернулся с ним в Т-Сити. Увидев Говарда, Джейсон почтительно опустил голову и сказал: «Босс». "Что случилось?" «Вивиан Линдси переведена в Т-Сити». Говард внезапно поднял голову, нахмурив брови: «Ее осудили?» Джейсон ответил: «Суд приговорил ее к десяти годам тюремного заключения, но она не удовлетворена и уже наняла адвоката для подачи апелляции». Говард прищурился, ледяной блеск пронзил глубину его зловещего взгляда. Он холодно приказал: «Я больше не хочу, чтобы какие-либо новости о ней появлялись в СМИ». Джейсон быстро кивнул: «Я пойду поговорю с этими СМИ». Говард холодным тоном спросил: «Как она себя чувствует в тюрьме?» Джейсон сказал: «Никаких волнений не было, но мне только что позвонил её адвокат и сказал, что она хочет с вами встретиться». Темные глаза Говарда сузились еще больше, свет в них стал необычайно глубоким и зловещим. Час спустя, в женской тюрьме на окраине города. Через стеклянное окно Вивиан Линдси холодно ухмыльнулась Джейсону. «Что, Говард послал тебя поговорить со мной?» Джейсон равнодушно ответил: «Что бы вы ни хотели сказать, я могу передать это боссу». Вивиан откинулась на спинку кресла и бросила косой взгляд на Джейсона: «Наверное, он сейчас без ума от Ребекки Квентин, да?» «Я не вмешиваюсь в личную жизнь начальника». Вивиан усмехнулась: «Моя дочь умеет распознавать людей так же, как и ее отец, Александр Квентин, совершенно ничего не замечает!» «Леди Линдси, если вам нечего сказать генеральному директору, то, пожалуйста, извините, у меня нет времени с вами разговаривать. У босса для меня другие дела». С этими словами Джейсон уже собирался встать. Вивиан Линдси тихо произнесла, когда Джейсон уже собирался повернуться и уйти: «Скажи Говарду, что, хотя он и подставил меня, чтобы я попала в тюрьму, я никогда не забуду этого… Что бы он ни сделал, даже если я не могу рассказать об этом миру, я хочу, чтобы он никогда не обрел покоя до конца своей жизни!» Джейсон обернулся и холодно посмотрел на лицо Вивиан Линдси, полное ненависти. Она была арестована в Нью-Йорке, и американское правительство, следуя протоколу, в конечном итоге отправило её обратно в «Цветочный королевство» для заключения под стражу… Теперь у нее была короткая стрижка, не было никакого изысканного макияжа, который бы это скрывал, морщины в уголках глаз были заметны, и она выглядела значительно более иссохшей. Вивиан Линдси сохраняла холодную улыбку, произнося каждое слово четко: «Как вы думаете, если бы Ребекка Квентин знала, что человек, которого она глубоко любит, на самом деле жестокий и безжалостный монстр, осталась бы она с вашим боссом?» Джейсон снова сел напротив Вивиан Линдси и холодно спросил: «Начальник сказал, что ты можешь сам определить условия». Вивиан вдруг разразилась смехом: «Итак, самый большой страх Говарда — потерять Ребекку Квентин. Я действительно этого не ожидала, эта глупая моя дочка на самом деле обладает таким обаянием, она даже более грозная, чем я, её собственная мать…» Джейсон холодно сказал: «Леди Линдси, времени для свиданий осталось немного, надеюсь, вы воспользуетесь им по максимуму». Вивиан Линдси перестала улыбаться, в ее голосе слышалось негодование: «Хорошо, если вы хотите, чтобы я озвучила свои условия, то я не буду вежлива… если только он не вытащит меня из этой тюрьмы, иначе я гарантирую, что Ребекка Квентин скоро узнает те секреты, которые Говард не хочет, чтобы она знала, и которые она не может вынести». Джейсон передал слова Вивиан Линдси Говарду. В этот момент Говард стоял перед большим окном от пола до потолка, его взгляд холодно смотрел на суету внизу. «Босс, я не думаю, что „М“ просто блефует, у нее должны быть доказательства». ---------- Глава 385 - 205: Регистрация 1_2 Да, Джейсон Вуд отправился в тюрьму, чтобы встретиться с Вивиан Линдси, по сути, просто чтобы выяснить её намерения, и результат подтвердил, что у Вивиан Линдси действительно есть нечто, что может угрожать Говарду Джеффри. Поскольку Вивиан Линдси удавалось контролировать Скайлер Джонс на протяжении многих лет и бесследно исчезать, её интеллект не вызывает сомнений. Не исключено, что она создала себе уязвимое место ещё до начала борьбы с Говардом Джеффри. На красивом лице Говарда Джеффри, помимо безразличия, не было никаких других эмоций. Спустя долгое время он приоткрыл тонкие губы и холодно произнес: «Раз уж она хочет заключить со мной сделку, помогите мне провести с ней хороший „разговор“». Джейсон Вуд, много лет наблюдающий за жизнью Говарда Джеффри, естественно, знает, что больше всего Говард Джеффри ненавидит угрозы, поэтому в данный момент он уже может предвидеть, чем закончится история Вивиан Линдси… Действительно… Слова Говарда Джеффри, произнесенные им с таким спокойствием, были крайне опасны. Джейсон Вуд, естественно, уже знал приказ Говарда Джеффри, поэтому кивнул и тихо сказал: «К вашим услугам!» "Бекка, Бекка…" В кошмарном сне Ребекка Квентин услышала успокаивающий мужской голос, зовущий её. Она внезапно проснулась и увидела Говарда Джеффри, сидящего у постели, и тут же протянула руку, чтобы обнять его. "Дорогая, что случилось?" Ребекка Квентин прислонилась к Говарду Джеффри и безудержно рыдала… Говард Джеффри посадил Ребекку Квентин себе на колени, нежно поцеловал ее влажный от пота лоб и мягко спросил: «Тебе приснился кошмар?» Ребекка Квентин слегка кивнула. Говард Джеффри тихонько усмехнулся: «Глупышка, это всего лишь кошмар, я здесь, рядом с тобой». Ребекка Квентин медленно подняла голову из объятий Говарда Джеффри, словно возвращаясь к реальности, она осторожно вытерла слезы в уголках глаз и тихо сказала: «Ты вернулся…» Говард Джеффри обнял Ребекку Квентин: «Как только я вернулся, услышал от мамы, что ты спишь в комнате, поэтому пришел проверить». Ребекка Квентин потерла грудь, чтобы унять страх, вызванный сном, и вдруг пробормотала: «Я такая бесполезная, меня пугает такой кошмар…» "Милая, скажи мне, что тебе приснилось?" Ребекка Квентин не сразу ответила Говарду Джеффри, но несколько секунд пристально смотрела ему в глаза, затем покачала головой и сказала: «Я не помню, какой мне приснился кошмар, только то, что он был очень страшным». Говард Джеффри нежно обнял Ребекку Квентин: «Наверное, я не обеспечиваю тебе достаточной безопасности, поэтому тебе снятся кошмары…» Ребекка Квентин поспешно объяснила: «Нет, это не твоя вина, это было что-то неприятное, что я смотрела по телевизору днем». Говард Джеффри вдруг тихо пробормотал: «Дорогая, завтра утром пойдем регистрируемся!» Действительно, сегодня в полдень Говард Джеффри уже упомянул об этом миссис Джеффри. Изначально она хотела обсудить это с Говардом Джеффри, но телефонный звонок в полдень заставил Говарда срочно приехать в компанию, поэтому он упомянул об этом только сейчас. Изначально Ребекка Квентин планировала обсудить возможность подождать некоторое время, прежде чем регистрироваться, учитывая, что они только что познакомились, и она опасалась, что ей предстоит многое проработать. Однако кошмар, который она пережила только что, заставил ее внезапно изменить свое решение… Она, обнимая его, энергично кивнула: «Хорошо, давай зарегистрируемся завтра». В этот момент Говард Джеффри радостно и удовлетворенно поцеловал Ребекку Квентин в щеку и прошептал ей на ухо: «Я люблю тебя, детка». Она никогда прежде не чувствовала себя такой счастливой… Ребекка Квентин посмотрела на себя в зеркало в полный рост и с удивлением обнаружила, что ее лицо сияет очарованием и радостью. Несмотря на то, что она вышла за него замуж повторно, этот брак тронул ее сердце больше, чем первый. Она наконец-то дождалась этого дня; после семи лет перипетий и трудностей она наконец-то сочтет этот день идеальным. Судьба не была к ней неблагосклонна, подарив ей после бури великолепную радугу. Благодаря ему ее мир стал идеальным, и она посвятила свою жизнь любви к нему, чтобы вместе состариться. В своем воображении она уже набросала образ того, как они с ним, повзрослев, будут молча полагаться друг на друга… Однако этот прекрасный образ внезапно померк в ее сознании, вызвав в ее голове ужас. Он подошел с нежной улыбкой на своем красивом лице. Ей хотелось протянуть руку и обнять его, но внезапно она увидела темную тень, расползающуюся по его телу, словно призрак. В ужасе она замерла на месте, наблюдая за его приближением, и ее тело невольно медленно отступало. Во время отступления она увидела его руки, покрытые кровью, кровь растекалась от него, образуя извилистые струи вокруг. В полном ужасе она продолжала отступать, но внезапно провалилась в глубокую пропасть… Да, это изображение в точности повторяет кошмар, который ей приснился вчера. Когда он спросил её вчера, она не ответила, потому что такой сон показался ей слишком ошеломляющим и ужасающим… Позже, когда он предложил зарегистрироваться, она согласилась, даже не задумываясь, именно из-за этой мечты… Этот кошмар определенно был вызван тем, что в прошлом он не обеспечивал ей достаточной безопасности, поэтому во сне она представляла его именно таким. Она не хотела испортить своё с трудом принятое решение быть с ним из-за недостатка уверенности в отношениях, не хотела тратить на него больше времени, семь лет бесконечной связи были достаточным доказательством того, что между ними существует неразрывная связь. Она действительно хотела быть с ним, не хотела снова расставаться… Покачав головой, Ребекка Квентин отбросила все неприятные мысли, посмотрела в зеркало и счастливо улыбнулась своему отражению. Не увидев Говарда Джеффри ни в кабинете, ни в гостиной, Ребекка Квентин с любопытством спросила слугу: «Э-э, вы не видели мистера Джеффри?» Слуга почтительно ответил: «Мадам, миссис Джеффри и мистер Джеффри находятся в саду и разговаривают». "Ой." С лёгкой улыбкой Ребекка Квентин направилась в сад. На самом деле, она не так уж спешила регистрироваться, это Говард Джеффри разбудил ее рано, сказав, что сегодня первоочередная задача — зарегистрироваться… Поэтому она вернулась в комнату, чтобы переодеться, надеясь, что фотография на свадебном свидетельстве получится прекрасной… Придя в сад, Ребекка Квентин увидела миссис Джеффри и Говарда Джеффри, разговаривающих издалека. Стоя в тени дерева, она сначала хотела поздороваться с ними, но тихий звук в ушах остановил ее шаг. «Хоуи, ты уверен, что хочешь быть с Беккой?» «Мама, я никогда не был так уверен». В её сердце разлилось тепло, и улыбка на лице Ребекки Квентин стала ещё более безмятежной. ---------- Глава 386-206: Регистрация (Часть 2) Выражение лица миссис Джеффри было серьезным: «Вы действительно все обдумали?» "Да." Миссис Джеффри внезапно опустила глаза и тяжело вздохнула: «Я знаю, что никто не может изменить ваши решения, но я все же надеюсь, что когда вы с Беккой пойдете регистрироваться, вы хорошенько все обдумаете… После регистрации пути назад нет». Говард Джеффри осторожно поддержал слегка дрожащее тело своей матери, утешая ее: «Мама, поверь мне, мы с Беккой будем счастливы». «Сынок, я всё ещё боюсь…» Его острый взгляд уже заметил стройную фигуру в тени деревьев. Говард Джеффри крепче обнял мать и прошептал: «Мама, больше не волнуйся, доверься мне». Миссис Джеффри, что-то поняв из взгляда Говарда Джеффри, сдержала слова, которые собиралась сказать, и краем глаза заметила также присутствие Ребекки Квентин. В этот момент Ребекка Квентин уже подошла из-за тени деревьев… «Говард». Ребекка Квентин первой высказала своё мнение. Говард Джеффри убрал руку от матери и нежно посмотрел на Ребекку Квентин. Ребекка Квентин подошла к Говарду Джеффри и тихо сказала: «Простите, я случайно подслушала ваш разговор с мамой…» Говард Джеффри нежно обнял Ребекку Квентин за талию и с любовью спросил: «Дорогая, что ты услышала?» Голос Ребекки Квентин дрожал: «Я слышала твою решимость быть со мной». Говард Джеффри тихонько усмехнулся: «Мама волнуется, потому что у нас в прошлом было слишком много неприятных ситуаций». Ребекка Квентин кивнула, затем посмотрела на миссис Джеффри, чье выражение лица снова стало спокойным, и серьезно сказала: «Мама, пожалуйста, успокойся, нам с Говардом пришлось пройти трудный путь, чтобы достичь этого момента, и я обязательно буду дорожить этой с трудом завоеванной любовью». Миссис Джеффри пристально посмотрела на искреннее и прекрасное лицо Ребекки Квентин и вдруг произнесла: «Бекка, раньше у меня было много мнений о тебе, потому что ты дочь Вивиан Линдси, но в глубине души я всегда знала, что ты хорошая девушка. Я знаю, что если вы с Говардом будете вместе, это будет его благословением… Поэтому я надеюсь, что если Говард когда-нибудь в будущем причинит тебе боль, ты сможешь быть более терпимой к нему. Вам двоим было нелегко стать мужем и женой, поэтому, пожалуйста, не упусти этот шанс…» Говард Джеффри пожаловался: «Жена, посмотри, даже мама думает, что это я к тебе тянусь!» Слова Говарда Джеффри позабавили Ребекку Квентин, но она еще больше тронулась и искренне поклялась миссис Джеффри: «Мама, я верю, что пока мы с Говардом будем усердно работать вместе, мы обязательно будем очень счастливы в будущем». Говард Джеффри вдруг тихо прошептал Ребекке Квентин на ухо: «Так ты снова меня бросишь?» Ребекка Квентин решительно покачала головой: «Я с нетерпением жду встречи с тобой…» Говард Джеффри нежно поцеловал Ребекку Квентин в губы и твердо сказал: «Даже если ты захочешь уйти, другого шанса не будет!» Поцелуй, который он совершил на глазах у матери, заставил Ребекку Квентин покраснеть от смущения. Миссис Джеффри, проявив такт, быстро сказала: «Уже поздно, скорее в бюро по гражданским делам, я хочу поскорее услышать ваши хорошие новости». Говард Джеффри крепко держал Ребекку Квентин за руку: «Детка, пошли!» Ребекка Квентин слегка кивнула: «Мм». Говард Джеффри лично поехал в бюро по гражданским делам. Сидя в машине, Говард Джеффри держал одну руку на руле, а другой крепко сжимал руку Ребекки Квентин. Ребекка Квентин повернула лицо к Говарду Джеффри и снова счастливо улыбнулась. Говард Джеффри еще крепче сжал руку Ребекки Квентин, его красивое лицо излучало тепло, когда он тихо произнес: «Ты знаешь, как долго я ждал этого дня?» Сердце Ребекки Квентин было сладко, как мед, но она упрямо надула губы: «Неужели? Почему мне кажется, что ты был ко мне равнодушен в этом году?» Губы Говарда Джеффри изогнулись в легкой улыбке: «Дорогая, ты все еще затаила на меня обиду?» Ребекка Квентин фыркнула: «Мне всё равно, все те разы, когда ты меня раньше обижал, я буду обижать тебя и в будущем». Говард Джеффри кивнул, испытывая сильные эмоции: «Как гласит старая поговорка, трудно воспитать женщин и злодеев». Ребекка Квентин искоса посмотрела на него: «Что, у тебя есть мнение?» Говард Джеффри серьёзным тоном сказал: «Нет, то, что моя жена меня запугивает, — это совершенно естественно». Ребекка Квентин осталась очень довольна этим ответом и не могла не сказать: «Муж, ты теперь лучше умеешь льстить». "Вам это нравится?" "Я делаю." В этот момент Говард Джеффри жестом подозвал Ребекку Квентин к себе. Ребекка Квентин поняла, что Говард Джеффри намекает ей на поцелуй, поэтому она повернула лицо к окну машины, делая вид, что ей все равно: «Извините, целоваться на улице — это нарушение общественного порядка». Она и не подозревала, что начнет подражать его порочным манерам… ---------- Глава 387 - 206: Регистрация 2_2 Каждый раз, когда ей хотелось, чтобы он сказал ей ласковые слова или сделал что-то, чтобы ее порадовать, он всегда подогревал ее интерес, прежде чем удовлетворить ее желание… Поэтому она применила тот же трюк и к нему. Ребекка Квентин задавалась вопросом, не испытывает ли Говард Джеффри в данный момент некоторое недовольство… Внезапно из машины раздался визг тормозов. Ребекка Квентин поняла, что Говард Джеффри внезапно остановил машину на обочине, только когда повернула голову, чтобы спросить его, но ее талию уже обхватила властная рука, притягивая к себе на расстояние нескольких сантиметров. Его горячее дыхание коснулось ее, и он быстро и ловко поцеловал ее губы. В вопросах флирта он всегда был мастером. Поэтому, когда его насильно поцеловали, она мгновенно перешла от сопротивления к подчинению… Ее руки медленно поднимались к его шее, она двигалась в такт его движениям, их тела были охвачены одним и тем же желанием… Припаркованный на обочине роскошный Bentley уже привлекал внимание, а страстная сцена внутри притягивала еще больше любопытных взглядов… Ребекка Квентин, казалось, почувствовала на себе пристальные взгляды окружающих и начала сопротивляться, легонько ударив его: «Эй, столько людей смотрят…» Говард Джеффри, казалось, был совершенно невозмутим, его язык глубоко проник в ее рот, исследуя и переплетаясь с ее… Его обжигающее дыхание касалось ее щек, наполненных неутолимым жаром. Ребекка Квентин продолжала сопротивляться, ее лицо было раскраснено, словно она горела. Лишь спустя долгое время Говард Джеффри отпустил её, пристально глядя на неё испепеляющим взглядом. Полные, распухшие губы Ребекки Квентин то приоткрывались, то смыкались, она тяжело дышала, её грудь тяжело вздымалась. Увидев знакомое сильное желание в глазах Говарда Джеффри, Ребекка Квентин быстро сказала: «Поторопись и езжай, я же говорила, что за тобой много людей наблюдают…» Она ничего не могла ему противопоставить, пытаясь держать его в неведении, а он открыто остановил машину на обочине, требуя от нее… Это так возмутительно! Ребекка Квентин сердито посмотрела на Говарда Джеффри. В этот момент Говард Джеффри уже нажал на газ и умчался прочь под пристальным взглядом зевак. Вскоре они прибыли в бюро по гражданским делам. Выйдя из машины и взглянув на торжественный и величественный вход в бюро, Ребекка Квентин повернулась и спросила высокого мужчину рядом с ней: «Вы помните, что мы тоже регистрировались здесь семь лет назад?» Говард Джеффри кивнул. Ребекка Квентин, не спуская ногу с Говарда Джеффри, вошла в бюро и по пути спросила: «Вы помните подробности нашей регистрации в тот день?» В этот момент Говард Джеффри покачал головой. Ребекку Квентин не смущало отсутствие воспоминаний у Говарда Джеффри. Она улыбнулась и пробормотала про себя: «Ты, наверное, не помнишь, потому что тебе тогда было все равно, но я помню это отчетливо… В тот день мы поспешно зарегистрировали здесь брак, и прежде чем мы получили свидетельство, ты уже ушел из бюро, оставив меня ждать. Я понятия не имела, что когда сотрудники вручили мне свидетельство, они обнаружили, что тебя нет. Они фактически задержали наше свидетельство, сказав, что для его получения должны присутствовать оба супруга. Позже я позвонила тебе…» Говард Джеффри пристально и нежно посмотрел на Ребекку Квентин: «Дорогая, я тебя больше не подведу». Ребекка Квентин слегка улыбнулась: «Я говорю тебе это не для того, чтобы жаловаться на прошлое, а чтобы ты знал, что я помню всё, что происходило между нами, даже если это было запутанно, больно, разочаровывающе или грустно. В данный момент эти воспоминания всё ещё прекрасны в моей памяти». На красивом лице Говарда Джеффри появилась нежная улыбка, когда он пристально посмотрел на Ребекку Квентин и хрипло произнес: «Бекка, твоя доброта и красота… Я чуть не упустил это… Знаешь, что даже сейчас я все еще боюсь потерять тебя? Я больше не могу выносить дни без тебя рядом». «Говард Джеффри, я люблю тебя». В тот момент, на глазах у многочисленных пар и сотрудников бюро по гражданским делам, Ребекка Квентин, встав на цыпочки, страстно поцеловала красивое лицо Говарда Джеффри. Сегодня на регистрацию было записано много людей, поэтому им предстояло долго ждать. Ребекка Квентин подготовилась к ожиданию, не ожидая, что Говард Джеффри поговорит с несколькими парами, стоявшими перед ними в очереди, которые затем добровольно переместятся за ними, сделав их следующей парой, подлежащей регистрации… Ребекка Квентин тихо спросила Говарда Джеффри: «Что ты им сказал, чтобы они пошли за нами?» «Я сказала им, что тебе было трудно согласиться выйти за меня замуж, поэтому я надеялась, что они помогут мне поскорее жениться на тебе». «О, ты лжешь, ищешь сочувствия», — Ребекка Квентин игриво ткнула указательным пальцем в крепкую грудь Говарда Джеффри. Говард Джеффри пристально посмотрел на Ребекку Квентин и тихо сказал: «Бекка, я действительно боюсь… боюсь, что ты вдруг передумаешь выходить за меня замуж…» Окружающие слушали, и он говорил с такой глубокой любовью… Ребекка Квентин почувствовала себя неловко, ее лицо покраснело, когда она переплела пальцы с пальцами Говарда Джеффри: «Ладно, ладно, я тебе верю…» В этот момент раздался голос сотрудника: «Следующая пара». Говард Джеффри потянул Ребекку Квентин за руку и направился прямо к прилавку. Сотрудник взял документы, переданные Говардом Джеффри, и дал им бланк для заполнения… По какой-то причине рука Ребекки Квентин дрожала, когда она принимала форму, и ее сердце забилось сильнее. Говард Джеффри уже начал его заполнять… Ребекка Квентин искоса наблюдала за серьезным выражением лица Говарда Джеффри, и у нее вдруг заложило в носу что-то неприятное. Когда заполненную форму передали сотрудникам, ясные глаза Ребекки Квентин уже блестели от слез. Когда фотограф делал снимок, несмотря на слезы на глазах, ее лицо сияло счастливой улыбкой. В ожидании, пока сотрудники подготовят свидетельство о браке, Говард Джеффри и Ребекка Квентин молча, словно оба ждали этого священного момента… Наконец, сотрудники вручили им свидетельство о браке, благословив их. Ребекка Квентин открыла свидетельство о браке, и, увидев в графе "супруг" имя "Говард Джеффри", ее слезы наконец хлынули наружу… "Ой…" В этот момент Говард Джеффри обнял рыдающую Ребекку Квентин. «Глупышка, почему ты плачешь?» Ребекка Квентин крепко обняла Говарда Джеффри, ее голос дрожал от волнения: «Наконец-то мне не нужно беспокоиться о том, что я останусь одна в загробной жизни…» Говард Джеффри нежно поцеловал слезы на ресницах Ребекки Квентин: «Дорогая, ты не против, если я сейчас кое-что сделаю…» "Хм?" В тот же миг Говард Джеффри поднял Ребекку Квентин на руки. "Ах!" — вздрогнула Ребекка Квентин и инстинктивно обняла Говарда Джеффри за шею. Не обращая внимания на взгляды окружающих, Говард Джеффри вынес Ребекку Квентин из бюро по гражданским делам и быстро посадил ее в свою машину. Говард Джеффри ехал быстро, почти нетерпеливо… Вскоре машина въехала на территорию их загородной виллы. ---------- Главы 388-207: Она знает о «М» Миссис Джеффри увидела, как Бекка держит свидетельство о браке, и хотела поздравить их, но тут же увидела, как ее сын тянет жену прямо на второй этаж. Все слуги на вилле и миссис Джеффри были удивлены увиденным, но затем услышали громкий хлопок двери, донесшийся из комнаты на втором этаже… Впоследствии все, казалось, все поняли, их лица покраснели до самых разных оттенков. Небесный гром вступает в противостояние с земным огнём… Практически в тот момент, когда он захлопнул дверь, он схватил её, и его властный и обжигающий поцелуй полностью завладел ею… Он прижал ее к стене, и с нее быстро сняли одежду… И прежде чем она успела перевести дыхание, он уже нес ее к большой кровати в комнате… Легкий ветерок шелестел в светло-голубых занавесках, и солнечные лучи мягко проникали в помещение… Ребекка Квентин тихо пробормотала, медленно просыпаясь от сна. Ее рука лежала на сильной, мускулистой руке, и ее чувства были наполнены легким, приятным запахом кого-то. Прежде чем она успела издать хоть звук, он уже проснулся, и над ее головой раздался его ленивый голос: «Малыш…» Ребекка Квентин повернулась на бок, молча глядя на красивый профиль Говарда Джеффри. «Муж», — тихо позвала она. Говард Джеффри крепче обнял Ребекку Квентин, поцеловал ее в лоб и тихо прошептал: «Хочешь еще поспать?» Ребекка Квентин мягко покачала головой, крепче обняла его и прижалась к его груди. Говард Джеффри взял часы с прикроватной тумбочки, взглянул на время и вдруг сказал: «Сейчас только десять часов, до полудня еще больше часа, дорога займет полчаса, и еще получаса должно хватить, чтобы завершить все необходимые процедуры». Ребекка Квентин нахмурилась: «Процедуры?» Говард Джеффри приподнялся, легонько поцеловал ее в губы, ласково посмотрел на нее сверху вниз: «Ты забыла? Мы сегодня будем регистрироваться». "Регистрация?" Ребекка Квентин была потрясена, услышав эти слова, ее глаза расширились. Говард Джеффри изогнул губы в улыбке: «Вы ведь не собираетесь сейчас отказываться?» Брови Ребекки Квентин были нахмурены, взгляд внезапно застыл, а в ее сознании, словно в слайд-шоу, промелькнули яркие образы. Переодевшись, она не нашла его и пошла в сад… В саду она случайно подслушала разговор между ним и его матерью и очень обрадовалась… его решимости быть с ней и благословению миссис Джеффри. Позже она пошла с ним в Бюро по гражданским делам, без проблем получила свидетельство, и он с радостью отвёз её обратно… Но подождите, почему эти сцены начинают казаться ей разрозненными, когда она их вспоминает… Она вспомнила, как после возвращения из сада он поднялся наверх за документами, необходимыми для проведения процедур… Она с радостью ждала его в гостиной, но когда он спустился вниз, он уже разговаривал по телефону. Услышав, что речь идет об итальянском проекте, она терпеливо ждала на диване, пока он закончит разговор. Она помнила, как он долго разговаривал по телефону, она откинулась на диван и даже почувствовала сонливость, позже смутно слышала, как он ее зовет, а потом ей показалось, что его подняли с дивана… Заметив, что взгляд Бекки рассеян, Говард Джеффри слабо улыбнулся: «О чём ты думаешь?» Только в этот момент Бекка отреагировала, она пристально посмотрела на прикроватную тумбочку, однако на столе лежали только ее и его документы, но не свидетельство о браке, которое она себе представляла. Бекка наконец проснулась, но на ее лице читалось изумление. Нежный взгляд Говарда Джеффри задержался на хрупком лице Бекки, и он терпеливо спросил: «Что случилось?» Ошеломлённый взгляд Бекки медленно упал на Говарда Джеффри, их взгляды встретились, и она, словно не веря своим глазам, спросила: «Э-э, я всё это время спала?» Говард Джеффри кивнул: «После того, как я закончил разговор, ты спал на диване… Мне не хотелось тебя будить, поэтому я отнёс тебя обратно в комнату, чтобы ты поспал». Ясные глаза Бекки расширились: "Значит… мы не зарегистрировались?" "Хм… ещё не поздно идти." В этот момент сердце Бекки охватило необъяснимое чувство утраты… Она наконец смогла убедиться, что все прекрасные сцены, которые только что возникли у нее в голове, были сном… Никаких походов в Бюро по гражданским делам, никаких поцелуев на улице и никаких буйств после получения свидетельства в Бюро по гражданским делам по возвращении… Ей только что приснился очень красивый сон. Бекка вдруг вздохнула. Заметив необычное выражение лица Бекки и свой проницательный взгляд, Говард Джеффри не смог удержаться и нежно обхватил её лицо ладонями, спросив: «Детка, что-то не так?» ---------- Глава 389-207: Она узнала о «М» (Часть 2) Ребекка Квентин медленно опустила свои завитые, словно перышки, ресницы и с оттенком меланхолии произнесла: «Мне только что приснился очень-очень долгий сон… Мне приснилось, что мы регистрировали наш брак, все прошло гладко, во сне это было так прекрасно». Губы Говарда Джеффри изогнулись в легкой, довольной улыбке. «Я думал, что только я волнуюсь, но оказалось, что ты не мог дождаться, чтобы жениться на мне во сне». Ребекка покраснела от поддразниваний Говарда, легонько шлёпнула его по щеке и демонстративно сказала: «Если ты будешь так говорить, я не выйду за тебя замуж». Выражение лица Говарда мгновенно изменилось. «Не может быть». Ребекка посмотрела на красивое лицо Говарда, полное напряжения, и самодовольно сказала: «Теперь ты сам предлагаешь мне выйти за тебя замуж, как я могу просто так согласиться?» «Почему это неформально? Мама уже выбрала точную дату нашей свадьбы, и я проявил к тебе большую искренность». — Искренность? — Ребекка нахмурилась. — Я не видела в тебе ни капли искренности. «Дорогая, я каждый день так отвлекаюсь на работе, с нетерпением жду возвращения, чтобы увидеть тебя. Разве это не говорит о моей искренности?» "Хорошо, это показывает, что ты скучаешь по мне, но я всё ещё не вижу твоей искренности!" В этот момент красивое лицо Говарда внезапно стало серьезным, и он твердо сказал: «Ребекка Квентин, говорю тебе, если ты все еще думаешь отказаться, я советую тебе забыть об этом, потому что ты должна выйти за меня замуж, хочешь ты этого или нет; у тебя больше не будет шанса сбежать от меня!» Ребекка пробормотала: «Ты слишком властная…» Говард наклонился и насильно поцеловал Ребекку в губы, слегка покусывая их в качестве наказания. Ребекка почувствовала легкую боль и несколько раз оттолкнула его: "Эй… Я выйду за тебя замуж, разве этого недостаточно?" Только тогда Говард с удовлетворением отпустил Ребекку, глядя на ее тяжелое дыхание, и властный тон на его красивом лице наконец смягчился. Не забыв еще раз нежно поцеловать ее в губы, он хрипло пробормотал: «Хорошая девочка…» Ребекка внезапно поняла, что у Говарда тоже бывают моменты страха… Она просто пошутила, а он так нервничал… У него всегда был талант разгадывать истинные чувства людей, так что он должен был догадываться о её чувствах к нему, верно? Но он всё ещё очень нервничал, а это, вероятно, означало, что он действительно заботится о ней! Ещё мгновение назад она чувствовала небольшую пустоту внутри, когда прекрасная картина оказалась сном, но теперь, почувствовав его напряжение и заботу, это чувство утраты внезапно исчезло, оставив её сердце переполненным счастьем. Ребекка внезапно обняла Говарда за шею, пристально глядя на этого замечательного мужчину, за которым она упорно ухаживала годами, и глубоко прошептала: «Мужик, надеюсь, в будущем только я смогу так тебя называть». "Конечно." Говард наклонился, чтобы снова поцеловать Ребекку. Ребекка сотрудничала с ним… Их языки сплелись, губы ласкали друг друга, и чувства привязанности между ними становились все сильнее. Спустя некоторое время они медленно отпустили друг друга. После поцелуя щеки Ребекки раскраснелись, словно она выпила вина, и она выглядела невероятно соблазнительно и очаровательно. В теле Говарда снова возникло теплое чувство, но он не позволил себе продолжить, тихо спросив: "Вставай?" Ребекка кивнула, все еще цепляясь за его шею, и медленно села. Только когда Ребекка приподнялась и заметила, что одежда сползает с ее плеч, она поняла, что на ней пижама, и на плечах у нее несколько заметных красных пятен. Ребекка поправила пижаму, на мгновение замерев: «Э-э, это…» Она подняла взгляд на Говарда: «Ты помог мне переодеться в эту пижаму?» Говард улыбнулся и жестом подозвал Ребекку. Ребекка подозрительно подошла к нему. Теплое дыхание Говарда коснулось уха Ребекки, когда он прошептал двусмысленные слова. Услышав объяснение Говарда, прекрасное лицо Ребекки мгновенно покраснело, и она, наполовину смущенная, наполовину раздраженная, сказала: «Говард, ты… ты… извращенец!!» Не зная, как это выразить словами, Ребекка смогла сформулировать всё лишь двумя словами. Он воспользовался её сном, чтобы… плохо с ней себя вести!! Самое важное было то, что после их последней страстной встречи, из-за беспокойства за ребенка, она неоднократно говорила ему, что он должен подождать, пока ребенку не исполнится три месяца, поскольку сейчас самый опасный период… Она считала его очень послушным, честным в последнее время, даже когда его охватывали импульсы: он просто обнимал, целовал, прикасался к ней, а затем, проявляя сильную выдержку, сдерживался. Но кто бы мог подумать, что этот мужчина покажет свое истинное лицо всего через несколько дней… Теперь она наконец поняла, почему ее сон, полный прекрасных пейзажей, закончился этой необузданной страстью… Ей было просто неловко из-за того, что в её сне содержались такие непристойные мысли, и она была рада, что он не стал расспрашивать подробнее, так как никак не ожидала, что это совпадёт с реальностью… Лицо Ребекки покраснело от стыда, когда она свирепо посмотрела на красивого мужчину, который должен был быть доволен, но в его глазах все еще горел огонь, и она потеряла дар речи. Говард поцеловал надутую щеку Ребекки и сказал: «Я был очень осторожен, никогда не позволял нашему ребенку протестовать». Ребекка яростно запротестовала: «Вы, мужчины, просто не держите слово!» Говард усмехнулся: «Поэтому тебе лучше не требовать от меня слишком многого, потому что я могу не справиться». "Ты…" — Ребекка пристально посмотрела на Говарда. — Не сдерживает обещаний и всё ещё хочет, чтобы она сняла запрет? Хм, ни за что!! «Ладно, дорогая, если мы будем продолжать тянуть, Бюро по гражданским делам скоро закроется… Веди себя хорошо, переоденься». Сказав это, Говард встал с постели и начал одеваться. В этот момент Ребекка могла лишь внутренне вздохнуть; она знала это, мужская доброта мимолетна, все они — просто животные, мыслящие низшими силами. Одевшись, Говард проводил Ребекку вниз. Они случайно увидели миссис Джеффри в гостиной с Эндрю, и Ребекка взяла Эндрю из рук миссис Джеффри и нежно поцеловала его. Миссис Джеффри доброжелательно спросила: «Вы в последнее время не заботитесь об Эндрю, разве вам не трудно к этому привыкнуть?» Ребекка слегка кивнула, ее взгляд был нежно устремлен на невинное лицо Эндрю, полное материнской любви. Миссис Джеффри сказала: «Вы сейчас беременны, и забота о ребенке может быть рискованной, держитесь». "Да." Говард взял Эндрю из рук Ребекки и тоже осыпал его отцовскими поцелуями. Лицо миссис Джеффри расплылось в улыбке: «Раньше я представляла, каким отцом будет мой сын, а теперь понимаю. Оказывается, все отцы в мире одинаковы; даже если он по натуре холоден, это не мешает ему лелеять своего ребенка». ---------- Главы 390-208: Любить её, следовательно, эгоистично Сидя в машине, Ребекка Квентин нежно поглаживала свой живот и спокойно смотрела на Говарда Джеффри: «Дорогой, мне так повезло, что у нас будет двое детей. Если это будет девочка, я буду безмерно счастлива». Когда Говард Джеффри выезжал из виллы, он взял Ребекку Квентин за руку и сказал: «Пока это наш ребенок, мальчик или девочка, я буду его любить». "Ага, разве вам не больше нравятся дочери?" Говард Джеффри усмехнулся: «Глупышка, пол ребенка определяется еще в утробе матери, его нельзя изменить…» «Я знаю, но у меня такое чувство, что я ношу девочку». «Почему же у меня совершенно противоположное чувство?» Ребекка Квентин воскликнула: «А?» Говард Джеффри взглянул на Ребекку Квентин в зеркало заднего вида и рассмеялся: «Что, боишься, что это другой мальчик?» «Нет, я…» — сделав небольшую паузу, Ребекка Квентин быстро объяснила: «Я такая же, как и вы, я люблю и мальчиков, и девочек». Говард Джеффри поднял руку Ребекки Квентин и нежно поцеловал её: «Ты много работала, дорогая». Последние несколько дней, находясь рядом с ней, он наблюдал, как она страдает от утренней тошноты и часто испытывает сильное беспокойство. Думая о том, как с каждым месяцем ее тело все больше увеличивается в размерах, и о предстоящих бессонных ночах, он искренне понимал, как тяжело женщинам вынашивать ребенка. Это неизбежно напомнило ему о трудностях, с которыми она столкнулась в одиночестве, когда рожала Эндрю… Он чувствовал, что многим ей обязан, и боялся, что никогда не сможет отплатить ей за все в этой жизни. «Когда я родила Эндрю, мне было очень страшно, я думала, что больше никогда не смогу иметь детей. Но как бы там ни было, когда я узнала, что снова беременна, хотя страх перед родами все еще был сильным, я не могла смириться с мыслью, что больше никогда не смогу родить… Я очень боялась снова столкнуться со всем этим в одиночку, но, к счастью, ты наконец-то рядом. Теперь я совсем не боюсь». Чувствуя себя виноватым, Говард Джеффри глубоко вздохнул: «Ребекка, я больше тебя не оставлю». Ребекка Квентин мягко улыбнулась: «Если мы снова расстанемся, думаю, это будет наш конец». Говард Джеффри крепче сжал неизменно холодную руку Ребекки Квентин: «Давай сегодня не будем говорить о таких вещах. Мы почти у бюро по гражданским делам». "Хорошо." Машина остановилась у входа в бюро по гражданским делам, и Говард Джеффри вышел, чтобы открыть дверь машины для Ребекки Квентин. Как раз в тот момент, когда Ребекка Квентин собиралась протянуть руку Говарду Джеффри, у нее в сумке зазвонил телефон. Ребекка Квентин достала телефон из сумки. Увидев номер на экране, она взяла Говарда Джеффри под руку, вошла в бюро по гражданским делам и улыбнулась: «Привет, сестрёнка…» «Ребекка, ты теперь одна?» «Нет, я с Говардом Джеффри. Мы в бюро по гражданским делам». «Бюро по гражданским делам?» — удивленный тон Кристин Куинн был явно несколько необычным. Ребекка Квентин, пребывая в приподнятом настроении, не заметила необычного тона Кристин Куинн. Она подняла глаза и пристально посмотрела на Говарда Джеффри, продолжая мило улыбаться: «Сестра, мы с Говардом регистрируемся». Зная, что звонила Кристин Куинн, Говард Джеффри не заметил ничего подозрительного. Он поцеловал Ребекку Куинтин в щеку и мягко сказал: «Я пойду за анкетой». Ребекка Квентин кивнула с улыбкой. После ухода Говарда Джеффри Ребекка Квентин наконец заметила нечто странное в поведении Кристин Куинн. Узнав о планах Кристин и Говарда Джеффри на свадьбу, сестра не сразу дала ей благословение. Вместо этого она долгое время молчала на другом конце провода… «Сестра, что случилось?» Кристин Куинн вдруг глубоко вздохнула: «Ребекка, прости меня…» Ребекка Квентин усмехнулась: «Почему ты мне „извиняешься“?» Голос Кристин Куинн вернулся к нормальному: «Ничего страшного… Кстати, ты видела видео, которое я тебе только что отправила?» «Мой телефон был в сумке, поэтому я его не заметила…» «Тогда взгляните на это сейчас!» "Хорошо." Ребекка Квентин на мгновение завершила звонок, с недоумением открыла папку входящих сообщений на телефоне и увидела там непрочитанное сообщение. Затем Ребекка Квентин открыла сообщение. Видео начало воспроизводиться автоматически. «Срочные новости! Недавно выяснилось, что женщина по имени Линдси, подозреваемая во внутренней торговле в группе компаний «Скайтоп», — это не кто иная, как жена бывшего председателя группы компаний «Квентин», Александра Квентина, Вивиан Линдси… Ранее широко ходили слухи о её гибели в автокатастрофе более двадцати лет назад, но вот она, «вернулась из мертвых», снова замешанная в делах группы компаний «Скайтоп», и вновь вывела эту загадочную женщину в центр внимания…» Ребекка Квентин долго стояла, уставившись на фотографию "Вивиан Линдси", прикрепленную к видео, с широко раскрытыми и ясными глазами, полными недоверия. ---------- Главы 391-208: Любовь к ней, следовательно, эгоизм (Часть 2) Говард Джеффри уже вел Бекку Квентин к бланкам, намереваясь заполнить их у входа, когда увидел, что Бекка Квентин смотрит на видео. "Нет..." — Бекка Квентин застыла в недоумении, покачав головой. Взгляд Говарда Джеффри резко помрачнел, когда он просмотрел видеозапись. Бекка Квентин внезапно подняла взгляд на Говарда Джеффри: «Этот... Джеффри... Это правда?» Красивое лицо Говарда Джеффри помрачнело, и он ничего не ответил. Бекка Квентин больше не могла сохранять спокойствие; она закончила видеозвонок и снова позвонила Кристин Куинн. Звонок быстро соединился, и Бекка Квентин поспешно спросила: «Сестра, что, черт возьми, происходит? Это новости... правда?» С другой стороны телефона раздался спокойный голос Кристин Куинн: «Бекка, я тоже только что видела эту новость по телевизору… Не знаю, правда это или нет, но моя мама однажды показала мне фотографию Вивиан Линдси, так что я точно узнаю Вивиан Линдси. Могу подтвердить, что на фотографии, показанной по телевизору, действительно твоя мать. Что касается её отношений с М., думаю, тебе следует спросить Говарда Джеффри, потому что, вероятно, только он об этом знает». "Хм." Закончив разговор, Бекка Квентин снова перевела взгляд на мужчину рядом с собой: «Почему вы молчите? Скажите мне сейчас, правда ли то, о чем говорится в видео? Личность «М»... почему вы мне не сказали?» Говард Джеффри нежно обнял Бекку Квентин за плечи и тихо сказал: «Бекка, я объясню тебе это, когда мы вернемся домой... Давай сначала зарегистрируемся; они скоро закончат работу». Бекка Квентин продолжала качать головой, изо всех сил стараясь сдержать эмоции, но голос ее все еще звучал взволнованно: «Говард Джеффри, это слишком шокирующе для меня… Простите, я просто хочу узнать о «М» и о том, жива ли моя мать». Говард Джеффри увидел в глазах Бекки Квентин сильные эмоции, которые она не испытывала столько лет. Говард Джеффри внезапно обнял Бекку Квентин и тихо сказал: «Ты беременна, не позволяй своим эмоциям так колебаться…» Бекка Квентин, ошеломленная, прижалась к Говарду Джеффри, ее мысли были в полном смятении, она цеплялась за него и умоляюще кричала: «Пожалуйста, скажи мне… Я хочу знать, Говард Джеффри, я сейчас не могу сохранять спокойствие, я…» Говард Джеффри поцеловал Бекку Квентин в лоб, его низкий голос уговаривал ее: «Нет ничего важнее, чем зарегистрироваться, дорогая, давай сначала заполним бланки, хорошо?» Бекка Квентин подняла взгляд на Говарда Джеффри и сказала: «Нет...» «Следующая пара: Говард Джеффри и Бекка Квентин». Сотрудники Бюро по гражданским делам выкрикивали их имена. Взгляд Говарда Джеффри, полный надежды, не отрывался от слегка побледневшего лица Бекки Квентин: «Давай, теперь наша очередь». «Простите, Говард Джеффри, я не могу сегодня это сделать…» Внезапно Бекка Квентин оттолкнула Говарда Джеффри и, шагнув прямо, направилась к входу в Бюро по гражданским делам. Бекка Квентин шла торопливо и быстро, и Говард Джеффри тут же бросился ей вслед, схватив за запястье: «Куда ты идешь?» Глаза Бекки Квентин слегка покраснели; она остановилась и, задыхаясь, произнесла: «Я попаду в тюрьму… В новостях сказали, что она в тюрьме, мне нужно самой с ней навестить, мне нужно узнать, действительно ли она моя мать…» "Бекка..." Бекка Квентин вырвалась из рук Говарда Джеффри и направилась прямо к дороге. Бип, бип―― Раздались резкие и настойчивые автомобильные гудки, и тело Бекки Квентин вздрогнуло от испуга, когда мимо стремительно промчался автомобиль. Ошеломлённая, Бекка Квентин стояла на месте, уже обнятая тёплыми объятиями, и услышала низкий, гневный мужской голос: «Чёрт, ты что, хочешь себя убить?» Сознание Бекки Квентин было расплывчатым, и только услышав голос Говарда Джеффри, она пришла в себя, осознав опасность своих недавних действий, и испуганно произнесла: «Простите, я…» Красивое лицо Говарда Джеффри похолодело, и он внезапно подхватил Бекку Квентин на руки. Бекка Квентин отчаянно боролась. Говард Джеффри посадил Бекку Квентин в машину, не позволив ей возражать, и, удерживая ее на сиденье, помрачнел: «Сиди здесь спокойно, я расскажу тебе все, что ты захочешь узнать». Бекка Квентин, ошеломлённая, сидела на стуле и тут же затихла. Говард Джеффри вернулся за руль, его взгляд, как у ястреба, устремился прямо перед собой, и он холодно произнес: «Да, ваша мать еще жива». Бекка Квентин была потрясена и замолчала: «Как это могло…» Она никогда не представляла, что настанет такой день, когда в ее мире появится мать, человек, «умерший» более двадцати лет назад. «Я тоже узнал об этом совсем недавно». Бекка Квентин внимательно слушала. Говард Джеффри, с холодным видом повернувшись к Бекке Квентин, смягчил голос: «Это долгая история, затрагивающая множество вопросов. Мне нужно, чтобы ты сохранила спокойствие после того, что я скажу, и не действовала импульсивно, как раньше, хорошо?» Бекка Квентин решительно кивнула. Говард Джеффри вздохнул: «Всё это началось с того, что моему брату угрожали». "Мистер Джонс?" «Мм... Мы с братом всегда были близки с самого детства, и хотя за эти годы у нас были разногласия с мамой, я знаю, что наша братская связь не изменилась, поэтому я никогда не понимал, почему мой брат постоянно со мной соперничает, даже скрывая свою личность столько лет, лишь бы противостоять мне...» Бекка Квентин нервно затаила дыхание и спросила: «Какое отношение это имеет к моей матери?» «Конечно, это связано с этим, ведь твоя мать всегда надеялась, что мы, братья, уничтожим друг друга». Бекка Квентин была ошеломлена. Выслушав рассказ Говарда Джеффри, Бекка Квентин долгое время сидела в кресле, ошеломленная и не в силах прийти в себя. Говард Джеффри, держа холодную маленькую ручку Бекки Квентин, извиняющимся тоном сказал: «Вот почему я скрывал дела твоей матери, потому что не хотел видеть тебя грустной». Бекка Квентин безучастно смотрела перед собой, другой рукой крепко сжимая подушку сиденья, кончики пальцев побелели. Как она могла сохранять спокойствие... Описанная им реальность повергла её в шок... Ее мать, Вивиан Линдси, выжила по неизвестным причинам двадцать лет назад, но никто не знал о том, что она осталась жива... Год назад Говард Джеффри и Скайлер Джонс воссоединились, и Говард Джеффри узнал, что Скайлер Джонс выступала против него из-за угроз со стороны таинственного человека... Они называли этого таинственного человека «М». Поскольку у «М» были улики против Скайлера Джонса, которые когда-то использовались для его подставы, Говарду Джеффри ничего не оставалось, как тайно объединить силы со Скайлером Джонсом, чтобы разобраться с «М». ---------- Глава 392-209: Я просто хочу тебя ценить 1 Это привело к тому, что план проекта Скайлера Джонса на Голд-Косте столкнулся с проблемами… План претерпел множество неожиданных поворотов, но в конце концов привел к появлению «М». Только когда «М» появилась перед Говардом Джеффри, Говард Джеффри понял, что «М» на самом деле его мать… Если всё шло по словам Говарда Джеффри, то его решение скрыть от неё личность «М» вполне объяснимо. Потому что в данный момент она действительно предпочла, чтобы он держал её в неведении. Мать никогда не оставляла следа в её сердце, и дома не было ни одной её фотографии. Отец никогда не упоминал о матери в её присутствии… Она всегда думала, что отец считает её мать табуированной темой, потому что она умерла рано, и отец очень по ней скучал. Поэтому она никогда не говорила о матери, чтобы не огорчать отца. Но только когда в её жизни появился Говард Джеффри, она поняла, что причина, по которой отец избегал разговоров о матери, заключалась в том, что она разбила ему сердце… Никто, кроме тех, кто был вовлечен в эти дела, не знал всех тонкостей прошлого поколения. Даже зная, что истоки вражды прошлого поколения кроются в плохом характере её матери, из-за которого их поколение сильно страдало, она никогда не винила её в глубине души. В конце концов, её мать умерла, и она всегда чувствовала, что какой бы плохой ни была её мать, она всё равно остаётся её ближайшей родственницей… Однако в этот момент, слушая рассказ Говарда Джеффри о своей матери, она почувствовала, будто в её сердце внезапно прорвало дыру, и боль начала распространяться по всему телу… Она не могла отрицать, что, несмотря на комфортную жизнь и любящего отца, в глубине души всегда тайно тосковала по матери… Каждый раз, когда она видела, как её подруги окружены любовью своих матерей, она испытывала зависть. Она даже мечтала о том, чтобы её собственная мать была рядом с ней… «Мать» была для неё священной и благородной персоной, но как она могла представить, что за эти двадцать с лишним лет её мать была жива, но не желала с ней видеться, даже причиняла ей боль… Её сердце было совершенно опустошено, совершенно опустошено… Она не понимала, почему у неё такая мать? Тигры, какими бы жестокими они ни были, не пожирают своих детенышей. Даже если у нее не было чувств к отцу, она была его родной дочерью; как она могла причинить ей боль? Да, он был ранен… Она хотела, чтобы Кристин Куинн похитила её и пригрозила Говарду Джеффри, пусть так и будет. Только сегодня она узнала ещё кое-что: ужасный шрам на её груди действительно остался от действий её матери… Пять лет назад её мать уже угрожала Скайлер Джонс, которая к ней подошла. Мать, казалось, понимала, насколько важна для Говарда Скайлер, поэтому намеревалась угрожать Говарду, причинив ей вред. Однако, к удивлению матери, Скайлер Джонс с первой встречи проявила к ней сострадание и в конце концов, вопреки её желанию, отпустила её… Позже, поскольку она полностью потеряла связь с Говардом Джеффри на четыре года, мать перестала причинять ей вред. Она не могла представить, что шрам на её груди, едва не стоивший ей жизни, — это деяние её собственной биологической матери. Она не могла понять, как такая мать может существовать в этом мире, способная так жестоко обращаться со своей биологической дочерью… Вилла. Говард Джеффри осторожно закрыл дверь спальни. «Хоуи». Миссис Джеффри, которая ждала у двери, подошла в нужный момент. Говард Джеффри жестом попросил миссис Джеффри замолчать: «Она только что уснула». Миссис Джеффри кивнула и последовала за Говардом Джеффри в кабинет. Закрыв дверь кабинета, миссис Джеффри спросила: «Когда вы вернулись, я заметила, что Бекка выглядела неважно… Что случилось? Вы не зарегистрировались?» Говард Джеффри сидел в кресле за столом и тихо бормотал: «Мама, я хочу побыть в тишине». Миссис Джеффри тут же занервничала: «Сынок, что-то случилось? Может быть…» Говард Джеффри успокоился и сказал: «Между мной и Беккой ничего не произошло. Она плохо себя чувствует, поэтому я привёз её обратно…» «Но ты выглядишь…» «У меня всё хорошо, просто есть проблема с проектом в Италии, которая меня немного расстраивает». Услышав слова Говарда Джеффри, миссис Джеффри наконец вздохнула с облегчением: «Я думаю, вы найдете решение проблем проекта… Если только между вами и Беккой не возникнет никаких разногласий». «Хм, я найду время, чтобы зарегистрироваться у неё». «Хорошо, Бекке плохо; я пойду проверю, как она себя чувствует…» «Мама, не нужно, дай ей поспать еще немного… Мы сходили в больницу на обследование; с ней все в порядке, просто побочные реакции, характерные для беременности». ---------- Глава 393-209: Я просто хочу тебя ценить (1-2) «Хорошо, я прикажу слугам приготовить ей лёгкую кашу, чтобы, когда она проснётся, у неё был аппетит…» «Хорошо, спасибо, мама». Миссис Джеффри повернулась и ушла. Когда Говард Джеффри остался один в большом кабинете, на его красивом лице снова появилось холодное, мрачное выражение. Из-за исходящей от него ледяной ауры температура в кабинете упала до ледяного уровня, отчего окружающий воздух словно застыл и остановился. Откинувшись на спинку кресла, Говард Джеффри закурил сигарету и медленно выдохнул дым. В этот момент у Говарда Джеффри срочно зазвонил телефон. Он нажал кнопку ответа, а затем переключил устройство в режим громкой связи. Из телефона раздался дрожащий голос Джейсона Вуда: «Босс, вопрос с Вивиан Линдси улажен, но сегодня появилась новость, я уже отправил её вам на телефон…» Говард Джеффри холодно ответил: «Я уже об этом знаю». Голос Джейсона Вуда испуганно произнес: «Босс, это действительно не моя ошибка. Я давно предупреждал СМИ о деле «М», и оно уже затихло… Но кто бы мог подумать, что сегодня утром небольшая газета под названием «Дядя Джон» внезапно опубликовала новость, связывающую «М» и Вивиан Линдси. СМИ увидели, что кто-то берет инициативу в свои руки, и начали соревноваться в освещении этой новости, и всего за одно утро она распространилась по всему миру…» «Вы выяснили подробности об „дяде Джоне“?» «Мы проводим расследование, но только что поступило сообщение о том, что «Дядя Джон» — это небольшая газета, зарегистрированная всего два дня назад, и их единственная новость — это вот эта… Похоже, кто-то целенаправленно преследует вас». Говард Джеффри выдохнул клуб дыма, его тон был зловеще спокойным: «Я хочу знать, кто за этим стоит». «Да, я немедленно займусь этим». Разговор закончился, и Говард Джеффри одновременно потушил сигарету в пепельнице. Когда он, с суровым видом, собрался уйти в свою комнату, его телефон снова завибрировал. Увидев выпавшее число, Говард Джеффри с безразличным видом нажал кнопку ответа. «Говард Джеффри, я не боюсь вашего расследования, поскольку я его уже провел. Да, я специально хотел, чтобы Бекка узнала о деле с буквой «М»!!» — холодно раздался из телефона голос Кристин Куинн. Говард Джеффри прищурился, его глаза, теперь полные остроты, а тонкие губы холодно сжал. «Я не знаю, кто ещё хочет всё испортить между тобой и Беккой, но я благодарен за сегодняшние новости, иначе я бы не знал, как помешать вам быть вместе, потому что я не могу вынести этой жестокой правды, которую вам придётся рассказать Бекке… Да, Говард Джеффри, два дня назад я кое-чему научился у Скайлер Джонс, ты бы уже догадался, чему именно…» Говард Джеффри хранил молчание. Голос Кристин охрип: «Говард Джеффри, я знаю тебя много лет. Я знаю, насколько глубоки твои мысли, но я никогда не представляла, что та твоя сторона, которую я видела, та сторона, которую я знаю, окажется лучшим проявлением твоей человечности, которое ты нам показал… Я всегда была благодарна за заботу, которую ты проявлял ко мне и Мари все эти годы, поэтому, несмотря на то, что я знала, что простая и добрая натура Бекки совершенно не подходит для такого глубокого человека, как ты, я всегда изо всех сил старалась свести вас двоих снова… Однако, Говард Джеффри, ты так много скрывал, так много прошлого погребено тобой, и ты обманул Бекку столькими истинами. Я наконец понимаю, почему Скайлер Джонс всегда глубоко любила Бекку, но ни разу не поговорила с тобой об этом напрямую, потому что Скайлер Джонс думала, что ты отпустишь ее. Я думаю, твоя мать тоже держала Бекку подальше от тебя, чтобы не причинить ей боль, потому что даже твоя мать верит, что ты в конце концов отпустишь ее… Но теперь ты выбираешь…» Будь с Беккой, Говард Джеффри, как ты можешь быть таким эгоистом? В этом мире нет стен, которые не пропускали бы ветер, даже ты не можешь всё скрыть. Если Бекка знает всё, что ты скрываешь, как ты ожидаешь, что она это вынесет? Острый блеск в глазах Говарда Джеффри стал холоднее, а голос, словно ледяная стрела, пронзил его насквозь: «Дела между нами не требуют вашего внимания». Кристин сердито ответила: «Я должна вмешаться, потому что я её сестра, я не могу просто стоять в стороне, узнав правду, и позволить ей быть с таким безжалостным и хладнокровным человеком, как ты. Возможно, ты избежишь юридической ответственности за то, что сделал, но твоя натура стала очевидной для всех, поэтому я категорически не позволю Бекке быть с таким, как ты… Говард Джеффри, хотя я знаю, что угрозы в твой адрес могут представлять для меня большую опасность, я всё же должна сказать, что сегодня я лишь отправила Бекке видео и не сказала ей правду напрямую, потому что не могла вынести мысли о том, что Бекка это узнает. Поэтому я хочу, чтобы ты нашёл способ расстаться с Беккой так, чтобы это причинило ей наименьший вред. Если через три дня Бекка не обратится ко мне, я скажу ей правду напрямую, и тогда ты не только никогда больше не завоюешь сердце Бекки, но и потеряешь её навсегда…» Тихая ночь. В кабинете виллы за письменным столом сидел Говард Джеффри. От него исходила суровая холодность, когда он, облокотившись на стул, держал в руке стакан с красной жидкостью и, казалось, был погружен в свои мысли. Тук-тук Внезапно из двери раздался ровный стук. "Войдите." Стройная фигура открыла дверь и вошла. Увидев вошедшего человека, брови Говарда Джеффри разгладились, на его красивом лице появилось нежное выражение: «Зачем вы здесь?» Ребекка Квентин подошла к Говарду Джеффри, посмотрела на стакан в его руке и несколько секунд смотрела на него. Затем Говард Джеффри поставил стакан, встал и обнял Ребекку Квентин, которая была в ночной рубашке. «Что случилось? Плохо спала?» Ребекка Квентин покачала головой и ответила: «Я очнулась на полпути и увидела, что тебя нет рядом, поэтому пришла тебя искать… Свет в кабинете горел, поэтому я догадалась, что ты здесь». Говард Джеффри обхватил своими теплыми большими руками руки Ребекки Квентин, почувствовал ее холодные ладони, нежно погладил их, слегка упрекая: «Ночью холодно, ты не подумала надеть дополнительную одежду». Сказав это, он снял пиджак, укрыл Ребекку Квентин и плотно натянул на нее пиджак. "Муж…" — Ребекка Квентин подняла взгляд на Говарда Джеффри и вдруг окликнула его глубоким голосом. Говард Джеффри обнял Ребекку Квентин за плечи и спросил: "Хм?" Ребекка Квентин надула губы, из её губ вырвался лёгкий всхлип: «Прости…» На красивом лице Говарда Джеффри появилась нежная улыбка: «Глупышка, зачем ты вдруг это говоришь?» «Сегодня должен был быть день регистрации, но я…» Говард Джеффри сохранял мягкую улыбку, внимательно слушая. Голос Ребекки Квентин стал более сдавленным: «Я испортила сегодняшнюю красоту…» «Какой же он дурак!» — снисходительно произнес он, пока Говард Джеффри нежно обнимал Ребекку Квентин. — «Пока я с тобой, каждый день — самый прекрасный день, как его можно испортить? К тому же, мы можем зарегистрироваться завтра, послезавтра или даже позже». ---------- Главы 394-210: Я просто хочу тебя ценить 2 Ребекка Квентин прижалась к Говарду Джеффри, обняла его и тихо сказала: «Должно быть, я тебя подвела, иначе ты бы не оставался один в кабинете». «У меня есть некоторые опасения, но они касаются компании, а не тебя, дорогая». Говард Джеффри нежно поцеловал опущенные ресницы Ребекки Квентин. Ребекка Квентин встретилась взглядом с Говардом Джеффри и неуверенно спросила: «Вас действительно не беспокоит, что я отложила сегодняшнюю регистрацию из-за дела моей матери?» «Дело вашей матери действительно стало для вас большим потрясением». Ребекка Квентин хрипло призналась: «Весь сегодняшний день я чувствовала себя очень некомфортно, очень некомфортно… Я никогда не думала, что когда-нибудь встречусь со своей собственной матерью, и уж тем более не ожидала, что она будет так жестока и бессердечна ко мне…» Говард Джеффри посмотрел в слегка влажные, ясные глаза Ребекки Квентин: «Дорогая, ты хочешь ее увидеть?» Взгляд Ребекки Квентин слегка растерялся, когда она медленно произнесла: «Конечно, хочу… Я хочу видеть мать, которая может дарить тепло и заботу своему ребенку, а не хладнокровную женщину, равнодушную и причиняющую боль собственной дочери, которая не заслуживает того, чтобы я ее видела…» К концу разговора Ребекка Квентин едва сдерживала рыдания. Кто мог представить, что человек, выросший без матери, узнает, что ее мать все еще жива в этом мире, и что она не сможет быть счастлива, испытывая лишь разочарование и печаль в сердце? Говард Джеффри мягко спросил: «Вы всё обдумали?» Ребекка Квентин торжественно кивнула: «Да, я все обдумала… Я не буду ее признавать и не буду с ней встречаться, поскольку я для нее ничего не значу, и тогда она не стоит того, чтобы я по ней скучала и о ней заботилась». Говард Джеффри с самобичеванием спросил: «Дорогая, ты всё ещё винишь меня за то, что я занимался делом твоей матери?» Ребекка Квентин честно ответила: «Нет, я тебя не виню, я знаю, что ты не хочешь, чтобы я грустила». Голос Говарда Джеффри охрип: «Клянусь, если бы не твоя мать, которая подталкивала меня шаг за шагом, я бы никогда не поступил с ней так жестоко». «Говард Джеффри, честно говоря, я не понимаю, почему она так ненавидит семью Джеффри? Разве не она затеяла вражду с предыдущего поколения?» «Я тоже этого не совсем понимаю, но знаю, что между ней и моей мамой всегда была вражда, и они глубоко ненавидят друг друга». «Действительно, обиды предыдущего поколения нам уже не под силу распутать… Поэтому я больше не хочу думать о своей матери, ведь я уже более двадцати лет живу без матери рядом, так почему меня должна волновать эта внезапно появившаяся мать, которая относится ко мне как к ничтожеству?» — Ребекка Квентин выделила последнее слово «мать», выразив в нем всю свою печаль и разочарование. Говард Джеффри молча наблюдал, как из глаз Ребекки Квентин текли слезы. Он прекрасно понимал, что она произнесла эти слова в гневе… Раскрытие информации о существовании Вивиан Линдси может причинить ей боль и разочарование, но Вивиан Линдси, в конце концов, её мать. Он понимал, что с её добрым характером она не может быть такой бессердечной… И вот он молча наблюдал, как она даёт волю своим подавленным чувствам, обнимал её, позволяя её слезам и соплям вытирать его дорогую рубашку. Прошло много времени, прежде чем Ребекка Квентин успокоилась… Она глубоко вздохнула, чтобы подавить затаившиеся эмоции, и спокойным тоном произнесла: «Муж, можно я тебя об одолжении попрошу?» "Хм." Говард Джеффри осторожно вытер большим пальцем оставшиеся следы слез на глазах Ребекки Квентин. «Я хочу узнать, какова её ситуация в тюрьме?» Говард Джеффри заправил волосы Ребекки Квентин за ухо и тихо сказал: «Я так и знал, ты все еще заботишься о ней». Ребекка Квентин ничего не ответила, лишь крепче обняла Говарда Джеффри и спросила: «Это нормально?» «Хорошо, я попрошу кого-нибудь узнать о её ситуации, но вы должны пообещать мне, что больше не позволите этому делу влиять на ваши эмоции, это вредно для ребёнка». Ребекка Квентин слегка кивнула: «Хорошо». Два дня спустя. Светило яркое солнце, и Ребекка Квентин находилась в саду вместе с миссис Джеффри, присматривая за Эндрю. Возможно, благодаря сегодняшней хорошей погоде настроение Ребекки Квентин было намного лучше, чем в предыдущие два дня. Миссис Джеффри держала Эндрю на руках, кормила его и, увидев, как заметно улучшилось состояние Ребекки Квентин за последние два дня, не смогла сдержать своих опасений и улыбнулась: «Тебе стало лучше за последние два дня?» Услышав вопрос миссис Джеффри, Ребекка Квентин сначала опешилась, но затем, кивнув, поняла: «Да». Последние два дня у нее было плохое настроение, и чтобы его мать ничего не заметила, Говард Джеффри солгал, сказав, что она плохо себя чувствует. Ребекка согласилась, не желая, чтобы его мать узнала о состоянии ее матери. ---------- Глава 395-210: Я просто хочу тебя ценить (2-2) «Хорошо, пока ты здоров. Позже я приготовлю тебе суп. Только когда ты поправишься, ты снова сможешь подарить мне пухленького внука». Ребекка Квентин слабо улыбнулась и произнесла: «Мм». Миссис Джеффри взяла на руки Эндрю, который уже допил молоко, и с любовью сказала: «К счастью, вы настояли на том, чтобы Эндрю был у меня тогда, иначе у меня не было бы этого очаровательного маленького внука, которого я могу держать на руках сейчас…» Эндрю, широко раскрыв глаза, смотрел на свою бабушку, словно подслушивая разговор между мамой и бабушкой. «Мама, дай мне его подержать…» «Лучше не надо, Эндрю — не спокойный малыш; он любит двигаться. Не толкайте и не трогайте ребенка. Я подержу его!» Любовь миссис Джеффри к Эндрю была очевидна. С тех пор как она переехала сюда жить к миссис Джеффри, возможности подержать Эндрю на руках стали крайне редкими. Каждый раз, когда она хотела подержать Эндрю, миссис Джеффри отговаривала её, ссылаясь на беременность — не из-за каких-либо умыслов, а просто потому, что миссис Джеффри не могла вынести мысли о том, чтобы внук отходил от неё хотя бы на мгновение. По словам слуг, миссис Джеффри лично заботилась обо всех нуждах Эндрю, никому другому не доверяя, даже ночью. "Хорошо…" Миссис Джеффри продолжала с радостью играть с Эндрю. В этот момент Ребекка Квентин услышала позади себя шум земляных работ. Обернувшись, она увидела множество слуг, копающих на соседнем пустом участке, и спросила: «Мама, что там происходит?» Этот участок земли она рассматривала для посадки звездчатых цветов. Миссис Джеффри проследила взглядом за Ребеккой Квентин: «О, я слышала, что Говард Джеффри распорядился построить там бассейн». "Ага." Значит, это для бассейна, неудивительно, что это такой масштабный проект. Взгляд Ребекки Квентин снова переключился на Эндрю, который наблюдал, как миссис Джеффри заставляет его радостно хихикать. Ребекка Квентин невольно мягко улыбнулась. Пока миссис Джеффри играла с Эндрю на лужайке, к ней подошёл слуга с мобильным телефоном. «Мисс Квентин, у вас в комнате зазвонил телефон. Я подумал, что это может быть важно, поэтому принес его вам». «Хорошо, спасибо». Ребекка Квентин взяла телефон из рук слуги, и, увидев номер на экране, спокойно улыбнулась и нажала кнопку ответа. «Сестра». "Бекка…" "Хм?" Кристин Куинн, удивленная спокойным голосом Ребекки Квентин, на мгновение растерялась: «Вы… вы в порядке?» Ребекка Квентин спокойно ответила: «Со мной все в порядке, не о чем беспокоиться». Казалось, Говард Джеффри в последние несколько дней скрывал новости о ее матери, поэтому ее душевное состояние тоже успокоилось. Кристин Куинн инстинктивно спросила: «Говард тебе ничего не сказал…» "Хм?" Услышав совершенно ничего не понимающий тон Ребекки Квентин, Кристин Куинн быстро взяла свои слова обратно и поспешно сказала: «Э-э, я хотела спросить, всё ли в порядке между вами и Говардом?» «Всё в порядке. Регистрация задержалась, и мы выберем другой день для поездки». «А ещё проблема твоей мамы…» Ребекка Квентин глубоко вздохнула: «Я знаю, что у нее все хорошо в тюрьме; я не хочу больше ничего расспрашивать». Кристин Куинн согласилась: «Действительно, она не заслуживает ни вашей жалости, ни вашей печали». Ребекка Квентин опустила взгляд, ничего больше не сказав. «Кстати, Говард ничего тебе не говорил последние несколько дней?» Ребекка Квентин не поняла намека в вопросе Кристин Куинн; она подумала, что Кристин Куинн спрашивает, проявляет ли Говард к ней беспокойство, поэтому ответила: «Он был со мной все это время, боясь, что я слишком много думаю. Я просто подтолкнула его пойти в офис…» Кристин Куинн на другом конце провода хранила молчание. Похоже, Говард ничего не сказал Бекке… Ребекка Квентин продолжила: «Сестра, я действительно довольна своей жизнью сейчас… Говард очень хорошо ко мне относится; я чувствую его искренность. Я решила, что после возвращения с острова Фоум мы сразу же отправимся проводить свадьбу…» Кристин Куинн была шокирована: «Вы собираетесь на остров Пены?» «Да… Он увидел, что я в плохом настроении, и сказал, что отвезет меня на остров Фоум, чтобы я могла отдохнуть эти два дня». Кристин Куинн мысленно задалась вопросом. Отдых? Наверное, это способ убрать Бекку с дороги, пока мы занимаемся внешними делами, не так ли? Час спустя. Когда Говард Джеффри возвращался на виллу, у него внезапно зазвонил телефон. Бросив взгляд на цифру на экране, он холодно нажал на кнопку Bluetooth, чтобы ответить напрямую. Ледяной голос Кристин Куинн прозвучал: «Говард, я никогда не думала, что ты так проигнорируешь мои слова. Ты так твердо решил, что я не расскажу Бекке правду?» Холодный взгляд Говарда Джеффри был прикован к дороге впереди, на его красивом лице не отразилось ни малейшего выражения эмоций после слов Кристин Куинн. «Я слышал, ты собираешься отвезти Бекку на Остров Пены. Я понимаю, ты хочешь, чтобы Бекка избежала этих проблем и даже чтобы мы не смогли до неё добраться. Однако я никогда не позволю тебе отвезти Бекку на Остров Пены… Если ты откажешься сказать ей об этом сам, мне придётся это сделать. Даже если это будет жестоко по отношению к Бекке, я не могу вынести мысли о том, что она проведёт свою жизнь с таким хитрым и неискренним человеком. С таким холодным и жестоким сердцем я не верю, что твои чувства к Бекке искренние, независимо от того, как ты выглядишь!» Говард Джеффри продолжал ехать, ожидая, пока Кристин Куинн закончит говорить, после чего спокойно пробормотал: «Я думал, вы учтете состояние Мэрилин Куинн?» "Что…" Кристин Куинн на мгновение растерялась. Говард Джеффри больше ничего не сказал Кристин Куинн, вынул Bluetooth-гарнитуру из уха, выражение его лица осталось неизменным. На другом конце провода Кристин Куинн долго не могла понять. Когда она попыталась снова поговорить с Говардом Джеффри, раздался лишь писк телефона… Услышав от слуги, что «мисс Квентин» находится в саду, Говард Джеффри передал слуге ключи от машины и направился в сад. С наступлением лета сад наполнился ароматами, а воздух был необычайно свежим. Вдали, в саду, она сидела на деревянной скамейке и смотрела вдаль со спокойным выражением лица. Легкий ветерок развевал ее струящиеся волосы и белую юбку, создавая впечатление, будто она живет в сказке, в атмосфере исключительного спокойствия и безмятежности. Он с восхищением смотрел на ее изящный профиль. Прошло много времени, прежде чем он подошел к ней, и она, ее сияющие от радости глаза, поняла: «Зачем ты вернулся? Я же говорила тебе заниматься делами компании?» «Без меня компания не перестанет функционировать». Ребекка Квентин усмехнулась словам Говарда Джеффри, встала и обняла его: «Вас беспокоил итальянский проект последние два дня. Сейчас все улажено?» ---------- Глава 396-211: Просто хочу ценить «Я уже отправил заместителя директора компании на проверку. Это не должно стать большой проблемой». «Вероятно, в последнее время ты слишком много времени проводишь со мной и пренебрегаешь работой… Так не пойдёт. Если ты не будешь управлять компанией, у неё закончатся деньги. А если у тебя закончатся деньги, меня не будет с тобой». «Неужели?» — Говард Джеффри очаровательно улыбнулся. — «Похоже, моя госпожа ценит только мои деньги…» Ребекка Квентин серьёзно ответила: «Нам нужно воспитывать двоих детей!» «Не волнуйтесь, даже если «Скайтоп» обанкротится сегодня, моих сбережений хватит на несколько жизней…» «Хорошо, я знаю, что ты богат». Говард нежно обнял Ребекку и снисходительно спросил: «Что ты делала дома всё утро?» Ребекка мягко прислонилась к груди Говарда и ответила: «Я только что загорала здесь с мамой, а теперь мама пошла в комнату поспать с Эндрю…» "Бекка…" "Хм?" «Давайте сегодня днем ​​отправимся на остров Пена!» «А?» — Ребекка подняла глаза и с удивлением посмотрела на Говарда. — «Так срочно?» «Мне вдруг очень захотелось вернуться с тобой на Остров Пены, как тогда, когда казалось, что весь мир — это только ты и я…» Воспоминания об острове Фоум до сих пор остаются для них самыми дорогими сердцу. Ребекка тоже тосковала по уединенной красоте и покою этого места и не могла не сказать: «Я тоже хочу туда поехать… Но, может, нам стоит оставить Эндрю дома?» «Моя мама позаботится о нашем сыне, не волнуйтесь». "Затем…" «Больше никаких вопросов, Бекка, я сейчас же попрошу кого-нибудь собрать вещи, и мы отправимся сегодня днем». «Хорошо тогда». Говард с удовольствием поцеловал Ребекку в губы: «Молодец». Миссис Джеффри не нужно было ничего объяснять, так как Говард уже сообщил ей об этом ранее… Итак, после обеда слуги уже спустили свой скромный багаж вниз. Водитель ждал у главных ворот виллы, а Ребекка все еще неохотно держала Эндрю на руках. Да, зная, что ей предстоит провести несколько дней вдали от дома с Говардом, миссис Джеффри наконец разрешила ей подержать Эндрю на руках… После того, как Ребекка с большой неохотой поцеловала Эндрю на прощание, она наконец взяла Говарда за руку и покинула виллу. За воротами виллы водитель уже открыл дверь машины. Ребекка в последний раз взглянула на Эндрю, которого держала на руках миссис Джеффри внутри виллы, и с большой неохотой села в машину. Никто не мог ожидать, что как раз в тот момент, когда Говард помогал Ребекке сесть в машину, по дороге внезапно промчался незнакомый черный автомобиль и остановился прямо перед ними. Резкий визг тормозов инстинктивно заставил Ребекку поднять голову. Ее взгляд случайно встретился с взглядом человека, поспешно выходящего из машины, и в тот же миг она была потрясена: «Мистер Джонс?» И действительно, из машины вышел Скайлер Джонс, излучавший холодное выражение лица и устремивший на них взгляд. Говард также заметил Скайлера Джонса, у которого слегка сузились зрачки в темных глазах. Скайлер Джонс, не теряя ни секунды, холодно заявил: «Бекка, ты не можешь уйти с Говардом». Резкий голос Скайлера Джонса эхом разнесся по ушам всех присутствующих. Ребекка слегка нахмурилась, стоя на месте, не понимая слов Скайлер Джонс. В этот момент к ним уже шел Скайлер Джонс, его холодный взгляд был устремлен на Говарда: «Я не могу позволить тебе забрать Бекку. Ты ее не заслуживаешь». Лицо Говарда излучало леденящую ауру, но когда он посмотрел на Ребекку, в его черных глазах появилась невероятная нежность. Он поцеловал Ребекку и тихо сказал: «Дорогая, садись первой в машину. Моему брату всегда было трудно смириться с тем, что мы вместе…» Ребекка взглянула на Скайлер Джонс и, немного поколебавшись, наклонилась, чтобы сесть в машину… «Бекка, ты действительно готова быть с мужчиной, который лжив, безжалостен и бессердечен?» Слова Скайлера Джонса резко остановили попытку Ребекки сесть в машину, и она вдруг с недоумением посмотрела на Скайлера Джонса. В этот момент Говард бросил холодный взгляд на Скайлера Джонса, его черные глаза слегка прищурились, сверкнули инеем, и, с большим самообладанием, спокойно произнес: «Брат, я думаю, тебе следует знать свои границы». Скайлер Джонс равнодушно ответила: «Я жалею, что приняла это решение только сегодня… Если бы я знала, что ты такая эгоистка, я бы рассказала Бекке всё пять лет назад!» Ребекка слушала внимательнее, еще больше смущаясь, и нахмурила брови от недоумения. «Коннор, отведи Бекку обратно на виллу». Взгляд Говарда был проницательным, как у сокола, и, обращаясь к стоявшему рядом слуге, он почти не шевелил губами. Слуга молча согласился: «Да… мисс Квентин, давайте войдем внутрь!» Сказав это, он помог Ребекке. ---------- Главы 397–211: Хочу лишь лелеять тебя (Часть 2) Ребекка Квентин была совершенно растеряна, осознавая сложившуюся ситуацию. В полном недоумении она позволила слугам проводить её к вилле, расположенной позади. Но никто не ожидал, что из-за её хрупкой спины так печально раздастся голос Скайлер Джонс: «Бекка, Говард Джеффри обманывал тебя, он обманывал тебя целых пять лет!» Услышав слова Скайлер, Ребекка Квентин резко вздрогнула. Она резко обернулась, нахмурившись еще сильнее, а в ее взгляде отразилось замешательство. Говард Джеффри явно был на пределе своих возможностей. Редко появляющаяся ярость вспыхнула в его темных глазах, он прищурился, когда из них вырвался коварный и опасный свет. Он сдержался и выплюнул: «Скайлер Джонс!» Скайлер тоже свирепо посмотрел на Говарда, стиснув зубы и воскликнув: «Ты недостоин её!!!» Ребекка застыла на месте, совершенно не подозревая о надвигающейся схватке между двумя братьями. Однако слова, которые Скайлер неоднократно подчеркивал, заставили ее лицо исказиться. Миссис Джеффри вышла, услышав доклад от слуг… Одного взгляда ей хватило, чтобы увидеть безжалостные взгляды, которыми обменялись два брата, и она мгновенно обмякла, чуть не упав назад. К счастью, слуга вовремя подхватил ее: «Мадам…» Напряженный крик слуги слегка прервал опасное напряжение, которое вот-вот должно было выплеснуться наружу. "Мама…" — Говард тут же подошел к миссис Джеффри, чтобы поддержать ее. Миссис Джеффри посмотрела на Скайлер с затянувшейся меланхолией в голосе: «Скайлер, ты вернулась! Почему ты не пришла ко мне сначала…» Выражение лица Скайлера было холодным, но в его глазах мелькнул слабый мягкий блеск. «Мама, ты в порядке?» В этот момент Ребекка тоже нервно поддерживала миссис Джеффри и с тревогой задавала вопросы. Непринужденное обращение Ребекки к «маме» невольно задело Скайлера, и ревность внутри него вспыхнула, словно вулканическая магма. Мысль о том, что его терпение привело к глубоким чувствам Ребекки к Говарду, все больше беспокоила его сердце. При поддержке Ребекки миссис Джеффри прижала руку ко лбу: «Я в порядке, просто немного болит голова…» Ребекка выразила беспокойство: «Тогда позвольте мне помочь вам зайти внутрь и немного отдохнуть!» Миссис Джеффри мягко кивнула: «Мм». Опасаясь за здоровье миссис Джеффри, Ребекка на время забыла о споре между Скайлером и Говардом и помогла миссис Джеффри вернуться на виллу. "Достаточно!!" Голос, словно сдерживая непреодолимую ярость, громко раздался. Миссис Джеффри и Ребекка обе задрожали. «Эвелин Джеффри, перестань притворяться, что прикрываешь своего младшего сына!!» Никто не ожидал, что старший сын назовет ее по имени, и миссис Джеффри снова сильно задрожала в объятиях Ребекки. Слова Скайлер снова потрясли Ребекку, и она наконец-то начала воспринимать их всерьез. Скайлер, стиснув зубы и подавив эмоции, сказала: «После всех этих лет, неужели в ваших глазах заботится только ваш младший сын?» Скайлер вдруг горько рассмеялась, глядя в небо: «Вы боитесь, что если мы с Беккой расскажем правду, Говард больше не сможет оставаться с Беккой? Дорогая мама, вы хорошо знаете своих двух сыновей. Вы должны понимать, что по сравнению с тем, как Говард относится к Бекке, мое отношение к ней в тысячу раз превосходит его. Именно я могу принести Бекке счастье, а Говард просто ее не заслуживает!» Острый сарказм Скайлера еще больше побледнело и без того бледное лицо миссис Джеффри… Миссис Джеффри с болью пробормотала: «Скайлер…» В глазах Скайлера мелькнула нотка обиды, но одиночество и холодность, накопившиеся за тридцать с лишним лет, закалили сердце, невосприимчивое к боли. Его взгляд презрительно скользнул по печальному лицу матери, и внезапно, сделав три шага как два, он подошел к Ребекке, силой вырвав ее из рук миссис Джеффри, холодно сказав: «Бекка, пойдем со мной!» Внезапно Скайлер потянула Ребекку к его машине, и, не понимая ситуации, она сопротивлялась, говоря: «Мистер Джонс, вы причиняете мне боль, отпустите…» Скайлер с силой схватил ее за запястье, не оставляя ей возможности отступить. К Скайлеру уже подошла горничная, нервно поддерживая Ребекку и увещевая: «Пожалуйста, отпустите мисс Квентин, ваше грубое обращение причиняет ей вред». Скайлер не ослабил хватку, холодно приказав Ребекке: «Садись в машину!» Ребекка резко оттолкнула руку Скайлер, жалуясь: «Ты делаешь мне так больно…» Заметив, что запястье Ребекки покраснело и посинело от его прикосновений, Скайлер перестал её трогать, и гнев в его глазах сменился нежностью. Он извинился: «Прости, я просто…» "Вам просто нужно уйти отсюда!" Голос Говарда прозвучал холодно. Когда Скайлер перевел взгляд на Говарда, рука Говарда уже обнимала тонкую талию Ребекки. Успокаивающий аромат Говарда мгновенно наполнил Ребекку, и, испугавшись Скайлер, она почувствовала себя в безопасности. Она недоуменно посмотрела на Скайлер и спросила: «Мистер Джонс, я всегда считала вас спокойным и великодушным человеком, но сегодня ваше поведение меня разочаровало». Ребекка была уверена, что Скайлер пытается помешать ей быть с Говардом, отсюда и нотка гнева в её голосе. Скайлер хрипло крикнула: "Бекка…" «Мистер Джонс, я же вам говорила, даже если я не с Говардом, я не могу быть с вами, я…» Скайлэр, не выдерживая душевной боли, прервала Ребекку, упрямо спросив: «Бекка, ты действительно думаешь, что выбрала правильного человека в этой жизни?» Не обращая внимания на слова Скайлер, Говард, держа Ребекку на руках, повернулся и сказал: «Бекка, давай вернемся…» «Говард, ты плел интриги против Вивиан Линдси, довел Александра Квентина до смерти, и семь лет ты только и делал, что изливал свои чувства и использовал Бекку. Какое право ты имеешь быть с ней?» Наконец, гневный, хриплый крик Скайлер поверг всех присутствующих в ошеломленное молчание. Замышлял заговор против Вивиан Линдси, принудил Александра Квентина к смерти… Когда эти слова донеслись до ушей Ребекки, шок был подобен раскату грома в ее голове, отчего в голове все закружилось, и она мгновенно опустела. "Скайлер Джонс!!" Говард взревел, сжав кулаки, самообладание было на грани срыва. Когда к Ребекке вернулись чувства, ее лицо побледнело. Она с изумлением смотрела на Скайлер, бормоча: «Что ты говоришь, какой заговор, какое принуждение к смерти…» «Бекка, пять лет назад смерть твоего отца была результатом полнейшего отчаяния, потому что кто-то загнал его в тупик!» Ребекка безучастно покачала головой, зрачки расширились от шока и недоверия. «Знаешь, когда Говард имел дело с твоей матерью, почему он попросил Кристин Куинн прислать тебе видео о причине смерти твоего отца? Потому что он хотел проверить твою реакцию, хотел узнать, насколько важен для тебя был твой отец. В результате ты была готова пожертвовать отношениями с ним ради отца, поэтому он запаниковал, испугался…» ---------- Глава 398-212: Нет детей 1 В этот момент черно-белые глаза Ребекки Квентин выглядели растерянными. «Он боится потерять тебя, потому что он — палач, доведший твоего отца до грани отчаяния!» Миссис Джеффри сама не заметила, как та, бросившись вперед, резко покачала головой, в ее голосе слышалась мольба: «Оверски, больше ничего не говори…» Скайлер Джонс, презрительно глядя на свою мать, сказал: «Вы, люди, скрываете от Бекки такие вещи, неужели вы никогда не чувствуете себя виноватыми?» Миссис Джеффри продолжала умолять: «Оверски, не делай этого, им было так трудно сойтись…» Скайлер Джонс посмотрел на умоляющее лицо миссис Джеффри, холодно рассмеялся и вдруг поднял взгляд, встретившись с опасно суженными, свирепыми черными глазами Говарда Джеффри: «Говард Джеффри, как ты можешь быть таким эгоистом? Ты хочешь, чтобы Бекка осталась с „убийцей ее отца“, разве это не очень жестоко? Подумай об этом: если однажды Бекка узнает, что человек, который спит рядом с ней каждый день и завоевал ее глубокую любовь, — это тот самый убийца ее отца, как ты заставишь ее встретиться лицом к лицу с уже умершим отцом?» В тот момент, когда Скайлер Джонс произнесла эти слова, Ребекка Квентин уже тяжело отступила назад… Миссис Джеффри тут же подошла к Ребекке Квентин, поддерживая ее в шоке, и поспешно объяснила: «Бекка, то, что сказал Оверски, не соответствует действительности…» Скайлер Джонс сердито крикнула: «Правда это или нет, Бекка, тебе следует самой спросить Говарда Джеффри. Если он действительно заботится о тебе, он не стал бы обманывать свою совесть, скрывая свои преступления, чтобы потом подло выбрать быть с тобой!» В тот момент Ребекка Квентин уже посмотрела на Говарда Джеффри… Красивое лицо Говарда Джеффри было холодным и зловещим, а пламя, пылавшее в его глазах, мгновенно погасло, когда он встретился с вопросительным взглядом Ребекки Квентин. В глубоких глазах Говарда Джеффри мелькнула нотка жалости… Он знал, что этот день неизбежен, хотя в тот момент ему хотелось разорвать Скайлера Джонса на куски. Ребекка Квентин вырвалась из объятий миссис Джеффри, медленно подошла к Говарду Джеффри, ее губы побледнели, она с болью открыла: «Почему мистер Джонс говорит такие вещи? Бекка…» Говард Джеффри прищурился, его взгляд слегка потемнел. «В то время ваш отец умолял Говарда Джеффри пощадить вас, но единственным условием Говарда Джеффри для вашего отца была его смерть». Ребекка Квентин не могла поверить своим глазам и постоянно качала головой… Спустя пять лет трагическая сцена самоубийства ее отца все еще отчетливо прокручивалась в ее памяти… Она всегда помнила доброе и любящее лицо своего отца; когда-то он был тем человеком, который ей был дороже всего на свете… Даже сегодня, думая о смерти отца, она испытывает непреодолимую скорбь. Она очень скучала по отцу; в моменты горя и беспомощности она жаждала, чтобы он был рядом с ней… «Нет, это невозможно…» — Ребекка Квентин покачала головой, не желая в это верить. — «Мой отец покончил жизнь самоубийством, он чувствовал себя виноватым в убийстве мистера Джеффри, поэтому, когда Говард Джеффри пришел к двери, он дал Говарду Джеффри объяснение… Это не имело никакого отношения к Говарду Джеффри!!» «Бекка, ты слишком наивна…» Чтобы Ребекка Квентин увидела правду, Скайлер Джонс жестоко продолжила: «Ты помнишь, после смерти отца Говард Джеффри развелся с тобой и больше тебе ничего не причинил… Подумай об этом, ненависть предыдущего поколения так глубоко укоренилась в сердце Говарда Джеффри; он мог пожертвовать собственным браком, чтобы сыграть с тобой ради мести, как он мог так легко отпустить тебя? Я думаю, что за два года, что он был с тобой, у него не было к тебе абсолютно никаких чувств. Если бы они были, он бы не игнорировал тебя все четыре года, что вы были в разлуке. Его отпустить тебя было всего лишь актом, чтобы выполнить обещание, данное твоему отцу, и положить конец обиде предыдущего поколения». Пока Скайлер Джонс рассказывала, Ребекка Квентин продолжала смотреть на Говарда Джеффри… Она пыталась увидеть на его красивом лице гнев, который хотела… Но этого не произошло. Он даже подавил свой гнев, и его взгляд, встретившийся с её взглядом, был настолько мрачным, словно он уже сдался, потому что правда не оставляла ему места для объяснений… «Я не могу в это поверить… Говард Джеффри, я хочу, чтобы ты сказал мне прямо…» — Ребекка Квентин, с трудом преодолевая сдавленность в горле, медленно произнесла эти слова. Говард Джеффри протянул руку, пытаясь обхватить плечи Ребекки Квентин, но Ребекка Квентин уже отступила в знак отказа. Миссис Джеффри снова подошла к Ребекке Квентин, изо всех сил пытаясь поддержать ее падающее тело, и с болью произнесла: «Бекка…» Ребекка Квентин, охваченная горем, крепко держала миссис Джеффри, подавленная и непрерывно умоляя: «Тетя, я знаю, вы, должно быть, в курсе, пожалуйста, скажите мне, что все, что я сейчас слышу, неправда…» ---------- Глава 399-212: Нет детей (1-2) "Я…" «Умоляю вас, тётя…» Миссис Джеффри посмотрела на страдальческое выражение лица Ребекки Квентин и, в своем беспомощном и нерешительном поведении, медленно произнесла: «Дитя, ты должна доверять Говарду Джеффри, он просто пытался помочь…» «Да, Бекка, пять лет назад я действительно совершил непростительную ошибку… Я знал, что этот день рано или поздно настанет, просто никогда не думал, что это произойдет так быстро». Голос Говарда Джеффри был крайне хриплым от самообвинения. В этот момент ноги Ребекки Квентин подкосились… Когда она чуть не упала, Говард Джеффри вовремя протянул руку и обнял ее: «Бекка!» Глаза Ребекки Квентин затуманились от потока слез… Она все еще не могла этого вынести, продолжала качать головой, и из ее глаз непрерывно текли слезы. Нежно обнимая Ребекку Квентин, Говард Джеффри сказал: «Дорогая, мы наконец-то вместе, можешь ли ты дать мне шанс исправить свои ошибки…» Ребекка Квентин и без того казалась бессильной, она рухнула в объятия Говарда Джеффри, погруженная в собственную глубокую скорбь… "Мед…" С нежностью Говард Джеффри поцеловал волосы Ребекки Квентин, его голос был очень тихим и хриплым. В этот момент Скайлер Джонс подошла к Ребекке Квентин и с сочувствием сказала: «Бекка, уходи отсюда со мной». Ребекка Квентин всхлипнула, прижавшись к Говарду Джеффри, и начала громко плакать. Скайлер Джонс смотрела на Ребекку Квентин, страдающую от мучительной печали, испытывая жалость, но не жалея о том, что раскрыла ей правду, потому что, по ее мнению, настоящие отношения нельзя поддерживать ложью всю жизнь. «Дорогая, прости меня…» Говард Джеффри неоднократно извинялся перед Ребеккой Квентин, но она никак не реагировала, только плакала, продолжала плакать, и ее слезы промочили одежду Говарда Джеффри. Кто знает, сколько времени прошло, Ребекка Квентин медленно оттолкнула Говарда Джеффри… В её взгляде не было ни обвинений, ни гнева, лишь заплаканные глаза пристально смотрели на Говарда Джеффри, а губы были плотно сжаты. «Бекка, пошли». В этот момент Скайлер Джонс уже схватила Ребекку Квентин. Ребекка Квентин все еще смотрела на Говарда Джеффри, но Скайлер Джонс уже тянула ее тело, она, казалось, потеряла сознание, и Скайлер Джонс вела ее за собой. Однако Говард Джеффри просто не мог позволить Ребекке Квентин уйти… Итак, в тот самый момент, когда Скайлер Джонс потянула убитую горем Ребекку Квентин отвернуться, их уже окружили несколько телохранителей, которые всегда следовали за Говардом Джеффри. В спальне Ребекка Квентин сидела, ничего не выражая, у кровати. Ее глаза были опухшими, в глазах читался пот. Воспоминания о его обмане вновь наполнили ее глаза, и слезы, только что выступившие перед ней, снова навернулись на глаза… За пределами комнаты. «Старая мадам». "Бекка всё ещё внутри?" "Да." «Можете уходить!» "Да." Закончив разговор со служанкой, миссис Джеффри осторожно постучала в дверь: «Бекка». Ребекка Квентин не ответила. «Если вы не издадите ни звука, я войду». Ребекка Квентин по-прежнему не отвечала. Затем миссис Джеффри повернула дверную ручку и вошла в комнату. Миссис Джеффри первой заметила нетронутый ужин на прикроватной тумбочке, вздохнула и села рядом с Ребеккой Квентин, с тревогой сказав: «Ты не можешь остаться без еды на ночь. Я попрошу слуг разогреть ее, поешь немного, хорошо?» Ребекка Квентин молча плакала, ее взгляд был пустым и устремлен прямо перед собой. «Вы должны подумать о себе, а также о малыше в вашем животе… Если вам не понравится эта еда, я попрошу приготовить что-нибудь, что вы любите». Ребекка Квентин оставалась совершенно равнодушной. Увидев страдальческое и печальное выражение лица Ребекки Квентин, миссис Джеффри опустила голову, и ее голос внезапно дрогнул: «Бекка, вообще-то…» «Мама, тебе нужно выйти!» Внезапно раздался тихий мужской голос. Миссис Джеффри подняла глаза и увидела, что ее сын уже вошел в комнату. Высокий мужчина по имени Говард Джеффри подошел к Ребекке Квентин, и, глядя в ее полные слез глаза, спокойно сказал миссис Джеффри: «Я хочу поговорить с ней наедине». Миссис Джеффри медленно поднялась, посмотрела на суровый профиль сына, поколебалась, но в конце концов вышла из комнаты. После ухода миссис Джеффри в комнате остались лишь сдавленные рыдания Ребекки Квентин. Слезы, постоянно текувшие из глаз Ребекки Квентин, сжимали сердце Говарда Джеффри, и он хрипло произнес: «Злиться на меня не значит, что ты должна шутить со своим здоровьем». Ребекка Квентин безучастно смотрела перед собой, даже не взглянув на Говарда Джеффри. Затем Говард Джеффри взял ужин со столика у кровати, проверил температуру миски, убедился, что она еще достаточно теплая, чтобы есть, взял миску, сел рядом с ней и сказал: «Этот суп специально сварила для тебя мама, он очень питательный, попробуй». Сказав это, он поднес ложку к губам Ребекки Квентин. Никто не ожидал в этот момент, как Ребекка Квентин сердито отмахнулась ложкой, суп забрызгал безупречно чистую простыню, она встала и с болью посмотрела на Говарда Джеффри: «Я думала, если бы мистер Джонс не раскрыл всё, разве я действительно, как сказал мистер Джонс, лежала бы каждый день рядом с убийцей моего отца и чувствовала бы себя спокойно и комфортно, не зная, что мой отец на небесах проливает кровь и слёзы, наблюдая за своей неблагодарной дочерью?» Не испугавшись гнева Ребекки Квентин, Говард Джеффри не пришел в ярость, отставил миску в сторону, встал и, глядя на ее бледное лицо, провёл своими темными глазами: «Смерть твоего отца, конечно, мне в долгу, но прошлое… я не хочу слишком подробно объяснять. Если ты считаешь, что я могу хоть как-то компенсировать смерть твоего отца, я сделаю все возможное». Ребекка Квентин фыркнула и холодно рассмеялась: «Оказывается, убийство человека можно компенсировать после секса… Говард Джеффри, ты действительно легкомысленно относишься к человеческой жизни!» Говард Джеффри спокойно посмотрел на насмешливое лицо Ребекки Квентин и медленно произнес: «Я знаю, ты не хочешь меня сейчас видеть, я дам тебе немного времени побыть одной, но поскольку ты беременна, ты не можешь голодать, я попрошу кого-нибудь прислать тебе ужин позже… не наказывай себя за чужую ошибку». Ребекка Квентин с негодованием воскликнула: «Мне не нужно твое внимание, лицемерка!!» Говард Джеффри повернулся и отошел. Наблюдая за уходящим Говардом Джеффри и думая о том, как пять лет она так и не смогла по-настоящему увидеть этого человека, Ребекка Квентин тяжело откинулась на кровать, и слезы потекли еще сильнее… Увидев, как Говард Джеффри вышел из комнаты, миссис Джеффри тут же подошла и с тревогой спросила: «С Беккой все в порядке?» Говард Джеффри направился в кабинет, не ответив миссис Джеффри напрямую, а лишь тихо сказал своей матери, следовавшей за ним: «Пусть приготовят еще один обед и отправят ей!» ---------- Глава 400-213: Нет детей 2 «Я уже дал указания слугам, но не уверен, захочет ли Бекка есть». «Пока нам остается только оставить ее в покое». Говард Джеффри толкнул дверь кабинета и вошёл прямо внутрь. Миссис Джеффри увидела Говарда, стоящего у окна от пола до потолка, склонившего голову, чтобы закурить сигарету, и с трудом произнесла: «Хоуи, я знала, что всё будет не так просто… Бекка никак не может смириться с таким фактом, что бы она ни делала…» Говард молча смотрел на вечерний пейзаж за окном, медленно выдыхая дым. Миссис Джеффри вдруг сказала: «Хоуи, я хочу…» Говард перебил её: «Мама, не беспокойся о том, что происходит между мной и Беккой». «Как я могу не волноваться? Бекка так сильно любит Александра Квентина, она не может этого простить… То, чего я боялась, наконец-то случилось. Хоуи, я никогда не могла повлиять на твои решения, но я с самого начала знала, что у вас с Беккой не будет ничего хорошего…» «С тех пор, как я приняла решение, я не пожалею о нем». Миссис Джеффри беспомощно покачала головой: «Что вы собираетесь делать?» «Делайте все шаг за шагом». "Но…" «Мама, я хочу побыть одна немного, пожалуйста, уйди». "Хоуи…" В заключение Говард напомнил: «Что бы ни случилось между мной и Беккой, не беспокойся об этом. Ты должна понимать, что я имею в виду». Миссис Джеффри медленно вышла из кабинета, на ее лице читались печаль и боль. Исследование не содержало никаких комментариев. Говард сидел за столом, устало потирая лоб. Пепельница на столе уже была полна окурков, и дым от последней сигареты еще витал в воздухе. В его голове мелькнул образ заплаканного лица Ребекки Квентин, вызвавший легкую боль в сердце… Он должен был знать, что этот день настанет… Поэтому, когда перед ним и перед ней появилась Скайлер Джонс, он мог остановить Скайлер, не дав ей приблизиться в сопровождении телохранителей, но он этого не сделал… Он не останавливался, потому что знал, что этот день рано или поздно настанет. Он думал, что сможет скрывать это от неё всю жизнь, но он лишь обманывал себя… Но если он не обманывал себя, как он мог убедить себя удержать её рядом? Кристин Куинн была права, он был эгоистом… Если бы он смог вынести жестокость по отношению к ней, возможно, для неё это был бы лучший исход. Но он позволил себе это… Но кто мог знать, что он просто не мог отпустить её… Он уже однажды сдался и пытался игнорировать её, но то ли это была умышленная игра судьбы, то ли судьба, она забеременела их вторым ребёнком… Он всегда представлял, что это может быть их шанс быть вместе, не понимая, что просто обманывает себя, у них нет такого шанса… С тех пор как на них легло бремя обид предыдущего поколения, им было суждено не иметь хорошего конца. Он знал, он знал лучше всех, что должен отпустить её, потому что в итоге она только возненавидит его… В день вылета из Нью-Йорка в аэропорт Т-Сити он изначально хотел сказать ей, чтобы она забрала ребенка… Однако, видя её усталое лицо, представляя, как она в одиночестве встречает будущее после потери ребёнка, он не смог этого вынести… Поэтому, полагаясь на случайность, он задался вопросом, смогут ли они без этого откровения продолжать жить без забот, старея вместе. Таким образом, в тот момент он принял еще одно решение… Увидев, как она упала ему в объятия, он был так благодарен, что не сдался. Он очень хотел, чтобы она была рядом, потому что в какой-то момент без нее его мир стал мрачным. В те несколько дней, когда он решил оставить её, она не знала, что каждый день он чувствовал себя ходячим трупом, внезапно потерявшим всякий интерес к жизни… Он понял, что не может жить без неё… Телефон звонил долго, пока Говард наконец не достал трубку. На экране появилось сообщение от Джейсона Вуда. Босс, мистер Джонс остановился в отеле XX. Думаю, он пока не планирует покидать Т-Сити. Действительно, Скайлер Джонс попыталась увезти Ребекку Квентин в полдень, но в итоге была остановлена ​​телохранителями. Ребекку силой вернули на виллу, и Скайлер не смогла сделать ни шагу внутрь из-за вмешательства телохранителей… Чтобы предотвратить дальнейшие осложнения со стороны Скайлер, Говард поручил Джейсону выяснить, где он находится, и оказалось… Скайлер не собиралась так просто сдаваться. ---------- Глава 401-213: Нет детей (2-2) Красивое лицо Говарда похолодело, и он ответил на звонок телефона двумя словами — «разоблачить». Рано утром Говард вернулся в комнату. В комнате не было света, но при тусклом свете из сада он ясно видел Бекку, сидящую на кровати и обнимающую колени. Включив свет, Говард увидел, что эмоции Бекки, похоже, утихли; на ее лице больше не было следов слез, но глаза смотрели пустым взглядом, выражая растерянность и отчаяние. Говард подошел, заметив нетронутый ужин на прикроватной тумбочке, и нахмурился: «Ты специально злишься на меня?» Бекка молчала, ее взгляд по-прежнему был рассеянным и пустым. Внезапно Говард сел на кровать, схватил ее за ослабевшие плечи и, стиснув зубы, сказал: «Не переусердствуй…» Он никогда не отличался терпением, даже с ней, его терпение имело предел, особенно когда она явно намеренно ему противостояла. Когда Говард схватил хрупкое тело Бекки, она тяжело закачалась, словно тряпичная кукла, позволяя ему делать все, что он пожелает. Столкнувшись с безразличным отношением Бекки, Говард подавил нарастающий в его сердце гнев, встал с мрачным лицом и раздраженно расстегнул рубашку, тихо пробормотав: «Черт возьми, ты действительно пытаешься пойти против меня!!» Бекка оставалась неподвижной, даже не моргнув. «Если не хочешь есть, то не ешь. Сомневаюсь, что пропуск одного приема пищи приведет к смерти от голода». Выкрикнув эти слова в гневе, Говард вышел наружу. "Бах!" Звук захлопнувшейся двери эхом разнесся по комнате. Бекка тихонько прикусила губу, изо всех сил стараясь подавить невыносимую боль в сердце. На следующий день. Рано утром Говард вернулся с улицы. Миссис Джеффри как раз спускалась вниз и, увидев Говарда, с беспокойством спросила: «Зачем вы зашли с улицы?» «Вчера вечером мне нужно было кое-что уладить, поэтому я вышел из дома». «Это было из-за Бекки…» «Как она себя чувствует?» Миссис Джеффри ответила: «Я только что зашла проведать ее, она уснула. Я поручила слугам принести ей завтрак, как только она проснется. Я очень беспокоюсь о ее здоровье». Говард уже направлялся на второй этаж. Зная, что она спит, Говард осторожно повернул дверную ручку. В комнате было очень тихо, он едва слышал ее дыхание. Измученный, Говард молча подошел к кровати. Бекка уснула, плача, она лежала тихо, но ее брови были нахмурены. Даже во сне она отказывалась расслабляться… Он внимательно разглядывал ее слегка бледное лицо, медленно протягивая руку, чтобы с безграничной нежностью погладить ее прекрасное лицо. "Бекка…" — он нежно откинул пряди волос с ее щеки и тихо позвал. Бекка лишь тихо пробормотала что-то, не просыпаясь. Говард сел у ее кровати, взял ее за руку и нежно поцеловал ее: «Прости». В этот момент внезапный звонок нарушил тишину в комнате. Говард тут же встал, чтобы найти телефон Бекки. Он собирался повесить трубку, но заметил, что на экране отображается имя «Доктора Хенли», поэтому ответил: «Здравствуйте». «Мистер Джеффри», — доктор Хенли, который уже однажды встречался с Говардом, сразу узнал его голос. — «Дело в том, что сегодня у мисс Квентин запланирован дородовой осмотр. Обычно она приходит к этому времени, но сегодня она не пришла, поэтому я позвонил, чтобы уточнить». Говард взглянул на Бекку, все еще спящую на кровати, и тихо спросил: «Можно ли отложить осмотр до послеобеденного времени?» Доктор Хенли любезно ответил: «Да, это можно устроить. Я свободен сегодня днем». «Давайте тогда назначим это на вторую половину дня». "Хорошо." Полдень. Бекка медленно проснулась… Возможно, из-за того, что она вчера слишком много плакала, у нее опухли глаза, и она не могла нормально открыться. С трудом открыв сухие веки, Бекка постепенно прояснила зрение. "Бодрствующий?" Прежде чем она успела что-либо обдумать, раздался нежный голос. Говард сидел на краю кровати, глядя на ее слегка побледневшее после сна лицо, и тихо говорил: «Только что звонил врач, сегодня у вас плановый осмотр… встаньте и поешьте, а потом мы поедем в больницу». Бекка медленно поднялась, прислонившись к изголовью кровати, и спокойно посмотрела на Говарда. Говард с нежностью посмотрел на Бекку: «Может, попросить служанку принести тебе что-нибудь поесть?» Бекка не кивнула и не отказалась. Отсутствие бурной реакции с её стороны подняло настроение Говарду. Он легонько поцеловал её в щёку, затем встал и вышел из комнаты. Вскоре горничная принесла в комнату дымящуюся еду. Говард лично принес миску, охладил куриный суп ложкой и тепло сказал: «Сначала попробуйте суп». После целого дня голодания Бекка, почувствовав аромат супа, несколько секунд колебалась, а затем всё же решилась его съесть. Говард с удовлетворением наблюдал, как Бекка пьет суп. После того как она доела, он предложил ей завтрак… Бекка явно была голодна и съела свой завтрак до последней крошки. Увидев, что Бекка успокоилась, на красивом лице Говарда появилась легкая улыбка, и он мягко спросил: «Готова встать?» Бекка не ответила Говарду, а уже встала с постели. Полчаса спустя. В машине Бекка молча смотрела перед собой. Говард управлял машиной одной рукой, одновременно обхватывая теплой ладонью слегка холодную руку Бекки. Поездка прошла в тишине, без той напряженности и конфронтации, что, казалось, улучшило атмосферу. Вскоре машина подъехала к больнице. Когда Говард протянул руку, чтобы помочь Бекке выйти из машины, она отказалась. Чтобы не испортить ей настроение, он не стал настаивать. Даже войдя в больницу, он последовал за ней, демонстрируя полную уступчивость. Доктор Хенли уже ждал их в кабинете. Увидев их прибытие, он улыбнулся: «К дородовым осмотрам нельзя относиться легкомысленно, особенно учитывая, что здоровье мисс Квентин не самое лучшее, и даже если времени мало, откладывать их не стоит!» Бекка села напротив врача, а Говард встал рядом с ней. Услышав слова врача, Говард слегка кивнул: «В следующий раз мы будем осторожнее». Доктор Хенли улыбнулся сидящей напротив Бекке: «Ребенку уже почти три месяца. Сегодняшний осмотр…» «Доктор Хенли». Бекка внезапно прервала доктора. Доктор Хенли продолжал дружелюбно улыбаться: «Хм?» В этот момент Бекка глубоко вздохнула и медленно выдохнула: «Я сегодня здесь не на плановый осмотр, я хочу прервать беременность». ---------- Главы 402-214: В этой жизни им суждено быть связанными навсегда. «Что?» — врач не отреагировал сразу. — «Мисс Квентин, вы… хотите сказать, что нужно прервать беременность?» Ребекка Квентин спокойно и равнодушно произнесла: «Да». Никто не заметил, что лицо мужчины, стоявшего в стороне, в этот момент уже потемнело и стало суровым. Доктор безучастно уставился на Говарда Джеффри: «Мистер Джеффри, это…» Его темные глаза были словно иней, свирепый взгляд, словно холодные стрелы, летел прямо на худую фигуру в кресле, его холодные губы приоткрылись: «Доктор Хенли, могу я поговорить с ней наедине?» Врач на секунду опешился, затем внезапно встал и сказал: «Хорошо». Возможно, почувствовав напряженную атмосферу, доктор быстро вышел из своего кабинета и закрыл за ними дверь. В воздухе повисла напряженная и зловещая тишина, нарастало ощущение надвигающейся опасности, от которого мурашки бегут по коже. «Повтори, что ты только что сказала!» — прорычал Говард Джеффри хриплым голосом, словно доносившимся из-под земли, и посмотрел на нее с зловещей яростью, которая заглушила весь его разум. Ребекка Квентин молчала, ее взгляд был легко устремлен вперед, словно ей было совершенно безразлично его гнев. "Почему вы молчите?" Он ждал, его пронзительные холодные глаза смотрели на нее сверху вниз, а тонкие губы были плотно сжаты в линию. «Вы только что это ясно слышали, мне не нужно повторять», — внезапно холодно ответила Ребекка Квентин. Говард Джеффри, казалось, был роковым потрясением, его лицо из бледного стало бледным: «Неужели ты меня так ненавидишь, что даже не хочешь оставить нашего ребенка?» Спокойный взгляд Ребекки Квентин, устремленный вперед, постепенно расплывался. Она вспомнила сон, в котором Эндрю взял ее поиграть в песочнице с маленькой девочкой на пляже острова Фоум… Она никогда не хотела отказываться от ребенка, иначе она бы не решилась родить Эндрю в то время. Ребенок рос внутри нее, она чувствовала его присутствие гораздо отчетливее, чем Говард Джеффри; ребенок в ее животе был ее собственной плотью и кровью! Говард Джеффри поднял подбородок: «У тебя хватит смелости еще раз сказать мне, что ты не хочешь ребенка?» Зловещая аура, которая долгое время не появлялась перед ней, теперь окутала его, исходя изнутри. Ребекка Квентин оттолкнула руку Говарда Джеффри, подняла голову, он стоял прямо перед ней, переполненный гневом, и она больше не могла сдерживать эмоции, борясь с удушьем в горле, голос ее охрип: «Разве мое решение не самое лучшее?» Глядя на красивое лицо, которое когда-то вызвало у нее влюбленность, ее сердце сжималось от боли, словно его разрезали… Пять лет назад, когда умер ее отец, она была безутешна… В тот момент он был рядом с ней, но не только не помог ей в самые трудные моменты, но и предпочел бросить ее, оставив наедине с болью от смерти отца и бременем долгов… После того, как она провела с ним время, каждый раз, вспоминая эти моменты, она всегда утешала себя, думая: «Всё в порядке». Его семья была разрушена ещё в его детстве: его родители развелись из-за отца, его отец погиб из-за матери, поэтому было неизбежно, что в его сердце будет тьма. И хотя все эти годы она так много страдала от его рук, снова и снова испытывала боль, она никогда не винила его из-за чувства вины, которое испытывала перед ним из-за своего отца… Но она никак не ожидала, что отец уже отомстил ему… ценой своей жизни. Она не понимала, раз он уже отомстил, зачем ему еще преследовать ее? Как он мог не испытывать никакой вины за ту боль и вред, которые он причинял ей годами под видом мести? Или, возможно, он считал, что человеческая жизнь для него всё ещё слишком дешёвый обмен? Как он мог быть таким жестоким… Она понимала лучше всех, что отец был её единственным членом семьи в этом мире, он мог отомстить любым способом, как он мог разрушить прежнюю жизнь? Разве он не знал, насколько сокрушительной была для неё смерть отца? Как это ни смешно, он скрывал это от нее целых пять лет… Она была такой глупой, никогда не задумываясь о том, как человек, который пять лет назад так сильно ее ненавидел, мог так легко отпустить ее за эти четыре года. Сейчас, оглядываясь назад, она понимает, сколько лазеек было прямо перед ней, она просто не подумала об этом… Для неё, хотя он и причинял ей боль, он когда-то был её мужем, человеком, о котором она больше всего заботилась после смерти отца. Он научил её любви, превратив её невинную натуру в зрелую женщину в одночасье. Она так сильно любила его, всегда считая его прекрасным, если бы не обиды предыдущего поколения, которые свели их вместе. Даже если бы он встретил её, он, возможно, даже не взглянул бы на неё… ---------- Глава 403-214: Суждено быть связанными на всю жизнь_2 Она жила в его мире так смиренно, относясь к нему как к богу, прощая все, что он делал, никогда не сомневаясь в его характере, даже если это причиняло ей боль или страдания… Но… она была обманута. Даже сейчас ей трудно поверить, что любимый человек — такой жестокий и хладнокровный… Он так пренебрежительно относится к этой жизни, насколько жесток его мир! Какие мечты о любви и счастливом браке она может воплотить? Как ей сохранить привязанность к убийце своего отца…? Если она останется с ним, как её отец сможет обрести покой в ​​нижнем мире? Самое смешное, что она чуть не вышла за него замуж, имея в утробе еще больше неразлучных детей… Как ей сделать выбор? То, что он довел ее отца до смерти, — этот факт она никогда не смогла бы вынести. Мрачный взгляд Говарда Джеффри был прикован к печальным глазам Ребекки Квентин, но в этот момент он промолчал. «Даже у тебя бывают моменты, когда ты не можешь ответить?» — тихонько усмехнулась Ребекка Квентин. Холодные зрачки Говарда Джеффри слегка сузились. «Говард Джеффри, ты не оставляешь никаких незавершенных дел, боюсь, я никогда не найду доказательств того, как ты угрожал моему отцу, что привело к его самоубийству, никогда не заставлю тебя заплатить за эту жизнь. Единственное, что я могу сделать, это позволить моему отцу покоиться с миром в этом мире… поэтому мы больше не можем быть вместе, ребенку вообще не место», — Ребекка Квентин с болью произнесла свое решение, закрыв глаза. Сейчас думать о существовании Эндрю кажется неправильным решением, но оно уже необратимо… Услышав, как она упомянула, что они «не могут быть вместе» и что «ребенка не должно существовать», лицо Говарда Джеффри внезапно изменилось. «Не тебе решать между нами!» Он сердито выплюнул это, его яростные темные глаза были устремлены на нее. «Я не могу провести свою жизнь с таким лживым обманщиком, как ты, я хочу уйти от тебя!» — громко закричала она. «Даже не думай об этом!» — красивое лицо Говарда Джеффри исказилось, он резко схватил ее за руку и сквозь стиснутые зубы произнес: «В этой жизни нам суждено быть связанными вместе!» «Как ты можешь быть таким эгоистом…» Говард Джеффри уже рассердился, никто не заметил мимолетной боли в его глазах, когда он отвернулся. "Говард Джеффри!!" Дверь с грохотом захлопнулась, заглушив все, что Ребекка Квентин хотела сказать за плотно закрытой дверью. Она внезапно оцепенела на стуле, из глаз бесшумно потекли слезы… Спустя мгновение доктор, поколебавшись, открыл дверь и вошел. Следом за врачом шли два телохранителя Говарда Джеффри. Разумеется, эти два телохранителя были там, чтобы следить за ней. Врач, сидевший напротив Ребекки Квентин, глядя на ее глаза, полные слез, вздохнул и сказал: «Мисс Квентин, я не знаю, что произошло между вами и мистером Джеффри, но я думаю, вам следует пересмотреть свое решение не заводить ребенка. Отказ от беременности не только повлияет на вашу будущую фертильность, но и разрушит только что зародившуюся жизнь…» Глаза Ребекки Квентин были полны слез, в горле перехватывало от горечи. «Вы принимали лекарства для сохранения беременности, ваше состояние наконец стабилизировалось на третьем месяце, не сердитесь на мистера Джеффри из-за мимолетного гнева, тем более что мистер Джеффри заботится о вас. Он даже спросил меня, можно ли вам ходить пешком на третьем месяце беременности, потому что он хочет отвезти вас в место, где вас ждет сюрприз — свадьба…» После выписки из больницы Говарда Джеффри нигде не было видно… Таким образом, Ребекку Квентин в сопровождении телохранителей отвели обратно на виллу. Она вошла в виллу подавленная, совершенно не замечая людей в холле, пока кто-то не подбежал и не обнял её. Только тогда она подняла глаза и сказала: «Сестра…» «Бекка, ты в порядке? Я очень за тебя волновался…» Миссис Джеффри тоже подошла к Ребекке Квентин, посмотрела на двух телохранителей, которые в замешательстве удалились к дверям виллы, и спросила: «Бекка, Говард Джеффри? Разве он не сопровождал вас в больницу на дородовый осмотр?» Ребекка Квентин не ответила. Миссис Джеффри слегка успокоилась, увидев, что они вместе идут на дородовый осмотр, но, увидев, как Ребекка Квентин возвращается одна в сопровождении телохранителей, она, вероятно, уже догадалась, что в больнице снова что-то неладно, и нахмурилась от беспокойства. Кристин Куинн, поддерживая Ребекку Квентин, тихо сказала миссис Джеффри: «Позвольте мне сначала помочь ей вернуться в комнату». Миссис Джеффри ничего не сказала, ее лицо было таким бледным. В спальне Кристин Куинн помогла Ребекке Квентин сесть на край кровати. Кристин Куинн села рядом с ней и нежно спросила: «Бекка, ты в порядке?» Ребекка Квентин тихо кивнула. Кристин Куинн, держа холодную руку Ребекки Квентин, виновато произнесла: «Если я знала, что Скайлер Джонс приедет, я должна была сказать тебе сама…» Ребекка Квентин повернула лицо к Кристин Куинн, выражая полное недоумение. Кристин Куинн тяжело вздохнула и медленно произнесла: «Бекка, ты помнишь видео, которое я тебе отправила несколько дней назад?» Это было видео, в котором "М" изображала миссис Джеффри. Ребекка Квентин с трудом произнесла: «Сестра… ты с самого начала знала, что „М“ — моя мать?» «Говард Джеффри очень хорошо это скрывал, СМИ никогда не сообщали о личности «М», я узнал об этом совсем недавно, посмотрев новости по телевизору…» Ребекка Квентин опустила голову и с болью произнесла: «В последнее время слишком много вещей, с которыми я не могу смириться, я…» Кристин Куинн быстро поддержала хрупкие плечи Ребекки Квентин и сочувственно сказала: «Бекка, ты знаешь, почему я волновалась, что ты можешь не увидеть новости о „М“, и специально отправила тебе это видео?» Ребекка Квентин покачала головой и недоуменно посмотрела на Кристин Куинн. Кристин Куинн печально сказала: «Бекка, прежде всего, я должна извиниться, потому что обо всем, что сделал Говард Джеффри, я знала еще несколько дней назад. Я не говорила тебе об этом напрямую, но отправила видео с пометкой «М», в котором просила тебя заставить Говарда Джеффри рассказать тебе правду. Я боялась, что ты почувствуешь себя так же обиженной, как сегодня». Взгляд Ребекки Квентин оставался растерянным. Кристин Куинн продолжила: «В тот день, когда я вернулась в город Y, я встретила Скайлера Джонса. Я упомянула ему о том, что вы с Говардом Джеффри непреднамеренно поженились. Я никогда не думала, что он так рассердится… Насколько я помню, Скайлер Джонс всегда скрывал свои чувства к вам, он никогда не казался таким злым, когда вы были с Говардом Джеффри. Я не понимаю, как Скайлер Джонс, будучи с Говардом Джеффри, мог так долго терпеть, не борясь за вас, поэтому его гнев показался мне особенно странным… Позже, однажды, я подслушала его разговор по телефону с Говардом Джеффри. В разговоре упоминалась смерть отца. Я никогда не думала, что смерть отца может быть такой простой, поэтому я расспросила Скайлера Джонса прямо там. После моих настойчивых вопросов Скайлер Джонс наконец рассказал мне истинную причину смерти отца…» ---------- Главы 404-215: Я забираю тебя! При одной только мысли об этом в глазах Ребекки Квентин снова мелькнула боль. В этот момент настроение Кристин Куинн тоже испортилось. Она печально сказала: «Когда я услышала, что Говард Джеффри причастен к смерти моего отца, я совершенно не могла в это поверить. Потому что, несмотря на то, что я всегда считала Говарда холодным и бессердечным человеком, я никогда не верила, что он действительно такой. Поэтому я сомневалась в словах Скайлер Джонс, но я никак не ожидала, что Скайлер даст мне какие-либо доказательства…» Глаза Ребекки Квентин расширились от шока: «Доказательства?» Кристин тут же достала свой телефон и передала его Ребекке Квентин, чтобы та посмотрела фотографию. Увидев фотографию, Ребекка Квентин вздрогнула: «Тетя Клэр?» Да, на экране телефона отобразилась фотография тети Клэр, на фоне которой была показана квартира в городе Y, которую она делила с тетей Клэр. Отметка времени на фотографии указывает на то, что она была сделана недавно… Ребекка Квентин была озадачена: «Разве тетя Клэр не должна быть в деревне? Как она оказалась в городе Y?» Она внимательно посмотрела на тетю Клэр на фотографии, которая выглядела гораздо более изможденной и обеспокоенной. Кристин нахмурилась: «Бекка, ты думаешь, тётя Клэр всегда была в деревне? Ты ошибаешься. На самом деле тётя Клэр всё это время была в городе Y. Она хотела найти тебя давным-давно, но не смогла». «Почему?» — с изумлением спросила Ребекка Квентин. «Поскольку Говард Джеффри распорядился поместить её в роддом, именно поэтому в течение последнего года, пока вы были беременны и рожали, она редко вам звонила. Когда бы вы ей ни звонили, она всегда сияла от счастья». Ребекка Квентин внезапно встала с постели: «Невозможно! Как он мог заточить тетю Клэр…» Кристин тоже встала и неохотно сказала: «Потому что тетя Клэр выяснила причину смерти нашего отца больше года назад». Ребекка Квентин несколько раз покачала головой. Кристин добавила: «Что касается того, как тетя Клэр узнала об этом, мы остаемся в неведении, но я могу подтвердить, что Говард Джеффри заключил тетю Клэр в тюрьму из-за этого дела. Тетя Клэр однажды отправила сигнал бедствия Скайлеру Джонсу, чтобы передать вам эту новость. Более года Скайлер Джонс отслеживал местонахождение тети Клэр, и только недавно обнаружил, что она находится в городе Y, но спасти ее так и не смог». Ослабевшее тело Ребекки Квентин пошатнулось назад, Кристин испугалась и быстро поддержала ее, сказав: «Бекка…» У Ребекки Квентин не хватало сил, и она могла стоять только при поддержке Кристин. Кристин на самом деле хотела сказать больше, но, заметив неспособность Ребекки Квентин выдержать это, она с трудом проглотила невысказанные слова и с жалостью произнесла: «Я знаю, что не должна вам этого говорить, но я хочу, чтобы вы ясно увидели истинную сущность Говарда Джеффри…» Ребекка Квентин по-прежнему качала головой, в ее растерянных глазах явно читалось сильное потрясение. Кристин поддерживала дрожащее тело Ребекки Квентин, ее голос дрожал от слез: «Бекка, пожалуйста, поверь мне, если бы я могла, я бы предпочла, чтобы ты никогда в жизни не узнала всего этого. Но если бы я действительно притворилась невежественной и позволила тебе доверять Говарду, «счастливо» жить с ним, боюсь, меня бы всю жизнь мучила совесть… Человек, который относится к жизни как к чему-то незначительному, как бы он тебя ни баловал, недостоин тебя из-за отсутствия человечности. Поэтому я предпочла бы, чтобы ты пережила это сейчас, чем потом глубоко сожалела, когда тебе будет уже слишком плохо…» В этот момент Ребекка Квентин внезапно вырвалась из объятий Кристин и в панике принялась искать свой телефон. Найдя телефон в ящике прикроватной тумбочки, она в панике начала набирать номер Говарда Джеффри. Однако телефон Говарда Джеффри никак не хотел подключаться. Она продолжала набирать номер, продолжала набирать номер, пока, наконец, ее ослабевшее тело медленно не опустилось на корточки, она беспомощно обняла себя и разрыдалась… Тук-тук. Кристин укрыла Ребекку Квентин одеялом, а затем тихо пошла открывать дверь. Посетительницей была миссис Джеффри. Миссис Джеффри выглядела обеспокоенной: «С Беккой… все в порядке?» Кристин взглянула на только что заснувшую Ребекку Квентин на кровати и прошептала: «Давай поговорим на улице!» "Хорошо." Они вдвоём переместились в холл на первом этаже. Кристин сидела на диване напротив миссис Джеффри и спокойно сказала: «Мадам, Бекка расплакалась от усталости и уснула». Миссис Джеффри молча кивнула. «Простите, что рассказала Бекке о ситуации с тетей Клэр…» Миссис Джеффри растерянно подняла глаза, в них читалось недоверие. Кристин внимательно наблюдала за выражением лица миссис Джеффри и тихо сказала: «Видя ваше удивление, вы ведь не ожидали, что я знаю о том, что Говард Джеффри заточил тетю Клэр в тюрьму?» ---------- Главы 405-215: Я хочу тебя навсегда! (Часть 2) Миссис Джеффри хранила молчание, выражая тем самым свое молчаливое одобрение. «Мне об этом рассказал ваш старший сын». "Скайлер? Откуда он тебе об этом рассказал?" "Я…" Кристин Куинн уже собиралась ответить, но внезапно поняла, что миссис Джеффри, возможно, до сих пор не знала о её отношениях со Скайлером Джонсом. Полагая, что в будущем дальнейшего общения со Скайлером не будет, Кристин Куинн решила не создавать новых проблем и придумала объяснение: «Вероятно, потому что я сестра Бекки, и он подумал, что мне лучше поговорить с ней!» Выражение лица миссис Джеффри было мрачным, и она печально произнесла: «Ему не следовало говорить такие вещи…» Кристин Куинн равнодушно ответила: «Тетя, вы действительно хотите защитить своего сына?» Миссис Джеффри печально покачала головой: «Вы не понимаете…» Кристин Куинн сердито возразила: «Я не понимаю… Я не понимаю, почему Говард Джеффри до сих пор хочет быть с Беккой? Александр Квентин, может быть, и кровный родственник мне, но для Бекки он был человеком, которого она больше всего уважала и о котором заботилась… Говард Джеффри убил Александра Квентина. Разве он не чувствовал себя виноватым, когда был с Беккой?» Услышав резкое обвинение Кристин Куинн, миссис Джеффри внезапно рассердилась: «Довольно, Кристин Куинн! Моему сыну не нужны ваши суждения!» Кристин Куинн, испуганная упреком миссис Джеффри, тихо ответила: «Тетя, конечно, вы защищаете Говарда, но вы действительно согласны с тем, что он такой эгоист и остается с Беккой?» Миссис Джеффри успокоила свой гнев и попыталась сохранить самообладание: «Я не буду вмешиваться в дела его и Бекки». Кристин Куинн нахмурилась: «Как думаешь, Бекка до сих пор была бы с Говардом?» Миссис Джеффри спокойно ответила: «Она бы не стала просто так отказываться от своих чувств к Говарду». Кристин Куинн усмехнулась: «Тогда ты действительно не понимаешь Бекку… Как бы сильно она ни любила Говарда, она никогда не сможет забыть смерть своего отца и быть с человеком, который его убил!» Миссис Джеффри вдруг пристально посмотрела на Кристин Куинн, ее голос был холодным: «Кристин Куинн, я начинаю подозревать, что вы пришли сюда сегодня только для того, чтобы создать проблемы для Бекки! Зачем вы рассказали Бекке о деле тети Клэр? Вам не кажется, что у Бекки и Говарда и так достаточно проблем? Если бы вы действительно заботились о Бекке, разве вы не убедили бы ее дать Говарду еще один шанс, дать им возможность быть вместе?» «Извините, но мужчины из семьи Джеффри так хорошо притворяются, что мне трудно поверить, что человек по своей природе жестокий и хладнокровный в конечном итоге может принести Бекке какое-либо счастье… Я бы предпочла, чтобы Бекка нашла себе мужчину получше, чем снова доверилась бы кому-то лицемерному!» «Кристин Куинн, неудивительно, что у меня всегда было о тебе плохое впечатление… Из-за таких женщин, как ты, от природы мрачных, всегда воспринимающих все как нечто мрачное. Ты видишь только эгоизм Говарда, скрывающего что-то от Бекки, но не видишь усилий, которые Говард прилагает, чтобы быть с ней. Думаешь, Бекка была бы счастлива в этой жизни без Говарда?» «Мрачная?» — саркастически рассмеялась Кристин Куинн. — «Если бы вы знали, через что я прошла на пути отношений, вы бы не подумали, что я мрачная… У меня нет надежды обрести счастье в этой жизни, но Бекка — моя сестра, и я надеюсь, что она найдет истинное счастье, а не счастье, смешанное с опасностями и скрытыми рисками, которые могут взорваться в любой момент». Недовольная миссис Джеффри спросила: «А чего же вы хотите?» Кристин Куинн честно ответила: «Говард так пристально следит за Беккой. Что я могу сделать? Однако я уважаю решение Бекки. Если она в конечном итоге выберет Говарда, я не буду ей мешать. В конце концов, счастье каждого должно быть в его собственных руках. Но если она решит уйти от Говарда, я приложу все усилия, чтобы помочь ей уйти». В этот момент голос миссис Джеффри смягчился: «Боюсь, вы слишком много думаете. Бекка не стала бы уходить от Говарда. У них уже двое детей…» Кристин Куинн покачала головой и с грустью произнесла: «Возможно, вы не знаете, тётя, Бекка только что ездила в больницу с Говардом, намереваясь заняться ребёнком в её утробе…» Во сне длинные ресницы Ребекки Квентин затрепетали, и наконец она медленно открыла глаза. "Бекка, ты проснулась!" Раздался тихий голос, и заплаканные глаза Ребекки Квентин устремились в сторону, где приближалась миссис Джеффри с миской горячего супа. Миссис Джеффри поставила суп на прикроватный столик, осторожно помогла Ребекке Квентин сесть, затем взяла суп и любезно сказала: «Я только что приготовила этот суп. Попробуйте». Ребекка Квентин безучастно смотрела на ароматный суп, но не протянула руку, чтобы взять его. «О, какая я неосторожная. Суп такой горячий, что тебе трудно его пить. Давай я немного его остужу». С этими словами миссис Джеффри с заботой использовала ложку, чтобы охладить суп для Ребекки Квентин. Глядя на заботливое отношение миссис Джеффри, Ребекка Квентин с трудом произнесла: «Мне это не нужно». «Бекка, я долго готовила этот суп. Он очень вкусный. Будь хорошей девочкой и питай свой организм. Иначе ребенок будет протестовать». «Тетя… мне больше не нужно себя кормить». Услышав это, миссис Джеффри задрожала, чуть не пролив суп на кровать. Побледнев, она выдавила из себя улыбку: «Ха-ха, не говори таких глупостей. Если ребёнок услышит, он может подумать, что его матери всё равно!» Ребекка Квентин безучастно смотрела перед собой, сдерживая слезы: «Мы с Говардом больше не можем так жить, и ребенок тоже не может остаться». Глаза миссис Джеффри покраснели; она поставила суп обратно на прикроватную тумбочку и осторожно взяла Ребекку Квентин за руку, извиняясь: «Бекка, пожалуйста, не говори таких вещей. Мне больно слышать это от тебя… Должна сказать, я всегда была против ваших отношений с Говардом, потому что боялась, что однажды ты узнаешь об этом и будешь страдать, как сегодня. Но то, чего ты больше всего боишься, сбывается. Говард все еще хочет быть с тобой. Я знаю, что мой сын никогда не дарил тебе хороших воспоминаний, но как его мать, я могу заверить тебя, что он искренне к тебе привязан. Можешь ли ты отпустить прошлое и дать ему еще один шанс?» Ребекка Квентин медленно опустила голову, её переполняла боль: «Я не могу с этим смириться…» «Что бы ты ни хотел, чтобы Говард сделал в качестве искупления вины за дело твоего отца, я могу это принять. Только, пожалуйста, не разрушай чувства, которые связывают вас двоих…» Ребекка Квентин продолжала качать головой, не в силах издать ни звука из-за пересохшего горла. «Бекка, у вас с Говардом уже есть Эндрю, и вы вот-вот родите второго ребенка. Неужели у вас хватит духу отказаться от ребенка и от Эндрю?» Ребекка Квентин внезапно подняла голову и с тревогой заявила: «Нет, Эндрю должен быть со мной. Я не оставлю его…» ---------- Глава 406-216: Нежелание отпускать 1 Миссис Джеффри все еще пыталась уговорить: «Бекку…» Ребекка Квентин прервала Говарда Джеффри: «Тетя Клэр, вам не нужно больше ничего говорить… Если я буду притворяться, что ничего не знаю, и останусь с Говардом, я думаю, никогда по-настоящему не буду счастлива». Миссис Джеффри рухнула на край кровати, не зная, что делать. Через несколько минут миссис Джеффри вышла из комнаты с нетронутым супом. Миссис Джеффри была так погружена в свои мысли, что не заметила, как Говард направился к комнате. Лишь когда Говард окликнул «Мама», миссис Джеффри в оцепенении подняла глаза и сказала: «Хоуи». Говард заметил нетронутый суп в руке миссис Джеффри, нахмурился и спросил: «Она не хочет его пить?» Миссис Джеффри кивнула: «Она кажется решительной». Говард мягко поддержал миссис Джеффри и утешил ее: «Мама, не волнуйся, уверяю тебя, что у нее и у меня все будет хорошо». «Тебе не следовало скрывать это от меня…» "Хм?" «Бекка хочет избавиться от ребенка…» Говард тихонько усмехнулся: «Такие дела не только в её компетенции, мама, это было сказано в пылу момента». Со слезами на глазах миссис Джеффри подняла глаза: «Кажется, она не говорит в пылу момента… Хоуи, дай маме рассказать Бекке правду!» Лицо Говарда тут же помрачнело: «Я запрещаю это!!» Миссис Джеффри отодвинула руку Говарда, с трудом сдерживая слезы: «Хоуи, мама старая, жить уже не ради чего, даже если остаток жизни проведешь в тюрьме, это не имеет значения…» Красивое лицо Говарда стало суровым, и он глубоко произнес: «Я запрещаю тебе говорить такие вещи… Я сказал, что улажу все с Беккой, и поскольку я решил быть с ней, я морально готов к сегодняшнему дню. Все, что тебе нужно сделать, это позаботиться об Эндрю в эти неприятные дни, и я обещаю, что мы с Беккой скоро помиримся». Миссис Джеффри, испытывая чувство вины, сказала: «Сынок, мама не хочет разрушить твое счастье, мама…» Говард утешил: «Не говори таких вещей… терпеливо подожди, пока я решу эту проблему, хорошо?» Миссис Джеффри в скорби покачала головой. Говард с улыбкой уговаривал: «Разве ты не хочешь жить в окружении внуков? У тебя уже есть прекрасный внук, а через несколько месяцев Бекка подарит тебе внучку. К тому времени оба ребенка будут окружать тебя со всех сторон, называя тебя бабушкой весь день…» Представив себе эту прекрасную картину, миссис Джеффри наконец улыбнулась сквозь слезы. Говард тоже вздохнул с облегчением и наконец успокоил ее: «Вы должны доверять своему сыну». Миссис Джеффри кивнула, ее сердце слегка успокоилось: «Вам следует навестить Бекку…» "Хм." «Кстати, Кристин Куинн приходила раньше и поговорила с Беккой о деле тети Клэр. Думаю, Бекка сейчас…» — Миссис Джеффри снова приняла обеспокоенный вид. "Я знаю." «Кристин сказала, что придет сегодня вечером снова составить компанию Бекке. Как думаешь, нам стоит ее остановить?» Говард равнодушно ответил: «Нет необходимости, я думаю, ей лучше сейчас быть в компании, чем оставаться наедине с тревожными мыслями». "Хорошо." Поговорив с матерью, Говард вошел в свою комнату. Он, как обычно, протянул руку, чтобы повернуть дверную ручку, но, держа ее в руке, снова замешкался. Ее слова, сказанные в больнице, внезапно всплыли в его памяти… Мы больше не можем быть вместе… Его сердце все еще болело от того, что его дернули. В этот момент рука Говарда отпустила дверную ручку, и он решил отвернуться. Сейчас она точно не хотела бы его видеть; в её взволнованном состоянии его присутствие лишь вызвало бы ещё большее эмоциональное потрясение… Лучше оставить её в покое на некоторое время! Однако вскоре после отъезда Говард остановился. Он сам не понимал, когда она так глубоко запала ему в сердце, и не мог даже на мгновение отпустить её из виду… Ему очень хотелось остаться с ней наедине, даже в нынешней напряженной ситуации. Его высокая фигура обернулась, и Говард снова положил руку на дверную ручку. Но на этот раз ему все еще не хватало смелости повернуть ручку… Он уже представлял себе, какие эмоции она проявит, увидев его — вопросы, обвинения, слезы… Его собственное сердце временами не могло этого вынести… Снова отвернувшись, Говард в конце концов решил уйти, оставив ее в покое и тишине. Тихая ночь. В кабинете президента "Skytop Group" одинокая фигура хладнокровно стояла у окна от пола до потолка. Говард держал в руке стакан с янтарным напитком и смотрел на уже спящий городок Т. ---------- Глава 407-216: Нежелание отпускать (1/2) С наступлением ночи над T City даже его знаковые здания лишились света, остались лишь редкие мерцающие огоньки. Эти вспышки эмоций отражали нынешнее душевное состояние Говарда Джеффри — такое опустошенное и одинокое. Ночь без нее была обречена на бессонницу… Он сделал глоток спиртного, позволив его ледяной температуре обрушиться на горло и вызвав жжение. Внезапно он с силой отбросил бокал с вином. Стекло ударилось о что-то твердое и мгновенно разбилось; звук был необычайно резким в тихой ночи. Она была его женщиной, и всю свою жизнь она и мечтать не могла его бросить! С этой мыслью Говард Джеффри достал телефон и набрал номер. Уважительный голос ночного слуги виллы ответил: «Мистер Джеффри». "Кристин Куинн сегодня вечером с мисс Квентин?" Слуга ответил: «Мисс Куинн ненадолго навестила мисс Квентин, но ушла, получив звонок». Закончив разговор, Говард Джеффри схватил ключи от машины со стола и вышел прямо из офиса. Примерно через полчаса Говард Джеффри вернулся на виллу. Ночь была невероятно тихой; вся вилла уже спала. Говард Джеффри направился в свою комнату и на этот раз без колебаний открыл дверь. К его удивлению, комната была освещена, и она сидела у кровати, ее взгляд уже встречался с его. Говард Джеффри положил пиджак, расстегнул две пуговицы на рубашке и направился к ней. Сидя на краю кровати, он смотрел на ее слегка бледное лицо и мягко спросил: «Так поздно, почему ты не спишь?» Бекка Квентин равнодушно ответила: «Я думала, ты будешь меня избегать». Говард Джеффри убрал ее руку с одеяла и обхватил ее своей ладонью, хрипло произнеся: «Я не хочу вас избегать; я просто хотел подождать, пока вы будете в лучшем настроении, чтобы поговорить». Бекка Квентин холодно посмотрела на Говарда Джеффри: «Нам больше не о чем говорить… но насчет тети Клэр вы должны дать мне объяснение». Говард Джеффри без труда признался: «Нет никакого объяснения; всё именно так, как вам сказала Кристин». «Ты просто отвратителен, Говард Джеффри». Бекка Квентин разочарованно покачала головой, в ее глазах читалась глубокая боль. Говард Джеффри по-прежнему говорил мягким тоном: «Всё, что я делал, было лишь для того, чтобы быть с тобой». Если бы это всплыло год назад, он, возможно, уже потерял бы её… Бекка Квентин насмешливо произнесла, приподняв уголок губ: «Ты смешон, даже думать, что мы можем быть вместе…» Говард Джеффри искренне посмотрел в глаза Бекке Квентин, приоткрыв губы, чтобы прошептать: «Бекка, когда ты впервые приехала в Т-Сити одна, я сдался; после того, как я уладил дела с М, я снова сдался, но когда я узнал о нашем втором ребенке, я не смог отпустить… Думаю, я никогда не смогу отпустить это в этой жизни. Неважно, будешь ли ты злиться день, месяц, год или всю свою жизнь, мне все равно; я отдал тебе свое сердце». Бекка Квентин холодно ответила: «Я не хочу слышать твои бессмысленные слова… Завтра я уеду отсюда со своей сестрой». Говард Джеффри тихонько усмехнулся, его хриплый голос был низким и мягким: «Нет, ты не уйдешь…» В его голосе не было угрозы, но в нем чувствовалась врожденная уверенность… У нее было смутное предчувствие несчастья. И действительно, пока Бекка Квентин задумчиво хмурилась, Говард Джеффри добавил: «Если вас не пугает, что вы больше никогда в жизни не увидите тетю Клэр, можете смело уходить с Кристин…» «Ты используешь тетю Клэр, чтобы угрожать мне?» «Вы должны знать, что я способен на всё». «Говард Джеффри!!!» — Бекка Квентин стиснула зубы, — «Ублюдок!!» Говард Джеффри легонько поцеловал Бекку Квентин в щеку: «Дорогая, я устал. Пойду приму душ…» Когда Говард Джеффри вышел из душа, Бекки Квентин уже не было в комнате. Нахмурившись, Говард Джеффри огляделся по сторонам. На террасе Бекка Квентин, худая и унылая, стояла неподвижно. Небрежно облачившись в халат, Говард Джеффри направился к террасе. Ночью температура была ниже, чем днем, а периодически дующий прохладный ветерок делал силуэт Бекки Квентин еще более унылым и безразличным. Говард Джеффри, как обычно, обнял её сзади… Но, когда он обнял ее, она вырвалась, повернулась и посмотрела на него равнодушными глазами. Говард Джеффри ничуть не был зол; он по-прежнему сохранял мягкое и привлекательное выражение лица, а его магнетический голос мягко произносил: «Пойдем спать!» Бекка Квентин спокойно ответила: «Я больше никогда не буду спать с тобой в одной постели!» Брови Говарда Джеффри слегка нахмурились, в глазах читалось недовольство. Бекка Квентин сердито посмотрела на Говарда Джеффри: «Не кажется ли тебе, что использование тети Клэр для угроз в мой адрес только заставляет меня еще больше сомневаться в твоей человечности?» Говард Джеффри спокойно заявил: «Мои личные качества никак не влияют на наши отношения… Вы хотите счастья, и я могу вам его подарить». Бекка Квентин усмехнулась: «Ты ошибаешься. С того момента, как я тебя встретила, моя жизнь была обречена на то, чтобы никогда не узнать счастья». Слова Бекки Квентин были подобны пронизывающему зимнему ветру, глубоко проникающему в сердце Говарда Джеффри. Если после возвращения из компании он еще питал надежды на временное примирение, то теперь он глубоко понимал, что она начала его ненавидеть, и то спокойствие, о котором он мечтал, скорее всего, недостижимо. Сохраняя спокойное и нежное выражение лица, Говард Джеффри вдруг улыбнулся, внимательно осмотрел её и тихо произнёс: «Бекка, больше не говори мне таких вещей; это не принесёт тебе удовольствия, и мне тоже». Его слова, хоть и лёгкие, были окрашены лёгкой печалью, звучали так меланхолично и грустно, что вызвали лёгкую боль в сердце Бекки Квентин. И всё же её голос оставался ясным и решительным: «Как ты думаешь, осталось ли что-нибудь хорошее сказать между нами?» Говард Джеффри слегка прищурился: «Неужели здесь совсем нет места для маневра?» Бекка Квентин насмешливо ответила: «Только если ты сможешь вернуть моего папу к жизни». Говард Джеффри посмотрел на Бекку Квентин, его взгляд был тусклым, и никто не знал, насколько подавленным было его душевное состояние в тот момент. Бекка Квентин встретила мрачный, глубокий взгляд Говарда Джеффри и повторила свою просьбу: «Отпустите меня!» Говард Джеффри легкомысленно ответил: «Невозможно!» Бекка Квентин нахмурилась и сердито возразила: «Какое право вы имеете ограничивать мою свободу?» ---------- Глава 408-217: Нежелание отпускать 2 Говард Джеффри оставался спокойным и невозмутимым: «Просто потому, что у тебя в животе мой ребенок». Ребекка Квентин сердито выпалила: «Я его не буду хранить!» «Боюсь, это не в вашей компетенции». "Говард Джеффри!!" В этот момент Говард Джеффри уже повернулся и покинул террасу. Ребекка Квентин догнала его, преградив ему путь своим хрупким телом, и протянула руку, чтобы перехватить: «Ты что, заставляешь меня ненавидеть тебя еще больше?» Ответ Говарда Джеффри был легким, но полным собственнического отношения к ней: «Я просто хочу любить тебя еще сильнее». Ребекка Квентин презрительно покачала головой: «Говард Джеффри, ты такой эгоист, настоящий эгоист… Ты прекрасно знал, что с того момента, как ты столкнул моего отца в пропасть, для нас не было никакой возможности выжить, и все же ты, прикрываясь лицемерием, держал меня в неведении, как дуру, пять лет. Как я теперь буду смотреть в глаза своему отцу?» Говард Джеффри тихо вздохнул, протянул руку, чтобы поддержать хрупкое тело Ребекки Квентин, и мягко произнес: «Дорогая, мы прошли такой долгий путь с огромными трудностями, ты действительно хочешь вот так сдаться?» Воспоминания о чудесных днях, проведенных с ним, промелькнули в ее памяти, и у Ребекки Квентин появился неприятный привкус, а сердце наполнилось невыразимой болью. Она никак не ожидала, что всё закончится так, но всё, что он делал, не оставляло ей никаких оснований ни убеждать себя, ни прощать... Даже если бы он был искренен с ней сегодня, она больше не могла продолжать с ним отношения... Она просто не могла представить себя с человеком, который довел ее отца до смерти, а идти против своей совести означало быть неблагодарной за более чем двадцать лет родительской заботы! Ребекка Квентин оттолкнула руку Говарда Джеффри, ее заплаканные глаза встретились с его вечно нечитаемыми темными глазами: «Я никогда больше не полюблю тебя, Говард Джеффри… С нами все кончено!» Её слова задевали самые сокровенные струны его сердца. Когда она упомянула о конце, казалось, что она разорвала ему нерв, и боль распространилась по его конечностям и костям. Никогда прежде никто не заставлял его чувствовать себя настолько растерянным, беспомощным и бессильным... В этот момент он снова улыбнулся... На его красивом лице читалась нотка грусти, тонкие губы едва заметно шевелились: «Полагаю, вы не хотите видеть меня сегодня вечером в комнате… Я посплю в кабинете». После этих слов Говард Джеффри прошел мимо Ребекки Квентин, оставив после себя в комнате ощущение подавленности. Ребекка Квентин обернулась, чтобы посмотреть на удаляющуюся холодную и гордую фигуру Говарда Джеффри, внезапно потеряв дар речи и задыхаясь, слезы непрерывно текли из ее глаз. В кабинете Говард Джеффри откинулся на спинку стула за столом. Недостаток отдыха в последние дни уже отпечатал усталость на его красивом лице. Его взгляд был прикован к фотографии на экране телефона в его руке. Это была фотография, на которой она сладко спит у него на руке однажды ночью... Понимала ли она, когда он, проснувшись посреди ночи, увидел, что она спит рядом с ним, почувствовал себя таким довольным и умиротворенным? Понимала ли она, сколько усилий ему потребовалось, чтобы решиться быть с ней? Её слёзы, каждая капля, пронзали его сердце... Действительно ли он эгоистичен? Впервые в жизни он начал сомневаться в принятых им решениях... Облокотившись головой на спинку стула, Говард Джеффри устало закрыл глаза. Говард Джеффри сидел в конференц-зале, слушая через видеопроекцию доклад руководителя итальянского проекта о ходе работ и возникших проблемах, и его мысли были несколько рассеяны. «Президент, я думаю, что только если вы лично прилетите в Италию, Остина удастся заставить пойти на компромисс, иначе проекту грозит только закрытие». «Я тоже так думаю…» На видео несколько высокопоставленных руководителей головного офиса уважительно высказали свое мнение. Лиза Сесили стояла позади Говарда Джеффри и тихонько напоминала ему: «Президент, президент...» Лишь после третьего звонка Лизы Сесили Говард Джеффри, посмотрев видео, очнулся от своих мыслей и равнодушно произнес: «Я понимаю». Руководители высшего звена почувствовали плохое настроение босса и не осмелились сказать что-либо еще, сохраняя почтительное молчание по другую сторону видеосвязи. "Тогда на сегодня хватит!" "Да." Лиза Сесили тут же взяла пульт, чтобы выключить видео. Говард Джеффри нахмурился, на его красивом лице читалось нетерпение. Увидев передвижения Говарда Джеффри, Лиза Сесили неуверенно спросила: «Президент, вас что-нибудь беспокоит в последнее время?» Говард Джеффри всегда был словно железный человек, никогда не показывавший усталости на людях, так почему же в последнее время он казался рассеянным, что является очевидным исключением? «Я в порядке, просто чувствую беспокойство». Поправив позу, Говард Джеффри начал переходить к обсуждению итальянского проекта. Лиза Сесили задала еще один вопрос: «Вас беспокоит ситуация с итальянским проектом?» ---------- Глава 409-217: Нежелание отпускать (2/2) Говард Джеффри спросил: «Остин по-прежнему отказывается идти на компромиссы?» «Да, господин Тут и остальные предложили ему пойти на компромисс в Италии, но он по-прежнему недоволен. Вероятно, он хочет получить больше денег, но господин Тут и остальные не могут принять такое решение». "Понял." «Президент, вы лично едете в Италию?» В этот момент Говард Джеффри не ответил. Лиза Сесили увидела, что Говард Джеффри глубоко задумался, и больше не стала задавать вопросов. В этот момент телефон Говарда Джеффри, лежавший на столе, зазвонил. Говард Джеффри взял трубку, взглянул на экран, нажал кнопку ответа: «Что случилось?» В телефонной трубке раздался уважительный голос слуги виллы: «Мистер Джеффри, старушка просит вас вернуться домой сейчас же, мисс Квентин плохо себя чувствует». Ехали на бешеной скорости всю дорогу до виллы. Придя в свою комнату, Говард Джеффри встретил мать у двери, нервно обнял ее и спросил: «Мама, что случилось с Беккой?» Обычно невозмутимое лицо миссис Джеффри теперь выражало тревогу: «Только что, когда служанка приводила в порядок одежду Бекки, она обнаружила кровь на простынях. Я испугалась, что с Беккой что-то не так, поэтому вызвала врача. Врач сказал, что у Бекки признаки угрозы выкидыша, и если ей не оказать надлежащую помощь, ребенок может не выжить…» В этот момент Говард Джеффри ворвался в комнату, словно стрела. На большой кровати Ребекка Квентин прислонилась к изголовью. Говард Джеффри нервно сел на край кровати, взял ее за руку, в его глазах вспыхнул гнев: «Ты действительно собираешься не оставлять нашего ребенка?» Бледное, изможденное лицо Ребекки Квентин было совершенно бесцветным; она прислонилась к изголовью кровати, выглядя хрупкой, словно потеряла все силы, ее пустой взгляд был устремлен на него. Говард Джеффри был охвачен невыносимой злостью, ему хотелось что-нибудь ударить, но ее хрупкий и бледный вид удержал его от гнева. Внезапно он обнял ее, поцеловал в щеку, и его голос, хриплый от страха, произнес: «Детка, можем мы перестать так ссориться? Можешь бить меня, ругать меня, обвинять меня, но не шути со своим здоровьем. Ребенок хрупкий, он не может позволить себе никаких неприятностей!» Ребекка Квентин не ответила. Говард Джеффри оттащил Ребекку Квентин, схватил ее за плечи и заставил посмотреть ему в лицо: «Посмотри на меня, скажи, тебе действительно больше нет дела до нашего ребенка?» Ребекка Квентин повернула свои черные глаза к Говарду Джеффри, ее взгляд был пуст, словно она его не узнала. "Бекка, не испорти нам жизнь, хорошо?" «Говард Джеффри?» — Ребекка Квентин печально покачала головой, из ее глаз потекли прозрачные слезы. — «Отпустите меня…» Голос Говарда Джеффри прозвучал с болью: «Даже сейчас, это по-прежнему единственная твоя мысль?» «Мне больше наплевать на тебя и на ребенка…» Руки Говарда Джеффри, с отчетливо выраженными суставами, начали медленно сжимать Ребекку Квентин, вены на его руках были видны из-за подавленного напряжения… Боль пронзила ее плечи, и Ребекка Квентин нахмурилась. В тот самый момент, когда ей показалось, что его хватка вот-вот раздавит ее, его рука внезапно отпустила ее. На лице Говарда Джеффри читалась ярость, от всего его присутствия исходила холодная свирепость, аура вокруг него напоминала холодный зимний подвал, приближающийся к ней. Он свирепо посмотрел на неё, с такой дикостью, будто хотел её сожрать… Ребекка Квентин опасалась поведения Говарда Джеффри, но ее упрямое лицо отказывалось выказывать перед ним какую-либо трусость. Говард Джеффри, не отрывая от нее взгляда, сквозь стиснутые зубы выпалил: «Ребекка Квентин, ты хороша… ты действительно хороша!!» Ребекка Квентин, охваченная ужасом, крепко вцепилась в простыни, кончики ее пальцев побелели. Как раз в тот момент, когда Ребекка Квентин подумала, что его вот-вот обрушится шквал гнева, его сжатые кулаки постепенно расслабились… Он продолжал смотреть на нее, но свет в его глазах постепенно погасил пламя, оставив лишь мрачный, темный взгляд. Внезапно он отвернулся… Она была удивлена ​​его уходом, и в этот момент ее крепко сжимавшая руку постепенно расслабилась… Он открыл дверь комнаты, и прямо перед тем, как выйти, его высокая фигура, стоя перед дверью, спокойно произнесла: «Я уеду на несколько дней, хорошенько подумай об этом. Если по возвращении ты всё ещё будешь меня доставать из-за своего здоровья, то ты определённо окажешься в выигрыше…» Сказав это, Говард Джеффри, излучая холодную решимость, решительно удалился. Лишь когда Говард Джеффри ушел, тело Ребекки Квентин, сгорбившись, снова прислонилось к изголовью кровати… Ее зрение уже было затуманено слезами, все вокруг было окутано пеленой. Она медленно прикрыла рукой нижнюю часть живота, прикусив губу, чтобы сдержать рыдания. Она знала, что он неправильно понял… Он думал, что она намеренно причиняет вред своему телу, чтобы заставить его подчиниться, но это было неправдой… Проснувшись утром, служанка, вскрикнув сквозь простыни, поняла, что прошлой ночью видела кровь… Даже она, решив не оставлять ребенка, не думала, что в тот момент побледнеет от страха… В конце концов, именно служанка усадила ее на край кровати. Сразу после этого миссис Джеффри привела врача, который осмотрел ее, к счастью, с ребенком все было в порядке, затем врач дал миссис Джеффри длинный список рекомендаций по тщательному поддержанию беременности… Она думала, что не будет нервничать, но в тот момент, осознав, что ребенок чуть не пострадал из-за ее халатности в последние два дня, она почувствовала глубокое сожаление и ужас… Она всегда знала, что ребенок невиновен… его не следует втягивать во взрослые дела. Увидев его, нервно сидящего у кровати, она сначала хотела снова обсудить с ним будущее ребенка, но, взглянув на него, она вспомнила лишь то, как он все эти годы скрывал, какую боль причинил ее отцу… Она так сильно ему доверяла, возносила его до небес, но в конце концов, человек, которому она доверяла и которого любила, оказался таким бессердечным, что в тот момент ей вдруг не захотелось ничего говорить… Потому что то, как он к ней относился, больше не имело значения… Им не суждено было обрести счастливый конец! На следующий день. Ребекка Квентин проснулась рано, проведя бессонную ночь. По сравнению со вчерашним дискомфортом, ночной отдых значительно улучшил ее самочувствие… Легкое тянущее ощущение в животе, которое она испытывала вчера, исчезло, и она тоже вздохнула с облегчением. Прикоснувшись к нижней части живота, она приподнялась, вспоминая, что он сказал ей вчера. Он подумал, что она пытается поговорить с ним о своем здоровье… Хотя ей больше не нужно было беспокоиться о его мыслях, в её сердце всё ещё ощущалось лёгкое беспокойство. Встав, Ребекка Квентин налила себе стакан теплой воды. ---------- Главы 410–218: Говард Джеффри выходит из себя В последние несколько дней она не принимала лекарства, прописанные для стабилизации беременности, но сегодня она хотела снова их принять… Она открыла ящик и, поколебавшись и растерянно, наконец достала лекарства. В этот момент в дверь тихо постучали: «Мисс Квентин, вы проснулись?» «Мм, заходите». Ребекка Квентин взяла теплую воду и ответила. Слуга вошёл, изначально чтобы попросить Ребекку Квентин спуститься на завтрак, но внезапно увидел лекарства на кровати Ребекки. В этот момент слуга в нервном порыве бросился к постели и схватил лекарства: «Мисс Квентин, не делайте такой глупости, это очень расстроит мадам Джеффри и мистера Джеффри…» Ребекка Квентин не поняла, что имела в виду служанка, когда увидела, как та поспешно выбегает из комнаты. В мгновение ока миссис Джеффри поспешно вошла в свою комнату: «Бекка…» "Эм-м-м." «Говард только что ушёл. Если с тобой что-нибудь случится, как я должен это ему объяснить?» "Тетя, я…" Миссис Джеффри достала из пакета лекарства и с недоверием спросила: «Вы собираетесь самостоятельно принять таблетки для аборта?» Только тогда Ребекка заметила, что лекарство, которое держала миссис Джеффри, было тем самым, которое она выписала ей по настоянию доктора Хенли после того, как Говард Джеффри ушел в тот день. Врач сказал, что хирургическое удаление будет для нее слишком травматичным; поскольку срок ее беременности еще не достиг трех месяцев, единственным возможным вариантом аборта является медикаментозное вмешательство. Она призналась, что в то время была эмоционально неустойчива, ее мысли были полны воспоминаний о жестоком поступке, который довел ее отца до смерти, и она очень сильно его ненавидела… Однако, хотя она и привезла лекарство, у нее так и не хватило смелости действительно его использовать. Она чуть не забыла, что положила его в ящик вместе с лекарствами для поддержания беременности, и чуть не взяла его по ошибке прямо сейчас… Ребекка Квентин внезапно потеряла дар речи. Приказав служанке избавиться от таблеток, миссис Джеффри села рядом с Ребеккой Квентин у кровати. Ее глаза блестели от слез, и она, с трудом сдерживая слезы, спросила: «Бекка, ты действительно больше не собираешься быть с Говардом?» Ребекка Квентин сглотнула горечь, застрявшую в горле, и промолчала. «Бекка, ты же знаешь, как сильно Говард заботится о ребёнке…» "Я…" Ребекка Квентин хотела что-то сказать, но миссис Джеффри перебила её: «Бекка, я не хочу, чтобы с моим внуком что-нибудь случилось, и я не хочу, чтобы ты просто так махнула рукой на Говарда… Я надеюсь, ты терпеливо подождешь возвращения Говарда, и я обещаю, что когда он вернется, он даст тебе вразумительное объяснение смерти твоего отца». «Эндрю, ты хочешь младшую сестру?» Эндрю посмотрел на свою бабушку широко раскрытыми глазами, с выражением невинного недоумения на лице. Миссис Джеффри с любовью поцеловала нежное личико Эндрю: «Бабушке очень тяжело с тобой расставаться…» Слуга передал бутылку миссис Джеффри и, улыбаясь, сказал: «Мадам, учитывая, как вы обожаете Эндрю, он наверняка будет вам почтителен, когда вырастет!» Миссис Джеффри взяла бутылку, поднесла ее ко рту Эндрю и, наблюдая за его очаровательным выражением лица во время питья, вдруг на ее глазах навернулись слезы. Слуга увидел, как на лице Эндрю упала слеза, и невольно, нервно посмотрев на миссис Джеффри, спросил: «Мадам, что случилось?» Миссис Джеффри вытерла слезы с уголка глаза, улыбнулась: «Ничего особенного… просто думаю, когда Эндрю вырастет, интересно, доживу ли я до этого момента». Слугу позабавила сентиментальность миссис Джеффри: «Мадам, конечно, вы еще увидите, как вырастет Эндрю, ему еще нужно найти вам невестку…» "Хе-хе…" — миссис Джеффри пристально смотрела на Эндрю у себя на руках, в ее улыбке читалась печаль. Слуга не заметил скрытой грусти миссис Джеффри и продолжил: «А скоро у мисс Квентин появится маленькая внучка, тогда у вас точно будет много хлопот…» Миссис Джеффри продолжала улыбаться, но тяжело вздохнула. Увидев вздох миссис Джеффри, служанка предположила, что та обеспокоена нынешним конфликтом между Говардом и Ребеккой Квентин, и не удержалась от того, чтобы утешить её: «Мадам, я думаю, вам не стоит беспокоиться о мистере Джеффри и мисс Квентин, даже несмотря на то, что они годами ходили по кругу, теперь, когда они вместе, они, несомненно, будут этому рады». Миссис Джеффри внезапно подняла голову и спросила служанку: «Что вы думаете о том, как Говард обращается с Беккой?» Слуга быстро ответил: «Конечно… когда мистер Джеффри и мисс Квентин вели себя хорошо, мистер Джеффри почти каждый день возвращался домой из компании, не работая сверхурочно, и сразу же искал мисс Квентин. То, как он ее обожал, вызывало у нас всех зависть!» Миссис Джеффри вздохнула: «Да, за все эти годы Говарду нравилась только Бекка». Слуга согласился: «Мисс Квентин и мистер Джеффри так хорошо подходят друг другу, красивая пара, им давно пора было быть вместе…» ---------- Главы 411–218: Ярость Говарда Джеффри (Часть 2) Миссис Джеффри больше ничего не сказала, опустила голову и снова посмотрела на Эндрю у себя на руках с таким нежным взглядом. Услышав стук в дверь, Ребекка Квентин пошла ее открыть. Посетительницей была миссис Джеффри. «Бекка, надеюсь, я не нарушаю твой покой!» Ребекка Квентин покачала головой, не отрывая взгляда от Эндрю, который сладко спал на руках у миссис Джеффри. Миссис Джеффри посмотрела на него сверху вниз: «Он только что выпил молока и уснул». «Почему бы не позволить ему спать в постели? Тебе и так утомительно держать его на руках». «Нет, это совсем не утомительно… Этот малыш, как и его отец, возможно, чутко спит с детства. Как только я отхожу, он открывает глаза и настаивает, чтобы я его подержала на руках и помогла ему спокойно уснуть». "Позвольте мне подержать его…" "Хорошо." Миссис Джеффри бережно передала Эндрю Ребекке Квентин. Эндрю немного поерзал на руках у Ребекки Квентин, прежде чем снова заснуть. Ребекка Квентин нежно поцеловала Эндрю, а затем отнесла его в комнату. Миссис Джеффри сидела на краю кровати рядом с Ребеккой Квентин, и оба их взгляда были прикованы к малышу, чьи щечки были румяными во сне. «Он уже шалит… Сегодня утром я попыталась покормить его молоком, но он был слишком занят игрой и отказался есть. Тогда я сказала ему, что если он допьет молоко, я отведу его в сад посмотреть на рыбок. Кто бы мог подумать, что он, похоже, понял и быстро допил молоко. Позже, когда я отвела его посмотреть на рыбок, он был так рад…» — миссис Джеффри с нежной улыбкой в ​​глазах упомянула своего внука. Ребекка Квентин слегка улыбнулась: «В будущем он точно будет очень озорным!» «Без сомнения, Говард и в молодости был очень озорным…» Когда заговорили о Говарде, Ребекка Квентин замолчала. Глядя на слегка побледневшее лицо Ребекки Квентин, миссис Джеффри загадочно произнесла: «Бекка, вам с Говардом нужно прожить хорошую жизнь вместе в будущем…» Ребекка Квентин с трудом подняла глаза: «Тетя…» Миссис Джеффри прервала Ребекку Квентин, серьезно заговорив: «В этой жизни быть с любимым человеком действительно непросто… Помните, независимо от того, какие ошибки совершает другой человек, будьте великодушны. В конце концов, кто не совершает ошибок? Если оба могут простить друг друга, любовь может длиться долго». Ребекка Квентин медленно опустила голову и спокойно, безразлично произнесла: «Мы с Говардом больше не можем долго оставаться вместе». Миссис Джеффри взяла Ребекку Квентин за руку и нежно погладила её: «Я думаю, вы с Говардом помиритесь через несколько дней». Голос Ребекки Квентин был слегка хриплым: «Боюсь, это больше невозможно». Миссис Джеффри с любовью усмехнулась: «Ладно, давайте не будем говорить на эту тему… Ах да, кстати, в ближайшие несколько ночей Эндрю будет спать с вами!» Ребекка Квентин удивленно подняла глаза: "Правда?" Миссис Джеффри кивнула: «У вас было плохое здоровье, поэтому мы никогда не осмеливались разрешить вам взять с собой Эндрю… Но поскольку Говард уезжает всего на несколько дней, пусть Эндрю останется с вами!» «Хорошо». В этот момент меланхоличное настроение Ребекки Квентин немного развеялось. Миссис Джеффри дала указание: «Эндрю будет просыпаться за молоком каждую ночь, поэтому, когда вы будете готовить молоко для Эндрю посреди ночи, не делайте это в одиночку. Просто позовите его, и служанки снаружи вам помогут». "Хорошо." «Кроме того, Эндрю обожает рыбу. Если он закатит истерику или заплачет, отведите его посмотреть на рыбок, и он точно не заплачет…» "Хорошо." «Врач также сказал, что Эндрю может начать есть твердую пищу, поэтому с этого момента следите за сочетанием его дополнительных приемов пищи…» Миссис Джеффри продолжала подробно рассказывать об уходе за Эндрю, а Ребекка Квентин внимательно слушала, серьезно отмечая все детали. Ребекка Квентин не заметила ничего необычного в поведении миссис Джеффри, предположив, что та просто беспокоится о том, что ей придется одной заботиться об Эндрю после расставания с Говардом. Но Ребекка Квентин понятия не имела, что в тот момент миссис Джеффри доверяла ей все свои заботы… Днем шестого дня после отъезда Говарда Ребекка Квентин дремала с Эндрю, когда в дверь раздался настойчивый стук. Ребекка Квентин встала, чтобы открыть дверь, и увидела горничную. Прежде чем она успела спросить, что случилось, горничная встревоженно выпалила: «Мисс Квентин, пожалуйста, спуститесь вниз как можно скорее. Сюда приехало много полицейских, они пришли забрать старую хозяйку…» «Что?» — Ребекка Квентин была ошеломлена. Горничная поспешно потянула Ребекку Квентин на первый этаж. Ребекка Квентин быстро добралась до гостиной на первом этаже, но, придя туда, увидела лишь миссис Джеффри, сидящую в полицейской машине. Ребекка Квентин замерла в изумлении, пробормотав: «Как такое могло произойти?» Служанка была в панике, как муравей на раскаленной сковородке: «Мы тоже не знаем, что происходит. Только что внезапно приехала полиция и сказала, что хочет, чтобы старушка пошла в полицейский участок на допрос или что-то в этом роде. Старушка сама пошла с полицией, и никто не смог ее остановить…» Ребекка Квентин тоже забеспокоилась: «Старушка ничего не сказала?» «Старушка ничего не сказала, только оставила письмо мистеру Джеффри с просьбой прочитать его вместе с ним». Ребекка Квентин нервно спросила: «Где письмо?» Горничная тут же передала письмо Ребекке Квентин. Ребекка Квентин быстро развернула письмо, но прежде чем она успела его прочитать, услышала, как горничные почтительно поприветствовали ее: «Мистер Джеффри». Ребекка Квентин инстинктивно перевела взгляд с письма на высокую фигуру, входящую в виллу… Как только Говард вошёл, он спросил: «Где старая мадам?» «Мистер Джеффри, хорошо, что вы вернулись. Старушку увезла полиция…» Выражение лица Говарда тут же стало мрачным. Джейсон Вуд, следовавший за Говардом, быстро сказал: «Босс, я сейчас же поеду в полицейский участок». Говард отличался суровым и холодным видом, от него исходила опасность. Джейсон Вуд поспешно выбежал наружу. Ребекка Квентин заметила, что Лиза Сесили тоже была с Говардом, очевидно, только что вернувшись из деловой поездки. «Мистер Джеффри, что нам теперь делать? Полиция забрала старушку; с ней все будет в порядке?» Все на вилле были встревожены. Говард обернулся и холодно отчитал выстроившихся в ряд телохранителей виллы: «Зачем я вам плачу? Вы даже за одним человеком присмотреть не можете. Если с этой старушкой что-нибудь случится, убирайтесь все!» Один из телохранителей робко произнес: «Босс, мы и так были очень осторожны, но старушка, похоже, чувствовала наше внимание; она даже не воспользовалась домашним телефоном. Она позвонила по телефону горничной, и мы…» Телохранитель, понимая, что совершил ошибку, не осмелился продолжить. Ребекка Квентин застыла на месте, совершенно растерянная сложившейся ситуацией. В этот момент служанка тихо сказала Говарду: «Мистер Джеффри, старая мадам оставила вам письмо». ---------- Глава 412-219: Он отпустил её (1) Говард Джеффри изо всех сил старался сохранять спокойствие. «Где это?» «В руках мисс Квентин». В этот момент Ребекка Квентин тоже на время забыла о своей отчужденности от Говарда Джеффри. Она подошла к нему и передала письмо. «Слуга сказал, что его оставила старушка для тебя и меня. Я еще не читала». Говард Джеффри взял письмо, мельком взглянул на него, затем в гневе скомкал бумагу в комок и, уперев руки в бока, встал в коридоре, от всего его тела исходила аура ярости. Ребекка Квентин впервые увидела, как Говард Джеффри взорвался от ярости на глазах у других, и это повергло ее в шок. Служанка сказала Ребекке Квентин, что Эндрю проснулся, и она вернулась в комнату. Когда Ребекка Квентин утешила Эндрю и спустила его вниз, Говарда Джеффри нигде не было видно в холле виллы, но его секретарь Лиза Сесили все еще была там. Ребекка Квентин не удержалась и спросила Лизу Сесили: «Где Говард Джеффри?» Лиза Сесили сказала: «Президент лично отправился в полицейский участок». Ребекка Квентин нахмурила брови от беспокойства: «Как это могло произойти?» Лиза Сесили покачала головой: «Президент только что вернулся из Италии, и как только он сошел с самолета, ему позвонила служанка. Он тут же помчался обратно, как только смог…» «Лиза, ты можешь помочь присмотреть за Эндрю?» «Вы собираетесь в полицейский участок?» «Да, я хочу четко разобраться в ситуации». «Мисс Квентин, раз вы беременны, лучше не ехать. Наберитесь терпения и дождитесь возвращения президента!» Ребекка Квентин несколько секунд раздумывала, а затем наконец кивнула. Учитывая её нынешние отношения с Говардом Джеффри, какое имя ей следует принять, чтобы явиться в полицейский участок? К тому же, даже если она пойдёт, она ничем не сможет помочь. "Хорошо." Лиза Сесили внезапно спросила: «Мисс Квентин, позвольте мне переступить черту и спросить, у вас и президента в последнее время были трудности?» Ребекка Квентин хранила молчание и не отвечала. Лиза Сесили тихо вздохнула: «Я так и знала, между вами определенно что-то не так, иначе президент не остался бы в Италии еще на два дня…» Ребекка Квентин подняла глаза: «Он поехал в Италию?» «Да, в Италии были проблемы с проектом, но президент уже их решил…» "Ой." «Мисс Квентин, между вами и президентом что-то произошло?» Ребекка Квентин категорично ответила: «Ничего». Почувствовав, что Ребекка Квентин скрывает свою печаль, Лиза Сесили не смогла удержаться и сказала: «Мисс Квентин, я не знаю, что стало причиной вашего конфликта с президентом, но я действительно верю, что вам обоим было нелегко дойти до этого момента. Пожалуйста, проявите немного больше понимания друг к другу… Должна сказать, президент действительно заботится о вас. В Италии я часто видела, как он доставал телефон, намереваясь позвонить вам, но, должно быть, знал, что вы не ответите, поэтому никогда не звонил… Кроме того, он купил вам подарок в Италии, лично выбрав его в магазине. Я даже подшучивала над ним, спрашивая, пытается ли он вам угодить, и он сказал мне, что просто надеется вам угодить…» Слушая рассказы Лизы Сесили о множестве пустяков, которые он вытворял в Италии, Ребекка Квентин невольно почувствовала неприятный запах в носу, но, думая о смерти отца, она все еще не могла отпустить эту мысль. «Мисс Квентин, за пределами Белого дома так много женщин, которые хотят хоть как-то сблизиться с президентом, но на протяжении стольких лет он заботился только о вас. Вы должны это чувствовать». «Но если двум людям с самого начала было суждено не иметь хорошего конца, то волнует его это или нет, становится неважно». Лиза Сесили не поняла, что говорила Ребекка Квентин, и лишь вздохнула, что путь любви между Говардом Джеффри и Ребеккой Квентин слишком запутан. По дороге обратно из полицейского участка Джейсон Вуд был взволнован. Он только что разговаривал с начальником полиции в участке… Конечно, начальник полиции хотел польстить своему начальнику, и поскольку пожилая женщина сдалась, начальник сказал, что если она будет утверждать, что больна, и говорить, что это чепуха, то полиция может её отпустить… Но кто знал, что старушка отказалась идти к начальнику или ссылаться на болезнь, и уже передала в полицию улики, подтверждающие её преступление… В этой ситуации, даже если бы у начальника были исключительные способности, он, вероятно, не смог бы помочь пожилой женщине. Он никак не мог понять, почему старушка сдалась, и уж тем более почему она отказалась идти к начальнику. В машине царила зловещая тишина, словно температура опустилась до нуля, а холодная атмосфера, исходившая от Говарда Джеффри, ощущалась повсюду. Джейсон Вуд не смел издать ни звука, осторожно возвращаясь на виллу. Вернувшись на виллу, Говард Джеффри сразу же отправился в свой кабинет. Сидя в кресле за своим столом, он достал письмо, оставленное ему матерью, и перечитал его. ---------- Главы 413–219: Он отпускает её (Часть 1) Внезапно он приказал Джейсону: «Позови сюда экономку». "Да." В этот момент Джейсон, который и без того чувствовал себя неловко рядом с Говардом Джеффри, вышел, словно получив освобождение. Вскоре после этого вошла экономка… Говард Джеффри холодным голосом спросил экономку: «В те дни, когда меня не было, что-нибудь происходило в доме?» Экономка несколько секунд подумала, а затем ответила: «С остальными ничего особенного не случилось, просто мисс Квентин…» Говард Джеффри прищурился и проницательно посмотрел на неё: «А что насчёт неё?» Экономка сказала: «Несколько дней назад слуги сказали, что мисс Квентин хотела принять лекарство, чтобы прервать беременность, но старушка остановила ее…» Глаза Говарда Джеффри, полные холодной тьмы, сузились в линию: «Принять лекарство для прерывания беременности?» «Да, старушка уже выбросила лекарство, и она беспокоилась, что мисс Квентин может совершить что-нибудь необдуманное, поэтому попросила нас уделять мисс Квентин особое внимание!» Бам— Кулак с силой ударил по белой стене рядом с Говардом Джеффри. Экономка была встревожена, почти пошатнулась. Лицо Говарда Джеффри побледнело, а свет, исходящий из глубины его темных глаз, становился все более резким. Экономка опустил голову, даже не смея дышать. В этот момент раздался голос Говарда Джеффри, от которого исходила опасность: «Вызовите мисс Квентин». "Да." Экономка поспешно покинула кабинет. Он постучал в дверь комнаты Ребекки Квентин на втором этаже, увидел спящего на кровати Эндрю и тихо позвал: «Мисс Квентин». Открыв дверь, Ребекка Квентин вернулась к кровати, чтобы уложить Эндрю спать. "Хм?" «Мистер Джеффри просит вас явиться в кабинет на первом этаже». Ребекка Квентин слегка приостановила процесс заправки одеяла. Закончив, она повернулась к экономке и спросила: «Он вернулся?» Экономка кивнула: «Мистер Джеффри просит вас спуститься сейчас». Глядя на суровое лицо экономки, Ребекка Квентин внезапно почувствовала недоброе предчувствие, особенно после того, как экономка любезно напомнила ей: «Мисс Квентин, мистер Джеффри, кажется, очень зол». Дверь кабинета уже была открыта, и как только она подошла ближе, почувствовала, как в комнату врывается холодок. Ребекка Квентин на секунду замерла перед дверью кабинета, а затем вошла. Говард Джеффри сидел за столом, его зловещие черные глаза были прикованы к ней. Ребекка Квентин встретилась взглядом с Говардом Джеффри и тут же была напугана опасным холодом в его глазах, отчего ее тело слегка задрожало. Лицо Говарда Джеффри побледнело, он подавил эмоции и холодным голосом спросил: «Что вы решили за те дни, что меня не было?» Ребекка Квентин смотрела прямо перед собой, ее взгляд был пустым, словно его и не было в поле ее зрения. «Думаю, здесь нечего обдумывать». В этот момент Говард Джеффри встал. Его гордая фигура излучала подавляющую ауру, когда он приближался к Ребекке Квентин. Ребекка Квентин стояла прямо, ее вызывающее поведение не выдавало ни малейшего признака страха. Говард Джеффри, сузив зрачки и охваченный гневом, посмотрел на Ребекку Квентин и холодно выпалил: «Я думал, если дам тебе больше времени, ты все обдумаешь, но твое сердце стало таким холодным и черствым!!» Ребекка Квентин посмотрела на него с недоумением: «Холодный и жесткий?» Взгляд Говарда Джеффри был пронзительным, голос — леденящим: «Слуги сказали мне, что вы хотите принять лекарство, чтобы прервать беременность, это правда?» Так вот что он имел в виду под «холодным и жёстким»… Это было всего лишь недоразумение. Однако в данный момент, столкнувшись с его агрессивной позицией, она совсем не хотела ничего ему объяснять, да и объяснять было не нужно; если бы она могла ожесточить своё сердце, возможно, такое решение действительно было бы лучшим. Возмущенная Ребекка Квентин ответила: «Да, мне никогда не приходило в голову оставить ребенка». «Ребекка Квентин, ты зашла слишком далеко!!» Вены на лбу Говарда Джеффри вздулись, а слова, выдавленные сквозь зубы, смешивались с яростью, которую он изо всех сил пытался подавить. Столкнувшись с его резкими вопросами, Ребекка Квентин, и без того переполненная обидой, тут же расплакалась, сдерживая кислый привкус во рту; она посмотрела на него и с болью произнесла: «Я зашла слишком далеко? Говард Джеффри, разве не следовало бы мне сказать вам это в обратном порядке?» Ее покрасневшие глаза мгновенно тронули самые сокровенные уголки его сердца. «Пять лет назад, когда ты причинил вред моему отцу, ты должен был знать, что я никогда не прощу того, кто его убил. И все же ты не только все скрывал, но и заставлял меня чувствовать себя виноватым за долг моих родителей перед твоей семьей все эти годы. Я жаждал отплатить твоей семье от имени моих родителей, поэтому, даже после того, как ты причинил мне столько боли, я никогда не думал о том, чтобы уйти от тебя, потому что хотел остаться рядом с тобой всю жизнь, чтобы загладить свою вину… Но до сегодняшнего дня я узнал, что моя семья никогда не была в долгу перед твоей, смерть моего отца произошла по твоей вине, ты настоящий тиран, Говард Джеффри, есть ли кто-нибудь более лицемерный, эгоистичный и жестокий, чем ты в этом мире?» Во время разговора у нее потекли слезы, и она думала о годах, проведенных с ним, о шрамах на ее сердце, оставленных им, разорванных так остро, словно он силой. На самом деле она была не такой сильной, как ей казалось… Уже тогда, когда он вернулся с острова Пена, чтобы обмануть ее в тот раз, она больше не могла терпеть… Она давно хотела держаться от него подальше, найти в этой жизни мирное место, где никто не будет ее беспокоить или обижать, жить обычной жизнью. Но когда он снова разыскал её, она всё ещё не смогла отказать… Он знает почему? Потому что она считала, что его темная сторона коренится в неблагополучной семье, в которой он провел детство… Ей было жаль его, и она жаждала вывести его из этой тьмы, надеясь искупить долг своих родителей перед его семьей собственными усилиями. Итак, после того как ей выплатили компенсацию за пять лет, какое право он имеет задавать ей вопросы сейчас? Слезы, словно потоп, залили все маленькое личико Ребекки Квентин. Говард Джеффри смотрел на нее, наблюдая, как сверкающие слезы стекают по ее лицу, словно обломки жемчужин; внезапно он обнял ее. В этот момент его нежность к ней вытеснила все остальные чувства… "Мне жаль…" Он закрыл глаза, поцеловал ее в щеку и хриплым голосом прошептал ей на ухо. Неожиданно оказавшись в его объятиях, она ощутила знакомый мужской запах, по которому всегда скучала. Когда-то она больше всего на свете хотела, чтобы он был рядом и поддержал её, когда она чувствовала себя потерянной и беспомощной… Поэтому в этот момент, когда он обнял её, слёзы потекли ещё сильнее, но ей всё же хотелось протянуть руку, обнять его и излить на него всю свою скорбь и горести… Она очень хотела, чтобы он сказал ей, что это всего лишь недоразумение и что они всё ещё могут быть вместе… ---------- Главы 414–220: Он отпустил её 2 Говард Джеффри непрерывно целовал соленое, влажное лицо Ребекки Квентин, позволяя ей вырываться из его объятий, но все равно не хотел отпускать ее. Когда Ребекка Квентин, обессилев от сопротивления, мягко рухнула ему на руки, он медленно отпустил ее, пристально глядя в ее заплаканные глаза. «Умоляю тебя, отпусти меня… Пожалуйста, прекрати эти бесконечные отношения, сжалься надо мной…» Ее умоляющий взгляд тронул его сердце. Он хотел обнять её крепче, но она собрала все свои силы, чтобы оттолкнуть его… Он отступил назад, не смея подойти ближе, опасаясь, что её эмоции ещё больше накалятся. Она продолжала настороженно наблюдать за ним, пока в нижней части живота не возникла тупая боль… Внезапно она наклонилась, ее лицо исказилось от боли… Говард Джеффри, словно ветер, бросился к Ребекке Квентин: «Что случилось?» На лбу Ребекки Квентин мгновенно выступили капельки пота: «Я… я… мой живот… так сильно болит…» "Что?" Лицо Говарда Джеффри побледнело, и в ту же секунду он обнял её и быстро выбежал из кабинета… Через полчаса — в больнице. Говард Джеффри сидел на краю кровати, пристально разглядывая ее безмятежное лицо с длинными ресницами и слегка бледным цветом лица. «Мистер Джеффри…» Говард Джеффри жестом призвал к тишине и прошептал: «Давайте поговорим на улице». Доктор Хенли слегка кивнул. Не желая уходить, Говард Джеффри осторожно уложил Ребекку Квентин спать, после чего вышел из больничной палаты. Возле палаты пациентки Говард Джеффри спросил: «Как она?» Доктор Хенли ответил: «Мистер Джеффри, вам не стоит слишком беспокоиться. К счастью, у мисс Квентин случился лишь неприятный инцидент во время беременности. Ей просто нужны внутривенные инъекции и отдых; с ней все должно быть в порядке». Говард Джеффри посмотрел сквозь стекло на Ребекку Квентин, лежащую на больничной койке и выглядевшую очень хрупкой, и его сердце сжалось. «Что она тебе сказала раньше?» Когда он привёз её в больницу, она уже потеряла сознание от боли… Позже, когда ее ввезли в больничную палату и врачи осмотрели, она, казалось, пришла в себя… Он стоял за стеклянным окном и наблюдал, как она в бреду цеплялась за одежду доктора, словно умоляя его… Доктор Хенли честно сказал: «Я только что не расслышал отчетливо, услышал только, как она сказала „нет“…» «Это всё, что она сказала?» Доктор Хенли, немного поколебавшись, добавил: «Мисс Квентин также упомянула „ребенка“…» Нет… ребёнок… В этот момент в меланхоличных глазах Говарда Джеффри мелькнула нотка боли. Доктор Хенли тихо вздохнул: «Мистер Джеффри, на самом деле, в прошлый раз, когда мисс Квентин приходила на осмотр, она попросила меня выписать ей лекарства… Я не мог идти против воли пациентки, но знал, что вы не согласитесь на это. Поскольку я не мог с вами связаться, я дал ей вместо этого обычные витаминные таблетки…» Говард Джеффри, успокоившись, тихо ответил: «Понимаю, спасибо». «Мистер Джеффри, эмоциональная нестабильность мисс Квентин крайне опасна для нее и плода… На этот раз нам повезло, но если это продолжится, даже если ребенок сможет нормально развиваться в утробе мисс Квентин, боюсь, ее организм этого не выдержит…» — выразил обеспокоенность доктор Хенли. Выражение лица Говарда Джеффри стало суровым, губы сжались, и доктор Хенли потерял дар речи. Внезапно Говард Джеффри равнодушно спросил: «Когда же она проснётся?» Доктор Хенли ответил: «Она скоро должна прийти в себя, но лучше всего ей остаться в больнице на день-два для восстановления». "Хм." Дезориентированная Ребекка Квентин открыла глаза и увидела белый потолок больницы. Она резко села, нервно потрогав живот. Поняв, что с ее телом все в порядке, она тут же расслабилась, осторожно прислонившись к изголовью кровати. Услышав шум позади себя, Говард Джеффри обернулся, заметив, как она теперь сидит, и тихо спросил: «Как вы себя чувствуете?» Только услышав голос Говарда Джеффри, Ребекка Квентин заметила его отстраненный силуэт в окне, покачала головой и тихо ответила: «Сейчас я не чувствую никакого дискомфорта». «Врач осмотрел вас и сказал, что ничего серьезного нет; это просто опасения, связанные с беременностью. Вам нужно остаться в больнице на два дня для восстановления». "Ой." Говард Джеффри подошел, но лишь остановился у постели, пристально глядя на нее. Ребекка Квентин чувствовала на себе глубокий, проникновенный взгляд Говарда Джеффри, словно в нем читалась невыразимая печаль. Вспомнив, каким встревоженным он выглядел, когда вез ее в больницу, сердце Ребекки Квентин смягчилось, и она произнесла: «Говард Джеффри, на самом деле я…» Она хотела сказать ему, что никогда не собиралась делать аборт, но прежде чем она успела произнести эти слова, его низкий, хриплый голос прервал её. ---------- Глава 415-220: Он отпустил её (2) "Ты победила, Бекка, я тебя отпущу!" Ребекка Квентин резко подняла голову, безучастно глядя на него, слова, застрявшие у нее в горле, уже с трудом проглотила. «Если цена вашего присутствия на моей жизни — потеря нашего ребенка и ваше пожизненное несчастье, то единственное, что я могу сделать, это отпустить вас». В тот момент, когда он произнес эти слова, она вцепилась рукой в ​​простыню, и ее охватило чувство безысходности. «Бекка, я хочу, чтобы воспоминания об острове Фоум считались самыми прекрасными воспоминаниями за все годы, проведенные вместе. Это слишком многого я прошу?» Ребекка Квентин хранила молчание. «Но мне стыдно, что за семь лет, проведенных вместе, наши прекрасные воспоминания ограничиваются лишь этими несколькими днями». В груди Ребекки Квентин возникло необъяснимое неприятное чувство, а от сердца начала распространяться мучительная боль. «Думаю, если бы жизнь могла начаться сначала, ты бы не захотела встретиться со мной, правда?» Глаза Ребекки Квентин начали краснеть. Говард Джеффри говорил сам с собой: «Я плохо с тобой обращался, разрушил твою жизнь, причинял тебе боль снова и снова, никогда не принимая во внимание твои чувства… должно быть, ты действительно ненавидишь то, что небеса свели тебя со мной, не так ли?» У Ребекки Квентин защипало в носу от кислого запаха. «Прошу прощения». Голос Говарда Джеффри был слегка хриплым. Наконец, слезы беззвучно потекли из глаз Ребекки Квентин, капля за каплей, пропитывая одеяло. «Но знаешь ли ты, что за эти семь лет я всегда был в сердце благодарен небесам за то, что они послали тебя ко мне… Моя жизнь всегда была мрачной, я каждый день был занят обманом рынка, совершенно не понимая, что такое жизнь, пока однажды не осознал, что начал испытывать чувства к тому, к кому не должен, и благодаря этому человеку мой мир начал обретать краски… Первые два года я всегда воспринимал свою привязанность к ней как способ выплеснуть свою ненависть, поэтому, хотя я и хотел каждый день рано уходить домой, чтобы увидеть ее, я всегда использовал работу как предлог, чтобы задержаться в офисе допоздна, прежде чем вернуться домой, но именно она сделала невозможным для меня отпустить ее. Как бы поздно я ни приходил домой, она всегда помнила приготовить мне воду для ванны и чистую одежду…» «Возможно, именно эти мелочи постепенно привели к тому, что у меня развилась зависимость от нее, поэтому я начал избегать ее, боясь, что влюблюсь в нее еще сильнее, часто используя деловые поездки как предлог, чтобы держаться от нее подальше… Два года пролетели в мгновение ока, ее отец покончил жизнь самоубийством, компания обанкротилась, я достиг всех своих целей, но все же понял, что не могу отпустить ее, и именно тогда она дала мне идеальный повод остаться рядом с собой – она была беременна…» «Впервые я собирался стать отцом, я был очень счастлив, но я не мог быть к ней добрым, потому что знал, что в конце концов она меня возненавидит… Я всегда очень волновался, у нее было плохое здоровье, врач несколько раз говорил мне, что ребенок может не выжить, поэтому я отправил ее в Америку, где были лучшие врачи… но я никогда не ожидал, что с ней случится несчастный случай в самолете…» «Я сидел у постели, наблюдая, как она лежит на больничной койке, едва живая, и впервые почувствовал страх… этот страх преследовал меня семь лет, я ужасно боюсь видеть ее на этой больничной койке… много лет я не понимал, почему испытываю этот страх, пока в тот день, когда она родила, я не услышал, как врач сказал, что она успешно приняла роды. Я представил ее слабой на кровати, и тогда я понял, что всегда боялся потерять ее… я уже тогда так боялся потерять ее». Он сделал паузу, на его губах мелькнула нотка беспомощности и сложности. «Однако финал наших отношений был предопределен с самого начала… но я всегда был против. В отношениях с М. я использовал ее сестру, чтобы проверить ее любовь к отцу, и результат оказался именно таким, как я и ожидал: она не смогла преодолеть это препятствие, я действительно знал, что не сможет. Я пытался отпустить ее, но не ожидал, что небеса дадут мне шанс быть с ней, и мы приветствовали нашего второго ребенка… Я чувствовал, что это дар небес нам, поэтому я добивался ее, прекрасно понимая, что это неправильный выбор, но я хотел сделать все возможное, чтобы остаться рядом с ней… но неправильное остается неправильным, и все неизбежно выходило из-под контроля…» Его слова становились все более меланхоличными, в них смутно читались самообвинение и чувство беспомощной опустошенности. Она никогда не слышала от него таких искренних слов, и не ожидала, что первый раз, когда она это услышит, окажется последним… Слезы хлынули из ее глаз, зрение затуманилось, и она не смогла разглядеть его фигуру. «Бекка, мне кажется, мы с ней наконец-то дошли до конца пути…» Глаза Ребекки Квентин, затуманенные слезами, смотрели на него тусклым, пустым взглядом. «Простите меня за последний эгоистичный поступок… ребенок невиновен, я не могу его бросить, поэтому мне нужно заключить с ней последнюю сделку». Ребекка Квентин глубоко вздохнула, чтобы подавить боль в сердце, и наконец, выдавив из себя, произнесла: «Скажи это». «Я когда-то обещал тебе, что Эндрю поедет с тобой, и я не нарушу своего обещания, но теперь мне нужно добавить одно условие». «Какое заболевание?» Голос Говарда Джеффри вновь обрел спокойствие: «После того, как ты родишь, я верну тебе Эндрю». Ребекка Квентин на секунду опешилась, прежде чем поняла, что он имел в виду. Он хотел, чтобы она обменяла ребенка в своей утробе на Эндрю… Очевидно, он заставлял ее оставить ребенка. После нескольких секунд молчания Ребекка Квентин медленно отпустила плотно сжатую губу и спокойно сказала: «Тогда у меня есть еще одно условие: вы должны отпустить тетю Клэр». "Хорошо." «Когда я смогу уйти?» «В любое время». «Надеюсь, вы сдержите своё слово». «Я это сделаю, но должна напомнить вам, что если с ребенком, которого вы носите, что-нибудь случится, вы больше никогда не увидите Эндрю». "Ты…" Говард Джеффри уже развернулся и покинул палату. Она смотрела, как он удаляется, крепко сжимая простыню пальцами и лишь медленно отпуская её. Ее тело слабо прислонилось к изголовью кровати, слезы беспорядочно текли из глаз… Ее сердце внезапно опустело, глаза расплывались и становились бесцельными… Внезапно ее пальцы случайно коснулись чего-то на кровати, и она подняла это с кровати. Ее пустой взгляд устремился на изысканно упакованную маленькую подарочную коробку, и она медленно развернула ее… Внутри она обнаружила хрустальный шар… Она взглянула на хрустальный шар, а затем достала записку, прикрепленную к подарочной коробке, написанную его почерком четкой перьевой ручкой. Говорят, что хрустальные шары обладают магией, позволяющей предсказывать будущее. Дорогая, скажи мне, что ты видишь в хрустальном шаре в нашем будущем? Совпадает ли оно с тем, что вижу я? ---------- Главы 416–221: Совершенно новое начало Даже Ребекка Квентин не могла представить, что её визит в больницу вместе с Говардом Джеффри станет их последней встречей… Она также не ожидала, что время пролетит так быстро, словно мимолетная лошадь, и в мгновение ока прошло полгода. Солнечный свет проникал сквозь плотные шторы, заливая комнату… Свет стимулировал веки Ребекки Квентин. Она тихо пробормотала что-то себе под нос, лениво перевернулась, желая еще немного поспать, но, внезапно кое-что осознав, резко открыла глаза. Вскочив с постели в пижаме, она взглянула на будильник на прикроватной тумбочке и тут же бросилась в ванную. Быстро умывшись, она выбежала из ванной и тут же переоделась: белая блузка, юбка-карандаш, серьги… Она только надела одну серьгу, когда раздался звонок в дверь. Ребекка Квентин, надевая вторую серьгу, направилась к двери. Открыв дверь и увидев посетительницу, лицо Ребекки Квентин озарилось радостью, и она тут же расслабилась: «Вы как раз вовремя, я почти опаздываю, пожалуйста, подвезите меня!» Честер Робинсон, держа в руках завтрак, взглянул на наручные часы: «Неужели еще нет времени?» «Как только ты придёшь, времени будет достаточно. Без тебя я могу опоздать!» Сказав это, Ребекка Квентин вошла в комнату, чтобы взять пальто и портфель. «Пошли!» Прошлой ночью я слишком поздно лег спать. Я как раз думал, что пропустил расписание автобусов. Я не был уверен, смогу ли я успеть на автобус. Если нет, то сегодня будет катастрофа. Честер Робинсон передал Ребекке Квентин завтрак: «Времени ещё предостаточно; позавтракай перед отъездом!» Затем Ребекка Квентин заметила ароматный завтрак в руке Честера, улыбнулась и спросила: «Ты купил его для меня?» Честер кивнул: «Я только что вернулся со смены в больнице. Я волновался, что ты не доберешься до работы, поэтому купил это для тебя». У Ребекки Квентин заурчал голодный желудок, но она смогла лишь пробормотать: «Жаль, что у меня нет времени поесть; я проспала. Если я сейчас не пойду в офис, то точно опоздаю…» «Съешьте это в машине!» «Правда?» — глаза Ребекки Квентин заблестели. — «Разве не ты больше всех ненавидишь любые запахи в машине?» «Ну, вы собираетесь есть или нет?» «Ешь». Ребекка Квентин с радостью приняла завтрак из рук Честера. Доев сэндвич и выпив горячего молока, Ребекка Квентин довольно прислонилась к сиденью второго пилота: «Я так наелась…» Честер, бросив взгляд на Ребекку Квентин в зеркало заднего вида, слегка улыбнулся. Ребекка Квентин повернула лицо и с благодарностью сказала: «Доктор Робинсон, я снова доставляю вам неприятности, задерживая ваш отдых. Мне очень жаль». Честер спокойно сказал: «Я отвезу тебя обратно, и тогда мне будет не так уж поздно спать». Ребекка Квентин вздохнула: «То, что ты моя соседка, — это настоящее благословение. Как так получилось, что ты снимаешь квартиру по соседству со мной?» «Если бы я сказал, что намеренно снял квартиру по соседству с вами, вы бы мне поверили?» «Не могу поверить. Зачем вы снимаете квартиру по соседству со мной?» «Думаю о том обеде, который ты мне должен…» Ребекка Квентин неловко пробормотала: «Мне очень жаль; если бы вы сегодня об этом не заговорили, я бы уже давно забыла…» Честер Робинсон изящно улыбнулся. «Но я искренне хочу найти время, чтобы угостить тебя ужином. Но я только в этом месяце заплатил за аренду, и сейчас у меня нет денег. Я угощу тебя пиром после того, как получу зарплату через несколько дней. В конце концов, ты познакомил меня с этой работой, а я еще не отблагодарил тебя как следует». Честер по-прежнему лишь улыбался. Ребекка Квентин, увидев компанию впереди, быстро надела пальто. Честер Робинсон остановил машину на обочине дороги. Ребекка Квентин вышла из машины с портфелем, улыбнулась и помахала Честеру рукой: «Спасибо». Честер опустил окно машины и напомнил: «Если будешь работать допоздна сегодня, позвони мне. Мне сегодня не нужно ехать в больницу». Ребекка Квентин кивнула. Только после этого Честер уехал. Ребекка Квентин уже собиралась повернуться и направиться к компании, но внезапно почувствовала, как кто-то похлопал ее по плечу. Ребекка Квентин вздрогнула. Увидев человека, выскочившего из-за ее спины, она похлопала себя по груди: «Мисс Холмс, вы меня до смерти напугали». Николетт Холмс взглянула на машину, которая уже отъехала: «Это твой парень?» "ВОЗ?" «Тот симпатичный парень, который только что опустил окно машины, я даже слышала, как он мягко тебе напомнил». Ребекка Квентин повернулась и направилась к больнице, ответив: «Нет, он врач. Он мой сосед, и поскольку я сегодня проспала, я попросила его помочь мне добраться до компании». Николетт Холмс, подбежав на своих 35-сантиметровых каблуках, догнала Ребекку Квентин, воскликнув: «Ух ты, где люди находят таких красивых соседей? Почему мне так не везет?» Ребекка Квентин в шутку ответила: «Будь довольна. Цветы в твоем кабинете никогда не перестают появляться. Парней, покорившихся красоте и обаянию леди Холмс, уже так же много, как рыб, переплывающих реку; ты видела всякое великолепие». ---------- Главы 417–221: Совершенно новое начало (Часть 2) Николетт Холмс усмехнулась: «Все эти мужчины — никчемные. У них есть жены, но они все равно целыми днями цепляются за меня. Если бы не их компания, я бы прокляла этих вонючих мужиков до смерти… Все они — волки в овечьей шкуре. Даже с деньгами, как они могут сравниться с такой благородной профессией, как врач?» Бекка согласно кивнула: «Доктор Робинсон действительно хороший человек». «Вы сказали, что вы с ним просто соседи?» "Да!" «Тогда познакомь меня с ним, Бекка… Этот нежный и мягкий тон, которым он только что с тобой говорил, просто очарователен!» «Конечно, я как-нибудь с ним поговорю». Николетт с восторгом обняла Бекку: «Ты просто замечательная…» Они вошли в компанию, болтая и смеясь. Международная компания по дизайну интерьеров "QCS", филиал в городе Т. Бекка вошла в кабинет управляющего и, увидев, что тот еще не пришел, вздохнула с облегчением. Сегодня менеджер наконец-то опоздала… Менеджером была женщина лет сорока с прекрасными манерами и отличными навыками межличностного общения. Всякий раз, когда у компании возникала крупная сделка, которую не удавалось завершить, менеджер почти всегда доводила дело до конца. Она была чрезвычайно дисциплинирована, никогда не опаздывала и почти всегда приходила раньше Бекки, что немного смущало ее как секретаря. Как только Бекка закончила приводить в порядок стол менеджера, тот вошел с улицы. Увидев Бекку, менеджер первым поздоровался с ней: «Извините, я сегодня опоздал». Бекка смутилась: «Менеджер, я тоже только что пришла». Менеджер села на свое место и улыбнулась Бекке: «Не спеши, у нас еще есть время до встречи, давай немного поговорим». "Хорошо." Затем Бекка села напротив менеджера. Менеджер доброжелательно посмотрел на Бекку: «Секретарь Квентин, как вы относитесь к работе здесь в течение этих трех месяцев?» Бекка была очень благодарна: «Спасибо, менеджер, что вам не не нравилась моя неуклюжесть. Моя предыдущая работа не имела никакого отношения к дизайну интерьеров, и я очень боялась, что у меня ничего не получится». Менеджер усмехнулся: «В работе секретаря важен только опыт. Судя по тому, что я видел, вы выполняете свою работу серьезно и добросовестно, что облегчает мне задачу по сравнению с моими предыдущими секретарями». «Вы, должно быть, говорите это из-за доктора Робинсона…» «На самом деле нет. Хотя мы с Честером друзья, я сказал ему, когда ты устроился в компанию, что если у тебя не будет необходимых навыков, я все равно тебя уволю. Оказалось, что Честер порекомендовал мне хорошего подчиненного». «Спасибо вам, менеджер, за то, что вы не возражали». «Бекка, ты так долго работаешь в компании, а я ни разу не спросила, замужем ты или у тебя есть парень?» Внезапный вопрос менеджера заставил Бекку слегка замешкаться. Заметив реакцию Бекки, менеджер понял, что она резко ответила, и быстро объяснил: «Не поймите меня неправильно, я не пытаюсь вмешиваться в ваши личные дела… Просто я скоро уезжаю за границу в командировку и хотел бы взять вас с собой, но боюсь, что это может нарушить вашу личную жизнь, если поездка продлится около десяти дней». «Всё в порядке, менеджер, я холост, поэтому могу поехать с вами». "Вы одиноки?" "Да." Менеджер удивился: «Такая симпатичная молодая девушка, незамужняя?» Бекка ответила с улыбкой: «Я уже не молодая леди». «Не слишком ли высоки ваши требования?» Покачав головой, Бекка с легкой печальной улыбкой ответила: «Я в разводе». "Э-э…" Менеджер немного смутился: "Мне очень жаль, я…" Бекка с облегчением сказала: «Всё в порядке, менеджер. Для меня это уже история давних времён». Менеджер, проявив большую внимательность, сменил тему: «Хорошо, собирайте чемоданы в течение следующих нескольких дней, рейс завтра вечером». «Хорошо, менеджер». «Продолжайте свою работу!» «Ага». Выйдя из кабинета управляющего и вернувшись к своему столу, Бекка только что открыла лежавший у нее в руке эскиз, когда на него положили открытый журнал. Гостьей оказалась не кто иная, как Николетт Холмс, которая очень хорошо познакомилась с Беккой после трех месяцев совместной работы. "Смотри, какая красотка…" Бекка небрежно взглянула на него. «Он красив со всех сторон, не правда ли?» Бекка рассмеялась: «Ты же только что попросил меня познакомить тебя с доктором Робинсоном, а теперь о нем думаешь?» Николетт оперлась локтями на стол, подперла подбородок руками и вслух мечтательно произнесла: «Ах, если бы только я могла встретиться с ним хотя бы раз…» Бекка лишь улыбнулась и ничего не сказала. Николетт устремила взгляд на выразительную, отстраненную фигуру на обложке журнала и продолжила свой мечтательный монолог: «Если бы у кого-нибудь был выбор, кто бы не хотел быть с ним связан? Он такой исключительный, красивый и богатый, он – мечта всей жизни для нас, женщин». Бекка поддразнила: «Ты разве не знаешь, что он разведен?» Николетт сердито посмотрела на Бекку: «Какое значение имеет развод? Важно то, что он теперь одинок, и даже если вокруг него полно женщин, я с радостью окажусь одной из них!» «Э-э…» — Бекка потеряла дар речи. Николетт, сжимая в руках журнал, продолжала мечтать: «Я слышала, что его бывшая жена из Т-Сити, якобы любимая дочь какого-то председателя группы… Можете себе представить женщину, которая каждый день спит рядом с таким выдающимся человеком и не ценит это, даже до такой степени, что разводится с Говардом Джеффри… Если бы я была его бывшей женой, я бы каждую ночь следила за тем, чтобы он думал только обо мне…» «Хорошо, возвращайся за свой стол и мечтай, мне нужно сосредоточиться на этих черновиках», — сказала Бекка, беря в руки эскиз. Николетт продолжила свои фантазии: «Газета часто сообщает о его возвращении в Т-Сити, но почему я никогда не встречаю его, проходя каждый день мимо Skytop Group…» "…" Николетт все еще хотела продолжить разговор с Беккой, но в этот момент у Бекки внезапно зазвонил телефон. Бекка, почувствовав себя спасенной, ответила, даже не глядя на экран: «Привет». «Бекка». «Сестрёнка!» — узнала Бекка голос Кристин Куинн и обрадовалась. Увидев Бекку, разговаривающую по телефону, Николетт тихо вернулась на свое место и продолжила изучать своего кумира. «Сейчас я в городе Т, у тебя дома». ---------- Главы 418–222: Маленький дьяволенок случайно назвал мамочкой «Что?» — Ребекка Квентин выпрямилась. — «Но я сейчас в отделе контроля качества, я еще не закончила работу!» «Всё в порядке, ты забыл, что у меня ключи от твоего дома. Я приготовлю тебе обед, приходи пораньше!» "Ладно, сестрёнка, я очень рада, что ты здесь." "Мм." Ребекка Квентин поспешила домой сразу после окончания работы в полдень. И действительно, как только она открыла дверь и вошла, она уже почувствовала в доме аромат еды… "Сестра――" «Бекка, ты вернулась». Переобувшись, Ребекка Квентин с восторгом направилась на кухню и обняла Кристин Куинн: «Ты такая милая!» «Накрывайте на стол, пора есть». "Мм." Через несколько минут они вдвоем сели за обеденный стол. Глядя на все свои любимые блюда на столе, Ребекка Квентин довольно сказала: «Сестрёнка, сейчас для меня самое большое удовольствие — это есть еду, которую ты готовишь». «Я сказала, что приду сюда, чтобы позаботиться о тебе, но ты этого не хотела…» Ребекка Квентин тут же покачала головой: «Не нужно, я сама о себе позабочусь. Тебе лучше остаться в городе Y с Мари!» Кристин Куинн посмотрела на худое лицо Ребекки Квентин и вдруг, с трудом сдерживая слезы, спросила: «Бекка, ты действительно в порядке?» «Сестра, послушай, ты уже три раза приходила сюда в этом месяце, и каждый раз задаешь мне этот вопрос. Как я теперь могу доказать, что со мной все в порядке?» «Я просто подумал…» Ребекка Квентин вовремя прервала Кристин Куинн: «Со мной все в порядке…» Глаза Кристин Куинн покраснели, она выражала самообвинение: «Если бы я была рядом с тобой тогда, но была занята со Скайлер Джонс…» Да, когда у Ребекки Квентин и Говарда Джеффри возникли проблемы, Кристин Куинн уже планировала быть рядом с Ребеккой Квентин. Но кто мог подумать, что конфликт между Кристин Куинн и Скайлер Джонс внезапно окажется в центре внимания СМИ? Домработница позвонила Кристин Куинн и сообщила, что жизнь Мэрилин Куинн сильно нарушена. В отчаянии Кристин Куинн временно вернулась в Y City. Но репортеры были неумолимы, и Кристин Куинн просто не могла забрать Мэрилин из Y City. В то время Ребекка Квентин также сказала Кристин Куинн, что у нее и Говарда Джеффри все хорошо, поэтому Кристин Куинн на время осталась в Y City. Кто бы мог подумать, что месяц спустя Кристин Куинн получит звонок из больницы… Только тогда Кристин Куинн узнала, что у Ребекки Квентин случился случайный выкидыш! Последние полгода Кристин Куинн винила себя в этом инциденте… "Довольно, сестрёнка… давай есть!" Ребекка Квентин опустила голову, взяла свою миску и начала есть. «Бекка, за последние несколько месяцев Говард… так и не связался с тобой?» Вопрос Кристин Куинн снова заставил Ребекку Квентин замереть за едой. Она помолчала несколько секунд, прежде чем ответить: «Поскольку мы больше не связаны, нам не о чем говорить…» «Но Эндрю…» «Я всё обдумала. Эндрю лучше остаться с ним, чем со мной. Кроме того… его мама очень любит Эндрю. Они обязательно хорошо о нём позаботятся». "Бекка, если бы не проблемы с отцом, вы с Говардом…" «Дело дошло до этого, больше нечего сказать… Даже если бы ребенок был жив, мы бы все равно дошли до конца. Пусть расставание с Говардом положит конец всем обидам между семьями Джеффри и Квентина!» Кристин Куинн с болью прошептала: «Бекка…» "Давай поедим, сестрёнка, я так голодна…" Ребекка Квентин опускала голову во время еды, но только она знала, что каждый проглоченный ею кусочек был полон горечи. Воспоминания нахлынули на нее… В тот момент она, слабея, лежала на больничной койке и разговаривала с ним по телефону… Тогда она не смогла сдержать эмоций, рыдая навзрыд и говоря ему, что не может спасти ребенка… В тот момент он погрузился в мертвую тишину, и ей показалось, что она слышит, как он крепко сжимает телефон… Вскоре после этого звонок прервался, и в ее ухе остался только писк… Позже, когда она снова позвонила ему, чтобы поговорить об Эндрю, ответила его секретарь. Лиза Сесили сказала ей, что Эндрю больше не будет у нее жить! В то же время она понимала, что он никогда больше не захочет её видеть при жизни… Она знала, что он её не простит, и сама себя тоже не могла простить, но ни о чём не жалела. Поскольку Ребекке Квентин нужно было уехать в командировку, Кристин Куинн провела одну ночь в городе Т, прежде чем уехать. Потащив свой багаж в аэропорт, поскольку она приехала раньше, Ребекка Квентин села в зале ожидания. Большинство пассажиров уже прошли контроль безопасности и отдыхали в зале ожидания, из-за чего она выглядела несколько одинокой в ​​холле аэропорта. От скуки она, чтобы скоротать время, наблюдала за окрестностями и случайно увидела молодую пару, целующуюся на прощание у пункта досмотра. ---------- Главы 419–222: Маленький демон, случайно назвавший себя мамочкой, Часть 2 Затянувшаяся нежность во взглядах пары вызывала зависть. Лишь когда пара скрылась за контрольно-пропускным пунктом, Ребекка Квентин поняла, как долго она смотрела на них. Отведя взгляд, она достала телефон, чтобы посмотреть время. Договорённое с менеджером время почти истекло… Как раз когда Ребекка Квентин собиралась положить телефон обратно в сумку, раздался звуковой сигнал о новом сообщении. Она посмотрела на свой телефон, и сообщение уже отображалось на экране. «Когда ты ответишь на мой звонок? Ты действительно больше не хочешь меня видеть?» Сообщение было от Скайлера Джонса. Ребекка лишь на секунду заколебалась, а затем, как и в течение последних шести месяцев, немедленно удалила сообщение. Убрав телефон в сумку, она подняла глаза и увидела, как менеджер входит в зал с багажом. Ребекка встала со своего места и с улыбкой поприветствовала менеджера. Увидев Ребекку, менеджер слабо улыбнулся и быстро подошел к ней с извиняющейся улыбкой: «Извините, я опоздал». Ребекка вежливо ответила: «Я приехала раньше». «Пойдем на проверку безопасности». "Хорошо." С багажом они вдвоем направились к пункту контроля безопасности. Ночью все пассажиры самолета спали. Менеджер закрыл глаза и откинулся на спинку сиденья. Ребекка сидела у окна; бортпроводники еще не закрыли шторы, и по мере того, как самолет набирал высоту, раскинувшийся Т-Сити превратился в крошечные точки. Ребекка смотрела в окно, погруженная в свои мысли, пока обеспокоенный голос менеджера не вернул ее к реальности: «Не можешь уснуть?» Ребекка пришла в себя, посмотрела на своего начальника и тихо ответила: «Просто немного бессонницы». «Бессонница обычно означает, что ты о чём-то думаешь. У такой молодой девушки, как ты, вряд ли много о чём-то задумывается, не так ли?» Ребекка покачала головой: «У меня ничего не на уме». И действительно, она больше не хотела ни о чем думать. Менеджер улыбнулся: «В вашем возрасте меня волновали только проблемы в отношениях. Но сейчас, в моем возрасте, я понимаю, что беспокоиться об отношениях тогда было очень незрело…» Ребекка с любопытством спросила: «Почему?» Менеджер, заинтересовавшись, сказал: «Возьмите меня, к примеру… После того, как мне исполнилось двадцать, мои родители постоянно беспокоились о моем замужестве. Я тоже часто задавалась вопросом, почему не могу встретить человека, который мне понравится. В конце концов, я исполнила желание родителей и начала ходить на свидания вслепую. Больше года я продолжала ходить на свидания вслепую, но не встречала никого подходящего, или, возможно, никто не был мной заинтересован. Это продолжалось до тех пор, пока мне не исполнилось тридцать… В тридцать лет я начала смотреть на вещи по-другому; я была обычной внешности, без каких-либо выдающихся черт, поэтому встретить исключительного мужчину было непросто. В последующие годы я искала новую поддержку, которой стало развитие моей карьеры. Вопреки советам родителей, я поехала в Японию учиться на MBA, параллельно работая; поскольку мой японский был неплохим, я устроилась переводчиком в японскую компанию, занимающуюся переводом для «Цветочного королевства». Именно тогда я встретила своего нынешнего мужа; он был моим руководителем в то время, наняв меня переводчиком…» «Ух ты, менеджер, у вас на столе фотография с мужем. Я всегда считал вашего мужа очень элегантным и красивым…» Менеджер довольно улыбнулся: «Все говорят, что он красавец, и я знаю, что внешне я ему не совсем подхожу… Но судьба забавна. Вокруг него было много красивых женщин, но он никак не мог найти ту единственную, пока не встретил меня. Мы женаты уже десять лет. Он передал управление японской компанией своим подчиненным, а сам живет со мной в городе Т… На самом деле, с ним мне не нужно работать, но я все равно хочу зарабатывать на жизнь, поэтому у меня и нынешняя работа, и мой муж никогда не жаловался на то, что я пренебрегаю им из-за работы, потому что он меня понимает и знает». Радость, которую ей выразила начальница, повлияла на Ребекку, и пустота, зиявшая в глубине ее глаз, постепенно исчезла, уступив место блеску. «Сейчас, вспоминая прошлое, я удивляюсь, почему в возрасте от двадцати до тридцати лет я так сильно переживала из-за проблем в отношениях? Наверняка в этом мире найдется тот, кто тебя не бросит, кто будет рядом в горе и радости, нужно просто его найти. Твое запутанное прошлое может оказаться всего лишь незначительным эпизодом в твоей жизни, а тот самый человек может ждать тебя впереди…» Слова её начальницы просветили Ребекку. Возможно, она и не считает свое прошлое незначительным, но в жизни не нужно ничего форсировать; пусть все идет своим чередом. Возможно, как сказал менеджер, оглядываясь назад в будущем, она лишь посмеется над собой нынешней, рассматривая ее как всего лишь эпизод в жизни… Самолет благополучно приземлился в аэропорту Нью-Йорка. Приехав в Нью-Йорк тоже ночью, она, возможно, изменила свое мировоззрение, и сегодня, впервые за шесть месяцев, ее не мучила бессонница… Она с удовольствием приняла ванну в отеле и, не почувствовав последствий смены часовых поясов, прекрасно выспалась. На следующий день. Менеджер отвел ее в штаб-квартиру компании "QCS". Главный офис был великолепен, а динамичный стиль работы среди коллег очень воодушевлял. Директор по дизайну в головном офисе немедленно провел важное совещание после прибытия менеджера… В присутствии всего персонала головного офиса директор по дизайну высоко оценил профессиональные навыки руководителя компании T City… Поскольку руководитель компании "QCS", стоящий за кулисами, никогда не появлялся на публике, наиболее авторитетным лицом является директор по дизайну в головном офисе… Ребекка никак не ожидала, что директор по дизайну головного офиса так высоко оценит руководителя филиала в головном офисе. Узнав, что эскиз дизайна, представленный филиалом в Т-Сити, был успешно принят крупной компанией, Ребекка наконец поняла… Но больше всего Ребекку заинтересовало, какая компания могла так высоко оценить эскиз дизайна филиала в Т-Сити, что он вызвал такую ​​высокую оценку со стороны головного офиса, и тут ей на ум пришли слова «Скайтоп». В тот момент Ребекка на мгновение опешилась. Но она тут же поздравила менеджера, присоединившись к аплодисментам коллег… Оказалось, это была компания «Skytop», неудивительно, что даже такая публичная компания, как «QCS», называет «Skytop» крупной компанией. Она поняла, почему менеджер так ее хвалил. Для индустрии дизайна и декора компания «Skytop» должна быть самой желанной для сотрудничества, не так ли? Если эскиз будет одобрен «Skytop» и использован в будущих проектах, «QCS» непременно получит высокую оценку… ---------- Главы 420–223: Отношения между Джози и Джоселин (Часть 1) После совещания директор по дизайну встретился с менеджером наедине. Ребекка Квентин следовала за менеджером и в этот момент находилась в кабинете директора. Менеджер сидел напротив директора по дизайну, а Ребекка Квентин молча слушала их разговор. «Уважаемый менеджер Смит, команда дизайнеров, которую вы возглавляли в этот раз, действительно отлично справилась. Я позабочусь о том, чтобы головной офис направил благодарственную грамоту филиалу в Т-Сити…» «Спасибо, директор Линн». Юная директор Линн все еще не могла сдержать радости: «Это действительно непросто. Годами мы рассылали эскизы соответствующим сотрудникам „Скайтопа“, но их никогда не принимали. Нам действительно повезло в этот раз…» «Ситуация с „QCS“ улучшается». Директор Линн кивнула: «Начальник тоже очень доволен этим». "Ха…" «Менеджер Смит, я договорился с мистером Гордоном из компании «Скайтоп» о просмотре черновика сегодня вечером. Вам следует пойти со мной, и объяснение философии дизайна вашей команды, вероятно, произведет на мистера Гордона большее впечатление». "Хорошо." «Ну, на этом пока всё. Увидимся сегодня вечером». "Конечно." Ребекка Квентин вышла из кабинета директора вслед за менеджером Смитом, радостно воскликнув: «Менеджер, вы такой скромный. Я даже не знала, что наша компания настолько сильна». Менеджер Смит со смехом добавил: «Я устрою им сюрприз, как только мы официально пройдем проверку в „Скайтопе“…» «Это здорово! Дизайнеры будут в восторге!» "Да." «Кстати, тебе тоже стоит пойти со мной сегодня вечером. Хотя я, возможно, всего лишь очередной «зелёный листок» для режиссёра, я верю, что у неё впечатляющие способности, чтобы добиться такого успеха в столь молодом возрасте. Наблюдение за её навыками ведения переговоров, безусловно, будет для тебя поучительным». "Хорошо." Ночью, в международном клубе "Золотой мост". В роскошном отдельном зале менеджер Смит и мистер Гордон из проектного отдела компании «Скайтоп» обсуждали эскизы проекта. Выслушав объяснения менеджера Смита, г-н Гордон остался еще более доволен проектными чертежами… Затем директор Линн обсудила с мистером Гордоном стоимость дизайнерских услуг. Действительно, директор Линн обладала превосходными навыками межличностного общения, что очень обрадовало мистера Гордона, которому было за сорок, и он остался доволен предложенной ценой… Ребекка Квентин многому научилась, наблюдая за игрой со стороны, и самым важным для нее стало развитие навыков межличностного общения. Она внезапно почувствовала, что важнейшим навыком для выживания в этом мире, похоже, является умение общаться с людьми. Исключительные способности режиссера Линн, возможно, и стали причиной того, что она смогла занять должность директора по дизайну в «QCS» в столь юном возрасте. «Режиссер Линн, я думаю, что у «Скайтопа» больше нет замечаний по поводу дизайна. Я позвоню своему начальнику для получения обычного согласования, после чего мы приступим к подписанию контракта». "Хорошо." Мистер Гордон встал, достал телефон и начал набирать номер с одной стороны. Хотя мистер Гордон уже дал свое одобрение, все присутствующие все еще были напряжены, поэтому, когда мистер Гордон позвонил своему начальнику, директор Линн и менеджер Смит инстинктивно затаили дыхание, и, естественно, Ребекка Квентин не смела дышать и напрягалась вместе с ними. В тот момент в просторной отдельной комнате царила невероятная тишина. Благодаря этой тишине телефонный разговор мистера Гордона с начальником был особенно отчетливым… Затем мистер Гордон почтительно произнес: «Президент, извините, что нарушаю ваш вечерний покой. Я согласовал цену с директором «QCS», секретарь Сесили уже проинформировала вас… Теперь мне нужно ваше окончательное одобрение». В такой напряженно тихой обстановке, даже по телефону, магнетический и глубокий голос звучал так отчетливо… Однако Ребекка Квентин не услышала ответа, потому что в этот момент в ее ушах раздался знакомый мужской голос, отвлекший ее внимание. Прошло всего полгода, но казалось, что прошла целая вечность… У него всё ещё был тот спокойный и глубокий голос. По какой-то неизвестной причине, хотя он и был знаком, в нём почему-то чувствовалась какая-то непривычность. Потому что его голос стал намного холоднее, чем прежде; помимо достоинства и серьезности, он передавал неприступную отчужденность. Мистер Гордон выключил телефон и улыбнулся: «Директор Линн, думаю, нам стоит выпить шампанского, чтобы отпраздновать это событие, прежде чем подписывать контракт». Директор Линн радостно встала и спросила: «Значит ли это…» Г-н Гордон объявил: «Второй проект компании Skytop в Италии будет разработан компанией QCS». "Это просто фантастика!" — не смог скрыть своей радости менеджер Смит. Директор Линн быстро сказал: «Мистер Гордон, позвольте мне поднять за вас тост…» «Конечно, конечно». Ребекка Квентин пришла в себя только тогда, когда все трое уже праздновали, попивая шампанское. ---------- Главы 421-223: Отношения между Джози и Джеффри (1_2) Она медленно последовала за их смехом, но улыбка на её лице казалась несколько неестественной. В глубине души она не придавала этому особого значения, но, услышав его голос, она все еще не могла смириться с произошедшим… Эта неспособность двигаться дальше объяснялась не тем, что она еще не отпустила прошлое, а определенной грустью в сердце. В конце концов, после стольких лет совместной жизни она не ожидала такого мрачного конца. И в этот момент они казались очень далеки друг от друга. По дороге обратно в отель менеджер Смит был в хорошем настроении. В такси, заметив, что Ребекка Квентин почти не разговаривала всю дорогу, менеджер Смит не мог не спросить с беспокойством: «Секретарь Квентин, что случилось? Вы весь день были заняты, вы устали?» «Нет, я думаю о работе. Мистер Гордон сказал, что хочет получить все эскизы на этой неделе. Это значит, что нам нужно остаться в Нью-Йорке как минимум еще на неделю, но, похоже, в Т-Сити тоже ведется много переговоров. Боюсь, если вы будете заняты здесь, вы не сможете должным образом контролировать Т-Сити». «Всё в порядке, если возникнут какие-либо проблемы, они свяжутся со мной. Я могу использовать это время, чтобы посмотреть, как они будут себя вести без меня». Несмотря на беспокойство, Ребекка Квентин не забыла хорошо отозваться о своих коллегах: «Думаю, они вас не подведут, менеджер». Менеджер Смит кивнул: «Я тоже так думаю, ха-ха… В любом случае, раз работа закончилась, давайте больше не будем о ней думать. Бекка, у меня сегодня хорошее настроение, может, сходим в бар отдохнуть?» "Бар?" Ребекка Квентин была поражена. Менеджер Смит рассмеялся и спросил в ответ: «Что? Думаете, это странно, что человек моего возраста хочет пойти в бар?» «Нет, многим людям нравится ходить в бары, чтобы снять стресс, это не связано с возрастом». Менеджер Смит кивнул: «Я просто хожу в бары выпить, посмотреть, как танцуют молодые люди, это заставляет меня чувствовать себя намного моложе». «Но, менеджер, я никогда не был в баре, я…» Заметив нерешительность Ребекки Квентин, менеджер Смит сказал: «Забудьте об этом, я не буду вас тащить. Судя по вашему выражению лица, вы явно не из тех, кто часто посещает бары. Вы молоды и красивы; если бы вы напились со мной в баре, я бы очень опасался, что вас уведут плохие люди». Ребекка Квентин смущенно ответила: «Менеджер Смит, я не умею пить…» «Тогда я точно не смогу тебя взять». Ребекка Квентин чувствовала себя неловко. Менеджер Смит сказал: «Сначала я попрошу водителя отвезти вас обратно в отель». «Спасибо, менеджер». Вернувшись в отель. После напряженного дня Ребекка Квентин действительно немного устала… Приняв душ и полежав в постели, размышляя о предстоящих напряженных днях в Нью-Йорке, Ребекка Квентин тут же закрыла глаза, понимая, что ей нужно лечь спать пораньше, чтобы завтра у нее хватило сил на работу. Кто бы мог подумать, что как только она закрыла глаза, зазвонил телефон… Ребекка Квентин инстинктивно подумала, что это менеджер Смит, и, закрыв глаза, схватила телефон с прикроватной тумбочки. Когда она слегка приоткрыла глаза и увидела номер на экране телефона, ее глаза мгновенно расширились, и она села. Перед глазами Ребекки Квентин одна за другой появлялась знакомая последовательность чисел. Ребекка Квентин прислонилась к изголовью кровати, безучастно глядя на цифру на экране телефона и испытывая некоторое недоверие. Телефон продолжал звонить, словно подталкивая ее взять трубку… Она никак не ожидала, что сегодня вечером получит от него звонок… Она долго колебалась, думая, что им больше нечего обсуждать, но Эндрю был с ним… Она очень скучала по Эндрю, она очень хотела… Наконец, она нажала кнопку ответа и медленно поднесла телефон к уху. Она была готова к тому, что может услышать, но кто бы мог подумать, что с другой стороны раздался не его голос, а невинный детский лепет… Сердце Ребекки Квентин бешено заколотилось; рядом с ее ухом ребенок издавал односложные звуки, которые родители не могли понять, пока дети не научились говорить. Ребекка Квентин не произнесла ни слова; она просто слушала. Очевидно, это был ребёнок, который случайно набрал номер… Потому что она отчетливо слышала невинный детский голос, приближающийся, а затем удаляющийся, и приглушенный звук падения телефона на кровать или диван. "@#￥%@" Неразборчивые детские звуки передавались отчетливо, заставив Ребекку Квентин внезапно прикрыть рот рукой, у нее заложило нос, а глаза покраснели. Эндрю… Миссис Джеффри сидела на краю кровати, держа на руках Эндрю, который радостно играл с папиным телефоном, лежащим на кровати. Дверь в ванную открылась, и из ванной вышел Говард Джеффри, завернутый лишь в банное полотенце. Молодая служанка, стоявшая рядом с миссис Джеффри, покраснела, увидев и без того невероятно красивого хозяина с такой изысканной фигурой. С его рельефной груди стекали капли воды, едва заметные мышцы живота и тазового дна, источающие невероятную привлекательность. Миссис Джеффри, естественно, не обращала внимания на эти вещи, касающиеся ее сына; увидев выходящего Говарда Джеффри, она подняла Эндрю с кровати: «Я постучала раньше, и ответа не было. Дверь не была закрыта, поэтому я вошла». "Хм." «Поговорю с тобой, когда ты переоденешься». Затем миссис Джеффри вывела Эндрю из комнаты. Когда миссис Джеффри вернулась в комнату с Эндрю, Говард Джеффри был одет и застегивал манжету рубашки. Миссис Джеффри спросила: «Вы сегодня вечером куда-нибудь пойдете?» Говард Джеффри взял свои часы и застегнул их на запястье: «Да». Миссис Джеффри нахмурилась: «Еще одно светское мероприятие?» Говард Джеффри не ответил. «Я хотела обсудить с вами празднование первого дня рождения Эндрю… Я планировала поговорить об этом раньше, так как до праздника осталось меньше месяца, и организовывать все в последний момент было бы слишком спешно. Но поскольку вы уезжаете рано и возвращаетесь поздно, возможности обсудить это нет». Говард Джеффри равнодушно ответил: «Вы сами справитесь с организацией». «Я, конечно, знаю, как это организовать, но вам тоже нужно время. Вы не можете отсутствовать на первом дне рождения Эндрю из-за своих так называемых рабочих обязательств». «Ты назначил дату, я не пропущу». Миссис Джеффри тихо вздохнула: «Хорошо, я назначу дату и сообщу вам». "Хм." Увидев, что Говард Джеффри собирается уходить, миссис Джеффри забрала телефон у Эндрю и передала его ему: «Он играл здесь раньше; ему показалось, что твой телефон очень любопытен, поэтому я позволила ему немного поиграть». Говард Джеффри взял трубку, его взгляд упал на малыша, который теперь смотрел на него ясными глазами. Малышка, похоже, не обрадовалась тому, что у нее забрали телефон, и тут же надула губы… ---------- Глава 422-224: Отношения между Алисой Робинсон и Джеффри (2) Миссис Джеффри быстро проворковала: «Хороший, Эндрю. Твоему папе нужен телефон. Бабушка скоро купит тебе другой телефон, чтобы ты мог с ним играть». Маленький человечек, казалось, не успокоился, протянув руки к Говарду Джеффри. Его яркие, похожие на виноградные грозди глаза были прикованы к телефону в руке Джеффри, он с нетерпением ждал его. Миссис Джеффри усмехнулась: «Смотрите, ваш сын хочет, чтобы вы его подержали на руках…» Джеффри несколько секунд смотрел на Эндрю, а затем внезапно вернул ему телефон, позволив подержать его, после чего забрал Эндрю из рук миссис Джеффри. Малыш спокойно сидел на руках у отца, теребя телефон, который держал не очень крепко, и вел себя очень послушно. Джеффри прижался мордочкой к шее малыша, отчего тот расхохотался. Джеффри продолжал нежно прижиматься к отцу, и малыш вдруг забыл даже о волнующем телефонном разговоре, радостно смеясь на руках у отца… Миссис Джеффри с удовлетворением наблюдала за происходящим, нежно улыбаясь: «Отец и сын — это именно то, что они есть. Хотя я провожу с ним каждый день, он всё равно ближе всего к вам». Джеффри нежно поцеловал маленькое личико Эндрю, его обычно спокойные и холодные глаза теперь смягчились, сияя отцовской нежностью. Увидев, что Эндрю больше не интересуется телефоном, миссис Джеффри испугалась, что он уронит телефон Джеффри, поэтому она забрала телефон из рук Эндрю, только тогда заметив, что звонок все еще активен. Несмотря на то, что на экране телефона отображалась длинная последовательность цифр, миссис Джеффри сразу узнала владельца номера. Миссис Джеффри на секунду замолчала, затем показала Джеффри экран телефона и написала: «Ваш сын случайно набрал номер». Джеффри взглянул на экран телефона, выражение его лица осталось неизменным. Миссис Джеффри не повесила трубку; она просто передала телефон служанке, стоявшей рядом, а затем забрала Эндрю из рук Джеффри. Как и ожидалось, Джеффри, взяв трубку, без колебаний повесил трубку. Он схватил пиджак, в последний раз поцеловал Эндрю и ушел. Миссис Джеффри долго стояла в комнате, наблюдая за удаляющейся фигурой Джеффри, и глубоко вздохнула. Слуга с беспокойством спросил: «Мадам, вас не беспокоит, что мистер Джеффри слишком занят работой, чтобы заметить молодого господина Эндрю?» Миссис Джеффри покачала головой: «Дело не в том, что он занят работой…» Слуга вдруг вспомнил: «Ах да, в новостях упоминалось, что мистер Джеффри недавно очень сблизился с мисс Робинсон…» «Его личные дела меня не касаются…» «Но, мадам, вы…» Миссис Джеффри посмотрела на Эндрю у себя на руках, ее голос слегка охрип: «Мне просто жаль моего внука». Слуга вздохнул: «Да, было бы замечательно, если бы мисс Квентин и мистер Джеффри были рядом с молодым господином». Миссис Джеффри с грустью сказала: «Сейчас это практически невозможно…» «Как жаль мистера Джеффри и мисс Квентин… Теперь, когда мистер Джеффри с мисс Робинсон, я полагаю, он не собирается мириться с мисс Квентин». Миссис Джеффри больше ничего не сказала, лишь снова вздохнула. В изысканном и элегантном французском ресторане. Элис Робинсон внезапно прервала трапезу, пристально глядя на красивого мужчину: «Эй, а вы не едите?» Мужчина лениво откинулся на спинку стула, рубашка была расстегнута на две пуговицы. «Я не голоден». «У тебя сегодня нет работы?» "Нет." «А как насчет этих дней? Вы будете заняты?» "Нет." На лице Алисы отразилась радость: «Позавтра во Франции моему дяде исполняется шестьдесят лет, не могли бы вы меня сопровождать?» Мужчина кивнул. Алиса взволнованно сказала: «Тогда завтра мы полетим во Францию. Мой дядя будет так рад тебя видеть». «Вы сами это организуете». После ужина Алиса взяла мужчину под руку и вышла из ресторана. По пути к машине Алиса заметила периодические вспышки света вокруг себя. По всей видимости, их снова фотографировали репортеры. Но они уже привыкли к этому; почувствовав присутствие репортеров, Алиса даже крепче обняла мужчину рядом с собой. На обратном пути ни один из них не произнес ни слова. Алиса немного нервничала, сжимая обивку сиденья. Пока машина не остановилась под домом, где жила Алиса… Каждый раз, когда он отправлял её домой, он никогда не оставался в её квартире, и она была достаточно благоразумна, чтобы никогда не жаловаться… Но сегодня вечером… Сидя в закрытой машине и вдыхая его приятный аромат, она необъяснимо горела щеками, в ней пробуждалось глубокое желание. "Провожать вас?" Он спросил с уважением. Элис покачала головой, а затем внезапно набралась смелости и обняла мужчину за шею: «Джеффри, останешься со мной на ночь?» ---------- Главы 423–224: Отношения между Алисой Робинсон и Честером Робинсоном 2_2 Говард Джеффри посмотрел на раскрасневшиеся щеки Элис Робинсон, прищурился и хриплым, низким голосом спросил: «Вы уверены?» Элис Робинсон застенчиво кивнула. В этот момент Говард Джеффри завел двигатель и развернул машину. Элис Робинсон затаила дыхание, ее сердце уже бешено колотилось. Однако снаружи выехал белый автомобиль, который в темную ночь осветил пространство двумя яркими лучами и внезапно остановился горизонтально перед черным «Бентли» Говарда Джеффри. Элис Робинсон не успела сообразить, что происходит, как из белого автомобиля уже вышел высокий мужчина. Элис Робинсон увидела, как Честер Робинсон выходит из машины, и мгновенно застыла на месте. Тук-тук… Честер Робинсон постучал по окну машины рядом с Элис Робинсон. «Брат, ты вернулся в Нью-Йорк…» Элис Робинсон медленно опустила окно автомобиля. Честер Робинсон холодно взглянул на Говарда Джеффри, который рядом с Элис сохранял совершенно бесстрастное выражение лица, и холодным голосом произнес: «Выходи из машины, мне нужно тебе кое-что сказать». "Но, брат, я…" Элис Робинсон взглянула на Говарда Джеффри, а затем на Честера, чувствуя тревогу. Взгляд Честера стал холодным: «Ты что, перестал слушать своего брата?» "Я…" "Элис!!" Не дав Элис Робинсон ни секунды колебаться, Честер строго назвал ее полное имя. В конце концов, Элис, поколебавшись, решила пойти на компромисс. Она извинилась перед Говардом Джеффри: «О, извините, мой брат вернулся… Возможно, ему есть что со мной обсудить. Давайте перенесем нашу встречу!» Говард Джеффри ничуть не расстроился; его гордые черные глаза скользнули по Честеру, и тонкие губы тихо произнесли: «Доктор Робинсон только что вернулся в Нью-Йорк и уже здесь, чтобы навестить вашу сестру. Вы боитесь, что я плохо с ней обслужу?» «Вы меня неправильно поняли, мой брат не это имел в виду…» Говард Джеффри хитро взглянул на Честера. Честер смотрел в ответ такими же темными глазами. Элис поспешно вышла из машины, отвела Честера в сторону и извинилась: «Извини, Хо, увидимся завтра». Говард Джеффри мягко улыбнулся Элис Робинсон, внезапно нажал на педаль газа, и машина в мгновение ока умчалась прочь. Как только машина Говарда Джеффри уехала, Элис Робинсон резко отпустила руку Честера, сделала сердитое лицо и спросила: «Почему ты ведёшь себя так недружелюбно, когда я нахожусь с Говардом?» Обычно спокойное лицо Честера теперь помрачнело и испугалось; он внезапно схватил Алису за запястье и направился прямо к квартире. "Эй, отпусти меня, отпусти, мне больно…" Когда Честер вытащил Алису из лифта, она испытывала такую ​​сильную боль, что нахмурила брови и пыталась вырваться из его хватки. Честер достал ключ, открыл дверь своей квартиры, втащил внутрь Алису, затем отпустил ее и холодно захлопнул дверь. Алиса потерла ноющую руку, нахмурив нежные брови и сердито глядя на него: «Что с тобой, черт возьми, не так?..» «Что со мной не так?» — холодно спросил Честер, шагнув к Алисе. Алиса продолжала отступать, но прежде чем она успела добраться до безопасного места, ее стройное тело уже схватил Честер. Он наклонил голову и страстно поцеловал Алису в губы. "Отпустить…" Элис била Честера по спине, но он крепко держал ее, и поцелуй разразился, словно вулканический взрыв. Наконец, Алисе удалось оттолкнуть Честера; ее губы болели и распухли. В приступе гнева и унижения она замахнулась рукой на Честера… Но Честер предугадал ее ход и в мгновение ока крепко сжал ее руку. Алиса, изо всех сил стараясь вырваться, крикнула: «Сумасшедшая!» Честер стиснул зубы и сказал: «Должно быть, я сошёл с ума, раз позволяю тебе быть с Говардом… Не забывай, ты моя женщина!» В тот момент Алиса замерла в изумлении. В тот же миг Честер поднял Алису на руки, приподняв её горизонтально… "Ах!" Алиса закричала, но ее уже бросили на большую кровать в комнате Честера. Одежда все еще валялась на земле, Честер уткнулся в шею Алисы. Алиса приподнялась, держа в руках одеяло, и снова взмахнула рукой в ​​сторону Честера. Но Честер, предвидя это, снова, обнажив кожу, крепко схватил Алису за запястье и холодно спросил: «Злишься на меня?» "Сволочь!!" В ответ на гнев Алисы Честер лишь спокойно улыбнулся: «Прошло уже больше года с тех пор, как мы в последний раз это делали, почему ты ведешь себя так отстраненно по отношению ко мне?» Слова Честера разозлили и смутили Элис, она указала пальцем на дверь: «Убирайся!» Честер прищурился: «Ты уверен, что хочешь, чтобы я ушел?» Алиса отвернула лицо в сторону. Честер продолжал улыбаться, затем отпустил Алису, встал с кровати и начал надевать брюки и рубашку. Алиса опустила голову и вдруг начала рыдать. Честер, будучи полностью одетым, не ушел сразу; услышав плач позади себя, он сел на край кровати и внимательно наблюдал за ней. По лицу Алисы текли слезы, губы ее были надуты, на ее прекрасном лице читалась печаль. Протянув руку, Честер нежно вытер слезы с глаз Алисы и ласково сказал: «Не плачь…» Элис в знак протеста оттолкнула Честера: «Убирайся!» Честер нахмурился: «Ты просто злишься, что я испортил тебе вечер с Говардом… Интересно, если бы я не пришел, ты бы действительно захотела переспать с Говардом?» Элис изо всех сил оттолкнула Честера: «Не вмешивайся в мои дела!!» Честер равнодушно сидел на краю кровати, саркастически улыбаясь: «Не забывай, кто это был, кто так жалобно плакал, умоляя меня о помощи…» Заплаканные глаза Алисы смотрели на Честера: «Я считала тебя своим старшим братом…» «Старший брат?» — холодно усмехнулся Честер. — «С тех пор, как ты впервые отдался мне в шестнадцать лет, мы никогда не были просто братом и сестрой, к тому же, мы даже не биологические родственники!» «Нет, ты обещала мне, что никогда не причинишь мне вреда…» Остатки чего-то внутри напоминали ей о нынешнем позоре. «Алиса… я никогда не хотел причинить тебе боль; всё, что я делал, было лишь для того, чтобы защитить тебя». ---------- Главы 424-225: Они были вместе прошлой ночью 1 «Защита?» — истерически закричала Элис Робинсон. — «После того, как ты поддался своим животным желаниям, ты говоришь, что просто хотел меня защитить?» Честер Робинсон осторожно положил руки на плечи Элис Робинсон и тихо спросил: «Хочешь, чтобы я понаблюдал за тобой, пока ты будешь с Говардом Джеффри?» Элис Робинсон с горечью произнесла: «Я же говорила вам, я люблю его. Я хочу выйти за него замуж в этой жизни…» Честер Робинсон понизил голос, напоминая: «Вы помните последствия того, что в прошлый раз были с ним, не задумываясь?» «Это потому, что он узнал, что я заставила миссис Джеффри накачать его наркотиками…» «Ты действительно его накачала наркотиками? Ты просто бесстыжая!» «С любимым человеком мне нечего стыдиться». Честер Робинсон в гневе встал и насмешливо произнес: «Жаль, что он все это время просто использовал тебя…» «Нет», — решительно покачала головой Элис Робинсон. — «Он был очень добр ко мне последние шесть месяцев, он даже пообещал завтра поехать со мной во Францию ​​на банкет по случаю шестидесятилетия моего дяди». «Насколько далеко ты готова зайти в самообмане?» — усмехнулся Честер Робинсон. — «Женщина, которая ему дорога, никогда не была тобой!» «Вы имеете в виду Ребекку Квентин?» — холодно рассмеялась Элис Робинсон. — «Последние шесть месяцев я была с ним почти каждый день; он вообще не связывался с Ребеккой Квентин, он её забыл!» Честер Робинсон спросил: «Вы действительно считаете, что всё кончено?» Элис Робинсон уверенно ответила: «Да». Честер Робинсон холодно рассмеялся: «Хорошо, тогда давайте проведём небольшой эксперимент…» «Какой эксперимент?» «Послезавтра вы узнаете, волнует ли Говарда Джеффри еще Ребекку Квентин!!» С этими словами Честер Робинсон повернулся и ушел. Ребекка Квентин последние несколько дней была очень занята работой и совершенно измотана… В основном потому, что она не очень хорошо разбирается в дизайне и декорировании, поэтому каждый день в головном офисе истощает ее силы. Сегодня вечером, после завершения проверки чертежей, Ребекке Квентин нужно было, чтобы менеджер Смит их осмотрел; если все будет в порядке, их можно будет передать директору Линн… Наконец-то получив возможность не работать сверхурочно в головном офисе и немного поспать, Ребекка Квентин закрыла ноутбук и приготовилась принять душ, когда в этот момент в дверь ее номера постучали. Ребекка Квентин, подумав, что это менеджер Смит, улыбнулась и направилась открывать дверь. К ее удивлению, это был Честер Робинсон! Ребекка Квентин радостно воскликнула: «Доктор Робинсон?» Честер Робинсон сохранил свою обычную мягкую улыбку: «Надеюсь, я не беспокою вас слишком поздно?» Ребекка Квентин быстро покачала головой: «Нет, я еще не сплю… Почему ты в Нью-Йорке?» «Я взял отпуск в больнице и специально приехал в Нью-Йорк, чтобы найти тебя». "Найти меня?" Честер Робинсон, заметив удивленное выражение лица Ребекки Квентин, улыбнулся: «Разве вы не приглашаете меня войти?» Ребекка Квентин неловко произнесла: «Э-э, пожалуйста, войдите». Честер Робинсон последовал за ней в комнату. Заметив компьютер на столе у ​​окна, Честер Робинсон с беспокойством спросил: «Так поздно работаете?» «Да, довольно многолюдно». Честер Робинсон сел на диван. Ребекка Квентин подала ему напиток, затем села напротив и серьезно спросила: «Вы сказали, что пришли специально меня найти, что вы имеете в виду?» «Да, я пришёл специально, чтобы попросить вашей помощи». Ребекка Квентин недоуменно спросила: «Зачем вам специально лететь в Нью-Йорк, чтобы меня найти? И откуда вы узнали, что я остановилась в этом отеле?» «Несложно узнать, в каком отеле вы остановились. Что касается помощи, которая мне нужна, то это на самом деле довольно просто…» «Хм, продолжайте.» «Через пару дней у моего дяди день рождения. Он устраивает семейное торжество, поэтому завтра я лечу во Францию, чтобы помочь ему отпраздновать… Знаете, мой дядя всегда беспокоился о событиях в моей жизни, поэтому на этот раз он настаивает, чтобы я взял с собой на праздничный банкет женщину. В отчаянии я подумал обратиться к вам за помощью». «Ваш дядя?» — Ребекка Квентин на мгновение задумалась. — «Мистер Робинсон?» "Да." Ребекка Квентин почти сразу же отказала: «Извините, я, вероятно, ничем не смогу вам помочь». Честер Робинсон нахмурился: «Почему бы и нет?» Ребекка Квентин честно ответила: «Во-первых, я занята работой и не могу выделить время на поездку во Францию. Во-вторых, вы должны знать, что я не подхожу для участия в семейном торжестве». «Вы боитесь, что мой дядя вас узнает?» «Узнает ли он меня, я не знаю. Но он дядя Элис Робинсон; я думаю, Элис Робинсон не захотела бы видеть меня на таком мероприятии». Когда она была с Говардом Джеффри, она не встречала Робинсона, поэтому его воспоминания о ней могли быть очень смутными, в основном оставшимися со времен ее работы со Скайлер Джонс. Следовательно, она не боялась, что Робинсон ее узнает; но, учитывая обстановку, будучи любовницей и ранее соперницей Элис Робинсон, она действительно была неподходящей кандидатурой. ---------- Главы 425-225: Они были вместе прошлой ночью 1_2 «Вы, наверное, не знаете, но Алиса, возможно, на этот раз не придет на банкет в честь дня рождения моего дяди». "Почему?" «Мой дядя и Алиса дуются». Ребекка Квентин растерянно покачала головой. «Знаете, в прошлый раз Говард Джеффри использовал Элис, чтобы разобраться с той женщиной по имени Йе. Элис знала, что Говард использует её, но всё же сотрудничала с ним и действовала, заставляя моего дядю работать на Говарда всем сердцем. Но как только всё закончилось, мой дядя узнал, что Элис обманула его, чтобы помочь Говарду. Мой дядя был очень зол, и до сих пор он не успокоился». Ребекка Квентин не знала, что сказать, поэтому предпочла молчание. «Итак, Бекка, ты готова оказать мне эту услугу сейчас?» Ребекка Квентин с тревогой посмотрела на Честера Робинсона: «Но у меня нет времени… Как насчет этого, доктор Робинсон, я бы хотела представить вам подругу, которая станет вашим партнером. Она благородна, щедра и красива; она определенно сможет вам помочь!» Да, Ребекка Квентин подумала о своей очаровательной коллеге, Николетт Холмс. «Если уж так сложно, то забудьте об этом… Вообще-то, у меня есть несколько подруг в Нью-Йорке, но они американки. Боюсь, моему дяде они не понравятся, потому что он всегда надеялся, что я найду себе девушку из «Цветочного королевства», как мой отец». Наблюдая за слегка разочарованным выражением лица Честера Робинсона, Ребекка Квентин почувствовала сильное чувство вины. Честер Робинсон всегда ей помогал, но она даже не смогла помочь ему в первый раз, когда он попросил... На самом деле, если бы Алиса не присутствовала на банкете, и если бы не этот неловкий момент, она, возможно, всё ещё смогла бы помочь с этой услугой... Увидев, как Честер Робинсон встал, Ребекка Квентин быстро крикнула: «Доктор Робинсон, подождите». «Хм?» — Честер Робинсон сохранил мягкое выражение лица. — «Не беспокойтесь, я не хочу вас обременять». «Нет, доктор Робинсон, я сейчас попрошу у своей начальницы отпуск. Если она согласится, я поеду с вами во Францию». Честер Робинсон улыбнулся: «Думаю, я смогу убедить и Эмили Смит». Затем Ребекка Квентин прошла в соседнюю комнату и подошла к двери менеджера Смита, где тихонько постучала. "Приходящий." Послышались приближающиеся шаги менеджера Смита, и вскоре дверь открылась. Ребекка Квентин уважительно поприветствовала его: «Менеджер». «Бекка!» Наедине менеджер всегда так её тепло называл. «Э-э, он...» Честер Робинсон подхватил речь Ребекки Квентин и лично поприветствовал менеджера Смита: «Сестра Эмили». Эмили Смит была очень удивлена, увидев Честера Робинсона, ее глаза чуть не вылезли из орбит. «Сестра Эмили», — снова окликнул Честер Робинсон, и в его глазах читалось понимание, присущее только ему и Эмили. Эмили Смит, немного нервничая, отреагировала: «Э-э, Честер... Честер, я не ожидала, что ты придёшь, добро пожаловать!» Когда Эмили Смит обратилась к Честеру Робинсону, её манера поведения казалась скорее уважительной, чем фамильярной. Ребекка Квентин не обратила внимания на эти детали; она лишь увидела, что Эмили Смит обрадовалась встрече с Честером Робинсоном, поэтому последовала за ним в комнату менеджера Смита. Они вдвоем сидели на диване в комнате менеджера Смита, и Честер Робинсон объяснил менеджеру Смиту цель визита Ребекки Квентин. Ребекка Квентин считала, что менеджеру Смиту будет трудно согласиться. В конце концов, она была в командировке и очень занята; даже с учетом влияния Честера Робинсона менеджеру будет трудно ее отпустить. Но, к удивлению, когда Честер Робинсон обратился с этой просьбой, менеджер не выразил никакого возражения, лишь кивнул, словно давя чеснок: «Без проблем. В любом случае, Бекка уже закончила проверку черновика, и ей не нужно быть занятой эти два дня. Я как раз подумывал дать ей два выходных, чтобы она могла сходить за покупками!» Ребекка Квентин была ошеломлена. Как же легко с этим согласиться! «Тогда спасибо, сестра Эмили. Я угощу вас ужином, когда вернусь в Т-Сити». Услышав эти слова Честера Робинсона, менеджер Смит тут же встал: «Что ты говоришь? Мы же друзья... Друзья, ты попросил меня об услуге, как я могу отказать?» Честер Робинсон остановил Ребекку Квентин и сказал: «Тогда я не буду мешать твоему отдыху, давай встретимся в Т-Сити». «Э-э, хорошо.» «Не волнуйтесь, я вернусь в Т-Сити вместе с Беккой». Эмили Смит по-прежнему кивала: «Хм». Выйдя из комнаты менеджера Смита, Ребекка Квентин с недоумением спросила Честера Робинсона: «Как так получилось, что ты такой молодой, но при этом у тебя такие хорошие отношения с менеджером?» «Э-э…» — неожиданно задала вопрос Ребекка Квентин, Честер Робинсон на секунду замолчал, — «…В больнице». Ребекка Квентин тут же поняла: «О, она пациентка, а вы — врач». "Да... вот и всё." «Неудивительно, что менеджер Смит так хорошо ко мне относится. Она, должно быть, тоже ценит то, как вы когда-то относились к ней». "Хех..." Когда они подошли к двери номера, Честер Робинсон сказал: «Уже поздно, я сейчас еду домой, заеду за тобой утром, так что собирай багаж». Ребекка Квентин улыбнулась и сказала: «Хорошо». Два дня спустя, во Франции. В роскошном отеле в самом центре Парижа Ребекка Квентин стояла у панорамного окна, любуясь ночным пейзажем города внизу. Париж по праву заслуживает звания одного из самых романтичных городов мира; даже ночной вид здесь уникален и необычайно очарователен. Яркие, как звезды, огни освещают все ночное небо города, пробуждая безграничное воображение... Неравномерно высокие здания на горизонте были украшены ночными огнями, которые периодически мерцали, погружая в фантазию и на время позволяя забыть о городском шуме. «Что привлекло ваше внимание?» И тут раздался тихий голос, Ребекка Квентин пришла в себя, обернулась, и Честер Робинсон уже шел к ней навстречу. «Вы прибыли». Честер Робинсон отложил ключ от номера, и когда она повернулась, чтобы посмотреть на него, на его лице читалось легкое замешательство. «Ты... ты сегодня выглядишь великолепно». На ней было облегающее длинное вечернее платье серебристо-серого цвета с открытой спиной, слегка обнажающее ее изящную спину. Редко встречающийся в сочетании с таким изысканным макияжем, он еще больше подчеркивал ее красоту в тот момент. Элегантная, но простая прическа-пучок усиливала ее изящество, делая весь образ пленительным. Ребекка Квентин взглянула на свое платье: «Ваш выбор, сидит довольно хорошо, хотя меня беспокоит спинка…» Честно говоря, она никогда раньше не носила платье с открытой спиной; ей было очень неудобно, когда спина была обнажена, и даже мысль о том, что она прикрыта лишь тонким слоем тюля, вызывала у нее чувство неуверенности. ---------- Главы 426-226: Они были вместе прошлой ночью 2 «Первое, что я увидел, когда открыл дверь, — это ваша спина, очень красивая… Думаю, это платье вам идеально подходит, не создавая ощущения открытости», — искренне похвалил он. Он наконец понял, почему Бекка, чья внешность на первый взгляд не превосходила Элис Робинсон, смогла покорить сердце Говарда Джеффри. Потому что красота Бекки была такова, что каждый раз, когда вы её видели, вы поражались ей ещё больше, чем в прошлый раз; её красота была подобна музыкальным нотам, которые могли играть чарующие мелодии, каждый раз разные, каждый раз завораживающие. Представляя себе звездочек в великолепных нарядах, дефилирующих по красной дорожке по телевизору, чье впечатление от каждой из них намного превосходило ее платье, Бекка перестала волноваться. "Хорошо!" «Раз уж ты моя спутница, сегодня вечером тебе, возможно, придётся немного потерпеть моё позёрство». С этими словами Честер Робинсон, одетый в элегантный серый костюм, сделал джентльменский приглашающий жест в адрес Бекки. Бекка улыбнулась, подошла и положила свою руку на ладонь Честера. Торжественный банкет в честь дня рождения семьи Робинсонов состоялся в одном из лучших отелей в центре Парижа. Будучи председателем международного подразделения, Робинсон, естественно, привлек на свой юбилейный банкет множество видных деятелей политики и бизнеса со всего мира… Когда Бекка увидела, как роскошные гости входят и выходят из отеля, и как Честер идет к отелю под руку, она невольно прошептала: «Разве ты не говорил, что это просто семейное торжество? Столько людей…» Честер повернул голову и сказал Бекке: «Это семейное собрание, но неизбежно найдутся люди, которым нужно польстить моему дяде… Позже я познакомлю тебя с моим дядей, а потом найду повод, чтобы кто-нибудь отправил тебя обратно в отель. В такой обстановке не только тебе неловко, но и мне тоже». "Хорошо." Сотрудники PR-отдела, стоявшие у отеля, сразу узнали Честера и быстро отмахнулись от охранников, требовавших от гостей предъявить пригласительные билеты для подтверждения личности, уважительно подойдя к Честеру: «Мистер Робинсон, пожалуйста, пройдите сюда». "Хорошо." В сопровождении очаровательных сотрудниц PR-отдела Бекку проводили прямо на шестидесятый этаж, и она невольно почувствовала небольшую нервозность. Она подумала: а вдруг Робинсон её узнает? Даже если он не знает о её отношениях с Говардом Джеффри, узнать её и спросить о ней и Скайлер Джонс было бы достаточно неловко. Честер, похоже, догадался о мыслях Бекки и утешил ее: «Не стоит слишком много думать, мой дядя стар и очень забывчив…» «Надеюсь, что так!» Лифт остановился на шестидесятом этаже. Бекка глубоко вздохнула и элегантно вошла в зал, следуя за Честером, который вел ее по-джентльменски. Двери зала были окружены журналистами, которые, несмотря на то, что охрана не позволяла им подойти ближе, продолжали нажимать на затворы своих фотоаппаратов. Столкнувшись с таким шквалом вспышек и мегаваттных ламп, Бекка инстинктивно опустила голову. Но Честер прошептал ей на ухо: «Играй, дорогая». Бекка неохотно снова подняла взгляд, выдавила из себя элегантную улыбку, но любой проницательный взгляд наверняка заметил бы ее смущение. "Честер!!" Наконец, пройдя по длинной, извилистой дорожке, напоминающей красный ковер, в банкетный зал, раздался теплый голос. Честер прошептал Бекке на ухо: «Моя тетя». Бекка кивнула. Перед Честером уже появилась элегантная фигура, очевидно, женщина лет пятидесяти, прекрасно ухоженная, выглядевшая чуть старше сорока, в меховой шубе, символизирующей богатство, и длинном, очень благородном платье. «Тётя, вы выглядите всё моложе и моложе». «Это ты, Честер, лучше всех знаешь, как угодить своей тете… А кто же это?» Старший посмотрел на Бекку с дружелюбием и легким оттенком восторга. Честер, естественно, представился: «Моя спутница, Рейчел». Миссис Робинсон начала оценивать Бекку, даже обошла ее по кругу, и вдруг воскликнула: «Неплохо, неплохо, красивая и грациозная. Похоже, очень добродушный человек». «Здравствуйте, тётя», — вежливо поздоровалась Бекка. «Не будь со мной такой формальностью, то, что Честер привёл тебя на банкет к своему дяде, означает, что он готов познакомить тебя со всеми… Пойдём, я тебя отведу, Робинсон с нетерпением ждёт встречи с девушкой Честера!» Держа Бекку за руку, миссис Робинсон уже повела её в центр банкетного зала. В мгновение ока Бекку привели к Робинсону… Робинсон, приветствовавший гостей, прекратил общение, увидев, как миссис Робинсон ведет Бекку к ним. «Дора, посмотри, подружка Честера…» — тепло представила миссис Робинсон Бекку. ---------- Главы 427-226: Они были вместе прошлой ночью 2_2 Ребекку Квентин внезапно поставили перед Робинсоном, она чувствовала сильное волнение и не смела поднять глаза, чтобы посмотреть на него. Робинсон очень долго и тщательно обследовал Ребекку Квентин… Ребекка подумала, что Робинсон узнала ее, и решила, что ей конец. Неожиданно, после долгого разглядывания Ребекки Квентин, Робинсон любезно улыбнулся и сказал: «Какая очаровательная девушка, у Честера хороший вкус». «Конечно, человек, которого я выберу, не сможет вас разочаровать, дядя!» Честер Робинсон, прибывший вместе с Ребеккой Квентин, естественно, обнял ее, глядя на нее с нежностью в глазах. Миссис Робинсон поддразнила Робинсона: «Теперь ты наконец-то можешь расслабиться…» «Я волнуюсь больше, чем его отец, ему сейчас за тридцать, и он даже не думает о том, чтобы позволить отцу стать дедушкой раньше». «Я сделаю все, что в моих силах», — сказал Честер, еще крепче обнимая Ребекку Квентин. Ребекка была совершенно непривычна к такой близости с Честером, но в сложившейся ситуации у нее не было другого выбора, кроме как подчиниться, сохраняя застенчивую улыбку. Внезапно к Честеру подошел пожилой джентльмен, который был еще более знаком Робинсону. Да, это был отец Честера. Ребекка видела его на свадебном видео Говарда Джеффри и Элис Робинсон, поэтому сразу его узнала. Честер почтительно окликнул: «Папочка». Теперь внимание мистера Робинсона было сосредоточено на Ребекке Квентин: «Здравствуйте, меня зовут Дэвид Робинсон, китайское имя — Дэвид Робинсон». «Здравствуйте, меня зовут… э-э, Рэйчел, приятно познакомиться, дядя». К счастью, Честер тут же придумал английское имя. По сравнению с Робинсоном, мистер Робинсон выглядел несколько серьезнее, но его взгляд был столь же добрым. Миссис Робинсон, между прочим, добавила: «Брат, тебе очень повезло, девушка Честера такая красивая…» Мистер Робинсон наконец улыбнулся: «Этот ребенок наконец-то больше не должен меня беспокоить». «Ладно, ладно, давайте не будем так пялиться на Рэйчел, девушки стесняются, не отпугивайте девушку, которую Честер наконец-то уговорил прийти…» Честер подмигнул миссис Робинсон: «Тетя, вы действительно понимаете чувства людей». Мистер Робинсон любезно сказал: «Отдохните там, а когда у вас будет время, приходите домой с Честером пообедать». Ребекка неловко ответила: «Хорошо». Честер вместе с Ребеккой Квентин прошёл в тихий уголок банкетного зала и нашёл место, где можно было сесть. Чтобы показать свою близость, Честер сел рядом с Ребеккой Квентин: «Моя семья тебя не напугала, правда?» Ребекка покачала головой: «Они все очень добрые, просто, возможно, воспринимают всё слишком серьёзно…» «Не волнуйся, через некоторое время я им скажу, что мы расстались, и они забудут о тебе… Но сегодняшнее выступление прошло успешно; нам следует это отпраздновать». С этими словами Честер попросил официанта принести два бокала шампанского. Ребекка приняла шампанское и серьезно сказала: «Доктор Робинсон, я думаю, вам действительно стоит задуматься о вопросах, касающихся вашей жизни, ведь вы достигли соответствующего возраста, и ваш отец и дядя оба полны ожиданий». Честер поддразнил: «Ты тоже одинок, почему бы нам не превратить эту фальшивую игру в настоящую?» "Что вы говорите!" «Смотри, ты побледнел, не волнуйся, я не буду на тебя давить». Слова Честера развеселили Ребекку. Честер поднял бокал шампанского: «Давайте выпьем!» «Я не умею пить, сделаю лишь маленький глоток!» "Хорошо." Позволив Честеру чокнуться бокалами, Ребекка сделала небольшой глоток, обнаружив, что вкус несколько отличается от обычного, но все же приятен. Честер сказал: «Там есть несколько старейшин семьи, которых мне нужно поприветствовать; ты посиди здесь немного, я отведу тебя обратно в отель, как только закончу приветствовать их». "Хорошо." После ухода Честера Ребекка сидела одна в незаметном углу, безучастно глядя на бокал шампанского на столе. Она не знала, сколько времени прошло, когда смутно услышала шум. Инстинктивно Ребекка посмотрела в сторону входа в банкетный зал, но никого не увидела, поэтому не стала обращать на это дальнейшего внимания, предположив, что это просто какой-то известный политический или деловой деятель. Однако шум нарастал… Она смутно услышала, как кто-то зовет ее: «Мистер Джеффри». Сначала она подумала, что ей просто показалось, ведь этот человек никак не мог быть здесь, но когда в ее ухе снова раздались комплименты в адрес «мистера Джеффри», Ребекка наконец повернула голову, чтобы еще раз посмотреть. Этот взгляд ее поразил. Неожиданно Алиса и он появились прямо перед ней. Алиса была одета в белоснежное шелковое вечернее платье без рукавов с V-образным вырезом и юбкой до пола, которая идеально подчеркивала ее пышные формы; макияж выглядел молодым и ярким, но при этом не лишенным сексуальности и очарования. Затем ее взгляд остановился на Говарде Джеффри. Он был одет в черный вечерний костюм, выглядел элегантно и эффектно, излучая уверенность и достоинство. Их появление уже стало центром внимания всего мероприятия… Ребекка на секунду опешилась, затем отвела взгляд, встала, спросила официанта, где находится туалет, и поспешила туда. Войдя в туалет, она быстро заперла дверь, прислонившись к ней всем телом. Она и представить себе не могла, что, увидев его снова, увидит его уже с Алисой… На таком банкете, в присутствии множества репортеров и с учетом их деликатного характера, их появление на публике ясно подтвердило их связь с миром… За последние полгода она не читала газет и журналов, не смотрела новости по телевизору, поэтому ей и в голову не приходило, что он и Алиса уже вместе… Видя, как Алиса смотрит на него с такой глубокой нежностью, можно сказать, что им следовало бы быть вместе уже давно. На самом деле, он и Алиса всегда идеально подходили друг другу… И по происхождению, и по внешности, они идеально подходили друг другу, особенно учитывая, что Алиса всегда была глубоко влюблена в него; если бы он был с Алисой, его бы, несомненно, ждало прекрасное будущее. Она поздравила его с тем, что он наконец-то начал новую жизнь… Неудивительно, что на днях, когда Эндрю случайно набрал ее номер на своем телефоне, он без колебаний повесил трубку. Он не знал, что, когда миссис Джеффри сказала ему: «Ваш сын случайно набрал номер», она затаила дыхание… На самом деле она немного нервничала, точнее, в её сердце таилось лёгкое ожидание его реакции, потому что она не повесила трубку, и он должен был знать, что она на другом конце провода. Однако, возможно, прошла всего секунда, и в ее ухе остался лишь звук того, как собеседник повесил трубку… С того момента она поняла, что между ними всё кончено… После встречи с ним шесть месяцев спустя, возможно, в ее сердце еще оставались следы прежних чувств, которые не совсем утихли, но в этот момент она была так спокойна. ---------- Главы 428-227: Они были вместе прошлой ночью 3 В глубине души она ничуть не переживала. Видя его с Алисой, она, наоборот, радовалась за него… Обиды предыдущего поколения полностью исчезли, как и их любовь. Их жизни были обречены распасться. Поэтому она надеялась увидеть, как он обретет счастье… По крайней мере, ее детство было наполнено смыслом под защитой отца, в то время как в его жизни, казалось, не было ни одного проблеска света. Ему наконец-то повезло, что такая сияющая девушка вывела его из темной жизни. Подумав об этом, Ребекка Квентин внезапно улыбнулась себе в зеркале, ее лицо выглядело слегка изможденным. Затем она схватила подол своего длинного платья и вышла из ванной. Ребекка Квентин никак не ожидала, что, как только она откроет дверь ванной, у двери уже будет ждать стройная фигура в белом. Ребекка Квентин замерла на месте, несколько удивленная, глядя на Элис Робинсон. Элис с гордой осанкой стояла перед Ребеккой Квентин: «Ты действительно осмелилась прийти!» Постепенно успокаиваясь, Ребекка Квентин спокойно ответила: «У меня нет к вам никаких обид, и я пришла по приглашению вашего брата, так что нет ничего, чего бы я не осмелилась сделать». Изначально она просто боялась неловкости при встрече с Алисой, но теперь, когда ситуация сложилась таким образом, ей оставалось только смириться с этим. Элис настаивала: «Ты прекрасно знала, что мы с Говардом Джеффри приедем сюда, ты приехала с моим братом специально!» Ребекка Квентин, ничуть не рассердившись, ответила: «Во-первых, я не знала, что вы с Говардом Джеффри приедете, а во-вторых, я здесь только для того, чтобы помочь вашему брату, и ни с какой другой целью». Элис усмехнулась: «Ребекка Квентин, ты действительно мастерски лжешь, или, скорее, рассказываешь такие очевидные лживые истории. Ты утверждаешь, что не знала, что мы с Говардом Джеффри приедем? Все газеты и журналы за последние несколько месяцев полны новостей о нем и обо мне, а ты говоришь, что не знала?» Ребекка Квентин спокойно посмотрела на сердитое лицо Элис: «Думаю, мне не нужно вам ничего объяснять, извините, пожалуйста, пропустите меня». Элис преградила путь Ребекке Квентин, когда та уже собиралась уходить, холодно предупредив: «Ребекка Квентин, раз уж вы расстались, не задерживайся рядом с Говардом Джеффри, ты только вызываешь у меня отвращение». Ребекка Квентин спокойно произнесла лишь: «Пожалуйста, пропустите меня». Элис продолжала насмехаться: «За последние шесть месяцев он тебе ни разу не позвонил, да? Ха-ха, ты не смогла удержаться и сама его искала, но ты действительно заблуждаешься, неужели ты думала, что у него еще останутся чувства, когда он тебя увидит? Не боюсь тебе сказать, за последние шесть месяцев я много раз пыталась упомянуть тебя перед Говардом Джеффри, но в его глазах никогда не было ни ностальгии, ни нежелания…» Ребекка Квентин подняла глаза и встретилась взглядом с Элис, спокойно спросив: «Ты закончила?» "Ты…" «Алиса!» Когда Ребекка Квентин уже собиралась уходить, к ней подошла привлекательная фигура. Знакомый, притягательный голос заставил Ребекку Квентин инстинктивно поднять голову. В ее взгляде читалась паника, она думала, что ситуация станет еще более неловкой, но, неожиданно, он даже не взглянул на нее. Словно не подозревая о её присутствии, его нежный взгляд был прикован к Алисе, и он тут же обнял её за талию: «Вот, пожалуйста». Алиса была несколько смущена, но сохранила самообладание: «Э-э, я зашла в ванную». «Твой дядя сказал, что хочет познакомить нас с некоторыми старейшинами… может, пойдем к ним?» "Хорошо, конечно!" Элис обняла Говарда Джеффри и повернулась. Его рука нежно и ласково лежала на талии Алисы, и его чувства были очевидны. Ребекка Квентин лишь опустила ресницы и ушла. Когда Честер Робинсон вернулся, Ребекки Квентин нигде не было видно. Он некоторое время оглядывался по сторонам и наконец узнал от официанта, что Элис и Ребекка Квентин разговаривали в туалете. Затем Честер Робинсон нашел Элис, и пока Говард Джеффри разговаривал с Робинсоном, Честер отвел Элис в сторону. Алиса, сохраняя элегантность, последовала за Честером на балкон. Лишь убедившись, что на балконе никого нет, Алиса сердито оттолкнула руку Честера: «Что ты делаешь?» Честер Робинсон спросил: «Где Ребекка Квентин?» Алиса скрестила руки на груди: «Откуда мне знать?» «Официант сказал, что вы познакомились с ней в туалете». Элис призналась: «Да, я к ней подошла, но мы просто немного поговорили, потом меня стал искать Говард, поэтому я ушла с ним. Куда она делась, я действительно не знаю». Честер внезапно схватил Алису за плечи, его лицо потемнело, он, стиснув зубы, предупредил: «Я же тебя предупреждал, не провоцируй её!!» ---------- Главы 429-227: Они были вместе прошлой ночью 3_2 Гнев Честера Робинсона вызвал недовольство Алисы Робинсон, и она резко оттолкнула его, недоверчиво глядя на него: «Ты обвиняешь меня из-за неё?» Честер испепеляющим взглядом посмотрел на нее: «Я не позволю тебе причинить ей вред!» Элис недоверчиво рассмеялась: «Честер, я правда не ожидала, что ты будешь так волноваться из-за неё… Ты в неё влюбился?» «Ты знаешь, кто мне дорог». «Если бы я знала, то сейчас ты должна помогать мне, а не обвинять меня из-за нее!» Никогда прежде Честер так не ругал Алису, ее глаза покраснели от обиды, а голос стал дрожащим. Увидев, как Алиса опустила голову в знак негодования, Честер медленно подошел к ней, сбросив свою холодность, нежно обнял ее и тихо сказал: «Я обвиняю тебя не потому, что мне небезразлична ее судьба, а потому что я не хочу, чтобы ты причинил ей боль!» Элис поджала губы: «Ты всё ещё говоришь, что она тебе безразлична!» Честер терпеливо уговаривал: «Ты же прекрасно знаешь, что я привёл её на банкет, чтобы проверить, насколько Говард о ней заботится. Тебе просто нужно спокойно наблюдать, вмешиваться не нужно!» «Но при виде её мне становится не по себе, я всегда боюсь, что она снова заберёт Говарда!» «Если чувства Говарда к тебе искренние, почему тебе стоит волноваться?» «Как я могу не волноваться… это же Ребекка Квентин, бывшая жена Говарда, мать его ребенка, и когда-то она была женщиной, о которой он заботился больше всего!» «Раз уж ты всё это знаешь, почему ты наивно полагаешь, что у Говарда к тебе есть настоящие чувства?» В этот момент Алиса слегка сморщила нос и улыбнулась: «Ха, всю ночь я волновалась о результатах твоего теста, но только что, когда я разговаривала с Ребеккой Квентин у входа в туалет, Говард пришел меня искать. Ребекка явно была там, но он даже не взглянул на нее, все его взгляды были прикованы ко мне… Я так рада, что он наконец-то выбрал меня, а не Ребекку Квентин». «Неужели этого было достаточно, чтобы вы решили, что у него больше нет чувств к Ребекке Квентин?» Элис с удовлетворением посмотрела на скептический взгляд Честера: «Мне этого достаточно». Лицо Честера оставалось спокойным: «Женщина, ослепленная любовью, никогда не сможет мыслить рационально». Элис всё ещё пребывала в блаженстве: «Вы не представляете, как я гордилась собой, когда он обнял меня и ушёл, когда я прислонилась к нему, представляя себе душевную боль Ребекки… Я наконец-то дождалась этого дня!» Увидев восторг Алисы, Честер неохотно охладил ее пыл: «Ты думаешь, ты уже победительница? Ошибаешься, сегодня только начало». Алиса вдруг подняла взгляд: «Что ты имеешь в виду?» Честер уже отвернулся и ушел. На открытом балконе зала отеля тихо стояла Ребекка Квентин. Ночной Париж по-прежнему был полон жизни, но утратил ту красоту, которая была у него, когда она впервые приехала сюда. Мерцающие огни на этих небоскребах были настолько ослепительными, что она едва могла держать глаза открытыми — лишь когда ее обдало холодным ночным ветром, она поняла, что не может открыть глаза, потому что они слишком болят. Такова природа людей: если у них есть воспоминания, то забыть их очень сложно… В течение последних шести месяцев она думала о том, чтобы снова встретиться с ним, возможно, из-за Эндрю, или, может быть, случайно встретив его на улицах Т-Сити, или по какой-то другой случайности… Она подумала, что если увидит его снова, то должна будет объяснить ему ситуацию с ребёнком. Он — отец ребёнка. Каким бы ни был исход дела, она должна ему всё объяснить… Но только что, увидев его, она все еще не решалась открыть рот и что-либо объяснить, вернее, чувствовала, что объяснять больше не нужно. Его жизнь сильно отдалилась от её жизни, так зачем снова его беспокоить? После более чем семи лет отношений он устал, и она тоже. Похоже, что расставание сделало их обоих намного счастливее, чем прежде. Она просто ужасно жалела своего еще не родившегося ребенка — она плохо о нем заботилась… Да, это действительно была маленькая принцесса, о которой он всегда мечтал. Если бы они смогли дожить до конца вместе, родив сына и дочь, у них сейчас была бы очень счастливая семья, не так ли? Закрыв глаза, чтобы подавить жжение, она горько усмехнулась. Остаётся лишь сожалеть о тех уловках, которые преподносит судьба; если бы не обиды предыдущего поколения, они бы не встретились. Но если бы без этих обид, если бы они случайно встретились в толпе людей, заметил бы он её? Говард Джеффри… На ее плечи внезапно накинули тяжелое пальто. Ребекка Квентин отвернула лицо, увидев стоящего рядом с ней Честера. Честер мягко спросил: «Почему ты здесь одна? Я искал тебя повсюду». «В помещении не очень хороший воздух. Я вышел один подышать свежим воздухом». «На балконе сильный ветер; легко простудиться». «Теперь, когда вы об этом заговорили, мне действительно немного холодно… Спасибо за пальто». Ребекка Квентин плотно закуталась в пальто Честера. Честер извинился: «Простите, я не ожидал приезда сестры». «Я знаю… Думаю, она и Говард сблизились, чтобы угодить твоему дяде». Честер кивнул. Ребекка Квентин небрежно спросила: «Он уже давно встречается с твоей сестрой, верно?» Честер ответил: «Я никогда не обращаю внимания на сплетни». Ребекка Квентин слабо улыбнулась. Взгляд Честера внезапно остановился на ясных глазах Ребекки Квентин, и он спросил: «Ты плакала?» Ребекка Квентин покачала головой: «Нет, я просто подумала о кое-чем грустном, но не о том, о чём думаешь ты». Без объяснений Честер определённо предположил бы, что на её настроение повлиял Говард, что только усилило бы его раскаяние. Честер прохрипел: «В последний раз я видел, как ты плачешь, в больнице». "Ха…" «Бекка, мне очень жаль, что я не смог спасти твоего ребенка тогда…» «Ты мне это уже много раз говорила… Я знаю, ты сделала все, что могла, больше не вини себя». «Хорошо, тебе тоже не стоит слишком много думать… На балконе ветрено, пойдем внутрь, я отведу тебя в отель». "Хорошо." Ребекка Квентин собиралась идти, когда внезапно почувствовала легкое головокружение. Честер увидел, как Ребекка держится за лоб, и быстро спросил: «Что случилось?» «Не знаю, у меня вдруг закружилась голова». «Возможно, это потому, что ты немного выпил, и из-за ветра удар был сильнее». «Всё не должно быть так уж плохо!» — Она, кажется, только что сделала небольшой глоток. "Вы умеете ходить?" "Ага." «Тогда позвольте мне сначала отвезти вас обратно в отель!» В машине Ребекка Квентин откинулась на спинку сиденья, чувствуя, как еще сильнее кружится голова. ---------- Главы 430-228: Они были вместе прошлой ночью 4 «Вам некомфортно?» «Нет, просто немного кружится голова, очень хочется спать». «Теперь мы вернёмся в отель». "Мм." Ребекка Квентин откинулась на спинку сиденья, ее длинные ресницы уже опустились, и она, словно в полубессознательном состоянии, погрузилась в сон. Честер Робинсон взглянул на Ребекку Квентин в зеркало заднего вида, а затем завел двигатель. Через десять минут машина остановилась перед пятизвездочным отелем. Честер Робинсон осторожно подхватил Ребекку Квентин на руки и направился к отелю. Они поднялись на лифте прямо на пятьдесят восьмой этаж, где их уже ждал лифтер. «Мистер Робинсон». «Откройте дверь». "Да." Сотрудник отеля открыл дверь номера, и Честер Робинсон внес внутрь Ребекку Квентин. Уложив Ребекку Квентин на кровать, Честер Робинсон посмотрел на спящую Ребекку Квентин и тихо сказал служащему: «Какой бы шум вы ни услышали в комнате, не входите, пока не вернется мистер Джеффри». «Да… но, мистер Робинсон, если мистер Джеффри узнает, что я тайно вам помогал…» В этот момент Честер Робинсон достал из кошелька пачку денег и протянул её кассиру: «Этого достаточно?» Глаза продавца загорелись при виде пачки долларов, и он быстро принял её: «Довольно, достаточно. С такими деньгами, даже если меня уволят, это того стоит». «Помни, что я сказал». "Не волнуйся." Бросив последний взгляд на Ребекку Квентин, Честер Робинсон ушел. Вскоре после ухода Честера Робинсона Ребекка Квентин, лежа на кровати, проснулась от жара, поднимающегося внутри ее тела. Она сбросила одеяло и, пребывая в оцепенении, огляделась по сторонам в незнакомом отеле. На мгновение она рационально задумалась, где может находиться, но ясность мысли была подорвана действием наркотика, проникавшим в ее сознание. Она почувствовала, как её тело становится всё горячее, и в конце концов не смогла удержаться и села. Испытывая жажду, она рассеянно огляделась и вдруг увидела на барной стойке у окна множество бутылок. В тот момент она, почти утратив способность к осознанию происходящего, воспринимала эти напитки лишь как средство от жажды. Поэтому она медленно сползла с кровати и направилась к бару. Она взяла бутылку, но рассердилась, обнаружив, что она не открыта, а затем заметила рядом уже открытую бутылку красного вина и бокал. Недолго думая, Ребекка Квентин налила красное вино в бокал и выпила его залпом, как воду. К счастью, красное вино не было крепким напитком, от которого сразу же обжигает горло; когда она его пила, она не чувствовала никакого дискомфорта… Она неосознанно выпила больше половины бутылки и медленно сползла к барной стойке. Однако, как только жажда утихла, она снова почувствовала сильный жар, разливающийся по всему телу… Жар распространялся изнутри наружу, опутывая ее, словно лианы, и заставляя ее желать освободиться от оков своего тела. В этот момент раздался звук открывающейся двери номера… В своем растерянном состоянии она даже не заметила… Говард Джеффри вошел снаружи. Сняв галстук и расстегнув рубашку, он подошел к комнате. Когда он наклонил голову, чтобы снять часы, в его нос внезапно ударил сильный запах красного вина. Он нахмурил брови и окинул взглядом комнату. Его внимание в первую очередь привлекло явно заплесневелое и слегка неопрятное постельное белье, а брови нахмурились еще сильнее, когда в ухо ему начал доноситься неясный голос… "Горячий…" Говард Джеффри снял часы и направился к источнику голоса. Внезапно его взгляд остановился на худощавой фигуре, сидящей у барной стойки. Даже Говард Джеффри не ожидал, что там будет Ребекка Квентин, и удивленно поднял брови. "Так жарко…" — пробормотала Ребекка Квентин, не подозревая о присутствии Говарда Джеффри, опустив голову и расфокусировав взгляд. Приблизившись к Ребекке Квентин, Говард Джеффри строго заметил, что она находится в состоянии алкогольного опьянения. Ребекка Квентин заметила перед собой длинные ноги и медленно подняла глаза, чтобы посмотреть на новоприбывшую… Однако она, похоже, не узнала Говарда Джеффри и, наклонив голову, внимательно осмотрела его: «Кто вы?» Говард Джеффри бросил взгляд на барную стойку с наполовину допитой бутылкой красного вина, и выражение его лица стало суровым и холодным. Нежное лицо Ребекки Квентин покраснело от алкоголя; она надула губы и пробормотала: «Кто вы… почему вы молчите?» Выражение лица Говарда Джеффри стало еще мрачнее, от него исходила леденящая аура. Ребекка Квентин пробормотала жалобу: «У вас совсем нет манер… увидеть кого-то и не заговорить…» Говард Джеффри никак не ответил Ребекке Квентин, холодно отвернувшись. Увидев, что Говард Джеффри собирается уходить, Ребекка Квентин тут же обняла его за ноги: «Эй… не уходи…» ---------- Главы 431-228: Они были вместе прошлой ночью 4_2 Холодная и отстраненная фигура Говарда Джеффри слегка вздрогнула, но он не обернулся. Ребекка Квентин подняла взгляд на спину Говарда Джеффри и извиняющимся тоном сказала: «Ладно, ладно, я не буду говорить, что вы грубы. Не уходите, хорошо?» Говард Джеффри наконец обернулся, его темные глаза смотрели на нее, когда она подняла голову. Взгляд Ребекки Квентин, рассеянный и с трудом задерживающийся на его красивом лице, игриво надула губы: «Пожалуйста, не уходи, ладно?» Говард Джеффри, приоткрыв тонкие губы, низким голосом спросил: «Что вы хотите сделать?» В этот момент Ребекка Квентин поджала губы и обиженно произнесла: «Мне так жарко… Я хочу принять ванну». После нескольких секунд обмена умоляющими взглядами он внезапно присел и поднял ее на руки. Ребекка Квентин довольно обняла Говарда Джеффри за шею и прошептала ему на ухо: «Я тяжелый?» Говард Джеффри не ответил. «На самом деле, я сегодня вечером ничего не ел». Говард Джеффри по-прежнему не отвечал. «Вы мне очень знакомы, дайте подумать, кто вы…» Ребекка Квентин наклонила голову и на мгновение нахмурила брови; ее слегка покрасневшее лицо выглядело невероятно мило. «Почему я ничего не могу вспомнить…» К этому моменту Говард Джеффри уже вошел в ванную комнату, неся на руках Ребекку Квентин. Он потянулся, чтобы включить кран в ванной, и уложил Ребекку Квентин на пол. Однако после того, как Говард Джеффри отпустил её, она всё ещё цеплялась за его шею, её глаза горели, она смотрела на него. «Я не помню, кто ты, но мне очень нравится, когда ты меня обнимаешь…» Взгляд Говарда Джеффри встретился со взглядом Ребекки Квентин, и, прикоснувшись к жару в ее глазах, он, казалось, чутко что-то понял. "Обними меня еще раз…" По какой-то причине, когда он обнимал ее, беспокойство в ее теле словно утихало, даря ей необъяснимое, невероятно комфортное чувство. Говард Джеффри отпустил руки Ребекки Квентин, сжимавшие его шею; выражение его лица было холодным, а губы — безжизненными. — Ты не собираешься принимать ванну? Ребекка Квентин игриво надул губы: «Я хочу искупаться, но я хочу, чтобы ты отнёс меня на руках». Красивое лицо Говарда Джеффри слегка нахмурилось. "Ладно, ладно…" — Ребекка Квентин, проявив инициативу, обняла Говарда Джеффри. С чувством смирения Говард Джеффри снова поднял её на руки. Однако, когда он нес ее к ванне, она легонько постучала его: «Эй… ты такой глупый, я даже не разделась, как я могу купаться?» Этот… У Говарда Джеффри тоже бывали моменты, когда он был не в состоянии сопротивляться. Ребекка Квентин потянула Говарда Джеффри за рубашку: «Помоги мне раздеться, пожалуйста?» Черные как смоль глаза Говарда Джеффри сузились, он с лукавством посмотрел на беспомощно выглядящую девушку у себя на руках: "Ты уверена?" Ребекка Квентин энергично кивнула. Затем Говард Джеффри снова опустил Ребекку Квентин на землю. Застыв на месте, Ребекка Квентин вдруг сказала: «Забудьте об этом, я сама сниму одежду… Снять её так сложно, вы не сможете!» Ей действительно было слишком жарко… Сочетание наркотиков и алкоголя вызвало волны жара, распространяющиеся по ее телу, что снова привело к раздражению. Опустив голову, она отчаянно искала пуговицы на своей одежде, но после долгих поисков не нашла ни одной, проворчав: «Что это за одежда, ни одной пуговицы, как мне ее снять?» Говард Джеффри спокойно наблюдал, как Ребекка Квентин нервно кружилась на месте, пока не отказалась от мысли раздеться и снова не попросила его о помощи: «Похоже, мне нужна твоя помощь!» Говард Джеффри спокойно сказал: «Повернитесь боком». "Хм?" «Молния расположена сбоку на талии». "О-о-о… неудивительно, что я не мог его найти." Ребекка Квентин, послушно повернувшись в сторону и подняв руку, резко повернулась. Говард Джеффри потянулся, чтобы расстегнуть молнию сбоку платья Ребекки Квентин. Поскольку молния тянулась вдоль груди, при её расстегивании чёрное нижнее бельё под ней уже было едва заметно. Рука Говарда Джеффри замерла, и его взгляд заметно задержался на черном кружевном нижнем белье. Ребекка Квентин не подозревала о том, что ее обнажили, и торопливо воскликнула: «Поторопитесь, мне так жарко…» Говард Джеффри холодно парировал: «Молния расстегнута. Доснимай одежду и принимай душ». "Хм?" Говард Джеффри уже холодно отвернулся и вышел из ванной. Ребекка Квентин посмотрела на наполненную водой ванну, слегка надула губы и, недолго думая, сняла платье и легла в ванну… Ребекка Квентин лежала вся мокрая в ванне, чувствуя липкое тепло, которое слегка облегчило ее… Она напевала мелодию, играла с пузырьками в ванне и прекрасно проводила время. Время словно тянулось неосознанно, и вдруг Ребекка Квентин резко воскликнула: «Ах!» Говард Джеффри немедленно ворвался внутрь с улицы. Но, увидев это, она обнаружила себя в безопасности, лежа в ванне, все ее тело было покрыто пеной. Говард Джеффри стоял у ванны, глядя на нее, его красивое лицо было холодным. Ребекка Квентин надула губы и сказала: «Только что вспомнила, что не взяла с собой переодеться…» Впервые у Говарда Джеффри возникло желание сойти с ума. Ребекка Квентин посмотрела на Говарда Джеффри с невинным видом: «Вы можете мне помочь?» Если еще мгновение назад Говард Джеффри мог контролировать свой взгляд, отводя его в сторону, то теперь внутри него неудержимый всплеск мужских гормонов усилился. Хотя она была полностью покрыта пузырьками, гордый пик ее обнаженной груди, частично открытый, вместе с одной стройной длинной ногой, согнутой в колене… поистине разжигал кровь мужчины. Ребекка Квентин увидела, как Говард Джеффри долго смотрит на нее, но ничего не отвечает, и беспомощно обдумала альтернативный вариант: «Если это доставит вам хлопот, то, пожалуйста, поднимите одежду с пола…» — с горечью подумала Ребекка Квентин, ей придется надеть грязную одежду. Взгляд Говарда Джеффри, наконец, с трудом отвелся, проследил за ее взглядом и заметил одежду у своих ног. Там лежало серебристо-серое платье, чёрное кружевное нижнее бельё, те же самые трусики… Проклятие! Говард Джеффри тихо выругался и раздраженно вышел из ванной, но вскоре вернулся, неся одну из своих чистых рубашек, обернул ею ее тело, а затем поднял прямо из ванны. Ребекка Квентин была несколько растеряна, но нормального сознания не осознавала. Увидев, как он держит её, она послушно обняла его за шею, позволив ему отнести её обратно в комнату. Жар внутри неё значительно стих, но, когда он обнял её, он снова начал подниматься. Ее затуманенный взгляд был прикован к его красивому лицу, и помимо приятного ощущения от прикосновения, ее охватило необъяснимое чувство спокойствия. ---------- Главы 432–229: Отныне солнце будет сиять во всей красе перед вами Он уложил её на кровать… Говард Джеффри беспомощно наблюдал за происходящим. Из-за жары все тело Ребекки Квентин покрылось розовым налетом. Она смотрела на его красивое лицо с пьянящим очарованием: «Не мог бы ты уйти, останься со мной…» Аромат, исходивший от тела Ребекки Квентин после купания, сильно окутал чувства Говарда Джеффри, наполняя каждый его вдох ее запахом, ее феромонами… Особенно когда она сама инициировала поцелуй в его губы… Она закрыла глаза, не в силах разглядеть, кто стоит перед ней, но страстно желая его прикосновения. Он понимал, что на её организм, должно быть, действуют наркотики, но в тот момент неудержимое желание сделало его неконтролируемым… Поэтому, когда она наклонилась, чтобы поцеловать его, он обхватил ее за талию и наклонился, чтобы ответить ей поцелуем. На следующий день. Солнечный свет лился в комнату сквозь окна от пола до потолка… Ребекку Квентин мягко разбудил свет, ласкавший ее ресницы. Первым ощущением после пробуждения была сильная головная боль… Она тихо пробормотала что-то себе под нос, держась за тяжелый лоб, и медленно поднялась. Одеяло соскользнуло с нее, прохладный ветерок обдал ее, непривычную к этому ощущению, она взглянула на себя, и этот взгляд расширил ее все еще сонные глаза. Она почти мгновенно накрылась одеялом, ее лицо побледнело от шока. Как такое могло произойти… Ее мысли начали метаться. Побывала на банкете, потом увидела его с Элис Робинсон, потом Честер Робинсон привёл её обратно, а потом… Ребекка Квентин ударилась головой, но с тех пор ничего не помнила. Она что, заснула в машине Честера Робинсона? Если она уснула, то как она оказалась в этом незнакомом отеле?.. Ребекка Квентин снова огляделась, изо всех сил пытаясь найти что-нибудь, что могло бы помочь ей вспомнить… Наконец, увидев этот винный шкаф, она смутно что-то вспомнила. Ей стало жарко, она встала, чтобы поискать воды, и каким-то образом увидела бутылку красного вина, и, поскольку ей хотелось пить, она продолжала пить… Ее взгляд переместился на пустую бутылку у винного шкафа, и только сейчас она поняла, что головная боль — следствие вчерашнего похмелья. Раздражена тем, как она оказалась в этом отеле, не только выпивая, но и… Ребекка Квентин откинула одеяло, чтобы посмотреть на себя, и от полной наготы у нее еще больше разболелась голова. Как такое могло произойти? Как она вообще оказалась на этой кровати?.. Почему она ничего не помнила? Любая женщина в нынешней ситуации Ребекки Квентин наверняка чувствовала бы себя неспокойно и тревожно. У Ребекки Квентин так сильно болела голова, что она даже не могла думать, и тут же завернулась в одеяло и встала. Её тело всё ещё немного дрожало, и она довольно долго стояла на кровати, прежде чем смогла устойчиво встать на пол. Взглянув на растрёпанную кровать, она вдруг обратила взгляд на лежащую на ней мужскую рубашку. Она нахмурилась, подошла и взяла рубашку с кровати. Практически сразу, как только она прикоснулась к ткани рубашки, она кое-что поняла. Это была марка рубашек, которую он часто носил; она даже спросила его, почему он не выбирает другие марки, на что он ответил, что у него нет времени. Позже она несколько раз покупала ему рубашки разных марок, но на нем эффект был тот же — он всегда был таким красивым и стильным, словно родился для того, чтобы быть моделью, и никогда не был привередлив в одежде. В конце концов, она решила, что нет необходимости выбирать для него какие-либо бренды, поскольку эффект всегда был одинаковым. Какое совпадение, что именно эту рубашку он и выбрал? Подозрения Ребекки Квентин оставались неуверенными, но часы, лежащие на столе, заставили ее затаить дыхание. Незаметно увидев эти часы, она подошла и взяла их. Она могла подтвердить, что эти часы принадлежат ему, поскольку только он в мире владел этим экземпляром… лимитированная серия, разработанная для него дизайнером XXX, полностью изготовленная вручную, цена которой превосходила всякое воображение. Боже мой… Может быть, это его комната? Ребекка Квентин стояла ошеломлённая, как вкопанная. Не сумев вспомнить никаких подробностей произошедшего, она начала искать свою одежду. Она обыскала комнату, найдя только вечернюю сумочку, больше ничего, и направилась в ванную. Ее потрясло то, что она обнаружила на полу свое платье с прошлой ночи, а также все свое нижнее белье. Она боялась, что никогда не сможет убедить себя в том, что прошлой ночью ничего не произошло… Ошеломленная, надев платье обратно, Ребекка Квентин, успокоив усталость, вышла из номера. ---------- Глава 433-229: Встреча с тобой, вечное солнышко_2 Дверь открылась, и официант уже почтительно поклонился, сказав по-английски: «Здравствуйте, мисс Робинсон». Мисс Робинсон? Ребекка Квентин была озадачена такой формой обращения. «Мисс Робинсон, куда бы вы хотели поехать? Мне вызвать для вас машину?» «Нет, спасибо». Вежливо отказавшись от внимания официанта, Ребекка Квентин вошла в лифт одна. Остатки вчерашнего алкоголя все еще ощущались в ее организме. Она слабо прислонилась к лифту, наблюдая, как медленно опускаются цифры, ее мысли были смутными. Ребекка Квентин пришла в себя только после звонка лифта. Выйдя из лифта, она достала телефон из вечерней сумочки и набрала номер Честера Робинсона. Телефон Честера Робинсона показал, что не может подключиться… Ребекка Квентин неохотно вышла из отеля и остановилась у обочины дороги в ожидании такси. Приближался полдень, и такси было мало. Она долго ждала, но так и не смогла поймать ни одного, поскольку те, что изредка проезжали мимо, уже были заняты. У нее все еще болела голова, и под палящим полуденным солнцем она чувствовала легкое головокружение… В этот момент рядом с ее ногами остановился роскошный черный седан. Она выдержала головокружение и подняла глаза, увидев, как водитель быстро выходит из машины. Это был Джейсон Вуд. Джейсон Вуд стоял рядом с ней и мягко сказал: «Мисс Квентин, президент приглашает вас в машину». Ребекка Квентин нерешительно смотрела на нечеткий силуэт в черном автомобильном окне. Он знал, что она здесь, а это значит… прошлой ночью это действительно был он? «Мисс Квентин, садитесь в машину!» Джейсон Вуд уже открыл ей дверцу машины. В машине он листал финансовый журнал, даже не взглянув на нее. Полагая, что ей необходимо прояснить события прошлой ночи, несмотря на свою нерешительность, она села в машину. Атмосфера внутри машины была необъяснимо жуткой… Она села рядом с ним, чувствуя его присутствие, от него исходила холодная аура. Пока машина ехала, он отложил финансовый журнал, повернул к ней свое красивое лицо и сказал: «Вчера вечером ты мне должна объяснение!» Резко повернув лицо к нему, Ребекка Квентин была совершенно потрясена: «Какое… объяснение?» "Ты вчера вечером ворвался в мою комнату, настаивая на том, чтобы переспать со мной… разве ты не должен мне ничего объяснить?" Глаза Ребекки Квентин расширились от недоверия. Взгляд Говарда Джеффри был устремлен вперед, его профиль суров, а тихий, безразличный голос: «Куда делась та гордость, которую вы поддерживали все эти шесть месяцев?» Ребекка Квентин покраснела, изо всех сил стараясь сохранять спокойствие, и сказала: «Ты лжешь. Я даже… не заходила к тебе в комнату прошлой ночью». Губы Говарда Джеффри изогнулись в улыбке: «Похоже, вы в курсе, что служба безопасности отеля „случайно“ потеряла записи видеонаблюдения за прошедшую ночь, поэтому даже покидая отель, вы отказываетесь признаться». Уловив сарказм в его словах, она холодно спросила: «Что вы имеете в виду?» Неужели он намекал, что она всё это подстроила? Говард Джеффри снова посмотрел на нее, прищурив свои загадочные темные глаза, и медленно произнес: «Я имею в виду именно то, что вы думаете». «Верите вы этому или нет, я ничего не знаю о том, что произошло прошлой ночью… Я даже не знаю, что на самом деле случилось прошлой ночью, до сих пор». Губы Говарда Джеффри изогнулись в усмешке: «Хочешь, я помогу тебе это вспомнить?» Увидев его недоверчивое, насмешливое выражение лица, Ребекка Квентин слегка прикусила губы. Взгляд Говарда Джеффри был темным и напряженным, словно он загнал ее в угол, лишив возможности выбраться. Ребекка Квентин замолчала. "Значит, ты действительно хочешь, чтобы я помог тебе вспомнить вчерашний вечер?" В этот момент Ребекка Квентин медленно расслабила губы, слегка побледневшие от укусов, но ее взгляд не отвелся от него, когда она встретилась с его глазами. Спокойно она спросила: «Вы уверены, что я была в нормальном состоянии духа прошлой ночью?» Увидев ее сдержанный и безмятежный ответ, суровые черты лица Говарда Джеффри еще больше напряглись. Слегка бледное лицо Ребекки Квентин сохраняло свою нежную мягкость. В эти несколько секунд молчания в машине у Ребекки Квентин внезапно зазвонил телефон. Достав телефон, она увидела на экране номер Честера Робинсона, и выражение ее лица еще больше смягчилось. Она нажала кнопку ответа: «Доктор Робинсон… Я как раз думала, как вас найти… Хорошо, я рядом с отелем XX, я подожду вас здесь». Закончив разговор, Ребекка Квентин повернулась к замерзшему мужчине рядом с собой: «Извините. Мне нужно кое-что сделать. Пожалуйста, высадите меня на обочине дороги!» Взгляд Говарда Джеффри был устремлен прямо перед собой, лицо его оставалось бесстрастным. Ребекка Квентин, увидев Говарда Джеффри, ничего не ответила и снова спросила: «Не могли бы вы…» «Остановите машину». Голос Говарда Джеффри был лишен всякой теплоты и прервал речь Ребекки Квентин. Ребекка Квентин выглянула в окно; машина уже остановилась на обочине дороги. Ребекка Квентин тут же открыла дверцу машины и вышла. Неожиданно, когда она вышла из машины, раздался леденящий душу голос. «В следующем месяце, в начале месяца, состоится вечеринка по случаю первого дня рождения Эндрю. Надеюсь, ты не будешь приходить на вечеринку под каким-либо предлогом, чтобы увидеть Эндрю, потому что я больше не хочу тебя видеть». Его слова были остры, как стрелы, пронзая её грудь в самом уязвимом месте. Выслушав его, Ребекка Квентин на секунду замерла на месте, затем подняла голову и ушла. К тому времени, как она дошла до обочины, где ждала такси, машина уже давно уехала. Ребекке Квентин не пришлось долго ждать, прежде чем подъехал Честер Робинсон на черном автомобиле. Выйдя из машины, Честер Робинсон с тревогой подбежал к Ребекке Квентин: «Почему ты в этом отеле? Я так за тебя волнуюсь». Ребекка Квентин подняла взгляд на Честера Робинсона: «Ты даже не знаешь, зачем я в этом отеле?» Честер Робинсон покачал головой: «Вчера вечером, как только ты села в мою машину, ты уснула. Я как раз собирался отвезти тебя в отель, когда мне вдруг позвонила тетя. У моего дяди, перебравшего с алкоголем, началось желудочное кровотечение. Ситуация была срочной. Мне нужно было вернуться на банкет, чтобы навестить дядю, поэтому я попросил официанта в отеле отвезти тебя обратно в отель, где мы остановились… Но когда я вернулся в отель, официант сказал, что ты не вернулась прошлой ночью — только тогда я тебе позвонил». ---------- Главы 434-230: Маленький дьявол цепляется за папу «Вы уверены, что нашли официанта в отеле, который меня сюда приведёт?» «Я уверена. Я даже позвонила ему на полпути, чтобы уточнить, и он сказал, что благополучно доставил вас обратно в отель. Только тогда я почувствовала себя спокойно». Услышав объяснение Честера Робинсона, Ребекка Квентин невольно нахмурила брови. «Вы все еще можете найти номер телефона того официанта?» "Конечно… но вы так и не сказали, зачем вы здесь?" «Доктор Робинсон, теперь я подозреваю, что официант отвёз меня не в отель, где мы остановились прошлой ночью, а в отель XXX». «Отель XXX? Похоже, это тот самый отель, где остановились Элис Робинсон и Говард Джеффри». Ребекка Квентин кивнула: «Не могли бы вы позвонить тому официанту и уточнить, куда он меня водил вчера вечером?» "Хорошо." Честер Робинсон достал телефон и быстро нашел номер. После того, как звонок соединился, Честер Робинсон нажал кнопку вызова медицинской помощи и спросил: «Здравствуйте, я просил вас отвезти мисс Квентин обратно в отель XX прошлой ночью. Вы уверены, что доставили её туда в целости и сохранности?» Официант на другом конце провода с удивлением спросил: «Мистер Робинсон, разве вы не просили меня взять с собой мисс Робинсон?» «Что, мисс Робинсон?» «Разве она не твоя сестра?» «Когда это я тебе говорила, что она моя сестра, и что я велела тебе отвезти её в отель XX? Зачем ты отправила её в отель XXX?» Официант невинно объяснил: «Вчера вечером я отчетливо слышал, как вы произнесли имя «мисс Робинсон». Тогда мне даже показалось, что эта «мисс Робинсон» выглядит иначе, чем та, что была в газете. Я хотел уточнить, но вы поспешили в лифт… Я не расслышал, какой отель вы упомянули. Я подумал, раз ее фамилия «Робинсон», то она, должно быть, ваша сестра, поэтому я специально спросил в отеле мистера Джеффри, а затем отвел «мисс Робинсон» в отель XXX». Завершая разговор, Честер Робинсон сердито сказал: «Похоже, официант меня неправильно понял. Она подумала, что вы моя сестра, но даже если она неправильно расслышала «Робинсон» и «Квентин», я отчетливо помню, что назвал ему название отеля…» «Доктор Робинсон, я считаю, что вчерашний инцидент вызывает большие подозрения». "Как же так?" «Вчера вечером я выпила всего один глоток вина, но почувствовала головокружение и заснула в твоей машине… Потом провела всю ночь в отеле XXX; ничего не помню». "Вы хотите сказать, что кто-то всё это организовал прошлой ночью?" «Да, Говард Джеффри сказал мне, что проверил записи с камер видеонаблюдения отеля, но по совпадению, запись о том, как я прибыл в отель, отсутствует». Честер Робинсон глубоко задумался и нахмурил брови: «Если так посмотреть, то в рассказе официанта действительно есть некоторые несостыковки… Подождите, Элис Робинсон тоже была прошлой ночью в больнице, сопровождая моего дядю, а Говард Джеффри вернулся в отель один. Вы только что упомянули его, так что вы и он…» Понимая, что именно хотел узнать Честер Робинсон, Ребекка Квентин тут же покачала головой: «Я не помню событий прошлой ночи, но уверена, что он не оставался в отеле на ночь». Иными словами, между ней и Говардом Джеффри ничего не произошло. Проснувшись в растрёпанном виде, она, хотя и испытывала смущение, понимала, что вероятность каких-либо последствий крайне низка… Во-первых, она не чувствовала ничего необычного, а во-вторых, из его обвинительных слов стало ясно, что прошлой ночью ситуация не дошла до худшего сценария… Честер Робинсон вздохнул с облегчением: «Хорошо, что с тобой всё в порядке… Это всё моя вина. Я не мог сам проводить тебя обратно в отель и не заметил ничего странного в поведении официанта». «Ты не можешь себя винить, ты, должно быть, очень волновался за своего дядю в то время…» «В любом случае, это моя вина. Моя просьба о помощи привела к такому инциденту во Франции». Ребекка Квентин успокоилась, немного подумала, а затем сказала: «Доктор Робинсон, мне кажется, за всем этим стоит некий организатор. У вас обширные связи во Франции; не могли бы вы помочь мне в расследовании этого дела?» «Конечно, я обязательно во всем разберусь». Возвращение в отель. Днём, поскольку у Ребекки Квентин всё ещё болела голова, она осталась в отеле отдохнуть. Уже было подтверждено, что кто-то манипулировал событиями за кулисами прошлой ночью, но она не могла представить, кто мог пойти на такие крайности, чтобы унизить её… Она подозревала Элис Робинсон, но Элис не стала бы рисковать, оставляя Говарда Джеффри наедине с собой, чтобы он ее подставил… Тогда, помимо Алисы, кто же еще это мог быть? На самом деле, самым подозрительным человеком был Честер Робинсон. Он был единственным, с кем она общалась прошлой ночью, и к тому же он был братом Элис. Однако она никогда бы не заподозрила Честера Робинсона, потому что доверяла ему. Именно он спас её от верной смерти на операционном столе. Он никак не мог причинить ей вред… Поэтому она не стала бы подозревать ни одного из братьев или сестер. ---------- Главы 435-230: Маленький дьявол цепляется за папочку_2 Вся эта история стала еще более загадочной… Она надеется, что Честер сможет это выяснить. Ребекка Квентин решила больше не думать об этом. Она легла и закрыла глаза, готовясь ко сну. Однако… «В начале следующего месяца Юаню исполнится год. Надеюсь, ты не будешь приходить к нему ни под каким предлогом, потому что я больше не хочу тебя видеть». Слова Говарда Джеффри внезапно пришли ей в голову, и она резко открыла глаза. Несколько секунд она пребывала в состоянии оглушения, после чего села. Сбросив одеяло, она встала с кровати. Она вернулась из командировки к чемодану и достала изящно упакованную коробку… Сев на край кровати, она открыла коробку. Да, это был тот самый хрустальный шар… Она снова вытащила листок бумаги и увидела, что черные чернила по-прежнему отчетливо видны. Она не хотела отрицать: семь лет эмоций невозможно забыть всего за полгода. Именно поэтому она хранила этот хрустальный шар при себе. Неожиданная встреча с ним, его безразличное отношение на вечеринке — всё это создавало ощущение, что именно такой будет их жизнь. Но она никак не ожидала того, что произошло прошлой ночью. Он такой умный человек; неужели он не знал, если прошлой ночью произошло что-то необычное, и не понимал её характер? Поэтому его приход к ней был лишь попыткой оскорбить её… Спустя долгое время Ребекка Квентин убрала хрустальный глобус обратно в коробку и спрятала его в ящик прикроватной тумбочки в отеле. Взглянув на закрытый ящик, она почувствовала облегчение и слегка улыбнулась. Она снова легла на кровать и на этот раз мирно уснула. Ночью Честер Робинсон и Ребекка Квентин стояли в холле отеля. Сотрудники стойки регистрации занимались оформлением их расходов на выезд. И Честер Робинсон, и Ребекка Квентин терпеливо ждали. В этот момент администратор, разговаривавшая по телефону с уборщицей, внезапно повернулась к Ребекке Квентин и сказала: «Мисс, уборщица сказала, что вы оставили что-то в прикроватной тумбочке. Она послала кого-то за этим, пожалуйста, подождите». Ребекка Квентин ответила с улыбкой: «О, мне не нужно этого ждать. Мне это не нужно». Честер Робинсон спросил: «Что это? Лучше тщательно всё проверьте, чтобы ничего там не оставить». Ребекка Квентин улыбнулась и покачала головой: «Всё, что осталось, должно быть, не имеет значения». "Хорошо." Администратор быстро передала документы Честеру Робинсону, уважительно сказав: «Хорошо… номер проверен. Хорошего вам путешествия, мы с нетерпением ждём вашего следующего визита». Направляясь к двери отеля, Ребекка Квентин улыбнулась стоявшему рядом с ней Честеру Робинсону и сказала: «Все говорят, что Париж — город романтики, но у нас в этой поездке не было времени, чтобы его исследовать…» Честер Робинсон взял чемодан Ребекки Квентин, улыбнулся и кивнул: «Тогда приезжайте снова в следующий раз, я буду вашим гидом». "Звучит отлично…" Они вдвоем, разговаривая и смеясь, вышли из отеля. После возвращения в Т-Сити жизнь Ребекки Квентин снова стала насыщенной и напряженной. Она все больше и больше знакомилась с дизайном интерьеров и декорированием, и ее работа в «QCS» становилась все более успешной. В последнее время она начала учиться дизайну у дизайнеров. Несмотря на то, что дизайну сложно научиться, она проявляла к нему большой интерес, и многие дизайнеры хвалили её талант. Это значительно повысило её уверенность в себе, и она несколько ночей задерживалась в компании допоздна, работая над проектными планами и сопровождая коллег, работающих сверхурочно. «Уф, мои плечи вот-вот сломаются… Секретарь Квентин, я закончил разработку. Пожалуйста, отнесите её завтра менеджеру Смиту на проверку!» Уставшая коллега прислонилась к стулу и похлопала себя по ноющему плечу. Ребекка Квентин сосредоточилась на своих рисунках и кивнула: «Хорошо». Коллега начала приводить в порядок свой стол: «Я сейчас иду домой, хочешь пойти со мной?» Ребекка Квентин опустила голову: «Нет, я пойду домой, как только закончу этот проект». «Хорошо, тогда обязательно поскорее возвращайся домой и отдохни. И так работа днем ​​изматывает, а к вечеру все равно теряешь силы…» Ребекка Квентин улыбнулась и ответила: «Я просто хочу быстро освоить дизайн!» "Ладно, я ухожу…" "Мм, пока-пока." Она не знала, сколько времени прошло, но наконец Ребекка Квентин закончила эскиз и устало отложила линейку и ручку, которые держала в руках. Взглянув на созданный ею эскиз, Ребекка осталась очень довольна и улыбнулась. Закончив черновик, Ребекка Квентин огляделась и поняла, что все ее коллеги, работавшие сверхурочно, ушли. Она взглянула на часы и была потрясена. Боже мой, было уже почти одиннадцать часов… Она поспешно начала собирать вещи, раздраженно пробормотав: «Боже, я теперь не могу поймать такси, как же я доберусь домой…» В отчаянии нажав кнопку лифта, Ребекка Квентин, услышав звонок открывающегося лифта, бросилась внутрь. Не ожидая, что кто-то так опоздает, Ребекка Квентин неожиданно столкнулась с кем-то в лифте. Хлопнуть- Ребекка Квентин потерла лоб, который она случайно задела, ударившись о чью-то грудь, и, извиняясь, подняла взгляд. Рубашка показалась ей очень знакомой… И действительно, знакомый мужской голос произнес: «Раз уж вы так поздно остаетесь в компании одни, не боитесь ли вы встретить неприятных людей?» Ребекка Квентин восторженно воскликнула: «Доктор Робинсон!!» Честер Робинсон улыбнулся: «Я только что вернулся из больницы, проезжал мимо здания вашей компании, увидел, что на вашем этаже все еще горит свет, и понял, что вы, должно быть, не уехали, поэтому приехал за вами». «Доктор Робинсон, вы просто потрясающий, я искренне чувствую, что вы всегда оказываетесь именно тогда, когда мне это нужно!» Это утверждение нисколько не преувеличено. Честер Робинсон тихо закрыл дверь лифта: «Пойдем домой… В следующий раз не задерживайся на работе допоздна. Хотя в T City хорошая охрана, все равно рискованно, и такси поймать будет сложно». Ребекка Квентин смущенно сказала: «Знаю, сегодня вечером я просто потеряла счет времени!» Ребекка Квентин, сидя в машине Честера Робинсона, уже устала и откинулась на спинку сиденья. Честер Робинсон взглянул на Ребекку Квентин в зеркало заднего вида и мягко заметил: «В следующий раз не позволяй себе так изнуряться. Твое здоровье оставляет желать лучшего. Даже ради работы не игнорируй свое тело…» Ребекка Квентин слегка кивнула: «Я просто хочу освоить какую-нибудь профессию, чтобы в будущем обеспечивать себя. Я не могу всю жизнь проработать секретарем». Честер Робинсон не согласился: «Вы собираетесь обеспечивать себя сами в будущем? Вы не думали о партнере?» Ребекка Квентин пробормотала: «Партнер, да? Я еще об этом не думала… Мне и так хорошо быть одинокой, занятой работой, это приносит удовлетворение». «Или, может быть, вы так и не отпустили прошлое». Честер Робинсон внезапно поднял эту тему. ---------- Главы 436-231: Скрытая правда о самоубийстве его отца Ребекка Квентин тихонько усмехнулась: «Я даже ни разу не вспоминала о нем за те двадцать дней, что с тех пор, как вернулась из Франции. Ты в это веришь?» «Я в это верю». «Я думал, ты скажешь, что не веришь в это…» Честер Робинсон слабо улыбнулся: «Я думал о вас с ним и хотел поговорить о том, что произошло во Франции». Ребекка Квентин тут же выпрямилась: «Ты что-нибудь нашла?» «Нет, в тот вечер было слишком много людей, невозможно узнать, кто подмешал что-то в ваш напиток. Я даже просил людей проверить официантов, но никто ничего подозрительного не обнаружил». «А как же официант, который нам солгал?» «В ту же ночь, когда я позвонил, чтобы допросить его, он подал в отставку. Сейчас мы не можем найти никаких следов его пребывания там». Ребекка Квентин откинулась на спинку кресла: «Похоже, что выяснить что-либо будет очень сложно…» Честер Робинсон серьезно произнес: «Я продолжу расследование, следы всегда можно найти». Ребекка Квентин вздохнула: «Забудьте об этом, доктор Робинсон, в этом нет необходимости, прошло так много времени. Все, что можно было проверить, уже проверено, вряд ли обнаружится что-то новое». Поразмыслив, она поняла, что всё уже произошло, и дальнейшее расследование казалось бессмысленным. К тому же, после возвращения в город Т всё вернулось на круги своя, и даже если что-то найдут, это, скорее всего, только усугубит ситуацию. Она больше не хотела со всем этим возиться; ей просто хотелось жить спокойной и простой жизнью. Честер Робинсон медленно произнес: «Это правда, не проводить расследование может пойти вам на пользу». "Хм." Ребекка Квентин откинула голову на спинку стула и медленно закрыла глаза. Честер Робинсон вдруг спросил: «Довольно об этом… У вас завтра выходной?» Ребекка Квентин, слишком уставшая, чтобы открыть глаза, пробормотала: «Да!» «Тогда приходите в больницу на обследование!» «Я не собираюсь в больницу». Честер Робинсон принял серьезное выражение лица: «Шестимесячный период восстановления закончился, посмотрим, есть ли еще шанс на выздоровление». Ребекка Квентин покачала головой: «Забудь об этом…» Честер Робинсон нахмурился: «Ты действительно собираешься отказаться от своего здоровья?» «Я не сдаюсь, просто завтра у меня нет времени… Может, на следующей неделе схожу в больницу, когда у меня будет выходной?» «Тогда решено. Я буду ждать тебя в больнице на следующей неделе». "Хорошо." На следующий день. Ребекка Квентин провела все утро за покупками и вернулась в полдень с полными руками пакетов. Разложив все вещи на большой кровати в своей комнате, Ребекка Квентин села на край и с удовлетворением открыла все сумки. Внезапно она схватила симпатичную маленькую желтую курточку и пробормотала про себя: «Годовалой девочке это уже подойдет…» Сложив его, она взяла другой предмет, чтобы рассмотреть его. Она внимательно осмотрела ткань одежды, опасаясь найти какие-либо неудобные места, а затем проверила все купленные игрушки, боясь, что они могут повредиться и причинить вред ребенку. Тщательно осмотрев всю одежду и игрушки, она наконец осталась довольна и достала телефон, набрав номер. «Привет, Изабелла…» "Бекка!" «Ваш малыш хорошо себя ведёт?» «Да, и она уже набрала десять фунтов всего за месяц. Роджер говорит, что она немного пухленькая девочка». Ребекка Квентин хихикнула: «Кто так говорит о собственной дочери? К тому же, для детей полезно быть немного пухленькими в юном возрасте». «Верно, даже если она немного пухленькая девочка, я люблю её, она моя драгоценность. Я никогда не устаю смотреть на неё каждый день!» Ребекка Квентин продолжала улыбаться, но ее яркие глаза немного потускнели. Поняв, что сказала что-то не так, Изабелла Джоанна быстро добавила: «Э-э, я имею в виду, что иметь ребенка — это замечательно, если он здоров…» Понимая, что подруга пытается её утешить, Ребекка Квентин спокойно сказала: «Изабелла, всё в порядке…» «Бекка, я понимаю твои чувства, но однажды Роджер пытался убедить мистера Джеффри, но мистер Джеффри…» Ребекка Квентин перебила: «Эндрю лучше быть с ним, чем со мной». Расти в полноценной семье гораздо лучше, чем в неполной, и то, что он может дать ребенку, безусловно, будет лучшим. Изабелла Джоанна глубоко сочувствовала: «Я знаю, тебе, должно быть, тяжело, но, Бекка, будь уверена, Роджер говорит, что семья Джеффри очень любит Эндрю, и старая миссис Джеффри не может вынести разлуки с ним ни на минуту…» "Я знаю." «Через три дня состоится банкет в честь первого дня рождения Эндрю, ты придёшь?» «Я не пойду… на самом деле, именно это я и хотел тебе сказать». "Хм?" Рассматривая купленную одежду и игрушки, Ребекка Квентин медленно произнесла: «Я не могу быть с Эндрю в его день рождения, поэтому я купила ему одежду и игрушки, а также одежду для вашего малыша… Вы обязательно должны присутствовать на праздничном банкете в честь дня рождения Эндрю, я пришлю вам все это сегодня днем, и вы можете передать это старой миссис Джеффри от меня!» ---------- Главы 437-231: Правда о самоубийстве его отца (Часть 2) "Хорошо." «Только не говорите старой миссис Джеффри, что это я купил это, просто скажите, что это у вас». Изабелла в замешательстве спросила: "Почему?" Бекка подавила подступающий к горлу рыдание и ответила: «Думаю, семье Джеффри это не понравится». «Вы говорите о мистере Джеффри?» Бекка смотрела в окно затуманенным взглядом и больше ничего не сказала. Прошла еще одна неделя. В то утро, поскольку на десять часов была назначена встреча, Бекка начала подготовку материалов для встречи в девять часов. Но кто бы мог подумать, когда Бекка пошла делать копии материалов, что забыла дома документы, необходимые менеджеру Смиту для сегодняшней встречи… Раздраженная, но одновременно испытывающая облегчение, она еще успела вернуться домой. Получив одобрение менеджера Смита, Бекка поспешила домой… Бекку еще больше расстроило то, что после долгого ожидания ей наконец-то удалось поймать такси, когда она забирала документы. Увидев, что время приближается к десяти, Бекка поторопила водителя: «Водитель, пожалуйста, поторопитесь». Увидев Бекку в деловом костюме, водитель подчинился, нажал на газ и ускорился. Машина мчалась по дороге… Неожиданно, когда водитель нажал на газ, Бекка внезапно крикнула: «Водитель, остановись, остановись…» Водитель такси резко затормозил и остановился на обочине: «Мисс, что случилось? Вы же ехали в 'QCS'? Значит, вы работаете в 'Skytop'!» Бекка не ответила водителю, так как быстро открыла дверь машины и выскочила наружу. Водитель заметил, как Бекка выбегает из машины, и повысил голос: «Эй, мисс, вы еще не заплатили…» Водитель последовал за ней и обнаружил, что Бекка остановилась, повернувшись лицом к возвышающемуся небоскребу «Скайтоп», и ее взгляд был прикован к его входу. «Мисс, на что вы смотрите? Вы еще не оплатили проезд…» «Водитель, я еду в „QCS“, я добавлю задержку к вашей плате позже», — сказала Бекка таксисту, не отрывая взгляда от дороги. Услышав слова Бекки, водитель прислонился к машине и начал курить. В этот момент ясные глаза Бекки отразили эту сцену… Перед входом в «Скайтоп» из машины только что вышел высокий, красивый мужчина, держа на руках умного и очаровательного, но слабовольного ребенка. Но как только он выбрался наружу, он поставил хилого мальчишку на землю… Этот хилый мальчик, казалось, только что научился ходить, неуверенно покачиваясь. Он медленно шел впереди, за ним следовал хилый мальчишка, а его подчиненные и телохранители с нежностью наблюдали за ним. Однако, сделав всего несколько шагов, хилый мальчишка отказался идти дальше… Он замер и протянул руки, желая, чтобы отец взял его на руки. Увидев, как слабенький ребенок просит подержать его на руках, он присел на корточки и серьезно заговорил с малышом. Слабак не совсем понял слова отца, поэтому надулся, продолжая тянуться за объятиями. Он встал и сказал ребёнку ещё что-то. Слабак по-прежнему жалобно смотрел на высокую фигуру с большими глазами… Он, казалось, ничего не мог сделать с этим слабаком, быстро присел на корточки, поднял его и нежно поцеловал в лоб. Этот хилый мальчик, похоже, очень любил своего отца, и тут же захихикал, оказавшись у него на руках… Бекка безучастно смотрела, как Говард Джеффри, отбросив свою обычную гордость, обнял Эндрю и направился к «Скайтопу». Водитель такси долго ждал и наконец, нетерпеливо, резко спросил: «Мисс, вы уезжаете или нет? Машину, припаркованную здесь слишком долго, оштрафуют!» Лишь когда она увидела, как отец и сын исчезли, Бекка постепенно пришла в себя. Она обернулась, извинилась перед таксистом и села в машину, чувствуя себя растерянной. Водитель завел двигатель в машине и, взглянув на заплаканные глаза Бекки в зеркале заднего вида, не удержался и спросил: «Мисс, вы плачете? Вам нужна салфетка?» Бекка покачала головой, из ее глаз беззвучно текли слезы. «Я видел, что ты все время смотрела на главный вход в «Скайтоп», но, кроме того, как генеральный директор «Скайтопа», Говард Джеффри, вышел из машины, там, кажется, ничего не происходило. Ты же не можешь сказать, что следила за ним, правда? Не можешь, такие люди не имеют никакого отношения к нам, обычным людям, ты видела, как он вышел со своим сыном в окружении телохранителей, никто не может подойти близко… Но, эй, симпатия к красивому парню, даже если он богат, не стоит того, чтобы из-за этого плакать!» Водитель, не зная, как утешить человека, наугад попытался это сделать, увидев, что Бекка все еще плачет. Однако Бекка не слушала ни слова водителя, все ее мысли были заняты отцом и сыном… Она уже могла представить себе, что только что произошло. Он вынес Эндрю из машины и попросил его идти самостоятельно. Он давно ей сказал, что хочет с раннего возраста привить своему ребенку самостоятельность и никогда не баловать его. Но Эндрю, сделав несколько шагов, отказался идти, цепляясь за что-нибудь. Он отказался, настаивая и приводя множество доводов, которые ребенок не поймет, и убеждал его идти самостоятельно. Тем не менее, Эндрю отказался, стоя там и прося, чтобы его обняли. Он попытался утвердить свой отцовский авторитет, но не смог противостоять жалкому поведению ребенка… Затем он, вопреки своему прежнему решению развивать самостоятельность, беспомощно поднял на руки этого маленького сорванца… Подумав об этом, Бекка вдруг рассмеялась. Он утверждал, что не балует ребенка, но никто не любил его больше, чем он… Услышав смех Бекки, водитель подумал, что, возможно, ему удалось её утешить, и тоже усмехнулся: «Вот именно, девочка некрасива, когда плачет, ты ещё такая молодая, что может так расстроить!» Сказав это, он ещё раз взглянул на Бекку в зеркало заднего вида. Водителя удивило то, что, несмотря на улыбку Бекки, по ее лицу в зеркале заднего вида непрерывно текли слезы. Это лишило водителя дара речи… Лишь когда такси остановилось перед "QCS", Бекка, погруженная в свои мысли, по-настоящему пришла в себя. ---------- Глава 438-232: Ваш запах Полагая, что она вернулась домой за документами для предстоящей встречи, Ребекка Квентин тут же забыла обо всем, поспешно оплатила проезд, вышла из машины и бросилась в компанию. К тому моменту, когда Ребекка Квентин добралась до своего кабинета, он уже был пуст, и она быстро бросилась в переговорную комнату… Все ее коллеги уже сидели в конференц-зале и ждали начала, но поскольку материалы для совещания еще не поступили, все сидели и ждали. Когда Ребекка Квентин вошла в конференц-зал, ее обычно дружелюбные коллеги теперь хмурились, видимо, все волновались за нее. В конце концов, она опоздала на такое важное совещание более чем на десять минут. Что еще важнее, менеджер Смит обычно был очень строг к себе, поэтому, даже несмотря на то, что он был к ней добр, сегодня он неизбежно отругает ее. Направляясь к менеджеру Смиту, Ребекка Квентин испытывала сильное чувство извинения. С тех пор как она присоединилась к "QCS", она ни разу не ошиблась. Опоздание на сегодняшнее важное совещание вызвало у нее чувство вины. Однако, пока все нервно волновались за Ребекку Квентин, менеджер Смит лишь улыбнулся, взяв у нее из рук документы, ничего не сказал и сразу объявил о начале совещания… В этот момент все обменялись удивленными взглядами. Впервые за несколько дней сегодня вечером Ребекка Квентин не осталась в компании, чтобы продолжить обучение дизайну. Она рано вернулась в свою квартиру. Несмотря на то, что сегодня было не очень много работы, она чувствовала себя более уставшей, чем обычно… Вернувшись в свою комнату, она легла на кровать, даже не приняв душ. В ее голове начали мелькать многочисленные образы… Помимо того, что она увидела сегодня утром, она также смотрела новостные репортажи, которые увидела, включив телевизор несколько дней назад. Она никак не ожидала, что он устроит такой пышный банкет в честь первого дня рождения ребенка. Она всегда думала, что как бы сильно он ни любил ребенка, он, возможно, никогда при жизни не объявит публично личность Эндрю, особенно учитывая, что их отношения уже… Но на таком пышном банкете, в присутствии множества представителей СМИ, он объявил миру о существовании своего наследника… Она знала, что он любит ребенка, она всегда это знала… Совершенно неожиданно, он совершенно не поддался ее влиянию в отношении ребенка. В её сердце нахлынуло неописуемое чувство, и, когда она повернулась на бок, в её голове внезапно отозвались нежные слова, которые он ей говорил. «Дорогая, мы так многого добились; неужели ты действительно хочешь вот так всё бросить?» «Бекка, давай проживем вместе хорошую жизнь, хорошо?» «Говорят, что хрустальные шары обладают какой-то магией, способной предсказывать будущее, дорогая. Скажи мне, похоже ли будущее, которое ты видишь в хрустальном шаре, на то, которое вижу я?» Его глубокий, хриплый голос продолжал эхом звучать у нее в ушах, и она изо всех сил трясла головой, пытаясь отогнать его, но слова лишь становились все яснее в ее сознании. Внезапно ее грудь заполнила кислая хрипота, и она тихонько прикусила губы, пытаясь сдержать дискомфорт… В течение последних полугода она время от времени думала о том, как было бы здорово, если бы… если бы она не сделала этот выбор в самом начале! Но всякий раз, когда возникали подобные мысли, в её сознании всплывал образ любящего отца. Она знала, что у неё никогда не может быть таких мыслей, никогда… Именно он воспитал её, дал ей образование до совершеннолетия, и её забота и доброта были чем-то, что она никогда не могла игнорировать… Она искренне ненавидела небеса, зачем они должны были так мучить её? Если бы только всё это оказалось всего лишь недоразумением, как было бы здорово… На следующий день. Полностью отстранившись от вчерашних эмоций, Ребекка Квентин с энтузиазмом принялась за работу. Однако сегодня, когда она, как обычно, поздоровалась со своими коллегами, ее необъяснимым образом встретили безразличием. С момента прихода в компанию у нее всегда были хорошие отношения с коллегами, и она не понимала, как все могло так внезапно измениться… Озадаченная Ребекка Квентин вернулась на свое место и обменялась взглядом с Николетт Холмс, сидевшей неподалеку. Николетт Холмс выглядела обеспокоенной, но все же медленно подошла к Ребекке Квентин. Ребекка Квентин в замешательстве спросила: «Что случилось? Почему все…» Николетт Холмс нахмурилась, глядя на Ребекку Квентин, а затем прошептала: «Бекка, я твоя ближайшая коллега в „QCS“. Скажи мне честно, у тебя есть связи?» «Что?» — Ребекка Квентин была в шоке. — «Связи?» Николетт Холмс энергично кивнула: «Да… А вы знаете? Вчера, когда вы опоздали и не получили выговора от менеджера Смита, это вызвало огромный резонанс в компании. Все говорят, что менеджер Смит больше всего ненавидит опоздавших, но он никогда ничего не говорил и не предпринимал никаких действий против вас. Наконец, один из коллег с негодованием спросил менеджера Смита о вчерашнем дне, и неожиданно менеджер Смит проговорился, что никто не может позволить себе вас обидеть. Из-за этих слов теперь в компании ходят слухи, что у вас есть влиятельные связи и вы, возможно, находитесь под защитой нашего закулисного босса…» ---------- Глава 439-232: Ваш запах (Часть 2) Ребекка Квентин тихонько рассмеялась: «Это совершенно безосновательные слухи… Николетт, поверь мне, у меня нет никакого прошлого. Я смогла попасть в «QCS» исключительно благодаря тому, что мой друг дружит с менеджером Смитом, и он помог мне попасть к нему. О, ты тоже знаешь этого человека, это доктор Робинсон. У меня нет никакого прошлого, тем более никакой связи с БОССОМ». Николетт Холмс беспомощно произнесла: «Я тоже хочу тебе верить, но сейчас все относятся к тебе как к врагу. Боюсь, они могут напасть и на меня…» "Этот…" «Прости, я просто буду избегать тебя в ближайшие несколько дней, Бекка, береги себя». Она быстро вернулась на свое место, не смея снова взглянуть на Ребекку Квентин. Ребекка Квентин оглядела своих замерзших коллег в оцепенении и беспомощно засиделась на своем месте. Менеджер сказала, что она не может обидеться? Как такое может быть?.. Ребекка Квентин оставалась в недоумении. Внезапно Ребекка Квентин встала, решив подойти к менеджеру, чтобы прояснить ситуацию и развеять все недоразумения. Однако, как только она встала, в ее сумке зазвонил телефон… Увидев, что звонит Кристин Куинн, Ребекка Квентин глубоко вздохнула и нажала кнопку ответа: «Сестра…» Кристин Куинн очень волновалась по телефону: «Бекка, мне нужно сказать тебе кое-что очень важное…» "Хм?" «За самоубийством отца скрывается тайна». Кристин Куинн приехала прямо из аэропорта в кафе на открытом воздухе, где договорилась встретиться с Ребеккой Квентин… Увидев свою сестру, Ребекка Квентин быстро встала и помахала Кристин Куинн. Кристин Куинн, неся скромный багаж, поспешила и, как только поставила свой чемодан, села напротив Ребекки Квентин. "Бекка…" Ребекка Квентин нахмурила брови: «Сестра, что ты имеешь в виду, когда говорила по телефону? Какая скрытая правда?» Действительно, как только Кристин Куинн получила известие, она позвонила Ребекке Квентин, затем, опасаясь, что не сможет внятно объяснить ситуацию по телефону, немедленно отправилась в Т-Сити и только что приземлилась. Кристин Куинн сделала глоток воды, пришла в себя и ответила: «Бекка, должна напомнить тебе, что то, что я собираюсь тебе сказать, основано на моих подозрениях, но правда ли это, требует проверки». «Действительно ли речь идёт о смерти отца?» Кристин Куинн кивнула: «Да, в смерти отца есть скрытая правда». «Какая скрытая правда?» Словно предвидя последующую реакцию Ребекки Квентин, Кристин Куинн ясно заявила: «Смерть отца может быть связана с миссис Джеффри». В этот момент, как и предвидела Кристин Куинн, лицо Ребекки Квентин мгновенно побледнело. Кристин Куинн, увидев потрясенное выражение лица Ребекки Квентин, почувствовала себя виноватой и сказала: «Если Говард Джеффри действительно не виновен в смерти отца, то… я — палач, разрушающий ваши отношения с Говардом Джеффри». Ребекка Квентин продолжала качать головой, безучастно глядя на Кристин Куинн. Кристин Куинн тихо произнесла: «Вчера вечером старая миссис Джеффри прилетела в город Y, чтобы навестить Мари, и она переночевала с Мари. Сегодня утром, когда я пошла к ним в комнату, чтобы позвать их на завтрак, я случайно подслушала разговор между старой миссис Джеффри и Мари». Затем Кристин Куинн рассказала Ребекке Квентин о разговоре, который она услышала тем утром. В этот момент старая миссис Джеффри помогала Мари одеваться. Только что слышала, как старушка миссис Джеффри неуверенно спросила Мари: «Милая внучка, дай бабушке кое-что спросить…» "Хорошо." "Э-э… как поживает твоя тётя в последнее время?" Мари мило ответила: «Мама часто ездит к тёте, но тётя в город Y ещё не приезжала. Мама говорит, что тётя занята работой и зарабатывает деньги». «А твоя мама ещё о чём-нибудь рассказывает про твою тётю?» «Да!» — честно ответила Мари. — «Мама говорит, что тетя сейчас одна, у нее проблемы со здоровьем, она работает и сама о себе заботится, ей очень тяжело». Старушка миссис Джеффри тихо вздохнула. Услышав вздох, Мари моргнула своими большими вопросительными глазами: «Бабушка, почему ты вздыхаешь?» Старушка миссис Джеффри произнесла отстраненным, печальным тоном: «Бабушка совершила непоправимую ошибку, теперь она чувствует себя очень виноватой». «Какую ошибку совершила бабушка?» Старушка миссис Джеффри покачала головой: «Вы еще молоды, бабушка вам этого не скажет…» Мари, казалось, что-то поняла и кивнула: «Бабушка, можешь рассказать Мари, почему дядя Джеффри больше не с тетей? Если бы дядя Джеффри был рядом с тетей, ей не пришлось бы так много работать, потому что дядя Джеффри очень любит тетю!» «Потому что между твоим дядей и тётей возникло недопонимание». Мари невинно спросила: «Что за недоразумение? Его нельзя разрешить?» Старая миссис Джеффри не ответила, так как не знала, как ответить. Мари надула губы: «Бабушка, я всё больше и больше не люблю дядю Джеффри, потому что у него появилась новая подружка, и он больше не хочет тётю… Но тётя такая хорошая, даже подарила дяде Джеффри маленького Энди. Как же дядя Джеффри может быть с кем-то другим?» «Мари, на самом деле твой дядя Джеффри не такой, каким ты его представляешь. Он не обидел твою тетю, и тетя тоже не виновата. Во всем виновата бабушка. Если бы бабушка набралась смелости и сказала правду раньше, вы с дядей Джеффри и твоей тетей не были бы сейчас в разлуке…» Услышав слова Кристин Куинн, Ребекка Квентин долгое время сидела в кресле в оцепенении. Кристин Куинн встала и обошла стол, села рядом с Ребеккой Квентин, обняла ее хрупкое тело и мягко сказала: «Бекка, судя по тону старой миссис Джеффри, я думаю, что смерть отца может быть связана и со старой миссис Джеффри… Ты помнишь? Полгода назад старая миссис Джеффри внезапно сдалась властям и попала в тюрьму. Тогда мне это показалось очень странным, но тогда у тебя были проблемы с Говардом Джеффри, а меня беспокоила Скайлер Джонс, поэтому я не стала тщательно расследовать это дело. Теперь же, кажется, пока вы с Говардом Джеффри яростно спорили из-за смерти отца, миссис Джеффри внезапно сдалась властям. Может ли это указывать на…» Ребекка Квентин подняла свой рассеянный взгляд, ошеломленно глядя на Кристин Куинн, и в ее голове начали всплывать некоторые события, произошедшие из-за слов Кристин Куинн. Тогда подобные вещи не казались чем-то деликатным, но, если подумать, сейчас это действительно было несколько необычно… Возьмем, к примеру, те дни, когда Говард Джеффри отправился в командировку в Италию. Миссис Джеффри часто говорила ей странные вещи, чтобы утешить ее, а когда рядом был Эндрю, указания миссис Джеффри звучали так, будто он больше никогда не возьмет Эндрю с собой… ---------- Главы 440-233: Ты всё ещё тоскуешь по ней? В тот момент она кое-что заметила, но полагала, что миссис Джеффри думала, что они с Говардом Джеффри расстанутся, опасаясь, что она не сможет должным образом заботиться об Эндрю в будущем, поэтому она заранее дала ей совет. Кристин Куинн заметила задумчивое выражение лица Ребекки Квентин и спросила: «А вы тоже считаете, что старая миссис Джеффри вела себя странно в то время?» "Я не знаю…" «Бекка, я должен тебе кое-что сказать… разве старая миссис Джеффри не сидела в тюрьме в то время? Внешне Скайлер Джонс казался равнодушным к старой миссис Джеффри, но в частном порядке он связался с полицией, чтобы узнать о её сдаче. Хотя он не узнал причину её сдачи, он услышал от полиции, что старая миссис Джеффри отказалась от любой юридической помощи, включая помощь Говарда». Ребекка Квентин была ошеломлена: «Сестра, ты имеешь в виду…» Судя по всей ситуации, правда становилась очевидной. «Думаю, ты тоже это поняла… есть только одно объяснение всему, что произошло». Кристин уже рассказывала об этом Ребекке ранее. «Вы считаете, что в самоубийстве отца виновата пожилая миссис Джеффри?» «Думаю, это вполне вероятно… подумайте, если настоящая виновница смерти отца — это пожилая миссис Джеффри, то многое бы легко разрешилось». Например, почему тогдашняя миссис Джеффри была против отношений Говарда Джеффри и Ребекки? Помимо ненависти со стороны предыдущего поколения, самой важной причиной мог быть страх миссис Джеффри… Другой пример: после того, как Говард Джеффри уладил вопрос с Вивиан Линдси, он не сразу отправился искать Ребекку, а только узнав о её беременности. Почему так? Следует отметить, что Говард Джеффри никогда не был нерешительным. Если бы он действительно хотел быть с Ребеккой, с его характером, он бы не колебался так долго, если бы, конечно, не любил её. Но любому было видно, что Говард очень сильно любил Ребекку. Единственная возможная причина заключается в том, что Говард понимал, что у них ничего не получится, и если этот плохой исход был вызван тем, что миссис Джеффри была истинной виновницей смерти отца Ребекки, тогда вся ситуация становится понятной. Более того, Говард не мог отказаться от Ребекки из-за ребенка. Миссис Джеффри, в полном отчаянии, приняла решение сына. Позже, когда правда всплыла наружу, миссис Джеффри увидела, как Говард каждый день утешает двух женщин, измученных и почти потерявших счастье, она не выдержала и решила сдаться… Все, что приходило в голову Кристин Куинн, естественно, приходило в голову и Ребекке Квентин. Однако весь этот вопрос был решен на основе логических рассуждений, а для выяснения истинного положения дел необходимо напрямую обратиться к участвующим сторонам. "Бекка…" Ребекка Квентин рассеянно посмотрела на сестру: «Хм?» Кристин Куинн сказала: «Почему бы не спросить Говарда Джеффри правду по этому вопросу?» Ночь. В кабинете виллы Говард Джеффри сидел за столом, не отрывая взгляда от прозрачного хрустального шара, лежащего на столе. Его темные зрачки излучали мрачность, лоб был нахмурен от напряжения, а его искусно выточенная рука мягко толкала хрустальный шар, заставляя его медленно вращаться. «Мистер Джеффри». Домработница тихо позвала нас снаружи кабинета. Говард Джеффри продолжал пристально смотреть на хрустальный шар, его тонкие губы тихо произнесли: «Входите». Экономка толкнула дверь и вошла в кабинет, увидев Говарда Джеффри, который с лёгким беспокойством смотрел на хрустальный шар на столе. «Эндрю спит?» — тихо спросил Говард Джеффри. Экономка склонила голову и ответила: «Да». Затем Говард Джеффри отвел взгляд от хрустального шара, встал и направился ко второму этажу. Экономка еще раз взглянула на хрустальный шар и тихо вздохнула. Говард Джеффри вернулся в свою комнату и увидел Эндрю, сладко спящего в детской кроватке у края своей кровати. Он сел на край, не удержавшись от поцелуя в румяную щечку Эндрю, а затем молча смотрел на спящее личико ребенка. Все говорили, что ребенок похож на него, но во многом он был точь-в-точь как она, например, спокойный и умиротворенный взгляд во сне… Спустя долгое время он встал, подошел к шкафу и открыл тот, который когда-то принадлежал ей. Шкаф был полон ее одежды, от которой исходил слабый, немытый запах. Он полностью распахнул дверцы шкафа, наконец ослабил галстук на шее и направился в ванную. Тук-тук. «Бекка». Кристин Куинн тихо позвала из-за двери комнаты. «Входи, сестрёнка». Услышав ответ, Кристин Куинн осторожно толкнула дверь и вошла. Ребекка Квентин закончила принимать ванну и теперь сидела, прислонившись к изголовью кровати, с задумчивым видом. ---------- Главы 441–233: Неужели вы действительно не можете его забыть? (Часть 2) Кристин Куинн, приняв душ и переодевшись, забралась в постель и сказала: «Сегодня я буду спать с тобой». "Хм." Две сестры легли на кровать. Кристин повернулась, посмотрела на не слишком приветливое, нежное лицо Бекки и спросила: «Ты все обдумала?» Бекка тоже отвернула лицо: "Что?" Кристин нахмурилась: «Разве я не говорила тебе пойти и найти Говарда Джеффри?» Ресницы Бекки слегка опустились, и она замолчала. «Чего ты колеблешься? Я видела в новостях, что Говард Джеффри сейчас в Т-Сити; ты можешь пойти к нему прямо сейчас!» — с тревогой сказала Кристин. Бекка медленно приподняла потускневшие ресницы и спокойно посмотрела на сестру: «Даже если я пойду к нему, он не захочет меня видеть». "Ты же знаешь, что он тебя не увидит?" Бекка выдавила из себя улыбку: «В прошлый раз, во время деловой поездки, по счастливой случайности, я встретила его во Франции… и между нами произошло кое-что неприятное; он сказал, что больше не хочет меня видеть». Кристин бросила на Бекку гневный взгляд: «То, что он тебе сказал, неважно; важно то, что между вами, возможно, возникло недопонимание. Самое главное сейчас — это разобраться в этом». Бекка слегка кивнула: «Я пойду и спрошу его». Кристин мгновенно вздохнула с облегчением: «Ты меня напугал; я думала, тебе уже все равно». «„Забота“?» — Бекке показалось, что она услышала очень странное слово, на ее лице отразилась легкая грусть, но она все еще сохраняла натянутую улыбку, медленно произнося: «Имеет ли это слово еще какой-либо смысл для меня и для него?» «Почему бы этому не иметь смысла? Пока это всего лишь недоразумение, вы с Говардом Джеффри, возможно…» Кристин сделала паузу, словно что-то осознав, а затем продолжила: «возможно, снова будете вместе». Произнеся последнюю фразу, Кристин заметно утратила уверенность, которая у нее была ранее в убеждении Бекки. Бекка тихо рассмеялась: «Мы с тобой оба знаем, что такая возможность вряд ли существует». «Это не совсем невозможно!» — убеждала Кристин. — «То, что он сейчас с Элис Робинсон, не значит, что у него больше нет к тебе чувств, верно?» «Сестра, он, кажется, сейчас по-настоящему счастлив…» Она вспомнила, как на банкете он смотрел на Алису такими нежными глазами, и был очень внимателен и заботлив к ней. «Некоторые люди довольствуются лишь поверхностным, как и ты… Будь хорошей, говори с ним вежливо, когда увидишь, не будь упрямой». С этими словами она задумчиво помогла Бекке накрыться одеялом и добавила: «Хорошо выспись и завтра пораньше пойди к нему». Бекка тихо вздохнула и медленно закрыла глаза. Бекка уже позвонила менеджеру Смиту и попросила взять два выходных. Причина, по которой она взяла два выходных, заключалась не только в том, чтобы прояснить это «недоразумение», но и в том, чтобы быть рядом с Кристин, тем более что в прошлый раз Кристин была в срочной командировке. Рано утром Кристин приготовила завтрак для Бекки. После завтрака Кристин уговорила Бекку уйти пораньше. После ночи размышлений Бекка больше не колебалась, остановила такси и направилась к «Скайтопу». Автомобиль быстро остановился перед зданием "Скайтоп"… Выйдя из машины, Бекка издалека посмотрела на великолепное здание «Скайтоп», затем глубоко вздохнула и медленно направилась к «Скайтопу». Она не знала, узнает ли ее кто-нибудь, поэтому, чтобы избежать неприятностей, сегодня специально надела солнцезащитные очки. Администратор "Скайтопа" улыбнулась и спросила: "Чем я могу вам помочь?" «Э-э, я бы хотел встретиться с секретарем вашего генерального директора». «Вы имеете в виду секретаря Сесили?» Бекка кивнула. Она предположила, что попасть к нему лично будет невозможно, а администратор обязательно спросит, кто она, и напомнит ей о необходимости предварительной записи, поэтому найти секретаря Сесили будет проще. «Мне нужно позвонить секретарю Сесили, но сначала, мисс, мне нужно узнать, кто вы». «Передайте секретарю Сесили, что это Квентин, она знает». "Хорошо." Администратор тут же набрала номер Лизы Сесили. Вскоре она ответила Бекке: «Мисс Квентин, извините, секретаря Сесили сегодня нет на месте». "Ой." «Возможно, вы сможете прийти завтра или оставить свои контактные данные, чтобы я мог передать их секретарю Сесили позже». «Не нужно, я найду время вернуться». Обернувшись, Бекка медленно вышла из "Скайтопа". Бекка, несколько ошеломлённая, вышла из «Скайтопа», размышляя о том, что ей следует делать дальше. К её удивлению, как только она вышла за ворота «Скайтопа», снаружи припарковался чёрный «Бентли», и из машины вышел высокий и красивый мужчина. Совершенно неожиданно, как раз когда она направлялась к дороге, чтобы поймать такси, она мельком увидела его. По стечению обстоятельств, в этот момент его взгляд поднялся, и он сразу же заметил её. Когда-то это было так близко, но с солнцезащитными очками или без них, в его глазах не было никакой разницы; его взгляд был прикован к ней. Их взгляды встретились, и она внезапно замерла на месте. Ни один из них намеренно не делал вид, что не знаком друг с другом, но его взгляд лишь на секунду скользнул по ней, прежде чем он переключился на разговор с руководителем компании, которая, по всей видимости, сотрудничает со «Скайтопом». Вслед за Говардом Джеффри, Джейсон Вуд тоже заметил Бекку, и в его глазах мелькнуло удивление. Говард Джеффри разговаривал и смеялся с сотрудничающей с ним руководительницей, ни разу не взглянув на Бекку. Бекка стояла в стороне, наблюдая, как они входят в "Скайтоп". Спустя долгое время Бекка вернулась к реальности. Она глубоко вздохнула, приготовилась уйти, но как только она собиралась сделать шаг, сзади внезапно раздался мужской голос: «Мисс Квентин». Узнав голос Джейсона Вуда, она тут же обернулась. Джейсон Вуд подбежал к ней, слегка запыхавшись: «Мисс Квентин, генеральный директор хочет вас видеть». Возле кабинета генерального директора Бекка тихо сидела. Внутри Говард Джеффри все еще обсуждал дела; Джейсон Вуд попросил ее подождать здесь немного. Бекка и представить себе не могла, что ей придётся ждать почти всё утро, пока незадолго до полудня Говард Джеффри наконец не вышел из своего кабинета вместе с этим сотрудничающим руководителем. Судя по всему, разговор между ними прошёл приятно… Известный руководитель из Т-Сити проявил инициативу и пожал руку Говарду Джеффри, произнеся лестные слова: «Если господин Джеффри не возражает, я хотел бы пригласить вас на ужин сегодня вечером, будучи благодарен за то, что господин Джеффри решил сотрудничать с нашей компанией…» ---------- Глава 442-234: Он хочет, чтобы она пришла к нему 1 «Мистер Тут, откуда это взялось?.. Раз уж мы уже договорились, я обязательно приду сегодня вечером». «Хорошо, хорошо... Буду ждать вашего визита в отеле». На лице Говарда Джеффри, движимого уверенностью благодаря своим деловым успехам, появилась улыбка: «Джейсон Вуд, провожайте мистера Тута». После того как Джейсон Вуд вывел мистера Тута, казалось, что в роскошном кабинете остались только Говард Джеффри и Ребекка Квентин. Однако Говард Джеффри по-прежнему не бросил на Ребекку Квентин ни единого взгляда, лишь равнодушно пробормотав, возвращаясь в свой кабинет: «Входите». Слова, донесшиеся до её ушей, были лишены тепла, словно лёд пронзил её сердце, вызвав холод. Но с тех пор, как она пришла сюда, ей больше не о чем было колебаться, поэтому она глубоко вздохнула, встала и направилась к его кабинету. Несмотря на то, что дверь была открыта, обеспечивая циркуляцию воздуха, воздух в офисе словно застыл, источая холод. Он встал перед ней, посмотрел на нее сверху вниз и холодно выпалил: «Похоже, ты забыла, что я тебе говорил». Он больше не хотел её видеть! Взгляд Ребекки Квентин не поднялся, чтобы посмотреть на него, а спокойно смотрел прямо перед собой: «Я никогда намеренно не появлялась перед вами и не избегала встречи с вами, поэтому ваше предупреждение не имеет для меня никакого реального значения... но сегодня я действительно пришла в «Скайтоп», чтобы найти вас». «О?» — губы Говарда Джеффри презрительно изогнулись в презрении. — «Что могло заставить такого гордого и отчужденного человека, как мисс Квентин, прийти ко мне?» В каждом его слове чувствовалась горечь, но это не означало, что она ничего не чувствовала; она уже была морально готова к этому. В этот момент Ребекка Квентин все еще могла спокойно ответить: «Я хочу кое-что у вас спросить». "Вас с раннего детства учили не смотреть людям в глаза, когда вы с ними разговариваете?" Он пристально смотрел на нее, его взгляд был холодным. Ребекка Квентин подняла глаза, посмотрела на него и тихо сказала: «Если бы вы могли говорить без сарказма и насмешек, я была бы рада смотреть на вас, когда говорю». Говард Джеффри холодно рассмеялся: «С таким чёрствым сердцем, неужели тебя ещё что-то может ранить?» Хрупкое тело Ребекки Квентин слегка дрожало, и она ничего не ответила. Она не ответила, потому что в горле поднялась горечь, не давая ей произнести ни слова. «Почему ты перестал говорить? Ты всегда был остроумным и умел принимать решительные решения; ты теперь жалеешь, что пришел ко мне?» Неужели он должен быть настолько жесток в своих словах, чтобы найти утешение? Заметив, как постепенно опускаются ресницы Ребекки Квентин, Говард Джеффри перестал смотреть на неё. Он повернулся и подошёл к барной стойке в кабинете: «Изложите цель!» Ребекка Квентин с трудом сдержала горечь в горле и сдержанным спокойным тоном сказала: «Я хочу кое-что с вами прояснить». "Говорить." Обернувшись, Ребекка Квентин издалека посмотрела на него, и ее голос тихо прозвучал: «Была ли другая причина смерти моего отца?» Рука Говарда Джеффри слегка замешкалась, когда он наливал вино в бокал, и он мрачно посмотрел на нее: «Откуда вы это услышали?» «Это как-то связано со старой миссис Джеффри?» Узкие темные глаза Говарда Джеффри сузились, он холодно посмотрел на нее. «Ваше молчание подтверждает, что это действительно как-то связано со старой миссис Джеффри, не так ли?» Говард Джеффри взял бокал и медленно отпил, голос его все еще был холодным: «Всегда такой умный, а на этот раз такой скучный. Даже если это касается моей матери, думаешь, я скажу тебе правду?» «Я просто хочу знать...» «Что ты знаешь?» — Говард Джеффри бросил на нее холодный взгляд, — «Знаешь, не я ли зачинщик?» Слова, которые она хотела сказать, были прерваны им, и он, конечно же, догадался о её мыслях. Ребекка Квентин замолчала. Говард Джеффри холодно рассмеялся: «Вы же не думаете, что если зачинщицей была моя мать, то наша любовь была напрасной, правда?» Столкнувшись с его сарказмом, Ребекка Квентин крепко сжала сумку, не произнеся ни слова. Говард Джеффри открыто насмехался: «О, я ошибался... Вы так хорошо жили последние месяцы, как вы можете еще о чем-то жалеть? В конце концов, вы без колебаний отказались от любви и от своего ребенка!» Каждое слово, произнесенное Говардом Джеффри, пронзало сердце Ребекки Квентин, заставая ее врасплох. Несмотря на то, что она давно морально подготовилась, столкновение со всем этим все равно оказалось для нее непосильной задачей. Говард Джеффри поставил бокал с вином и подошел к ней. Взглянув на ее бледное и унылое лицо, его красивые черты лица исказились, и он холодно выпалил: «Твое молчание потому, что ты думаешь, что я причинил тебе боль?» ---------- Глава 443-234: Он хочет, чтобы она пришла к нему (1) В этот момент, столкнувшись с его агрессивным взглядом, Ребекка Квентин внезапно обернулась. Увидев, что она собирается уходить, он вдруг схватил ее за ослабевшее плечо и спросил: «Что, ты приходишь и уходишь, когда тебе вздумается? Неужели в «Скайтопе» тебя так встречают?» Тело Ребекки Квентин было вынуждено остановиться. В очередной раз Говард Джеффри преградил ей путь, сверля ее взглядом своих острых черных глаз. Он не понимал, почему ему было так неловко наблюдать за её уходом, но, увидев её решительный взгляд, преграждающий ей путь, он не смог сдержать резких слов: «Ты всё время появляешься передо мной под одним предлогом за другим. Неужели ты думаешь, что я до сих пор не могу тебя забыть?» Его обвинения были в точности такими же, как и во Франции, унижая её и не щадя её чувств. Ребекка Квентин подняла свое бледное и бесцветное лицо, встретившись с его проницательным взглядом, и искренне сказала: «Говард Джеффри, я знаю, ты мне не поверишь, но я все же хочу объяснить… В тот раз во Франции, когда я пришла в твой отель, я думаю, ты знал, что меня подставили. Что касается моего сегодняшнего визита, я просто хотела узнать правду о смерти моего отца; у меня нет к тебе злобы, и я не специально появлялась перед тобой, чтобы убедиться, что ты все еще не можешь забыть обо мне… На самом деле, с тех пор, как мы расстались, я надеялась, что мы сможем начать все заново. Зная, что у тебя новые отношения, я тоже рада за тебя. Я никогда не хотела нарушать твою спокойную жизнь…» Говард Джеффри внезапно крепче сжал ее плечо: «Не смей отбрасывать свои ничтожные чувства, чтобы потом сваливать вину за измену на меня, лицемерка!!» Он постоянно раздражался, глядя на нее. Она молча стояла на месте. Говард Джеффри свирепо посмотрел на нее, глаза его покраснели от гнева, и выпалил еще более резкие слова: «Кроме того, если говорить об измене, то твоя близость с „доктором Робинсоном“ кажется такой же, как и наша…» Ребекка Квентин не стала защищаться, позволив его гневу выплеснуться наружу. В следующую секунду Говард Джеффри с отвращением оттолкнул Ребекку Квентин, стиснув зубы и выплюнув: «Убирайся, больше меня не видишь; в следующий раз я не буду так добр, как сейчас…» Ребекка Квентин молча наблюдала, как его холодная фигура направляется к окну от пола до потолка. «Джейсон Вуд». "Да." Джейсон Вуд ворвался снаружи. Повернувшись спиной, Говард Джеффри холодно произнес: «Сообщите службе безопасности компании, что отныне посторонним лицам вход на территорию компании запрещен». «Э-э… да.» «Вытащите её!» В тот момент все понимали, кого Говард Джеффри имел в виду под «случайными незнакомцами»… Джейсон Вуд беспомощно шел перед Ребеккой Квентин, жестом предлагая ей уйти. Ребекка Квентин обернулась, не желая создавать проблем Джейсону Вуду, и вышла из его кабинета одна. Пока Ребекка Квентин ждала такси на обочине дороги, у нее в сумке внезапно зазвонил телефон. Звонок вывел Ребекку Квентин из оцепенения, она пришла в себя, вытерла уголки глаз и нажала кнопку ответа: «Доктор Робинсон». По телефону раздался обычный заботливый тон Честера Робинсона: «Бекка, мы назначили время на ближайшие два дня, когда ты приедешь в больницу?» Ребекка Квентин извинилась и ответила: «Извините, но у меня может не быть времени в ближайшие два дня, моя сестра здесь». «Доктор Эверилл, которого я специально пригласил из Нью-Йорка, уже здесь. Он — авторитет в этой области. Если вы не хотите терять здоровье, вам лучше найти время, чтобы приехать в больницу в ближайшие два дня!» «Доктор Робинсон, я…» «Довольно, мне сейчас нужно на операцию… Приезжайте в больницу как можно скорее, а если нет, я вас лично сюда привезу!» "…" Прежде чем Ребекка Квентин успела что-либо сказать, Честер Робинсон уже завершил разговор. Ребекка Квентин взяла такси, чтобы вернуться домой. Как только она открыла дверь, Кристин Куинн вышла ей навстречу. "Как всё прошло, как всё прошло?" Переобувшись, Ребекка Квентин ответила: «Он мне прямо не сказал». «Значит, в этой истории есть еще много чего интересного!!» Ребекка Квентин ничего не ответила и направилась прямиком в свою комнату. Кристин Куинн вошла следом и, увидев Ребекку Квентин, лежащую на кровати, села на край и с беспокойством спросила: «Раз уж дело не только в этом, ты ему все ясно объяснила?» Ребекка Квентин уставилась в потолок и покачала головой. Кристин Куинн нахмурила брови: «Почему?» «Сестра… Вообще-то, я больше не хочу в это вникать». Кристин Куинн замерла. Взгляд Ребекки Квентин, полный уныния, был устремлен в потолок, когда она тихо произнесла: «Когда я использовала наши отношения как дань памяти моему отцу после его смерти, обиды предыдущего поколения между нами уже уравновесились… Так что, был ли он зачинщиком или старая миссис Джеффри, это уже не имеет значения». Спокойный и уверенный тон Ребекки Квентин заставил Кристин Куинн забеспокоиться: «Бекка, он сказал тебе что-нибудь неприятное?» Ребекка Квентин медленно закрыла глаза и тихо сказала: «Сестра, уже неважно, были ли его слова приятными или нет. Между нами всё кончено… Я немного устала, хочу вздремнуть». "Бекка…" «Сестра, давай больше о нём не будем говорить…» — прервала Кристин Куинн Ребекка Квентин, закрыв глаза и умоляюще произнеся. Кристин Куинн хотела сказать что-то ещё, но, увидев усталый вид Ребекки Квентин, сдержала слова. "Ладно, хорошо выспитесь…" Укрыв Ребекку Квентин одеялом, Кристин Куинн встала. "Сестра…" Когда Кристин Куинн уже собиралась выйти из комнаты, Ребекка Квентин внезапно окликнула её. Кристин Куинн обернулась и спросила: «Да?» «Не идите его искать». Кристин Куинн была ошеломлена, не ожидая, что Ребекка Квентин догадается о ее мыслях. Ребекка Квентин, все еще с плотно закрытыми веками, тихо произнесла: «Пусть у него будет лучшая жизнь!» "Что?" — Кристин Куинн выглядела озадаченной. «В последние годы, я думаю, он тоже устал…» Слова Ребекки Квентин заставили Кристин Куинн замереть в оцепенении. Спустя долгое время Кристин Куинн тяжело вздохнула: «Сестра, я обещаю тебе, что больше не буду упоминать Говарда Джеффри». На следующий день. "Сестрёнка, сестрёнка…" Кристин Куинн еще спала в постели, когда ее подняла Ребекка Квентин. Кристин Куинн открыла затуманенные глаза, посмотрела на хорошо одетую Ребекку Квентин и спросила: «Как дела?» Ребекка Квентин подошла к окну, распахнула шторы и улыбнулась: «Смотри, сегодня такая прекрасная погода, давай сходим за покупками!» ---------- Главы 444-235: Он хочет, чтобы она пришла его найти 2 "Покупки?" «Да», — радостно ответила Бекка. — «Я получила зарплату пару дней назад и планирую себя побаловать. Раз уж ты здесь, я могу пригласить тебя в хороший ресторан». "Хорошо." Часом позже Бекка прогуливалась по торговому центру под руку с Кристин Куинн. Бекка давно не ходила по магазинам, поэтому ей не терпелось примерить всю эту ослепительную одежду в торговом центре. Они зашли в магазин одежды среднего ценового сегмента, Бекка выбрала несколько вещей и сразу же направилась в примерочную. Надев кремовое вязаное платье без рукавов, Бекка покружилась перед Кристин и радостно спросила: «Сестрёнка, как тебе это платье?» «Выглядит отлично». С легким макияжем Бекка выглядела очень энергично. Благодаря своей стройной фигуре, ей подходило любое платье, а ее рост более 160 см в сочетании с высокими каблуками делали ее образ в целом потрясающим. Бекка была очень довольна, отдала платье продавщице и вернулась в примерочную, чтобы переодеться. На этот раз она переоделась в простое, но элегантное длинное платье, которое придавало ей молодость и энергичность, и даже заслужила похвалу от продавщицы, стоявшей неподалеку. "Хорошо, заворачивайте их!" Продавец с радостью принялся подсчитывать сумму чека. Кристин стояла в стороне, наблюдая за довольным выражением лица Бекки, и не удержалась, чтобы не спросить: «Бекка, тебе действительно нравится эта одежда?» Честно говоря, хотя Бекка в них хорошо выглядела, они были довольно недорогими, и Кристин посчитала, что эта одежда не подходит Бекке, учитывая, что даже она сама не стала бы покупать одежду в таких бюджетных магазинах. "Да." «Но, Бекка…» Бекка снова взяла Кристин под руку: «Сестра, не забывай, я живу на свою зарплату. Мне нужно быть экономной». "Эм-м-м…" "Пошли, сестрёнка, в следующий магазин!" Сестры обошли множество магазинов, Кристин ничего не купила, а Бекка ушла с полными руками покупок. Выходя из торгового центра, Бекка была в приподнятом настроении, но что-то испортило ей настроение… Как раз когда они собирались выйти из торгового центра, мимо них прошла еще одна пара сестер, держась за руки, и их разговор продолжился… «Я тоже видел его на днях, это последняя модель…» «Но эта сумка — подделка!» «Ты можешь позволить себе настоящую? В конце концов, это же сумка Элис Робинсон. Думаю, одна из ее сумок стоит столько же, сколько наша годовая зарплата…» «Но сумка выглядит действительно красиво!» "Ага." Разговор сестер был отчетливо слышен Бекке и Кристин, когда они проходили мимо. Кристин невольно взглянула на Бекку, но выражение лица Бекки казалось неизменным, ее настроение по-прежнему было превосходным. Кристин не сказала ничего больше, но почувствовала укол сочувствия к Бекке. Когда Бекка пыталась остановить такси на обочине дороги, у нее зазвонил телефон. Она достала телефон, взглянула на него и нажала кнопку завершения вызова. Заметив поступок Бекки, Кристин с любопытством спросила: «Кто звонил? Почему ты не ответила?» «Это звонок от незнакомца». "Ой." Кристин уже собиралась остановить приближающееся издалека такси, когда внезапно в поле их зрения резко остановился белый автомобиль. Прежде чем Кристин успела отреагировать, она увидела, как из машины быстро вышел высокий, красивый мужчина. Кристин, которая редко встречала такого грациозного и обаятельного мужчину, не могла не взглянуть на него еще раз… Неожиданно мужчина смотрел прямо на Бекку и направлялся к ней. Вскоре мужчина стоял перед Беккой и тихо спрашивал: «Почему ты не ответила на мой звонок?» «Э-э, у меня не было времени». Мужчина слегка нахмурился: «У вас не было времени, но вы нашли время сходить за покупками?» «Привет, я же говорила, что моя сестра приедет в T City, и я хотела провести с ней время». Только тогда взгляд мужчины переместился на Кристин, и он протянул руку, вежливо улыбнувшись: «Здравствуйте». Кристин, ошеломленная, спросила: «Бекка, кто это?..» Бекка представилась: «Его фамилия Робинсон, и он мой друг, врач». Кристин воскликнула «О!», тут же улыбнувшись, и пожала руку Честеру Робинсону: «Здравствуйте, доктор Робинсон. Я сестра Бекки, Кристин Куинн». «Я видела вас в новостях, мисс Куинн. Вживую вы выглядите гораздо красивее, чем в репортажах…» "Новости?" «Что касается вас и мистера Джонса…» ---------- Глава 445-235: Он хочет, чтобы она пришла к нему (2) Кристин Куинн была смущена. Ее роман со Скайлером Джонсом теперь стал достоянием общественности, но кто мог знать, что, кроме Мари, между ними практически не было никакого контакта. Кристине, естественно, не было необходимости много объяснять своему возлюбленному, поэтому она просто улыбнулась. Взгляд Честера Робинсона снова обратился к Ребекке Квентин: «У вас есть время?» В этот момент Ребекка в панике оттащила Честера в сторону: «Зачем ты здесь?» Честер серьезно ответил: «Я случайно увидел вас здесь в магазине, поэтому позвонил вам, но вы не ответили на мой звонок». «Доктор Робинсон, вы также видели здесь мою сестру, я правда не хочу…» В этот момент Честер внезапно протянул руку и обнял Ребекку за тонкую талию. Ребекка резко ахнула. Честер уже развернул Ребекку лицом к Кристин Куинн, одарив ее своей обычной грациозной улыбкой: «Мисс Куинн не будет против уделить мне время Бекки сегодня днем, верно?» Кристин, глядя на руку Честера, обнимающую Ребекку за талию, широко раскрыла глаза. «Доктор Робинсон…» Ребекка не успела ничего сказать, так как Честер уже обнял ее и посадил в машину, затем Честер сел за руль и, к удивлению Кристин Куинн, уехал вместе с Ребеккой. В машине Ребекка ударила Честера, который был за рулем, и выругалась: «Эй, как ты мог так поступить?» Лицо Честера было серьезным: «Мы с тобой одиноки, быть вместе — не проблема». «Но мы же просто друзья». «Я не говорила, что мы с тобой вместе». «Таким образом моя сестра неправильно всё поймет…» «Ты сможешь ей всё объяснить, когда вернёшься!» Ребекка тихо фыркнула. Честер взглянул на ее унылое лицо в зеркале заднего вида: «Ты действительно так боишься, что другие неправильно поймут, что мы вместе?» Ребекка пробормотала: «Другие не имеют значения, но она моя сестра, она подробно расспросит о наших с тобой отношениях. Боюсь, я не могу объяснить это ясно». Если бы она ясно объяснила свои отношения с доктором Робинсоном, ее сестра была бы озадачена тем, почему она так близка с врачом. Честер тихонько усмехнулся: «Просто скажи, что я за тобой ухаживаю». Ребекка не удержалась и снова обвинила его: «Во всем виноват ты». "Хорошо, я просто волнуюсь… Эверилл внезапно перенесла операцию и ей нужно срочно вернуться в Нью-Йорк сегодня же, поэтому тебе обязательно нужно сходить в больницу…" Ребекка внезапно замолчала. Честер утешил: «Не волнуйся, может быть, это будут хорошие новости». «Доктор Робинсон, вам не обязательно быть ко мне такими добрыми…» «Мы друзья, мы с Эвериллом немного знакомы, поэтому обратиться к нему за помощью не составит труда». "Спасибо." Больница. В тихой операционной Ребекка уже переоделась в стерильную одежду и лежала на больничной койке. За пределами палаты Честер обсуждал с Эверилл состояние здоровья Ребекки… Ребекка не могла расслышать, о чем они говорили, но примерно догадывалась об их разговоре, потому что это был уже второй раз, когда Честер прилагал неустанные усилия, чтобы пригласить авторитетных иностранных врачей для оказания ей помощи. Она вспомнила, как в прошлый раз, перед осмотром врача, Честер тоже долго разговаривал с доктором за пределами палаты, как и сегодня… В тот день она с большой надеждой ждала результатов осмотра врача, но… результаты оказались разочаровывающими. Из-за этого «разочарования» она начала испытывать страх, поэтому в последующие разы тактично отказывалась всякий раз, когда Честер упоминал об экзамене. В этот момент дверь операционной была распахнута… В кабинет вошли врач в белом халате и две медсестры. Ребекка медленно закрыла глаза… Экзамен на самом деле длился недолго, но Ребекке казалось, что он продолжался целое столетие. После осмотра доктор Эверилл не стал напрямую говорить с ней о ее состоянии, а вышел из операционной, чтобы обсудить это с Честером, который все это время стоял за дверью. Ребекка тихо лежала на кровати, в голове у нее ничего не было. Вскоре после этого Честер толкнул дверь и вошел. Медсестра в операционной, проницательно выскочив на улицу. Честер сидел у постели, осторожно вытирая тонкий слой пота со лба Ребекки, появившийся от боли во время осмотра, и тихо спросил: «Ты в порядке?» Ребекка слегка кивнула. «Я принесу тебе воды». Когда Честер уже собирался отвернуться, Ребекка внезапно протянула руку и схватила его. Тело Честера остановилось. Ребекка, несколько слабо, спросила: «Доктор Робинсон, каковы результаты?» Честер обернулся, взглянул на бледное лицо Ребекки и тихо вздохнул: «Результаты по-прежнему не очень оптимистичны… но это всего лишь мнение Эверилл, есть много авторитетных врачей, и это не значит, что нет никакой возможности излечения». Ребекка замолчала. Так говорит один авторитетный врач, так говорит и другой авторитетный врач… Слова Честера в итоге стали лишь утешением. Ребекке с трудом удалось подняться. Честер тут же подошел, мягко поддерживая ее: «Тебе лучше немного отдохнуть». "Я в порядке." Прислонившись к изголовью кровати, Ребекка спокойно сказала: «Я уже говорила, что ты просто тратишь время, помогая мне, в этом нет ничего трагичного, в конце концов, у меня уже есть Эндрю». «Ты ещё молод, тебе предстоит прожить свою жизнь в будущем…» «Я думаю, что быть одному — это очень хорошо». "Бекка…" «Доктор Робинсон, спасибо вам за помощь… пожалуйста, проводите доктора Эверилла и поблагодарите его». "Хорошо." Пока Честер провожал Эверилл в аэропорт, Ребекка уже покинула больницу. Она спокойно и в одиночестве шла по шумным улицам, и окружающий шум, казалось, не имел к ней никакого отношения. Внезапно она остановилась перед магазином, продающим детские товары. Через стеклянное окно она увидела пару, выбирающую товары для детей. Супруги были очень молоды, муж осторожно поддерживал жену, а беременная жена с увлечением выбирала одежду для малыша. Муж увидел, как она взяла синий детский наряд, и тут же протянул руку, чтобы выбрать розовый. Муж, казалось, что-то сказал жене, лицо жены озарилось счастливой улыбкой, и она отложила голубую одежду и взяла из рук мужа милое розовое платье… Муж нежно поцеловал жену, между ними царила атмосфера счастья. Ребекка невольно отвлеклась, ее разум внезапно нахлынуло воспоминание из прошлого. ---------- Глава 446-236: Он хочет, чтобы она пришла его найти 3 Муж, мне невероятно повезло, что у нас будет двое детей. Если я забеременею дочерью, я буду вне себя от радости. Пока они наши дети, мальчики или девочки, я буду их любить. А разве вы не предпочитаете дочерей? Он тихонько усмехнулся: «Глупышка, пол ребенка определяется еще в утробе матери, изменить его нельзя…» «Мисс, не хотели бы вы зайти и посмотреть? У нас есть вся самая новая детская одежда…» Продавец с нетерпением спросил у Бекки, которая стояла неподвижно. Бекка пришла в себя, взглянула на продавщицу и направилась к ступенькам детского магазина. Продавец-консультант радостно спросил: «Хотите посмотреть одежду или игрушки?» Бекка не ответила продавщице. Она медленно подошла к шкафу, где висела детская одежда, и посмотрела на ряды вещей. Увидев сосредоточенный взгляд Бекки, продавец не удержалась и спросила: «Это для девочки? Это все самые последние модели, очень милые. Вы можете нарядить ее как маленькую принцессу». Бекка протянула руку и легонько коснулась очаровательного пышного платья. «Мисс, у вас прекрасный вкус. Эта вещь будет так мило смотреться… Может, мне её упаковать?» Бекка долго смотрела на пышное платье перед собой, и вдруг ее глаза покраснели. Продавец-консультант, видя молчание Бекки, молча стояла рядом. Спустя долгое время Бекка глубоко вздохнула и сказала: «Заверни это, и это тоже». "Хорошо." Расплатившись, она вышла из детского магазина с сумкой детской одежды, и вдруг из глаз Бекки хлынули безудержные слезы. Бекка сидела на скамейке у улицы, прикрыла рот рукой и изо всех сил пыталась сдержать рыдания. Прохожие, увидев, что она плачет, остановились и сочувственно посмотрели на нее… Погруженная в печаль и боль, она не замечала взглядов прохожих, позволяя слезам литься безудержно… Кристин провела два дня у Бекки в городе Т, прежде чем вернуться в город Y… Жизнь Бекки оставалась спокойной. После двухдневного отпуска она вернулась и с головой погрузилась в суету и напряженный ритм жизни. К сожалению, гармония, некогда царившая в офисе, исчезла. Казалось, что каждое ее действие было направлено против нее, и коллеги, которые раньше были к ней дружелюбны, постепенно отдалились. Поначалу Бекка думала, что правда прояснится со временем и недоразумения разрешатся. Но кто бы мог подумать, что слухи будут распространяться всё шире, заставляя некоторых коллег заискивать перед ней, надеясь, что она замолвит за них словечко перед таинственным боссом… Не выдержав такой рабочей обстановки, на третий день работы она была вынуждена обсудить этот вопрос с менеджером Смитом. В этот момент она сидела в кабинете менеджера Смита, ожидая от него ответа. Менеджер Смит доброжелательно улыбнулся и сказал: «Эти люди просто завидуют, потому что я слишком хорошо к вам отношусь… Секретарь Квентин, не обращайте на них внимания; я им потом хорошенько поговорю». «Менеджер, пожалуйста, не обращайтесь со мной так… Если я совершаю ошибки на работе, пожалуйста, не покрывайте меня. Я готов взять на себя ответственность за любые свои ошибки». «Вы работаете здесь так долго, и единственная ваша ошибка произошла именно во время этой встречи, и вы заранее сообщили мне о причинах. Я знаю, что вы сделали все возможное, чтобы прийти вовремя». «Нет, менеджер, на самом деле в тот день я…» Менеджер Смит прервал Бекку: «Не волнуйся… Я уже говорил тебе раньше, я ориентируюсь на твои рабочие качества. Если бы ты обычно не работала усердно и допустила такую ​​ошибку, я бы ни за что не простил ей это, но твоя обычная производительность полностью компенсирует эту небольшую оплошность». Что еще она могла сказать, когда менеджер Смит так ее утешал? Опасаясь, что Бекка продолжит слишком много размышлять, менеджер Смит быстро сменил тему: «Кстати, в прошлый раз у нас возникла проблема с проектным чертежом, который мы представили компании „Skytop“». Бекка вдруг подняла голову: «Что за проблема?» «Проект был отклонен. Компания „Skytop“ хочет, чтобы мы его переделали». Бекка была озадачена: «Разве мистер Гордон из „Скайтопа“ не говорил, что с дизайном всё в порядке?» «С точки зрения мистера Гордона проблем не было, но он показал окончательный вариант проекта своему начальнику, мистеру Джеффри, и по какой-то причине он был отклонен». «Вы звонили директору Линн?» «Я уже спросила директора Линн. Она сказала, что Говард Джеффри из «Скайтопа» — человек, которого трудно понять. Для него это нормально, что с ним сложно работать, поэтому мы создадим дизайн, который их устроит. В конце концов, контракт уже подписан». ---------- Глава 447-236: Он хочет, чтобы она пришла к нему (3) «Хм, я тоже подумаю, что не так с этим дизайном». "Ладно, иди!" Сев обратно на свое место, Ребекка Квентин открыла компьютер и распечатала копию эскиза дизайна, отправленного в компанию «Skytop». Внимательно рассматривая эскиз перед собой, Ребекка Квентин с недоумением нахмурила свои элегантные брови. Логично предположить, что этот вариант сразу же понравился мистеру Гордону, поэтому с дизайном проблем быть не должно. Благодаря улучшениям и дополнениям дизайн стал еще более совершенным. Почему же его вдруг отклонили? Ребекка Квентин взяла черновик, чтобы изучить его, и внезапно ее взгляд привлекло одно место внизу черновика. Ответственное лицо, дизайнер, разработчик схем эффектов, разработчик строительных схем, рецензент… Когда Ребекка Квентин увидела имя, следующее за словом «рецензент», она внезапно все поняла. Да, она отвечала за окончательную проверку этого черновика, поэтому ее имя было четко указано в нем. В этот момент Ребекка Квентин выпрямилась, распечатала еще один черновик на компьютере и снова отнесла его в кабинет менеджера Смита. "Менеджер." Менеджер Смит, обсуждавший с двумя дизайнерами, как создать дизайн, который больше бы понравился «Скайтопу», поднял голову и спросил: «Хм?» «Я считаю, что этот дизайн уже идеален и не подлежит критике. Даже если дизайнеры будут ломать голову, они вряд ли придумают что-то лучше». Два дизайнера, исчерпавшие все свои идеи, согласно кивнули. Один из них сказал: «Менеджер, я тоже считаю, что это лучший вариант. Если вы заставите нас еще раз подумать, мы, возможно, не придумаем ничего лучше». Менеджер Смит нахмурил брови: «И что же нам тогда делать?» Ребекка Квентин предложила: «Почему бы нам не отправить этот проект г-ну Гордону еще раз, заявив, что он был пересмотрен, и попросить г-на Гордона выступить от нашего имени перед г-ном Джеффри? Я думаю, в конце концов он будет одобрен». Предложение Ребекки Квентин было поддержано обоими дизайнерами. Менеджер Смит на мгновение задумался и сказал: «Секретарь Квентин прав… А как насчет того, чтобы я позвонил директору Линн, и если она согласится, мы останемся при этом варианте дизайна «Скайтопа»?» Ребекка Квентин кивнула: «Хм». После обращения к директору Линн, менеджер Смит приложил некоторые усилия, чтобы убедить ее, и в конечном итоге директор Линн согласилась с предложением. «Ребекка, отправь эскиз дизайна мистеру Гордону еще раз!» «Хорошо, менеджер… Но мне нужно вам кое-что сказать». "Хм?" Затем Ребекка Квентин положила черновик проекта, который держала в руках, на стол менеджера Смита: «Я изменила имя рецензента». Увидев, что имя рецензента «Ребекка Квентин» было изменено, менеджер Смит с любопытством спросил: «Зачем менять имя рецензента на мое?» Ребекка Квентин ответила: «Я подумала, что, изменив название на ваше имя, можно придать ему большее значение». «Это правда, нам следует обращать внимание на такие мелочи». "Хм." "Тогда отправьте вот так!" "Хорошо." Вернувшись на свое место, Ребекка Квентин отправила мистеру Гордону пересмотренный вариант имени «рецензента». Отправив черновик, Ребекка Квентин устало откинулась на спинку стула. На этот раз должно пройти… Нью-Йорк, особняк Джонса. Экономка увидела возвращение Говарда Джеффри и почтительно склонила голову: «Мистер Джеффри». Говард Джеффри легкомысленно ответил: «Хм». «Старушка наверху с молодым господином Эндрю». Передав ключи от машины и другие вещи домработнице, Говард Джеффри направился на второй этаж. Издалека у двери комнаты стояло неуверенное маленькое тельце Эндрю с бутылочкой молока, а миссис Джеффри, присев на корточки, помогала ему приводить в порядок одежду. «Мистер Джеффри». Стоявшая неподалеку экономка, увидев Говарда Джеффри, тут же выпрямилась и почтительно окликнула его. Миссис Джеффри усмехнулась, обращаясь к Эндрю: «Милый мой, посмотри, кто вернулся…» Эндрю, казалось, понял слова бабушки, повернул голову, увидел отца и тут же бросил на землю бутылку с молоком, которую держал в руках. Он побрел к Говарду Джеффри… Говард Джеффри наклонился и поднял Эндрю. «Посмотри на своего сына, он выбросил бутылку с молоком только потому, что увидел, как ты вернулся…» Говард Джеффри поцеловал Эндрю и невинным детским тоном спросил: «Эндрю скучал по папе?» Эндрю моргнул своими очаровательными большими глазами, глядя на отца, казалось, понимая его, но при этом выглядя очень умным и милым. "Иди сюда, скажи „папочка“…" Эндрю ещё не научился говорить, и из его маленького рта вырывались милые детские лепетки. Миссис Джеффри тихонько рассмеялась: «Думаю, он начнет с вами разговаривать только лет в два…» Говард Джеффри нахмурил брови: «Так поздно?» «Конечно, в возрасте от одного до полутора лет он может называть родителей по именам, но разговаривать он начнет только в два года». "Ой." "Папочка…" Пока Говард Джеффри и миссис Джеффри разговаривали, Эндрю вдруг пробормотал что-то невнятное. Говард Джеффри на мгновение замер, не отреагировав: «Ч… что? Эндрю, повтори ещё раз?» Миссис Джеффри тоже удивилась: «Эндрю только что вам звонил?» "Папочка…" На этот раз, хотя Эндрю и не очень четко произнес имя Говарда Джеффри, ему все же удалось связно произнести его. Говард Джеффри был вне себя от радости: «Сынок, скажи это ещё пару раз…» Лицо миссис Джеффри также было озарено широкой улыбкой. Однако Эндрю не удовлетворил его просьбу, и пока Говард Джеффри с нетерпением ждал, Эндрю поджал губы и сосредоточенно играл с галстуком отца. Говард Джеффри несколько раз страстно поцеловал милое личико Эндрю… Во время ужина Эндрю спал наверху. Миссис Джеффри заметила, что Говард Джеффри сегодня в хорошем настроении, и неуверенно спросила: «Хоуи, тебе нравится, как сегодня одет Эндрю?» "Хм." Зелёный наряд с заячьими ушками, выглядит очень мило. «Кто-то специально выбрал это для вашего сына, размер и всё идеально подошло!» Говард Джеффри слегка кивнул: «Изабелла сделала правильный выбор». Он вспомнил, что его старший брат и жена Роджера всегда дарили детям одежду и игрушки. Миссис Джеффри поставила столовые приборы и серьезно сказала: «Это не Изабелла выбрала». Говард Джеффри слегка приподнял брови: «О?» «Только мать знает, какой размер одежды носит её сын, и сможет ли она тщательно подобрать такие очаровательные вещи». Слова миссис Джеффри заставили Говарда Джеффри слегка замереть. Затем миссис Джеффри сообщила: «Сынок, эту одежду прислала Изабелла от имени Ребекки». Говард Джеффри хранил молчание. «Хотя Изабелла мне ничего не сказала, когда я увидела эту одежду, мне показалось, что её выбирала не она, потому что у Терезы Льюис уже есть сын примерно такого же размера; она присылает одежду, которая не подходит Эндрю, не говоря уже о том, что Изабелла — его мать… Позже я спросила Изабеллу, но она не хотела ничего рассказывать, пока я не настояла, и наконец сказала, что их купила Ребекка и попросила доставить их Эндрю». ---------- Глава 448-237: Он хочет, чтобы она пришла его найти 4 Говард Джеффри поджал губы: «Несколько предметов одежды означают заботу?» «Мать лучше всех знает своего сына, Хоуи. Почему Бекка не пришла на вечеринку по случаю первого дня рождения Эндрю, а отправила одежду напрямую? Мне кажется, это как-то связано с тобой, верно?» Красивое лицо Говарда помрачнело: «Мама, я не хочу сегодня вечером оставаться дома без всякого интереса». Миссис Джеффри тихо сказала: «Я ничего другого не имела в виду, я просто хотела вас об этом проинформировать!» Выражение лица Говарда оставалось спокойным и безразличным: «Давайте поедим!» Говард сидел на диване в освещенной сзади части комнаты, держа в руке зажженную сигарету. Он не включил свет. В комнате было довольно темно, и, помимо смутного света, проникающего из сада, оставалось лишь красное свечение от горящей сигареты. Внезапно он поднял лежавший на столе телефон. По привычке он открыл контакты в телефоне, и безымянный номер по-прежнему оставался на первом месте. В течение дня у него бесчисленное количество раз возникало желание набрать этот номер, но за последние шесть месяцев он так и остался на экране, отображая красный цвет, указывающий на незавершенный звонок. Как и каждый раз за последние шесть месяцев, он нажал кнопку набора номера… Но за секунду до соединения он снова нажал кнопку завершения вызова. После нескольких повторений он наконец бросил телефон обратно на стол. Потушив окурок, он встал и включил свет в комнате. Но как только включился свет, увидев окружающую пустоту, он снова выключил его… Он не знал, когда это началось, но ему стало непривычно видеть такой яркий свет ночью, потому что он больше не привык к пустоте комнаты. Только темнота могла заставить его почувствовать, что комната не такая холодная и пустынная. Ребекка Квентин, как только приступила к работе, заметила, что вся компания пребывает в очень мрачном настроении, даже обычно энергичная Николетт Холмс вяло лежала на своем столе. Учитывая и без того напряженные отношения с коллегами, Ребекке оставалось лишь обратиться за ответами к Николетте. «Что-то случилось? Почему все выглядят такими вялыми?» Николетт вяло ответила Ребекке: «Наш проект снова отклонили в компании „Skytop“. Директор Линн отчитала менеджера Смита, сказав, что мы даже не потрудились разработать дизайн, а всё равно снова отправили его мистеру Гордону… Директор Линн сказала, что если „Skytop“ расторгнет контракт из-за некачественного дизайна, то и нас, и менеджера Смита выгонят!» «Что?» — Ребекка была в шоке. «Теперь вся компания обеспокоена своими рабочими местами, а управляющий сидит в своем кабинете в полном смятении». Ребекка откинулась на спинку стола, ошеломленная, в ее голове царил хаос. Снова отказ? Неужели ему действительно нужно это делать? Она просто работала в компании "QCS", и дизайн даже не был её, и всё же он намеренно решил в них поиграть? Она считала, что даже если менеджер Смит и дизайнеры постараются переделать дизайн, он все равно не будет одобрен, потому что он нацелен на нее. Почему всё должно быть именно так? Неужели дело только в том, что он терпеть не может её видеть и не пощадил бы и "QCS"? «Бекка, зайди на минутку», — внезапно окликнул менеджер из дверного проема кабинета. Очнувшись от своих мыслей, Ребекка встала и сказала: «Хорошо». В офисе менеджер Смит сказал: «Черновик проекта, отправленный в компанию „Skytop“, был снова возвращен…» «Я получил сообщение от своих коллег». Менеджер Смит горько усмехнулся: «Неужели мы обидели „Скайтоп“?» Лицо Ребекки тут же побледнело: "Э-э…" Менеджер Смит махнул рукой: «Просто шучу. «Скайтоп» — такая большая компания, зачем им усложнять жизнь «QCS»? К тому же, мы всего лишь небольшая дочерняя компания «QCS»…» Ребекка не знала, как ответить. Менеджер Смит вновь принял серьезный тон: «Я вызвал вас, чтобы сказать, что после того, как мы отправили проект без изменений мистеру Гордону, директор Линн позвонила и допросила двух дизайнеров нашей компании, и они фактически свалили всю вину на вас, утверждая, что это была ваша идея не вносить изменения в проект. Я уже отчитал этих двух неэтичных дизайнеров, но сейчас это бесполезно… Директор Линн очень зол и хочет привлечь вас к ответственности». Ребекка винила себя: «Это действительно моя ответственность». Хотя она знала, что это никак не связано с дизайном, если «Скайтоп» действительно решит расторгнуть контракт или продолжит мучить «QCS» неудовлетворительными проектами, то все это будет ее виной. Менеджер Смит покачал головой: «Это вас не касается. Как руководитель компании, я принимаю все решения; вам не нужно нести это бремя в одиночку». ---------- Глава 449-237: Он хочет, чтобы она пришла к нему 4_2 «Менеджер, что нам теперь делать?» «Единственное решение сейчас — это снова полететь в Нью-Йорк, посмотреть, смогу ли я встретиться с мистером Джеффри в «Скайтопе» с режиссером Линн, а также поговорить от вашего имени с режиссером Линн там». Ребекка Квентин внезапно крикнула: «Менеджер…» "Хм?" «Э-э, ничего особенного. Мы уезжаем сегодня вечером?» Немного подумав, она все еще не знала, как объяснить это менеджеру Смиту. «Да, я хочу быстро это уладить… возвращайся и собирай вещи, встречай нас в аэропорту в то же время, что и в прошлый раз». "Хорошо." На следующий день Ребекка Квентин и менеджер Смит прибыли в Нью-Йорк. Директор Линн, увидев менеджера Смита, больше не хвалила его, как в прошлый раз, а выплескивала на него гнев напрямую. После того, как директор Линн отчитал менеджера Смита, он в ярости скрестил руки на груди, обращаясь к Ребекке Квентин: «Ваша обязанность — быть секретарем, кто позволил вам консультировать своего начальника по вопросам проектирования? Вы, кажется, умеете лениться; если проект не переделают и не отправят напрямую мистеру Гордону, вы намеренно пытаетесь опорочить компанию «QCS», не так ли?» «Директор Линн, в этом деле нет вины секретаря Квентина…» «Заткнись! С твоей нерешительностью я удивляюсь, как ты умудряешься быть менеджером „QCS“!» Никто не предполагал, что этот инцидент вызовет такие потрясения в компании "QCS", в том числе и со стороны менеджера Смита. Менеджер Смит больше ничего не сказал, позволив директору Линну выплеснуть свой гнев. После гневной тирады директор Линн наконец успокоилась. Уперев руки в бока, директор Линн смягчил тон и сказал: «Прошу прощения, я не сдержал эмоций, но вы действительно плохо справились с этим делом…» Менеджер Смит спросил: «Есть ли у директора Линн какие-либо меры по исправлению ситуации?» «Какие меры можно предпринять? Теперь мистер Джеффри лично отклонил этот проект, даже мистер Гордон не может высказаться; мы можем только попытаться убедить мистера Джеффри». «Вы собираетесь отправиться в «Скайтоп», чтобы встретиться с мистером Джеффри?» «А какой ещё путь есть?» Менеджер Смит хранил молчание. Директор Линн снова посмотрела на Ребекку Квентин и сердито сказала: «Вам не нужно идти завтра, вы не кажетесь особенно проницательной, иначе вы бы не дали такой дурацкий совет своему начальнику». Ребекка Квентин опустила голову. Менеджер Смит также не осмелился сказать ничего больше. На следующий день. Всё утро Ребекка Квентин пребывала в тревоге в штаб-квартире компании "QCS". Около полудня директор Линн и менеджер Смит наконец вернулись… Но по их унылым лицам было ясно, что переговоры прошли не гладко. Действительно, после личной встречи с управляющей Смит он сказал ей: «Мы вообще не встречались с мистером Джеффри; нас развлекала его секретарь». «Что сказала его секретарь?» «Секретарь Сесили сказала, что проект «Скайтоп» уже утвержден на уровне «QCS», но наш проект неудовлетворителен, и нам необходимо разработать удовлетворительный проект для «Скайтопа».» Ребекка Квентин хранила молчание. Менеджер Смит глубоко вздохнул: «По крайней мере, мы знаем, что «Скайтоп» не расторгнет контракт, но мы не знаем, какой дизайн сможет одобрить мистер Джеффри!» Она знает его уже много лет… Как она могла не знать, о чём он думает? Он явно пытается уничтожить "QCS", поэтому, каким бы удовлетворительным ни был разработан проект "QCS", он его не одобрит. "Бекка, Бекка…" "Хм?" "О чём ты думаешь?" "Ничего." Менеджер Смит сказал: «Думаю, режиссер Линн больше не будет вас винить, ведь сотрудничество со «Скайтопом» не было прервано…» «Спасибо, менеджер, за то, что вы всегда хорошо отзывались обо мне перед директором Линн». «Ничего страшного, ты мой подчиненный…» «Итак, теперь все в 'QCS' начнут уделять больше внимания проектированию?» Менеджер Смит кивнул: «Директор Линн сказала, что следующий проект, представленный в компанию 'Skytop', должен быть одобрен сразу, поэтому сегодня все в 'QCS' будут сосредоточены на этом вопросе». Если компания «QCS» приложит все усилия, чтобы угодить «Skytop», и в итоге не заключит эту сделку, то… Ребекка Квентин задавалась вопросом, какое наказание может грозить сотрудникам филиала в Т-Сити от директора Линн. Ночь. Лежа в постели, Ребекка Квентин ворочалась с боку на бок, не в силах уснуть. Она знала, что ситуация только ухудшится… он всегда добивался своих целей любыми средствами. Если она продолжит работать в "QCS", это в конечном итоге только потянет "QCS" вниз. После долгих раздумий Ребекка Квентин наконец решила на следующий день подать заявление об увольнении менеджеру Смиту. Ребекка Квентин никак не ожидала, что реакция менеджера Смита на её отставку будет настолько драматичной. "Бекка, почему вдруг пришла мысль об увольнении? Может, потому что я был плохим начальником?" «Нет, менеджер, я…» Ребекка Квентин сидела напротив менеджера Смита, не зная, как это объяснить. Менеджер Смит осторожно взял Ребекку Квентин за руку: «Не вини себя за резкие слова режиссера Линн, ты же знаешь, что в тот момент она была расстроена и сказала неуместно, она прекрасно понимает, что «Скайтоп» намеренно представляет собой сложную задачу для «QCS»». «Менеджер, вообще-то я…» «Вам кажется, что коллеги в Т-Сити преследуют вас? Правда неподвластна времени, зачем обращать внимание на их мнение?» Менеджер Смит не мог понять причину отставки Ребекки Квентин, а она не знала, как ему это объяснить. Более того, Ребекка Квентин действительно не хотела уходить из индустрии дизайна интерьеров. Она только начала разбираться в дизайне, надеясь в будущем пойти по этому пути, и боялась, что если сейчас сдастся, то в другой дизайнерской фирме не найдет такого хорошего начальника, как менеджер Смит… Менеджер Смит, видя, что она растрогана, продолжал уговаривать: «Бекка, я наконец-то нашел отзывчивую секретаршу, неужели ты бессердечна, что оставляешь меня вот так?» Ребекку Квентин позабавили слова менеджера Смита: «Я бы тебя не бросил». Менеджер Смит смягчил свой напряженный тон: «В любом случае, я не позволю тебе уволиться; я отношусь к тебе как к сестре, и мне было бы не по себе, если бы ты работала где-нибудь еще». Зная, что начальница всегда хорошо о ней заботилась, Ребекка Квентин не могла больше и думать об увольнении. Но если она не уйдет в отставку, как будет решена нынешняя дилемма, с которой столкнулась компания "QCS"? ---------- Главы 450-238: Он хочет, чтобы она пришла его найти 5 Говард Джеффри определённо не собирается останавливаться на достигнутом… На третий день в Нью-Йорке, наблюдая, как коллеги в штаб-квартире «QCS» каждый день ломают голову над новыми проектами, Бекка Квентин наконец приняла решение. Она собиралась встретиться с Говардом Джеффри! Неважно, хотел он ее видеть или нет, она была полна решимости найти его! У него не было никаких оснований создавать проблемы для всей "QCS" только из-за неё. Если она уступит, придется ли ей избегать его в последующие дни при каждой встрече? Нет, он не имел права контролировать её жизнь! Попросив у менеджера Смита отгул на утро, Бекка Квентин взяла такси до штаб-квартиры в Скайтопе. Несмотря на многолетнюю связь с Говардом Джеффри, она все еще была несколько незнакома со штаб-квартирой в Скайтопе. Потому что, когда они только начали встречаться, он никогда не привозил её в Нью-Йорк. Позже, когда они расстались, а затем снова сошлись, ей стало неуместно появляться с ним на публике… Она вспомнила, что дважды посещала штаб-квартиру в Скайтопе: один раз, когда он привёл её туда, и ещё раз, когда она пришла его искать. Однако, похоже, сотрудники Скайтопа не удивились, увидев своего босса с женщиной, поскольку она никак не реагировала на её присутствие рядом с ним. Поэтому теперь она решила, что даже если она снова войдёт в Скайтоп, её вряд ли кто-то узнает. Как и ожидалось, стоя перед администратором в Skytop, администратор никак не отреагировал на ее поведение и лишь обычным мягким голосом спросил: «Чем я могу вам помочь?» «Я бы хотела встретиться с секретарем вашего генерального директора, Лизой Сесили». Она использовала ту же тактику, что и в прошлый раз. «Хорошо, я свяжусь с секретарем Сесили. Могу я узнать вашу фамилию?» «Квентин». Администратор немедленно набрала номер телефона. Вскоре секретарь повесила трубку и ответила Бекке Квентин: «Мисс Квентин, секретарь Сесили приглашает вас подняться на девяносто восьмой этаж». "Хорошо." Лифт остановился на девяносто восьмом этаже, и, выйдя из него, Бекка Квентин увидела Лизу Сесили, ожидающую ее у двери офиса. Лиза Сесили, как всегда, была вежлива: «Мисс Квентин». «Извините, что беспокою вас». Лиза Сесили пригласила Бекку в кабинет присесть: «Я не ожидала увидеть мисс Квентин в Нью-Йорке». «Я здесь в командировке со своим начальником». "Ох… интересно, зачем мисс Квентин меня ищет?" Понимая, что Лиза будет несколько смущена, Бекка все же собралась с духом и сказала: «Я бы хотела увидеть Говарда Джеффри». Лиза была поражена: «Вы хотите увидеть генерального директора?» Да, в тот момент ее желание увидеть его казалось невероятным. Поняв, насколько бурно она отреагировала, Лиза быстро извинилась: «Простите, я не хотела ничего плохого сказать, просто немного удивилась…» «Мне нужно кое-что с ним обсудить… Он сейчас в офисе?» «Да, это так, но может занять некоторое время. Он не любит, когда его беспокоят, когда он занят работой». Бекка мягко кивнула. Она хорошо знала его привычки. У Лизы было немного свободного времени, и она непринужденно поболтала с Беккой: «Мисс Квентин, как вы поживали последние шесть месяцев?» "Довольно хорошо." «Вы выглядите намного худее». «Я просто нелегко набираю вес». Ее объяснение было несколько натянутым. Когда она впервые встретила Говарда Джеффри, она не была такой худой и постоянно думала о поддержании своей фигуры. Теперь же она даже не может набрать вес, если захочет. "У тебя есть парень?" Бекка покачала головой с улыбкой: «Я пока об этом не думала». «На первом праздничном банкете в честь дня рождения Ю Аня я думал, что ты придёшь». "Хех…" Они еще немного поболтали, а затем Лиза взглянула на часы и сказала: «Почти пора, я сейчас приготовлю чашку кофе для генерального директора». "Хорошо." Бекка последовала за Лизой к кофеварке, наблюдая, как та умело готовит кофе. Бекка небрежно спросила: «А теперь он любит кофе?» «Да, генеральный директор теперь выпивает две-три чашки в день, но он всегда говорит, что я плохо готовлю, однако, поскольку я его секретарь, у него нет другого выбора, кроме как смириться с этим». Слова секретаря Сесили позабавили Бекку, и она со смехом сказала: «Вообще-то, вы довольно неплохо варите кофе; он просто слишком привередлив». Лиза не могла не пожаловаться: «Да, мой босс придирчив ко всему, но должна признать, мой кофе действительно не самый лучший… Мисс Квентин, когда вы были секретарем мистера Джонса, у вас были какие-нибудь советы по приготовлению кофе?» «Возможно, у меня тоже не получится, но обычно я готовлю вот так…» — сказала Бекка, взяв чашку и сделав себе еще одну порцию. ---------- Глава 451-238: Он хочет, чтобы она пришла к нему 5_2 Лиза Сесили сделала глоток кофе, сваренного Ребеккой Квентин, и тут же воскликнула: «Какой вкусный!» Ребекка Квентин слегка улыбнулась. Лиза Сесили серьезно сказала: «Я должна научиться твоей технике приготовления кофе…» Держа в руках чашку кофе, Лиза Сесили подошла к лифту, предназначенному исключительно для генерального директора, и ввела пароль. Как только двери лифта открылись, Лиза Сесили передала кофе Ребекке Квентин. «Мисс Квентин, я думаю, вам нужно обсудить некоторые вопросы с генеральным директором. Я останусь здесь. Пожалуйста, отнесите мне чашку кофе», — сказала она. Ребекке Квентин нужна была помощь Лизы Сесили, потому что пароль от личного лифта генерального директора, который был единственным путем на этаж для руководителей, знали только Говард Джеффри, Лиза Сесили и Джейсон Вуд. Приняв кофе, Ребекка Квентин с благодарностью сказала: «Спасибо, секретарь Сесили, за то, что вы по-прежнему готовы помочь мне сегодня». Секретарь Сесили улыбнулась и откровенно сказала: «Я только себе помогаю, потому что никогда не думала, что ваши отношения с генеральным директором закончатся вот так просто». В этот момент двери лифта закрылись. Ребекка Квентин задумалась над словами секретаря Сесили и лишь покачала головой с улыбкой. Лифт издал характерный звук при открытии… Ребекка Квентин стояла перед дверью его кабинета, легонько постучала один раз и держа в руке чашку кофе. Внутри, во время работы, раздался его спокойный и серьезный голос: «Входите». Ребекка Квентин толкнула дверь и вошла. По ее мнению, он был глубоко поглощен работой с имеющимися у него документами, но, как и предсказала секретарь Сесили, он почти закончил, и, судя по всему, сейчас занимается последним документом. Ребекка Квентин поставила кофе на его стол. Но то ли из-за его чрезмерной чувствительности, то ли почти сразу после того, как она поставила кофе, его темные глаза холодно скользнули по ней. Ребекка Квентин не испугалась его и спокойно сказала: «Вы знаете, почему я пришла к вам». Говард Джеффри закрыл лежащую перед ним папку, откинулся на спинку стула и лукаво ухмыльнулся: «Похоже, что тот, кто не может забыть обо мне, это ты…» Ребекка Квентин сразу перешла к сути: «Изначально вам нравился дизайн „QCS“, но поскольку я постоянно создавала трудности для „QCS“, разве ваши действия не презренны?» Говард Джеффри встал, повернулся лицом к Ребекке Квентин, его голос был легким, но в нем слышалась властная холодность: «Что, ты снова воспринимаешь мои слова как шепот?» Ребекка Квентин подняла взгляд и встретилась с его непостижимыми темными глазами: «У меня нет причин вращаться вокруг тебя». Улыбка Говарда Джеффри была леденящей душу: «Но вы же знаете, что я говорю серьезно». "Сбросить меня с 99-го этажа, а?" Говард Джеффри сохранял на своем привлекательном лице невозмутимую улыбку. Ребекка Квентин смотрела на него, совершенно не в силах понять его мысли. В тот самый момент он внезапно протянул руку и поднял ее на бок. Ее тело резко взмыло в воздух, испугав Ребекку Квентин, которая инстинктивно обхватила его шею. Обнимая невесомую Ребекку Квентин, он сказал: «Может, мне стоит тебя проучить?» Только тогда, осознав, что она цепляется за него, Ребекка Квентин быстро ослабила хватку. Говард Джеффри, уже держа на руках Ребекку Квентин, направился к открытому балкону на 99-м этаже, отделенному от нее окном от пола до потолка. Свободной рукой он нажал кнопку, и окно от пола до потолка автоматически открылось. Ребекка Квентин била Говарда Джеффри, требуя: «Отпусти меня, отпусти…» Понимая, что бить его бесполезно, она начала размахивать кулаками. Но как бы она ни сопротивлялась, она не смогла помешать ему отвести её к краю балкона. Ребекка Квентин повернула голову, чтобы оглянуться, и только тогда поняла, что под ней находится высота 99-го этажа, а автомобили внизу кажутся муравьями. "Ах!!" В страхе цепляясь за Говарда Джеффри, Ребекка Квентин побледнела: «Ты мерзавец!!» Говард Джеффри стоял на краю балкона, его взгляд был устремлен на пугающую высоту внизу, но его красивое лицо оставалось спокойным и невозмутимым. — Вам тоже страшно? Ребекка Квентин крепко обняла Говарда Джеффри, испуганно закрыла глаза и умоляюще произнесла: «Я боюсь высоты, умоляю тебя…» «Я задумался, что с тобой случится, если я сброшу тебя с такой высоты?» Ребекка Квентин не могла ясно мыслить, ее тело дрожало. «Вы бы предпочли сопротивляться до самого конца или сохранить свою обычную надменность и сдаться?» «Пожалуйста, остановитесь…» — умоляла она. Говард Джеффри отвел взгляд от дальнего плана и снова посмотрел на нее, свернувшуюся калачиком у него на руках: «Похоже, твоя высокомерность — это всего лишь высокомерие!» Ребекка Квентин так испугалась, что чуть не расплакалась. И в этот момент Говард Джеффри просто опустил её на землю. У Ребекки Квентин подкосились ноги, и она тут же рухнула на пол. Говард Джеффри обернулся. Ребекка Квентин не смела оглянуться; ей хотелось уйти, но ноги были совершенно бессильны. "Говард Джеффри…" Говард Джеффри, казалось, совершенно не заметил ее звонка и направился обратно в свой кабинет. Наконец, слезы скорби хлынули из глаз Ребекки Квентин, когда она, сидя на полу, тихо всхлипывала. В этот момент до ушей Говарда Джеффри донеслись ее крики; он замер, в зеркале отчетливо отражалась картина на балконе. Он не остановился, двинулся дальше, но его плотно сжатые губы холодно приоткрылись: «Забыл упомянуть, что для предотвращения несчастных случаев под балконом верхнего этажа установлены невидимые подушки безопасности с датчиками». Он подразумевал, что если что-нибудь упадет, подушки безопасности сработают и поймают это, обеспечив безопасность Ребекки Квентин в данный момент. Прошло некоторое время, прежде чем Говард Джеффри увидел, как Ребекка Квентин, опираясь на стену, медленно вошла в кабинет. Нежное лицо Ребекки Квентин совсем побледнело; хотя она больше не плакала, ее глаза и нос все еще были красными. Говард Джеффри прислонился к столу, держа в руке зажженную сигарету. «Теперь вы знаете, что такое страх?» Ребекка Квентин подняла свои заплаканные, ясные глаза и свирепо посмотрела на него. «Разве это не ты хотел, чтобы я сбросил тебя с 99-го этажа?» Голос Ребекки Квентин дрогнул: «Ты просто невыносима!» Говард Джеффри, прищурив свои глубокие темные глаза, спросил: «Вы разве не подготовились морально, когда пришли ко мне?» Ребекка Квентин стиснула зубы и выплюнула: «Итак, теперь я заслужила возможность поговорить с вами?» Говард Джеффри затянулся сигаретой и медленно выдохнул клубящийся дым: «Говори». «Вы можете создавать мне проблемы, но не усложняйте жизнь 'QCS'». «Меня действительно удивляет, как человек, способный безжалостно бросить собственного ребенка, при этом проявляя такую ​​доброту к другим!» В этот момент Ребекка Квентин не испытывала никакого желания обмениваться лишним словом с Говардом Джеффри, но она не могла игнорировать своих наивных коллег из «QCS». ---------- Глава 452-239: Он обнял её (Часть 1) «Что нужно сделать, чтобы вы перестали их доставать?» Говард Джеффри спокойно потушил сигарету, медленно подошел к Бекке и несколько секунд молча смотрел на нее. Бекка, конечно же, не встречала его взгляда, а лишь чувствовала на себе пронзительный жар его глаз. Говард Джеффри легонько приподнял подбородок Бекки рукой: «Эти никчемные люди, неужели они стоят того, чтобы ты унижалась передо мной?» Бекка не ответила. Говард Джеффри резко поднял подбородок Бекки, заставив ее посмотреть на него, и на его губах появилась зловещая улыбка: «Через три дня я буду участвовать в бизнес-саммите и остановлюсь в отеле HEDF. Встретимся там, и я подумаю над этим вопросом; в противном случае я точно испорчу „QCS“». "Ты…" Внезапно Говард Джеффри отдернул руку и обернулся. «Уходи». Бекка сильно прикусила губу, подавляя свои чувства. В этот момент Говард Джеффри нажал кнопку на своем офисном телефоне и холодно произнес: «Секретарь Сесили, поднимитесь сюда». Вспоминая день своей встречи с Говардом Джеффри, Бекка все еще испытывала непреодолимый страх. Менеджер Смит заметил рассеянность Бекки в последние пару дней и выразил беспокойство: «Бекка, ты в порядке?» Бекка сидела напротив менеджера Смита и неловко ответила: «Простите, что вы только что сказали? Я не расслышала…» «Я говорил, что нам, возможно, придётся остаться в Нью-Йорке ещё на несколько дней». "Ой." «Ситуация сейчас выглядит не очень оптимистично!» "Хм." Каким-то образом в СМИ появилась информация о том, что компания «QCS» не смогла предоставить удовлетворительный проект для «Skytop», что привело к повсеместному отказу от услуг «QCS» со стороны различных компаний. В результате половина заказов на разработку, взятых «QCS» в этом месяце, была отменена всего за один день… Директор Линн была глубоко обеспокоена этим инцидентом и постоянно вымещала свою злость на менеджере Смите. Менеджера Смита безжалостно ругали каждый день, и то, что было хорошим, превратилось в плохое… Компания "QCS" до сих пор не разработала проект, который бы удовлетворил требования "Skytop". Если СМИ продолжат бесконтрольно освещать эту тему, это повлияет на выручку "QCS" во второй половине года, и последствия могут ощущаться в будущем. «Я всё обдумал. Если в итоге ситуация выйдет из-под контроля, директор Линн наверняка больше не позволит мне руководить отделом контроля качества в Т-Сити. Вместо того чтобы ждать, пока директор Линн меня уволит, я могу просто уйти в отставку раньше, чтобы защитить вас и других сотрудников в Т-Сити». «Менеджер, вы собираетесь уволиться?» — Бекка была в шоке. «Это произошло потому, что я отправил г-ну Гордону неизмененный проект, что усугубило ситуацию, поэтому я должен взять на себя полную ответственность за это». Бекка поспешно сказала: «Менеджер, это вас совершенно не касается, это мое…» «Я думаю, ваша идея верна. Дизайн, который мы показали для «Скайтопа», уже был наилучшим для этого проекта, и вносить какие-либо изменения не требовалось… Сначала я подумал, что нам чего-то не хватает в дизайне, но, видите ли, директор Линн и ряд дизайнеров из головного офиса неустанно работали над созданием множества вариантов, и все же «Скайтоп» нас не удовлетворил. Единственное объяснение заключается в том, что «Скайтоп» намеренно создает нам трудности; это действительно не ваша вина». Это уже слишком… Они действительно хотят загнать "QCS" в тупик! Она действительно ничего не понимает. Она просто хочет мирной, стабильной жизни. Почему он так злонамеренно её разрушает? В этот момент менеджер Смит встал. Бекка последовала за менеджером Смитом и схватила его: «Не надо…» Менеджер Смит осторожно отпустил руку Бекки: «Глупышка, ты забыла, что я однажды сказала тебе, что мне на самом деле не нужно зарабатывать деньги, чтобы жить? Я уже много лет живу отдельно от мужа, и сейчас это хороший шанс отдохнуть. Может, мне стоит слетать в Японию и провести время с мужем?» Конечно, Бекка знала, что менеджер Смит говорил это просто, чтобы утешить её… Если бы менеджер Смит действительно хотела бросить работу в Т-Сити, чтобы быть со своим мужем в Японии, ей бы не пришлось так много бороться в «QCS» все эти годы… Менеджер Смит всегда мечтала быть сильной, независимой женщиной! «Менеджер, разве завтра еще не наступило? Директор Линн завтра отнесет окончательный вариант дизайна в «Скайтоп», верно? Если завтрашние результаты все еще будут неутешительными, мы сможем пересмотреть решение, как вам такой вариант?» Менеджер Смит тяжело вздохнул: «Подозреваю, никаких сюрпризов не будет». Бекка успокоила его: «Кто знает, что принесет завтрашний день, давай оставим решение на завтра, хорошо?» Менеджер Смит несколько секунд обдумывал это, наконец, слегка кивнув: «Хорошо, отставка сегодня ничего не изменит. Возможно, как вы и говорите, произойдет чудо». ---------- Глава 453-239: Он обнял её (Часть 1) Бекка уже могла представить, что произойдет завтра… Таким образом, у Бекки не осталось выбора. Она не знала, почему он хотел, чтобы она встретилась с ним в отеле HEDF, но, безусловно, его требования были неизбежны. Ужасающие воспоминания о днях, проведенных в «Скайтопе», все еще живо висели в ее памяти; она не знала, какие уловки он может затеять на этот раз? До отеля HEDF было полчаса езды на такси, и только поездка на такси уже отняла треть ее месячной зарплаты. HEDF был бизнес-отелем, гости которого были одеты в костюмы и выглядели утонченно и элегантно, поэтому ее недорогая одежда в такой роскошной обстановке казалась неуместной. Как только она вошла в отель, к ней подошел официант и спросил: «Вы мисс Квентин?» Она не удивилась, что официант узнал её; Бекка слегка кивнула. Было ясно, что он всё это подстроил; он предвидел её возвращение! «Пожалуйста, следуйте за мной». Официант вежливо проводил Бекку, и, охваченная сумбурными мыслями, последовала за ним в лифт. Лифт медленно поднимался; Бекка не знала, на каком этаже он остановился, затем она продолжила следовать за официантом в его номер. Перед комнатой «3636» официант открыл дверь для Бекки и почтительно сказал: «Мисс Квентин, мистер Джеффри упомянул, что может вернуться позже. Вы можете подождать его здесь». "Хорошо." «Если вам что-нибудь понадобится, просто позвоните нам». "Хорошо." Затем официант удалился. Сидя на диване у окна, Бекка невольно снова взглянула на часы. Когда он вернется? Было уже пять часов вечера. Нетерпеливо ожидая, Бекка начала внимательно осматривать окрестности отеля. Внешний вид отеля не производил впечатления особенно роскошного, но его внутреннее убранство было дорогим и выполненным со вкусом. Она бродила по отелю, осматривая каждый его уголок, и, проходя мимо невероятно большой кровати, ее лицо заливалось смущением. Потеряв всякий интерес к интерьеру отеля, Бекка снова взглянула на часы. Часовая стрелка указывала на пять, а минутная уже достигла шести… Удивительно, но прошло еще полчаса. К счастью, было лето, и небо не темнело быстро… Учитывая, что найти здесь такси будет непросто, Бекка решила подождать еще полчаса. Если Говард Джеффри не появится, она уйдет. Беззаботно откинувшись на спинку кресла у окна, Бекка предавалась множеству случайных мыслей, большинство из которых были воспоминаниями, которые она не хотела вспоминать. Время пролетело незаметно, и вскоре наступило шесть часов. По достижении установленного ею самой срока, Бекка приготовилась покинуть отель, как и планировала. Но как раз в тот момент, когда она собиралась открыть дверь, официант по случайному совпадению открыл ее для него. Когда дверь открылась, его взгляд упал прямо на неё. Официант молча удалился. Бекка холодно посмотрела на него: «Ты знал, что я тебя ждала и специально вернулась только сейчас?» В комнату вошел Говард Джеффри, небрежно бросив пиджак на диван: «Я же говорил, что мне нужно посетить бизнес-саммит». Бекка повернулась к нему: «Давай пропустим светскую беседу. Я здесь, в отеле, как ты и просил. Можешь пообещать то, что ты рассматривал?» Говард Джеффри ослабил галстук, повернулся и посмотрел на нее с очаровательной улыбкой: «После долгого дня, как насчет ужина?» «У меня нет времени; если я буду ждать дольше, то не смогу взять такси обратно в город». Говард Джеффри грациозно подошел к Бекке, нежно обняв ее за плечи: «Это всего лишь ужин, ты боишься, что я тебя съем?» Бекка отвернула лицо и сказала: «Я занята». "Тогда, что касается того, что мы обсуждали, боюсь, что так и будет…" «Мы будем есть здесь, в отеле?» Под давлением ей ничего не оставалось, как пойти на компромисс. "Конечно." После нескольких секунд колебания Бекка кивнула: «Не позднее 6:30». "Пойдем!" Бекка тут же обернулась. Чего Бекка никак не ожидала, так это того, что в тот момент, когда она повернулась, его рука сама собой обхватила ее талию. "Привет…" Бекка изо всех сил пыталась вырваться. Говард Джеффри крепко обнял ее, выхватил у нее из рук сумку и, смеясь, сказал: «Этот отель довольно большой; боюсь, вы можете заблудиться». Говард Джеффри заказал два блюда; Бекка, конечно же, не захотела есть. Говард Джеффри тоже не стал ее принуждать; он был в хорошем настроении и элегантно ел. Бекка не отводила взгляда от экрана, постоянно поглядывая на часы, опасаясь, что может случайно пропустить 6:30… Но когда она была с ним, время словно замедлялось; каждый раз, когда она смотрела, проходило всего несколько минут. Наконец, когда приблизилось 6:30, Говард Джеффри закончил свою трапезу. Когда часы пробили 6:30, Бекка встала, посмотрела на начавшееся темнеющее небо и вслух спросила: «Теперь ты доволен?» Говард Джеффри слегка улыбнулся и поднялся на ноги. Увидев, что Говард Джеффри собирается уйти, Бекка поспешила догнать его: «Эй, ты еще не согласился ни на что из того, что рассматривал». Увидев, как она встревоженно преграждает ему путь, Говард Джеффри сохранил невозмутимое выражение лица: «Поскольку это вопрос, который я должен учесть, я не могу ничего вам обещать прямо сейчас». "Ты…" Говард Джеффри уже направился к лифту. Поняв, что ее сумка все еще находится в его номере, Бекка быстро последовала за ним в лифт. В лифте Бекка продолжала расспрашивать Говарда Джеффри: «Я думала, вы из тех, кто держит слово». «Конечно, я сдержу своё слово, но вы сделали недостаточно, чтобы я остался доволен». «Что вы подразумеваете под словом „очень доволен“?» Говард Джеффри пристально смотрел на Бекку, не отвечая. Как раз в тот момент, когда Бекка хотела продолжить обсуждение, двери лифта открылись. Говард Джеффри вышел прямо наружу, но, сделав шаг, внезапно схватил ее за руку. "Привет…" У Бекки болело запястье от его хватки, она изо всех сил старалась не отставать от него, пытаясь вырваться. Официант уже открыл им дверь в номер. Он втащил её, сопротивлявшуюся, в комнату, прижав к белой стене, когда она почувствовала опасность. Его холодная аура окутала её, тёмные глаза загадочно сузились, и сквозь стиснутые зубы он пробормотал: «Ты действительно думала, что я пригласил тебя сюда просто поесть?» Руки Бекки были прижаты к стене, она не могла вырваться. Услышав его слова, она в шоке подняла глаза. Охваченная страхом, Бекка смотрела в пристальный взгляд Говарда Джеффри, ее грудь тяжело вздымалась от паники. ---------- Глава 454-240: Он обнимает её 2 Она и раньше была с ним очень близка, и прекрасно знала, что скрывается за пламенем в его глазах… "Ты…" Ребекка Квентин смотрела на нее ясным, но встревоженным взглядом, забыв о борьбе, и из-за нервного дыхания ее речь становилась бессвязной. Говард Джеффри обхватил голову Ребекки Квентин своими губами, прижимаясь к её губам. "Ммм…" Глаза Ребекки Квентин расширились еще больше, она на мгновение растерялась. Воспользовавшись ее оглушенным видом, Говард Джеффри раздавил ей зубы, проникнув глубоко внутрь. Он был подобен хищному зверю, не желающему отпускать добычу, как только она попадалась. Не давая ей возможности отступить, он крепко схватил ее, заставляя подчиняться ему… Неустанно поочередно лаская и извиваясь, она была словно беспомощная маленькая лань, не в силах устоять перед его домогательствами… Властная и знакомая аура, которая когда-то окружала ее, — так много воспоминаний о прошлом, связанных с ним, проносились в ее голове, словно слайды, во время их жаркой перепалки… Из-за этих воспоминаний её тело постепенно размягчилось… Он внезапно отпустил ее, его взгляд был полон напряжения, он пристально смотрел на нее. Лицо Ребекки Квентин, согретое теплом его тела, приобрело красивый красный оттенок, ее глаза все еще были широко раскрыты, когда она смотрела на него в оцепенении. Его взгляд пронзил ее глаза, его магнетический голос, приглушенный и хриплый, произнес: «Останься со мной сегодня ночью, и я забуду о „QCS“». Воспоминания резко оборвались, когда он произнес эти слова… Она смотрела на него, видя сильный жар и желание в его пылающих глазах, но, несмотря на этот жар, излучаемый свет казался холодным. Эта холодность коснулась уязвимой части её сердца, наполнив грудь необъяснимой горечью… Она пристально посмотрела на него, затем внезапно оттолкнула его и повернулась. Однако, как только она повернулась, он быстро обнял ее, отнес к кровати и толкнул на нее, его сильное тело крепко прижалось к ее извивающемуся телу. Ребекка Квентин отчаянно сопротивлялась, но его вес обездвижил ее, ее руки были полностью прижаты им… Избегая его испепеляющего взгляда, направленного прямо на нее, она, стиснув зубы, повернула голову и сказала: «Отпусти меня, Говард!!» Говард Джеффри отпустил ее отчаянную руку, нежно обнимая ее лицо, его глубокие, темные глаза неотрывно смотрели на нее. Ребекка Квентин начала яростно бить его изо всех сил, но в конечном итоге это не принесло результата. Казалось, Говард Джеффри не испытывал боли, его взгляд всегда был прикован к ней. Наконец, обессилев, Ребекка Квентин повернула голову, и странное чувство обиды заставило ее глаза слегка покраснеть. Он протянул руку, чтобы привести в порядок ее лицо, и, заметив прозрачные слезы в уголках глаз, нежно вытер их большим пальцем, тихо произнес: «Почему ты так боишься меня?» Глаза Ребекки Квентин уже затуманились, она не могла ясно разглядеть его выражение лица. Он склонил голову и нежно поцеловал её в губы, словно лелея их, тихо спросив: "Я действительно так плохо к тебе отношусь?" В тот момент слезы потекли из глаз Ребекки Квентин еще сильнее… Говард Джеффри снова нежно вытер ее слезы, мягко сказав: «Не плачь…» Глядя на неё, его взгляд словно вернулся в прошлое, такой нежный, такой снисходительный… Говард Джеффри вдруг улыбнулся: «Я что, похож на человека, который собирается тебя съесть?» Вытерев слезы, она наконец смогла ясно увидеть выражение его лица, соответствующее его нежным словам… В этот момент он поднялся, отпустив её из своих объятий. Она последовала его примеру, спрыгнула с кровати и перед уходом сказала: «Я сделала то, что ты просил, надеюсь, ты сдержишь свое слово». Говард Джеффри прищурился, сохраняя легкую улыбку с оттенком озорства: «Правда? Похоже, я просил вас остаться у меня на ночь». Ребекка Квентин была смущена и взбешена: «Говард!!» «Не волнуйся, это всего лишь сон… если бы я действительно хотел тебе навредить, думаешь, я бы тебя сейчас отпустил?» Ребекка Квентин на мгновение потеряла дар речи. Говард Джеффри повернулся и направился к ванной комнате. Ребекка Квентин растерялась: «Эй…» Говард Джеффри, стоя к ней спиной, сказал: «Я устал, хочу принять душ и отдохнуть. Ты можешь присоединиться ко мне или подождать, пока я закончу. Но если ты собираешься уйти, пока я принимаю душ, я советую тебе отбросить эту мысль». Когда Ребекка Квентин вышла из ванной после душа, свет в комнате уже был приглушен. Комната была наполнена приятным, необъяснимо успокаивающим ароматом их душевых кабин. ---------- Глава 455-240: Он крепко обнял её (2) Сквозь тусклый свет, льющийся снаружи, она увидела, что он уже лежит в постели… Она не знала, заснул ли он, но была благодарна, что свет был выключен, что предотвратило неловкость… Она подошла к кровати и легла на другой бок, чувствуя некоторое напряжение. Однако она лежала на боку спиной к нему, поэтому, поняв, что он не двигается, ее волнение постепенно утихло. Однако, когда она отпустила свои тревоги и закрыла глаза, пытаясь заставить себя уснуть, он внезапно обнял ее. У Ребекки Квентин тут же перехватило дыхание, и она быстро повернулась, чтобы посмотреть на него. Его глаза оставались закрытыми, но рука обнимала её за талию. Ребекка Квентин попыталась оттолкнуть его руку, но обнаружила, что он совсем не отпускает. Не имея другого выбора, она смирилась с этим, испытывая облегчение от того, что он лишь обнимал ее, не предпринимая никаких других действий. Ребекка Квентин постепенно перестала обращать на него внимание, повернулась боком и отвернулась от него, снова закрыв глаза. Постепенно она услышала его ровное дыхание позади себя и поняла, что он уснул… По неизвестным причинам, после того как он заснул, она не смогла уснуть и медленно открыла глаза. Он крепко прижал её к себе, так же, как и раньше, когда убаюкивал её… Эта поза была тёплой и когда-то была её любимой; всякий раз, когда он обнимал её таким образом, она крепко спала, чувствуя удовлетворение от его присутствия рядом. Она очень осторожно повернулась и посмотрела на него. Свет, проникающий сквозь окно, слабо освещал его красивые черты лица, и, глядя на него, она почувствовала горький привкус в носу. Она наконец поняла, почему ему было так трудно отпустить ненависть и быть с ней… Потому что такой выбор означал отказ от того, что ему было дорого. И ради неё он пожертвовал своей самой любимой матерью… Независимо от того, кто стоял за смертью его отца, его мать не хотела бы видеть его рядом с собой… Но он, всегда верный своему долгу, ослушался воли матери и решительно выбрал быть с ней. И однажды она сказала, что обиды предыдущего поколения не должны тяготить наши, постоянно убеждая его отпустить ненависть, выйти из тьмы к свету, но, столкнувшись со своей собственной ненавистью, она потерпела неудачу… Она была эгоисткой. К сожалению, тогда она не поняла этой истины. Только после поражения она осознала, насколько бесценным было то, что у неё когда-то было. Однако, если бы ей предоставили другой выбор, она боялась, что все равно не смогла бы сделать выбор — из-за смерти отца она никогда не смогла бы относиться к этому так, будто этого не было. Она знала, что потеря ребенка — это наказание небес для нее… Она бесчисленное количество раз хотела ему все объяснить, но, если подумать, сейчас объяснять было излишним; она упустила шанс быть с ним, и прояснение ситуации только усугубило бы их взаимную боль… За эти восемь лет он действительно очень устал… Старая миссис Робинсон была права: любая другая женщина в этом мире подходила ему больше, чем она; ему следовало оставить свою мрачную жизнь позади и выбрать девушку, которая действительно могла бы принести ему свет, а она лишь держала бы его в тени… Она не помнила, когда заснула прошлой ночью, но когда проснулась, было еще рано, всего восемь утра. Она не ожидала, что он уже встал, когда она проснулась, но остаточное тепло в постели говорило о том, что он только что ушел… Она села, долгое время безучастно глядя на теперь уже пустое место рядом с собой, а затем внезапно вскочила с кровати, бросилась к окну и резко распахнула шторы. По случайному совпадению, на парковке отеля она увидела, как он наклонился к машине… Она была совершенно беспомощна, слезы текли ручьем, и она могла лишь крепко прикрыть рот рукой. Его машина скрылась из виду, окутанная облаком пыли… Она смотрела, пока машина не скрылась из виду, после чего перестала рыдать, заставив себя широко открыть глаза, чтобы подавить подступающие слезы. После умывания в ванной Ребекка Квентин вышла оттуда лишь со слегка покрасневшими глазами, больше не проявляя никаких признаков беспокойства. Выйдя из отеля, она быстро поймала такси и поехала в "QCS". Поскольку это было в часы пик, машина долго стояла в пробке в Нью-Йорке. К тому времени, когда Ребекка Квентин добралась до «QCS», было уже почти десять часов. Войдя в штаб-квартиру «QCS», менеджер Смит обняла свою… «Бекка, ты всё предсказала идеально, сегодня действительно произошло чудо…» Ребекка Квентин так погрузилась в свои мысли, что не расслышала, что сказал менеджер Смит: «Хм?» Менеджер Смит взволнованно сжал руку Ребекки Квентин: «Знаешь? Сегодня утром директор Линн отправила окончательный вариант в «Скайтоп», и кто бы мог подумать, «Скайтоп» ответил в мгновение ока, сообщив, что дизайн одобрен…» "Правда?" — притворилась удивленной Ребекка Квентин. Менеджер Смит энергично кивнул: «Директор Линн сказала, что никаких последствий по этому поводу не будет, мы можем вернуться в Нью-Йорк в любое время…» "Мм!!" "Как здорово, нам больше не нужно сидеть здесь и ждать, когда нас начнут ругать… Бекка, может, сходим сегодня днем ​​за покупками?" «Конечно, в прошлый раз из-за доктора Робинсона я не могла толком ходить по магазинам в Нью-Йорке, у меня столько всего, что я хочу купить…» "Тогда решено!" Полдень. Ребекка Квентин и менеджер Смит, нагруженные сумками, устало сидели в кафе под открытым небом, отдыхая. Менеджер Смит сделал глоток воды и вздохнул: «Теперь, когда все уладилось, у меня отличное настроение…» Ребекка Квентин тоже сделала глоток воды, улыбнулась и кивнула. Менеджер Смит недоуменно спросил: «Скажите, проект так и не был утвержден, почему же его одобрили сегодня с первого взгляда? Мне этот проект не кажется особенно удачным; я слышал, что Говард Джеффри — проницательный и мудрый человек, как он мог по ошибке полюбить такой проект?» Ребекка Квентин неторопливо произнесла: «Возможно, влиятельные люди видят вещи иначе, чем мы? Я посмотрела на этот дизайн, и в нем нет никаких недостатков, он довольно хорош, прост и элегантен». Менеджер Смит кивнул: «Действительно… в конце концов, все, что производит компания 'QCS', — это шедевр, выбор мистера Джеффри не мог быть ошибочным!» "Мм." «Кстати, Бекка, прошлой ночью я не мог уснуть и хотел тебя найти, но долго стучал в дверь, а ты не отвечала. Ты разве не осталась на ночь в отеле?» «У меня вчера вечером был друг из Нью-Йорка, который хотел поболтать, поэтому я вышел и вернулся очень поздно». Менеджер Смит недоуменно нахмурил брови: «Вернулся очень поздно? Но я ведь и сегодня утром снова постучал в вашу дверь, и вы тоже не ответили». ---------- Глава 456-241: Надеясь, что она вернется к нему "Я…" Менеджер Смит усмехнулся: «Девчонка, ты действительно хочешь что-то от меня скрывать? Скажи честно, твой друг пригласил тебя на свидание вчера вечером, вы пошли в отель… и ты провела с ним ночь в этом отеле?» Ребекка Квентин смутилась: «Менеджер, у вас действительно богатое воображение!» Менеджер Смит фыркнул: «Вы вчера вечером не переоделись, и от вас исходит легкий мужской запах…» Ребекка поспешно обнюхала свою одежду: «А есть?» Улыбка менеджера Смита сияла: «Судя по твоей реакции, я знал, что был прав… Ха-ха, Бекка, ты уже дошла до этого?» «Нет никакого „его“…» "Ладно, ладно, я знаю, ты стесняешься, так что давай больше об этом не будем говорить…" В то же время. Лиза Сесили вошла с чашкой кофе. Говард Джеффри вышел из комнаты отдыха и дал Лизе указание: «Составьте мое расписание на ближайшие дни, я ненадолго уезжаю». "Уезжаете?" Лиза поставила кофе на стол Говарда и спросила: «Куда вы идете, президент?» "Отпуск." «Ах, вы работаете круглый год без перерывов; вам действительно пора немного отдохнуть». Говард слегка кивнул: «Принесите мне важные документы на ближайшие несколько дней!» "Хорошо." Затем Лиза вернулась в свой кабинет. Говард, как обычно, взял приготовленный Лизой кофе, сделал глоток и замер. Вскоре Лиза вернулась со стопкой документов. Увидев, что Говард немного рассеянно смотрит на кофе, она улыбнулась и спросила: «Президент, кофе вкусный?» Говард поставил кофе на стол. Лиза хихикнула и добавила: «Мисс Квентин научила меня варить это в прошлый раз, разве не вкусно?» Говард, не взглянув больше на кофе, сухо сказал: «Больше не делайте этот вкус, вернитесь к тому, который делали раньше». "Что?" — удивленно открыла рот Лиза. "Принесите документы!" Казалось, всё снова успокоилось. Компания "QCS" прославилась после получения заказа на проект "Skytop", и количество подписанных контрактов за последний месяц продолжало расти, что сделало работу Ребекки Квентин как никогда напряженной… Такие дни пролетали быстро, и Ребекка чувствовала, что ее жизнь наполнена смыслом. Однажды Ребекка обсуждала эскиз дизайна с коллегами, когда рядом с ней внезапно появилась Николетт Холмс и с большим любопытством сказала: «Бекка, снаружи стоит богатая на вид пожилая женщина, которая тебя ищет». Ребекка замолчала: «Пожилая женщина?» «Да, она выглядит очень элегантно, знаете ли?» Ребекка посмотрела в сторону двери и действительно увидела там старую миссис Джеффри! В чайном ресторане этажом ниже, в "QCS". Миссис Джеффри внимательно наблюдала за Ребеккой Квентин. Одетая в деловой костюм, с бейджем "QCS" на шее, она выглядела элегантно и энергично. Первой заговорила миссис Джеффри: «Вы работаете здесь последние шесть месяцев?» «Да, я работаю уже четыре или пять месяцев». "Это тяжелая работа?" «Всё в порядке, просто я новичок в этой области и мне ещё многому предстоит научиться». Миссис Джеффри слегка кивнула. Обращаясь к миссис Джеффри, Ребекка Квентин, как всегда, почтительно спросила: «Вы пришли ко мне по какому-то поводу, старина миссис Джеффри?» Миссис Джеффри слегка улыбнулась: «Не нужно быть такой формальной, можете не называть меня… э-э, просто называйте меня тётей». «Хорошо, тётя». «Я знаю, что когда вы меня увидите, вы, вероятно, захотите спросить о самочувствии Эндрю. Можете быть уверены, с ним все хорошо, и теперь он может называть меня «папой».» Глаза Ребекки мгновенно загорелись: "Правда?" «Да, он очень непослушный, но он также очень боится Говарда… И все же этот маленький умный мальчик, всякий раз, когда видит Говарда, цепляется за него, так что Говард не может на него злиться». Представив, в каком беспомощном положении находится Говард перед Эндрю, Ребекка не могла сдержать улыбку. Миссис Джеффри пристально посмотрела на улыбающееся лицо Ребекки, а затем вдруг вздохнула: «Было бы замечательно, если бы вы были рядом с ним». Тема, которую затронула миссис Джеффри, сразу же создала несколько неловкую атмосферу. Улыбка на лице Ребекки стала несколько неестественной. Миссис Джеффри, мысленно подготовившись, серьезно произнесла: «Бекка, я пришла сегодня, чтобы объяснить тебе то, что тебя больше всего беспокоит, — причину смерти твоего отца». В прошлый раз, когда она разговаривала с Говардом, было очевидно, что за этой историей скрывается нечто большее, а теперь, услышав, как миссис Джеффри снова поднимает этот вопрос, она поняла, что вот-вот узнает всю правду. «Начать нужно с того, что ваш отец подставил Стивена Джеффри, а вашу мать, Вивиан Линдси, — нет!» Ребекка предпочла молча слушать. «Ваш отец тогда, из-за любви, переросшей в ненависть, подкупил кого-то, чтобы тот подстроил аварию с машиной Стивена Джеффри… В момент аварии ваш отец был неподалеку; сначала он думал, что сможет проигнорировать смерть Вивиан Линдси, но в последнюю секунду передумал и поехал спасать вашу мать… В тот момент машина еще не взорвалась, Стивен Джеффри и ваша мать были еще живы, и если бы их вовремя доставили в больницу, их можно было бы спасти, но в тот момент ваш отец забрал только Вивиан Линдси…» ---------- Глава 457-241: Надеясь, что она вернется к нему (2) Ребекка была потрясена: «Вы хотите сказать, что это мой отец забрал мою мать? Но разве они не нашли обгоревшее тело?» Миссис Джеффри кивнула: «Тело было найдено, но на самом деле это был только один человек, Стивен Джеффри… В то время полиция забрала деньги вашего отца, и расследование аварии было поверхностным. Сообщалось, что в машине было два человека, поэтому в списке погибших числились два человека». В итоге выяснилось, что её мать спас его отец. Вспоминая прошлое, миссис Джеффри все еще чувствовала боль: «Бекка, я знаю, что Стивен Джеффри предал наш брак, и он не заслуживает сочувствия, но он был любовью всей моей жизни и отцом моих двоих детей. Несмотря на бесчисленные причины моей ненависти и обиды на него, я никогда не желала такого исхода. А твой отец, когда раскаялся в последний момент, если бы он только протянул руку помощи Стивену, он мог бы выжить, как Вивиан Линдси, но он не выжил, он просто смотрел, как Стивен ждет смерти в машине…» Боль вызвала у миссис Джеффри слезы, и ее голос постепенно начал дрожать. "Как такое могло случиться?.." Бекка недоверчиво покачала головой. Миссис Джеффри глубоко вздохнула, чтобы собраться с мыслями, и сказала: «Конечно, возможно, в тот момент из машины вытекало масло, и времени было мало, поэтому он мог спасти только одного человека, но я все равно не могу смириться с жестокостью вашего отца, который спас Вивиан, а Стивена оставил умирать…» Бекке было трудно смириться с таким фактом: «Тетя, есть ли какие-либо доказательства этому?» Миссис Джеффри, подавившись, сказала: «Ваш отец однажды лично признался в этом Говарду из-за чувства вины…» Прекрасное лицо Бекки мгновенно побледнело. Она и представить себе не могла, что за той автомобильной аварией скрывается столько секретов… «Теперь ты понимаешь, почему Говард так мстил твоему отцу?» Бекка застыла в недоумении, выражение её лица стало невозмутимым. «Говард всегда знал, что твоя мать жива, но никто не мог найти её. По словам твоего отца, она несколько дней провела в больнице, но однажды, когда он снова пришёл её навестить, она уже исчезла, и после этого никто не знал, где она находится… но это уже истории для другого раза». Увидев молчание Бекки, миссис Джеффри продолжила: «Почти двадцать лет спустя Говард разыскал вашего отца, и когда ваш отец понял, что Говард не пощадит его, чтобы защитить вас, он выдал вас замуж за Говарда…» Бекка была в растерянности: «Я не понимаю…» На самом деле, отец объяснил это в письме, которое оставил ей, но она все равно не могла до конца это понять. Миссис Джеффри усмехнулась: «Конечно, вы не понимаете, ведь ваш отец был таким хитрым… Ваш отец знал, что если Говард с ним расправится, вы останетесь без поддержки, и, что еще важнее, Говард вас тоже не пощадит… Этот ход вашего отца назывался «обретением жизни в смерти» — на первый взгляд, он толкал вас в огненную яму, но на самом деле хотел вас защитить… В то время Кристин была тяжело больна, и Говард согласился с вашим отцом сохранить с вами двухлетний брак, чтобы спасти ее. Ваш отец надеялся, что за эти два года у вас с Говардом возникнут чувства друг к другу, и тогда после его смерти Говард, возможно, пощадит вас… И оказалось, что решение вашего отца было правильным: за эти два года у Говарда действительно возникли к вам чувства!» Слова миссис Джеффри слегка ошеломили Бекку. Она вспомнила, как во время их последнего разговора в больнице он поделился с ней своими чувствами по поводу их двухлетнего брака, но он никогда не говорил ей об этом вслух… Она и представить себе не могла, что в его жизни не должно было существовать сострадания к ней. «Бекка, ты знаешь, Говард однажды подумывал пощадить твоего отца ради тебя…» Что? Глаза Бекки расширились от шока. «На самом деле, когда Говард решил отомстить вашему отцу, я об этом не знала, он просто сказал мне, что останется в Т-Сити на два года. Позже я случайно узнала из новостей, что Говард женился, и тогда я поняла, что он остался в Т-Сити ради женщины… но тогда я не знала, что он женился на дочери Александра Квентина, потому что Говард хорошо скрывал вашу личность, и новости ничего не сообщали, а когда я спрашивала его о браке, он давал лишь формальные ответы, а в то время у меня были свои дела, и меня не особо волновали дела Говарда». Бекка тупо спросила: "Чего только тебе не приходилось делать…" Миссис Джеффри кивнула: «Вы правы, в то время я постоянно искала Александра Квентина. Возможно, вы не знаете, но Говард никогда не хотел, чтобы я участвовала в его мести, и он не позволял мне расследовать дело Александра Квентина, поэтому в то время я не знала, что Говард уже нашел Александра Квентина и даже женился на его дочери… Когда Говарда не было в Т-Сити, я тайно расследовала местонахождение Александра и в конце концов узнала, что Александр комфортно живет в Т-Сити, а также выяснила, что у него есть замужняя дочь, но я никогда не предполагала, что человеком, который женился на ней, был Говард… Признаюсь, месть поглотила всю мою жизнь в то время, поэтому за смерть Стивена я хотела, чтобы ваш отец заплатил жизнью, поэтому я позвонила ему и пригрозила ему!» "Какой звонок?" Миссис Джеффри прямо призналась: «Я раскрыла ему свою личность и потребовала, чтобы он поплатился за смерть Стивена жизнью». «Вы угрожали моему отцу?» «Возможно, Говард тоже угрожал вашему отцу, но Говард никогда по-настоящему не намеревался довести его до отчаяния. В конце концов, за эти два года у него было много возможностей причинить вашему отцу невыносимые страдания, но он так и не причинил ему никакого реального вреда… Это было просто такое совпадение. Узнав, что у Александра есть дочь, я пригрозил ему и сказал: «Если он не заплатит жизнью, то это сделает его дочь». Я лишь хотел запугать его, но кто бы мог подумать, что на следующий день после моей угрозы придет известие о его самоубийстве…» То, чего миссис Джеффри не понимала, на самом деле теперь стало очень понятным. В то время жизнь отца была тесно связана с Кристин Куинн, и Говард не мог причинить ему вреда, поэтому отец на самом деле не слишком беспокоился о себе, единственным человеком, о котором он волновался, была она. Отец никак не мог понять истинные намерения Говарда, и когда ему позвонила миссис Джеффри, он был убежден, что они с Говардом в сговоре. Он думал, что даже если бы она могла быть с Говардом, ей бы не удалось преодолеть препятствие, созданное миссис Джеффри, и, зная хорошие отношения Говарда с миссис Джеффри, отец полагал, что Говард отдаст её миссис Джеффри… Чтобы успокоить миссис Джеффри, отец мог лишь поплатиться жизнью, как она и требовала, потому что только тогда он смог бы по-настоящему искоренить ненависть в сердцах матери и сына Джеффри. ---------- Глава 458-242: Как вернуть его обратно 1 Только в этот момент Ребекка Квентин всё поняла. Говард Джеффри однажды сказал ей, что смерть её отца стала для него неожиданностью, и это оказалось правдой. Проще говоря, смерть её отца была в значительной степени самоубийством, совершённым под влиянием чувства вины! Действительно, именно миссис Джеффри подтолкнула своего отца к самоубийству, но разве можно сказать, что смерть её отца была совершенно несправедливой? После минутного молчания миссис Джеффри продолжила: «После смерти Александра Квентина я успокоилась, но тогда я не связывала развод Говарда с Александром. Спустя годы Говард вернулся в Нью-Йорк, и я увидела, что после развода он сошлся с Кристин Куинн. Я очень разозлилась, потому что Кристин Куинн в то время была для меня как пара изношенных туфель. Вот почему я обратилась к вам. Вы мне понравились с первого взгляда, поэтому я всегда пыталась свести вас с Говардом, но не понимала, почему Говард так это ненавидел. Только позже я поняла, что вы дочь Александра Квентина… Мне пришлось противостоять вашим отношениям с Говардом не только потому, что я не хотела видеть дочь Александра Квентина и Вивиан Линдси своей невесткой, но и потому, что я чувствовала себя виноватой, опасаясь, что вы будете мстить, узнав причину смерти вашего отца. Поэтому я относилась к вам с крайней враждебностью и Я неоднократно предупреждал Говарда… Но всё вышло за рамки моих ожиданий. Постепенно я обнаружил, что забота Говарда о тебе намного превосходила мои представления. Несмотря на все мои попытки предотвратить это, и, казалось, Говард уже отчаялся, я видел его одиночество и тоску, когда тебя не было рядом. Я не мог вынести вида своего ребёнка в такой боли, поэтому я пытался отпустить свою ненависть и надеялся, что Говард вернёт тебя. Но Говард не согласился. Я так и не понял, почему он не согласился, пока однажды случайно не увидел в кабинете Говарда какие-то документы. Все эти документы были записями моих разговоров с людьми во время расследования дела Александра Квентина. И в конце ряда моих разговоров с частными детективами отчетливо виднелась запись моего разговора с Александром Квентином…» Иными словами, Говард давно выяснил, что смерть Александра связана с миссис Джеффри, что именно миссис Джеффри непосредственно подтолкнула Александра Квентина к смерти. Ребекка Квентин наконец-то всё поняла… Неудивительно, что Говард так долго испытывал внутренний конфликт, неудивительно, что он обратился к ней только после того, как она забеременела, неудивительно, что он сказал, что беременность — это возможность для них быть вместе… Оказалось, он всегда боялся, что однажды она узнает, что смерть ее отца связана с смертью его матери. Но почему он не сказал ей правду? Зная, что это его мать, ей было бы в тысячу раз лучше, чем сейчас… Лицо Ребекки Квентин побледнело, и она заикаясь произнесла: «Я не понимаю…» Миссис Джеффри уже догадалась о мыслях Ребекки Квентин: «Вы не понимаете, почему он вам об этом не рассказал?» Ребекка Квентин безучастно смотрела на миссис Джеффри. Миссис Джеффри ответила: «Потому что, если бы он рассказал вам об этом, это неизбежно сделало бы невозможным для нас с вами установление подлинных отношений свекрови и невестки на всю жизнь… А Говард, выросший в мрачной обстановке, жаждал семейной гармонии. Он не мог отказаться ни от одной из нас ради другой. Он эгоистично хотел навсегда сохранить это дело в тайне, хотя и знал, что однажды оно все равно всплывет…» «Тогда почему, после неизбежного взрыва этого дела, он все еще не желал сказать мне правду?» «Это тоже моя вина…» Ребекка Квентин не могла понять почему. Миссис Джеффри тихо сказала: «Я слишком эгоистична; я боялась совершить такую ​​ошибку, боялась попасть в тюрьму, поэтому никогда не осмеливалась признаться вам о вашем отце, пока не увидела, как вы принимаете таблетки для аборта…» «Поскольку вы видели, как я принимала „абортивные таблетки“, вы решили признаться». Миссис Джеффри кивнула: «Я призналась не только потому, что не хотела, чтобы у вас с Говардом не было будущего, но, что наиболее важно, потому что за все эти годы я так и не обрела душевного покоя…» Слова миссис Джеффри были простыми и понятными, и Ребекка Квентин легко их поняла. Миссис Джеффри пошла исповедаться, потому что Ребекка "заставила" ее, что ее разозлило… но он понятия не имел, что все это было недоразумением. Возможно, именно поэтому он не хотел говорить ей правду, когда она спросила его об этом. По его мнению, её эмоции были настолько сильны. Узнав, что причина смерти её отца связана с ним, она могла «без колебаний» отказаться от своего ребёнка, а зная, что в этом замешана миссис Джеффри, она могла пойти на всё, чтобы посадить его мать в тюрьму… ---------- Глава 459-242: Верните его обратно "Бекка, Бекка..." Звонок миссис Джеффри вывел Ребекку Квентин из транса. Ребекка Квентин печально посмотрела на миссис Джеффри. Миссис Джеффри сказала: «Бекка, теперь, когда я тебе это говорю, я готова понести последствия. На самом деле, когда я впервые призналась, я уже была готова провести остаток жизни в тюрьме, искупая это преступление. Я отказалась от помощи Говарда, но суд не смог признать меня виновной из-за недостатка доказательств, и меня отпустили… После возвращения каждый раз, когда я видела Эндрю, мне было трудно смотреть ему в глаза. Я не могу представить, как он рос в неполной семье в таком юном возрасте. Я боюсь увидеть второго Говарда, поэтому я очень надеюсь, что ты сможешь вернуться к Эндрю и оставить прошлое позади с Говардом, чтобы начать все заново… Я знаю, что мое присутствие оттолкнет тебя от Говарда, но если ты согласна, я могу признаться еще раз, и на этот раз, если твоя няня, тетя Клэр, обвинит меня в том, что я слышала, как твой отец отвечает на мои звонки, моя вина будет подтверждена…» Ребекка Квентин наблюдала, как взгляд миссис Джеффри постепенно тускнел... Простыми словами миссис Джеффри имела в виду, что она может признаться в обмен на прощение Ребекки, если та будет готова вернуться к Говарду и Эндрю... Искренний тон и тоскливый взгляд миссис Джеффри говорили о том, что в глубине души она стала очень мрачным человеком... Или же можно сказать, что в душе Говард она тоже была очень мрачным человеком. Да, она может быть настолько "бессердечной", что не хочет ребенка из-за смерти отца, но из-за какой еще "бессердечности" она могла бы колебаться? «Бекка, пока Говард в эти дни не в Нью-Йорке и Т-Сити, давай уладим этот вопрос!» Ребекка Квентин отвела взгляд, и в этот момент на ее глазах навернулись невыразимые слезы горя... Она знала, что в сознании людей она больше не та Ребекка Квентин, какой была раньше... В этот момент Ребекка Квентин прикрыла рот рукой и, повернувшись, выбежала из чайного домика. Ребекка Квентин вбежала в лифт компании, и, наконец, присела на корточки и громко заплакала. Она никогда не думала о том, что не хочет этого ребенка; она действительно никогда об этом не задумывалась... Она пожалела, что забрала лекарство из больницы, и никогда не собиралась его принимать... После их расставания она покинула его виллу и вернулась одна в арендованный ею номер в Т-Сити, опасаясь, что ее эмоции могут повлиять на ребенка. Она постоянно принимала витамины для беременных и не осмеливалась никуда выходить, каждый день лежа в постели и заботливо ухаживая за ребенком в животе. Но по какой-то причине в тот день у нее внезапно началось сильное кровотечение и пронзительные боли внизу живота... Она, терпя боль в постели, позвонила доктору Хенли, после чего ее отправили в больницу... Доктор Хенли и доктор Робинсон оба присутствовали там... Они оба сделали все возможное, чтобы спасти ее ребенка, но... Ребёнка в итоге спасти не удалось, и по сей день она не может смириться с этой реальностью. Она знала, что он испытывает ту же боль; в тот день, когда она лежала в больничной койке и звонила ему, она чувствовала его душевную боль и разочарование через телефон... Но к тому моменту, когда она хотела рассказать ему об этом, он уже повесил трубку. В тот день он еще не знал, что она все еще хотела рассказать ему об осложнениях, возникших в результате искусственного стимулирования родов после мертворождения на пятом месяце беременности, которые привели к серьезному повреждению и без того тонкой стенки матки, и врач сказал, что она, возможно, никогда больше не сможет иметь детей... Последние полгода Честер Робинсон пытался ей помочь... Она никогда не думала сдаваться, посещая больницу для обследований почти три-четыре дня в месяц, но до сегодняшнего дня никакого прогресса не было... Она не рассказывала ему о ребёнке, главным образом потому, что не хотела, чтобы он узнал о ней такой, какая она есть сейчас. На следующий день после встречи с миссис Джеффри Ребекка Квентин заболела. Люди устроены так: когда разум хрупкий, тело тоже уязвимо... Менеджер Смит узнал о ее болезни и любезно предоставил ей два выходных дня, посоветовав хорошо отдохнуть дома. В первый же день болезни, когда она лежала в постели, миссис Джеффри позвонила ей. Она знала, что миссис Джеффри хочет сказать, поэтому не ответила, и на следующий день звонки от миссис Джеффри прекратились. На следующий день после обеда к нам приехал Честер Робинсон... Честер Робинсон, вероятно, заметил, что она не выходила из дома два дня, поэтому пришел проведать ее и неожиданно увидел ее в ослабленном состоянии из-за болезни. «Садитесь где угодно». Открыв дверь, Ребекка Квентин, держась за лоб, слабо произнесла Честеру Робинсону: Увидев Ребекку Квентин с болезненным, покрасневшим лицом, Честер Робинсон быстро поддержал ее, неустойчиво шатаясь, и его рука, естественно, коснулась ее лба: «Боже мой, почему у тебя такой горячий лоб?» "Я в порядке..." Ребекка Квентин отпустила руку Честера Робинсона, желая войти в комнату, но, к сожалению, после нескольких шагов ее слабое тело подкосилось. Увидев ситуацию, Честер Робинсон поспешно бросился вперед, обнял почти падающее хрупкое тело Ребекки Квентин и с тревогой спросил: «При такой высокой температуре вы принимали лекарства?» Ребекка Квентин покачала головой: «Я хочу спать…» В этот момент Честер Робинсон поднял Ребекку Квентин за талию. Когда сознание Ребекки начало угасать, Честер Робинсон отвёз её в больницу и постарался доставить туда как можно быстрее. Честер Робинсон сначала думал, что температура у Ребекки Квентин быстро спадет, но, неожиданно, даже в течение ночи в больнице она не спала. К счастью, к позднему вечеру температура тела Ребекки Квентин наконец начала снижаться, но для полного выздоровления все равно потребуется время... Честер Робинсон постоянно находился рядом с больничной койкой, следя за ее физическим состоянием. Во второй половине ночи медсестра, держа в руках капельницу, толкнула дверь. Медсестра собиралась заменить капельницу Ребекке Квентин, но не ожидала, что Честер Робинсон все еще будет в комнате, и тут же покраснела, крикнув: «Доктор Робинсон». С тех пор как Честера Робинсона перевели в эту больницу, он стал объектом восхищения всего женского персонала, поэтому молодые медсестры невольно краснели всякий раз, когда его видели. Честер Робинсон жестом, призывающим молодую медсестру замолчать, сделал следующее. Молодая медсестра тут же кивнула и на цыпочках подошла к кровати, чтобы поменять капельницу Ребекке Квентин. Поскольку Ребекка Квентин часто навещала больницу, молодая медсестра знала, что она дружит с Честером Робинсоном. Сначала все подозревали о романе между Ребеккой Квентин и Честером Робинсоном, но позже доктор Хенли сообщил им, что у Ребекки Квентин есть муж, поэтому они отбросили мысль о том, что Ребекка Квентин может быть их соперницей. Однако сегодня, увидев, как Честер Робинсон нервно везет Ребекку Квентин в больницу и остается рядом с ней всю ночь, у Честера Робинсона возникло чувство ревности, и он, стоя позади, не удержался и сказал: «Доктор Робинсон, уже так поздно, вы не собираетесь в туалет отдохнуть?» Честер Робинсон сидел у постели Ребекки Квентин, не отрывая взгляда от ее раскрасневшегося от лихорадки лица, и тихо ответил: «Я подожду, пока у нее спадет температура, прежде чем уснуть». «Доктор Робинсон, вы всю ночь проводили операции, а днем ​​были заняты делами больницы. Если вы не выспитесь сегодня ночью, откуда у вас хватит сил работать завтра?» ---------- Главы 460-243: Верни его обратно 2 «Всё в порядке, можешь выходить!» Молодая медсестра надула губы, но послушно сказала: «Хорошо, я буду дежурить сегодня вечером, просто позвоните мне, если вам что-нибудь понадобится». Когда молодая медсестра уже собиралась уходить, Честер вдруг сказал: «Хоуп, не могли бы вы принести мне влажное полотенце…» Молодая медсестра неохотно обернулась, сохраняя самообладание перед Честером, и кивнула: «Хорошо». Спустя некоторое время молодая медсестра вернулась в палату с тазиком воды и влажным полотенцем… Честер положил руку на лоб Ребекки Квентин и, поняв, что у нее все еще невероятно высокая температура, закатал рукава рубашки и лично отжал полотенце, чтобы положить его на лоб Ребекки Квентин… Ребекка Квентин беспокойно спала; когда Честер приложил влажное полотенце к ее лбу, она вдруг схватила Честера за руку. Честер тихонько окликнул: «Бекка…» Однако Ребекка Квентин, казалось, погрузилась в сон, болезненно трясла головой и крепко сжимала руку Честера, бормоча во сне: «Пожалуйста, не оставляй меня…» Честер сел на край кровати и тихо ответил: «Я тебя не оставлю». «Я не хотела расставаться с нашим ребёнком… Говард Джеффри…» Услышав, как Ребекка Квентин прошептала во сне "Говард Джеффри", зрачки Честера слегка сузились, а глаза слегка прищурились. Ребекка Квентин продолжала бормотать что-то себе под нос, а Честер молча наблюдал за ней. Было очевидно, что она подавила все свои эмоции, перенеся их из реальности в сон — обиду, горечь, тревогу, боль — все это отражалось в слезах в уголках ее глаз. Честер, не вынесший вида плачущей женщины, встал, высвободив руку из объятий Ребекки Квентин, намереваясь поменять ей полотенце. Но как только он повернулся, Ребекка Квентин быстро обняла его сзади… Нежные пальцы Ребекки Квентин крепко обхватили талию Честера, отчего его тело слегка напряглось. "Не оставляй меня, я не могу без тебя…" Честер осторожно отдернул руку Ребекки Квентин и повернулся. Как и ожидалось, всё ещё во сне, Ребекка Квентин медленно откинулась на кровать, когда её руки отпустили… Честер нахмурился, глядя на заплаканное лицо Ребекки Квентин, все еще чувствуя силу ее объятий. Ребекка Квентин пробормотала во сне еще несколько строк, прежде чем постепенно снова успокоиться… Честер укутал ее одеялом и вышел из палаты. На следующий день. Звук задернутых штор медсестрой разбудил Ребекку Квентин… Открыв глаза и увидев белый потолок и стены, Ребекка Квентин все еще пребывала в некотором затуманенном сознании. Медсестра услышала движение, подошла и помогла Ребекке Квентин, которая с трудом пыталась сесть, и поприветствовала ее: «Мисс Квентин, вы проснулись!» Ребекка Квентин откинулась на мягкую подушку и спросила: «Я в больнице?» Старшая медсестра улыбнулась и ответила: «Да, доктор Робинсон привёз вас в больницу вчера». Ребекка Квентин начала вспоминать события вчерашнего дня, смутно помня, как Честер поспешно привёз её в больницу. «Где доктор Робинсон?» «Он заботился о тебе всю ночь и отдохнул сегодня утром, увидев, что температура спала». "Ой." «Мисс Квентин, вы голодны? Доктор Робинсон уже купил вам кашу сегодня утром. Я разогрею её в микроволновке, и она будет готова к употреблению». После почти двухдневного перерыва в еде желудок Ребекки Квентин уже был пуст, и она мягко кивнула: «Хорошо, спасибо». «Пожалуйста». Затем старшая медсестра покинула палату. Ребекка Квентин, прислонившись к изголовью кровати, естественно, понятия не имела, что произошло прошлой ночью, и в ее голове снова промелькнули сцены встречи с миссис Джеффри. Ребекка Квентин прикусила губу от дискомфорта, в горле подступила кислая хрипота. Оглядевшись, она увидела свой телефон на прикроватной тумбочке и потянулась, чтобы взять его. Она собиралась перезвонить миссис Джеффри, но случайно увидела на экране телефона заголовок новости. «Президент Skytop Group Говард Джеффри отдыхает со своей девушкой в ​​Японии…» На этом маленьком экране заголовок казался невероятно увеличенным, и он так легко привлек ее внимание. Держа телефон в руках, она смотрела на изображение его и Элис Робинсон, идущих по залитому сумерками пляжу. Хотя на снимке были видны только их спины, это вызвало у нее невыносимую боль, словно в сердце прорвало дыру. В этот момент вошла старшая медсестра с миской дымящейся каши… Взгляд Ребекки Квентин был прикован к экрану телефона. Старшая медсестра осторожно поставила кашу перед Ребеккой Квентин, любезно сказав: «Мисс Квентин, пейте, пока горячая… это очень питательная каша!» ---------- Главы 461–243: Верните его обратно (Часть 2) Рассеянная Ребекка Квентин не ответила старшей медсестре. «Мисс Квентин…» — снова позвала старшая медсестра. Только тогда Ребекка Квентин очнулась от оцепенения, отложила телефон и неловко приняла кашу, которую ей протянула старшая медсестра: «Извините». «Всё в порядке, пейте, пока горячо». "Спасибо." После ухода старшей медсестры Ребекка Квентин безучастно уставилась на кашу в миске. Она, совершенно не испытывая аппетита, сначала хотела заставить себя выпить миску каши, но, сделав глоток, почувствовала, как горечь разлилась по ее рту, и больше пить не смогла. Изображение, которое она увидела на телефоне, застряло у нее в голове, и она, ошеломленная, поставила кашу на прикроватную тумбочку. Возможно, в своем трансе она не осознала, что поставила ее ненадежно, и вся миска с кашей упала на пол в тот же миг, как она отпустила ее… Честер Робинсон появился как раз в тот момент, когда разворачивалась эта сцена. Ребекка Квентин вздрогнула от звука разбивающейся миски, она встала, чтобы попытаться собрать осколки, но до нее уже донесся голос Честера Робинсона: «Не вставай, медсестра все уберет». Ребекка Квентин подняла глаза, когда к ней подошел Честер Робинсон. Честер Робинсон подошел и положил руку ей на лоб: «Тебе теперь лучше?» Ребекка Квентин слегка кивнула. Затем Честер Робинсон добавил: «Хм, кажется, температура спала». Ребекка Квентин откинулась на спинку кровати и сказала: «Спасибо, что отвезли меня вчера в больницу». Обычно доброе лицо Честера Робинсона на мгновение стало серьезным: «Вы заболели и не подумали обратиться в больницу?» «Я принимала лекарства дома…» «Приём лекарств не гарантирует, что температура снизится. Если этого не произойдёт, вам нужно немедленно обратиться в больницу. Даже если вы не обратитесь в больницу сразу, помните, что вы живёте по соседству с врачом». «Мне показалось, что всё в порядке…» Честер Робинсон недовольно нахмурился: «Если бы менеджер Смит мне не сказал, и я был бы занят делами в больнице, вы бы заболели дома?» «Эй… — пожаловалась Ребекка Квентин, — у меня только что прошла температура, а теперь ты винишь меня». «Я просто надеюсь, что ты научишься заботиться о себе». Ребекка Квентин опустила голову и пробормотала: «Я не ребенок…» Честер Робинсон беспомощно вздохнул: «Хорошо, твоё тело принадлежит тебе. Если ты не будешь о нём заботиться, я ничего не смогу сделать». Ребекка Квентин, чувствуя себя ребенком, совершившим ошибку, не смела встретиться взглядом с гневным взглядом Честера Робинсона. «Ты ещё не ел кашу, разве ты не голоден?» «Я случайно пролил это…» «Я пойду куплю тебе ещё одну порцию…» "Не нужно, я что-нибудь поем после выписки…" Честер Робинсон откровенно спросил: «Кто вам сказал, что вас позже выпишут?» Ребекка Квентин быстро подняла глаза: «Меня не выписывают? Мне уже лучше!» Честер Робинсон холодно ответил: «Вам нужно остаться в больнице ещё на один день для внутривенного введения питательных веществ, ваше тело в таком ужасном состоянии, а вам всё равно». "Я…" «Поспи ещё немного, я пойду куплю тебе кашу». Честер Робинсон решительно поднялся и вышел из палаты. «Эй, доктор Робинсон…» Честер Робинсон нетерпеливо обернулся: «Не смей говорить, что ты не хочешь остаться в больнице!!» Слова, которые Ребекка Квентин хотела выпалить, были подавлены предупреждением Честера Робинсона, и она тут же выпалила: «Я хотела поблагодарить вас за то, что вы заботились обо мне все это время». По словам старшей медсестры, он совсем не спал прошлой ночью и теперь снова навещает ее, и она не знала, как его отблагодарить. Честер Робинсон ничего не сказал и сразу же ушел. После того как медсестра убрала обломки и ушла, в палате воцарилось спокойствие. Ее эмоциональное состояние было неважным, а легкомысленное поведение перед Честером Робинсоном было лишь попыткой не заставлять его волноваться… Она достала телефон, чтобы снова посмотреть новости; по сравнению с болью, которая разрывала ей сердце раньше, ее разум теперь был намного спокойнее. Не желая больше зацикливаться на этом, она глубоко вздохнула и перезвонила миссис Джеффри. Миссис Джеффри, похоже, ждала звонка, поскольку почти сразу же нажала кнопку ответа: «Бекка!» «Тётя, прости, я тут на днях потерял контроль над собой…» "Всё в порядке, а где вы сейчас?" «Я… я сегодня отдыхаю, я дома». Миссис Джеффри радостно воскликнула: «Отлично, давайте встретимся еще!» Ребекка Квентин поднесла телефон к уху, ее слегка ошеломленный взгляд устремился на безмятежную обстановку за стеклянным окном больницы, и она медленно произнесла: «Тетя, я знаю, что вы хотите сказать… На самом деле, с того момента, как я решила расстаться с Говардом Джеффри, обиды прошлого поколения покончили с моим сердцем. Поэтому я больше не буду поднимать вопрос о моем отце…» Она и так уже так устала, пусть на этом все закончится! Миссис Джеффри слушала молча. Ребекка Квентин на мгновение замолчала и продолжила: «Я знаю, что вам очень больно от того, что у Эндрю нет матери рядом, но я знаю, что вы с Говардом Джеффри сделаете все возможное, чтобы подарить ему счастливое детство…» Наконец, поняв намёк, миссис Джеффри нервно спросила: «Бекка, ты хочешь сказать, что не планируешь возвращаться к Говарду Джеффри?» В бесстрастном взгляде Ребекки Квентин, устремленном в окно, мелькнула нотка боли; она сохраняла спокойствие, говоря: «Прошло полгода, и мы с ним изменились… Думаю, мы оба приспособились к новой жизни, мы больше не можем быть вместе». «Неважно, насколько хорошо вы подходите друг другу, главное, чтобы вы по-прежнему заботились друг о друге». "Тетя, я…" Миссис Джеффри в панике перебила Ребекку Квентин: «Не лги мне, говоря, что тебе всё равно на Говарда Джеффри… Ты же знаешь, что от меня этого не скроешь». Как могла миссис Джеффри не понимать, что значит любить кого-то, если она сама всю жизнь пережила эмоциональные потрясения? Ребекка Квентин не стала это отрицать, но и миссис Джеффри не ответила. Миссис Джеффри искренне убеждала: «Как вы можете спокойно смотреть, как Эндрю растет в семье без матери?» Ребекка Квентин медленно опустила веки: «Он не будет один, Говард Джеффри не позволит ему лишиться материнской любви». «Бекка, нет мамы лучше, чем его родная мама…» Ребекка Квентин с трудом сглотнула горечь в горле и выдавила из себя: «Но мы с Говардом Джеффри несовместимы…» «Почему это невозможно?» «Он же с Алисой, правда?» «Как думаешь, ты проиграешь Алисе?» Ребекка Квентин с болью закрыла глаза: «Элис действительно подходит ему больше, чем я…» Миссис Джеффри прямо заявила: «Но она же не мать Эндрю!» Ребекка Квентин печально покачала головой: «Я никогда не думала…» ---------- Главы 462-244: Она пришла его найти «Как вы думаете, Говарду Джеффри, возможно, уже всё равно на вас?» «Нет, миссис Джеффри, я…» Она так и не осмелилась озвучить свою ситуацию. «Бекка, приезжай на виллу прямо сейчас… Обещаю, как только ты приедешь, ты больше никогда не будешь сомневаться в чувствах Говарда Джеффри к тебе». Только отпустив ситуацию, можно по-настоящему обрести беззаботность, но когда привязанность невозможно искоренить из своего мира, ты лишь всё дальше отдаляешься от свободы… В саду виллы Ребекка Квентин стояла, словно в полубессознательном состоянии, и смотрела на море цветов, представшее перед ней. Стоя рядом с Ребеккой Квентин, миссис Джеффри тихо сказала: «Помнишь, полгода назад вы с Говардом Джеффри упомянули, что вам нравятся звездчатые цветы, и сказали, что хотели бы, чтобы они росли здесь…» Да, перед ней простиралась поистине фиолетовая гладь, усеянная звездчатыми цветами. Звездчатые цветы расцвели великолепно, их лепестки колыхались на ветру, словно волны, обладая несравненной красотой. Слезы хлынули из глаз Ребекки Квентин, и она, рыдая, спросила: «Разве бассейн не должен был быть здесь?» «Только вернувшись на виллу, я узнал, что Говард Джеффри не планировал строить бассейн, а специально приготовил для вас этот сюрприз». «Но на этой почве эти цветы не растут…» Миссис Джеффри объяснила: «Я спросила дворецкого, и он сказал, что Говард Джеффри привез из-за границы на самолете подходящую для этих цветов почву…» Слезы затуманили глаза Ребекки Квентин, и она была слишком потрясена, чтобы говорить… Глаза миссис Джеффри тоже блестели от слез, она тихо вздохнула: «Идите и найдите его…» «Доктор Робинсон, приношу свои извинения, у меня возникли срочные обстоятельства, и мне необходимо выписаться раньше. Спасибо за заботу обо мне, не беспокойтесь обо мне». Сидя в своем кабинете, Честер Робинсон, слегка нахмурив брови, смотрел на записку, оставленную ему Ребеккой Квентин. Почему она всегда так пренебрегает своим здоровьем? Откинувшись на спинку стула, Честер Робинсон взял телефон, чтобы позвонить Ребекке Квентин, но как только он поднял трубку, новости на экране заставили его замереть. В гневе он бросил телефон на стол, но после нескольких минут затишья Честер Робинсон снова поднял его, излучая свирепую ауру, и набрал номер. Телефон звонил долго, прежде чем кто-то ответил… «Привет, брат». Честер Робинсон откинулся на спинку стула, его взгляд был холодным, и он зловеще спросил: «Вы с Говардом Джеффри?» Настроение Элис Робинсон было довольно бодрым: «Да!» Честер Робинсон тут же выпрямился, в нем вспыхнул гнев, и он, стиснув зубы, выпалил: «Вы что, ни слова не слушаете?» Элис Робинсон обиженно надула губы: «Почему ты опять на меня кричишь без всякой причины?..» Тон Честера Робинсона оставался резким: «Разве вы не видели результаты моих тестов с Говардом Джеффри во Франции?» «Я их видела!» — вызывающе возразила Элис Робинсон. — «Я видела, как Говард Джеффри игнорировал Ребекку Квентин, и я видела, как он выходил из гостиничного номера, он совершенно потерял к ней чувства!» Честер Робинсон взревел: «Как долго ты будешь обманывать самого себя?» «Я себя не обманываю». Взбешенный Честер Робинсон: "Элис Робинсон, ты что, ничего не слушаешь из того, что я говорю?" Элис Робинсон раздраженно воскликнула: «Почему вы постоянно диктаторски утверждаете, что Говарду Джеффри на меня наплевать? Я сейчас отдыхаю с ним на Фиджи, он сказал, что ему нравится быть со мной, мы даже гуляли на закате… все это говорит о том, что он обо мне заботится». Честер Робинсон усмехнулся: «Прогулка по пляжу на закате с тобой? Ты имеешь в виду фотографию, которую я только что видел в новостях?» «Я ещё не видела новостей, но он действительно взял несколько выходных, чтобы побыть со мной». «Элис Робинсон, до какой степени вы готовы обманывать себя? Говард Джеффри всегда старается быть незаметным и защищать своих близких в отношениях, вы ведь никогда не видели его фотографий с Ребеккой Квентин, правда?» «Я…» — слова, пронзенные тупым острием Честера Робинсона, на мгновение лишили Элис Робинсон дара речи. Честер Робинсон холодно приказал: «Немедленно возвращайся и разорви отношения с Говардом Джеффри!» Элис Робинсон тут же ответила: «Нет, я никогда от него не откажусь… если бы он действительно заботился о Ребекке Квентин, он бы сейчас не был со мной». «Не заставляй меня ехать на Фиджи, чтобы тебя найти!» «Честер Робинсон, не переступай черту, ты всего лишь мой номинальный брат, ты не имеешь права меня контролировать!» «Элис Робинсон…» В этот момент Элис Робинсон тут же повесила трубку. ---------- Главы 463-244: Она приходит к нему (Часть 2) Честер набрал номер еще раз, но телефон Алисы уже был недоступен. Взбешенный, он колотил по столу и тяжело облокотился на спинку стула. "Идите и найдите его…" Слова миссис Джеффри постоянно эхом отдавались в голове Бекки, отвлекая ее внимание. «Теперь пусть секретарь Квентин расскажет о биографии мистера Джоша и о том, какой стиль дизайна он хочет видеть…» В конференц-зале менеджер Смит обратился ко всем сотрудникам. Все сотрудники обратили свой взгляд на Бекку. Менеджер Смит подождал некоторое время, не услышав слов Бекки, затем повернулся к ней и тихо произнес: «Секретарь Квентин…» "Что?" — Бекка пришла в себя. Менеджер Смит сказал: «Пожалуйста, проведите инструктаж для всех…» Заметив, что все коллеги смотрят на нее, Бекка смутилась: «Простите, менеджер, что вы только что мне сказали?» Менеджер Смит мягко повторил. После встречи Бекка последовала за менеджером Смитом в его кабинет. Хотя менеджер Смит не винил ее, Бекка немедленно извинилась за свое поведение, как только вошла в кабинет. Менеджер Смит, как всегда добрый, улыбнулся: «Всё в порядке. Вы только что оправились от болезни; это нормально — быть не в лучшей форме». Бекка винила себя: «Прости, я совершала ошибки последние два дня…» Менеджер Смит приветливо жестом пригласил Бекку сесть напротив себя и тихо сказал: «Вижу, тебя что-то беспокоит». Бекка опустила голову, не отрицая этого. Менеджер Смит внезапно спросил: «Это вопрос сердца?» Бекка молча подтвердила это. Менеджер Смит тихонько усмехнулся: «Это недоразумение с кем-то, кто вам нравится?» Бекка подняла взгляд на обеспокоенный взгляд менеджера Смита и медленно произнесла: «Это не совсем недоразумение, но что касается нас с ним…» Она действительно не знала, как объяснить кому-либо свои отношения с Говардом Джеффри. Менеджер Смит, казалось, понял и улыбнулся: «Раз он так заботлив и внимателен к вам, чего же вы колеблетесь?» Бекка была ошеломлена: "Ты знаешь?" «Конечно, я знаю. Доктор Робинсон так внимателен к вам; забирает вас после сверхурочной работы, остается рядом, когда вы болеете… С таким человеком, чего вы еще колеблетесь?» Оказалось, что менеджер неправильно понял ее отношения с Честером… Бекка мгновенно почувствовала себя неловко и неуклюже объяснила: «Менеджер, вы всё неправильно поняли. Между мной и доктором Робинсоном нет никаких отношений, мы просто друзья». Менеджер Смит удивленно выпрямился: «Вы просто дружите с доктором Робинсоном?» «Да… Он действительно очень добрый и очень мне помог». Менеджер Смит с недоверием воскликнул: «Но я же только что спрашивал вас о делах сердечных…» Бекка медленно произнесла: «Речь идёт о моём бывшем муже и обо мне». Менеджер Смит сделал паузу: «С вашим бывшим мужем?» Бекка мягко кивнула: «Да… извините, менеджер, я не должна позволять своим личным проблемам влиять на мою работу». «Ну… ничего особенного, просто я никогда раньше не слышала, чтобы вы упоминали о каких-либо проблемах с вашим бывшим мужем». «Я очень редко с ним общаюсь». На самом деле, никакого контакта не было вообще. Просто они несколько раз виделись в последнее время, но безрезультатно. «Вы сказали мне, что давно развелись. Раз вы не общаетесь, какие у вас могут быть проблемы?» «Управляющий, я хотел бы задать вам вопрос…» «Хм, давай». Бекка глубоко вздохнула, собралась с духом и высказала свои самые сокровенные мысли: «Представьте себе влюбленную пару, где женщина рассталась с мужчиной из-за недоразумения, а мужчина пытался спасти их отношения. Однако женщина тогда была непреклонна… Гораздо позже она поняла, что неправильно его поняла, и хочет ему все объяснить. Но она знает, что даже если она все уладит, им будет трудно снова быть вместе, а у мужчины уже есть новая девушка… Как вы думаете, стоит ли ей объяснять ему это недоразумение?» «Похоже, этот мужчина — ваш бывший муж». Бекка не стала отрицать это и кивнула. Менеджер Смит на мгновение задумался и ответил: «Бекка, скажи мне сначала, как ты думаешь, он все еще к ней неравнодушен?» «Не знаю…» — Бекка разочарованно опустила глаза, — «Думаю, он всегда был в мне разочарован… К тому же, сейчас он хорошо ладит со своей девушкой». «Судя по вашим словам, он уже отказался от ваших отношений…» В носу Бекки мелькнула нотка грусти: "Полагаю, да…" «Теперь ты хочешь быть с ним?» Бекка поспешно сказала: «Нет, на самом деле мы больше не подходим друг другу… Просто я хочу прояснить недоразумение с ним». «Вы хотите с ним все прояснить, но боитесь нарушить его привычный ритм жизни, поэтому испытываете внутренний конфликт?» "Да." Менеджер Смит покачала головой и улыбнулась: «Бекка, вообще-то, зачем беспокоиться о том, чтобы не нарушать его нынешнюю жизнь? Поскольку ему больше нет до тебя дела, твое объяснение не окажет существенного влияния на его жизнь. Но для тебя это может принести душевное спокойствие и не оставить сожалений… Если этот поступок может помочь тебе жить лучше, почему бы не позволить себе жить лучше?» После слов менеджера Смита Бекка надолго погрузилась в размышления. Да, независимо от того, волнует его её объяснение или нет, по крайней мере, она не будет ни о чём жалеть в этой жизни, а что касается ребёнка, она должна извиниться перед ним… Бекка наконец решила все ему объяснить, но не сейчас. Сейчас он отдыхает на Фиджи с Алисой. Она не может дозвониться до него, и некоторые вещи по телефону объяснить невозможно. Более того, она не может прилететь к нему, поэтому решила подождать, пока он вернется в Т-Сити на работу, а затем разыскать его. Если подумать, только когда он приедет в Т-Сити, у неё появится возможность всё ему объяснить лично. Но когда он вернётся с Фиджи? И когда он снова приедет в Т-Сити? Ещё один месяц пролетел как мгновение. Погруженная в работу, Бекка не забывала следить за новостями о Говарде Джеффри. К сожалению, в этот период Говард был практически невидим для новостных репортажей, из-за чего Бекка не могла узнать, где он находится. Бекка также решила позволить событиям развиваться естественным образом, поскольку он в конце концов вернется в город Т, и у нее появится возможность увидеть его… Но кто бы мог подумать сегодня, когда Бекка впервые за долгое время увидела в газете новости о нем, что она увидит нечто совершенно неожиданное? ---------- Главы 464-245: Я очень скучаю по тебе Президент группы компаний "Skytop", Говард Джеффри, может закрыть филиал T City в "Королевстве цветов"… Увидев эту новость, Ребекка Квентин долгое время сидела в кресле, ошеломленная. Она внимательно изучила отчет, и в нем говорилось, что Говард Джеффри хотел закрыть первый филиал Skytop Group, потому что планировал перевести его во Францию… "Что?" В этот момент Николетт Холмс, которая тоже видела новости, безудержно закричала за своим рабочим столом. Всех коллег в офисе поразила бурная реакция Николетт Холмс. Николетт Холмс бросилась к Бекке, потрясла ее за руку и недоверчиво заявила: «Говард Джеффри хочет перенести первый филиал во Францию; разве это не означает, что он закрывает филиал в Т-Сити?» Бекку вернула к реальности Николетт, встряхнув ее, и она слабо ответила: «Он, вероятно, не закроет филиал в Т-Сити… просто он больше не будет считаться первым филиалом». «Для меня это означает то же самое… он открывает первый филиал во Франции, а это значит, что места, которые он чаще всего посещает, станут Францией, и в будущем он вряд ли будет приезжать в Т-Сити…» Николетт Холмс была очень разочарована, и ее голос дрожал. Бекка больше ничего не ответила. «Это трагедия; даже когда он был в Т-Сити, мне так и не удалось с ним познакомиться. Если он больше не приезжает в Т-Сити, где же у меня будет возможность встретиться с ним? Ах, это сводит меня с ума; должно быть, он переехал во Францию ​​из-за Элис Робинсон…» Николетт Холмс едва сдерживала слезы. В этот момент Бекка встала со своего места: «Я иду в туалет». "Эй, ты не собираешься меня утешить?.." Стоя у умывальника, Бекка безучастно смотрела на свое отражение в зеркале. Как бы она ни старалась сохранять спокойствие, боль и разочарование всё равно отчётливо читались на её лице… Он решил открыть первый филиал во Франции, и причина, вероятно, действительно та, о которой говорила Николетт: это Элис Робинсон! Если он перенесет штаб-квартиру во Францию, шансы на его визит в Т-Сити будут действительно очень малы… учитывая огромные размеры его бизнес-империи, даже если он приедет осмотреть филиалы, Т-Сити вряд ли окажется в списке мест для посещения. Изначально она думала терпеливо ждать, ведь он рано или поздно должен был прийти, и даже не представляла, что, возможно, он больше никогда не придет… С трудом сдерживая слезы, она широко открыла глаза, глубоко вздохнула, а затем опустила голову и умылась прохладной водой… Такова жизнь; вокруг всегда происходят неожиданные вещи, как, например, в последние несколько дней, когда Бекка, полностью погрузившись в работу, случайно обнаружила по телевизору, что Говард Джеффри действительно приезжал в T City. В новостях сообщалось, что он приехал в Т-Сити, чтобы уладить последние дела филиала в Т-Сити… Бекка услышала эту новость вечером, когда смотрела телевизор, и после просмотра новостного репортажа у нее совсем не было сонливости… Раньше она думала, что если шансов действительно нет, то все так и закончится… в конце концов, это все, что она могла сделать, но кто бы мог подумать, что такая возможность все-таки представится, и это будет последний шанс. В будущем он, возможно, будет часто ездить между Парижем и Нью-Йорком, верно? Так же, как раньше он часто курсировал между аэропортом Торонто и Нью-Йорком… Судя по всему, его отношения с Элис Робинсон развиваются гладко. В конце концов он освободился от неё… Ха… Он начал совершенно новую жизнь, отныне не будет никаких проблем предыдущего поколения, никакой тьмы… Поэтому ей больше не нужно беспокоиться о том, что это повлияет на его новую жизнь, и она должна воспользоваться этой последней возможностью, когда он приедет в город Т, чтобы извиниться перед ним. На следующее утро в девять, увидев новости, Бекка, отдыхавшая дома, позвонила Лизе Сесили. Лиза Сесили, казалось, удивилась, что та ей позвонила; ее речь немного запиналась: «Ми… мисс Квентин». «Секретарь Сесили, каждый раз, когда я вам звоню, я прошу о помощи. Мне очень жаль…» Лиза Сесили всегда обращалась к Ребекке Квентин с уважением: «Мисс Квентин, если я могу вам чем-то помочь, я готова служить». Бекка улыбнулась и сказала: «Я знаю, что Говард Джеффри сейчас в городе Т… Я хочу с ним встретиться, ты можешь это организовать?» «Мисс Квентин, я…» Лиза Сесили колебалась. Вспомнив, что в прошлый раз, когда она доставила Лизе Сесили неприятности, та, похоже, получила выговор, Бекка виновато сказала: «Я знаю, что в прошлый раз, когда ты мне помогла, это расстроило Говарда Джеффри. Сегодня я не хочу создавать тебе проблем, если это неудобно, ничего страшного…» Лиза Сесили поспешно сказала: «Нет, мисс Квентин, на самом деле… на этот раз с нами была и мисс Робинсон…» ---------- Главы 465–245: Я очень скучаю по тебе (Часть 2) "Тогда… тогда забудьте об этом!" «Мисс Квентин, хотя мисс Робинсон тоже здесь, генеральный директор последние несколько дней был занят работой в компании, и мисс Робинсон редко бывает в офисе… Давайте начнём, я организую для вас кое-что сегодня днём». «Это удобно?» «Не волнуйтесь, я много лет работаю бок о бок с генеральным директором, он меня не уволит, хе-хе…» «Спасибо, секретарь Сесили». «Ничего страшного, я позвоню тебе сегодня днем». "Хорошо." Лиза Сесили всегда отличалась спокойным и эффективным подходом к делам. Как и ожидалось, в два часа дня Лиза позвонила Ребекке Квентин. Ребекка взяла такси до Скайтопа, поездка заняла больше сорока минут, так что… Когда Лиза встретила Квентина в Скайтопе, она беспомощно сообщила ей: «Мисс Квентин, если бы вы приехали на десять минут раньше, было бы замечательно. Генеральный директор только что снова ушел на совещание…» «На дороге произошла авария, поэтому образовалась пробка по всей длине». «Всё в порядке, встреча скоро закончится… Можете подождать генерального директора здесь». "Спасибо." Лиза налила Ребекке стакан воды и, словно видя беспокойство в её сердце, утешила её: «Не волнуйся, мисс Робинсон сегодня не придёт, к тому же я буду дежурить внизу». "Хорошо." Следует всячески избегать неловких ситуаций, связанных со встречей с Алисой! В офисе было тихо и спокойно. Ребекка выпила весь стакан воды и села на диван, долго ожидая. Однако каждый раз, когда она смотрела на дверь кабинета, там не было никакого движения. Ожидание всегда казалось долгим. От скуки она встала и подошла к его столу. На столе лежало несколько папок, которые он просматривал. Заметив на них едва заметные следы его почерка, она взяла одну из них и рассмотрела поближе. Это была оценка квалификации, представленная директором филиала T City Говарду Джеффри с просьбой о продолжении выполнения служебных обязанностей во Франции. Говард одобрил просьбу директора, подписав документ своей подписью. Похоже, что переезд первого филиала во Францию ​​должен состояться в ближайшее время. Чувствуя лёгкую боль в носу, Ребекка уставилась на знакомый и красивый чёрный почерк. В ее рассеянном поле зрения его почерк постепенно превратился в слова, запечатлевшиеся в ее памяти… Говорят, что хрустальные шары обладают своего рода магией, позволяющей людям предвидеть будущее. Дорогая, скажи мне, будущее, которое ты видишь в хрустальном шаре, совпадает с тем, что вижу я? Его глубокий, притягательный голос, казалось, отчетливо отдавался в ее ушах… В её сердце возникла слабая боль. В этот момент из-за двери послышался размеренный и размеренный звук шагов. Она была с ним так хорошо знакома, что легко узнала его по шагам. Подавив горечь в сердце, Ребекка положила документ обратно на стол. Обернувшись, она уже встретилась взглядом с Говардом Джеффри, который в этот момент входил в дверь кабинета. Она не знала, когда это началось, но всякий раз, когда их взгляды встречались, хотя они и не были совсем уж незнакомы, между ними возникала необъяснимая дистанция. А в его глазах она замечала проблеск легкого безразличия. Взгляд Говарда скользнул мимо Ребекки к его столу. Взяв нужный документ, он опустил на него взгляд, и его тонкие губы едва слышно произнесли: «Похоже, моя секретарша становится все более и более дерзкой». Когда Говард проходил мимо Ребекки, исходящая от него холодная аура становилась все более ощутимой, пробуждая в ее сердце чувство опустошения. Но ни одна из этих эмоций не отразилась на её лице. Она слегка прикусила губу, прежде чем сказать: «Не вините секретаря Сесили, это я попросила её о помощи». "Скажите, что происходит?" В отличие от своего прежнего агрессивного поведения при встрече с ней, на этот раз он казался особенно спокойным и не имел никакого намерения создавать ей трудности. «Я…» Слова, которые Ребекка хотела произнести, застряли у нее в горле, и она, устремив взгляд на его красивый профиль, спросила: «Не могли бы вы, пожалуйста, посмотреть на меня?» «У меня сегодня днем ​​дела, времени мало». Слова Говарда были совершенно нейтральными, но тронули её до глубины души. Способность скрывать свои эмоции от окружающих, которую она выработала за последние полгода, теперь очень ей пригодилась. Она спокойно сказала: «Я уделю вам всего несколько минут». Говард наконец отложил документ, который держал в руке, и его темные глаза обратились к ней. На его знакомом и красивом лице отразилось непривычное, отстраненное выражение. Ребекка несколько секунд безучастно смотрела на Говарда, а затем медленно произнесла: «На самом деле, есть кое-что, о чём я долго колебалась, потому что не знала, захочет ли ты всё ещё слушать объяснение, но наконец-то я всё обдумала, и рассказать тебе об этом было бы мне легче, потому что держать всё в себе было мучительно». Темные глаза Говарда были прикованы к ней пристально, молчаливы, словно он ждал, что она продолжит. В этот момент Ребекка отвела от него свой пристальный взгляд, склонила голову и медленно произнесла: «Мне очень жаль, что случилось с ребенком… Мне очень жаль». Ответ Говарда был холодным: «Какой смысл говорить это сейчас?» Ребекка кивнула: «Я знаю, что в этом нет никакого смысла, я просто хотела объяснить… На самом деле, в то время, когда мои эмоции рухнули, у меня были мысли о том, что я не хочу ребенка, но я никогда не смогла бы быть настолько жестокой. Лекарство, которое мне прописал доктор Хенли, я заставляла себя принимать, но знала, что никогда не буду его принимать… В те дни, когда ты был в Италии, я на самом деле решила оставить ребенка и планировала обсудить это с тобой после твоего возвращения, но по иронии судьбы я приняла не то лекарство, предназначенное для защиты беременности, из-за чего служанка неправильно поняла, что я не хочу ребенка». Красивое лицо Говарда отличалось суровостью, его темные глаза всегда пристально смотрели на нее сверху вниз. Ребекка сглотнула горечь в горле и продолжила: «Я знаю, ты решил расстаться со мной, потому что боялся, что моя тогдашняя нестабильность действительно навредит ребёнку, но независимо от того, веришь ты в это или нет, после расставания я каждый день очень заботилась о ребёнке. Я постоянно ждала рождения ребёнка, тщательно следила за своим здоровьем, опасаясь, что мои эмоции могут повлиять на него. Поэтому я почти каждый день лежала в постели, смотрела фильмы и сериалы, которые меня радовали. Однако… по какой-то неизвестной причине, однажды, когда я лежала в постели, у меня внезапно началось кровотечение…» В этот момент Ребекка уже не могла подавить боль и тревогу, которые вызывало у нее это воспоминание, и тонкая дымка быстро покрыла ее ясные глаза. Быстро осознав, что ей не следует быть такой уязвимой перед ним, Ребекка тут же вытерла наворачивающиеся на глаза слезы и вдруг тихонько рассмеялась: «Возможно, рассказывать тебе все это сейчас излишне, но я рада, что наконец-то объяснила тебе». ---------- Глава 466-246: Я уже влюбился в тебя и не могу подняться 1 Говард Джеффри посмотрел на нее глубоко посаженными глазами, его тонкие губы были расслаблены: «Почему ты не подумала прийти и сказать мне раньше?» Ребекка Квентин снова посмотрела на Говарда Джеффри и честно сказала: «Когда я хотела тебе все объяснить, Элис Робинсон уже была рядом». Говард Джеффри холодно прищурился: «Ты теперь обвиняешь меня в том, что я слишком рано разорвал наши отношения и закрутил новые?» Ребекка Квентин энергично покачала головой: «Нет… у меня нет права говорить тебе это. В конце концов, это я сама отказалась от наших отношений. Тогда я не подумала сказать тебе об этом, потому что боялась, что это повлияет на новую жизнь, которую ты уже начала». "Тогда почему ты рассказываешь мне об этом сейчас?" «Потому что несколько дней назад ко мне приходила твоя мать. Она ясно объяснила мне правду. Я боялся, что она меня неправильно поймет, и ты тоже, поэтому мне пришлось прийти и все объяснить… С тех пор, как мы расстались, я считаю обиды предыдущего поколения несуществующими. Я никогда больше не буду к ним возвращаться, поэтому, пожалуйста, не воспринимай это как бремя». Даже если бы она не была с ним, она не хотела, чтобы он видел в ней такую ​​мрачную, плохую женщину… «Вы намеренно выбрали это время, чтобы прояснить эти недоразумения, Ребекка Квентин, каковы ваши намерения?» Ребекка Квентин была ошеломлена: «Какие… намерения?» Длинные черные глаза Говарда Джеффри сузились до вопросительной линии, словно он спрашивал ее: «Неужели ты не надеешься, что после этих слов у меня возникнет мысль о воссоединении с тобой?» "Я…" Ребекка Квентин внезапно потеряла дар речи. «Ты действительно думаешь, что чувства — это то, от чего можно легко отказаться, а потом так же легко вернуться?» «Я не это имел в виду…» Голос Говарда Джеффри стал агрессивным: «Если вы не это имели в виду, вам не следовало говорить эти слова сегодня! Вы совершенно правы; эти объяснения для меня больше не имеют значения. Вам следует пожелать мне всего наилучшего в моей новой жизни!» В этот момент Ребекка Квентин почувствовала сильное жжение в глазах, и слезы уже подступили к глазам. Незначительно… Он действительно сказал, что это незначительно… Его больше не волновало их прошлое. Почему результат был ей уже известен, но, услышав это от него самого, ее сердце сжалось в тысячу раз сильнее, чем прежде? Эта пронзительная боль начала распространяться от ее груди… В этот момент Ребекка Квентин сдержала слезы. Сквозь рыдания она с трудом произнесла: «Желаю вам всего наилучшего». Лицо Говарда Джеффри помрачнело: «Ты закончил?» Ребекка Квентин кивнула. «У меня есть другие дела, уходите». Ребекка Квентин по-прежнему кивала: «Прошу прощения за беспокойство». В тот самый момент, когда она почти повернулась, чтобы уйти, из ее глаз хлынули безудержные слезы. Выйдя из кабинета Говарда Джеффри, Ребекка Квентин прикрыла рот рукой и бросилась к лифту. Она продолжала нажимать кнопку «вниз», но поскольку у нее не было пароля, дверь лифта не открывалась. Затем Ребекка Квентин прислонилась к холодной стене рядом с лифтом, медленно сползая вниз и давая волю слезам. Ей не следует плакать, ей не следует… Она уже говорила себе это, так почему же она вот так теряет самообладание? Его холодность по отношению к ней означала, что он действительно забыл их прошлое и начал новую жизнь, она должна была бы порадоваться за него, так почему же это так сильно его ранило? Она знала… На самом деле, причина её плачевного состояния заключалась в том, что в глубине души она всё ещё сохраняла эгоистичную сторону. Хотя она знала, что не подходит ему и что ему будет лучше и проще с другой женщиной, она все равно не могла сдержать легкую тоску в своем сердце… Да, она надеялась увидеть в его глазах выражение, которое показывало бы, что ему все еще не все равно, хотя и понимала, что такие мысли очень, очень эгоистичны… Неужели ему действительно стало все равно на нее? Действительно ли между ними всё кончено? «Если вы можете так любезно пожелать мне добра, почему вы здесь плачете?» Внезапно раздался чистый, холодный голос. Ребекка Квентин, уже присев на корточки, внезапно подняла голову. В размытом изображении она увидела его холодную и гордую фигуру. Она поспешно встала, по-детски вытирая слезы, и, стараясь сохранить самообладание, сказала: «Вы меня неправильно поняли, это песок мне в глаза попал…» «Даже на таком высоком этаже песок? Похоже, обслуживающий персонал моей компании довольно ленив!» «Да… да, я не знаю, откуда взялся песок». Повернувшись к нему спиной, Ребекка Квентин взволнованно нажала кнопку лифта. ---------- Глава 467-246: Я уже попал в твои руки и не могу вернуться назад Говард Джеффри, скрестив руки, наблюдал за поспешной попыткой Бекки сбежать, оставаясь совершенно невозмутимым. В лифте был кодовый замок, поэтому, сколько бы она ни нажимала, он не открывался… Никто не ожидал, что после отчаянных толчков Бекки двери лифта вдруг откроются именно в этот момент… В комнату вошла Лиза Сесили. Лиза изначально намеревалась подслушать их разговор, чтобы посмотреть, есть ли какой-либо прогресс, но прежде чем она успела войти в лифт, она увидела, как в него вбежала худощавая фигура. Затем лифт закрылся, после чего снаружи раздалось слабое мужское ругательство: «Черт возьми…» И затем лифт опустился. Полностью погруженная в процесс побега, Бекка не слышала ругательства, доносившегося из-за лифта несколько секунд назад, и не видела свою обычно спокойную начальницу в редком для нее состоянии тревоги, как это было с Лизой… В лифте Бекка вытерла последние слезы и неловко сказала стоявшей рядом с ней Лизе: «Извини, что ворвалась сюда…» «Всё в порядке, я тоже как раз собирался спуститься вниз». Лиза вдруг заметила, что ее начальница редко выглядит встревоженной, поэтому решила смириться с этим. "Спасибо." Лиза больше ничего не сказала, лишь молча улыбнулась. В этот момент Бекка, чьи мысли были в смятении, не заметила хитрой улыбки Лизы, сосредоточившись лишь на желании как можно скорее уйти отсюда. Менее чем через минуту двери лифта открылись со звуком "динг". Лиза быстро протянула руку и схватила Бекку: «Э-э, мисс Квентин, вы не могли бы мне помочь кое с чем?» "Хм?" Мысли Лизы быстро пронеслись, и она тут же придумала отговорку: «Сегодня я встречаюсь со своим парнем, и хочу переодеться в одежду, которую только что купила, но мне кажется, она мне не подходит. Можешь помочь мне выбрать?» "Я…" «Это быстро. Я уже положила одежду на стойку регистрации, пойду в туалет переоденусь и сразу вернусь». Лиза всегда старалась помочь Бекке, поэтому Бекке было трудно отказать ей в этот момент. Поскольку она уже отошла от кабинета генерального директора, Бекка тихо кивнула: «Хорошо». «Тогда ждите меня в приемной». "Хорошо." Увидев, как Бекка направляется в приемную клиента, Лиза, сделав вид, что идет на ресепшен, тут же обернулась. Она вернулась к двери личного лифта генерального директора с озорной улыбкой, скрестив руки, чтобы повторить спокойное поведение генерального директора, которое она демонстрировала ранее, готовая поддразнить обычно отстраненного и высокомерного руководителя. Неожиданно… Сдерживая смех в ожидании, она увидела, как высокий и внушительный генеральный директор уже направляется в приемную. Выражение лица Лизы, готовой поддразнить, внезапно застыло. Что…? Лишь когда она увидела, как генеральный директор повернул ручку двери в приемную, Лиза поняла, что действительно слишком медлительна! На этаже, где располагался кабинет генерального директора, был резервный лифт, чтобы предотвратить подобные несчастные случаи… Сидя на диване в приемной, Бекка все еще думала о разговоре, который только что состоялся у нее с Говардом Джеффри. Пока она об этом думала, слезы, которые еще не высохли, медленно снова навернулись ей на глаза. Не желая, чтобы Лиза увидела ее в таком жалком состоянии по прибытии, Бекка встала и направилась в туалет в приемной. Она умылась и убедилась, что выглядит чуть лучше, после чего Бекка вышла из туалета. Но Бекка никак не ожидала, что, открыв дверь туалета, она увидит, как туда уже протиснулась высокая фигура. "Ах!" Внезапное появление какой-то фигуры чуть не до смерти напугало Бекку. Но в следующую секунду знакомая властная рука, обнимающая ее за талию, и знакомый запах заставили Бекку замереть на месте. Освещение в туалете было немного тусклым… Бекка в шоке посмотрела на Говарда Джеффри, но тут же встретилась с его пронзительным взглядом темных, словно ночных, глаз. "Ты…" Бекка, все еще не до конца понимая ситуацию, стояла, не зная, что сказать. Говард Джеффри обнял Бекку, не дав ей ни малейшего шанса отстраниться, и низким голосом спросил: «Неужели это так щедро?» "Хм?" "Вы действительно можете просто наблюдать за мной и Элис Робинсон вместе?" Слова Говарда Джеффри заставили Бекку, только что понявшую, что Говард её держит, снова замереть. В тот же миг Говард обхватил ее голову ладонями и быстро поцеловал. Бекка даже не успела среагировать, как ее поцелуй мгновенно лишил сознания. Было и желание, и наказание… Желание было настолько сильным, что сила его хватки на ее голове причиняла ей боль, а наказание отражалось в грубых движениях по ее губам… "Ммм… отпусти…" Задетая его «укусом», Бекка наконец нашла себе применение рукам и начала бить его. Говард Джеффри отпустил Бекку только после того, как "наказал" её в течение долгого времени, и, тяжело дыша, холодно спросил: "Неужели ты должен был силой затащить меня в место, откуда нет выхода?" Щеки Бекки покраснели от поцелуя, что придавало ей застенчивый и очаровательный вид, из-за чего холодный, строгий взгляд Говарда стал немного неестественным. Бекка наконец отреагировала… Вопросы Говарда непрерывно эхом разносились у нее в ушах, и она внезапно опешилась. "Ты…" Красивое лицо Говарда похолодело, когда он, стиснув зубы, сказал: «Почему ты притворяешься щедрым, когда явно не можешь отпустить? Почему ты держишь в себе столько всего, что хочешь мне рассказать? Почему я не получил от тебя ни одного звонка за последние шесть месяцев? Более двухсот дней я просто ждал твоего личного объяснения. Почему ты так равнодушен к нашим отношениям?» Его низкий, хриплый голос, сдавленный до предела, крепко держал её в своих объятиях, не оставляя ей ни малейшего пространства для движения. Она подняла взгляд на его почти пепельное лицо и заметила усталость, которой никогда раньше не видела. Бекка попыталась оттолкнуть Говарда рукой… Но Говард обнял ее хрупкое тело, крепко прижав к себе и заставив ее повернуться к нему лицом. В её голове крутились все вопросы, которые задал ей Говард… Она просмотрела их, не зная, как ему ответить… Говард заметил ее опущенные длинные ресницы, его голос все еще был хриплым: «Куда еще ты хочешь сбежать?» Бекка наконец подняла глаза и спокойно посмотрела на него: «Я не собираюсь убегать». Голос Говарда был строгим: «Ответь на вопросы, которые я только что задал». Бекка сначала глубоко вздохнула, затем кивнула и ответила: «Я думала, ты с Элис». «Значит, ты притворялся щедрым, делал вид, что тебе все равно, и всегда уклонялся от ответа, вместо того чтобы объяснить мне все лично?» «Нет…» — Бекка покачала головой, ее взгляд тускло устремился на красивое лицо Говарда. — «Я не знаю, заботишься ли ты обо мне еще, но я знаю, что со мной ты не будешь счастлив». ---------- Главы 468-247: Я уже влюбился в тебя и не могу подняться 2 «Откуда у вас такое впечатление?» Ребекка Квентин медленно опустила взгляд и печально вздохнула: «Ты можешь отпустить обиды предыдущего поколения за меня, но я не могу сделать этого за тебя… Мы обе родились во тьме, и тебе следует быть с девушкой, которая сможет принести тебе свет, как Элис Робинсон, а мне следует найти мужчину, который сможет осветить мою мрачную жизнь. Очевидно, что ни один из нас не сможет сделать жизнь другого ярче». Лицо Говарда Джеффри помрачнело, в его темных зрачках мелькнула тоска: «Значит, ты просто выбросил хрустальный шар, который я тебе дал?» Ребекка Квентин внезапно подняла глаза. Он знал? «Вы вышли из отеля вместе с Честером Робинсоном, смеясь и болтая. Неужели вы действительно можете отпустить ситуацию?» "Я…" Говард Джеффри внезапно схватил Бекку за плечи, его взгляд пронзил ее насквозь, не оставляя ей возможности убежать: «Ответь мне!!» В голосе Ребекки Квентин наконец послышался сдавленный стон, а в глазах заблестели слезы, когда она посмотрела на него: «Потому что я видела тебя с Элис Робинсон. Я знала, что мой хрустальный шар потерял свой смысл, и каждый день, когда я смотрела на него, я боялась, что он напомнит мне о тебе…» "Ты дурак!!" Говард Джеффри притянул Ребекку Квентин к себе, положив подбородок на ее мягкие волосы, и тяжело вздохнул. В тот момент из глаз Бекки потекли слезы… Ребекка Квентин плакала у него на руках, как ребенок. Говард Джеффри осторожно отпустил Ребекку Квентин, поцеловал ее заплаканные ресницы и хрипло пробормотал: «Разве я не говорил тебе не плакать передо мной?» Слёзы Ребекки Квентин потекли ещё сильнее: «Я не могу это контролировать…» "Тогда ты хочешь быть со мной?" Ребекка Квентин, затуманив зрение, сфокусировалась на нем, энергично кивнула и жалобно спросила: "Но ты все еще будешь со мной?" На красивом лице Говарда Джеффри появилась торжествующая улыбка: «Можно я откажусь?» Наполненное надеждой выражение лица Ребекки Квентин внезапно побледнело. Говард Джеффри добавил с медленной, протяжной интонацией: «К сожалению, я уже попал в вашу ловушку и не могу выбраться». Поникшее выражение лица Ребекки Квентин мгновенно изменилось, она, надувшись, ударила Джеффри в крепкую грудь: «Ты уже перегибаешь палку, даже сейчас издеваешься надо мной…» В этот момент Говард Джеффри опустил голову, и его теплые губы снова накрыли ее губы. В полумраке ванной она встала на цыпочки, обняла его за шею, отвечая на его просьбы. Этот нежный поцелуй был подобен жажде, каждый из нас жаждал большего от другого… Медленно, просто ощущая сладость её губ, ему уже было недостаточно, чтобы удовлетворить растущее желание. Он резко прижал её к белой стене позади, глубоко проникая в её шею… Ребекка Квентин крепко держалась за Говарда Джеффри, позволяя ему разжечь искру желания в её теле. Его запах окутал её, тот самый аромат, по которому она тосковала более двухсот дней и ночей одиночества… Одежда соскользнула с ее плеч, его обжигающее дыхание скользнуло по ее шее, целуя ее соблазнительную ключицу… Ее мысли уже были размыты, она крепко обнимала его, разделяя с ним неутолимое желание большего… Однако в этот критический момент ее внезапно осенила жестокая реальность; ее тело задрожало, и она инстинктивно оттолкнула его… "Не…" Когда она сопротивлялась, Говард Джеффри, словно одержимый, неумолимо подхватил ее на руки, наклонил голову и поцеловал ее в вишнево-красные губы: «Я хочу тебя». "Ждать…" Ребекка Квентин энергично отталкивала руки Говарда Джеффри, стремясь снова положить ее на раковину. «У меня нет времени ждать…» "Но Джеффри…" Повернувшись, чтобы запереть дверь ванной, Говард Джеффри быстро поймал Ребекку Квентин, когда она пыталась спрыгнуть с раковины. Уложив её обратно на раковину, он успокаивающе поцеловал её в губы: «Не бойся… Лиза Сесили — благоразумная женщина; сюда никто не придёт». «Дело не в этом…» Руки Ребекки Квентин оттолкнули приближающееся тело Джеффри: «Между нами есть кое-что, что мы еще не выяснили». Говард Джеффри сдержался, не вскрикнув от желания, нежно обнял её прекрасное лицо и сказал: «Тебе лучше закончить через минуту». Ребекка Квентин невинно моргнула, глядя на Говарда Джеффри: «Ты был с Элис Робинсон назло мне?» «Не совсем». «Что значит „не совсем“? Она тебе действительно нравится?» «Есть и другая причина, но не в том, что она мне нравится». ---------- Главы 469-247: Я уже попал в твои руки и не могу повернуть назад (Часть 2) Ребекка Квентин нахмурила брови: «А какая еще причина?» «Вы всё поймёте, когда я с этим разберусь. Сейчас говорить об этом неуместно». «Правда ли, что вы свозили её на Фиджи на месячный отдых?» Говард Джеффри усмехнулся: «Я думал, ты не возражаешь». На прекрасном лице Ребекки Квентин мгновенно отразилось негодование: «Как я могла не переживать? Я могла лишь отчаянно заставлять себя не переживать…» Говард Джеффри был в восторге, словно на небесах: «Я действительно ездил с ней на Фиджи, но это был не отпуск. У меня были дела». Ребекка Квентин с завистью парировала: «А вы говорите, что это не был отпуск? Фотографии были в новостях…» Говард Джеффри поцеловал её в лоб: «Это было сделано специально, чтобы тебя позлить». Ребекка Квентин легонько ударила Говарда Джеффри по груди: «Перегибаешь палку…» Говард Джеффри от души рассмеялся, позволив Ребекке Квентин выплеснуть свою небольшую злость. «Итак, что вы собираетесь делать с Элис Робинсон теперь?» «Я никогда не воспринимал её всерьёз». «Но ты…» «Дорогая, минута прошла». Ребекка Квентин покраснела до ушей, но рассудительно ответила: «Нет… мне еще кое-что нужно тебе сказать». Говард Джеффри нетерпеливо сказал: «На этот раз лучше сказать всё сразу». "Я…" "Хм?" В этот момент взгляд Ребекки Квентин стал безутешным. Она протянула руку и крепко обняла его за шею: «Я не хочу тебя обманывать, Говард… Возможно, в будущем я не смогу забеременеть». На красивом лице Говарда Джеффри все еще сияла нежная улыбка, но в его голосе слышалась нотка серьезности: «О какой чепухе ты говоришь?» Уже почувствовав беспокойство Говарда Джеффри в его голосе, лицо Ребекки Квентин помрачнело еще больше, но она не позволила себе отступить в этот момент. Она выпалила на одном дыхании: «Когда я была беременна, врач сказал мне, что выкидыш оказал значительное влияние на мой организм, что может привести к бесплодию… Когда полгода назад у меня случился случайный выкидыш, врач сказал, что из-за серьезного повреждения стенки матки я, возможно, никогда больше не смогу иметь детей». Эта нежная улыбка медленно исчезла с красивого лица Говарда Джеффри… Ребекка Квентин, не моргнув глазом, смотрела на его лицо, печально опустила голову и с горечью спросила: «Вы не возражаете?» Говард Джеффри ничего не сказал, просто смотрел на нее, и атмосфера между ними мгновенно стала тяжелой, как свинец. Ребекка Квентин почувствовала, как взгляд Говарда Джеффри наполнился холодом, его глаза стали острыми и ледяными. Она не смела поднять на него взгляд, боясь увидеть на его лице то выражение, которого так боялась. В следующую секунду Говард Джеффри отвернулся. Свет внезапно стал ярче, и Ребекка Квентин резко подняла глаза, увидев лишь спину Говарда Джеффри, когда тот уходил. Она спрыгнула с раковины и, словно в оцепенении, уставилась на него. Повернув дверную ручку, Говард Джеффри остановился у двери, повернувшись к ней спиной, и его голос, слегка хриплый, произнес: «Ты должна была сказать мне раньше». "Я…" Ребекка Квентин смотрела, как Говард Джеффри уходит, его холодная и суровая спина отдалилась, и слова застряли у нее в горле. Говард Джеффри уже удалялся. В машине Лиза Сесили на несколько секунд замешкалась и тихо спросила: «Мисс Квентин, у вас был неприятный разговор с боссом?» Ребекка Квентин молча покачала головой. «Когда начальник вернулся в офис, он, похоже, был в плохом настроении. Что случилось?» Ребекка Квентин подняла свой пустой взгляд и посмотрела прямо перед собой, спросив: «Секретарь Сесили, как вы думаете, мы с Говардом снова будем вместе?» Лиза Сесили энергично кивнула: «Конечно, если бы боссу было на тебя наплевать, зачем бы он снова и снова заставлял тебя его искать?» Ребекка Квентин опустила ресницы и тяжело вздохнула. «Мисс Квентин, вы должны доверять боссу…» Ребекка Квентин снова замолчала. Хотя Лиза Сесили не могла понять, что пошло не так между Говардом Джеффри и Ребеккой Квентин во время их разговора, она опасалась, что Ребекка Квентин может слишком много об этом думать, поэтому изо всех сил старалась её утешить: «Мисс Квентин, видите ли, босс лично поручил мне отвезти вас домой. Это показывает, что он заботится о вас… Ах да, кстати, он ещё сказал, что позвонит вам позже». Ребекка Квентин подняла своё поникшее лицо и спросила: «Правда?» Лиза Сесили энергично кивнула: «Да… не стоит слишком много думать, подожди, пока тебе позвонит начальник, хорошо?» Бледное лицо Ребекки Квентин слегка побледнело: «Хорошо». Тук-тук. "Войдите." С разрешения босса Лиза Сесили тихо вошла. «Босс, я уже отвезла мисс Квентин домой». Говард Джеффри, задумчиво произнес: «Хорошо». Лиза Сесили подняла взгляд и украдкой взглянула на свою начальницу. Он тихо сидел в кресле за столом; на его красивом лице не было никаких видимых отклонений, но нахмуренные брови источали холодок. Проработав с Говардом Джеффри много лет, Лиза Сесили знала, что когда у Говарда Джеффри появлялось такое выражение лица, ей обычно приходилось молча удаляться, но перед уходом она не могла не сказать: «Босс, когда я отвела мисс Квентин домой, она выглядела довольно подавленной». Говард Джеффри взглянул на Лизу Сесили: «Она что-нибудь сказала?» Лиза Сесили ответила: «Мисс Квентин мало говорила и казалась спокойной, но выглядела она очень подавленной». «Можете уходить!» "Да." Лиза Сесили не осмелилась сказать больше и повернулась, чтобы уйти. После того как Лиза Сесили ушла, Говард Джеффри встал и подошел к окну от пола до потолка. Его лицо было холодным и бледным, в глазах читался резкий холод, но выражение лица было бесстрастным. Вернувшись домой, Ребекка Квентин лежала на кровати, чувствуя сильную усталость. Она безучастно смотрела в потолок, в ее голове всплывали только что произошедшие с ним сцены. Она никак не ожидала, что на этот раз, направляясь к нему, дело дойдет до такого. Когда он толкнул её, она могла бы продолжать холодно отказываться, но в тот момент, когда он обнял её, нежность и нежелание в её сердце заставили её изменить своё решение… Прижавшись к его груди и вдыхая его приятный мужской аромат, она всю ночь напролет думала о нем… Поэтому она не смогла обуздать свой разум и последовала зову сердца… Она могла обнимать его, гулять с ним, чувствовать себя окруженной заботой и вниманием, как раньше; она не могла оставаться равнодушной… Она знала, что если всё будет развиваться так, как сейчас, финал никогда не будет таким позорным, как если бы Лиза Сесили отправила её домой… но она должна была быть с ним честной, потому что знала, что он заботится о ней. Какой мужчина сможет смириться с тем, что его женщина не может иметь детей? ---------- Глава 470-248: С тобой — никаких сожалений Несмотря на то, что у них с ней уже был Эндрю, он всегда мечтал иметь с ней еще одного ребенка. Поэтому она считала, что ему нужно время, чтобы осмыслить этот факт… Опираясь на изголовье кровати, Ребекка Квентин смотрела на экран телефона, терпеливо ожидая его звонка. К сожалению, весь день прошел, а Говард Джеффри так и не позвонил ей, в то время как она весь день ждала его звонка. С наступлением сумерек Ребекка Квентин наконец-то почувствовала некоторое беспокойство… Он так давно ей не звонил, и она не понимала почему, но вдруг у нее возникло зловещее предчувствие. В тот самый момент, когда Ребекка Квентин почувствовала тревогу, наконец зазвонил ее телефон. Ребекка Квентин поспешно взяла телефон и посмотрела на номер, и, конечно же, на экране отобразился тот самый, которого она ждала. Но в тот момент она по необъяснимым причинам не осмелилась ответить… Вглядываясь в мигающую цифру на экране, которая то появлялась, то исчезала, Ребекка Квентин все больше испытывала внутренний страх… Ошеломленная Ребекка Квентин прислонилась к изголовью кровати, наблюдая, как телефон настойчиво звонит снова и снова. Наконец, дрожащими руками Ребекка Квентин нажала кнопку ответа, медленно поднося телефон к уху. «Извините, я только что сходил в туалет». "Бекка…" "Хм?" Голос Говарда Джеффри был хриплым: «Простите». Ребекка Квентин улыбнулась: «Почему ты извиняешься передо мной?» «Думаю, я, наверное, не смогу принять тебя в таком виде». Ребекка Квентин старалась говорить мягким голосом: «Не могли бы вы говорить немного чётче?» «Я беру свои слова обратно… Думаю, я не смогу быть с тобой». В этот момент наконец подтвердилось зловещее предчувствие Ребекки Квентин. Рука, державшая телефон, внезапно ослабла, и по ее лицу потекли слезы. "Бекка, Бекка…" Ребекка Квентин вытерла слезы с лица, и в ее голосе все еще звучала легкая улыбка: «Я слушаю». "Мне жаль." Он снова извинился перед ней. Слезы беззвучно текли из глаз Ребекки Квентин, но она все же улыбнулась: «Я понимаю». «За последние полгода между нами образовалась пропасть, которую ни ты, ни я не могли преодолеть… Но я никогда не отпускал тебя, я ждал, ждал твоего звонка, ждал момента, когда ты во мне нуждаешься, но ничего не происходило, ничего, ты никогда не звонил мне и не нуждался во мне, и я обманывал себя, думая, что ты меня не ищешь, потому что не можешь с этим смириться, поэтому я создал возможность встретиться с тобой во Франции, хотя ты по-прежнему не собирался с этим сталкиваться…» «На самом деле, когда я увидел, как ты выбросила тот хрустальный шар, я уже собирался отказаться от тебя и оставить эту жизнь, но, увидев тебя плачущей перед лифтом сегодня утром, я не выдержал… Я сказал тебе, что не с Элис Робинсон, но это ложь. В тот период, когда я был разочарован в тебе, Элис была той, кто поддерживала меня. Я солгал тебе, потому что не мог смириться с мыслью о том, чтобы бросить тебя. Я надеялся, что мы сможем начать все сначала, ведь я всегда чувствовал ответственность за тебя, пока ты не рассказала мне о своем состоянии здоровья…» «Должен быть с тобой честен, мои эмоциональные перемены произошли не потому, что я не мог принять этот факт, а потому, что я обнаружил, что даже не испытываю гнева по этому поводу, что мне всё равно не так уж и важно, как я думал… Я провел целый день, медленно размышляя об этом, и только позвонив тебе сейчас, я понял, что мне всё равно не так уж и важно, потому что мне было всё равно на тебя…» Ее зрение уже настолько затуманилось, что она ничего четко не видела, ее длинные ресницы медленно опустились. «Бекка, ты действительно понимаешь?» Ребекка Квентин с болью закрыла глаза, позволяя слезам капать на кровать, и медленно, дрожащим голосом произнесла: «Я понимаю… Говард Джеффри, спасибо, что ты рассматривал возможность дать нам шанс, это я постоянно упускала такие возможности, тот, кто должен был сказать «извини», — это я… Не беспокойся, на самом деле, я живу не так плохо, как ты себе представляешь, новая жизнь — это тоже совершенно новое начало для меня, желаю тебе всего наилучшего». Неделю спустя. После окончания совещания Ребекка Квентин поспешно последовала за менеджером Смитом, обнимая документы. "Менеджер…" Менеджер Смит повернул голову и мягко спросил: «Как дела?» Ребекка Квентин извинилась: «Вы только что упомянули на встрече, что хотите доверить мне разработку дизайна группы компаний «Оверский», боюсь, я не справлюсь с этим». ---------- Главы 471–248: Ни о чём не жалею, будучи с тобой (Часть 2) Менеджер Смит остановился как вкопанный, продолжая говорить мягким тоном: «Почему вы считаете, что не справитесь?» Ребекка Квентин объяснила: «Я изучаю дизайн меньше полугода, и многое мне еще непонятно. Кроме того, «Oversky» — это масштабный проект; как можно доверить его такому человеку, как я, который только начинает свою карьеру в дизайне…» Менеджер Смит улыбнулся: «Вы усердно работали над своими дизайнерскими проектами последние несколько месяцев, и у вас огромный талант. Недавние работы, которые вы мне показали, были превосходны… Я хотел дать вам возможность доказать свои способности. Так уж получилось, что мы взялись за этот проект «Oversky». Поскольку я знаю, насколько он важен, я поручаю его вам. Только успешно справившись с ним, вы сможете изменить отношение коллег к себе, и они перестанут тянуть историю о вашей связи с закулисным боссом». «Я понимаю ваши намерения, менеджер, но…» Менеджер Смит ободряюще похлопал Ребекку Квентин по плечу: «Больше никаких „но“. Я знаю, что ты еще неопытна в дизайне, но на этот раз тебя в Y City поедут еще два дизайнера. Они укажут на любые недостатки, так что тебе не нужно беспокоиться о том, что „Оверский“ будет недоволен дизайном. Просто сделай все, что в твоих силах…» Менеджер Смит высказался по этому поводу, не оставив Ребекке Квентин возможности отказаться. Менеджер Смит утешил: «Не теряйте веру в себя. Я верю в ваш дизайнерский талант». Ребекка Квентин слегка кивнула. Менеджер Смит любезно сказал: «Хорошо, иди подумай над дизайном «Оверски». Через пару дней ты уезжаешь в город Y». "Хорошо." Вернувшись за свой стол, Ребекка Квентин откинулась на спинку стула, погруженная в размышления. Николетт Холмс подошла к Ребекке Квентин и с любопытством спросила: «Правда ли, что менеджер хочет, чтобы вы взяли на себя проект „Оверский“?» "Да." Николетт Холмс восхищалась: «Руководитель очень хорошо к вам относится, доверив вам такой важный проект. Если вы успешно с ним справитесь, я уверена, коллеги вам позавидуют». Ребекка Квентин раздраженно прижала руку ко лбу: «Ты думаешь, это хорошо?» Николетт Холмс энергично кивнула: «Все в компании думают, что ты попала в отдел контроля качества благодаря связям. Если ты докажешь свою компетентность на этот раз, даже если внутри компании в этом не убедятся, по крайней мере, тебя не будут открыто отвергать». "С надеждой!" «Почему вы всё ещё выглядите обеспокоенным? Вы действительно боитесь, что не справитесь с этим проектом?» Ребекка Квентин покачала головой и выпрямилась: «Раз менеджер в меня верит, я сделаю все возможное». Николетт Холмс протянула руку: «Давай, давай пять. Желаю тебе успехов в поездке в город Y». Ребекка Квентин дала «пять» Николетт Холмс и улыбнулась: «Ты единственная, кто не боится быть втянутой в любую полемику со мной». Николетт Холмс наклонилась и прошептала на ухо Ребекке Квентин: «Дело не в том, что я не боюсь; просто у меня другой взгляд на вещи, нежели у них. Я подумала, если ты действительно связана с закулисным боссом, и я останусь с тобой, то почему бы мне не подняться на вершину!» Ребекку Квентин позабавили слова Николетт Холмс: «Тогда просто подожди!» Ребекка Квентин уже забронировала билет на самолет в город Y. Поскольку перелет займет всего около полутора часов, она решила вылететь на следующее утро, чтобы по прибытии встретиться с представителем компании «Oversky» и, возможно, провести вторую половину дня со своей сестрой. Собирая багаж вечером, она вспомнила, что Честер Робинсон покупал ей завтраки последние два дня, и решила сообщить ему об этом. После двух стуков она подумала, что Честер, возможно, дежурит в больнице, но он тут же открыл дверь. Честер Робинсон, казалось, удивился, увидев Ребекку Квентин: «Это действительно ты?» Ребекка Квентин недоуменно спросила: «Разве это так странно, что это случилось со мной? В конце концов, мы же соседи!» На лице Честера Робинсона появилась нежная улыбка, он повернулся и вернулся в номер, сказав: «С тех пор, как мы стали соседями, должно быть, вы впервые постучали в мою дверь». «Э-э…» — смущенно добавила Ребекка Квентин. — «Обычно мне нечего спросить!» Честер подошел к винному шкафу и с юмором заметил: «Так по какому важному случаю мисс Квентин пришла сегодня вечером в мой скромный дом?» Ребекка Квентин улыбнулась и подошла к Честеру: «Ничего особенного. Я просто уезжаю в поездку на несколько дней, так что предупреждаю тебя заранее». Честер открыл бутылку красного вина и спросил: «Куда ты едешь в путешествие?» Ребекка Квентин ответила: «Y City». «Это довольно близко». «Да, это всего лишь поездка на три-пять дней». «Не хотел тратить время на покупку завтрака для тебя завтра, поэтому предупредил меня заранее?» «Мне было бы очень жаль, если бы ты зря так старался!» Честер искоса взглянул на Ребекку Квентин: «Рад видеть, что у тебя есть чувство вины!» Ребекка Квентин усмехнулась: «Доктор Робинсон, чтобы выразить свою благодарность за вашу заботу и внимание, я решила купить вам подарок в городе Y. Надеюсь, он вам понравится!» «Прекрасно, редкий случай проявления щедрости с вашей стороны». «Ты умеешь только дразнить меня». Честер налил два бокала красного вина и протянул один Ребекке Квентин: «Желаю вам удачи в поездке». Ребекка Квентин посмотрела на ярко-красную жидкость в стакане и мягко покачала головой: «Вы же знаете, как я переношу алкоголь, лучше мне не пить». Она из тех, кто напивается после нескольких глотков, особенно после инцидента во Франции; теперь она особенно настороженно относится к алкоголю. Губы Честера изогнулись в улыбке: «Полагаю, я выпью в одиночестве». Слова Честера развеселили Ребекку Квентин, она рассмеялась, затем ее взгляд упал на винный шкаф, и она с удивлением воскликнула: «Доктор Робинсон, значит, вы тоже любите красное вино!» «Просто коллекционерский интерес». Заинтригованная, Ребекка Квентин подошла к винному шкафу и цокнула языком: «Ух ты, какие дорогие эти вина… Каждая бутылка, должно быть, стоит несколько месяцев моей зарплаты. Доктор Робинсон, неужели работа врачом действительно приносит такой высокий неофициальный доход?» «Никаких неофициальных доходов нет, но у меня есть семейные деньги». Ребекка Квентин внезапно поняла: «Я почти забыла, вы богатый человек». Имея в виду его состоятельное происхождение из французского высшего общества. Честер не стал отрицать, улыбаясь: «Раз вы видите, что эти вина ценные, значит, вы кое-что понимаете в вине?» Ребекка Квентин инстинктивно ответила: «Нет; я просто кое-что почерпнула из…» "Хм?" Поскольку я раньше работал с Говардом Джеффри. Ребекка Квентин сменила тему: «Ничего особенного». Честер многозначительно взглянул на Ребекку Квентин: «Думаешь об этом человеке?» Цвет лица Ребекки Квентин слегка побледнел. "Зачем вообще об этом говорить?" Честер поднял бокал, сделал небольшой глоток и медленно произнес: «В новостях сообщили, что „Скайтоп“ перенес свой первый филиал в Париж, Франция. Похоже, у Говарда Джеффри больше не будет много возможностей приезжать в Т-Сити». ---------- Главы 472–249: Притворяясь глупым, чтобы перехитрить мудрых 1 В этот момент Ребекка Квентин поспешно сказала: «О нет, уже поздно, доктор Робинсон, я больше не буду с вами разговаривать. Я пойду немного соберусь, мне нужно пораньше лечь спать…» "Продолжать." Только Ребекка Квентин знала, насколько сильное беспокойство она испытывала по возвращении. Закрыв дверь, она прислонилась к дверной панели и глубоко вздохнула. Она чувствовала себя совершенно бесполезной; это был всего лишь разговор об этом человеке, что тут такого особенного. На следующее утро в десять часов Ребекка Квентин уже приземлилась в городе Y. Ребекка приехала с двумя дизайнерами, изначально полагая, что ее незрелые социальные и дизайнерские навыки нуждаются в их поддержке, но неожиданно оба дизайнера заявили о недомогании во время полета и попросили отдохнуть в отеле. Ребекка прекрасно понимала, что даже если эти два дизайнера поедут с ней в «Оверский», они будут лишь бездействовать, а может быть, даже ждать ее неудачи. В отчаянии она решила отправиться в «Оверский» одна. Оставив свой багаж в отеле, где она остановилась, Ребекка позвонила ответственному лицу в компанию «Оверски». Всё прошло гладко; ответственная сотрудница сказала, что она может прийти в любое время. Желая поскорее закончить выступление и отправиться на поиски Кристин Куинн, Ребекка, ни на минуту не отдохнув, поспешила в "Оверский". Ребекка раньше работала в «Оверски», и все там ее знали. Чтобы избежать лишних проблем, она намеренно наносила яркий макияж и носила солнцезащитные очки, что резко контрастировало с ее прежним аккуратным и свежим видом рядом со Скайлер Джонс. И действительно, администратор ее не узнала. После того, как она объяснила причину, администратор позвонила ответственному лицу и проводила ее к лифту. Спустя более чем год, снова оказавшись на территории «Оверского», Ребекка почувствовала необъяснимое умиротворение. Да, это место действительно хранило для неё много воспоминаний; она до сих пор помнила, как Скайлер Джонс заботилась о ней в прошлом… Помощник мистера Юджина налил ей стакан воды и вежливо сказал: «Мисс Квентин, пожалуйста, подождите здесь, мистер Юджин скоро будет здесь». "Хорошо." После того как помощник мистера Юджина ушел, Ребекка поставила чашку и еще раз оглядела это знакомое место. Огромное окно от пола до потолка заставило ее, сам того не замечая, встать… Раньше, когда она следила за Скайлером Джонсом, она заметила, что и Скайлер Джонс, и Говард Джеффри любили стоять перед окном от пола до потолка и размышлять, но она никогда не обращала внимания на то, какой вид открывается за окном. Стоя перед окном от пола до потолка и глядя на беспрепятственный вид за стеклянной занавеской, она неожиданно почувствовала себя в изоляции, очень тихо и безмятежно, словно весь мир был сосредоточен там, позволяя ей открыть свой разум и обрести ясность, но в то же время присутствовало и оттенок одиночества. «Бекка». Внезапно позади Ребекки раздался низкий, глубокий голос. От этого знакомого голоса тело Ребекки напряглось, и она медленно обернулась, ее взгляд встретился с человеком, который пришел. Скайлер Джонс застыл на месте, казалось, он давно не смотрел на нее так пристально, его взгляд был на удивление глубоким. Ребекка прямо сказала: «Я думала, у меня назначена встреча с мистером Юджином». Скайлер Джонс подошёл к Ребекке, посмотрел на неё и тихо объяснил: «Он узнал твой голос и выяснил, что твоя фамилия Квентин, поэтому он мне и сообщил». Ребекка нахмурилась: «Разве это не было твоим преднамеренным договором?» «Я знал, что вы работаете в 'QCS', и действительно, именно благодаря вашим связям 'Oversky' сотрудничал с 'QCS', но я не ожидал, что вы приедете в Y City в качестве дизайнера». Ребекка отвела взгляд, опустила веки и спокойно произнесла: «Давно не виделись». Взгляд Скайлер не отрывался от красивого, но стройного лица Ребекки, и она нежно спросила: «Ты не можешь позаботиться о себе?» В ответ на беспокойство Скайлер, Ребекка холодно ответила: «Думаю, у меня нет времени на воспоминания. Я еще хочу навестить сестру позже; можем ли мы поговорить о проекте дизайна?» Скайлер просто сказала: «Ты уже пришла; нужно ли нам это вообще обсуждать?» Ребекка внезапно подняла взгляд и посмотрела на Скайлер: «Тебе следует вести дела профессионально». Скайлер быстро схватила Ребекку за хрупкие плечи: «Почему, увидев меня, ты так нетерпелива?» Ребекка хранила молчание. Голос Скайлер был слегка хриплым: «За полгода я звонила тебе бесчисленное количество раз, отправляла бесчисленное количество сообщений, но ты мне так и не ответила. Неужели ты так ненавидишь меня видеть?» ---------- Глава 473-249: Притворяясь дураком, чтобы перехитрить мудреца (Часть 1) «Мистер Джонс, я же вам говорила, что вы должны тратить свое время на людей, которых стоит ценить». Естественно, Ребекка Квентин имела в виду Кристин Куинн. «Нет, дело не в этом… Ты злишься на меня, поэтому не хочешь меня видеть или со мной разговаривать». Ребекка Квентин осторожно отстранилась от Скайлер Джонс, повернулась и ответила: «Я ни на что на тебя не злюсь; я просто думаю о своей сестре». Скайлер Джонс прищурился и хитро посмотрел на Ребекку Квентин: «Конечно, ты злишься, как же иначе? Если бы я не раскрыл тебе правду об убийстве твоего отца в Т-Сити, вы с Говардом Джеффри, возможно, сейчас были бы безмерно счастливы!» Ребекка Квентин резко обернулась и ледяным взглядом посмотрела на Скайлер Джонс: «Даже если вы это узнали, разве вы не пытались намеренно сорвать всё тогда?» Скайлер Джонс внезапно бросилась к Ребекке Квентин и крепко схватила ее за руки: «Я сделала это намеренно, и что с того?» Ребекка Квентин смотрела прямо в глубокие, полные собственничества глаза Скайлер Джонс; боль и утрата от этого воспоминания все еще отражались в ее ясных, печальных глазах. Голос Скайлера Джонса был хриплым: «Он вас обманул». «Значит, вы давно знали, что зачинщицей была ваша мать. Вы предвидели, что Говард Джеффри не сможет мне это объяснить, потому что хотел защитить вашу мать и сохранить семейную гармонию, тем самым достигнув своей гнусной цели!» — Разве я презренный? — холодно рассмеялся Скайлер Джонс. — По сравнению со всем тем, что Говард Джеффри сделал с тобой, разве я презренный? Ребекка Квентин повернула голову в сторону. Скайлер Джонс, переполненный ненавистью, отвернул лицо Ребекки Квентин, заставляя её встретиться с ним взглядом. Боль вырвалась наружу: «Говард Джеффри снова и снова играл с твоими чувствами, в то время как я всегда был осторожен с тобой, никогда не осмеливаясь принудить тебя даже немного. Разве это можно назвать презренным? Ты наконец согласилась встречаться со мной, но Говард Джеффри увез тебя на Остров Пены, силой забрав от меня. Когда ты вернулась, я увидел твой нежный взгляд, и мне оставалось только подавить гнев — разве это тоже презренно? Когда ты была одна в Алтоне, рожая и говоря, что хочешь мирной жизни, я не смел тебя беспокоить и заставил себя держаться подальше — разве это можно считать презренным? Если всё, что я сделал, называется презренным, то как ты назовёшь то, что Говард Джеффри сделал с тобой?» Скайлер Джонс зловеще рассмеялась: «Выкидыш, развод, пренебрежение тобой, роды в чужой стране, постоянные игры с твоими чувствами… До сих пор ему на тебя наплевать, он даже проявляет нежность к другой женщине. Разве это не его презрение, а не забота и любовь к тебе?» Ребекка Квентин, с трудом сдерживая слезы, выпалила: «Если бы не ты, мы с ним бы до этого не дошли…» Скайлер Джонс громко рассмеялась и саркастически выпалила: «Тогда, когда все недоразумения улажены, почему вы не вместе? Если это настоящая любовь, он не пожалел бы средств, чтобы ты была рядом. Почему женщина, которая сейчас с ним, — это кто-то другой? Не говори мне, что он все еще любит тебя, потому что по твоим печальным глазам я уже вижу, какую боль он тебе причинил!» «Довольно!!» Ребекка Квентин с силой вырвалась из объятий Скайлер Джонс и медленно отступила. Во время отступления ее зрение затуманилось от слез; она изо всех сил старалась широко раскрыть глаза, чтобы сдержать слезы, подавляя боль в горле, и тихо произнесла: «Я действительно была наивной, но никогда не жалела ни об одном своем решении. Вам не нужно специально напоминать мне о моем нынешнем жалком положении». Затем Ребекка Квентин повернулась к двери. "Бекка…" В последнюю секунду перед тем, как покинуть гостиную, Ребекка Квентин остановилась, повернувшись спиной к Скайлер Джонс и произнеся максимально спокойным тоном: «Я снова свяжусь с тобой, чтобы обсудить вопросы дизайна. Надеюсь, в следующий раз мы будем говорить не о личных делах». Наблюдая, как Ребекка Квентин уходит, Скайлер Джонс яростно ударила кулаком по стене. После ухода из «Оверского» Ребекка Квентин позвонила Кристин Куинн. Звонок быстро соединился, и Ребекка Квентин, успокоив свои тревожные мысли, бодро произнесла: «Сестра!» Голос Кристин Куинн был таким же мягким, как всегда: «Ты ведь не был слишком занят, чтобы позвонить мне?» "Да-да, я тебя все это время игнорировала… Ты сейчас в городе Y?" «Где бы я был, если бы не здесь?» «Сестра, я не знаю, где ты живешь, просто быстренько скажи мне свой адрес!» Кристин Куинн осторожно ответила: «Вы приехали в Y City?» Ребекка Квентин взволнованно сказала: «Мм, я приехала в город Y в командировку, и у меня как раз есть немного свободного времени. Я могу навестить вас сегодня днем!» "А?" "Что это за реакция? Разве ты не рад моему приезду?" Кристин Куинн поспешно объяснила: «Нет, дело не в этом. Конечно, я рада, что вы приедете, просто я…» "Что с тобой?" «Так вот, я сейчас не в городе Y. Учительница Мари организует мероприятие для детей в другом городе, и я волнуюсь за Мари, поэтому поехала с ними». Ребекка Квентин скептически спросила: «Но разве вы только что не сказали, что находитесь в городе Y?» "Я…" «Сестра, почему ты говоришь так неуверенно? Что происходит? Что-то не так?» Кристин Куинн вздохнула: «Ну, я не хотела вас волновать…» Услышав тяжесть в голосе Кристин Куинн, Ребекка Квентин забеспокоилась: «Что именно произошло?» Кристин Куинн медленно произнесла: «Ситуация такова… Состояние Мари ухудшилось, она находится в больнице последние несколько дней. Врач говорит, что ее состояние не внушает оптимизма, и операцию необходимо провести как можно скорее». «Что?» — отчитала Ребекка Квентин. — «Почему ты мне не рассказала о таком важном деле?» «Я не хотела, чтобы ты волновался…» «В какой больнице вы сейчас находитесь? Я немедленно приеду». Затем Кристин Куинн сообщила Ребекке Квентин её адрес. Ребекка Квентин поймала такси и как можно быстрее помчалась в больницу. Из двусмысленных слов Кристин Куинн Ребекка Квентин уже догадалась, что состояние Мэрилин Куинн должно быть гораздо серьезнее, чем описала Кристин. И действительно, когда Ребекка Квентин прибыла в детскую больницу, ситуация оказалась намного хуже, чем она предполагала. «Тебе следовало сказать мне раньше…» Стоя перед стеклянной стеной и глядя на Мэрилин Куинн, лежащую на кровати с вставленными капельницами, Ребекка Квентин говорила с болью в сердце. Стоя рядом с Ребеккой Квентин, Кристин Куинн, вся измученная, вздохнула и сказала: «Какой смысл был тебе об этом говорить? Это только добавило бы еще одного человека, о котором стоило бы беспокоиться». Ребекка Квентин обняла Кристин Куинн: «По крайней мере, я могла быть здесь с тобой». Кристин Куинн посмотрела в стеклянную стену на спящую внутри дочь и, заставив себя улыбнуться, сказала: «Не волнуйся обо мне; я всегда знала о состоянии Мари, знала, как она может отреагировать, поэтому я давно морально подготовилась ко всему этому, просто… я не ожидала, что это произойдет так быстро». ---------- Главы 474–250: Притворяясь дураком, чтобы перехитрить мудреца 2 Ребекка Квентин с тревогой спросила: «Так что же нам теперь делать?» «Врач сказал, что операция необходима как можно скорее…» «Как можно скорее означает…» Кристин Куинн кивнула: «Операция по замене сердца. Скайлер Джонс уже связалась с Говардом Джеффри, и если все пройдет гладко, старая миссис Джеффри уже летит в город Y, чтобы доставить Эндрю». "Эндрю…" Упоминание о ребёнке вызвало у Ребекки Квентин сильное волнение. Кристин Куинн повернулась к Ребекке: «Изначально я не хотела рассказывать тебе о состоянии Мари, но поскольку ты в городе Y и давно не видела Эндрю, это дает тебе шанс на воссоединение матери и сына…» Ребекка оглянулась на больничную палату: «Но сейчас меня больше всего беспокоит состояние Мари». Кристин замолчала. Понимая, что она невольно создала дополнительную нагрузку на свою сестру, Ребекка быстро добавила: «Но благодаря такому количеству специалистов и лучшим медицинским учреждениям операция, безусловно, пройдет очень гладко». "Хм." Чтобы разрядить обстановку, Ребекка сменила тему: «Сестрёнка, я пойду пообедаю. Ты, наверное, сегодня утром ничего не ела». «Я не голоден». «Даже если ты не голоден, тебе все равно нужно есть!» Кристин беспомощно кивнула. Ребекка немедленно отправилась в ближайшую больничную столовую, чтобы собрать два обеда, а пока ждала, позвонила Скайлеру Джонсу. Как только звонок соединился, Ребекка не удержалась и упрекнула: «Зачем тебе вообще еще ехать в офис?» Скайлер молчала. Ребекка сердито сказала: «Мари — твоя дочь. Она сейчас в больнице, почему я не вижу тебя там?» Скайлер холодно ответила: «Ты закончила?» Поняв, что ее тон слишком резкий, Ребекка смягчила манеру речи и мягко сказала: «Я знаю, что не имею права вмешиваться в ваши дела с моей сестрой, но я очень надеюсь, что вы сможете уделять ей больше времени. Состояние Мари настолько тяжелое, что она никак не сможет справиться со всем в одиночку. Сейчас ей больше всего нужно, чтобы кто-то был рядом, и вы знаете, что вы ей больше всего нужны…» Ребекка провела весь день в больнице с Кристин, пока не проснулась Мэрилин Куинн. Несмотря на физическую слабость, Мэрилин была в относительно хорошем настроении и обрадовалась встрече с Ребеккой. В этот момент Ребекка сидела рядом с кроватью, держа Мэрилин за руку и непринужденно болтая с ней: «Я слышала, ты отлично сдала экзамены в этот раз. Мама тебя наградила?» «Да, мама водила меня в аквариум». Кристин стояла рядом с улыбкой. Ребекка пообещала: «После операции тётя снова отвезёт тебя и твою маму в аквариум. Как тебе такая идея?» "Хорошо." «Мистер Джонс». Пока трое весело болтали, внезапно раздался голос медсестры. Ребекка взглянула на дверь и увидела, что приехала Скайлер. "Папочка!!" Мэрилин взволнованно воскликнула. Ребекка встала с постели, стараясь не смотреть на Скайлер. Скайлер уже подошла к кровати и наклонилась, чтобы поцеловать Мэрилин: «Дорогая, тебе нигде не неудобно?» Несмотря на сильную слабость, Мэрилин энергично покачала головой: «С папой, мамой и тетей рядом я совсем не чувствую себя некомфортно». Скайлер протянул руку и обнял Мэрилин. Кристин подошла к Скайлер и прошептала напоминание: «Будь осторожна, чтобы не задеть ей запястье, иначе им придётся снова вставлять капельницу…» Увидев эту трогательную сцену, Ребекка тихо вышла из больничной палаты. Сев на стул у входа в комнату, Ребекка открыла телефон. В её телефоне хранилось множество фотографий Эндрю, сделанных ею ранее, и всякий раз, когда она скучала по нему, она смотрела на них. Но все эти фотографии были сделаны, когда Эндрю ещё не было и полугода. «Скучаете по сыну?» Пока Ребекка была запечатлена на фотографиях, голос Кристин прервался. Ребекка убрала телефон и слегка кивнула. Кристин взглянула на больничные часы: «Думаю, старая миссис Джеффри приедет сегодня вечером». "Хм." Кристин села рядом с Ребеккой и утешила ее: «Не волнуйся, Эндрю отсутствовал всего полгода; он тебя не забудет». "Будем надеяться!" Кристин оглянулась на Скайлер и Мэрилин в комнате: «Посмотрите на Мари; я заботилась о ней, но ее связь со Скайлер даже крепче, чем со мной. Это естественная связь кровных уз». ---------- Главы 475-250: Игра в дурака, чтобы перехитрить врага 2_2 Ребекка Квентин проследила за взглядом Кристин Куинн и увидела, как Мэрилин Куинн кокетливо общается со Скайлер Джонс. Наблюдая за отцом и дочерью так близко, Ребекка Квентин тихо спросила: «Сестра, мистер Джонс часто гостит у Мари?» Кристин Куинн кивнула: «Должна сказать, единственное положительное качество Скайлера Джонса, пожалуй, это его любовь к Мари… С тех пор как Мари живет в городе Y уже больше года, он очень заботится о ней. Пока он не в командировке, он практически каждый день навещает Мари и уделяет ей время, чтобы поиграть. Недавно, когда Мари стало плохо, он почти отложил все дела компании, чтобы остаться с ней в больнице. Просто сегодня в «Оверски» было так много дел, которые требовали его присутствия, что ему пришлось уйти утром». Ребекка Квентин была ошеломлена: «Что, он…» "Хм?" «Ничего, я рада, что он заботится о Мари». Она поняла, что неправильно поняла Скайлера Джонса. Кристин Куинн улыбнулась: «На самом деле, без него я, возможно, уже давно бы оказалась в отчаянии из-за болезни Мари». «Сестра, ты снова случайно раскрыла свои чувства». Кристин Куинн бросила на Ребекку Квентин многозначительный взгляд: «Не говори глупостей. Если бы не Мари, мы бы с ним даже не дружили. Я могу мирно сосуществовать с ним только потому, что он отец Мари, и я не хочу расстраивать Мари». «На самом деле, я всегда надеялся увидеть, как вы с мистером Джонсом начнете все сначала». «Это невозможно… Я решила, что как только Мари поправится, я поговорю с ней. Если она захочет остаться со Скайлер Джонс, я вернусь в Алтон одна». Ребекка Квентин нахмурилась от недоумения: «Почему?» «У меня свой жизненный путь. Я не могу всю жизнь быть привязанной к Скайлер Джонс из-за Мари». "Сестра…" «Давайте больше не будем об этом говорить. Я еще даже не обсуждала это с Мари; все должно подождать, пока она выздоровеет». Ребекка Квентин хотела убедить её, но была бессильна, поскольку на сердечные дела нельзя повлиять с помощью третьей стороны. Кристин Куинн сменила тему: «Вы прилетели в город рано утром и провели весь день со мной в больнице. Вы, должно быть, устали, так почему бы вам не вернуться в отель и немного отдохнуть? Я позвоню вам, как только сегодня вечером приедет старая миссис Джеффри». Ребекка Квентин взяла Кристин Куинн за руку и серьезно сказала: «Я не устала… но ты выглядишь так, будто не спала несколько дней и ночей. Почему бы тебе не отдохнуть? Я присмотрю за Мари сегодня вечером». Кристин Куинн покачала головой: «Скайлер Джонс наняла отличных сиделок, поэтому никому не нужно оставаться в больнице на ночь. Просто Мари не может оставаться без меня ночью, поэтому я остаюсь в больнице с ней…» «Хорошо, тогда я вернусь в отель, как только приедет миссис Джеффри. У Мари завтра рано утром операция, и я хочу быть там, чтобы поддержать её». "Хорошо." Миссис Джеффри наконец приехала только в восемь вечера. В узком больничном коридоре, увидев спящего Эндрю на руках у Джейсона Вуда, Ребекка Квентин подбежала… Миссис Джеффри проявляла мягкость по отношению к Ребекке Квентин и кивнула Джейсону Вуду, когда Ребекка Квентин собиралась взять Эндрю на руки. Эндрю, не осознавая, что находится на руках у матери, что-то пробормотал, когда его сон прервался, его маленькое личико нежно прижалось к плечу Ребекки Квентин, и он снова заснул. Ребекка Квентин не смогла сдержать слез… Она крепко обняла Эндрю и безудержно рыдала. Кристин Куинн нежно похлопала дрожащую спину Ребекки Квентин: «Тсс, не будите Эндрю…» Ребекка Квентин непрерывно целовала Эндрю, изо всех сил стараясь сдержать эмоции, но слезы не покидали ее. Миссис Джеффри сказала: «Он играл на протяжении всего полета, поэтому уснул от изнеможения, как только мы приземлились…» Ребекка Квентин села, посадив Эндрю себе на колени, и внимательно рассматривала его лицо. Хотя прошло всего семь месяцев, тоска ощущалась как целая вечность… Эндрю действительно сильно повзрослел, черты его лица стали красивее, чем полгода назад, но невинность осталась… Даже во сне он был таким же очаровательным, как всегда, с длинными ресницами и румяными щеками, от которых так и хотелось целовать его бесконечно. Ребекка Квентин не могла оторвать глаз от спящего лица Эндрю, с трудом веря, каким очаровательным и озорным он стал… Миссис Джеффри разговаривала с Кристин Куинн о болезни Мэрилин. Спустя некоторое время миссис Джеффри подошла к Ребекке Квентин и тихо сказала: «Бекка, мне нужно отвезти Эндрю обратно в отель отдохнуть; ему понадобится молоко, когда он проснется, а в больнице это неудобно». Ребекка Квентин встала, держа на руках Эндрю, и неохотно произнесла: «Тетя, можно я присмотрю за Эндрю на ночь?» Миссис Джеффри выглядела обеспокоенной. Кристин Куинн поспешно вмешалась: «Да, видите ли, Эндрю спит, и у Бекки не было возможности толком с ним поговорить. Завтра утром Эндрю должен так рано отправиться в операционную с Мари…» Миссис Джеффри усмехнулась: «Вы меня неправильно поняли; дело не в том, что я не хочу, чтобы Бекка была с Эндрю, я просто беспокоюсь, сможет ли Бекка справиться с ним одна ночью… Эндрю все еще нуждается в молоке ночью, а смесь находится в отеле, приносить ее Бекке будет проблематично. Кроме того, если Эндрю проснется ночью и увидит Бекку, мы понятия не имеем, как он отреагирует. А вдруг он заплачет?» Взгляд Ребекки Квентин помрачнел. Да, спустя шесть месяцев, кто знает, помнит ли её ребёнок… Кристин Куинн могла лишь согласиться с миссис Джеффри. В тот самый момент, когда Ребекка Квентин погружалась в печаль, миссис Джеффри добавила: «Если Бекка готова остановиться в том же отеле, где остановилась я, то проблем не будет». Услышав это, Ребекка Квентин резко подняла голову и радостно спросила: «Тетя, вы имеете в виду…» Миссис Джеффри доброжелательно улыбнулась: «Эндрю может переночевать с вами сегодня. Если что-нибудь случится, мы будем в соседней комнате, так что проблем быть не должно». Ребекка Квентин энергично кивнула: «Да, да». Отель миссис Джеффри назывался «Клауд-Отель» и располагался в знаменитом городе Y. Всю дорогу до отеля Эндрю крепко спал на руках у Ребекки Квентин. Джейсон Вуд уже забронировал номер в отеле, поэтому Ребекка Квентин уже была там с Эндрю на руках. Миссис Джеффри осторожно уложила Эндрю на кровать и усмехнулась: «Он легко просыпается; если никого не видит рядом, начинает плакать». Ребекка Квентин сидела на краю кровати, укрывая Эндрю одеялом, и тихо ответила: «Это значит, что он понимает, что ему нужно чувствовать себя в безопасности». "Да." «Я схожу к соседям за подгузниками и детской смесью; он будет спать с тобой сегодня ночью». «Спасибо, тётя». ---------- Глава 476-251: Притворяясь дураком, чтобы перехитрить мудреца 3 Миссис Джеффри похлопала Ребекку Квентин по руке и ушла. Спустя короткое время миссис Джеффри вернулась с вещами для малыша. Опасаясь разбудить Эндрю, она почти ничего не сказала Ребекке Квентин, лишь напомнив ей, что, когда Эндрю проснется, его нужно покормить, и попросив не забыть приготовить для него молоко. Разумеется, Ребекка Квентин это заметила, а затем проводила миссис Джеффри до выхода. После ухода миссис Джеффри Ребекка Квентин забралась в постель, прислонилась к изголовью и с довольным видом наблюдала за спящим Эндрю. Его длинные ресницы, крошечный носик и маленький ротик сливали воедино детскую невинность и очарование, заставляя ее не отводить взгляд ни на секунду. Поправив одеяло Эндрю, Ребекка Квентин спрыгнула с кровати и пошла в ванную. Она быстро приняла душ и вернулась в постель. Увидев сладко спящего Эндрю, она легла рядом с ним. Сегодня ночью ей совсем не хотелось спать; ей хотелось всю ночь смотреть на Эндрю… К сожалению, несмотря на свой энтузиазм, усталость вскоре вызвала у Ребекки Квентин сонливость… Ребекку Квентин разбудили беспокойные и ворочающиеся движения Эндрю. Проснувшись и увидев, что Эндрю протирает сонные глаза, Ребекка Квентин быстро вскочила с постели и поспешила приготовить для него молоко. Ребекка Квентин была благодарна, что, вернувшись в постель с бутылочкой, она увидела, что Эндрю просто с любопытством осматривает окрестности своими большими, ясными глазами, не плача. Ребекка Квентин тут же взяла Эндрю на руки и поднесла соску бутылочки к его рту. Эндрю начал нежно сосать, глядя на Ребекку Квентин невинными круглыми глазами. Ребекка Квентин наклонилась и поцеловала Эндрю, проговорив детским голосом: «Эндрю, это мама, ты узнаешь маму?» Эндрю посмотрел в глаза Ребекке Квентин с непривычным выражением, но не отвел взгляда, продолжая пить из бутылочки и немигая глядя на Ребекку Квентин. Ребекке Квентин показалось, что Эндрю её узнал, но спустя всего несколько секунд он перестал сосать и надулся. Увидев, как в темных глазах сына заблестела влага, Ребекка Квентин поспешно подняла его и уложила рядом с кроватью, успокаивая. «Эндрю, веди себя хорошо, это мама, мама — не плохой человек». В растерянных глазах Эндрю Ребекка Квентин была просто незнакомкой, поэтому, когда она попыталась его успокоить, он разрыдался. Ребекка Квентин выглядела растерянной, пытаясь подбодрить его, используя привычные методы утешения, применяемые к Эндрю, но он продолжал печально плакать. В конце концов, Ребекке Квентин пришлось сказать Эндрю: «Давай теперь пойдем поищем бабушку, хорошо?» Эндрю понял слово «бабушка», и его плач постепенно стих. Ребекка Квентин уговаривала: «Выпей молока, а потом мама отвезет тебя к бабушке». Казалось, малыш понял слова Ребекки Квентин: его заплаканные, но сияющие глаза невинно смотрели на нее, словно обещая, что он будет хорошо себя вести. Ребекка Квентин снова взяла бутылочку и начала кормить Эндрю. Эндрю послушно начал сосать сосок, его два виноградоподобных глаза по-прежнему были пристально прикованы к Ребекке Квентин. Ребекка Квентин почувствовала в взгляде ребенка, устремленном на нее, нотку настороженности, и в следующее мгновение у нее самой навернулись слезы… Она и представить себе не могла, что однажды её ребёнок будет видеть в ней незнакомку… Размышляя о трудностях рождения Эндрю, Ребекка Квентин неудержимо расплакалась… Возможно, именно рыдания Ребекки Квентин смягчили взгляд Эндрю, и страх, который он испытывал при виде незнакомки, утих… Ребекка Квентин не заметила перемен в поведении Эндрю, будучи погруженной в свою печаль и чувство утраты. Лишь намного позже Ребекка Квентин пришла в себя и, к своему удивлению, обнаружила, что Эндрю уснул у нее на руках… Эндрю заснул, держа бутылочку в руках, и продолжал сосать соску даже во сне. Ребекка Квентин почувствовала некоторое утешение, и ее слезы быстро сменились улыбкой. Осторожно вынув бутылочку из маленькой ручки Эндрю, Ребекка Квентин аккуратно уложила его обратно на кровать. Эндрю немного поерзал, затем уютно устроился под одеялом и послушно заснул. Недавнее чувство отчаяния быстро сменилось радостью, подарив ей утешение, которое вернуло её к счастью. Ребекка Квентин поправила одеяло и с удовлетворением легла рядом с Эндрю. Лежа на боку, Ребекка Квентин нежно наблюдала за мирно спящим профилем Эндрю. Малышка выглядела такой очаровательной во сне! Не желая расставаться с Эндрю ни на секунду, Ребекка Квентин полностью избавилась от сонливости, желая еще немного полюбоваться на своего ребенка. ---------- Глава 477-251: Игра в дурака, чтобы перехитрить врага (Часть 3) Не знаю почему, но, просто глядя на Эндрю, она постепенно погрузилась в свои мысли… В конце концов, ей в голову пришла картинка, которая выглядела почти идентично портрету Эндрю. Ребекка Квентин покачала головой, пытаясь отогнать от себя лицо, которого больше не должно было существовать в ее сознании, но оно лишь становилось яснее, и даже слова, которые он ей сказал, начали снова и снова прокручиваться в ее голове. "…Я не так сильно обеспокоен, как мне казалось, потому что и по отношению к тебе я тоже не так сильно обеспокоен, как мне казалось…" И по сей день, когда эти слова обрушиваются на нее, они все еще причиняют ей боль в сердце. Это чувство было совсем неприятным, но она так часто думала о нем, что эти слова легко эхом отдавались в ее ушах… На самом деле, тот день должен был закончиться именно так. Из-за чего было чувствовать себя потерянной? Это была её собственная вина, что она оказалась недостаточно сильной. Если бы она была достаточно сильной, она смогла бы продержаться до конца перед ним и не позволила бы ему проявить милосердие, что привело бы к такому неловкому финалу для них… Однако этот результат оказался для неё даже хорошим. По крайней мере, в будущем она сможет чётко представлять своё будущее и не будет так сильно загнана в ловушку, как раньше… Подумав об этом, Ребекка Квентин тяжело вздохнула, и ее сердце постепенно успокоилось. Как раз в тот момент, когда настроение Ребекки Квентин успокоилось, она вдруг услышала, как повернули дверную ручку. Ребекка Квентин инстинктивно выпрямилась, чтобы посмотреть в сторону двери, и, увидев, кто это, резко вздохнула. В тусклом свете прикроватной лампы высокая фигура Говарда Джеффри отражала свет, создавая впечатление элегантности и прямой осанки. Ребекка Квентин вскочила с постели в полном замешательстве. Говард Джеффри, похоже, не ожидал увидеть Ребекку Квентин в этой комнате. Его взгляд задержался на ее худой фигуре, растерянно стоявшей у кровати. "Это… ваша комната?" Лишь в этот момент Ребекка Квентин пришла в себя. Она была настоящей глупой. Его присутствие здесь нисколько не удивило! Завтра Эндрю будет помогать во время операции Мари. Изначально Мари лечил он сам, и поскольку операция связана с Эндрю, он просто не мог не прийти лично. Во всем виновата она, потому что ей не хватило проницательности. Ей следовало понять это, когда она увидела Джейсона Вуда. Его появление в отеле в этот момент ясно указывает на то, что он только что прилетел. Похоже, все приготовления к сегодняшнему вечеру были тщательно спланированы миссис Джеффри… Говард Джеффри увидел, как Эндрю крепко спит на кровати, и заметил Ребекку Квентин в гостиничной одежде, выглядящую растерянной, и в целом догадался о ситуации, в которой они оказались сегодня вечером. Он отвел взгляд от Ребекки Квентин, снял пиджак, ослабил галстук и равнодушно спросил: «Как дела у Мари?» «Когда я сегодня осматривала Мари, она была в хорошем настроении, но врач сказал, что во время осмотра ее состояние не внушало оптимизма». «Каков процент успешных операций?» «С вероятностью успеха операции проблем нет. Проблема заключается в необходимости большого количества крови MNSSU во время операции. Эндрю может пожертвовать только до тридцати миллилитров крови MNSSU для смешивания с искусственной кровью, чтобы обеспечить необходимое количество крови для операции Мари. Однако никто не может предсказать ситуацию отторжения при использовании искусственной крови. Операция считается успешной только в том случае, если в организме Мари через двадцать четыре часа после операции не наблюдается признаков отторжения, и ее состояние остается стабильным. Необходимо наблюдать за ней в течение всего года, и только если в течение этого времени в организме Мари не будет наблюдаться дальнейшего отторжения, операция будет считаться полностью успешной». Когда Кристин Куинн перенесла операцию, её поддерживал Александр Квентин. Но Александр был уже в преклонном возрасте и плохо себя чувствовал, поэтому он не смог обеспечить достаточное количество крови для единственной операции Кристин. Врачи были вынуждены использовать несколько небольших заборов крови, чтобы предотвратить отказ сердечного клапана у Кристин. Позже Александр покончил жизнь самоубийством, и Кристин, уже находившаяся на грани смерти, была вынуждена полагаться на недавно разработанную искусственную кровь из США. К счастью, организм Кристин не проявил никаких аномальных реакций отторжения. Логично предположить, что из-за юного возраста Мэрилин Куинн должна лучше адаптироваться к отторжению, чем Кристин, поэтому прогноз отторжения после операции должен быть более оптимистичным. Однако, с другой стороны, врачи опасаются, что феномен отторжения у детей может отличаться от взрослого, поскольку организм детей может быть менее устойчив к отторжению. Поэтому врачи нашли компромисс, используя тридцать миллилитров крови MNSSU, смешанной с искусственной кровью, чтобы минимизировать проблему отторжения во время операции. Говард Джеффри бросил куртку на диван и мягко ответил: «Хм». Ребекка Квентин внезапно поняла, что после обсуждения этой темы им, похоже, больше не о чем говорить, и, учитывая сложившуюся ситуацию, казалось, что этот вопрос необходимо разрешить. «Ну что ж…» — Ребекка Квентин взяла инициативу в свои руки и решила: «Ты оставайся здесь и спи. А я переоденусь и уйду». — сказала Ребекка Квентин, направляясь в ванную. Неожиданно, когда Ребекка Квентин направлялась в ванную, Говард Джеффри внезапно протянул руку и схватил её. Застигнутая врасплох, Ребекка Квентин отступила на шаг назад и с недоумением посмотрела на Говарда Джеффри. Говард Джеффри встал перед Ребеккой Квентин и спокойно сказал: «Уже так поздно, такси на улице нет». «Знаю, забронирую ещё один номер в отеле». «В отеле также нет других свободных номеров. Эти два номера были забронированы заранее Джейсоном Вудом». Ребекка Квентин на мгновение опешилась. «Вам следует здесь переночевать!» "А вы?" «У меня ещё есть работа. Сегодня ночью мне не нужно будет спать». Говард Джеффри действительно не спал. Закончив разговор с ней, он открыл свой ноутбук и провел видеоконференцию со своими подчиненными в Нью-Йорке, которые сидели за столом в комнате. Ребекка Квентин также слышала из новостей, что компания «Скайтоп» в последнее время была очень занята: итальянский проект завершился, и компания участвовала в тендерах на новые проекты, причем речь шла о новых проектах, имеющих международную конкуренцию. Поэтому, вероятно, Говард обсуждал участие в тендерах на новые проекты со своими подчиненными. Ребекка Квентин легла на кровать, но, поскольку лицом к Эндрю ей приходилось смотреть на Говарда Джеффри, она закрыла глаза, чтобы избежать ненужной неловкости. Закрыв глаза, она невольно выдохнула. Она не думала о новой встрече с ним, поэтому не предвидела сегодняшней ситуации… Ожидаемая ею скованность рассеялась, потому что оба тактично избежали разговоров на эмоциональные темы, тем самым предотвратив взаимное смущение. О чувствах тоже особо нечего было сказать. Все, что нужно было сказать, было ясно. Не упоминать прошлое казалось вполне уместным, особенно учитывая, что будущие встречи с Эндрю еще возможны, и следующая встреча будет выглядеть более естественно. В ту ночь Ребекка Квентин совсем не спала, не из-за Говарда Джеффри, а потому что очень дорожила временем, проведенным с Эндрю. ---------- Глава 478-252: Притворяясь дураком, чтобы перехитрить тигра 4 Малыш проснулся очень рано, отдохнувший и полный энергии, и, как только открыл глаза, стал оглядываться по сторонам. Ребекка Квентин отвела Эндрю Джеффри в ванную, чтобы поменять ему подгузник, быстро умыла ему попу и лицо, а затем уложила жизнерадостного Эндрю обратно на кровать, чтобы он мог поиграть сам. Пока Ребекка сидела на краю кровати и с удовольствием наблюдала за игрой Эндрю… «Он обычно тоже так рано просыпается дома». Внезапный голос испугал Ребекку. Она обернулась и поняла, что Говард Джеффри сидит рядом с ней, сам того не заметив. Ребекка быстро встала, отдалившись от Говарда. «Знаю, он раньше рано вставал». Говард сидел на краю кровати, глядя на Ребекку, которая отошла далеко, и слегка нахмурил свои красивые брови. Ребекка повернулась и направилась в ванную: «Присмотри за ним немного, я пойду освежусь». Ребекка никак не ожидала увидеть такое, выйдя из ванной. Говард, присев на корточки, обнимал стоявшего Эндрю и мягко говорил ему: «Ты же мужчина, ты не можешь потом плакать, понял?» Эндрю моргнул своими невинными глазами, отчасти понимая происходящее, и смог лишь повторить слова отца: «Папа… плачь… плачь…» Ребекка слышала, как Изабелла Джоанна и миссис Джеффри упомянули, что Эндрю уже знает, как называть Говарда. Услышав, как Эндрю ясно называет Говарда «папой», Ребекка сочла это несколько невероятным, но в то же время ее глубоко тронула эта трогательная сцена. Говард опустил своё суровое лицо: «Папа сказал, что плакать нельзя». Юный Андрей очень хотел согласиться с отцом, но его детский мозг еще не знал, как это выразить, поэтому он продолжал: «Плачь… плачь…» «Эндрю Джеффри!» — кто-то принял более авторитетную, отеческую манеру поведения. "Папа…" Юный Эндрю полностью игнорировал авторитет отца, обнимая его за шею и явно ведя себя избалованно. Ребекка не могла сдержать смеха, увидев это. Она и представить себе не могла, что обычно высокомерный и необычайно благородный «мистер Джеффри» не имеет никаких связей с Эндрю. Говард взглянул на Ребекку, на его красивом лице была заметна неловкая морщинка. Ребекка поспешно сдержала смех, притворившись, что ничего не видела. В этот момент раздался стук в дверь, и Ребекка ловко подошла, чтобы открыть её. Человеком у двери оказалась именно та, кого ожидала Ребекка, миссис Джеффри… Миссис Джеффри улыбнулась Ребекке, хотя ее взгляд уже охватил обстановку в комнате, но ее явно разочаровало то, что в комнате не было никаких признаков беспорядка. Даже в состоянии разочарования миссис Джеффри сохраняла спокойствие, улыбаясь и приветствуя Ребекку словами: «Доброе утро». Ребекка вежливо кивнула в ответ: «Доброе утро». Затем в комнату вошла миссис Джеффри. Внутри Говард уже забрал Эндрю, малыша, который особенно радовался встрече с бабушкой. Миссис Джеффри взяла Эндрю из рук Говарда и сказала: «Врач сказал, что ему нужно сдать анализ крови позже, поэтому сегодня утром он ничего не может есть. Вы двое идите завтракать; я сначала отвезу Эндрю в больницу». «Э-э, тётя, всё в порядке, я не завтракаю, я пойду с тобой в больницу!» У Ребекки действительно не было привычки завтракать; в Т-Сити Честер Робинсон обычно покупал ей завтрак, но если Честер был на дежурстве, она пропускала завтрак. Хотя Ребекка говорила правду, миссис Джеффри казалось, что она намеренно избегает общения с кем-то, и этот человек, вероятно, разделял её точку зрения. Не в силах ничего сделать, миссис Джеффри могла лишь согласиться с Ребеккой: «Пошли!» Детская больница Y City. Когда Ребекка и миссис Джеффри прибыли в больницу, Скайлер Джонс уже был там. Кристин Куинн находилась в палате вместе с Мэрилин Куинн, стараясь разрядить обстановку, чтобы Мэрилин не восприняла ситуацию как угрожающую жизни. Миссис Джеффри не видела Скайлера накануне вечером, поэтому, увидев его сейчас, она была полна мыслей, которые хотела ему сказать. Ребекка, естественно, поняла нетерпение миссис Джеффри, поэтому она забрала Эндрю из рук миссис Джеффри, предоставив матери и сыну немного личного пространства. Теперь Скайлер относился к миссис Джеффри гораздо лучше, чем раньше; по крайней мере, он отвечал ей взаимностью, когда она с ним разговаривала. Наблюдая за тем, как они ладят друг с другом издалека, Ребекка радовалась за них, но после радости она с грустью посмотрела на Эндрю, которого держала на руках. Хотя Эндрю спокойно лежал у нее на руках, не плакал и не капризничал, его взгляд все еще был непривычным. Если бы не присутствие бабушки в поле его зрения, он, вероятно, уже начал бы плакать и капризничать. ---------- Главы 479–252: Игра в дурака, чтобы перехитрить врага (Часть 4) Вскоре прибыл Говард Джеффри и вместе со Скайлером Джонсом отправился в кабинет хирурга. Ребекка Квентин держала Эндрю на руках и вместе с миссис Джеффри вошла в палату, чтобы навестить Мэрилин Куинн. Мэрилин Куинн выглядела гораздо слабее, чем вчера, ее лицо было совершенно бесцветным. Кристин Куинн сидела у постели ребенка, стараясь не показывать никаких необычных выражений лица, но легкая припухлость вокруг глаз выдавала ее беспокойство. Миссис Джеффри с любовью спросила Мэрилин Куинн: «Дорогая внучка, хорошо выспись, и тебе не будет некомфортно, когда ты проснёшься…» Одиннадцати с половиной летняя Мэрилин Куинн уже не была ребёнком. Она знала, что скоро войдёт в операционную, но не хотела, чтобы все волновались за неё. Поэтому она изо всех сил старалась показать улыбку на своём слабом лице и вместо этого утешала взрослых: «Бабушка, мама, тётя, не волнуйтесь обо мне, я буду сильной». Услышав эти слова, Кристин Куинн не смогла сдержать слез… Мэрилин Куинн подняла руку с капельницей, чтобы взять за руку Кристин Куинн. "Мамочка…" Кристин Куинн быстро вытерла слезы и обняла Мэрилин Куинн за руку: «Мама здесь…» С кислородной трубкой в ​​носу голос Мэрилин Куинн звучал еще слабее: «Если я сейчас что-нибудь скажу, вы все согласитесь?» Кристин Куинн, Ребекка Квентин и миссис Джеффри одновременно кивнули в знак согласия. Мэрилин Куинн радостно улыбнулась: «Я хочу подождать, пока приедут папа и дядя Джеффри, чтобы сказать это вместе». Кристин Куинн уже безудержно рыдала: «Хорошо…» Вскоре после этого в палату вошли Скайлер Джонс и Говард Джеффри вместе с несколькими врачами. После простого осмотра врачи сообщили им, что операция начнется в ближайшее время. Прежде чем врачи и медсестры отвели Мэрилин Куинн в операционную, она подняла вопрос, о котором они только что договорились. Естественно, все согласно кивнули. Мэрилин Куинн, увидев, как все согласно кивают, наконец, высказала свое желание: «Папа, мама, дядя Джеффри, тетя… можете подойти сюда?» Четверо взрослых, естественно, стояли рядом с Мэрилин Куинн. Мэрилин Куинн медленно произнесла: «Папа, держи маму за руку, а дядя Джеффри, держи тетю за руку…» Внезапная просьба Мэрилин Куинн слегка озадачила четверых взрослых. Миссис Джеффри настоятельно призвала: «Делайте, как она говорит…» Итак, в ответ на искреннюю просьбу Мэрилин Куинн, Скайлер Джонс держал за руку Кристин Куинн, а Говард Джеффри — и Ребекку Квентин. Мэрилин Куинн с довольным видом смотрела на них, держащихся за руки, и, полная надежды, сказала: «Надеюсь, когда меня выпишут, папа сможет быть с мамой, а дядя Джеффри — с тетей… Можешь мне это пообещать?» Кто бы мог подумать, что Мэрилин Куинн загадает такое желание… Кристин Куинн хотела объяснить ситуацию Мэрилин Куинн, но миссис Джеффри покачала головой, глядя на Кристин Куинн. «Ты всегда учил меня выполнять обещания, данные другим, поэтому ты не можешь нарушить своё обещание, данное Мэрилин». У всех четверых были разные выражения лиц, но все они были одинаково тяжелыми. «Мэрилин, папа обещает тебе, что когда тебя выпишут из больницы, папа и мама будут вместе». Никто не ожидал, что именно в это время Скайлер Джонс выступит первой. Присутствующие взрослые понимали, что слова Скайлера Джонса были призваны успокоить Мэрилин Куинн, чтобы она могла спокойно отправиться на операцию, но его готовность сказать это доказала величие отцовской любви. «А что насчет дяди Джеффри?» Помимо Ребекки Квентин, все остальные смотрели в сторону Говарда Джеффри. Когда все подумали, что оказались в сложной ситуации, магнетический, глубокий голос Говарда Джеффри спокойно ответил: «Дядя Джеффри также обещает вам быть с вашей тетей всю жизнь». Ребекка Квентин с удивлением посмотрела на Говарда Джеффри. В тот момент Говард Джеффри, казалось, сотрудничал, крепко держа Ребекку Квентин за руку… Мэрилин Куинн наконец довольно улыбнулась. После того как Мэрилин Куинн ввезли в операционную, все начали долгое ожидание. После того как Мэрилин Куинн вошла в палату, медсестра отвела Эндрю, которому требовалось сотрудничать во время операции, в комнату для забора крови, расположенную рядом с операционной. Миссис Джеффри избежала встречи с Эндрю, который плакал во время взятия крови, и не последовала за ним в комнату для забора крови. В этот момент Ребекка Квентин, сидя на стуле, держала Эндрю на руках и ожидая, пока медсестра возьмет у него кровь. С тех пор как Эндрю вошел в комнату для взятия крови, он был беспокойным, постоянно вырывался из объятий Ребекки Квентин, звал «папу», видимо, осознавая, что это страшное место. Ребекка Квентин наконец поняла, почему Говард Джеффри утешал Эндрю в отеле ранее; он уже знал о боязни Эндрю игл. И действительно, как только медсестра подошла с иглой, Эндрю громко заплакал… Говард Джеффри присел на корточки рядом с Ребеккой Квентин и утешал Эндрю: «Не бойся, папа здесь…» Эндрю протянул руку к Говарду Джеффри, попросив обнять его, и жалобно крикнул: «Папа…» Говард Джеффри покачал головой. Видя, как сильно расстроен Эндрю, Ребекка Квентин тоже не выдержала и не удержалась, спросив медсестру: «Это произойдет быстро, правда?» Медсестра ответила: «У ребенка тонкие вены; если иглу ввести плавно, все пройдет быстро; в противном случае – медленнее». Ребекка Квентин нахмурила брови: «Значит ли „неправильное введение“, что процедуру нужно повторить?» Медсестра кивнула: «Да». Ребекка Квентин испытывала чувство разочарования. О, Боже… Она сама боялась иголок, не говоря уже о детях. Говард Джеффри строго сказал медсестре: «Это всего лишь введение иглы; если вы не уверены, что сделаете это правильно, найдите того, кто сможет сделать это с одного укола». Зная о состоянии здоровья Говарда Джеффри, медсестра настороженно кивнула: «Хорошо». В окружении Говарда Джеффри и Ребекки Квентин Эндрю постепенно успокоился… Наконец, инъекцию Эндрю сделала старшая медсестра. Благодаря ее опыту, игла была введена точно, поэтому забор крови прошел гладко. Однако во время взятия крови Эндрю громко плакал на руках у Ребекки Квентин… Из-за тонких вен у ребенка забор тридцати миллилитров занял одну-две минуты, в течение которых Эндрю задыхался, пока ему вводили иглу… Увидев это, Ребекка Квентин почувствовала, как у нее разбилось сердце, глаза ее покраснели… Эндрю продолжал извиваться на руках у Ребекки Квентин, постоянно корчась, несмотря на то, что несколько медсестер помогали его удерживать, опасаясь слишком сильно надавливать, из-за чего Эндрю отчаянно сопротивлялся… Неудивительно, что миссис Джеффри не хотела входить; такая сцена была действительно невыносима… По лицу Ребекки Квентин текли слезы… Как раз в тот момент, когда Ребекка Квентин почувствовала, что больше не может этого выносить, её внезапно кто-то обнял. ---------- Глава 480-253: Притворяясь дураком, чтобы перехитрить тигра 5 Это Говард. Он крепко обнял её, даря ей самое теплое и уютное чувство. Когда они вышли из комнаты, где брали кровь, Эндрю уже был измучен слезами и уснул… Миссис Джеффри была крайне расстроена. Как только Ребекка Квентин вышла, держа на руках Эндрю, она тут же захотела взять его к себе. Вспоминая борьбу Эндрю в комнате для забора крови, Ребекка Квентин все еще чувствовала волнение, но теплота того момента не позволяла ей удержаться от того, чтобы краем глаза разглядеть силуэт Говарда. В этот момент Говард уже подошел к Скайлер Джонс, где присутствовал врач, и, похоже, все трое обсуждали ситуацию с Мари. После того как миссис Джеффри отвела Эндрю обратно в отель отдохнуть, Ребекка Квентин тоже направилась к Кристин Куинн. Кристин Куинн стояла, скрестив руки, с влажными глазами, и продолжала смотреть на красный свет операционной. Ребекка Квентин обняла Кристин Куинн за плечо и утешила её: «Сестра, операция пройдёт гладко. Тебе не о чем беспокоиться». Кристин Куинн кивнула: «Я знаю». «Когда Мари очнется после операции, надеюсь, вы не будете говорить с ней об уходе. Вы же знаете, что Мари не хочет потерять никого из вас». Кристин Куинн замолчала. Ребекка Квентин продолжала убеждать: «Если возможно, просто дайте мистеру Джонсу шанс. Возможно, вам двоим нужен всего один шанс». «А что насчет тебя и Говарда?» "А?" «Не кажется ли вам, что когда Говард ранее согласился с Мари, он был особенно искренен?» Взгляд Ребекки Квентин скользнул по элегантной фигуре в коридоре, и через несколько секунд она покачала головой. Кристин Куинн серьёзно сказала: «Я не верю, что он отдаст тебя за Элис Робинсон!» «Но именно это и произошло». Кристин Куинн добавила: «Когда Эндрю плакал раньше, я хотела проверить, что происходит в комнате для забора крови, и увидела, как он держит тебя на руках…» Ребекка Квентин опустила голову: «Я не знаю… но он уже сказал мне, что мы расстались». Кристин Куинн не могла поверить своим ушам: «Он сам тебе это сказал?» Ребекка Квентин слегка кивнула. «Нет, мне нужно пойти и спросить его от твоего имени…» Кристин Куинн действовала импульсивно и собиралась направиться к Говарду. Ребекка Квентин вовремя остановила Кристин Куинн: «Сестра… Ты не понимаешь, что происходит между ним и мной, так же как я надеюсь, что вы с мистером Джонсом сможете быть вместе, но я и сама толком не знаю твоей ситуации». «Моя ситуация со Скайлер Джонс отличается от вашей. В конце концов, вы когда-то любили друг друга, но мы со Скайлер Джонс…» Ребекка Квентин спокойно посмотрела на Кристин Куинн: «Сестра, любовь — это уже в прошлом. Теперь у него уже есть девушка, и он мне это ясно дал понять…» "Вы готовы просто так сдаться?" «Я не против, потому что чувства нельзя заставить. Кроме того, его нынешняя девушка идеально ему подходит во всех отношениях, и она его очень любит». "Бекка…" Ребекка Квентин тут же сменила тему: «Сестра, операция может занять больше десяти часов, почему бы тебе не поспать!» В тот самый момент, когда они разговаривали, к ним подошла Скайлер Джонс. «Вам обоим следует вернуться и отдохнуть. Я буду наблюдать». «Я не вернусь. Я хочу, чтобы Мари увидела меня первой, когда проснётся». Скайлер Джонс посмотрела на Ребекку Квентин. Ребекка Квентин ответила: «Я хорошо выспалась прошлой ночью. Я останусь здесь». Скайлер Джонс на мгновение потерял дар речи. Ребекка Квентин добавила: «Мистер Джонс, пожалуйста, отвезите мою сестру домой отдохнуть. Если она продолжит недосыпать, ее здоровье определенно пострадает…» "Бекка, я не устала…" Скайлер Джонс холодно сказала: «После операции Мари всё ещё будет находиться под наблюдением в течение 24 часов. Если вы настаиваете на том, чтобы оставаться в сознании и терпеть более тридцати часов, боюсь, Мари может вас не увидеть, когда проснётся». "Я…" Пока Кристин Куинн еще колебалась, Ребекка Квентин уже нашла сумку Кристин Куинн и сунула ее в руки Скайлер Джонс: «Я оставляю это тебе». В итоге, по настоянию Ребекки Квентин, Кристин Куинн отвезла домой Скайлер Джонс. Лишь после того, как Кристин Куинн и Скайлер Джонс ушли, Ребекка Квентин внезапно поняла, что в больничном коридоре остались только она и Говард. В данный момент Говард разговаривал по телефону, вероятно, по рабочему звонку. Ребекка Квентин стояла в коридоре, глядя вдаль. Ее тревожили не только опасения по поводу операции Мэрилин Куинн, но и множество противоречивых чувств. Почему он не мог ответить так прямо и искренне, когда Мари его спросила? Почему он обнял ее раньше в комнате для взятия крови? Была ли его искренность всего лишь притворством, чтобы утешить Мари? Его актерское мастерство действительно убедительно… Он обнял её исключительно из-за прошлых чувств? Это также вполне логично, учитывая, что он мог её жалеть… ---------- Глава 481-253: Притворяясь дураком, чтобы перехитрить мудреца (Часть 5-2) Но если это всего лишь игра и жалость, и она запуталась в этом моменте, то она поистине жалка… Покачав головой, чтобы отогнать эти мысли, которым не место в ее голове, Ребекка Квентин повернулась и снова посмотрела на красный свет операционной. Спустя более чем час Скайлер Джонс вернулся. Говард Джеффри все еще разговаривал по телефону, но это был уже его второй звонок. Ребекка Квентин и Говард Джеффри всегда жили на расстоянии друг от друга, и она лишь изредка поглядывала на него, видя, что он постоянно разговаривает по телефону. Она не могла понять, отвечал ли он на личный звонок, находясь на таком расстоянии, но, судя по его серьезному выражению лица, это должен быть деловой разговор. Конечно, он был занят. Управляя огромным комплексом "Скайтоп", каждое его решение имело решающее значение. Скайлер Джонс увидела Говарда Джеффри, разговаривающего по телефону, и направилась прямо к Ребекке Квентин. В этот момент Скайлер Джонс нервно спросила Ребекку Квентин: «Выходили ли врачи или медсестры?» "Нет." Услышав ответ Ребекки Квентин, Скайлер Джонс мгновенно вздохнула с облегчением. Видя, как сильно Скайлер Джонс переживает за Мари, Ребекка Квентин не смогла удержаться и утешила его: «Ты уже пригласил для Мари лучших в мире кардиологов, не стоит слишком волноваться». «Она очень сильная». «Да, она ей как сестра». Скайлер Джонс хранила молчание. «Прошу прощения, мистер Джонс, я вас неправильно понял». Скайлер Джонс, естественно, понимал, что Ребекка Квентин извиняется за то, что неправильно его поняла, посчитав его равнодушным к Мэрилин Куинн. Скайлер Джонс небрежно заметил: «Я не принял это близко к сердцу». «Спасибо… Могу я задать вам вопрос?» "Вперед, продолжать." «Выполните ли вы обещание, данное Мари?» Скайлер Джонс обернулась и спокойно встретилась взглядом с Ребеккой Квентин: «Вы действительно хотите, чтобы я это выполнила?» «Нет, я искренне надеюсь, что у вас с моей сестрой всё сложится хорошо, но если вы с моей сестрой только для того, чтобы выполнить своё обещание Мари, я бы предпочёл, чтобы моя сестра сначала нашла себе кого-нибудь нового, потому что чувства — это не детская забава». Скайлер Джонс загадочно усмехнулась: «Но знаете, когда человек никогда не может получить желаемую любовь, для него все становится неважным». Ребекка Квентин отчасти поняла слова Скайлер Джонс, но не до конца. Скайлер Джонс улыбнулся и ушёл. Операция длилась более десяти часов, и, как и ожидалось, кардиохирургическое вмешательство Мари прошло очень успешно. Когда врач вышел из операционной, чтобы объявить эту новость, все присутствующие почувствовали облегчение, и Ребекка Квентин и Кристин Куинн радостно обнялись. Хотя врач сказал, что в течение двадцати четырех часов необходимо наблюдение, чтобы проверить, не проявит ли организм Мари каких-либо признаков отторжения, успешная операция вселила во всех уверенность в то, что следующие двадцать четыре часа пройдут спокойно. Врач также упомянул, что, если не произойдет ничего неожиданного, эти двадцать четыре часа пройдут гладко. Хотя сегодня вечером еще не было времени для празднования, настроение у всех стало необычайно расслабленным. Поскольку с сегодняшней ночи до завтрашнего дня длится период наблюдения, члены семьи не могут оставаться в операционной с пациентом, поэтому все должны отправиться домой отдохнуть сегодня ночью. У Говарда Джеффри и Скайлера Джонса, похоже, были дела по вечерам; узнав результаты операции, они оба покинули больницу. Ребекка Квентин изначально планировала вернуться в отель, где она остановилась, чтобы отдохнуть, не осмеливаясь просить слишком многого после ночи, проведенной наедине с Эндрю. Но неожиданно, когда Ребекка Квентин упомянула, что планирует вернуться в свой отель, миссис Джеффри предложила ей переночевать в отеле Cloud Hotel. Кристин Куинн изначально планировала пригласить Ребекку Квентин переспать с ней, но, получив сигнал от миссис Джеффри, она предпочла молчание. В этот момент миссис Джеффри убедила Ребекку Квентин: «Как только я отвезу Эндрю обратно в Нью-Йорк, вам будет трудно с ним видеться… Если вы не возражаете, мы втроем можем провести сегодня ночь в одной комнате, чтобы вы могли больше времени провести с Эндрю». "Правда?" — Ребекка Квентин была тронута, услышав это. В этот момент Кристин Куинн добавила: «Дети легко привязываются. Если вы будете спать с ним несколько ночей, он обязательно подойдет к вам в следующий раз». Полагая, что комната Говарда Джеффри и миссис Джеффри находится по соседству, Ребекка Квентин сочла это неудобным, поэтому, несмотря на искушение, она засомневалась. Затем миссис Джеффри отступила и двинулась вперед: «Если не хотите, забудьте об этом. Можете приехать в Нью-Йорк к Эндрю, когда у вас будет время…» Ребекка Квентин с тревогой воскликнула: «Нет, тётя… Я пойду с тобой в отель». Кристин Куинн не могла не восхищаться мудростью старейшин! Джейсон Вуд развёз всех обратно. Сначала Джейсон Вуд отвёз Кристин Куинн на виллу Скайлера Джонса в центре города Y City, а затем отвёз миссис Джеффри и Ребекку Квентин обратно в отель Cloud Hotel. По дороге обратно в отель маленький Эндрю совсем не спал, поэтому Ребекка Квентин взяла его на руки и поиграла с ним в машине. Похоже, Эндрю утратил сильное чувство отвращения к Ребекке Квентин, уже позволяя ей утешать и обнимать его. Как только миссис Джеффри вернулась в отель, она вздохнула: «Собственные дети всегда ближе всего к вам…» Ребекка Квентин, держа на руках засыпающего Эндрю, испытывала огромную гордость и удовлетворение. Закрыв дверь, миссис Джеффри тихо сказала: «Я пойду приму душ, а ты уложишь Эндрю спать!» "Хорошо." Ребекка Квентин несколько раз обошла комнату с Эндрю на руках, и он быстро уснул. Увидев, как маленький красавчик пускает слюни у нее на руках, Ребекка Квентин не решалась уложить Эндрю спать на кровать. Таким образом, когда миссис Джеффри вышла, она увидела Ребекку Квентин, держащую Эндрю на руках у кровати и выглядящую очень довольной. Миссис Джеффри не смогла сдержать смех: «Если вы будете держать его так во сне, он простудится», — сказала она, забирая Эндрю из рук Ребекки Квентин. Ребекка Квентин не могла не винить себя за свою неосторожность. Увидев, как миссис Джеффри отвела Эндрю в ванную, чтобы он пописал, Ребекка Квентин еще больше смутилась: «Я же вчера вечером пользовалась подгузниками». «Ничего страшного, на улице удобнее пользоваться подгузниками». «Но подгузники неудобны для детей». «Да, я обычно редко ими пользуюсь, но на улице, без прислуги, нам приходится обходиться тем, что есть». «Тетя, спасибо вам за то, что так заботливо позаботились об Эндрю». «Говорить об этом излишне… Эндрю — ваш сын и мой внук, и я готов заботиться о нем всем сердцем». Ребекка Квентин мило улыбнулась. Миссис Джеффри взяла спящего Эндрю, когда он вернулся из ванной, и прошептала: «Уже поздно, и ты тоже устал. Прими душ и отдохни пораньше!» ---------- Глава 482-254: Эндрю, быстро попроси папу и маму быть вместе. "Хорошо." Миссис Джеффри осторожно уложила Эндрю посередине кровати. Поскольку кровать была большая, беспокоиться о тесноте не стоило. После того как Ребекка Квентин пошла в ванную принять душ, миссис Джеффри достала телефон. Она осторожно отошла в самый дальний угол от ванной и позвонила. К тому времени, как Ребекка Квентин закончила принимать душ и вернулась, миссис Джеффри уже уснула. Весь день она переживала за результаты операции Мари. Теперь, когда Ребекка Квентин наконец-то смогла расслабиться, её накрыла волна усталости… Она легла на другой стороне кровати, укрыла миссис Джеффри и Эндрю одеялом и вскоре сама уснула. Неизвестно, сколько времени она спала, прежде чем миссис Джеффри разбудила её. «Ребекка Квентин, с затуманенным взглядом, спросила миссис Джеффри: „Тетя, что случилось?“» «Можете сходить к соседям и проверить? Кажется, Говард Джеффри вернулся». Ребекка Квентин недоуменно приподнялась: «Зачем мне идти проверять, вернулся ли он?» Миссис Джеффри нервно сказала: «Я только что услышала громкий шум из соседнего дома и не уверена, что случилось». «Раздался какой-то шум?» "Да, похоже, что что-то упало. Почему бы тебе не пойти проверить? Я волнуюсь!" «Всё должно быть в порядке, правда? В отеле так много персонала, и Джейсон Вуд всегда был с ним». «Он сегодня вечером ушел один, помнишь? Джейсон Вуд вернул нас обратно». "Эм-м-м…" «Не могли бы вы сходить и посмотреть, что происходит… Эндрю вот-вот проснется, и я боюсь, что если он проснется и не увидит меня, то снова начнет капризничать». Вспомнив, как Эндрю плакал прошлой ночью, Ребекка Квентин кивнула: «Хорошо». Направляясь в соседнюю комнату, Ребекка Квентин тоже была озадачена шумом, о котором упомянула миссис Джеффри. Она размышляла, как объяснить стук в дверь Говарда Джеффри посреди ночи, если ничего подозрительного не происходит, но увидела, что дверь Говарда Джеффри приоткрыта. Вспомнив шум, о котором говорила миссис Джеффри, и увидев открытую дверь, Ребекка Квентин мгновенно занервничала. Она вошла в комнату, инстинктивно ища Говарда Джеффри, но обнаружила, что комната находится в полном беспорядке, вещи разбросаны повсюду. Как только сонливость Ребекки Квентин полностью прошла, она увидела Говарда Джеффри, сгорбившегося на кровати… Ребекка Квентин быстро подошла, дотронулась до его руки и, почувствовав температуру его тела и запах алкоголя, поняла, что он пьян. Говард Джеффри редко напивается; насколько она помнит, она видела его пьяным всего один раз… Говорят, у него низкая устойчивость к алкоголю, но она всегда думала, что это невозможно, потому что он очень любит вино. Даже если говорят, что у него низкая устойчивость к алкоголю, он это хорошо скрывает. Но сегодня вечером он, похоже, действительно пьян… Вероятно, беспорядок на улице образовался, когда он вернулся и все опрокинул, неудивительно, что тетя сказала, что из соседнего дома доносится шум. Зачем он так много выпил, чтобы так напиться? Ребекка Квентин была весьма озадачена. Казалось, не было никакого светского мероприятия, на котором ему нужно было бы напиться, да и никаких дел в городе Y у него тоже быть не должно. Сильный запах алкоголя, исходивший от него, заставил Ребекку Квентин нахмуриться. Если он будет спать так без одеяла, то простудится… Она уложила Говарда Джеффри спать, сначала намереваясь вернуться в свою комнату. Но, увидев его неудобно лежащим на кровати, она невольно поправила ему положение. Поправив его положение, она заметила, что галстук на шее и застегнутая на все пуговицы рубашка выглядят неудобно. В следующее мгновение Ребекка Квентин встала и пошла в ванную, чтобы отжать для него теплое полотенце. Она ослабила его галстук, расстегнула несколько пуговиц на рубашке и нежно вытерла его. Под ее прикосновением его ранее нахмуренные брови постепенно расслабились, и, казалось, он начал спать крепче… Вытерев верхнюю часть тела, Ребекка Квентин собиралась вытереть и лицо, но когда полотенце коснулось его красивого лица, она посмотрела на него и заколебалась. Внезапно она отложила полотенце, и в ее голове мелькнула сцена, где он и Элис Робинсон влюблены друг в друга. Если бы они сегодня вечером были во Франции, Элис Робинсон тоже так бы о нем заботилась? При мысли об их близости грудь Ребекки Квентин внезапно наполнилась неприятным чувством. Сейчас он с Элис Робинсон, и она искренне желает им всего наилучшего, но никогда не смеет представить себе ту близость, которая существует между ним и Элис Робинсон… Она понимает, что это потому, что её сердце недостаточно сильное… Она не позволила себе слишком много думать и, вздохнув, встала. Неожиданно, как только Ребекка Квентин обернулась, кто-то резко потянул её вниз. ---------- Главы 483–254: Ю Ань, скорее скажи папе и маме, чтобы они были вместе (Часть 2) "Ах—" Ребекка Квентин закричала, когда ее тело упало в чьи-то объятия. «Почему вы хотите уйти?» Голос Говарда Джеффри, словно магнетическая сила, охрип от алкоголя, когда он крепко сжал ее руки. Взволнованный взгляд Ребекки Квентин встретился с затуманенными черными глазами Говарда Джеффри, в которых она мгновенно растерялась. Одним быстрым движением Говард Джеффри прижал Ребекку Квентин к себе, пристально глядя на нее. Его пьяные глаза были затуманены, в них отсутствовала обычная суровая холодность, но в них мелькнул озорной блеск и что-то зловещее. Ребекка Квентин попыталась вырваться, но поняла, что не может освободиться; наконец, она успокоилась и спросила: «Говард Джеффри, вы знаете, кто я?» Глаза Говарда Джеффри засияли и запылали: «Бекка…» По какой-то причине, услышав, что он узнал её, даже будучи пьяной, она на секунду замерла. «Почему вы хотите уйти?» Он действительно был пьян, даже его вопросы были непонятными. Ребекка Квентин серьезно ответила: «Отпустите меня, и я вам все расскажу». Даже будучи пьяным, Говард Джеффри оставался проницательным: «Если я тебя отпущу, ты просто убежишь». «Но ты причиняешь мне боль в руках, я не могу нормально с тобой разговаривать». "Да неужели?" Говард Джеффри выглядел встревоженным и тут же отпустил руки Ребекки Квентин. Освободившись, Ребекка Квентин быстро оттолкнула Говарда Джеффри… Однако, похоже, Говард Джеффри предугадал ее намерения, и когда она поднялась, чтобы убежать, он схватил ее сзади, обхватив за талию. "Привет…" Ребекка Квентин силой вырвала руки у Говарда Джеффри. Голова Говарда Джеффри покоилась на плече Ребекки Квентин, он крепко обнимал ее и тепло шептал ей на ухо: «Ты меня обманула…» Его дыхание обжигало ей ухо; Ребекка Квентин почувствовала щекотку и тут же вздрогнула: «Не делай этого, Говард Джеффри…» Говард Джеффри продолжал нежно шепнуть на ухо Ребекке Квентин: «Останься со мной». "А?" Прежде чем Ребекка Квентин успела понять, что сказал Говард Джеффри, она уже упала на кровать рядом с ним. Вновь прижавшись к нему в доминирующей позе, Ребекка Квентин положила руки на грудь Говарда Джеффри, ее дыхание участилось. Что делать? Что делать дальше? Мужчины часто теряют контроль над собой в пьяном виде, но она помнила, что его пьяное поведение никогда не было таким ужасным? "Говард Джеффри!!!" Ребекка Квентин невольно выкрикнула его имя, пытаясь пробудить в нем рассудок. Услышав, как она так его назвала, Говард Джеффри небрежно рассмеялся, в уголке его рта мелькнула двусмысленность: «Мне нравится, как ты меня так называешь, скажи это еще пару раз». Шипит… Щеки Ребекки Квентин внезапно вспыхнули, как лесной пожар. Ах, как же он мог стать таким злодеем!! Казалось, Говард Джеффри был очарован румяным лицом Ребекки Квентин и даже склонил голову, чтобы поцеловать ее в щеку. Лицо Ребекки Квентин мгновенно вспыхнуло пламенем, эмоции захлестнули её, и она, выкрикивая: «Эй, отпусти меня, Говард Джеффри… отпусти меня!!» Говард Джеффри крепко прижал Ребекку Квентин к себе, позволяя ей сопротивляться, но при этом наклонил голову, чтобы поцеловать ее в щеку, губы и шею. Его поцелуи, смешанные с алкоголем, впитывались в ее кожу, оставляя на ней румянец. "Говард Джеффри…" Ребекка Квентин потянулась к прикроватной тумбочке, сметая все предметы, чтобы пошуметь, надеясь, что миссис Джеффри услышит и спасет ее. Но эта помощь издалека была слишком далека, чтобы сразу же вмешиваться; тем временем Говард Джеффри прижался к ее шее, осыпая поцелуями ее ключицу… Его неторопливое поведение создавало впечатление, что у него полно времени. Ребекка Квентин изо всех сил прижимала руки к его груди, сопротивляясь, но природная разница в силе между мужчинами и женщинами, а также ее нынешняя поза, делали все ее усилия тщетными. Его движения, когда он целовал ее, казались невозмутимыми, медленно спускаясь от ключицы, обжигающее дыхание обжигало ее, заставляя ее сердце бешено колотиться, как у спринтера. «Э-э, дверь открыта… Говард Джеффри, закрой дверь». Ребекка Квентин быстро придумала идею. "Вы уверены, что не уйдете, если я закрою дверь?" «Конечно, конечно». Как будто она не хотела уходить! «Мне всё ещё не по себе…» Даже в состоянии алкогольного опьянения Говард Джеффри оставался мудрым и могущественным. Увидев, как Говард Джеффри начал расстегивать пуговицы на рубашке, Ребекка Квентин, сильно покраснев, парировала: «Вы же не хотели бы, чтобы кто-то нас увидел… в таком виде, правда?» «Нет, если кто-то из сотрудников будет проходить мимо и увидит открытую дверь, он закроет её по привычке». "А?" Слова Ребекки Квентин были полностью проглочены Говардом Джеффри. Ребекка Квентин попыталась оказать сопротивление, но ее руки отдернули… Он силой обнял ее, не давая ей ни малейшего пространства для дыхания, крепко целуя и беспокойно стягивая ткань с ее плеч. Ребекка Квентин почувствовала, как побежал холодок, и поняла, что ее рубашка уже спущена, а его руки ловко расстегивают ее бюстгальтер сзади… Пламя страсти горело до самого рассвета, пока не погас слабый свет. Она не знала, сколько раз он требовал этого прошлой ночью, но он был словно голодный зверь, отказывающийся отпускать… Она совсем не спала; хотя ее тело было измотано до предела, она не хотела засыпать. В этот момент она прижалась к его руке, молча наблюдая за ним. Слабый свет снаружи отчетливо падал на его лицо; он, приложив огромные физические усилия, крепко спал; в его спокойном профиле отсутствовала обычная суровая решительность, он был невероятно смягчен. Держа его на руках, я испытывала странное удовлетворение, и внутренне мне хотелось, чтобы время в этот момент остановилось. На следующий день, при ярком дневном свете. Яркий свет снаружи падал на белую кровать, на которой лежали они двое… Услышав позади себя слабые звуки, Ребекка Квентин, которая до этого стояла спиной и притворялась спящей, крепче закрыла глаза. Действительно, с конца прошлой ночи и до настоящего момента она совсем не спала. Она не могла уснуть, потому что ее мысли постоянно были заняты их проблемами. На самом деле, в момент окончания разговора она могла уйти; если бы она вернулась в соседнюю комнату, пьяный он, возможно, не вспомнил бы события прошлой ночи, сделав вид, будто ничего и не произошло, но она не хотела… Она хотела понять, были ли его слова прошлой ночью правдой, сказанные в пьяном виде, или же это была всего лишь уловка, чтобы заманить её; ей нужна была ясность… Она хотела увидеть его реакцию, как он справится с сложившейся ситуацией. К сожалению, Говард Джеффри просто перевернулся, обнял её и не проснулся. ---------- Главы 484-255: Не подведу её 1 Ребекка Квентин резко вздохнула, и, убедившись, что он просто обнимает её, её напряжённое тело медленно расслабилось… Его объятия были такими же, как и прежде, он прижимался к ней сзади. Она вдруг почувствовала в сердце сладость, подобную меду, потому что он, во сне, был таким же, каким был прежде. Позволив ему обнять ее, она закрыла глаза, и ее веки, долго сопротивлявшиеся зову сна, наконец сдались из-за усталости тела… Когда Ребекка Квентин проснулась, она понятия не имела, который час, но, открыв глаза, резко взглянула на место рядом с собой и обнаружила, что его там больше нет. Яркий солнечный свет, льющийся снаружи, напомнил ей, что уже как минимум полдень. Она села, сжимая в руках одеяло, и с оттенком опустошения посмотрела на пустое место рядом с собой. Как она заснула? Как раз в тот момент, когда Ребекка Квентин почувствовала раздражение, комнату внезапно наполнил звук открывающейся двери ванной, сопровождаемый свежим запахом человека, только что принявшего душ… Раздраженная собственным раздражением, Ребекка Квентин вздрогнула и мысленно закричала. Она быстро легла обратно, закрыла глаза и сохранила позу только что проснувшейся… Его запах, смешанный со свежестью после душа, доносился до ее ноздрей, заставляя ее так нервничать, что она не могла свободно дышать, а ее уши внимательно прислушивались к каждому его движению… В тихой комнате до ее ушей донесся звук его одевания, и она мысленно отсчитывала каждую секунду, ожидая, когда он подойдет к ней… И действительно, спустя неопределенное количество секунд он сел на край кровати. Ребекка Квентин почувствовала, как край кровати прогнулся под его весом, и его взгляд остановился на ее спине. "Бекка…" Он тихо позвал. Тело Ребекки Квентин напряглось до предела; она не знала, как реагировать, и могла лишь держать глаза закрытыми, ожидая, что он позовет ее во второй раз. Она думала, что если он позвонит ей во второй раз, она притворится, что проснулась после сна, чтобы встретиться с ним лицом к лицу, и тогда все её реакции будут выглядеть естественно… Но… Позвонив ей один раз, он больше ей не звонил, лишь молча глядя на нее. Она постоянно чувствовала его взгляд на себе и не смела пошевелиться ни на дюйм, а когда долгожданный второй звонок так и не раздался, тяжесть на краю кровати наконец-то исчезла, когда он встал и вышел из комнаты один. Только услышав тихий щелчок закрывающейся двери, Ребекка Квентин, все еще сжимая в руках одеяло, снова села, прислонившись к изголовью кровати. Глядя на закрытую дверь, она тяжело вздохнула. Только что у неё, несомненно, был шанс позвать его, но ей просто не хватило смелости это сделать. Она чувствовала себя такой бесполезной… Одевшись и приведя себя в порядок, Ребекка Квентин уже собиралась выйти из комнаты, когда, как только ее рука коснулась дверной ручки, с другой стороны двери раздался стук. Тело Ребекки Квентин на мгновение замерло, и она несколько секунд колебалась, прежде чем открыть дверь. Но несколько секунд спустя она успокоила дыхание, предположив, что человек снаружи — это не он, поскольку он никогда не стучал в дверь, когда они были вместе. Сделав глубокий вдох, она открыла дверь, и, конечно же, снаружи стояла миссис Джеффри, держащая на руках Эндрю. «Тетя». Миссис Джеффри многозначительно посмотрела на Ребекку Квентин: «Бекка, ты хорошо спала прошлой ночью?» Ребекка Квентин взяла Эндрю из рук миссис Джеффри, ее лицо слегка покраснело. Она не была глупой; совпадение событий прошлой ночи указывало на то, что пожилой человек, стоявший перед ней, скорее всего, сыграл роль в их организации… Миссис Джеффри снова спросила: «Говарда нет в комнате?» Лицо Ребекки Квентин покраснело еще сильнее, она смущенно перевела взгляд на Эндрю и покачала головой. В этот момент к нам приблизилась высокая и крепкая фигура. Внимательная миссис Джеффри уже заметила Говарда, который взглядом подал знак Ребекке Квентин. Действия миссис Джеффри в этот момент, а также два взгляда, которые она почувствовала сзади, подтвердили, что Говард теперь находится совсем недалеко позади нее. Миссис Джеффри благоразумно взяла Эндрю из объятий Ребекки Квентин и направилась к выходу… То, что изначально должно было стать личным моментом для двоих, теперь висело на волоске, когда миссис Джеффри повернулась, чтобы уйти с Эндрю на руках, и тут раздался низкий голос Говарда: «Мама». Шаги миссис Джеффри внезапно остановились. Увидев отца, Эндрю крикнул: «Папа!» и, извиваясь, попытался вырваться из объятий миссис Джеффри. Миссис Джеффри ничего не оставалось, как поставить Эндрю на землю, а затем осторожно повела все еще неустойчиво держащегося на ногах Эндрю к Говарду. Стоя перед Говардом, миссис Джеффри доброжелательно улыбнулась: «Где вы были? Я вас искала». Взгляд Говарда на мгновение явно переместился в сторону Ребекки Квентин. Как раз когда миссис Джеффри собиралась что-то сказать, её маленький внук опередил её на секунду… ---------- Главы 485-255: Я её не подведу (Часть 1) "Папа, держи… держи меня…" Эндрю поднял взгляд на отца с детским выражением лица и протянул руки. Говард Джеффри отвел взгляд, посмотрел на сына с явным равнодушием и холодно сказал: «Ты уже умеешь ходить, тебе нужно научиться ходить самостоятельно, ты не можешь всегда полагаться на то, что тебя будут носить». Эндрю тут же надул губы и посмотрел на бабушку с обиженным выражением лица. Миссис Джеффри тут же упрекнула Говарда: «Когда ты был в возрасте Эндрю, ты все еще хотел, чтобы я носила тебя на руках каждый день. Не навязывай своему сыну то, что ты сам не можешь сделать!» На красивом лице Говарда Джеффри появились три вертикальные морщины. Вот почему он никогда не проявляет авторитета перед Эндрю! Миссис Джеффри взяла Эндрю на руки и прошептала Говарду: «Сынок, иди поговори, они тебя ждут…» Бекка стояла неподалеку и не могла разобрать, о чем они говорили, но ее взгляд был прикован к ним. Наблюдая, как Говард идет к ней, ее сердце бешено колотилось. Говард подошёл к Бекке и тихо спросил: «Проснулась?» Бекка опустила ресницы и произнесла: «Хм». «О событиях прошлой ночи…» «Знаю, это был план твоей матери». С того момента, как тетя пригласила ее остановиться в отеле и попросила проверить его номер, все, должно быть, было спланировано его матерью. «Вчера вечером заходил Роджер, и мы вместе выпили». Бекка поняла и слегка кивнула, ее лицо невольно покраснело. Должно быть, тете пришлось очень постараться, чтобы вообще «пригласить» генерала Леонарда. «Как только Мари поправится, мы сможем обсудить то, что произошло прошлой ночью». Бекка вдруг подняла глаза: "Адрес?" Что это значит? Миссис Джеффри, которая подслушивала, наклонилась к Бекке и сказала: «Ты не поняла, что имел в виду Говард? Он имеет в виду, что как только пройдет этот критический двадцатичетырехчасовой период, он разберется со своей ситуацией с Элис Робинсон». Отклонение миссис Джеффри от темы было довольно серьезным… Бекка посмотрела на Говарда, ожидая, что он объяснит свои слова. Говард больше ничего не сказал, его взгляд был прикован к Бекке. Бекка посмотрела в глубокие черные глаза Говарда, которые, несмотря на свою бездонность, были полны нежности. «Эндрю, быстро скажи папе и маме, чтобы они были вместе…» — подбадривала миссис Джеффри маленького слабака. К сожалению, этот слабак смог сказать только «папа», не сумев в полной мере понять слова миссис Джеффри. В этот момент Говард взял Бекку за руку. Тело Бекки на мгновение напряглось; она, уже ведомая его к лифту, спросила: «Куда мы едем?» Говард крепко сжал руку Бекки и, глядя на лифт, тихо произнес: «Больница». Бекка больше ничего не спрашивала, позволяя ему держать ее за руку, чувствуя тепло его ладони, крепко обнимающей ее. Пока лифт спускался этаж за этажом, он не отпускал её руки… В этот момент пустота в сердце Бекки внезапно заполнилась, словно слова были не нужны, — он держал её за руку… «Сестра, как дела у Мэрилин?» Кристин Куинн, стоя у стеклянного окна больничной палаты, обернулась и, увидев Бекку, слегка улыбнулась: «В последние несколько часов никаких признаков отторжения не наблюдалось, врач сказал, что прогноз очень хороший, по сути, подтверждая, что других осложнений не будет». Бекка с облегчением вздохнула: «Я просто знала, что с Мэрилин все будет в порядке». Кристин почувствовала облегчение, заметив улучшение состояния Мэрилин Куинн, и не удержалась от шутки: «Тебе следовало приехать раньше, почему ты пришла только сейчас?» Бекка слегка покраснела и просто объяснила: «Проспала». Внимательная Кристин уже заметила Говарда, который, очевидно, пришел с Беккой, но в данный момент разговаривал со Скайлер Джонс, и усмехнулась: «Вы оба проспали?» Бекка с любопытством нахмурилась: «Ты в сговоре с тётей?» Кристин невинно подняла руки: «Я знала только, что тётя планировала свести тебя и Говарда прошлой ночью, но мне не были ясны подробности…» Бекка была расстроена: «Ты должна была сказать мне вчера вечером». Кристин наклонилась и с лукавой улыбкой прошептала: «Я же говорила вчера вечером, какой прекрасный вечер вы с Говардом провели…» Лицо Бекки покраснело: «Сестра…» По другую сторону коридора краем глаза Скайлера скользнул взгляд в сторону, где находилась Бекка, и он самоиронично улыбнулся: «Ты победила». Взгляд Говарда был спокойным, он смотрел вдаль и тихо произнес: «Между нами никогда не было ни победы, ни поражения». Скайлер проследила взглядом за Говардом в далекую пустоту: «Нет, дело не в победе или поражении, а в желании; с самого начала я уже проиграла тебе». «Мамина любовь к тебе ничуть не меньше, чем ко мне». Скайлер серьезно посмотрел на Говарда: «Я не имею в виду маму, ты должна понимать, о чем я говорю». Глубокие черные глаза Говарда потускнели, тон его стал тише, чем прежде: «Я ее не разочарую». Скайлер недовольно нахмурилась: «Тогда какова ваша нынешняя ситуация с Элис Робинсон?» «Мне не нужно ничего объяснять». С этими словами Говард повернулся и ушёл. Когда Говард повернулся, чтобы уйти, Скайлер холодно сказала: «Мне всё равно, что ты сейчас замышляешь, но если ты подведёшь Бекку, я тебя так просто не отпущу!» Говард остановился, на его красивом лице появилась улыбка: «Вы теперь благословляете меня и её?» В тот момент Скайлер уже пошла в противоположном направлении, прочь от Говарда. "Хм, это хорошо. Я уже взяла отпуск у управляющей Смит, она разрешила мне остаться еще на несколько дней в городе Y… Не волнуйся, я обещала привезти тебе подарок, я точно не забуду…" Бекка разговаривала по телефону, когда увидела, как Говард идет к ней навстречу, и поспешно сказала собеседнику: «Давай оставим это на потом, когда вернемся в Т-Сити». Бекка только что убрала телефон в сумку, когда перед ней появился Говард. Из-за этих отношений Бекка чувствовала себя немного неловко, когда смотрела на Говарда. "Э-э…" — начала она, но не знала, что сказать. «С кем вы разговаривали по телефону?» К счастью, Говард небрежно спросил. Бекка честно ответила: «Доктор Робинсон». Говард слегка нахмурился: «У вас с ним хорошие отношения?» Бекка инстинктивно кивнула: «Хм…» Понимая, что её ответ легко может быть неправильно истолкован, она быстро поправила: «Нет, я имею в виду, мы друзья». Говард не стал продолжать разговор на эту тему, но сообщил ей о своих планах: «У меня сегодня днем ​​дела». «Э-э, я тоже хочу остаться в больнице со своей сестрой сегодня днем». Говард слегка кивнул и ушел. Увидев удаляющуюся фигуру Говарда, взгляд Бекки помрачнел. Кристин вернулась к Бекке как раз в тот момент, когда Говард уходил, и, посмеиваясь, спросила: «Что, ты не можешь расстаться с ним ни на секунду?» ---------- Главы 486-256: Не подведу её 2 "Сестра…" «Ладно, ладно, я не буду тебя дразнить… видишь ли, он всё ещё заботится о тебе. Даже когда ему приходится уходить, он помнит сказать тебе об этом». Бекка прислонилась к стене в коридоре и тихо вздохнула: «Сестра, я не знаю почему, но у меня плохое предчувствие…» "Что за неприятное чувство?" Взгляд Бекки потускнел, она опустила глаза: «Мне кажется, между нами всё кончено». "Чепуха… не думай так, разве вчера вечером все прошло не очень хорошо?" "Но…" Кристин нежно обняла Бекку за плечи, утешая её: «Думаю, у вас двоих впереди ещё долгое будущее. Мне даже приснилось прошлой ночью, что у вас с Говардом родился ещё один ребёнок!» Ребенок… Эти слова пронзили сердце Бекки, словно иголку. "В чем дело?" Бекка покачала головой и слабо улыбнулась: «Ничего». Она не хотела, чтобы сестра волновалась, поэтому после выкидыша так и не рассказала ей о своем бесплодии. «Мои мечты обычно сбываются…» "Мм…" Говард неподвижно стоял перед панорамным окном отеля. Телефон на столе продолжал вибрировать. И как только вибрация наконец прекратилась, он снова начал вибрировать. Непрекращающиеся звонки заставили Джейсона не удержаться и сказать: «Босс, мисс Робинсон звонила вам сегодня утром больше десяти раз. Я уже сказал ей, что вы заняты работой, но она очень расстроена, что вы не ответили». Говард вгляделся вдаль, его глаза на мгновение потемнели, после чего он тихо спросил: «Разве в городе Y недавно не проходил благотворительный аукцион?» Джейсон кивнул: «Да, это благотворительный аукцион BASA, организованный Christie's в Нью-Йорке, который состоится в ближайшие несколько дней. На нем будут представлены ювелирные изделия, созданные покойным французским дизайнером Дали, и его посетят многие представители политической и деловой элиты». «Ага, передайте им, что я буду присутствовать». Джейсон поклонился и сказал: «Да». "Видео обработано?" «Готово, техническая команда занимается редактированием, должно быть готово через пару дней». «Хорошо, можете идти». "Да." После ухода Джейсона Говард еще долго стоял перед окном от пола до потолка. Телефон на столе позади него продолжал звонить… Как раз когда телефон уже почти перестал звонить, Говард сел на стул за столом, взял трубку и нажал кнопку ответа. "Говард…" В трубку раздался тревожный, но в то же время приятный голос Алисы: «Куда ты пропала? Я звонила тебе без остановки, а ты не отвечала. Джейсон сказал, что ты занята работой, но неужели ты настолько занята, что даже не можешь ответить на мой звонок?» Красивое лицо Говарда смягчилось: «Извините, весь день был на совещаниях». «Я знаю, что ты в последнее время очень занят, но прошло уже несколько дней с нашей последней встречи, где ты? Могу я тебя навестить?» «Я нахожусь в городе Y». "Вы вернулись в Цветочное Королевство?" «Ммм». Алиса удрученно пожаловалась: «Ты все еще не можешь ее забыть…» «О чём вы думаете? Я в городе Y, чтобы обсудить дела с компанией Oversky». «Но она также находится в Цветочном Королевстве, я не хочу, чтобы ты туда возвращался». "Волновался?" "Конечно, я волнуюсь! Мне и так некомфортно без тебя рядом, а теперь ты говоришь, что в Цветочном Королевстве, и я чувствую себя ещё более неуверенно!" Говард тихонько усмехнулся. Алиса надула губы: «Ты всё ещё смеёшься…» «Я попрошу кого-нибудь вас сюда привезти». «Что?» — недоверчиво спросила Алиса. — «Ты хочешь сказать, что кто-то приедет в Париж, чтобы отвезти меня в город Y?» "Теперь вы довольны?" «Угу!» — радостно кивнула Алиса и добавила: «Я сейчас же соберу багаж». Ночь. Бекка и Кристин сидели вокруг кровати Мари. Мари, которая только что проснулась, выглядела намного лучше и тихо спросила: «Мама, тетя, куда делись папа, бабушка и дядя Джеффри?» «Твой папа знает, что ты пережила критическую фазу, он в кабинете врача обсуждает твою выписку. Бабушка в отеле с маленьким Энди, а дяде Джеффри нужно кое-что сделать». «Мама, со мной всё в порядке?» «Ммм». Глаза Кристины засияли от радости, «Маме больше не придётся беспокоиться о твоём здоровье…» «Мама, я хочу тебя обнять». «Пока нет, ты ещё очень слаб. Как только тебя выпишут, мама тебя крепко обнимет, хорошо?» Мэрилин послушно кивнула: «Ммм». Кристин напомнила ей: «Ты должна поблагодарить тетю, тебе помог ее сын, маленький Энди». «Спасибо, тётя». Бекка нежно поцеловала Мэрилин в лоб: «Молодец». ---------- Главы 487-256: Я её не подведу (Часть 2) Мэрилин нерешительно моргнула своими красивыми глазами и посмотрела на мать: «Мамочка, можно задать вопрос?» Кристин мягко ответила: «Конечно, пожалуйста!» Мэрилин, говоря это, разрывалась между противоречивыми чувствами: «После того, как дядя Джеффри женится на тете, мне называть ее тетей или просто продолжать называть ее тетей?» Пфф… Кристин расхохоталась: «Это то, о чём ты думаешь? Конечно, называй её тётей, это звучит ласковее…» Бекка чувствовала себя немного неловко и слегка смущенно. Изначально Бекка планировала вернуться в отель на такси, но Кристин забеспокоилась и настояла, чтобы Скайлер отвезла ее, поэтому в итоге Бекка поехала в отель на машине Скайлер. На обратном пути в отель, чтобы избежать неловкости, Бекка через некоторое время нарушила молчание и сказала: «Я рада, что состояние Мари наконец улучшилось…» "М-м-м." «Два дизайнера, которые приехали со мной, уже настоятельно просят меня как можно скорее обсудить вопросы дизайна с компанией «Оверский». Думаю, мы сможем назначить время для разговора завтра». Скайлер взглянула на Бекку в зеркало заднего вида: «Ты планируешь уехать после обсуждения?» «Да, когда у Мари будут каникулы, я отведу её в T City поиграть». "Город Т?" Тон Скайлер озадачил Бекку: «Что не так с Т-Сити?» «Ничего особенного, я просто подумал, что ты скажешь „Нью-Йорк“». Бекка внезапно потеряла дар речи. Скайлер не позволила Бекке уклониться от вопроса и прямо спросила: «Ты не подумала о том, что Говард может забрать тебя обратно в „Нью-Йорк“?» «Я не заглядывал так далеко вперед». «Не волнуйтесь, Говард вас никогда не подведет». Бекка замолчала. В этот момент автомобиль также въехал на территорию отеля и остановился перед входом. «Спасибо», — вежливо сказала Бекка Скайлер, открывая дверь и выходя из машины. Когда Бекка уже собиралась уйти, Скайлер внезапно схватила ее за руку. Тело Бекки слегка застыло и остановилось на месте. Скайлер крепко держал её за руку, но его взгляд был прикован к передней части машины. «В любое время, когда я тебе понадоблюсь, просто позвони». Бекка несколько секунд молчала, затем кивнула. Скайлер всё ещё не отпускала… "Сейчас я должен идти." Спустя долгое время после того, как Бекка это сказала, Скайлер медленно отпустила ее руку… Бекка не стала сразу уходить, а спокойно повернулась к Скайлеру, прежде чем он успел уехать, и сказала: «Я рада, что ты можешь отпустить ситуацию… Надеюсь, у нас всех будет новое начало». Скайлер больше не оглядывалась на Бекку и сразу же уехала. Оказавшись внутри отеля, Бекка направилась прямо в номер миссис Джеффри. Миссис Джеффри наблюдала, как маленький Энди играл с игрушками на кровати. Увидев маленького Энди, вся унылость Бекки мгновенно исчезла, и она с радостью присоединилась к нему на кровати, чтобы поиграть. «Нет, малыш, тебе нужно сложить вот так, чтобы убрать…» Бекка научила маленького Энди играть в блочную версию Тетриса. Миссис Джеффри с удовольствием наблюдала за матерью и сыном и вздохнула: «Как же хорошо ребенку, когда рядом мама. Бекка, не оставляй Энди снова». Движения Бекки, связанные с конструктором, на секунду остановились. Заметив нерешительность Бекки, миссис Джеффри взяла её за руку и успокаивающе погладила: «Возможно, Говард и раньше говорил тебе что-то резкое, но это было не от чистого сердца. Он просто злился на тебя за то, что ты его бросила… Но теперь всё стало яснее. Если он придёт, чтобы помириться, не будь упрямой и не отказывайся, мой внук без матери — жалкое зрелище…» Бекка опустила голову: «Он… вернулся?» «Он вернулся в отель сегодня днем, но позже снова вышел. Он должен скоро вернуться…» "Ой." Увидев печальное выражение лица Бекки, миссис Джеффри утешила её: «У Говарда для тебя сюрприз. Сначала я не хотела тебе рассказывать, опасаясь, что ты слишком много об этом подумаешь…» "Сюрприз?" «Да, после того как Говард вернулся сегодня днем, я хотел спросить его о Мари, но увидел Джейсона Вуда, разговаривающего по телефону в коридоре… Вы знаете, кому звонил Джейсон?» Бекка выглядела озадаченной. Миссис Джеффри радостно ответила: «Я случайно услышала, как Джейсон упомянул что-то о благотворительном аукционе и сказал, что Говард придет, и попросил организатора зарезервировать для него и его спутницы лучшие места…» «Благотворительный аукцион?» «Да, кажется, это называется Christie's…» "Благотворительный аукцион Christie's BASA?" Миссис Джеффри энергично кивнула: «Да, вы об этом знаете?» Конечно, она знала; аукционный дом Christie's известен, и он уже водил ее на подобные благотворительные аукционы. Тогда он участвовал в аукционе за средневековое ожерелье с розовыми бриллиантами, хотя это было очень давно. Может быть, он планирует использовать этот аукцион, чтобы сгладить нынешнюю неловкость в их отношениях? «Похоже, Говард уже водил вас на подобные аукционы раньше…» «Это было очень давно, когда я вышла за него замуж». «Поэтому его присутствие на таком благотворительном аукционе сейчас имеет большое значение… Это показывает, что он помнит прошлое; возможно, он даже планирует сделать вам сюрприз на аукционе». На самом деле, не имело значения, был ли сюрприз или нет. Уже само присутствие дамы на таком престижном аукционе было грандиозным и сенсационным событием, не говоря уже о том, чтобы поучаствовать в торгах за бесценные украшения для нее. В ту ночь Бекка спала в комнате миссис Джеффри. Миссис Джеффри неоднократно просила ее переночевать в соседней комнате, но та никак не могла пойти. Хотя она и не знала, ночевал ли Говард в соседней комнате, новость о благотворительном аукционе, которую ей сообщила миссис Джеффри, вызвала у нее сильное волнение. Она призналась, что в глубине души полна надежды… Она не хотела зацикливаться на безжалостных словах, которые Говард сказал по телефону; она лишь надеялась, что завтрашний день будет хорошим. На следующий день. Биологические часы маленького Энди обычно заставляли его просыпаться в шесть утра, поэтому Бекка тоже просыпалась вместе с ним в шесть. Маленький Энди был очень привязан к Говарду. Как только он просыпался и доедал соску, он начинал лепетать: «Папа, папа…» Миссис Джеффри, будучи проницательным человеком, посоветовала Бекке пойти к соседям и постучать, чтобы позвать кого-нибудь встать, услышав, как маленький Энди зовет ее. ---------- Глава 488-257: Подготовка Под настойчивыми «уговорами» миссис Джеффри у Ребекки Квентин не оставалось иного выбора, кроме как прийти к двери комнаты Говарда Джеффри. Сделав глубокий вдох, она нервно постучала в дверь. Однако, несмотря на то, что она несколько раз постучала, никто внутри не ответил. В этот момент мимо по коридору проходил официант, и она спросила его: «Извините, а гость этого номера вернулся прошлой ночью?» «Вы имеете в виду мистера Джеффри?» "Да." Официант улыбнулся и ответил: «Я слышал, что приехала девушка мистера Джеффри, и он должен лично встретить её в аэропорту». «Этот официант несёт чушь, Бекка, не верь ему», — с тревогой сказала миссис Джеффри. Ребекка Квентин играла с Эндрю на кровати и с игрушками, но у нее уже не было того бодрого утреннего настроения, глаза ее потускнели и стали безжизненными. Миссис Джеффри сердито воскликнула: «Я прямо сейчас позвоню Говарду Джеффри и попрошу его немедленно вернуться, это возмутительно!» Ребекка Квентин всё это время хранила молчание. Миссис Джеффри отошла в сторону, взяла телефон и позвонила Говарду Джеффри. Однако после нескольких звонков телефон Говарда Джеффри продолжал звонить, но никто не отвечал. Затем миссис Джеффри решила позвонить способному помощнику Говарда Джеффри, Джейсону Вуду. Как только звонок соединился, миссис Джеффри спросила: «Джейсон Вуд, куда Говард Джеффри делся рано утром? Почему никто не отвечает на его телефонные звонки?» "Э-э…" — неуверенно ответил Джейсон Вуд. «Говори быстро». Джейсон Вуд, естественно, опасался миссис Джеффри и мог лишь неохотно ответить: «Мисс Робинсон только что приехала в город Y, а босс сейчас отдыхает в отеле вместе с мисс Робинсон». Миссис Джеффри повысила голос: «Отдыхаете в отеле?» "Да…да!" Миссис Джеффри решительно спросила: «В какой гостинице?» Джейсон Вуд испуганно ответил: «Простите, мэм, босс только что дал указание никому не беспокоить его отдых с мисс Робинсон, поэтому…» Миссис Джеффри была в ярости: «Заставьте его ответить на телефонный звонок!!» Джейсон Вуд неловко ответил: «Извините, мэм…» «Джейсон Вуд, неужели ты смеешь не слушать, что я говорю?» «Мадам, пожалуйста, не создавайте мне трудностей…» "Ты…" Закончив разговор, миссис Джеффри подошла к Ребекке Квентин с извиняющимся выражением лица. Ребекка Квентин, естественно, подслушала разговор между миссис Джеффри и Джейсоном Вудом, теперь она опустила веки и выглядела еще более удрученной. Миссис Джеффри сидела рядом с Ребеккой Квентин и утешала ее: «Не думай слишком много, когда Говард Джеффри вернется, он лично тебе все объяснит, уверяю тебя, между ним и Элис ничего не происходит». Ребекка Квентин глубоко вздохнула и спокойно сказала миссис Джеффри: «Тетя, мне сегодня нужно ехать в Оверский по работе, поэтому мне придется попросить вас присмотреть за Эндрю, а я вернусь к нему позже». Миссис Джеффри ласково взяла Ребекку Квентин за руку: «Больше не ходи на работу, с Говардом Джеффри рядом тебе не придётся это терпеть…» Ребекка Квентин осторожно отпустила руку миссис Джеффри: «Давай поговорим о будущем позже… Тётя, я сейчас уйду». Сказав это, она встала с кровати. Миссис Джеффри встала, и Ребекка Квентин, продолжая успокаивать ее: «Бекка, не стоит слишком много об этом думать, Говард Джеффри и Элис — ничто…» Ребекка Квентин наклонилась, чтобы поцеловать нежно тронутую щеку Эндрю, затем повернулась и ушла. Остаток дня Ребекка Квентин провела в «Оверски», обсуждая вопросы дизайна со Скайлером Джонсом. Сегодня они обсуждали исключительно деловые вопросы, и все прошло гладко; Скайлер Джонс осталась очень довольна своим дизайном. Ребекка Квентин не была уверена в объективности оценки Скайлер Джонс её дизайна, но успешное заключение сделки позволило ей вздохнуть с облегчением. «Мистер Джонс, спасибо за вашу высокую оценку. Я уверен, что наша разработка „QCS“ безусловно улучшит ваш проект!» После подписания контракта Ребекка Квентин профессионально пожала руку Скайлеру Джонсу. Скайлер Джонс улыбнулся, вставая со своего офисного кресла: «Со мной нет необходимости в такой формальности… Я искренне доволен вашим проектом, я бы не стал шутить с проектом, который стоит миллиарды». Ребекка Квентин слегка улыбнулась: «Спасибо». «Я попрошу свою секретаршу Карен проводить вас, а по дороге отвезу обратно в отель». «Не нужно, я могу просто взять такси сам». «Хорошо, тогда будьте осторожны на дороге». "Мм." Убрав контракт, Ребекка Квентин повернулась и ушла. Выходя из зала «Оверски», Ребекка Квентин изо всех сил старалась сохранить жизненную силу на лице, которое постепенно сменилось унынием. Она с облегчением вздохнула, что личные дела не повлияли на работу; одному Богу известно, насколько хаотичным стал ее разум сейчас… С самого утра и до сих пор, если бы она не заставляла себя не думать об этом, она бы не смогла обсудить работу со Скайлер Джонс. ---------- Глава 489-257: Всё это было подстроено (2) Да, прямо сейчас все ее мысли заняты Говардом Джеффри. Сегодня утром официант ясно дал ей понять, что он поехал забрать свою "девушку"… Несомненно, он поехал забрать Элис Робинсон. Она не понимает, вчера у них всё было хорошо, почему же сегодня утром, когда она проснулась, весь мир изменился? То, что произошло вчера, казалось сном, а сегодня всё вернулось в реальность. Но если не было никакого сна, а только реальность, то почему он вчера держал её за руку? Погруженная в свои мысли, Ребекка Квентин взяла такси и поехала обратно в отель. Она не собиралась отступать; она хотела разобраться в проблемах между ним и Алисой, между ним и ней. Изначально она вернулась в комнату миссис Джеффри, чтобы проведать Эндрю, но, к своему удивлению, когда она постучала, дверь открыла Элис Робинсон. Элис Робинсон, казалось, не удивилась, увидев Ребекку Квентин; вместо этого она спокойно скрестила руки и равнодушно спросила: «Пришла повидаться с тётей?» Увидев Элис Робинсон, Ребекка Квентин на мгновение замерла. Элис Робинсон заметила реакцию Ребекки Квентин, подняла гордое лицо и спросила: «Вы удивились, увидев меня?» Ребекка Квентин не ответила Элис Робинсон. Не увидев в комнате миссис Джеффри и Эндрю, она предпочла отвернуться. Но Элис Робинсон не отпустила ее, крикнув ей вслед: «Тетя в соседнем доме разговаривает с Говардом Джеффри; хватит ли у тебя смелости пойти и послушать?» Шаги Ребекки Квентин не дрогнули. «Ребекка Квентин, ты просто бесстыжая! Говард Джеффри больше не хочет тебя видеть рядом, а ты всё ещё пытаешься удержаться. Думаешь, помощь тёти спасёт ваши отношения с Говардом Джеффри? Ты просто мечтаешь!» Ребекке Квентин было все равно, что говорила Элис Робинсон; она направилась в соседнюю комнату, намереваясь найти Говарда Джеффри, чтобы разобраться во всем. Ребекка Квентин никак не ожидала, что, не дойдя до соседней двери, она уже услышит из комнаты ссору матери и сына. Действительно, дверь в соседнюю комнату не была закрыта, и звук был настолько отчетливым, что достиг ушей Ребекки Квентин, когда она стояла снаружи. «В любом случае, ты должен взять на себя ответственность за Ребекку; я не позволю тебе быть с Элис Робинсон!!» Из-за слов миссис Джеффри Ребекка Квентин не вошла в комнату, а осталась снаружи. В глазах Ребекки Квентин миссис Джеффри и Говард Джеффри разговаривали, у миссис Джеффри было строгое выражение лица, но Говард Джеффри, как всегда, оставался спокойным. Миссис Джеффри нетерпеливо произнесла: «Мама, ты же знаешь, что дело не в ответственности…» Миссис Джеффри слегка смягчила тон, покачала головой и сказала: «Мама не верит, что у тебя действительно больше нет чувств к Ребекке, раньше ты так сильно о ней заботился…» «Вы же знаете, что это было в прошлом». «Нет, мама в это не верит. Годами мама бесчисленное количество раз уговаривала тебя оставить ее, но ты оставался к ней привязан; теперь между мамой и ней больше нет разлада, а ты говоришь, что больше ее не любишь, как ты ожидаешь, что мама в это поверит?» «Я очень дорожу ею, когда-то она была сокровищем моей жизни… на протяжении всего пути я бесчисленное количество раз благодарил небеса за то, что они позволили мне быть с ней, но она меня разочаровала… Ради нее я в конечном итоге решил закрыть глаза на то, что она дочь Вивиан Линдси и Александра Квентина, нарушив ваше желание быть с ней любой ценой, думая, что мы сможем начать все заново, и я всегда к этому стремился, однако, как раз когда мы наконец достигли прекрасного будущего вместе, она решила отказаться от него… Раньше она уговаривала меня отпустить обиды прошлых поколений, я это делал, но как же она? Столкнувшись с этой запутанной проблемой, она без колебаний решила отказаться от с трудом завоеванного будущего, которое мы разделяли, как она могла не разбить мне сердце?» «Сынок, ты не можешь винить Ребекку; она была очень близка со своим отцом, поэтому это понятно. Разве ты сам когда-то не решил отказаться от нее по той же причине? Это значит, что ты ожидал такой реакции, узнав правду, ты должен это понимать». Голос Говарда Джеффри охрип: «Я понимаю, конечно, понимаю, поэтому даже когда она потеряла ребенка, я винил только себя, винил себя за то, что не смог ее удержать… За последние полгода я бесчисленное количество раз хотел ей позвонить, но так и не смог этого сделать, знаешь почему? Потому что боялся, что она скажет, что наша история окончена… Поэтому я мог только ждать ее, надеясь каждую минуту, что она позвонит мне, скажет, что я ей нужен; я даже прибегнул к использованию Элис Робинсон, чтобы спровоцировать ее, просто чтобы услышать, как она говорит, что все еще заботится о нас, все еще заботится обо мне. Однако за эти полгода я стал свидетелем того, как она живет так беззаботно и легкомысленно, как будто я ей совсем не нужен… Я очень разочарован; я злюсь на нее, но не могу удержаться от того, чтобы искать ее, заставлять ее быть рядом со мной, просто желая, чтобы она сказала мне, что все еще надеется быть со мной, но ничего, все, что она мне дала, это эти так называемые…» «Благословенна она, она даже могла наблюдать, как я встречаюсь с другой женщиной…» До этого момента Говард Джеффри с болезненной улыбкой произнес: «Я злился на Элис Робинсон за то, что взял ее с собой в отпуск, а после возвращения она наконец-то пришла ко мне… она сказала, что узнала от тебя все о прошлом, пришла извиниться; в тот момент я понял, что ее приход означал, что у нее все еще есть ко мне чувства, но до этого момента я уже устал, что за полгода моя тоска по ней превратилась из пылкого пламени в окончательно угасшее, я был не так привязан, как думал… Но когда я увидел, как она грустно уходит, увидел ее слезы, я не смог этого вынести. Я пытался дать нам шанс, пытался сохранить наши прежние отношения, но в конце концов понял, что не могу этого сделать, так поступать с ней было бы несправедливо ни к ней, ни к Элис Робинсон…» Услышав это, глаза миссис Джеффри заблестели от слез, и она, задыхаясь, выдавила: «Тогда в прошлую ночь… у тебя действительно нет никаких чувств к Ребекке?» Говард Джеффри тяжело вздохнул: «Мама, позапрошлой ночью Роджер по твоей провокации напоил меня, и ты заставила его подсыпать в напиток лекарство, так что я не помню, что произошло позапрошлой ночью… Только когда я проснулся и увидел её спящей у меня на руках, я понял, мама, что ты снова вмешалась!» Говард Джеффри имел в виду, что миссис Джеффри однажды использовала тот же метод, чтобы познакомить его с Элис Робинсон… «Мама лишь надеялась, что у вас с Ребеккой появится возможность быть вместе, поэтому она подталкивала вас…» «Мама, с самого детства я редко отказывал тебе в твоих просьбах, поэтому, когда ты вчера попросила меня взять на себя ответственность за Ребекку, я не возражал, потому что, что касается позапрошлой ночи, по какой бы причине это ни произошло, я должен был ей все объяснить… Я действительно думал, что смогу это сделать, думал, может быть, мы с ней сможем снова быть вместе. Однако вчера днем, когда я позвонил Элис Робинсон, намереваясь расстаться с ней, услышав ее голос и услышав, как она сказала, что скучает по мне, я понял, что она глубоко вошла в мое сердце, я просто хотел забрать ее к себе, остаться с ней навсегда…» ---------- Главы 490–258: Я совершенно потерял дар речи от мисс Ку… Слезы беззвучно текли по щекам Бекки одна за другой, падая на пол… Всего несколько минут назад Элис Робинсон, прибывшая следом за ней, также была растрогана до слез словами Говарда Джеффри… Когда миссис Джеффри повернулась, чтобы уйти, она увидела их стоящими в дверном проеме и замерла на месте. Взгляд Джеффри тоже переместился на них, в его глазах читалось невыразимое волнение, но в следующее мгновение его высокое и прямое тело было насильно обняно Алисой… Алиса бросилась ему в объятия, вытирая слезы и сопли о его дорогую рубашку. Зрение Бекки было затуманено слезами, она лишь смутно различала его фигуру, но в этот момент его взгляд был прикован только к человеку в его объятиях… Глубоко раскаявшись, миссис Джеффри подошла и осторожно поддержала дрожащее тело Бекки: «Бекка, прости меня…» Бекка продолжала смотреть на Джеффри, слезы все еще текли, словно осколки разбитых жемчужин. Миссис Джеффри не переставала винить себя: «Это всё моя вина…» Бекка продолжала смотреть на Джеффри, пока, спустя очень долгое время, не вытерла слезы с глаз и лица. Она глубоко вздохнула и слегка хриплым голосом сказала миссис Джеффри, стоявшей рядом: «Мадам, это не ваша вина… Эндрю спит в соседней комнате, вам следует проверить его, он может заплакать, если проснется и обнаружит, что никого нет рядом». "Бекка…" "Продолжать!" Миссис Джеффри, охваченная крайним самобичеванием, вышла из комнаты. После того как миссис Джеффри ушла, Бекка снова вытерла слезы с носа, подошла к Джеффри, посмотрела на него и спокойно сказала: «Можно нам поговорить наедине?» Джеффри слегка кивнул. Получив желанную любовь, Алиса в тот момент проявила невероятное великодушие, медленно отстранилась от объятий Джеффри и вышла из комнаты. В итоге в комнате остались только Бекка и Джеффри… Когда она посмотрела на него, слезы снова хлынули из ее глаз, но она стойко вытерла их и заставила себя улыбнуться: «Джеффри, что бы ни случилось, я все равно должна поблагодарить тебя за то, что ты попытался дважды, даже несмотря на то, что ты уже…» Боль разлилась по сердцу Бекки, но она скрыла её за ещё более лучезарной улыбкой: «На самом деле, мы обе знаем, что чувства нельзя заставить. Если бы я знала это вчера, когда ты держал меня за руку, и это было из-за давления твоей матери, я бы точно не согласилась…» Джеффри тяжело положил руки на дрожащие плечи Бекки, и из его уст вырвалось хриплое извинение: «Прости, Бекка…» Бекка решительно покачала головой: «Не будь такой, не чувствуй себя виноватой передо мной и не жалей меня… ты мне ничего не должна». В тот момент Джеффри крепко обнял Бекку. От тепла его объятий ее слезы потекли еще сильнее, но она не позволила себе задержаться; она потянулась, чтобы оттолкнуть его… И всё же он крепко обнимал её, шепча ей на ухо. Бекка не расслышала, что он ей сказал, и, с трудом вырвавшись из его утешительных объятий, с большим усилием… Отдалившись друг от друга, Бекка, несмотря на заплаканное лицо, все еще улыбалась: «Джеффри, на самом деле, с того дня, как я узнала, что не могу иметь детей, я никогда не думала о том, чтобы снова быть с тобой. Не потому, что мне все равно на тебя; просто я сама не могу смотреть себе в глаза в таком состоянии… Мои дни без тебя не были беззаботными и счастливыми; на самом деле, я думаю о тебе каждый день и надеюсь, что ты будешь звонить мне каждый день. Я боялась, что тебе больше все равно на меня… Когда я увидела тебя с Элис во время наших последних встреч, мне было так больно; я так ревновала, но я могла только отчаянно притворяться, что мне все равно…» «В прошлый раз, когда я был в Т-Сити и пришел тебя найти, я действительно просто хотел прояснить недоразумение между нами. Я не смел надеяться начать все сначала, но позже, когда ты пришла меня найти и сказала, что хочешь быть со мной, ты никогда не узнаешь, как я был счастлив в тот момент. Все, чего я хотел, это игнорировать все и просто быть рядом с тобой. Однако я не мог обмануть тебя насчет своего состояния, и позже, когда ты позвонила, чтобы сказать мне правду, хотя я был очень разочарован, я также почувствовал облегчение от того, что ты сделала такой выбор, потому что это чувство — не то, чего я хотел…» «Во время этой поездки в город Y я не знала, что Мари больна, и не ожидала встретиться с тобой, тем более, что твоя мама всё это спланирует. На самом деле, в тот вечер ничего не произошло; у меня просто возникло небольшое эгоистичное желание посмотреть, как ты отреагируешь, увидев меня рядом с собой утром…» ---------- Главы 491–258: Больше нечего сказать о мисс Квентин... Говард Джеффри попытался подойти к Бекке: «Бекка…» Тело Бекки уже медленно отступало: «Я вверяю Эндрю вашей заботе, я навещу его, когда у меня будет время… так что, прощайте». В следующую секунду она повернулась и ушла. Нью-Йорк. «Уважаемый президент, Алекс, глава парижского филиала, сообщает, что с деятельностью Skytop во Франции все в порядке…» "Хм." «В последнее время СМИ активно сообщают о сотрудничестве Skytop с семьей Робинсонов, а новости о вашей свадьбе с мисс Элис широко распространяются, в то время как мистер Робинсон неоднократно публично заявлял, что ваш брак с мисс Элис уже запланирован, по-видимому, пытаясь оказать на вас давление…» Взгляд Говарда Джеффри был прикован к документам, он выглядел крайне равнодушным к происходящему. Закончив, Лиза Сесили тихо добавила: «Президент, мне следует попросить эти СМИ сбавить обороты сегодня днем? Боюсь…» Не поднимая головы, Говард Джеффри прямо сказал: «Не нужно, можете уходить!» "Да." Не осмеливаясь сказать больше, Лиза Сесили тихо вышла из кабинета. Как только Лиза Сесили вышла из офиса, она столкнулась с Джейсоном Вудом, который только что вышел из лифта. Джейсон Вуд кивнул Лизе Сесили, но она отвела его в сторону: «Эй, можешь рассказать, что произошло между президентом и мисс Квентин в городе Y?» Джейсон Вуд равнодушно взглянул на Лизу Сесили: «Почему ты такая любопытная?» Лиза Сесили нахмурилась: «Пожалуйста, я ярая поклонница истории любви президента и первой леди, я не хочу пропустить ни одного захватывающего момента». «Если президент знает, что вы воспринимаете произошедшее в городе Y с мисс Квентин как нечто захватывающее, я думаю, вы больше не захотите жить…» Лиза Сесили надула губы: «У тебя совсем нет чувства романтики, но, судя по твоим словам, мисс Квентин, должно быть, очень разочарована на этот раз…» Джейсон Вуд хранил молчание и не отвечал. Лиза Сесили тяжело вздохнула: «Мисс Квентин действительно тяжело… К счастью, в конце концов она найдет счастье, у нашего президента просто нет слов, чтобы описать мисс Квентин». У Джейсона Вуда больше не было времени слушать Лизу Сесили, и он повернулся, чтобы направиться в кабинет президента. Когда Джейсон Вуд вошел в кабинет президента, Говард Джеффри откинулся на спинку кресла, глубоко погруженный в чтение журнальной статьи о Честере Робинсоне. Джейсон Вуд не смел его беспокоить и молча стоял перед столом. Говард Джеффри продолжал смотреть на журнал, seemingly не замечая присутствия Джейсона Вуда, но его тонкие губы слегка приоткрылись: "Как дела?" Джейсон Вуд уважительно ответил: «Я связался с этими врачами, у всех них тесные отношения с Честером Робинсоном. Что касается состояния мисс Квентин, они сказали, что сделали все возможное, но считают, что если Честер Робинсон лично проведет операцию, возможно, удастся добиться излечения». Выражение лица Говарда Джеффри было безразличным, словно он и так прекрасно понимал ситуацию, тон его оставался лёгким: «А как насчёт их мнения о приезде в Т-Сити?» «Деньги могут заставить дьявола вращать жернова… Эти врачи согласились приехать в Т-Сити, но меня немного беспокоит, не привлечет ли это внимания?» Известно, что собрание этих гинекологов мирового класса в больнице Керон в Т-Сити, безусловно, шокирует медицинское сообщество… «Тогда пусть они остаются в Т-Сити так, чтобы не привлекать к себе внимания». Испытывая стыд, Джейсон Вуд опустил голову: «Босс, я не мог вспомнить…» В конце чтения журнала Говард Джеффри спросил: «Если бы в Т-Сити проводилась Международная конференция по медицинским исследованиям, оставался бы этот вопрос актуальным?» Джейсона Вуда внезапно осенило: «Точно, почему мне это не пришло в голову?» Если бы в городе Т проводилась Международная конференция по медицинским исследованиям, не было бы ничего удивительного в том, что там выступили бы эти высококвалифицированные врачи… Действительно, человеческий интеллект несравним… Проработав с начальником много лет, он считал его интеллект достаточно высоким, но раньше он думал только о том, как решить проблему. Кто бы мог подумать, что проблему, над которой он размышлял днями, начальник решит без труда. Говард Джеффри откинулся на спинку кресла, его холодный взгляд устремился на Джейсона Вуда: «Сообщите Рою, что если он еще раз совершит хоть одну ошибку, ему больше не нужно будет ко мне приходить». Джейсон Вуд только что вздохнул с облегчением, но тут же напрягся, поклонившись и произнеся: «Да». Действительно, работа на босса требует постоянной бдительности. Выйдя из кабинета президента, Джейсон Вуд набрал номер Роя, чтобы передать сообщение. Ройе быстро и нервно ответил: «Брат Вуд, есть ли у президента какие-либо указания?» Джейсон Вуд знал, что Ройе в последнее время был напуган, поэтому не стал вдаваться в подробности, а просто передал слова своего босса: «Босс сказал, что ты должен продолжать работать, но если ты совершишь еще одну ошибку, тебе больше не нужно с ним видеться!» Ройе на другом конце провода на мгновение замолчал, а затем взволнованно произнес: «Вы хотите сказать, что президент не планирует меня наказывать?» «Думаю, вы слишком оптимистичны, наш босс всегда сводит счеты потом!» Ройе издал беззвучный вопль. Сказав это, Джейсон Вуд вдруг почувствовал себя немного жестоким по отношению к Ройе и утешил его: «Не волнуйся слишком сильно, я думаю, босс будет сводить счёты позже, когда он будет в хорошем настроении. Вероятно, тогда босс будет слишком занят тем, что балует мисс Квентин, чтобы заниматься твоим делом». Рой тут же с облегчением вздохнул на другом конце провода: «Брат Вуд, ты должен хорошо отзываться обо мне перед боссом, я обещаю, что в будущем не будет ни единой халатности. Раньше я недооценивал коварные замыслы Честера Робинсона, но я точно больше не совершу таких ошибок!» «Я так и сделаю, но всё же должен напомнить вам, что вам лучше сохранять крайнюю бдительность, поскольку, как вы знаете, наш начальник мелочен, внимательно следите за Честером Робинсоном и будущей первой леди, иначе вашу будущую жизнь будет трудно предсказать». Ройе вытер горькую слезу на другом конце провода: «Почему мне поручили такую ​​сложную работу, да еще и на президента…?» Да, примерно в течение последнего года Ройе не был рядом с Говардом Джеффри, потому что Говард Джеффри отправил его в Т-Сити, чтобы тот защитил Бекку. После того, как Говард Джеффри отправился в Т-Сити, чтобы помириться с Беккой, Ройе сначала подумал, что его миссия завершена, но кто мог предположить, что между Говардом Джеффри и Беккой снова возникнут проблемы… Таким образом, Ройе был переведен в город Т, чтобы продолжить защищать Бекку. В течение последних шести месяцев, хотя Ройе и не раскрывал себя Бекке, он был предан своему долгу, почти ежедневно сообщая своему начальнику по электронной почте о местонахождении Бекки и ее повседневной жизни… Однако Ройе по-прежнему пренебрегал… Он упустил из виду именно тот факт, что Бекка не могла забеременеть после выкидыша. После выкидыша у Бекки Ройе изучила ее медицинские записи, но в них указывалось только на выкидыш и никаких других проблем, поэтому Ройе не стала проводить дальнейшее расследование. Кто бы мог подумать, что всего несколько дней назад из-за бесплодия Бекки босс чуть не "разорвал" его на части… ---------- Главы 492–259: Раскрыта личность бывшей жены Говарда Джеффри (Часть 1) Узнав, что Ребекка Квентин не может иметь детей, Ройе внезапно осенило. Раньше он всегда считал странным, что Ребекка Квентин ежемесячно проходит обследования в больнице, но, учитывая её постоянное плохое самочувствие и многочисленные визиты в больницу, где в медицинских картах были указаны лишь обычные осмотры, он не придавал этому большого значения. Кто бы мог подумать, что Честер Робинсон всё это время подделывал записи? Из-за своей халатности он не сообщил об этом генеральному директору, что привело к такой роковой ошибке... Он чувствовал себя ужасно! Т-Сити, в компании "QCS". "Бекка, давай пообедаем вместе!" Когда наступило время обеда, Николетт Холмс собирала свои вещи, одновременно приглашая Ребекку Квентин. Ребекка Квентин, поглощенная своими эскизами, махнула рукой Николетте: «У меня еще есть дела, закажу еду на вынос позже». «Хорошо, я умираю от голода, я ухожу первым». «Да, пожалуйста». После долгого отсутствия Николетт Ребекка Квентин наконец завершила доработку эскизов дизайна. В эти дни она была занята дизайн-проектом для «Оверского». Этот проект требовал разработки внешнего вида здания в городе G, поэтому он был довольно сложным. С её способностями завершить его за несколько дней было невозможно, поэтому ей понадобился бы как минимум ещё месяц, чтобы довести его до совершенства. К счастью, «Оверский» предоставил им достаточно времени. Увидев, что нужно изменить на одну область меньше, Ребекка Квентин с удовлетворением откинулась на спинку стула. Она уже собиралась встать, чтобы налить себе чашку кофе и утолить голод, но случайно увидела, как с стола Николетты упал журнал. Ребекка Квентин, подумав, что Николетт поспешно оставила газету, уходя с работы, взяла ее наугад, но броский заголовок на обложке случайно привлек ее внимание. «Генеральный директор Skytop Говард Джеффри посетил благотворительный аукцион BASA со своей девушкой Элис Робинсон…» Эта новость появилась уже на второй день после возвращения Ребекки Квентин в Т-Сити и была освещена как на телевидении, так и в периодических изданиях. Она даже знала, что на благотворительном аукционе он приобрел редкий бриллиант в десятки каратов для Алисы, якобы для изготовления обручального кольца... Положив журнал обратно на стол Николетт, Ребекка Квентин, не выказывая никаких признаков беспокойства, спокойно направилась к кофемашине. Приготовив кофе, она откинулась на спинку стола и взяла телефон, чтобы заказать еду на вынос из ресторана. Тук-тук. Как только она подняла трубку, услышала стук в дверь. Она инстинктивно повернула голову, увидела, кто там, и тут же слегка улыбнулась. Честер Робинсон, прислонившись к дверному косяку, элегантно спросил: «Прекрасная леди, не окажете ли вы мне честь своим обедом?» Ребекка Квентин встала с улыбкой и пробормотала: «Очень хочу, но нет времени. Знаешь, я в последнее время ужасно занята». Честер нахмурился: «Даже до обеда ещё нет времени?» Ребекка Квентин сделала глоток кофе: «Нет, я только что закончила одну доработку, и мне нужно найти другие недостатки в дизайне». Честер подошел к Ребекке и, увидев, что она пьет кофе, с недовольным выражением лица спросил: «Разве я не говорил тебе не пить кофе на пустой желудок?» Ребекка Квентин тут же поставила кофе за собой. Честер скрестил руки и сказал: «Выбрось это». "Эй, я только что это сделал..." "Выбрось это!" Ребекка Квентин презрительно посмотрела на Честера и неохотно вылила кофе в мусорное ведро. Только тогда Честер остался доволен. Он взглянул на стопку эскизов на её столе и спросил: «У тебя столько работы только за утро?» «Конечно, нет, эти эскизы уже готовы. Я просто их просматриваю, чтобы доработать дизайн». «Бекка, людям нужна еда, чтобы продолжать жить…» Не успел Честер договорить, как Ребекка Квентин уже схватила сумку и вытолкнула его из кабинета: «Я вдруг очень проголодался. Для меня будет честью составить тебе компанию за этим обедом, пошли!» В тихом итальянском ресторане доносился лишь тихий звон столовых приборов о тарелки. Ребекка Квентин раздраженно огляделась, а затем тихо сказала Честеру через стол: «Зачем ты повела меня в такой шикарный ресторан?» Честер разложил салфетку: «У меня всегда есть стандарты качества еды». «Но, похоже, здесь все — пары…» Честер поднял взгляд на Ребекку: «Есть ли правило, запрещающее посещение итальянских ресторанов лицам, не состоящим в отношениях?» Ребекка смущенно опустила голову: «Нет, такого нет». «Вы платите за этот обед». Голос Честера раздался неожиданно. Ребекка резко подняла голову: «Что? Доктор Робинсон, вы ошибаетесь. Вы пригласили меня сюда, а не наоборот». ---------- Главы 493–259: Раскрыта личность бывшей жены Говарда Джеффри (Часть 1) «Помню, кто-то сказал, что привезет мне подарок, когда поедет в город Y, но я ждала с нетерпением, а в итоге ничего не получила. Мне пришлось выполнить чье-то обещание, прежде чем отправиться в город Y». «Разве я когда-нибудь говорил, что если не принесу тебе подарок, то угощу тебя ужином?» «Не отрицайте!» «Э-э, я…» В полном отчаянии Ребекка Квентин достала из кошелька из сумки деньги, пересчитала их и кивнула Честеру Робинсону: «К счастью, сегодня я взяла с собой карту». Честер ничего не сказал и без колебаний принялся есть пасту, которую принес официант. Ребекка Квентин тоже очень проголодалась и начала есть с аппетитом. Поза Честера за столом ясно показывала, что он вырос в семье высшего общества, а Ребекка Квентин, с юных лет прожившая в богатой семье, естественно, излучала грацию и изящество дебютантки. Поэтому, когда они обедали, царила необычайная тишина и гармония. После обеда Честер отвёз Ребекку Квентин обратно в компанию. Честер продолжал наблюдать за Ребеккой Квентин, когда она вошла в "QCS", его взгляд был глубоким и сложным. Внезапно зазвонил его телефон. Честер взглянул на число на экране и нажал кнопку ответа: «Что это?» Голос на другом конце провода был почтительным: «Мистер Робинсон, мисс Робинсон здесь; она сейчас в вашей загородной вилле и очень хочет вас видеть». Машина въехала на территорию виллы. Слуги быстро открыли ворота и тут же распахнули дверь машины для пассажиров. Честер вышел из машины и небрежно бросил ключи слуге. «Где она?» «Мисс Робинсон внутри; она выглядит очень сердитой и разбрасывает вещи». Честер слегка нахмурился и направился к вилле. В гостиной виллы и так царил беспорядок: Элис Робинсон сидела на диване и дулась. Честер жестом приказал слугам на вилле уйти, а затем направился к Алисе. Краем глаза Алиса увидела Честера, но повернулась к нему спиной. Честер сел рядом с Алисой, обнял ее и спросил: «Почему ты так сильно капризничаешь, как только пришла?» Элис изо всех сил пыталась вырваться из объятий Честера, но он крепче её держал. Элис пришла в ярость: «Не трогай меня! Если хочешь кого-нибудь коснуться, иди и коснись Ребекки Квентин, своей новой возлюбленной!» «Что за чушь ты несёшь?» — недовольно отпустил Честер Алису. Элис вырвалась из объятий Честера и сердито выпалила: «Я несу чушь? Разве не правда, что ты с ней переспал?» Честер лениво откинулся на диване: «Когда же ты наконец изменишь свои неразумные привычки?» «Я неразумный?» — на лице Элис отразилась еще большая злость. — «Честер, уже есть видео, где вы вдвоём занимаетесь сексом, а вы всё ещё ссоритесь?» Честер взглянул на Алису: «Какое видео?» «Перестань притворяться… В последние несколько дней я случайно обнаружил видео, которое ты сохранил в своей электронной почте, когда зашел туда. Ты просто бесстыжий, записываешь такие грязные кадры, держишь меня в неведении и заставляешь меня верить, что ты обратился к Ребекке Квентин ради меня!» Честер приказал слугам у двери: «Принесите сюда компьютер». Элис яростно возразила: «Перестань притворяться. Я уже удалила видео внутри; я не хочу видеть эти грязные кадры ни секунды!» Честер встал, подошел к Алисе, и его обычно мягкое лицо теперь стало холодным и суровым. — Ты уверена, что видела видео со мной и Ребеккой Квентин? Алиса пришла в ярость: «Хотите, чтобы я описала ваши позы во время занятий любовью?» «Видео можно подделать». Алиса истерически закричала: «Но это письмо невозможно подделать! Пароль знаем только мы с тобой, и ты мне говорил, что ни один хакер в мире не сможет получить к нему доступ! Ты никогда не думал, что я его открою, поэтому хранил там своё самое ценное видео!» Честер молчал, но его лицо было холодным, как иней. Элис продолжила: «Вообще-то, мне всё равно, с кем ты спишь, я пришла сегодня только для того, чтобы сказать тебе, что скоро выйду замуж за Говарда Джеффри, так что отныне никогда не упоминай о наших прошлых отношениях. Если ты попытаешься использовать это для шантажа, я обязательно раскрою твою фальшивую личность папочке и дяде!» «Это эскиз проекта „Oversky“ PL, где основной особенностью наружных стен является черный кирпич, дополненный импортным из Италии серым кирпичом с ромбовидным рисунком для окантовки. Остальная часть выполнена из цитринового стекла чайного цвета, производимого французской компанией Delaney. Это цитриновое стекло чайного цвета известно во всем мире; оно выдерживает в три раза большее давление, чем обычное пуленепробиваемое стекло, а также привлекательно, легко чистится и легко заменяется…» Одетая в офисную одежду, Ребекка Квентин впервые встала перед проектором в конференц-зале «QCS», описывая концепцию дизайна и эффект проекта «Oversky» для своего начальства и подчиненных. Вскоре после этого менеджер Смит возглавил аплодисменты, и его коллеги вскоре последовали его примеру… После совещания Ребекка Квентин разбирала толстые черновики в конференц-зале. Рядом с ней Николетт Холмс весело воскликнула: «Бекка, должна признать, я тобой впечатлена! Всего за несколько месяцев ты так хорошо разбираешься в дизайне, с легкостью справляясь с таким масштабным проектом, как «Oversky», и демонстрируя поистине качества превосходного дизайнера!» Ребекка Квентин продолжила систематизировать эскизы и ответила: «У меня нет таких способностей. Это результаты обсуждений с другими дизайнерами. Я просто поделилась ими… Мне еще далеко до того, чтобы стать дизайнером!» «Но все видели вашу усердную работу…» Ребекка Квентин слегка улыбнулась: «Все усердно работают. Как только заказ „Oversky“ будет успешно выполнен, я угощу всех едой». «Думаю, вам не стоит беспокоиться; эти люди всегда насмехались над вами за заключение сделки с «Оверским». Теперь, когда вы так хорошо себя проявили, это показывает, что ваши усилия окупаются и не имеют к ним никакого отношения… Пусть они продолжают завидовать и ревновать. Зачем опускаться до их уровня?» «Я никого не угождаю. Я просто хочу улучшить отношения с коллегами… Если бы менеджер Смит не проявил инициативу и не поаплодировал мне только что, я думаю, остальные бы не последовали его примеру. Это показывает, что у меня всё ещё есть серьёзные проблемы в межличностных отношениях». Николетт Холмс фыркнула: «С тех пор, как они узнали, что у тебя могут быть связи с главным боссом, они перестали проявлять к тебе уважение. Это никак не связано с твоими навыками общения… Но, честно говоря, Бекка, фаворитизм менеджера Смита по отношению к тебе совершенно очевиден. Если бы я не была так близка к тебе, даже я бы в этом усомнилась». ---------- Главы 494–260: Раскрыта личность бывшей жены Говарда Джеффри (Часть 2) Ребекка Квентин взяла в руки упорядоченные черновики и, улыбнувшись, сказала: «Если бы я действительно была связана с такой важной фигурой, зачем мне сейчас так много работать в компании?» «Мне это тоже кажется маловероятным, но должна сказать, Бекка, у тебя есть врожденная грация, из-за которой я всегда чувствую некоторую дистанцию ​​между тобой и нами…» Ребекка Квентин покачала головой с улыбкой, драматично посмотрела на Николетт Холмс и цокнула языком: «Кто в компании может сравниться с вами по элегантности, мисс Холмс…» Николетт Холмс застенчиво ответила: «Но я привлекаю лишь дикие сорняки…» «В прошлый раз вы сказали, что хотите, чтобы я познакомил вас с доктором Робинсоном; сейчас он свободен. Думаю, сейчас самое подходящее время, чтобы вас двоих познакомить…» "Действительно…" После того как Ребекка Квентин поставила черновики обратно на свое место, менеджер Смит вызвал ее в кабинет. Менеджер Смит отнесся к Ребекке Квентин с присущим ему энтузиазмом. "Сядьте, сядьте…" Ребекка Квентин улыбнулась и села напротив менеджера Смита. «Бекка, твоё выступление было просто фантастическим. Ты всегда меня впечатляешь!» «Менеджер, вы меня слишком хвалите. На самом деле, я до сих пор многого не понимаю в дизайне. Сегодня я хорошо справился благодаря помощи коллег». Менеджер Смит кивнул: «Действительно, стать профессионалом в области дизайна — это не то, чему можно научиться за одну ночь, но у вас есть к этому талант. Я верю, что с большей возможностью отточить свои навыки вы скоро встанете на правильный путь». «Я буду усердно работать». «Кстати, я позвал вас по личной просьбе». "Хм?" Менеджер Смит достал из-под сиденья сумочку и передал ее Ребекке Квентин: «Я знаю, что вы соседи Честера Робинсона. Мне нужно кое-что ему отправить, не могли бы вы помочь мне передать это ему?» Ребекка Квентин взяла сумочку и сказала: «Конечно». «В наше время очень редко можно увидеть, чтобы молодые люди поддерживали такие чистые дружеские отношения…» «Между мной и доктором Робинсоном сложились отношения врач-пациент, и поскольку он постоянно находится среди пациентов, я думаю, большинство его друзей тоже являются пациентами. Мы просто соседи, поэтому относительно хорошо знакомы друг с другом». «Ему за тридцать, и он не спешит жениться…» «Учитывая его собственные прекрасные условия, у него, должно быть, очень высокие требования!» "А вы?" "А?" «В прошлый раз, когда вы упоминали своего бывшего мужа, есть какие-нибудь подвижки?» Ребекка Квентин слегка улыбнулась и покачала головой: «Не думаю, что между нами что-то изменится». Менеджер Смит выглядел весьма удивленным: «Но в прошлый раз вы говорили, что между вами двумя произошло недоразумение…» Ребекка Квентин медленно опустила ресницы и спокойно произнесла: «Недоразумение закончилось, но сердечные дела, когда-то бывшие в прошлом, остались в прошлом. Раньше я была слишком наивна… Думаю, у меня больше никогда не будет таких нереалистичных мыслей». Менеджер Смит вздохнул: «Ах, дела сердечные — самые хлопотные из всех мирских дел…» Ребекка Квентин сохранила свою мягкую улыбку и встала: «Менеджер, если больше ничего нет, я пойду». "Ну давай же!" Вернувшись домой, Ребекка Квентин устало лежала на диване. В последнее время работа стала слишком напряженной, но, к счастью, именно такая насыщенная жизнь ей и нужна. Приготовив себе ужин и наевшись досыта, Ребекка Квентин уже подумывала принять душ и лечь спать пораньше, когда вдруг вспомнила о вещах, которые менеджер Смит попросил ее принести Честеру Робинсону. Взяв сумочку, Ребекка Квентин направилась в соседнюю комнату. Ребекка Квентин нажала на дверной звонок, но долго ждала ответа; как раз когда она собиралась повернуться и уйти, дверь позади нее неожиданно распахнулась. "Бекка…" Ребекка Квентин обернулась и увидела Честера Робинсона, завернутого лишь в банное полотенце, а его влажные волосы и тело источали освежающий аромат, указывающий на то, что он только что закончил купаться. Увидев Честера Робинсона в таком состоянии впервые, лицо Ребекки Квентин слегка покраснело: «Э-э, извините, что побеспокоила вас. Менеджер Смит упомянул, что вам нужно кое-что передать». Говоря это, она передала сумочку Честеру Робинсону. "Вещи?" "Да." Честер Робинсон взял сумочку, заглянул внутрь, его губы изогнулись в улыбке, и он тихонько усмехнулся. Ребекка Квентин не проявила любопытства к содержимому сумочки, опустила глаза и сказала: «Что ж… вещи переданы вам. Я ухожу». Ребекка Квентин повернулась, чтобы уйти, но Честер Робинсон уже протянул руку и потянул ее обратно: «Заходи и присядь немного». Когда он приблизился, ее чувства ошеломил освежающий аромат, а близость его груди – ощущение, что он совсем рядом. Ребекка Квентин почувствовала себя несколько неловко и поспешно сказала: «Нет, у меня сегодня дела». Честер Робинсон схватил Ребекку Квентин за запястье, когда та пыталась уйти, и со слезами на глазах сказал: «Твоя подруга убита горем, мне нужна твоя поддержка сегодня вечером». ---------- Главы 495–260: Раскрыта личность бывшей жены Говарда Джеффри (Часть 2) Ребекка Квентин вдруг подняла взгляд на Честера Робинсона: «Разбитое сердце?» Честер надел халат и вышел из спальни. Ребекка, сидя на диване, поспешно встала и спросила: «Ты ведь не шутил со мной раньше, правда? У тебя даже нет девушки, так как же ты можешь быть так расстроен?» Честер подошел к своему винному шкафу, налил два бокала красного вина и протянул один Ребекке. «Выпей сначала со мной, прежде чем мы начнем разговаривать». Ребекка тут же возразила: «Вы же знаете, что я не пью». «Только сегодня». Ребекка, нерешительно взглянув на красное вино, спросила: «Ты действительно убит горем?» Честер усмехнулся: «Конечно». Ребекка нахмурилась: «Но у тебя же нет девушки?» Честер поднял бровь: «Когда это я говорил, что у меня нет девушки?» «Э-э, разве ты не говорила, что свободна…» — тихо пробормотала Ребекка. Честер тихонько усмехнулся, отпил глоток вина и наконец сказал: «Конечно, я „холост“, потому что рядом со мной никогда не было моей девушки». Ребекка недоуменно спросила: «Если вы пара, почему бы вам не быть вместе?» «Она влюбилась в другого человека». — Ты серьёзно? — недоверчиво спросила Ребекка. — Ты совсем не выглядишь грустной. Честер спокойно посмотрел на Ребекку: «Я никогда не видел тебя грустной, но разве твое сердце не так же изранено?» Тело Ребекки мгновенно застыло. Честер снова взял второй бокал вина и спросил: «Ты готов выпить со мной?» После нескольких секунд колебания Ребекка согласилась и сказала: «Я просто выпью с тобой глоток». "Ваше здоровье!" Ребекка чокнулась с Честером и сделала маленький глоток. Честер не возражал, сделал глоток и подошел к окну от пола до потолка в гостиной. Ребекка поспешно отставила стакан и подошла к Честеру, с беспокойством спросив: «Ты в порядке?» Честер не ответил. Ребекка снова спросила: «Вы двое вместе уже много лет?» Честер, глядя на великолепный ночной городской пейзаж за стеклянной завесой, легкомысленно ответил: «Хм». «Значит, вы очень разочарованы, что она влюбилась в другого». Честер покачал головой с улыбкой, по-прежнему ничего не говоря. В этот момент Ребекка вздохнула: «Я и не ожидала, что даже у доктора Робинсона могут быть эмоциональные проблемы». «Нет, эмоции никогда не были моей проблемой». "Затем вы…" Честер повернул лицо, пристально посмотрел на Ребекку и улыбнулся уголками губ: «Я просто хотел уговорить тебя выпить со мной». Ребекка тут же почувствовала стыд и раздражение, ударив Честера по плечу: «Эй, как ты смеешь меня обманывать…» Честер не увернулся, позволив ей ударить его. Заметив необычный взгляд Честера, Ребекка быстро остановилась и отступила назад: «Я больше не хочу с тобой разговаривать, даже врачи сейчас обманывают, такие недобрые… Я ухожу». Наблюдая за уходящей Ребеккой, Честер не остановил её, лишь перевёл взгляд на стеклянную занавеску, рассматривая её хрупкое отражение. Он тихо произнёс: «С тех пор, как ты вернулась из города Y, твоё настроение неважное». Услышав слова Честера, Ребекка замерла в дверях. Честер продолжал смотреть на нее, по-прежнему говоря мягким и медленным тоном: «Немного выпить поможет тебе лучше выспаться сегодня ночью». Вернувшись в свою комнату, Ребекка прислонилась к двери и тяжело вздохнула. Неужели у неё действительно плохое настроение? Войдя в ванную, Ребекка умылась водой, а затем безучастно уставилась на свое отражение в зеркале. С тех пор как она начала работать в "QCS", она каждый день пользовалась легким макияжем. Теперь, когда макияж смыли, ее лицо выглядело бледным и бесцветным. Оказывается, если человек однажды впал в уныние, он уже не может этого скрыть. Она совершенно бесполезна; прошло уже больше десяти дней с тех пор, как она вернулась из города Y, а она до сих пор не пришла в себя… Если бы он знал, что она сейчас в таком состоянии, он бы наверняка над ней посмеялся, не так ли? Дело в том, что в городе Y она уже опозорилась перед ним… Она действительно была слишком наивна; он ясно сказал ей об этом по телефону, но она предпочла унизить себя. Он просто хотел проявить доброту, а она приняла это за затаенные чувства. Какая же она была глупая… К счастью, она больше никогда его не увидит и не будет его беспокоить. Пусть прошлое останется сном; теперь, когда сон закончился, они могут снова стать двумя совершенно не связанными между собой людьми! Ребекка только что закончила принимать душ и легла на кровать, когда зазвонил ее телефон. Она взяла телефон, взглянула на экран и, спустя долгое время, нажала кнопку ответа: «Здравствуйте…» "Ребекка, это тётя, я тебя так поздно беспокою?" «Нет, я ещё не сплю». «Как у вас дела в последнее время?» Ребекка приподнялась, прислонилась к изголовью кровати и мягко улыбнулась: «Довольно неплохо». «Не перенапрягайтесь и отдохните». "Я знаю." «У меня для вас есть радостная новость…» "Хм?" «Эндрю недавно начал говорить „мама, мама“. Не уверен, выучил ли он это в Y City, но он произносит это очень чётко!» Ребекка опустила взгляд и тихонько усмехнулась: «Он очень умный». "Ребекка…" "Хм?" — Ребекка вытерла жжение в носу. «Когда вы приедете в Нью-Йорк, чтобы увидеться с Эндрю?» «У меня… у меня очень мало свободного времени, в последнее время в компании очень много работы!» Миссис Джеффри вздохнула: «Вздох, все говорят, что когда отношения взрослых рушатся, больше всего страдают дети. Это верно и для Говарда, и для Эндрю тоже…» Ребекка молчала. Миссис Джеффри добавила: «Если вы скучаете по ребенку, приезжайте в Нью-Йорк, когда у вас будет время. Не беспокойтесь о встрече с Говардом; он сейчас редко возвращается. Он либо работает в Нью-Йорке, либо во Франции. Даже мне трудно его увидеть». «Я закончу свою работу к следующему месяцу, и тогда приеду». «Хорошо, ложись спать пораньше». "Спокойной ночи." На следующий день. Рано утром, когда Ребекка вошла в компанию, она заметила, как ее коллеги перешептываются. То, о чем они говорили, определенно касалось ее, поскольку взгляды, обращенные на нее, были полны презрения и пренебрежения. Прежде чем Ребекка успела дойти до своего стола, коллега из отдела по связям с общественностью, такая же, как и Николетт Холмс, скрестила руки и подошла к ней. ---------- Глава 496-261: Я действительно очень о тебе забочусь (1) Недобрые намерения, с которыми столкнулась Ребекка Квентин, заставили её остановиться. Рита Янг остановилась перед Ребеккой на высоких каблуках, ее стройная и высокая фигура снисходительно посмотрела на Ребекку сверху вниз: "Я правда не могу понять, насколько ты скрытна, да?" Ребекка, уже привыкшая к отчуждению со стороны коллег, в этот момент сохранила спокойное выражение лица. «Ребекке Квентин двадцать восемь лет, единственная дочь Александра Квентина, бывшего председателя правления группы компаний «Квентин» в городе Т. В двадцать лет вышла замуж за Говарда Джеффри, президента группы компаний «Скайтоп», развелась в двадцать два года, семья пришла в упадок, а затем последовательно работала в цветочном магазине «Фэньсян» в городе Т, ювелирном магазине «Леонард» в городе G, модельном агентстве «Элит» в городе Т и группе компаний «Оверски» в городе Y, после чего одна уехала в Олден, США, чтобы родить ребенка, пока пять месяцев назад не присоединилась к «QCS»!» Слова Риты Янг заставили Ребекку сильно содрогнуться. «Невероятно, что бывшая жена Говарда Джеффри — это на самом деле ты. Ты действительно стараешься не привлекать к себе внимания… Но на твоем месте я бы не просто сменила имя; я бы спряталась дома и никогда бы не выходила оттуда всю жизнь. Откуда ты берешь такое лицо, чтобы знакомиться с людьми…» Голос Риты начал приобретать саркастический оттенок. Ребекка чувствовала, что по мере того, как голос Риты становился все громче, разговоры вокруг нее также постепенно становились все громче, а взгляды, обращенные на нее, — все более презрительными и пренебрежительными. Из кабинета управляющего внезапно раздался укоризненный голос: «Что вы все делаете? Вам что, больше не нужно работать?» Услышав голос менеджера, толпа разбежалась, словно птицы и звери. Менеджер Смит подошел к Рите Янг и холодно сказал: «В компании не место для сплетен. Если вы хотите поболтать здесь и испортить атмосферу в компании, то вам лучше уйти пораньше». «С таким характером она даже не заслуживает работать в 'QCS'…» Менеджер Смит бросил суровый взгляд. Рита Янг тут же опустила голову, не осмеливаясь сказать что-либо еще. Только тогда менеджер Смит обратился к Ребекке Квентин: «Пойдемте со мной на минутку». Войдя в офис, менеджер Смит не стал сразу разговаривать с Ребеккой, а лишь вручил ей журнал. Ребекка была ошеломлена обложкой журнала и тут же взяла его в руки. На обложке журнала были prominently размещены фотографии ее и Элис Робинсон, а вверху красовался броский заголовок: «Элис Робинсон: Мои дни сопротивления бесстыдной «бывшей жене» моего жениха». Ребекка открыла первую страницу журнала, и на ней красовался заголовок главной статьи, озвученной от лица Алисы. Внутри царили презрение и сарказм, каждое слово было как заноза, каждое предложение — как стрела. В статье упоминалось, что Ребекка строила планы соблазнить Говарда Джеффри, неоднократно срывала свадьбу Элис и Говарда и даже пыталась использовать внебрачного ребенка, чтобы вернуть расположение Говарда. Еще более сенсационно было раскрыто, как Ребекка соблазняла Говарда в городе Y несколько дней назад, причем свидетелем выступил официант из отеля Cloud Hotel. В статье также подробно рассказывалось о ее прошлых отношениях со Скайлером Джонсом, и, что наиболее важно, журнал раскрыл место работы и проживания Ребекки в городе T… Прочитав журнал, Ребекка оцепенела на своем месте. «Бекка, я никогда не думал, что ты…» Даже менеджер Смит был крайне шокирован личностью Ребекки. Ребекка молчала, ее лицо уже побледнело, как бумага. "Бекка…" Ребекка наконец пришла в себя и медленно подняла взгляд на менеджера Смита. Менеджер Смит вздохнул: «Когда вы рассказывали мне о своих отношениях с бывшим мужем… вздох, я не ожидал, что все так обернется». Ребекка по-прежнему не отвечала. Менеджер Смит посмотрел на Ребекку и тихо сказал: «Я бы посоветовал вам взять выходной и пойти домой. Этот инцидент окажет значительное влияние на компанию…» Ребекка, ошеломленная, поднялась, держа в руках журнал. Когда Ребекка повернулась, чтобы уйти, менеджер Смит добавил: «Когда будете уходить, воспользуйтесь задней дверью компании. Мне только что позвонили на домашний телефон; вход в компанию уже перекрыли многочисленные репортеры». Ребекка слегка кивнула. Коллеги, подслушивавшие разговор у двери кабинета, быстро разошлись, сделав вид, что ничего не произошло, когда вышла Ребекка. Ребекка огляделась. Все ее коллеги собрались небольшими группами и обсуждали ее. Время от времени она улавливала обрывки разговоров… «Она утверждала, что способна выиграть этот контракт с «Оверским», а оказалось, что она связана с генеральным директором «Оверского»…» «Бесстыжие, они развелись пять или шесть лет назад, а она всё ещё бесстыдно цепляется за них…» «Ей нужно было спровоцировать его нынешнюю девушку до такой степени, чтобы опубликовать это в газете, это просто отвратительно…» После ухода Ребекки из компании эти ужасные слова продолжали преследовать её. «` ---------- Главы 497-261: Я действительно забочусь о тебе Николетт Холмс не заметила, как догнала Ребекку Квентин, ее высокий рост преградил ей путь. Казалось, она никогда прежде серьезно не смотрела на Ребекку Квентин; Николетт Холмс пристально смотрела на Ребекку Квентин, и ее взгляд наконец остановился на прекрасном, но безжизненном лице Ребекки. «Я просто не могу поверить, что вы бывшая жена Говарда Джеффри». Глаза Ребекки Квентин все еще были тусклыми; она ничего не ответила. «Бекка, неужели все эти сообщения в газетах и ​​журналах — правда? Ты действительно…» Николетт Холмс не смогла договорить эти резкие слова. «Коко, почему ты спрашиваешь? Факты уже есть! Если бы сообщения журнала были ложными, почему она так скрывалась от всех? Она бывшая жена Говарда Джеффри, любой человек с таким статусом хотел бы, чтобы об этом узнал весь мир. Только потому, что она совершила что-то позорное, она не смеет говорить правду…» Николетт Холмс резко ответила коллеге, появившейся из ниоткуда: «Я спрашивала Бекку, а не тебя». "Тц." После того как коллега ушла, взгляд Николетт Холмс вернулся к Ребекке Квентин. Хотя она снова оценивала Ребекку, в ее взгляде не было того же обвиняющего вопросительного выражения, что и у других. Вместо этого она тихо отошла в сторону, чтобы уступить место Ребекке. Ребекке Квентин следует быть благодарной за то, что, несмотря на большой тираж журнала E Weekly, он был ориентирован только на внутренний рынок, поэтому вызванный им скандал ограничился, в лучшем случае, нынешней ситуацией. Ребекка Квентин даже не знала, как попала домой. Придя в себя, она уже беспомощно сидела на собственном диване. Ее телефон начал непрерывно звонить… На экране телефона отображались незнакомые номера — несомненно, звонки с приглашениями на интервью от различных СМИ. Ребекка Квентин просто выключила телефон и легла на диван. С закрытыми глазами слова, которые она не хотела слышать, снова и снова эхом отдавались в ее голове. Тук-тук — Раздался звонок в дверь. Ребекка Квентин держала глаза закрытыми и ничего не отвечала. Вскоре раздалась новая волна звонков в дверь, за которой последовал бесконечный поток звонков… Ребекка Квентин уже представляла, как репортеры загораживают дверь ее номера, но внезапно звонок в дверь прекратился, сменившись знакомым стуком. Ребекка Квентин по-прежнему игнорировала это… Но спустя некоторое время кто-то открыл дверь снаружи. "Бекка…" В ухо Ребекке Квентин донёсся знакомый мужской голос. Это был Честер Робинсон. «Прошу прощения за то, что получил ключ от арендодателя без вашего разрешения». Ребекка Квентин не ответила. Честер Робинсон поднял Ребекку Квентин с дивана и спросил: «Ты в порядке?» Ребекка Квентин беспомощно прислонилась к Честеру, храня молчание. «Простите, я никогда не думала, что моя сестра сообщит такую ​​новость, я…» Ребекка Квентин наконец заговорила, ее голос был слегка хриплым: «Доктор Робинсон, сегодня я просто хочу побыть одна немного…» Честер Робинсон мягко кивнул: «Хорошо, но если хочешь поспать, то лучше в своей комнате; здесь ты простудишься». "Хорошо." — сказал Честер Робинсон, неся Ребекку Квентин в спальню. У Ребекки Квентин, казалось, совсем не осталось сил, и Честер отнёс её обратно в комнату. После того как Ребекка Квентин легла на кровать, Честер Робинсон не стал задерживаться; вместо этого он предоставил Ребекке пространство и время. Ребекку Квентин разбудил стук в дверь. Поскольку стук не прекращался, Ребекке Квентин в конце концов пришлось встать, чтобы открыть дверь. После сна, продлившегося неизвестное количество времени, её разум значительно успокоился… Ребекка Квентин сначала подумала, что за дверью стоят репортеры или какие-то другие посторонние люди, которые приняли бы отказавшую ей в проходе сестру, Кристин Куинн. Как только Ребекка Квентин открыла дверь, Кристин Куинн бросилась внутрь и обняла её. «Я всё время тебе звонила, а твой телефон всё время был выключен, и ты не открывала дверь, ты меня до смерти напугала…» Ребекка Квентин улыбнулась и слегка отодвинулась от Кристин Куинн: «Сестра, зачем ты здесь?» Кристин Куинн осторожно поддерживала хрупкое тело Ребекки Квентин: «Раз уж произошел такой серьезный инцидент, как я могла не прийти?» «Вы имеете в виду журнал?» Заперев за собой дверь, Кристин Куинн втянула Ребекку Квентин в комнату: «Не могу поверить, что ты можешь говорить об этом так непринужденно». Ребекка Квентин последовала за Кристин Куинн к дивану в гостиной и спокойно села, сказав: «Ситуация дошла до этого, нет смысла злиться». Кристин Куинн в гневе вскочила с дивана: «Элис Робинсон такая злобная, Говард, должно быть, слепой, раз влюбился в такую ​​женщину!!» Ребекка Квентин встала, чтобы успокоить Кристин Куинн: «Сестрёнка, ты только что сошла с самолёта, давай я принесу тебе воды». «Не нужно, я слишком зла, чтобы пить». Кристин Куинн плюхнулась обратно на диван и потянула за собой Ребекку. Ребекка Квентин взяла Кристин Куинн за руку и сказала: «Сестра, не сердись из-за моей ситуации». «Как я могу не злиться? Алиса выставляет напоказ свою победу перед тобой!!» «Забудьте об этом, этот номер журнала забудется через несколько дней». «Как это могло исчезнуть?» — в ярости воскликнула Кристин Куинн. — «Разве вы не видели, сколько репортеров заблокировали ваш дом? Они практически жаждут мести, к счастью, охрана вашего комплекса поддерживает порядок, если это продолжится, вы не сможете даже ступить на улицу!» Ребекка Квентин кивнула: «Я выключила телефон, потому что эти люди не переставали меня беспокоить». Кристин Куинн с презрением плюнула: «Я думала, Элис — просто избалованная наследница, но оказалось, что она — настоящая интриганка!» Ребекка Квентин замолчала. Кристин Куинн внезапно взяла телефон и начала искать номер. Ребекка Квентин недоуменно спросила: «Кому вы собираетесь позвонить?» Кристин Куинн бросила на Ребекку Квентин ледяной взгляд: «Говард Джеффри, кто же еще?!» Услышав это, Ребекка поспешно схватила телефон Кристин: «Сестра, забудь об этом». Кристин Куинн выхватила телефон, который взяла Ребекка, и сердито воскликнула: «Отпустить? Я привлеку Говарда к ответственности за беспорядок, устроенный Элис!!» «Сестра, успокойся». Кристин Куинн заставила себя подавить гнев, отложила телефон и более сдержанным тоном сказала: «Бекка, когда мы были в городе Y, если бы ты меня не остановила, я бы не отпустила Говарда. Теперь он позволяет своей девушке публиковаться в журналах, пороча твою репутацию. Ты просто проглотишь свою гордость и позволишь им издеваться над тобой?» Ребекка Квентин покачала головой: «Я никому не позволю себя запугивать». ---------- Глава 498-262: Я действительно очень о тебе забочусь (2) Кристин Куинн взволнованно сказала: «Хорошо, я позову этих репортеров вниз, и вы можете прямо сейчас провести пресс-конференцию, объяснив, как Говард Джеффри издевался над вами и конфликтовал с вами, а также прояснить клеветнические заявления Элис Робинсон в ваш адрес». Ребекка Квентин мягко и с улыбкой успокоила: «Сестра, мы обе прекрасно знаем, что эта ситуация не будет ухудшаться дальше». Кристин Куинн поняла скрытый смысл слов Ребекки Квентин, но не согласилась: «Вы верите, что Говард Джеффри обязательно решит эту проблему?» Ребекка Квентин кивнула. Кристин Куинн усмехнулась. Ребекка Квентин тихо сказала: «Я верю, что он выступит вперед, чтобы разрешить этот вопрос». «Глупышка моя, ты все еще думаешь, что он тот же Говард Джеффри, что и раньше? Тогда он заботился о тебе и никому не позволял тебя обижать. А теперь у него есть девушка. Думаешь, он стал бы подавлять свою девушку, чтобы защитить тебя?» Ребекка Квентин по-прежнему говорила спокойным тоном: «Сестра, ты знаешь Говарда Джеффри дольше, чем я; ты прекрасно понимаешь, какой он человек. Ты не можешь судить о нем негативно только из-за наших нынешних отношений». Кристин Куинн презрительно фыркнула: «Извини, но я действительно не уверена в его характере… Раньше я верила, что это лишь вопрос времени, когда вы сойдетесь, потому что я доверяла его характеру и верила его обещаниям. Но я не ожидала, что всего за полгода он под надуманным предлогом изменит свои чувства и так унизит тебя в отеле…» «Сестра, он меня не „унижал“». «На мой взгляд, то, что он сказал пожилой миссис Джеффри, ничем не отличается от „унижения“ вас!» Ребекка Квентин медленно опустила глаза: «Я слишком много думала». Кристин Куинн нежно обняла Ребекку Квентин за плечи, проявляя нежность: «Бекка, сестрёнка не хотела поднимать этот вопрос, она просто очень расстроена. Как он мог так с тобой поступить? Он сказал, что ты не ценишь ваши отношения, но если бы он не эгоистично защищал свою маму, вы бы сейчас оказались в такой ситуации? Он изменил свои чувства всего за полгода, но переложил вину на тебя. Он справедлив к тебе? Ты так много для него отдавала все эти годы, а он этого не ценил, легко сходясь с другой женщиной. Это ли та любовь, которую он когда-то тебе признавался?» «Сестра, пожалуйста, остановись…» "Бекка…" «В сердечных делах нет правильного или неправильного; лучше всего расстаться по-дружески». «Мне просто жаль тебя…» «Я знаю, но со мной всё в порядке. На самом деле, я должна быть благодарна за всё, что произошло в городе Y. Если бы я не поехала в город Y, я бы, возможно, всю оставшуюся жизнь жалела, что не дожила до конца с ним, но теперь я ни о чём не жалею». Кристин Куинн вздохнула и покачала головой: «Я действительно не ожидала, что Говард Джеффри будет таким. Но он тебя не ценил, это его потеря… если он когда-нибудь захочет вернуться, то ни за что!» Ребекка Квентин тихонько хихикнула. Кристин Куинн последовала её примеру и рассмеялась: «Ладно, ради вас, я не буду с ним возиться… Мы просто подождем, пока он сам решит этот вопрос!» Ребекка Квентин запросила у менеджера Смита недельный отпуск, не по какой-либо другой причине, а просто для того, чтобы терпеливо дождаться разрешения ситуации. Кристин Куинн неожиданно приехала в гости, и благодаря этому Ребекке Квентин не было скучно дома. В этот момент Ребекка Квентин и Кристин Куинн сидели на диване, обнимаясь и вместе смотрели сериал. Это самая мелодраматичная корейская любовная драма, но при этом очень трогательная. Кристин Куинн была тронута увиденным: «Главный герой так глубоко влюблен, если бы только таких мужчин в мире было больше». Ребекка Квентин, посмотрев телевизор, почти никак не отреагировала. «К сожалению, все, кого мы встречаем, — это отбросы общества…» Ребекка Квентин молчала, а затем внезапно повернулась и спросила Кристин Куинн: «Как вы и мистер Джонс поживаете?» Кристин Куинн приложила руки к щекам: «У меня никогда не было с ним хороших отношений, а сейчас…» «Что теперь произошло?» Кристин Куинн печально вздохнула: «После того, как операция Мари прошла успешно, чтобы Мари не чувствовала себя потерянной, Скайлер Джонс уже переехал на виллу и живет с нами… Но не поймите меня неправильно, хотя мы с ним спим в одной комнате по ночам, он спит на диване, а я — на кровати. Мы вообще не общаемся». «В сердечных делах пусть всё идёт своим чередом. Я не хочу, чтобы вы заставляли себя быть с мистером Джонсом». «Мои фантазии о любви давно разрушены… Я действую вместе со Скайлер Джонс только для того, чтобы Мари оставалась счастливой в течение следующего года, когда ей все еще потребуется наблюдение. Как только ее болезнь полностью вылечится, я объясню ей свою ситуацию с ее отцом, позволив ей сделать выбор самой». ---------- Главы 499–262: Я действительно забочусь о тебе (Часть 2) Ребекка Квентин согласилась и кивнула: «Это лучшее, что может случиться с Мари». Динь-дин Кристин Куинн сказала: «Кто-то позвонил в дверь, я пойду открою». "Хорошо." Поскольку Кристин Куинн боялась, что это репортер, она специально посмотрела в глазок и сказала Ребекке Квентин: «Это твой друг-врач». "Ой." В этот момент Кристин Куинн уже открыла дверь. «Доктор Робинсон». Честер Робинсон, казалось, был несколько удивлен, увидев Кристин Куинн, и вежливо поздоровался: «Здравствуйте, мисс Куинн, приятно снова вас видеть». Ребекка Квентин, которая уже подошла к двери, вежливо сказала: «Доктор Робинсон, проходите и садитесь!» Вошёл Честер Робинсон, и Ребекка Квентин пригласила его присесть на диван. «Я заметил, что ты в последнее время не выходишь из дома, поэтому купил тебе кое-что необходимое и еду». "Спасибо." Кристин Куинн мельком взглянула на покупки Честера Робинсона и с удовлетворением сказала: «Доктор Робинсон, вы действительно хорошо знаете Бекку; вы знаете все марки продуктов, которые она обычно использует и ест». «Мы соседи, поэтому забота друг о друге для нас само собой разумеется». Впервые пристальный взгляд Кристин Куинн остановился на Честере Робинсоне. Его нежное и элегантное лицо, светлый цвет лица, темные глаза, выдающийся нос и врожденная харизма, сочетающаяся с восхитительными качествами врача, спасающего жизни, – его внешность была безупречна. «Доктор Робинсон, если вы не возражаете, почему бы вам не остаться на обед? Я редко бываю у вас, и, учитывая, как часто вы заботитесь о Бекке, я восприму это как благодарность от ее имени!» — пригласила Кристин Куинн. «Нет, сегодня днем ​​мне нужно дежурить в больнице, но я обязательно воспользуюсь вашим предложением в другое время». «Хорошо, тогда в следующий раз!» «Бекка, обязательно хорошо отдохни и проведи немного времени на солнышке на балконе, это полезно для твоего здоровья». Ребекка Квентин кивнула. Затем Честер Робинсон встал, чтобы уйти, и не забыл попрощаться с Кристин Куинн. Кристин Куинн проводила Честера Робинсона до выхода, закрыла дверь и, взволнованно прыгнув рядом с Ребеккой Квентин, усмехнулась: «Я была сосредоточена на том, чтобы вернуть тебя к Говарду, никогда не думала, что у тебя в жизни будет такой замечательный мужчина…» «Сестра, что ты хочешь сказать?» «Бекка, этот мужчина кажется очень приятным человеком, и он врач, может быть, тебе стоит рассмотреть его кандидатуру!» Наконец поняв намёк Кристин Куинн, Ребекка Квентин слегка нахмурилась: «Ты слишком много об этом думаешь, мы просто хорошие друзья». Кристин Куинн обняла Ребекку Квентин за руку: «Ты так думаешь, но это не так… Посмотри, какой он внимательный к тебе. Несмотря на занятость, он нашел время, чтобы купить тебе вещи и даже заботится о твоем здоровье; этот мужчина определенно видит в тебе больше, чем просто подругу». «Сестра, мне кажется, ты просто очень хочешь меня свести, поэтому считаешь каждого мужчину подходящим. Хотя доктор Робинсон, конечно, хороший человек, между нами абсолютно ничего не может сложиться». «Послушай, послушай, ты вчера вечером сказала, что отпустишь прошлое и начнёшь всё заново, а теперь даже не позволяешь никому, кто тобой интересуется…» Ребекка Квентин с юмором покачала головой: «Чувства нельзя заставить, к тому же он за мной не ухаживает, ты просто всё себе надумываешь». Кристин Куинн надула губы: «Перестань придумывать отговорки, он явно проявляет интерес, ты просто не рассматривала такой вариант!» «Сестра, думаю, мне нужно официально представить тебе его биографию». «О, мне очень интересно узнать о его прошлом». «Его зовут Честер Робинсон, он француз, всемирно известный акушер, а также единственный наследник семьи Робинсонов». На лице Кристин Куинн отразилось удивление, услышанное, но на последней фразе Ребекки Квентин она замерла: «Семья Робинсонов?» Ребекка Квентин торжественно произнесла: «Да, семья Робинсонов, та самая, о которой вы думаете». Кристин Куинн внезапно прикрыла рот рукой: «Он брат Элис?» "Да!" Кристин Куинн была ошеломлена: «Вау…» «Так что, сестрёнка, ты всё ещё думаешь, что между нами есть шанс?» Кристин Куинн продолжила, щедро хваля его: «Ух ты, у него такой богатый опыт, и при этом он предпочитает быть скромным врачом, это… он действительно замечательный человек!» Удивлённая реакцией Кристин Куинн, Ребекка Квентин ошеломлённо спросила: «Вы что, не собираетесь задаться вопросом, как я могу дружить с братом Элис?» Кристин Куинн сердито посмотрела на Ребекку Квентин: «Говард — брат Скайлер Джонс, я же не предупреждала тебя не встречаться с Говардом, правда?» "Эм-м-м…" Кристин Куинн лукаво усмехнулась: «Внезапно мне пришла в голову такая мысль… Если ты станешь девушкой Честера, то, когда Говард тебя увидит, ему придётся называть тебя «невесткой». Интересно, какое выражение лица будет у Говарда в этот момент?» Ребекка Квентин смущенно посмотрела на него: «Не думай слишком много!» Кристин Куинн серьёзно сказала: «В этом нет ничего безумного; Честеру ты явно нравишься, и если ты сделаешь первый шаг, вероятность того, что всё сложится само собой, определённо превышает девяносто процентов!» Ребекка Квентин безнадежно вздохнула: «Сестра, нравлюсь я Честеру или нет, даже если нравлюсь, ты думаешь, у нас что-то получится? Как ты и сказала, у него такая хорошая семья, отличное образование и внешность, почему его должна заинтересовать разведенная женщина, которая родила ребенка и не может иметь больше детей?» «Что значит, нельзя иметь детей?» «Э-э, я имею в виду возможное бесплодие, вызванное выкидышем». Кристин Куинн похлопала себя по груди: «Ты меня напугала… Что плохого в разводе с ребенком? В наше время разводы – обычное дело, особенно учитывая, что когда Честер познакомился с тобой, ты уже развелась с Говардом и родила Эндрю, а это значит, что он в курсе твоей ситуации. Так что не стоит об этом беспокоиться. Что касается возможного бесплодия из-за выкидыша, к счастью, это всего лишь гипотеза. Если бы это было правдой, я бы сейчас не обсуждала тебя и Честера; я бы сначала убила Говарда!» К счастью… Ребекка Квентин, естественно, сменила тему: «Сестра, идёт сериал, давай посмотрим телевизор…» Франция, Париж. Говард Джеффри стоял у панорамного окна нового офиса в Скайтопе, размышляя над важными вопросами. Лиза Сесили и Джейсон Вуд толкали друг друга, входя с улицы. Увидев холодную и унылую спину босса, они в тот же миг синхронно замолчали. Лиза Сесили бросила на Джейсона Вуда несколько суровых взглядов, и наконец Джейсону Вуду пришлось произнести: «Бо… Босс». "Говорить." «По поводу того номера журнала E Weekly, о котором я упоминал в прошлый раз…» ---------- Глава 500 - 263: Я действительно очень о тебе забочусь (3) Лиза Сесили поймала взгляд Джейсона Вуда и поспешно добавила: «Газета увидела, что эта новость хорошо продается и никто не пытается ее остановить, поэтому, похоже, они становятся все более бесстрашными. Они уже продали права другим странам. Боюсь, новость будет выходить из-под контроля все больше и больше…» "Я понимаю." Джейсон Вуд с нерешительностью спросил: «Итак… босс, нам следует предупредить редактора журнала E Weekly?» Если ситуация будет продолжать обостряться, ущерб, нанесенный мисс Квентин, только усугубится. Если мы остановим это сейчас, по крайней мере, дело постепенно затихнет в регионе Цветочного Королевства. Но теперь возникла проблема: Элис Робинсон, несомненно, уже предупредила журнал E Weekly. Поэтому, если журнал E Weekly внезапно отзовет статью, это сможет сделать только их босс. Как только Элис узнает об этом, это неизбежно вызовет конфликт в отношениях между боссом и Элис. Учитывая текущие планы босса, крайне важно не допустить никаких проблем в отношениях с Элис. Поэтому у босса нет другого выбора, кроме как бездействовать. Но если он решит ничего не делать и позволит ситуации ухудшиться, то что касается мисс Квентин… босс, возможно, никогда не сможет вернуть её расположение, и репутация мисс Квентин пострадает ещё сильнее. Лиза Сесили выглядела весьма встревоженной и сказала: «Да, президент, это касается репутации мисс Квентин…» У Джейсона Вуда появилась блестящая идея: «Босс, а что если позволить мистеру Джонсу вмешаться!» Лиза Сесили бросила на Джейсона Вуда взгляд: «Я, может, и не умна, но как вы можете быть еще менее умны? Если мистер Джонс вмешается, это только усугубит слухи в журнале о мисс Квентин и мистере Джонсе. Более того, Элис может подумать, что это потому, что президент тайно попросил мистера Джонса о помощи!» Лицо Джейсона Вуда мгновенно потемнело. Наконец Говард Джеффри заговорил: «Лиза Сесили, я помню, вы говорили мне, что у мэра Т-Сити есть молодая и красивая дочь, верно?» Лиза Сесили не поняла, почему Говард Джеффри вдруг задал этот вопрос, и бесстрастно ответила: «Э-э, да, когда вы были в Т-Сити, мэр Луиза сказал, что хочет познакомить вас со своей дочерью. Он сказал, что его дочь окончила Гарвард, как и вы, и всегда восхищалась вами…» Говоря яснее, мэр Луиза намерен познакомить свою дочь с Говардом Джеффри. «Найди мне её номер телефона». "Хорошо." Хотя она кивнула, Лиза Сесили была несколько озадачена. В такой критический момент у босса на уме были и другие красавицы, вот эта… Джейсон Вуд тоже был в замешательстве, но не осмелился сказать что-либо ещё. Когда Джейсон Вуд и Лиза Сесили только что вышли из кабинета президента, они столкнулись с Элис Робинсон, которая только что вышла из лифта. Элис Робинсон увидела их и сама слегка улыбнулась. Джейсон Вуд и Лиза Сесили, как обычно, сохраняли "уважительное" отношение. Удовлетворенная их уважительным поведением, Элис Робинсон вошла в кабинет Говарда Джеффри. Увидев Говарда Джеффри, стоящего у окна от пола до потолка и потягивающего красное вино, Элис Робинсон поставила сумочку и на цыпочках подошла к нему сзади. Говард Джеффри уже знал о присутствии Элис Робинсон, и стеклянные занавески у окна от пола до потолка отчетливо отражали каждое ее движение в этот момент. Говард Джеффри бесстрастно потягивал красное вино, и как раз в тот момент, когда Элис Робинсон потянулась, чтобы закрыть ему глаза, он вдруг произнес: «Сколько вам лет, чтобы до сих пор играть в такие детские игры?» Элис Робинсон тут же отпустила руки, раздраженно воскликнув: «Вы и так знали, что я здесь!» Взгляд Говарда Джеффри был прикован к стеклянной драпировке перед ним, он не поворачивался, чтобы посмотреть на Элис Робинсон. Элис Робинсон подошла к Говарду Джеффри, посмотрела на его бесстрастное лицо и осторожно спросила: «Джеффри, ты на меня сердишься?» Тонкие губы Говарда Джеффри оставались спокойными: «Есть ли у вас основания для моего гнева?» «Речь идёт о деле, связанном с журналом E Weekly». Темные глаза Говарда Джеффри стали глубокими. «Да, я признаю, что намеренно хотел, чтобы журнал E Weekly опубликовал эту новость». Говард Джеффри ничего не ответил, лишь поднял бокал красного вина и сделал еще один глоток. Элис Робинсон потянула Говарда Джеффри за руку, невинно глядя на его красивый профиль, и с унылым видом сказала: «Позвольте мне на этот раз быть эгоисткой… Знаете, она мама Эндрю. После того, как я выйду за вас замуж, она сможет предстать перед вами как мама Эндрю. И пока она будет перед вами, я буду чувствовать себя очень неуверенно… Я делаю это только в надежде, что она отступит и больше не будет появляться перед вами в каком бы то ни было виде». Говард Джеффри отставил бутылку красного вина и, глядя на робкое лицо Элис Робинсон, мягко спросил: «Когда это я говорил, что злюсь на тебя?» Элис Робинсон положила голову на руку Говарда Джеффри: «В конце концов, она твоя бывшая жена, и я боюсь, ты будешь к ней привязан, потому что она мама Эндрю». ---------- Главы 501–263: Я действительно забочусь о тебе (Часть 3) Говард Джеффри отпустил Элис Робинсон и равнодушно сказал: «У меня сегодня ещё есть дела, тебе следует сначала вернуться!» С этими словами он направился к своему столу. Элис не отставала от Говарда и пробормотала: «Ты каждый день так занят, у меня даже нет свободного времени, чтобы провести его с тобой». «Все будет хорошо, ты же знаешь, что „Скайтоп“ только что переехал в Париж, и мне предстоит многое сделать». «Хорошо, я вернусь первой, но ты должна прийти ко мне сегодня вечером, папа сказал пригласить тебя на ужин». "Хорошо." Элис обрадовалась этой новости. Она подошла к Говарду, нежно обняла его за шею и кокетливо сказала: «Тогда ты придёшь ко мне домой сегодня вечером…» "Кашель, кашель…" Разговор Алисы прервался, когда вошла Лиза Сесили, неся большую стопку документов. Лиза неловко сказала: «Извините за прерывание». Лицо Элис покраснело от смущения, она быстро отпустила шею Говарда и застенчиво отошла в сторону. Лиза положила документы на стол Говарда и серьезно сказала: «Президент, это документы, которые вам необходимо подписать сегодня днем, включая бюджет проекта в Лос-Анджелесе, присланный из штаб-квартиры…» "Хорошо." Алиса посмотрела на высокую стопку документов и выглядела подавленной. После того как Лиза удалилась, но еще не успела покинуть кабинет, она внезапно обернулась и добавила: «О, президент, я забыла напомнить вам, что у вас сегодня вечером назначена встреча с президентом Anson Group. Вы уже дважды переносили ее, так что сегодня вечером вы не можете снова отклонить ее!» В этот момент лицо Алисы выражало печаль, и даже ее прямая осанка поникла. В то же время в городе Т было 10 часов вечера. Ребекка Квентин вышла из ванной, вытирая волосы. Кристин Куинн прислонилась к изголовью кровати и ворчала: «Это всё ещё на первой полосе, а прошло уже пять дней. Что они пытаются провернуть?» Ребекка села на край кровати, взяла журнал из рук Кристин и положила его на тумбочку, тихо пробормотав: «Уже очень поздно, сестрёнка, давай спать!» «Ни за что, Бекка, если Говард продолжит игнорировать это, ситуация только ухудшится». «Я взял недельный отпуск, и до конца недели осталось еще два дня». «Если бы он действительно заботился об этом деле, на его решение не потребовалась бы неделя. Он мог бы справиться всего одним телефонным звонком!» Ребекка внезапно растерялась. Действительно, учитывая его способности, для решения этой проблемы, возможно, даже не понадобится личный звонок в газету; Джейсон Вуд и Лиза Сесили справятся сами. Кристин сердито плюнула: «Поистине бессердечная особа! Как только мужчина находит новую возлюбленную, он забывает о прежней любви, мужчины действительно ни на что не годятся!» Ребекка молча продолжала вытирать мокрые волосы полотенцем. Кристин не смогла сдержаться: «Бекка, у меня не такой уж хороший характер. Если Говард продолжит игнорировать это, я не только позвоню и отругаю его, но и пожалуюсь старой миссис Джеффри. Несправедливо, что меня так запугивают!» Ребекка целую неделю оставалась дома, не подозревая о хаосе за окном, но обнаружила, что журналисты, которые целую неделю жили внизу, в тот же день внезапно разошлись. Впервые за неделю Ребекка распахнула шторы в своей комнате. Утренний солнечный свет заливал комнату ярким и чистым светом. Кристин проснулась от легкого раздражителя и, просыпаясь, застонала: «Бекка…» «Сестрёнка, я не помешала твоему сну?» Кристин, одетая в пижаму, села и сказала: «Нет, я обычно просыпаюсь примерно в это время». Ребекка радостно объявила: «Сестра, все журналисты внизу ушли…» Кристина с недоверием встала с постели: «Не может быть? Они все были там еще вчера!» «Это правда, они разошлись, я наблюдал за ними несколько минут, они не прятались в других углах». Кристин подошла к окну, взглянула наружу: «Это правда, ни одного не осталось!» Ребекка была в приподнятом настроении: «Я же говорила, он со всем справится». Кристин скрестила руки и прислонилась к окну: «Ну, у него еще осталась хоть капля совести, хотя это не меняет того факта, что он по-прежнему разбивает сердца». "Сестра…" «Хорошо, я не буду его критиковать. Это бессмысленно, просто тратит мои слова». Ребекка удовлетворенно кивнула, затем пошла в ванную умыться и накраситься. Закончив макияж, она вернулась в свою комнату, поправила одежду перед зеркалом в полный рост и сказала: «Сестрёнка, мне сегодня нужно на работу, я не могу составить тебе компанию дома. Если тебе скучно, сходи за покупками. Ах да, и купи подарок для Мари». Кристин лежала на кровати и кивнула: «Хорошо». Полная энергии, Ребекка спустилась вниз. Все еще немного нервничая, она надела солнцезащитные очки и огляделась вокруг, к счастью, обнаружив, что вокруг действительно тихо и спокойно. Ребекка вышла за ворота жилого комплекса и собиралась пойти на автобусную остановку, чтобы дождаться автобуса, когда перед ней внезапно остановилась белая машина. Увидев знакомый автомобиль, Ребекка слегка улыбнулась и помахала рукой на прощание человеку внутри: «Доктор Робинсон, доброе утро». Окно машины опустилось, на лице Честера Робинсона, особенно привлекательного на солнце, появилась легкая улыбка: «Садись, я тебя подвезу». Ребекка посмотрела на время в телефоне и покачала головой: «Не нужно, сегодня у меня достаточно времени, чтобы подождать автобус». «Я еду в больницу тем же путем, по дороге высадю тебя». Услышав слова "по пути", Ребекка не стала церемониться… Сев в машину и пристегнув ремень безопасности, Ребекка сразу же почувствовала приятный запах. «Молоко и ваш любимый бутерброд помогут восполнить утренний запас энергии». Ребекка взяла завтрак, но с подозрением сказала: «Спасибо… но вы сказали, что он уже в пути, а покупка этого сэндвича кажется слишком большим крюком». Честер ничего не объяснил, лишь небрежно сказал: «Ешьте!» Ребекка опустила голову, чтобы откусить кусочек сэндвича, и вдруг вспомнила слова Кристин. Посмотрите, как он к вам внимателен, как много работает, но при этом находит время, чтобы купить вам что-нибудь, и даже заботится о вашем здоровье. У этого мужчины определенно есть к вам чувства, выходящие за рамки дружбы… Когда эта мысль эхом отозвалась у нее в голове, Ребекка вдруг подняла взгляд на Честера. Честер почувствовал взгляд Ребекки, взглянул на нее в зеркало заднего вида и спросил: «Что случилось?» «Нет… ничего». Честер тихонько усмехнулся: «Если хочешь что-то сказать, просто скажи. Зачем мне колебаться?» Ребекка проглотила бутерброд и серьезно сказала: «Доктор Робинсон, вам не нужно специально покупать мне завтрак. Если я приду в компанию пораньше, я смогу перекусить в столовой». «Вам когда-нибудь говорили, что вы не из тех, кто ходит вокруг да около? Говорить косвенно кажется неловким». "Я…" Честер прямо спросил: «Тебе интересно, ухаживаю ли я за тобой?» ---------- Главы 502–264: Я действительно очень о тебе забочусь 4 Ребекка Квентин поспешно вмешалась: «Как это возможно, доктор Робинсон? У вас такие замечательные качества, вы можете заполучить любую молодую и красивую девушку, какую захотите; все медсестры в больнице без ума от вас… Я просто слишком много выигрываю от того, что являюсь вашей соседкой, это немного неловко». Честер Робинсон лишь улыбнулся, ничего не сказав и не ответив Ребекке Квентин. Ребекка Квентин не осмелилась продолжить разговор, избежав случайного возвращения к столь неловкой теме. Машина плавно остановилась у входа в "QCS", и Ребекка Квентин быстро отстегнула ремень безопасности и выскочила, поспешно сказав: "Я опаздываю, поеду вперед…". С этими словами, брошенными ей вслед, Ребекка Квентин, не оглядываясь, побежала к "QCS". Честер Робинсон откинулся на спинку сиденья, неторопливо наблюдая за поспешным уходом Ребекки Квентин с игривой улыбкой. Опоздала? Разве времени было недостаточно? Лишь когда Ребекка Квентин переступила порог "QCS", она вздохнула с облегчением. Как ни странно, после того, как Кристин Куинн упомянула об этом, встреча с Честером Робинсоном внезапно показалась ей крайне неловкой. Ребекка Квентин, неся рисунки, над которыми работала дома, собиралась войти в лифт, но ее внезапно вытолкнула группа коллег, находившихся внутри. Ребекка Квентин, думая, что буря утихла, на мгновение опешилась. Но, поразмыслив, она поняла, что даже если этот вопрос и утих, она всё равно оставалась в глазах всех тем, кто встал между Говардом Джеффри и Элис Робинсон; в конце концов, теперь девушка Говарда Джеффри — Элис Робинсон, и все, естественно, встали на сторону Элис Робинсон. Поскольку никто не хотел делить с ней лифт, она ждала следующего! В ожидании следующего лифта Ребекка Квентин случайно встретила менеджера Смита. Менеджер Смит, казалось, был несколько удивлен присутствием Ребекки Квентин, слегка нахмурив брови: «Я думал, вы сегодня не придете». Ребекка Квентин ответила с легкой улыбкой: «Я взяла у вас недельный отпуск!» «Я рад, что вы готовы выйти на работу; изначально я хотел, чтобы вы отдохнули еще несколько дней». «Со мной всё в порядке, менеджер; я достаточно отдохнул». «Хорошо, в компании всегда много сплетен; никто не может контролировать свой язык, поэтому остается только не принимать все близко к сердцу». "Хм." Вернувшись в офис, Ребекка Квентин полностью избавилась от гнетущих мыслей, накопившихся за неделю до этого. Однако в офисе царила не такая тишина, как представляла себе Ребекка Квентин. Когда она вошла в компанию, взгляды снова сосредоточились на ней, и каждый взгляд был полон недобрых намерений. Оглядевшись вокруг, Ребекка Квентин обнаружила, что сегодня ситуация немногим лучше, чем неделю назад. Затем до ушей Ребекки Квентин донеслись намеренно громкие голоса двух коллег-женщин. «У некоторых людей кожа толще, чем у многовекового льда, они до сих пор сохраняют стойкость, чтобы открыто выходить на улицу и работать…» «Да, людям нужно лицо, как деревьям нужна кора, но некоторым просто не хватает стыда…» Ребекка Квентин села за свой стол, ее настроение явно испортилось из-за «высококлассных разговоров» коллег, и улыбка уже исчезла с ее лица. Почему все до сих пор ведут такую ​​"напряжённую" дискуссию? Ребекка Квентин быстро просмотрела газеты за последние два дня и без труда нашла сегодняшнюю газету и последний номер журнала E Weekly Magazine. Заголовок в газете и журнале гласил: «Единственная дочь мэра Луизы подозревается в занятии эскорт-услугами во Франции». К счастью, заголовок сегодняшнего номера отличался от заголовка предыдущего, и Ребекка Квентин с огромным облегчением вздохнула. Однако, перевернув страницу журнала, она слегка напряглась. О, нет… Новостной материал Элис Робинсон по-прежнему публиковался в журнале, только его перенесли из заголовка на внутреннюю страницу. Хотя это и хорошо, поскольку заголовок производит наибольшее впечатление, для Ребекки Квентин это стало как гром среди ясного неба. Разве журналу не следовало удалить эти статьи? Почему эти статьи до сих пор здесь? Может быть… Ребекка Квентин внезапно выпрямилась, ее взгляд стал глубоким. Он вообще не занимался этим вопросом? Осознав это, худощавое тело Ребекки Квентин тяжело откинулось на спинку кресла, ее взгляд был пустым. Если бы он лично связался с ними, эти истории не появились бы ни в одной газете или журнале… Но если он с ними не связался, почему репортеры, которые постоянно спускались вниз, вдруг исчезли? Пустой взгляд Ребекки Квентин устремился на лежащий на столе журнал; внезапно ее внимание привлек броский заголовок в журнале. ---------- Главы 503–264: Я действительно забочусь о тебе (Часть 4) У нее в голове что-то щёлкнуло, и она внезапно все поняла. Дочь мэра города Т была уличена в сексуальных домогательствах, и эта громкая новость, естественно, привлекла больше внимания, чем ее история с «любовным треугольником», поэтому в эти дни репортеры, вероятно, дежурят у дома и офиса мэра… Оказалось, что новость о ней не была удалена, а просто затмилась ещё более сенсационной новостью. Хотя затмение означает, что новость постепенно забудется, что аналогично ситуации, когда этим занимается Говард Джеффри, её сердце было совершенно встревожено. Он предпочел стоять в стороне и ничего не делать… Ребекка Квентин недоверчиво покачала головой. «Эй, зачем ты тут отвлекся? Я правда думал, что у тебя были связи, чтобы попасть в „QCS“, но теперь, когда я об этом подумал, слухи о твоей связи с нашим боссом, вероятно, распространял ты сам, верно?» Рита Янг элегантно стояла перед Ребеккой Квентин, презрительно глядя на нее сверху вниз. Ребекка Квентин смотрела прямо перед собой, спокойная и молчаливая. Рита Янг усмехнулась: «Похоже, ты признаёшься… Ай-ай-ай, неудивительно, что менеджер был так очарован твоими сладкими речами, он тоже поверил твоей гнусной лжи!» Слова Риты Янг вызвали взрыв смеха во всем офисе. Ребекка Квентин встала и сердито посмотрела на Риту Янг. Рита Янг приняла более сдержанную позу и бесстрашно произнесла: «О, всё ещё не убеждены? Если вы не убеждены, нападайте на меня! Я пришла сюда сегодня специально, чтобы усложнить вам жизнь!» Как только Николетт Холмс вошла в офис и увидела эту сцену, она тут же бросилась к Рите Янг и сердито выругалась: «Что ты делаешь? Хочешь, чтобы я немедленно доложила менеджеру?» «Не пытайся меня запугать, Николетт, для увольнения сотрудника менеджеру необходимо получить одобрение головного офиса, это нельзя делать просто так». Николетт Холмс стиснула зубы и парировала: «Не заходи слишком далеко!!» Рита Янг закатила глаза: «Не захожу ли я слишком далеко? Я просто пытаюсь поддерживать чистоту в нашем офисе, не допуская его загрязнения неопрятным человеком». Николетт Холмс сердито посмотрела на него и подняла руку: «Кого ты называешь „грязной“?» Рита Янг была встревожена жестом Николетт, которая, казалось, хотела нанести удар, и невольно отступила на несколько шагов назад. Ребекка Квентин тоже была ошеломлена внезапным действием Николетт и быстро оттащила ее назад. Николетт Холмс не удержалась и выругалась в адрес Ребекки Квентин: «Не думайте, что раз она ничего не говорит, вы можете её запугивать! Вы знаете, что на самом деле происходит? Вы все просто завидуете её красоте и интеллекту, которые заслужили признание менеджера, и поэтому используете эту возможность, чтобы выплеснуть свои эмоции; кто же на самом деле бесстыдник?» Разъяренная Рита Янг выкрикивала ругательства: «Николетт Холмс, тебе, должно быть, мозги лягнул мул, раз ты защищаешь этого человека!» Николетт Холмс хотела крикнуть в ответ, но неожиданно другие коллеги в офисе встали и поддержали Риту Янг. Увидев, что она получила поддержку, Рита Янг стала еще более наглой: «Ребекка Квентин, я тебе говорю, тебе лучше исчезнуть из „QCS“, иначе не вини нас в грубости». "Бекка, не обращай на них внимания, пойдем поищем менеджера!" Николетт Холмс потянула Ребекку Квентин в кабинет менеджера. Однако Рита Янг и другие перехватили Ребекку Квентин, и кто-то снова закричал: «Ты, только что получившая образование в области дизайна, хочешь забрать наши должности, на которых мы работали годами в «QCS», чтобы ты сегодня пришла к нам в качестве дизайнеров! Что ты несешь, распространяешь ложь по всей фирме? Менеджер тебе верит, а мы нет. Если у тебя есть навыки, заставь закулисного босса «QCS» выйти и публично уволить нас всех!» Николетт Холмс сердито крикнула: «Вы просто перегибаете палку! Личная жизнь Бекки не должна до вас доноситься!» «Ей точно не нужно отчитываться перед нами. Точно так же, как она использовала свое положение, чтобы попасть в город Y, не только соблазнив мистера Джеффри, но и закрутив роман с генеральным директором «Оверски», — эти вещи нельзя объяснить в нескольких словах, у нас нет времени слушать все это!» Не выдержав больше, Ребекка Квентин холодно заявила: «Довольно, вы закончили говорить?» За дверью кабинета, прислонившись к дверному косяку, виднелась высокая и худощавая фигура; из его поля зрения открывалась картина, как группа женщин окружает и нападает на другую женщину в офисе. Никто не заметил мужчину, его спокойный взгляд осматривал все вокруг, на лице почти не было никаких эмоций, но в следующий момент он набрал на телефоне несколько цифр: «Я в ресторане, приходите». Сказав это, он тут же завершил разговор. Кто-то в офисе наконец заметил присутствие мужчины, но, к сожалению, все увидели лишь его уходящую фигуру, которая не привлекла к себе особого внимания. Несколько минут спустя, в ресторане на первом этаже "QCS". Менеджер Смит, взглянув на мужчину, неторопливо потягивающего кофе, осторожно спросил: «Я не понимаю, зачем мистер Робинсон меня позвал?» Мужчина поставил кофе, лениво откинулся на диван, его нежный и безобидный взгляд лениво разглядывал менеджера Смита, и он тихо произнес: «Подарок, который вы мне прислали в прошлый раз, мне очень понравился». Менеджер Смит уважительно улыбнулся: «Я просто подумал, что мистеру Робинсону это может понадобиться, поэтому попросил Бекку доставить это вам». Подарок боссу на самом деле представлял собой записи с камер видеонаблюдения, на которых Ребекка Квентин запечатлена за своей ежедневной работой. «Менеджер Смит, вы умный человек, мне стоит доверить заботу о Бекке…» «Мистер Робинсон действительно интересуется Беккой… ой, нет, он обеспокоен будущей миссис Робинсон». Мужчина, казалось, услышал это обращение впервые, неспешно наслаждаясь его смыслом: «Миссис Робинсон?» Менеджер Смит не мог догадаться об истинных мыслях босса, сказав эти слова, поскольку они показались ему несколько неуместными, учитывая шаткое положение Ребекки Квентин. В конце концов мужчина лишь усмехнулся и тихо сказал: «Устройте ей деловую поездку в Нью-Йорк в эти два дня, и пусть она красиво оденется к вечеру тринадцатого». Тринадцатый вечер? Обдумав дату, менеджер Смит внезапно оживился: «Мистер Робинсон, вы намерены…» Мужчина невнятно скривил губы, встал и ушел. Пережитые за день суматоха совершенно измотали Ребекку Квентин… Вернувшись домой и переодевшись в тапочки, Ребекка Квентин крикнула: «Сестра!» Кристин Куинн вышла из комнаты, полная недовольства. Ребекка Квентин поставила сумку и портфель и спросила: «Что с тобой не так?» «Разве вы не видели сегодняшнюю газету?» Ребекка Квентин опустила голову: «Я это видела». Кристин Куинн уперла руки в бока: «Я так зла, так зла…» "Ты готовила? Я так голодна…" "Ты что, серьёзно, ещё можешь есть?" ---------- Главы 504-265: Я действительно очень о тебе забочусь 5 Ребекка Квентин переобулась в тапочки и направилась к кухне: «Дай-ка я посмотрю, есть ли что-нибудь поесть, иначе мы пойдем что-нибудь купить». Сдерживая гнев, Кристин Куинн наконец выпалила в гостиной: «Ребекка Куинн, как долго ты собираешься быть трусихой?!» Шаги Ребекки Квентин внезапно остановились у кухонной двери. Кристин Куинн подошла, протянув телефон в ладонь Ребекке Квентин: «Позвони Говарду Джеффри и спроси его, не съела ли его совесть собака?» Ребекка Квентин стояла неподвижно, ни одна из них не сжимала телефон крепко. Кристин Куинн с негодованием плюнула: «Я думала, он хотя бы вспомнит прошлое, но кто бы мог подумать, что он может быть таким холодным и бессердечным, наблюдая, как ты терпишь эти незаслуженные обвинения и общественное осуждение, и он действительно способен на это, этот ублюдок!!» Ребекка Квентин глубоко вздохнула, отложила телефон и спокойно сказала: «Сестрёнка, в холодильнике есть яйца, может, приготовим сегодня вечером яичную лапшу?» Голос Кристин Куинн внезапно дрогнул: «Бекка, я не позволю никому так тебя запугивать, особенно Говарду Джеффри… Он теперь потворствует этой женщине, причиняющей тебе вред, как он может так поступать? Неужели он забыл клятвы, которые вы когда-то дали друг другу?» Слова Кристин Куинн вызвали у Ребекки Квентин легкое жжение в глазах; она опустила длинные ресницы, чтобы смахнуть наступавшую влагу, и тихо сказала: «Давай не будем говорить о прошлом, оно уже в прошлом». «А что, если мы родим для него Эндрю?» «Решение по поводу Эндрю было моим на тот момент, оно никак с ним не связано». «А что насчет двух выкидышей?» В итоге Ребекка Квентин так и не смогла дать ответа. Кристин Куинн нежно обняла Ребекку Квентин, выражая свою обеспокоенность: «Ради него ты превратила свое тело в то, что оно есть сейчас, ты всю жизнь думала о нем, а он бросил тебя из-за пустяка. Разве такой человек достоин твоей защиты?» Ребекка Квентин прислонилась к плечу Кристин Куинн, из ее глаз потекли слезы, промочив одежду Кристин Куинн. Кристин Куинн нежно похлопала Ребекку Квентин по худой спине, утешая: «Что ж, давайте просто воспримем это как признание его истинной природы; если мы не сможем избегать его в будущем, давайте будем притворяться, что он невидим… такие задиры!» Ребекка Квентин рыдала, крепко кусая губу и сдерживаясь, чтобы не расплакаться вслух. Обнимая Ребекку Квентин, Кристин Куинн случайно заметила порванные края ее одежды, быстро отстранила ее и спросила: «Как твоя одежда порвалась?» Ребекка Квентин покачала головой. Кристин Куинн внимательно осмотрела разрыв на одежде: «Это не похоже на случайный разрыв, скорее всего, это сделано намеренно. Вас сегодня кто-то избил?» Негодование, длившееся несколько дней, в этот момент довело Ребекку Квентин до слез… Кристин Куинн обняла Ребекку Квентин и сердито сказала: «Черт, должно быть, это из-за коллег по компании, ты же говорила, что с ними не ладишь, они, наверное, теперь издеваются над тобой из-за этого, травят тебя на работе… Я с ними завтра разберусь!» Сегодня в «QCS» Ребекка Квентин не собиралась спорить со своими коллегами, однако те не хотели ее отпускать; когда она повернулась, чтобы уйти, они начали дергать ее за одежду. К счастью, в этот момент появился менеджер и сурово их наказал. Ребекка Квентин по-детски вытерла слезы, сделала несколько глубоких вдохов, а затем спокойным тоном произнесла: «Не нужно, сестрёнка, я завтра еду в Нью-Йорк». Кристин Куинн внезапно оттащила Ребекку Квентин в сторону и деликатно выпалила: «В Нью-Йорк?» Ребекка Квентин кивнула: «В штаб-квартире есть дело, которое нужно уладить менеджеру Смит в Нью-Йорке. Я ее секретарь, поэтому поеду с ней». Кристин Куинн тут же вздохнула с облегчением: «Ты меня напугал, я думала, ты… Но ты не можешь поехать в Нью-Йорк?» Ребекка Квентин фыркнула: «Я не хочу откладывать работу из-за личных дел». «Но Нью-Йорк…» «Не волнуйтесь, я с ним не встречусь». «Нью-Йорк настолько огромен, что теоретически это маловероятно, но встреча происходит именно тогда, когда вы этого совсем не хотите». «Вы забываете, что он сейчас большую часть времени проводит во Франции?» «Ах, да… Тогда иди, просто считай это перерывом, по крайней мере, в Нью-Йорке нет этих чудовищных коллег, и эта новость, вероятно, туда не дошла». Журнал E Weekly распространяется только внутри страны, даже если он распространяется за границу, это не новость на первой полосе и не имеет большого влияния. ---------- Главы 505–265: Я действительно забочусь о тебе (Часть 5) "Мм." «Я помогу тебе собрать вещи позже, ложись спать пораньше». "Хорошо." Нью-Йорк, пригородный особняк семьи Джеффри. «Мадам, мистер Джеффри вернулся». Слуга объявил у двери. Миссис Джеффри, игравшая с Эндрю в холле, не проявила своего обычного энтузиазма, лишь ответила «Мм» и продолжила дразнить Эндрю на руках, даже не взглянув в сторону фойе. Говард Джеффри вошел с улицы, передал слуге пиджак и ключи от машины, а затем подошел к матери и сыну. Миссис Джеффри проигнорировала Говарда Джеффри. "Мама." «Не звони мне. Если у тебя будет время, останься во Франции подольше. Тебе не нужно возвращаться; здесь все хорошо!» Говард Джеффри усмехнулся словам матери: «Давно тебя не видел таким злым». Миссис Джеффри бросила на Говарда Джеффри раздраженный взгляд: «Вы же знаете, что я злюсь, да?» "Что ж, я здесь, чтобы поднять вам настроение!" «Мне не нужно, чтобы ты меня подбадривал. Есть человек, которому нужна поддержка, но даже если ты захочешь, ты не сможешь её вернуть!» Говард Джеффри ухмыльнулся, присел на корточки и сказал: «Эндрю, иди сюда, папа дома…» Эндрю, сидя на мягком ковре и играя с игрушками, резко поднял глаза, похожие на черные виноградные грозди, услышав зов отца. Увидев отца, Эндрю тут же уронил игрушку, которую держал в руке, неуверенно поднялся и сказал: «Папа…» Говард Джеффри распахнул объятия, позволяя Эндрю подбежать. Миссис Джеффри осторожно следовала за Эндрю, опасаясь, что он упадет. Эндрю метко бросился в объятия Говарда Джеффри, обхватил его шею своими пухлыми ручками и сладко прошептал: «Папочка…» Говард Джеффри поднял Эндрю на руки и поцеловал его в лоб. «Милый, ты хорошо себя вел и слушался бабушки?» Эндрю моргнул, отчасти понимая, отчасти смущаясь словами отца. Внезапно он выпалил: «Мамочка!» Говард Джеффри поднял бровь, выражая некоторое недоверие. Миссис Джеффри шагнула вперед: «Ваш сын провел с Беккой в ​​городе Y всего несколько дней и почему-то вспомнил этот семестр…» «Хороший мальчик». Говард Джеффри нежно поцеловал Эндрю в щеку еще раз. Миссис Джеффри тихо вздохнула: «Они поистине мать и сын; как бы далеко и долго их ни разделяло расстояние, они всегда связаны». Взгляд Говарда Джеффри по-прежнему был прикован к невинному лицу Эндрю; привычная надменность и гордость в его глазах теперь сменились отеческим любящим взглядом. Эндрю посмотрел на Говарда Джеффри, его взгляд был полон тоски: «Папа, мама…» Возможно, эти слова были ему слишком знакомы, — неожиданно произнес их Эндрю. Говард Джеффри уже собирался ответить, но миссис Джеффри опередила его, сказав: «Бедный мой маленький внук, скоро у тебя появится мачеха. Возможно, тебе стоит помолиться, чтобы после смерти бабушки твоя мачеха не начала тебя тайно запугивать». «Мама, что ты говоришь!» Миссис Джеффри неодобрительно посмотрела на Говарда Джеффри: «Это всё твоя вина; я создала для тебя такую ​​прекрасную возможность, а ты нагло оттолкнул Бекку. Не жди, что мама тебя простит; твой сын тоже тебя не простит, когда вырастет!» Говард Джеффри загадочно улыбнулся: «Мама, разве ты всегда не поддерживала мои отношения с Элис Робинсон?» «Я никогда не хотела вмешиваться в ваши личные дела. Единственный раз, когда я вмешивалась в дела Бекки, был из-за её происхождения. Теперь, когда обиды предыдущего поколения утихли, я, естественно, хочу, чтобы вы были с матерью моего внука, так как это лучше для моего внука… Но поскольку вы сказали, что вам больше всё равно на мать моего внука, у меня нет слов для вас. Но я должна напомнить вам, что меня волнует мой старший внук. Сколько бы детей у вас ни было с Алисой, не позволяйте моему Эндрю пострадать; что касается наследства, он должен получить как минимум две трети…» На элегантном лице Говарда Джеффри сохранилась улыбка, и детским тоном он обратился к Эндрю: «Сынок, твоя бабушка уже планирует твое будущее. Ей уже наплевать на собственного сына». «Дело не в том, что мне всё равно, я просто не могу… Посмотри на себя, вернулся из города Y и всё это время был во Франции с Алисой. Ты вообще ещё держишь в своём сердце меня, свою мать и сына?» «Мама, сделай глубокий вдох; не доводи себя до болезни от гнева». «Даже если кости мамы изранены гневом, это всего лишь преждевременное вступление в могилу; ничего страшного». Поняв, что миссис Джеффри на этот раз искренне расстроена, Говард Джеффри улыбнулся и утешил её: «Мама, ты не должна позволять себе заболеть от гнева. Кто потом позаботится о твоём внуке?» «Мне достаточно того, что у меня есть Эндрю». Говард Джеффри слегка усмехнулся: «Один только Эндрю был бы слишком одинок». «Одиночество — это одиночество; я не хочу, чтобы у Эндрю было слишком много сводных братьев и сестер, иначе в доме воцарится хаос». Говард Джеффри лишь улыбнулся и промолчал, не желая продолжать обсуждение. Пока Говард Джеффри был дома, Эндрю обычно спал в комнате Говарда Джеффри. В этот момент Говард Джеффри осторожно уложил на кровать уже спящего Эндрю, который уютно устроился у него на руках. Вернувшись в постель, Эндрю продолжал крепко спать, бормоча: «Ма…мой…» Говард Джеффри сидел на краю кровати, пристально разглядывая невинное личико ребенка. Внезапно он протянул руку, чтобы погладить ребенка по лбу, и наклонился, чтобы поцеловать его. Увидев мирно спящего ребёнка, Говард Джеффри наконец встал, расстегнув галстук и пуговицы на рубашке. Когда он собирался принять душ, из-за двери раздался стук. Протянув руку, чтобы открыть дверь, он увидел, как и ожидал, миссис Джеффри. «Эндрю спит?» — тихо спросила миссис Джеффри. «Мм, только что уснул». «Маме нужно с тобой кое-что обсудить…» "Хорошо." Говард Джеффри вышел из комнаты, осторожно закрыв дверь. Миссис Джеффри сначала вздохнула, а затем заговорила: «Мама изначально не хотела тебе этого рассказывать, но боюсь, завтра будет непросто…» "Мм?" «Не знаю, совпадение это или судьба, но ты сегодня вернулась, а Бекка сегодня вечером летит из аэропорта Ти-Сити в Нью-Йорк». Говард Джеффри слегка прищурился, его взгляд стал более пронзительным. Миссис Джеффри добавила: «Не волнуйтесь, она не приедет к вам; она в командировке в Нью-Йорке. Я позвонила ей и попросила навестить Эндрю, пока она здесь. Конечно, я не знала, что вы сегодня вернетесь, поэтому сказала ей, что вас нет». Говард Джеффри хранил молчание. Миссис Джеффри снова вздохнула: «Теперь она боится избегать вас, как чумы. Я также не хочу, чтобы ваши встречи проходили неловко. Поэтому в ближайшие несколько дней, пока она будет у нас, вам следует остаться в городе. Я намерена пригласить ее пожить у меня дома несколько дней!» "Без проблем." «Тогда останьтесь на одну ночь и уезжайте завтра утром…» "Мм." «Есть ещё кое-что, за что я должен вас упрекнуть». Брови Говарда Джеффри слегка нахмурились. Миссис Джеффри холодно посмотрела на Говарда Джеффри: «Сегодня мне звонила Кристин Куинн. Она сказала, что изначально хотела позвонить тебе напрямую, но из-за дела с Беккой теперь тоже не хочет с тобой разговаривать… Она рассказала мне о том, как Элис «издевается» над Беккой, поэтому я специально поискала новости. Сынок, не зашёл ли ты немного слишком далеко?» ---------- Глава 506-266: Не выдержал «Я знаю, что делаю». «Что вы имеете в виду?» — спросила миссис Джеффри. — «Вы уже позволили Элис сообщить эти ложные сведения и даже допустили дальнейшее развитие ситуации. Вы знаете, насколько это навредило репутации Бекки? Кристин Куинн даже сказала мне, что из-за этого на Бекку не только смотрят свысока везде, куда бы она ни пошла, но и издеваются над ней коллеги по компании…» В этот момент холодный и пронзительный взгляд мелькнул в глубине глаз Говарда Джеффри. Миссис Джеффри серьезно сказала: «Сынок, я всегда доверяла тебе и верила, что ты всё делаешь правильно. Ты знаешь, что во всём чувствуешь себя прилично, но как ты мог так поступить с Беккой? Как сказала Кристин Куинн, достаточно было просто позвонить в газету, но ты не хочешь. Ты боишься рассердить Элис, или у тебя действительно не осталось чувств к Бекке? Если ты боишься расстроить Элис, то, должна сказать, использование таких подлых методов, чтобы навредить Бекке, показывает, что у неё уже есть проблемы с характером. Конечно, все эгоисты, и я не могу сказать, что она так уж плоха, но по сравнению с великодушием Бекки очевидно, кто лучше, а кто хуже. А если это потому, что у тебя не осталось чувств к Бекке, я просто хочу сказать, что, несмотря ни на что, она мать Эндрю. Ты хочешь, чтобы Эндрю вырос, думая, что его мать — женщина, которую весь мир презирает и высмеивает?» Сидя в кресле у окна, Говард Джеффри держал в руке бокал красного вина, его взгляд был прикован к хрустальному шару, вращающемуся на столе. На столе стояла уже открытая бутылка красного вина, наполовину вылитая. Ночь была настолько тихой, что, казалось, можно было слышать только ровное дыхание Эндрю, спящего на кровати. Говард Джеффри внезапно поставил стакан, достал телефон и открыл фотографии, которые Ройе прислал ему сегодня. На фотографиях, за исключением легкой бледности, она выглядела обычной. Он продолжал пролистывать фотографии до последней, где она улыбалась, садясь в машину Честера Робинсона. На самом деле, это была первая фотография, которую Ройе прислал ему сегодня. Как он мог не видеть её эмоций… Начиная с утренней улыбки на ее лице и заканчивая легкой меланхолией к полудню, он мог угадать ее эмоции в каждый момент… Глядя на фотографию, он пробормотал ей в глубине души… Дорогая, дай мне еще немного времени. Я обещаю отплатить тебе за твои страдания десятикратной заботой в будущем. В то же время Ребекка Квентин находилась в самолете, направлявшемся в Нью-Йорк. Сидя у окна, она смотрела на пейзаж пустым взглядом. Бекка, в этой жизни мне нужна только ты… Детка, я никогда больше не позволю тебе меня покинуть… Дорогая, я мечтаю о том дне, когда смогу отложить работу, и наша семья сможет поехать на остров Фоум и жить беззаботной и размеренной жизнью вместе… Детка, без тебя рядом я совсем не привык… Бекка, я люблю тебя… Слова тех некогда данных вечных клятв пронзили ее разум, словно кинжалы. Каждая строчка звучала в ее ушах, как удар ножом в сердце, оставляя ее с кровоточащим сердцем… Закрыв глаза, Ребекка Квентин отмахнулась от воспоминаний, которые теперь причиняли ей лишь мучительную боль. В этот момент она решила похоронить их навсегда! Стоя ночью перед великолепным пятизвездочным отелем и таща за собой чемодан, Ребекка Квентин спросила: «Менеджер, это тот отель, в котором мы остановимся сегодня вечером?» Менеджер Смит взглянул на вывеску отеля: «Да, отель «Пэлас»». "Это… не слишком ли это расточительно?" Менеджер Смит первым направился к отелю со своим чемоданом: «Другие сотрудники с нетерпением ждут возможности остановиться в хорошем отеле во время деловых поездок, а вы тут жалуетесь на излишества». Ребекка Квентин поспешно последовала за менеджером Смитом на высоких каблуках, смущенно воскликнув: «Я не ожидала увидеть такое высококлассное место». В конце концов, это отель «Дворец» в самом сердце Нью-Йорка и деловом центре. Мало того, что он дорогой, так еще и бронировать номер нужно заранее. Кажется, даже управляющий здесь редко останавливался. Менеджер Смит рассмеялся: «Я хотел сделать вам сюрприз, поэтому не позволил вам заранее забронировать другой отель». Ребекка Квентин растерянно расширила глаза: «Сюрприз?» Менеджер Смит кивнул: «Главная штаб-квартира вознаграждает нас за успешное заключение сделки с компанией «Оверски», поэтому они позволяют нам наслаждаться хорошей едой и проживанием во время этой поездки. Учитывая такую ​​щедрость со стороны штаб-квартиры, почему бы нам не побаловать себя хоть раз!» ---------- Глава 507-266: Не в силах больше терпеть (Часть 2) Услышав это, Ребекка Квентин рассмеялась: «Раз уж так, то я позволю себе немного побаловать себя. В конце концов, компания платит!» "Хм, поехали." Атмосфера пятизвездочного отеля действительно совершенно иная. Первоклассные удобства, комфортное освещение и создаваемая атмосфера позволяют почувствовать себя совершенно непринужденно. Покинув Т-Сити, это временно хаотичное место, Ребекка почувствовала себя еще спокойнее. С бутылкой напитка в руке Ребекка вышла на балкон номера… Было лето, и вечерний ветерок нежно продувал белые занавески балкона. Ребекка любовалась ночным видом Нью-Йорка, позволяя ветерку приятно охлаждать ее тело, наполняя его лишь ощущением комфорта момента. Внезапно раздался телефонный звонок. Ребекка отпила глоток своего напитка и достала телефон. На экране телефона отобразился номер "Доктор Робинсон". Ребекка улыбнулась и ответила на звонок: «Здравствуйте». "Где ты?" «Ах, я забыл упомянуть, что сегодня я был в командировке в Нью-Йорке и, возможно, останусь там на несколько дней». «Отлично, оплачиваемая компанией "экскурсия". Дай угадаю, чем ты сейчас занимаешься…» "Конечно!" Честер Робинсон сделал вид, что серьезно задумался: «Наверное, вы сейчас неспешно стоите на балконе, наслаждаясь прекрасным видом на Нью-Йорк». Ребекка удивленно поставила свой напиток и сказала: «Ты потрясающая, я сейчас просто в восторге». Честер усмехнулся: «Я не такой уж и удивительный. Посмотри направо». Ребекка держала телефон в руке и повернула голову вправо, тут же воскликнув: «Доктор Робинсон!!» В ее видении Честер стоял, прислонившись к балкону соседней комнаты, держа в руке бокал красного вина и слегка улыбаясь ей. Ребекка подошла к нему сбоку и радостно спросила: «Зачем ты здесь?» Честер также подошел ближе всех к Ребекке и грациозно произнес: «Если бы я сказал тебе, что я здесь потому, что я здесь благодаря тебе, ты бы поверила?» Ребекка надула губы и сказала: «Не могу поверить. Менеджер сказала, что когда бронировала отель, оставалось всего два свободных номера, а это значит, что вы, должно быть, приехали в Нью-Йорк раньше меня, чтобы занять соседний номер. Кроме того, моя поездка в этот раз была довольно спешной, поэтому я вас не предупредила, а это значит, что ваши слова не соответствуют действительности». Честер рассмеялся: «Ты не такой уж и глупый». Ребекка выглядела гордой. «Какое совпадение, я как раз приехал сегодня утром, чтобы обсудить вопрос о переезде». «Переезд?» — Ребекка слегка нахмурилась. — «Доктор Робинсон, вы переводитесь обратно в Нью-Йорк?» "Возможно." На лбу Ребекки появилась легкая грусть. «Почему, услышав эту новость, ты вдруг перестала улыбаться? Ты боишься, что, вернувшись в Нью-Йорк, я больше не буду заботиться о твоем здоровье?» Ребекка тут же покачала головой: «Нет, я всегда прекрасно знала о своем состоянии здоровья. Вероятно, так будет всю оставшуюся жизнь, и, кроме того, вы мне уже так сильно помогли… Мне очень жаль терять такого хорошего соседа, если в будущем у меня возникнут проблемы с опозданиями, мне больше некому будет помочь». Яркие глаза Честера несколько секунд пристально смотрели на Ребекку, не отвечая, пока он не перевел взгляд на ночной вид города вдалеке и не сделал глоток вина в одиночестве. Ребекка тоже посмотрела вдаль, чувствуя себя немного одинокой, учитывая, что ее единственными близкими друзьями в Т-Сити были Честер, менеджер Смит и Николетт Холмс. Честер внезапно нарушил молчание: «Ты будешь очень занят в эти два дня?» «Менеджер сказал, что завтра у меня будет выходной, чтобы справиться с последствиями смены часовых поясов и наконец-то оправиться от сожаления о том, что в прошлый раз у меня не было времени на покупки, а послезавтра я начну работать». «Я как раз обсуждаю переезд на эти два дня, кстати, это будет бесплатно. Помнишь, в прошлый раз, когда ты приезжал в Нью-Йорк, я сказал, что буду твоим гидом? Как насчет этого? Могу я помочь тебе завтра?» Ребекка виновато посмотрела на Честера: «Завтра, возможно, ничего не получится, у меня завтра дела». Честер поднял бровь, выразив сожаление, но великодушно сказав: «Ничего страшного, когда бы вы ни приехали в Нью-Йорк, не стесняйтесь меня найти». Ребекка смогла лишь неловко сказать: «Хорошо». Она вдруг осознала, что Честер всегда выполнял все её просьбы, а когда приглашал её, она всегда отказывалась. Но в этот момент это был не просто предлог для отказа, в глубине души она всё ещё чувствовала себя немного виноватой перед Честером. На следующий день. Миссис Джеффри спросила слугу в гостиной: «Мистер Джеффри ушел?» Слуга ответил: «Мистер Джеффри только что ушел». Миссис Джеффри удовлетворенно кивнула: «Бекка придет позже, приберись в комнате мистера Джеффри, я хочу, чтобы она осталась на ночь». "Хорошо." «О да, лучше всего, если не останется никаких следов, указывающих на то, что мистер Джеффри вернулся прошлой ночью». "Понял." Как только миссис Джеффри закончила давать указания служанке, другая служанка взволнованно подбежала к ней и радостно воскликнула: «Уважаемая госпожа, мисс Квентин прибыла!» Улыбка мгновенно расплылась по лицу миссис Джеффри: «К счастью, Говард ушел, поторопитесь и помогите ей с вещами». "Да." Миссис Джеффри направилась в прихожую виллы как раз вовремя, чтобы увидеть, как слуга забирает вещи, которые держала в руках Ребекка. Ребекка подняла глаза и увидела миссис Джеффри, которая приветствовала ее, слабо улыбаясь. Миссис Джеффри подошла к Ребекке и, взяв ее за руку, вошла в виллу. «Вы здесь тоже хорошо знакомы, просто относитесь к этому месту как к своему дому, не стесняйтесь». "Да." «Эндрю проснулся очень рано и заставил Говарда поиграть с ним. Теперь он устал от игры и спит». Говард… Улыбка на лице Ребекки внезапно стала слегка неестественной. Миссис Джеффри заметила, что рука Ребекки слегка дрожит, и сразу поняла, что сказала что-то не так, быстро поправившись: «Ой, посмотрите на мой рот, я имела в виду, что Эндрю всегда хотел Говарда… знаете, Говард в последнее время не возвращается, поэтому малыш тоже скучает по папе». Ребекка также поняла, что ей не следует так реагировать, и изменила свой настрой, сохраняя при этом легкую улыбку. "Раз уж Эндрю ещё спит, давай немного поболтаем!" "Хорошо." Ребекка сопровождала миссис Джеффри и села на диван в гостиной. Служанка поставила рядом с собой вещи, которые принесла Ребекка. Ребекка взяла что-то похожее на коробку с добавками и с улыбкой сказала: «Тетя, в прошлый раз, когда я слышала в городе Y, что ты жаловалась на боль в спине посреди ночи, мой начальник сказал мне, что эта марка травяных добавок довольно эффективна для лечения боли в спине, поэтому я принесла тебе несколько коробок на пробу». Миссис Джеффри с радостью взяла их: «Вы действительно постарались, привезя их из Т-Сити, как это мило с вашей стороны». «Ничего страшного, они не тяжёлые». «Вы так внимательны, у меня двое сыновей, но даже если бы они знали о моих болях в спине, им было бы все равно спросить». ---------- Главы 508-267: Охваченные ревностью 1 «Вы же не хотите, чтобы они волновались, правда?» Если бы она не провела две ночи у миссис Джеффри, она бы не узнала о повторяющихся болях в спине у миссис Джеффри. Миссис Джеффри вздохнула с улыбкой: «Да, всё началось, когда я родила Оверски… Говард так много работает, я не хочу, чтобы он обо мне беспокоился». «Тетя, вам нужно беречь себя». «Конечно, я не могу позволить своему здоровью ухудшиться, я все еще хочу выпить чаю со своей невесткой…» Ребекка Квентин безмятежно улыбнулась, мысленно рисуя эту прекрасную картину. Миссис Джеффри взяла Ребекку Квентин за руку и нежно погладила ее: «Вы так редко бываете в Нью-Йорке, не могли бы вы остаться на пару дней?» Ребекка Квентин с обеспокоенным выражением лица сказала: «Простите, тётя. Я бы с удовольствием провела больше времени с Эндрю, но я здесь в командировке со своим менеджером, и у меня есть время только сегодня…» На лице миссис Джеффри тут же отразилось разочарование: «Я надеялась, что вы останетесь здесь еще на несколько дней!» «В следующий раз, тётя, когда у меня будет меньше работы, я обязательно приеду снова». Миссис Джеффри вздохнула: «Тогда так и должно быть…» "Мм." На обочине дороги стоял черный Bentley. Свет, отражающийся от лобового стекла, подчеркивал красивое лицо мужчины внутри. Выражение лица мужчины было суровым, глаза, скрытые под солнцезащитными очками, глубокими и непостижимыми, но в то же время полными невыразимых подавленных эмоций. В его голове промелькнули образы, запечатлевшие мгновение назад… Такси проехало совсем рядом с его машиной, и он невольно увидел ее изысканное и нежное лицо… Она сидела в такси, ее прекрасный профиль был виден сквозь прозрачное окно. Она смотрела вниз, словно что-то искала в сумке, волосы были заправлены за ухо, а солнечные лучи отражались от изящных сережек, вставленных в мочки ушей. Они так внезапно разошлись, оставив его в глубоком дискомфорте. Ему действительно не следовало появляться перед ней, ведь сейчас ей становится легче от того, что она его не видит. Но порой его сердце не поддается рациональному контролю. Он был явно близок с ней, но, испытывая боль от разлуки, не мог этого вынести. Кулак с силой ударил по рулю… После подсчета мужчина завел двигатель, развернул машину и поехал обратно тем же путем. Машина быстро вернулась на виллу. Слуга с удивлением увидел его машину, но не осмелился проявить небрежность, поспешно открыл дверь: «Мистер Джеффри». Он быстро вышел из машины, бросил ключи в руку слуге и направился прямо к вилле. «Мистер… Джеффри». Слуга догнал его, склонив головы перед ним. Он остановился, холодно взглянув на слугу. Слуга, заикаясь, сказал: «Мисс Квентин уже здесь…» Вчера вечером слуга получил указания от старой миссис Джеффри, запрещающие ему оставаться в доме сегодня. До этой секунды его холодная и гордая фигура застыла на месте. Да, она здесь, и он не может пойти к ней… План реализуется успешно, их будущее зависит от его нынешней выносливости… Он хочет, чтобы в будущем она жила беззаботной жизнью, чтобы они могли неспешно прогуливаться по пляжу острова Фоум… Морщины постепенно разгладились, выражение его лица снова сменилось с железно-голубого на безразличное и отстраненное, он холодно спросил: «Где она?» Слуга почтительно ответил: «Маленький Эндрю только что проснулся, старушка миссис Джеффри и мисс Квентин отвели его поиграть в сад». "Сад?" Издалека перед его взором предстала картина: она играла с ребенком. Стоявший рядом слуга увидел его и быстро крикнул: «Джеффри…» Слова слуги, обращенные к «господу», были прерваны взмахом его руки. Слуга молча отступил. На солнечном свете ее прекрасное лицо озарилось лучезарной улыбкой, и в этот момент она тихо заговорила с Эндрю… Казалось, Эндрю уже очень близок к ней: на его молодом лице сияла мудрая и воспитанная улыбка. Сказав это, она поставила Эндрю на лужайку, затем присела на корточки неподалеку от ребенка и раскинула руки. Она учила ребенка уверенно ходить… Эндрю неуверенными шагами бросился ей в объятия, обрадованный, она подняла его на руки, они оба подпрыгнули и поцеловались. В этот момент он невольно заразился ее детским задором, его губы слегка изогнулись в улыбке. Ребекка Квентин почувствовала, что за ней кто-то наблюдает, она взглянула в том направлении, где это ощущалось, но ничего не увидела. Миссис Джеффри шла рядом с ней, с любовью вытирая пот со лба Эндрю: «Малыш сегодня очень счастлив, играл до тех пор, пока не вспотел». ---------- Главы 509-267: Охваченные ревностью (Часть 1) Ребекка Квентин продолжала смотреть в том направлении, погруженная в свои мысли. Здесь никого нет? "Бекка, Бекка..." Миссис Джеффри несколько раз позвонила ей, прежде чем та пришла в себя: "Хм?" «Пойдем посидим в тени, солнце слишком яркое, малыш, наверное, проголодался». "Хорошо." Миссис Джеффри велела слуге принести очень густую и питательную кашу и терпеливо накормила Эндрю. Ребекка Квентин держала Эндрю на руках, но ее мысли были где-то в другом месте. Она явно почувствовала этот знакомый взгляд раньше, и краем глаза ей показалось, что перед ней предстала гордая, прямая фигура... Но как он вообще мог здесь оказаться? Он сейчас во Франции и должен быть безмерно влюблен в свою девушку, как же он мог быть здесь и наблюдать за ней? Она совершенно бесполезна... Она уже сказала себе забыть, но все равно мельком видит его, и боль, которая так отчетливо возникает при мысли о нем, все еще подступает к ее груди. Она мысленно вздохнула, постоянно предупреждая себя, что это последний раз, когда она думает о нем. Вечер. Попрощавшись с миссис Джеффри, Ребекка Квентин неохотно села в машину, ожидавшую у дверей, поскольку миссис Джеффри настаивала, чтобы водитель отвез ее обратно в город. Как только Ребекка Квентин закрыла дверцу машины, из её глаз хлынули безудержные слёзы. Она не могла отпустить Эндрю; ей хотелось быть рядом с ним каждую минуту... Сегодня она несколько раз хотела предложить миссис Джеффри идею взять Эндрю с собой, но, увидев любящий взгляд миссис Джеффри и мирное и довольное удовольствие старшего внука от игры с ним, она не смогла заставить себя сказать об этом. На самом деле, если бы она сейчас предложила Говарду Джеффри, чтобы ребенок последовал за ней, он, вероятно, согласился бы... По словам миссис Джеффри, в это время он либо находится во Франции с Элис Робинсон, либо в Нью-Йорке, занимаясь делами компании; домой он не вернулся. Как отец, он может так долго не приезжать к своему ребёнку? Очевидно, он уже не так сильно заботится о нём, как раньше... Любить кого-то значит любить в нём всё; это совершенно обычная истина. Повлиял ли их эмоциональный разрыв на его любовь к Эндрю? Теперь, когда он и Элис Робинсон не поженились, если они поженятся и заведут детей, станет ли у него еще меньше времени дома? Последние полгода она не боролась за Эндрю, потому что испытывает сильное чувство вины... Изначально, независимо от состояния их отношений, ей следовало сосредоточиться прежде всего на ребенке в утробе. Если бы она смогла успокоиться, подумать и поставить ребенка на первое место, возможно, она бы не оказалась в нынешней ситуации и не потеряла бы этого ребенка... Но будет ли он по-прежнему так же дорожить Эндрю, как раньше? Стоит ли ей поговорить с ним об этом? Когда Ребекка Квентин вернулась в отель «Палас», Нью-Йорк уже погрузился в бурлящую ночную жизнь, освещенную звездами и неоновыми вывесками. Ребекка Квентин только вошла в отель, когда у нее зазвонил телефон в сумке. Она достала телефон и нажала кнопку ответа: «Здравствуйте, доктор Робинсон...» "Назад?" «Только что прибыл в отель». «Вы ведь ещё не ужинали, правда?» "Нет." «Я угощу тебя в ресторане на первом этаже отеля, приходи». "А?" Честер Робинсон уже повесил трубку. Сердце Ребекки Квентин было полно тревог; на самом деле, у нее совсем не было аппетита; она вернулась в отель лишь для того, чтобы спокойно обдумать вопросы, которые волновали ее в дороге, но она не могла отказать Честеру Робинсону в приглашении. После того, как Ребекка Квентин спросила официанта, она прибыла в ресторан. Честер Робинсон выбрал место у стеклянной стены; в этот момент он не казался таким серьезным, как обычно, когда работает врачом, держа в руке бокал красного вина и лениво облокотившись на диван. Ребекка Квентин улыбнулась и помахала Честеру Робинсону, а затем села напротив него. Взгляд Честера Робинсона упал на нее; выпив немного вина, он почувствовал очаровательное очарование в глубине своих глаз и спросил: «Не хотите ли выпить?» Ребекка Квентин покачала головой. «Мне завтра на работу». Честер Робинсон не настаивал, его взгляд оставался мягким, а голос — теплым и насыщенным: «Тогда давайте поедим». "Хорошо." «Я уже заказал ваш любимый стейк карри». Ребекка Квентин была слегка удивлена. Честер Робинсон спокойно посмотрел на нее и улыбнулся: «Удивительно, что я знаю, что вы любите стейк карри?» Ребекка Квентин честно кивнула. Честер Робинсон медленно произнес: «Я видел у вас дома книгу рецептов, и на одной из незакрытых страниц был рецепт приготовления стейка карри». Ребекка Квентин усмехнулась: «Неужели все врачи такие внимательные?» Честер Робинсон улыбнулся: «Возможно!» «Кстати…» — Ребекка Квентин огляделась, — «Почему я не видела менеджера Смита?» Менеджер Смит — его подруга, он же не стал бы просто так приглашать её на ужин, правда? Честер Робинсон, похоже, предвидел этот вопрос и небрежно ответил: «Она сказала, что вечером у нее запланированы личные дела». «Частные дела?» — Ребекка Квентин на мгновение задумалась, затем рассмеялась и больше ничего не сказала. Менеджер Смит, должно быть, пошел в бар; в прошлый раз в Нью-Йорке ночная жизнь менеджера Смита и так была довольно яркой. Официант принес блюдо, заказанное Честером Робинсоном. Поддавшись аппетитному аромату еды, Ребекка Квентин на мгновение забыла о своих заботах, ее живот заурчал, и она начала есть. Ребекка Квентин нарезала еще один кусок стейка и тут же поняла, что Честер Робинсон, похоже, ничего не заказывал; в этот момент ела только она. Ребекка Квентин невольно посмотрела на Честера Робинсона и неловко спросила: «Э-э, вы что, не едите?» «Я поел». «Тогда мне так плохо... Не жди меня, иди сначала в свой номер, я потом оплачу счёт». Честер Робинсон поднял бровь: «Вы уверены, что хотите заплатить сами?» «Э-э…» — Ребекка Квентин на секунду замялась, затем краем глаза заметила роскошную обстановку отеля и, смущенно опустив ресницы, добавила: «Тогда тебе лучше подождать меня!» Ой... Действительно, обед здесь — это не то, что может себе позволить человек с такой зарплатой, как у неё. Честер Робинсон с интересом смотрел на смущенное выражение лица Ребекки Квентин, держа в руке бокал с красным вином, и его улыбка становилась все шире. После ужина Честер Робинсон пошел расплачиваться, а Ребекка Квентин отправилась в туалет. На обратном пути Ребекка Квентин, опасаясь, что слишком долго заставила Честера Робинсона ждать, немного поспешила, но никак не ожидала столкнуться с официантом в ресторане. ---------- Главы 510–268: Охваченные ревностью 2 Официант пошатнулся, тарелка задела Ребекку Квентин, соус пролился на пол и испачкал ее одежду. К счастью, блюдо было холодным. Белая рубашка офисной работницы была испачкана пищевыми красителями, но Ребекка Квентин не обратила на это внимания и быстро сказала официанту: «Простите, простите…» Официант поклонился и сказал: «Всё в порядке». Ребекка Квентин извиняющимся взглядом посмотрела на неприглядное блюдо в руке официанта и сказала: «Позвольте мне за него заплатить!» Она знала, что такая ошибка обойдется официанту в часть зарплаты. В этот момент, оплатив счет, подошел Честер Робинсон и тихо спросил: «Что случилось?» Ребекка Квентин была очень раздражена и сказала: «Я случайно столкнулась с официантом, когда шла…» "Ты в порядке?" "Я в порядке." Честер Робинсон достал из кармана бумажник, вынул немного наличных и отдал их официанту. Приняв деньги, официант несколько раз поблагодарил его и затем ушел. «Простите, что заставил вас потратить деньги, я верну вам их позже». Взгляд Честера Робинсона упал на смущенное лицо Ребекки Квентин, и он тихо сказал: «Неужели нам нужно быть такими расчетливыми?» По какой-то причине, когда Честер Робинсон это сказал, атмосфера стала необъяснимо неловкой, и Ребекке Квентин пришлось поспешно сменить тему: «Спасибо за еду… Я вернусь в номер, чтобы постирать одежду». С этими словами она быстро вошла в лифт. Честер Робинсон с интересом наблюдал, как стройная фигура Ребекки Квентин поспешно вошла в лифт, на лице которого играла игривая улыбка. Официант почтительно подошел к Честеру Робинсону и сказал: «Сэр, это та сумка, которую молодая леди оставила ранее». Взгляд Честера Робинсона наконец отвелся, и он взял сумку Ребекки Квентин: «Спасибо». Честер Робинсон был там только для того, чтобы вернуть сумку Ребекке Квентин… Кто бы мог подумать, что, постучав и не получив ответа, он заметит, что дверь в комнату приоткрыта, и, войдя, не увидев её, инстинктивно направится в ванную, где и предстанет перед ним в таком виде… Она стояла к нему спиной, ее длинные волосы ниспадали на гладкую, красивую спину, и она натягивала чистую рубашку, в которую только что переоделась. Он увидел именно тот момент, когда она подняла рубашку. Ее гладкие, безупречные плечи, нежная, упругая кожа, манящая привлекательность, которая возникала, когда она поднимала белую рубашку… Всё это происходило у него перед глазами, отчего в глазах всё затуманилось. Переодевшись, Ребекка Квентин посмотрела в зеркало и заметила Честера Робинсона за дверью ванной, который поспешно поправлял ей рубашку. Она обернулась, испуганно воскликнув: «Ты…» Честер Робинсон посмотрел в широко раскрытые, ясные глаза Ребекки Квентин и спокойно произнес: «Вы забыли сумку. Я постучал, но вы не ответили, я увидел, что ваша дверь приоткрыта, так что… извините». Сказав это, Честер Робинсон обернулся. Ребекка Квентин, стоя спиной к Честеру Робинсону, застегнула рубашку на все пуговицы, затем повернулась обратно и застенчиво сказала: «Спасибо». Честер Робинсон не позволил неловкости затянуться, поставил сумку на пол и вышел из комнаты Ребекки Квентин. После ухода Честера Робинсона Ребекка Квентин заперла дверь и прислонилась к ней, на ее лице читалось сожаление. Это всё её вина, что она поспешила обратно раньше и забыла сумку… Вероятно, она не услышала стук, потому что находилась в ванной, далеко от двери, и не заметила, что не закрыла дверь как следует, войдя. Однако никаких проблем возникнуть не должно… Переодевание заняло всего секунду, к тому же она стояла спиной к доктору Робинсону, а доктор Робинсон — настоящий джентльмен. На следующий день. Ребекка Квентин и менеджер Смит отправились в штаб-квартиру компании "QCS" рано утром. Ребекка Квентин думала, что следующие дни будут насыщенными, но эта поездка в Нью-Йорк оказалась гораздо более расслабляющей, чем она предполагала. Утром она просто присутствовала на совещании директора Линн, терпеливо выслушивала ее планы на будущее «QCS» и помогала менеджеру Смиту записывать их… Работа не требовала особых размышлений, поэтому Ребекка Квентин чувствовала себя особенно комфортно, хотя ей потребовалось до полудня, чтобы внести все заметки в компьютер. Менеджер Смит был очень доволен эффективностью работы Ребекки Квентин и пригласил ее на обед за пределами компании в полдень. Во время обеда Ребекка Квентин между делом поинтересовалась объемом работы на вторую половину дня, но от менеджера Смита узнала, что у нее выходной, потому что у менеджера Смита были личные дела, и ей не нужно было ее присутствие. В результате у Ребекки Квентин появилось свободное время во второй половине дня… После обеда менеджер Смит ушла заниматься своими личными делами, оставив Ребекку Квентин покидать компанию по собственному желанию. ---------- Главы 511–268: Охваченные ревностью (Часть 2) На самом деле, между отпуском и работой она предпочла бы работу. Ей нравится, когда ее мысли заняты работой, так что у нее не остается времени думать о других вещах. Однако возможность отдохнуть сейчас — это неплохо, ведь она сможет снова повидаться с Эндрю. Как только Ребекка Квентин вышла из «QCS», она сразу же позвонила миссис Джеффри. Она уже ждала у обочины, готовая поймать такси до особняка Джонса. Но неожиданно, после того как миссис Джеффри ответила на звонок, она сообщила ей: Говард Джеффри вернулся домой. Затем Ребекка Квентин обменялась несколькими любезностями с миссис Джеффри и закончила разговор. Естественно, она никак не могла в тот же день после обеда посетить особняк Джонсов, чтобы повидаться с Эндрю. Убрав телефон обратно в сумку, Ребекка Квентин праздно стояла на улице, наблюдая за проходящими мимо иностранцами. В этот момент ее сердце немного успокоилось. Он наконец вернулся; это показывает, что он до сих пор помнит этот дом. Она не могла просто предположить, что ему всё равно на Эндрю, раз он не вернулся домой. В конце концов, он занят работой, и поскольку он переводит первый филиал во Францию, понятно, что в последнее время он будет проводить там больше времени. Она наконец вздохнула с облегчением… Ребекка Квентин остановила такси, намереваясь вернуться в отель, когда внезапно зазвонил ее телефон. Это был Честер Робинсон. Вчерашний инцидент был всего лишь незначительным эпизодом, уже забытым в сложном хаосе, царившем в голове Ребекки Квентин после прошедшей ночи. Она улыбнулась и нажала кнопку ответа: «Здравствуйте… Доктор Робинсон». «Я слышал от менеджера Смита, что у вас выходной во второй половине дня, верно?» «Да, я как раз собиралась вернуться в отель… Но если вы не против стать моим гидом и показать мне Нью-Йорк сегодня днем, я вас найду». «Сегодня днем ​​я не буду осматривать достопримечательности Нью-Йорка, но есть одно интересное место, куда я бы хотел вас сводить». «Интересное место?» Ребекка Квентин никак не ожидала, что так называемое «интересное место» Честера Робинсона окажется полем для гольфа. Ребекка Квентин последовала за смотрителем поля для гольфа к месту, где играли люди. Она увидела Честера Робинсона в белой повседневной одежде, уже размахивающего клюшкой. Ребекка Квентин, разумеется, понятия не имела, как играть в гольф, поэтому она молча стояла в стороне, ожидая Честера Робинсона. Затем несколько хвалебных возгласов сбоку привлекли внимание Ребекки Квентин к удару Честера Робинсона в лунку с первого раза. Напоминание сотрудника заставило Честера Робинсона взглянуть в сторону Ребекки Квентин, затем он передал клюшку сотруднику и направился к ней. Честер Робинсон мягко спросил: «Почему вы не сказали мне, что вы здесь?» «Я боялся помешать вашей игре». "Вы умеете играть?" Ребекка Квентин искренне покачала головой. Честер Робинсон усмехнулся: «Неудивительно, что вам это безразлично. Похоже, женщины предпочитают ходить по магазинам». Ребекка Квентин тихо пробормотала: «Гольф изначально был игрой для мужчин». «На самом деле, многие женщины тоже хорошо в неё играют. Удовольствие от игры можно понять, только если сам в неё поиграешь». «Но я ничего не знаю о гольфе». «Я тебя научу, давай». Ребекка Квентин все еще колебалась. Но Честер Робинсон тут же взял Ребекку Квентин за руку и направился на игровое поле. Еще до того, как они добрались до игровой площадки, Ребекка Квентин уже выдернула руку из хватки Честера Робинсона, чувствуя себя крайне неловко. Честер Робинсон, очевидно, ощущал намеренно поддерживаемую Ребеккой Квентин дистанцию, но его это не беспокоило. Добравшись до игровой площадки, Честер Робинсон передал клюшку Ребекке Квентин. Ребекка Квентин неловко произнесла: «Я не могу…» Честер Робинсон слегка улыбнулся: «Не волнуйтесь, побейте по мячу, пока я смотрю, а потом я посмотрю, как вас этому научить». Ребекка Квентин неохотно кивнула: «Хорошо… но на мне неподходящая одежда». Она была одета в стиле офисной леди: белая блузка и черная юбка. «Я попрошу сотрудника проводить вас переодеться». "Хорошо." Ребекка Квентин переоделась в розовый повседневный наряд, чувствуя себя гораздо более расслабленной и немного больше интересуясь гольфом. Честер Робинсон и представить себе не мог, что, просто сменив наряд, Ребекка Квентин почувствует себя совершенно иначе, чем обычно. В этот момент, под солнцем, ее простой конский хвост придавал ей необычайную молодость и энергию. Во время ее игры на качелях Честер Робинсон на мгновение отвлекся. Ребекка Квентин на самом деле не была совсем уж невежественна в гольфе. Она наблюдала за игрой своего отца, поэтому знала правила, но не знала техники. «Посмотрите на меня, я промахнулся очень сильно…» После еще одного замаха Ребекка Квентин смущенно сказала: «Хотя она помнила технику Честера Робинсона, точно повторяя хват и замах, как он учил, у нее не получилось сделать ни одной ошибки, и ее удары были совершенно неточными». «Ваша техника нуждается в большей точности». В раздражении Ребекки Квентин, кто-то позади нее уже положил руку ей на руку, помогая поправить положение пальцев и объясняя: «Помните, большой палец правой руки должен находиться немного левее центральной линии на рукоятке, образуя V-образную форму…» Мужественная харизма Честера Робинсона приблизилась к… Хотя он держался на почтительном расстоянии, когда он говорил, его теплое дыхание, казалось, легко касалось основания ее уха. Тело Ребекки Квентин слегка вздрогнуло, словно она напряглась. В этот момент с их стороны внезапно раздался чистый, но мелодичный женский голос. "Брат!" Этот неожиданный женский голос заставил Ребекку Квентин внезапно поднять голову. Честер Робинсон тоже отпустил руку, глядя на новоприбывшего. И Ребекка Квентин, и Честер Робинсон считали, что Элис Робинсон, одетая в белый повседневный наряд, шла к полю вместе с Говардом Джеффри, который также был одет в белую спортивную одежду. Ребекка Квентин, которая никак не ожидала встретить Говарда Джеффри при таких обстоятельствах, на секунду замерла. Элис Робинсон уже шла под руку с Говардом Джеффри, стоявшим перед ними. Элис Робинсон явно пришла посмотреть на игру в гольф. Ее натуральные каштановые кудрявые волосы были распущены, макияж был изысканным, а ее смешанная раса и очень светлая кожа придавали ей элегантный и очаровательный вид, с оттенком ленивой, соблазнительной манеры поведения невысокой женщины. Взгляд Говарда Джеффри открыто оценивал Ребекку Квентин. Он отчетливо заметил, как Честер Робинсон учил ее держать дубинку. Хотя Ребекка Квентин не смотрела на Говарда Джеффри, она чувствовала его взгляд на себе; глядя прямо перед собой, она могла видеть только его нынешнее поведение. Он был одет в белую спортивную одежду, руки в карманах, расслабленная осанка, подчеркнутая его фигура, что делало его очень эффектным и привлекательным. Честер Робинсон начал с ними разговаривать: «Вы вернулись в Нью-Йорк?» «Да, только что вернулась. Увидела, что погода хорошая, поэтому попросила Говарда Джеффри немного отдохнуть. Не ожидала встретить вас здесь». Настроение Элис Робинсон было таким же прекрасным, как сегодняшнее солнце, а ее поза под руку с Говардом Джеффри была особенно женственной. «` ---------- Главы 512–269: Охваченные ревностью 3 Взгляд Говарда Джеффри все еще был прикован к Ребекке Квентин, и из его тонких губ вырвался тихий голос: «Приехала в Нью-Йорк на отдых?» Ребекка Квентин не ответила. Говарду Джеффри, казалось, было все равно, ответит Ребекка Квентин или нет, его взгляд уже оторвался от нее, и он посмотрел на Честера Робинсона: «В прошлый раз во Франции, во время ужина с вашим отцом, он сказал, что вы давно не были во Франции… Доктор Робинсон, если у вас есть время, найдите время, чтобы съездить домой и навестить старика!» Слова Говарда Джеффри донеслись до ушей Ребекки Квентин, вызвав у нее сильное волнение. Как он смеет упоминать других, если сам так давно не появлялся? Честер Робинсон элегантно улыбнулся: «С моей сестрой и будущим зятем, которые заботятся о моем отце, мне не о чем беспокоиться». Элис Робинсон не собирается обращать внимания на Ребекку Квентин, и, мягко предложив сидевшему рядом Говарду Джеффри: «Может, пойдем поиграем в теннис?» "Конечно." После того как взгляд Говарда Джеффри переместился с Ребекки Квентин на другую сторону корта, он больше не смотрел на нее; он уже направлялся с Элис Робинсон играть в теннис. Сверху, над головой Ребекки Квентин, раздался теплый голос Честера: «Ты в порядке?» Ребекка Квентин пожала плечами и улыбнулась: «Это можно считать чудом избежать смерти от рук врага?» Затем Честер начал учить Ребекку Квентин играть в теннис. Крики поддержки с правой стороны были очень громкими, из-за чего Ребекка Квентин немного отвлеклась. Честер, заметив, что Ребекка Квентин отвлеклась, после нескольких упражнений предложил ей сделать перерыв. Ребекка Квентин кивнула. Они вдвоем сели на расположенные неподалеку шезлонги, чтобы отдохнуть, и официант принес им свежий фруктовый сок. Ребекка Квентин отпила глоток сока и лениво произнесла: «Похоже, я никогда не научусь, чем больше играю, тем хуже получается». Похоже, она попала в лунку всего один раз, и то случайно. Честер рассмеялся: «Кто-то мешает тебе сосредоточиться». Ребекка Квентин не выразила ни согласия, ни несогласия. Краем глаза она заметила высокую фигуру, грациозно играющую на правом фланге, рядом с которой, словно веер, склонилась Элис Робинсон. Честер добавил: «Ты правда думаешь, что он встречается с моей сестрой?» Ребекка Квентин с недоумением посмотрела на Честера: «Почему ты так говоришь?» Губы Честера изогнулись в лёгкой улыбке: «Он так много лет был с тобой связан, не так ли?» Ребекка Квентин медленно опустила ресницы: «К сожалению, всё закончилось трагедией». "У тебя всё ещё болит сердце?" Ребекка Квентин покачала головой: «Самые трудные времена позади… теперь все хорошо, у него своя жизнь, а у меня своя; все гораздо спокойнее, чем когда мы были вместе». Честер все еще улыбался: «Но, похоже, сейчас у него дела идут намного лучше, чем у тебя». Ребекка Квентин нахмурилась: «Неужели моя жизнь настолько плоха?» Честер поддразнил: «Тебе чего-то не хватает, потому что у тебя сейчас ничего нет, ты совсем один, в то время как он сияет в окружении красавиц». Ребекка Квентин стойко улыбнулась: «Почему я одна? У меня есть семья и друзья, я не одинока». Честер прямо сказал: «Я имел в виду возлюбленную». «В последнее время я об этом действительно не задумывался». "Почему? Потому что ты не можешь отпустить?" Ребекка Квентин серьезно посмотрела на Честера: «Как ты думаешь, при моем нынешнем положении, кто-нибудь заинтересуется мной?» Честер несколько секунд смотрел на Ребекку Квентин, его губы изогнулись в заинтересованной улыбке: «Разве ты не видишь, что ты мне интересна?» Слова Честера поразили Ребекку Квентин и немного смутили ее: «Доктор Робинсон, не шутите со мной, вы лучше всех осведомлены о состоянии моего здоровья». Честер притворился серьезным: «Ну и что, если у тебя проблемы со здоровьем?» Увидев серьезное выражение лица Честера и поняв, что он подшучивает, Ребекка Квентин расслабилась и поддразнила его в ответ: «Значит, ты не против?» Честер покачал головой. Ребекка Квентин усмехнулась: «Я же говорила… В вашей семье, по-видимому, только один наследник, вы не собираетесь брать на себя семейные дела, но расширение семьи — ваша задача, и я слышала, что вы упоминали, что любите детей!» Улыбка Честера стала шире: «Ты меня действительно раскусил». «Я просто реалистично смотрю на вещи». «Так что на самом деле вы не против новых отношений, вам просто мешает ваше здоровье». Ребекка Квентин честно ответила: «В последнее время я особо не задумывалась об отношениях, но жизнь длинная, кто может выдержать одиночество всю жизнь? Поэтому, конечно, я также надеюсь, что мое здоровье восстановится». «Можно сказать иначе? Если ваше здоровье улучшится, и я предложу вам сотрудничество, вы бы рассмотрели это предложение?» ---------- Главы 513–269: Охваченные ревностью (Часть 3) Зная, что её здоровье уже не восстановится, Ребекка Квентин в шутку сказала Честеру Робинсону: «Ну, если мне станет лучше, не забудь меня догнать…» Честер разразился громким смехом. Тема здоровья Ребекки Квентин изначально вызывала серьезные опасения, но благодаря ее непринужденности и подшучиваниям Честера разговор стал более легким, что оживило атмосферу. Они не знали, что их смех донесся до ушей двух человек справа. Поскольку все четверо были знакомы друг с другом, после игры в теннис они собрались, чтобы поприветствовать друг друга. Говард Джеффри ушел первым, потому что ему нужно было кое-что сделать, но Элис Робинсон не пошла с ним. Вместо этого она вцепилась в руку Честера и предложила: «Брат, я давно с тобой не ужинала, почему бы нам не поужинать вместе сегодня вечером?» Честер усмехнулся: «Он тебя бросил?» Алиса надула губы: «Нет, у него сегодня вечером встреча, и ему нужно было уйти… Я собиралась уйти с ним, но поскольку я так давно тебя не видела, я хотела пригласить тебя поужинать со мной». Честер потрепал Алису по волосам: «Хорошо… но нас будет трое». Элис неохотно потрясла Честера за руку: «Но я хочу поужинать наедине с тобой, только вдвоем!» «Алиса, я…» Не успел Честер договорить, как Алиса перебила его: «Брат, тебе уже на меня наплевать. Раньше ты соглашался на все, о чем я просила». Видя, что Честер оказался в затруднительном положении, Ребекка Квентин тактично заметила: «Доктор Робинсон, не рассчитывайте на меня, у меня сегодня вечером ужин с моим менеджером». Алиса быстро ответила: «Видишь, у неё уже есть планы, пошли!» Честер нахмурился: «Но сначала мне нужно отправить её домой». Алиса надула губы, по-прежнему выражая недовольство. Ребекка Квентин снова заговорила: «Доктор Робинсон, вам не нужно меня посылать, я могу сама взять такси до отеля, а вы идите поужинайте с мисс Робинсон!» Честер настаивал: «Нет, здесь трудно поймать такси». «Но я ужасно голоден, братишка…» Честер сердито посмотрел на Алису: «Ты теперь ведёшь себя неразумно?» Чтобы предотвратить дальнейшее нагнетание неловкости, Ребекка Квентин быстро сказала: «Всё в порядке, доктор Робинсон, я записала номер таксиста, когда пришла, так что я могу заказать поездку». Алиса сокрушалась: «Брат, она уже это сказала…» Выражение лица Честера стало более серьезным: «Надеюсь, ты сможешь изменить свое избалованное поведение, особенно теперь, когда ты с Говардом. Ни одному мужчине не нравятся женщины, которые затевают ссоры». Алиса недоверчиво расширила глаза: «Затевать ссоры? Только потому, что я хочу поужинать с тобой наедине, ты говоришь мне такие резкие вещи?» «Вы должны понимать, о чём я говорю!» Алиса растерянно покачала головой. Честер холодно ответил: «В связи с инцидентом с журналом тебе следует извиниться перед Беккой». Алиса тут же пришла в ярость: «Почему я должна перед ней извиняться?» Честер резко ответил: «Потому что ты злонамеренно навредил чьей-то репутации». В этот момент гневный взгляд Элис обратился к Ребекке Квентин: «Я тебя оклеветала? Если бы не ты, мы с Говардом уже давно бы поженились!» В ответ на вопросы Элис, взгляд Ребекки Квентин оставался спокойным, она ничего не ответила, так как не хотела спорить. Честер сердито сказал Алисе: «Довольно, правильно это или нет, каждый в глубине души знает… ты должна извиниться перед Беккой!» Алиса, казалось, не привыкла к столь строгим словам Честера; в ней зародилось чувство обиды, глаза тут же покраснели, на глаза навернулись слезы, и она сердито посмотрела на Честера. "Извиняться!" Услышав снова холодный голос Честера, Алиса сердито оттолкнула его и в ярости покинула площадку… Неожиданно ситуация так резко обострилась. Увидев, как Алиса убегает, Ребекка Квентин быстро сказала: «Идите за ней!» Честер стоял на своем: «Если ты совершил ошибку, ты, естественно, должен взять на себя ответственность». «Забудь об этом, всё уже в прошлом… просто пойди за ней, уже поздно, она может попасть в неприятности». Честер вздохнул, глядя в сторону, куда исчезла Алиса. Ребекка Квентин подтолкнула Честера локтем: «Давай… Я сама справлюсь». «Будь осторожен по дороге, позвони мне, когда доберешься до отеля». "Хорошо." Тем не менее, Честер побежал за Алисой. Покинув поле для гольфа, Ребекка Квентин теперь ждала у обочины дороги. Неожиданно, к тому времени, как она переоделась и вышла, уже стемнело, и настало время ужина, не говоря уже о такси, даже частных автомобилей было мало. На самом деле у Ребекки Квентин не было номера телефона ни одного таксиста, она просто хотела найти предлог, чтобы разрядить напряженность между братьями и сестрами Робинсон. Что ей следует предпринять сейчас? Действительно, найти здесь такси было непросто. С тревожным вздохом Ребекка Квентин уже собиралась достать телефон, чтобы проверить в интернете номера телефонов нью-йоркских такси, когда перед ней внезапно появился роскошный черный автомобиль. Знакомый логотип Bentley на ступице колеса заставил Ребекку Квентин, которая смотрела в свой телефон, резко поднять взгляд. Окно опустилось, открыв взору ожидаемый привлекательный силуэт. Взгляд Говарда Джеффри был устремлен на дорогу впереди, но его холодный голос был обращен к ней: «Садись». Ребекка Квентин подумала, что он обращается не к ней, поэтому не ответила. Внезапно точеное лицо Говарда повернулось к ней, губы выдавили из себя едва сдерживаемый гнев: «Разве ты не слышала, как я сказал: садись?» Ребекка Квентин спокойно посмотрела на Говарда и честно сказала: «Извините, я не знала, что вы обращаетесь ко мне». Красивое лицо Говарда дрогнуло от сдержанного гнева, и он повторил: «Садитесь!» На этот раз его тон был явно властным. Ребекка Квентин слегка нахмурилась, с недоумением глядя на него. Говард уже открыл дверцу машины, вышел и тут же затащил ее внутрь. "Привет…" Прежде чем Ребекка Квентин успела отреагировать, ее уже затолкали в машину, и от силы его действий у нее болело запястье. Говард сам пристегнул ремень безопасности, затем завел двигатель и быстро тронулся с места. В машине Ребекка Квентин потирала ноющую руку, недовольно нахмурившись: «Что ты делаешь?» Говард не ответил. Ребекка обернулась и с недоумением посмотрела на отстраненный профиль Говарда. Что с ним случилось? Разве Элис не говорила, что у него помолвка? ---------- Главы 514–270: Ты... Ты лжешь! Ребекка Квентин сказала: «Высадите меня на обочине дороги, я пытаюсь вернуться в отель». Говард Джеффри по-прежнему не отвечал. Ребекка Квентин посмотрела на него, в ее голове царило замешательство, и она почувствовала, как из-за него в машине стало холодно. «Говард Джеффри!» Ответа нет. "Выпустите меня из машины!!" Ответа по-прежнему нет. Ребекка Квентин наконец не выдержала и сердито выпалила: «Ты внезапно затащил меня в машину, ничего не сказав. Ты что, пытаешься заставить меня позвонить в 911?» Казалось, Говард Джеффри не услышал ни слова от Ребекки Квентин и остался равнодушным. Ребекка Квентин тут же достала телефон из сумки, но в этот момент ее дезориентировал резкий поворот машины, и телефон упал под сиденье. Ребекка Квентин, держась за сиденье, удержалась на ногах, понимая, что скорость автомобиля пугающе высока и он явно удаляется от Нью-Йорка. Испуганная Ребекка Квентин крепко схватила ручку на потолке машины и испуганно воскликнула: «Куда вы меня везёте?» Небо полностью потемнело, огни по обеим сторонам дороги исчезли, словно тени… После того как Ребекка Квентин, испугавшись скорости, не смогла остановить Говарда Джеффри, машина наконец резко остановилась с резким визгом тормозов. Сердце Ребекки Квентин, которое до этого бешено колотилось от страха, наконец успокоилось. Говард Джеффри вышел из машины с холодной надменностью. Ребекка Квентин не успела оглядеться, как Говард Джеффри уже открыл дверцу машины. «Выходи», — раздался его ледяной голос. Лишь когда Ребекка Квентин повернула, чтобы сойти с машины, она поняла, что они находятся на прибрежной дороге. Она едва коснулась земли ногами, как он уже схватил ее за руку. Ребекка Квентин инстинктивно хотела вырваться, но прибрежная дорога была настолько темной и без освещения, что ей пришлось следовать за ним. Более того, он так крепко держал ее за руку, что она не могла вырваться. Говард Джеффри проводил Ребекку Квентин до самого пляжа, расположенного ниже дороги… Лишь когда они добрались до пляжа, тревожное сердце Ребекки Квентин немного успокоилось, потому что, хотя у моря и не было огней, далекий маяк излучал свет, позволяя ей ясно видеть окрестности. Добравшись до пляжа, Говард Джеффри внезапно отпустил руку Ребекки Квентин и холодно посмотрел на нее. Ребекка Квентин все еще потирала руку, которая болела от его крепкой хватки, не замечая его пугающего взгляда. Когда Ребекка Квентин наконец подняла глаза на Говарда Джеффри, его холодный взгляд был прикован к ней добрых десять секунд. Даже в полумраке Ребекка Квентин смогла разглядеть леденящую душу тьму в глазах Говарда Джеффри. Под покровом ночи его иссиня-черные глаза были глубокими и непостижимыми, еще более пугающими. Ребекка Квентин инстинктивно отступила на шаг назад, почувствовав опасность всем своим телом: "Ты…" "Мойте руки." "Хм?" Ребекка Квентин поначалу плохо слышала. Говард Джеффри снова приказал: «К морю, мойте руки!» Мойте руки? Запутанно!! Ребекка Квентин, очевидно, не подчинилась. Говард Джеффри редко произносил больше слов: «Иди сам, или я тебя потащу». Ребекка Квентин рассмеялась: «Ты привела меня сюда только для того, чтобы я помыла руки у моря?» Говард Джеффри, казалось, не был заинтересован в объяснениях и снова схватил Ребекку Квентин за руку. "Ах…" Боль в запястье заставила Ребекку Квентин последовать за ним. В том месте на пляже, где они могли дотянуться до воды, Говард Джеффри внезапно потянул Ребекку Квентин вниз. Ребекка Квентин была одета в платье, и внезапно, без предупреждения, она присела на корточки, обнажив себя во всей красе. Ребекка Квентин не могла догадаться, что задумал Говард Джеффри, потому что, оказавшись в таком положении, она тут же вырвалась из его руки и прикрыла платье. Однако, как только Ребекка Квентин освободила руку, Говард Джеффри снова отдернул ее. Ребекка Квентин, смущенная и рассерженная, даже почувствовала, что Говард Джеффри к ней пристает, но в следующее мгновение ее кончики пальцев коснулись холодной морской воды. Тело Ребекки Квентин мгновенно содрогнулось. Она никак не ожидала, что Говард Джеффри, присев на корточки, возьмет ее за руку и воспользуется морской водой, чтобы… вымыть ей руки. Если быть точным, он всерьез помогал ей мыть руки. Сначала левая рука, потом правая… Он не просто мыл тыльную сторону ее рук, а аккуратно раздвигал ладони, тщательно промывая каждый тонкий палец. "Ты…" Ребекка Квентин была полна гнева и бесчисленных сомнений, но в тот миг его большая рука, сжимавшая её руку и тщательно омывшая её ладонь, заставила её внезапно проглотить слова. В слабом свете она подняла глаза и увидела его красивый профиль с мягкими линиями… ---------- Главы 515-270: Ты... Ты лжешь! (Часть 2) В отличие от прежнего, аура, исходящая от его тела, в одно мгновение утратила свою прежнюю холодную резкость. Его взгляд, устремленный на ее руку, был глубоким и полным нежности, хотя сила, с которой он помогал ей мыть руки, отнюдь не была нежной. "Больно ли мыться?" Говард Джеффри внезапно заговорил, но его тон был теплым и мягким. Ребекка Квентин тупо кивнула: «Да». Услышав ответ Ребекки, Говард, казалось, остался доволен и поднял её. Поднимаясь, Ребекка споткнулась и чуть не упала, но, к счастью, ухватилась за Говарда. Когда Ребекка наконец встала на ноги, она отдернула руку и поняла, что она не только покраснела, но и слегка опухла, а тыльная сторона ладони ощущала жгучую боль. Боль в тыльной стороне ладони заставила Ребекку недовольно проворчать: «Ты что, с ума сошла?..» Говард пристально посмотрел на Ребекку, а затем внезапно обнял ее и прижал к себе, обхватив за голову. Ребекка пыталась понять ситуацию, ее взгляд бесцельно встречался с его острым и коварным черным взглядом. Она почувствовала, как в глубине его глаз закипает необъяснимая злость, и прежде чем она успела понять причину, его ледяные губы безжалостно прижались к ее губам. У Ребекки не было времени вырваться или оказать сопротивление, и все ее тело уже было окутано его жаром и мужественностью. Хаотичное состояние её сознания заставило Ребекку на мгновение остановиться, но затем последовало её ясное и яростное сопротивление… Его тело было сковано ею, и Ребекка изо всех сил пыталась оттолкнуть его… Однако присущее мужчинам и женщинам неравенство в силе делало все попытки Ребекки преодолеть трудности бессмысленными. Поцелуй Говарда становился все более страстным, он целовал ее губы до боли, и все, что она чувствовала, — это обжигающее дыхание, ощущая его сильное желание обладать ею и его дикую потребность… В интимных отношениях она всегда была в невыгодном положении по отношению к нему, но в этот момент, когда ей следовало бы ослабеть, она вместо этого собрала невероятную силу и яростно оттолкнула его… Говард, похоже, не ожидал, что она оттолкнет его; его черные глаза сузились, в них читалась злость, но в то же время подавленность; выдох был полон желания. Ребекка внезапно отступила на несколько шагов, после неожиданного поцелуя ее дыхание участилось и стало прерывистым, грудь тяжело вздымалась, она настороженно смотрела на его подавленное суровое лицо, задыхаясь, выпалила: «Что с тобой случилось?» Лишь когда до его ушей донесся ее слегка обиженный голос, к нему постепенно вернулся почти утраченный с полудня рассудок. Однако после поцелуя каждая клеточка его тела кричала о том, чтобы он вырвался из-под контроля и сдержанности, чтобы наконец-то полюбить ее по-настоящему… Тем не менее, в конечном счете, он был человеком, способным контролировать свои эмоции со спокойствием и самообладанием. После недолгой паузы он холодно ответил: «Я больше не позволю Честеру прикасаться к тебе!» На ее лице все еще читались смущение и покраснение от его насильственного поцелуя, к счастью, слабый свет на пляже не выдавал ее растрепанного состояния. Она подавила прерывистое дыхание после поцелуя и изо всех сил старалась говорить нормальным тоном: «Ты просто смешной!» Говард внезапно сделал широкий шаг вперед, снова притянув ее к себе, его коварные черные глаза даже в ночи излучали гневный свет, и он холодно выплюнул: «При таком тесном физическом контакте разве ты не чувствуешь, что он испытывает к тебе чувства?» Ребекка сердито вырвалась из рук Говарда и раздраженно спросила: "Какие чувства ты ко мне испытываешь?" Лицо Говарда стало тяжелее свинца. Вглядываясь в холодное и напряженное лицо Говарда в тусклом свете, Ребекка мгновенно почувствовала тревогу, и ее мысли начали возвращаться к тому, что он сказал. Интимный физический контакт? Подождите минутку… В глазах Ребекки внезапно прояснилось недоумение: неужели он имел в виду, что Честер учил её играть в мяч? Говард, как всегда, разглядел ее мысли и ответил на ее догадку холодным и твердым взглядом. Ребекка отмахнулась: «Ты смешная, он просто учил меня играть в мяч, где же тот „интимный физический контакт“, о котором ты говорила?!» Хотя сама она к этому не привыкла, теперь, когда она об этом подумала, это было пустяком. Говард был явно недоволен ответом Ребекки, его лицо стало еще холоднее и угрожающее, словно он застыл, как в покере. Ребекка робко посмотрела в его глубокие, но опасно выразительные черные глаза и вызывающе продолжила: «Говард, я должна напомнить тебе, что между нами больше ничего нет. То, что ты сделал со мной раньше, является „сексуальным домогательством“. Я могу спокойно отнестись к тому, что ты только что сделал, и подать на тебя в суд… так что, пожалуйста, прояви хоть немного самоуважения, особенно учитывая, что у тебя уже есть девушка!» Она призналась, что, хотя и желала ему всего наилучшего и начала новой жизни, все еще затаила на него обиду. Да, она была разочарована… Разочарована тем, что он в итоге отказался от их отношений, разочарована его нежной привязанностью к Элис Робинсон, и еще больше разочарована его нынешним поведением… Праведные слова Ребекки вызвали насмешливую гримасу на губах Говарда: «Сексуальное домогательство?» По какой-то причине, когда он повторил эти три слова, она потеряла ту твердую позу, которая была у нее только что, ее лицо невольно покраснело, и она смущенно опустила голову: «Вы же не хотите, чтобы я подала на вас в суд за это, правда?» Говард посмотрел на Ребекку в ее нынешнем виде: сердитую, но при этом смущенно покрасневшую, по-настоящему очаровательную. Накопившаяся в его сердце злость мгновенно утихла, и он не смог удержаться от того, чтобы поддразнить ее. "Вы бы действительно подали в суд?" Ребекка нахмурилась, ее лицо еще больше покраснело от смущения: «Эй… Я сейчас не в настроении это обсуждать, быстро уведи меня отсюда!» Это место было незнакомым, и такси не могли здесь проехать. Она могла только надеяться, что он уедет. Темно-черные глаза Говарда хитро сузились, а тонкие губы слегка разжались: «Я могу увести тебя отсюда, если ты слышала, что я только что сказал». На самом деле он не мог злиться на нее, пока она вела себя хорошо. Ребекка, уже и так озадаченная поведением Говарда, подозрительно спросила: «Что вы сказали?» Лицо Говарда, которое только что немного успокоилось, снова стало суровым и холодным из-за ее нынешнего безразличного отношения. Ребекка снова почувствовала холод, исходящий от тела Говарда, и невольно отступила на шаг назад, внезапно вспомнив его первые слова, которые звучали как предупреждение. Ребекка нахмурилась и сердито выпалила: «Говард, несмотря на то, что мы с доктором Робинсоном просто друзья, между нами царит лишь дружеская атмосфера. Даже если есть тот интимный контакт, о котором ты говоришь, ну и что? На каком основании ты злишься и на каком основании ты меня предупреждаешь?» Он забыл о её упрямстве, уступив мягкости, а не силе… ---------- Главы 516-271: Чёртов извращенец! Но её слова его очень разозлили, особенно потому, что он вспомнил, как она совершенно не сопротивлялась, когда Честер Робинсон её трогал, и более того, позже они смеялись и разговаривали. Сердце Говарда Джеффри наполнилось крайней ревностью, и он холодно выпалил: «Я сказал нет, это нет!» Ребекка Квентин инстинктивно выругалась: «Вы просто ведёте себя неразумно!» Говард Джеффри усмехнулся: «Ну правда? Тогда я веду себя неразумно!» Черт возьми, эту девчонку, когда все это закончится, он должен будет проучить ее! Ребекка Квентин никак не ожидала, что Говард Джеффри окажется таким грубым и неразумным человеком. Она была в ярости, но ничего не могла поделать и иррационально сказала: «Хорошо, вы меня обратно не примете, я сама пойду!» Она предпочла бы идти пешком, чем столкнуться с его непонятным поведением здесь. Но кто бы мог подумать, Ребекка Квентин едва сделала несколько шагов, как услышала, как он шагает позади нее… Ребекка Квентин инстинктивно рванулась вперед, но ее туфли на высоких каблуках увязли в песке, из-за чего она выглядела неуклюжей. Говард Джеффри медленно подошел к ней, словно предвидя, что ей не удастся сбежать. Однако в этот момент Ребекка Квентин сняла туфли на высоком каблуке и взяла их в руку… Эта сцена, очевидно, стала неожиданностью для Говарда Джеффри. Человек, еще секунду назад сохранявший спокойствие, не смог оставаться спокойным, увидев, как Ребекка Квентин снимает туфли. "Блин!" Выругавшись, он бросился хватать маленькую девочку, которая тут же исчезла в ночи. "Ах!" Обхваченная за талию, Ребекка Квентин в ярости ударила каблуком по руке, обхватившей ее за талию. Никто и подумать не мог, что Ребекка Квентин окажется такой агрессивной. Он поранил руку, и она неосторожно взмахнула каблуком, несколько раз чуть не задев его нижнюю часть тела… Если бы этот высокий каблук действительно ударил, физические повреждения могли бы быть… непоправимыми! Но Ребекке Квентин было все равно, и в неосторожный момент… «Уф». Из уст мужчины вырвался приглушенный стон. Говард Джеффри внезапно отпустил Ребекку Квентин. Ребекка Квентин услышала страдальный голос мужчины позади себя и, подумав, что наконец-то переломила ситуацию в свою пользу, тут же бросилась бежать. Но… Пробежав несколько шагов, Ребекка Квентин вдруг поняла, что позади нее нет ни звука. Ей, конечно, не хотелось, чтобы Говард Джеффри догнал её, но она никогда не думала, что он сдастся. Как могло вдруг за её спиной воцариться полное молчание? Внезапно вспомнив его приглушенный стон, Ребекка Квентин поняла, что только что отчаянно размахивала перед ним каблуками своей туфли… Каблук очень тонкий и высокий, и в сложившейся критической ситуации она использовала его как «оружие», неужели она действительно могла причинить ему вред? Ребекка Квентин, немного поколебавшись, наконец повернулась. В не очень четком освещении она увидела его в тот момент, прислонившегося к кузову автомобиля, в позе, похожей на потерю. Вспомнив о силе, которую она только что применила, сердце Ребекки Квентин внезапно замерло от паники. Медленно, шаркая ногами, она направилась к нему… Смущенный ее видом, но не двигавшийся с места, Ребекка Квентин подошла достаточно близко, чтобы держаться на расстоянии, и слабо спросила: «Ты в порядке?» Говард Джеффри не ответил, на его лице читалась сдержанность. В данный момент Ребекка Квентин не могла разглядеть выражение лица Говарда Джеффри, поэтому она сделала несколько шагов ближе и на этот раз увидела капельки пота на его лбу и легкую кривизну на его красивом лице. Она действительно причинила ему боль? Обеспокоенная этим, Ребекка Квентин еще больше сблизилась с Говардом Джеффри. И действительно, даже при плохом освещении она могла разглядеть несколько заметных следов от каблуков на руке, которой он приподнял рубашку… Они выглядели довольно шокирующе! В сердце Ребекки Квентин зародилось чувство вины, и она ласково спросила: «Ты… в порядке?» Говард Джеффри не ответил, его лицо было холодным. Ребекка Квентин еще раз взглянула на руку Говарда Джеффри, покрытую шрамами, и прошептала: «Кожа не повреждена, ты должен это вытерпеть…» Взгляд Говарда Джеффри внезапно скользнул по Ребекке Квентин. Ребекку Квентин встревожил леденящий взгляд Говарда Джеффри, но она не посмела себя осудить и сказала: «Это ты первым поднял на меня руку…» Говард Джеффри продолжал холодно смотреть на Ребекку Квентин. Ребекка Квентин почувствовала, как холод окутывает все ее тело, испугалась его «мести», и, прежде чем что-либо предпринять, сказала: «Эй, взрослый мужчина, ты не можешь вынести эту боль, но смотришь на меня смертоносными глазами, как будто это моя вина… Ты сам навлек это на себя». После этих слов Ребекка Квентин сердито повернулась и ушла. ---------- Глава 517 - 271: Чёрт возьми, извращенец! (2) Она призналась, что теперь увидела ужасающий свет в его глазах, поэтому приняла вытянутую руку, намереваясь сбежать, но… Прежде чем она успела сделать шаг, ее схватили и прижали к машине. "Ах!" Ее тело внезапно ударилось о холодный металл, причинив ей боль, и Ребекка Квентин закричала. В темноте опасный, острый взгляд Говарда Джеффри был прикован к испуганному лицу Ребекки Квентин. Ребекка Квентин чувствовала себя маленьким белым кроликом, пойманным охотником, который только и ждет, чтобы его съели… "Ты… ты лжешь!!" Его руки прижали ее к машине с такой силой, что казалось, будто она получила травму, и Ребекка Квентин не могла не пожаловаться. Говард Джеффри небрежно снял туфлю на высоком каблуке, зацепившуюся за пальцы Ребекки Квентин, и отбросил ее в сторону. Его темные глаза сияли, когда он пристально разглядывал ее. Увидев в глазах Говарда Джеффри искорку игривости, Ребекка Квентин наконец поняла, что ее обманули… "Сволочь!" Ребекка Квентин не смогла сдержать ругательств. Он так ждал, когда она попадёт в его ловушку! Говард Джеффри сердито смотрел на надутые щеки Ребекки Квентин, не говоря ни слова. «Дорогая, ты понимаешь, что чуть не разрушила наше счастье на всю оставшуюся жизнь?..» Ребекка Квентин понятия не имела, что в какой-то части его тела всё ещё сохраняется боль. Если бы не реакция, которую она вызвала, у них, возможно, вообще не было бы будущего… Ребекка Квентин почувствовала себя неловко под пристальным взглядом Говарда Джеффри, сердито подняла глаза и была готова выругаться. Однако… Как раз перед тем, как она собиралась выругаться, до нее донесся его низкий, хриплый голос: «Не говори». Ребекка Квентин замерла и, по сути, ничего не сказала. Дыхание Говарда Джеффри, говорившего с Ребеккой Квентин, обдало её лицо, и в сочетании с их близостью между ними, казалось, возникло необъяснимое тепло. Ребекка Квентин мгновенно пришла в себя, но ее тело было прижато к машине, и она не могла пошевелиться. В этот момент Говард Джеффри обхватил лицо Ребекки Квентин ладонями и пристально посмотрел ей в глаза. В свете маяка, заливающем пространство вокруг, Ребекка Квентин мельком увидела едва уловимый проблеск нежности в глазах Говарда Джеффри… Нет… Как такое могло случиться… Ребекка Квентин была в оцепенении, но увидела, как Говард Джеффри опустил голову. Увидев его красивое лицо, приближающееся к ней, Ребекка Квентин, погружённая в сумбурные мысли, могла лишь закрыть глаза и отвернуться. Увидев, как Ребекка Квентин отвернула лицо, Говард Джеффри не возражал и наклонился, чтобы поцеловать её в этот уголок. Но когда теплые тонкие губы Говарда Джеффри коснулись губ Ребекки Квентин, она отреагировала, словно ее ударило током, повернув голову в другую сторону, разумеется, ее руки уже лежали на его груди, а тело дрожало от напряжения. В конце концов, терпение Говарда Джеффри иссякло; он протянул руку, повернул голову Ребекки Квентин прямо и с тоской поцеловал ее в губы. На этот раз поцелуй отличался от предыдущего… Он лишь нежно покусывал ее, только губы, не вторгаясь вглубь агрессивно. Ребекка Квентин изо всех сил пыталась сопротивляться, но это было бесполезно, и в итоге она закричала: «Эй… отпусти… ммм…» Ребекка Квентин не осознавала, что, как только она открыла рот, чтобы возразить, кто-то уже воспользовался этим, ухватившись за возможность… Его умелый язык исследовал ее рот, пробуя на вкус влажную и скользкую внутреннюю часть. Ребекка Квентин была беспомощно окутана им, не в силах сопротивляться, не в силах вырваться, все ее тело дрожало от напряжения, мягкая грудь быстро поднималась и опускалась. В следующее мгновение с её губ сорвался голос Говарда Джеффри. Ребекка Квентин медленно открыла плотно закрытые глаза, встретившись с его сосредоточенным и глубоким взглядом. "Ты…" Но Говард Джеффри уже протянул руку, чтобы расстегнуть ее белую рубашку на груди. Он не мог себя контролировать; он хотел её! Поняв намерения Говарда Джеффри, Ребекка Квентин крепко схватила себя за воротник рубашки и сердито закричала: «Говард Джеффри!!» Полностью охваченный желанием, Говард Джеффри не смирился с ее сопротивлением и убрал ее руки… Конечно, Ребекка Квентин изо всех сил пыталась сопротивляться, но его поцелуй заставил ее замолчать, она не могла произнести ни слова сопротивления, не могла также помешать ему расстегнуть ее рубашку. Вскоре его рука уже ласкала её грудь… "Говард… Джеффри…" Ребекке Квентин удалось выдавить из себя что-то, но она снова и снова оказывалась во власти его все более страстных поцелуев. Целуя её, он уже глубоко уткнулся в её грудь… Ребекка Квентин наконец-то смогла позвать его, но вокруг никого не было, и ее крики лишь охрипли, оставив ей лишь возможность проклинать его, пока он продолжал… Тем временем. В уединенном месте за пределами поля для гольфа у обочины дороги стоял белый автомобиль. Честер Робинсон стоял, скрестив руки на груди, прислонившись к машине, и рассеянно наблюдал за женщиной перед ним, разъяренный до истерики. Элис Робинсон указала на него пальцем: «Ты зашел слишком далеко, обвиняя меня перед Ребеккой Квентин. Что ты имеешь в виду?» «Мне следовало бы спросить вас, что вы имеете в виду». "Что ты имеешь в виду?" Честер Робинсон прищурился: «У тебя и с Говардом Джеффри всё хорошо, зачем тогда связываться с Ребеккой Квентин и мной?» Элис Робинсон недоверчиво посмотрела на Честера Робинсона: «Между тобой и Ребеккой Квентин? Ты хочешь сказать, что теперь у вас с ней неясно?» Честер Робинсон слегка нахмурил брови: «Следите за своими словами. Что вы имеете в виду под неясностью, когда одинокие мужчины и женщины открыто находятся вместе?» Элис Робинсон бросилась к Честеру Робинсону, яростно колотя его кулаками и рыдая, сказала: «Ты все-таки интересуешься Ребеккой Квентин… Ублюдок, когда мне было шестнадцать, ты говорил, что будешь хорошо ко мне относиться при жизни, а теперь ты переключился на кого-то, кого я ненавижу больше всего… ты ужасен, ужасен!!» Честер Робинсон резко схватил изливавшие душу руки Элис Робинсон, пристально посмотрел на нее и холодно сказал: «Мисс Робинсон, не кажется ли вам, что вы слишком эгоистичны? Вы постоянно добиваетесь моей любви, но раз за разом попадаете в объятия других мужчин. Когда вы когда-либо ценили мои чувства к вам?» Услышав обвинение Честера Робинсона, Элис Робинсон замерла, на мгновение потеряв дар речи. «Я до сих пор отчетливо помню, как ты в прошлый раз приходила на виллу и говорила, что больше не хочешь, чтобы я тебя беспокоила, что собираешься выйти замуж за Говарда Джеффри… а теперь, видя меня с Ребеккой Квентин, ты вдруг пришла меня искать, насколько же у тебя темное и извращенное сердце?» «Я…» Слова Честера Робинсона лишили Элис дара речи. ---------- Глава 518-272: Чёрт возьми! Честер резко отпустил руку Алисы и холодно сказал: «Алиса, нельзя быть такой эгоисткой. Ты выбрала Говарда, а не меня, так что не жди, что я буду предан тебе, как прежде». Элис вдруг подняла взгляд на безразличное лицо Честера, с трудом сдержала эмоции и сказала: «Мне нравится Говард, ты всегда это знал…» С тех пор как она впервые встретила Говарда в шестнадцать лет, она всей душой любила его и нисколько не изменилась. Лицо Честера исказилось от злобы: «Но не забывай, ты принадлежал мне от начала до конца!!» Алиса с обидой заявила: «Ты меня обманул…» Честер усмехнулся: «В современном обществе неужели найдется шестнадцатилетняя девушка, которая не понимает, что происходит между мужчинами и женщинами? К тому же, ты могла уйти той ночью; я тебя не заставлял». Элис с горечью произнесла: «Мне всё равно, верите вы этому или нет, в то время я действительно ничего не знала. Я просто знала, что вы хорошо ко мне относитесь…» — А что насчет того, что будет потом? — Честер поднял бровь. — Не говори мне, что каждый раз, когда мы спали вместе, ты был невежественен. Алиса глубоко вздохнула и кивнула: «Признаюсь, каждый раз, когда я чувствовала себя беспомощной и потерянной, я мечтала, чтобы ты был рядом со мной…» Честер громко рассмеялся: «Ты думаешь обо мне только тогда, когда тебе нужна помощь. Алиса, какую роль я на самом деле играю в твоем сердце? Старшего брата, возлюбленного, слугу или, может быть, никого?» Элис поспешила к Честеру, энергично качая головой: «Нет, дело не в этом… Я очень хочу, чтобы мы снова стали братом и сестрой, чтобы ты заботился обо мне, как старший брат. Просто… я просто не хочу, чтобы ты совсем перестал меня игнорировать и начал хорошо относиться к другим женщинам». Честер посмотрел в печальные глаза Алисы, тихо вздохнул, положил руки ей на слегка дрожащие плечи и мягко сказал: «Если ты выберешь Говарда, то нам с тобой суждено быть только братом и сестрой в этой жизни, а я… не могу всю жизнь заботиться только о тебе; у меня есть еще один человек, о котором я должен заботиться». Элис бросилась в объятия Честера, крепко прижала его к себе: «Брат, на самом деле в тот день я сказала эти гневные слова, потому что увидела видео, где ты с Ребеккой Квентин. Я никогда не хотела тебе угрожать…» Честер остался непреклонен. Элис жалобно посмотрела на Честера и взмолилась: «Пожалуйста, не игнорируй меня…» Честер наконец опустил взгляд, чтобы посмотреть на Алису, и его голос слегка смягчился: «Когда я вообще тебя игнорировал?» Услышав это, Алиса не смогла сдержать слез. Честер протянул руку, чтобы обнять Алису, его взгляд был устремлен прямо перед собой, но губы его нежно произнесли: «В будущем не говори мне таких сердитых слов…» Элис посмотрела на Честера широко раскрытыми, умоляющими глазами: «Если я буду с Говардом, ты будешь защищать меня так же, как и раньше?» На самом деле, в тот раз она обманом заставила миссис Джеффри накачать её наркотиками, чтобы она могла быть с Говардом, но чуть не подверглась изнасилованию из-за плана Говарда. Если бы Честер не приехал вовремя, это был бы для неё ужасный день. Лицо Честера помрачнело, что указывало на его неспособность понять: «Ты знаешь, каким бессердечным он был по отношению к тебе, и всё же ты всё ещё питаешь к нему такую ​​непоколебимую любовь?» Элис быстро ответила: «Это было в прошлом… раньше он думал только о Ребекке Квентин, поэтому никогда не обращал на меня внимания. Но после того, как Ребекка его разочаровала, у него к ней нет чувств, и он даже сказал в присутствии Ребекки, что теперь я — женщина, которая ему дороже всего». В этот момент губы Честера изогнулись в улыбке. Алиса слабо спросила: «Почему ты улыбаешься?» Честер нежно потрепал Алису по волосам, улыбнулся и покачал головой: «Ничего страшного… Твое счастье — мое величайшее счастье в этой жизни». На пляже Ребекка Квентин, несмотря на боль в теле, в одиночестве направилась к дороге. Позади нее молча шел Говард Джеффри, неся сумку и туфли на высоком каблуке. Ребекка, измученная тем, что кто-то довел ее до предела, пошатнулась, оставляя за собой неровные следы. "Ах!" Ее босая нога внезапно наткнулась на острый камешек, и Ребекка вскрикнула от боли. Высокая, стройная фигура позади нее тут же бросилась ей на помощь, нервно спрашивая: «Что случилось? Ты в порядке?» Ребекка резко оттолкнула его: «Мне всё равно!» Говард стоял на месте, его взгляд был холодно устремлен на нее. Ребекка продолжала идти неуверенно, ее презрение к человеку позади было очевидно. ---------- Глава 519-272: Чёрт возьми! (2) Однако этот нетронутый пляж был завален всевозможными мелкими камнями и ракушками, из-за чего Ребекке Квентин было невозможно ходить босиком… Говард Джеффри повернулся, бросил сумку и туфли на высоком каблуке в машину, оставив дверь открытой. Он быстро шагнул вперед и, не говоря ни слова, поднял Ребекку Квентин на руки. "Эй… ты ублюдок, извращенец, сумасшедший…" Из уст Ребекки Квентин, покрасневшей от смущения, вырвался длинный поток гневных ругательств, когда она, пытаясь вырваться из объятий Говарда Джеффри, боролась со своей неуверенностью. Говард Джеффри позволил ей сопротивляться, все еще удерживая ее беспокойное и подвижное тело, а затем затолкал ее в салон автомобиля. Как только Ребекка Квентин села в машину, она поспешно попыталась выйти, но Говард Джеффри вернулся за руль и открыл двери с помощью центрального замка. Не в силах вырваться, Ребекка Квентин сердито посмотрела на Говарда Джеффри, ее лицо все еще было раскраснено от недавнего смущения: «Говард Джеффри, не провоцируй меня слишком сильно!!» Говард Джеффри уже завел двигатель и нажал на газ. «Я отвезу тебя обратно». Внутри машины царила невероятно тихая атмосфера. Рука Говарда Джеффри лежала на руле, его взгляд время от времени скользил по Ребекке Квентин в зеркале заднего вида. Ребекка Квентин теперь держалась за голову, прислонившись к кузову машины, и выглядела растерянной и ошеломленной. "Мне жаль." Слегка хриплый голос Говарда Джеффри нарушил тишину в машине. Ребекка Квентин поджала губы, ничего не отвечая, ее взгляд по-прежнему был пустым. «Не сердись. Это моя вина». Сегодня вечером он действительно потерял рассудок, но перед ней вся его обычная горделивая выдержка и здравый смысл полностью иссякли. Ребекка Квентин опустила ресницы, и из уголка глаза скатилась кристально чистая слеза, прилипшая к ресницам. Вид ее слез, стекающих по щекам, заставил сердце Говарда Джеффри сжаться, и наконец он остановил машину на обочине дороги. Пустой взгляд Ребекки Квентин по-прежнему был устремлен в окно, она постоянно с трудом сдерживала ком в горле, не позволяя себе издать ни звука слабости. Говард Джеффри осторожно повернул лицо Ребекки Квентин к себе. Его тёплая ладонь коснулась её заплаканного ледяного лица, холод проник в его сердце, породив в нём сильную боль сострадания. "Дурак…" Он нежно большим пальцем вытер слезы вокруг ее глаз, и ласково произнес тихий, хриплый голос. Ребекка Квентин внезапно отдернула руку Говарда Джеффри, ее прекрасные глаза теперь были полны слез, но, лишенные всякой трусости, они были наполнены ненавистью, когда она пристально смотрела на него, задыхаясь, выдавив: «Говард Джеффри, за кого ты меня принимаешь?» Ты — моё сокровище… К сожалению, сейчас он не мог сказать ей таких слов. Ребекка Квентин увидела, что Говард Джеффри не может ответить, и обида в ее сердце усилилась, горе поднялось к носу: «Хотя когда-то мы были вместе, теперь мы порознь. У тебя своя жизнь, у меня своя. Почему ты все еще приходишь провоцировать меня таким образом? Разве я похожа на распутную женщину, которую ты можешь просто взять и бросить?» "Бекка…" «Не говори мне „извини“!» — слезы хлынули из глаз Ребекки Квентин, и она, замолчав, выдавила из себя: «В городе Y мы все прояснили. Я думала, что мы сможем остаться друзьями, хотя видеть тебя мне все еще некомфортно, потому что у нас было так много прекрасных воспоминаний в прошлом. Я никогда не представляла, что они станут мимолетными, как облака… Конечно, я никогда не винила тебя и не ненавидела. Я просто не разговаривала с тобой, потому что хотела сохранить свое достоинство перед тобой, не позволить себе быть такой жалкой, какой я была в городе Y… Я думала, что у нас с тобой есть молчаливая договоренность больше не пересекаться, но я не ожидала, что ты позволишь мне увидеть твою презренную и бесстыдную натуру сегодня вечером!» Говард Джеффри молчал. Чувствуя вину, он мог лишь позволить этой маленькой женщине выговориться… Не сумев сдержать гнев после выговора, Ребекка Квентин достала из сумки телефон. Говард Джеффри заметил в зеркало заднего вида, что Ребекка Квентин звонит в полицию. Подняв бровь, Говард Джеффри спросил: «Вы действительно собираетесь вызвать полицию?» "Да." "У вас хватило бы духу на это?" Изначально Говард Джеффри просто хотел проверить, сохранилось ли у этой девушки хоть какое-то «милосердие», чтобы удовлетворить свои давно скрываемые чувства. Неожиданно девушка яростно выругалась: «Бесстыдница!» Красивое лицо Говарда Джеффри мгновенно потемнело. Ребекка Квентин еще не успела полностью набрать номер, и теперь, разъяренная поведением Говарда Джеффри, она без колебаний нажала на кнопку набора. Говард Джеффри спокойно откинулся на спинку сиденья, смущенно глядя на покрасневшее лицо Ребекки Квентин, и неторопливо произнес: «Если приедет полиция, меня обязательно заберут». Ребекка Квентин злобно посмотрела на Говарда Джеффри: «Ты выглядишь таким спокойным и уверенным, неужели ты думаешь, что я не сделаю этого с тобой?» Говард Джеффри серьёзно сказал: «Я всего лишь прошу у вас прощения!» Прощение? Совершенно невозможно!! Звонок уже был соединён… Ребекка Квентин с ненавистью посмотрела на эгоистичного, высокомерного мужчину перед собой и прямо обратилась к собеседнику по телефону: «Да, я хочу заявить о преступлении… Я хочу обвинить кого-то в изнасиловании!» Брови Говарда Джеффри нахмурились: «Бекка…» "Мой текущий адрес… Э-э, я не знаю, я…" Ребекка Квентин не успела договорить, как полиция тут же повесила трубку. Говард Джеффри нахмурился, глядя на Ребекку Квентин. Ребекка Квентин сердито положила телефон и спросила: «Они повесили трубку, это был твой трюк?» Говард Джеффри не дал однозначного ответа. Ребекка Квентин тяжело откинулась на спинку сиденья, мысленно жалуясь. Он был поистине хитрым человеком, сегодня все было тщательно спланировано! В тот самый момент, когда Ребекка Квентин, сдерживая гнев, схватилась за голову, раздался звук сирены полицейской машины. Испугавшись шума, Ребекка Квентин быстро выглянула в окно машины. В следующую секунду рядом с машиной Говарда Джеффри припарковалась полицейская машина с мигалками синего и красного цвета. Полиция явно не ожидала, что место происшествия, связанного с "изнасилованием", будет таким спокойным, особенно учитывая, что мужчина в салоне автомобиля был, судя по всему, очень хорошо одет. «Выходите из машины». Полиция постучала по окну автомобиля Говарда Джеффри. Ранее Ребекка Квентин импульсивно, в порыве гнева, позвонила в полицию, и, видя, что он ее не остановил, она решила, что с его способностями ей, вероятно, не удастся его перехитрить. Неожиданно полиция действительно приехала. Выражение лица Говарда Джеффри было холодным, когда он взглянул на офицера: «Мы с моей девушкой только что поссорились». Офицер заметил, что атмосфера между ними в машине не соответствовала обычной обстановке во время изнасилования, и затем обратился к Ребекке Квентин с вопросом: «Вы звонили в полицию?» Тело Ребекки Квентин дрожало: "…Да". «Не могли бы вы повторить содержание вашего отчета?» "Я…" Заметив нерешительность Ребекки Квентин, офицер успокоил её: «Не бойтесь, полиция здесь. Вам просто нужно правдиво изложить факты». Ребекка Квентин была несколько растеряна. Что делать, что делать? Полиция действительно приехала… ---------- Главы 520–273: Слухи о её отношениях с руководителем отдела контроля качества. Значит, он этого совсем не планировал! Полицейский нетерпеливо произнес: «Мисс, если вы не заговорите, мне придется попросить вас пойти с нами в участок». Ребекка Квентин с негодованием посмотрела на Говарда Джеффри. Придурок, ублюдок… это всё он виноват, что поставил её в такое затруднительное положение. Ей очень хотелось позвонить в полицию, но она лишь разозлилась на его наглость, обычную хитрость и изворотливость. Откуда ей было знать, что она действительно сможет его поймать… "Я…" Ребекка Квентин долго колебалась, все еще не зная, как ответить полиции. Согласно версии Говарда Джеффри, она отказалась объяснять ситуацию полиции, но и идти в участок ей тоже не хотелось… Полицейские нетерпеливо произнесли: «Оба, пожалуйста, спускайтесь!» В этот решающий момент Ребекка Квентин наконец протянула руку и схватила Говарда Джеффри за руку, выпалив: «Простите, офицер, я только что спорила со своим парнем, и я… я крикнула от злости, ничего не происходит…» Лицо полицейского тут же побледнело, и он холодно произнес: «Мисс, вы понимаете, что в Америке нельзя вызывать полицию по своему желанию…» Ребекка Квентин крепко обняла Говарда Джеффри, ее лицо побледнело от страха. Боже, неужели ее отвезут в участок для наказания? В этот момент Говард Джеффри достал свой бумажник и передал офицеру пачку денег. Получив деньги, полиция выписала Говарду Джеффри штраф и уехала. Из-за паники Ребекка Квентин совсем не слышала, что Говард Джеффри говорил полиции. Только когда она увидела, как машина отъезжает, она отпустила Говарда Джеффри, похлопав себя по груди, чтобы успокоиться. Внезапно почувствовав на себе нежный взгляд Говарда Джеффри, Ребекка Квентин вернулась к реальности и неловко произнесла: «Не думай, что я только что… не могла этого вынести. Я просто вспомнила, что ты отец Эндрю, и я не хочу, чтобы Эндрю вырос, обижаясь на меня». Благодаря своей быстрой реакции эта невысокая женщина, по сути, нашла себе вполне разумное оправдание. Говард Джеффри не стал разоблачать ее ложь, все еще пристально глядя на Ребекку Квентин и тихо говоря: «Бекка, я обещаю тебе, такие дни долго не продлятся». Ребекка Квентин не поняла, о чем говорил Говард Джеффри, и отстраненно ответила: «Я больше не хочу с тобой разговаривать. Считай сегодняшний вечер уроком за то, что ты раньше плохо знал людей. В будущем я не дам тебе еще одного шанса… а теперь, пожалуйста, отвези меня на перекресток, где я смогу поймать такси, я хочу выйти». Ребекка Квентин вернулась в отель «Палас» в десять часов вечера. В её голове всё ещё прокручивалась сцена, как она только что вышла из машины Говарда Джеффри… Он высадил ее на перекрестке, где она могла поймать такси, и ушел, ничего не сказав. На самом деле, он не отказался отвезти её в отель; она настояла на том, чтобы выйти на перекрестке. Но, выйдя из машины, она испытала смешанные чувства. Она была так зла… Она злится из-за всего, что произошло сегодня вечером, и злится на собственную бесполезность. Когда она открыла дверь и вошла в свою комнату, зазвонил телефон. Увидев номер на экране телефона, Ребекка Квентин глубоко вздохнула и нажала кнопку ответа: «Здравствуйте…» «Бекка». «Доктор Робинсон». «Почему вы не ответили ни на один из моих звонков?» Несколько звонков? Ребекка Квентин проверила свой телефон и, к своему удивлению, обнаружила, что ей звонил Честер Робинсон пять или шесть раз. Она не заметила этого, когда звонила в полицию ранее. «Я… я просто вздремнула в отеле, извините, я не слышала». Отвечая на звонок, Ребекка Квентин выглядела смущенной, не потому что солгала, а потому что поняла, почему не услышала телефонный звонок. Честер Робинсон, казалось, с облегчением вздохнул на другом конце провода: «Хорошо… вы уже поужинали?» "Да." «Я еще раз приношу извинения от имени моей сестры за то, что произошло сегодня днем». «Забудьте об этом, всё это в прошлом». «Хорошо… пора отдохнуть». "Хорошо." После окончания разговора Ребекка Квентин лежала на кровати, совершенно измученная. Она едва успела лечь, как из нижней части ее тела снова потекла липкая жидкость… Ранее на пляже не было времени привести себя в порядок, и ее нижнее белье уже было насквозь пропитано густой жидкостью… Взяв комплект чистой одежды, она вошла в ванную. Позволив холодной воде из душа облить себя, Ребекка Квентин в ярости начала тереть кожу. Придурок!! Не в силах удержаться от того, чтобы в очередной раз проклясть кого-то в своем сердце, Ребекка Квентин все больше расстраивалась, чем больше думала об этом. Только что извинения Честера Робинсона от имени Элис Робинсон еще раз напомнили ей о его холодной безжалостности! ---------- Главы 521–273: Слухи о ней и руководителе отдела контроля качества (Часть 2) Почему он может быть таким жестоким, а она нет? Какой он на самом деле человек? Она всегда считала его человеком с чувством приличия, но сегодня вечером он пришел ее найти… Он прекрасно понимает, что это только причинит ей вред, так почему же он всё ещё позволяет этому происходить? Сегодня вечером он временами был равнодушен, но порой в его глазах читалась нежность. Что это значит? Бесчисленные вопросы терзали разум Бекки, и в конце концов она могла лишь продолжать проклинать того человека, которого хранила в своем сердце, пытаясь выплеснуть свои чувства… Частный клуб в Нью-Йорке. Честер Робинсон положил телефон, на его губах играла улыбка. «Босс, вы, кажется, сейчас очень довольны». Честер ответил: «О, — сказал он, — подняв бровь, — не так ли?» Его подчиненный, Кит Энтони, сказал: «Похоже, вам приглянулась брошенная жена другого человека». «Не описывай её так». Честер недовольно посмотрел на него. "О… недовольны? С каких это пор начальник стал таким ограниченным, что даже одно слово может вас расстроить?" "И это всё, что вы можете сказать?" «Конечно, в конце концов, это сейчас для тебя самое важное, но я должен напомнить тебе, что она…» «Довольно!» Видя, что Кит вот-вот снова поднимет неприятный вопрос, Честер нетерпеливо перебил его: «Давайте поговорим о делах». «Хорошо!» — кивнул Кит и серьезно сказал: «Босс, я проверил записи о входе в электронную почту мисс Элис. За исключением одного раза, когда вы вошли год назад, и недавнего входа мисс Элис, в почту входили всего дважды, никаких следов входа кого-либо, кто мог бы разрушить вашу семью, не обнаружено». Честер лукаво прищурился. Кит задумался: «Я до сих пор не могу понять, как Говарду Джеффри удалось найти пароль от электронной почты и войти в систему бесследно?» Честер холодно сжал губы. «Босс, мне кажется, мы слишком много об этом думаем. Может быть, всё это дело рук мисс Элис, она всё это подстроила, чтобы разорвать с вами отношения и быть с Говардом Джеффри…» Честер спокойно ответил: «Нет, это дело, должно быть, связано с Говардом Джеффри». «Значит, он, должно быть, узнал о ваших отношениях с мисс Элис, он хочет разрушить доверие между вами!» "Вы думаете, это его цель?" Кит кивнул: «Похоже, он все сильнее влюбляется в мисс Элис, это видно по тому, как он безжалостно отверг мисс Квентин в городе Y». «Мне нужны более убедительные доказательства». «Доказательства получены от людей, которых я послал следить за подчиненными Говарда Джеффри, Джейсона Вуда и Лизы Сесили, которые говорят, что очень уважают мисс Элис, почти относясь к ней как к даме босса. Более того, всякий раз, когда у Говарда Джеффри есть время, он почти всегда находится с мисс Элис». Честер покачал головой: «Чем безупречнее что-либо кажется, тем больше в этом подозрений». Кит не мог понять: «Почему ты всегда настороженно относишься к Говарду Джеффри? Я думаю, он не так впечатляет, как о нем говорят. Если бы он был действительно мудрым и проницательным, как он мог не заметить чего-то подозрительного в связи с выкидышем мисс Квентин и даже расстаться с ней из-за этого?» Честер холодно рассмеялся: «Кит, ты знаешь, почему я дошёл до этого момента?» Кит выглядел совершенно озадаченным. Честер изогнул губы в улыбке: «Потому что я никогда не недооцениваю своих противников». Кит кивнул. В следующую секунду Честер встал и равнодушно сказал: «Разве вы не говорили, что у Говарда Джеффри два способных помощника, а вы до сих пор не можете отследить местонахождение второго? Вам нужно продолжать это проверять». "Я понимаю." «Кроме того, время возвращения Бекки сегодня вечером вызывает подозрения, я хочу, чтобы вы проверили, где сегодня вечером находится Говард Джеффри». "Да." После ночи размышлений на следующий день Бекка чувствовала себя намного лучше. Рано утром она, как обычно, отправилась на работу, но она никак не ожидала, что беспорядки, затихшие всего несколько дней, снова накалятся. Как только она вошла в штаб-квартиру «QCS», то увидела своих коллег, собравшихся небольшими группами и бросавших на нее подозрительные и презрительные взгляды, некоторые даже держали в руках газеты и журналы, сравнивая их с ней… Ощущения были точно такими же, как те, что она испытала десять дней назад в филиале T City… И действительно, она даже не успела найти менеджера Смита, как кто-то вызвал ее в кабинет директора Линн. Ситуация была идентична той, что произошла в Т-Сити: как только директор Линн увидела её, первым делом она протянула ей журнал. Бекка вздрогнула, глядя на лежащий на полу журнал: заголовок был в точности повторял новость, появившуюся десять дней назад в Т-Сити. Лицо Бекки мгновенно побледнело, она не могла поверить, почему эта новость, после того как утихла, снова попала в заголовки, и на этот раз о ней сообщило издание, распространяющееся по всему миру. «Секретарь Квентин, я никак не ожидал, что у вас такое прошлое!» Директор Линн откинулась на спинку кресла, скрестив руки, и холодно, с крайним недовольством посмотрела на Бекку. Бекка подняла взгляд от журнала: «Этот репортаж неточен». Директор Линн неодобрительно покачала головой: «Мне всё равно, правда это или нет, но ведь ваша личность как бывшей жены Говарда Джеффри не должна быть ошибочной, верно?» Бекка молчала. Почему всех так волнует её прошлое? Только потому, что её бывший муж — Говард Джеффри? «Я не ожидал, что у нашего отдела контроля качества окажутся такие скрытые таланты, тем более у такого «важного» человека, как вы!» Услышав насмешку в голосе директора Линн, Бекка спокойно ответила: «Директор Линн, я считаю, что компания „QCS“ не учитывает историю взаимоотношений сотрудников при приеме на работу». Директор Линн полузакрыла глаза, оценивающе разглядывая Бекку. Когда Бекка впервые приехала в Нью-Йорк, у директора Линн сложилось о ней не самое лучшее впечатление, поскольку Бекка была симпатичной, но определенно не сногсшибательной. Теперь, зная, что Бекка на самом деле является бывшей женой уважаемого президента группы «Скайтоп», Говарда Джеффри, директор Линн не могла не почувствовать некоторую зависть и обиду, потому что даже будучи бывшей женой Говарда Джеффри, это все равно весьма значимый титул, не говоря уже о том, что она делила с ним постель, что полностью разрушает образ этого кумира в их сердцах. Слова директора Линн прозвучали с оттенком язвительности: «Поскольку секретарь Квентин — бывшая жена Говарда Джеффри, одной лишь компенсации за расторжение брака вам должно хватить на всю жизнь. Почему же вы до сих пор работаете?» Бекка честно ответила: «Мне нравится быть независимой». На самом деле, она и Говард Джеффри редко говорили о деньгах. Несколько лет назад, когда они развелись, из-за обид, оставшихся после предыдущего поколения, он был с ней суров, и хотя они обсуждали условия развода, сумма была небольшой, и она даже не рассматривала возможность ее принятия. ---------- Главы 522-274: Я просто не верю, что он не будет расстроен! Позже, после некоторого периода отношений, он дважды давал ей деньги: один раз пятьдесят миллионов, которые он попросил Изабеллу отдать ему, и еще раз десять миллионов, на содержание Эндрю. Она давно вернула ему карту на первые пятьдесят миллионов, а часть десяти миллионов из чека использовала в банке, так как в то время была безработной и должна была содержать Эндрю. Однако, найдя работу, она больше не прикасалась к этим деньгам, хотя они все еще лежали на ее банковском счете. Директор Линн поправил позу и презрительно плюнул: «Если бы вы действительно могли быть самодостаточной, зачем бы вы соблазнили своего бывшего мужа, пошли бы на все, чтобы сорвать его свадьбу с его нынешней девушкой, родили бы от него ребенка и продолжали бы с ним связываться, из-за чего его нынешняя девушка разоблачила ваши скандалы в газете?» Пережив два удара подряд за месяц, Ребекка Квентин чувствовала себя крайне измотанной. Понимая, что объяснить все ясно другим будет невозможно, она предпочла молчать. Увидев безжизненное, слабое лицо Ребекки Квентин, директор Линн не смогла удержаться и сказала: «Не говорите, что я критикую вас такими резкими словами. Просто подобные сообщения в новостях заставляют нас взглянуть на вас по-новому. Конечно, это ваше личное дело; я не имею права вмешиваться, просто…» Раздался телефонный звонок, прервавший речь директора Линн. Директор Линн тут же нажала на домашний телефон: «Что?» Из громкой связи отчетливо раздался уважительный женский голос: «По словам службы безопасности, у ворот нашей компании собралось много журналистов, желающих взять интервью у мисс Квентин». Директор Линн взглянула на Ребекку Квентин: «Видите, беда настигла». Ребекка Квентин хранила молчание. Директор Линн сказала человеку на другом конце провода: «Пусть охрана прогонит этих журналистов… Кстати, откуда эти люди знали, что госсекретарь Квентин находится в штаб-квартире?» Человек на другом конце провода ответил: «Говорят, что кто-то из филиала в Т-Сити слил это…» «Передайте от моего имени этим журналистам, что это личное дело сотрудника, не имеющее отношения к компании „QCS“, и попросите их не вмешиваться в нормальную работу „QCS“». "Но…" "Но что?" Человек на другом конце провода замялся и сказал: «Эти журналисты говорят, что внутри компании «QCS» ходят слухи о том, что мисс Квентин — будущая жена нашего владельца «QCS», и они хотят, чтобы директор Линн выступила и прокомментировала эти слухи от имени нашего президента…» Услышав эту новость, Ребекка Квентин в шоке резко подняла голову, широко раскрыв глаза. Режиссер Линн была не менее шокирована, чем Ребекка Квентин, и с недоумением воскликнула: «Какая же это будущая жена? Объяснись!» «Журналисты говорят, что в филиале T City этот слух ходит уже давно, и некоторые журналисты специально опросили нескольких сотрудников филиала T City, все из которых подтвердили, что этот слух не является секретом в «QCS». Мисс Квентин даже лично призналась в этом факте своим коллегам». «Чепуха!!» — сердито бросила трубку директор Линн, сверля взглядом Ребекку Квентин. — «Такие новости распространяются в филиале T City?» Ребекка Квентин спокойно объяснила: «Режиссер, это всего лишь слухи». «Когда вы говорите, что это слух, вы имеете в виду, что такой слух действительно ходит в филиале T City?» «Да, но это на самом деле недоразумение. Я даже не знаком с нашим президентом и не понимаю, почему ходят такие слухи. Кроме того, я никогда не говорил коллегам в Т-Сити, что имею какое-либо отношение к президенту». Директор Линн долго смотрела на Ребекку Квентин, задумываясь. Как могла Ребекка Квентин, которая пришла в компанию всего несколько месяцев назад, подняться до поста президента — руководительница «QCS», с которой она, даже будучи одним из самых высокопоставленных сотрудников и проработав в компании пять лет в должности директора по дизайну, не встречаться? Это совершенно немыслимо! Режиссер Линн спросила: «Я верю, что вы говорите правду, но как возник этот слух?» Ребекка Квентин честно ответила: «Я тоже не знаю…» «Вы не знаете, или все эти новости спланированы вами?» Ребекка Квентин в шоке ахнула: «Режиссер, почему вы так подумали?» Директор Линн сердито возразила: «Вы знаете, что наш президент всегда держится в тени, поэтому вы хотели использовать ваши неоднозначные отношения с ним, чтобы обеспечить себе хорошее отношение в филиале в Т-Сити, но вы не ожидали, что ваши прошлые скандалы будут раскрыты, и даже это стало известно от коллег в Т-Сити… Мне интересно, почему менеджер Смит так вас оберегал; похоже, он тоже был обманут вашей добродушной внешностью». ---------- Главы 523–274: Посмотрим, действительно ли ему всё равно! (Часть 2) Ребекка Квентин энергично покачала головой: «Я ничего подобного не делала…» Режиссер Линн сердито встала и заявила: «Независимо от того, спланировали вы это или нет, теперь у вас большие проблемы… Ждите от меня объяснений перед СМИ!» С этими словами директор Линн в ярости ушла. Ребекка Квентин, стоя у окна от пола до потолка в кабинете директора Линн, беспомощно смотрела вниз. В этот момент вход в штаб-квартиру был полностью заблокирован толпой репортеров, а служба безопасности прилагала все усилия для поддержания порядка. На этот раз количество представителей СМИ значительно превысило показатели T City, и все они были всемирно известными изданиями. Ребекка Квентин прислонилась к стеклянной занавеске, ее лицо было бледным, как бумага. Кто знает, сколько времени прошло, прежде чем раздался голос. "Бекка!" Ребекка Квентин подняла глаза и увидела, как менеджер Смит спешит к ней. "Хм?" «Прошу прощения, я рано утром ушла и не знала, что директор вызвал вас в кабинет». Ребекка Квентин тревожно нахмурилась: «Менеджер, что нам теперь делать?» Менеджер Смит мягко положил руку на плечо Ребекки Квентин, успокаивая ее: «Наверное, эти люди из T City подлили масла в огонь, пригласив туда СМИ, поэтому и роман между тобой и боссом распространился здесь…» «Менеджер, вы должны четко понимать, что роман между мной и боссом совершенно необоснован!» «Я понимаю, но эта новость появилась одновременно с вашей „скандальной“ новостью, вызвав немедленный массовый скандал… Так что эта проблема касается не только вас!» Ребекка Квентин выразила свое разочарование: «Как все так обострилось?» Она думала, что переезд в Нью-Йорк позволит ситуации постепенно утихнуть; она и представить себе не могла, что она обострится. «Сейчас директор Линн общается с этими репортерами; давайте подождем, пока директор Линн вернется, и обсудим это тогда». Ребекка Квентин слегка кивнула: «Это всё, что мы можем сделать». Десять минут спустя директор Линн торжественно вошла с улицы. Менеджер Смит быстро подошел к нему: «Директор!» Режиссер Линн откинулся на спинку кресла и холодно сказал стоявшей в стороне Ребекке Квентин: «Я не могу с этим справиться. Я уже сказал этим репортерам, что вы сами проведете пресс-конференцию, чтобы все прояснить!» Менеджер Смит слабо вмешался: «Директор, нехорошо оставлять секретаря Квентина наедине с этими репортерами…» Действительно, Ребекку Квентин сейчас преследует скандал. Если состоится пресс-конференция, эти репортеры, конечно же, не оставят Ребекку Квентин в покое… Даже если Ребекка Квентин сможет опровергнуть слухи о своей связи с боссом «QCS», она не сможет объяснить свои отношения с Говардом Джеффри, что, по сути, вынуждает Ребекку Квентин терпеть унижение. Что касается встречи с журналистами, Ребекка Квентин также возражала по этой причине. Как она могла бы объяснить СМИ свои отношения с Говардом Джеффри? Даже если бы она сказала всему миру, что они когда-то искренне любили друг друга, никто бы ей не поверил! Директор Линн холодно посмотрела на менеджера Смита: «Ходят ужасные слухи о филиале T City; почему вы не сообщили мне об этом сразу?» Менеджер Смит объяснил: «Я никогда не думал, что все зайдет так серьезно». «Это касается репутации нашего генерального директора, разве это не достаточно серьезно?» Менеджер Смит на мгновение потерял дар речи. Директор Линн холодно посмотрела на Ребекку Квентин: «Простите, что вынуждаю вас это сделать, но, хотя это и немного бессердечно, я должна это сделать… Только если вы лично проясните ситуацию, слухи прекратятся. Я не хочу, чтобы генеральный директор позвонил и отчитал меня за некомпетентность, нанеся ущерб своей репутации». Ребекка Квентин задумчиво сидела на диване в кабинете директора Линн. Да, перед пресс-конференцией директор Линн не позволяет ей выходить из кабинета. Очевидно, директор Линн опасается, что может воспользоваться возможностью сбежать, что не позволит ей ничего объяснить средствам массовой информации. В просторном кабинете находилась только Ребекка Квентин, стояла такая тишина, что можно было услышать, как падает булавка. Впервые она почувствовала это чувство скитаний и беспомощности. Директор Линн заявила, что пресс-конференция запланирована на вечер, а это значит, что сегодня вечером ей предстоит встретиться с нетерпеливыми журналистами. Она назвала их нетерпеливыми, потому что уже предвидела сценарий, с которым ей предстоит столкнуться сегодня вечером. Элис Робинсон теперь открыто является девушкой Говарда Джеффри, хотя она и бывшая жена Говарда Джеффри; всем известно, кого следует поддержать, чтобы не обидеть Говарда Джеффри… Поэтому, когда она прояснит для СМИ слухи о себе и боссе «QCS», репортеры ей никогда не поверят; они могут даже оказать на нее давление, чтобы она призналась в стремлении к социальному восхождению… цель состоит в том, чтобы полностью подавить ее, польстить Элис Робинсон и возвысить ее. Как ей пережить это? Она очень не хочет, чтобы завтрашние газеты и журналы были полны репортажей, порочащих её репутацию; она не хочет, чтобы её сестра волновалась. Небо постепенно темнело. Время пресс-конференции приближалось, и Ребекка Квентин всё больше нервничала. В это время менеджер Смит приносил ей еду, но у нее совсем не было аппетита, поэтому, наконец, ничего не поделаешь, менеджер Смит может лишь покачать головой и уйти. На самом деле, директор Линн не имеет права её ограничивать или принуждать; если она будет настаивать, она всё ещё может уйти. Но она этого не сделала. Главная причина в том, что она хочет положить конец ложным сообщениям в журнале сегодня вечером, и она должна прояснить для СМИ, что она не из тех, кто говорит глупости; она никогда не говорила, что у нее были отношения с боссом «QCS». Но как же всему этому положить конец? Тяжело вздохнув, Ребекка Квентин достала телефон. Да, она планировала позвонить Говарду Джеффри! Раньше она была слишком наивна, думая, что, учитывая их прошлые отношения, он обязательно справится с этим делом; кто бы мог подумать, что он предпочел наблюдать за этим холодно. Она переоценила их прошлое и его чувства к ней, что и привело к сегодняшнему полному бардаку. Также это объясняется её терпимостью: если бы она поговорила с ним после того, как он предпочёл холодно наблюдать за происходящим, возможно, он бы давно ей ответил. Да, он должен дать ей ответ! Теперь, когда ложь, призванную опорочить ее репутацию, плетет его девушка, как он может сидеть сложа руки? На самом деле, прошлой ночью у нее было много возможностей расспросить его об этом, но она высокомерно воздержалась, не желая, чтобы он подумал, что она все еще переживает из-за его безразличия к ней. В основном, она думала, что инцидент уже утих, никак не ожидая, что сегодня он разразится такой бурей. Набрав номер, Ребекка Квентин наконец решила позвонить Говарду Джеффри. Когда она набрала номер и услышала на экране телефона сообщение «невозможно подключиться», Ребекка Квентин поняла, что, похоже, его номер давно заблокирован. У Ребекки Квентин упало сердце, и она подошла к столу директора Линн, взяла офисный телефон и набрала знакомый номер. Телефон быстро подключился, но в ответ она услышала молчание. ---------- Глава 524-275: Устранение негативных новостей Ребекка Квентин молчала, потому что поняла, что звонит ему, чтобы умолять прямо сейчас. Слово «умолять» вызвало у нее крайне неприятное чувство. Говард Джеффри тоже не произнес ни слова, явно догадавшись, что на другом конце провода была она. По какой-то причине после вчерашнего вечера даже умолять его стало для нее очень неловко. «Здравствуйте, это я». Ребекка Квентин наконец-то высказалась. Говард Джеффри легкомысленно ответил: «Мм». Ребекка Квентин крепко вцепилась в край стола, чтобы развеять волнение, и тихо спросила: «Вы видели сегодняшние новости?» «Мне об этом рассказала Лиза Сесили». Ребекка Квентин опустила веки, чувствуя себя подавленной: «Это дело оказало на меня очень негативное влияние, серьезно повлияв на мою работу и жизнь. Надеюсь, вы сможете выступить и прояснить ситуацию». Она знала, что если он выступит с разоблачениями, это будет равносильно пощёчине его девушке, но у неё не было выбора. Впереди был долгий путь, и такие негативные новости повлияют на её дальнейшую судьбу. Более того, если этот вопрос не прояснится, её характер и честность будут поставлены под сомнение общественностью, а её попытка заявить, что она не выдумала свою связь с закулисным боссом из «QCS», также вызовет сомнения. «Не волнуйтесь, я хорошо справлюсь с этим делом». Услышав его мягкий ответ, Ребекка Квентин внезапно почувствовала, как тепло разливается по ее остывшему сердцу. Она не ожидала от него столь прямолинейного ответа… Настроение Ребекки Квентин явно улучшилось: «Хорошо, я проведу пресс-конференцию сегодня в восемь вечера, и надеюсь, вы сможете это организовать». На верхнем этаже высотного делового небоскреба. В воздушном саду неторопливо расположился мужчина, излучающий элегантность, и наслаждался красным вином. «Босс». Раздался слегка уважительный голос, и к нему подошел Кит Энтони. Честер Робинсон продолжал смотреть на кружащееся в бокале красное вино и произнес: «Мм». Кит Энтони сказал: «Всё так, как вы и ожидали, мисс Квентин сейчас совершенно беспомощна, и пресс-конференция состоится сегодня в восемь вечера». Честер Робинсон удовлетворенно кивнул: «Не думаю, что он действительно может стоять в стороне и ничего не делать!» «Босс, я всё ещё считаю, что вы слишком подозрительны…» "Что ты имеешь в виду?" Кит Энтони ответил: «Меня попросили выяснить, где находился мистер Джеффри прошлой ночью, и я выяснил… сотрудники клуба XX сказали, что мистер Джеффри был там с 5:30 до 10 вечера, обсуждая дела с главой Панъевропейской группы обмена, как и сказала мисс Робинсон, он был занят делами. Чтобы убедиться в этом, я также выяснил, где находилась мисс Квентин прошлой ночью. Сотрудники гольф-клуба видели, как мисс Квентин с большим трудом уходила, чтобы поймать такси. Затем я отследил такси, и водитель сказал, что благополучно высадил мисс Квентин у отеля. Позже сотрудники отеля также подтвердили, что мисс Квентин вернулась в свой номер раньше времени». «Президент, что нам теперь делать?» Издалека Лиза Сесили наблюдала за холодной и гордой фигурой, стоявшей у окна от пола до потолка и с беспокойством разговаривавшей с кем-то. Джейсон Вуд бросил на Лизу Сесили взгляд: «Неужели тебе действительно нужно задавать этот вопрос?» Лиза Сесили раздраженно ответила: «Конечно, я знаю, что делать, но я беспокоюсь за мисс Квентин». Джейсон Вуд тихо вздохнул: «Тогда вы можете позволить мисс Квентин поступать несправедливо!» Лиза Сесили покачала головой и снова сосредоточила взгляд на фигуре перед собой: «Президент, в прошлый раз, когда разгорелся скандал с журналом, вы не справились с ситуацией, и я думаю, это оставило глубокий след в сердце мисс Квентин. Если вы не выступите с заявлением на этот раз…» Лиза Сесили сделала паузу: «Мисс Квентин такая упрямая и гордая, если бы её не довели до предела, я думаю, она бы вам сейчас не звонила!» В отражении окна от пола до потолка красивое лицо не выражало никаких явных эмоций. Джейсон Вуд дернул Лизу Сесили и неловко напомнил ей: «Ты не думаешь, что босс об этом не подумал? Твои слова только усложнят принятие решения боссом». Лиза Сесили говорила с оттенком горечи: «Я понимаю, что президент не может выступить сегодня вечером, ведь он всего в одном шаге от того, чтобы полностью развеять подозрения Честера Робинсона… Но, как женщина, я искренне сочувствую мисс Квентин. Если мисс Квентин смогла мужественно противостоять всему, с чем ей пришлось столкнуться ранее, то что же сегодня вечером? Вы уверены, что мисс Квентин сможет это пережить? Даже если она переживет сегодня вечером и увидит прекрасное будущее с президентом, сможет ли мисс Квентин тогда простить президента?» «Но вы также должны знать, что если босс выступит с заявлением, все ранее запланированные действия окажутся напрасными! И вы, и я знаем, как сложно иметь дело с Честером Робинсоном; одна ошибка босса может привести к бесконечным проблемам в будущем!» ---------- Глава 525-275: Устранение негативной прессы (2) Лиза Сесили также была ошеломлена выступлением Джейсона Вуда. В офисе внезапно стихли споры, и наступила тишина. В следующую секунду внезапная вибрация мобильного телефона нарушила спокойствие в офисе. Это был телефон Говарда Джеффри. Лиза Сесили взяла телефон со стола и подошла к Говарду Джеффри, сказав: «Это Рой». На спокойном лице Говарда Джеффри не было и следа каких-либо эмоций, когда он взял телефон и сразу же нажал кнопку вызова. Лиза Сесили тихо отошла в сторону. Ройе, естественно, доложил Говарду Джеффри о Ребекке Квентин. Говард Джеффри слушал, не отвечая, до окончания разговора. «Президент, мисс Квентин была в хорошем настроении после разговора с вами. Она ничего не ела весь день, а только что заказала еду на вынос…» Во время разговора в ухе Говарда Джеффри постоянно звучала информация из отчета Роя. Говард Джеффри сидел за офисным столом, слегка нахмурив брови, и не отрывая взгляда от прозрачного хрустального шара, вращающегося на столе. Джейсон Вуд и Лиза Сесили все еще стояли неподалеку от Говарда Джеффри, зная, что их босс глубоко задумался и не смеет им помешать. Внезапно раздался спокойный голос Говарда Джеффри: «Джейсон Вуд». "Да." Джейсон Вуд быстро подошел и встал перед Говардом Джеффри. «Когда начнётся пресс-конференция?» «Ровно в восемь». Говард Джеффри взглянул на часы на запястье; часовая стрелка почти указывала на восемь, и он легкомысленно спросил: «Отвечен ли ее звонок?» Джейсон Вуд кивнул: «Запись об этом звонке на стороне 'QCS' не сохранится». «Хорошо, сделай что-нибудь для меня». Полчаса спустя, в резиденции Честера Робинсона в Нью-Йорке. В своей столовой Честер Робинсон неспешно наслаждался ужином. Его настроение соответствовало элегантности и спокойствию, с которыми он разделывал стейк. Внезапно зазвонил его телефон за обеденным столом. Честер Робинсон отложил столовые приборы, взял телефон, взглянул на него и нажал кнопку ответа: «Что случилось?» На другом конце провода Кит Энтони сказал: «У меня есть новости по поводу того, что вы просили меня расследовать». Честер Робинсон тут же выпрямился и сказал: «Говори быстро». «Моя подчиненная нашла директора детского сада, которая тогда переехала в Ванкувер. Она отчетливо помнит, что в ее детском саду не было детей смешанной расы, не говоря уже о девочке с китайским именем Алиса». Штаб-квартира «QCS». Менеджер Смит поддержал Ребекку Квентин, шепнув ей слова утешения: «Не волнуйся, все будет не так плохо, как ты себе представляешь». Закончив обед, Ребекка Квентин выглядела заметно лучше, чем днем, и, улыбнувшись, кивнула менеджеру Смиту. Менеджер Смит всегда беспокоился за Ребекку Квентин, но, увидев ее спокойствие, он несколько успокоился. Она позвонила Честеру Робинсону за помощью, но его телефон был недоступен, и она боялась, что он обвинит ее в том, что она не смогла защитить Ребекку Квентин. Менеджер Смит проводил Ребекку Квентин до лифта, посоветовав: «Помните, что нужно внимательно отвечать на вопросы репортеров, они умеют подбирать слова и преувеличивать их». "Я понимаю." Выйдя из лифта, Ребекка Квентин увидела перед собой море дневного света. На нее было направлено бесчисленное количество фонариков и магниевых ламп, и она слышала множество щелчков фотоаппаратов. Никогда прежде не сталкиваясь с таким масштабом событий, менеджер Смит был потрясен и крепко обнял Ребекку Квентин. Лицо Ребекки Квентин оставалось спокойным, взгляд — безразличным, когда она смотрела на многочисленных репортеров, которых по обе стороны от нее блокировала охрана компании. Менеджер Смит проводил Ребекку Квентин в приемную, где проходила пресс-конференция. По дороге многие репортеры хотели задать вопросы Ребекке Квентин, но она хранила молчание. Войдя в приемную, Ребекка Квентин услышала голос директора Линн: «Теперь пусть мисс Квентин объяснит все напрямую всем!» Внезапно Ребекка Квентин почувствовала, что все взгляды в комнате обращены на нее. Режиссер Линн сошла со сцены и прошептала на ухо Ребекке Квентин: «Говори хорошо, „QCS“ щедро тебя приняла». Ребекка Квентин глубоко вздохнула, прежде чем подойти к импровизированной трибуне в приемной. Ослепительный свет был настолько сильным, что она едва могла держать глаза открытыми. Несмотря на твердую решимость, что все разрешится сегодня вечером, Ребекка Квентин все же немного нервничала. Журналисты начали задавать вопросы: «Мисс Квентин, после того, как журнал E Weekly опубликовал рассказ мисс Элис о её жизни, кажется, вы никак не отреагировали. Можете ли вы прокомментировать этот вопрос сейчас?» «Мисс Квентин, очевидцы утверждают, что видели вас с мистером Джеффри в отеле «Клауд» в городе Y. Подтверждает ли это обвинение мисс Элис в том, что вы соблазнили мистера Джеффри в городе Y?» «Да, мисс Квентин…» Внезапно раздался голос, это был директор Линн. «Пожалуйста, поймите один факт: сегодняшняя пресс-конференция не предназначена для разъяснения личных дел госсекретаря Квентин. Те, кто интересуется ее личной жизнью, могут задать ей вопросы в другой раз, пожалуйста, переходите к основной теме». После выступления директора Линн, наконец, репортер сменил тему, спросив: «Мисс Квентин, правда ли, что в «QCS» ходят слухи о ваших романтических отношениях с тайным боссом «QCS»?» Ребекка Квентин хранила молчание. Она не хотела ничего говорить, она ждала, что Говард Джеффри придет ей на помощь! «Мисс Квентин, все в „QCS“ сказали, что вы лично подтвердили этот факт, это правда?» «Если мисс Квентин действительно состоит в отношениях с тайным боссом компании „QCS“, почему бы не объявить об этом всем?» Эти репортеры действительно доводили ее до предела… Ребекка Квентин, наконец, не выдержала, перебила репортера и недовольно спросила: «Неужели журналистам обязательно быть такими агрессивными?» Репортеры не ожидали, что Ребекка Квентин начнет отвечать на вопросы, замолчала на несколько секунд, а затем один из репортеров снова спросил: «Мисс Квентин, не могли бы вы дать прямой ответ относительно вашего романа с тайным боссом «QCS»?» «Мне нечего сказать». Что бы она ни пыталась прояснить, эти люди будут пытаться довести её до предела, поэтому она предпочитает молчать, пока не придёт Говард Джеффри и не прояснит ситуацию. Другой репортер злонамеренно спросил: «В компании «QCS» ходят внутренние слухи о том, что роман между мисс Квентин и тайным боссом — всего лишь слухи, и мисс Квентин тайно распространяет эти слухи, чтобы продвинуться по службе в «QCS». Мисс Квентин, не могли бы вы объяснить эти и подобные утверждения?» «Неужели эти журналисты не могут перестать так оскорблять…» — сердито крикнул менеджер Смит, увидев настойчивое агрессивное поведение репортеров, и хотел броситься на сцену, но его остановила директор Линн. ---------- Главы 526–276: Цяо Чэ решает помочь ей с операцией (Часть 1) Ребекка Квентин хранила молчание и спокойно ответила. Глядя на журналистов внизу, которые смотрели на нее как на хищниц, Ребекка Квентин постепенно начала чувствовать себя подавленной. Эти журналисты якобы пытались выяснить ее отношения с владельцем компании "QCS", который не участвует в ее деятельности, но на самом деле они высмеивали и подавляли ее. Каждый заданный вопрос казался ловушкой, в которую она могла попасть. В конечном итоге, причина, по которой эти журналисты так яростно набросились на нее, заключалась в том, что она оскорбила нынешнюю подругу президента Skytop Group. Поэтому на вопросы журналистов Ребекке Квентин оставалось лишь молчать. Режиссер Линн, не в силах сдержаться, вышел на сцену и прошептал на ухо Ребекке Квентин: «Быстро объяснись. Ты больше не хочешь оставаться в „QCS“?» Ребекка Квентин прямо ответила: «Режиссер Линн, вы ведь тоже знаете, что они не желают добра!» Директор Линн недовольно ответила: «Это проблема, которую вы создали, и как бы сложно это ни было, вы должны её решить!» Услышав слова директора Линн, менеджер Смит в гневе вышел на сцену, схватил Ребекку Квентин и сказал: «Бекка, хватит, тебе не нужно стоять здесь и терпеть это. В худшем случае мы больше не будем работать в «QCS»!» Менеджер Смит силой стащил Ребекку Квентин с подиума. Но если менеджер Смит думала, что это защитит Ребекку Квентин, то она была слишком оптимистична, потому что, когда она выводила Ребекку Квентин из приемной, журналисты окружили ее со всех сторон. Директор Линн, и без того разъяренный на менеджера Смита за то, что тот увел Ребекку Квентин, фактически дал указание службе безопасности компании не вмешиваться, когда увидел Ребекку в окружении журналистов. Журналисты начали неустанно преследовать... «Мисс Квентин, сейчас не время для пресс-конференции QCS, не могли бы вы рассказать нам о своих личных делах…» «Недавно кто-то взял интервью у мисс Робинсон, и она сказала, что если вы готовы извиниться в газете, она сможет забыть прошлое... Вы принесете публичные извинения?» «Мисс Квентин, вы всё ещё поддерживаете личные контакты с мистером Джеффри?» "Мисс Квентин..." Прижатая к стене журналистами, Ребекка Квентин чувствовала, как гудет в ушах, и не могла ясно расслышать, о чем они спрашивают. Все, что она видела, были злобные взгляды. В этот момент она отчаянно пыталась сохранять спокойствие, не желая идти на компромиссы, но, чувствуя себя беспомощной и растерянной, она постоянно молилась в своем сердце. Говард Джеффри, приди и спаси меня... Говард Джеффри, помоги мне... Говард Джеффри... «Все, отойдите в сторону!» Как раз в тот момент, когда Ребекка Квентин почувствовала, что больше не может этого выносить, внезапно раздался строгий голос. Вскоре после этого журналистов, окружавших Ребекку Квентин, постепенно разняла группа людей, похожих на телохранителей... Услышав такой голос, Ребекка Квентин, ошеломленная, широко раскрыла глаза и проследила взглядом за всеми остальными. Однако перед Ребеккой Квентин предстал молодой, незнакомый мужчина. Этот незнакомый мужчина привёл с собой группу телохранителей, которые быстро отгородили журналистов от неё. Пока Ребекка Квентин недоумевала, зачем Говард Джеффри послал незнакомца, директор Линн почтительно подбежала к нему и крикнула: «Ассистент Энтони, зачем вы здесь?» Услышав, как директор Линн обратилась к нему как к «помощнику Энтони», члены «QCS» начали перешептываться между собой. Никто не знал, кто является закулисным владельцем "QCS", но все знали "помощника Энтони", потому что "помощник Энтони" был единственным человеком, который знал владельца и принимал решения от его имени. Столкнувшись с теплым приемом директора Линн, помощник Энтони решил проигнорировать это и вместо этого подошел напрямую к Ребекке Квентин, вежливо спросив: «Мисс Квентин, вы в порядке?» Ребекка Квентин совершенно не узнала человека перед собой, на ее лице читалось недоумение. Помощник Энтони улыбнулся и сказал: «Президент вернулся». «Президент» — это относится к Говарду Джеффри? На лице Ребекки Квентин тут же отразилась радость. Помощник Энтони повернулся и дал указание директору Линн, стоявшей рядом с ним в полном недоумении: «Директор Линн, пожалуйста, помогите мисс Квентин спуститься вниз, президент ждет ее там». Режиссер Линн на мгновение задумалась: «Да... да». Ребекка Квентин не придала этому особого значения и последовала за директором Линн в лифт, зная лишь, что Говард Джеффри пришел ее «спасти». Выйдя из главного входа "QCS" под охраной телохранителей, Ребекка Квентин внезапно остановилась. В поле ее зрения появился черный автомобиль, но это был не тот, который ей был знаком. «Мисс Квентин, пожалуйста, садитесь в машину!» Один из телохранителей открыл дверцу машины, почтительно обратившись к Ребекке Квентин. Взглянув на незнакомый автомобиль, Ребекка Квентин недоуменно спросила: «А ваш президент здесь не находится?» ---------- Главы 527-276: Цяо Чэ решает помочь ей с операцией (1/2) Телохранитель был еще больше озадачен: «Президент? Мы действуем по приказу помощника Энтони». «Кто такой помощник Антоний?» Телохранитель был озадачен вопросом Ребекки Квентин: «Это помощник Энтони только что вам помог!» Ребекка Квентин на мгновение растерялась. Когда её только что выводили, она думала, что «помощник Энтони» — это человек Говарда Джеффри, но почему эти телохранители вообще не упомянули Говарда Джеффри? Телохранитель быстро сказал: «Мисс Квентин, пожалуйста, садитесь в машину. Помощник Энтони сказал, что лично вам все объяснит». Ребекка Квентин вдруг покачала головой: «Я не сяду в машину, я вас не знаю…» «Мисс Квентин, пожалуйста, не бойтесь, мы не хотим причинить вам вреда». Когда Ребекка Квентин повернулась, чтобы уйти, сзади раздался голос. Ребекка Квентин инстинктивно повернула голову и увидела, что идущий человек действительно был «помощником Энтони». Сразу после разговора с репортерами помощник Энтони подошел к Ребекке Квентин и доброжелательно улыбнулся: «Я знаю, что вы сейчас очень растеряны, мисс Квентин. Пожалуйста, садитесь в машину, и я все медленно объясню внутри». «Нет, я вас не знаю!!» Помощник Энтони продолжал улыбаться: «Если мисс Квентин все еще хочет встретиться с этими репортерами, пожалуйста, не стесняйтесь». Когда он закончил говорить, Ребекка Квентин увидела, как репортеры хлынули из главных ворот "QCS". В панике Ребекка Квентин тут же вскочила в машину, ехавшую следом. Помощник Энтони последовал за ней внутрь. В машине Ребекка Квентин настороженно наблюдала за помощником Энтони: «Кто вы такой?» Помощник Энтони достал из кармана пиджака визитку и передал ее Ребекке Квентин: «Я еще официально не представился, меня зовут Кит Энтони, я помощник президента компании «QCS Group»». Услышав представление Кейта Энтони, Ребекка Квентин на мгновение опешилась. Затем Кит Энтони открыл планшет и показал Ребекке Квентин только что загруженные в интернет новости в прямом эфире. «От имени президента нашей группы компаний я хочу разъяснить всем, что недавние слухи о страстных отношениях между нашим президентом и мисс Квентин привлекли большое внимание. Президент просит меня сказать, что любовь — это личное дело, и хотя президент и мисс Квентин действительно состоят в отношениях, они хотят держать это в секрете. Однако недавние злонамеренные негативные новости, порочащие мисс Квентин, повлияли на ее помощь президенту во время его инспекции работы на «QCS», вынудив мисс Квентин провести пресс-конференцию для разъяснения ситуации. Президент просто хочет предупредить всех: все представители СМИ, участвующие в сегодняшней пресс-конференции, получат от нас письмо от адвоката. Кроме того, слухи о том, что мисс Квентин соблазнила мистера Джеффри в городе Y, являются вымышленными. Президент все это время был с мисс Квентин! Мы надеемся, что все искренне пожелают президенту и мисс Квентин всего наилучшего!» Именно это только что заявил Кит Энтони журналистам. Отель "Дворец". Рано утром телефон снова зазвонил. Ребекка Квентин, прислонившись к изголовью кровати и погруженная в размышления, взяла трубку. Бросив взгляд на экран телефона, она тут же нажала кнопку ответа: «Тетя Клэр!» "Слава Богу, вы наконец ответили на мой звонок…" «Вы хотите спросить о новостях, верно?» "Да." Последние полгода она редко связывалась с тетей Клэр, не потому что связь между хозяином и служанкой разорвалась, а потому что она умоляла тетю Клэр больше с ней не общаться. Узнав, что исчезновение тети Клэр произошло из-за того, что Говард Джеффри заточил ее в город Y, она впервые начала беспокоиться об окружающих. С того самого дня, как восемь лет назад изменилась её семья, её мир погрузился во тьму. Тётя Клэр, остававшаяся с ней, была обречена на жизнь, далёкую от обычной, поэтому она всегда надеялась, что тётя Клэр сможет держаться подальше. В тот год, когда тётя Клэр исчезла, она думала, что та вернулась в деревню, но позже узнала, что Говард Джеффри заключил тётю Клэр в тюрьму в городе Y за то, что она раскрыла правду о смерти её отца… После того, как обиды прошлого поколения были улажены, тётя Клэр хотела остаться рядом с ней, но та не позволила ей этого, потому что тётя Клэр уже достаточно настрадалась за неё. Теперь у тети Клэр есть семья с любимым человеком в сельской местности, они живут в достатке и гармонии, доказывая, что ее решение было правильным. Ребекка Квентин покачала головой и сказала: «Я же говорила, больше не беспокойся обо мне…» «Как я могу не волноваться за тебя? Ты всегда будешь моей „юной леди“. Я так волновался за тебя, когда ты не отвечала на мои звонки. Ты даже не представляешь, как я переживал». Ребекка Квентин утешила: «Причина, по которой я не отвечала на ваши звонки, заключается в том, что у меня все хорошо». Тетя Клэр выразила сомнение: «Но в последнее время о тебе много плохого пишут в прессе, я…» Ребекка Квентин тут же перебила тетю Клэр: «Тот факт, что я могу так с тобой разговаривать, доказывает, что эти новости на меня никак не влияют». «А что пишут в новостях? Говорят, ты встречаешься с генеральным директором какой-то компании по производству декоративных изделий с буквой „Q“, и вчера вечером он даже поручил кому-то объявить об этом, это правда?» — с надеждой спросила тетя Клэр. Сначала сестра, потом Изабелла, а теперь тетя Клэр… Она разговаривала по телефону с самого утра. С сестрой и Изабеллой было проще объяснить, потому что они не поверили новостям и просто спрашивали, действительно ли она знает босса, стоящего за "QCS", и почему он ей помог, чтобы она могла честно все объяснить. Но с тетей Клэр… Тетя Клэр всегда надеялась найти себе парня и начать все сначала. Если бы она сказала тете Клэр, что сообщения в новостях не соответствуют действительности, тетя Клэр, безусловно, была бы разочарована. Более того, учитывая недавнюю череду негативных новостей, тетя Клэр, должно быть, долгое время волновалась. Если бы она рассказала правду тете Клэр, это только усилило бы ее беспокойство. Смирившись, Ребекка Квентин смогла лишь ответить: «Да, это правда». По телефону раздался радостный голос тети Клэр: «Это замечательно… Расскажи мне о нем, как он выглядит, какой у него характер, из какой у него семьи?» Хорошо… Вопросы тети Клэр были настолько подробными. К счастью, Ребекка Квентин уже мысленно подготовила ответ: «Не волнуйся так сильно. Мы только сейчас начинаем встречаться, кто знает, что принесет будущее… Но я обещаю, если мы продолжим быть вместе, я обязательно познакомлю тебя с ним». «Хорошо, хорошо…» — взволнованно ответила тетя Клэр. — «Я так волновалась за тебя последние несколько месяцев, боялась, что ты не сможешь отпустить Говарда Джеффри. Теперь я наконец-то могу расслабиться». "Мм." «Берегите себя и не зацикливайтесь на прошлом, Говард Джеффри не стоит того, чтобы за него держаться…» "Мм." После разговора с тетей Клэр Ребекка Квентин с облегчением вздохнула, сумев отговорить ее от разговора. В её памяти всплыли слова тёти Клэр: «Говард Джеффри не стоит того, чтобы за него держаться». ---------- Главы 528–277: Честер Робинсон решает провести ей операцию 2 Причина, по которой тетя Клэр так говорила, заключалась не в том, что Говард Джеффри когда-то держал ее взаперти, а в том, что она считала Джеффри крайне бесчувственным и хладнокровным человеком. К такому выводу тетя Клэр пришла после того, как Джеффри прекратил с ней всякое общение после ее выкидыша. Она почувствовала облегчение от того, что рядом нет тети Клэр; иначе тетя Клэр сейчас бы за нее волновалась. Однако негативные новости наконец-то утихли… Сегодня вечером, когда помощник Энтони выступил перед СМИ от имени владельца компании «QCS», он развеял все мрачные тучи, окружавшие ее. Благодаря словам помощника Энтони, она плавно превратилась из «презренной женщины, цепляющейся за своего бывшего мужа», в потенциальную любовницу известной группы, и эти негативные новости стали безосновательными, поставив Элис Робинсон в невыгодное положение… Такой резкий поворот событий наверняка многих ошеломил, не так ли? Честно говоря, хотя она и была в замешательстве, она не могла не испытывать благодарности к таинственному человеку, о котором упомянул помощник Энтони. Да, — объяснил ей помощник Энтони, — причина, по которой его начальник был готов ей помочь, заключалась в том, что кто-то попросил его начальника об услуге, и это был кто-то из ее знакомых. Хотя помощник Энтони настаивал на том, чтобы не говорить ей, кто помогал ей за кулисами, она уже догадалась, что это был Говард Джеффри! Кто же еще это мог быть, кто-то из ее знакомых, кто смог бы убедить такую ​​влиятельную фигуру, как босс «QCS», если не Джеффри, который обещал помочь ей сегодня вечером? Она опасалась, что его помощь расстроит Элис Робинсон, и никак не ожидала, что он применит такое идеальное решение! Честно говоря, она была очень рада, что он согласился ей помочь. В прошлый раз, когда она получила плохие новости, он предпочел их проигнорировать, что ее очень разочаровало… Даже если чувства угасли, и он больше не заботится о ней, они прожили вместе восемь лет, что делает его холодное и безразличное отношение еще более удручающим. Но сегодня вечером он ее все-таки не подвел. С милой улыбкой на губах, после долгих раздумий с прошлой ночи, она наконец решила позвонить ему. Раз уж она попросила его о помощи, ей следовало бы поблагодарить его… Ребекка Квентин взволнованно взяла телефон в отеле и набрала знакомый номер, но, дойдя до последней цифры, внезапно остановилась. После недолгого колебания она медленно положила трубку, и волнение на ее лице постепенно исчезло, оставив после себя след меланхолии. Было ещё довольно рано, и он, вероятно, ещё не пошёл в офис. Не помешает ли звонок его отдыху? Точнее, помешает ли отдыху ему и его девушке. Да, на мгновение она почти забыла, что у него есть девушка. Ребекка Квентин скрыла разочарование в своих чистых, как вода, глазах, повесила трубку, вздохнула и снова откинулась на изголовье кровати. И снова она напомнила себе в глубине души… Ребекка Квентин, ты забыла? Ему больше нет до тебя дела… Возможно, он помог, просто позвонив другу, и в этом нет ничего особенного. Почему ты так взволнован? В тот момент из глубины её сердца раздался ещё один голос… Кто сказал, что ему всё равно? Если ему было действительно все равно, зачем он пришел к ней позапрошлой ночью? И почему он добровольно помог ей прошлой ночью? Если бы ему действительно было все равно, он бы и на этот раз продолжал игнорировать это… Эти два голоса, словно ангел и демон, постоянно переплетались в сознании Ребекки Квентин, пока она не услышала стук в дверь комнаты. Ребекка Квентин, накинув на себя ночную рубашку поверх пижамы, встала с кровати, чтобы открыть дверь гостиничного номера. Увидев посетителя, Ребекка Квентин приветливо окликнула: «Доктор Робинсон». На красивом лице Честера Робинсона тоже появилась нежная улыбка, когда он поднял только что купленную пиццу и спросил: «Здесь нет сэндвича, который вам нравится, как насчет пиццы?» Ребекка Квентин безмятежно улыбнулась: «Спасибо». Они вдвоем сели за небольшую барную стойку в комнате и начали есть. Честер Робинсон не удержался и поддразнил Ребекку Квентин, которая жадно поглощала еду: «Неужели последние два дня я нормально питался?» Ребекка Квентин энергично кивнула. «Простите, что вчера весь день был на совещаниях в больнице и не знал о выпуске журнала. Только сегодня, увидев новости и вас по телевизору, я понял, что с вами случилось что-то серьезное». Жевательная пицца, которую Ребекка Квентин невнятно пробормотала: «Всё в порядке, всё уже закончилось». Честер Робинсон внезапно выпалил: «Поздравляю!» Ребекка Квентин была ошеломлена: «А?» «Я видел, что владелец компании 'QCS' объявил о своих отношениях с вами…» Ребекка Квентин с трудом проглотила пиццу и быстро сказала: «Ты ведь на самом деле не веришь новостям, правда?» ---------- Глава 529-277: Честер Робинсон решает провести операцию (2_2) Честер поджал губы и улыбнулся: «Это я познакомил тебя с „QCS“, так как же я могу поверить таким новостям? На самом деле я поздравляю тебя с преодолением этого препятствия, и наконец-то тебе больше не нужно обращать внимание на эти слухи». Ребекка Квентин недовольно проворчала: «Да, было близко. Меня чуть не сожрали эти репортеры». Честер поднял бровь: «Вы выглядели довольно спокойным перед журналистами. Я думал, вы знали, что кто-нибудь придет вам на помощь!» Внимательный взгляд Честера задержался на изысканном лице Ребекки Квентин, в его глазах читалась едва заметная острота. Ребекка Квентин с недовольством поставила пиццу и серьезно сказала: «Я просто притворялась спокойной! Вы даже не представляете, как я боялась, постоянно молилась…» Молилась о том, чтобы Говард Джеффри поскорее пришел ей на помощь! Не заметив ничего необычного в выражении лица Ребекки Квентин, Честер сохранил свою элегантную улыбку и вздохнул: «Честно говоря, я всегда думал, что Говард Джеффри поможет вам решить эту проблему. Я не ожидал, что в итоге он не появится». Честер снова провел расследование… Ребекка Квентин опустила взгляд и тихо сказала: «Даже если он не поможет, это понятно». Она не собиралась рассказывать Честеру о том, что ей помог Говард Джеффри, поскольку не хотела, чтобы кто-либо узнал, что она обратилась к нему за помощью. Хотя Честер был братом Алисы, за время их дружбы он ни разу не поинтересовался эмоциональной связью между ней, Говардом Джеффри и Алисой; поэтому, даже если она упоминала о помощи Говарда Джеффри, Честер ничего не рассказывал Алисе. Но она все еще боялась усложнить ситуацию. В конце концов, Говард Джеффри, вероятно, тоже не хотел, чтобы об этом знали другие. «Верно. Сейчас он думает только о моей сестре…» Ребекка Квентин слегка кивнула. Честер с любопытством спросил: «Кстати, вы когда-нибудь задумывались, почему босс, стоящий за компанией „QCS“, вдруг решил вам помочь?» «Я тоже не знаю. Как и все остальные, я даже не видел его лично. Помощник Энтони сказал мне только, что мой друг попросил его о помощи». «Вы пытались угадать, кто это может быть?» «Я не могу понять, в чём дело». «Не кажется ли вам, что это Говард Джеффри попросил кого-то о помощи?» Ребекка Квентин бросила на Честера многозначительный взгляд: «Ты что, пытаешься испортить счастье своей сестры?» Честер от души рассмеялся: «Я просто пошутил. Я знаю, что это никак не связано с Говардом Джеффри». Ребекка Квентин заинтересовалась и спросила: «Откуда ты знаешь?» Честер поджал губы и молчал, лишь пристально глядя на Ребекку Квентин с легкой улыбкой на лице. Ребекка Квентин неловко покраснела под взглядом Честера: «Почему ты так на меня смотришь?» Честер прямо сказал: «Потому что ты красивая». Ребекка Квентин раздражилась и смутилась: «Прекратите шутить…» Зная, что она обидчива, Честер не стал продолжать её дразнить и сменил тему: «В любом случае, всё это произошло из-за Алисы. Надеюсь, ты сможешь её простить. Я уже её отругал, но, к сожалению, не могу заставить её извиниться перед тобой лично». «Не нужно. Это в прошлом. Не порти отношения с братом из-за меня!» Честер слегка кивнул и добавил: «На самом деле, за эти два дня со мной кое-что произошло. Это должно было бы меня расстроить, но, к моему удивлению, сейчас я чувствую себя довольно хорошо». Ребекка Квентин расправила хмурое выражение лица: «Как что-то разочаровывающее может принести удовольствие?» В этот момент Честер встал и, уходя, ответил: «В конце концов, вы всё узнаете… Ах, да, я забыл сказать, я продолжу работать в Т-Сити». Честер вышел из отеля и сел в черный автомобиль, уже припаркованный у обочины дороги. Кит Энтони ехал за рулем и, увидев улыбающиеся глаза своего босса в зеркале заднего вида, не смог удержаться и сказал: «Босс, мне кажется, вы все больше и больше интересуетесь одной женщиной… Если она вам нравится, вам следует действовать пораньше. Лучше всего сделать ее своей!» Честер сделал вид, что принял суровое выражение лица: «Чепуха!» Кит Энтони улыбнулся, сжав губы: «Да, хорошие цветы нужно срывать медленно…» Честер изогнул губы в улыбке: «Давайте обсудим дела». «Ох… Босс, от Говарда Джеффри за последние два дня не было ни малейшего движения. Мисс Элис, вероятно, боится, что Говард Джеффри поможет мисс Квентин, поэтому она редко отходит от него в последнее время». "Хм." «И ещё кое-что: мадам хочет вас видеть». Выражение лица Честера похолодело: «Передай ей, я навещу её, когда придёт время. Пусть она не волнуется». "Да." «Вы связались с доктором Хелианом, как я и просил?» «Он уже приехал в Нью-Йорк и ждёт встречи с вами», — ответил Кит Энтони. "Хорошо, пойдёмте к нему на встречу!" «Босс, вы решили сами провести операцию мисс Квентин?» — тихо спросил Кит Энтони. Губы Честера слегка изогнулись в улыбке: «Просто езжай, больше никаких вопросов». Три дня спустя. Офис президента группы компаний «Скайтоп». Элис Робинсон сидела на диване в офисе, скучающе перелистывая журнал в руке. Внезапно она отбросила журнал в сторону и снова посмотрела в сторону двери. Увидев это, Лиза Сесили почтительно подошла и сказала: «Мисс Робинсон, президент закончит свою работу после еще одной встречи». Элис Робинсон, скучая, прислонилась к дивану и тихо вздохнула: «Он каждый день так занят!» Лиза Сесили с улыбкой объяснила: «Президенту приходится управлять такой крупной компанией, поэтому, естественно, у него не так много свободного времени». Элис Робинсон с сожалением сказала: «Я знаю, но суп, который я для него приготовила, остынет». Лиза Сесили посмотрела на термос и спросила: «Мне следует сообщить об этом президенту?» Элис Робинсон быстро покачала головой: «Нет необходимости, я не хочу мешать его работе». "Хорошо!" Элис Робинсон похлопала по месту рядом с собой: «Лиза, поговори со мной немного!» Лиза Сесили кивнула и села рядом с Элис Робинсон. Элис Робинсон нежно взяла Лизу под руку и прошептала: «Секретарь Сесили, могу я попросить вас об одолжении…» «Пожалуйста, мисс Робинсон, просто скажите это. Если это в моих силах, я обязательно вам помогу». «У моего отца не очень хорошее здоровье, и дядя хочет, чтобы я ненадолго вернулся во Францию. Однако недавно компания Skytop участвовала в тендере на крупный проект, поэтому Говард Джеффри хочет, чтобы я остался в Нью-Йорке и занимался делами. Он не может поехать со мной во Францию… Поэтому я хотел бы узнать, не могли бы вы присмотреть за Говардом Джеффри, пока меня не будет?» Лиза Сесили тихо рассмеялась: «Мисс Робинсон, вы, кажется, очень обеспокоены действиями президента?» Элис Робинсон смущенно сказала: «Я полностью доверяю Говарду Джеффри, но, знаете, с таким количеством симпатичных коллег в компании и всеми этими дамами, которые окружают его, когда он общается с людьми…» Лиза Сесили сразу поняла: «Не волнуйтесь, я не дам этим дамам возможности приблизиться к президенту». ---------- Глава 530-278: Кто разрешил тебе уйти? «Тогда я предоставлю это госсекретарю Сесили…» «Пожалуйста. Есть ли у мисс Робинсон еще какие-либо указания?» Элис немного поколебалась и сказала: «Честно говоря, больше всего меня беспокоит Бекка. Она сейчас в Нью-Йорке, и я боюсь, что она придет искать генерального директора, пока меня там не будет». Лиза с любопытством спросила: «Разве в новостях не пишут, что мисс Квентин сейчас встречается с боссом компании „QCS“?» Алиса тут же ответила: «Я очень скептически отношусь к этой новости!!» Лиза усмехнулась: «Тогда вам не нужно беспокоиться о мисс Квентин, потому что она уже вчера вернулась в Т-Сити». Алиса радостно спросила: «Правда? Откуда ты знаешь?» Лиза ответила: «Об этом сообщалось в новостях. Журналист сфотографировал её, когда она выходила из аэропорта в городе Т». Офис руководителя компании "QCS". Бекка сидела напротив менеджера Смита, на ее лбу читалась тревога: «Менеджер, вы уверены, что я все еще могу остаться в „QCS“?» Менеджер Смит тепло улыбнулся: «Глупышка, когда помощник Энтони пришел и объяснил тебе ситуацию с боссом, я уже говорил тебе, что как только ты вернешься в Т-Сити, просто продолжай вести себя так, как будто ничего не произошло». "Но…" Менеджер Смит перебил: «Да, сейчас все считают тебя девушкой босса. Этот статус тебе даже на пользу… Думаешь, коллеги, которые раньше были недружелюбны, теперь осмелятся так себя вести?!» Бекка покачала головой: «Я никогда не хотела, чтобы у меня сложились такие напряженные отношения с коллегами». «Глупышка, попробуй сейчас выйти куда-нибудь и посмотри, останутся ли твои отношения с коллегами напряженными». Менеджер Смит намекнул, что, учитывая нынешнее положение Бекки, ее коллеги будут стремиться завоевать ее расположение, и кто посмеет проявить к ней неуважение? Бекка по-прежнему выглядела обеспокоенной: «Но это не разрешит напряженность в отношениях». Теперь ее все могут возненавидеть еще больше, не так ли? Менеджер Смит откинулся на спинку стула и неторопливо произнес: «Почему вас должно волновать, что думают эти люди? Вы в «QCS», чтобы работать и зарабатывать деньги, а не чтобы угождать им. Даже если они втайне ненавидят и завидуют вам, они не посмеют проявить к вам неуважение, и вы должны рассматривать такую ​​обстановку как хорошую рабочую среду и продолжать учиться и работать». После слов менеджера Смита Бекка постепенно почувствовала себя спокойнее. Да, она так долго работала в «QCS», что внезапная смена работы далась бы ей тяжело, а учитывая ее нынешний ответственный статус, переход в другую компанию, вероятно, также вызвал бы подозрения. Менеджер Смит, увидев, что Бекку трогают, продолжил: «Не стоит слишком много об этом думать, просто хорошо работайте здесь. Доктор Робинсон посоветовал мне хорошо о вас позаботиться!» "Эм-м-м…" Не дав Бекке ни секунды, менеджер Смит достал чертеж и тут же поручил задание: «Кстати, мне только что позвонил директор Грин из компании «Синьхуа Строи». Он сказал, что очень заинтересован в проекте, который мы ему ранее отправили. Я планировал встретиться с ним сегодня вечером, но у меня сегодня другие планы. Ты пойдешь сегодня вечером на встречу с директором Грином, а Николетт тебя поедет!» После непродолжительного колебания Бекка кивнула. Менеджер Смит увидел, что Бекка согласилась, и наконец тяжело вздохнул. Выйдя из кабинета менеджера и вернувшись на свое место, Бекка искоса взглянула на окружающих ее коллег. Все они были полностью поглощены работой, казалось, трудились усерднее, чем прежде. Очевидно, ее статус "будущей начальницы" определенно их запугал. "Эй, начальница…" Раздался весёлый голос, и Бекку похлопали по плечу. Бекка подняла взгляд на Николетт и слабо улыбнулась: «Не называй меня так». Николетт прислонилась к столу, наклонилась ближе к Бекке и сказала достаточно громко, чтобы остальные в офисе услышали: «Я называю тебя так, чтобы они знали, кто ты, и не объединились, чтобы тебя запугивать!» Бекка простонала: "Коко!!" Только тогда Николетт отвела свой гордый взгляд от всего вокруг и усмехнулась: «На твоем месте я бы уже всех их выгнала из компании!» После замечания Николетт Бекка отчетливо заметила, как ее коллеги позади нее напряглись. «Не шутите… У нас серьёзное дело!» «В чём дело?» Бекка достала план: «У менеджера Смит сегодня вечером планы, и она не может встретиться с директором Грином, она хочет, чтобы я занялась этим делом сегодня вечером». ---------- Глава 531-278: Кто сказал, что ты можешь уйти? «А, понятно, значит, я пойду с тобой сегодня вечером». «Да. Мы мало что знаем о характере директора Грина, поэтому нам нужно заранее кое-что изучить…» Николетт Холмс прищурилась, пристально разглядывая Ребекку Квентин: «Слушайте, миссис Джеффри, вы просто проверяете все для босса, почему вас это так волнует?» Чтобы избежать неприятностей, Ребекка Квентин серьезно ответила: «Проверка — это именно то, что босс публично заявляет, на самом деле, я здесь, чтобы учиться…» Николетт Холмс хитро прищурилась: «А, я поняла… многие члены семей крупных боссов проникают в компании инкогнито в качестве младших сотрудников, под видом «начинающих с самых низов», но на самом деле готовящихся в будущем возглавить компанию». Ребекка Квентин кивнула в знак согласия с предположением Николетт Холмс. Николетт Холмс с любопытством спросила: «Итак, планирует ли руководитель компании, чтобы вы управляли ею в будущем?» Ребекка Квентин неловко ответила: «Да… возможно!» "Подождите минуту." "Хм?" Ребекка Квентин подумала, что Николетт Холмс задает вопрос, но неожиданно Николетт Холмс выпалила: «Почему вы называете президента «БОССОМ», как и мы?» "Почему?" «Разве вы не состоите в отношениях? Разве у вас не должно быть какого-нибудь интимного прозвища?» Ребекка Квентин серьезно посмотрела на Николетт Холмс: «Даже если есть какое-то интимное прозвище, думаешь, я вам всем расскажу?» «Э-э, я обещаю, никому больше не расскажу, просто расскажите мне втайне! Кроме того, босс никогда не появлялся на людях, какой он, как давно вы с ним встречаетесь, как вы познакомились…» В десять часов вечера Ребекка Квентин помогла пьяной Николетт Холмс выйти из такси. Нежное лицо Николетт Холмс покраснело от алкоголя, она взмахнула сумкой и пробормотала: «Директор Грин, я снова поднимаю за вас тост…» Николетт Холмс сегодня вечером изрядно выпила… причина в том, что «директор Грин», с которым они познакомились, оказался неожиданно блестящим молодым человеком. Николетт Холмс не смогла сдержать эмоций, увидев его, они выпили один бокал за другим, прекрасно проводя время за выпивкой. Директор Грин явно был светским человеком, и, увидев Николетт Холмс в таком состоянии, он тут же предложил отправить их домой. Ребекка Квентин, естественно, отказалась, договорилась о встрече с директором Грином для еще одного обсуждения проекта, а затем помогла Николетт Холмс покинуть клуб. В этот момент она наконец-то благополучно доставила Николетт Холмс домой. Передав Николетт Холмс миссис Холмс, которая ждала у входа в квартиру, Ребекка Квентин обменялась с ней несколькими любезностями и ушла. Она только что попросила таксиста подождать на обочине, думая, что сможет сразу же поехать домой, принять душ и поспать, но неожиданно такси уже уехало. Ребекка Квентин мысленно упрекнула таксиста на несколько мгновений, а затем ее взгляд случайно упал на припаркованный под уличным фонарем Bentley, сверкающий дорогим темным блеском. Машина, номерной знак… сердце Ребекки Квентин мгновенно затрепетало. В следующую секунду машина поехала прямо на неё. Ребекка Квентин застыла на месте, ее затуманенный взгляд выражал недоверие. Пока он не вышел из машины, его гордая фигура стояла перед ней, а его глубокий взгляд был устремлен на нее. Ребекка Квентин опустила голову, необъяснимо не желая смотреть ему в глаза. Первым заговорил он слегка недовольным голосом: «Почему вы так одеты?» Ребекка Квентин инстинктивно подняла взгляд, чтобы посмотреть на его холодное и резкое лицо, а затем посмотрела на себя. Белая рубашка в сочетании с черной юбкой-карандаш — ее обычная рабочая одежда, ничего неуместного, — она с недоумением снова посмотрела на него. Говард Джеффри нахмурился, снял пиджак и накинул его ей на плечо: «В будущем не носи такие белые рубашки». Черт возьми, на ней была такая обтягивающая рубашка! Несмотря на стройность, у нее была прекрасная фигура с подчеркнутыми изгибами, а обтягивающая рубашка выделяла ее грудь, будоража воображение. Ребекка Квентин снова посмотрела на свою рубашку. Она по-прежнему не считала, что с ней что-то не так, максимум, что она была немного мала, но это потому, что она выбрала неправильный размер при покупке онлайн, и, примерив ее, почувствовала, что она не так уж и плоха, поэтому не стала возвращать. Вокруг ее уха раздался его обычный властный голос, Ребекка Квентин опустила голову и тихо пробормотала: «Что я ношу — не твое дело». Сказав это, она вернула ему куртку, от которой исходил его приятный запах. Говард Джеффри не протянул руку, чтобы взять куртку, вместо этого он схватил ее за руку. Ребекка Квентин, не желая встречаться с ним взглядом, повернула голову в сторону и сказала: «Отпусти». Говард Джеффри что-то выругался и словно притянул Ребекку Квентин к себе. Куртка упала на пол, Ребекка Квентин сердито оттолкнулась от крепкой груди, прижавшейся к ней: «Что тебе нужно?» Говард Джеффри сохранял холодное выражение лица и не произносил ни слова. Ребекка Квентин переключилась на то, чтобы пинать его по икрам, но он все равно не отпускал. Ребекка Квентин беспомощно прекратила сопротивление, подняла глаза и, вглядываясь в его красивые черты лица, которые казались еще более выразительными в тусклом свете уличного фонаря, сердито сказала: «Отпустите меня!» Наконец, Говард Джеффри слегка отпустил Ребекку Квентин, и его магнетический голос хрипло произнес: «Вы скучали по мне?» Ребекку Квентин силой затолкал в машину Говард Джеффри. Увидев, как он заводит двигатель, и не зная, куда он собирается ее отвезти, она тут же дернула за запертую дверь и сердито закричала: «Выпустите меня!» Говард Джеффри резко нажал на педаль газа, и машина помчалась по пустым ночным улицам. «Говард Джеффри, ты такой неразумный, кем ты себя возомнил, что можешь делать все, что хочешь, в любое время, полностью игнорируешь чувства других людей, извращенец, сумасшедший…» Машина внезапно остановилась, и Ребекка Квентин полностью наклонилась вперед. Говард Джеффри отвернулся, не выражая никаких эмоций, его тонкие губы неторопливо произнесли: «Вы помните, когда в последний раз требовали выйти из машины?» Ребекка Квентин замерла на секунду. В последний раз… Сначала мы были в Нью-Йорке, потом поехали на море, а затем… Лицо Ребекки Квентин мгновенно покраснело, она рассердилась и смутилась: «Ты…» Говард Джеффри слегка приподнял свой отчетливо очерченный подбородок: «Если ты не будешь хорошо себя вести, мы переживем ту ночь заново». Слова Говарда Джеффри заставили Ребекку Квентин прикусить губу и больше не произнести ни слова. Губы Говарда Джеффри изогнулись в едва заметной лукавой улыбке, он снова завел машину и, нажав на педаль газа, уехал далеко. В тихой машине Ребекка Квентин повернула голову к окну, ее мысли были полны сумбура. Честно говоря, сейчас у неё очень тревожное сердце. Каждый раз, оставаясь с ним наедине, она чувствует себя несколько растерянной. ---------- Глава 532-279: Самая большая ложь На самом деле, с тех пор как она вернулась в Т-Сити два дня назад, мысли о нем занимают почти все ее время вне работы, даже во сне ей снятся отрывки из того, как они были вместе в прошлом. Она была очень взволнована, хотела забыть обо всем, но не могла; и он, как ни странно, постоянно появлялся перед ней, нарушая ее спокойствие. Что именно он хочет сделать? Почему, находясь в Нью-Йорке, он так разозлился, увидев, как она играет в мяч с Честером Робинсоном, а потом пришел ее искать? Ему всё равно? Ему действительно есть дело? Сейчас он с Элис Робинсон, и их трогательные рассказы почти ежедневно появляются в газетах; весь мир знает, что их счастливое событие уже не за горами. Подумав об этом, Ребекка Квентин с негодованием повернула голову в сторону Говарда Джеффри. Говард Джеффри смотрел прямо перед собой, но при этом следил за каждым ее движением, спрашивая: «Что ты хочешь сказать?» Ребекка Квентин холодно посмотрела на него: «Ты теперь со мной, не боишься, что Элис Робинсон всё узнает?» Говард Джеффри категорично заявил: «Мы о ней говорить не будем». Упоминание о ней портит настроение. Поведение Говарда Джеффри заставило Ребекку Квентин почувствовать, что он уклоняется от решения проблемы, поэтому она добавила: «Говард Джеффри, хотя у меня и нет хорошего впечатления об Элис Робинсон, я считаю, что любить кого-то означает оказывать ей искреннюю заботу. Ты с ней, но при этом постоянно вмешиваешься в мои дела. Это незаметно вредит Элис Робинсон и делает меня очень несчастной». Слова Ребекки Квентин повергли салон автомобиля в тишину. Она продолжала ждать ответа от Говарда Джеффри, но он хранил молчание, ничего не отвечая. Внезапно машина остановилась. Прежде чем выйти из машины, Говард Джеффри наконец повернул лицо к Ребекке Квентин и тихо сказал: «Я с тобой согласен». Любить кого-то означает оказывать ему искреннюю заботу. Лицо Ребекки Квентин слегка побледнело: «Тогда выпусти меня из машины». В этот момент из машины вышел Говард Джеффри и открыл дверь со стороны Ребекки Квентин. Ребекка Квентин схватила сумку, вышла из машины и, не оглядываясь по сторонам, направилась к обочине дороги. Неожиданно Говард Джеффри внезапно обнял Ребекку Квентин. Как только она оказалась в его ауре, её охватило предчувствие беды… И действительно, он легонько поцеловал её в щёку: «Кто сказал, что ты можешь уйти?» Ребекка Квентин резко подняла голову, сердито глядя на него, ее щеки раскраснелись от его предыдущего поцелуя. Говард Джеффри взял у Ребекки Квентин ее сумку, затем, обняв ее, направился вслед за ними к отелю. Вынужденная обернуться, Ребекка Квентин наконец заметила позади себя отель XXX, освещенный неоновой вывеской. Завораживающий свет отеля озарил лицо Ребекки Квентин, мгновенно подчеркнув ее застывшую, но прекрасную черту. К нему уже подошел сотрудник отеля и забрал ключи от машины, которые бросил ему Говард Джеффри. Ребекка Квентин наконец-то пришла в себя и предприняла серьезную попытку вырваться из-под плотского гнета, сковывающего ее талию. Говард Джеффри спокойно обнимал ее беспокойное хрупкое тело и шел прямо к отелю. Ребекку Квентин, которую Говард Джеффри тут же обнял и проводил в гостиничный номер, постоянно сопротивлялась и боролась, но в конечном итоге безрезультатно. Лишь войдя в комнату, Ребекка Квентин освободилась от Говарда Джеффри, или, точнее, ей удалось сбежать, когда он ее отпустил. Ребекка Квентин тут же бросилась к двери, с силой дергая за дверную ручку. Однако дверь, казалось, была наглухо заперта и не могла двигаться вообще. Ребекка Квентин настойчиво била ногой по двери. В этот момент раздался неторопливый голос Говарда Джеффри: «Я попросил служащего запереть дверь снаружи; открыть ее изнутри невозможно». Ребекка Квентин сердито обернулась и сердито посмотрела на Говарда Джеффри. Говард Джеффри бросил только что снятые часы на стол рядом с собой, а затем подошел к Ребекке Квентин. Инстинктивно Ребекка Квентин отступила назад, прижавшись всем телом к ​​двери. Столкнувшись с ее настороженностью и напряжением, Говард Джеффри, казалось, остался невозмутимым и тихо сказал: «Я только что сошел с самолета, немного устал, сначала приму душ». "Привет…" Ребекка Квентин не успела ничего сказать, как Говард Джеффри уже начал расстегивать рубашку и направился в ванную. Увидев, что Говард Джеффри собирается войти в ванную, Ребекка Квентин поспешно бросилась за ним. Неожиданно Говард Джеффри остановился и обернулся, заставив её броситься прямо ему в объятия; главное, что его рубашка уже была расстёгнута, поэтому теперь её лицо было прижато к его крепкой широкой обнажённой груди. Говард Джеффри обнял Ребекку Квентин, в его глубоких темных глазах мелькнул необычайный блеск, полный очарования. "Хочешь принять душ вместе?" Пока он говорил, его слегка теплое дыхание точно коснулось ее уха, вызвав приятное покалывание. Ребекка Квентин, не обращая внимания на боль в носу от столкновения с ним, изо всех сил пыталась оттолкнуть его. В этот момент Говард Джеффри поднял Ребекку Квентин на руки и направился к единственной большой кровати в комнате. ---------- Главы 533–279: Самая большая ложь (Часть 2) На этот раз Ребекка Квентин быстро усвоила урок. Когда он поднял её и понёс к кровати, она почувствовала, что сейчас произойдёт что-то непредсказуемое, и, смущённо и раздражённо, укусила его за руку… Раздалось тихое мужское ругательство, и желание Ребекки Квентин исполнилось: кто-то бросил её на кровать. Пока он кипел от гнева, она уже спрыгнула, максимально отдалившись от него. Увидев, как на лице кого-то из близких появилось недовольство, Ребекка Квентин прижалась к стене и робко сказала: «Не подходи ближе…» Боль от ее безжалостного укуса в руку заставила Говарда Джеффри направиться прямо к ней. Ребекка Квентин в тревоге оглядела комнату и, наконец, бросилась в ванную. К своему удивлению, ванную комнату нельзя было запереть, да и защититься было нечем. Она оказалась запертой в ванной, беспомощно наблюдая, как он подходит к двери. К счастью, похоже, она действительно сильно укусила его и причинила боль. Он стоял у двери ванной, его зловещие темные глаза смотрели на нее, но он не вошел внутрь. Ребекка Квентин прижалась телом к ​​раковине, с тревогой глядя на его опасное и привлекательное лицо, и раздраженно произнесла: «Что с тобой не так? У тебя уже есть девушка, зачем ты меня беспокоишь? В прошлый раз… в прошлый раз на пляже, я даже не успела с тобой поговорить…» Говард Джеффри сохранял серьезное выражение лица, хотя его слова звучали как насмешка: «Как вы собираетесь с этим справиться?» «Не думай, что раз я в прошлый раз не сказала полиции правду, ты можешь так нагло себя вести по отношению ко мне. Мы больше не связаны!» Непонятно, почему он бросил свою девушку и прилетел из Нью-Йорка. Это по делам или по какой-то другой причине…? Почему он так с ней связан? Тон Говарда Джеффри был примирительным: «Хорошо, выходи первым, и я обещаю, что ничего тебе не сделаю». Ребекка Квентин с негодованием посмотрела на Говарда Джеффри: «Мне не нужны твои обещания; твои обещания никогда не имеют значения». Говард Джеффри нахмурил брови, явно не соглашаясь с обвинением Ребекки Квентин. В целом, он всегда выполнял свои обещания. «В прошлый раз на пляже ты говорил то же самое, что не будешь меня запугивать, но ты солгал, и в итоге…» Думая о том, как он тогда хитро изменил свою тактику, а она по глупости поверила ему, дав ему шанс, Ребекка Квентин почувствовала такой стыд, что ей захотелось провалиться сквозь землю. Говард Джеффри не выказал ни малейшего чувства вины, вместо этого он буднично ответил: «Это не считается». Ребекка Квентин была так взбешена, что стиснула зубы: «Вы искажаете слова». «Я предлагаю вам два варианта: вы выходите, и я обещаю ничего не делать, или я вхожу, и мы обсудим следующий вопрос вместе в ванной». «Нет!!» Услышав второй вариант, предложенный Говардом Джеффри, Ребекка Квентин тут же сказала: «Я выберу первый». Затем Говард Джеффри отступил от двери ванной комнаты. Ребекка Квентин все еще чувствовала себя довольно неловко, бросая взгляд на его спокойное и красивое лицо, и тихо спросила: «Ты ведь не нарушишь своего слова, правда?» Говард Джеффри неторопливо посмотрел на нее: «Вы хотите, чтобы я нарушил свое слово?» Ребекка Квентин тут же выбежала из ванной. Вернувшись в просторный номер, Ребекка Квентин почувствовала себя немного безопаснее, но все же держалась на максимальном расстоянии от Говарда Джеффри, защитно наблюдая за ним с металлическим украшением из отеля. Увидев испуганный взгляд Ребекки Квентин, Говард Джеффри улыбнулся: «Сегодня ночью ты должна остаться в этой комнате со мной. Ты собираешься всю ночь так защищаться от меня?» Ребекка Квентин чувствовала, что он полностью контролирует её, и это ещё больше злило её из-за стыда. "Выпустите меня!" Поведение Ребекки Квентин обеспокоило Говарда Джеффри, и сильное желание немного утихло. Он понял, что принуждение может расстроить её и оставить его неудовлетворённым. Поэтому он решил на этот раз успокоить её, тем более что ночь была длинной. «Прекрати создавать проблемы. Я не отпущу тебя сегодня вечером». «На каком основании?» «В силу того, что вы сейчас находитесь в этой комнате». Ребекка Квентин так разозлилась, что у нее зачесались зубы: «Говард Джеффри!!» Говард Джеффри неторопливо вошел в ванную: «Я приму душ первым, а ты можешь решить, умываться ли позже… Ах да, и не думай звонить кому-нибудь за помощью ни со своего телефона, ни с телефона отеля. Уверен, ты бы не хотел, чтобы кто-нибудь увидел, как мы проводим ночь вместе». Ребекка Квентин только что подняла трубку на прикроватной тумбочке, когда услышала замечание Говарда Джеффри. Она замерла, не набирая номер, затем сердито повесила трубку и с силой схватила подушку с кровати, бросив ее в Говарда Джеффри. К сожалению, Говард Джеффри уже вошел в ванную, и послышался шум льющейся воды. Ребекка Квентин обняла подушку и яростно разорвала её. Психопат, придурок… Ребекка Квентин проклинала его про себя, но из-за своего приличного воспитания могла придумать лишь несколько грубых выражений. Критикуя его внутренне, она также была обеспокоена своим нынешним положением. Что дальше? Она попробовала еще несколько раз раньше; как он и сказал, дверь не открывалась изнутри. И все же она не могла позвонить в полицию… Если бы у неё хватило смелости отправить его в тюрьму, она бы не была так унижена в Нью-Йорке в прошлый раз. Всё больше раздражаясь, Ребекка Квентин могла лишь выплеснуть свой гнев, постоянно дергая подушку. Итак, когда Говард Джеффри вышел из ванной, завернувшись лишь в полотенце, он увидел, как по всей комнате развеваются белые перья. Женщина, сидя на краю кровати и совершенно не обращая внимания на то, в каком состоянии она оставила подушку, явно вымещала свой гнев, бормоча жалобы. Говард Джеффри усмехнулся: «Ты меня так сильно ненавидишь?» Услышав его голос, Ребекка Квентин вернулась к реальности, и, увидев комнату, полную белых перьев, она смущенно отбросила подушку в сторону и сердито посмотрела на него. Изначально она планировала поговорить с ним, но вид его после душа, лишь завернутого в полотенце — чувственная и соблазнительная демонстрация его регулярно тренирующегося тела — не позволил ей смотреть ему прямо в глаза. Ее щеки быстро покраснели, и она отвернулась, стиснув зубы: «Не заходи слишком далеко!» Говард Джеффри улыбнулся и направился к Ребекке Квентин. Увидев его приближение, Ребекка Квентин тут же вскочила с края кровати и, настороженно глядя, отошла подальше от него. Говард Джеффри спокойно сидел на краю кровати, его ясные, блестящие глаза смотрели на нее, и он нежно похлопал по месту рядом с собой: «Иди сюда, садись сюда». ---------- Главы 534-280: Сестра Чен в беде Ребекка Квентин испепеляющим взглядом посмотрела на Говарда Джеффри и бросила на него взгляд, который говорил: «Ни за что». Она не была настолько наивна, чтобы идти в логово льва. Говард Джеффри уговаривал: «Я же сказал, что ничего тебе не сделаю». Ребекка Квентин сердито нахмурилась: «Тогда отпустите меня». Голос Говарда Джеффри мгновенно стал властным: «Ни за что». Терпение Ребекки Квентин иссякло: «Эй, а чего именно ты хочешь?» "Переспи со мной." "Ты бесстыжий!" «Что творится у тебя в голове? Я давно не высыпался, мне так хочется обнять тебя во сне». Он признался, что, помимо естественного мужского инстинкта, это действительно было его самым большим желанием. После слов Говарда Джеффри лицо Ребекки Квентин, и без того покрасневшее, покраснело еще сильнее от смущения. "Ты…" Насмешки заставили Ребекку Квентин внезапно осознать, что она совершенно не сможет переговорить его. Говард Джеффри снова похлопал по кровати и тихо сказал: «Ну же, уже утро, давай спать!» "Ты спишь одна!" Она угрюмо ответила, повернулась к нему спиной и села на диван. Говард Джеффри отряхнул перья с кровати и медленно произнес: «У меня сегодня было несколько встреч, я спешил сюда, не отдохнув, и, честно говоря, немного устал…» Ребекка Квентин мысленно ответила: «Это меня не касается!» Говард Джеффри неторопливо добавил: «Значит, вы либо позволите мне перенести вас, либо избавите меня от лишних хлопот, придя сами?» Ребекка Квентин сердито обернулась и испепеляющим взглядом посмотрела на него. Говард Джеффри лишь мельком взглянул на нее, а затем на кровать. "Шалун!" Кроме этого слова, Ребекка Квентин не смогла придумать ничего лучше. Говард Джеффри улыбнулся: «Если вы не придете, боюсь, я могу передумать и совершить что-нибудь еще более безрассудное». Ребекка Квентин подавила в себе раздражение, вцепившись в диван, нахмурив брови. После бесчисленных мысленных проклятий она сквозь стиснутые зубы спросила: «Ты обещаешь?» Говард Джеффри поднял руку в знак приветствия: «Обещаю». «Хорошо, тогда надень пижаму». Улыбка Говарда Джеффри стала шире: «Дорогая, если бы я действительно чего-то хотел, я думаю, не было бы большой разницы между тем, чтобы носить одежду и не носить ее». Милый… Казалось, подобное обращение само собой слетало с его губ, но для неё оно было теперь непривычным. Из-за этого адреса Ребекка Квентин на секунду замерла на месте. Увидев, что Ребекка Квентин не двинулась с места, Говард Джеффри предположил, что она все еще колеблется, поэтому, наконец, встал и поднял ее на руки в тот момент, когда она была в оцепенении. Ребекка Квентин пришла в себя только тогда, когда Говард Джеффри поднял её на руки, но к тому времени, как она успела отреагировать, он уже уложил её на кровать. "Привет…" Ребекка Квентин крепко прижалась обеими руками к его наклоненному телу. Говард Джеффри лишь усмехнулся, нежно поцеловал Ребекку Квентин в лоб, выключил свет, а затем лег рядом с ней и обнял ее. Его свежевымытое, прохладное тело плотно прижалось к ней, а рука обнимала ее за талию. Хотя он больше не предпринимал никаких действий, Ребекка Квентин напряглась от паники. Почувствовав её напряжение, она услышала сонный, хриплый голос Говарда Джеффри, который успокоил её: «Спокойной ночи». Ребекка Квентин, конечно, не собиралась полностью расслабляться только после слов Говарда Джеффри «спокойной ночи», но, поскольку она всё ещё волновалась, её уши едва уловили звук его ровного дыхания, указывающий на то, что он спит. Ребекка Квентин постепенно расслабилась, несмотря на то, что он властно окутывал ее во сне. Под одеялом витал его приятный мужской запах… Этот аромат необъяснимым образом успокаивал Ребекку Квентин, и, уставшая от насыщенного дня, полного мероприятий и общения, она медленно заснула. Рано утром Ребекку Квентин внезапно разбудил жар. В глубоком сне она сонно почувствовала, как на нее давит какая-то тяжесть, и, что особенно важно, эта тяжесть была очень горячей, отчего она вся вспотела и ей хотелось сорвать с себя одежду… Ребекка Квентин потерла затекшие от сна глаза и медленно открыла их, но прежде чем она успела прийти в себя и осознать происходящее, ее губы уже были зажаты. Обжигающий язык проник в рот Ребекки Квентин, многократно посасывая и переплетая движения. Когда пылкое присутствие некоего человека захлестнуло ее чувства, Ребекка Квентин мгновенно проснулась, широко раскрыв глаза и с силой оттолкнувшись. К сожалению, физическая сила этого человека оказалась непреодолимой, она не смогла оказать сопротивление. "Говард Джеффри…" — наконец выговорила Ребекка Квентин, но звук вырывался наружу, словно жужжание комара после его поцелуя. Говард Джеффри поднял голову, его взгляд упал на лицо Ребекки Квентин, слабый свет снаружи придавал ей пленительное очарование. ---------- Главы 535–280: Сестра Чен в беде (Часть 2) "Бекка…" Ребекка Квентин сопротивлялась сильнее, но Говард Джеффри убрал ее беспокойные руки со своей груди и напряженным голосом произнес: «Бекка, боюсь, мне придется нарушить свое обещание…» "Ублюдок!" Не в силах устоять, Ребекка Квентин отвернула лицо. Париж, Франция. По ночам Честер Робинсон сидел в одиночестве в саду за дверью своей спальни, рассеянный свет падал на его задумчивое лицо, а в его глазах всё больше отражалась глубокая сосредоточенность. "Брат…" Его мысли прервал чей-то голос. Придя в себя, Честер Робинсон увидел, что Элис Робинсон уже сидит у него на коленях. Едва уловимый аромат Chanel No. 5 донесся до носа Честера Робинсона. Руки Алисы обхватили шею Честера, ее сияющие глаза устремились на его благородное и элегантное лицо. Сегодня Алиса была одета в облегающее белое платье, подчеркивающее ее превосходную фигуру, очаровательную и соблазнительную, такую ​​же прекрасную и пленительную, как всегда. Алиса кокетливо спросила: «Почему ты вернулся в комнату сразу после ужина?» Взгляд Честера был прикован к Алисе, губы слегка приоткрыты: «Я всегда был отстраненным». Алиса нахмурилась и пробормотала: «Но ты ведь с тех пор, как вернулся сегодня, совсем не обращаешь на меня внимания и почти не разговариваешь со мной». Честер бросил насмешливый взгляд на тонкие и мягкие руки Алисы, обвивающие его шею, и слегка улыбнулся: «Раз уж мы брат и сестра, нам не следует быть так близки». Алиса надула губы: «Мне всё равно. Дома все знают, что у нас хорошие отношения, к тому же, никто не видит твой балкон». Честер наклонился к уху Алисы и медленно произнес: «Тогда почему бы тебе не остаться сегодня ночью со мной в моей комнате?» Услышав это, Алиса вздрогнула, тут же отпустила Честера и поднялась с его колен. Честер, глядя на реакцию Алисы, усмехнулся: «Что, побледнела от испуга?» Алиса опустила голову и серьезно ответила: «Мы уже все обсудили, прошлое как будто и не было, мы просто брат и сестра». Честер прищурился, игриво разглядывая Алису: «Тогда зачем ты пришла?» Элис подняла глаза на Честера: «Я заметила, что ты сегодня мало говоришь, беспокоишься, что тебя что-то волнует, поэтому я подошла поговорить с тобой». Взгляд Честера скользнул далеко вперед, он взял со стола бокал красного вина и, осторожно отпив глоток, спросил: «Что же меня сейчас беспокоит?» Элис села напротив Честера, с беспокойством посмотрела на его бесстрастное лицо: «Я слышала ваш сегодняшний разговор с папой». Честер оставался невозмутимым. Алиса тихо сказала: «Я никогда не думала, что папа оставит мне семьдесят процентов семейного состояния». Честер хранил молчание. Элис продолжила: «Папа всегда проявлял к тебе такую ​​же привязанность, как и ко мне, но я не понимаю, зачем он составил такое завещание…» Честер наконец ответил: «Ты слишком много об этом думаешь. Ты его родная дочь, поэтому вполне естественно, что он оставляет это тебе, я не против». «Но папа ведь не знает, кто ты, правда?» Честер небрежно улыбнулся: «Я не твой старший брат, но мне всё равно достаётся тридцать процентов твоего имущества. Мне бы следовало считать себя счастливчиком, не так ли?» «Брат… Ты же знаешь, что меня совсем не волнуют деньги, к тому же, теперь, когда я с Говардом Джеффри, мне не нужно об этом беспокоиться». Честер поставил бокал с вином, его тон по-прежнему был беззаботным: "Давай не будем об этом говорить… Почему бы тебе не рассказать мне о себе и Говарде Джеффри?" Упомянув Говарда Джеффри, Элис озарилась очаровательной улыбкой: «У нас с Говардом всё отлично!» Взгляд Честера, устремленный на Алису, был сдержанным: «Подойди ближе». "Хм?" "Подойдите сюда." В замешательстве Алиса направилась в сторону Честера. Внезапно Честер потянул, и стройное тело Алисы быстро упало ему в объятия. Снова у Честера на коленях Алиса выглядела испуганной, словно испуганная птица: «Что ты делаешь?» Глядя прямо в прекрасные глаза Алисы, Честер медленно произнес: «Я хочу знать, прикасался ли он к тебе». Алиса тут же почувствовала смущение и злость: «Ты… ты идиот, я так долго с ним встречалась. Как он мог меня не трогать?» Честер скептически прищурился и спросил: «Правда?» «Конечно, это правда!» — Алиса попыталась подняться с колен Честера, но Честер крепко держал её за бёдра. "Отпусти меня, отпусти!" Честер внезапно отпустил Алису. Неустойчиво держась на ногах, Алиса чуть не упала назад на круглый стол позади себя, но, к счастью, вовремя ухватилась за Честера. Слезши с колен Честера, Алиса сердито пробормотала: «Что с тобой случилось?» «Судя по вашей предыдущей реакции, было ясно, что вы мне солгали». Когда ее ложь была раскрыта, Алиса почувствовала смесь гнева и стыда: «Ты сделала это специально!» Ты специально сблизилась с ней, чтобы заставить ее слишком сильно волноваться и не дать рационального ответа. Честер усмехнулся: «Значит, я угадал?» Алиса в сердцах вышла из сада: «Что происходит между Говардом Джеффри и мной — не ваше дело!» За секунду до того, как Алиса вышла из сада, Честер усмехнулся: «Значит, ты безрассудно бросилась ему навстречу, а он не проявляет к тебе никакого интереса? Так он выражает свою любовь?» "Сволочь!!" Алиса выругалась и выбежала из сада. После ухода Алисы фигура, спрятавшаяся в тени, подошла и встала позади Честера. «Босс, вы не верите тому, что сказала мисс Элис?» Честер, прищурившись, продемонстрировал проницательный блеск в глазах: «Говард Джеффри способен отпустить даже многолетнюю ненависть к Ребекке Квентин; такие эмоции — это нечто невероятное». Кит Энтони был озадачен: «Но если он действительно так сильно любит мисс Квентин, почему, имея возможность быть вместе, он не оставил ее рядом?» «Именно это меня и смущает». «Босс, не кажется ли вам, что вы слишком осторожны? Во время инцидента в городе Y я сам подслушал и услышал, как мистер Джеффри прямо отверг мисс Квентин. Она была тогда очень расстроена… Но с другой стороны, если бы мистер Джеффри передумал, он и мисс Элис не смогли бы быть вместе так долго без…» Кейт Энтони тоже погрузился в свои мысли. Честер вдруг улыбнулся: «За все эти годы я не встречал такого загадочного противника, и это заставляет меня с нетерпением ждать встречи с ним». Притворившись, что его пробрала дрожь, Кит Энтони пошутил: «Босс, услышав это, я, честно говоря, немного испугался…» «Чего тут бояться?» «Вы сказали, что он непредсказуем, то есть непостижим. Если мы проиграем, как это случилось с женщиной, у нас может не остаться никаких останков». Честер неторопливо взял бокал красного вина, сделал глоток и, улыбаясь, спросил: «Ты очень боишься?» Кит Энтони снова рассмеялся: «Следуя за вами, босс, я никогда не боялся». ---------- Глава 536-281: Она проявляет инициативу и целует его 1 Город Т. Лежа на большой гостиничной кровати, свернувшись калачиком спиной к кому-то, Бекка смотрела покрасневшими глазами, храня молчание. Джеффри стоял позади неё, положив руку ей на талию, и спустя долгое время повернул её, заметив сжатые губы Бекки, и протянул руку, чтобы прикоснуться к ней. Бекка отвернула голову. Джеффри тут же тихонько усмехнулся, прижался подбородком к крошечной головке Бекки и обнял ее: «Мы уже это сделали, а ты винишь меня в нарушении обещания?» Бекка прикусила губу от стыда и гнева. Джеффри опустил голову и нежно поцеловал её: «Не сердись». Бекка тут же снова отвернула лицо. Джеффри обхватил лицо Бекки ладонями, заставляя ее посмотреть на него, и мягко произнес: «Сегодня вечером я действительно устал…» Услышав слово «устал», Бекка сердито посмотрела на него. Джеффри тихо рассмеялся: «Я еще не закончил говорить». Взгляд Бекки оставался пристальным. «Изначально я планировал восстановиться, а затем приступить к работе сегодня утром…» Боже, "восстановись…" Стиснув зубы, Бекка выплюнула: "Извращенец!!" Джеффри демонстративно проигнорировал упоминание Беккой слова «извращенец» и продолжил: «Но спать, просто обнимая тебя всю ночь, — это настоящая пытка…» Он всё ещё мог сказать это с такой невинностью? Бекка испепеляющим взглядом посмотрела на Джеффри. Джеффри сохранил мягкое выражение лица: «Знаете, чего я желаю уже довольно давно?» Бекка отвела от него взгляд, проявляя мало интереса. «Мы знакомы так много лет, и я с трудом могу вспомнить те случаи, когда ты проявлял инициативу. Естественно, это не твоя вина; это потому, что между нами столько непреодолимых препятствий… Позже я хотел убедиться, что, когда у нас наконец-то все наладится, ты хоть раз меня обслужишь. Но даже сегодня этого не произошло». После этих слов Джеффри Бекка отчетливо почувствовала, как ее только что вымытые, прохладные щеки быстро покраснели. Джеффри, заметив покрасневшие щеки Бекки, вдруг прошептал ей на ухо: «Когда ты поможешь мне исполнить это желание?» Бекка тут же протянула руку и шлёпнула Джеффри по красивому лицу. Она не била сильно; Джеффри перехватил ее руку и сказал: «Я говорю серьезно». Бекка с негодованием отдернула руку: «Это… это что, серьезная тема?» Увидев, что Бекка наконец-то готова с ним заговорить, Джеффри повернулся к ней и, улыбаясь, спросил: «Теперь ты готова меня приветствовать?» Только тогда Бекка поняла, что Джеффри намеренно дразнит её, и в гневе замахнулась кулаками ему в спину. Когда она нанесла удар, Джеффри издал приглушенный стон и сказал: «Полегче…» Услышав стон Джеффри, явно вызванный болью, Бекка постепенно ослабила движения. Джеффри схватил Бекку за руку и положил ее себе на спину, изливая сетования: «Вся в синяках». Кончики ее пальцев нащупали царапины на его спине, и щеки Бекки мгновенно покраснели, она резко выпалила: «Ты сама виновата». Она никак не ожидала, что в итоге оставит на его спине такие глубокие следы… Пока Бекку мучила совесть, Джеффри наклонился, чтобы украдкой поцеловать ее в губы, и прямо сказал: «Но мне это нравится». После того, как Бекка отругала его, она почувствовала, что ее лицо горит, и почти потеряла способность искупать вину, поэтому она уткнулась головой в одеяло. Джеффри озорно улыбнулся, зная её тонкую кожу, и, воздержавшись от дальнейших поддразниваний, пробормотал сквозь одеяло: «Сейчас рассвет, хорошо выспись!» Бекка не ответила. Джеффри поцеловал Бекку сквозь одеяло, затем лег рядом с ней и прижал к себе. Солнечный свет проникал в комнату сквозь плотные шторы… Бекка, похожая на котенка, прижалась к теплому объятию. Из-за света она пошевелилась, тихонько застонав, просыпаясь от сна. Открыв глаза, она первым делом увидела необычайно красивое лицо мужчины рядом с собой, и в ее памяти мгновенно всплыли воспоминания о прошлой ночи. Ее лицо невольно покраснело, она сжала одеяло и осторожно села. Она боялась не разбудить человека рядом с собой, а неловкости… Крепко сжав одеяло, она подошла к краю кровати, посмотрела на свет, льющийся из окна, и осторожно взяла сумочку с тумбочки с его стороны. Достав телефон из сумочки, она хотела проверить время, но обнаружила, что телефон выключен. ---------- Глава 537-281: Она проявляет инициативу и целует его (1 из 2) Открыв телефон и взглянув на время, Ребекка Квентин ахнула. О боже, уже был час дня… Она похлопала себя по лбу и посетовала: «Черт возьми, почему не сработал будильник?» Обычно она ставила будильник, чтобы не опоздать на работу, и даже если телефон был выключен, будильник все равно звонил! Бросив телефон в сумку, Ребекка поспешно схватила одежду из-под кровати. Сегодня днем ​​у менеджера Смита было две встречи, для подготовки которых ему потребовалось, чтобы она организовала необходимые материалы. Ей также нужно было сообщить менеджеру Смиту о вчерашней беседе с директором Грином… Столько всего её ждало, но она сонно проспала всё утро. Ребекка уже собиралась застегнуть застежку бюстгальтера, когда неожиданно ее обняла сильная рука. "Ах…" Внезапно ее оттащили обратно в постель, и Ребекка, торопливо похлопав человека по плечу, сказала: «Отпустите меня». Человек прижал Ребекку к себе, медленно открыл свои чарующие сонные глаза и хрипло произнес: «Проснулась?» Ребекка лежала на нём сверху и сердито кричала: "Ты выключил мой телефон?" Говард Джеффри многозначительно кивнул: «Да». «Эй, мне сегодня еще нужно на работу, ты уже перегибаешь палку!» — сказала она и с силой ударила его ногой по нижней части тела. Человек застонал, перевернул Ребекку и прижал её к себе. Его лицо стало невозмутимым, он уставился на нее, его красивое лицо слегка исказилось после того, как он вытерпел: «Черт возьми, ты что, не знаешь, что туда прикасаться нельзя?» Увидев его искаженное выражение лица, Ребекка поняла, что, возможно, слишком сильно пнула его, и виновато спросила: «Тогда почему ты выключил мой телефон и будильник?» Боль немного утихла, и Говард недовольно нахмурил брови: «Ты всё ещё собирался сегодня идти на работу?» «Конечно, я пойду на работу, у меня столько дел…» «Сегодня вам нельзя идти». «Что с тобой не так? Я уже сегодня утром пропустил работу, наверное, менеджер обзванивает всех подряд». «Тебя никто не уволит, чего же бояться?» «Ты здесь главный, а я нет. Я не могу просто так прогуливать работу, когда захочу». «Но я поручил обслуживающему персоналу открыть дверь завтра утром». Ребекка недоверчиво расширила глаза: «Ты… ты ужасен!» Глядя на распухшее лицо Ребекки, Говард не смог сдержать смех, его сердце переполнялось нежностью. Он наклонился, чтобы поцеловать её приподнятые маленькие губы: «Будь хорошей девочкой… оставайся со мной в отеле». После того, как в отеле у него наконец-то появилось время и возможность для интимной близости с ней, он не собирался упускать этот шанс. Ребекка толкнула Говарда в грудь: «Я же тебе говорила, мне нужно в офис!!» Говард мягко уговаривал: «Сколько ты заработал в этом месяце? Я заплачу тебе в десять раз больше». "Эй, за кого ты меня принимаешь? Мне твои деньги не нужны!" Говард тихонько усмехнулся собственной необдуманности, сказав: «Я просто хочу тебя удержать, ничего больше». Ребекка и не подозревала, что ее щеки снова покраснели. Она оттолкнула его: «Убирайся, ну же, убирайся!» Говард пристально изучал очаровательное лицо Ребекки, в его глазах медленно разливалось желание. "Бекка…" Он позвал её по имени, склонив голову ей на шею. Почувствовав что-то неладное в её голосе, Ребекка подтолкнула голову, прижавшуюся к её шее: «Эй, прекрати…» В этот момент у Ребекки зазвонил телефон. Почувствовав, что ей улыбнулась помощь, Ребекка поспешно похлопала по плечу человека, лежащего на ней: «Эй, мне звонят…» Прижавшись к ее шее и нежно целуя, Говард пробормотал: «Не обращай на это внимания». «Не могу, если буду продолжать игнорировать звонки, люди начнут беспокоиться обо мне…» «Перезвоните им позже». «Но сейчас звонит моя сестра». Ребекка установила разные мелодии звонка для семьи, друзей и коллег. Говард внезапно отшатнулся от Ребекки, стиснув зубы: «Черт возьми, у Кристин Куинн должна быть чертовски веская причина!!» Ребекка быстро схватила сумку, достала телефон, который звонил уже довольно долго, и быстро нажала кнопку ответа: "Сестра…" "Бекка, почему никто не отвечает на твои звонки?" «Э-э, я…» Кристин Куинн выглядела очень встревоженной и не успела расспросить Ребекку о причине, по которой та не отвечала на телефонные звонки, быстро добавив: «Тетя Клэр в беде». «Что?» — тело Ребекки задрожало. — «Сестра, объясни ясно». Говард бросил взгляд на Ребекку, заметив её реакцию. Выслушав объяснение Кристин, Ребекка быстро сказала: «Хорошо, я сейчас же отправлюсь в М-Сити…» Закончив разговор, Ребекка застыла на месте у своей кровати, ее лицо уже побледнело. Говард обнял Ребекку и спросил: «Что случилось?» Ребекка сказала удрученным тоном: «Сестра сказала мне, что тетя Клэр сейчас в больнице XX в городе М, ей нужна пересадка почки, подробности придется узнать, когда я приеду в больницу». Город М — родной город тёти Клэр. Говард спросил: «Как твоя сестра узнала об этом?» «Изначально мне позвонили из больницы, но мой телефон был недоступен, поэтому они позвонили моей сестре». Сказав это, Ребекка ударила Говарда: «Это всё твоя вина!» «Это серьёзно?» Ребекка оттолкнула обнимавшего её Говарда и начала одеваться, лежа на кровати: «Врач сказал моей сестре, что тёте Клэр нужна пересадка органов и рядом с ней должны быть члены семьи. Мне нужно срочно ехать в М-Сити». Закончив одеваться, Ребекка переоделась в нижнее белье под одеялом, а затем встала с кровати. Говард, опираясь на изголовье кровати, оттащил Ребекку, спешившую в ванную, назад: «Не спеши, я попрошу кого-нибудь проверить». Ребекка оттолкнула руку Говарда: «У меня нет времени ждать, пока ты проведешь обследование. Врач сказал, что у тети Клэр нет с собой родственников, я очень за нее волнуюсь». Беспомощный Говард отпустил Ребекку, наблюдая, как она входит в ванную. Когда Ребекка вышла, прихорашившись, она увидела Говарда, уже одетого, стоящего у окна и разговаривающего по телефону. Ребекка подошла, услышав, как он по телефону обсуждает дело тети Клэр. После того как Говард закончил разговор, Ребекка сказала: «Пусть сотрудники откроют мне дверь, я иду вниз, чтобы забронировать билет на самолет». Говард убрал телефон и повернулся: «Бронировать билет на самолет не нужно». "Хм?" Прежде чем Ребекка успела понять намерения Говарда, она увидела, как он вошел в ванную комнату. В ожидании выхода Говарда Ребекка позвонила менеджеру Смиту по телефону. ---------- Главы 538-282: Она поцеловала его первой (Часть 2) Менеджер Смит действительно был очень обеспокоен и прямо сказал по телефону, что только что ездил к Ребекке Квентин домой, чтобы ее найти, но не увидел и собирался позвонить в полицию. Ребекка Квентин объяснила менеджеру Смиту, что отправила Николетт Холмс домой поздно вечером и не смогла найти такси, поэтому остановилась в небольшом отеле. У нее разрядился телефон, и он автоматически выключился, а еще она проспала, потому что не услышала будильник утром. Менеджер Смит почувствовал облегчение, выслушав объяснение Ребекки Квентин. Затем Ребекка Квентин запросила у менеджера Смита трехдневный отпуск. Менеджер Смит немедленно предоставил ей отпуск, узнав о болезни ее родственника, и сказал, чтобы она позвонила ему, если ей понадобится помощь, что глубоко тронуло Ребекку Квентин. Вскоре после того, как Ребекка Квентин закончила разговор, Говард Джеффри вышел из ванной после того, как умылся. Ребекка Квентин быстро подошла к нему, взволнованно: «Пожалуйста, позвольте обслуживающему персоналу открыть дверь». Говард Джеффри достал телефон и позвонил. Через минуту послышался звук магнитной карты, скользящей по дверному замку. Ребекка Квентин схватила сумку и бросилась открывать дверь; и действительно, дверь открылась мгновенно. Она была в восторге и уже собиралась выйти, но вдруг кто-то обнял ее за талию. Глядя на Говарда Джеффри, который держал её за бок, Ребекка Квентин нахмурилась от недоумения: «Что вы делаете?» «Я пойду с тобой». Ребекка Квентин мгновенно не поверила своим ушам. В лифте отеля Ребекка Квентин вырвалась из объятий Говарда Джеффри и серьезно сказала: «Я не хочу, чтобы обо мне говорили». Ребекка Квентин не забывала, что они с Говардом Джеффри больше не родственники, и их совместные появления на публике могли вызвать переполох. Говард Джеффри снова остановил Ребекку Квентин: «Твои опасения излишни». "Привет…" Когда Ребекка Квентин попыталась оттолкнуть его, двери лифта открылись. Ребекка Квентин внезапно замерла в лифте, с раздражением глядя на Говарда Джеффри. В этот момент раздался почтительный голос: «Президент». Услышав несколько знакомый голос, Ребекка Квентин повернула голову, чтобы посмотреть. Это был Ройе. Казалось, она давно его не видела. Ройе поприветствовал Ребекку Квентин: «Мисс Квентин!» Чувствуя себя неловко из-за того, что Говард Джеффри держал её на руках, Ребекка Квентин слегка кивнула: «Привет, как дела?» Говард Джеффри спросил: «У нас всё готово?» Ройе кивнул: «Самолет заправлен, и теперь мы можем вылететь». По дороге в аэропорт Ройе был за рулем, а Ребекка Квентин и Говард Джеффри сидели на заднем сиденье. Ребекка Квентин беспокоилась о тете Клэр, из-за чего цвет ее лица выглядел довольно бледным. Говард Джеффри откинулся на спинку кресла и, успокойвшись, закрыл глаза. Мысли о тете Клэр, лежащей в одиночестве в больнице и страдающей от болезни, все больше встревожили Ребекку Квентин. «Всё будет хорошо». Легкий, расслабленный Говард Джеффри нежно взял Ребекку Квентин за холодную руку, мягко утешая ее. Внезапно оказавшись в объятиях теплой руки Говарда Джеффри, Ребекка Квентин на мгновение опешилась и посмотрела на него. Он всё ещё спал, глаза оставались закрытыми. Ребекка Квентин не могла не задаться вопросом. Как только он сел в машину, он откинулся на спинку сиденья, чтобы отдохнуть; он выглядел уставшим, но вчерашняя усталость не казалась такой уж сильной. Увидев, как Ребекка Квентин, словно в трансе, смотрит на Говарда Джеффри, угадывая ее мысли, Ройе сказал: «Президент не спал несколько дней до приезда в Т-Сити». "Почему?" «Сейчас самое напряженное время года. У президента почти нет времени на отдых, и ему нужно было освободить несколько дней для поездки в Т-Сити, поэтому ему пришлось заранее выполнить задачи на несколько дней подряд», — честно ответил Ройе. Ройе лишь изложил общую идею; Говарду Джеффри нужно было заранее решить множество вопросов, чтобы быть с Ребеккой Квентин. Ребекка Квентин была ошеломлена, глядя на Говарда Джеффри. Так что, когда он вчера сказал «устал», он действительно имел это в виду… Она думала, что он лжет, пытаясь заставить ее ослабить бдительность. Но он это заслужил, не спал несколько дней, а потом еще и прошлой ночью… При мысли об этом лицо Ребекки Квентин невольно покраснело. Говард Джеффри и Ребекка Квентин прибыли в М-Сити в шесть часов вечера. Прибыв в больницу, медсестра проводила Ребекку Квентин в палату тети Клэр. Говард Джеффри не вошел внутрь, а ждал снаружи палаты. Войдя в палату, Ребекка Квентин увидела тетю Клэр, безжизненно лежащую на больничной койке. Слабо облокотившись на изголовье кровати, тетя Клэр, увидев Ребекку Квентин, словно не поверила своим глазам и хрипло произнесла: «Мисс?» Ребекка Квентин сидела у кровати, глядя на иссохшую руку тети Клэр и яростно качая головой: «Как это случилось?» Тетя Клэр всегда была полной, а теперь она была как кожа да кости. Тетя Клэр отдернула руку, и на ее безжизненном лице тут же появилась расслабленная улыбка: «Этот врач так много суетился, со мной все в порядке, но все равно настоял на том, чтобы связаться с членами семьи». ---------- Глава 539-282: Она проявляет инициативу и целует его (2 из 2) Ребекка Квентин огляделась и спросила: «Где дядя Ан?» Дядя Ан — муж тёти Клэр. «Ему… ему нужно кое-что сделать», — несколько неуверенно ответила тетя Клэр. Ребекка Квентин нахмурилась: «Ты больна, а его нет рядом?» «Он на работе». «Неужели работа важнее, чем забота о себе?» "Хорошо…" Увидев, как тетя Клэр пытается скрыть свое выражение лица, Ребекка Квентин решительно воскликнула: «Почему ты это от меня скрываешь?» Тётя Клэр вдруг подняла голову: "Что?" Ребекка Квентин с трудом сглотнула горечь: «Последние шесть месяцев ты была одна в городе М. Ты вообще не ходила искать дядю Ан!» "Как… как ты это узнал?" Данное дело только что расследовал Говард Джеффри. «Не беспокойся о том, как я узнал. Скажи мне, почему ты был один и беспомощен в городе М, перебивался случайными заработками, но при этом не хотел рассказывать мне о своей ситуации?» «Мисс, со мной все в порядке…» Ребекка Квентин энергично покачала головой, крепко держа тетю Клэр за руку: «Разве ты не знаешь, что если ты мне ничего не расскажешь, я буду волноваться еще больше…» "Я…" "Тетя Клэр!" Не в силах устоять перед Ребеккой Квентин, тетя Клэр наконец тихо произнесла: «Да, я была одна в городе М». Ребекка Квентин с сомнением спросила: «Почему ты не пошёл искать дядю Ан?» Тетя Клэр тихо вздохнула и сказала: «Дело не в том, что я не пыталась его найти. Я узнала только полгода назад, когда вернулась в деревню, что он женат уже более десяти лет…» «Почему ты не сказал мне полгода назад?» Тетя Клэр честно ответила: «Шесть месяцев назад я хотела тебя найти, но у меня внезапно возникли проблемы со здоровьем. Я не хотела тебя волновать, поэтому осталась в городе М». "Ты такой глупый, что здесь один. Кто о тебе позаботится?" «Я всегда могла позаботиться о себе, но в последнее время…» Тетя Клэр не осмелилась сказать Ребекке Квентин, что ее болезнь обострилась до такой степени, что она больше не может сама о себе заботиться. Видя, как тетя Клэр постепенно теряет дар речи, Ребекка Квентин поспешно помогла ей лечь на больничную койку: «Хорошо, ничего не говори сейчас. Просто отдохни, а я пойду спрошу у врача о твоем состоянии». Тетя Клэр протянула свою слабую руку, чтобы обнять Ребекку Квентин: «Мисс, пожалуйста, не спрашивайте. Я просто хочу, чтобы вы посидели здесь и поболтали со мной». Ребекка Квентин спрятала руку тети Клэр под одеяло и настояла: «Сначала мне нужно уточнить ваше состояние у врача… Я вернусь позже, чтобы поговорить с вами, подождите меня». Когда Ребекка Квентин вышла из палаты, она случайно увидела, как врач разговаривает с Говардом Джеффри. Ребекка Квентин поспешила к врачу и услышала, как он сказал: «Пациентка шесть раз проходила диализ в больнице, состояние диализа пока довольно хорошее, но из-за преклонного возраста пациентки продолжение диализа может быть затруднительным для ее организма. Мы рекомендуем провести пересадку почки, но пересадку нельзя сделать немедленно, так как необходимо найти подходящую почку… Проблема в том, что до того, как будет найдена подходящая почка, консервативное лечение и продолжение диализа потребуют значительных финансовых затрат. Главная сложность заключается в том, что диализ болезненный, и пациентке необходимо терпение, чтобы его перенести, поэтому больница должна получить согласие семьи, а также напомнить им, что ресурсы больницы по пересадке почек ограничены, и мы не можем гарантировать, что подходящая почка будет найдена». Говард Джеффри сказал: «Хорошо, я понимаю». Затем врач ушел. Ребекка Квентин нервно спросила Говарда Джеффри: «Что имел в виду доктор, сказавший это только что?» Говард Джеффри просто объяснил Ребекке Квентин: «У тети Клэр, вероятно, заболевание почек длится уже много лет. Полгода назад ее состояние ухудшилось, но тетя Клэр не занималась серьезным лечением до недавнего времени, пока не узнала, что болезнь перешла в уремию. Тетя Клэр прошла несколько сеансов диализа, и диагноз показал, что заболевание почек перешло в уремию. После нескольких сеансов диализа состояние все еще довольно хорошее, но ей срочно нужна пересадка почки». "Трансплантация?" Взгляд Ребекки Квентин застыл. Она только что услышала от врача, что для трансплантации требуется не только найти подходящую почку, но и крупная сумма денег на лечение. Она раньше видела по телевизору, что операция по пересадке почки стоит как минимум сотни тысяч, и ожидание в очереди в больнице за почкой – это совсем не идеально, поскольку многие пациенты умирают, прежде чем находят подходящую почку. Поиск донора почки вне больницы влечет за собой огромные расходы. «К счастью, ситуация пока не слишком плохая». «Но тетя Клэр больше не может ждать…» Слабый, истощенный вид тети Клэр все еще вызывал у нее остаточный страх. Говард Джеффри нежно взял Ребекку Квентин за плечо и сказал: «Оставь это дело мне!» Ребекка Квентин замерла, глядя в глубокие глаза Говарда Джеффри, и нерешительно спросила: «Вы можете?» Она прекрасно понимала, что с её нынешними сбережениями в десятки тысяч долларов у неё нет возможности покрыть текущие медицинские расходы тёти Клэр, и даже если ей удастся собрать деньги на лечение, проблема с поиском почки остаётся огромной. Но если он сможет помочь, учитывая его возможности, найти подходящую почку дома или за границей не должно быть слишком сложно. Говард Джеффри нежно поцеловал Ребекку Квентин в лоб: «Конечно». "Говард Джеффри…" "Хм?" "…Спасибо." "Глупый." Глядя на доброе лицо Говарда Джеффри, Ребекка Квентин немного растерялась. Говард Джеффри обнял Ребекку Квентин и спросил: «Ты весь день ничего не ела, позволь мне составить тебе компанию, хорошо?» «Я не голоден, я хочу поболтать с тетей Клэр». «Хорошо, я подожду тебя здесь». Ребекка Квентин тут же покачала головой: «Не нужно, тебе следует отдохнуть в отеле!» Говард Джеффри настаивал: «Я останусь здесь с тобой». «Хорошо, я пойду скажу тёте Клэр, а потом мы сможем сначала что-нибудь поесть». "Хорошо." Поскольку Ройе приехал в М-Сити вместе с Говардом Джеффри, он уже позаботился об организации питания и проживания в гостинице. Ребекка Квентин и Говард Джеффри ужинали в ресторане с очень элегантной обстановкой. Они сидели у окна на двадцать седьмом этаже и могли видеть весь ночной городской пейзаж М-Сити. Ужин в таком прекрасном месте должен был бы доставлять истинное удовольствие, однако у Ребекки Квентин совершенно не было аппетита. Сделав всего один укус, Ребекка Квентин отложила нож и вилку: «Если мы сможем найти источник почки раньше, то тетя Клэр сможет сделать операцию раньше». «Давайте не будем обсуждать это за едой». «Я очень волнуюсь». ---------- Глава 540-283: Она проявляет инициативу и целует его 3 «Ройе уже связался со многими больницами как в стране, так и за рубежом. Скоро у нас будут новости». "Говард…" Говард отложил нож и вилку, его взгляд был прикован к Ребекке Квентин. Ребекка Квентин смотрела на Говарда, не моргая, словно хотела что-то ему сказать, но в душе колебалась. Говард тихо спросил: «Что ты хочешь сказать?» Ребекка Квентин быстро отвела взгляд и покачала головой: «Ничего». «Тогда поторопись и поешь. Разве тебе не хочется поскорее закончить и поехать в больницу?» "Да." Говард отвёз Ребекку Квентин в больницу, а затем ушёл. Ребекка Квентин купила продукты и другие необходимые вещи, готовясь провести ночь в больнице. Тетя Клэр услышала, как Ребекка Квентин сказала, что хочет остаться на ночь в больнице, чтобы составить ей компанию, и тут же отказала: «Не нужно, ты приехала в больницу прямо из аэропорта, не отдохнув. Тебе следует пойти в отель, принять ванну и хорошо выспаться!» Помогая тете Клэр наливать горячую воду, Ребекка Квентин сказала: «Когда я болела в детстве, папа был занят работой, и ты оставалась со мной в больнице вот так». Тетя Клэр объяснила: «Но я же не ребенок». Ребекка Квентин передала воду тете Клэр, усмехнувшись: «В моих глазах ты теперь просто большой ребенок, которому нужен кто-то, кто о нем позаботится». Тетя Клэр принесла воду. Ее пальцы слегка дрожали из-за слабого состояния. Ребекка Квентин помогала тете Клэр держать стакан с водой. Сделав глоток воды, тетя Клэр сказала: «Вам действительно нет необходимости оставаться с этой старушкой. Медсестра только что сказала мне, что ночью за мной будут ухаживать две сиделки посменно. Я могу спросить у них, если мне что-нибудь понадобится. Как вы думаете, пребывание в больнице сделает вас лучшим сиделкой, чем они?» Ребекка Квентин сидела у кровати: «Но я хочу с тобой поговорить». «Вы можете вернуться завтра поболтать». "Но…" «Никаких „но“. Со мной всё в порядке». «Тетя Клэр, помимо моей сестры, ты самый близкий мне человек на свете… поэтому, если что-нибудь случится в будущем, пожалуйста, не скрывай это от меня, хорошо?» Думая о том, как тетя Клэр в одиночку переносила боль последние шесть месяцев, Ребекка Квентин почувствовала глубокую вину. «Глупышка, такую ​​болезнь трудно вылечить полностью. Я не хочу тебя обременять…» Ребекка Квентин быстро ответила: «Полностью вылечиться несложно. Врач сказал, что как только мы найдем подходящего донора почки, операцию можно будет сделать в любое время. Главное, чтобы операция прошла успешно, и тогда вы выздоровеете». «Найти подходящего донора почки не так-то просто». «Я уже пытаюсь разобраться. Скоро будут новости». «Откуда у тебя деньги, чтобы найти донора почки?» — внезапно спросила тетя Клэр. "Эм-м-м…" «Вы перевели меня в лучшую больничную палату и наняли лучших сиделок. Все эти деньги ваши?» — с деликатностью спросила тетя Клэр. "Я…" — Ребекка опустила взгляд. Тетя Клэр с нетерпением догадалась: «Это твой парень? Босс той компании по декорированию „QCS“?» Ребекка Квентин всё ещё думала, как объяснить это тёте Клэр, когда услышала её слова и поспешно кивнула: «Да… да!» Тетя Клэр взволнованно воскликнула: «Он пришел? Я очень хочу с ним познакомиться. Хочу узнать, у кого такой проницательный взгляд». Ребекка Квентин выдавила из себя улыбку: «Он очень занят. Возможно, пройдет некоторое время, прежде чем он сможет приехать к вам». «Хорошо. Но в моем нынешнем состоянии встречаться, вероятно, тоже нежелательно». Ребекка Квентин быстро сменила тему: «Тетя Клэр, ты хочешь что-нибудь поесть сегодня вечером? Я сейчас пойду куплю». Тетя Клэр покачала головой: «В больнице мне предоставляют специальное питание, его доставят позже». «Хорошо, я пойду попрошу сиделку добавить еще одну кровать», — сказала Ребекка Квентин, вставая. Тетя Клэр поспешно сказала: «Пожалуйста, не надо, мисс. Я привыкла спать одна. А если вы вдруг окажетесь рядом, я могу к этому не привыкнуть». "Действительно?" «Конечно, это правда. Видишь ли, мы были хозяином и слугой столько лет, что даже когда ты был ребёнком и говорил, что боишься темноты, я никогда не спал с тобой». Вспоминая, как в детстве Ребекка Квентин настаивала, чтобы тетя Клэр спала с ней из-за ее боязни темноты, она невольно улыбнулась: «Тогда я останусь здесь и поболтаю с тобой. Уйду, когда тебе захочется спать». «Хорошо, мы не виделись полгода. Расскажи мне поподробнее о себе и своем парне… кстати, я даже еще не знаю его имени!» Лишь когда тетя Клэр задала этот вопрос, Ребекка Квентин внезапно осознала, что о ее «отношениях» стало известно публично, но она даже не знала имени своего «бойфренда». Тетя Клэр снова спросила: «Как его зовут?» Ребекка Квентин смогла придумать лишь случайное имя: «Э-э, его зовут Честер Робинсон». Простите её, это было единственное незнакомое мужское имя, которое пришло ей в голову в тот момент. ---------- Главы 541–283: Она проявляет инициативу и целует его (3 из 2) «Честер Робинсон, какое удачное имя, такой молодой, а уже руководит такой крупной компанией, поистине впечатляет». Ребекка Квентин продолжала болтать с тетей Клэр, пока та не настояла на том, чтобы она покинула больницу. По настойчивым просьбам тети Клэр, Ребекка Квентин наконец покинула больницу, оставив тетю Клэр на попечении медсестры. Выходя из больницы, Ребекка Квентин внезапно осознала, что не знает, где ей предстоит переночевать. Вспомнив об этом, Ребекка Квентин вдруг вспомнила Говарда Джеффри. Она не думала, что Говард Джеффри поедет с ней в М-Сити, и уж тем более не ожидала, что он ей поможет. На самом деле, в последнее время она не могла понять слишком много вещей, связанных с ним, но если бы она действительно попыталась об этом подумать, то только бы впала в стресс, поэтому в этот момент она просто решила ни о чем не думать, зная, что время все прояснит. Увидев отель через дорогу, Ребекка Квентин уже собиралась подойти, когда внезапно у ее ног остановилась машина. Ребекка Квентин вздрогнула и увидела, как Ройе выходит из машины. «Мисс Квентин». "Ройе!" Ройе сказал: «Позвольте мне отвезти вас обратно в отель!» Ребекка Квентин вежливо улыбнулась: «Не нужно, я сегодня ночую прямо через дорогу, это совсем рядом». Ройе выглядел обеспокоенным и сказал: «Честно говоря, генеральный директор попросил меня подождать тебя здесь, сказав, что если я не заберу тебя в отель, то и сам сегодня ночью спать не смогу». "Этот…" Несмотря на колебания Ребекки Квентин, Ройе уже открыл дверцу машины: «Мисс Квентин, пожалуйста, не усложняйте мне задачу, заходите!» После неоднократных уговоров Роя, Ребекка Квентин наконец-то села в его машину. Заведя двигатель, Ройе опустил голову и тихо отправил своему боссу сообщение. Как только сообщение было отправлено, обычно разговорчивая Ройе тут же начала говорить: «Мисс Квентин, вы когда-нибудь думали о том, чтобы возобновить отношения с генеральным директором после расставания?» Ребекка Квентин хранила молчание и не отвечала. Ройе продолжил: «Позвольте мне сказать вам, генеральный директор сейчас с мисс Робинсон, но это не значит, что он в итоге останется с ней. Отношения непредсказуемы, кто знает, может быть, он вернется к вам через несколько дней…» Ребекка Квентин спокойно ответила: «Ройе, ты несешь чушь. Твой генеральный директор — не из тех, кто относится к отношениям как к шутке». Ройе неловко рассмеялся, опасаясь, что его поймали, и воздержался от дальнейших комментариев. Говард Джеффри всегда ценил комфорт и качество жизни, поэтому его отель — самый фешенебельный в городе М. Ройе привёл Ребекку Квентин в комнату Говарда Джеффри, открыл дверь ключом, впустил её внутрь, а затем быстро исчез. Находясь в комнате, Ребекка Квентин беспомощно огляделась и поняла, что Говарда Джеффри там нет. Ребекка Квентин уже собиралась уходить, когда услышала шум льющейся воды из ванной. По всей видимости, он принимал душ. Ребекка Квентин вдруг почувствовала себя странно, стоя здесь, испытывая легкий дискомфорт, и, оглядевшись, случайно заметила ноутбук на столе неподалеку. Она с любопытством подошла и увидела, что он ранее участвовал в видеозвонке. Она внимательно посмотрела и обнаружила, что звонок поступил не от деловых партнеров, а от директоров нескольких больниц. Эти больницы очень известны в Нью-Йорке и специализируются на лечении внутренних болезней. Помня о том, что предстоящая операция по пересадке почки у тети Клэр также будет проводиться в отделении внутренних болезней, Ребекка Квентин примерно догадалась, почему он связывается с этими врачами. Внезапно теплое чувство наполнило ее сердце, и на лице появилась умиротворенная улыбка. Дзинь— Телефон на столе неожиданно издал короткий звуковой сигнал. Ребекка Квентин, чье внимание сначала было приковано к компьютеру, инстинктивно взглянула на его телефон. На экране телефона отображалось непрочитанное сообщение. Это сообщение прислал Ройе с текстом: «Босс, вас ждёт сюрприз, не забудьте указать меня в качестве автора». Ребекка Квентин не до конца поняла смысл сообщения, нахмурив брови. Что за сюрприз? Пока Ребекка Квентин недоумевала, звук журчащей воды в ванной внезапно прекратился. Ребекка Квентин инстинктивно посмотрела в сторону ванной и увидела, как оттуда вышел Говард Джеффри, нижняя часть тела которого была завернута в полотенце и все еще мокрая от душа. Увидев Ребекку Квентин, Говард Джеффри поднял брови, на его красивом лице отразилось удовольствие. Увидев его реакцию и вспомнив сообщение, которое отправил Ройе, Ребекка Квентин мгновенно поняла, что произошло. Может быть, Ройе сам проявил инициативу и привёз её сюда? Но это казалось маловероятным — Ройе не стал бы ждать у больницы, если бы действовал самостоятельно. На самом деле, Ребекка Квентин не знала, что в последние шесть месяцев Ройе следовал за ней повсюду, словно тень, поэтому его появление перед ней в нужный момент не было чем-то необычным. Однако Говард Джеффри действительно не думал, что Ройе привезет сюда Ребекку Квентин. Поскольку Ребекка Квентин уже сказала, что останется в больнице, чтобы провести ночь с тетей Клэр, и после того, как он уже однажды навязал ей свою волю прошлой ночью, обвинив в неуважении к ее пожеланиям, он решил удовлетворить ее просьбу остаться в больнице, но сегодня вечером его ждал сюрприз. Ребекка Квентин застыла на месте, на мгновение растерявшись и не зная, как объяснить свое присутствие, но, увидев приближающегося Говарда Джеффри, она подумала только об одном — уйти. Неожиданно ее попытка побега была немедленно пресечена кем-то сзади. Её обняли чьи-то руки, его сильное тело прижалось к её, и его магнетический голос прошептал ей на ухо: «Не уходи…» Понимая, что Говард Джеффри может ее неправильно понять, Ребекка Квентин быстро с трудом объяснила: «Это не то, что вы думаете, Ройе обманом заставил меня приехать сюда». Говард Джеффри, прижавшись к шее Ребекки Квентин, легонько поцеловал ее и невнятно спросил: «Как ему удалось тебя обманом заставить прийти?» «Он сказал… он сказал, что если я не приду, ты не дашь ему спать». Услышав это, Говард Джеффри тихонько усмехнулся. Ребекка Квентин ужасно смутилась и слегка толкнула Говарда Джеффри локтем: «Ты просто дразнишь меня». Говард Джеффри нежно поцеловал Ребекку Квентин в щеку: «Я не дразню тебя, я просто хвалю себя за то, что у меня такая хорошая подчиненная». Ребекку Квентин еще больше смутила улыбка Говарда Джеффри: «Ты же говорил, что не дразнишь меня…» Говард Джеффри повернул Ребекку Квентин к себе лицом: «Ты действительно так против того, чтобы меня видеть?» Ребекка Квентин хранила молчание. Взгляд Говарда Джеффри прожигал Ребекку Квентин, затем он мягко приподнял ее подбородок и долго внимательно изучал ее. Лицо Ребекки Квентин покраснело под пристальным взглядом Говарда Джеффри; свежий запах его тела после душа смешался с приятным ароматом его тела, несколько смутив ее. Он наклонил голову, его красивое лицо приблизилось… Как раз когда его губы вот-вот должны были коснуться её губ, Ребекка Квентин отвернула голову, неловко нарушив обстановку: «Я хочу принять душ». ---------- Глава 542-284: Она поцеловала его первой 4 На лице Говарда Джеффри читалось нежелание. Ребекка Квентин добавила: «Я весь день провела в больнице, и я ужасно грязная». Говарду Джеффри пришлось отпустить Ребекку Квентин: «Давай!» Ребекка Квентин опустила голову и тихо сказала: «Эм… у меня нет одежды, чтобы переодеться. Не могли бы вы попросить персонал отеля подготовить для меня комплект?» Она поспешила в М-Сити, не собрав вещи, и после целого дня в больнице только когда захотела принять душ, вспомнила, что у нее нет сменной одежды. Говард Джеффри подошел к тумбочке, взял лежавшее там чистое нижнее белье и передал его Ребекке Квентин: «Я уже приготовил для тебя несколько комплектов, и еще есть одежда». Увидев в руках Говарда Джеффри чёрное кружевное белье и трусики в тон, лицо Ребекки Квентин мгновенно покраснело, как у креветки. Она схватила белье и с молниеносной скоростью бросилась в ванную. Ребекка Квентин медлила в ванной, выйдя оттуда только после того, как высушила волосы. Она боялась даже думать об их нынешних отношениях, но ей нравилось быть с ним. Он подарил ей не только чувство защищенности, но и приятное, нежное ощущение, такое же, как когда они были вместе, и в этот момент ей не хотелось ни о чем думать… Однако реальность есть реальность, и нельзя игнорировать некоторые факты только потому, что она этого не хочет. "Э-э… не стоит слишком много об этом думать. Как я могу по тебе не скучать? Береги папу и возвращайся пораньше…" Ребекка Квентин молча стояла у двери ванной комнаты, безучастно глядя на фигуру в халате, стоявшую у окна от пола до потолка и разговаривавшую по телефону. Она печально опустила глаза, его нежный голос по телефону наполнил ее уши, и ей не нужно было гадать, кому он звонит. Она тихо вернулась в ванную, сняла гостиничный халат и снова надела ту одежду, в которой приехала. Она умылась у раковины, безучастно глядя на свое отражение в зеркале. Она была совершенно бесполезна, всегда так легко забывала о реальности… В городе Y он уже дал ей это понять, но она все равно осмеливалась мечтать об этом. Он говорил с ней нежно, возможно, даже нежнее с Элис Робинсон; по ночам он обнимал ее, пока они спали, возможно, он так же обнимал и Элис Робинсон; бурные времена, которые они проводили вместе, возможно, он с Элис Робинсон… Закрыв глаза, Ребекка Квентин не позволила себе продолжать думать и снова умылась холодной водой. Тук-тук… Слышался легкий стук по матовому стеклу ванной комнаты, и затем последовал его глубокий, магнетический голос: «Бекка, ты закончила?» Ребекка Квентин быстро вытерла с лица следы воды или слез и ответила: «О, почти закончила». Выйдя из ванной, Ребекка Квентин уже была полностью одета. Увидев Ребекку Квентин в таком состоянии, темные глаза Говарда Джеффри вспыхнули от чувствительности, словно он уже почувствовал ее необычное поведение. Ребекка Квентин взяла свою сумку, не взглянув больше на Говарда Джеффри, и вежливо сказала: «Я ухожу». Когда она направилась к двери комнаты, Говард Джеффри вовремя протянул руку, обнял ее и прижал к себе, уткнувшись подбородком в ее лицо. — Что случилось? Ребекка Квентин не сопротивлялась и не поднимала на него глаз, она тихо сказала: «Я хочу поехать в больницу, чтобы быть с тетей Клэр». Мрачный взгляд Говарда Джеффри оставался спокойным: «Ты всё ещё беспокоишься о ней?» Ребекка Квентин кивнула. Говард Джеффри нежно обхватил ее нежное лицо ладонями: «Почему бы тебе не посмотреть на меня?» Ребекка Квентин медленно подняла глаза, словно подчиняясь его приказу, чтобы посмотреть на него. В ее глазах его четко очерченные черты лица по-прежнему были столь же поразительными и примечательными, но по мере того, как ее взгляд тускнел, они постепенно размывались. В этот момент в её сердце мелькнула нотка боли. Говард Джеффри чмокнул ее слегка побледневшие губы: «Скажи, что случилось?» Ребекка Квентин покачала головой: «Ничего… Я просто беспокоюсь о состоянии тети Клэр. Я не могу здесь оставаться». «Но уже так поздно, что в больницу вас не пустят». «Нет, больница работает круглосуточно, и я сообщила об этом медицинскому работнику». «Хорошо, тогда я попрошу Роя отвезти тебя туда». "Хорошо." В машине Ребекка Квентин продолжала держаться за лоб, прислонившись к окну. Ройе взглянул в зеркало заднего вида на несколько растерянное выражение лица Ребекки Квентин и не удержался от вопроса: «Мисс Квентин, почему вы так поздно возвращаетесь в больницу?» Ройе на самом деле хотел спросить, почему Ребекка Квентин не осталась с Говардом Джеффри, но не смог спросить напрямую, поэтому намекнул. «Ну, не в больницу. Отвезите меня лучше в отель через дорогу от больницы!» Естественно, она солгала Говарду Джеффри ранее, зная, что главные ворота больницы не закроются, но стационарное отделение будет закрыто после полуночи. ---------- Глава 543-284: Она проявляет инициативу и целует его (4 из 2) Ройе неуверенно и тихо спросил: "У тебя... был спор с генеральным директором?" Ребекка Квентин тихонько усмехнулась: «Я с ним никак не связана, зачем нам ссориться?» На следующий день. Ребекка Квентин проснулась рано. Как только она проснулась, она сразу же поехала в больницу, как раз вовремя, чтобы встретиться с врачом, который пришел осмотреть тетю Клэр. Сначала она подумала, что это просто плановый осмотр, но потом врач сказал, что обследование проводится в связи с предстоящим диализом крови у тети Клэр. Ребекка Квентин кое-что понимала в диализе крови, и, думая о необычной боли, которую предстояло перенести тете Клэр, ее сердце наполняло чувство вины. Если бы она чаще и тщательнее ухаживала за тетей Клэр, то, возможно, заметила бы ее болезнь, и она не зашла бы так далеко. Ребекка Квентин могла остаться в палате, чтобы наблюдать за тем, как тетя Клэр проходит диализ крови, но тетя Клэр настояла на том, чтобы она ушла. В итоге Ребекка Квентин смогла наблюдать за тетей Клэр только через стеклянное окно палаты. Диализ крови оказался гораздо болезненнее, чем она себе представляла... Один только вид большой трубки, вставленной в тело тети Клэр, вызывал ужас, а пациентка даже видела, как по ее телу течет собственная кровь, что усиливало невыносимую боль. Ребекка Квентин, наконец, не выдержала и, прикрыв рот рукой, беспомощно зарыдала. "Бекка..." Раздался знакомый мужской голос. Ребекка Квентин подняла заплаканные глаза, чтобы посмотреть на Говарда Джеффри, который каким-то образом оказался перед ней, и прошептала: «Говард, мне так страшно…» Говард Джеффри нежно обнял Ребекку Квентин: «Всё в порядке, я здесь». Прислонившись к крепкой груди Говарда Джеффри, Ребекка Квентин заплакала еще сильнее, рыдая безудержно: «Сколько себя помню, тетя Клэр всегда была в нашем доме… Отец никогда не относился к ней как к служанке, я всегда считала ее членом семьи… У меня нет матери, она мне как мать, заботится обо мне, утешает меня, поддерживает, когда я одна и беспомощна…» Говард Джеффри легонько похлопал Ребекку Квентин по спине: «Я знаю». Ребекка Квентин винила себя: «Я не позволила ей спокойно наслаждаться последними годами жизни, вместо этого я постоянно ее беспокоила. Я даже не знала, что она больна, я действительно плохая дочь…» Говард Джеффри поцеловал заплаканное лицо Ребекки Квентин, нежно успокаивая её: «Глупышка, это не твоя вина, несчастья случаются со всеми…» Ребекка Квентин яростно покачала головой, слезы текли ручьем, словно жемчужины на порванной нитке: «В этом мире у меня есть только она и моя сестра, я не могу ее потерять…» Говард Джеффри большим пальцем вытер непрекращающиеся слезы с глаз Ребекки Квентин и с тревогой сказал: «Обещаю, с ней все будет в порядке». «Но мне очень страшно, я не хочу оставаться одна...» Говард Джеффри снова обнял Ребекку Квентин, нежно поцеловал ее в волосы и сказал: «Ты не будешь одна, у тебя есть сестра, Эндрю... и я». Ребекка Квентин не совсем понимала, что говорит Говард, она знала лишь, что ей так страшно, так одиноко и так беспомощно, что ей просто хотелось крепко обнять его... В этот момент раздался извиняющийся голос медсестры: «Извините, мисс Квентин, мистер Джеффри…» Ребекка Квентин вытерла слезы и сопли, глядя на медсестру. Медсестра передала Говарду Джеффри папку с документами: «Поскольку пациентка пожилая, ей трудно переносить боль от диализа, поэтому ситуация не очень оптимистична... В соответствии с процедурами нашей больницы, нам необходимо, чтобы вы подписали отказ от хирургического вмешательства». Ребекка Квентин спросила: «Что означает подписание соглашения об отказе от хирургического вмешательства?» Медсестра ответила: «Это означает, что вы согласны на продолжение диализа крови у пациентки. В случае несчастного случая во время процедуры наша больница не будет нести юридическую ответственность. Конечно, вы также можете отказаться от подписания, в этом случае мы немедленно прекратим диализ. Но я должна напомнить вам, что если пациентка не сможет выдержать этот сеанс, подобные ситуации вероятны в будущем, и вам все равно придется выбирать: откладывание только ухудшит ее состояние». Услышав слова медсестры, Ребекка Квентин бросилась к стеклянному окну. Сквозь стекло она увидела тетю Клэр, лежащую на больничной койке, которая не могла пошевелиться, с лицом, бледным как простыня, словно она потеряла все силы. Ребекка Квентин стучала по стеклу окна, обращаясь к находившимся внутри врачу и медсестре: «Впустите меня, впустите меня…» Медсестра, державшая бланк согласия, предупредила: «Мисс Квентин, пожалуйста, не делайте этого, врачи и медсестры внутри вас не слышат…» Ребекка Квентин беспомощно произнесла: «Что мне теперь делать?» Раздался спокойный голос Говарда Джеффри: «Подпишите форму согласия и продолжайте диализ». «Но боюсь, тетя Клэр с этим не справится…» Говард Джеффри спокойно сказал: «Если диализ начат сейчас, когда появится подходящая почка, ей можно будет немедленно сделать операцию, не откладывая лечение. Но если вы не можете заставить себя это сделать, это только причинит тете Клэр еще больше боли». Медсестра согласилась с Говардом Джеффри, энергично кивая и успокаивающе добавив: «На самом деле, хотя диализ и болезненный, большинство людей могут его перенести, а подписание согласия членами семьи — это обычная больничная процедура». Ребекка Квентин наблюдала за тетей Клэр внутри дома, которая едва могла дышать и все еще колебалась. Говард Джеффри подошел к Ребекке Квентин, поднял ее заплаканное лицо, желая, чтобы она посмотрела ему в глаза, и хриплым голосом произнес: «Бекка, ты мне доверяешь?» Ребекка Квентин кивнула, дрожа от рыданий. Говард Джеффри пристально посмотрел на Ребекку Квентин: «Тогда оставьте дело тети Клэр мне, я гарантирую, что в конце концов с ней все будет в порядке». Ребекка Квентин посмотрела на Говарда Джеффри и снова оцепенела, кивая головой. Наконец, под влиянием Говарда Джеффри, Ребекка Квентин подписала форму согласия на хирургическое вмешательство. После четырех часов диализа Ребекка Квентин немедленно бросилась в палату. Увидев, что у тети Клэр немного восстановился цвет крови, глаза Ребекки Квентин наполнились слезами, но она все же улыбнулась. Лежа на кровати, тетя Клэр слабо произнесла: «Глупышка, со мной все в порядке…» Ребекка Квентин крепко держала тетю Клэр за руку: «Ты должна держаться…» Тетя Клэр изо всех сил старалась улыбнуться: «Конечно, я буду держаться, я все еще хочу увидеть твою свадьбу, увидеть, как ты живешь счастливой жизнью». Ребекка Квентин энергично кивнула: «Да, да». Увидев тетю Клэр, мирно спящую на больничной койке, сердце Ребекки Квентин, которое весь день было напряжено, наконец успокоилось. Поправив одеяло тети Клэр и дав указание сиделке хорошо заботиться о ней, Ребекка Квентин наконец покинула палату. ---------- Глава 544-285: Она сама целует его 5 Не увидев Говарда Джеффри за пределами палаты, Бекка Квентин немедленно направилась в кабинет врача, где он мог находиться. Она еще не подошла к кабинету врача, когда услышала шепот двух медсестер. "Вы его видели? Он такой красавчик!" «Конечно, я его видела… К сожалению, когда он разговаривал с врачом, меня там не было». «Вам не кажется, что он вам знаком?» «Мне также кажется, что он похож на президента группы компаний «Скайтоп», о которой писали в журналах… Но как Говард Джеффри мог появиться в нашем городе? Я слышал, что он редко приезжает в страну, а первый филиал переехал во Францию…» «Главное, что его фамилия тоже Джеффри!!» «Он действительно очень красивый… Не знаю, хотя я и не слышала, что он говорил доктору Саймонсу, но я видела, как обычно высокомерный доктор Саймонс вел себя перед ним так покорно…» «Да, и директор лично дал нам указание хорошо позаботиться о женщине в шестнадцатом номере!» «Как вы думаете, это может быть Говард Джеффри?» «Скорее всего, нет. Помню, в новостях говорили, что девушка Говарда Джеффри очень красивая, в отличие от той, что в коридоре, которая в лучшем случае просто симпатичная, но при этом кажется довольно знакомой…» Разговор двух медсестер надолго ошеломил Бекку Квентин. «Мисс Квентин». Звонок вернул Бекку Квентин к здравому смыслу. "Ройе." Ройе держал в руках два упакованных обеда и говорил: «У президента есть дела на вторую половину дня. Он знает, что вы ничего не ели весь день, поэтому специально попросил меня принести легкий обед на ваш вкус…» "Спасибо." «Вам следует поблагодарить президента. Он очень обеспокоен вашим состоянием». Ройе говорил без всяких оговорок, даже не подозревая, что во время еды Бекка Квентин постоянно думала о слове "обеспокоен". В середине трапезы у Бекки Квентин зазвонил телефон. Увидев на экране телефона имя «Доктор Робинсон», Бекка Квентин нажала кнопку ответа: «Здравствуйте…». «Бекка, ты работаешь?» «Нет, я в городе М». "Ты был в городе М?" «Я уже упоминал, что пожилая женщина, которая заботилась обо мне с детства, заболела, поэтому я приехал в город М, чтобы навестить её». «Это серьёзно? Вам нужна моя помощь?» «Ты сейчас во Франции, и даже если мне понадобится твоя помощь, боюсь, ты не справишься». «Судя по вашему голосу, ситуация не очень серьёзная». «Да, у пожилых людей неизбежно бывают какие-то недомогания… Кстати, когда вы вернетесь? Дядя Робинсон хорошо себя чувствует?» «Как вы и сказали, у пожилых людей неизбежно бывают недомогания, но он всё ещё довольно бодр, и это не является большой проблемой». "Значит, вы вернетесь через несколько дней?" "Что, не привык к тому, что у нас нет соседей по соседству, как я?" «Нет… я больше не буду с тобой разговаривать, у меня дела». «Ладно, увидимся позже в Т-Сити». "Хорошо." Завершив разговор, Бекка Квентин не стала продолжать обедать и погрузилась в размышления. В течение следующих двух дней Бекка Квентин, несмотря на согласие тети Клэр, оставалась с ней в больнице днем ​​и ночью. После последнего сеанса диализа состояние тети Клэр стабилизировалось, и врач сказал, что, если будет подходящий источник почки, операцию можно будет провести в любое время. Бекка Квентин почувствовала некоторое облегчение, взяла отпуск у менеджера Смита и решила остаться в больнице до выписки тети Клэр. Днём Говард Джеффри пригласил её на ужин. Изначально Бекка Квентин не хотела ехать, но, словно по воле какой-то таинственной силы, в конце концов согласилась. Это был тот же элегантный ресторан, что и в прошлый раз, у окна, и Говард Джеффри заказал ее любимый стейк карри. В последние дни, поскольку она постоянно находилась в больнице, Бекка Квентин почти не видела Говарда Джеффри. Она призналась, что сознательно избегала его. Конечно, у Говарда Джеффри иногда тоже были дела, поэтому он не задерживался в больнице надолго. Во время трапезы, проходившей в молчании, Говард Джеффри внезапно спросил: «Вам нравится здесь обстановка?» Бекка Квентин тихо пробормотала «Мм». Говард Джеффри вздохнул: «Хотя М-Сити не так процветает, как Т-Сити, качество воздуха здесь хорошее, и люди кажутся более искренними. Вы могли бы приехать сюда на отдых, когда у вас будет время». «У меня почти нет времени думать об отпуске. Я просто молюсь, чтобы тетя Клэр смогла это пережить». «Вам не стоит беспокоиться о состоянии тети Клэр. Если ничего непредвиденного не случится, ей смогут сделать операцию через пару дней». Бекка Квентин, взволнованно уронив столовые приборы, посмотрела на Говарда Джеффри и спросила: «Правда?» «Да, его пожертвовал молодой человек, который уже умер». "Это замечательно!!" Говард Джеффри давно не видел Бекку Квентин такой счастливой, глядя на ее лучезарную улыбку, и его взгляд невольно погружался в размышления. ---------- Главы 545-285: Она проявляет инициативу и целует его (5 из 2) «В знак благодарности я поднимаю за вас тост». Наконец избавившись от бремени, лежавшего на сердце, Ребекка Квентин с радостью взяла бокал красного вина, поставленный рядом с ней. Губы Говарда Джеффри слегка изогнулись в улыбке, когда он чокнулся с ней бокалом, сделал глоток и спросил: «А когда вы тоже научились пить?» Ребекка Квентин, не задумываясь, ответила: «Доктор Робинсон иногда приглашает меня выпить!» Темные зрачки Говарда Джеффри слегка сузились, и в его взгляде появилась едва заметная чувствительность, когда он посмотрел на нее: «Он приглашает тебя выпить?» Черт возьми, даже Ройе не сообщила ему об этом! Поняв, что она не совсем ясно объяснила, Ребекка Квентин поспешно уточнила: «Нет, иногда он приглашает меня на дегустации вин, рассказывая о местах производства и винтажах красного вина. Но я мало что об этом знаю и пью нечасто». В голосе Говарда Джеффри слышалась легкая холодность: «Ты же знаешь, к чему приводит опьянение, больше с ним не пьешь!» Внезапно испугавшись его слов, Ребекка Квентин тупо кивнула. Она интересовалась местами проведения и винтажами красного вина из-за одного человека, который жил прямо напротив нее, но, к сожалению, он ничего не знал. Говард Джеффри разрезал стейк на своей тарелке и спросил: «Какие у тебя планы после операции тети Клэр?» Ребекка Квентин честно ответила: «Я хочу забрать её обратно в Т-Сити, чтобы она жила со мной». «Хорошо, что кто-то о ней позаботится». С большим количеством людей рядом он мог бы чувствовать себя немного спокойнее. «Надеюсь, тётя Клэр скоро поправится». «Я попрошу Роя остаться, чтобы помочь вам. Если у вас возникнут какие-либо проблемы или вам что-нибудь понадобится, просто дайте ему знать». Ребекка Квентин внезапно остановилась, нарезая стейк; она посмотрела на него и сдавленным голосом спросила: «Ты имеешь в виду… что уезжаешь из М-Сити?» "Да." Несколько дней назад, когда ей позвонил Честер Робинсон, она почувствовала, что он уедет в ближайшие дни. С мистером Робинсоном все было в порядке, Честер Робинсон вернулся из Франции, Элис Робинсон, естественно, полетит из Франции в Нью-Йорк, и он просто не мог не сопровождать Элис. Слабая печаль, спрятанная глубоко в её сердце, заставила Ребекку Квентин беззаботно спросить: «Когда ты уезжаешь?» "Сегодня вечером." «Сегодня вечером?» — стройное тело Ребекки Квентин резко задрожало. Осознав свою чрезмерную реакцию, она тут же, естественно, положила в рот кусок стейка. Говард Джеффри добавил еще одну фразу: «Если вам что-нибудь понадобится, дайте знать Рою». Ребекка Квентин не могла вспомнить, что еще сказал Говард Джеффри после этого; ее мысли постоянно блуждали. Закончив обед, как и в прошлый раз, Говард Джеффри отвёз её в больницу и уехал. В этот момент Ребекка Квентин беседовала с тетей Клэр в палате. Тетя Клэр прислонилась к изголовью кровати, посмотрела на Ребекку Квентин, которая чистила яблоко, и спросила: «Мисс, почему я так редко вижу, как вы разговариваете по телефону со своим парнем?» Ребекка Квентин была погружена в свои мысли; она пришла в себя, услышав голос тети Клэр: «Что ты сказала?» «Я сказала, что редко вижу, чтобы ты разговаривала по телефону со своим парнем». «О, в последнее время он был очень занят». «Если вы будете мало общаться, разве это не повлияет на ваши отношения?» Ребекка Квентин покачала головой и мягко сказала: «Настоящая любовь не забывает друг друга, даже когда их разделяет время». Тетя Клэр нахмурилась: «Почему я не понимаю, что ты говоришь?» Ребекка Квентин со смехом сказала: «Проще говоря, это настоящая любовь между нами, и даже если мы не общаемся, мы все равно заботимся друг о друге». «Это хорошо, я боялся, что вы, молодые люди, можете потерять свою страсть к учебе в наши дни». Ребекка Квентин тихонько усмехнулась и передала очищенное яблоко тете Клэр. «Бекка, ты забыла? Я только что съела яблоко, я не могу съесть слишком много». Ребекка Квентин с сожалением хлопнула себя по лбу: «Извините, я такая забывчивая». Врач сказал, что диализ вызывает потерю жидкости в организме тети Клэр, поэтому она может есть фрукты, но не должна есть слишком много. Увидев, как Ребекка Квентин кладет яблоко на прикроватный столик, тетя Клэр медленно произнесла: «Ранее, когда я несколько раз с тобой разговаривала, ты была рассеяна… Что-нибудь тебя беспокоит?» Ребекка Квентин улыбнулась: «Ничего меня не беспокоит… Я рада, что вам предстоит операция». Тетя Клэр искоса взглянула на тебя: «Пытаешься меня обмануть? Не забывай, я видела, как ты росла». Ребекка Квентин беспомощно призналась: «Да, у меня была ссора с моим парнем». "Серьезно спорите?" Ребекка Квентин просто хотела найти предлог, чтобы успокоить тетю Клэр, но не ожидала, что та так забеспокоится, и поспешно объяснила: «Ничего страшного, у нас часто бывают разногласия, но мы миримся на следующий день». «Бекка, когда будешь искать парня, найди того, кто тебе нравится и кто хорошо к тебе относится. Не заставляй себя, если он тебе не подходит, независимо от того, насколько хороши его условия… Ты говоришь, что часто не соглашаешься со своим парнем, я думаю, этот мужчина не очень-то тебе подходит. Настоящий мужчина должен быть терпимым к женщинам, вы действительно несовместимы?» «Я сейчас ничего не могу понять». В её голове царил полный хаос, абсолютный хаос. «Похоже, он тебе не очень нравится…» Ребекка Квентин снова погрузилась в свои мысли и тупо ответила: «Он мне нравится, он мне очень нравится!» «Нравится — это хорошо, я думал, ты всё ещё вспоминаешь Говарда Джеффри». Когда тётя Клэр упомянула «Говарда Джеффри», мысли Ребекки Квентин вернулись к реальности, она могла лишь улыбнуться и промолчать. «Честно говоря, я всегда сожалел, что вы не сошлись с Говардом Джеффри, ведь если бы не эти запутанные дела предыдущего поколения, вы с Говардом Джеффри, возможно, уже были бы женаты и имели бы дочь». Говоря об этом прошлом, сердце Ребекки Квентин все еще ощущало горький привкус. «Он был действительно бессердечным, так легко разорвал многолетние отношения… Но, с другой стороны, мы не можем полностью его винить, ведь ваш выкидыш тоже стал для него большим ударом». Внезапно Ребекка Квентин, всё ещё погруженная в размышления, заговорила: «Тётя Клэр, можно задать вам вопрос?» «Конечно, пожалуйста». «В последнее время у меня проблемы с парнем, потому что он часто общается со своей первой девушкой, тайно ей помогает, но при этом по телефону ведет себя со мной очень нежно… Что, по-вашему, мне следует делать? Какие чувства он испытывает к своей первой девушке?» Тетя Клэр была в шоке: «Что, твой парень закрутил роман со своей бывшей девушкой?» Ребекка Квентин кивнула. Тетя Клэр тут же рассердилась: «Что ты делаешь с таким мужчиной?» «Чтобы внести ясность, он серьезно относится к отношениям, он не из тех, кто изменяет». ---------- Главы 546–286: Она хочет, чтобы они втроём были вместе навсегда (Часть 1) «Это тоже нежелательно!» — проанализировала тетя Клэр. — «Он закрутил роман со своей бывшей девушкой, а это значит, что подсознательно он все еще о ней заботится. Даже если он женится на тебе, он, вероятно, не забудет ее в будущем». «Ты правда думаешь, что ему всё ещё не всё равно?» "Конечно, иначе зачем бы он помогал ей втайне?" «Может быть… может быть, он просто сочувствует своей бывшей девушке?» «Это невозможно. Только душевная боль порождает заботу, а душевная боль строится на фундаменте беспокойства. Если ваш парень действительно так запутался со своей бывшей девушкой, я думаю, он вам совсем не подходит». Услышав это, Ребекка Квентин погрузилась в размышления. Тетя Клэр, увидев растерянное выражение лица Ребекки Квентин, подумала, что та сказала слишком резко. Она быстро добавила: «Конечно, вам, как заинтересованной стороне, следует тщательно обдумать сердечные дела…» Ребекка Квентин внезапно встала, ее лицо сияло от радости: «Тетя Клэр, спасибо. Теперь я знаю, что делать». "Хм?" Тетя Клэр еще никак не отреагировала, когда увидела, как Ребекка Квентин выбежала из больничной палаты. Выписавшись из больницы, Ребекка Квентин быстро остановила такси. Да, она собиралась спросить его, что он на самом деле к ней чувствует. Если ему действительно наплевать на неё, зачем он её беспокоил в Нью-Йорке? Зачем он летел из Нью-Йорка в Т-Сити, чтобы её найти? Почему он готов ей помочь? Сначала он помог развеять её негативные слухи, а потом помог с делом тёти Клэр… Какие чувства скрываются за его действиями, направленными на то, чтобы помочь ей? Сочувствие? Нет… Её интуиция подсказывала, что это не так. Его взгляд был точно таким же, как и прежде… Ей было все равно на присутствие Элис Робинсон. Она просто хотела прямо спросить его, заботится ли он о ней до сих пор или нет. "Водитель, не могли бы вы немного поехать быстрее?" Достав телефон, чтобы проверить время, Ребекка Квентин с тревогой спросила: «Что это?» Сейчас всего восемь часов, времени должно хватить, времени достаточно… Выйдя из такси, Ребекка Квентин даже не взяла сдачу и поспешила в отель. Стоя в лифте и наблюдая, как медленно поднимаются цифры, сердце Ребекки Квентин словно замерло вместе с ними, пока лифт не издал звуковой сигнал, означающий открытие, и ее застывшее сердце наконец не опустилось. Она направилась прямо к двери его комнаты и настойчиво подняла руку. Но в тот момент, когда она собиралась постучать, ее рука внезапно остановилась. Действительно ли ей стоит спрашивать его? Разве он уже не дал ей это ясно понять в городе Y? Вспоминая слова, сказанные им миссис Джеффри в городе Y, рука Ребекки Квентин остановилась на двери и медленно опустилась обратно. Он лично сказал ей, что ему больше нет до неё дела, и повторил это ещё раз в присутствии миссис Джеффри… Он очень ясно дал понять, что чувствует к ней. Если сегодня она получит тот же результат, какое лицо ей придётся увидеть у него в будущем? А также… Казалось, она забыла, забыла самую важную причину: у её тела уже был дефект. Как могло быть будущее между ней и ним? Под этими мыслями ее прежняя энергичность и радость сменились бесконечным спадом и разочарованием. Уныло направляясь к лифту, Ребекка Квентин уже собиралась нажать кнопку спуска, когда лифт внезапно открылся, и изнутри вышел Ройе. Рой первым увидел Ребекку Квентин и поприветствовал её: «Мисс Квентин, какое совпадение!» Придя в себя и увидев Ройе, Ребекка Квентин быстро вытерла едва заметные слезинки в уголках глаз и неловко произнесла: «Э-э, да!» Ройе спросил: «Вы пришли повидаться с президентом?» «Нет, я…» — Ребекка Квентин внезапно обнаружила, что не в состоянии придумать разумное оправдание. Рой рассмеялся и сказал: «У вас, должно быть, какие-то дела, раз вы ищете президента?» «Это не связано ни с чем конкретным… Просто он очень мне помог в последние несколько дней. Я слышал, что он сегодня вечером возвращается в Нью-Йорк, и понял, что еще не поблагодарил его». «Тогда почему вы уходите? Президент еще не уехал!» «О… я только что постучала в дверь, а его нет». Ребекка Квентин небрежно придумала объяснение. «Стучать не получится; дверь намертво закрыта. Я сам нажму на дверной звонок!» Сказав это, Рой направился прямо к двери комнаты Говарда Джеффри. Ребекка Квентин быстро подошла и остановила Роя: «Давай просто забудем об этом… Я позвоню ему, когда тетя Клэр поправится!» «Ты уже здесь…» — не обращая внимания на Ребекку Квентин, Ройе нажал на дверной звонок комнаты Говарда Джеффри. «Мисс Квентин!» — крикнула Ройе. Внутри Ребекка Квентин чувствовала раздражение, но наконец набралась смелости и подошла. Как только Ребекка Квентин подошла к двери комнаты, она внезапно открылась изнутри, и Ребекка Квентин тут же почувствовала на себе знакомый взгляд. ---------- Главы 547–286: Она хочет, чтобы они втроём остались вместе навсегда (Часть 1) Ребекка Квентин опустила голову и еще ничего не сказала, когда Ройе выпалил: «Генеральный директор, мисс Квентин хочет вам кое-что сказать…» Нервно подняв глаза, Ребекка сказала: «Ничего серьезного». Говард Джеффри, одетый в халат, открыл дверь: «Давайте поговорим внутри». Оказавшись внутри, Ребекка сначала подумала, что Ройе все еще там, но каким-то образом он незаметно ускользнул. Вскоре в комнате остались только Говард и Ребекка. Говард, очевидно, только что принял душ, так как от него исходил освежающий запах геля для душа. Ребекка неловко стояла, чувствуя, что у нее нет другого выбора, кроме как извлечь из ситуации максимум пользы. Она первая заговорила: «Я пришла к вам, потому что сегодня днем ​​во время обеда забыла вас поблагодарить». Говард подошел к Ребекке, поддержал ее слегка дрожащее тело и тихонько усмехнулся: «Не нужно быть со мной таким формальным». Подняв взгляд на красивое лицо Говарда и его нежную улыбку, Ребекка очень хотела задать ему вопросы, но прошлые неудачи лишили ее смелости, необходимой в этот момент. После нескольких секунд, проведенных в его взгляде, Ребекка тихо ответила: «Я просто хотела выразить свою благодарность, но, учитывая сумму денег, боюсь, я не смогу отплатить…» «Вы же знаете, что эта сумма денег для меня не имеет значения». «В любом случае, я благодарю вас от имени тети Клэр. Я знаю, что вы внесли не только финансовый вклад, но и приложили усилия», — имея в виду то, что она увидела на компьютере, а именно, как он связался с некоторыми известными директорами больниц в США. «Вы пришли только для того, чтобы это сказать?» Говард подошел к кровати, снял халат, взял с кровати рубашку и начал одеваться. Ребекка повернулась спиной к Говарду, и обернулась только тогда, когда за спиной перестали слышаться звуки переодевания. Она увидела Говарда, стоящего перед зеркалом в полный рост в комнате и застегивающего часы. Несмотря на то, что Ребекка знала, что не следует задавать такие ненужные вопросы, она не удержалась и спросила: «Вы скоро уезжаете?» «Да, у меня есть срочные дела в Нью-Йорке». Ребекка с трудом сглотнула комок в горле: «Тогда желаю вам безопасного пути». Завязывая галстук, Говард слегка улыбнулся: «Зачем говорить такую ​​банальную вещь?» Ребекка улыбнулась, но за этой улыбкой скрывалась горечь. Одевшись, Говард вернулся к Ребекке, обнял её за талию спереди и легонько поцеловал в лоб: «Береги себя в Т-Сити». В груди Ребекки мгновенно возникло неприятное ощущение. Невольно Ребекка тоже обняла Говарда, ее глаза наполнились слезами, когда она смотрела на него. Я не хочу, чтобы ты уходил, Говард! В тот момент Ребекке больше всего хотелось сказать Говарду следующее. Когда они собирались подписать согласие на операцию для тети Клэр, как же она была благодарна за то, что он был рядом с ней! Если бы не он, она была бы совершенно неспособна принять правильное решение в таком растерянном и беспомощном состоянии… Он вселил в нее чувство безопасности; он развеял ее страхи… В последние несколько дней она избегала его, потому что после звонка от Честера Робинсона поняла, что он может уйти в любой момент, и боялась, что чем дольше она будет с ним, тем труднее будет отпустить его… Ребекка вдруг со слезами на глазах воскликнула: "Говард…" "Хм?" Встав на цыпочки, Ребекка охотно поцеловала его в губы. Когда ее губы коснулись его слегка холодных губ, по ее щекам потекли слезы. Соленые, мокрые слезы текли по ее щекам, касаясь их соединенных губ… Почувствовав её слёзы, он осторожно отстранился. Увидев ее заплаканные глаза, он тихонько усмехнулся: «Дурак…» Говард протянул руку, чтобы вытереть слезы с глаз Ребекки, но Ребекка на цыпочках подошла к нему, чтобы снова поцеловать. В этот момент она не хотела ни о чём думать. Она просто хотела расслабиться, побаловать себя, от души отдохнуть… Говард, похоже, не ожидал такой смелости от Ребекки. Когда она застенчиво попыталась имитировать его обычную манеру целоваться, ее действия внезапно разожгли в нем желание. Приблизившись, он прижал ее к себе, взяв инициативу в свои руки и страстно целуя ее мягкие губы. Когда обстановка успокоилась, Говард нашел ее руку, крепко прижал ее к кровати и поцеловал ее дрожащие губы, впитав всю страсть и радость в ее тело. "Ты в порядке?" — Говард нежно погладил Ребекку по лицу. Ребекка смотрела на Говарда как в тумане, явно не понимая, что он говорит. Говард крепко обнял Ребекку: «Ты только что потеряла сознание». Внезапно ощущение гармонии тела и разума стало чудесным. На мгновение показалось, что это было их самое гармоничное переживание; он сделал её такой счастливой, что ей хотелось плакать и кричать. Она поняла, что не только боль может заставить человека упасть в обморок от слёз — счастье тоже может. «Что случилось?» — Говард заметил покраснение вокруг глаз Ребекки. «Ничего». Ребекка вытерла слезы, наслаждаясь текущим счастьем и крепко обнимая его. «Я никогда…» Смущенная, она боялась закончить фразу и не решалась посмотреть на него. Она хотела сказать, что никогда прежде не была такой сумасшедшей. Говард, ты хочешь меня… Она не могла поверить, что, бросившись в омут, действительно сказала ему такие слова. Говард посмотрел на ее раскрасневшееся лицо и улыбнулся, слегка приоткрыв рот. О Боже, как же она может быть такой соблазнительной, такой очаровательной! Он мечтал, чтобы она была с ним днем ​​и ночью, как сейчас; он почти хотел рассказать ей обо всей своей любви, но разум, словно валун, забил ему горло. Она не знала, что их будущее потребует этой разлуки, чтобы компенсировать недостатки; она также не знала, насколько опасным может стать её положение рядом с ним. Ему нужно было проложить для них беспроблемный путь в будущее. «Я пойду приму душ». Внезапно отстранившись от себя, Говард вошла в ванную. По совпадению, когда в ванной зашуршала вода, начался дождь и на улице. Вся радость, робость и удовлетворение, которые раньше читались на её лице под шум воды и от одиночества дождя, постепенно сменились грустью и разочарованием. Ещё недавно ей казалось, что это сон, а теперь всё вернулось в реальность. Дождь начал барабанить по окнам от пола до потолка. Ребекка, облаченная в халат Говарда, тихо встала с постели и остановилась на том месте, где он часто любил стоять, любуясь пейзажем, который он когда-то созерцал. На стеклянной навесной стене образовалась тонкая дымка, и Ребекка наивно подула на неё. Туман становился все прозрачнее, когда она протянула палец и начала писать слово за словом на стекле… "Что ты делаешь?" — Говард вышел из ванной, обмотавшись полотенцем, свежий и чистый, взглянул на Ребекку и небрежно спросил. ---------- Главы 548–287: Она хочет, чтобы они втроём были вместе навсегда (Часть 2) «Ничего страшного…» — Бекка обернулась, — «Я тоже пойду в душ». Сказав это, Бекка вошла в ванную. Одевшись, Говард Джеффри нечаянно поднял глаза и увидел едва заметную надпись на окне, после чего подошел ближе. Говард, я тебя люблю! Тело Говарда напряглось, когда он вспомнил, как Бекка только что нервно пыталась заслонить стеклянную занавеску, и ее слегка побледневшее лицо. "Бекка…" — Говард беспокойно подошел к двери ванной и постучал. — "Ты в порядке?" Бекка не ответила. "Тогда я войду." «Нет». Бекка выключила кран и закричала. "Бекка…" — Говард открыл дверь и был ошеломлен. Бекка посмотрела на него со слезами на глазах, ее тело слегка дрожало. «Детка, что случилось?» — Говард был потрясен и не смог удержаться, чтобы не назвать ее таким прозвищем. Он подошел и взял ее за руку. "Ничего." Опустив глаза, Бекка попыталась отдернуть руку, но Говард не отпускал ее. Почему она не могла себя контролировать? Их отношениям пришел конец навсегда… Он скоро покинет М-Сити, и никто не знал, состоится ли у них еще одна встреча. Блин!! Он допустил такое положение дел в их отношениях, заставив женщину, которую любил больше всего, пережить столько горя… Я тебя люблю! Ему хотелось сказать ей то же самое вслух, зная, что именно это ей сейчас больше всего нужно. Но сейчас было неподходящее время, их будущему, возможно, нужно было подождать всего несколько дней. И все же, как он мог оставить ее вот так в этот момент? Говард долго и пристально разглядывал Бекку; ее глаза все еще были красными и опухшими. Он почувствовал стеснение в груди, на мгновение запнулся и наконец сказал ей: «Бекка, я должен был знать, что я все еще забочусь о тебе». "Говард!!" — Бекка встала на цыпочки и крепко обняла его. — "На самом деле, я пришла не только поблагодарить тебя сегодня вечером, я…" Захлебываясь рыданиями, Бекка не смогла продолжать. «Ничего не говори, прими душ и хорошо выспись сегодня ночью». Он понял, что она хотела сказать. Говард протянул руку и нежно погладил её волосы. Бекка закрыла рот, позволяя ему наклониться и поцеловать её. «Почему ты дрожишь?» «Мне страшно». Несмотря на то, что он держал её в объятиях, она всё равно чувствовала страх и тревогу, потому что знала, что он может уйти в следующую секунду. "Чего ты боишься?" «Боюсь остаться одна… не в состоянии позаботиться о тете Клэр». Именно это она хотела сказать, но ей не хватило смелости сделать это так прямо. «Глупышка, я же сказал, я оставлю Роя здесь. Если тебе что-нибудь понадобится, просто скажи ему. Когда я вернусь в Т-Сити, я попрошу Роя найти кого-нибудь, кто позаботится о тебе и тете Клэр…» Говард нежно вытер слезы с лица Бекки большим пальцем: «Перестань плакать, улыбнись мне, а потом иди хорошо выспись». Если она продолжит плакать, он, возможно, действительно не сможет уйти сегодня ночью. "Мм." Бекка улыбнулась, но эта улыбка была хуже, чем слезы. В конце концов Говард ушёл. За дверью Говард обнял Бекку, а Рой стоял неподалеку у лифта, помогая ему нажать кнопку и держа портфель. Бекка широко раскрыла глаза, глядя на Говарда. Говард поцеловал Бекку в гладкий, светлый лоб и тихо сказал: «Береги себя». У Бекки так сильно горело в горле, что она не могла говорить, только кивала. Затем Говард склонил голову и снова поцеловал Бекку в губы, после чего повернулся и ушел. Бекка наблюдала, как высокая фигура Говарда вошла в лифт, изо всех сил стараясь не расплакаться. Лифт издал характерный звук «динг», и фигура Говарда исчезла из ее поля зрения. В этот момент слезы затуманили ей зрение. В тихой машине Ройе украдкой наблюдал за выражением лица своего босса в зеркало заднего вида. Даже в тусклом свете внутри машины Ройе все еще мог разглядеть тяжесть на лбу Говарда. Пожалуй, только мисс Квентин могла вызвать эмоции на обычно бесстрастном лице босса. «Босс, не волнуйтесь, я хорошо позабочусь о мисс Квентин, она сильная. Она справится с этим». «Не позволяйте ей беспокоиться о делах тети Клэр». "Я понимаю." Говард устало закрыл глаза, откинувшись на спинку сиденья. В этот момент он мог думать только о каждом её выражении лица и улыбке. Лежа на боку в постели, Бекка крепко вцепилась в одеяло. ---------- Главы 549–287: Она хочет, чтобы они втроём остались вместе навсегда (Часть 2) В тот самый момент, когда он ушел, в комнате все еще едва уловимо витал его мужской запах, а простыни были пропитаны ароматом их недавней любовной близости. Лишь в этот момент Ребекка Квентин осмелилась громко зарыдать… Она молча снова и снова повторяла его имя в своем сердце, и слезы непрестанно текли по щекам. Мне жаль… Это моя вина, что я не ценила те чувства, которые у нас были, и моя вина, что я потеряла тебя. Но я не хочу вот так заканчивать наши отношения; я не хочу жить без тебя рядом… Я скучаю по Эндрю, я скучаю по тебе, как бы мне хотелось, чтобы наша семья из трёх человек была вместе… Разобравшись со мной, ты показала, что тебе всё ещё не всё равно, не так ли? Если бы я сказала: «Прости», если бы я умоляла тебя, ты бы все еще был готов дать нам еще один шанс? Хлопнуть- Внезапный звук взрыва оглушил Говарда Джеффри, который только что закрыл глаза, чтобы отдохнуть. Несмотря на то, что шум доносился издалека, Говард внезапно открыл глаза. Рой заметил, как тело Говарда резко очнулось, и быстро сказал: «Господин президент, мы еще не добрались до аэропорта. Пожалуйста, отдохните, я разбужу вас, когда мы прибудем». Говард спросил: «Ты слышал этот шум?» «Нет, никакого шума не было». Как только Ройе закончил говорить, послышался вой сирен машин скорой помощи, а также крики многочисленных полицейских на мотоциклах. Рой инстинктивно взглянул в окно и нахмурился: «Что-то случилось? Почему так много машин скорой помощи?» Увидев мигалки машин скорой помощи, Говард вдруг сжал сердце: «Остановите машину и спуститесь вниз, чтобы узнать, что случилось». «Да, сэр». Ройе остановил машину на обочине и остановил полицейского на мотоцикле, вежливо спросив: «Офицер, почему так много полицейских и машин скорой помощи? Что-то случилось?» «Впереди, в отеле XXX, произошел внезапный взрыв». «Что?» — глаза Роя расширились от тревоги. — «Отель XXX?» Быстро подбежав к машине, Ройе крикнул: «Господин президент, случилось нечто ужасное, в отеле XXX произошёл злонамеренный взрыв…» Перед входом в отель XXX несколько прибывших репортеров с нетерпением ждали возможности сделать репортаж. «Мы сейчас у входа в отель XXX. Двадцать минут назад здесь произошел ужасный инцидент. Кто-то взорвал бомбу на 26-м этаже отеля. Пожарные активно работают на месте происшествия, число жертв пока неизвестно…» «Мы видим густой дым, поднимающийся с этажей выше и ниже 26-го этажа…» «Уступите дорогу, пожалуйста». «Извините, сэр, полиция оцепила эту территорию, вы не можете войти внутрь!» Ройе дернул за оцепленную ленту и сердито воскликнул: «Внутри жена моего босса!» «Мне очень жаль, но мы не можем подтвердить наличие других взрывных устройств в этом здании прямо сейчас. Пожалуйста, проявите терпение в семейной зоне, и как только у нас появится список пострадавших, мы немедленно вас проинформируем!» Ройе беспомощно взглянул на Говарда, стоявшего позади него: «Господин президент…» Лицо Говарда побледнело, и он уже нанес сильный удар офицеру. Прежде чем офицер успел среагировать, Говард яростно схватил его за безупречно выглаженную форму: «Откройте дверь отеля, вы меня слышите?» Да, не только ограждение было оцеплено лентой, но и двери отеля были закрыты. Офицер испуганно посмотрел на опасного человека, излучавшего благородство и высокомерие, схватил его и, слабо заикаясь, произнес: «Сэр, вы… пожалуйста, успокойтесь, все делают все возможное, чтобы спасти…» Ещё один удар пришёлся по офицеру. На этот раз лицо офицера немного окровавилось. Рой поспешно остановил Говарда: «Господин президент, пожалуйста, успокойтесь…» Несколько офицеров, увидев, что их товарищ ранен, немедленно окружили их. Благодаря быстрой реакции и ловкости рук, Ройе стремительно схватил офицера, которого ударил Говард, и оттащил его в сторону, быстро нанеся несколько не очень сильных ударов. Намерение Роя было ясным: отвлечь всеобщее внимание от присутствия Говарда. В конце концов, при таком количестве репортеров, если бы личность Говарда раскрылась, даже если не учитывать негативные последствия, одно лишь сообщение о появлении Говарда в М-Сити уже разрушило бы все его предыдущие планы. Однако… В этот момент Говарда уже ничего не волновало. Когда он, полный враждебности, приблизился к командиру полиции, позади него внезапно раздался громкий крик: «Говард…» Из-за шума и того, что все внимание было приковано к нападению Роя на полицию, голос, доносившийся из-за спины Говарда, мгновенно заглушился, но, узнав этот голос, Говард в этот момент обернулся. В его видении… Ребекка Квентин, одетая в белый гостиничный халат, особенно выделялась в толпе, махая ему рукой, несмотря на то, что ее взгляды заслоняли несколько наблюдателей… В следующее мгновение, подобно ветру, он рванулся вперед. Прорываясь сквозь толпу, он заставил многих пошатнуться… Внезапно он с силой притянул её к себе в объятия. Затем он резко дернул ее за плечо и страстно поцеловал. Все, что видели окружающие, — это необычайно красивый мужчина, крепко обнимающий и целующий невысокую женщину в гостиничном халате… Как раз когда люди сочли эту пару несколько знакомой, из отеля XXX раздался еще один мощный взрыв… В одно мгновение никто больше не обращал внимания на молодую пару, все взгляды были прикованы к взрывающемуся верхнему этажу. Говард обнял Ребекку Квентин, целовал, потом отпускал, а затем снова целовал, словно боясь убедиться, что она стоит перед ним в безопасности. Испугавшись звука взрыва, Ребекка быстро закрыла уши и уставилась на дымящийся отель. "Что здесь произошло?" Она только что вернулась и обнаружила, что это место кишит людьми. Ей хотелось посмотреть, что происходит, но она с удивлением увидела его в толпе. «Дорогая, куда ты ушла?» Услышав хриплый голос Говарда, Ребекка, со слезами на глазах, отпустила руки от ушей и обняла его: «Ты все еще здесь; я думала, ты ушел… Я просто сбежала вниз, чтобы найти тебя, но тебя уже не было. Я побежала к светофору, надеясь, что ты меня ждешь, но я больше не видела твоей машины…» Выслушав полные боли слова Ребекки, Говард снова обнял хрупкую Ребекку, в его глазах появилась легкая влажность. Подняв глаза от объятий Говарда, Ребекка, заплаканная, устремила взгляд на него и жалобно произнесла: «Говард, я не ценила наши чувства раньше, можешь ли ты простить меня и дать нам еще один шанс? Я не могу без тебя…» ---------- Главы 550-288: Больше никогда с ней не расстанусь "Ты дурак!" Слезы текли по щекам Ребекки Квентин, словно обломки жемчужин, когда она с трудом произнесла: «Я хочу быть с тобой и Эндрю… Я хочу, чтобы мы втроем были вместе, как семья». Говард Джеффри обнял Ребекку Квентин за голову, крепко прижимая её к своей груди. Его голос сдавило от волнения, пока он наконец не смог сказать: «Я не могу без тебя». Воспользовавшись возможностью скрыться от толпы полицейских, Ройе, избитый и весь в синяках, прижимал руку к кровоточащему носу, разыскивая Говарда Джеффри. Внезапно перед ним развернулась сцена, от которой Ройе замер на месте. Ошеломлённо глядя на пару, словно ожившую после катастрофы, суровый Ройе, никогда прежде не плакавший, в этот момент не смог сдержать слёз. Несмотря на то, что Ройе понимал, что сейчас не время нарушать такую ​​прекрасную атмосферу, и заметил, что некоторые люди уже начали обращать внимание на эту впечатляющую пару, он вытер слезы, собрался с духом и подошел ближе, сказав: «Босс, вы можете продолжить обниматься, когда мы вернемся; здесь много репортеров». Автомобиль плавно двигался по пологой дороге. Уличные фонари по обеим сторонам плавно погасли, их теплый желтый свет проникал сквозь окно автомобиля, создавая внутри прекрасное, умиротворяющее зрелище. Ребекка Квентин, прислонившись к Говарду Джеффри, крепко спала. Нежный взгляд Говарда Джеффри был прикован к изысканному лицу Ребекки Квентин, время от времени он целовал легкую влагу, оставшуюся на ее ресницах после слез. Увидев эту сцену, Ройе невольно согрелся изнутри и спросил: «Босс, ну а теперь… мы всё ещё едем в аэропорт?» Несмотря на тихий голос Роя, Ребекка Квентин, чей сон был не особенно стабильным, слегка пошевелилась в объятиях Говарда Джеффри. Говард Джеффри махнул рукой, давая Рою знак молчать. Ройе тут же замолчал. Говард Джеффри сделал жест, Ройе, понимая, кивнул и поехал на машине в расположенный неподалеку отель с высоким рейтингом. Завернув Ребекку Квентин в свой пиджак, Говард Джеффри осторожно вынес спящую Ребекку Квентин из машины. Его движения были настолько нежными, что Ребекка Квентин даже не заметила их во сне. Ройе быстро организовала размещение в номере отеля, а Говард Джеффри отнес Ребекку Квентин в их гостиничный номер. Этот отель считался одним из лучших в М-Сити, и Говард Джеффри выбрал президентский люкс на верхнем этаже, неподходящий для большинства, чтобы избежать ненужных неудобств. Говард Джеффри осторожно уложил Ребекку Квентин на большую кровать в комнате, заботливо накрыв ее одеялом, но, когда он повернулся, его внезапно схватила проснувшаяся Ребекка Квентин. "Говард Джеффри!!" Ребекка Квентин резко приподнялась. Говард Джеффри вздрогнул и быстро обернулся, когда Ребекка Квентин бросилась ему в объятия. Говард Джеффри крепче обнял Ребекку Квентин, нежно прижал ее лицо к себе и спросил: «Я тебя разбудил?» Ребекка Квентин покачала головой. "Вам приснился кошмар?" Ребекка Квентин снова покачала головой, посмотрела на него, подняла руку и обняла за шею: «Боюсь, когда я проснусь, тебя уже не будет». Говард Джеффри снисходительно улыбнулся: «Дурак, я как раз собирался переодеться». Глаза Ребекки Квентин расширились от надежды, когда она посмотрела на него: «Ты ведь не уйдешь сегодня вечером, правда?» Говард Джеффри поцеловал Ребекку Квентин в лоб: «Я больше никогда тебя не оставлю». "Правда?" — недоверчиво моргнула Ребекка Квентин, глядя в свои прекрасные глаза. "Действительно." «Я ведь не сплю, правда?» "Глупая женщина…" Наклонившись, чтобы поцеловать ее в губы, он растопил ее сомнения теплом своих губ, дав ей понять, что все это не сон. Когда он поцеловал её нежные губы, она наконец осмелилась поверить, что его присутствие, его тепло, его дыхание действительно находятся прямо перед ней. Ребекка Квентин инициировала более глубокий поцелуй, оба погрузились в невольное слияние чувств, которое ни одному из них не хотелось прекращать. Лишь когда лицо Ребекки Квентин покраснело от нарастающего тепла внутри нее, они медленно расстались. Ребекка Квентин опустила взгляд, немного смущаясь. Возможно, из-за ночного безумия она почувствовала, что стала менее замкнутой. Говард Джеффри, заметив смущенное лицо Ребекки Квентин, намеренно поддразнил: «Почему у тебя такая привлекательная фигура?» Ребекка Квентин не осмелилась сказать Говарду Джеффри, что жар ее тела был вызван воспоминаниями о ее недавних действиях, воспоминаниями о наслаждении, о которых она стеснялась говорить, и от которых сильно покраснела. "Нет…" Ребекка Квентин быстро оттолкнула Говарда Джеффри: «Разве ты не говорил, что тебе нужно переодеться? Тогда иди!» Сегодня вечером дел было слишком много, поэтому у Говарда Джеффри не было времени дальше дразнить невысокую женщину перед собой. Он кивнул: «Да, продолжай спать!» ---------- Глава 551-288: Никогда больше не расстанусь с ней (2) Ребекка Квентин уже собиралась лечь на кровать, когда случайно увидела несколько отчетливых царапин на тыльной стороне руки Джеффри, когда он помогал ей лечь. Ребекка Квентин тут же снова села и нервно схватила Джеффри за руку, спросив: «Как ты повредил руку?» Джеффри отдернул руку: «Это всего лишь небольшая травма, ничего серьезного». Ребекка Квентин снова потянула Джеффри за руку и нахмурилась, глядя на рану на тыльной стороне его ладони: «Ты говоришь, что ничего страшного, но она уже ободрана и кровоточит. Если не лечить вовремя, может возникнуть инфекция». Сказав это, Ребекка Квентин спрыгнула с кровати и побежала в гостиную номера. Джеффри не смог остановить её вовремя, поэтому ему оставалось только проследовать за ней в гостиную. Увидев, как она роется в коробках и шкафах, он не удержался и спросил: «Что ты делаешь?» Ребекка Квентин вдруг с удивлением воскликнула: «Нашла!» Только тогда Джеффри ясно увидел, что Ребекка Квентин держит в руках запасную аптечку из отеля. Неся аптечку, Ребекка Квентин быстро усадила Джеффри на край кровати. «Я прошла несколько курсов по уходу за больными, когда училась в университете. Я знаю, как обработать вашу рану». С этими словами она достала из аптечки спирт, марлю и меркурохром… Ребекка Квентин аккуратно обработала рану Джеффри. Джеффри, которому следовало бы сказать Ребекке Квентин, что такая незначительная травма ничего не значит, в этот момент, наблюдая за тем, как она опустила голову и очень внимательно смотрела на него, не мог не улыбнуться. Он не мог вспомнить, как давно в последний раз видел её такой нервной из-за него… Кто бы мог подумать, что, когда он несколько раз "заставлял" ее уйти, он был так напуган… Все эти годы он ни разу не сомневался ни в одном принятом решении, кроме этого раза… Когда Ройе рассказала ему о своей ситуации в Т-Сити, когда Лиза Сесили рассказала ему о своей уязвимости, ему хотелось просто отменить все планы и броситься к ней, обняв ее… Потому что он боялся, он действительно боялся, что если он продолжит в том же духе, то к тому времени, когда его план увенчается успехом, она может больше не выдержать, или, что еще хуже, перестанет его любить… Тот, кто раньше заботился только о победах и поражениях в этом мире, теперь заботился лишь о том, любит ли она его. Если нет, то даже если бы он получил весь мир, он предпочел бы потратить всю свою жизнь на то, чтобы вернуть время, проведенное с ней. К счастью… У этой невысокой женщины было сильное и доброе сердце, она была непоколебима, не смиренна и не высокомерна. Встреча с такой, как она, и с таким, как он, была для него удачей и счастьем. Он был готов остаться с ней на всю жизнь. Ребекка Квентин сосредоточенно перевязывала рану Джеффри марлей, но Джеффри внезапно поцеловал ее в лицо. Ребекка Квентин покраснела и тихо пожаловалась: «Почему ты вдруг все время целуешься?..» Пока она перевязывала его рану, при каждом его движении марля смещалась. Джеффри нежно обнял Ребекку Квентин и довольно сказал: «Как же приятно, что ты рядом со мной». Закончив перевязывать рану Джеффри, Ребекка Квентин сонно зевнула. Это был действительно довольно утомительный день с физической точки зрения… После того, как я весь день ухаживала за тетей Клэр в больнице, а вечером провела с ним несколько часов в отеле, переживая взлеты и падения эмоций и, наконец, успокоившись, меня настигла усталость. "Уже поздно, ложись спать?" «Ты не собираешься спать?» — спросила Ребекка Квентин. Джеффри лег на кровать, держа на руках Ребекку Квентин: «У меня еще есть дела, которые нужно решить». Ребекка Квентин потянула Джеффри за руку: «Уже так поздно, разберись с этим завтра!» Джеффри наклонился, обхватив ее руками с обеих сторон, его дыхание было теплым. "Ты хочешь сказать, что хочешь, чтобы я переспал с тобой?" "Мм." Как только Ребекка Квентин закончила отвечать, увидев озорной блеск в глазах Джеффри, она вдруг почувствовала, что ее ответ был неуместным, и быстро объяснила: «Не поймите меня неправильно, я имела в виду, что хочу, чтобы вы отдохнули пораньше, вы в последнее время плохо отдыхаете». Джеффри возразил: «Не забывай, ты игнорировал меня два дня, а я два дня отдыхал». "Это потому что ты…" — Ребекка Квентин внезапно замолчала. Она не хотела говорить ему, что дуется из-за того, что подслушала его разговор с Элис Робинсон… Сейчас же эта тема испортила бы и без того напряженную обстановку. На данный момент она не хотела разбираться с его проблемами с Элис, она просто хотела насладиться временем, проведенным с ним. "Хм?" «Потому что у тебя не так много энергии!» Сказав это, Ребекка Квентин тут же зарылась в одеяло, ее лицо покраснело от смущения. Обычно это он подшучивал над ней, и ей захотелось подшутить над ним хотя бы раз. Джеффри откинул одеяло, которым укрывалась Ребекка Квентин, и, подняв бровь, добавил: «Похоже, кто-то сомневался в моих способностях в некоторых аспектах, да?» Лицо Ребекки Квентин было красным, как свекла, она прижалась к одеялу и прошептала: «Я просто пошутила с тобой… Ладно, я ошиблась». — Какой теперь смысл в твоих словах? — протянул Джеффри. — Мне хотя бы нужно доказать тебе свою состоятельность. Доказывать… А разве нужны доказательства? Честно говоря, за те дни, что она была с ним, у нее все тело болело. Ребекка Квентин притворилась рассерженной: «Эй, ты уже закончила?.. Я хочу спать!» Джеффри ответил: «Я решил переспать с тобой». С этими словами он забрался под одеяло. "Незачем…" Намереваясь подшутить над кем-то, а получив ответную шутку, это действительно человеческая трагедия. К счастью… Тот, кто втиснулся в одеяло, лишь поцеловал её в ухо, тихо дыша рядом: «Я тебя отпущу сегодня вечером, этот счёт будет улажен позже… Спокойной ночи!» В кабинете гостиничного номера. Ройе доложил Джеффри: «Босс, я проверил. Подтверждено, что сегодняшний взрыв был случайностью. Полиция уже задержала человека, заложившего бомбу. Это был сотрудник отеля, недовольный условиями проживания, который предпринял крайние меры; ничего подозрительного нет. Кроме того, сегодня вечером все СМИ, сообщавшие о взрыве в отеле XXX, уже сделали несколько фотографий вас и мисс Квентин, но я их уже удалил. С этим проблем нет». «А что насчет Честера Робинсона?» «Он прибыл в Т-Сити вчера вечером… Будучи врачом, он весь день сегодня был занят в больнице». «Есть ли какие-либо отклонения?» «Он не кажется ненормальным, но… мне только что позвонил Джейсон Вуд. Он сказал, что мисс Робинсон уже летит в Нью-Йорк, и если не будет проблем, она прибудет к восьми вечера по нью-йоркскому времени». Опираясь на спинку стула, Джеффри слегка прищурился, погруженный в размышления. Рой, несколько обеспокоенный, сказал: «Босс, ваш первоначальный план состоял в том, чтобы уехать сегодня вечером и вернуться до прибытия мисс Робинсон в Нью-Йорк. Но вы так и не вернулись, и с прибытием мисс Робинсон завтра у нее наверняка возникнут большие подозрения. Если Честер Робинсон узнает об этом, боюсь, это его сильно заденет, и это может повлиять на ваши планы». ---------- Главы 552–289: Противостояние Говарда Джеффри и Честера Робинсона Говард Джеффри сидел за столом, погруженный в свои мысли. Ройе молча стоял в стороне, ожидая, когда Говард заговорит. После нескольких секунд раздумий Говард произнес: «Честер Робинсон, вероятно, давно не навещал свою „мать“». Ройе недоуменно спросил: «Босс, что вы имеете в виду?» «Если у уважаемой „матери“ возникнут какие-либо проблемы в тюрьме, его внимание, возможно, следует сначала уделить решению дел „матери“». Рой вдруг осознал: «Теперь я понимаю, босс, вы хотите использовать «М», чтобы отвлечь внимание Честера, чтобы у него временно не было времени заниматься делами Алисы… Босс, вы гениальны». «Нет, этого недостаточно… Честер, обладая хитростью, помимо дел своей «матери», не стал бы забывать и о делах Алисы». Улыбка, только что появившаяся на лице Роя, тут же застыла, и он вздохнул: «Тогда что же нам делать?» Начальнику, должно быть, очень плохо! С одной стороны, ему нужно справиться с подозрениями Честера, обеспечив полную безопасность, что очень сложно, ведь Честер — не обычный человек. С другой стороны, Боссу нужно подумать, как поступить с мисс Квентин после этого. В конце концов, вернуть мисс Квентин на свою сторону сейчас абсолютно невозможно, план прошел настолько гладко, что нельзя просто позволить ему провалиться. Ситуация стала очень серьезной, босс должен найти решение сегодня вечером. Говард задумался: «Я всё это обдумаю… Кстати, ты разговаривал с моим братом по телефону?» Рой кивнул: «Мистер Джонс сказал, что он этим займется». "Хм." Ночь подходит к концу. Ребекка Квентин, которая всю ночь беспокойно спала, открыла глаза и уставилась на спящее лицо Говарда в туманном свете рассвета. Его обычно напряженные и безразличные черты лица расслабились, и во сне он был похож на невинного большого мальчика. Она почувствовала, что все плохое осталось позади, настроение улучшилось, и от изнеможения заснула, прислонившись к его теплой груди. Когда она снова открыла глаза, день уже был ясным, но Говарда нигде не было видно! Она накинула халат, поспешно встала с постели и быстро поискала его портфель… К счастью, все его вещи остались на месте. С облегчением она тут же отправилась его искать. Она обыскала всю ванную комнату, кабинет, гостиную в номере, но так и не смогла его найти. Наконец, когда она нечаянно прошла мимо кухни, до ее носа донесся аромат приготовленной еды. Ребекка инстинктивно пошла на запах на кухню… Ребекка и представить себе не могла, что застанет Говарда на кухне. В этот момент он, засучив рукава, в детском фартуке с мультяшными рисунками, предоставленном отелем, был занят у плиты, не подозревая о ее присутствии. Ребекка прислонилась к дверному косяку, с недоверием наблюдая за происходящим. Он готовил, он действительно готовил… Она и не подозревала, что он умеет готовить. По ее мнению, он всегда был высокомерным, благородным, ведь время — деньги, куда бы он его потратил на такие пустяки? Однако в этот момент она, несомненно, почувствовала восхитительный аромат стейка… Она тихо подошла к Говарду и, не заметив этого, внезапно обняла его: «Доброе утро…» Говард поставил тарелку в руке, поцеловал Ребекку в щеку и сказал: «Доброе утро, сонная девчонка». Ребекка нахмурилась: «Эй, я появилась внезапно, почему же ты ничуть не удивилась?» Говард поддержал Ребекку, улыбаясь: «Ты уже довольно давно подглядываешь в дверь, думаешь, никто не заметит?» Ребекка проворчала: «Значит, ты всё это время меня видела…» Это совсем не весело. Говард улыбнулся: «Если бы у меня не было хотя бы такой бдительности, меня бы тысячу раз убили враги, с которыми я сталкиваюсь в бизнесе». Ребекка усмехнулась: «Столько людей хотят причинить тебе вред, ты действительно хитрый бизнесмен!» Говард сердито посмотрел на Ребекку. Ребекка быстро перевела взгляд на две тарелки с приготовленным стейком на столе: «Ты это приготовил?» Говард намеренно огляделся: «Вы видите здесь еще кого-нибудь?» Ребекка энергично покачала головой: «Невозможно, абсолютно невозможно, как можно приготовить еду?» Говард улыбнулся: «В школьные годы жизнь была тяжелой, если бы я не готовил себе еду, я бы умер с голоду». «Я никогда раньше не видела, как ты готовишь!» «То, что вы этого не видели, не значит, что я не могу». «Говард, я вдруг осознал, что до сих пор очень многого в тебе не понимаю». ---------- Глава 553-289: Противостояние между Говардом Джеффри и Джоэлом_2 Говард Джеффри снял фартук и обнял Бекку за талию: «У тебя вся жизнь впереди, чтобы постепенно узнать меня». От слов Говарда глаза Бекки заблестели от слез: «Говард, мы теперь вместе, неужели я не сплю?» "Ты всё ещё боишься?" Бекка нежно прижалась к Говарду: «Когда я только что проснулась, я увидела, что тебя нет рядом. Мне было очень страшно… Я боялась, что прошлая ночь была всего лишь сном, и когда я проснусь, все изменится». Говард нежно и ласково потрепал Бекку по волосам: «Глупышка, я же тебе говорил, я больше никогда тебя не брошу». Блюда на обеденном столе были съедены до последней крошки, а Бекка, стоя рядом, обняла Говарда за шею и снова похвалила: «Оказывается, ты очень вкусно готовишь!» Говард обнял Бекку за талию: «Я давно не готовил, немного подзабыл, как это делать». Бекка подняла бровь: «Ты что, хвастаешься?» Губы Говарда изогнулись в улыбке: «Но у меня нет времени готовить это для тебя каждое утро». Бекка на цыпочках подошла, чтобы поцеловать Говарда: «Тогда отныне я буду готовить это для тебя каждое утро!» "Хорошо." Бекка прижалась к Говарду в объятиях. Говард обнял Бекку, нежно поцеловал ее в волосы и сказал: «От меня пахнет маслом и дымом, я пойду приму душ». "Хорошо." Когда Говард вышел из ванной в халате, Бекка уже переоделась. Бекка, конечно же, не забыла о важных делах на сегодня; ей нужно было пораньше ехать в больницу, потому что тете Клэр сегодня делали операцию! Говард спросил: «Вы сейчас едете в больницу?» Бекка сидела на краю кровати, расстроенная: «Моя сумка в отеле XXX, там мои документы и некоторые медицинские записи тети Клэр… Теперь это целая проблема». Говард сел рядом с ней на край кровати, притянув к себе встревоженную Бекку: «Полиция забрала все вещи гостей прошлой ночью. Я уже попросил Роя забрать их; сейчас они у него. Позже он поедет с тобой в больницу». Бекка недоверчиво посмотрела на Говарда. Говард тихонько усмехнулся: «Почему именно такое выражение лица?» «Почему ты всегда так тщательно все продумываешь? После всего, что произошло прошлой ночью, ты все равно вспомнила, что нужно попросить кого-нибудь найти мою сумку?» Говард нежно поцеловал Бекку в щеку: «Ты просто слишком рассеянная». Рассеянный? Как такое могло случиться? Она никогда не бывает рассеянной. После всего, что произошло прошлой ночью, как она могла найти время подумать о чем-то другом? Все ее мысли были заняты только тем, что она с ним; просто он мыслил гораздо более всесторонне, чем она. Конечно, ее ум не мог сравниться с его, иначе он не стал бы "проницательным бизнесменом"! «О чём ты думаешь?» "Ничего." Если бы она сказала ему, что думает о нем как о "проницательном бизнесмене", он бы рассердился? В этот момент Говард посадил Бекку себе на колени. Бекка не привыкла к таким интимным движениям с ним наедине, за исключением постели, и ее лицо покраснело. Говард положил подбородок на нежное, словно вода, лицо Бекки и тихо сказал: «Когда меня не будет рядом, не забывай заботиться о себе». Услышав это от Говарда, стройное тело Бекки сильно задрожало, и ей тут же захотелось слезть с его колен. Однако, похоже, Говард предугадал мысли Бекки, крепко обняв её обеими руками: «Не сердись, сначала выслушай, что я хочу сказать». Бекка повернула голову, посмотрела на Говарда, ее глаза внезапно наполнились тихой печалью, а голос ее охрип: «Ты все равно собираешься меня бросить, не так ли?» Увидев затуманенный взгляд Бекки, Говард поправил ее положение, нежно обхватил ее лицо ладонями и сказал: «Не плачь, сначала выслушай меня». Не успел Говард закончить говорить, как у Бекки хлынули безудержные слезы. Она обняла Говарда, положив голову ему на плечо, и хрипло произнесла: «Мне все равно… Ты говорил, что не бросишь меня, ты говорил, что никогда меня не бросишь, ты не можешь нарушить свое слово…» Говард нежно похлопал Бекку по спине, успокаивая ее: «Глупышка, когда это я говорил, что не захочу тебя?» Бекка подняла заплаканное лицо и обвиняюще пожаловалась Говарду: «То, что ты только что сказал, означало, что ты собираешься уйти…» Она думала, что отныне они никогда не расстанутся. Видя ее слезы, Говард неловко вытер их большим пальцем, изо всех сил стараясь мягко утешить ее: «Я ухожу, но я не оставляю тебя. Мне просто нужно кое-что уладить». Слёзы Бекки потекли ещё сильнее, в сердце её переполняли тревога и чувство обиды. Однако она не хотела вести себя неразумно перед ним, поэтому ей оставалось лишь терпеть сильное чувство нежелания и спрашивать: «А что будет, когда ты всё уладишь?» Говард поцеловал слезы на лице Бекки и успокоил ее: «Когда закончу, приеду в Ти-Сити, чтобы забрать тебя». Бекка понюхала покрасневший нос: «Как долго это продлится?» «Очень скоро». "Сколько дней означает „очень скоро“?" «Дорогая, я пока не могу назвать точное время, но обещаю, что не позволю тебе оставаться одной в Т-Сити слишком долго». «Но я не хочу быть вдали от тебя…» — Бекка, всхлипывая, снова бросилась в объятия Говарда, крепко прижимая его к себе и умоляюще шепча: «Я не хочу быть вдали от тебя, я не хочу…» Зная, что Бекка в этот момент была эмоционально расстроена, Говард не осмелился сказать что-либо ещё; он мог лишь нежно поглаживать её по спине, постоянно утешая и успокаивая её. Спустя долгое время эмоции Бекки постепенно успокоились, но она всё ещё шмыгала носом. Говард поднял заплаканное личико Бекки, желая поцеловать ее, но Бекка в сердцах отвернула голову. Говарда позабавило детское поведение Бекки, он удержал ее на месте и настойчиво целовал в лицо, а затем довольно сказал: «Веди себя хорошо, жди, пока я тебя заберу». Не желая обижаться на Говарда, Бекка подняла все еще заплаканные глаза, неохотно посмотрела на него и послушно кивнула. Увидев послушное выражение лица Бекки, Говард почувствовал к ней еще большую любовь, поцеловал ее в лоб и сказал: «Поверь мне, я больше никогда тебя не брошу». Бекка опустила ресницы, по-прежнему послушно кивая. Одна мысль о разлуке с ним вызывала у нее боль в сердце. Говард тихо сказал: «Мне нужно кое-что тебе доверить». Бекка подняла глаза: «Все, что касается нас с тобой в городе Y, ты никому не должна рассказывать, включая тетю Клэр и твоего знакомого «доктора Робинсона»». Несмотря на то, что Бекка не понимала намерений Говарда, она всё же кивнула: «Хорошо». «Кроме того, в этот период я, возможно, не смогу вам позвонить». Бекка нахмурила брови: «Почему?» Она думала, что даже если они будут врозь, то смогут хотя бы разговаривать друг с другом каждый день и хотя бы слышать голоса друг друга. «Объяснить это вам будет немного сложно, но я объясню позже… Не думайте ни о чём другом, помните, что я вам доверил. После возвращения в город Т, занимайтесь своей работой как обычно, пока я не приеду за вами». ---------- Глава 554-290: Мы с Честером Робинсоном можем быть друзьями только навсегда (1) Ребекка Квентин опустила голову, прикусив губу: «Неужели мы действительно не можем установить контакт?» «Ведите себя хорошо, это ненадолго». Город Т. Честер Робинсон только что вошел в больницу, когда у него зазвонил телефон. Он достал телефон, взглянул на выпавший номер, и выражение его лица не изменилось; недолго думая, он нажал кнопку «Отклонить». «Доктор Робинсон». Проходившие мимо врачи и медсестры приветствовали его. Честер ответил вежливой улыбкой. Телефон снова зазвонил, на этот раз пришло текстовое сообщение. Честер небрежно взглянул на текстовое сообщение на экране телефона. «Брат, почему ты не отвечаешь на мои звонки? Ты злишься из-за того, что случилось в Париже в прошлый раз? Да, я тебе солгал. У меня не особо продвинулись отношения с Говардом Джеффри, но ты же знаешь, я всегда заботился о внешнем виде… Сейчас мне очень не по себе. Я не видел Говарда с тех пор, как вернулся из Парижа. Не знаю, куда он делся. Можешь помочь мне его найти?» Увидев сообщение от Элис Робинсон, Честер слегка нахмурился. Он взял трубку и перезвонил. Стоя у входа в палату и глядя на мигающий красный свет над дверью операционной, Ребекка Квентин почувствовала себя немного рассеянной. Она призналась, что как только Говард ушел, ее сердце опустело. Хотя она и переживала за то, пройдет ли операция тети Клэр, ее мысли все еще были заняты им. Она поверила его словам! Она послушно ждала его в городе Т. Она верила его обещанию, что это произойдёт скоро. Что бы ни случилось в прошлом, она больше не хотела об этом думать. Она лишь с нетерпением ждала будущего, тех дней, когда он будет рядом, тех дней, когда они будут жить вместе как семья из трёх человек. Однако, каким бы прекрасным ни было предвкушение, это все равно неисполненное желание. Даже доверяя ему, она все равно испытывает тревогу из-за отсутствия его рядом. Стоя неподалеку, Рой услышал тихий вздох Ребекки Квентин. Он невольно подошел к ней и утешил: «Мисс Квентин, президенту тоже не хочется вас оставлять, но ему предстоит решить слишком много вопросов. Вам нужно верить, что он быстро все уладит и приедет за вами». "Хм." Ройе не стал раскрывать подробностей и тихо отступил в сторону. В этот момент у Ребекки Квентин зазвонил телефон. На экране отобразилась Кристин Куинн. Ребекка Квентин нажала кнопку ответа и поднесла телефон к уху: «Сестра». В телефонной трубке раздался обеспокоенный голос Кристин Куинн: «Бекка, как поживает тетя Клэр?» «Хм, сейчас она на операции». «Я звонил вам раньше, чтобы спросить, нужны ли вам деньги, и вы сказали, что нет, но я думаю, что пересадка почки стоит довольно дорого. Если вам не нужны деньги, откуда вы их взяли?» "Я… это мои собственные деньги!" Ребекка Квентин не забыла указания Говарда Джеффри. "На свои собственные деньги?" Ребекка Квентин намеренно напомнила: «Ты забыл? Когда мы с Говардом расстались, он дал мне чек на десять миллионов долларов». «Ах, да, я совсем забыла про эти деньги. Раз ты ими не пользовалась, я и не вспомнила, что они у тебя ещё остались». "Хм." «У сестры нет денег, чтобы помочь тебе, поэтому я могу предложить только свою поддержку. Как только тетя Клэр выпишется из больницы, я поеду в Т-Сити за ней. В будущем я буду помогать тебе заботиться о ней». "Почему?" Кристин Куинн рассмеялась: «Тебе нужно работать, а мне в этом году работать не нужно, поэтому я буду только присматривать за Мари. Естественно, у меня есть немного свободного времени, чтобы помочь тебе позаботиться о тете Клэр». «Нет, сестрёнка, я могу…» Прежде чем Ребекка Квентин успела закончить, Кристин Куинн перебила её: «Больше ничего не говори. Всё уже решено. Когда тётю Клэр выпишут, просто позвони мне, и я поеду за ней в Т-Сити». "Эх…" Не дожидаясь ответа Ребекки Квентин, Кристин Куинн завершила разговор. Прислушиваясь к писку в ухе, Ребекка Квентин вдруг почувствовала, как согрелось ее сердце. Благодаря такой сестре, даже если отца не было рядом, она все равно могла ощутить величие семейной любви. Как только Ребекка Квентин положила телефон, он зазвонил снова. Ребекка Квентин сначала подумала, что Кристин Куинн хочет сказать что-то другое, но неожиданно на экране появилось имя «Доктор Робинсон». Ребекка Квентин тут же ответила: «Здравствуйте… Доктор Робинсон». "Бекка, когда ты вернешься из М-Сити?" «Э-э, скоро». «Почему ты мне не сказал?» "Что?" «О том, что тёте Клэр нужна пересадка почки». Ребекка Квентин удивилась: "Ты же знаешь?" Честер Робинсон тихо сказал: «Ты забыл, что я тоже работаю в больнице? Ты провел в городе М столько дней; я беспокоился, что у тебя могут возникнуть проблемы, поэтому я спросил своих коллег в больнице XX о состоянии твоего родственника, и я не ожидал, что все окажется настолько серьезно». «Прошу прощения, доктор Робинсон, я не хотел вас обманывать. Я просто посчитал, что могу справиться с этим делом сам; я не хотел никого беспокоить». ---------- Глава 555-290: Честер Робинсон всегда может быть только другом 1_2 «Я же тебе говорил, тебе не нужно быть со мной вежливым. Тебе нужна помощь?» «Нет, тетя Клэр сейчас на операции, все идет хорошо». «А что насчёт денег?» «Э-э, деньги… мне удалось их собрать». «Насколько мне известно, пересадку почки можно провести так быстро только в том случае, если потратить много денег на поиск донора вне клиники, плюс сама операция стоит двести тысяч. Это огромная сумма». "Да." "Вам помог Говард Джеффри?" «Что?» — Ребекка Квентин была застигнута врасплох и поспешно сказала: «Как это мог быть он мне помочь? Я давно с ним не общалась». Честер Робинсон усмехнулся на другом конце провода: «Не волнуйтесь, я просто пошутил». Напряженное тело Ребекки Квентин немного расслабилось, и она объяснила: «Когда я рассталась с Говардом Джеффри, он дал мне сумму денег, которую я так и не использовала». «Я просто надеюсь, что вы вспомните обо мне, когда вам что-нибудь понадобится». Ребекка Квентин виновато ответила: «Я и так обычно доставляю тебе немало хлопот, не хочу беспокоить тебя еще больше». "Глупая девочка…" Голос Честера Робинсона был мягким, с оттенком нежности. Ребекка Квентин впервые услышала, как Честер Робинсон так тепло к ней обращается, и это немного её удивило. Она всегда считала Честера хорошим другом и привыкла к его шуткам, но в этот момент, судя по зарождающимся между ними романтическим чувствам, доктор Робинсон, похоже, отклонился от пути дружбы. «Э-э, доктор Робинсон, только что вышла медсестра, мне нужно спросить о приеме тети Клэр, поговорим позже… пока-пока». Наспех придумав предлог, Ребекка Квентин сделала вид, что спешит нажать кнопку завершения звонка, и только после окончания разговора с облегчением вздохнула. В то же время. Положив трубку, Честер Робинсон, откинувшись на спинку офисного кресла, слегка нахмурился. Кит Энтони вошел снаружи и, увидев Честера, погруженного в размышления, не посмел его потревожить и тихо отошел в сторону. — Ты что-нибудь выяснил? — внезапно спросил Честер. Кит Энтони подошел к столу и покачал головой: «Никаких следов местонахождения мистера Джеффри нет. Мы не можем быть уверены, что он отправился в М-Сити, но точно известно, что кто-то помог мисс Квентин оплатить лечение в больнице. Наше расследование финансовых отчетов больницы показывает платеж от определенной корпорации». "Какая корпорация?" «Платеж в пользу компании „Oversky“ был произведен Скайлером Джонсом от имени мисс Квентин». Честер поднял бровь: «Скайлер Джонс?» «Да, я провел тщательное расследование, и перевод действительно был осуществлен из компании «Оверский». Для уверенности я также проверил финансовые отчеты «Оверского», подтвердив, что перевод был произведен в день прибытия мисс Квентин в город М». Честер замолчал, погрузившись в размышления. Кит Энтони добавил: «Босс, я не думаю, что здесь есть что-то подозрительное. Скайлер Джонс всегда испытывала чувства к Ребекке Квентин, поэтому помочь ей вполне нормально. Более того, именно Кристин Куинн сообщила мисс Квентин об аварии тети Клэр, возможно, Кристин Куинн попросила Скайлер Джонс о помощи». Честер покачал головой: «Говарду Джеффри невозможно покинуть Нью-Йорк без причины. Раньше ваши расследования показывали, что он всегда работал в Нью-Йорке, а теперь я даже не могу отследить его местонахождение. Это значит, что он знал, что я все это время тайно за ним следил». Кит Энтони был поражен: «Почему мне это не пришло в голову?» Честер прищурился и, пристально глядя в глаза, добавил: «Всё не так просто». Как раз когда Кит Энтони собирался ответить, у него зазвонил телефон. Кит Энтони почтительно извинился перед Честером и отошел в сторону, чтобы ответить на звонок. Вскоре после этого Кит Энтони с бледным лицом помчался обратно в Честер, уговаривая: «Босс, плохие новости. Госпожу вот-вот вызовут на повторное судебное заседание». Полчаса спустя. В черном служебном автомобиле лицо Честера было холодным. Кит Энтони молчал, испытывая необычный страх перед авторитетом своего босса, не смея даже громко вздохнуть. Внезапно Кит Энтони резко затормозил, потому что перед их машиной внезапно остановился черный Bentley. Кит Энтони уже собирался обругать собеседника, но его голос внезапно оборвался. Сквозь лобовое стекло Кит Энтони увидел, помимо водителя Роя, холодное лицо, ставшее печально известным и внушающим страх — Говарда Джеффри. У Кейта Энтони перехватило дыхание, он взглянул на своего босса в зеркало заднего вида. Взгляд босса был устремлен прямо перед собой, и по леденящему блеску в его глазах было ясно, что он встретился взглядом с грозным противником. Их взгляды были заняты противостоянием, и хотя это было захватывающе, глубокая темнота в глазах друг друга не выдавала ни малейшего намека. В этот момент, поскольку две машины остановились посреди дороги, автомобили позади них начали отчаянно сигналить. Кейт Энтони и Ройе завели двигатели, и обе машины двинулись вперед, слегка задев друг друга. Пока машина спокойно ехала по дороге, Кит Энтони не мог не спросить: «Босс, мистер Джеффри сейчас в городе Т, так что…» Честер холодно вмешался: «Сначала отправляйся в тюрьму». "Да." Женская тюрьма на окраине города. Честер спокойно сидел в кресле, с безразличным выражением лица. Тюремный охранник помог усталой, худой женщине средних лет сесть перед Честером. Это была Вивиан Линдси. После того как охранник отошёл в сторону, Вивиан Линдси с тревогой сказала: «Как вы могли прийти ко мне в таком виде? Это может раскрыть Говарду Джеффри нашу связь. Вы могли бы послать туда Кита Энтони». Честер посмотрел на некогда ухоженное и элегантное лицо пожилой женщины, которое постарело и стало усталым, словно она мгновенно постарела на десять лет всего за полгода, и с болью в сердце произнес: «Я когда-то предупреждал тебя не действовать опрометчиво, но ты не послушала, и теперь тебе приходится расплачиваться за это». Вивиан Линдси сердито воскликнула: «Вы даже не представляете, сколько ненависти я таю внутри, я больше не могу ждать!!» «Мама, хотя ты и усыновила меня из детского дома, с детства и до взрослой жизни я видела все трудности, которые ты пережила, и сочувствую несправедливости, от которой ты страдала. Я не раз говорила тебе, что я обязательно помогу тебе осуществить все твои желания. Я позабочусь о том, чтобы тебе вернули все, что тебе должны другие. Это мой способ отплатить тебе за то, что ты меня вырастила!» «Честер, я знаю, что совершила большую ошибку, не прислушавшись к твоему совету и разобравшись с Говардом Джеффри самостоятельно, но я не жалею об этом, потому что знаю, что если мне это удастся, семье Джеффри конец. Эта негодяйка Эвелин Джеффри и не мечтала бы жить спокойно до конца жизни. Я просто никогда не ожидала, что, будучи хитрой всю свою жизнь, я все равно не смогу перехитрить Говарда Джеффри… Но в тюрьме я ничего не боюсь, потому что знаю, у меня все еще есть ты!» Вивиан Линдси посмотрела на Честера с надеждой. ---------- Глава 556-291: Мы с Честером Робинсоном можем быть друзьями только навсегда (2) В этот момент Честер хладнокровно поднялся. Увидев, что Честер собирается уходить, Вивиан быстро спросила: «Как у тебя дела?» «Тебе следует беспокоиться о себе!» — холодно ответил Честер, повернувшись спиной к Вивиан. «Это просто очередное слушание? В лучшем случае у полиции могут появиться новые доказательства, которые добавят к моему сроку от трех до пяти лет. Чего я боюсь? Как только вы разберетесь с Говардом, я выйду из тюрьмы!» — бесстрашно парировала Вивиан. «Вы действительно думаете, что Говард приехал в Т-Сити только для того, чтобы добавить вам к сроку заключения еще три-пять лет?» «Говард приехал в Т-Сити?» — Вивиан нахмурилась от недоумения. — «Я видела газету. Там говорилось, что Говард уже перевел первый филиал «Скайтопа» во Францию. Зачем ему было приезжать в Т-Сити? У него все еще остались неразрешенные чувства к Ребекке Квентин?» «Это никак не связано с Ребеккой Квентин!» "Тогда почему он здесь?" «Вы задумывались о том, что произойдет, если после слушания ваш приговор будет не просто на три-пять лет, а на десять? Что с вами тогда случится?» «Десять лет тюремного заключения плюс еще десять — это просто изменение цифр для меня. Как только вы победите Говарда, вы обязательно найдете способ меня освободить». «Боюсь, даже если я одержу победу над Говардом, у меня не будет сил вам помочь». Вивиан была потрясена, широко раскрыв глаза, и спросила: «Что… что ты имеешь в виду?» «После получения двадцатилетнего срока вас переведут в тюрьму строгого режима. Даже если я намерен помочь вам возобновить дело, сам процесс займет как минимум от трех до пяти лет, а это значит, что вы пробудете в тюрьме еще как минимум три-пять лет!» Лицо Вивиан побледнело, и она энергично покачала головой: «Нет, я не хочу оставаться в этой тюрьме еще три-пять лет; я не хочу… Честер, ты должен придумать, как мне помочь, ты должен помочь мне найти выход…» Неделю спустя. Ночью Кит Энтони поспешно вошел в роскошную виллу. Внутри виллы Честер сидел на диване в гостиной, рассматривая стопку писем в руке. Кит крикнул: «Босс!», прервав размышления Честера. Честер вернулся в настоящее и спросил: «Как дела?» Кит сообщил: «Суд назначил дату слушания дела мисс Вивиан на начало следующего месяца». "Хорошо." «Я проводил тайное расследование, и новые доказательства, полученные судом, неопровержимы. Опытные юристы проанализировали их и предположили, что срок заключения мисс Вивиан может быть увеличен на десять лет». "Я знаю." «Думаю, нам больше не стоит выяснять, почему мистер Джеффри не в Нью-Йорке. Очевидно, что он в городе Торонто, чтобы напрямую с вами столкнуться». Честер слегка прищурился и спокойно сказал: «Очевидно, он, как и я, потерял терпение к этим играм… Раз уж мы оба хотим играть открыто, давайте играть открыто!» «А что насчет мисс Вивиан?» «С ней все будет в порядке; вы можете передать ей это сообщение прямо сейчас». Кит, недоумевая, спросил: «Босс, если с мисс Вивиан все будет в порядке, почему вы не сказали ей об этом во время вашего последнего визита? Я думаю, она все это время была на взводе». Честер холодно ответил: «Я хотел, чтобы она знала, что кризисы случаются повсюду, и ко всему нужно подходить с осторожностью. Этот случай поможет обуздать её высокомерие, когда она наконец выйдет на свободу». «Понятно, мисс Вивиан иногда ведет себя довольно неподобающе». «Хм…» — Честер взглянул на своего подчиненного. — «Ты забрал Ребекку Квентин? Она приехала?» Кит посмотрел на часы: «Приблизительно». В этот момент с улицы вошёл слуга и сообщил: «Мистер Робинсон, она прибыла». Завершив серьезный разговор, Кит в шутку добавил: «Босс, давно ее не видел, скучал по ней, верно? Романтический вечер, только вы двое, прекрасная возможность. Лучше воспользуйся ею по полной!» «Пошли!» — сказал Честер, на его губах появилась легкая улыбка. В одно мгновение Кит исчез, не оставив и следа. «Мисс Квентин, пожалуйста, пройдите сюда». Ночью слуга провел Ребекку Квентин через сад на виллу. Как только Ребекка вошла на виллу, она была поражена видом огромного холла. Ребекке роскошь была не чужда, ведь когда-то она жила в привилегированных условиях. Однако вилла, которую она увидела сейчас, была похожа на ту, в которой она прожила два года с Говардом Джеффри, и отличалась схожим стилем — простым, но внушительным. «Бекка». Голос Честера прервал мысли Ребекки. Повернув голову, она увидела приближающегося к ней Честера. ---------- Глава 557-291: Честер Робинсон может быть только другом 2_2 Ребекка Квентин мягко улыбнулась: «Доктор Робинсон, я не ожидала, что у вас в Т-Сити есть такое место». Честер Робинсон ничего не ответил, его взгляд молча оценивающе смотрел на Ребекку Квентин. Перед ним стояла она, с маленьким лицом в форме сердечка, ясными глазами, завитыми ресницами, кожей, светлой, как белый нефрит, — такая нежная красота в сочетании с ниспадающими черными блестящими волосами и простым белым шифоновым платьем, подчеркивающим ее безупречную элегантность. Он давно знал о её красоте, которая всегда могла поразить и захватить дух. Заметив, что Честер Робинсон пристально смотрит на нее, Ребекка Квентин немного смутилась и спросила: «Что со мной не так? Что-то не так с одеждой…», — сказала она, взглянув на себя. Очнувшись от оцепенения, Честер Робинсон усмехнулся и покачал головой: «Нет, вы сегодня очень красиво выглядите». Лицо Ребекки Квентин слегка покраснело: «Спасибо… Кстати, где ваши остальные друзья? Вечеринка на втором этаже?» Честер Робинсон спокойно покачал головой. "Затем…" Честер Робинсон, глядя на прекрасное лицо Ребекки Квентин, тихо произнес: «Сегодня я пригласил только тебя». Ребекка Квентин на мгновение опешилась. Два дня назад, после операции тети Клэр, с помощью Ройе она привезла тетю Клэр в Т-Сити. Раны тети Клэр еще не зажили, ей все еще нужно было оставаться в больнице, но серьезных проблем не было, поэтому в последние два дня, когда у нее было время после работы, она ходила в больницу. Поскольку доктор Робинсон работала в другой больнице, она и Честер Робинсон почти не виделись в последние два дня, единственная встреча произошла в день их возвращения домой. Сегодня днем ​​ей неожиданно позвонил Честер Робинсон и пригласил на торжественный банкет в честь того, что он получил Международную премию Фонда Гэлднера. Это редкая медицинская награда; примерно четверть её лауреатов могут получить высшую Нобелевскую премию по медицине. Ребекка Квентин никогда не знала о таких высоких достижениях Честера Робинсона в медицине; хотя она была шокирована, она также обрадовалась за него. Узнав, что менеджер Смит тоже приглашен, Ребекка Квентин согласилась… Кто бы мог подумать, что сегодня вечером… "Потанцуй со мной." Он взял Ребекку Квентин за руку и направился прямо в центр зала. В центре зала стояла потрясающая хрустальная лампа с кисточками, ее теплый свет создавал за спиной Ребекки Квентин сказочную, прекрасную картину. Ребекка Квентин едва успела среагировать, как оказалась под хрустальной лампой вместе с Честером Робинсоном, под тихую романтическую музыку. Взволнованная Ребекка Квентин быстро произнесла: «Доктор Робинсон, я…» Честер Робинсон жестом "тише" обратился к Ребекке Квентин, а затем нежно положил руку ей на тонкую талию. Ребекка Квентин чувствовала себя несколько растерянной… Если бы она знала, что Честер Робинсон никого больше не пригласил, она бы точно не пришла. Перед тем как прийти, она уточнила у менеджера Смита, сказав, что они пойдут домой вместе позже, но потом узнала… что менеджер Смит помогает Честеру Робинсону. Обеспокоенная, Ребекка Квентин легонько положила руку на плечо Честера Робинсона. Благодаря своему хорошему воспитанию она не смогла отказать ему в этот момент, особенно учитывая, как много он ей помог, будучи «доктором Робинсоном». Свет вокруг них слегка приглушился, а напряженное тело Ребекки Квентин оставалось неподвижным, ее талию обнимал Честер Робинсон, словно она застыла, не смея пошевелиться, боясь дальнейшего прикосновения… Свет мягко мерцал, атмосфера была элегантной, музыка создавала таинственную иллюзию. Ребекка Квентин опустила голову, не смея взглянуть на Честера Робинсона… Она постоянно чувствовала на себе взгляд Честера Робинсона, и ее сердце сжималось от напряжения. "Бекка…" "Хм?" «Знаешь, почему я пригласил только тебя?» Ребекка Квентин покачала головой. Честер Робинсон медленно перестал танцевать, оставшись рядом с ней под тусклым кристальным светом, словно на них бил прожектор, оставляя в этом мире только их двоих. Честер Робинсон нежно приподнял прядь длинных волос Ребекки Квентин, в его глазах читалась невероятная нежность, но в этот прекрасный момент Ребекка Квентин внезапно отступила на несколько шагов назад, неловко произнеся: «Простите, доктор Робинсон, я не могу…» Она не могла позволить себе даже намека на близость с Честером Робинсоном. Честер Робинсон стоял неподвижно, его загадочные глаза, полные таинственности, изучали извиняющееся лицо Ребекки Квентин, и он улыбался: «Ты такая умная, что не понимаешь, что я имею в виду?» Ребекка Квентин с недоумением посмотрела на Честера Робинсона. Боже, неужели он действительно испытывает к ней такие чувства? «С того самого дня, как я переехал к тебе и стал твоим соседом, я каждый день надеялся быть рядом, покупать тебе завтрак, решать все твои проблемы… Когда ты дважды ездил в командировки в Нью-Йорк, в первый раз я взял тебя во Францию, чтобы познакомить с моими родителями, а во второй раз мы встретились в отеле «Палас». Это не было совпадением, я узнал о твоей поездке от менеджера Смита и специально забронировал номер рядом с твоим… В те дни в М-Сити я все надеялся, что ты скоро вернешься в Т-Сити, потому что каждый день без тебя был для меня долгим и скучным…» «Доктор Робинсон, пожалуйста, остановитесь…» — прервала Ребекка Квентин, медленно подходя к Честеру Робинсону и извиняясь говоря: «Простите, я не знала, что ваша помощь всё это время была вызвана… это моя недальновидность стала причиной такого недопонимания, но я действительно вижу в вас просто очень хорошего друга, я никогда не думала ни о каких других отношениях». Честер Робинсон, казалось, уже знал ответ, который ему даст Ребекка Квентин, не выказывая ни малейшего признака обиды или разочарования. Он нежно обнял её за хрупкие плечи и тихо сказал: «Я не хочу разрушить нашу нынешнюю дружбу и не хочу давить на тебя, чтобы ты сегодня дала мне ответ. Я просто хочу, чтобы ты знала, разделяя с тобой сегодняшнюю радость, что ты мне нравишься, и с сегодняшнего дня я буду официально добиваться твоего расположения, и в конечном итоге ты станешь моей женщиной!» Ребекка Квентин виновато опустила голову: «Доктор Робинсон, простите, вы знаете, что эмоции всегда были моей слабой стороной, я никогда не думала о том, чтобы быть с кем-то другим…» Честер Робинсон, прищурившись, изучал темными глазами опущенное лицо Ребекки Квентин: «Вы все еще цепляетесь за Говарда Джеффри?» Ребекка Квентин честно ответила: «Это я так неумело справляюсь с эмоциями… Я не хочу вам лгать». Честер Робинсон замолчал. Опасаясь обидеть Честера Робинсона, Ребекка Квентин быстро добавила: «Даже без этой причины я не могу быть с тобой… не говоря уже о моем прошлом, но даже о моем физическом состоянии, ты знаешь лучше всех, что мне не суждено быть с кем-либо, у тебя такие хорошие перспективы, если хочешь, есть много женщин лучше и выдающихся, чем я, из которых ты можешь выбрать…» «Когда я пригласил тебя, я ожидал, что ты скажешь такие слова отказа, поэтому тебе не нужно чувствовать себя виноватой, извиняться передо мной и ни в коем случае не принижай себя… ни у кого нет прошлого, и никто никогда не сможет вырваться из своего прошлого, он всё ещё в твоём сердце, меня это не волнует, и меня не волнует твоё прошлое, даже твоё физическое состояние, если действительно нет надежды на выздоровление, мне всё равно, я хочу тебя, твою чистоту, доброту, спокойствие, красоту — всё это меня привлекает, и в этой жизни единственное, чего я ещё хочу, это ты…» ---------- Глава 558-292: Уже такой плохой маленький дьявол. "Но я…" — Ребекка Квентин сделала паузу. Нет, она не могла рассказать Честеру Робинсону о своих нынешних отношениях с Говардом Джеффри, и, кроме того, она не отвергала Честера только потому, что теперь была с Говардом. Ребекка Квентин вздохнула: «Надеюсь, вы понимаете, что я только что сказала». «Хорошо, давайте закончим сегодняшнюю тему… Я не хочу, чтобы нам сегодня было неприятно. С этого момента ты можешь продолжать относиться ко мне как к другу, не обращай внимания на то, что я тебе сегодня сказал». Честер Робинсон легко пожал плечами, расслабив напряженные плечи Ребекки Квентин. Ребекка Квентин с извинением посмотрела на Честера Робинсона: «Простите». Честер Робинсон усмехнулся: «В таких словах нет необходимости… Раз уж сегодня у меня праздник, не возражаете ли вы выпить со мной?» Увидев облегченное выражение лица Честера Робинсона, Ребекка Квентин слегка улыбнулась, ее напряженное тело немного расслабилось, и она дружелюбно спросила: «Стоит ли сделать глоток?» "Конечно." Из ниоткуда появился слуга, держа в руках два бокала красного вина. Честер Робинсон взял их и передал один Ребекке Квентин. Ребекка Квентин, словно по инициату, подняла бокал за Честера Робинсона: «Я не поздравляла тебя сегодня вечером… Я горжусь тем, что ты мой друг». Она намеренно выделила слово «друг». Честер Робинсон рассмеялся, чокаясь бокалами с Ребеккой Квентин. Ребекка Квентин сделала небольшой глоток из своего бокала с вином. Честер Робинсон не пил, на его лице была легкая улыбка, он наблюдал за Ребеккой Квентин. Допив вино, Ребекка Квентин передала бокал официанту, сказав: «Уже поздно, мне пора домой». Честер Робинсон тоже отставил свой бокал и кивнул: «Я отвезу тебя обратно». Машина остановилась внизу, у квартиры Ребекки Квентин. Ребекка Квентин, проявляя бдительность, сказала Честеру Робинсону: «Спасибо, что пригласили меня сегодня вечером и отвезли домой». Честер Робинсон изогнул губы в улыбке: «Когда это вы научились быть такими вежливыми со мной? Не забывайте, я тоже здесь живу». Ребекка Квентин была ошеломлена. Да, она чуть не забыла! Пока Честер Робинсон говорил, он уже вышел из машины и открыл дверь для Ребекки Квентин. Снова сказав «Спасибо», Ребекка Квентин вышла из машины, держа в руках сумку. Честер Робинсон вдруг спросил: «Вам сегодня не было страшно?» Вернувшись домой, Ребекка Квентин наконец расслабила свое постоянно напряженное состояние и улыбнулась Честеру Робинсону: «Я сделаю вид, что сегодня вечером ничего не произошло». Честер Робинсон лишь слабо улыбнулся, больше ничего не сказав. Ребекка Квентин сказала: «Я вернусь первой». «Я вас провожу». «Э-э, не нужно, это всего несколько шагов». Зная о нынешнем стремлении Ребекки Квентин к отчуждению, Честер Робинсон не стал настаивать, кивнув: «Сегодня вечером в больнице возникла проблема, мне нужно быть на дежурстве». Ребекка Квентин дружелюбным тоном выразила беспокойство: «Обязательно берегите себя». «Ммм». Сказав это, Ребекка Квентин слегка кивнула Честеру Робинсону и затем отошла. Честер Робинсон прислонился к машине, наблюдая, как прекрасный силуэт Ребекки Квентин постепенно исчезает из виду. В какой-то момент рядом с Честером Робинсоном появился Кит Энтони и с сожалением заметил: «Босс, сегодня вечером у вас была такая прекрасная возможность, а вы не воспользовались ею. Это совсем на вас не похоже!» Честер Робинсон продолжал наблюдать за силуэтом вдалеке, его губы изогнулись в легкой улыбке: «С ней я не могу торопиться». «Но мисс Квентин выглядела такой очаровательной и милой после того, как сегодня немного выпила. Босс, вы совсем не впечатлены…?» Честер Робинсон бросил на него холодный взгляд: «Не стоит фантазировать о ней, понял?» Кит Энтони быстро поднял руки в знак капитуляции, невинно произнеся: «Клянусь, я ни о чем не думал!» Выйдя из ванной, Честер Робинсон собирался переодеться, когда услышал шум за дверью. В следующее мгновение дверь открылась, и вошла Элис Робинсон, которую сначала остановили слуги. Увидев увиденное, Честер Робинсон поднял бровь. Заметив слегка недовольное выражение лица Честера Робинсона, слуга нервно объяснил: «Извините, мистер Робинсон, я уже сказал мисс Робинсон, что у вас сегодня вечером дела…» Честер Робинсон махнул рукой, давая слуге знак отступить, и его спокойный взгляд остановился на Алисе Робинсон. В сердцах Элис Робинсон подошла к Честеру Робинсону и начала жаловаться: «Я звала тебя всю ночь, почему ты не отвечал? И твои слуги теперь мешают мне видеться с тобой?» Честер Робинсон тут же сбросил с себя единственное полотенце, которое было на нем, надел брюки и сменил рубашку, застегнул пуговицы и сказал: «Говорите что хотите, мне еще нужно в больницу». Элис Робинсон сердито подошла ближе к Честеру Робинсону: «Почему ты вдруг стал таким холодным ко мне?» ---------- Главы 559-292: Маленький демон, который уже стал плохим (Часть 2) Честер, потирая пуговицы, посмотрел на Алису и спросил: «Разве ты всегда не хотела, чтобы я так холодно с тобой обращался?» Услышав это, Алиса напряглась. Честер продолжал медленно застегивать рубашку: «Сейчас ты не в Нью-Йорке с любимым человеком, а пришла ко мне. Разве не потому, что у тебя проблемы и тебе нужна моя помощь? Другими словами, если бы тебе не нужна была моя помощь, зачем бы ты добровольно обратилась ко мне?» Застав Честера врасплох, Алиса почувствовала себя немного виноватой и встала перед ним, ее отношение кардинально изменилось. Она обняла Честера, глядя на него невинными широко раскрытыми глазами: «Ты все еще злишься на меня за то, что я встречаюсь с Говардом Джеффри?» Честер позволил Алисе обнять себя, взглянув на нее сверху вниз: «Неужели я ошибся? Эта обычно такая гордая „мисс Робинсон“ вот так на меня набросилась». Глаза Алисы блестели: «Брат, мне очень нужна твоя помощь. Пожалуйста, не будь ко мне так холоден, хорошо?» Честер, казалось, потерял терпение и спокойно выпалил: «Говори». «Я написала тебе раньше, что Говарда нет в Нью-Йорке, но он вернулся на следующий день. Он сказал, что поехал обратно в Т-Сити, чтобы уладить какие-то незавершенные дела… Позже ты сказала, что в ходе твоего расследования Говард действительно ездил в Т-Сити по делам, и хотя это доказало, что Говард не лгал, я все равно чувствовала себя неспокойно. Возможно, точнее будет сказать, что пока Говарда нет рядом со мной, я не могу чувствовать себя спокойно. Я очень боюсь, что он поедет искать Ребекку Квентин; я очень боюсь, что он возобновит свой старый роман с Ребеккой Квентин…» Предчувствуя надвигающееся смущение, Алиса слегка опустила глаза и тихо произнесла: «Тем более что у меня с ним на самом деле нет серьезных отношений, хотя часто это происходит из-за отсутствия подходящей возможности, и я не хочу, чтобы он подумал, что я легкодоступная женщина…» Честер нетерпеливо вмешался: «Переходи к сути дела». Элис подняла взгляд на Честера, не обращая внимания на жар в щеках, и медленно произнесла: «Я помню, как раньше, чтобы проверить искренность Говарда по отношению ко мне, ты однажды создал для Говарда возможность быть «вместе» с Ребеккой Квентин. Очевидно, это доказало, что Говард равнодушен к Ребекке Квентин…» Честер фыркнул, его острый взгляд скользнул по раскрасневшемуся лицу Алисы: «Похоже, ты хочешь, чтобы я помог тебе создать такую ​​возможность, так?» Элис отпустила Честера, опустив голову от стыда. В Честере вспыхнул гнев, который он изо всех сил пытался подавить весь вечер. Схватив Алису за плечи, он холодно выпалил: «Неужели Говард Джеффри — единственный мужчина в ваших женских глазах?» Не поняв непреднамеренного подтекста слов Честера, Элис вырвалась на свободу, раздраженно проворчав: «Ты делаешь мне больно… Ты всегда знал, как я отношусь к Говарду Джеффри». Честер вдруг улыбнулся и загадочно ответил: «Хорошо, тебе нужна моя помощь?» Алиса прекратила поглаживать плечо и серьезно кивнула. В глазах Честера мелькнула игривая улыбка, она стала шире: «Останься со мной сегодня ночью, и я исполню твое желание». Внезапно глаза Алисы расширились от недоверия, когда она уставилась на Честера. Честер прищурился и усмехнулся: «Почему, такая бурная реакция? По собственной воле или нет?» Элис подняла руку, собираясь ударить Честера, но он вовремя перехватил ее за руку. Честер крепко держал Алису за руку, его улыбка была словно призрак: «Насколько я помню, мисс Робинсон, вы всегда питали ко мне некоторую неприязнь, и физические отношения между нами в основном были моей инициативой… Интересно, готова ли мисс Робинсон сегодня унизиться ради любимого человека?» Вырываясь из хватки Честера и чувствуя себя оскорбленной, Алиса в ярости воскликнула: «Честер, не заходи слишком далеко!!» Честер внезапно резко отпустил Алису, смеясь: «Похоже, ты не хочешь… Если так, убирайся!» Алиса, слегка дрожа, стояла на своем месте, с ненавистью глядя на Честера. Честер проигнорировал Алису и самостоятельно надел пиджак. В голове Алисы всплыли воспоминания о прошлых вопиющих захватах власти Честером… Она давно знала, что Честер — презренный человек. Как раз когда Честер собирался выйти из комнаты, Алиса внезапно двинулась к дверному проему, преградив ему путь. Честер неторопливо посмотрел на Алису. Алиса опустила голову, словно пережив ожесточенную внутреннюю борьбу, и медленно расстегнула молнию на спине платья… Когда Алиса расстегнула платье, взгляд Честера постепенно сузился и стал опасным. Наконец, Алиса разделась догола. Взгляд Честера затуманился, он стал рассеянным. В тот момент Честер увидел перед собой обнаженную Ребекку Квентин, а не Алису. Говард Джеффри был готов пожертвовать всем? Ревность и ненависть заставили Честера сильно прижать Алису к двери. Алиса закрыла глаза, и слезы тут же хлынули из глаз, стекая по щекам. Честер, глядя на обиженное личико Алисы, сердито выпалил: «Неужели я в твоих глазах не могу сравниться с Говардом Джеффри?» Алиса ничего не сказала, крепко прикусив губу. Честер внезапно словно потерял контроль над собой, подняв ногу Алисы себе на пояс. Стройное тело Алисы дрожало от страха. Эта сцена еще больше разозлила Честера… Без всяких прелюдий он приподнял талию Алисы и безжалостно вонзился в неё… Сильное проникновение, словно острый клинок, причинило Алисе невыносимую боль, она нахмурилась и хрипло прошептала: «Пожалуйста, не надо…» Честер не отрывал от нее взгляда, не отрывая глаз от ее беспомощного страдания, его сердце словно горело. "Неужели Говард Джеффри действительно может так свести вас, женщин, с ума?" Алиса отвернула голову в сторону, упорно кусая губу. Честер внезапно воскликнул: «Посмотрите на меня!!» Алиса не двигалась. "Я же сказала: посмотрите на меня!" Под агрессивным, безумным приказом Честера Алиса медленно повернула лицо, встретив его пылающий взгляд своими заплаканными глазами. «Раз уж ты готова отдать всё ради Говарда Джеффри, то воспринимай то, что произойдёт дальше, как удовольствие!» Резко отстранившись, он неожиданно вошёл в тебя в следующий момент. Элис, не выдержав, впилась ногтями в руку Честера. "Сволочь…" Честер уловил оскорбление обостренным чувством, его глаза потемнели, когда он отстранился и снова яростно толкнул, его жгучее желание снова и снова пронзало женщину, прижатую к стене… ---------- Глава 560-293: Сладость в моём сердце ----------------------------------------- Ребекку Квентин разбудил кошмар. Возможно, это произошло потому, что сегодня вечером она общалась с Честером Робинсоном, но ее сон неожиданно был о нем. Это был не особенно страшный сон, просто помимо танцев на вилле Честера, он еще и поцеловал ее... Конечно, она попыталась оттолкнуть его... Именно во время своего сопротивления она внезапно очнулась от сна. Приподнявшись и прислонившись к изголовью кровати, и проведя рукой по лбу, Ребекка поняла, что ее пробрал холодный пот. Встав, чтобы налить себе стакан воды, Ребекка тихо вздохнула. Больше недели она часто просыпалась от снов посреди ночи. Без исключения, все сны были о ней и Говарде Джеффри вместе, за исключением сегодняшнего, когда ей приснился Честер. Возможно, дело в том, что в глубине души она действительно чувствует вину перед Честером... Однако у неё не было другого выбора, кроме как отказать Честеру, потому что, как бы она ни старалась, она никогда не сможет быть с ним, даже если бы смогла отпустить Говарда, хотя всё равно не смогла бы. С тех пор как она вернулась в Т-Сити более недели назад, она постоянно думает о Говарде... Она очень скучает по нему и надеется, что он скоро приедет за ней. На самом деле, она примерно догадалась, чем он занимается в Нью-Йорке... должно быть, он решает свои дела с Элис Робинсон. Она не знала, как он с этим справится, но больше не хотела об этом беспокоиться. Как он и сказал, пусть все заботы оставит ему, ей нужно просто спокойно его ждать. Размышляя об этом, Ребекка подошла к окну. Отдернув шторы, как она делала каждый вечер на прошлой неделе, она тихо посмотрела вниз из своего номера. Да, она очень по нему скучала... Она так мечтала, чтобы однажды ночью, внезапно распахнув шторы, она увидела его машину, припаркованную внизу, и он неожиданно появился перед ней... К сожалению, фантазии всегда прекрасны; она не знала, сколько еще ей предстоит ждать. Подняв трубку, Ребекка набрала ряд цифр. На другом конце провода быстро ответили: «Здравствуйте...» «Тетя, это я». «Бекка, я знаю, у тебя уже поздно. Я не ожидал, что ты позвонишь так поздно…» Ребекка прислонилась к окну и с нежной улыбкой спросила: «Как вы себя чувствуете в последнее время?» Миссис Джеффри ответила: «После приема добавок, которые вы купили мне в прошлый раз, моя талия стала намного лучше…» «Когда у меня будет возможность поехать в Нью-Йорк, я привезу вам ещё». "Хорошо... Кстати, почему ты не лег спать так поздно?" «Нет, я просто встала, чтобы выпить стакан воды, и подумала, раз там еще день...» Миссис Джеффри прервала Ребекку: «Вы не видите Эндрю?» "Да." «Этот маленький проказник сейчас доставляет немало хлопот…» Глаза Ребекки загорелись: «Правда? Почему он так шалит?» «Этот маленький проказник настоял на том, чтобы быть со своим папой. В это время его папа был занят в кабинете работой… поэтому я отнёс малыша в кабинет. Папа разговаривал по телефону, поэтому я посадил его на стол, чтобы он поползал. Я и не подозревал, что этот малыш, похоже, засмотрелся на ручку и умудрился опрокинуть её, разгромив все документы на папином столе… Когда Говард закончил разговор и увидел беспорядок, который устроил сын, он был недоволен. Однако малыш, сидя на столе, сначала взглянул на свои испачканные чернилами ножки, а затем невинно посмотрел на папу, как будто говоря, что он тоже «обижен». Вы бы видели своего сына в тот момент, он был невероятно сообразительным… Говард сначала собирался заняться работой, но из-за того, что Эндрю так всё перевернул с ног на голову, он в итоге повёл его играть в сад…» Слушая рассказ миссис Джеффри, Ребекка, казалось, уже представила себе эту сцену и от души рассмеялась. Миссис Джеффри вздохнула: «Этот маленький проказник доставляет гораздо больше хлопот, чем его папа в этом возрасте, а ему уже чуть больше года…» «Тетя, я очень ценю ваши старания». «Вовсе нет… Небольшие шалости — это хорошо. Может быть, когда он вырастет, он добьётся больших успехов, чем его папа… Но, наблюдая за этим маленьким проказником, я думаю о том, как было бы замечательно, если бы когда-нибудь у нас появилась хорошо воспитанная внучка…» Ребекка улыбнулась, но ее глаза постепенно потемнели. Миссис Джеффри поняла свою ошибку и быстро поправилась: «Э-э, Бекка, не пойми меня неправильно, я не имею в виду, что Говард должен в будущем завести дочь с кем-то другим. Ты должна знать, что, несмотря ни на что, я надеюсь, что вы с Говардом будете вместе. Но когда дело касается сердечных дел, как его мать, я…» ---------- Главы 561–293: Сладость в моём сердце (Часть 2) Откуда миссис Джеффри могла знать, что Бекка действительно разочарована, потому что в будущем она не сможет исполнить желание миссис Джеффри? Бекка попыталась объяснить: «Тетя, вы меня неправильно поняли, я…» Миссис Джеффри перебила: «О, мне не стоило поднимать этот вопрос. В конце концов, у тебя уже есть парень, так что говорить такое не имеет особого значения…» Бекка замерла: "Парень?" Миссис Джеффри кивнула: «Да, разве газета об этом не писала? Вы состоите в отношениях с молодым боссом компании «QCS»… Я поспрашивала, мне сказали, что он почти не появляется на публике, я даже не знаю, в какой он ситуации. Когда вы приведёте его, чтобы я могла с ним познакомиться…» Бекка неловко сказала: «Э-э… мы поговорим об этом позже, тётя». "Ладно, уже поздно, тебе нужно отдохнуть, не беспокойся об Эндрю…" «Хм, я позвоню вам, когда у меня будет время». После завершения разговора с миссис Джеффри Бекка почувствовала себя гораздо спокойнее. Три момента в этом разговоре вселили в нее уверенность. Во-первых, у Эндрю всё хорошо; во-вторых, Говард Джеффри сегодня дома, а это значит, что Алисы с ним нет; в-третьих, миссис Джеффри надеется, что она будет с Говардом, и с нетерпением ждёт того дня, когда узнает о своём примирении с Говардом, ведь это, несомненно, её обрадует… она уже с нетерпением ждёт этого дня. Кристин Куинн прилетела из города Y в город T рано утром и обсуждала с Беккой в ​​больничной палате вопрос о том, как отвезти тетю Клэр в город Y. В итоге тетя Клэр приняла решение: «Мисс, я все серьезно обдумала, я все же поеду с мисс Куинн в город Y». Бекка неодобрительно покачала головой: «Тетя Клэр…» Тетя Клэр подняла руку, чтобы прервать его: «Я знаю, что поездка в город Y может доставить мисс Куинн много хлопот, но если я останусь в городе T, то доставлю вам еще больше хлопот…» Прежде чем Бекка успела высказать свое мнение, Кристин сказала: «Бекка, на самом деле тетя Клэр вообще не доставит мне никаких хлопот в городе Y… ты же знаешь, Скайлер Джонс хорошо ко мне относится, мы с Мари живем на вилле, с тетей Клэр будет веселее, и самое главное, на вилле есть бесплатный персонал, который сможет всесторонне позаботиться о тете Клэр, ее здоровье быстро восстановится». Услышав это, Бекка с недоумением посмотрела на Кристин: «Разве ты не переехала в городскую виллу мистера Джонса, чтобы жить с ним?» Бекка вывела Кристин из палаты и серьезным тоном спросила: «Сестра, скажите мне правду, вы с мистером Джонсом снова поссорились?» Кристин взяла Бекку за руки и улыбнулась: «Откуда у тебя такие мысли? Что может быть между мной и Скайлером Джонсом? Я переехала к нему, но, как я тебе уже говорила, мы поддерживаем необходимую «привязанность» перед Мари, но наедине не общаемся, почти не разговариваем, как же мы можем ссориться?» Бекка нахмурилась: «Вы с мистером Джонсом никак не продвинулись в своих отношениях?» Кристин тихонько усмехнулась: «У меня нет никакой надежды на прогресс в наших отношениях с ним, лучше всего нам жить раздельно всю жизнь, он пойдет своим путем, я — своим!» Сестры Квентин похожи друг на друга: обе упрямые и своенравные. Бекка попыталась убедить: «Сестра…» «Хорошо, давай не будем говорить о моих проблемах, дело тети Клэр уже решено, я обещаю, что буду хорошо о ней заботиться». «Я не беспокоюсь о том, что ты не будешь о ней заботиться, я надеюсь, что мистер Джонс…» В этот момент Бекка внезапно замолчала, подозрительно посмотрев на Кристин: «Подожди-ка, ты же не собираешься использовать тетю Клэр как предлог, чтобы переехать от Скайлер Джонс на виллу в пригороде, верно?» Мэрилин Куинн всегда надеялась, что её родители будут жить вместе, и не хотела, чтобы они снова расстались. Теперь, когда Кристин привезла тётю Клэр в город Y, она могла использовать тётю Клэр как предлог, чтобы вернуться в загородную виллу к Мари, ведь жить с тётей Клэр у Скайлер Джонс было непрактично. Как будто кто-то попал в цель, Кристина немного запнулась в своей речи: «Нет… ничего особенного, у меня просто есть свободное время, чтобы помочь вам позаботиться о тете Клэр». Бекка скрестила руки на груди, самодовольно глядя на него: «Помочь мне позаботиться о тете Клэр и найти повод держаться подальше от Скайлера Джонса — это беспроигрышная ситуация!» Поняв намек от Бекки, Кристин просто скрестила руки на груди и кивнула: «Хорошо, признаю, я намерена воспользоваться случаем, чтобы позаботиться о тете Клэр и на время побыть вдали от Скайлер Джонс с Мари… понимаешь, заставлять двух ненавидящих друг друга людей притворяться «любящими» — это настоящая пытка!» Бекка нахмурила брови: «Посмотри на себя, опять за своё, разве я не говорила тебе хорошо ладить с мистером Джонсом?» Кристин серьезно сказала: «Бекка, ты ведь всерьез не думаешь, что мы со Скайлером Джонсом будем вместе, правда?» Бекка растерянно спросила: «Почему нет? Разве ты не слышала, как в прошлый раз в городе Y мистер Джонс обещал Мари, и он тоже стал к тебе добрее и внимательнее…» «Обещание?» — усмехнулась Кристин, закатив глаза. — «Ты в это веришь? Скайлер Джонс однажды давал мне обещания гораздо более прекрасные, чем те, что он давал Мари, но факты доказывают, что обещания в сердце Скайлера были всего лишь словами, сказанными между делом; что касается твоего «мягкого и внимательного», да, благодаря Мари он постепенно приближается к тому, чтобы подружиться со мной, но извини, я никогда не думала о дружбе с ним!» Бекка беспомощно вздохнула. Она прекрасно знала, что упрямство её сестры превосходит её собственное. Тем не менее, сам факт того, что мистер Джонс однажды толкнул её сестру в сторону Говарда Джеффри, показывает, что в прошлые годы мистер Джонс действительно причинил боль её сестре… Да, люди бывают такими. Пережив слишком сильную боль, учишься защищаться. То, что её сестра не хочет возвращаться в прошлое, — это нормальное человеческое поведение. Видя, как Бекка волнуется за неё, Кристин, в свою очередь, успокоила Бекку: «Не волнуйся, я взрослая, я знаю, как справляться со своими чувствами… но должна сказать, нам, двум сёстрам, ужасно досталась такая карма, раз мы в этой жизни связались с братьями, сравнимыми с негодяями!» "Кашель…" "Что с тобой не так?" Бекка чуть не подавилась собственной слюной. «Ничего, ничего…» Сестра и так считает Говарда «негодяем», так как же она сможет помочь ему исправить свою репутацию в будущем? Нью-Йорк. Говард Джеффри был в ярости в офисе. «Ты… ты отлично справляешься, Рой!» Говард сидел за своим столом, глядя на компьютер перед собой. На его красивом лице была полуулыбка, но безэмоциональное выражение, однако вздутые вены на руках выдавали его подавленную ярость. Он сказал удивительно спокойным голосом: «Похоже, я должен вознаградить тебя за усердную работу в эти дни в Т-Сити. В Африке есть проект, который давно ждал, пока «Скайтоп» возьмется за его реализацию. Я думал отправить тебя туда год назад, но тогда твои навыки работы были не такими «надежными и всесторонними», как сейчас, поэтому, похоже, пришло время отправить тебя туда на тренировку… Я повышу тебя до должности руководителя, чтобы ты лично курировал этот проект в Африке!» ---------- Главы 562–294: Он приехал за ней (Часть 1) Лицо Роя мгновенно побледнело во время видеозвонка с Говардом Джеффри, когда он умолял: «Нет, генеральный директор, не отправляйте меня в Африку…» В этот момент видеозвонок прервался, и Говард Джеффри, вопреки своему обычному поведению, выругался. Лиза Сесили и Джейсон Вуд сделали вид, что осторожно опускают головы в сторону, но на самом деле сдерживали смех. Да, они редко видели, чтобы их обычно спокойный, достойный, отстраненный и гордый генеральный директор так терял самообладание, отправляя Ройе в Африку в приступе ярости. На этот раз босс явно не шутил с Ройе! Почему Ройе спровоцировал такого гнева генерального директора? Оказалось, Ройе находился в городе Т, охраняя жену будущего генерального директора, и прошлой ночью, по просьбе генерального директора, отправил ему на телефон фотографии из повседневной жизни жены будущего генерального директора. Генеральный директор, занятый дома с детьми, не стал сразу их проверять. Сегодня утром, вернувшись в Нью-Йорк и желая полюбоваться своей женщиной, он увидел фотографию жены будущего генерального директора в красивом наряде, танцующей с другим мужчиной. Когда он увидел, как некий Честер Робинсон кладет свою грязную руку на талию жены будущего генерального директора, генеральный директор чуть не сжег свой компьютер огнем в глазах… Ошибка Роя заключалась в том, что он не придумал способ помешать жене будущего генерального директора присутствовать на встрече, а также в том, что он не был достаточно умён, чтобы отправить такие фотографии генеральному директору… видите ли, тот факт, что генеральный директор всегда находит время, чтобы проводить его с женой, говорит о его крайней собственнической любви к ней. Раньше, когда кто-то просто прикасался к руке жены будущего генерального директора, тот чуть не хотел её отрубить, а теперь объятия за талию от того же человека просто доводят генерального директора до предела! Бедный Ройе, которого за то, что он не предотвратил эти события, вот так просто отправили в Африку… «Джейсон Вуд, теперь ты едешь в Т-Сити!!» Услышав этот властный приказ, Джейсон Вуд, смеясь, тут же побледнел, поднял голову и спросил: «Бо… босс, я еду в Т-Сити?» У Джейсона Вуда перехватило дыхание, в голосе читалось недоверие, а в глазах — страх. Говард Джеффри стиснул зубы и сказал: «Если ты не справишься с этим, тебя отправят в Африку вместе с Ройе!» О Боже… Как можно успешно справиться с этой ситуацией? Нельзя сближаться с женой будущего генерального директора, но при этом нужно не давать другим мужчинам к ней приближаться… это… это невыполнимая миссия! Джейсон Вуд выдавил из себя улыбку и спокойным тоном сказал: «Босс, я позже соберу чемоданы и поеду в Т-Сити, но не волнуйтесь, мисс Квентин совсем не интересуется Честером Робинсоном. Как видно на фотографиях, мисс Квентин всегда держится от Честера Робинсона на расстоянии. Однако, когда Честер Робинсон смотрит на мисс Квентин, в его глазах, кажется, пылает страсть. Боюсь, я смогу остановить это только пару раз…» Говард Джеффри холодно скривил губы: «Вы действительно хорошо разбираетесь в анализе?» Каким бы проницательным ни был Говард Джеффри, как он мог не понимать, что Честер Робинсон в данный момент пытается «спасти себя»? Джейсон Вуд тут же выпрямился, опустил голову и воскликнул: «Не смею!» В это время Лиза Сесили, которая стояла неподалеку, как всегда, желая оставаться незаметной, поспешила к столу и почтительно сообщила: «Генеральный директор, вам звонил Честер Робинсон». Она робко передала телефон Говарда Джеффри. Это был поистине спасительный звонок для Джейсона Вуда!! Бросив холодный взгляд на Джейсона Вуда, Говард Джеффри нажал кнопку ответа. По телефону раздался притворно вежливый голос Честера Робинсона: «Мистер Джеффри, мне очень жаль, что в прошлый раз в Т-Сити вы поздоровались со мной, когда я спешил по делам, я не успел как следует пообщаться с вами в Т-Сити. Искренне извиняюсь за то, что не уделил вам достаточно внимания, зять». Говард Джеффри откинулся на спинку кресла, на его губах играла легкая улыбка: «Я не ожидал от вас такой вежливости, доктор Робинсон. Мы же семья, как я могу что-либо вам предъявить, доктор Робинсон?» «Да, мы семья, поэтому я не буду церемониться… Мистер Джеффри, моя приемная мать рассчитывает на ваше милосердие, не так ли?» «О, доктор Робинсон, у вас действительно есть приемная мать? Я слышал только, что ваша биологическая мать умерла в раннем возрасте». Честер Робинсон фыркнул от смеха: «Мистер Джеффри, давайте не будем ходить вокруг да около… Я искренне надеюсь, что вы сможете отозвать иск против моей матери». «Боюсь, это невозможно. Чтобы это осуществить, я специально провел много дней в городе Т и даже ужинал с местным председателем суда. После таких усилий у меня нет причин просто отозвать иск. Знаете, я всегда не хочу, чтобы мою семью беспокоили посторонние!» ---------- Главы 563-294: Он приехал за ней (Часть 1 из 2) Честер громко рассмеялся: «Мистер Джеффри, я думаю, нам следует не усложнять… давайте заключим сделку». "Конечно, если это будет интересно!" «Вам это точно будет интересно… Попросите свою секретаршу принять несколько фотографий, которые я вам сейчас отправляю, и свяжитесь со мной, когда посмотрите их». После того как Лиза Сесили приняла фотографии, присланные Честером, она увидела на экране компьютера несколько непристойных фотографий обнаженных женщин, и женщиной на этих фотографиях оказалась не кто иная, как Элис Робинсон. Лиза ахнула и быстро выключила экран компьютера, сердито крикнув своему начальнику: «Президент, эта Алиса просто бесстыжая, хорошо, что вы с ней не общаетесь…» «Похоже, Честер хочет использовать эти обнаженные фотографии, чтобы шантажировать президента. Если президент не отступит в вопросах, касающихся города М, Честер обнародует эти фотографии», — сказал Джейсон Вуд. После того, как Лиза рассердилась, она рассмеялась: «Честер использует такой дешевый трюк, он даже не подозревает, что президент затевает операцию в пустом городе…» Да, тогда ситуация была настолько критической, что Говард Джеффри не смог найти доказательства, чтобы обвинить город М и отвлечь внимание Честера, поэтому ему пришлось поручить людям в городе Т сфабриковать ложные доказательства и представить их в судебные органы… Задача судебной власти заключалась в проверке новых доказательств, но Говард подкупил там людей, намеренно распространив информацию о том, что расследование в городе М будет пересмотрено. Однако правда заключалась в том, что даже если бы Честер ничего не предпринял, с городом М все было бы в порядке; судебная власть в конечном итоге подтвердила бы, что полученные доказательства не соответствуют фактам. Джейсон согласно кивнул с улыбкой: «Босс, похоже, Честер больше не подозревает о вашем отсутствии в Нью-Йорке… Это было на грани, но всё прошло гладко, как и планировалось!» Лиза с облегчением вздохнула: «Президент, можете расслабиться. Следуя вашему плану, вы, вероятно, получите хорошие новости через день-два…» Джейсон робко спросил: «Президент, осталось всего два или три дня, стоит ли мне все-таки поехать в Т-Сити?» Говард прищурился, его темные глаза были полуприщурены, и он бросил на Джейсона «дружеский» взгляд: «Что ты думаешь?» «Я сейчас же соберу чемоданы!» В следующую секунду Джейсон вылетел из кабинета президента, словно стрела. Прошло ещё два дня. Рано утром, войдя в офис компании "QCS", Ребекка Квентин заметила на своем столе букет цветов. Новая сотрудница ресепшена загадочно подошла к Ребекке и сказала: «Секретарь Квентин, эти цветы вам доставил флорист, я слышала, что какой-то джентльмен их заказал… Хе-хе, секретарь Квентин, я никогда не встречала нашего легендарного президента, но, судя по тому, что он прислал вам этот букет незабудок, я могу сказать, что наш президент очень романтичный человек!» Да, «незабудка» — это другое название звездчатки, которую Ребекка когда-то хотела посадить целую плантацию в городе Ти. Позже Говард посадил такую ​​плантацию на вилле, где они когда-то жили вместе. Слова администратора привлекли внимание многих коллег-женщин, их взгляды были полны зависти и ревности к Ребекке. Ребекка села на стул, держа в руках букет. Увидев милую улыбку на лице Ребекки, администратор молча ушла. Николетт Холмс бесшумно подошла сзади: «В глубине души тебе приятно, не так ли?» Внезапный голос сзади испугал Ребекку: «Ах!» «Простите, я просто был потрясен таким количеством прекрасных цветов… Обычно пары дарят розы или что-то подобное, кто бы мог подумать, что наш президент так хорошо понимает романтику, что дарит вам такие трогательные цветы, это действительно вызывает зависть!» Ребекка смотрела на великолепно распустившиеся синие и фиолетовые цветы, чувствуя приятное тепло в сердце. Его не было рядом, поэтому она невольно погружалась в свои мысли, постоянно боясь, что всё, что произошло в городе М, было всего лишь сном… Каждую ночь ей хотелось позвонить ему, но она помнила, что он сказал… Она должна была сдержать данное ему обещание и поверить его словам о том, что это «скоро». Поэтому в дни после возвращения из города М, хотя она и ждала его с уверенностью, ее сердце наполняло беспокойство. Получив этот букет, пусть и без подписи, она успокоилась… Он был единственным человеком в мире, кто знал, что ей нравятся звездчатые цветы. В тот самый момент, когда Ребекка была погружена в мысли о своем будущем с Говардом, у нее внезапно зазвонил телефон. Ребекка достала телефон, немного помедлила и нажала кнопку ответа. "Привет…" «Бекка, это я». «Доктор Робинсон». С той ночи между Ребеккой и Честером словно опустилась завеса, и Ребекка всегда, намеренно или ненамеренно, избегала его. «Я собиралась попросить тебя взять отпуск, чтобы поехать со мной в больницу, но оказалось, что ты уже так рано ушла на работу». В последнее время Ребекка приходила на работу на полчаса раньше обычного и уходила с работы позже обычного, чтобы избежать встречи с Честером. Ребекка неловко ответила: «Э-э, да, я пришла рано, я в последнее время слишком много брала выходных, и у меня накопилось много дел». «Я сейчас приеду за тобой». "Хм?" «Я уже говорил вам о том враче, о котором думал, мистере Абеле. Я его нашел, он приехал в Т-Сити вчера вечером. Я хотел вам сказать, но вы, кажется, рано легли спать… Сейчас я еду в «QCS», чтобы забрать вас, чтобы мистер Абель мог вас осмотреть, и если все пройдет хорошо, операцию можно будет сделать сегодня днем!» «Мисс Квентин, я ознакомился с вашей медицинской картой и только что провел осмотр… ваше состояние действительно вызывает некоторое беспокойство, но среди всех пациентов, которых я лечил, вы не самый худший…» Когда доктор Абель сказал это Ребекке, она невольно улыбнулась от радости, ее лицо слегка побледнело от дискомфорта во время осмотра, и она взволнованно спросила: «Доктор, значит ли это, что у меня есть шанс вылечиться, верно?» Доктор Абель кивнул с улыбкой: «Хотя я не могу гарантировать стопроцентный успех операции, я, конечно, не хочу добавить неудачу в свою медицинскую карьеру, когда я так близок к выходу на пенсию». Авель дал понять, что сделает все возможное. Услышав эти слова доктора, Ребекка так обрадовалась, что чуть не расплакалась, повторяя снова и снова: «Спасибо, доктор, спасибо…» Доктор Абель сказал: «Следуйте за медсестрой, чтобы подготовиться. Если все будет в порядке, мы сможем приступить к операции через полчаса». "Хорошо." Когда Ребекка вышла вслед за медсестрой из смотрового кабинета, ее глаза уже были влажными. Честер, который ждал у входа в кабинет врача, подошел к ней и, заметив блеск в ее глазах, нервно спросил: «Что случилось? Осмотр был неприятным?» ---------- Главы 564-295: Он приехал за ней (Часть 2) Для женщин подобные обследования обычно невыносимы и неприятны. Ребекка Квентин не произнесла ни слова, просто смотрела на Честера Робинсона, из ее глаз непрерывно текли слезы. Честер мягко отчитал медсестру, сидевшую рядом с Ребеккой Квентин: «Разве я не говорил вам быть помягче?» Медсестра невинно опустила голову и пробормотала: «Доктор Робинсон, я и так была очень осторожна». "Ты…" Слова, которые Честер собирался произнести, прервал внезапный взрыв смеха Ребекки Квентин сквозь слезы. Честер посмотрел на Ребекку Квентин с притворным недоумением: «Бекка…» Ребекка Квентин внезапно схватила Честера за руку, все еще не в силах скрыть своего волнения, и воскликнула: «Доктор Робинсон, вы знаете? Доктор Абель сказал мне, что шансы на успешную операцию очень высоки…» Радость тоже отразилась на лице Честера: "Правда?" Ребекка Квентин энергично кивнула: «Да, да… Вы не представляете, как я обрадовалась, услышав такую ​​новость? Последние полгода каждый раз, когда меня осматривал врач, я видела только врача, сидящего перед компьютером и качающего головой, глядя на мое состояние, и это единственный раз, когда я услышала от врача, что у моего организма есть надежда…» Честер, словно заразившись ее настроением, внезапно обнял Ребекку Квентин и хрипло произнес: «Поздравляю…» Прижавшись к груди Честера и переполненная волнением, Ребекка Квентин не возражала против их нынешней близости. Считая Честера лишь другом, она хрипло произнесла: «Последние шесть месяцев я очень боялась, боялась, что мне придется прожить остаток жизни с этим сломанным телом…» Честер нежно похлопал Ребекку Квентин по дрожащей от слез спине и мягко утешил: «Я обещал тебе, я точно не позволю, чтобы с тобой что-нибудь случилось». Ребекка Квентин медленно вырвалась из объятий Честера, с чувством вины произнеся: «Доктор Робинсон, спасибо вам огромное за вашу неустанную помощь… Я знаю, что если бы не вы, доктор Абель не согласился бы провести операцию…» Да, господин Абель — легендарная фигура в международном медицинском сообществе. Несмотря на приближение к пенсии, у него никогда не было неудачных операций, и на протяжении десятилетий он пользовался международной известностью, почитаемый многими как гигант в области медицины. В последние годы из-за возраста он редко проводил операции, но, как ни удивительно, несмотря на преклонный возраст, каждая проведенная им операция неизменно оказывается успешной. Поэтому пациенты со всего мира по-прежнему просят его о лечении, хотя он редко соглашается на операции и, по слухам, является эксцентричным стариком. На красивом лице Честера сохранялась обычная легкая улыбка: «Не говори так, я обязательно выполню свое обещание». Переполненная эмоциями, Ребекка Квентин не могла говорить. В этот момент ее сердце было переполнено благодарностью к Честеру. Во время подготовки к операции Абель и Честер разговаривали в больничном коридоре. Честер, обняв Авеля за плечо, благодарно сказал: «Учитель, спасибо, что приехали из Италии, чтобы помочь мне в этом…» Абель, европеец по происхождению, естественно, выглядел добродушным и, словно старый игривый ребенок, пожаловался: «Проказник, так давно ты не приезжал в Италию, чтобы поехать со мной на рыбалку…» «Обещаю, как только закончу здесь свои дела, поеду в Италию, чтобы составить вам компанию». Абель прищурился, свернув свои старые глаза в одну линию: «Ты ведь приведёшь эту девушку с собой внутрь, правда?» Честер лишь улыбнулся, не произнеся ни слова. Абель с любопытством спросил: «Почему ты не сказал ей, что операцию делал именно ты?» Честер прямо ответил: «Потому что изначально я не планировал ей помогать». Абель с недоумением посмотрел на него: «А теперь…» Честер изогнул губы в улыбке: «Я влюбился в эту девушку». Абель воскликнул: «Этой девушке действительно повезло… Знаете, нынешний „мистер Абель“ не так уж и охотно делает операции!» В последние годы никто и не подозревал, что причина, по которой уже пожилой мистер Абель все еще мог блистать в медицинской сфере, заключалась на самом деле в Честере. Действительно, настоящий мистер Абель уже в преклонном возрасте не мог проводить операции, и все сложные операции, которые в последние годы приписывают мистеру Абелю и которые получили международную известность, были выполнены хирургическими руками Честера. В мире ходят слухи, что мистер Абель стал очень эксцентричным, но на самом деле это потому, что Честер редко соглашается проводить операции пациентам, поэтому имя «мистер Абель» стало все более недоступным. Честер похлопывает старика по плечу: «Хорошо, господин, я пойду готовиться… как обычно, мне просто нужен помощник». "Хорошо." В операционной Ребекка Квентин нервно лежала на больничной койке. ---------- Глава 565-295: Он пришёл, чтобы забрать её 2_2 Медсестра хотела сделать Ребекке Квентин анестезию и, видя, как сильно она нервничает, не могла не успокоить ее: «Мисс Квентин, расслабьтесь, слишком сильное напряжение вредно для операции…» Ребекка Квентин медленно расслабила тело, закрыла глаза и изо всех сил пыталась вспомнить что-нибудь, что делало её счастливой… Когда она полностью расслабилась, над ее головой вспыхнул ослепительно белый свет. В тело Ребекки Квентин был введен анестетик, и она постепенно теряла сознание… Ребекка Квентин проснулась восемь часов спустя. Слегка приоткрыв глаза под длинными ресницами, она еще не полностью пришла в себя, но могла разглядеть силуэт усталой мужской фигуры на стуле рядом с кроватью. Это был Честер Робинсон. Он подпер голову рукой, прислонившись телом к ​​спинке стула, чтобы вздремнуть. Ребекка Квентин, только что закончившая операцию, очень сильно пересохла в горле и хрипло крикнула: «Ч… Доктор Робинсон…» Услышав звук, Честер Робинсон проснулся, встал и сел на край кровати, взяв за руку Ребекку Квентин: «Ты в порядке?» Ребекка Квентин слегка пошевелила ногами: «Да, действие анестезии, должно быть, закончилось…» Честер Робинсон быстро сказал: «Я принесу вам стакан воды». Ребекка Квентин вовремя протянула руку, чтобы взять Честера Робинсона за руку; силы у нее еще не иссякли, и бледными губами она торопливо спросила: «Я… как прошла моя операция?» Честер Робинсон дал Ребекке Квентин однозначный ответ: «Очень хорошо». "Очень хорошо?" Ребекка Квентин выглядела недоверчивой. Честер Робинсон подтвердил это кивком. Ошеломлённый взгляд Ребекки Квентин устремился на Честера Робинсона: «Значит, моя операция прошла успешно?» "Да." Ребекка Квентин с трудом поднялась с места. Честер Робинсон быстро подхватил Ребекку Квентин: «Не вставай, будь осторожна с раной на животе…» Боль заставила Ребекку Квентин нахмуриться; она попыталась подавить волнение, позволив Честеру Робинсону помочь ей медленно лечь обратно на больничную койку, и в ее сияющих глазах снова неуверенно читался вопрос: «Доктор Робинсон, мне это снится?» Честер Робинсон, улыбаясь, засунул руку Ребекки Квентин под одеяло: «Если бы я сказал тебе, что это сон, ты бы поверила?» В этот момент Ребекка Квентин внезапно вытащила руку из-под одеяла и сильно укусила ее за тыльную сторону. "Ах!" Боль заставила Ребекку Квентин вскрикнуть, но затем последовал ее ликующий крик: «Это реально, это реально, я не сплю…» Честер Робинсон, глядя на два ряда красных следов от укусов на руке Ребекки Квентин, не удержался и поддразнил: «Ты и правда как ребенок…» Ребекка Квентин во второй раз за сегодня расплакалась от радости, и из ее уст вырвались рыдания: «Доктор Робинсон, спасибо вам, спасибо…» Честер Робинсон налил стакан воды и подал его Ребекке Квентин, которая села позади него и мягко поддерживала ее, прислонившись к нему. Он тихонько рассмеялся: «Не радуйся слишком сильно; сначала выпей воды». Ребекка Квентин прислонилась к Честеру Робинсону и выпила весь стакан воды залпом. Увидев томный взгляд Ребекки Квентин, Честер Робинсон с беспокойством спросил: «Ты хочешь еще?» Ребекка Квентин покачала головой и спросила: «Где доктор Абель?» «Он в отеле, я приглашу его на ужин позже». «Сейчас уже полдень?» «Да, шесть часов вечера». «Он, должно быть, очень устал после проведения моей операции». "Действительно." Подобные сложные и требующие детального подхода хирургические операции, естественно, приводят к истощению. Ребекка Квентин с сожалением сказала: «У меня не было возможности поблагодарить его…» «Предоставьте это мне… вам просто нужно хорошо отдохнуть». «Нет, я должен поблагодарить его лично…» "Глупышка, когда ты выздоровеешь, у тебя будет множество возможностей поблагодарить его?" «Хорошо, доктор Робинсон, я должен попросить вас передать мою благодарность доктору Абелю и по поводу оплаты операции…» «У тебя в голове полно забот… Благодаря моей дружбе с Абелем, он не будет брать с тебя плату за операцию». "Но…" «Никаких «но», просто хорошо отдохни. Пока ничего есть нельзя, но как только действие анестезии полностью закончится, я принесу тебе что-нибудь поесть…» На следующий день. Рано утром Ребекка Квентин, прислонившись к изголовью кровати, энергично пила суп. Несмотря на то, что ей только что сделали операцию, рана хорошо заживала; пока она не прикасалась к ране, сидя, она могла в основном терпеть боль. Честер Робинсон сидел на краю кровати, наблюдая, как она жадно поглощает еду, и не удержался от того, чтобы поддразнить: «Я редко вижу, чтобы ты ела так бесцеремонно…» Она получила хорошее воспитание и всегда ела с большой элегантностью. Ребекка Квентин выпила суп и невнятно произнесла: «Я вчера весь день ничего не ела…» Да, вчера вечером, когда Честер Робинсон принес что-нибудь поесть Ребекке Квентин, она уже уснула. «Мне кажется, ты очень милая в таком виде». С тех пор как он её встретил, она никогда не была так счастлива, как сегодня. Раньше каждая ее улыбка всегда была окрашена легкой грустью в глазах, и, несмотря на все ее попытки скрыть это, он ясно это видел. Только сегодня, когда она улыбалась, она была живой и сияющей, без тени или примеси в глазах. "Бекка…" "Хм?" «Я слышала от медсестры, что вы постоянно спрашивали ее, когда вас выпишут». Ребекка Квентин поставила термоконтейнер, серьезно кивнула: «Я хочу, чтобы меня выписали немедленно, но медсестра настаивает, чтобы я отдохнула в больнице еще полмесяца». Честер Робинсон слегка нахмурился: «Что случилось? Разве ты не говорил, что твоя сестра уже отвезла тетю Клэр в город Y? О чем еще ты беспокоишься?» Ребекка Квентин честно ответила: «Мне просто ужасно не нравится лежать в больнице». Больница вызвала у нее слишком много неприятных воспоминаний; от запаха ее тошнило. Если это не абсолютно необходимо, она не желает оставаться в таком месте ни секунды дольше. Честер Робинсон кивнул: «Хорошо, если ты не хочешь оставаться в больнице, я отвезу тебя на несколько дней на свою виллу, пока ты не поправишься». Ребекка Квентин улыбнулась и отказалась: «Не нужно, доктор Робинсон, через пару дней в больнице со мной все будет в порядке, и я смогу сама о себе позаботиться, когда вернусь!» «На вилле есть прислуга; они прекрасно о вас позаботятся». "Незачем…" Честер Робинсон, глядя на уклончивое и испуганное лицо Ребекки Квентин, мягко улыбнулся: «Ты меня боишься?» Ребекка Квентин быстро ответила: «Вовсе нет, доктор Робинсон, я просто привыкла жить одна». ---------- Главы 566–296: Наконец-то вместе Честер Робинсон, казалось, дал обещание Ребекке Квентин, искренне сказав: «Будь уверена, я некоторое время буду дежурить в больнице, и не вернусь на виллу ночью, если только тебя не будет беспокоить мое присутствие там днем». «Нет, доктор Робинсон, я не это имел в виду…» Честер Робинсон с легкой улыбкой посмотрел на обеспокоенное выражение лица Ребекки Квентин. «Значит, ты согласна?» "Я…" — Ребекка Квентин внезапно осознала, что не в состоянии отказать. Честер Робинсон медленно произнес: «Я просто надеюсь, что у вас будут хорошие условия для восстановления». Ребекка Квентин некоторое время колебалась, а затем наконец кивнула. С одной стороны, наличие человека, который бы о ней заботился, действительно ускорило бы ее выздоровление. «Хорошо, я сейчас займусь оформлением вашей выписки… Позже я отвезу вас обратно на виллу; так будет удобнее, чем оставаться здесь». "Спасибо." "Глупышка." Честер Робинсон потрепал Ребекку Квентин по волосам и встал, чтобы покинуть палату. Наблюдая за тем, как высокий Честер Робинсон уходит, Ребекка Квентин испытывала чувство вины и самообвинения. Он неустанно помогал ей все это время, и она чувствовала, что обязана ему все больше и больше. С той ночи, когда он признался ей в своих чувствах, она еще меньше могла принимать его помощь, но… она боялась, что, отвергнув его, может причинить ему боль. В разгар ожесточенного внутреннего конфликта Ребекка Квентин потянулась за телефоном из сумки на прикроватной тумбочке. Уставившись в телефон, она тихо вздохнула. Она очень хотела позвонить Говарду Джеффри… Если бы он приехал, она смогла бы всё чётко объяснить Честеру Робинсону, и он не стал бы тратить на неё время. Но она не знала, когда он приедет за ней. Бог знает, как сильно ей хотелось поделиться с ним этой радостной новостью, увидеть выражение его лица, когда он узнает об этом… Положив трубку, Ребекка Квентин повернула голову к окну. Территория больницы была прекрасна, из окна открывался вид на пышные деревья. Внезапно Ребекка Квентин услышала тихий звук открывающейся двери. Предположив, что это медсестра, Ребекка Квентин продолжала смотреть на вид за окном и спрашивала: «Доктор Робинсон закончил процедуру выписки?» «Медсестра» не ответила. Большинство медсестер относились к ней равнодушно из-за недоразумений, связанных с ее отношениями с Честером Робинсоном, к которым она уже привыкла, поэтому она даже не стала оглядываться на медсестру. Но через несколько секунд она внезапно повернула голову. Потому что мгновение назад в ее дыхании едва уловимо витал знакомый мужской запах. Когда ее взгляд встретился с темными, бездонными глазами того, Ребекка Квентин, не веря своим глазам, постепенно растерялась. В следующее мгновение её крепко, тепло и нежно обняли. Знакомый запах, знакомая фигура и знакомое превосходство, а также реальное присутствие высокой фигуры в ее глазах в этот момент, напомнили ей, что она не спит. Ребекка Квентин внезапно подняла глаза от объятий мужчины, посмотрела на его красивое лицо, и слезы навернулись ей на глаза. В ее голосе слышалась тоска: «Говард Джеффри…» Говард Джеффри обнял её, пристально глядя в её заплаканные глаза, его голос был слегка хриплым от подавленных эмоций: «Дорогая, я пришёл забрать тебя домой…» "Говард Джеффри!!" Когда голос Говарда Джеффри отчетливо достиг ее ушей, Ребекка Квентин наконец не смогла больше сдерживать удивление и радость и с волнением попыталась подняться с больничной койки. "Осторожный." Опасаясь, что движения Ребекки Квентин могут растянуть рану на ее животе, Говард Джеффри немедленно поднял ее. Только поднявшись в воздух, Ребекка Квентин поняла, что ее тело только что перенесло операцию: рана на животе болезненно дергалась от движений, заставляя ее вскрикнуть. Говард Джеффри с тревогой спросил: «Рана разорвалась?» — и, осторожно уложив Ребекку Квентин обратно на кровать, произнес это. Боль заставила Ребекку Квентин нахмуриться. Она осторожно прислонилась к изголовью кровати, сделала несколько глубоких вдохов, подавляя боль. Говард Джеффри сидел на краю кровати, держа слегка холодную руку Ребекки Квентин, и торжественно выкрикнул: «Джейсон Вуд!» Джейсон Вуд, который ждал снаружи палаты, ворвался внутрь и крикнул: «Босс!» «Приведите сюда врача, Квентин мог бы оторвать рану… э-э, доктора Хенли». "Да." Джейсон Вуд выбежал из палаты. Боль постепенно утихла, и Ребекка Квентин махнула рукой Говарду Джеффри: «Со мной все в порядке, наверное, я не порвала рану…» Говард Джеффри нахмурил свои красивые брови, в его тоне звучало неопровержимое предостережение и приказ: «В следующий раз будь осторожнее, хорошо?» ---------- Главы 567–296: Наконец-то вместе (Часть 2) Ребекка Квентин кивнула и спросила: «Кстати, откуда вы знаете, что мне только что сделали операцию?» «Мисс Квентин, вы прикасались к ране?» Доктор Хенли, поспешивший в палату, прервал разговор Ребекки Квентин и Говарда Джеффри. Говард Джеффри быстро добавил: «Вы можете её осмотреть? Ей следовало бы сейчас потянуть за рану». Доктор Хенли был рад видеть Говарда Джеффри: «Мистер Джеффри, давно не виделись». Говард Джеффри вежливо ответил: «Давно не виделись». В прошлый раз, когда Ребекка Квентин была беременна, Говард Джеффри всегда сопровождал ее сюда на осмотры, поэтому он был хорошо знаком с доктором Хенли, который, естественно, знал и личность Говарда Джеффри. Пока доктор Хенли осматривал Ребекку Квентин, Говард Джеффри не собирался уклоняться от этого, но Ребекка Квентин оттолкнула его: «Вы… вы можете ненадолго выйти?» Говард Джеффри тихо сказал: «Я останусь здесь с тобой». Ребекка Квентин настаивала: «Нет, иди на улицу». Говард Джеффри крепко держал руку Ребекки Квентин: «Что случилось?» В этот момент доктор Хенли произнес: «Мистер Джеффри, возможно, вам следует выйти…» Ребекка Квентин согласно кивнула. Говард Джеффри неохотно встал, с тревогой поцеловал Ребекку Квентин в лоб и нежно сказал: «Я снаружи, позвони мне, если что-нибудь понадобится». Ребекка Квентин послушно ответила: «Хорошо». После того как Говард Джеффри покинул палату, доктор Хенли осторожно помог Ребекке Квентин лечь на кровать и тихонько рассмеялся: «Боитесь, что мистер Джеффри увидит шрам у вас на животе?» Глаза Ребекки Квентин расширились от удивления: «Доктор Хенли, откуда вы это знаете?» Улыбка на лице доктора Хенли стала шире: «Многие молодые девушки, перенесшие кесарево сечение, как и вы, очень боятся, что их мужья увидят шрамы на их животах…» Ребекка Квентин кивнула: «Да, шрам такой широкий и уродливый, он похож на многоножку». Доктор Хенли рассмеялся, услышав слова Ребекки Квентин: «Вам следует быть благодарной, что операцию проводил известный мистер Абель, иначе размер вашего шрама был бы действительно как после кесарева сечения…» «Я также очень благодарен доктору Абелю». Доктор Хенли поправил одежду Ребекки Квентин: «Я осмотрел вашу рану. Марля не испачкана кровью, поэтому она не должна была открыть рану. Чтобы избавить вас от боли, я не буду перевязывать ее снова. Будьте осторожны в следующий раз и внимательно относитесь к ране». «Хорошо, спасибо, доктор Хенли». Доктор Хенли накрыл Ребекку Квентин одеялом, посмотрел на нее нежным взглядом и улыбнулся: «Мисс Квентин, несмотря на то, что мы с мистером Джеффри не виделись больше полугода, о вас и мистере Джеффри много новостей. Я всегда знал, что в конечном итоге вы будете вместе». Ребекка Квентин была весьма удивлена: «Доктор Хенли, вы же знаете, что он…» Доктор Хенли в шутку заметил: «Конечно, знаю, вы же не думаете, что врачи не смотрят новости?» Ребекка Квентин смутилась. «Но я не из тех, кто сплетничает или сообщает об этом СМИ… просто сейчас, поскольку я беспокоюсь о своем коллеге, я не могу не задать вам вопрос, который может вызвать сплетни: как вы планируете строить свои отношения с Честером Робинсоном?» "Что?" — Ребекка Квентин на мгновение замерла в ожидании ответа. Доктор Хенли прямо сказал: «Не говорите мне, что вы не знаете, что доктор Робинсон всегда испытывал к вам чувства». Не ожидая такого прямого вопроса от доктора Хенли, Ребекка Квентин растерялась. «Я случайно подслушал разговор доктора Робинсона о том, как он собирается попросить отпуск у декана, когда проходил мимо его кабинета. Кажется, он сказал, что хочет попросить отпуск на полмесяца… Вы знаете, почему он просит отпуск, так что, если вы и мистер Джеффри уйдете, что будет с доктором Робинсоном?» Ребекка Квентин, которая никогда раньше не задумывалась над этим вопросом, на мгновение опешилась. Доктор Хенли серьезно сказал: «Мисс Квентин, доктор Робинсон — самый популярный врач-мужчина в нашей больнице. Недавно он получил Международную премию Фонда Гэрднера, его квалификация, без преувеличения, делает его молодым талантом. Хотя мисс Квентин всегда считала доктора Робинсона другом, я не могу не высказаться в его защиту… Когда вы были госпитализированы после выкидыша, доктор Робинсон лично готовил для вас питательный суп и постоянно приглашал на ваши осмотры множество врачей со всего мира. Все эти врачи были приглашены доктором Робинсоном за большие деньги и услуги. А когда вы заболели, опасаясь, что у вас не спадет температура, он оставался рядом с вами всю ночь, лично помогая вам с мокрым полотенцем… Он так много сделал для вас молча… Мисс Квентин, я говорю это не для того, чтобы повлиять на ваш выбор, а просто искренне говорю в защиту доктора Робинсона». Яркие глаза Ребекки Квентин постепенно потускнели, но мысли ее неслись подобно приливам. Доктор Хенли молча покинул палату. «О чём ты думаешь?» Глубокий, притягательный голос резко прервал мысли Ребекки Квентин. Ребекка Квентин подняла глаза и поняла, что Говард Джеффри, сам того не подозревая, вошел в палату, теперь он сидел на краю кровати и хмуро смотрел на нее. Ребекка Квентин покачала головой. Говард Джеффри деликатно спросил: «Доктор Хенли вам что-нибудь сказал?» Голос Ребекки Квентин звучал слегка резко: «Она ничего не сказала… Кстати, вы видели доктора Робинсона, когда были на улице?» "Нет." «Он помог мне с процедурой выписки». «Ага, неужели?» «Да, он всегда хорошо обо мне заботился, и я смогла сделать операцию, потому что он попросил доктора Абеля помочь». Говард Джеффри поцеловал Ребекку Квентин в лоб: «Я отблагодарю его как следует от тебя». «Но, Говард…» Тревожные слова Ребекки Квентин прервал Говард Джеффри: «Ты ему нравишься, правда?» Ребекка Квентин прикусила губу и неловко произнесла: «Он никогда не думал, что мы снова будем вместе…» Говард Джеффри взял Ребекку Квентин за плечи и тихо сказал: «Я ему все объясню». «Нет, я хочу сказать ему это сама». «Я понимаю, чего вы боитесь, но я ясно дам ему понять, в том числе и по поводу моей ситуации с Элис Робинсон, что я точно не причиню ему вреда». «Но я все равно хочу лично ему об этом сказать…» Брови Говарда Джеффри слегка нахмурились, выражая некоторое нетерпение: «Послушайте». «Хорошо, если он хочет меня увидеть, ты должен позволить ему это сделать». "Хорошо." Во время разговора из-за пределов палаты доносились тихие голоса. Ребекка Квентин внимательно прислушалась и услышала, как Джейсон Вуд не пустил Честера Робинсона в палату. "Говард Джеффри…" Прервав встревоженный голос Ребекки Квентин, Говард Джеффри быстро сказал: «Позвольте мне выйти и поговорить с ним… Обещаю, если он захочет вас видеть, я впущу его». Ребекка Квентин могла лишь согласно кивнуть. ---------- Главы 568–297: Так сладко 1 Тихо закрыв дверь, Говард Джеффри перевел взгляд на Честера Робинсона, от которого исходила аура холода. Честер Робинсон держал в руках только что оформленные документы о выписке из больницы и яростно смотрел на Говарда Джеффри. Говард Джеффри поднял бровь: «Полагаю, вы не захотите разговаривать со мной, стоящим здесь, не так ли?» Честер Робинсон отбросил бумаги в сторону и первым ушел. На открытом балконе на крыше больницы. Ветер был сильный, постоянно сдувал и разбрасывал обломки на крыше больницы. Они стояли у перил балкона, их лица казались спокойными, но внутри бушевала буря. «Я и представить себе не мог, что у тебя может быть такой план!» Лицо Честера Робинсона побледнело, черты лица слегка дрогнули, голос дрожал от стиснутых зубов. Губы Говарда Джеффри изогнулись в улыбке: «Откуда у вас взялась эта идея, мистер Робинсон?» Честер Робинсон перевел взгляд и испепеляющим взглядом посмотрел на Говарда Джеффри: «Я думал, ты пытаешься переманить на свою сторону Элис, чтобы она раскрыла мою личность. Я никак не ожидал, что это всего лишь приманка, твоя настоящая цель заключалась в том, чтобы заставить меня сделать операцию Ребекке Квентин!» Говард Джеффри небрежно прищурился, оценивая суровость лица Честера Робинсона, и спокойно ответил: «С таким умным человеком, как вы, мистер Робинсон, как я мог заманить вас без отвлекающего маневра?» Честер Робинсон холодно усмехнулся: «Примененные вами методы были поистине презренными!» «Кстати, о мерзких типах, я и рядом с вами не стою, мистер Робинсон! Мы с Беккой так и не смогли быть вместе, вы сыграли в этом решающую роль, не так ли?» «Я был поистине глуп… Вызов моей матери во второй раз был всего лишь дымовой завесой, которую вы использовали, чтобы скрыть свою связь с Беккой!» «Именно так, пока она была в городе М, я был с ней». «Огромные суммы, которые Бекка заплатила за операцию, также были оплачены Скайлером Джонсом по вашей просьбе». «Вы уже кое-что узнали, но, к сожалению, сейчас у меня нет времени на неспешную беседу с вами… Мистер Робинсон, вы не возражаете, если я приведу свою женщину обратно ко мне?» «Говард Джеффри, не слишком радуйся. Не забывай, ты выиграл у меня всего один раунд. Кто в итоге победит, покажет время, поэтому советую тебе не недооценивать своего соперника!» Говард Джеффри обернулся, засунув руки в карманы, и, прежде чем уйти, спокойно произнес: «Не разочаруйте меня!!» Кит Энтони вышел на балкон и обнаружил Честера Робинсона, молча стоящего у перил. Кит Энтони медленно подошел, даже не взглянув на выражение лица Честера Робинсона, и яростно ударил кулаком по перилам: «Босс, Говард Джеффри слишком хитер!» Честер Робинсон ничего не сказал, лишь холодно смотрел на далекий пейзаж. Кит Энтони крепко сжал кулак, его лицо исказилось от гнева, и он, стиснув зубы, выпалил: «Это всё моя вина, что я был слишком неосторожен. Если бы я был более внимательным, я бы точно выяснил, что мистер Джеффри всё это время был не в Нью-Йорке, а с мисс Квентин?» Наконец, холодно произнес Честер Робинсон: «Вы думаете, он был с Беккой в ​​М-Сити только один раз?» Кит Энтони широко раскрытыми глазами уставился на Честера Робинсона: «Разве это не случилось всего один раз?» Честер Робинсон не ответил. Кит Энтони выглядел озадаченным. Честер Робинсон спросил: «Она ушла?» «Вы имеете в виду мисс Квентин?» Честер Робинсон слегка кивнул. Кит Энтони с раздражением ответил: «Когда я приехал в больницу, я увидел, как Говард Джеффри сажает мисс Квентин в машину… Босс, если вы не против, я мог бы собрать людей и сразиться с людьми Говарда Джеффри лицом к лицу. Я отказываюсь верить, что мы не сможем вернуть мисс Квентин!» Честер Робинсон сердито посмотрел на Кейта Энтони: «Ты что, не включаешь мозги, когда думаешь?» Кит Энтони опустил голову от стыда: «Я понимаю, что даже если мы соберем людей, мы, возможно, не сможем вернуть мисс Квентин от Говарда Джеффри… Я просто хочу, чтобы босс был немного счастливее». «Если ты действительно хочешь, чтобы я был счастлив, придумай креативную идею для свадебной церемонии». Кит Энтони был ошеломлен: «Свадебная церемония?» Губы Честера Робинсона слегка дрогнули, затем он повернулся и ушёл. Кит Энтони поспешно бросился за ним. «Босс, босс, с кем свадьба?..» В машине Говард Джеффри крепко обнимал Ребекку Квентин. Ребекка Квентин прислонилась к груди Говарда Джеффри, ее лицо было слегка поникшим, но настроение у нее было хорошее, и она тихо произнесла: «Не могу поверить…» "Во что верить?" «Поверь, я могу прямо сейчас прислониться к тебе… Знаешь, всего час назад я молилась, чтобы ты поскорее приехал за мной». Говард Джеффри нежно поцеловал мягкие губы Ребекки Квентин: «Прости, что заставил тебя ждать». ---------- Главы 569-297: Так сладко 1_2 В этот момент Бекка крепко переплетает пальцы с пальцами Говарда Джеффри, затем поднимает глаза и пристально смотрит на него: «Мы больше не расстанемся, правда?» "Да." "Ты можешь мне это пообещать?" Говард Джеффри делает серьезный жест, выражающий клятву, и торжественно произносит: «Я обещаю Бекке, что никогда больше не расстанусь с ней, я буду с ней всю свою жизнь, и если я этого не сделаю, пусть проведу остаток своей жизни в одиночестве и тоске». Бекку забавляет праведно серьезное отношение Говарда Джеффри: «Боюсь, даже если вы не выполните это обещание, вы не проведете свою жизнь в одиночестве. С вашими прекрасными условиями женщины, желающие быть с вами, могли бы выстроиться в очередь от местных жительниц до иностранцев…» "Вы хотите сказать, что моя клятва недостаточно строгая?" Бекка серьезно кивает и спокойно отвечает: «Тебе следовало бы дать более ядовитую клятву… Например, если ты не будешь со мной, твоя компания обанкротится, и ты останешься ни с чем, бедным на всю жизнь, а если это звучит слишком резко, можешь даже сказать, что потеряешь свою привлекательность или что-то в этом роде…» Говард Джеффри поднимает бровь: «Милый, откуда у тебя такие ядовитые мысли?» Бекка неторопливо отвечает: «Мне не нужно учиться, разве ты не знаешь? „Самое ядовитое – это женское сердце!“ Если у него нет ни денег, ни привлекательной внешности, кто захочет быть с ним?» Темные глаза Говарда Джеффри прищурились, словно в линию: «Вы действительно хотите, чтобы я произнес такую ​​ядовитую клятву?» Бекка делает вид, что разочарована: "Ты не посмеешь?" «Хорошо, говорю я, Говард Джеффри…» "Эй…" — Бекка внезапно прикрыла рот Говарда Джеффри рукой и нервно произнесла: — "Я шучу. Если ты действительно потеряешь деньги и внешность, как я объясню это своему сыну?" Говард Джеффри громко смеется, обнимает Бекку и целует ее в лицо. Лицо Бекки покраснело от смущения: «Не делай этого, впереди едет Джейсон Вуд…» Джейсон Вуд, сосредоточенный на вождении, говорит: «Мисс Квентин, пожалуйста, не беспокойтесь обо мне, я сейчас ничего не вижу и не слышу». От слов Джейсона Вуда лицо Бекки еще больше покраснело, и она поспешно сменила тему: «Так, куда мы теперь едем?» «Тебе пока нездорово, мы пока не едем обратно в Нью-Йорк, сначала вернемся на виллу». "Хорошо…" "Хочешь поспать?" Бекка качает головой: «Я не могу уснуть…» Говард Джеффри тихо спрашивает: «Вы всё ещё думаете о Честере Робинсоне?» Бекка честно отвечает: «Я ушла с тобой, не сказав ни слова, и я считаю это довольно невежливым». «Я уже очень ясно ему объяснила, что если он действительно желает твоего счастья, он не будет против, если я тебя увезу». «Я объясню это доктору Робинсону позже… Хорошо, я спрашивал вас в больнице, откуда вы знали, что мне сделали операцию, вы мне до сих пор не ответили!» "Как думаешь, я смогу спокойно оставить тебя одну в Т-Сити?" "Ты имеешь в виду… за мной все время кто-то следил?" «Да, Ройе всегда присматривал за тобой». До ушей Бекки доносится тихий шелест дождя. Заснув, Бекка медленно открывает глаза, просыпаясь от сна. Она огляделась, и увидела знакомую обстановку, которую не видела уже очень давно. Белая большая кровать, обои с цветочным рисунком, светлый шкаф… Эта комната в простом европейском стиле заставляет ее понять, что она находится на вилле. Вспоминая все события, произошедшие перед сном, Бекка невольно оглядывается в сторону. Он все еще был рядом с ней, когда она спала, но другая половина кровати теперь пуста. Бекка пытается сесть, но прежде чем она успевает подняться, служанка, ожидавшая у двери, подбегает и осторожно помогает ей: «Мисс Квентин, вы проснулись…» Бекка кивает, позволяя служанке подложить ей подушку под спину. Опираясь на мягкую и удобную подушку, она спрашивает: «Где Говард Джеффри?» Слуга отвечает с улыбкой: «Мистер Джеффри в кабинете просматривает документы. Он велел мне позвать его, когда вы проснетесь. Я сейчас же пойду и позвоню ему». "Хорошо." Перед уходом служанка не забывает напомнить ей: «Мисс Квентин, не двигайтесь слишком часто, будьте осторожны, чтобы не прикасаться к ране». "Да." Спустя некоторое время послышались размеренные шаги. Бекка прислонилась к кровати, с ожиданием глядя в сторону шагов. В следующий момент перед глазами Бекки появляется привлекательная фигура Говарда Джеффри. Бекка невольно улыбается и протягивает руки, желая, чтобы он обнял её. На лице Говарда Джеффри также виднеется нежная улыбка; он садится на край кровати, берет Бекку за руку и тихо спрашивает: «Проснулась?» «Да». С этими словами Бекка прижалась к Говарду Джеффри. Говард Джеффри с тревогой говорит: «Будьте осторожны, не прикасайтесь к ране». Бекка опирается на плечо Говарда Джеффри и кивает: «Знаю, я его не трогала». Только тогда Говард Джеффри осмеливается обнять Бекку и тихо сказать: «Ты голодна? Я попросил слугу приготовить что-нибудь, я попрошу его принести…» «Нет, я не голодна». Бекка задерживается в объятиях Говарда Джеффри, ее голос тихий и хриплый: «Я просто хочу вот так тебя обнять». Говард Джеффри целует Бекку в щеку: «Глупышка». Бекка вдруг спрашивает: "На улице дождь?" «Да, дождь идёт уже некоторое время». «Говард Джеффри, тебе не кажется, что в дождливый день так приятно обниматься?» В дождливый день люди всегда чувствуют себя одинокими и подавленными, но когда ты можешь опереться на самого любимого человека, чувствуя тепло его объятий, такой день дарит особое желание беречь его. "Да." «Мне только что приснился сон». "Что за сон?" «Мне приснилось, что мы вместе поехали на Остров Пены, с твоей мамой, моей сестрой, твоим братом, мистером Льюисом, генералом Леонардом, Изабеллой и всеми нами на острове… В тот день светило прекрасное солнце, дул нежный морской бриз, вы обсуждали дела, а мы с моей сестрой Изабеллой лежали под зонтиком и болтали о детях…» Здесь Бекка делает паузу. Говард Джеффри внимательно слушает, и, увидев, как она внезапно замолкает, не может не спросить: "А потом?" «Больше ничего». На красивом лице Говарда Джеффри появляется улыбка: «Разве вы не мечтали о наших детях?» Когда речь зашла о детях, лицо Бекки слегка покраснело: "…Да". "Эндрю?" Бекка застенчиво отвечает: «Да… Кроме Эндрю, есть ещё один». Увидев покраснение на щеках Бекки, Говард Джеффри уже примерно догадывается, но делает вид, что не понимает: «Еще один?» ---------- Главы 570–298: Так сладко 2 Да, вот перевод: «`html Ребекка Квентин оторвала взгляд от объятий Говарда Джеффри, ее длинные ресницы затрепетали, придав ей слегка невинный вид, и она застенчиво посмотрела на Говарда Джеффри: «Я же говорила тебе, ты не можешь смеяться надо мной». "Хорошо." «Пока мы все болтали, вдруг раздался детский плач, потом Эндрю подбежал ко мне и сказал: „Мама, моя сестричка голодна и ей нужно поесть“, а потом я увидела твою маму, которая несла на руках плачущего малыша и шла ко мне…» "А потом?" «Потом я проснулся». Говард Джеффри рассмеялся: «Разве вы не разглядели лицо этого хилого мальчишки?» Ребекка Квентин покачала головой: «На вид на ребёнке был маленький синий платьице». Говард Джеффри слегка нахмурил брови: "Блю?" «Да, очень нежный голубой, очень милый». «Я хочу дочь». «Что…» — Ребекка Квентин покраснела до ушей, — «Я сейчас не обсуждаю с тобой, заведём ли мы мальчика или девочку; я рассказываю тебе о своей мечте». Говард Джеффри поцеловал Ребекку Квентин в лоб: «Ты хочешь, чтобы эта мечта сбылась?» "Я делаю." Эта сцена, такая трогательная, что, просто вспоминая о ней, начинаешь с нетерпением ждать ее. «Хорошо, через год мы пригласим всех на Остров Пены…» Ребекка Квентин выглядела недоверчивой: «Неужели такой день действительно настанет?» Говард Джеффри игриво изогнул губы: «Конечно, если мы не попытаемся, этого будет трудно добиться». «Что вы должны попробовать?» Говард Джеффри нежно погладил милый носик Ребекки Квентин: «Усердно работать, чтобы подарить моей маме еще одного маленького внука». Щеки Ребекки Квентин покраснели: «Ненавижу это, я говорю с тобой об этом сне, а не спешу… завести с тобой ребенка». Говард Джеффри, заметив покрасневшее лицо Ребекки Квентин, не удержался и поддразнил её: «Бекка…» "Хм?" Говард Джеффри наклонился к уху Ребекки Квентин и прошептал: «Знаешь, что мне в тебе больше всего нравится?» Когда Говард Джеффри заговорил, его дыхание коснулось уха Ребекки Квентин, отчего ей стало немного щекотно. Она пожала плечами и немного растерянно спросила: «Что?» "Ты очень стеснительная… Я всегда что-то чувствую, когда ты краснеешь." Его слегка обжигающее дыхание коснулось её шеи, заставив её сердце на мгновение затрепетать. Говард Джеффри внезапно уткнулся лицом в шею Ребекки Квентин, глубоко вдыхая едва уловимый запах, принадлежавший ей. Ребекка Квентин чувствовала себя всё более взволнованной, её тело слегка нетерпеливо, но она не могла сопротивляться. Сначала он лишь слегка поцеловал её в шею, но постепенно его объятия стали более активными… Сначала они обвили ее талию, затем медленно поднялись вверх, наконец, проникли под одежду, пройдя прямо сквозь нижнее белье, нежно, но страстно разминая округлость под ним. Ребекка Квентин ясно почувствовала, как температура его тела мгновенно поднялась до максимума, а слегка шершавая рука на её нежности также излучала обжигающий жар… Атмосфера в комнате внезапно стала совершенно соблазнительной… Дыхание Ребекки Квентин стало немного прерывистым, она тревожно вцепилась рукой в ​​руку Говарда Джеффри, пытаясь четко и аргументированно произнести: «Говард… Говард Джеффри, не забывай, что тебе сказал доктор Хенли…» Чтобы не усугубить рану, им следует пока воздержаться от половых отношений. Говард Джеффри уклончиво ответил: «Я знаю…» "Тогда твоя рука…" «Я просто утоляю тягу». "…" Поспешно завершив все дела, Ребекка Квентин почувствовала, что ее губы слегка распухли от его поцелуев, а грудь слегка болела от его ласк… Приведя в порядок одежду, она посмотрела на него. Его глаза, полные желания, неохотно смотрели на нее, пока она поправляла одежду; его напряженное, красивое лицо выдавало степень его нынешней сдержанности. Дыхание Ребекки Квентин все еще было прерывистым, она, задыхаясь, произнесла: «Эм… я голодна, я хочу что-нибудь съесть». «Я тоже голоден…» Говард Джеффри произнес эти слова, снова наклонившись к ней. Ребекка Квентин тут же прижала руку к груди Говарда Джеффри, ее лицо покраснело, словно напудренные румяна, от чувства вины: «Не… Потерпи несколько дней, и все будет хорошо». Говард Джеффри в раздражении ударил кулаком по кровати, затем встал, чтобы поправить одежду. В этот момент с улицы вошёл слуга. Слуга явно не ожидал увидеть такое в комнате с открытой дверью. Мужчина-ведущий одевался, а у женщины-ведущей лицо было раскрасневшимся, одежда и волосы слегка растрепаны, она тяжело дышала. «Простите, мистер Джеффри, я…» Предположив, что она прервала какое-то «доброе дело», служанка быстро отступила. Реакцию слуги Ребекка Квентин заставила себя широко раскрыть глаза от шока. Говард Джеффри, вернувшись к кровати, мягко произнес: «Ты только что сказал, что голоден, я попрошу принести тебе что-нибудь поесть». ---------- Главы 571-298: Так сладко 2_2 Ребекка Квентин рассеянно кивнула: «Мм». В тот момент она все еще думала о той маленькой служанке… О боже, эта девочка, должно быть, неправильно поняла ее поведение и все еще что-то с ним делает, верно? Джеффри уже встал и ушел. Ребекка Квентин в отчаянии дергала одеяло, чувствуя, что потеряла чувство собственного достоинства в этом доме. После ухода Джеффри маленькая служанка робко вошла с улицы. «Мисс Квентин». Увидев застенчивое выражение лица маленькой девочки, Ребекка Квентин так смутилась, что захотела спрятаться и смогла лишь ответить: "Хм?" Девочка принесла поднос с марлей и дезинфицирующим средством, склонила голову и сказала: «Я здесь, чтобы помочь вам сменить марлю». "Хорошо." Сменив повязку, Ребекка Квентин рассеянно прислонилась к изголовью кровати. Рана на животе перестала казаться такой болезненной, возможно, из-за ее настроения, если она к ней не прикасалась. Предполагая, что ей, возможно, придётся пролежать в постели около десяти дней, Ребекка Квентин была довольно раздражена. Как было бы замечательно, если бы она могла поехать в Нью-Йорк с Джеффри и остаться рядом с Эндрю! В тот самый момент, когда Ребекка Квентин вздохнула, в комнату вошёл слуга с миской каши. Слуга почтительно сказал: «Мисс Квентин, приготовьте кашу». Ребекка Квентин взяла миску и, слегка нахмурив брови, взглянула на невкусную кашу. Она только что услышала, как Джеффри сказал, что приготовил для нее что-то, и подумала, что это будет что-то вкусное, но оказалось, что это просто тарелка каши без каких-либо добавок. О, небеса… Неужели мне действительно придётся с сегодняшнего дня питаться только овсянкой? Заметив выражение её лица, служанка объяснила: «Мисс Квентин, врач распорядился, чтобы в течение следующих нескольких дней вы ели только простую кашу». Ребекка Квентин беспомощно кивнула и взяла кашу. Слуга удовлетворенно улыбнулся. Глядя на кашу в своих руках, Ребекка Квентин, несмотря на голод, с трудом решалась на еду. "Что случилось, не голоден?" Войдя в комнату, Джеффри увидел Ребекку Квентин, рассеянно смотрящую на кашу. Ребекка Квентин подняла взгляд на Джеффри, в ее глазах читалась тоска. Джеффри сел на край кровати и взял миску из рук Ребекки Квентин. Слуга благоразумно отошёл в сторону. Глядя на неаппетитную простую кашу в своей руке, Джеффри тихо сказал: «Когда вас выписали, доктор Хенли сказал мне, что для лучшего заживления вашей раны на животе вам следует есть только простую кашу в течение следующих нескольких дней. Как только рана начнет заживать лучше, вы сможете начать есть мясо». Ребекка Квентин тихо кивнула: «Я знаю». «Я тебя накормлю». "Мм." Затем Джеффри подул на еще горячую кашу, осторожно зачерпнул ложкой и покормил ею Ребекку Квентин. Ребекка Квентин, поедая кашу, которой ее кормил Джеффри, мило улыбалась. Джеффри, поддавшись очарованию улыбки Ребекки Квентин, невольно нахмурился: «Что случилось?» Ребекка Квентин забрала миску у Джеффри, улыбаясь: «Мне кажется, ты обращаешься со мной как с ребенком». Джеффри потрепал волосы Ребекки Квентин: «Боюсь, ты подумаешь, что это отвратительно». Ребекка Квентин призналась: «Честно говоря, каша неплохая, я просто не знаю, когда у меня появились такие привередливые вкусовые предпочтения». "О? Кто испортил тебе вкус?" В этот момент Ребекка Квентин ничего не сказала. Человек, испортивший ей вкус, был Честер Робинсон. Если бы она сейчас не увидела эту миску простой каши, она бы и не поняла, как давно не ела ничего настолько простого. В те времена, когда она работала в компании "QCS", помимо обеда в полдень, завтрак и ужин почти всегда организовывал Честер Робинсон. По утрам, перед работой, Честер обычно готовил для нее завтрак, а вечером после работы он либо водил ее ужинать в ресторан, либо готовил для нее дома… У Честера были превосходные кулинарные способности, ему редко приходилось просить ее готовить, и постепенно ее желудок привык к высококачественным блюдам, которые он готовил. Лишь в этот момент она осознала, что никогда по-настоящему не ценила доброту Честера по отношению к ней. Увидев, что Ребекка Квентин долго не отвечает, Джеффри улыбнулся и сказал: «Ничего страшного, если тебя балуют, наша семья позаботится о том, чтобы ты хорошо питалась». Ребекка Квентин слабо улыбнулась и промолчала. Она не хотела много говорить о Честере в присутствии Джеффри, зная, насколько мелочным может быть этот человек перед ней. Когда в зале воцарилась тишина, внезапно зазвонил телефон Джеффри. Ребекка Квентин подняла взгляд на Джеффри. Джеффри достал телефон, взглянул на цифру на экране и нахмурился. Заинтригованная, Ребекка Квентин поставила миску и спросила: «Кто звонит?» Джеффри напрямую показал Ребекке Квентин экран телефона. Ребекка Квентин взглянула на экран, и, увидев там слова "Элис Робинсон", у нее тут же перехватило дыхание. Джеффри обнял Ребекку Квентин и сразу же нажал кнопку громкой связи на телефоне, после чего ответил на звонок. Из телефона раздался взволнованный голос Элис Робинсон: «Джеффри, слава богу, ты наконец ответил на мой звонок… Где ты? Я искала тебя повсюду и не могла найти…» Лицо Ребекки Квентин побледнело, когда она широко раскрытыми глазами уставилась на Джеффри. Рука Джеффри лежала на талии Ребекки Квентин, и он спокойно ответил по телефону: «Я в Т-Сити». «Т-Сити?» — Элис Робинсон в телефонном разговоре звучала крайне удивленно. — «Зачем вы поехали в Т-Сити?» Джеффри спокойно ответил: «Разве Лиза Сесили не объяснила тебе причину?» «Нет, я ещё не был в «Скайтопе»…» «Хорошо, когда ты завтра пойдешь в «Скайтоп», Лиза тебе все объяснит». «Но ты…» Не успела Элис договорить, как Джеффри уже завершил разговор. Ребекка Квентин безучастно смотрела, как Джеффри закончил разговор с Элис, и в ее сердце медленно нарастало неприятное чувство. Джеффри отбросил телефон в сторону и мягко спросил Ребекку Квентин: «Может, попросить слугу принести вам еще каши?» Ребекка Квентин покачала головой: «Нет, я наелась». Джеффри жестом приказал слуге убрать миску, затем поправил позу, поднял опущенное лицо Ребекки Квентин и мягко спросил: «Что случилось? Кажется, ваше настроение внезапно испортилось». Ребекка Квентин, не глядя на Джеффри, равнодушно сказала: «Я думала, Элис больше тебе не позвонит». Она призналась, что ей было неловко видеть, как Алиса звонит ему. Она думала, что когда он приедет за ней, в их мире больше никого не будет, но Элис просто позвонила, спрашивая, где он, и эти интимные жесты намекали на то, что они еще не разорвали отношения. ---------- Главы 572-299: Так сладко 3 Говард Джеффри приподнял подбородок Бекки, посмотрел на ее надутые губы и не смог сдержать улыбку: «Значит, кто-то пролил уксус из банки…» Бекка раздраженно ударила Говарда по телу своими маленькими кулачками: «Ты солгал мне, ты снова солгал мне…» Опасаясь, что Бекка в своем волнении может случайно коснуться его раны, Говард быстро схватил ее за кулаки и успокаивающе сказал: «Я не солгал тебе, я действительно все уладил с Элис». Бекка посмотрела на него с недовольством: «Ты что, собираешься жениться на Алисе и сделать меня разрушительницей семьи?» Говард тут же нахмурил брови: «Откуда взялась такая поразительная идея?» Бекка сердито оттолкнула Говарда: «Разве все богатые люди не такие? Один дома, а N на улице». Говард криво усмехнулся: «Если бы я действительно так думал, я бы не выбрал тебя…» Бекка испепеляющим взглядом посмотрела на Говарда: «Значит, ты хочешь сказать, что я не могу сравниться с Элис?» Пот мгновенно покрыл лоб Говарда холодной полосой. Женщины, когда начинают ревновать, поистине ужасны, искажая каждое слово мужчины до самого худшего возможного толкования. Говард поспешно обнял Бекку и тихо объяснил: «Ты меня неправильно поняла… Ты когда-нибудь слышала о том, чтобы кто-то держал бывшую жену, чтобы разрушить чужую семью?» "Я…" Бекка на мгновение потеряла дар речи, вынужденная признать, что она просто затеяла с ним ссору. Говард улыбнулся и нежно поцеловал Бекку: «Разве ты не чувствуешь, как сильно я тебе предан?» Бекка серьезно посмотрела на Говарда: «Тогда ты должен пообещать мне, что Элис больше никогда тебе не позвонит, хорошо?» «Хорошо, как скажешь, обещаю». «Кроме того, кроме Алисы, никакие другие женщины тоже не могут тебя называть», — не забыла добавить Бекка. На красивом лице Говарда появилась смущенная улыбка: «Ты мне совсем не доверяешь?» Бекка кокетливо легонько толкнула Говарда в грудь: «Кто тебе велел когда-нибудь сказать, что ты меня не любишь?..» Говард от души рассмеялся, позволив Бекке выплеснуть свою небольшую злость. Они смотрели друг на друга, и на их лицах явно читалась любовь. В то же время, в другой пригородной вилле, расположенной в нескольких километрах от виллы Говарда. Честер Робинсон сидел один на диване в холле виллы, тихо потягивая красное вино из своей руки. Большой зал виллы освещался единственной тусклой желтой люстрой с кисточками, остальные места оставались неосвещенными, из-за чего огромная вилла казалась необычайно пустынной, а красивое лицо Честера выражало одиночество. Он сделал глоток вина, затем поставил бокал, не отрывая взгляда от двух молодых фигур, все еще едва заметно танцующих под люстрой. Классическая романтическая музыка, изящные танцевальные движения… Он обнимал ее, и они тихо танцевали в этом открытом зале. В тот момент запах её тела проник в его ноздри… Она опустила голову, не смея посмотреть на него, смущенная и намеренно отстраненная. Тем не менее, он всё ещё чувствовал себя немного ошеломлённым… Несколько раз ему хотелось безрассудно наклонить голову, чтобы поцеловать её, но каждый раз, приближаясь к цели, он не решался это сделать. Потому что он знал, что, как только он расслабится, она может исчезнуть из его жизни. На протяжении тридцати пяти лет он никогда не делал ничего, кроме того, что планировал, — ради неё, неожиданной и приятной встречи с ней… С рождения его бросили родители, и детство он провел в детском доме, где директор дал ему имя «Честер», а фамилию должен был дать тот, кто усыновит его в будущем. В детском доме из-за своего замкнутого и мрачного характера у него не было друзей, и он никогда не общался с детьми, поэтому стал самым непопулярным человеком там. Режиссер опасался, что его замкнутый и мрачный характер может в будущем сбить его с пути истинного, поэтому он особенно хотел порекомендовать его воспитанной семье. Режиссер надеялся, что эти замечательные семьи смогут повлиять на его темное сердце, направив его на правильный путь, но небеса, казалось, противостояли желаниям старого режиссера… Среди множества пар, пришедших в детский дом, чтобы усыновить детей, ни одна не выбрала его. Да, в то время он был худым и темноволосым, неразговорчивым, так как же кто-то мог его выбрать? Другие дети в приюте начали насмехаться над ним, говоря, что он совершенно нежеланный ребенок… Он делал вид, что ему всё равно, но внутри всегда чувствовал себя обиженным. Позже тех, кто над ним насмехался, одного за другим усыновили хорошие семьи, а он остался спрятанным в самом темном уголке приюта… У него почти не было друзей, единственным другом был маленький приятель по рисованию, с которым он познакомился, когда старый директор учил его грамоте в детском саду рядом с детским домом. ---------- Глава 573-299: Так сладко 3_2 Он до сих пор помнит тот день… Небо было темным, словно вот-вот должен был пойти дождь, и он, как обычно, сидел в углу детского дома, прислонившись к ржавой железной ограде, тихо ожидая дождя. Внезапно сзади раздался детский голосок маленькой девочки. «Старший брат, почему ты здесь сидишь? Скоро пойдет дождь!» Он до сих пор отчетливо помнит, что голос маленькой девочки был очень приятным, а ее пухленькая ручка, положенная на забор, доказывала, что она очень милая. Но он не обращал на нее никакого внимания, просто сидел молча, не желая ни с кем разговаривать. Девочка явно была очень жизнерадостной, и хотя он игнорировал её, она продолжала с ним разговаривать. Ему редко доводилось слышать, как кто-то так долго разговаривает с ним, и постепенно её голос стал ему очень приятен. Он помнит, что в конце их встречи в тот день маленькая девочка нарисовала для него улыбающееся лицо на листке бумаги красным карандашом. Это было первое улыбающееся лицо, которое он видел в жизни, за исключением лица старого директора. Девочка ни разу не получила от него ответа, когда заговорила, поэтому решила, что он глухонемой, и начала писать ему письма… Конечно, девочка не умела писать, поэтому общалась с помощью рисунков. Часто он даже не мог понять, что она рисует карандашами, но эти цвета на бумаге казались ему самыми прекрасными в жизни. Он никогда не видел таких красивых цветов. «Старший брат…» «Старший брат…» Ей нравилось так его называть, но он никогда не осмеливался ответить, не осмеливался даже обернуться и посмотреть на нее сквозь забор. Он знал, что ей, должно быть, всего три или четыре года, она наверняка такая же умная и милая, как маленькая принцесса. Он боялся, что, увидев его темный цвет кожи, она испугается и начнет держаться от него подальше, как и другие дети. И вот так, на полгода он стал молчаливым другом этого невинного «маленького друга-художника»… До одиннадцати лет, когда он наконец встретил первого в своей жизни человека, готового его усыновить. Она была очень молодой и красивой женщиной, но несколько опустошенной, не казалась богатой, и все же говорила с ним очень мягко. Директор изначально не хотел, чтобы его усыновила неполная семья, но поскольку никто другой не хотел его усыновлять, и учитывая, что он был старшим ребенком в приюте, у старого директора не оставалось другого выбора, кроме как отпустить его с молодой женщиной. В день, когда он покинул детский дом, он ждал свою «маленькую подругу-художницу» у забора, но она так и не появилась. Прощание, которое он хотел произнести, превратилось в вечное сожаление. После этого он начал новую жизнь в доме вместе с этой молодой матерью. Но этот дом оказался гораздо сложнее, чем он себе представлял. Молодая мать каждый день работала на нескольких работах, очень уставала, работала очень тяжело, но при этом относилась к нему исключительно хорошо. Даже живя в подвале, она записала его в лучшую частную школу в городе Т, и даже ежедневно находила время для занятий с ним. Он сочувствовал трудностям молодой матери, поэтому усердно учился, стремясь занять первое место по всем школьным предметам. Молодая мать была очень рада и всегда подбадривала его, говоря: «Честер, ты не обычный, и твоя жизнь тоже не будет обычной». Я забыл упомянуть, что с того дня, как его усыновила молодая мать, у него была фамилия — Робинсон, полное имя — Честер Робинсон. Он начал вспоминать слова молодой матери, постепенно осознавая, что его жизнь действительно необыкновенна. И с того самого момента, как ему пришла в голову эта необычная мысль, его жизнь постепенно начала следовать выбранному им пути… То есть он хотел изучать медицину, хотел стать врачом. Он услышал от старого директора, что его родители погибли в автомобильной аварии, и врачи тогда их не спасли, из-за чего он остался сиротой. С этого момента слово «врач» стало той профессией, которую он больше всего желал возродить. До семнадцати лет он всегда стремился стать врачом, прежде чем смог поступить в колледж. Однажды группа людей в черных костюмах спустилась в подвал, где он жил, назвала его «Молодым господином» и заявила, что он наследник французской семьи XXX. В ту ночь его мать, которая уже начала стареть, поговорила с ним, желая, чтобы он ушел с этими людьми. Он был не готов, ясно давая понять, что его происхождение никак не может сделать его наследником семьи XXX, поэтому он не хотел уезжать за границу, и, кроме того, он все еще намеревался отплатить приемной матери за ее доброту в будущем. Однако его мать настаивала, чтобы он поехал с ними, и даже угрожала себе расправой, чтобы убедить его. Не имея другого выбора, он наконец последовал за этими незнакомцами и ступил на чужую землю… В течение всего времени, проведенного во Франции, в окружении бесчисленных слуг и родственников, постоянно проявлявших заботу, он никогда не забывал о своей матери в городе Т. Он постоянно твердил себе, что где бы он ни находился, обязательно настанет день, когда он отплатит за доброту своей приемной матери. Помимо богатства, его удивило в французской семье то, что помимо отца у него была еще и сестра. Эта сестра, которую звали Алиса, была маленькой принцессой в сердцах всех членов семьи — прекрасной и очаровательной. Возможно, потому что его внешность отняла у нее часть привязанности, она, похоже, не очень его любила. Он не возражал, проживая каждый день в этом доме рутинные дела и часто вспоминая свою мать в Т-Сити. Однажды он совершенно случайно наткнулся на альбом в комнате своей сестры. Рисунки в альбоме были выполнены в знакомом ему стиле, они представляли собой самые прекрасные воспоминания детства, а слуга сказал ему, что это работы его сестры, когда она была моложе. Он понимал, что Алиса никак не может быть той маленькой девочкой, что была тогда, поскольку возраст не совпадал, но похожий стиль рисунка пробуждал в нем воспоминания о детстве… Он начал относиться к своей сестре серьезнее, изливая на нее все прекрасные детские чувства. Впервые ему пришла в голову мысль остаться в этом доме. Год спустя он получил первый телефонный звонок от своей матери из города Т. Он думал, что звонок был с вопросом, как у него дела, но первое, что сказала его мать, было: «Честер, маме нужна твоя помощь». С того дня… Его жизнь вновь претерпела колоссальные перемены, потому что теперь в ней присутствовало слово «месть». В тот же день он узнал, что его мать звали Вивиан Линдси. Всё, что он делал, было лишь способом отплатить матери за её доброту, поэтому он начал зарабатывать деньги, усердно работая. ---------- Главы 574-300: Так сладко 4 Мать сказала ему, что его соперником был Говард Джеффри, и что цель его жизни — превзойти его. Когда Говард Джеффри окончил Гарвард в двадцать лет, он получил диплом Стэнфордского университета в девятнадцать лет… Когда Говард Джеффри в возрасте двадцати одного года основал группу компаний "Skytop", он также создал множество других компаний, включая "QCS". Когда Говард Джеффри в двадцать пять лет попал в список самых богатых людей по версии Forbes, он подсчитал все свои активы и обнаружил, что идет с ним вровень… До сегодняшнего дня он никогда не уступал Говарду Джеффри. И все же, больше всего на свете он мечтает стать обычным врачом. Задумавшись, Честер Робинсон посмотрел на бокал вина в своей руке и спросил: «Кит Энтони, как ты думаешь, я проиграю Говарду Джеффри?» Кит Энтони честно ответил: «Босс, с того самого дня, как я начал следить за вами, я верил в вас». Честер Робинсон лениво откинулся на спинку стула и с интересом спросил Кейта Энтони: «Даже несмотря на то, что на этот раз я проиграл Говарду Джеффри, ты все еще веришь?» Кит Энтони винил себя: «Это всё моя вина, я был слишком неосторожен и не смог установить истинное местонахождение Говарда Джеффри». Честер Робинсон элегантно отпил вина и тихонько усмехнулся: «Кит Энтони, если я скажу тебе, что на этот раз мне придётся „проиграть“, ты мне поверишь?» Кейт Энтони недоуменно спросил: «Что вы имеете в виду под фразой «надо потерять»? Босс, вы действительно заранее знали, что цель Говарда Джеффри заключалась в том, чтобы подтолкнуть вас к операции над мисс Квентин?» «В тот раз в Нью-Йорке Ребекка Квентин вернулась очень поздно ночью. Я попросил вас провести расследование, и вы сказали мне, что Говард Джеффри был в клубе и обсуждал дела, пока Ребекка Квентин отдыхала в отеле, и ничего подозрительного в этом не было». Кит Энтони кивнул: «Да, я всё очень тщательно проверил. После игры в гольф и прощания выяснилось, что Говард Джеффри и мисс Квентин действительно никак не общались». Честер Робинсон усмехнулся и покачал головой: «Ты слишком бесчувственный… После той ночи выражение лица и поведение Ребекки Квентин изменились». Кейт Энтони недоуменно спросил: «Почему я этого не заметил?» Честер Робинсон улыбнулся, поднял бокал и сделал еще один глоток вина. Кит Энтони внезапно пожаловался: «Босс, сказав это, вы заранее знали, что расставание Говарда Джеффри и мисс Квентин было всего лишь притворством. Почему же вы всё-таки провели операцию мисс Квентин по плану Говарда Джеффри, а теперь позволили Говарду Джеффри забрать мисс Квентин…» «А что, по-вашему, мне следовало сделать вместо этого?» Кит Энтони начал фантазировать: «Вам следовало отказаться от операции над мисс Квентин и просто продолжать играть против Говарда Джеффри…» Честер Робинсон возразил: «Как вы думаете, я смогу долго играть против Говарда Джеффри?» «Неважно, сможете ли вы долго играть, просто напрямую противостойте Говарду Джеффри… В результате Говард Джеффри открыто противостоит вам, находясь в выигрышном положении». «Открыто противостоять?» — усмехнулся Честер Робинсон. — «Если бы я напрямую поговорил с Говардом Джеффри, он, возможно, уже переманил бы Ребекку Квентин на свою сторону». «Мы могли бы придумать способ усмирить мисс Квентин!» «Я же сказал, что никогда не причиню ей вреда!» Кит Энтони с сожалением заявил: «Верно, если бы вы действительно напрямую поговорили с мистером Джеффри, мисс Квентин, вероятно, отдалилась бы от вас… Главное, что сердце мисс Квентин всегда принадлежало Говарду Джеффри, так что, босс, вы можете проиграть этот раунд». Если бы Честер Робинсон не следовал плану Говарда Джеффри, это бы привлекло внимание Говарда Джеффри, а после этого Ребекка Квентин больше не смогла бы поддерживать хорошие дружеские отношения с Честером Робинсоном… Честер Робинсон должен проиграть, потому что он не может разрушить свои нынешние отношения с Ребеккой Квентин. Кит Энтони снова вздохнул: «Но, босс, вы только что позволили Говарду Джеффри забрать мисс Квентин, вы действительно оставляете это без внимания?» Честер Робинсон внезапно яростно разбил бокал и, стиснув зубы, сказал Киту Энтони: «Есть ли у меня другой выбор: позволить ей уйти с Говардом Джеффри или потерять её совсем?» Время сдвинулось на три дня вперёд. Состояние здоровья Ребекки Квентин значительно улучшилось. Она не только может вставать с постели, но и гулять в саду, конечно же, при поддержке слуг. В этот момент Ребекка Квентин сидит на скамейке в саду, глядя на море цветов, похожих на звезды. Хотя бутоны уже увяли, поле все еще было пышно-зеленым, и ее сердце переполнено эмоциями. «Мистер Джеффри». Уважительный голос прервал погруженную в размышления Ребекки Квентин. Ребекка Квентин подняла взгляд на выступающего и слабо улыбнулась. Говард Джеффри подошел к Ребекке Квентин, обнял ее за плечи и спросил: «Почему ты так рано встала?» «В воздухе в саду приятно дышать; мне хотелось подышать свежим воздухом. Целый день сидеть взаперти в комнате душно». Говард Джеффри помог Ребекке Квентин подняться, мягко сказав: «Твоя рана еще не зажила, нехорошо находиться на открытом воздухе… Пойдем, обратно в комнату, я составлю тебе компанию». ---------- Главы 575-300: Так сладко 4_2 Ребекка Квентин нахмурила брови: «Я не вернусь в комнату… Я весь день просидела взаперти, сейчас задохнусь». Понимая, что не сможет победить Ребекку Квентин, Говард Джеффри мог лишь пойти на компромисс: «Хорошо, я посижу здесь с тобой немного, но только немного». Ребекка Квентин радостно кивнула, потянула Говарда Джеффри и осторожно усадила его на скамейку. Чтобы Ребекка Квентин не простудилась, Говард Джеффри снял свою куртку и накрыл ею Ребекку Квентин. Ребекка Квентин крепко держала куртку Говарда Джеффри, чувствуя приятное волнение в сердце. Говард Джеффри поцеловал Ребекку Квентин в щеку и спросил: «Ты хорошо спала прошлой ночью?» Ребекка Квентин правдиво кивнула: «Хм…» Говард Джеффри прищурился, лукаво оценивающе разглядывая её: "Правда, хорошо выспалась?" Под пристальным взглядом Говарда Джеффри лицо Ребекки Квентин слегка покраснело. Поняв, что он имел в виду, она пробормотала: «Эй, это не я просил тебя пересесть в соседнюю комнату». Да, последние два дня они спали в разных комнатах. В основном потому, что в первую же ночь он чуть не свел ее с ума. Он не мог дотронуться до ее тела, и всю ночь он прижимался к ней, не давая ей нормально выспаться. С первыми лучами солнца она смотрела на него своими полными обиды глазами, пока он добровольно не предложил им спать в разных комнатах. Таким образом, она крепко спала эти две ночи, до самого рассвета, в то время как он, похоже, спал плохо, даже сказав ей вчера утром, что у него затекла шея. Она призналась, что в душе чувствовала некоторую вину, но на самом деле была пациенткой, нуждающейся в полноценном отдыхе. Говард Джеффри шепнул Ребекке Квентин на ухо: «А может, я вернусь сегодня вечером?» Ребекка Квентин бурно отреагировала: «Нет!!» Лицо Говарда Джеффри озарилось игривой улыбкой, словно он поймал вора. Ребекка Квентин в шутку оскорбила Говарда Джеффри: «Ты проказник!» Говард Джеффри смахнул с себя насмешливое выражение лица и серьезно сказал: «Я всерьез планирую вернуться сегодня вечером». Ребекка Квентин сердито посмотрела на него: «Эй, мы договорились, что через полмесяца, когда моя рана заживёт, ты сможешь… снова переспать со мной, не нарушай своего слова». Говард Джеффри притворился разочарованным, сказав: «Если вы не согласны, я могу лишь сдержать своё обещание». Ребекка Квентин обняла Говарда Джеффри за шею, покраснела и прошептала: «Если ты будешь хорошо себя вести, через полмесяца я тебя награжу». Говард Джеффри с интересом спросил: «А какая награда?» Ребекка Квентин намеренно держала это в секрете: «Вы узнаете, когда придёт время». Говард Джеффри шепнул Ребекке Квентин на ухо: «Ты меня обслуживаешь?» Щеки Ребекки Квентин покраснели до ушей: «Эй, ты не можешь подумать о чем-нибудь серьезном?» Говард Джеффри буднично ответил Ребекке Квентин: «В мужском мире размышлять об этих вещах — самое уместное». «Я не буду с вами разговаривать…» К счастью, слуги увидели его приближение и благоразумно отошли подальше, иначе, если бы они услышали их разговор, она бы умерла от стыда. Говард Джеффри снова обнял Ребекку Квентин и поцеловал ее, но в этот самый момент неожиданно зазвонил его телефон. Говарду Джеффри пришлось отпустить Ребекку Квентин, и он достал свой телефон. Ребекка Квентин крепко держалась за Говарда Джеффри, молча прислушиваясь к его разговору. "Хм… скажите им, чтобы отложили… лучше не превышать дату завершения проекта, указанную в контракте, сообщите об этом ответственному лицу… хорошо… я лично этим займусь." Увидев, что Говард Джеффри закончил разговор, Ребекка Квентин осмелилась спросить: «Это Лиза Сесили вам звонила?» Говард Джеффри легонько постучал по милому носику Ребекки Квентин: «Ты ведь даже рабочий звонок не заподозришь, правда?» Ребекка Квентин раздраженно парировала: «Эй, меня просто беспокоит твоя работа; я не просто так начала ревновать!» С тех пор как он пообещал ей больше не общаться с Элис Робинсон, она ни разу не усомнилась в нем; она всегда ему доверяла. Говард Джеффри улыбнулся и серьезно ответил: «Мне нужно уладить несколько деловых вопросов». Ребекка Квентин тут же занервничала: «Это важно?» Говард Джеффри нежно обнял хрупкое личико Ребекки Квентин и ласково сказал: «По сравнению с тобой ничто не имеет значения». Ребекка Квентин оттолкнула руку Говарда Джеффри и серьезно сказала: «Перестань шутить… В «Скайтопе» без тебя точно будет хаос, почему бы тебе не вернуться в Нью-Йорк?» "Вы уверены?" Ребекка Квентин кивнула: «У меня здесь так много слуг, которые обо мне заботятся, вам совсем не о чем беспокоиться». Говард Джеффри поцеловал Ребекку Квентин в лоб, и в его магнетическом голосе звучало удовлетворение: «Детка, ты такая понимающая». Ребекка Квентин слабо улыбнулась. Говард Джеффри сказал: «Тогда я сейчас же соберу вещи и отправлюсь в Нью-Йорк… Постараюсь поскорее вернуться». Ребекка Квентин была ошеломлена: «Что? Вы теперь едете в Нью-Йорк?» Говард Джеффри снова поцеловал Ребекку Квентин в щеку и сказал: «Покорно ждите меня». "Но…" Не успела Ребекка Квентин договорить, как Говард Джеффри уже встал и ушел. Наблюдая за тем, как Говард Джеффри отступает назад, Ребекка Квентин замерла на скамейке. О боже, он что, действительно ушел? Ребекка Квентин сердито вцепилась в скамейку, отказываясь смотреть на него, и тихо пробормотала: «Он по-прежнему говорит, что для него нет ничего важнее меня, но как только начинается работа, он уходит, не сказав ни слова, хм…» Не удержавшись от соблазна обернуться и обнаружив, что Говард Джеффри действительно ушел, Ребекка Квентин невольно посетовала про себя: «Ну и зачем быть такой понимающей? После нескольких дней вместе нам снова придется расстаться…» Пока Ребекка Квентин что-то бормотала себе под нос, в ее ухе внезапно раздался низкий голос: «Ты правда хочешь, чтобы я ушла?» Неожиданный голос испугал Ребекку Квентин, и, подняв глаза и увидев красивое лицо Говарда Джеффри, Ребекка Квентин мгновенно смутилась, ударив Говарда Джеффри по плечу: «Отвратительный!!» Он просто дразнил ее. Говард Джеффри обнял Ребекку Квентин за талию и поцеловал ее надутые губы: «Глупышка, как я мог уйти?» Ребекка Квентин сердито посмотрела на него, обвиняюще сердясь: «Тебе просто нравится наблюдать, как я выставляю себя дураком!» Говард Джеффри искренне выразил свои чувства: «Я просто очень хочу увидеть, насколько вы обо мне заботитесь». Ребекка Квентин смущенно спросила: «Значит, вы всё это слышали?» Говард Джеффри сделал вид, что с трудом вспоминает: «Я почти ничего не расслышал, мне показалось, что вы сказали, что работа для меня важнее, чем вы, а потом начали винить себя…» Ребекка Квентин тут же закрыла рот Говарду Джеффри рукой: «Отвратительно, отвратительно!!» Говард Джеффри от души рассмеялся, внезапно пристально взглянул на очаровательное лицо Ребекки Квентин и спросил: "Ты меня любишь?" ---------- Глава 576-301: Так мило 5 "Любовь." Ребекка Квентин мягко улыбнулась, протянула руки, чтобы крепко обнять его за шею, и бросилась ему в объятия. Днём Говарду Джеффри нужно было уладить некоторые дела, и он покинул виллу. Ребекка Квентин осталась одна в комнате, ей стало скучно, когда зазвонил телефон. Не получив ни одного звонка за последнее время, Ребекка Квентин быстро взяла телефон. Увидев номер на экране, она слегка нахмурилась. Странное число? Кто бы мог звонить! Ребекка Квентин растерянно нажала кнопку ответа на телефоне: «Здравствуйте…» «Бекка, это я». Голос в телефоне принадлежал знакомому мужскому голосу. Ребекка Квентин тут же радостно воскликнула: «Доктор Робинсон!» «Я все это время не мог дозвониться до тебя, и только сейчас обнаружил, что мой номер заблокирован на твоем телефоне…» Ребекка Квентин нахмурилась от недоумения: «Нет, я не блокировала ваш номер. Я даже пыталась вам позвонить, но тоже не смогла дозвониться». Честер Робинсон криво усмехнулся: «Похоже, кто-то из вашего окружения меня недолюбливает». Услышав слова Честера Робинсона, Ребекка Квентин наконец-то всё поняла. Ребекка Квентин извинилась: «Простите, я не знала, что он это установил». "Я знаю." «Доктор Робинсон, мне очень жаль, что я ушёл в тот день, не попрощавшись. Я… искренне извиняюсь, и я не знаю, как вам это объяснить». Честер Робинсон вздохнул: «После всего этого времени ты всё равно в конце концов выбрал его». Ребекка Квентин виновато произнесла: «Простите…» Честер Робинсон тихонько усмехнулся: «Глупышка, я же тебе говорил, не извиняйся передо мной. Нас это не волнует». Нежные слова Честера Робинсона заставили Ребекку Квентин почувствовать себя еще более виноватой, и она, задыхаясь, произнесла: «Спасибо, что заботились обо мне в последние месяцы. Я знаю, что то, что я вам должна, я, вероятно, никогда не смогу отплатить за всю свою жизнь…» Честер Робинсон лишь слабо улыбнулся. Вспоминая те маленькие моменты, проведенные с Честером Робинсоном, Ребекка Квентин почувствовала, как в горле застряла горечь: «Прости меня…» «Обязательно будьте счастливы». Ребекка Квентин кивнула, в горле у нее перехватило дыхание, и она не могла произнести ни слова. Честер Робинсон глубоко вздохнул и торжественно произнес: «Я уйду в отставку от имени менеджера Смита… Полагаю, вы больше не вернетесь в «QCS» на работу». Слезы текли по щекам Ребекки Квентин… Вспоминая шесть месяцев работы в "QCS", она понимала, что, несмотря на не самые лучшие отношения с коллегами, не могла смириться с потерей таких людей, как Николетт Холмс и менеджер Смит. С большим трудом Ребекка Квентин выдавила из себя: «Я позвоню им, чтобы они всё объяснили». Честер Робинсон тихо сказал: «Не нужно, раз они не смогли с вами связаться, они уже связались со мной… Я сообщил им о вашей отставке, но, конечно, не упомянул о ваших личных делах, только то, что босс «QCS» хотел, чтобы вы вернулись к нему». Слезы текли бесшумно, и Ребекка Квентин не могла подобрать слов. «Хорошо, мне нужно сейчас обойти палату, берегите себя… Ах да, и помните, вам только что сделали операцию, больше отдыхайте. Не думайте, что раз вы теперь можете вставать с постели, то можете пренебрегать ею. Слишком много движений вредно для заживления раны. Я советую вам в основном отдыхать в постели в течение следующих полумесяца». Ребекка Квентин изо всех сил старалась подавить удушье, кивнула и сказала: «Спасибо, доктор Робинсон». «Хорошо тогда…» — Честер Робинсон помолчал несколько секунд, а затем сказал: «До свидания». Когда Честер Робинсон произнес слова «До свидания», Ребекка Квентин поспешно крикнула: «Подождите, доктор Робинсон». Голос Честера Робинсона был глубже обычного: "Хм?" Ребекка Квентин со слезами на глазах спросила: «Мы… останемся ли мы друзьями в будущем?» Честер Робинсон хранил молчание. Ребекка Квентин с трудом произнесла: «Простите, я не хотела ставить вас в затруднительное положение перед вашей сестрой…» Честер Робинсон тихо вздохнул: «В последнее время она плохо себя чувствует… После выписки из больницы я вернусь в Париж, чтобы навестить её». Несмотря на то, что Элис Робинсон ранее оклеветала её, Ребекка Квентин не смогла возненавидеть Элис, потому что лучше всех понимала, что любовь иррациональна. Ребекка Квентин с беспокойством сказала: «Вы также должны заботиться о себе». Честер Робинсон долго молчал, не отвечая. Не услышав ответа Честера Робинсона, Ребекка Квентин крикнула: «Доктор Робинсон…» "Я здесь." «Надеюсь, вы будете хорошо заботиться о себе». Честер Робинсон горько рассмеялся: «Без тебя я, наверное, никогда больше не смогу позаботиться о себе». В этот момент из глаз Ребекки Квентин снова хлынули слезы. ---------- Глава 577 - 301: Так сладко 5_2 «Хорошо, я отвечу на только что заданный тобой вопрос... Мы останемся друзьями и в будущем. Если ты захочешь, ты сможешь позвонить мне, когда я тебе понадоблюсь. Где бы я ни был в мире, я буду рядом». «Я не заслуживаю того, чтобы ты так хорошо ко мне относился...» "Глупышка, мы так счастливы, не плачь, плохо, если кто-нибудь нас увидит..." Ребекка Квентин протянула руку, чтобы вытереть слезы с глаз и лица, кивнула с улыбкой и сказала: «Мм». "До свидания." "До свидания." Закончив разговор, Ребекка Квентин крепко прикусила губу. Слова, сказанные ей доктором Хенли в больнице, пронеслись в ее голове, и в душе Ребекка Квентин могла лишь повторять: «Мне очень жаль» Честера Робинсона… Говард Джеффри только вошел в виллу, когда его обняла благоухающая тень. Мягкость его объятий заставила Говарда Джеффри мгновенно напрячься: «Черт возьми, ты разорвешь рану!» Ребекка Квентин крепко обняла Говарда Джеффри, положив голову ему на плечо и покачав головой: «Я в порядке». Говард Джеффри обнимал Ребекку Квентин, стараясь не задеть ее рану, и одновременно упрекал: «Тем не менее, тебе не следовало так бросаться, к счастью, ты не задела рану». «Я так по тебе скучала…» "Глупышка, я же говорил, что скоро вернусь." «Я не хочу, чтобы ты меня покидал…» Голос Ребекки Квентин внезапно стал печальным. Говард Джеффри осторожно отстранил Ребекку Квентин, обхватил ее лицо ладонями и нежно спросил: «Что случилось?» Ребекка Квентин безучастно смотрела на Говарда Джеффри, задыхаясь от слов: «Мы ведь больше не расстанемся, правда?» Увидев проблески слез в глазах Ребекки Квентин, Говард Джеффри крепко обнял ее: «Тебе снился кошмар, когда ты спала днем?» Ребекка Квентин положила голову на плечо Говарда Джеффри и покачала головой. Говард Джеффри нежно погладил Ребекку Квентин по спине, мягко успокаивая ее: «Ты опять слишком много думала?» «Я так боюсь, что счастье снова ускользнет от меня в одно мгновение...» Говард Джеффри поцеловал следы слез на щеке Ребекки Квентин, его голос хриплым голосом произнес: «Прости, это потому что я все это время не давал тебе настоящего чувства безопасности…» Ребекка Квентин разрыдалась. Говард Джеффри крепко обнял Ребекку Квентин, осыпая ее поцелуями: «Это больше не повторится... Я никогда больше не позволю тебе меня покинуть». Спустя много лет Говард Джеффри сидел на диване в коридоре, держа на руках Ребекку Квентин. Ребекка Квентин уютно устроилась в объятиях Говарда Джеффри и уже крепко спала. Слуга подошел и тихо сказал: «Мистер Джеффри, обед готов». Говард Джеффри махнул рукой слуге, не отрывая взгляда от малышки на руках. Не в силах сдержать душевную боль, он опустил голову и поцеловал ее ресницы, все еще покрытые капельками поцелуя. Наверное, ей было тяжело переживать дни, когда его не было рядом. Он говорил ей столько жестоких вещей, но до сегодняшнего дня она ни разу не задала ему вопросов. Даже когда они общались, она была осторожна; он знал, что это потому, что она боялась, что счастье снова исчезнет у нее на глазах. Но она и не подозревала, что на самом деле тот, кто боялся исчезновения счастья, был он... Восемь месяцев назад, когда она предложила ему уйти, она и представить себе не могла, насколько сильно его сердце сжималось от паники... Он больше не мог жить без неё, он не мог отпустить её... Но в тот момент ее упрямство, настойчивость, непримиримость вышли из-под его контроля, поэтому ему пришлось временно отпустить ее. Однако он и представить себе не мог, что из-за своей минутной неосторожности он не смог защитить своего ребенка... Она считала, что он не искал с ней встречи в течение этих шести месяцев, потому что злился на нее, но на самом деле его мучило невыразимое чувство вины... Он злился на неё, но ещё больше — на себя... Если бы он не неправильно понял её намерение сделать аборт, он бы не стал смотреть, как она уходит... Именно его невнимательность позволила другим воспользоваться ситуацией, что привело к столь серьёзным повреждениям её тела. Она не виновата, виноват он... Он не должен был её отпускать! К счастью, эта глупая девушка все это время ждала его, и у него еще было время, чтобы отплатить ей за это оставшейся жизнью... Ребекка Квентин медленно открыла глаза и обнаружила себя лежащей в объятиях Говарда Джеффри. Она приподняла слегка опухшие веки, широко раскрыла глаза и безучастно уставилась на Говарда Джеффри. Увидев, что Ребекка Квентин проснулась, Говард Джеффри осторожно спустил с нее одеяло и мягко спросил: «Ты голодна?» Ребекка Квентин кивнула: «Мм». «Я отнесу тебя поесть». "Хорошо." Говард Джеффри отнес Ребекку Квентин к обеденному столу, где слуга уже разогрел блюда. Сидя рядом с ней, Говард Джеффри задумчиво спросил: «Вы можете есть самостоятельно?» Ребекка Квентин кивнула. Говард Джеффри посоветовал: «Начните с супа». Ребекка Квентин тут же взяла тарелку с супом и медленно выпила его. Увидев, что Ребекка Квентин доела всю тарелку супа, Говард Джеффри довольно поцеловал её. После дневного сна у Ребекки Квентин, похоже, разыгрался аппетит, и она быстро доела еще одну тарелку риса. В основном Говард Джеффри просто наблюдал, как Ребекка Квентин ест, в его глазах читались нежность и удовлетворение. Слуга стоял неподалеку, завистливо наблюдая, и перешептывался между собой о счастье Ребекки Квентин. Когда Ребекка Квентин начала есть вторую порцию риса, она заметила, что Говард Джеффри ничего не ест. Она не удержалась и спросила: «Ты не голоден?» Говард Джеффри покачал головой и потянулся, чтобы вытереть рисовое зернышко с губ Ребекки Квентин. Ребекка Квентин смущенно опустила голову. Какая неловкость! Говард Джеффри тихонько усмехнулся: «Давай, ешь...» Ребекка Квентин пробормотала: «Тогда вам нельзя просто смотреть, как я ем, вы тоже должны есть». Говард Джеффри легонько постучал Ребекку Квентин по носу: «Хорошо». Ночью, после того как служанка помогла ей вымыть все тело, Ребекка Квентин удобно устроилась на кровати. После того, как она выплеснула все свои эмоции, плохое настроение, накопившееся за день, рассеялось, и она почувствовала себя исключительно расслабленной, но без сонливости. Слуга молча стоял рядом, готовый в любой момент оказать ей помощь. Ребекка Квентин повернулась к ней и вдруг крикнула: «Эрни…» Молодая служанка почтительно подошла и спросила: «Мисс Квентин». Ребекка Квентин шепнула приказ на ухо служанке. Горничная послушно кивнула и, как ей было велено, побежала в соседнюю комнату. Ребекка Квентин закрыла глаза, мирно ожидая кого-нибудь. ---------- Глава 578 - 302: Никогда больше не расстанемся (1) И действительно, спустя некоторое время из соседней комнаты прибежал Говард Джеффри… "Бекка, Бекка…" Он сел на край кровати и тревожно позвал её. Опасаясь, что он заметит, Ребекка Квентин не осмелилась пошевелить ресницами. Говард Джеффри выругался, поднял Ребекку Квентин с кровати и холодно приказал маленькой служанке: «Скажи водителю, чтобы он подготовил машину…» Маленькая служанка, послушно выбежала наружу. Когда Говард Джеффри уже собирался выбежать из комнаты, держа на руках Ребекку Квентин, она внезапно протянула руки, чтобы обнять его, и разразилась смехом в его объятиях. Стремительные шаги Говарда Джеффри остановились, его смуглое лицо смотрело на женщину, радостно смеющуюся у него на руках. Говард Джеффри поднял бровь: «Смеешь подшучивать надо мной, а?» Увидев смуглое лицо Говарда Джеффри, Ребекка Квентин наконец-то испугалась и подавила смех, прошептав: «Ты и днем ​​так меня дразнил». Говард Джеффри отнес Ребекку Квентин обратно на кровать, нависая над ней, поддерживая ее руками с обеих сторон, чтобы не давить на нее, а его зловещие темные глаза смотрели на нее так, словно он выслеживал добычу. Ребекка Квентин пробормотала: «Эй, только чиновники могут поджигать, а простые люди не могут зажигать лампы…» Говард Джеффри властно парировал: «Да, я больше не позволю тебе так шутить, ты слышал?» Он только что чуть не до смерти испугался. Он принимал душ, когда маленькая служанка заговорила через дверь ванной, сказав, что случайно задела рану, ей стало больно, и она потеряла сознание. Он даже не вытер воду, завернувшись в полотенце, выбежал из ванной и увидел её лежащей без движения. Он очень испугался… Оказалось, эта проклятая девчонка "отомстила" ему за то, что он дразнил её днём! Если бы она сейчас не чувствовала себя плохо, он бы преподал ей хороший урок! Ребекка Квентин совершенно серьёзно сказала: «Ну, я просто хотела убедиться, что ты действительно обо мне заботишься!» "Ребекка Квентин!!" "Не сердись, не сердись, я извинюсь, хорошо?" Наконец, взгляд Говарда Джеффри смягчился. Ребекка Квентин, посчитав это несправедливым, прошептала: «Властный и авторитарный тип!» Говард Джеффри, который уже собирался встать, снова наклонился над Ребеккой Квентин, прищурив свои острые глаза: «Что вы сказали?» Ребекка Квентин невинно покачала головой: «Ничего, вы, должно быть, ослышались». Говард Джеффри притворился неуверенным и сказал: «Вы только что назвали меня властным и авторитарным?» Ребекка Квентин раздраженно воскликнула: «Вы же это прекрасно слышали, а спрашиваете меня!» Говард Джеффри хитро улыбнулся: «Изначально я не планировал тебя наказывать, но из-за того, что ты сказал в конце, я считаю необходимым остаться в твоей комнате и хорошенько поговорить о том, что значит быть властным и авторитарным». Ребекка Квентин радостно кивнула: «Ладно, мне просто скучно, и я не могу уснуть… Однако ты мокрая, и волосы тоже мокрые, чтобы не намочить мою постель, иди сначала закончи душ, хорошо?» Держа его за шею, она отчетливо чувствовала его скользкую кожу, даже пену, и поняла, что он прибежал сюда посреди принятия душа. Она призналась, что благодаря этому у нее очень, очень улучшилось настроение. "Хорошо." Говард Джеффри охотно согласился. Ребекка Квентин мягко сказала: «Идите, я подожду вас». Говард Джеффри стоял у постели, наклонился и постучал ее по носу: "…Подождите". Услышав замечание Говарда Джеффри, прежде улыбающееся лицо Ребекки Квентин мгновенно напряглось, и по ее телу пробежало неприятное чувство. Говард Джеффри подошел к двери и быстро запер ее. Услышав решающий щелчок, Ребекка Квентин резко ахнула. В следующую секунду Говард Джеффри уже шел к ней. Страх быть убитой охватил её ещё сильнее. Ребекка Квентин широко раскрыла глаза, настороженно глядя на него: «Что… что ты хочешь сделать?» Говард Джеффри снова надавил на Ребекку Квентин, естественно, обхватив ее руками с обеих сторон, и лукаво произнес: «Разве ты не обещала меня подождать?» «Но ты же ещё не закончил принимать душ!» «Это не имеет значения; для того, что мы собираемся сделать, душ не нужен». "А?" Говард Джеффри внезапно сорвал с себя полотенце. Ребекка Квентин закричала, быстро закрыв глаза руками: «Ты извращенец…» Говард Джеффри внезапно лег рядом с Ребеккой Квентин, притянув ее к себе рукой. Ребекка Квентин крепко закрыла глаза, чувствуя его дыхание совсем рядом, и, конечно же, сквозь щели между пальцами она ясно увидела, что они смотрят друг на друга. ---------- Глава 579 - 302: Больше никогда не расстанемся (1/2) Говард Джеффри опустил руку Ребекки Квентин, его глубокий взгляд был пристальным. Щеки Ребекки застенчиво покраснели. Увидев слабый огонек в его глазах, она невнятно произнесла: «Не забывай, я пациентка…» Она напомнила ему, что сейчас им не следует заниматься физическими нагрузками. Глаза Говарда, полные желания, не ослабели. Он быстро протянул руку, положил ее ладонь на свое возбужденное место и наклонился, чтобы поцеловать ее в губы… У нее не было возможности ему отказать, и она постепенно все больше в него влюблялась. После того, как всё закончилось, он даже не оделся, прежде чем пойти в ванную за полотенцем. Ребекка посмотрела на ту часть его тела, которая еще не успокоилась, вспоминая ее сильное проявление ранее. Казалось, ее ладонь все еще ощущала этот жгучий жар. Говард сел на край кровати и помог ей вытереть липкие следы с руки. Закончив вытирать ее, она застенчиво спряталась под одеялом. Вскоре после этого Говард снова забрался наверх, обняв её сзади. Он явно принял душ, его тело было прохладным и свежим, он все еще был без одежды. Ребекка слегка повернулась и прошептала, словно комар: «Так… ты останешься здесь на ночь?» Сейчас никакой опасности быть не должно… Говард поцеловал её в шею, нежно ответив: «Мм». Ребекка закрыла глаза, наконец-то почувствовав усталость после бессонной ночи. Под одеялом Говард переплел свои пальцы с ее, тоже выглядя уставшим после приятного времяпрепровождения. Ребекка думала, что хорошо выспится, но, несмотря на усталость, ей никак не удавалось увидеть сон. Поэтому Ребекка осторожно повернулась лицом к Говарду. В этот момент Говард уже закрыл глаза и уснул. Ребекка прижалась к его груди, тыкая пальцем в его крепкую грудь и бормоча себе под нос: «Говард, как я теперь объясню тете Клэр и сестре, что мы вместе?» Говард уклончиво ответил: «Мм…» «Что значит „мм“?» — спросила Ребекка, подняв взгляд на Говарда и потянув его за руку. — «Эй, не спи, составь мне компанию и поговори…» Во сне Говард один раз поцеловал Ребекку: «Будь хорошей девочкой, не создавай проблем». Увидев, что Говард погружен в сон, Ребекка не стала его больше беспокоить. Она положила голову ему на руку и пристально смотрела на его профиль. Почему кто-то может быть таким красивым? От скуки Ребекка начала изучать внешность Говарда, не в силах удержаться от того, чтобы провести пальцами по его бровям, глазам, щекам и подбородку… Казалось, только в этот момент она по-настоящему почувствовала, что он рядом с ней… Положив голову ему на руку, она улыбнулась счастливым взглядом и медленно погрузилась в сладкий сон. Ночь. В саду виллы Честер Робинсон только что передал ключи от машины слуге, когда к нему подбежал другой слуга. Честер поднял бровь, уже заметив хрупкую фигуру, присевшую на корточки у входа в виллу. Слуга сказал: «Мистер Робинсон, мисс Робинсон ждет вас весь день… Мы уговариваем ее войти, но она настаивает на том, чтобы ждать у двери». Взгляд Честера упал на эту фигуру, и он тихо произнес: «Я знаю». Слуга тут же отступил. Честер направился прямо к вилле, пройдя мимо Элис Робинсон, даже не взглянув на нее, как будто ее там и не было. Увидев Честера, Алиса радостно протянула руку, чтобы схватить его, встала и взволнованно воскликнула: «Брат, ты вернулся!» Честер взглянул на Алису и тихо произнес: «Какой ветер тебя сюда принес?» Услышав равнодушные слова Честера, Алиса, обычно хвастающаяся перед ним, промолчала, глядя на него умоляющими глазами. Честер продолжал идти к вилле. Алиса поспешно последовала за ним внутрь, тревожно выкрикивая: «Брат, брат…» Честер ослабил галстук и направился вверх. Элис тоже бросилась на второй этаж, в коридоре, ее стройная фигура преградила Честеру путь. Она протянула руки, чтобы перехватить его, голос ее дрожал: «Неужели даже ты хочешь меня бросить?» Честер холодно усмехнулся, разглядывая сегодняшнюю Алису. Растрёпанные волосы, лицо без макияжа, измождённый вид, совершенно несчастный и унылый взгляд. «Я ослышалась? Это же всегда вы, мисс Робинсон, могли бросить людей, не так ли?» В ответ на саркастические замечания Честера, Алиса горько зарыдала: «Почему ты больше не разговариваешь со мной по-доброму? Когда наши отношения дошли до этого?» Равнодушный взгляд Честера скользнул по Алисе, и, ничего не сказав, он направился в свою комнату. Алиса последовала за ним в его комнату, не обращая внимания на то, как Честер раздевается и уходит в ванную. Задыхаясь от горя, она продолжила: «Ты никогда раньше так со мной не разговаривал… Почему ты изменился? Брат…» Слушая шум льющейся воды из ванной, Алиса сидела на краю кровати и плакала от горя. Спустя некоторое время Честер вышел из ванной и начал сушить волосы. Он не стал одеваться, небрежно накинув халат. Увидев плачущую Алису на краю кровати, он решил проигнорировать это, сел на диван у окна и закурил сигарету. Дым поднимался вверх, скрывая красивое лицо Честера. Элис медленно поднялась, на ее лице были следы слез. Она подошла к Честеру, пристально посмотрела на него и хрипло произнесла: «С того дня, как ты вошел в наш дом, я считала тебя своим настоящим братом. Несмотря на прошлые несчастья, несмотря на жалобы на тебя, несмотря на то, что твоя щедрость меня не трогала, я всегда видела в тебе самого близкого брата… Я думала, ты будешь заботиться обо мне как старший брат всю жизнь, что я смогу на тебя положиться. Но почему… почему ты вдруг потерял ко мне теплоту? Твои отношения с Ребеккой Квентин длятся меньше года, я не верю, что ты так сильно любишь ее, чтобы игнорировать меня!» Честер потушил сигарету, на его лице отразилось ленивое, безразличное выражение, и он тихонько усмехнулся: «С каких это пор тебя волнуют мои личные чувства? Я думал, тебя волнует только ты сам». «Если бы тебе нравилась обычная женщина, я бы не возражал, но почему именно она, Ребекка Квентин?» Честер откинулся на спинку стула и неторопливо спросил: «А что с ней не так?» Алиса эмоционально воскликнула: «Она просто шлюха!» ---------- Глава 580 - 303: Больше никогда не расстанемся (2) Честер Робинсон холодно стоял, в его голосе слышалась ярость: «Ты всего лишь бродяга!» "Ты…" Честер холодно рассмеялся: «Ты забыл, как строил козни, чтобы разлучить Говарда Джеффри и Ребекку Квентин? Как бесстыдно порочил репутацию Ребекки, чтобы возвыситься? Ты называешь Ребекку шлюхой, но в моих глазах ты даже этого не стоишь!» "Честер!!" — сердито воскликнула Элис Робинсон и ударила его по щеке. Честер схватил Алису за руку на секунду раньше, без тени теплоты глядя на ее безупречную красоту с насмешливой улыбкой: «Перестань льстить себе; для меня ты никогда ничего не значила!» В тот момент тело Алисы задрожало, а рука, охваченная гневом, ослабла под крепкой хваткой Честера. Честер сурово отпустил Алису. Алиса, не веря своим глазам, отшатнулась назад, уставившись на Честера. В ее глазах читалось недоумение, а привычный уверенный, яркий взгляд сменился безграничной печалью. Она отступила в оцепенении, лицо ее было бледным, словно она была сильно потрясена, и она пробормотала: «Что… что вы сказали…» Честер жестоко ответил: «Ты меня прекрасно слышишь!» Алиса яростно покачала головой: «Нет, этого не может быть…» Столкнувшись с резкой реакцией Алисы, Честер холодно ответил: «Я хочу спать, убирайся!» Слёзы текли ручьём, когда Алиса упрямо заявила: «Я не уйду; попробуйте меня заставить!» Честер недовольно нахмурился: «Ты действительно хочешь, чтобы я всё испортил?» Заплаканные глаза Алисы печально смотрели на безразличное лицо Честера, который словно застыл на месте. Честер внезапно поднял трубку телефона в номере, по всей видимости, звоня слуге виллы. Как только Честер взял трубку, Элис бросилась ему в объятия, крепко прижимая к себе: «Брат… не обращайся со мной так…» Телефон выпал из-за объятий Алисы, Честер застыл на месте. Элис крепко обняла Честера, с губ сорвалась печаль: «В тот день, когда я позвонила Говарду Джеффри, он сказал, что он в Ти-Сити… Я знала, что он с Ребеккой Квентин, потому что спросила Лизу Сесили, и она сказала, что он помирился с Ребеккой… Я не поверила, поэтому позвонила ему, чтобы услышать это от него самого… В тот момент я поняла, что Ребекка рядом с ним, мне хотелось кричать, но я не могла сделать это Говарду Джеффри… После того дня я больше не могла с ним связаться, пока не позвонил папа, спрашивая, не случилось ли чего-нибудь между Говардом Джеффри и мной, потому что СМИ видели, как он то появлялся, то исчезал из любовного гнезда с Ребеккой… Я не смела сказать папе правду, боясь, что он меня отругает… Я не смела никуда идти, боясь, что СМИ погонятся за мной, поэтому я пришла найти тебя…» «Если хочешь победить, сдерживай слезы; слезы – для проигравших!» Алиса медленно подняла свои полные слез глаза и расплылась в улыбке: «Ты ведь все еще заботишься обо мне, правда?» Честер отстранился от Алисы и холодно ответил: «Мне наплевать на тебя; я просто пытаюсь достичь своих целей». Алиса вытерла слезы, стараясь выглядеть сильной, и спросила: «Что мне теперь делать?» «Ничего не делай». Элис была ошеломлена: «Ты хочешь, чтобы я посмотрела, как Ребекка Квентин уводит Говарда Джеффри?» Честер холодно ответил: «Я не буду тебе ничего объяснять; слушать или нет — решать тебе!» Алиса стояла ошеломлённая. После почти двадцати дней восстановления состояние здоровья Ребекки Квентин перестало быть серьезной проблемой. Конечно, ранам еще нужно было время зажить, но она вернулась к нормальной жизни и больше не должна была лежать в постели весь день. Говард Джеффри предложил им вернуться в Нью-Йорк через пару дней, поскольку в компании его ждало много работы, и, что самое важное, им нужно было ехать домой. Да, в его дом, который в будущем станет и её домом. «О чём ты думаешь, что заставляет тебя так радостно улыбаться?» Внезапно и бесшумно из-за спины Ребекки Квентин раздался голос. Неторопливо сидя на диване и читая журнал, Ребекка вздрогнула, но осторожно протянула руку, чтобы обнять человека рядом с собой, и тихо сказала: «Я как раз думала о том, чтобы поехать с тобой обратно в Нью-Йорк». Говард Джеффри улыбнулся: «Думаешь об этом с самого утра?» «Да, я думаю о том, что взять с собой в Нью-Йорк». «Всё на месте». Ребекка, прислонившись к плечу Говарда Джеффри, серьезно сказала: «Мне нужно принести Эндрю подарок, а также купить что-нибудь для твоей матери». ---------- Глава 581-303: Больше никогда не расстанемся (2/2) Говард Джеффри лукаво улыбнулся и сказал: «Уже знаешь, как угодить моей маме?» Бекка раздраженно посмотрела на Говарда Джеффри: «Ты каждый день занят работой. Ты знаешь, что твоя мать нездорова?» "Хм?" «У твоей матери всегда были проблемы со спиной… Она знает, что вы с мистером Джонсом очень заняты, и не хочет затягивать ваш визит или заставлять вас волноваться, поэтому никогда тебе об этом не говорила». Глаза Говарда Джеффри потемнели, и он с чувством вины произнес: «Это моя халатность». Бекка обняла Говарда Джеффри за плечо и утешила его: «Это не твоя вина. Твоя мама знает, что ты почтительный к родителям, и намеренно скрывала это от тебя…» «Когда вы узнали?» «Это было…» — Бекка помолчала секунду, а затем изменила тон: — «Это было, когда я позвонила твоей маме, и она нечаянно упомянула об этом». Она не сказала Говарду Джеффри правду, потому что не хотела поднимать перед ним тему "города Y". Она обнаружила это, когда две ночи гостила у миссис Джеффри, пока Мари делала операцию в городе Y. Причина, по которой она не упомянула «Y-Сити» Говарду Джеффри, заключалась в том, что счастье, которое она сейчас испытывала, было слишком с трудом завоевано, и она не хотела вспоминать все, что произошло в Y-Сити. Говард Джеффри нежно поцеловал Бекку: «Ты очень внимательная». Бекка оттолкнула опущенную голову Говарда Джеффри и застенчиво пожаловалась: «Не делай так постоянно… Вокруг так много людей». Слуги все наблюдали за ней! Говард Джеффри небрежно сказал: «Я не против», а затем поцеловал Бекку, переместив взгляд с лица на губы. Бекка застенчиво повернула голову: «Эй, я серьезно, пойдемте сейчас же по магазинам!» Говард Джеффри неохотно спустил губы с губ Бекки и ласково постучал ее по носу: «Хорошо, как скажешь». Говард Джеффри лично отвёз Бекку в центр города. Бекка была очень довольна и, садясь в машину, наградила Говарда Джеффри поцелуем, но ее застали врасплох и страстно поцеловали внутри машины. Разумеется, при дневном свете зажечь огонь в машине невозможно. После очередной поспешной развязки Бекка, покраснев, поправила одежду, вновь испытывая чувство вины перед кем-то в глубине души. К слову, она прожила с ним на вилле уже более двадцати дней… В течение этих более чем двадцати дней они спали в основном в отдельных комнатах. Кстати, он решал эту проблему лишь однажды; конечно, это не исключает того, что он справится с ней сам… Как бы то ни было, с ним поступили несправедливо; она знала, что он с большим трудом сдерживается. Когда машина остановилась у входа в самый большой торговый центр в Т-Сити, Бекка замерла в салоне. Говард Джеффри вышел из машины и открыл дверцу для Бекки, осторожно подняв ее, чтобы рана, которая еще не полностью зажила, не причинила боли при выходе из автомобиля. Придя в себя, Бекка посмотрела на шумную толпу и, нервно держа Говарда Джеффри за руку, сказала: «Здесь так много людей, может, лучше пойдем в какой-нибудь торговый центр поменьше?» Говард Джеффри обнял Бекку, улыбнулся и спросил: «Чего ты боишься?» Бекка с тревогой сказала: «Здесь так много людей, они могут тебя узнать, а если придут репортеры…» Она уже представляла, как новость о её отношениях с ним потрясёт весь мир, если она станет известна, и, вероятно, всех ошеломит. Ей было все равно, как о ней напишут СМИ; она беспокоилась о нем… Говард Джеффри держал Бекку на руках, когда они шли к торговому центру, на его губах играла улыбка: «Как думаешь, я не буду против появиться с тобой на публике?» Бекка ошарашенно повернулась, чтобы взглянуть на привлекательный профиль Говарда Джеффри, и неуверенно спросила: «Вы действительно не возражаете?» Говард Джеффри остановился и нежно взъерошил волосы Бекки: «Глупышка, почему я должен возражать? Мы собираемся пожениться и объявить о наших отношениях всему миру…» Бекка слегка прикусила губу и недоверчиво спросила: "Мы поженимся?" "Конечно." Бекка пристально посмотрела на Говарда Джеффри, ее сердце переполнялось эмоциями, и она нерешительно произнесла: «Я ведь сейчас не сплю, правда?» Она задала этот вопрос еще раз. Говард Джеффри с сочувствием обнял Бекку: «Не слишком ли много обидных слов я сказал раньше, из-за чего ты сейчас так сомневаешься в наших отношениях?» Бекка подняла голову в объятиях Говарда Джеффри и с горечью сказала: «Меня не волнует прошлое; меня волнует только ты…» Говард Джеффри нежно обхватил скорбное лицо Бекки ладонями, выражая безграничную любовь: «Мне так повезло, что ты у меня есть». Бекка с уязвимостью сказала: «Знаешь? Я не такая сильная, как все думают. Без тебя я жила очень плохо, очень плохо… Я не могла перестать думать о тебе, даже зная, что мы с тобой невозможны…» Говард Джеффри извиняюще вытер слезы с уголка ее глаза и хрипло произнес: «Простите…» Бекка, задыхаясь, выпалила: «Я не хочу, чтобы ты говорила „Извини“. Я просто хочу, чтобы ты пообещала мне, что никогда не оставишь меня одну в этой жизни». Говард Джеффри кивнул, в горле перехватило дыхание, он не мог произнести ни слова. Лицо Бекки озарилось радостью: «Тогда давай поженимся, когда вернёмся в Нью-Йорк, хорошо?» Говард Джеффри глубоко вздохнул: «Конечно, если хотите, мы можем прямо сейчас отправиться в Бюро по гражданским делам». Бекка игриво сказала: «Нет, я хочу зарегистрироваться в Нью-Йорке, и я хочу, чтобы твоя мама была свидетельницей этого». "Хорошо…" Говард Джеффри поцеловал Бекку в лоб, и на его губах чувствовалось всё тепло его жизни. Бекка обняла Говарда Джеффри за шею, подошла на цыпочки и инициирующе поцеловала его в губы. Они не заметили, что вокруг них уже собралось много прохожих. Сначала толпу привлекли их броские лица и смелая публичная демонстрация чувств перед торговым центром, но вскоре они узнали знакомые лица… Затем кто-то из толпы начал кричать: «Это Говард Джеффри, это Говард Джеффри…» После долгого поцелуя вокруг них уже собралось много людей. Многочисленные вспышки и мерцание магниевых ламп ясно указывали на прибытие большого количества представителей СМИ… Бекка чувствовала, как вокруг становится всё больше людей и всё чаще разгораются разговоры о них. Несмотря на то, что она сливала всех остальных с собой, она всё ещё немного стеснялась, прижавшись к нему и спросив: «Что нам теперь делать?» При таком количестве людей они, вероятно, не смогут пойти по магазинам… В этот момент Говард Джеффри взял Бекку за руку и направился прямо к торговому центру. "Хм?" Все еще пребывая в оцепенении, Бекка следовала за шагами Говарда Джеффри. ---------- Главы 582–304: Маленькая дьяволица обманывает своего отца На глазах у всех Говард Джеффри, словно давая клятву, заявил: «С сегодняшнего дня я хочу, чтобы весь мир знал — мы вместе». Нью-Йорк. Ребекка Квентин вошла в особняк Джонса, держа за руку Говарда Джеффри. Говард Джеффри разговаривал со слугами, а Ребекка Квентин тем временем совершала телефонный звонок. "Да, сестрёнка… новости, которые ты видела, правдивы… Я не могу объяснить это по телефону… А? Ты хочешь приехать в Нью-Йорк ко мне… хорошо… ладно, я подожду тебя!" Сразу после завершения разговора с Кристин Куинн телефон Ребекки Квентин зазвонил снова; на этот раз это была Изабелла Джоанна. Ребекка Квентин ответила с улыбкой: «Эй… ну… все тонкости этого процесса я не могу объяснить по телефону… Что? Вы тоже хотите приехать в Нью-Йорк, и с генералом Леонардом? Э… хорошо, конечно, увидимся в Нью-Йорке!» Повесив трубку, Ребекка Квентин неловко посмотрела на Говарда Джеффри, который тоже только что закончил разговор со слугами. «Как дела?» — спросил Говард Джеффри. «Моя сестра и Изабелла сказали, что приедут в Нью-Йорк, чтобы навестить меня». Говард Джеффри обнял Ребекку Квентин и направился к вилле, сказав: «Это здорово, они смогут приехать и разделить с нами наше счастье». Ребекка Квентин покачала головой, помолчала несколько секунд, а затем добавила: «Они боятся, что ты снова будешь меня запугивать!» На лице Говарда Джеффри мгновенно появилось беспомощное выражение. Особняк Джонсов был не в новинку для Ребекки Квентин, но она впервые вошла в этот дом, держась за руку с Говардом Джеффри, что немного ее нервировало. Слуги явно заранее знали об их возвращении, так как все они приветливо улыбались им. Поначалу Ребекке Квентин показалось, что это будет неловко, но под восторженными и доброжелательными взглядами слуг ее напряженное тело постепенно расслабилось. "Бекка!!" Из холла особняка внезапно раздался добрый голос. Войдя в холл, Ребекка Квентин подняла глаза и увидела миссис Джеффри, спускающуюся со второго этажа. Ребекка Квентин слегка улыбнулась миссис Джеффри. Миссис Джеффри быстро подошла к Ребекке Квентин и Говарду Джеффри, но ее взгляд ни на секунду не задержался на Говарде Джеффри, вместо этого она потянула Ребекку Квентин сесть на диван в коридоре. Миссис Джеффри тепло спросила: «Почему вы так опоздали?» Они должны были прибыть утром, но добрались туда только после обеда. «По пути было много репортеров… Говард никому не позвонил, чтобы их заблокировать, поэтому мы довольно сильно задержались». «По крайней мере, он наконец-то вернул тебя… Ты голоден? Может, попрошу слуг приготовить тебе что-нибудь?» «Я не голоден; я что-то ел в самолете». "Затем…" Говард Джеффри сел на подлокотник дивана, держа Ребекку Квентин за плечо, и серьезно сказал: «Мама, я вернулся с Беккой, не могла бы ты включить меня в свой список гостей?» Миссис Джеффри сердито посмотрела на Говарда Джеффри: «Я смотрю на вас уже больше тридцати лет; вам не кажется, что этого достаточно?» Говард Джеффри на мгновение смутился. "Мама…" Взгляд миссис Джеффри снова обратился к Ребекке Квентин, и она тепло спросила: «Перелет длился больше десяти часов, устала? Не хочешь подняться наверх и немного отдохнуть?» Ребекка Квентин покачала головой и с нетерпением сказала: «Я хочу увидеть Эндрю». Миссис Джеффри доброжелательно улыбнулась: «Знаю, он сейчас спит наверху… сходите к нему». «Хорошо». Сказав это, Ребекка Квентин быстрым шагом бросилась наверх. Видя, как сильно Ребекка Квентин хочет увидеть своего сына, миссис Джеффри невольно остановила Говарда Джеффри, который тоже собирался подняться за Ребеккой Квентин наверх, и серьезно сказала: «Вы мне еще ничего не объяснили!» Говард Джеффри уговаривал: «Мама, дай мне сначала проведать Эндрю; поговорим позже». "Ни за что!!" По настоянию миссис Джеффри, Говарду Джеффри ничего не оставалось, как подчиниться, и он примирительным тоном сказал: «Хорошо, спрашивайте что хотите, и я отвечу». Миссис Джеффри взглянула в сторону второго этажа, убедившись, что Ребекка Квентин скрылась из виду, и спросила: «Вы вдруг преподнесли мне такой большой сюрприз; скажите, каковы ваши истинные чувства к Бекке?» «Мама, мои чувства к Бекке искренние». Миссис Джеффри фыркнула: «А, теперь вы говорите, что это правда. Но вы же мне этого не говорили, когда были в городе Y…» Говард Джеффри помолчал несколько секунд: «У того, что я сказал вам в городе Y, были причины». «Теперь ты говоришь, что есть причины, но тебе она явно нравилась. Почему ты до сих пор был связан с Элис Робинсон? Ты понимаешь, насколько бессердечным ты был по отношению к Бекке тогда?» «В будущем я загладлю свою вину перед ней». «Сынок, не все раны заживают… даже если ты мой сын, должна сказать, на месте Бекки я бы ни за что не дала тебе еще один шанс!» ---------- Главы 583–304: Маленький дьявол обманывает своего отца (Часть 2) Говард Джеффри тихонько усмехнулся, заговорщически обняв мать за плечо, и прошептал: «Мама, лучше не говори Бекке об этом…» Миссис Джеффри оттолкнула Говарда, строго глядя на него: «Ты думаешь, она глупа, что так играет со своими чувствами?» Увидев, что его мать действительно разгневана, Говарду пришлось терпеливо объяснить: «Мама, всё не так, как кажется на первый взгляд, разве ты не знаешь, какой человек твой сын?» «Я просто не могу понять, кто из Элис и Бекки тебе больше нравится?» Говард продолжал слабо улыбаться: «За все эти годы, был ли я когда-нибудь с другой женщиной?» "Ты имеешь в виду…" Взгляд Говарда переместился наверх, словно прекрасная фигура все еще была там, и он искренне и серьезно произнес: «Она мне всегда нравилась». Миссис Джеффри тут же вздохнула с облегчением: «По крайней мере, мне не нужно беспокоиться о том, что у моего внука в будущем появится мачеха». Говард снова обнял мать за плечо и уговаривал: «Разве я не обещал тебе еще нескольких внуков, чтобы составить тебе компанию?..» «Вы уверены, что выбрали правильного?» «Я уверен, и это никогда не менялось». «Хорошо, тогда я приму Бекку в качестве своей невестки… Если ты посмеешь снова её подвести, я тебя не прощу!» "Хорошо…" «Сходите к Эндрю, даже если не увидите его хотя бы один день, он сильно изменится. Теперь он может так много рассказать…» «Мама, спасибо тебе за то, что ты заботилась об Эндрю в это время. Тебе нездоровится; тебе следовало сказать мне раньше…» Проявив детское любопытство, Ребекка Квентин неотрывно смотрела на Эндрю, который крепко спал на небесно-голубой детской кроватке. Прошло немало времени, и малыш, кажется, так сильно подрос с тех пор, как она видела его в последний раз… По словам её тёти, сейчас он настоящий маленький проказник, часто вытворяет вещи, от которых у взрослых голова болит, но, судя по его спокойному и безмятежному спящему виду, он похож на невинного и очаровательного маленького ангела, в котором нет и следа озорства. Однако, даже если он и маленький проказник, это вполне нормально, учитывая поговорку «каков отец, таков и сын»; подумав об этом, Ребекка не смогла удержаться и поцеловала румяную щеку Эндрю. "Разве он не милый?" В какой-то момент вошел Говард, сел рядом с ней и, обняв ее, попросил об этом. Взгляд Ребекки не отрывался от невинного лица девочки, и она довольно кивнула. «Он очень непослушный; мама мне об этом много раз звонила». Ребекка повернулась к Говарду и серьезно спросила: «Вы уверены, что ребенок, которому чуть больше года, может быть непослушным?» Говард добавил: «Если быть точным, он озорной». Ребекка не согласилась: «В этом возрасте дети от природы игривы. Нельзя называть его непослушным за его детские выходки… Вы всерьез думаете, что он специально испортил ваши документы чернилами, чтобы вы провели с ним время, держа его на руках?» Говард усмехнулся, проведя бровями: «Ты вообще об этом знаешь?» «Твоя мама мне сказала». «Похоже, моя мама сейчас тебе ближе, чем я». Ребекка гордо улыбнулась: «В будущем мы обязательно станем еще ближе». Говард чмок Ребекку в губы: «Значит ли это, что в будущем я не буду иметь никакого положения в этой семье?» «В общем, для мамы это первое место, для Эндрю — второе, а ты…» Говард недовольно нахмурил брови: «Третье место ещё до свадьбы?» Ребекка обняла Говарда за шею и многозначительно сказала: «Нет, ты даже не третий; ты последний…» Говард многозначительно посмотрел на очаровательное лицо Ребекки: «Значит, нам нужно усердно работать, чтобы занять третье, четвертое и пятое места, чтобы в итоге я оказалась последней?» Ребекка застенчиво рассмеялась. В этот момент на кровати проснулся слабенький мальчишка, потер глаза и открыл свои невинные маленькие глазки. Ребекка быстро оттолкнула Говарда и взволнованно воскликнула: «Эндрю проснулся…» Говард был несколько озадачен этим толчком, но увидел, что Ребекка уже подняла Эндрю с кровати. Эндрю, только что проснувшийся, был в очаровательно растерянном состоянии, его яркие и ясные глаза невинно смотрели на родителей. "Мама…" Говард крикнул в сторону улицы. Ребекка нахмурилась: «Что ты делаешь?» «Мне нужно позвонить маме. Как ты с ним поступишь?» «Разве ты не помнишь, что однажды я одна за ним ухаживала?» Говард улыбнулся, наблюдая за невинным, слабым мальчишкой, стоящим на кровати, и поцеловал Ребекку: «Дорогая, он уже не четырех- или пятимесячный ребенок; он гораздо более проблемный, чем ты думаешь». "Я не боюсь." После этого Ребекка помогла Эндрю одеться, а затем, поддерживая его, когда он встал на маленькую кроватку, серьезно спросила хилого мальчишку: «Ты узнаешь маму?» Эндрю моргнул своими невинными глазами, глядя на Ребекку, и ничего не сказал. Не получив ответа от Эндрю, Ребекка с серьезным видом повторила: «Это мама… Помнишь? В прошлый раз мама приходила к тебе и водила играть в сад…» У Эндрю по-прежнему было безразличное выражение лица. Ребекку охватило чувство разочарования при виде невинного, ничего не понимающего взгляда сына. Говард обнял Ребекку, но его взгляд был властным, когда он посмотрел на очаровательного Эндрю: «Позвони маме». Эндрю посмотрел на отца, моргнул своими длинными, густыми ресницами и ласково позвал: «Папа». Говард повторил более строго: «Позвони маме!» Эндрю, казалось, почувствовал себя обиженным, опустил длинные ресницы и детским голосом позвал: «Папа». Увидев, как Говард доводит Эндрю почти до слез, Ребекка быстро обняла его и отчитала: «Перестань давить на него. Это нормально, что он так реагирует, ведь он меня редко видит…» Хотя Говард больше ничего не сказал, его выражение лица по отношению к Эндрю оставалось суровым. Эндрю внезапно уткнулся в объятия Ребекки, его крошечные ручки крепко обнимали Ребекку, и он обвиняюще уткнулся ей в плечо: «Мамочка… Папочка… злой… злой…» Услышав, как Эндрю зовет ее, Ребекка тут же улыбнулась: «Не бойся, мама здесь». Оказалось, сын ее все-таки не забыл… Однако выражение лица Говарда помрачнело. Он… он действительно был перехитрен собственным сыном! Ребекка с восторгом подняла Эндрю с кровати и сказала Говарду: «Теперь он наконец-то понимает, что мы говорим…» «Теперь вы видите, какой он непослушный, правда?» «Нет…» — Ребекка поцеловала пухлую щечку Эндрю, — «Он очаровательный». ---------- Главы 584–305: Ярость в кабинете против потрясений в доме Робинсонов Миссис Джеффри вошла с улицы, посмеиваясь: «Да, наш Эндрю такой умный и очаровательный…» Ребекка Квентин бросила на Говарда Джеффри многозначительный взгляд: «Пожалуйста, не разговаривайте со своим сыном так серьезно в будущем, он не является одним из ваших подчиненных». "Я…" Миссис Джеффри вмешалась: «Верно, Бекка, тебе нужно немного контролировать Говарда, он не может сейчас так сурово обращаться с ребенком…» «Мама, я не была с ним строга…» «Вы только что очень строго с ним разговаривали». Говард Джеффри внезапно почувствовал, что не может ничего объяснить. Ребекка Квентин проигнорировала Говарда Джеффри и вывела Эндрю поиграть на улицу. Стоя на балконе второго этажа и наблюдая за тем, как Ребекка Квентин и миссис Джеффри радостно играют с Эндрю в саду, Говард Джеффри довольно улыбался, потягивая красное вино из своего бокала. «Босс». В какой-то момент за спиной Говарда Джеффри появился Джейсон Вуд и уважительно окликнул его. Взгляд Говарда Джеффри не отрывался от происходящего в саду, и он в необычайно хорошем настроении ответил: «Хм». «Насколько я могу судить, Честер Робинсон в последнее время не предпринимал никаких действий». Говард Джеффри слегка нахмурил брови: «А, ни единого движения?» Джейсон Вуд кивнул: «Он по-прежнему работает в больнице как обычно, похоже, ничего страшного нет». Говард Джеффри обернулся, его выражение лица вновь стало серьезным, и он спросил: «Вы думаете, он просто так сдался?» «Нет, я считаю, что реакцию Честера очень сложно предсказать. Если бы это был кто-то другой, никакая реакция была бы невозможна», — серьезно проанализировал ситуацию Джейсон Вуд. В глазах Говарда Джеффри на мгновение мелькнул свирепый блеск, и он холодно произнес: «Хорошо, продолжайте следовать плану, как и прежде». Джейсон Вуд взволнованно ответил: «Да». После столь долгого ожидания они наконец-то смогли перейти к следующему этапу плана. Говард Джеффри снова посмотрел в сторону сада и спокойно добавил: «Будьте осторожны, не недооценивайте противника». "Да." После ухода Джейсона Вуда глубокий взгляд Говарда Джеффри постепенно потускнел, в нем повисла сильная холодность. Когда Говард Джеффри спустился со второго этажа, он увидел Ребекку Квентин и миссис Джеффри, которые несли на руках Эндрю, возвращавшихся из сада. Эндрю вспотел от игры, было очевидно, что он прекрасно провел день. Чувствуя себя несколько обделенным вниманием, Говард Джеффри взял Эндрю из рук Ребекки Квентин и строго спросил: «Папа когда-нибудь говорил тебе, что нельзя постоянно просить, чтобы тебя подержали на руках?» Эндрю почувствовал, что совершил ошибку, опустил глаза, и вся его улыбка сменилась страхом. Миссис Джеффри сочувственно погладила Эндрю по голове: «Бекка, видишь, он опять был груб с ребёнком…» Ребекка Квентин пожаловалась, тихо позвав: "Говард…" «Я не был резок…» Миссис Джеффри тут же забрала Эндрю из рук Говарда Джеффри и раздраженно сказала: «Ему нравится быть рядом с тобой, каждый раз, когда ты возвращаешься, он подбегает к тебе. Неужели ты не можешь быть хорошим отцом?» "Мама…" Миссис Джеффри уже отвела Эндрю наверх, говоря по дороге: «Дорогой Эндрю, папе всё равно, но у тебя есть бабушка и мама, которые о тебе позаботятся. Пойдём помоем руки…» Говард Джеффри посмотрел на Ребекку Квентин, ища подтверждения: «Бекка…» Ребекка Квентин утешительно обняла Говарда Джеффри: «Я понимаю, как вы хотите воспитать ребенка, но он еще очень мал. Вы постоянно хотите, чтобы он изучал то и это, это его пугает». «Он боится? Когда вы все рядом, он, кажется, совершенно не боится моего присутствия как отца». «Это неправда, когда вы только что с ним разговаривали, он опустил голову…» «Это потому, что он пытается завоевать вашу симпатию». «Эй, почему ты так хитро описываешь собственного сына? Потому что ты сам привык быть хитрым и поэтому думаешь, что твой сын тоже хитрый?» Говард Джеффри рассмеялся, обнимая Ребекку Квентин за талию: «Я просто не хочу, чтобы ты его так баловала». Ребекка Квентин посмотрела на него, нахмурившись: «Ты его тоже балуешь…» "Правда?" «Да, однажды я увидела, что Эндрю не хочет идти и просит тебя подержать его. Ты отказалась, но он продолжал настаивать, и тогда ты не выдержала и взяла его на руки… Разве это не баловство?» «Дорогая, этого никогда не было…» «Да, это было в Т-Сити…» "…" Столовая в особняке Джонса. Вся семья ужинала в тёплой обстановке. В этот момент Эндрю находился на руках у Говарда Джеффри, а Ребекка Квентин кормила его. «Эндрю, открой рот…» Малыш послушно открыл рот, а затем откусил кусочек еды. Ребекка Квентин с удовольствием вытерла рот Эндрю, любуясь его милым выражением лица, когда он проглатывал еду. Взгляд Говарда Джеффри также упал на невинное личико Эндрю, наполненное глубокой отцовской любовью. ---------- Главы 585–305: Неистовые страсти в кабинете против потрясений в доме Цяо (Часть 2) Миссис Джеффри с облегчением посмотрела на увиденное и вздохнула: «Если бы раньше я могла смотреть на вещи так же легко, как сейчас, возможно, я бы увидела это давным-давно…» Говард Джеффри перевел взгляд: «Мама, разве мы не договорились не вспоминать прошлое…» Миссис Джеффри улыбнулась и, извиняясь, посмотрела на Бекку, сказав: «Бекка, ты меня винишь?» Смерть отца когда-то глубоко запечатлелась в памяти Бекки, но в этот момент воспоминания о прошлом казались ей чем-то из другой жизни. Губы Бекки изогнулись в легкой улыбке, и она тихо и медленно произнесла: «Достаточно». Обиды предыдущего поколения уже погубили слишком многих людей, она лишь надеется, что все вернется на круги своя, где она будет просто дочерью Александра Квентина из Т-Сити, которой посчастливилось выйти замуж за президента корпорации «Скайтоп», и где счастье только начнется. Миссис Джеффри кивнула, в глазах у нее едва заметны слезы. «Бабушка, я хочу… поспать с мамой». В этот момент заговорил Эндрю, и воспоминания всех присутствующих резко оборвались, вернув их к тому счастливому моменту, который они пережили. Миссис Джеффри вернулась в настоящее и с нежностью посмотрела на малыша, который, держа еду во рту, кивнул: «Хорошо…» Бекка была польщена: «Эндрю, ты готов спать с мамой?» Эндрю протянул руку и обнял Бекку за шею, прижавшись лицом к ее лицу. Бекка с радостью взяла Эндрю из объятий Говарда Джеффри и несколько раз поцеловала его: «Какой хороший мальчик». Все в столовой были в восторге от увиденного, все чувствовали, что, в конце концов, она настоящая мама! Однако, как оказалось, навязчивого хозяина заведения в этот момент проигнорировали, он явно был немного недоволен, но никто этого не заметил. «Синьэр, иди приготовь гостевую комнату для Говарда Джеффри на сегодня». Затем миссис Джеффри дала распоряжение стоявшему рядом слуге. Получив приказ, слуга вышел. Лицо одного из присутствующих стало ещё более отвратительным. Бекка продолжала сосредоточенно играть с Эндрю, совершенно не замечая чьего-либо выражения лица. Миссис Джеффри любезно сказала Бекке: «Вашему сыну нужно будет поесть ночью, и, возможно, поменять подгузник. Сегодня вечером я попрошу служанку прийти к вам домой, вы можете позвать ее на помощь». Бекка поспешно ответила: «Не нужно, тётя, я сама справлюсь». «Ни в коем случае, с малышом сложно справиться, пусть слуги помогут тебе несколько дней, пока ты не привыкнешь». «Хорошо тогда…» — Бекка опустила голову и обратилась к малышу на руках: «Маленький Энди будет послушно слушаться маму, правда?» Эндрю послушно кивнул. «Видишь, он такой рассудительный». Бекка не удержалась и снова поцеловала сына. В конце концов, Говард Джеффри не выдержал и, явно раздраженный, посмотрел на мать: «Мама, можешь объяснить, зачем ты готовишь для меня гостевую комнату?» Миссис Джеффри спокойно объяснила: «Эндрю хочет спать с Беккой, поэтому, естественно, вы будете спать в гостевой комнате». «Я могу спать с ними». «Конечно, нет, как ребенок может спать с родителями? Родители повлияют на ребенка». «Воздействие», о котором говорила миссис Джеффри, явно имело скрытый смысл, и это вызвало тайный смех среди нескольких слуг в столовой. Говард Джеффри справедливо заметил: «Мама, ребёнок ничего не понимает…» Миссис Джеффри нахмурила брови: «Вы уверены, что присутствие ребенка рядом… это нормально?» "Мама…" Миссис Джеффри махнула рукой: «Довольно, хватит болтать, Бекке только что сделали операцию, раздельный сон поможет ей быстрее восстановиться…» Говард Джеффри повернул лицо, чтобы посмотреть на Бекку. Теперь, если Бекка скажет хоть слово, его можно будет спасти сегодня вечером. Однако Бекка, полностью погруженная в радость от ночи, проведенной с Эндрю, совершенно не заметила взгляда Говарда Джеффри; она разговаривала с Эндрю. Миссис Джеффри заметила сильное недовольство сына и тут же пошла на компромисс, сказав: «Эм… Бекка, что ты думаешь?» Бекка подняла голову: "А?" Миссис Джеффри с любовью улыбнулась: «Сегодня ночью ты будешь спать с Эндрю, а Говард Джеффри — в гостевой комнате, хорошо?» Бекка кивнула: «Конечно». Говард Джеффри бросил на Бекку испепеляющий взгляд. Бекка совершенно не заметила взгляда Говарда Джеффри и продолжила разговаривать с Эндрю, держа его на руках. Затем миссис Джеффри мягко сказала Говарду Джеффри: «Тогда давайте устроим это вот так!» После того как Эндрю, завернутый в полотенце, вымыли, голый малыш вышел из ванной, и Бекка тут же уложила его в постель. «Моя дорогая, тебе холодно?» Эндрю покачал головой, его сияющие глаза с удовлетворением смотрели на Бекку. Бекка одевала Эндрю в постели, чувствуя себя довольно смущенной: «Прости, мама только что пролила пену тебе в уши… Мама была так невнимательна, довольно неуклюжа, когда купала тебя, но мама постепенно научится это делать лучше…» «Мама замечательная!» Эндрю, которого мама одела, довольно похвалил ее. Бекка выглядела взволнованной: «Правда?» Эндрю кивнул. Бекка не удержалась и наклонилась: «Тогда поцелуй маму…» Малыш великодушно шлёпнул Бекку по щеке. Сердце Бекки наполнилось радостью, она ответила на поцелуй малыша и сказала: «Эндрю, мама сейчас пойдет умыться, ты можешь поиграть с игрушками в кровати или поспать, мама вернется и посидит с тобой, хорошо?» «Мамочка, я не хочу играть с игрушками… Я иду спать». Сказав это, малыш послушно закрыл глаза. «Хороший мальчик». Бекка крепко укутала Эндрю одеялом, ее сердце переполняла любовь от времени, проведенного с сыном. Бекка, раздевшись, стояла под душем и рассматривала шрам внизу живота. К счастью, рана зажила лучше, чем ожидалось, и некрасивый шрам постепенно уменьшался, а теперь даже купание не будет мочить рану… Теплая, приятная вода лилась на ее тело, пока Бекка неторопливо мылась… На полпути она внезапно выключила кран, замерла всем телом. Она… не видела Говарда Джеффри с ужина! Вернувшись, она наслаждалась временем, проведенным с сыном, и, казалось, никого не замечала. Однако почему этот человек не пришел к ней сегодня вечером? Подождите, во время обеда тётя, кажется, упомянула… Бекка слегка приоткрыла рот, когда это поняла. Быстро допив ванну, Бекка надела халат и вышла. ---------- Глава 586-306: Будьте уверены, моя госпожа — ваш муж никогда не будет плохо обращаться со своей невестой (1) Она первой подошла к постели, чтобы посмотреть на малыша… Малыш уже уснул, и раздавался очень тихий храп. Ребекка Квентин довольно улыбнулась, поцеловала малышку и вышла из комнаты. Она коротко поговорила со слугой, ожидавшим у двери, воспользовалась случаем, чтобы спросить, где находится гостевая комната, в которой остановился Говард Джеффри, а затем направилась в комнату Говарда Джеффри. Она несколько раз постучала в дверь, обнаружила, что Говарда Джеффри нет в комнате, и задумалась про себя. Может, он злится? Она немного поискала, а затем спросила слугу и выяснила, что он находится в кабинете на первом этаже. Подойдя к двери кабинета, Ребекка Квентин слегка льстиво улыбнулась и осторожно постучала. "Войдите." Изнутри раздался неизменно безразличный голос. Ребекка Квентин сохранила обаятельную улыбку, повернула дверную ручку и вошла. Говард Джеффри разговаривал по телефону. Увидев, как Ребекка Квентин незаметно проскользнула внутрь, он сказал собеседнику: «Мм, сделайте, как вы предложили… Давайте на этом и остановимся». Закончив разговор, Говард Джеффри неторопливо откинулся на спинку кресла, спокойно глядя на Ребекку Квентин. Ребекка Квентин сознательно переместилась за спину Говарда Джеффри и с чувством вины в голосе сказала: «Прости, что я сегодня тебя проигнорировала…» «Ты собираешься родить сына, а потом забыть обо мне?» Ребекка Квентин, которую было очень щекотно, объяснила слегка дрожащим голосом: «Я просто так давно не видела Эндрю… Вы же понимаете, правда?» «Я не понимаю». «Твоя мама права, на глазах у ребенка… это действительно нехорошо». «Есть и другие варианты… например, диван, ванная комната, балкон…» Балкон? О боже, он даже подумал об этом месте! «Тогда что мне теперь делать? Когда твоя мама спросила меня, даже если я и подумала, я не могла смело сказать ей, что хочу… хочу переспать с тобой!» Ребекка Квентин украдкой приоткрыла один глаз, чтобы взглянуть на него. Увидев его нахмуренное лицо, она удрученно спросила: "Разве это плохо выглядит?" «Нет, он похож на цветок, чистый цветок». "Говард…" Говард Джеффри поцеловал Ребекку Квентин в лоб и с любовью спросил: «Я только что повредил твою рану?» Ребекка Квентин покачала головой. "Хочешь, я отнесу тебя обратно в комнату?" «Не нужно, было бы нехорошо, если бы слуги увидели… Я просто хочу немного побыть в твоих объятиях». Сказав это, Ребекка Квентин устало закрыла глаза. Говард Джеффри поцеловал её сомкнутые ресницы и нежно ответил: «Хорошо». Лицо Ребекки Квентин застенчиво покраснело, она невольно винила себя в глубине души, чувствуя, как её мысли становятся всё более нечистыми… Она покачала головой, намереваясь пойти в ванную, чтобы еще раз принять душ, но в этот момент зазвонил телефон. Звонившая — Кристин Куинн. Ребекка Квентин тут же нажала кнопку ответа и прошептала: «Здравствуйте…» Услышав приглушенный голос Ребекки Квентин, Кристин Куинн не удержалась и поддразнила: «У тебя странный голос, я тебе не мешаю?» «Нет… Эндрю рядом со мной, я не хочу его будить». «Вы хотите сказать, что Говард не рядом с вами?» «Сестрёнка, ты ведь наверняка позвонила не для того, чтобы задать мне этот вопрос, правда?» «Ты так долго с Говардом, а всё ещё такая застенчивая». "Эй… Ты всё ещё хочешь поговорить как следует или нет?" Кристин Куинн снова усмехнулась и сказала: «Я хотела вам сказать, что мы с Изабеллой вот-вот сядем в самолет…» Ребекка Квентин радостно воскликнула: «Когда вы приедете? Мистер Джонс и генерал Леонард едут вместе?» «Ты узнаешь, когда мы туда доберемся… Кстати, ты смотрел новости в последнее время?» Ребекка Квентин посетовала: «Вы снова собираетесь расспрашивать меня и Говарда? Я расскажу подробнее, когда вы придете…» Кристин Куинн перебила: «Я не спешу расспрашивать вас о Говарде. Я увидела новость, которая меня порадовала, и хочу поделиться ею с вами». «Какие новости?» «Дэвид Робинсон умер от рака, вся семья Робинсонов сейчас в смятении, все члены семьи Робинсонов борются за наследство…» «Дэвид Робинсон?» — Ребекка Квентин замерла, — «Это отец Честера?» Кристин Куинн рассмеялась и ответила: «Да, это отец Алисы. Я слышала, что дело о наследстве вызвало большой ажиотаж, Честер и Алиса могут не получить ни копейки…» На следующий день. «Ну же, дай тёте подержать тебя на руках, малыш Эндрю… Тётя так по тебе скучала». Как только Кристин Куинн вошла в дверь, она поставила свой багаж и взяла Эндрю, которого держала на руках его мать. Изабелла Джоанна тоже собралась вокруг Кристин Куинн, поддразнивая Эндрю: «Эй, мой дорогой, ты меня узнаешь? Тетя приходила навестить тебя на твой первый день рождения…» «Генерал Леонард, я не ожидала, что у вас проявится такая отеческая забота», — поддразнила Ребекка Квентин, стоя перед Роджером Леонардом. Роджер Леонард смущенно воскликнул: «Ну, говорят, дочь — это любовница из прошлой жизни отца!» «Мы знаем, что ты обожаешь Дороти… Пойдем, позволь мне подержать ее на руках». Роджер Леонард осторожно передал Дороти Леонард и сказал: «Она голодна, капризничает и просит молока… Хорошо, что ты её подержишь, я пойду приготовлю ей бутылочку». Наблюдая, как Роджер Леонард спешит на кухню с детской бутылочкой, Ребекка Квентин не смогла сдержать смех. В этот момент с улицы вошли Говард Джеффри и Нельсон Льюис и разговорились. Несмотря на небрежную одежду, Говард Джеффри был безошибочно узнаваем как благородный человек: высокий, красивый и выдающийся. Ребекка Квентин дразнила слабачку у себя на руках: «Айви, ты голодна? Папа готовит тебе молоко… Ты такая милая… Твои глаза как чёрный виноград… Хочешь стать невесткой тёти в будущем?» Нельсон Льюис, идя вместе с Говардом Джеффри навстречу Ребекке Квентин, от души рассмеялся: «Ребекка, не рассчитывай на это, Дороти Роджера уже обещана нашему Микки, ей суждено стать невесткой нашей семьи». Услышав голос Нельсона Льюиса, Ребекка Квентин подняла глаза, но прежде чем она успела что-либо сказать, Говард Джеффри уже обнял её: «Дорогая…» На глазах у всех Говард Джеффри без стеснения использовал это интимное прозвище, после чего Изабелла Джоанна и Кристин Куинн, держащие на руках Эндрю, тут же прижались к нему. "Ух ты, как это сентиментально…" ---------- Глава 587-307: Будь уверена, дорогая моя, я не подведу невесту, Часть 2 «Хе-хе, значит, у мистера Джеффри тоже есть чувство романтики…» Кристин Куинн и Изабелла Джоанна начали подшучивать друг над другом, и лицо Бекки покраснело, она сердито посмотрела на них с недовольным видом: «Эй…» Нельсон Льюис от души рассмеялся: «Невеста стесняется…» Кристин Куинн и Изабелла Джоанна продолжали смеяться, сдерживая хихиканье. Говард Джеффри увидел, как лицо Бекки покраснело до ушей, и, найдя её ещё более очаровательной, не смог удержаться от того, чтобы снова её поцеловать, а затем смело заявил: «Прекратите издеваться над моей женой!» Слова Говарда Джеффри вызвали очередную волну смеха среди собравшейся толпы. Смущенная, Бекка легонько толкнула Говарда Джеффри локтем, а затем, покраснев, поприветствовала Нельсона Льюиса: «Мистер Льюис». Нельсон Льюис улыбнулся и сказал: «Не нужно быть таким формальным, просто называйте меня старшим братом, как это делает Говард…» Бекка неловко сказала: «Ты выглядишь не старше Говарда…» Роджер Леонард, только что закончивший готовить чай с молоком, подошел и сказал: «Старший брат и второй брат одного возраста, они как-то соревновались в старшинстве, и второй брат проиграл старшему брату…» Бекка повернулась к кое-кому, чье лицо напряглось, и поддразнила: «Ты проиграл?» Говард Джеффри сердито посмотрел на Роджера Леонарда: «Ты смеешь это поднимать?!» Роджер Леонард тут же притворился испуганным: «Хорошо, давайте сделаем вид, что я ничего не сказал». Нельсон Льюис рассмеялся еще громче. Бекка ухмыльнулась Говарду Джеффри: «Я попрошу генерала Леонарда мне сказать». Она ведь не могла упустить шанс увидеть, как этот всегда гордый человек потерпит поражение, не так ли? Красивое лицо Говарда Джеффри тут же потемнело. Бекка с любопытством спросила Нельсона Льюиса: «Э-э, старший брат, почему Тереза ​​не пришла, и что насчет Микки?» Нельсон Льюис ответил: «Тереза ​​на пятом месяце беременности, и я не хотел, чтобы она летела с большим животом. Что касается Микки, я планирую взять его с собой вместе с Терезой, когда вы с Говардом поженитесь…» Бекка радостно сказала: «Итак, Тереза ​​беременна, поздравляю!» "Спасибо." В этот момент из кухни вышла миссис Джеффри и приветливо пригласила: «Все садитесь, ужин скоро будет готов…» Группа молодых людей и девушек с удовольствием наслаждалась вкусным обедом, сопровождаемым радостным смехом. После обеда группа переместилась в сад и начала беседовать. В этот момент Бекка сидела на лужайке в тени дерева, болтая с Кристин Куинн и Изабеллой Джоанной, в то время как Говард Джеффри, Роджер Леонард и Нельсон Льюис элегантно потягивали красное вино, отдыхая в шезлонгах у бассейна неподалеку. Миссис Джеффри держала на руках спящую Айви Скотт, не забыв поручить слугам присмотреть за Эндрю, который играл один с игрушками на лужайке… Солнечные лучи пробивались сквозь листья и падали на Бекку, и, увидев всю эту красоту перед своими глазами, Бекка вдруг мило улыбнулась. Изабелла Джоанна бросила на нее злобный взгляд: «Дорогая, перестань просто тайком улыбаться. Ты еще ничего не рассказала нам о себе и мистере Джеффри!» Кристин Куинн с энтузиазмом добавила: «Да, Бекка, ты знаешь, я очень за тебя волновалась, когда увидела новости о том, что вы с Говардом снова сошлись…» Бекка кивнула: «Знаю, ты был в шоке, когда увидел новости; ты никогда не думал, что я снова сойду с Говардом». Изабелла Джоанна с нетерпением настаивала: «Тогда поскорее расскажите нам, что случилось…» «Да, если вы мне не скажете ясно, я всё равно не могу доверять Говарду, у него не очень хорошая репутация!» "Хорошо…" В ответ Бекка подробно рассказала Кристин Куинн и Изабелле Джоанне обо всем, что произошло между ней и Говардом за последние полгода. Разумеется, некоторые личные вопросы были просто опущены. Выслушав всё, Кристин Куинн нахмурилась и спросила: «Значит, это вы инициировали отношения с Говардом в М-Сити?» Бекка искренне кивнула: «Да». Кристин Куинн недовольно спросила: «А что, если бы вы не сказали этих слов?» Изабелла Джоанна рассмеялась, нежно обнимая Кристин: «Кристин, разве ты не слышала, как Бекка сказала, что в тот момент мистер Джеффри вернулся, игнорируя все и бросившись в эпицентр взрыва, чтобы найти Бекку, чуть не вступив в столкновение с полицией… Ты когда-нибудь вспоминаешь, чтобы мистер Джеффри так терял контроль над собой?» «Никогда прежде…» «Видите ли, они действительно нашли настоящую любовь в трудностях, и я думаю, что даже если бы Бекка ничего не сказала, мистер Джеффри бы всё равно сказал». Кристин Куинн серьезно спросила: «Бекка, что ты думаешь?» Бекка торжественно ответила: «Мне всё равно, кто первым сказал „будьте вместе“; я просто знаю, что хочу быть с ним». Кристин Куинн с нежностью выпалила: «Глупышка, в отношениях тебе следует стремиться быть пассивной стороной, потому что только когда ты пассивна, ты можешь увидеть инициативу другого человека и заставить его больше тебя ценить!» ---------- Глава 588-307: Будь уверена, дорогая моя, как твой муж, я никогда не подведу свою невесту (2) Изабелла согласно кивнула: «Я тоже так думаю, но ситуация с мистером Джеффри и Беккой довольно специфична. Они уже упустили столько возможностей. Если ни один из них не проявит инициативу, они могут продолжать упускать друг друга…» Кристин Куинн в замешательстве спросила: «Но если Говард Джеффри не может забыть Бекку, почему он до сих пор с Элис Робинсон? Я отчетливо помню, как жестоко он обращался с Беккой, когда они были в городе Y!» Изабелла бросила на нее взгляд и мягко напомнила: «Кристин…» Только тогда Кристин Куинн поняла, что поднимать эту тему в столь радостной атмосфере было несколько неуместно. Ребекка Квентин заметила обмен взглядами между подругой и сестрой, опустила ресницы и самоиронично усмехнулась: «Наверное, вы считаете меня совсем глупой, не так ли?» Изабелла поспешно сказала: «Нет, нет… Бекка, мы не это имели в виду». Кристин Куинн тоже поспешно обняла Ребекку Квентин: «Сестра тоже не это имела в виду… Сестра всегда надеялась увидеть тебя и Говарда Джеффри вместе, и теперь, когда вы наконец-то вместе, я не могу передать, как я счастлива… Сестра просто не хочет, чтобы тебе снова было больно!» В этот момент Ребекка Квентин медленно подняла глаза и посмотрела вдаль. Они смеялись и разговаривали, все были невероятно привлекательны, но, по ее мнению, двое других были размыты, и только он выделялся своей особой красотой. С легкой улыбкой в ​​глазах Ребекка Квентин хрипло произнесла: «Я никогда не спрашивала его об Элис Робинсон. Если он когда-нибудь захочет мне рассказать, я выслушаю. Но если он не захочет об этом говорить, я не буду спрашивать его об этом всю оставшуюся жизнь!» Дело не в том, что ей безразличны его романы с Элис Робинсон, просто ей не хватает смелости спросить его об этом. Кристин Куинн тихо вздохнула: «Я не знаю, винить ли тебя за такую ​​осторожность или посочувствовать тебе… Потому что, если бы это зависело от меня, я бы, наверное, сделала тот же выбор, что и ты». Из-за своих чувств она вынуждена быть осторожной. Изабелла также обняла Ребекку Квентин, смеясь: «Бекка, раз ты никогда не собиралась спрашивать мистера Джеффри, то лучше доверись ему… Я всегда чувствовала, что у мистера Джеффри нет никаких скрытых мотивов по отношению к тебе, даже когда он был с Элис Робинсон, это выглядело как показуха, без какой-либо настоящей привязанности…» Ребекку Квентин позабавили слова Изабеллы: «На самом деле, мне тоже показалось, что это было похоже на представление…» Кристин Куинн от души рассмеялась. Роджер Леонард взглянул на трех женщин неподалеку и с улыбкой спросил Говарда Джеффри: «Дора, как ты думаешь, о чем они смеются и что обсуждают?» Говард Джеффри мельком взглянул в сторону и увидел, как Ребекка Квентин развлекается со своими двумя подругами, слегка изогнув губы в улыбке. Нельсон Льюис тоже взглянул и вздохнул: «Я думаю, ваша невестка намного лучше, чем Элис Робинсон: скромная, вежливая, явно выросшая в воспитанной семье. А Элис Робинсон, несмотря на то, что тоже из богатой семьи, выросла высокомерной и властной… Я рад, что вы не с ней, иначе я бы, наверное, не пришел на ваш свадебный пир». Роджер Леонард усмехнулся: «Старший брат, Дора совсем успокоилась после знакомства с Беккой. Не забывай, что Дора раньше была…» Говард Джеффри бросил на Роджера Леонарда косой взгляд: «Что?» Роджер Леонард наклонился и прошептал Нельсону Льюису: «Старший брат, посмотри, как Дора теперь боится Бекки, даже не может упомянуть о своем прошлом… У какого мужчины не было женщины в прошлом? Когда Изабелла спросила, я во всем признался!» Нельсон Льюис лишь улыбнулся, не произнеся ни слова. Роджер Леонард невинно смотрел вдаль, избегая предупреждающего взгляда Говарда Джеффри. Нельсон Льюис серьезно произнес: «Кстати, Говард, я видел последние новости, неужели дело о наследстве Робинсонов было сфабриковано вами?» Говард Джеффри отпил вина и холодно произнес: «Я всего лишь посеял раздор между семьями». Роджер Леонард, притворившись испуганным, отшатнулся: «Дора, мне всегда было так повезло, что у меня есть такой брат, как ты…» «Похоже, вы планируете постепенно поглотить всё имущество Честера Робинсона, оставив его ни с чем». «Старший брат, если ты думаешь, что Дора просто хочет, чтобы Честер Робинсон остался ни с чем, то ты совсем не понимаешь Дору… Дора всегда поступает так, что жизнь становится хуже смерти!» — услужливо добавил Роджер. Нельсон Льюис поднял бокал, чтобы чокнуться с Говардом Джеффри и Роджером Леонардом: «Тогда я найду хорошее место и откинусь на спинку кресла, чтобы насладиться представлением!» Роджер Леонард отпил глоток вина, толкнул Говарда Джеффри плечом и серьезно сказал: «Дора, почему бы тебе не рассказать Бекке о твоих делах с Честером Робинсоном? Ты раньше "была с" Элис Робинсон ради здоровья Бекки, и если ты ей не объяснишь, она может до сих пор дать волю своему воображению». Говард Джеффри кивнул: «Я знаю, но сейчас не время ей об этом говорить». Роджер Леонард был озадачен: «Почему?» Нельсон Льюис ответил от имени Говарда Джеффри: «Две причины. Во-первых, если бы Бекка знала, что Говард имеет дело с Честером Робинсоном, она могла бы проявить сочувствие и попытаться остановить Говарда, что повлияло бы на его планы. Во-вторых, если бы ему пришлось объяснять все Бекке, Говарду пришлось бы сообщить ей, что Честер Робинсон — приемный сын М, и Говард не хочет, чтобы М снова вмешивался в жизнь Бекки». Роджер Леонард ответил «О» и вдруг спросил: «Если Дора боится, что Бекка пожалеет Честера Робинсона, разве Дора не может просто сказать Бекке, что Честер Робинсон — виновник смерти их ребенка?» Говард Джеффри строго ответил: «Учитывая характер Бекки, она бы не поверила этому без веских доказательств». Нельсон Льюис согласно кивнул: «Бекка всегда смотрела на людей в этом мире сквозь розовые очки, поэтому она никогда бы не поверила, что у Честера Робинсона, который был рядом с ней в самые трудные времена, такое настоящее лицо. Самое главное, что Честер Робинсон даже лично делал Бекке операцию…» Роджер Леонард вздохнул: «Дора, похоже, тебе снова предстоит какое-то время быть занятой…» Нельсон Льюис в шутку ударил Говарда Джеффри кулаком: «Не забудь жениться на Бекке, даже если ты занят…» Губы Говарда Джеффри слегка улыбнулись: «Ведутся приготовления». «Похоже, на этот раз мы по совпадению окажемся на вашем свадебном пиру». «Извините, набранный вами номер в данный момент не отвечает, пожалуйста, попробуйте позже…» Снова отложив телефон от уха, Ребекка Квентин выглядела обеспокоенной. Кристин Куинн подошла и, увидев выражение лица Ребекки Квентин, с беспокойством спросила: «Что случилось?» Ребекка Квентин вернула телефон Кристин: «Спасибо». Кристин с недоумением взяла трубку и спросила: «Кому ты звонила, раз тебе понадобился мой телефон?» Ребекка Квентин склонила голову, немного помедлила, а затем ответила: «Честер Робинсон». Кристин Куинн в угрызениях совести хлопнула себя по лбу: «Боже мой, я чуть не забыла, что ты с ним дружишь. Я ведь раньше шутила с тобой о проблемах его семьи». ---------- Глава 589-308: Он завидует собственному сыну Ребекка Квентин села на лужайку, ее лицо выражало тревогу: «Интересно, как он сейчас себя чувствует?» Кристин Куинн побеседовала с Ребеккой Квентин: «Если вы беспокоитесь о нем, вы косвенно проявляете заботу об Элис». «Это он, это Алиса. Я просто беспокоюсь за своего друга». «Будьте осторожны, слишком ли сильно вы беспокоитесь об этом человеке; вы можете вызвать у кого-то ревность». Ребекка Квентин внезапно подняла глаза и посмотрела на Кристин Куинн. Кристин Куинн с улыбкой помахала телефоном: «Ты же знаешь, что он мелочный тип, поэтому и не позвонила Честеру Робинсону по телефону, верно?» «На самом деле, я не мог позвонить Честеру Робинсону по телефону». Кристин Куинн воскликнула: «Значит, Говард Джеффри ещё более мелочный, чем я думала?» Ребекка Квентин кивнула. Кристин Куинн громко рассмеялась: «Похоже, мне не о тебе беспокоиться. Ховард так сильно тобой одержим!» Ребекка Квентин была смущена. «О чём ты говоришь, такой весёлый?» В какой-то момент к Ребекке Квентин подошел Говард Джеффри, обнял ее и с улыбкой задал вопрос. Кристин Куинн приняла серьезный тон: «Я напоминаю Бекке, что ее свадьба должна быть как можно более пышной, чтобы ее увидел весь мир». Говард Джеффри тихо спросил Ребекку Квентин: «Правда?» Ребекка Квентин неловко ответила: «Ага». К тому времени Кристин Куинн тихо скончалась. Говард Джеффри чмокнул Ребекку Квентин в губы: «Не волнуйся, дорогая, я обещаю устроить невесте незабываемую свадьбу». Визит Кристин и других гостей не только оживил обычно тихий особняк Джонсов, но и принес огромную пользу Говарду Джеффри. Из-за неожиданного визита гостей миссис Джеффри не смогла подготовить достаточное количество гостевых комнат, не хватало только одной, поэтому ей пришлось разрешить Говарду вернуться к Ребекке Квентин, освободив тем самым одну комнату. Говард, который мечтал об этом несколько дней, наконец-то получил возможность разделить комнату с Ребеккой Квентин, и он ни за что не собирался упускать этот шанс… В данный момент… В спальне Ребекки Квентин разворачивались самые примитивные страсти между мужчиной и женщиной… Однако Говард Джеффри успел раздеться только тогда, когда в дверь постучали с настойчивостью. "Мама…" Это был голос маленького Эндрю. В одно мгновение Ребекка Квентин, захваченная вихрем страсти, открыла глаза и внимательно прислушалась. "Мамочка, мамочка…" Голос малыша раздался снова. Ребекка Квентин внезапно похлопала по плечу человека, который к ней приставал: «Привет, это Эндрю…» Ситуация зашла в тупик, человек не смог остановиться. «Бекка, ты там?» В этот момент из-за двери комнаты раздался голос миссис Джеффри. Глаза Ребекки Квентин расширились от паники: «Это твоя мама…» Человек хриплым, приятным голосом произнес: «Не обращайте на это внимания!» "Ни за что…" В панике она изо всех сил пыталась оттолкнуть его. Внезапно оттолкнув человека, он пришел в ярость и уже собирался схватить Ребекку Квентин обратно, но она быстро спрыгнула с кровати, ответив: «Я… я здесь». Добрым и мягким голосом миссис Джеффри сказала: «Эндрю суетится из-за тебя. Не мог бы ты открыть дверь?» Ребекка Квентин резко повернула голову и сказала Говарду Джеффри: «Быстрее иди в туалет!» Сказав это, она подняла одежду с пола, как можно быстрее оделась, затем пригладила волосы и направилась к двери. Открыв дверь, Ребекка Квентин тут же улыбнулась: «Тетя». "Мама…" Маленький Эндрю обнял ногу Ребекки Квентин и посмотрел на нее большими, невинными глазами. Ребекка Квентин присела на корточки и подняла Эндрю на руки: «Как дела, малыш?» Миссис Джеффри с любящей улыбкой сказала: «Ваш сын немного поиграл, не заметил вас и начал суетиться, пытаясь вас найти. Мне показалось, что он немного сонный, поэтому я привела его к себе». Ребекка Квентин поцеловала нежно ласкающую щеку в своих объятиях: «Правда? Эндрю начинает засыпать?» Эндрю лежал на плече Ребекки Квентин, кивая головой. Ребекка Квентин нежно похлопала Эндрю по спине и сказала миссис Джеффри: «Похоже, он сонный… неудивительно, ведь он весь день играл». «Да… я не слышала вашего ответа раньше, я думала, вас нет в комнате». Миссис Джеффри рассмеялась. Лицо Ребекки Квентин тут же исказилось от смущения: «Э-э, я просто…» «Мама, если Эндрю хочет спать, просто обними его, пока он не уснет, а потом приведи его к себе». Слегка недовольный голос Говарда Джеффри прервал ответ Ребекки Квентин. Ребекка Квентин удивленно повернула голову и увидела, как из комнаты в халате выходит Говард Джеффри. Ребекка Квентин была внезапно ошеломлена. Миссис Джеффри, увидев, как ее сын выходит из комнаты в халате с недовольным лицом, а невестка краснеет от смущения, мгновенно все поняла… ---------- Главы 590-308: Он тоже ревнует своего сына (Часть 2) И тут пожилая миссис Джеффри немного смутилась: «Тогда… тогда как насчет того, чтобы Эндрю переспал со мной сегодня ночью!» Изначально это делалось для того, чтобы предотвратить негативное воздействие сына на еще восстанавливающийся организм невестки, но теперь, похоже, здоровье невестки больше не является проблемой. Пока миссис Джеффри говорила, она попыталась забрать Эндрю из рук Ребекки Квентин, но, увы, Эндрю уже спал на плече Ребекки Квентин. Ребекка Квентин покраснела, бросила раздраженный взгляд на Говарда Джеффри и крепко обняла Эндрю. Говард Джеффри, ничего не в силах сделать с Ребеккой Квентин, мог лишь пойти на компромисс: «Эндрю может спать здесь… а ты иди развлекай гостей внизу, мы с Беккой скоро к тебе присоединимся». "Хорошо." Закрыв дверь, Ребекка Квентин сердито посмотрела на кого-то, опасаясь разбудить Эндрю, и прошептала жалобу: «Разве я не говорила тебе сходить в туалет?» Боже мой… Ей, пожалуй, лучше вообще никогда ни с кем не встречаться! Свекровь, должно быть, думала, что пришла в комнату только для того, чтобы побыть с ним… Ребекка Квентин выглядела расстроенной. Лицо Говарда Джеффри помрачнело: «Как долго мне еще терпеть такие дни?» Ребекка Квентин привела спящего Эндрю к Говарду Джеффри, нахмурилась и сказала: «Ты спал один всего две ночи, а позапрошлой ночью я… я это сделала». Говард Джеффри раздраженно дернул за завязанную лямку халата и проворчал: «Я даже одной ночи ждать не могу». Увидев удрученную спину Говарда Джеффри, Ребекка Квентин почувствовала, как ее сердце смягчилось, и осторожно уложила Эндрю на кровать. Малыш совсем вымотался, играя весь день, и теперь крепко спит. Ребекка Квентин с довольным видом посмотрела на спящего малыша и повернулась к Говарду Джеффри: «Посмотри, какой он очаровательный, когда спит!» Говард Джеффри хранил молчание. Понимая, что кто-то может быть расстроен, Ребекка Квентин улыбнулась, уютно укрыла Эндрю одеялом, а затем подошла к нему и примирительно обняла. Она мягко уговаривала: «Ну же… ты действительно собираешься соревноваться с нашим сыном?» Говард Джеффри посмотрел на нее сверху вниз: «До вашего приезда, хотя он иногда спал с моей мамой, иногда он мог спать один в детской комнате». Ребекка Квентин нахмурилась и пробормотала: «Но я так давно скучала по Эндрю, я хочу, чтобы он был рядом со мной». «Он будет становиться всё более зависимым от тебя!» "Замечательно!" Лицо Говарда Джеффри мгновенно помрачнело. Осознав свою ошибку, Ребекка Квентин неловко усмехнулась: «А потом… что теперь?» Говард Джеффри всерьез заявил: «Начиная с завтрашнего вечера, ему следует снова спать в детской комнате». «Мне это не нужно!» Ребекка Квентин тут же запротестовала и с волнением отпустила его. Говард Джеффри, притворяясь жалостливым, сдержал попытку Ребекки Квентин отстраниться: «Ты уверена, что хочешь, чтобы он отнимал у нас время по вечерам?» Почувствовав чье-то подавленное настроение, Ребекка Квентин невольно почувствовала сожаление: «Я…» «Посмотрите, как это жалко». После этого Говард Джеффри взял Ребекку Квентин за руку и положил её на палатку под собой. Почувствовав там твердость, Ребекка Квентин смутилась и отдернула руку, покраснев до самой шеи. Говард Джеффри обнял Ребекку Квентин и нежно сказал: «Сын сейчас здесь, рядом с тобой, ты можешь быть с ним каждый день, но ночью твое время принадлежит мне». Ребекка Квентин опустила голову, больше не возражая. В тот же миг Говард Джеффри поднял Ребекку Квентин на руки. Внезапное повышение высоты испугало Ребекку Квентин, она инстинктивно обняла его за шею и спросила: «Что ты делаешь?» Говард Джеффри опустил голову и поцеловал надутые губы Ребекки Квентин: «Продолжаем то, что не закончили раньше». "Хм?" После этих слов Говард Джеффри уже нёс Ребекку Квентин в ванную. На следующий день. Говарда Джеффри разбудил рано утром слабак, лежавший на кровати. Этот хилый мальчишка вчера вечером обмочился, и Ребекка Квентин как раз меняла ему штаны, что потревожило чей-то чуткий сон. "Мама, папа… проснулись…" Слабак увидел, как отец сел, и пополз к нему. «Подожди, Эндрю, ты ещё не переоделся…» Ребекка Квентин взяла на руки хилого мальчишку и, увидев сонное лицо Говарда Джеффри, мягко улыбнулась: «Доброе утро». Говард Джеффри, прислонившись к изголовью кровати, с затуманенным взглядом наблюдал, как Ребекка Квентин переодевает Эндрю. Пока Ребекка Квентин заканчивала поправлять штаны Эндрю, Говард Джеффри взял малыша на руки. "Папочка…" Малышка ласково позвала его. Говард Джеффри усадил малыша себе на колени, его голос, охрипший от недосыпа, серьезно произнес: «Эндрю Джеффри, нам нужно поговорить о твоей проблеме со сном». Эндрю, похоже, почувствовал, что что-то не так, и попытался слезть с колен Говарда Джеффри. Но Говард Джеффри, обнимая маленькое тело Эндрю, строго спрашивал: «Ты можешь объяснить мне, как тебе удается каждую ночь мочиться вне подгузника?» Эндрю невинно смотрел на всё широко раскрытыми глазами, качая головой. Говард Джеффри нахмурился: «Чепуха, ты мочишься на улице каждую ночь». Эндрю продолжал качать головой. "Ты…" Эндрю по-прежнему качал головой. Говарду Джеффри пришлось выпрямиться, чтобы посмотреть сыну в глаза: «Да, я видел это своими глазами». Эндрю вдруг рассмеялся, прислонившись к животу Говарда Джеффри. Говард Джеффри поднял детское личико сына и строго заявил: «Папа не шутит». Ребекку Квентин позабавил этот разговор отца и сына, ее лицо сияло от счастья. Говард Джеффри пошел освежиться, а Ребекка Квентин первой спустила Эндрю вниз по лестнице. Поскольку было еще рано, все спали, поэтому Ребекка Квентин отвела Эндрю на поиски миссис Джеффри. Миссис Джеффри уже проснулась и приказала слугам на кухне приготовить завтрак. "Бабушка…" Эндрю обратился к миссис Джеффри с просьбой обнять его. Миссис Джеффри с любовью прижала Эндрю к себе: «Милый, ты голоден?» Эндрю кивнул. Миссис Джеффри тут же сказала Ребекке Квентин: «Я его покормлю завтраком». "Хорошо." Пока миссис Джеффри несла Эндрю в столовую на завтрак, Ребекка Квентин вышла в сад виллы, чтобы подышать свежим воздухом. Внезапно она достала телефон из сумки. Вчера вечером было очень опасно… К счастью, Говард Джеффри не знал, что она вернулась в номер, чтобы ответить на звонок, и, к счастью, Честер Робинсон больше не звонил. Увидев на экране телефона отобразившийся пропущенный звонок, Ребекка Квентин на несколько секунд замешкалась, прежде чем перезвонить. ---------- Глава 591-309: Успешная регистрация брака 1 Телефон быстро соединился: «Здравствуйте… Доктор Робинсон». «Бекка». В трубке раздался обычный мягкий голос Честера Робинсона. «Простите, прошлой ночью я…» «Всё в порядке, я понимаю, что вам сейчас неудобно отвечать на мой звонок. Я уже рада, что вы смогли мне позвонить». Ребекка Квентин на мгновение замолчала и спросила: «Вы… в порядке?» «Похоже, вы слышали об изменениях в моей семье». "Да." Честер Робинсон тихонько усмехнулся: «Глупышка, не беспокойся обо мне. Я единственный наследник семьи Робинсонов. До смерти мой отец разделил наследство между Алисой и мной. Почему я должен бояться бороться с ними за семейное имущество?» «Но в новостях и газетах ставят под сомнение вашу личность…» Она читала в газетах, что Честер вырос в детском доме и был найден Дэвидом Робинсоном лишь позже. Теперь семья Робинсонов использовала это, чтобы посеять смуту. «Это всего лишь члены моей семьи намеренно ставят под сомнение мою личность, чтобы завладеть наследством… Не волнуйтесь, я с этим справлюсь». Ребекка Квентин вздохнула с облегчением: «Услышав это, я успокоилась…» «Спасибо за вашу заботу». «Это совершенно правильно, мы же друзья». «Хорошо, Бекка, у меня есть дела. Поговорим в следующий раз». «Хорошо, до свидания». Франция, Париж. Честер Робинсон убрал телефон, на его губах играла игривая улыбка, затем он небрежно засунул руки в карманы и стал любоваться ночным видом Парижа через панорамные окна. Элис Робинсон подошла к Честеру сзади и тихо спросила: «Это была… Ребекка Квентин?» Честер равнодушно ответил: «Это не ваше дело». Почувствовав холодность Честера, голос Алисы тоже стал холодным: «Я правда не могу вмешиваться… Я просто хочу спросить, каков именно ваш план?» Честер обернулся, его хитрые глаза сузились в щели: "Больше не можешь сдерживаться?" Алиса сердито стиснула зубы: «Вы ничего не предприняли. Как вы ожидаете, что я буду держаться?» Честер пожал плечами: «Вы уверены, что я ничего не предпринимал?» Алиса, рыдая, опустилась на край кровати: «Папа умер, а наш дядя еще и борется с нами за наследство, потому что сомневается в твоей личности. Тебе на меня наплевать, я совсем одна, никто не хочет мне помочь…» Честер посмотрел на заплаканную Алису, затем подошел к ней, присел на корточки и нежно взял ее за лицо, залитое слезами. Элис схватила Честера за руку, обхватившую ее лицо, и беспомощно умоляюще прошептала: «Брат, пожалуйста, помоги мне, пожалуйста?» Много дней и ночей, когда он тосковал по той, что была в его детстве, именно женщина, которая была перед ним, утешала его одинокое сердце. Она привносила частичку радости в его скучную жизнь на протяжении многих лет… К сожалению, в конце концов, она так и не стала той, кем была раньше. Глядя в затуманенные слезами глаза Алисы, Честер тихо спросил: «Разве я тебе сейчас не помогаю?» Алиса, задыхаясь от рыданий, сказала: «Мы вот-вот потеряем даже наше семейное состояние…» Честер вытер слезы с уголков глаз Алисы и улыбнулся: «Глупышка, как я мог допустить, чтобы мы оказались в таком затруднительном положении?» — Тогда что же нам делать? — отчаянно спросила Алиса. — Я провела расследование, кто-то намеренно подстрекает членов нашей семьи… Я знаю, что тот, кто хочет лишить нас всего, — это Говард Джеффри. Он уже знал, что ребенка Ребекки Квентин убили мы с тобой, поэтому он мстит нам. Честер поднял бровь: «Теперь ты всё ясно видишь, почему ты настаивала на том, чтобы быть с ним раньше?» Алиса воскликнула: «Я всегда притворялась, притворялась, что он обо мне заботится, притворялась, что ничего не вижу…» Честер продолжал улыбаться: «Так ты все еще хочешь быть с ним?» Алиса сильно прикусила губу. Честер мягко уговаривал: «Будь честным». Алиса энергично закивала. Честер спокойным голосом сказал: «Хорошо, теперь позвони ему и скажи, что ты…» «Что, свадьба на следующей неделе?» За обеденным столом Ребекка Квентин посмотрела на Кристин Куинн, которая только что предложила миссис Джеффри, и в изумлении воскликнула. Кристин Куинн нежно похлопала Ребекку Квентин по плечу, а затем улыбнулась всем: «Что вы думаете по этому поводу?» Роджер Леонард первым высказал свое мнение: «Я, безусловно, рад, что это произошло. Я приехал в Нью-Йорк только для того, чтобы присутствовать на свадебном пиру Доры». Изабелла Джоанна мило улыбнулась: «У меня нет возражений». Затем Кристин Куинн с надеждой посмотрела на Нельсона Льюиса. Нельсон Льюис развел руками, показывая, что у него тоже нет возражений. Довольная результатом, Кристин Куинн обратила взгляд на миссис Джеффри: «Тетя, что вы думаете?» ---------- Глава 592 - 309: Регистрация брака прошла успешно 1_2 Миссис Джеффри радостно улыбнулась: «Если Бекка не против того, чтобы подготовка к свадьбе прошла немного в спешке, то как насчет следующей недели!» Ребекка Квентин почувствовала себя довольно неловко и уже собиралась заговорить, когда ее прервал неожиданный голос. «О чём вы все болтаете, что вас так радует?» Услышав голос Говарда Джеффри, все обернулись. И тут мы увидели Говарда Джеффри, как раз возвращающегося с улицы и передающего слуге ключи от машины и другие вещи. Кристин Куинн помахала Говарду рукой, а затем автоматически уступила место рядом с Ребеккой Квентин, чтобы, когда Говард подойдет, он мог сесть рядом с ней. Когда Говард сел рядом с Ребеккой, Кристин, сидевшая напротив них, наконец заговорила: «Говард, ты вернулся как раз вовремя. Я как раз обсуждала твою свадьбу с Беккой с твоей матерью». Говард поднял бровь: «О? Обсуждаем свадьбу, ну же, расскажите». Кристин рассмеялась и сказала: «Я только что говорила твоей матери, что надеюсь, ваша с Беккой свадьба состоится на следующей неделе». Ребекка тихо пробормотала: «Сестра…» Кристин сделала вид, что говорит серьезно, и перебила: «Не говорите. В данный момент я представляю нашу семью на переговорах о вашем браке с семьей Джеффри». Говард с интересом посмотрел на миссис Джеффри: «Мама, что ты думаешь?» Миссис Джеффри любезно ответила: «У меня нет возражений; я просто боюсь, что решение о проведении свадьбы прямо сейчас может оказаться слишком поспешным, и мы можем не сделать ее достаточно хорошо, скомпрометировав Бекку». Кристин сказала: «Вы слишком много об этом думаете, мадам… С учетом ресурсов мистера Джеффри, не говоря уже о неделе подготовки, ему даже одного дня достаточно, чтобы все подготовить, верно?» В этот момент Говард обнял Ребекку, пристально посмотрел на нее и магнетическим, нежным голосом произнес: «Выйдешь ли ты за меня замуж?» Тело Ребекки дрожало. Роджер Леонард поддразнил: «Дора, ты прямо сейчас делаешь предложение Бекке?» Говард пристально смотрел на Ребекку, словно вокруг никого не было. Ребекка, озадаченная, пробормотала: "Я…" Изабелла быстро прикрыла рот Ребекки рукой игриво сказала: «Не отвечай пока, не отвечай… Бекка, мистер Джеффри еще не сделал тебе предложение!» Роджер повторил слова своей жены: «Я тоже хочу посмотреть, как будет выглядеть Дора, когда он сделает мне предложение». Нельсон Льюис ударил Говарда по руке: «Думаю, тебе придётся хоть раз сделать что-нибудь романтичное». Кристин пошутила: «Боюсь, моя глупая сестра уже согласилась до того, как он официально сделал предложение…» Все разразились смехом. Ребекке очень хотелось найти дыру, чтобы спрятаться от насмешек. Говард поцеловал Ребекку, открыто демонстрируя свои чувства, и серьезно сказал: «Тогда давайте устроим свадьбу на следующей неделе!» Ребекка была ошеломлена внезапным решением Говарда и поспешно сказала: «Говард, сестрёнка просто шутит с нами…» В этот момент Кристин неожиданно заговорила: «Бекка, я не шучу. На этот раз я здесь, и я просто хочу увидеть, как вы с Говардом поженитесь». "Но…" Кристин уже перевела взгляд на Говарда: «Ты же не думаешь, что я веду себя невежливо, правда?» Миссис Джеффри тут же ответила за Говарда: «Как такое может быть… На самом деле, что касается свадьбы, Говард уже обсуждал это со мной раньше, но мы просто еще не назначили дату». Кристин искренне сказала: «Говард, честно говоря, может показаться немного грубым с моей стороны так настойчиво уговаривать тебя пожениться, но я должна это сделать, потому что не хочу, чтобы моя сестра снова жила в страхе, как раньше… Ты лучше всех знаешь, чего моя сестра сейчас больше всего хочет». Говард крепко обнял Ребекку, посмотрел на ее слегка растерянное лицо и мягко заверил: «Я обязательно буду хорошо к тебе относиться». Пока Говард отправился поговорить с Нельсоном и Роджером в кабинет, три женщины остались в гостиной и продолжали беседовать. Кристин притворилась раскаявшейся: «Бекка, я только что сделала предложение миссис Джеффри, ты же меня не винишь, правда?» Ребекка покачала головой, на ее лице появилось легкое смущение: «Это было просто немного резко». Изабелла вскочила рядом с Ребеккой, обняла её и сказала: «Я не думала, что это было так внезапно. Ты видела, как только что выглядела миссис Джеффри, она бы предпочла, чтобы вы с мистером Джеффри поженились поскорее. Кроме того, судя по поведению мистера Джеффри, он очень хочет на тебе жениться». Кристин сказала: «Я понимаю, это звучит неожиданно, но если я не увижу, как вы с Говардом поженитесь на этот раз, мне будет не по себе покидать Нью-Йорк». Ребекка взяла Кристин за руку и утешала ее: «Я знаю». Изабелла внезапно вмешалась: «Так когда же Кристин позволит Бекке почувствовать себя комфортно?» Улыбка Кристин на мгновение стала неловкой: «Изабелла, что ты говоришь!» Ребекка согласно кивнула: «Да, сестрёнка, когда ты наконец дашь мне покой?» Кристин сердито посмотрела на Ребекку: «Я тебя чем-то смутила? Я живу свободной и беззаботной жизнью одна, ты даже не представляешь, как я счастлива». Изабелла поддразнила: «Ты уверен, что сейчас очень счастлив?» Кристин раздраженно посмотрела на Изабеллу: «Эй, мы сейчас обсуждаем дело Бекки…» Изабелла усмехнулась, но промолчала. Выражение лица Ребекки стало серьезным, и она мягко спросила: «Сестра, почему ты на этот раз не пошла со Скайлер Джонс?» Кристина серьезно возразила: «А зачем мне идти с ним?» Изабелла бросила на нее косой взгляд: «Кристин, ты просто пытаешься этого избежать. Даже если вы не пара, учитывая отношения Скайлер и Бекки, вы могли бы считать друг друга друзьями и приходить к нам вместе!» Ребекка согласно кивнула. Кристин серьезно ответила: «Во-первых, между мной и Скайлером нет ничего неловкого. Мы всегда жили своей жизнью и никогда не шли по одному пути. Конечно, это не значит, что мы не считаем друг друга друзьями. На самом деле, мы часто садимся обсуждать дела Мари, и во многих случаях хорошо ладим. Просто мой визит к Бекке — это личное дело. Я не хочу его в это втягивать». Изабелла притворилась понимающей и сказала: «О», а затем хитро добавила: «Всё ещё переживаешь, да? Если бы тебе было всё равно, зачем беспокоиться о том, что тебя связывают с ним?» Кристина в гневе воскликнула: «Изабелла Джоанна!!» Изабелла усмехнулась: «Видишь, попала в точку? Злиться от смущения?» Слова Изабеллы развеселили Ребекку, и она присоединилась к поддразниванию Кристин: «Я давно не слышала голоса Мари. Думаю, мне стоит позвонить ей и спросить, почему ее родители говорят, что хотят пожениться, но еще не поженились…» Лицо Кристин мгновенно побледнело, в ее голосе прозвучала нотка паники: «Ребекка Квентин, ты смеешь это пробовать!» ---------- Глава 593-310: Успешная регистрация брака 2 Бог знает, в последнее время Мари задает ей этот вопрос каждый день. Она действительно не знает, как ответить, и Мари сводит ее с ума. Тем временем Скайлер Джонс вообще ничего не говорит, просто ведет себя так, будто если она согласна, то и он согласен. Это заставляет Мари думать, что она хочет «разрушить» их семью… Вот почему она на этот раз приехала в Нью-Йорк одна, без Мари, просто чтобы немного отдохнуть в тишине и покое. Ребекка Квентин самодовольно сказала: «Посмотрим, будете ли вы по-прежнему надо мной смеяться!» "Ха-ха-ха…" — Изабелла Джоанна от души рассмеялась. "Кристин." Раздался любящий голос. Все трое, купаясь в счастье, перестали смеяться и поприветствовали новоприбывшую: «Тетушка». Миссис Джеффри доброжелательно улыбнулась и кивнула Ребекке Квентин и Изабелле Джоанне, а затем сказала: «Я хочу поговорить с Кристин наедине». "Конечно." Ребекка Квентин и Изабелла Джоанна встали и молча ушли. Когда в гостиной остались только Кристин Куинн и миссис Джеффри, миссис Джеффри с грустью сказала: «Кристин, вообще-то, в прошлый раз в городе Y я хотела поговорить с тобой наедине, но тогда отношения Говарда Джеффри и Бекки были в полном беспорядке, поэтому я не могла уделить тебе внимания. Надеюсь, ты меня поймешь». Кристин Куинн растерянно улыбнулась: «Тетя, что вы хотите, чтобы я поняла?» Миссис Джеффри виновато сказала: «Простите меня за то, что я никогда не извинялась перед вами». Кристин Куинн была слегка озадачена. "Тетя…" Миссис Джеффри тяжело вздохнула: «Много лет я думала, что ты с Говардом. Однажды я подумывала сделать тебя своей невесткой и была очень довольна твоим характером. Но позже, когда я узнала, что Мари не его дочь, я поверила слухам. Я думала, что Мари на самом деле… Поэтому в то время у меня было предубеждение против тебя, и я всегда была к тебе строга. В конце концов, после того как Говард воссоединился с Оверски, я поняла, что Мари — дочь Оверски, и все твои прошлые «нежелательные» события были спланированы Оверски. Тогда я знала, что ты хорошая девушка. Я всегда хотела сказать тебе от имени Оверски: «Прости меня…» Кристин Куинн покачала головой и спокойно сказала: «Тетя, я никогда его не винила. Тогда я делала для него все с готовностью». "Ты такой глупец… То, что Оверскей тебя не ценит, — его потеря." Кристин Куинн слегка улыбнулась: «В молодости всегда совершаешь какие-нибудь безрассудные поступки!» «Какие у вас планы на будущее?» «После того, как Мари переживет этот год послеоперационной адаптации, я вернусь в Алтон. Я там хорошо знаком, смогу найти работу и жилье… Конечно, если Мари захочет поехать со мной, я буду уважать ее выбор». Миссис Джеффри крепко держала Кристин Куинн за руку: «Я вижу в Мари почти то же самое, что и в Эндрю. Я надеюсь, что в будущем они смогут жить со своей биологической матерью. Именно поэтому я всегда хотела, чтобы Говард вернул Бекку». Кристин Куинн небрежно улыбнулась: «Тетя, вы слишком много думаете. Насколько я понимаю, Скайлер Джонс, вероятно, не найдет мачеху для Мари, но вас, возможно, беспокоит, что он может остаться один». Глаза миссис Джеффри слегка расширились: «Вы… вы хотите сказать, что он до сих пор не отпустил Бекку?» Кристин Куинн улыбнулась и опустила голову: «Откуда я могу догадаться о его мыслях? Но он всегда умалчивает о том, что Бекка с Говардом, разве это не очевидно?» «Значит, вы все приехали в Нью-Йорк на этот раз, а он нет…» — внезапно поняла миссис Джеффри. Кристин Куинн спокойно добавила: «Думаю, он может и на свадьбу Говарда и Бекки не приехать». Миссис Джеффри вздрогнула и откинулась на спинку дивана. Второй этаж. На террасе главной спальни Ребекка Квентин уютно устроилась в объятиях Говарда Джеффри. Было позднее лето, дул легкий ветерок, создавалось приятное, комфортное ощущение. Говард Джеффри, обнимая Ребекку Квентин, слегка хриплым голосом сказал: «То, что твоя сестра мне не доверяет, вполне понятно. В конце концов, я тебе так многим обязан и никогда не давал тебе достаточного чувства безопасности». Ребекка Квентин подняла взгляд на Говарда Джеффри и честно сказала: «Я никогда не чувствовала, что ты мне что-то должен. В конце концов, обиды предыдущего поколения — это факты, с которыми мы рождаемся и которые не можем изменить. Мы оба потеряли рассудок из-за этих обид, но, к счастью, в конце концов мы сбросили оковы этой вражды и сблизились…» Говард Джеффри приподнял подбородок Ребекки Квентин, пристально посмотрел ей в ясные глаза, и вдруг тепло потекло по его сердцу, и он хрипло произнес: «Встреча с тобой — величайшее счастье в моей жизни». В глазах Ребекки Квентин блестели едва заметные слезы, и в глубине души она чувствовала то же узнавание, что и Говард Джеффри. ---------- Глава 594 - 310: Регистрация брака прошла успешно 2_2 Говард Джеффри медленно опустил голову, а Бекка мягко закрыла глаза. Его тонкие губы, словно лёгкие перышки, коснулись нежных губ Бекки. Бекка обняла Говарда Джеффри за шею, охотно углубляя поцелуй. Лишь спустя долгое время они отпустили друг друга. Бекка сказала: «Я пойду проверю, как там Эндрю, он должен уже проснуться». Говард Джеффри обнял Бекку и тихо ответил: «За ним присматривает слуга, тебе не о чем беспокоиться». «Боюсь, он проснётся и начнёт меня искать…» «Но у нас сейчас есть дела поважнее?» "Что?" В этот момент Говард Джеффри достал из кармана элегантную и изысканную черную бархатную коробочку. Бекка на секунду опешилась. Говард Джеффри открыл черную бархатную коробочку, внутри которой находилось ослепительное бриллиантовое кольцо. Глаза Бекки расширились от изумления, когда она увидела перед собой бриллиантовое кольцо. Должно быть, он весит более 30 карат, такой яркий и блестящий, а цвет — редчайший розовый бриллиант, окруженный голубыми бриллиантами, причем розовый бриллиант является центральным элементом, окруженным голубыми бриллиантами, — захватывающе красивый. "Этот…" Говард Джеффри взял левую руку Бекки и надел кольцо ей на безымянный палец левой руки: «Я переделал это кольцо, используя средневековое ожерелье с розовыми бриллиантами, которое я выкупил ранее, и кольцо с голубыми бриллиантами, которое моя мама подарила тебе раньше… Сегодня утром я съездил за кольцом». Бекка была поражена: «Что, ты разобрал это средневековое бриллиантовое ожерелье? Боже мой, это было королевское ожерелье средневековья, невероятно ценное, если его разобрать, оно потеряет свою ценность!» Говард Джеффри надел кольцо на безымянный палец Бекки и равнодушно улыбнулся: «Его материальная ценность не важна. Его значение заключается в том, что это первый подарок, который я тебе подарил, и это мое первое обязательство на всю жизнь». Слезы мгновенно потекли из глаз Бекки, и она, едва сдерживая слезы, произнесла: «Я думала, ты давно забыл…» Говард Джеффри нежно обнял Бекку: «Наши совместные моменты навсегда в моей памяти». Бекка подняла левую руку, глядя на сияющее бриллиантовое кольцо на безымянном пальце, и вдруг крепко обняла Говарда Джеффри. Говард Джеффри поцеловал Бекку в волосы, погладил ее по спине, позволяя времени течь спокойно. Прижавшись к Говарду Джеффри, Бекка, казалось, вдруг что-то вспомнила и мягко оттолкнула его, спросив: «Так, что важного ты сказал, что нам нужно сделать?» Загадочный взгляд Говарда Джеффри упал на кольцо на безымянном пальце левой руки Бекки. Бекка безучастно посмотрела на кольцо, а затем на Говарда Джеффри. Говард Джеффри улыбнулся: «С обручальным кольцом надето время подтвердить наш статус!» "А?" В этот момент Говард Джеффри взял Бекку за руку и вывел ее из комнаты. Говард Джеффри проводил Бекку в холл на первом этаже. Миссис Джеффри и Кристин Куинн только что закончили обсуждать намеченные темы и непринужденно болтали о Мари. Увидев приближающихся Говарда Джеффри и Бекку, они прервали разговор и посмотрели на них синхронно. Говард Джеффри спросил: «Мама, у тебя есть немного времени?» Миссис Джеффри встала, тепло улыбаясь: «Как же у меня может не быть времени?» «Хорошо, пойдем со мной в регистрационный офис». Миссис Джеффри на мгновение растерялась: «А, куда же?» Внимательная Кристин Куинн уже заметила блестящее кольцо на левой руке Бекки и, держа миссис Джеффри за руку, усмехнулась: «Ваш сын хочет, чтобы вы были свидетельницей!» Миссис Джеффри тут же обрадовалась: «Правда?» Бекка прижалась к Говарду Джеффри и радостно кивнула. Миссис Джеффри взволнованно сказала: «Ладно, ладно… Я пойду переоденусь, сейчас вернусь…» В Нью-Йорке для заключения брака сначала необходимо зарегистрироваться, для регистрации нужен свидетель, после чего священник проведет церемонию бракосочетания и выдаст молодоженам свидетельство о браке. Пока миссис Джеффри поднялась наверх переодеться, Кристин Куинн отвела Бекку в сторону от Говарда Джеффри. Кристин Куинн радостно воскликнула: «Бекка, поздравляю!» Бекка застенчиво улыбнулась: «Сестрёнка, это как сон». «Я искренне рад за вас… вы и Говард Джеффри наконец-то добились успеха». «Вы тоже обязательно найдете счастье». Кристин Куинн кивнула: «Я обязательно постараюсь в ближайшее время познакомить вас с прекрасным зятем». Бекка обняла Кристин Куинн: «Ты права, я не останусь одинокой». "Мм." Полчаса спустя. В машине миссис Джеффри нежно держала Бекку за руку и, вздыхая, сказала: «Наконец-то я отпускаю давнее желание…» Бекка улыбнулась, и на ее лице не было видно ни сладости, ни радости. Говард Джеффри, управляя автомобилем, взглянул в зеркало заднего вида на двух женщин позади себя, на его губах играла довольная улыбка. Раньше он и представить себе не мог, что настанет день, когда они смогут гармонично сосуществовать, как мать и дочь. Автомобиль плавно въехал в здание ЗАГСа в центре Нью-Йорка. Всё прошло настолько гладко, что Бекка и Говард Джеффри получили регистрационные формы. Миссис Джеффри, выступая в роли свидетельницы, наблюдала за тем, как они заполняют анкеты, и на ее лице читалось удовлетворение. Когда Бекка рассматривала четкие строки английских слов на бланке, ее рука слегка дрожала, когда она держала ручку. Да, волнение, восторг, радость, предвкушение, смешанные с легкой тревогой… отчего ее рука нервно дергалась, пока она писала. Наконец, она успешно заполнила форму и передала ее сотрудникам. Сотрудники коротко побеседовали со свидетелем, а затем отнесли заполненные формы в комнату для ввода данных в компьютер. Пока они ждали, когда сотрудники обработают регистрацию, Бекка нервно пульсировала от предвкушения. Говард Джеффри крепко держал руку Бекки, согревая ее теплом своей ладони, хотя и не произносил ни слова. На самом деле, в глубине души Бекка чувствовала себя немного виноватой… В тот раз в городе Т они зашли в регистрационный офис, но из-за нее регистрация не прошла успешно. На этот раз она надеялась, что все пройдет гладко, и ей больше не придется отступать. «Мистер Джеффри, мисс Квентин… регистрация вашего брака завершена, хотя свидетельство о браке вы сегодня не получите. В день вашей свадьбы приглашенный вами пастор вручит вам его, но поздравляем, теперь вы официально женаты». Когда сотрудники произнесли эти слова, Бекка чуть не расплакалась. Да, слезы радости. Она и представить себе не могла, что они с ним так легко станут парой… Все тени, таившиеся в ее сердце, в одно мгновение рассеялись, и шрамы, выжженные на ее сердце, полностью зажили, заполнив в тот момент пустоту… ---------- Глава 595 - 311: Успешная регистрация брака 3 В этот момент он поднял её на руки, и радость закружилась в воздухе прямо там, где они стояли. Она обняла его за шею, впервые без стеснения, без барьеров, без тревог и без сожалений назвав его «мужем». Он с радостью целовал ее снова и снова, словно мир растворился, оставив только их двоих. На обратном пути миссис Джеффри не переставала улыбаться. Ребекка Квентин едва заметно улыбалась, но в душе ее переполняло еще большее волнение, чем когда она приехала. Она не могла поверить своим глазам, время от времени пощипывая бедро, боясь, что все происходящее — всего лишь очередная сон… К счастью, каждый раз она чувствовала отчетливую боль. После стольких лет, полных противоречивых чувств, наконец-то прийти к удовлетворительному завершению в этот момент было непросто. Вернувшись домой, она не успела принять поздравления, как он уже затащил ее в их комнату. В этот момент желание вырвалось наружу, словно долго подавляемое томление… Он с готовностью снял с неё одежду, а она нетерпеливо сняла с него… Одежда разбросана по полу, комната наполнена хриплым дыханием и стонами, им уже все равно на все остальное, они просто хотят полностью завладеть друг другом… В сумерках свет заходящего солнца, проникающий сквозь светло-голубые занавески, падал на белую кровать. Ребекка Квентин прижалась к крепкой руке Говарда Джеффри, а сползающее одеяло обнажало ее прекрасную, чувственную спину. Она сильно вспотела, нижняя часть тела была влажной и липкой, и она была слишком измотана, чтобы делать что-либо, кроме как прижаться к его объятиям. Он обнимал её, время от времени с безграничной нежностью целуя её влажные от пота волосы. Ребекка Квентин устало закрыла глаза, но не спала, уютно устроившись, словно котенок, в его объятиях и наслаждаясь спокойствием момента. — Бекка… — хрипло пробормотал он. "Хм?" "Пойдем поедим?" Ребекка Квентин покачала головой. «Тогда я останусь здесь с тобой». Ребекка Квентин мгновенно открыла глаза и отказалась: «Нет, тебе следует спуститься вниз, уже почти время ужина. Если ты этого не сделаешь, они подумают, что мы…» Как только они вернулись, то сбились с ритма в комнате и не выходили из дома весь день; любой мог догадаться, чем они занимались. "Что ты думаешь?" — с этими словами Говард Джеффри перевернулся и снова прижал Ребекку Квентин к себе. Ребекка Квентин усталыми глазами посмотрела на Говарда Джеффри: «Ты…» Говард Джеффри обхватил ее нежное лицо руками и хрипло пробормотал: «Что же делать?» "Что вы имеете в виду под "что делать?" «Мне тебя никогда не бывает достаточно». Склонив голову, он легонько поцеловал её в губы, нежно прижавшись к ней. Удивлённая его внезапным порывом, Ребекка Квентин оттолкнула его опускающееся тело, умоляя: «Я устала…» Он уговаривал ее: «Ты можешь поспать». «Я не хочу… я хочу принять душ». Сказав это, она оттолкнула его, вцепилась в одеяло и села. Однако, прежде чем она успела встать с постели, он уже подхватил ее на руки, вместе с одеялом. Ребекка Квентин легонько ударила его по руке с притворной досадой: «Эй… я очень устала…» Она действительно чувствовала себя измотанной, нижняя часть тела была совершенно обессилена, словно он выжал из нее все соки. Говард Джеффри отнёс Ребекку Квентин в ванную: «Давай примем душ вместе». «Я не хочу…» «Ещё раз…» "Нет…" В конце концов, ванную комнату наполнили лишь хриплое дыхание и стоны разной продолжительности. Когда Говард Джеффри вынес Ребекку Квентин из ванной, она, несмотря на то, что была чистой и отдохнувшей, уже не имела сил. Она чувствовала, что даже если встанет, ноги, скорее всего, подкосятся, в то время как кто-то другой выглядел бодрым, энергичным и полным сил. Переодевшись, кто-то сел на край кровати, ласково похлопав ее по маленькому носику: «Я пойду проверю, есть ли что-нибудь поесть внизу, и принесу тебе что-нибудь наверх». Ребекка Квентин, собрав последние силы, ответила: «Не нужно… Я хочу упасть». «Разве ты не говорил, что устал?» «Но я все еще хочу увидеть Эндрю, я не видела его весь день». «Хорошо, я подожду тебя внизу». "Хорошо." Поцеловав его, он наконец вышел из комнаты. Ребекка Квентин вцепилась в одеяло и с трудом, с трудом, дотащила свое безжизненное тело до изголовья кровати. Действительно, нельзя недооценивать мужчин в возрасте тридцати лет, находящихся на пике своей жизненной энергии; с ними действительно трудно справиться… Однако, несмотря на их «усердные» усилия, возможно ли, что в ее животе уже сейчас находится маленький драгоценный малыш? Нежно поглаживая свой живот, Ребекка Квентин представляла, как ее живот становится круглым и полным новой жизни. ---------- Глава 596 - 311: Успешная регистрация брака 3_2 Да, она очень хочет забеременеть… Она знает, что он всегда хотел дочь, и она всегда хотела подарить ему дочь. Она ни разу не защитила их ребенка, и до сих пор сожалеет об этом. Поэтому, если она не сможет подарить ему дочь в этой жизни, это будет сожалением для них обоих. Внезапная вибрация телефона прервала прекрасные фантазии Ребекки Квентин, и она потянулась за звонящим телефоном на прикроватной тумбочке. Это был телефон Говарда Джеффри, и на экране отображалось имя «Секретарь». Ребекка Квентин нажала кнопку ответа. Возможно, потому что Говард Джеффри не привык к многословию своих подчиненных, секретарь Сесили тут же произнесла: «Президент, Элис…» Лиза Сесили едва успела сказать несколько слов, как, кажется, что-то поняла и, прервав разговор, вежливо спросила: «Президент?» «Э-э, секретарь Сесили, это я», — неловко ответила Ребекка Квентин. «Говард Джеффри спустился вниз. Это что-то важное? Я могу сейчас же принести ему телефон». «О, это не так уж важно. Я свяжусь с президентом позже. Надеюсь, я вас не побеспокоил?» "Нет…" «Поздравляю, мисс Квентин… Я всегда знал, что вы с президентом пара». "Спасибо." «Мы ещё поговорим позже, когда встретимся». "Хорошо." Закончив разговор, Ребекка Квентин взяла телефон и, прислонившись к изголовью кровати, на несколько мгновений замерла в оцепенении. Внезапно она оделась и встала с постели. Ребекка Квентин никак не ожидала, что, как только она спустится вниз, Кристин Куинн и Изабелла Джоанна окружат её со всех сторон. Ребекка Квентин и так была слаба, поэтому они без труда отвели её в сторону. «Ха-ха, поздравляю, вторая невестка», — поддразнила Изабелла Джоанна. Кристин Куинн добавила: «Да, леди Джеффри». В ответ на их насмешки Ребекка Квентин лишь спросила: «Вы видели Говарда Джеффри?» Изабелла Джоанна лукаво улыбнулась: «О, кто-то только что прилетел, и теперь она так хочет найти кого-нибудь другого после столь короткой разлуки?» Ребекка Квентин пожаловалась: «Вы двое можете быть чище в своих мыслях? Я просто хочу принести ему телефон; он его забыл». Кристин Куинн нежно обхватила нежное лицо Ребекки Квентин, поддразнивая: «Судя по „удовлетворению“ в твоем выражении лица, ясно, что твои мысли менее чисты, чем наши». Смущенная Ребекка Квентин покраснела и оттолкнула их: «Я больше с вами не разговариваю… Я пойду отдам ему телефон». Кристин Куинн любезно напомнила ей: «Он в столовой, вероятно, восполняет энергию, которую потратил во второй половине дня». Ребекка Квентин внезапно пожалела, что приехала повидаться с людьми. Придя в столовую, она увидела Говарда Джеффри. Он держал Эндрю на руках и лично кормил малыша. Ребекка Квентин подошла и спросила: «Эндрю сегодня не ел?» Стоявший рядом слуга ответил: «Ваш молодой господин сегодня мало ел. Старушка беспокоилась, что он проголодается вечером, поэтому привела его… Как раз когда пришел мистер Джеффри, у старушки были дела, поэтому она позволила мистеру Джеффри покормить молодого господина». Ребекка Квентин только что села рядом с Говардом Джеффри, когда услышала, как он жалуется: «Малыш, можешь есть немного изящнее? Еда разлетается повсюду». Увидев, как Говард Джеффри нетерпеливо отковыривает рис, прилипший к телу Эндрю, Ребекка Квентин не смогла сдержать смех. Говард Джеффри поднял брови и посмотрел на Ребекку Квентин: «Дорогая, разве кормление ребенка не больше твоя территория?» "Хорошо… Эндрю, иди к маме." Услышав голос матери, Эндрю протянул руки, словно в отчаянии. Ребекка Квентин обняла Эндрю и нежно поцеловала его. Говард Джеффри сорвал с себя несколько зерен риса и неторопливо наблюдал за теперь уже хорошо себя ведущим Эндрю, сидящим в объятиях Ребекки Квентин. Ребекка Квентин зачерпнула ложкой рис и положила его в рот Эндрю, и он послушно его съел. Говард Джеффри нахмурил брови: «Почему он всегда так хорошо себя ведёт у тебя на руках?» «Это потому, что тебе не хватает терпения, и ты всегда с ним строга». Говард Джеффри утверждал: «Я никогда не был с ним строг». Ребекка Квентин фыркнула: «Я вижу, как ты каждый день с ним строго обращаешься, не позволяешь того и этого». «Для него это просто образование». «Я могу сама позаботиться о его образовании». «Пожалуйста, поверьте мне, ваш сын абсолютно точно притворяется невинным перед вами. А передо мной он никогда по-настоящему не вел себя хорошо». Ребекка Квентин самодовольно ответила: «У тебя тоже есть люди, с которыми ты не можешь справиться!» Лицо Говарда Джеффри потемнело. «Хорошо, ты сначала что-нибудь поешь; я покормлю нашего сына». В этот момент слуга уже поставил на стол несколько ароматных блюд. Говард Джеффри увидел телефон, который Ребекка Квентин положила на стол, и спросил: «Кто-нибудь звонил?» Ребекка Квентин кивнула: «Это была секретарь Сесили. Похоже, ей нужно было что-то обсудить с вами». Говард Джеффри поднял трубку: «О, она что-нибудь сказала?» «Ничего особенного, она сказала, что перезвонит тебе еще раз». В кабинете Говард Джеффри стоял перед большим окном от пола до потолка и набирал номер Лизы Сесили. «Как дела?» Лиза Сесили ответила: «Мне позвонила Элис». Говард Джеффри слегка нахмурил брови. «Она сказала, что хочет с тобой встретиться». "Причина." «Она сказала, что это связано с Честером Робинсоном. Если вы согласитесь встретиться с ней, это определенно может продвинуть ваш текущий план». «Мне она не нужна для продвижения моего плана». На этом Говард Джеффри тут же завершил разговор. Однако, как только он закончил разговор, телефон зазвонил снова. На этот раз на экране его телефона отобразилась последовательность незнакомых цифр. Предчувствуя, кто это, Говард Джеффри нетерпеливо нажал кнопку ответа: «Говорите». В трубку раздался спокойный голос Элис Робинсон: «Вы ведь не хотите меня видеть, правда?» «Вы довольно смелый человек». «Я больше не хочу притворяться перед вами… Да, я подстрекал Честера Робинсона к тому, чтобы он подделал лекарства, которые принимала Ребекка Квентин для стабилизации беременности, но я не был исполнителем; настоящим виновником смерти Бекки был Честер Робинсон». Тонкие губы Говарда Джеффри спокойно произнесли: «Вы думаете, это способ молить о пощаде?» «Нет, я знаю, что вы не отпустите ни меня, ни Честера Робинсона, поэтому я сегодня здесь, чтобы договориться о том, чтобы вы меня отпустили». «А какие у вас рычаги влияния, чтобы вести со мной переговоры?» «Мне нужно встретиться с вами, чтобы всё объяснить». ---------- Глава 597-312: Успешная регистрация брака 4 На следующий день. Ребекка Квентин, Кристин Куинн и Изабелла Джоанна сидели на диване в холле и рассматривали фотографии прекрасных свадебных платьев. «Бекка, все эти свадебные платья созданы Милландом, одним из самых известных дизайнеров свадебных платьев в мире», — представила Изабелла Джоанна Ребекке Квентин. Ребекка Квентин слегка нахмурилась: «Не слишком ли это много, десятиметровый поезд?» «Как вам такой набор, выполненный в стиле европейской королевской семьи…» Ребекка Квентин по-прежнему качала головой. «Бекка, как насчет этой?» — Кристин Куинн открыла страницу и передала ее Ребекке Квентин. Ребекка Квентин взглянула на него и влюбилась с первого взгляда. «Хм, этот мне нравится». Простой дизайн с открытыми плечами, без излишних сложных украшений, даже фата не была перегружена деталями, что с первого взгляда придавало платью исключительную свежесть и чистоту. Изабелла Джоанна воскликнула: «Ух ты, Кристин, у тебя такой хороший вкус, это платье просто великолепно… Если Бекка его наденет, она наверняка станет самой красивой невестой в мире». Ребекка Квентин слегка улыбнулась и посмотрела на Кристин Куинн. Кристин Куинн в данный момент долгое время разглядывала свадебное платье в альбоме, погруженная в свои мысли. Изабелла Джоанна взволнованно сказала: «Бекка, давай выберем это свадебное платье, мне кажется, оно тебе очень идет». «Нет, этот вариант подходит моей сестре даже больше». Ребекка Квентин разместила фотографию свадебного платья рядом с фотографией Кристин Куинн: «Изабелла, тебе не кажется, что моей сестре оно больше подходит?» «Думаю, у вас, сестер, похожие темпераменты, и это свадебное платье подходит обеим. Главное, что вы обе прекрасны». Кристин Куинн неловко сказала: «К чему вы все клоните? Это свадьба Бекки, она выбирает свадебное платье, а не я». Изабелла Джоанна сказала: «Кристин, разве тебе в конце концов не нужно найти себе парня? Надеть свадебное платье — это лишь вопрос времени!» «Да, сестрёнка, я хочу сохранить это свадебное платье для тебя… Я хочу когда-нибудь увидеть тебя в нём». «Глупышка, сестричка, даже если я когда-нибудь выйду замуж, боюсь, я не смогу позволить себе нанять такого известного дизайнера свадебных платьев… Ты думаешь, все так же обеспечены, как твой мистер Джеффри?» Изабелла Джоанна праведно воскликнула: «Кристин, если ты выйдешь замуж за мистера Джонса, проблем вообще не будет?» Изабелла Джоанна произнесла слова, которые хотела сказать Ребекка Квентин. Кристин Куинн с раздражением посмотрела на Изабеллу Джоанну: «Вы все сегодня здесь только для того, чтобы меня поддразнить?» Изабелла Джоанна кокетливо прижалась к Кристин Куинн: «А осмелимся ли мы?» «Забудьте об этом, я пойду на улицу помочь тете присмотреть за двумя детьми…» Сказав это, Кристин Куинн поспешно покинула зал, словно убегая. Ребекка Квентин, наблюдая за уходящей стройной фигурой Кристин Куинн, тихо вздохнула: «Я очень за неё волнуюсь». Изабелла Джоанна кивнула: «Я тоже думаю, что твоя сестра не по-настоящему счастлива, она постоянно выдавливает из себя улыбку, чтобы скрыть свою внутреннюю боль». «Но когда дело касается сердечных дел, третье лицо никогда не сможет вмешаться». «Поэтому беспокоиться бесполезно, сердечные дела должны идти своим чередом. Если вашей сестре и мистеру Джонсу суждено судьбой, они обязательно в конце концов будут вместе». Ребекка Квентин посмотрела на свадебное платье в альбоме, в ее голосе слышалась грусть: «На самом деле, однажды я гостила у сестры и обнаружила, что у нее тоже есть такой свадебный альбом. Помню, она загнула уголок страницы с этим свадебным платьем…» «Неудивительно, что Кристин так долго на это смотрела…» Ребекка Квентин сглотнула горечь, застрявшую в горле: «На самом деле, мне всегда везло больше, чем моей сестре, с самого детства…» Изабелла Джоанна нежно обняла Ребекку Квентин, утешая её: «Не говори так, вы с Кристин пережили столько трудностей из-за обид предыдущего поколения, просто тебе повезло больше, потому что ты встретила человека, который тебя любит». «Я не знаю, как ей помочь?» Изабелла Джоанна легонько постучала Ребекку Квентин по носу: «Глупая женщина, твое собственное счастье только начинается, а ты уже беспокоишься о других. Не могла бы ты подождать, пока не выйдешь замуж, прежде чем начинать беспокоиться?» «Я просто…» Изабелла Джоанна подхватила слова Ребекки Квентин: «Вы сейчас так счастливы, что хотите, чтобы все вокруг тоже были счастливы, но не забывайте, что ваше счастье все еще требует от вас сохранения… Вы и мистер Джеффри только что зарегистрировали брак, вы еще не получили свидетельство о браке. В Нью-Йорке, прежде чем вы получите свидетельство о браке, любая из сторон может обратиться в ЗАГС, чтобы отменить регистрацию, не оставляя записи в истории браков. Только когда пастор вручит вам свидетельство о браке, вы завершите всю свадебную церемонию». Ребекка Квентин прислонилась к плечу Изабеллы Джоанны: «Хорошо, я буду держаться за своё счастье!» ---------- Глава 598-312: Успешная регистрация брака 4_2 «Ты словно одинокий остров со своим собственным замком, а я — прилив, который не может достичь берега, а лишь окружает тебя…» Внезапно раздался телефонный звонок. Ребекка Квентин подняла голову с плеча Изабеллы Джоанны: «Это телефон Кристин». Изабелла Джоанна взяла трубку, случайно оставленную на диване Кристин Куинн: «Звонит мистер Джонс… Я передам звонок Кристин». "Хорошо." Спустя некоторое время Изабелла Джоанна вернулась с телефоном. Ребекка Квентин спросила: «Что случилось?» Изабелла Джоанна с досадой сказала: «Когда я отнесла это Кристин, звонок уже закончился. Я попросила Кристин перезвонить, но она отказалась. Потом телефон зазвонил снова, и Кристин сказала, что на этот раз звонок тебе». "Для меня?" Изабелла Джоанна передала телефон Ребекке Квентин. Ребекка Квентин взглянула на список пропущенных звонков на экране телефона; номер был ей знаком. Изабелла Джоанна с любопытством спросила: «Кто тебе звонил?» «Друг». Изабелла Джоанна хихикнула: «Разве это не тот доктор Робинсон, который всегда был к тебе добр?» Ребекка Квентин кивнула. «Похоже, этот мужчина глубоко влюблен в вас, и даже несмотря на то, что он погряз в собственных проблемах, он все равно не забывает вам позвонить». «Ты слишком много об этом думаешь, мы всегда были просто друзьями». «Конечно, вы считаете его другом, но он может не видеть в вас просто друга… В любом случае, с ним стоит дружить, поскольку он всегда хорошо о вас заботился». «Я ему перезвоню». «Давай… Не волнуйся, я никогда не расскажу мистеру Джеффри, я знаю, что мужчины бывают мелочными». Слова Изабеллы Джоанны развеселили Ребекку Квентин, и она ушла, забрав телефон. Она перезвонила, и звонок быстро соединился. «Доктор Робинсон». «Бекка». «Извините, телефон принадлежит моей сестре, поэтому я не смогла ответить на ваш звонок вовремя». «Ничего страшного, я звонил по не слишком важному вопросу, но хотел попросить вашей помощи». "Вперед, продолжать." «Вы помните отель «Пэлас», в котором останавливались в прошлый раз в Нью-Йорке?» «Да, вы жили в соседнем номере». «Так… Несколько дней назад я искал важный документ и понял, что по ошибке оставил его в этом отеле. Я позвонил на ресепшн, и мне сказали, что документ сохранили для меня, поэтому я надеялся, что вы сможете помочь его забрать». "Эм-м-м…" «Это доставит вам неудобства? Я понимаю, что сейчас это большая просьба, но этот документ действительно очень важен для меня, так как он связан с моим судебным процессом по поводу наследства. Я никому другому не доверяю его получение, поэтому прошу вашей помощи». «Дело не в этом, доктор Робинсон, я был бы рад помочь вам его получить, я просто не знаю, как вам его передать». «Пока можете оставить документ себе, через пару дней я улетаю в Нью-Йорк, чтобы встретиться с вами, но мне нужно, чтобы вы забрали его сегодня, так как сегодня мне позвонил менеджер отеля и сказал, что срок бесплатного хранения заканчивается». «Хорошо, я пойду позже». «Спасибо, Бекка». "Пожалуйста." "Ну что ж… Увидимся, когда будет возможность." "До свидания." С телефоном в руке Ребекка Квентин вышла в сад и застала Кристин Куинн играющей с Эндрю. Кристин Куинн, понимая, что Ребекке Квентин есть что сказать, обняла Эндрю и отошла в сторону вместе с Ребеккой Квентин. "Мама…" Эндрю потянулся к Ребекке Квентин, чтобы она его обняла. Ребекка Квентин подняла его на руки, вытерла пот со лба и мягко улыбнулась: «Маленький проказник, посмотри, как ты отрывался, весь вспотел». «Роджер Леонард держал его на лужайке, „летая“, поэтому он изрядно вспотел». «Интересно, был ли Говард Джеффри таким же в детстве, как он, — любил ли он играть?» Кристин Куинн рассмеялась: «Ваш сын — словно миниатюрная копия Говарда Джеффри, даже хитрость у него такая же». "О, хитрость?" «Не волнуйтесь, я имела в виду умный. Ваш сын необычайно сообразительный; он понимает всё, что я говорю, как маленький взрослый». «Правда?» — Ребекка Квентин поцеловала любимого малыша у себя на руках. — «Неудивительно, что папа всегда говорит, что ты не слушаешься». Кристин Куинн в шутку заметила: «Это потому, что Говард Джеффри ничего не может сделать со своим собственным сыном, поэтому он просто говорит, что не слушает…» Посмеявшись, Ребекка Квентин вспомнила о случившемся: «Кстати, сестрёнка, мне нужно ненадолго выйти, не могла бы ты присмотреть за Эндрю?» "Сейчас выходите?" «Да, мне нужно ехать в город». «Поездка в город не срочная?» «Не то чтобы срочно, но мне нужно совершить эту поездку». «За Эндрю присмотрит много людей, это не проблема, но поездка в город означает, что вы будете отсутствовать довольно долго, возможно, вернетесь поздно вечером. Что мне сказать тете и Говарду Джеффри, если они спросят?» «Просто скажите им, что я ходила по магазинам». «Хорошо, езжайте осторожно и возвращайтесь пораньше». «Мм, я попрошу семейного водителя меня отвезти». Два часа спустя Ребекка Квентин прибыла в отель «Дворец» в Нью-Йорке. Поскольку Честер Робинсон уже уведомил персонал отеля, она без проблем получила документы. Документы были упакованы в конверт и выглядели действительно очень важными. Получив документы, Ребекка Квентин планировала покинуть отель и вернуться домой, но, повернувшись, чтобы уйти, она случайно увидела привлекательную пару, выходящую из лифта отеля. Она подумала, что если бы не броская внешность Говарда Джеффри, она, возможно, и не заметила бы, как он вышел из лифта вместе с Элис Робинсон. В тот момент она стояла в холле отеля, повернувшись к ним боком, поэтому, если они специально не повернут головы, они ее не заметят, но ее положение позволяло ей отчетливо наблюдать за каждым их движением. Ребекка Квентин застыла на месте. Говард Джеффри и Элис Робинсон направились к входу в отель, где уже была припаркована его машина. Элис Робинсон не села в машину к Говарду Джеффри, но когда он уже собирался сесть, Элис внезапно протянула руку и обняла Говарда. С такого расстояния она, естественно, не могла слышать их разговор, но видела, как Элис крепко обнимала Говарда, словно прислонившись к его спине и безудержно рыдая. Говард Джеффри казался равнодушным, почти не проявляя эмоций по отношению к Алисе, но и не отталкивал её. Спустя несколько секунд Элис медленно ослабила хватку на Говарде, обменялась с ним еще несколькими словами, а Говард, сохраняя невозмутимое выражение лица, наконец сел в машину и уехал. Алиса, охваченная отчаянием, сидела на земле и кричала… Затем Алиса поймала такси и покинула отель. ---------- Глава 599 - 313: Успешная регистрация брака 5 Ребекка Квентин пришла в себя лишь спустя долгое время после ухода Элис Робинсон и вышла из отеля в каком-то оцепенении. Водитель из семьи все это время ждала на парковке отеля. Она села в машину, держа в руках документы, с несколько бесстрастным выражением лица. Сегодня утром, когда Говард Джеффри ушел, он сказал ей, что ему нужно вернуться в «Скайтоп», чтобы уладить некоторые дела. Сначала она колебалась, стоит ли звонить ему и ехать с ним домой, но никак не ожидала встретить его в отеле «Дворец». Она признала, что увиденная ею сцена ясно показывала, как Элис Робинсон цеплялась за него, в то время как он был равнодушен. Но зачем он пришел в отель, чтобы встретиться с Элис Робинсон? И когда Элис Робинсон со слезами на глазах обняла его, почему он не отказался? В её сердце закралось горькое чувство. Ребекка Квентин откинулась на спинку кресла, ее лицо слегка побледнело. Водитель заметил в зеркало заднего вида необычную бледность Ребекки Квентин и с беспокойством спросил: «Мисс Квентин, вы плохо себя чувствуете?» Ребекка Квентин выпрямилась и спокойно ответила: «Нет, я просто устала». Водитель улыбнулся: «Тогда вам стоит вздремнуть. Я разбужу вас, когда мы доберемся домой». "Хорошо." Как только Ребекка Квентин закрыла глаза, водитель внезапно выругался и резко повернул. Ребекка Квентин, потеряв равновесие, резко дернулась вперед, ударившись головой о сиденье перед собой. Услышав крик боли Ребекки Квентин, водитель быстро припарковал машину на обочине и выскочил, нервно подбежав к заднему сиденью, чтобы спросить: «Мисс Квентин, вы в порядке?» Ребекка Квентин потерла ноющий лоб и покачала головой: «Я в порядке». Увидев шишку на лбу Ребекки Квентин, водитель продолжал извиняться: «Простите, мисс Квентин. Внезапно на нас рванула машина, и мне пришлось резко свернуть…» «Всё в порядке, я не пострадала…» — Ребекка Квентин снова потёрла лоб. Когда боль утихла, она сказала: «Давай продолжим ехать домой!» «Простите, мисс Квентин, мне очень жаль…» Водитель извинился еще несколько раз, прежде чем вернуться на свое место. Пока машина плавно ехала по дороге, Ребекка Квентин заметила, что документ, который она положила на сиденье, вылетел из папки и рассыпался по коврику из-за резкого поворота и торможения водителя. Ребекка Квентин взяла документы и начала их сортировать, не собираясь их читать. Однако, пока она их раскладывала, ее взгляд невольно упал на один лист. Ее глаза расширились от удивления, и она вытащила тот самый документ. Эти документы действительно содержали справочную информацию о Честере Робинсоне, и она обратила внимание именно на этот лист из-за написанных на нем конфиденциальных английских букв "QCS". Держа этот документ в руках, Ребекка Квентин бегло просмотрела его от начала до конца. Внезапно ее взгляд остановился на строке с указанием юридического представителя компании «QCS», и в этой колонке красовалось известное имя «Честер Робинсон». Ребекка Квентин с недоверием посмотрела на документ. Законным представителем компании «QCS» является Честер Робинсон, что означает, что Честер Робинсон является высшим лицом, принимающим решения в компании «QCS», следовательно, Честер Робинсон должен быть владельцем компании «QCS». О боже… Ребекка Квентин откинулась на спинку кресла и ахнула. Как такое могло случиться? Как такое могло произойти… Как Честер Робинсон мог быть тайным боссом компании "QCS"? На самом деле он является ранее неизвестным скрытым владельцем компании "QCS"… Ребекка Квентин напряжённо покачала головой, не в силах поверить своим ушам. Однако в её голове начали прокручиваться сцены её поступления в "QCS". Именно Честер Робинсон познакомил её с "QCS". Он сказал, что дружит с менеджером Смитом, поэтому она без проблем попала в "QCS". После того, как она присоединилась к "QCS", все шло гладко, и менеджер Смит особенно заботился о ней. Позже в компании начали распространяться слухи о её связях с тайным боссом «QCS», якобы случайно слитые менеджером Смитом… Она специально спросила менеджера Смита, и он объяснил, что это слух, намеренно сфабрикованный внутренним персоналом, заявив, что ничего не разглашал. Она также посчитала, что у менеджера Смита не было причин выдумывать подобный факт, поэтому не обратила на это особого внимания… Если задуматься, то если Честер Робинсон действительно является тайным боссом «QCS», то это объясняет, почему менеджер Смит мог случайно слить такую ​​информацию… Более того, когда она впервые отправилась в деловую поездку в Нью-Йорк с менеджером Смитом, Честер Робинсон пригласил её во Францию. В то время Честер Робинсон и менеджер Смит казались знакомыми, но когда менеджер Смит увидел Честера Робинсона, он выглядел одновременно взволнованным и немного настороженным, с несомненным уважением… ---------- Глава 600 - 313: Регистрация брака прошла успешно 5_2 К сожалению, тогда она не сочла нужным тщательно проанализировать эти детали и не связала Честера с тайным владельцем компании "QCS". Неудивительно, что менеджер Смит так оберегал ее, независимо от того, какие ошибки она совершала в «QCS», менеджер Смит всегда защищал ее… Как выяснилось, всё дело было в том, что Честер был тайным владельцем компании "QCS"! Но… Если Честер был тайным владельцем «QCS», то когда директор Линн вывела её на передний план в штаб-квартире «QCS» для проведения пресс-конференции, «помощник Энтони», пришедший ей на помощь в кризисной ситуации в качестве помощника тайного владельца «QCS», на самом деле был человеком Честера. Иными словами, человеком, который спас её в тот день и помог ей развеять негативные новости, был Честер, а не Говард… Почему именно Честер? Человеком, который пообещал спасти ее в тот день, был Говард, и она также обратилась к помощнику Энтони, который сказал, что его начальник действует по чьей-то просьбе… Поэтому она, естественно, поверила, что человеком, обратившимся к тайному владельцу «QCS» за помощью, был Говард, ведь неудивительно, что Говард и тайный владелец «QCS» — друзья. Дело в том, что если тайным владельцем "QCS" был Честер, это могло означать только одно: Говард в тот день ей вообще не помогал, и настоящим ей помог Честер. Поскольку отношения Говарда и Честера всегда были напряженными, и Говард в то время был с Элис, он бы ни за что не стал просить Честера о помощи, не говоря уже о высокомерии Говарда. Нет… Ей нужно было пойти и прямо спросить Честера, она не могла оставаться в таком замешательстве и неведении. Пытаясь успокоиться, Ребекка Квентин, стараясь приспособиться к ситуации, сказала: «Дядя Пол, не могли бы вы на минутку остановить машину на обочине дороги?» "Хорошо." Водитель остановил машину на обочине дороги. Ребекка Квентин обняла свои документы, вышла из машины, а затем нашла общественный телефон, чтобы срочно набрать номер Честера. Звонок Честера быстро дозвонился, и до ее ушей донесся нежный голос Честера. «Бекка». «Доктор Робинсон, прошу прощения, я случайно увидел документ, который вы попросили меня взять…» Честер замолчал на другой стороне. Голос Ребекки Квентин стал более тревожным: «Клянусь, я не специально просматривала содержимое вашего документа, но случайно увидела информацию о „QCS“… Я просто хочу, чтобы вы лично сказали мне, действительно ли вы являетесь тайным владельцем „QCS“?» Честер по-прежнему молчал на другом конце провода. «Доктор Робинсон, пожалуйста, скажите мне», — умоляюще проговорила Ребекка Квентин. В конце концов Честер признался на другом конце провода: «Да». Ребекка Квентин продолжала качать головой, все еще с трудом принимая этот факт. Честер хрипло признался: «Бекка, прости, я не хотел тебя обманывать». Ребекка Квентин с болью спросила: «Значит, с того самого дня, как я пришла в „QCS“, это вы позаботились о том, чтобы менеджер Смит всегда обо мне заботился?» "Да." «Зачем вы мне так помогли?» «Поскольку в то время ты была в депрессии из-за потери ребенка, я хотел дать тебе работу, чтобы ты могла продолжать жить… Но я знал, что если я прямо скажу тебе, что компания тайно контролируется мной, ты точно не примешь мою помощь, поэтому я мог только скрыть это от тебя». «Тогда, на той пресс-конференции в штаб-квартире, это вы поручили помощнику Энтони помочь мне?» "Да." «Но я спросил помощника Энтони, и он сказал мне, что его начальник действовал по чьей-то просьбе, кто-то просил вас…» Даже в этот момент Ребекка Квентин все еще хотела рассказать об этом Говарду. «Нет, я не мог вынести того, что тебя травят столько репортеров, и не мог допустить дальнейшего ущерба твоей репутации, поэтому я попросил Кита вовремя прийти к тебе… Я попросил Кита сказать тебе, что это было по просьбе, потому что в тот момент я не мог придумать убедительной причины, по которой ты поверил бы, что тайный владелец «QCS» тебе поможет, поэтому я мог только попросить Кита солгать тебе, сказав, что это было «по чьей-то просьбе».» Телефон выскользнул из пальцев Ребекки Квентин, которые начали слабеть. "Бекка, Бекка…" Из телефона раздался голос Честера. Ребекка Квентин присела на корточки, ее глаза потускнели и стали безжизненными, она безучастно смотрела в землю. "Бекка…" Голос Честера раздался снова. В этот момент водитель подбежал к ней и, нервно поддерживая Ребекку Квентин, спросил: «Мисс Квентин, вы в порядке?» Ребекка Квентин безучастно смотрела на водителя, и, увидев его обеспокоенный взгляд, внезапно пришла в себя, сделала несколько глубоких вдохов и медленно выпрямилась. «Мисс Квентин, вы выглядите довольно плохо, вам где-нибудь некомфортно? Может, мне отвезти вас в больницу?» Водитель был очень обеспокоен. Ребекка Квентин выдавила из себя улыбку: «Я в порядке, я разговаривала по телефону с подругой…» "Но…" Водитель хотел сказать что-то еще, но Ребекка Квентин уже снова взяла трубку. Ребекка Квентин поднесла трубку к уху, из телефона все еще доносился встревоженный голос Честера: «Бекка… Бекка, ты еще здесь?» Ребекка Квентин глубоко вздохнула, подавляя боль в сердце, и ответила: «Да». "Ты в порядке?" "Я в порядке." «Бекка, если ты расстроена из-за того, что я никогда не рассказывала тебе о своей личности, я приношу свои извинения…» Ребекка Квентин горько рассмеялась: «Вам не нужно передо мной извиняться, это я должна вас благодарить». "Ты выглядишь неважно… может, поговорим, когда я приеду в Нью-Йорк, хорошо?" «Не нужно, доктор Робинсон, нет, мистер Робинсон… Со мной все в порядке, я просто вдруг почувствовал, что все это время представлял себе мир слишком прекрасным, слишком чистым, и есть много вещей и много людей, которых я никогда по-настоящему не понимал, а тех, кого, как мне казалось, я хорошо знал, на самом деле я совсем не понимаю…» «Нет, Бекка, у меня никогда не было к тебе злых намерений…» Ребекка Квентин, задыхаясь, прервала слова Честера: «Простите, доктор Робинсон, я не знаю, скрываете ли вы от меня другие личности, но сейчас мне очень страшно, я чувствую, что мой мир мне совершенно незнаком, и люди вокруг меня тоже… Боюсь, я не смогу отвечать на ваши звонки некоторое время. Конечно, я попрошу кого-нибудь передать вам файлы, когда вы придете за ними». "Бекка…" Как только Честер окликнул Ребекку Квентин, она тут же повесила трубку. Водитель стоял рядом с Ребеккой Квентин, беспомощно наблюдая за ее растерянным и отчаявшимся видом. «Мисс Квентин, вы действительно в порядке?» Ребекка Квентин безучастно покачала головой и медленно, с трудом, направилась обратно к машине. ---------- Главы 601–314: То, чего я больше всего хочу в этой жизни Когда Бекка вернулась на виллу, Говард Джеффри еще не пришел. Бекка вела себя так, будто ничего необычного не произошло, поэтому Кристин Куинн и Изабелла Джоанна не заметили никаких изменений в ее настроении. Затем она нашла предлог вернуться в свою комнату отдохнуть, но, проходя по коридору второго этажа, случайно столкнулась с Нельсоном Льюисом. Нельсон, будучи близким братом Говарда, от природы обладал даром читать людей, поэтому она ничего от него не могла скрыть. «Что-то случилось? Вы плохо выглядите. Вам что-то нехорошо?» — с беспокойством спросил Нельсон. «Я ездила в город, только что вернулась, меня немного укачало». Она знала, что это оправдание не обманет Нельсона, но не могла придумать лучшей причины, чтобы помешать ему задать еще несколько вопросов. Нельсон понял, что она пытается что-то уклониться от ответа, поэтому не стал настаивать. Он просто кивнул: «Отдохните. Если вам всё ещё будет плохо, позвоните врачу». "Хорошо." Вернувшись в свою комнату, Бекка убрала документы и, обессиленная, легла на кровать. Она безучастно смотрела в потолок, в голове у нее царил хаос. Ей хотелось немедленно задать Говарду множество вопросов, но она немного боялась узнать на них ответы. Поскольку они с ним уже были женаты, что ей следует делать, если она получит ответы, которые её не устраивают? Судьба действительно любила подшучивать над ней. Каждый раз, когда она была близка к счастью, ей устраивали жестокие испытания… Она и так уже измучилась от этих повторяющихся испытаний. Говард… Она действительно знала его? На первом этаже виллы. Говард только что вернулся с улицы. Кристин и Изабелла меняли подгузник Айви Скотт, Роджер Леонард сидел на диване и учил Эндрю строить из кубиков, миссис Джеффри готовила ужин на кухне, а Нельсон только что спустился со второго этажа. В поле его зрения Бекка вообще не была видна. Говард позвал слугу и спросил: «Где Бекка?» Слуга ответил: «Как только мисс Квентин вернулась, она сразу же поднялась наверх спать». «Вернулась? Она ушла?» — с деликатностью спросил Говард. Слуга сказал: «Да, мисс Квентин сегодня днем ​​ездила в город кое-что купить. Дядя Пол отвез ее туда». Говард кивнул и направился на второй этаж. Поднимаясь по лестнице, он случайно столкнулся с Нельсоном. Нельсон преградил Говарду путь: «Ищешь Бекку?» «Да, служанка сказала, что она спит в комнате, я пойду проверю, как она там». Нельсон кивнул: «После возвращения из города она выглядела неважно». Острые черные глаза Говарда сузились: "Неважно себя чувствуешь?" «Нет, когда она вошла в комнату, она держала в руках папку… Думаю, это как-то связано с этим». "Понятно." Слегка повернув дверную ручку, Говард вошел в комнату. Он тихо подошёл к кровати, где уже спал человек. Ее руки лежали на кровати, дыхание было ровным, что указывало на крепкий сон. Он сел на край кровати, внимательно разглядывая ее слегка бледное лицо, и медленно протянул руку, чтобы нежно погладить ее прекрасное лицо. "Бекка?" — он осторожно откинул волосы с ее щеки и тихо позвал. "Мм…" — пробормотала Бекка, не просыпаясь. Говард обнял ее, позволил ей прислониться к себе, пока она спала, и поцеловал ее гладкий лоб. Возможно, его движения встревожили ее, потому что она медленно открыла глаза и проснулась. "Я тебя разбудил?" Бекка сонно моргнула, но пристально смотрела на его красивое лицо. Говард легонько поцеловал её в губы и хрипло пробормотал: «Детка… Старший брат сказал мне, что ты плохо себя чувствуешь». Бекка кивнула. Говард нежно спросил: «Где болит? Я позвоню врачу, чтобы он тебя осмотрел, хорошо?» Бекка снова покачала головой. Говард крепко обнял её, но она медленно свернулась калачиком в его объятиях. Прислонившись лбом к ее лбу, Говард терпеливо спросил: «Скажи, где болит?» Бекка слабо подняла руку и приложила её к сердцу. «Что-то случилось?» Бекка ничего не ответила, просто смотрела на Говарда, не моргая. Говард крепче обнял её, его глубокий голос был полон нежности: «Детка, расскажи мне, что случилось?» Бекка нежно погладила точеное лицо Говарда и хрипло спросила: «Говард, ты действительно меня любишь?» Говард поцеловал её в волосы и, глубоко и искренне ответив: «Я люблю тебя». ---------- Главы 602-314: То, чего я больше всего хочу в этой жизни (2) «Тогда объясните, пожалуйста, почему, когда Алиса порочила мою репутацию, вы оба раза мне не помогли?» «Прежде чем ответить, я хочу знать, почему вы вдруг задали мне этот вопрос сегодня». «Потому что во время пресс-конференции я позвонила вам и спросила, не могли бы вы помочь мне выбраться из затруднительного положения, и вы пообещали». Ребекка Квентин сделала паузу, сглотнула горечь в горле и продолжила: «Но я только сегодня узнала, что вы мне не помогли… ни в первый, ни во второй раз. Я думала, что во второй раз почувствовала облегчение, потому что вы тайно мне помогли, но только сегодня узнала, что мне помог Честер Робинсон». «Вы с ним связались?» — Говард Джеффри слегка приподнял бровь, в его хриплом голосе слышалась нотка холода. Ребекка Квентин честно ответила: «Да, он мой друг, и его семья переживает очень трудный период, поэтому я не могла не беспокоиться, хотя и знаю, что вам не нравится, когда я с ним общаюсь». «Так он передал вам какие-то документы?» "Ты…" «Мой брат сказал мне, что ты вернулся с папкой с документами». «Да, этот файл принадлежит Честеру, но он не имеет никакого отношения к обсуждаемому нами вопросу». Говард Джеффри тихо вздохнул и крепко обнял Ребекку Квентин сзади, слегка положив подбородок ей на волосы. «Дорогая, я думал, ты говорила, что что бы ни случилось, ты мне поверишь». Ребекка Квентин тяжело вздохнула: «Это потому, что я всегда думала, что хорошо тебя понимаю, но сегодня я поняла, что всегда видела вещи только на поверхности». Глаза Говарда Джеффри потемнели, когда он хриплым голосом произнес над ее головой: «Ты хочешь сказать, что мои чувства к тебе тоже были поверхностными?» Тело Ребекки Квентин слегка дрожало, когда она лежала в объятиях Говарда Джеффри. Говард Джеффри замолчал. В комнате воцарилась необычная тишина. Ребекке Квентин хотелось что-то объяснить, но голос её застрял в горле, и она вдруг потеряла дар речи. Тук-тук — Стук в дверь нарушил неловкую атмосферу в комнате. «Я открою дверь». Говард Джеффри тихо разговаривал с Ребеккой Квентин, хотя его голос был довольно хриплым. Ребекка Квентин кивнула. Говард Джеффри осторожно уложил Ребекку Квентин на кровать, затем встал и пошел открывать дверь. Посетительницей была Кристин Куинн. Увидев, как Говард Джеффри открывает дверь, Кристин смущенно воскликнула: «Ах, Говард, я не знала, что ты в комнате… Бекка сказала, что устала и хочет спать сразу после возвращения, я забеспокоилась, что она может плохо себя чувствовать, поэтому пришла проверить». Говард Джеффри спокойно ответил: «Хм, с ней все в порядке». "Тогда я…" Кристин попыталась уйти незаметно, но Говард Джеффри прервал её. «Я пойду проведаюсь у Эндрю, а вы поболтайте». "А?" Кристин не ответила сразу. Говард Джеффри уже отошел в сторону. Кристин несколько секунд стояла в дверях, ошеломленная, а затем вошла, все еще пребывая в замешательстве. "Бекка…" "Хм?" Кристин подошла к кровати и посмотрела на Ребекку Квентин, которая выглядела немного странно, прислонившись к изголовью, и подозрительно спросила: «Что случилось? Ты поссорилась с Говардом?» Ребекка Квентин спокойно покачала головой: «Нет». Кристин проницательно нахмурила брови: «Но выражение лица Говарда сейчас выглядело не слишком хорошим». Ребекка Квентин тихонько усмехнулась: «Знаешь, у него всегда такое лицо». Кристин тоже рассмеялась: «Верно, трудно сказать, о чем он думает». Ребекка Квентин улыбнулась и кивнула. Кристин положила руку на лоб Ребекки Квентин: «Почему ты уснула сразу после возвращения? Ты больна?» «Ничего страшного, меня, возможно, немного укачало в машине по дороге обратно. Я немного поспал и сейчас чувствую себя намного лучше». «Вы выглядите неважно, вы что, в последнее время переутомлялись?» "А?" На лице Кристин слегка покраснело, когда она улыбнулась: «Знаешь, я переутомлена». Поняв намёк Кристин, Ребекка Квентин, смущённо покраснев, воскликнула: «Как ты могла так подумать?..» Во время ужина все собрались за обеденным столом. Атмосфера стала необычайно оживленной, когда миссис Джеффри упомянула свадьбу Ребекки Квентин и Говарда Джеффри. Самой активной была Изабелла Джоанна, которая высказалась: «Я предлагаю Говарду и Бекке отправиться в свадебное путешествие сразу после свадьбы, в свадебное путешествие без детей». Кристин Куинн кивнула: «Согласна, свадебное торжество обязательно должно включать медовый месяц». Изабелла подчеркнула: «А мистер Джеффри должен отложить дела компании и все свое время проводить с Беккой». Роджер Леонард улыбнулся и обнял жену: «Дорогая, ты, наверное, недостаточно хорошо знаешь моего брата. Бизнес — это смысл его жизни; он может прожить день без еды и сна, но ни дня без проведения совещаний или видеоконференций с подчиненными…» Во время еды Говард Джеффри поднял голову и небрежно сказал: «Я позволю кому-нибудь заняться делами компании на следующие полгода». У Изабеллы Джоанны от удивления расширились губы: «Мистер Джеффри, вы хотите сказать, что посвятите полгода Бекке?» Глава семьи, миссис Джеффри, улыбнулась и сказала: «Говард уже говорил мне раньше, что после свадьбы с Беккой они отвезут Эндрю на остров Фоум и поживут там некоторое время». "Ух ты, как романтично! Остров Фоум такой красивый, Роджер меня туда никогда не брал!" Роджер Леонард невинно объяснил своей ворчащей жене: «Дорогая, остров Фоум принадлежит моему брату, я могу туда попасть только по приглашению». Изабелла Джоанна ущипнула Роджера за нос: «Хорошо, я тебя прощаю». Все смеялись над нежным общением Роджера и Изабеллы, а миссис Джеффри улыбалась и смотрела на Ребекку Квентин, которая молча улыбалась, но не произносила ни слова: «Бекка, если не будет проблем, свадьба назначена на следующий вторник, завтра мы с Говардом проведем пресс-конференцию, чтобы объявить об этом». Ребекка Квентин улыбнулась и кивнула: «Хорошо». «Хоуи, ты отвечаешь за подготовку к свадьбе, твоя мама не будет вмешиваться, но убедись, что всё будет великолепно». "Я знаю." Как только Говард Джеффри закончил говорить, Ребекка Квентин встала и сказала всем: «Я закончила, продолжайте есть». Все знали, что Ребекка Квентин была застенчивой и не имела особого мнения по поводу свадьбы, поэтому ей разрешили пойти в гостиную подержать Эндрю на руках. Но когда Ребекка Квентин встала, никто не заметил, как взгляд Говарда Джеффри постепенно стал более пристальным. В гостиной Ребекка Квентин взяла Эндрю из рук слуги. Эндрю играл с игрушечным щенком и был очень удивлен звуком, который он издавал: "гав-гав". Ребекка Квентин посадила Эндрю себе на колени и спросила: «Малыш, ты счастлив, когда мама с тобой?» Эндрю энергично кивнул. Ребекка Квентин поцеловала Эндрю в щеку и извиняющимся тоном сказала: «Мама больше никогда тебя не бросит». ---------- Главы 603–315: Воспоминания Честера Робинсона 1 В юном возрасте Эндрю, естественно, не мог понять слов Ребекки Квентин. Он был сосредоточен на своей игрушке и вдруг с тревогой воскликнул: «Мама, собачка…» "Он перестал лаять?" Эндрю кивнул. Ребекка Квентин взяла игрушку и внимательно осмотрела ее, смущенно: «Мама тоже не знает, в чем проблема. Похоже, дело не в батарейке…» Эндрю посмотрел на Ребекку Квентин с надеждой в глазах. Затем Ребекка Квентин сказала Эндрю: «Иди и покажи собачку своему папе. Он обязательно поможет тебе выяснить причину». Эндрю сполз с ноги Ребекки Квентин и, неуверенно переваливаясь, побежал в сторону столовой. По стечению обстоятельств, Говард Джеффри вышел из столовой и направился прямо к Ребекке Квентин. Ребекка Квентин увидела Говарда Джеффри, и на ее лице все еще сияла та же довольная улыбка, что и тогда, когда она наблюдала, как Эндрю бежит к нему. И это улыбающееся лицо Ребекки Квентин также увидел Говард Джеффри. В следующее мгновение Эндрю обнял длинную ногу Говарда Джеффри, посмотрел на него снизу вверх своим невинным лицом, слегка запыхавшись от бега: «Папа… собачка сломана…» Говард Джеффри на секунду встретился взглядом с Ребеккой Квентин, а затем опустился на колени и внимательно изучил игрушку в руках Эндрю. Сейчас ночь. Уговорив Эндрю поспать в детской комнате, Ребекка Квентин вернулась в свою комнату. Она думала, что в комнате будет Говард Джеффри, но обнаружила, что там тихо и пусто. Погруженная в свои мысли, она села на край кровати, ее мысли были заняты послеобеденным разговором с Говардом Джеффри. Его разочарованный, низкий голос словно эхом отдавался в её ушах: «Ты хочешь сказать, что я забочусь о тебе только внешне?» В тот момент она поняла, что причинила ему боль. На самом деле, она не это имела в виду. То, что Честер Робинсон является боссом компании "QCS", глубоко потрясло ее, вызвав тревогу и смятение, особенно когда она увидела его выходящим из отеля "Палас" с Элис Робинсон… Она не могла успокоить своё сердце. Дойти до стадии брака для них было очень сложно. Она понимала, что преувеличивает многие мелочи, потому что очень дорожила их отношениями, она просто… Ее мысли прервал звук поворачивающейся дверной ручки. Ребекка Квентин повернула лицо и увидела, как вошел Говард Джеффри. Их взгляды встретились, на мгновение возникло неловкое недоумение. Ребекка Квентин встала с края кровати, подошла к Говарду Джеффри и тихо сказала: «Я помогу тебе набрать ванну…» Говард Джеффри не ответил. Ребекка Квентин повернулась и направилась в ванную комнату. Однако Говард Джеффри внезапно оттащил Ребекку Квентин назад, яростно прижал ее к белой стене и страстно поцеловал. Ребекка Квентин мгновенно почувствовала себя ягненком, пойманным охотником, потерявшим самообладание. Под беспомощным и невольным сопротивлением рука Ребекки Квентин постепенно потянулась к шее Говарда Джеффри, крепко обхватив его руками, а тонкие пальцы переплелись в его густых черных волосах. Дневные обиды были полностью развеяны поцелуем Говарда Джеффри. Наконец, Говард Джеффри отпустил задыхающуюся Ребекку Квентин, положив руки ей на голову, и сердито посмотрел на нее темными глазами: «Никогда не сомневайся в моих чувствах к тебе!» Ребекка Квентин надула губы, в груди у нее нарастала странная меланхолия. Говард Джеффри, сдерживая сильные эмоции, сквозь стиснутые зубы произнес: «В этом мире только ты можешь так меня разозлить!!» Ребекка Квентин слегка прикусила губу, ее прекрасные глаза постепенно увлажнились. Увидев блеск в ее глазах, рассудительный Говард Джеффри смягчил свой агрессивный нрав, тепло обнял ее и прошептал ей на ухо хриплым голосом: «Ты знаешь, как сильно я тебя люблю?» Прижавшись к объятиям Говарда Джеффри и окутанная его приятным мужским ароматом, Ребекка Квентин внезапно разрыдалась. Услышав ее рыдания, Говард Джеффри поспешно отпустил Ребекку Квентин, вытер слезы с уголков ее глаз и нежно, с сожалением сказал: «Черт, я не хотел быть с тобой грубым…» Ребекка Квентин выдавила из себя: "Я знаю…" «Пожалуйста, не плачь…» Говард Джеффри нежно вытер ее переполненные слезы, в его голосе звучала глубокая привязанность. Ребекка Квентин внезапно протянула руку и крепко обняла Говарда Джеффри. Говард Джеффри успокаивающе похлопал Ребекку Квентин по дрожащей от рыданий спине, вздыхая с чувством вины. Ребекка Квентин прижалась лицом к груди Говарда Джеффри и хрипло произнесла: «Я так боюсь, что тебе на меня наплевать… Говард Джеффри, с тех пор, как я встретила тебя в двадцать лет, весь мой мир — это ты… Я действительно боюсь, так боюсь, что судьба безжалостно отнимет у меня все, что у меня есть сейчас…» ---------- Главы 604–315: Воспоминания Честера Робинсона 1_2 «Я люблю тебя, я люблю тебя… Сколько раз ты хочешь, чтобы я это повторил, прежде чем ты поверишь?» — Говард Джеффри нежно обнял заплаканное лицо Ребекки Квентин. Заплаканные глаза Ребекки Квентин неотрывно смотрели на Говарда Джеффри, ее сердце было наполнено самообвинением и тронуто его безграничной терпимостью. Хрипло прошептав: «Прости… Я больше никогда не буду сомневаться…» Говард Джеффри крепко обнял Ребекку Квентин: «Дурак…» Глубокой ночью сигарета ослепительно ярко светилась на тускло освещенном балконе. "Джеффри." Раздался ровный мужской голос. Сигарета была потушена в пепельнице, Говард Джеффри бросил взгляд на вошедшего. Это был Нельсон Льюис. «Почему ты до сих пор не спишь допоздна?» Нельсон Льюис сел на стул напротив Говарда Джеффри, заметив в пепельнице несколько потушенных окурков. Говард Джеффри спросил: «Почему вы тоже не спите?» Нельсон Льюис улыбнулся: «Только что поболтал с Терезой Льюис, увидел здесь свет, закрывая окно, понял, что это вы, поэтому принес бутылку вина». Уловив радость в словах Нельсона Льюиса, Говард Джеффри тоже слегка улыбнулся: «Видя вас такими довольными сейчас, я вспоминаю, как вы с невесткой только начинали». Нельсон Льюис кивнул в знак согласия: «Да, поначалу я не понимал, почему я так о ней думал и не мог по-настоящему к ней привязаться». «Это потому, что ты всегда сопротивлялась коммерческому браку, поэтому никогда не воспринимала свой брак с невесткой всерьез; и самое главное, в то время у тебя был человек, который тебе нравился». Нельсон Льюис тихо вздохнул: «Действительно, я был ей очень обязан в те годы… Но теперь я обрел счастливый конец с Терезой. А как у вас? Вы с Беккой тоже достигли своего счастливого конца?» Сказав это, Нельсон Льюис налил вино в два принесенных им бокала. Говард Джеффри несколько секунд молчал. Нельсон Льюис передал вино Говарду Джеффри, спросив: «Бекка, с ней все в порядке?» Говард Джеффри покачал головой, взял бутылку вина и сделал глоток. Нельсон Льюис медленно произнес: «Бекка — хорошая девочка». Мрачный взгляд Говарда Джеффри устремился в темную даль: «В прошлом я слишком колебался, поэтому никогда не давал ей достаточного чувства безопасности». «Судьба сыграла со мной злую шутку, ты влюбился в дочь своего врага». Говард Джеффри слегка приподнял уголки губ: «Я должен поблагодарить Вивиан Линдси, потому что без нее я бы не встретил Бекку». Нельсон Льюис чокнулся бокалами с Говардом Джеффри: «Желаю вам счастливого и счастливого брака». "Спасибо." Нельсон Льюис сделал глоток вина, затем поставил бокал на стол и серьезным тоном спросил: «Курите здесь в одиночестве, вас это беспокоит?» Говард Джеффри покачал головой. «Мы с тобой как братья уже много лет; возможно, другие не видят сегодня твоих эмоциональных изменений, но мне это ясно». Говард Джеффри слегка улыбнулся: «Ничего серьезного, просто план привел к наихудшему результату, которого я ожидал». Нельсон Льюис полузакрыл глаза: «Действительно плохо?» «Немного сожалею». «Неужели это действительно то, чего вы боялись раньше, выяснил Честер Робинсон?» Говард Джеффри слегка кивнул: «Он помог Бекке после операции, но не сразу отреагировал, и тогда я понял, что дела идут плохо». Нельсон Льюис удивленно спросил: «Ты хочешь сказать, что Честер не помог Бекке…?» «Именно моя неспособность защитить её привела к этому сожалению, которое в конечном итоге невозможно исправить». «К счастью, вы тщательно все обдумали, вы рассмотрели эту возможность на раннем этапе, иначе вам действительно пришлось бы беспокоиться о Честере». Говард Джеффри фыркнул от смеха. Редко когда глаза Нельсона Льюиса потемнели, и в них вспыхнул холодный блеск: «Похоже, он хочет сыграть с тобой в игру на жизнь и смерть». В этот момент Говард Джеффри встал, все еще сохраняя на лице эту глубокую, опасную улыбку, и продолжил движение вперед. Нельсон Льюис не беспокоился за Говарда Джеффри, но немного сожалел о нем и Ребекке Квентин. Говард Джеффри внезапно остановился, чтобы уйти, и сказал: «Я не хочу, чтобы Бекка об этом знала». Нельсон Льюис кивнул: «Понимаю». «Последние сообщения указывают на то, что дело о наследстве консорциума семьи Робинсон остается в напряженном состоянии. Последние новости говорят о том, что Джордж Робинсон, занимающий пост председателя международного бизнеса, вместе со своей сестрой Энни Робинсон, скорее всего, одержат победу над единственным наследником сомнительного происхождения, Честером Робинсоном, и станут окончательными наследниками консорциума Робинсонов…» Рано утром по телевизору транслировали эту новость. Кристин Куинн вздохнула, держа в руках пульт: «Я знала, что так и будет… Честер — врач, не привыкший к обману и интригам, распространенным в семьях и бизнесе, как же он может выйти победителем в этом деле о наследстве!» Изабелла Джоанна, держа Айви Скотт на руках, спросила: «Кристин, почему тебя это беспокоит?» Кристин Куинн сказала: «Эти вопросы меня не касаются, меня волнует только то, что Честер и Бекка — друзья, и хотя я не хочу, чтобы команда Элис победила, я также не хочу, чтобы Честер проиграл». Изабелла Джоанна сплетничала: «Честер действительно очень хорош… красивый, элегантный, и, обладая такой благородной профессией, как врач, он очаровательный молодой талант, полный обаяния, но когда он встретил Бекку, Бекка уже встретила несравненного бога мужского пола…» «Я думаю, что у каждого человека есть предназначенная ему судьба, поэтому, даже если бы Бекка сначала встретила Честера, она, возможно, не влюбилась бы в него, потому что Бекка всегда ждала Говарда Джеффри». «Слушая вас, я понимаю, в этом есть смысл. Как и я с Роджером, я много лет работала моделью, встречала много богатых и влиятельных людей, но никогда не испытывала к ним сильных чувств, а вот когда я встретила Роджера, я не смогла сдержать своих эмоций». «В этом и заключается прелесть симпатии к кому-то… Часто, чтобы влюбиться в кого-то, достаточно одного взгляда». «Кристин, ты такая философски настроенная, а как насчет твоих чувств к мистеру Джонсу…» Изабелла Джоанна наклонила голову, сплетничая с Кристин Куинн. «Я ничего к нему не чувствую». Кристин Куинн холодно выплюнула эту фразу, выключив телевизор пультом. Изабелла Джоанна лукаво усмехнулась: «Кристин, каждый раз, когда ты упоминаешь мистера Джонса, на твоем лице появляется безразличие, а это как раз и говорит о…» Слова Изабеллы Джоанны прервала Кристин Куинн: «Кстати, где Бекка?» Кристин Куинн напрямую завершила обсуждение предыдущей темы. Изабелла Джоанна не осмелилась поддразнивать Кристин Куинн, тактично сменив тему разговора: «Наверх, на второй этаж!» ---------- Глава 605-316: Воспоминания Цяо Чэ 2 "Еще не проснулись?" Изабелла усмехнулась: «Даже мои свиньи еще спят, не говоря уже о молодоженах, мистере и миссис Джеффри». Кристин застенчиво улыбнулась. В этот момент раздался тихий голос: «Я уже начала выбирать. Дизайнер сказала, что сегодня днем ​​привезут несколько готовых свадебных платьев, чтобы я могла их посмотреть. Я выберу сегодня… Не волнуйтесь, дизайнер заверила меня, что платье будет готово к нашей свадьбе». Кристин и Изабелла одновременно перевели взгляд в сторону источника голоса. Они увидели, как Бекка, взявшись за руки с Говардом Джеффри, спускалась со второго этажа и обсуждала свадебное платье. Когда они шли к двери холла, Бекка, естественно, помогла Говарду поправить одежду, затем Говард поцеловал Бекку и, движимый чувством нежности к ней, вышел из виллы. Бекка наблюдала за удаляющейся фигурой Говарда, на ее губах играла милая улыбка. «Он ушёл, а ты всё ещё не хочешь расставаться, да?» В какой-то момент Изабелла незаметно подошла к Бекке и тихонько что-то прошептала. Вздрогнув, Бекка неловко ответила: «Не может быть…» Затем она повернулась и подошла к Кристин, сидевшей на диване. Изабелла шла следом за Беккой, дразняще говоря: «Но ты же скоро станешь женой мужчины своей мечты, не нужно сдерживаться». Кристин поддразнила: «Изабелла, значит, твой мужчина мечты — это Говард Джеффри? Я всегда думала, что это Роджер Леонард». Изабелла поспешила к Кристин, прикрыла рот рукой и прошептала: «Не дай Роджеру это услышать, он начнет ревновать…» Бекка села рядом с Кристин, одновременно взяв на руки маленькую девочку с большими, мечтательными глазами, невинно смотрящими на взрослых. Увидев материнский взгляд в глазах Бекки, когда та смотрела на Айви, Изабелла усмехнулась: «Ты тоже подумываешь о дочери?» Бекка улыбнулась и продолжила играть с очаровательной малышкой у себя на руках: «Айви, ты такая милая, можешь называть меня тетей?» Айви махала своими пухлыми ручками, издавая лепетные звуки. "Вы отвечаете тёте?" Плющ снова защебетала. Бекка рассмеялась, увидев очаровательные жесты Айви, и не смогла удержаться, чтобы не поцеловать её. Изабелла рассмеялась: «Похоже, Бекке очень нравятся девушки!» «Насколько я помню, Говарду тоже нравятся девушки… Каждый раз, когда он видит Мари, ему хочется ее обнять, и хотя Мари уже такая взрослая, он все равно помнит обнять ее и купить ей подарки», — добавила Кристин. Бекка кивнула: «Он говорил, что ему нравятся дочери». Изабелла вмешалась: «Тогда вам следует поторопиться и попытаться завести дочь!» «Мы стараемся, разве ты не видишь, как Бекка каждый день спит до полудня?» "Сестра!" «Ха-ха, я знал, что мистер Джеффри — тот ещё тип». "Изабелла!" Подвергшись насмешкам со стороны сестры и подруги, лицо Бекки тут же покраснело. «Ладно, ладно, я перестану вас дразнить… Но вы двое планируете завести еще одного ребенка?» — более серьезно спросила Кристин. Бекка серьезно кивнула: «Если я забеременею, я рожу». А что, если это будет другой мальчик? «Это не имеет значения». «Но после рождения Эндрю мистер Джеффри еще больше захотел дочь!» "Я знаю." Кристин обняла Бекку и засмеялась: «В любом случае, ты должна подарить Говарду дочь, иметь и сына, и дочь было бы таким счастьем!» «А что, если у Бекки одни мальчики? Что тогда?» Бекка посмотрела на свою озорную подругу, задавшую вопрос, и почувствовала себя немного растерянной. Кристин от души рассмеялась: «Тогда Бекке следует готовиться быть похожей на свинью-мать…» «Кто станет свиньей-матерью?» Только проснувшись, Роджер Леонард спустился со второго этажа и присоединился к разговору с тремя женщинами. Изабелла игриво посмотрела на него: «Конечно, не я». Роджер подошел к Изабелле, снисходительно обнял ее за талию и сказал: «Дорогая, не забывай, у нас также есть планы на второго ребенка!» Изабелла толкнула Роджера локтем: «Убирайся, роды с Айви были такими мучительными, я не хочу снова через это проходить». Роджер взглянул на изборожденное морщинами, но прекрасное лицо Изабеллы, внезапно обнял ее, отвел в сторону и сказал: «Похоже, нам нужно серьезно поговорить о детях…» Наблюдая за тем, как Роджер и Изабелла игриво флиртуют, Бекка и Кристин не могли сдержать смех. "Сестра…" Внезапно Бекка окликнула его. Кристин отвела завистливый взгляд от влюбленной пары и повернула голову: «Да?» ---------- Главы 606–316: Воспоминания Честера Робинсона 2_2 «Тщательно обдумайте свою ситуацию с мистером Джонсом». Кристин Куинн вздохнула с улыбкой: «Глупышка, я же тебе уже говорила, я найду тебе зятя как можно скорее». «Но знаете, чего я действительно хочу, так это видеть вас троих вместе как семью…» «Прекрати… Меня и так ужасно раздражает Мари из города Y, я не хочу приходить к тебе, чтобы сбежать, и при этом еще и беспокоиться об этой проблеме». Ребекка Квентин взяла всегда холодную руку Кристин Куинн в свою и крепко сжала её: «После всех трудностей, через которые мы с Говардом Джеффри прошли, нам удалось остаться вместе. Что заставляет тебя думать, что твои чувства к мистеру Джонсу просто исчезнут бесследно?» Кристин Куинн покачала головой с улыбкой: «Вы понятия не имеете, какой человек Скайлер Джонс, и не знаете, какой я в его глазах. Однако, поскольку вы все представляете меня с ним, а Мари всегда надеялась, что мы со Скайлером Джонсом не расстанемся, я дам Скайлеру Джонсу шанс. На самом деле, это также повод убедить вас всех отказаться от идеи моего романа…» "Продолжать." «Если в день вашей свадьбы с Говардом Джеффри на вашей свадьбе появится Скайлер Джонс, тогда я отпущу свои предрассудки против него, и пока он готов быть со мной, я выберу его без колебаний». Ребекка Квентин слегка прищурилась: «Мистер Джонс не придет на мою свадьбу с Говардом Джеффри?» Кристин Куинн холодно рассмеялась: «Что ты думаешь? Он заставил себя отпустить любимую женщину, а теперь должен наблюдать, как она выходит замуж за его собственного брата?» Ребекка Квентин внезапно замолчала. Кристин Куинн усмехнулась: «Я знаю его столько лет, всегда видела его с самодовольным видом, но в конечном итоге у него есть вещи, которые он хочет, но не может получить». «Возможно, мысли мистера Джонса сейчас отличаются от ваших». «Допустим, они ничем не отличаются, просто подождем, пока он придет на свадьбу… Если он придет и захочет пройти со мной рядом, я не откажусь». Ребекка Квентин серьёзно сказала: «Тогда вы не сможете отказаться от своих слов». «Я говорю то, что думаю. Однако я должен прояснить один момент… Скайлер Джонс должен присутствовать на вашей свадьбе по собственной воле, а не по каким-либо другим причинам, таким как ваше приглашение по телефону или попытки Говарда заставить его прийти». Ребекка Квентин, уже полная решимости обсудить с Говардом, как уговорить Скайлер Джонс присутствовать на свадьбе, мгновенно была поражена проницательностью Кристин Куинн. Кристин Куинн, заметив безучастный взгляд Ребекки Квентин, улыбнулась: «Помни, он должен прийти сам, иначе то, что я тебе обещала, не будет считаться». «Хорошо, я думаю, мистер Джонс точно придёт». На самом деле, в этот момент Ребекка Квентин не была уверена, но она уже была рада, что Кристин Куинн готова сделать шаг назад в своих отношениях со Скайлером Джонсом. Элис Робинсон вышла на балкон, бросив на пол стопку газетных журналов. Честер Робинсон неторопливо потягивал красное вино. Увидев разъяренное выражение лица Алисы, он слегка приподнял бровь: «Что случилось?» Элис, кипя от гнева, села на стул и постепенно успокоилась, понижая голос с каждым словом: «Говард Джеффри уже объявил дату свадьбы… он женится на Ребекке Квентин через пять дней». Честер Робинсон небрежно ответил: «Разве этого не следовало ожидать?» Алиса с грустью и гневом произнесла: «Они вот-вот поженятся… имеет ли вообще смысл то, что мы сейчас делаем?» «Они ещё не поженились?» «Но кто-то уже видел, как Говард Джеффри и Ребекка Квентин шли в ЗАГС регистрироваться…» «Даже если они зарегистрировали брак, все равно можно отменить регистрацию до получения свидетельства о браке». «Вы хотите сказать, что у вас есть способ сорвать свадьбу Ребекки Квентин и Говарда Джеффри?» Честер Робинсон отпил глоток вина, на его губах появилась уверенная улыбка: «Не беспокойтесь об этом. Вы хорошо выполнили мою просьбу, теперь вам просто нужно расслабиться и наблюдать». «Но ведь осталось всего пять дней…» «Мне этого уже достаточно». Алиса наконец расслабилась: «Я тебе доверяю, потому что ты никогда не нарушал данных мне обещаний». Честер Робинсон слегка улыбнулся, затем поставил бокал с вином и жестом подозвал Алису. Алиса покачала головой, слегка напрягая тело. Заметив настороженный взгляд в глазах Алисы, Честер Робинсон нахмурился: «Чего ты боишься? Боишься, что я с тобой свяжусь?» Алиса отвернула лицо в сторону. Честер Робинсон презрительно рассмеялся: «Похоже, ваше тело всегда было предназначено для Говарда Джеффри». Алиса хранила молчание. На этот раз Честер Робинсон не стал продолжать свои саркастические замечания и тихо сказал: «Не волнуйтесь, сегодня у меня нет настроения. Я просто хочу, чтобы вы нарисовали мне смайлик». Алиса растерянно обернулась: «Улыбающееся лицо?» «Да, как ты раньше рисовал». Элис нахмурилась: «Честер, ты что, с ума сошел? В такой напряженный момент ты хочешь, чтобы я нарисовала тебе детскую улыбку?» Да, он всегда просил её рисовать ему смайлики, с детства и до сих пор, всегда по необъяснимым причинам. Честер Робинсон обратился прямо: «В комнате есть бумага и цветные карандаши, я хочу, чтобы вы нарисовали это передо мной». "Сумасшедший!" Алиса выругалась, встала и захотела уйти. Однако, как только Элис обернулась, Честер Робинсон холодно сказал: «Если ты уйдешь, не жди, что я помогу тебе найти Говарда Джеффри!» Алиса замерла на месте. Через несколько секунд она раздраженно обернулась: «Ты что, какой-то психопат? Разве я не достаточно нарисовала за эти годы?» Честер Робинсон тихонько допил вино и беззвучно произнес: «Я жду тебя». Несколько минут спустя Алиса вручила Честеру Робинсону нарисованное красным карандашом на чистом листе бумаги улыбающееся лицо. Это был очень простой смайлик, такой, какой мог бы нарисовать только ребёнок. Честер Робинсон долго смотрел на улыбающееся лицо, погруженный в свои мысли. Старший брат, не грусти больше, я тебе смайлик подарю. Казалось, детский голосок маленькой девочки все еще окружал его уши, и чувство тепла, которое он испытывал, даже когда холод был холодным, все еще присутствовало. Улыбающееся личико, нарисованное Алисой, было так похоже на то, которое «она» рисовала раньше. Знает ли «она» за эти годы, что только когда он думает о «ней» и видит это улыбающееся личико, он чувствует тепло в своем сердце? Даже зная, что Алиса — это не она, он всё равно относился к ней так, как будто она была «её», осыпая её безграничной любовью и предельной терпимостью. Он искал «её» более двадцати лет, но «она», казалось, так и не появилась в его жизни, исчезнув без следа. Он сожалел, что так и не набрался смелости повернуть голову и посмотреть на «её», но также понимал, что даже если бы он повернул голову, то, возможно, просто увидел бы, как она в страхе убегает. Поскольку он не мог найти «её», даже зная, что Алиса не может быть «ней», он всё ещё отказывался признать, что «она» исчезла из его мира, и мог лишь представлять Алису как «её». ---------- Главы 607–317: Ревнивый муж До того дня в больнице он видел, как Ребекка Квентин присела на корточки, чтобы утешить маленького ребенка, который печально плакал после укола… Он увидел, как Ребекка Квентин с помощью красного детского карандаша нарисовала им смайлик. Эта улыбка… была той самой знакомой улыбкой, которую он искал более двадцати лет. Он не мог в это поверить, да и не смел легко поверить, поэтому изучил все записи о её росте от детства до взрослой жизни… "Можно мне теперь уйти?" Голос Элис Робинсон прервал погруженный в размышления Честера Робинсона. Честер Робинсон взглянул на Элис Робинсон, но ничего не сказал. Элис Робинсон тут же встала, намереваясь уйти. Но как только Элис Робинсон обернулась, Честер Робинсон внезапно протянул руку и схватил ее. Неосторожно упав в объятия Честера Робинсона, Элис Робинсон растерялась и выпалила: «Отпусти меня, отпусти…» Честер Робинсон крепко обнял Алису Робинсон, пристально глядя на ее прекрасное лицо, и холодно сказал: «Не говори ни слова». "Я не хочу, какого черта ты делаешь?.." «Я приказываю тебе замолчать передо мной!» Резкий приказ Честера Робинсона наконец заставил болтливую Элис Робинсон крепко сжать губы. Честер Робинсон неотрывно смотрел на Алису Робинсон, его взгляд постепенно затуманивался, и прекрасное лицо, отражавшееся в его глазах, в его глазах превратилось в чистое и непорочное. Элис Робинсон настороженно посмотрела на него, но не смела пошевелиться, ее дыхание было прерывистым из-за напряжения. Он медленно опустил голову, закрыл глаза, и его теплые губы прижались к ее губам. Глаза Элис Робинсон расширились от шока, она оттолкнула его прижимающееся тело рукой, но его губы по-прежнему были крепко прикрыты. Его поцелуй был подобен крылышку бабочки: очень нежный, ласковый, терпеливо исследующий, но руки, обнимавшие ее, не позволяли ей вырваться. Элис Робинсон, собрав все свои силы, в конце концов оттолкнула его… Однако, прежде чем она успела убежать, он уже оттащил ее обратно. Он перехватил её за талию, и её тело поднялось в воздух… "Отпусти меня, Честер Робинсон, ублюдок, отпусти…" Элис Робинсон непрерывно хрипло кричала, ударяя Честера Робинсона. Но ее тело все равно бросили на большую кровать в комнате… В конце концов, крики заглушила плотно закрытая дверь. "Бекка, ты собираешься уходить?" Как раз когда Бекка собиралась сесть в машину, она услышала голос Кристин Куинн сзади. Бекка кивнула: «Да, я ненадолго поеду в город». Кристин Куинн подозрительно нахмурилась: «Опять едешь в город?» Бекка наклонилась, чтобы сесть в машину, и сказала: «Да, я скоро вернусь». «Вам нужно что-нибудь купить?» «Да, кое-что для свадьбы». Кристин Куинн улыбнулась и сказала: «Тогда отпустите меня с собой, я всё равно свободна». "Хм?" Прежде чем Бекка успела придумать предлог для отказа, Кристин Куинн уже открыла дверцу машины и села внутрь. "Сестра…" Кристин Куинн серьезно сказала: «Позавчера, когда ты один поехал в город и вернулся, мне показалось, что ты ведешь себя странно, поэтому сегодня я поеду с тобой». «Но я…» "Ты хочешь сделать что-то, о чём даже не можешь мне рассказать?" «Нет, я…» — понимая, что объяснения только усилят подозрения Кристин Куинн, Бекка тут же сказала: «Хорошо, я тебе расскажу». Кристин Куинн нервно обняла Бекку: «Что-то случилось?» Бекка ответила с улыбкой: «Не волнуйтесь, ничего не случилось… друг попросил меня сохранить документ, и я сейчас передам его ему». "Это Честер Робинсон?" Да, Честер Робинсон сегодня отправил Кристин Куинн сообщение, в котором сообщил, что прибыл в Нью-Йорк. Поскольку она пообещала ему, что никто посторонний не будет прикасаться к документу, ей пришлось лично передать его ему. Конечно, она не хотела его видеть и не желала создавать недоразумение с Говардом Джеффри, поэтому попросила его прислать кого-нибудь другого забрать подарок. Кристин Куинн удивленно воскликнула: «О боже, вы собираетесь встретиться с Честером Робинсоном?» Бекка покачала головой, а затем честно объяснила Кристин Куинн просьбу Честера Робинсона, но при этом сохранила личность Честера Робинсона в секрете, поскольку это была его личная жизнь, которую она не могла раскрыть. После того, как Кристин Куинн выслушала вас, на ее лице внезапно появилось осознание: «Неудивительно, что позавчера, после вашего возвращения из города, Говард Джеффри казался странным. Оказывается, он знал, что вы общаетесь с Честером Робинсоном». "Да." Автомобиль прибыл к месту встречи с Честером Робинсоном. Там уже стояла припаркованная дорогая черная машина. Бекка знала, что человек, которого Честер Робинсон послал за документом, уже приехал, поэтому она вышла из машины. Из той машины тоже вышел человек; это был тот, кого Бекка когда-то встречала — «помощник Энтони». ---------- Главы 608–317: Ревнивый муж (Часть 2) Однако, когда Ребекка Квентин подумала, что к ней подойдет помощник Энтони, он повернулся и открыл дверь на заднее сиденье. В следующее мгновение из машины вышел Честер Робинсон в элегантном черном костюме. Кристин Куинн, вышедшая из машины вместе с Ребеккой Квентин, беззвучно ахнула. Ух ты… Честер Робинсон, обычно появлявшийся в белом халате врача, теперь был одет в идеально сшитый черный костюм, подчеркивающий его стройную фигуру, и отбросил свою обычную сдержанность и элегантность. Он выглядел исключительно обаятельным, излучая ауру утонченности и высокомерия. Его длинные ноги несли его к Ребекке Квентин. Ребекка Квентин не ожидала, что Честер Робинсон нарушит свое слово, и повернулась, чтобы сесть обратно в машину. Но помощник Честера, Кит Энтони, превентивно преградил ей путь. Ребекка Квентин застыла на месте, ее тело напряглось, она стояла спиной к Честеру Робинсону. Сзади нее раздался тихий, мягкий голос Честера Робинсона. «Я просто хочу с тобой поговорить». Ребекка Квентин, всё ещё отвернувшись от Честера Робинсона, холодно ответила: «Я же говорила, что не хочу тебя видеть». Честер Робинсон бросил взгляд на Кейта Энтони. Затем Кит Энтони обратился к Кристин Куинн: «Мисс Куинн, мой начальник хотел бы поговорить с мисс Куинн наедине. Можем ли мы подождать вон там?» Кристин Куинн была несколько смущена сложившейся ситуацией, и Кит Энтони отвел ее в сторону. Честер Робинсон подошел к Ребекке Квентин, его нежный взгляд остановился на ее холодном лице. "Ты всё ещё обижена на меня за то, что я скрывала от тебя свою личность?" Ребекка Квентин подняла глаза и сердито посмотрела на Честера Робинсона: «Я теперь не могу понять, вы „доктор Робинсон“, „мистер Робинсон“ или кто-то совершенно другой». Честер Робинсон вздохнул, но ничего не сказал. Ребекка Квентин передала документы, которые держала в руках, Честеру Робинсону, прямо сказав: «Вот документ для вас… Извините, мне нужно домой, до свидания». Ребекка Квентин отвернулась. Но Честер Робинсон схватил её за руку и сказал: «Между нами не имеет значения, кто я. Ты должна знать, что я просто хочу для тебя лучшего». Ребекка Квентин обернулась и безучастно уставилась на Честера Робинсона. То же самое доброе лицо, которое она часто видела, но теперь оно вызывало у нее тревогу. В ее памяти всплыли воспоминания о времени, проведенном с Честером Робинсоном — о том, как он поддерживал ее в самые темные моменты жизни, неустанно помогал ей исцелиться, смешил ее и утешал каждый раз, когда она чувствовала себя одинокой и беспомощной, оказывая ей незабываемую заботу. Даже сейчас ее сердце все еще было наполнено чувством вины и самообвинением по отношению к нему. Ее сердце постепенно смягчилось, она глубоко вздохнула и спокойно сказала: «Вы должны знать, что мы с Говардом Джеффри уже женаты…» «Свадьба ещё не состоялась, так что это ещё не решено окончательно. И даже если вы выйдете замуж за Говарда Джеффри, я не перестану на вас надеяться». Ребекка Квентин отпустила руку Честера Робинсона и твердо сказала: «Я люблю Говарда Джеффри. Я хочу быть с ним до конца своей жизни, понимаешь?» Она понимала, что ее слова жестоки, но у нее не было выбора; она не хотела, чтобы он тратил на нее больше времени. Голос Честера Робинсона помрачнел: «Понимаю… но Говард Джеффри вам не подходит». Ребекка Квентин энергично покачала головой: «Нет, я люблю его, и он любит меня. С того самого дня, как мы познакомились, было предначертано, что мы всегда будем вместе». «Ты его, несомненно, любишь, но ты действительно уверена, что он тебя любит?» «Что вы имеете в виду?» Честер Робинсон медленно произнес: «Вы уверены, что между Говардом Джеффри и Элис Робинсон нет никаких эмоциональных отношений?» В этот момент лицо Ребекки Квентин побледнело, зрачки сузились, когда она, глядя на Честера Робинсона, пробормотала: «Значит, ты сделал это намеренно…» "Что?" Взгляд Ребекки Квентин резко обострился: «Позавчера ты попросил меня сходить в отель «Палас» за документами, и я случайно увидела, как Говард Джеффри и Элис Робинсон одновременно входят и выходят из отеля… Полагаю, это был твой преднамеренный план, не так ли?» Она не глупа, и уже заподозрила это совпадение, вернувшись из отеля, но ей никогда не хотелось связывать Честера Робинсона с такими тайными замыслами. «Да, я признаю это. Я намеренно попросил вас пойти в отель за документами, надеясь увидеть Говарда Джеффри и Элис Робинсон вместе. Но моей целью не было посеять раздор между вами и Говардом Джеффри. Я просто хотел, чтобы вы увидели ту сторону Говарда Джеффри, которую он не хотел вам показывать, надеясь, что вы не пожалеете о том, что вышли за него замуж». «У него нет другой стороны. Он и Элис Робинсон раньше были парой, и даже если между ними остались неразрешенные эмоциональные разногласия, это нормально». Честер Робинсон хитро прищурился: «Вы уверены, что в вашем сердце нет ни малейшего сомнения?» Ребекка Квентин честно ответила: «Признаю, что видеть их вместе меня смущает, но я не буду в нём сомневаться. Поскольку я выбрала быть с ним, я всегда буду ему доверять». Честер Робинсон вздохнул: «Говарду Джеффри действительно повезло встретить такую ​​преданную ему женщину». «У меня есть собственное мнение; я точно знаю, кого я выбрал». «Хорошо, тогда скажу вам, человек, которого вы выбрали, безжалостен, высокомерен и эгоистичен! Его мир — это только победы и поражения, он лишён чувств. Ради достижения своей цели он не остановится ни перед чем, воспользуется всеми преимуществами, даже если это означает пожертвовать эмоциями». «Я не хочу слушать вашу чушь и не поверю тому, что вы говорите… Я не позволю себе разрушить доверие между нами». Ребекка Квентин спокойно посмотрела на Честера Робинсона и холодно произнесла. «Думаю, что бы я ни сказал сейчас, вы воспримете это как подрыв доверия между вами и Говардом Джеффри…» Честер Робинсон кивнул про себя: «Хорошо, больше ничего не скажу. Если вы считаете, что Говард Джеффри — тот человек, с которым вы можете провести всю жизнь, то желаю вам обоим счастья». "Спасибо." Честер Робинсон снова вздохнул, нежно положил руки на плечи Ребекки Квентин и тихо сказал: «Бекка, я искренне надеюсь, что ты найдешь счастье в этой жизни, и я убежден, что только я могу сделать тебя счастливой… Но я понимаю, что чувства нельзя заставить. Я искренне надеюсь, что Говард Джеффри, которому ты доверяешь, не тот человек, каким я его считаю, и что ты найдешь счастье». Ребекка Квентин твердо заявила: «Мы это сделаем». Честер Робинсон мягко улыбнулся: «И наконец, запомните вот что… Когда я вам понадоблюсь, не забывайте, что я всегда рядом». Ребекка Квентин больше ничего не сказала и отвернулась, сев в машину. Машина медленно ехала по дороге. Кристин Куинн, держа на руках бледную Ребекку Квентин, с беспокойством спросила: «Что случилось? О чём тебе говорил Честер Робинсон?» ---------- Глава 609-318: Беременность по-прежнему отсутствует 1 Ребекка Квентин покачала головой. «После разговора с ним у тебя было плохое выражение лица. Не верю, что он просто хотел тебя разоблачить». «Он мало что сказал, просто напомнил мне, что могут быть и другие факторы, позволяющие мне быть с Говардом Джеффри». Кристин Куинн нахмурилась от недоумения: «Что он имеет в виду?» «Он сказал, что в мире Говарда Джеффри всё сводится к победе или поражению, и ради этого он готов пожертвовать собственными чувствами». Кристин Куинн была в ярости: «Этот парень пытается посеять раздор между тобой и Говардом Джеффри, это уже слишком!» Ребекка Квентин хранила молчание. «Если бы я знала, что он говорит с тобой об этом, я бы никогда не позволила тебе продолжить разговор». Ребекка Квентин повернулась, чтобы посмотреть на сердитое лицо Кристин Куинн, и мягко улыбнулась: «Почему такая бурная реакция? Он напомнил мне, что, независимо от того, искренне он это говорит или нет, если я не приму это близко к сердцу, то это не окажет никакого влияния». «Эй, почему у тебя вдруг появились сомнения по поводу характера Честера Робинсона? Раньше ты таким не был; ты всегда ему доверял». Ребекка Квентин тихо вздохнула: «Я только недавно узнала, что у Честера Робинсона есть совершенно незнакомая мне личность. Конечно, я узнала об этом случайно, но не исключено, что он хотел, чтобы я это увидела. В конце концов, раскрытие этой личности заставило бы меня понять, как много он для меня молча сделал… Но это также заставляет меня чувствовать, что я знаю его не так хорошо, как думала. Я знаю его только как врача, но, возможно, у него есть и другие личности, помимо тех, о которых я знала. Мне довольно страшно». Кристин Куинн сказала: «Я привыкла видеть Честера Робинсона в его обычном белом врачебном костюме. Сегодня увидеть его в костюме было шокирующе. Каждый раз, когда я смотрела на него, у меня возникало ощущение, похожее на то, как я впервые увидела Говарда Джеффри. В его глазах читались высокомерие и тщеславие. Мне кажется, он не обычный… Ребекка, возможно, тебе действительно следует быть осторожнее». Ребекка Квентин кивнула: «Я больше не буду встречаться с ним наедине. Конечно, я всегда буду помнить все, что он сделал, чтобы помочь мне. Если однажды я смогу убедиться, что он все еще тот «доктор Робинсон», которого я знала, я продолжу считать его своим лучшим другом». «Хм, вы с Говардом Джеффри прошли этот путь с трудом. Вы должны доверять Говарду Джеффри». "Я буду." Кристин Куинн похлопала Ребекку Квентин по голове: «Так мне скрывать от Говарда Джеффри, что вы встречались с Честером Робинсоном?» Ребекка Квентин улыбнулась и сказала: «Учитывая, что в прошлый раз Говард Джеффри был немного расстроен из-за моей встречи с Честером Робинсоном, как вы думаете, смогу ли я теперь скрыть от него свое местонахождение?» Кристин Куинн поджала губы и рассмеялась: «Это действительно похоже на то, что мог бы сделать твой муж». Когда Ребекка Квентин и Кристин Куинн только что вернулись домой, к ним подошла Изабелла Джоанна. "Куда ты ушел?" Изабелла Джоанна спросила, притворяясь строгой. Ребекка Квентин, взявшись за руки с Изабеллой Джоанной, ответила: «Я же тебе говорила, мы ездили в центр города за покупками». Изабелла Джоанна надула губы: «Даже меня не взяли». Ребекка Квентин поддразнила: «Вы с генералом Леонардом так нежно обнимались в комнате, что я не хотела вас беспокоить». Изабелла Джоанна сделала вид, что закатывает рукава: «О, ты смеешь меня дразнить? Не забывай, что в тот год, когда ты вышла замуж за Говарда Джеффри как чистая невеста, это я научила тебя, как ему угодить… Думаешь, своими маленькими уловками ты сможешь заставить меня покраснеть? Ищешь драку…» Кристин Куинн, забавляясь их перепалкой, встала между ними и сделала вид, что пытается выступить посредником: «Прекратите… Если вы обидите Ребекку, что, если Говард Джеффри разыскает вас, чтобы свести счеты?» Изабелла Джоанна разразилась смехом. Однако Ребекка Квентин покраснела от поддразниваний Кристин Куинн. После смеха Кристин Куинн всерьёз спросила Изабеллу Джоанну: «Кстати, Говард Джеффри вернулся?» Изабелла Джоанна кивнула: «Да, он это сделал». Кристин Куинн с любопытством спросила: «Он не искал Ребекку?» «Нет, как только он вернулся, Эндрю прижался к нему. Мне было любопытно, почему он не стал сразу искать Ребекку, как обычно!» Кристин Куинн, восхищенно глядя на Ребекку Квентин, сказала: «Похоже, вы его действительно понимаете!» Ребекка Квентин застенчиво сказала: «Хорошо, я пойду его найду. А вы поболтайте». Спросив горничную, она узнала, что Говард Джеффри играет с Эндрю в детской комнате, поэтому Ребекка Квентин направилась туда. Она осторожно постучала в дверь, но изнутри никто не ответил, поэтому она повернула дверную ручку. Как только она вошла, то услышала шорох у своего уха. Ребекка Квентин тут же тихонько переместилась и увидела Говарда Джеффри, прислонившегося к изголовью узкой детской кровати Эндрю и, казалось, убаюкивающего его. ---------- Глава 610-318: Беременность по-прежнему отсутствует 1_2 Ребекка Квентин подошла к кровати и увидела, что Эндрю уже спит, его румяные щеки прижались к ноге Говарда Джеффри, а маленькие ручки все еще обнимали ногу Говарда Джеффри. Ребекка Квентин тихо спросила: «Он спит?» Говард Джеффри осторожно приподнял одеяло, аккуратно встал и слез с кровати. Лишь когда его тело коснулось земли, Говард Джеффри с невозмутимым лицом спросил Ребекку Квентин: «Вы уверены, что он не родился, чтобы мучить людей?» "Хм?" Прежде чем Ребекка Квентин успела отреагировать, Говард Джеффри уже схватил её за руку и вышел прямо из детской комнаты. У двери детской комнаты Говард Джеффри обнял Ребекку Квентин за талию и тихо проворчал: «Твой сын меня обижает». Ребекка Квентин пренебрежительно взглянула на кого-то: «Он тебя запугивает?» «Он хочет, чтобы я убаюкала его». «Это значит, что наш сын к вам привязан». «Мое время не предназначено для того, чтобы убаюкивать его». Ребекка Квентин надула щеки: «Эй, ты всегда занят работой, и только недавно у нас появилось свободное время, потому что мы женимся. Тебе не на что жаловаться!» Губы Говарда Джеффри изогнулись в улыбке: «Вы уверены, что я жалуюсь на то, что наш сын отнимает у меня рабочее время, а не другое?» Услышав намёк в словах Говарда Джеффри, Ребекка Квентин игриво ударила его кулаком, покраснев. В этот момент Говард Джеффри поднял Ребекку Квентин на руки. Ребекка Квентин испуганно вскрикнула, ее лицо покраснело от смущения: «Эй... сейчас уже день». Говард Джеффри наклонился и коротко поцеловал Ребекку Квентин, затем продолжил идти по коридору, вошел в главную спальню и закрыл дверь лодыжкой... На большой белой кровати их позы изменились, приняв самую простую интимную позу между мужчиной и женщиной: мужчина сверху, а женщина снизу. Говард Джеффри пристально посмотрел на слегка покрасневшую Ребекку Квентин и спросил: «Куда вы только что ходили?» Ребекка Квентин игриво улыбнулась: «Ты и так знаешь, но всё равно спрашиваешь меня». Говард Джеффри сделал вид, что он строг: «Тогда вы должны знать, что я сейчас очень расстроен». Ребекка Квентин обняла Говарда Джеффри за шею, все еще пытаясь его успокоить, и мягко, словно текущая вода, сказала: «Клянусь, это была моя последняя встреча с ним. Знаешь, я просто зашла вернуть ему документы». Говард Джеффри хитро прищурился: «Он держал тебя за руку?» "Он это сделал?" Ребекка Квентин, которая совершенно не помнила подобного события, выразила свои сомнения. В этот момент Говард Джеффри взял правую руку Ребекки Квентин и начал сосать каждый из ее пальцев. Ребекку Квентин немного позабавили действия Говарда Джеффри: «Эй, ты такой отвратительный, что ты делаешь?..» Смочив каждый палец правой руки Ребекки Квентин, Говард Джеффри крепко сжал ее руку, переплел пальцы и серьезно, по одному слову, произнес: «Ты моя, я никому другому не позволяю тебя трогать». Ребекка Квентин на мгновение опешилась, вспомнив похожую сцену, произошедшую не так давно. Он отвез ее на море, где она так тщательно мыла руки... и в тот день, из-за игры в гольф, казалось, она соприкоснулась и с рукой Честера Робинсона. "Ты..." Ребекка Квентин была настолько потрясена, что не могла подобрать слов. Говард Джеффри уже переплел свои пальцы с ее, прижал ее к кровати, уткнулся головой ей в шею и нежно поцеловал. Ребекка Квентин надавила на голову, уткнувшуюся ей в шею: «Нет, сейчас дневной свет…» Не сумев устоять перед Ребеккой Квентин, Говард Джеффри неохотно встал, спрыгнул с кровати, подошел к окну и задернул шторы... Комната мгновенно потемнела... Из-за времени и атмосферы Ребекка Квентин немного смутилась... Когда он приблизился к ней, она внезапно протянула руку, чтобы оттолкнуть его, словно что-то вспомнив, и неловко объяснила человеку с горящими глазами на кровати: «Подожди меня». Человек чуть не упал с кровати, выругался себе под нос: «Черт!», а затем увидел, как она быстро подбежала к выдвижному ящику в шкафу, достала флакон с лекарством и, нетерпеливо, забралась обратно на кровать, чтобы передать его ему. Взглянув на маленькую бутылочку с лекарством в руке Ребекки Квентин и увидев, как ее глаза наполнились улыбкой, он тут же крепко обнял ее, бросив на нее косой взгляд: «Вы уверены, что вашему мужу нужна эта добавка?» Вопрос Говарда Джеффри смутил Ребекку Квентин, и она опешила: «Что именно вы принимаете в качестве добавки?» «Разве это не...» "Что это такое?" Отбросив бутылочку с лекарством в сторону, Говард Джеффри протянул свою длинную руку, обнял Ребекку Квентин, прижался подбородком к ее лицу и, глядя на ее невинное личико глазами, полными желания, тихо прошептал ей на ухо: «Я и не ожидал, что у моей жены такие смелые вкусы!» Ребекка Квентин, сосредоточив все свое внимание на маленькой бутылочке с лекарством, не расслышала, что говорил Говард Джеффри. Увидев, как он небрежно отбросил бутылочку в сторону, она тут же потянулась за ней, с раздражением глядя на него: «Зачем ты ее выбросил? Я же сам ее заработал». «Скажи мне, что тебя не устраивает?» — спросил он, и его рука уже скользнула вверх по ее талии, быстро расстегнув бюстгальтер. "Хм?" Говард Джеффри уже снял с Ребекки Квентин бюстгальтер, повернул голову и прижал свои тонкие губы к ее нежной, светлой коже. «Подожди... не говори, что ты неправильно поняла, что я хотела дать тебе... этот афродизиак?» — воскликнула Ребекка Квентин в шоке, когда осознала это. Говард Джеффри, сосредоточившись на поцелуях ее приподнятого лобка, на мгновение остановился, чтобы сказать: «Похоже, моя жена жалуется, что я в последнее время ее недостаточно „баловал“». Учитывая, что Ребекке Квентин потребовался более длительный период восстановления после операции, он действительно старался не предпринимать слишком решительных шагов в последнее время. Но его жена осмелилась выразить свое недовольство. Сегодня он должен проявить себя! «Я не…» — Ребекка Квентин поспешно оттолкнула его голову, целовавшую ее грудь, покраснев и с тревогой объяснив: «Это не то, что ты думаешь. Это лекарство мне помогла найти Изабелла. Оно должно регулировать мужские гормоны, и Изабелла сказала, что если мужчина примет его перед этим, то шансы на рождение девочки увеличатся, если женщина забеременеет. Это не то, что ты думаешь… другое лекарство!» О, небеса... В последнее время, хотя продолжительность их встреч каждый раз была ограничена, это происходило почти ежедневно, и она уже чувствовала, что с нее достаточно. Она ни за что не хотела бы, чтобы он продолжал... Беспокойная рука Говарда Джеффри, разминавшая мягкую кожу на груди Ребекки Квентин, внезапно замерла, его красивый лоб слегка приподнялся: «Регулировать мужские гормоны?» Ребекка Квентин серьезно кивнула, держа в руках бутылочку: «Да, Изабелла сказала, что узнала об этом от знакомого врача... сказала, что если мужчина примет таблетку перед этим, то шансы на рождение дочери очень высоки, если женщина забеременеет». Хотя она и стеснялась произносить эти слова, в ее глазах читалось предвкушение. ---------- Глава 611–319: Беременность по-прежнему отсутствует 2 Черные глаза Говарда Джеффри, в которых вспыхнуло желание, в этот момент медленно потускнели… Ребекка Квентин открутила крышку флакона с лекарством, достала таблетку и протянула ее Говарду Джеффри: «Быстро принимай!» Говард Джеффри смотрел на застенчивое, но сияющее лицо Ребекки Квентин, чувствуя, как будто его сердце внезапно сжалось от чего-то. Ребекка Квентин увидела, что Говард Джеффри остался невозмутим. Ее прекрасные брови слегка нахмурились от смущения, когда она спросила: «Извините, вы думаете, я не спрашивала вашего согласия…» Говард Джеффри покачал головой. В этот момент Ребекка Квентин увидела в глазах Говарда Джеффри вспышку неведомых сложных эмоций. "Бекка…" Натянув одеяло, чтобы прикрыть обнаженную верхнюю часть тела Ребекки Квентин, Говард Джеффри обнял ее за стройную талию, прислонив голову к ее гладкому плечу. "Хм?" «На самом деле, с Эндрю в качестве нашего ребенка я уже вполне довольна». Ребекка Квентин прислонилась спиной к крепкой груди Говарда Джеффри, повернула голову с улыбкой: «Я тоже довольна… Но я чувствую, что одного Эндрю определенно недостаточно. Твоя мать тоже хочет, чтобы у нас было больше детей, а ты всегда мечтала о дочери…» Говард Джеффри внезапно заявил: «Мне это больше не нужно». "Что?" — Ребекка Квентин была ошеломлена и едва могла отреагировать. Говард Джеффри повернул стройную фигуру Ребекки Квентин так, чтобы они оказались лицом к лицу. Ребекка Квентин была явно удивлена ​​внезапной сменой позиции Говарда Джеффри: «Вы… вы говорите, что не хотите больше детей?» Говард Джеффри, глядя в потрясенные глаза Ребекки Квентин, расширились от изумления, и торжественно спросил: «Вы помните, как родили Эндрю?» Ребекка Квентин кивнула. «Мне очень жаль, что меня не было рядом в тот момент, но я чувствовала каждую трудную минуту, которую ты пережила во время рождения Эндрю…» Говорят, что после родов женщины забывают боль и шрамы заживают, но Ребекка Квентин, которая очень хотела родить еще одного ребенка для Говарда Джеффри, вспомнила трудности дня рождения Эндрю и внезапно почувствовала себя неловко. Любовь Говарда Джеффри нежно излилась в его словах: «Вот почему я…» Ребекка Квентин внезапно протянула руку, чтобы схватить Говарда Джеффри за руку, почувствовав тепло его ладони, и прервала его: «Я не боюсь». Ребекка Квентин пристально смотрела на красивое лицо Говарда Джеффри, в ее глазах не было и следа страха, только необычайная решимость: «Я никогда не винила тебя за то, что ты не был рядом, потому что, несмотря на расстояние между нами в то время, ты уже многое мне дал… Я до сих пор помню, как ты сопровождал меня на дородовые осмотры, покупал все необходимое для нашего будущего ребенка и никогда не обращал внимания на мои постоянные жалобы в твой адрес… На самом деле, несмотря на всю ненависть, которую ты тогда испытывал, твоя забота уже была чем-то удивительным…» "Бекка…" Ребекка Квентин прижалась к Говарду Джеффри и с уверенным и полным надежды тоном сказала: «Так что я не боюсь снова идти в родильную палату, потому что знаю, что в следующий раз ты будешь рядом со мной, и пока ты рядом, я ничего не боюсь!» Говард Джеффри обнял Ребекку Квентин, сердце его сжалось, а в горле поднялась горькая кислинка. Ребекка Квентин моргнула своими ясными глазами, с ожиданием глядя на Говарда Джеффри: «Ты же будешь со мной, правда?» Говард Джеффри кивнул и нежно поцеловал волосы Ребекки Квентин, наполненные приятным ароматом. Ребекка Квентин закрыла глаза, прижавшись к нему в объятиях, ее прекрасное лицо сияло от счастья. Говард Джеффри крепко держался за хрупкие плечи Ребекки Квентин, его сердце словно тысяча муравьев, грызущих его, а ноющая боль распространялась по конечностям и костям. Он чувствовал себя ужасно виноватым, ужасно извиняющимся… за то, что не был рядом с ней в каждый трудный момент её жизни. Он прекрасно знал, что её сердце никогда не покидало его, и всё же он был упрям, ожидая, когда она склонит голову, ожидая, когда она подойдёт к нему… Из-за этого момента упрямства он не смог защитить их ребенка, и она до сих пор живет с глубоким чувством вины… Он знал, что её сильное желание иметь ребёнка было вызвано тем, что она чувствовала, будто не защитила их малыша, но она не знала, что истинную вину должен чувствовать он. Он поклялся заставить тех, кто причинил ей вред, отплатить ей в десятикратном размере за этот долг, и он посвятит всю свою жизнь тому, чтобы загладить свою вину перед ней… Ночь, отель «Дворец». Внутри комнаты Честер Робинсон стоял, засунув руки в карманы, у панорамного окна отеля, откуда открывался вид на ночной город. Кит Энтони вошел снаружи и прямо сказал: «Босс, я уже провел расследование по вашему запросу». «Хм, говори». «Вашей тете Энни Робинсон действительно угрожал Говард Джеффри, поэтому она подстрекает старейшин семьи использовать ваше происхождение в своих интересах». ---------- Глава 612-319: Беременность по-прежнему отсутствует 2_2 «Какая именно угроза?» «Говард Джеффри обнаружил доказательства хищения средств вашим дядей внутри консорциума. Ваша тетя не хочет, чтобы ее мужа разоблачили, и она также боится, что он может лишить ее прав на наследство. Поэтому у нее нет другого выбора, кроме как сотрудничать с Говардом Джеффри». Честер Робинсон повернулся и сел на диван. Резко зажег спичку, наклонил голову, чтобы прикурить сигарету, затянулся и сказал: «Намерения Говарда Джеффри кажутся совершенно ясными». Кит Энтони кивнул: «Да, сразу после того, как вы закончили операцию для мисс Квентин, он уже начал объявлять вам войну». Честер Робинсон сказал: «Если я не ошибаюсь, он намерен сначала лишить меня статуса в семье Робинсонов, оставив меня без этой мощной поддержки, а затем постепенно присвоить все мое имущество». На спокойном лице Кейта Энтони тут же появилась тревога: «Босс, я также хотел сказать вам, что сегодня я случайно обнаружил, что Николетт Холмс, близкая к мисс Квентин, оказалась тем, кого Джейсон Вуд внедрил в «QCS», чтобы тайно защитить мисс Квентин… Мы даже не знали, что в «QCS» есть кто-то, связанный с Говардом Джеффри. Согласно расследованию, Николетт Холмс работает в «QCS» уже более трех лет. Этого достаточно, чтобы объяснить, что Говард Джеффри мог знать о вас и о М. три года назад, потому что Говард Джеффри никак не мог знать за три года, что мисс Квентин устроится на работу в «QCS». Таким образом, единственное возможное объяснение — все ваши компании уже были внедрены Говардом Джеффри. Только благодаря этому Говард Джеффри мог внедрить людей во все ваши компании для защиты мисс Квентин». «Нетрудно догадаться… Он давно знал, что М может угрожать Скайлер Джонс из-за меня». Кит Энтони испуганно произнес: «Босс, я вдруг нахожу Говарда Джеффри ужасающим… Если бы Говард Джеффри не откладывал свою месть, чтобы заманить вас на операцию над мисс Квентин, если бы вы были чуть менее бдительны, нас бы он уже давно съел». Честер Робинсон сделал еще одну затяжку, медленно выдохнул дым и с легкой улыбкой спросил: «Как думаешь, что он сделает дальше?» Кит Энтони сказал: «Я думаю, Говард Джеффри должен знать, что каждая наша компания сотрудничает с людьми из Северного города, поэтому он послал людей внедриться в наши компании, чтобы собрать доказательства и уничтожить все ваши компании». Честер Робинсон с глубоким задумчивым видом посмотрел на Кейта Энтони: «Неплохо, ты со мной столько лет, и ты уже способен анализировать некоторые вещи». Кейт Энтони нервно спросил: «Босс, значит, нам следует начать контратаку?» Честер Робинсон потушил окурок в руке и торжественно произнес: «Контратака неизбежна, но такая контратака нужна лишь для того, чтобы показать Говарду Джеффри, на что он способен». Кит Энтони покачал головой, не понимая смысла сказанного. Честер Робинсон с уверенной улыбкой в ​​уголке рта сказал: «Говард Джеффри хочет играть, поэтому я сыграю с ним… Я хочу посмотреть, как фигуру, почитаемую миром как божество, свергнут с трона». Кит Энтони сказал: «Тогда как же нам следует контратаковать?» Честер Робинсон притворился растерянным, глядя на Кейта Энтони: «Разве я уже не начал?» Выражение лица Кейта Энтони было растерянным. Честер Робинсон усмехнулся: «Ты забыл, Элис Робинсон уже пошла к Говарду Джеффри». «Я знаю, что мисс Робинсон обратилась к Говарду Джеффри с просьбой помочь ей получить наследство, но поскольку Говард Джеффри против вас, как он может косвенно помочь вам в борьбе за наследство?» Улыбка на лице Честера Робинсона стала шире: «Тогда ты не можешь быть в этом уверен. Он определенно „поможет“ и хочет сыграть со мной в игру». Особняк Джонса. В кабинете Джейсон Вуд стоял перед столом, глядя на своего всегда спокойного босса, и с удивлением спросил: «Итак, босс, вы поможете Алисе?» Говард Джеффри покрутил красное вино в руке, на уголке его рта играла легкая улыбка, но он молчал. Роджер Леонард, сидевший напротив Говарда Джеффри, в изумлении поставил стакан и недоверчиво спросил: «Дора, ты действительно жалеешь Алису?» Нельсон Льюис, также сидевший напротив Говарда Джеффри, сказал: «Роджер, дело не в тех причинах, о которых ты думаешь. Дело в том, что Элис сказала Джеффри, что если он поможет ей завладеть семейным богатством, она убедит Честера Робинсона сделать операцию Бекке». Роджер Леонард ударил кулаком по столу: «Честер Робинсон — поистине презренный тип, он использует это дело, чтобы принудить Дору!» Джейсон Вуд заявил: «Похоже, план Честера Робинсона состоит в том, чтобы использовать этот вопрос для контратаки…». «Так что же нам теперь делать?» — нетерпеливо спросил Роджер Леонард. — «Изначально, если бы мы смогли лишить Честера Робинсона поддержки консорциума Робинсонов, Дора могла бы следовать плану и передать собранные ранее доказательства полиции, и на этом история Честера Робинсона бы закончилась… Но если Честер Робинсон получит наследство семьи Робинсонов, члены семьи, чтобы избежать семейного позора и страха быть замешанными в деле, сделают все, чтобы помочь Честеру Робинсону очистить свое имя. С учетом обширной сети семьи Робинсонов, им вполне удастся вытащить его из этого дела». Нельсон Льюис нахмурился и на мгновение задумался: «Думаю, решение Джеффри помочь Алисе было правильным». Роджер Леонард посетовал: «Старший брат, почему ты тоже так думаешь? Разве это не позволяет Честеру Робинсону добиться успеха в контратаке?» Нельсон Льюис проанализировал ситуацию так: «Честер Робинсон прекрасно знает, насколько Джеффри ценит Бекку, поэтому он уверен, что Джеффри в конечном итоге поможет Элис…» Роджер Леонард ответил: «Но мы все знаем, что Честер Робинсон никогда бы не помог Бекке!» Нельсон Льюис ответил: «Мы это знаем, но что, если Бекка об этом узнает?» «Старший брат, ты хочешь сказать, что Честер Робинсон воспользуется этим, чтобы настроить Бекку против Джеффри?» Нельсон Льюис кивнул: «Представьте себе, что было бы, если бы Бекка узнала, что Джеффри упустил шанс вылечить ее, чтобы победить Честера Робинсона, как бы она себя чувствовала?» Роджер Леонард усмехнулся: «Честер Робинсон — поистине презренный злодей!» Джейсон Вуд спросил: «Итак, мистер Льюис, у босса нет другого выбора?» Нельсон Льюис широко улыбнулся Говарду Джеффри: «Я думаю, Джеффри никогда не позволит Честеру Робинсону загнать его в угол; у него, должно быть, есть другой план». В этот момент Говард Джеффри, до этого молчавший, многозначительно улыбнулся, посмотрел на Нельсона Льюиса и тихо сказал: «Старший брат, ты тот, кто меня по-настоящему понимает». Роджер Леонард быстро спросил: «А каков же другой план?» Нельсон Льюис сказал: «Если я не ошибаюсь, Джеффри намерен переломить ситуацию в свою пользу, устроив грандиозное представление для Честера Робинсона. Пока Честер Робинсон считает себя в безопасности, Джеффри, вероятно, уже осуществил свой второй план». Роджер Леонард внезапно озарился: «Понимаю, план Доры, который видит Честер Робинсон, — это не настоящий план; настоящий план уже приведен в действие…» Нельсон Льюис кивнул с улыбкой. Джейсон Вуд растерянно почесал затылок, глядя на Говарда Джеффри: «Босс, я знал только об одном плане; я не знал, что у вас есть такой запасной план… Могу я смело спросить, кто его осуществляет?» ---------- Главы 613–320: Почему он помог Джози? Говард Джеффри с интересом наблюдал за Джейсоном Вудом, который, опустив голову, пытался во всем разобраться. Внезапно Джейсон Вуд поднял голову, и его осенило: «Это Рой, босс… Значит, вы не отправляли Роя в Африку, а тайно послали его разобраться с этим делом!» Говард Джеффри едва заметно улыбнулся, встал и вышел из кабинета. Говард Джеффри обычно ходил в сад, чтобы застать свою любимую жену, играющую с ребенком, но, к своему удивлению, он не увидел там долгожданной возлюбленной — ребенок был с бабушкой. Говард Джеффри, полный сомнений, вошел в комнату. И действительно, открыв дверь, он увидел свою любимую женщину, сидящую на краю кровати с разочарованным выражением лица. Говард Джеффри подошел к Ребекке Квентин, присел на корточки и нежно коснулся ее слегка остывшей щеки, тихо спросив: «Я не видел тебя в саду. Почему ты вернулась в комнату одна?» Ребекка Квентин подняла свои потускневшие глаза, посмотрела на любимого человека и внезапно протянула руку, чтобы обнять Говарда Джеффри. Говард Джеффри нежно погладил Ребекку Квентин по спине и тихо спросил: «Что случилось?» Ребекка Квентин прислонилась к плечу Говарда Джеффри, медленно отпустила слегка прикушенную нижнюю губу и унылым тоном сказала: «Говард, у меня начались месячные… В этом месяце я не забеременела». В этот момент рука Говарда Джеффри, поглаживавшая щеку Ребекки Квентин, слегка замерла. Ребекка Квентин, погруженная в разочарование, не заметила реакции Говарда Джеффри. Она накрыла его большую руку рукой, и печальным тоном спросила: «Я понимаю, что даже если операция прошла успешно, это не значит, что я сразу забеременею. Но я все равно беспокоюсь о своем теле, боюсь…» "Глупышка, чего ты боишься?" Говард Джеффри встал, сел рядом с Ребеккой Квентин и нежно произнес речь. Ребекка Квентин повернула лицо к Говарду Джеффри: «Я очень боюсь, что не смогу забеременеть». Говард Джеффри обнял Ребекку Квентин за плечи и тихо сказал: «Бекка, я же тебе говорил, у нас с Эндрю уже есть ребенок; я очень доволен». Ребекка Квентин тут же покачала головой: «Нет… В любом случае, я все еще хочу еще одного ребенка. С одним только Эндрю он тоже будет чувствовать себя одиноким». Говард Джеффри мягко успокоил Ребекку Квентин: «Что касается ребенка, давайте будем действовать по ситуации, хорошо?» Ребекка Квентин кивнула, но добавила: «Надеюсь, нам не придётся долго ждать». Говард Джеффри хотел что-то сказать, но голос застрял у него в горле. В конце концов, он больше ничего не сказал, лишь нежно поцеловал Ребекку Квентин в лоб и обнял её. На следующий день. Рано утром в просторной гардеробной особняка Джонсов Изабелла Джоанна воскликнула: «Ух ты, это свадебное платье просто великолепно… простое, но элегантное, оно идеально подходит темпераменту Бекки… Я думаю, свадебное платье должно быть именно таким, чем проще, тем лучше, сложные кажутся вульгарными». Изабелла Джоанна восхищенно цокнула языком, разглядывая свадебное платье на манекене. «Думаю, это платье с глубоким вырезом тоже неплохое, крой новаторский, сексуальный, но не неуместный… оно определенно сделает Бекку центром внимания», — похвалила Кристин Куинн другое свадебное платье, подперев подбородок рукой. Изабелла Джоанна тут же подтащила Ребекку Квентин к себе и с восторгом спросила: «Бекка, какой тебе нравится?» Ребекка Квентин посмотрела на ряд белых платьев перед собой и слегка улыбнулась: «Какое, по-вашему, мне подойдет». Кристин Куинн тоже подошла к Ребекке Квентин и искренне сказала: «Эти варианты уже выбраны, тебе нужно выбрать один из них. Не забывай, послезавтра твоя свадьба с Говардом Джеффри!» Ребекка Квентин слегка кивнула и прошептала: «Думаю, они все довольно хороши». Увидев безразличное выражение лица Ребекки Квентин, Изабелла Джоанна нахмурилась: «Бекка, что с тобой сегодня не так? Кажется, тебе не хватает энергии?» «Да, примерка свадебных платьев — это такое радостное занятие, а ты относишься к этому так равнодушно?» Изабелла Джоанна тут же деликатно спросила: «Вы ведь не ссоритесь с мистером Джеффри, правда?» «Не думаю, что это так. Говард только что сказал мне, что придет посмотреть, как Бекка примеряет свадебные платья…» "Затем…" Ребекка Квентин покачала головой и спокойно сказала: «Между мной и Говардом Джеффри нет никаких разногласий». «Так в чём дело?» — обеспокоенно спросила Кристин Куинн, держа Ребекку Квентин за руку. Ребекка Квентин села на стул рядом с ней, опустила голову и пробормотала: «В этом месяце я не забеременела». Изабелла Джоанна рассмеялась: «Так вот что тебя беспокоит… Дорогая, мы все изучали репродуктивные вопросы, и то, что ты не беременеешь в течение месяца, — это вполне нормально!» Кристин Куинн тоже рассмеялась: «Я думала, это что-то серьезное, если в этом месяце не забеременеешь, можешь попробовать снова в следующем месяце…» Изабелла Джоанна поддразнила: «Именно, именно, мистер Джеффри молод и полон энергии, чего же вы боитесь?» ---------- Главы 614–320: Почему он помогает Джози? (Часть 2) Ребекка Квентин смутилась: «Эй, я говорю с вами о чём-то серьёзном…» Кристин Куинн ответила: «Мы тоже отвечаем вам серьезно!» Ребекка Квентин нахмурилась и медленно произнесла: «Но вы не знаете, мое состояние здоровья не такое, как вы думаете». Кристин Куинн и Изабелла Джоанна были потрясены словами Ребекки Квентин и в один голос спросили: «Какая у вас ситуация со здоровьем?» Ребекка Квентин подняла взгляд на обеспокоенное лицо Кристин Куинн и прошептала: «Прости, сестрёнка, я скрывала это от тебя… Вы все думали, что на этот раз моя операция была из-за острого аппендицита, но это не так; мне сделали операцию по восстановлению стенки матки…» Глаза Кристин Куинн расширились: «Что за операция по восстановлению стенки матки?» Изабелла Джоанна тоже нервно спросила: «Да, Бекка, почему ты никогда не рассказывала нам о своих проблемах со здоровьем?» Затем Ребекка Квентин раскрыла Кристин Куинн и Изабелле Джоанне правду, которую она скрывала. Услышав это, Кристин Куинн долго не реагировала, и лишь спустя некоторое время озадаченно спросила: «Значит, когда вы расстались с Говардом Джеффри, ваше здоровье уже было в таком состоянии?» Ребекка Квентин кивнула. Изабелла Джоанна в шоке прикрыла рот рукой: «Бекка, почему ты не сказала нам раньше?» В этот момент Кристин Куинн сердито встала и холодно сказала: «Ребекка Квентин, неужели ты не считаешь меня своей сестрой, раз скрываешь от меня такую ​​важную вещь?» Ребекка Квентин тоже встала и утешила: «Сестра, я просто не хотела, чтобы ты волновалась…» Кристин Куинн сердито парировала: «Ты думаешь, неспособность забеременеть — это пустяк? Ты успешно перенесла операцию, но если бы ты ее не сделала, ты бы планировала скрывать это от меня всю жизнь?» "Я…" Кристин Куинн с досадой схватилась за голову: «Боже мой, я просто не могу представить, что в мире есть такая глупая женщина, как ты…» Изабелла Джоанна также пожаловалась: «Бекка, тебе действительно не стоило это от нас скрывать». Кристин Куинн стиснула зубы и сказала: «Когда у тебя было плохое здоровье, ты даже отдалилась от Говарда Джеффри, Боже мой… Бекка, теперь, когда ты с Говардом Джеффри, я мало что могу сказать, но если бы ты сейчас не была с Говардом Джеффри, независимо от того, делала ты операцию или нет, Говард Джеффри был бы ответственен за тебя всю мою жизнь!» Ребекка Квентин, словно ребенок, совершивший проступок, медленно опустила голову. Она знала, что Кристин Куинн отреагирует именно так, узнав об этом, поэтому никогда не осмеливалась ей рассказать. «Кристин, к счастью, операция прошла успешно, и Бекка и мистер Джеффри по-прежнему вместе… больше не сердись», — утешала Кристин Куинн Изабелла Джоанна. Кристин Куинн сделала несколько глубоких вдохов, чтобы успокоить свой гнев, с беспокойством посмотрела на Ребекку Квентин и с болью произнесла: «Знаешь, ты чуть не разрушила свою жизнь». Изабелла Джоанна улыбнулась, выступая в роли посредника: «Хорошо, Кристин, Бекка и мистер Джеффри женятся, это все в прошлом…» Кристин Куинн усадила Ребекку Квентин на стул и, снова обратившись к ней заботливым тоном, спросила: «С твоим здоровьем все в порядке?» Ребекка Квентин покачала головой: «Врач сказал мне, что операция прошла очень успешно». «Тогда не волнуйтесь… Вы с Говардом Джеффри встречаетесь недолго, это нормально, что вы не беременны». Изабелла Джоанна сказала: «Думаю, Бекка просто испытывает неуверенность по поводу некоторых вещей…» Ребекка Квентин слегка кивнула. Изабелла Джоанна успокоила: «На самом деле, поскольку врач сказал, что операция прошла успешно, проблем быть не должно. Чем больше вы переживаете по поводу рождения ребенка, тем меньше шансов, что все сложится удачно…» Кристин Куинн раздраженно сказала: «Мне все равно, сможет ли Бекка еще иметь детей или нет, Говард Джеффри должен загладить свою вину перед Беккой до конца своей жизни». Пока трое разговаривали, дверь распахнулась. Посетителем был Говард Джеффри. Кристин Куинн в гневе встала, увидев Говарда Джеффри, но, к счастью, Изабелла Джоанна быстро среагировала и оттащила Кристин Куинн к двери. Говард Джеффри слегка нахмурил брови, несколько смущенный увиденным. Изабелла Джоанна уже вытащила Кристин Куинн из примерочной, не забыв перед уходом сказать: «Мистер Джеффри, проводите Бекку на примерку свадебного платья, Кристин вдруг почувствовала себя немного плохо…» Говард Джеффри подошел к Ребекке Квентин и обнял ее: «Что случилось?» «Э-э… Моя сестра немного плохо себя чувствует, Изабелла отвела её отдохнуть». «С ней все в порядке?» Ребекка Квентин слабо улыбнулась: «Всё в порядке… Знаете, у каждой женщины бывает несколько дней в месяц, когда она плохо себя чувствует». Говард Джеффри кивнул, затем его взгляд упал на все еще одетую Ребекку Квентин: «Разве ты не примеряла свадебное платье?» Ребекка Квентин кокетливо сказала: «Я ждала, когда вы поможете мне увидеть!» «Хорошо, иди переоденься, я помогу тебе выбрать». "Хм." После этого Ребекка Квентин взяла свадебное платье и вошла в примерочную. Полдень. Нельсон Льюис постучал в дверь кабинета. "Войдите." В кабинете, как обычно, звучал спокойный голос Говарда Джеффри. Нельсон Льюис толкнул дверь и вошёл. Думая, что это Джейсон Вуд, Говард Джеффри, погруженный в свои документы за столом, даже не поднял глаз, а сказал: «Ты лично иди и принеси их сюда, скажи Бекке, что моя мама уже подготовила комнату». «Я уже поручил Джейсону привести сюда тетю Клэр и Мари». Услышав голос Нельсона Льюиса, Говард Джеффри внезапно поднял голову: «Прости, старший брат, я думал…» Нельсон Льюис сидел напротив Говарда Джеффри, улыбаясь и говоря: «Не беспокойтесь». Говард Джеффри отложил лежащие перед ним документы и откинулся на спинку стула: «Мне нужно будет выделить время, чтобы пожить некоторое время с Беккой на острове Фоум, поэтому я хочу заранее уладить дела компании». Нельсон Льюис кивнул: «Вам действительно стоит провести с ней время». «Что случилось, старший брат, ты хочешь мне что-нибудь сказать?» С того момента, как Нельсон Льюис вошел в дверь, Говард Джеффри уже заметил выражение его лица. Нельсон Льюис мягко улыбнулся: «Ничего особенного… Просто я случайно подслушал разговор мисс Куинн и Изабеллы о ситуации с Беккой, когда проходил мимо сада». Говард Джеффри поднял бровь: «И что?» «Они говорили о том, что у Бекки раньше не было проблем с зачатием». В глубоких черных глазах Говарда Джеффри мелькнула резкая вспышка. Так вот что обсуждали эти три женщины сегодня утром в раздевалке, неудивительно, что Кристин Куинн так отреагировала. Нельсон Льюис серьёзно сказал: «Говард, я думаю, тебе стоит подумать о том, чтобы сказать Бекке правду…» "Ни за что." «Я знаю, чего ты больше всего боишься… Ты не будешь милосерден к Честеру Робинсону, а Бекка слишком добра. Как только она узнает об этом, это может повлиять на твое решение. С другой стороны, ты не пощадишь Вивиан Линдси, когда будешь иметь дело с Честером Робинсоном, но Вивиан Линдси все-таки биологическая мать Бекки, и ты не можешь предсказать, как отреагирует Бекка». ---------- Главы 615-321: Как мне её успокоить? Говард Джеффри строго заявил: «Я больше не хочу, чтобы Вивиан Линдси вмешивалась в жизнь Бекки». Нельсон Льюис серьезно ответил: «Но боюсь, что, рассматривая эту сторону вопроса, вы упускаете из виду другую». Говард Джеффри молчал, плотно сжав губы. Нельсон Льюис медленно признал: «Думаю, тебе нужно поверить, что Бекка сможет принять правду… Она столько всего пережила с тобой; она должна понимать любое твое решение. Кроме того, ты не можешь позволить такому человеку, как Честер Робинсон, и дальше занимать место в сердце Бекки». Говард Джеффри ответил прямо: «После того, как я разберусь с Честером Робинсоном, я ей все объясню». «Но вы не подумали о том, что, когда вы всё объясните Бекке после того, как решите все проблемы, она может на вас обидеться?» «К тому времени у меня будет достаточно времени, чтобы её утешить». Нельсон Льюис покачал головой: «По моему мнению, она наверняка будет обижаться на тебя, потому что ты лишаешь её выбора… Честер Робинсон и Вивиан Линдси важны для неё. Давай оставим Честера в стороне и сосредоточимся на Вивиан; хотя Бекка и не упоминает Вивиан, Вивиан — её мать. То, что Бекка избегает разговоров о ней, не означает, что ей всё равно. И я понимаю твою натуру; ты не оставишь Честера в покое, как и Вивиан. Отправить Вивиан в тюрьму — это не тот конец, которого ты хочешь для неё… Так ты уверен, что, когда Бекка узнает о трагической гибели Вивиан, она примет твоё утешение? Я думаю, ты не сможешь утешить Бекку, потому что, какими бы недостатками ни обладала Вивиан, она всё ещё мать Бекки, а ты — её муж. Ты должен дать Бекке право выбора и право знать, пусть она столкнётся с последствиями, которые ты приготовил для Вивиан…» Говард Джеффри на несколько секунд задумался: «Я это обдумывал, но… что бы ни думала Бекка, я не буду снисходителен к Вивиан Линдси и Честеру Робинсону». «Вы опасаетесь, что ваше решение может противоречить решению Бекки, и поэтому боитесь конфликта с ней?» "Да." «Думаю, тебе стоит доверять Бекке в этом вопросе. Теперь, когда она твоя жена и столько всего пережила вместе с тобой, я верю, что она поймет каждое твое решение и будет на твоей стороне». Говард Джеффри поднял руку, чтобы помассировать переносицу, на его бровях мелькнула легкая усталость: «Больше всего меня беспокоит то, что она не сможет перенести операцию». «Ей действительно трудно это принять, но рано или поздно она всё равно узнает, так почему бы не сказать ей правду сейчас? Как бы она ни отреагировала, по крайней мере, она не будет винить вас за то, что вы это скрываете». Говард Джеффри тихо вздохнул, его голос слегка охрип: «Вообще-то, она в последнее время говорила мне о желании завести ребенка…» «Поэтому вам следует серьезно обдумать мой совет». Говард Джеффри кивнул, выпрямившись: «Спасибо, брат… Думаю, теперь я знаю, что делать». Нельсон Льюис слабо улыбнулся: «Я не так щепетилен в продумывании всего до мелочей, как вы; я могу лишь высказать свою точку зрения как наблюдатель». "Хм… Люди не всегда могут действовать по плану." «Тогда я пойду, Роджер сказал, что хочет выпить со мной». "Хорошо." После ухода Нельсона Льюиса Говард Джеффри откинулся на спинку кресла и на некоторое время погрузился в размышления. Внезапно зазвонил его телефон, лежавший на столе. Говард Джеффри взглянул на число, высветившееся на экране, его глаза слегка потемнели, а затем он нажал кнопку ответа. В трубку начал доноситься голос Элис Робинсон… В этот момент Ребекка Квентин вернулась из сада, неся на руках Эндрю, и случайно увидела Говарда Джеффри в темном костюме, выходящего из виллы. «Говард Джеффри!» Ребекка Квентин крикнула. Говард Джеффри остановился, когда к нему подошла Ребекка Квентин, держа на руках Эндрю. "Папочка…" Эндрю протянул руку, желая, чтобы Говард Джеффри обнял его. Говард Джеффри взял Эндрю на руки, поцеловал его раскрасневшуюся щечку и мягко упрекнул: «Не цепляйся за маму все время, пока играешь, хорошо?» Эндрю послушно кивнул. Ребекка Квентин спросила: «Вы собираетесь куда-то идти?» «Да, в компании возникли проблемы». Затем Ребекка Квентин взяла Эндрю из объятий Говарда Джеффри и спросила: «Ты вернешься сегодня вечером?» Она не забыла, что уже было четыре часа дня. «Конечно, ждите моего возвращения». Ему еще предстояло кое-что с ней обсудить. Ребекка Квентин мило улыбнулась и сама поцеловала Говарда Джеффри в щеку. Эндрю смущенно наблюдал за поведением папы по отношению к маме, уткнувшись лицом в объятия Ребекки Квентин и бормоча: «Мамочка, такая стеснительная…» ---------- Главы 616–321: Как её успокоить? (Часть 2) От слов сына лицо Ребекки Квентин покраснело, и она поспешно сменила тему, сказав маленькому проказнику у себя на руках: «Быстрее, попрощайся с папой». Эндрю послушно махнул рукой: «Папа, пока-пока». Увидев, как Говард Джеффри садится в машину, Ребекка Квентин с легкой улыбкой повернулась обратно к вилле. Направляясь к вилле, она случайно увидела Изабеллу Джоанну, идущую навстречу. Ребекка Квентин ласково воскликнула: «Изабелла!» Было очевидно, что Изабелле Джоанне есть что обсудить, но, увидев Ребекку Квентин, она засомневалась. Ребекка Квентин с улыбкой спросила: "Что случилось?" Изабелла Джоанна неуверенно нахмурилась: «Ну… Бекка, я не уверена, стоит ли тебе рассказывать, но чувствую, что должна…» Ребекка Квентин в шутку спросила: «Что же вызывает у вас такие противоречивые чувства?» Изабелла Джоанна, мучаясь про себя, медленно произнесла: «Разве ты не спрашивала меня раньше, может ли моя подруга, юрист из Франции, узнать о деле о наследстве семьи Робинсонов? Оказывается, моя подруга знает юрисконсульта в консорциуме Робинсонов и помогла мне получить информацию. Сегодня она ответила мне, что Честер Робинсон и Элис Робинсон точно выиграют…» Ребекка Квентин ранее спрашивала об этом Изабеллу Джоанну сразу после того, как стало известно о деле о наследстве. Хотя она дистанцировалась от Честера Робинсона, в личной жизни она по-прежнему к нему неравнодушна. Ребекка Квентин слегка обрадовалась: «Правда?» «Да, но… но мой друг сказал мне, что причина, по которой Честер Робинсон и Элис Робинсон могут выиграть, заключается в том, что мистер Джеффри отправил эксклюзивную юридическую команду «Скайтоп» вмешаться. Конечно, друг моего друга работает на семью Робинсонов, иначе никто бы об этом не узнал». Отель. У панорамного окна Честер Робинсон и Кит Энтони сидели на диване как друзья, наслаждаясь очаровательным ночным видом на шумный Нью-Йорк. Кит Энтони взял предложенное Честером Робинсоном вино и недоуменно сказал: «Босс, есть кое-что, чего я в вас никогда до конца не понимал…» Честер Робинсон, наслаждаясь ароматом только что открытого вина, весело ответил: «Говори». Кит Энтони нахмурился: «Вообще-то, у вас было много возможностей оставить мисс Квентин при себе. Зачем вы отправили мисс Квентин к Говарду Джеффри?» Честер Робинсон сделал небольшой глоток вина, позволив его насыщенному вкусу растечься во рту, после чего медленно посмотрел на Кита Энтони и небрежно спросил: «Кит, тебе когда-нибудь кто-нибудь нравился?» Кит Энтони покачал головой. Честер Робинсон тихонько усмехнулся: «Вините меня, я всегда заставлял вас работать на меня, никогда не оставляя вам времени влюбиться». Кит Энтони рассмеялся и добавил: «Да, босс, вам следует подумать о том, чтобы повысить мне зарплату». Честер Робинсон похлопал Кейта Энтони по плечу: «За эти годы мы из хороших друзей превратились в хозяина и слугу, благодаря твоей готовности оставаться рядом со мной… Кейт, я должен как следует поднять за тебя тост». С этими словами Честер Робинсон чокнулся бокалами с Кейтом Энтони. Сделав глоток вина, Кит Энтони спокойно выдохнул: «С тех пор, как мы познакомились, ты никогда не говорил со мной так сентиментально». Честер Робинсон от души рассмеялся: «Не жалуйтесь на мою недостаточную сентиментальность; у меня действительно мало друзей, и я не знаю, как с ними общаться. Но возможность искренне поговорить с вами — это очень хорошо. Знаете, даже перед моей приемной матерью у меня нет такой искренней непринужденности; единственные люди, которые помогают мне расслабиться, — это вы и мой наставник». Кит Энтони мягко улыбнулся: «Для меня это большая честь». Честер Робинсон осторожно поставил бокал на стол, его лицо постепенно стало серьезным, и он тихо произнес: «Любить кого-то — это чудесное чувство, словно внезапно получить бутылку долгожданного вина. Каждый раз, когда ты чувствуешь его запах, он медленно распространяется по твоим вкусовым рецепторам, проникая в каждую клетку твоего тела, вызывая невероятную радость, желание навсегда сохранить это чувство и беречь его». Кит Энтони терпеливо и молча слушал. Честер Робинсон, замерев, посмотрел на вино в бокале, встряхивая его, пока оно постепенно не осело, и с тоской, слегка хриплым голосом произнес: «Вино "Ребекка Квентин" — это то, что я хочу бережно хранить». Кит Энтони наконец-то понял: «Поскольку ты дорожишь, ты более осторожен». Да, учитывая характер мисс Квентин, если бы босс действительно был напористым, это только еще больше оттолкнуло бы мисс Квентин. Честер Робинсон улыбнулся, в его глазах мелькнуло выражение эмоционального замешательства. Увидев, что Честер Робинсон в хорошем настроении, Кит Энтони воспользовался своим преимуществом: «Что ж… Босс, могу я задать вам еще один вопрос?» «Вы можете спросить». Кит Энтони нервно переминался с ноги на ногу, глядя на Честера Робинсона: «Вы помогали мисс Квентин с операцией?» Честер Робинсон стоял, засунув руки в карманы, с элегантной улыбкой на губах: «Угадай сам». Кит Энтони почесал затылок: «Э-э…» Честер Робинсон, всё ещё улыбаясь, удалился. Тем временем Ребекка Квентин, только что закончившая принимать ванну и одетая в пижаму, рассеянно прислонилась к изголовью кровати в своей комнате и нажимала на пульт в руке. Да, она ждала Говарда Джеффри, который еще не вернулся. Поздним вечером по телевизору показывали комедийные развлекательные передачи. Она часто смотрела их от скуки, но в этот момент никакая передача не могла отвлечь её от сумбурных мыслей. После нескольких нажатий на пульт она наконец выключила телевизор, прислонилась к изголовью кровати и безучастно уставилась на белую стену перед собой. Слова Изабеллы Джоанны, сказанные в тот день, все еще звучали в ее ушах, не давая сердцу успокоиться. Он помог Алисе! Почему? Он сказал ей, что не общался с Алисой, так почему же он встретился с ней в отеле и зачем ей помог? Она ничего не понимала и немного паниковала, потому что он когда-то говорил ей, что заботится об Алисе. Она не сомневалась в его чувствах к ней, но женщины бывают мелочными, и она не могла заставить себя не возражать, хотя искренне верила каждому его слову… *Щелчок* — Звук открывающейся двери прервал размышления Ребекки Квентин. Ребекка Квентин на мгновение забыла о своих мыслях, вскочила с постели и увидела, как входит Говард Джеффри. Ребекка Квентин подбежала к Говарду Джеффри, радостно воскликнув: «Ты вернулся!» Говард Джеффри, только что вернувшийся с легкой росой на волосах, поставил куртку и обнял Ребекку Квентин, тихо извинившись: «Прости, что вернулся поздно». Ребекка Квентин покачала головой, обняла его и спросила: "Принять душ?" Говард Джеффри кивнул. «Тогда я наберу для тебя воду в ванну». Говард Джеффри поцеловал Ребекку Квентин в щеку и довольно сказал: «Спасибо, дорогая». Ребекка Квентин тут же направилась в ванную. Спустя некоторое время Ребекка Квентин вышла из ванной и увидела, что Говард Джеффри уже разделся, обнажив свой хорошо развитый мускулистый торс. ---------- Глава 617-322: Его сердце болит сильнее, чем её (1) Его модельная фигура безупречна, и при одном взгляде на него сердце замирает, а щеки краснеют. Лицо Ребекки Квентин слегка покраснело, когда она подошла к Говарду Джеффри и тихо сказала: «Вода готова, можете идти умываться». Говард Джеффри обнял её и спросил: «Ты пойдёшь со мной?» Ребекка Квентин легонько оттолкнула Говарда Джеффри и смущенно сказала: «У меня месячные…» Огонь в глазах Говарда Джеффри мгновенно погас после слов Ребекки Квентин, и он проворчал: «Женщины такие надоедливые». Ребекка Квентин пожаловалась: «Эй…» Говард Джеффри улыбнулся и поддразнил Ребекку Квентин, мягко утешая ее: «Я просто пошутил. Веди себя хорошо…» Ребекка Квентин подтолкнула Говарда Джеффри в ванную: «Быстрее принимай душ!» Войдя в ванную, Говард Джеффри не забыл сказать: «Подождите, пока мы переспам вместе». "Понятно!" Когда он вышел из ванной, Ребекка Квентин небрежно помогла Говарду Джеффри привести в порядок пиджак, который он сегодня надел. Она шла к шкафу, держа в руках пиджак, намереваясь повесить его, чтобы горничная рассортировала и погладила его на следующий день, но, когда она повесила пиджак в шкафу, в ее нос донесся тонкий и элегантный аромат. Этот знакомый аромат духов заставил Ребекку Квентин слегка замереть. После нескольких секунд оцепенения она снова опустила его пиджак и понюхала его. Аромат духов был от всемирно известного, очень узнаваемого бренда, такого, который запоминают и мужчины, и женщины, и она вспомнила, что Элис Робинсон всегда пользовалась именно этими духами. У нее внезапно подкосились ноги, и она, ошеломленная, села на край кровати, держа в руках пиджак. Похоже, сегодня вечером он занимался не делами, а личными вопросами. Время тянулось медленно, и она не знала, сколько времени прошло, прежде чем открылась дверь в ванную. Говард Джеффри вышел, завернутый в полотенце; его мокрые волосы явно были небрежно вытерты, теперь слегка растрепанные, но более привлекательные по сравнению с его обычным аккуратным и строгим видом, особенно с каплями воды на груди, медленно стекающими по контурам мышц – завораживающее зрелище красивого мужчины, вышедшего из ванны. К сожалению, Ребекка Квентин теперь сидела, погруженная в свои мысли, на кровати. «О чём ты думаешь?» Говард Джеффри внезапно обнял задумчивую Ребекку Квентин, сидевшую на кровати. Услышав голос Говарда Джеффри, Ребекка Квентин вернулась к реальности, повернув лицо и увидев человека, который, сам того не подозревая, сидел рядом с ней. Говард Джеффри притянул к себе стройные плечи Ребекки Квентин и тихо спросил: «Что случилось?» Ребекка Квентин пристально смотрела в глубокие темные глаза Говарда Джеффри, сохраняя молчание. Говард Джеффри слегка нахмурил брови, его взгляд упал на пиджак, который держала в руках Ребекка Квентин. Ребекка Квентин медленно опустила голову, и из ее уст вырвался хриплый голос: «На твоей одежде запах чужих духов». В ту секунду Говард Джеффри замолчал. Ребекка Квентин бросила пиджак Говарда Джеффри на пол и тут же встала. Когда Ребекка Квентин попыталась уйти, Говард Джеффри быстро обнял ее. Ребекка Квентин отчаянно сопротивлялась, сидя на коленях у Говарда Джеффри: «Отпусти меня, отпусти…» Говард Джеффри крепко обнял Ребекку Квентин, не позволяя ей пошевелиться, и честно объяснил: «Я действительно ходил к Элис Робинсон». Откровенность Говарда Джеффри заставила вечно страдающую Ребекку Квентин замолчать, она села ему на колени, и ее глаза мгновенно наполнились слезами, она тихо заплакала. Почувствовав, как её тело слегка дрожит, он тут же повернул её и увидел её затуманенные слезами глаза, отчего его сердце сильно сжалось. Поспешно вытерев слезы с уголков её глаз, он с некоторым беспомощным видом спросил: «Глупышка, почему ты плачешь?» Ребекка Квентин опустила ресницы, их длинные ресницы блестели от влаги. Говард Джеффри поднял печальное лицо Ребекки Квентин, постоянно вытирая слезы большим пальцем, и хриплым голосом произнес: «Дорогая, ты знаешь, как мне больно видеть тебя такой?» Ребекка Квентин медленно приподняла ресницы, глядя на Говарда Джеффри сквозь затуманенные слезами глаза. Горечь поднималась в груди, накапливаясь в сердце. Она покачала головой, не в силах больше сдерживать ее, отпустила плотно прикушенную нижнюю губу. Голос ее охрип от слез: «Говард Джеффри, ты все еще любишь Элис Робинсон?» Говард Джеффри нежно обхватил заплаканное лицо Ребекки Квентин ладонями, с легким укором, но в то же время с нежностью, спрашивая: «Ты расстроена только из-за этого?» Ребекка Квентин со слезами на глазах смотрела на спокойное и красивое лицо Говарда Джеффри, печально шепча: «Прости, дело не в том, что я тебе не доверяю, просто… в прошлый раз, когда я была в отеле «Дворец», чтобы помочь Честеру Робинсону собрать документы, я случайно увидела тебя с Элис Робинсон, и сегодня Изабелла сказала мне, что ты тайно помогаешь Элис Робинсон вернуть ее наследство…» ---------- Главы 618-322: Его сердце болит сильнее, чем её (1/2) «А теперь ты чувствуешь запах духов Алисы на моем пиджаке, значит, ты думаешь, что мои чувства к ней необычны?» Ребекка Квентин энергично кивнула. Говард Джеффри снова посадил Ребекку Квентин к себе на колени, прижавшись лицом к ее заплаканной, холодной щеке, крепко сжимая ее руку, и его низкий, хриплый голос, полный самообвинения, звучал так: «Я должен был сказать тебе раньше». Ребекка Квентин прижалась к груди Говарда Джеффри, пристально глядя на него. Говард Джеффри поцеловал заплаканные ресницы Ребекки Квентин и нежно уговаривал: «Не плачь… Я все объясню, если ты перестанешь плакать». Ребекка Квентин прикусила губу и кивнула. Лишь вытерев все следы слез с лица Ребекки Квентин, Говард Джеффри произнес: «Я знаю, что в глубине души ты всегда дорожила теми «искренними» словами, которые я когда-то сказал Элис в городе Y, и я также знаю, что ты никогда не спрашивала меня о ней, потому что слишком стремилась быть со мной и боялась задать этот вопрос…» Глаза Ребекки Квентин расширились, и она, не веря своим ушам, произнесла: «Ты… ты знала?» Говард Джеффри протянул руку, чтобы вытереть засохшую слезу с уголка глаза Ребекки Квентин, и мягко сказал: «Глупышка, тебе нечего от меня скрывать…» "Затем…" Говард Джеффри крепко обнял Ребекку Квентин, нежно поцеловал ее в лоб и ласково сказал: «Дорогая, сейчас я скажу тебе правду, правду, которая может показаться тебе жестокой… но пообещай мне, что несмотря ни на что, ты примешь эту правду, поверишь, что я со всем справлюсь, и поддержишь любое мое решение». Никогда прежде не видя, чтобы Говард Джеффри колебался, в этот момент, услышав беспокойство в его голосе, взгляд Ребекки Квентин дрогнул. Говард Джеффри поднял Ребекку Квентин, чтобы она посмотрела ему в лицо, и серьезно спросил: «Ты можешь мне это пообещать?» В своем ошеломленном состоянии Ребекка Квентин кивнула. Говард Джеффри глубоко вздохнул и медленно произнес: «Причина, по которой я встретил Элис, заключается в том, что у меня есть план, который требует от меня разыграть эту драму прямо сейчас». Ребекка Квентин выглядела совершенно озадаченной: «Какой план? Какая драма?» «Это план по борьбе с Честером Робинсоном». "Договорились… договорились с Честером?" За дверью главной спальни стучала группа людей. "Бекка, открой дверь, это твоя сестра…" «Да, Бекка, не запирайся одна дома, я так волнуюсь!» "Мамочка… Мамочка…" "Бекка, это тётя, быстро открой дверь, Эндрю всё время тебя зовёт, и он сейчас плачет…" На втором этаже стоял шум, в то время как на первом оставалось исключительно тихо. В кабинете Джейсон Вуд молча стоял в стороне, наблюдая за Говардом Джеффри, который устало откинулся на спинку стула и потирал переносицу. Напротив Говарда Джеффри сидели Нельсон Льюис и Роджер Леонард, на их лицах читалась тревога. Роджер Леонард внезапно нарушил молчание вздохом: «Я знал, что Бекка так отреагирует, но не ожидал, что всё будет хуже, чем мы себе представляли». В этот момент Говард Джеффри опустил руку со лба, взглянул на Джейсона Вуда и спокойно сказал: «Поднимитесь наверх и посмотрите». Джейсон Вуд тут же выбежал. Нельсон Льюис вмешался, чтобы утешить его: «Говард, я думаю, тебе не стоит слишком волноваться… Думаю, Бекка просто не может смириться с такой жестокой правдой сразу, но она всегда была сильной и рассудительной, она знает, что делать». Роджер Леонард тихо добавил: «Но, похоже, Бекка злится на Дору…» «Бекка не может злиться, кто тебе сказал скрывать это от нее вот так?!» Кристин Куинн ворвалась в кабинет с улицы, ее острый взгляд был прикован к Говарду Джеффри. Говард Джеффри не стал спорить с Кристин Куинн и торжественно спросил: «Как она?». Прошлой ночью она вытолкнула его из комнаты и до сих пор оставалась одна. Кристин Куинн, хотя и была разгневана, понимала, что Говард Джеффри скрыл эти подробности от Ребекки Квентин ради её же блага, поэтому раздраженно ответила: «К нам в дверь стучался Эндрю, Бекка не хотела видеть, как он плачет, поэтому она открыла дверь, но не хотела никого видеть, говоря, что хочет побыть одна некоторое время». Роджер Леонард сказал: «Дора, я думаю, Бекка злится на тебя только за то, что ты это временно скрываешь, но вот насчет операции…» Кристин Куинн в ярости воскликнула: «Этот Честер просто невыносим! Раньше я думала, что он хороший человек, и не возражала против его дружбы с Беккой, а теперь оказывается, что они все змеи в одном гнезде, он идеально подходит своей злобной сестре Элис». Нельсон Льюис тихо вздохнул: «Надеюсь, Бекка со всем этим справится». "Папочка…" Разговор взрослых внезапно прервал детский голос. «Эндрю!» — Кристин Куинн подняла неуверенно шагающего Эндрю и спросила: «Разве ты не был в комнате с мамой?» Изабелла Джоанна, которая пришла после Эндрю, сказала: «Эндрю сказал, что Бекка хочет увидеть Говарда Джеффри». Все обрадовались и хором спросили: "Правда?" Эндрю уже подошел к Говарду Джеффри, обнял его за длинную ногу своими маленькими ручками, и его детский голосок был немного приглушенным: «Папа, мама говорит, что хочет тебя видеть…» Говард Джеффри наклонился, чтобы поднять Эндрю, и, выходя из кабинета, спросил: «Мама с тобой поговорила?» Эндрю надулся: «Мама… сказала, что Эндрю очень хорошо себя вел». «Помимо просьбы позвонить папе, мама тебе что-нибудь рассказывала о папе?..» Эндрю кивнул. Говард Джеффри был в восторге: «Что сказала мама?» Эндрю на мгновение задумался, затем внезапно покачал головой и очень уверенно заявил Говарду Джеффри: «Мама говорила только об Эндрю». Красивое лицо Говарда Джеффри мгновенно превратилось в массу черных линий. Войдя в комнату, Говард Джеффри сразу же увидел Ребекку Квентин, тихо стоящую у окна от пола до потолка. Эндрю извивался в объятиях Говарда Джеффри. Говард Джеффри опустил Эндрю на землю, его глубокий взгляд был неизменно прикован к хрупкой фигуре, отражающейся в прозрачном стекле. Маленькое тельце Эндрю подбежало к Ребекке Квентин, потянув ее за руку, и его детский голосок произнес: «Мама, папа… Папа здесь…» Ребекка Квентин протянула руку, чтобы погладить маленькую головку Эндрю, и мягко понизила голос: «Малыш, веди себя хорошо, иди поиграй немного у кровати, маме и папе нужно поговорить». Эндрю послушно кивнул и сел на ковер у кровати, где уже лежали его любимые игрушки. Взгляд Ребекки Квентин упал на рассудительную маленькую фигурку Эндрю, играющего у кровати, и одновременно она заметила приближающегося к ней Говарда Джеффри. Не желая встречаться с ним взглядом, она отвела взгляд от Эндрю и снова повернулась лицом к окну от пола до потолка. "Мед…" Говард Джеффри тихо позвал. ---------- Главы 619-323: Его сердце болит ещё сильнее, чем её 2 Ребекка Квентин не ответила. Говард Джеффри протянул руки сзади, чтобы обнять Ребекку Квентин. Ребекка Квентин, не теряя надежды, оттолкнула его локтем и без колебаний вырвалась на свободу. Говард Джеффри хотел подойти ближе, но Ребекка Квентин уже холодно сказала: «Не подходи ближе, давай поговорим здесь». Зная, что Ребекка Квентин сейчас разгневана, Говард Джеффри не осмелился проявлять чрезмерную агрессивность и оставил её в покое. Слегка покрасневшие глаза Ребекки Квентин устремились на Говарда Джеффри, и слегка хриплый голос спросил: «Я просто хочу спросить, как вы узнали об отношениях Честера Робинсона и Вивиан Линдси?» Говард Джеффри ответил: «Моему брату однажды угрожала Вивиан Линдси, и после моего расследования, учитывая способности Вивиан Линдси, она никак не могла уравновесить моего брата. Вдобавок к предыдущим подозрениям о том, что Вивиан Линдси исчезла более чем на двадцать лет, но имела значительные средства, я предположил, что у нее есть сообщники, и я всегда подозревал ее приемного сына Честера Робинсона… Изначально он не проявлял ни единого недостатка, пока мы не зарегистрировали брак в Т-Сити. Вы должны помнить, что причина нашего провала заключалась в том, что ваша сестра преждевременно позвонила вам…» Ребекка Квентин кивнула. Она вспомнила тот день, когда сестра прислала ей видео с новостью о заключении Вивиан Линдси в тюрьму. Тогда она впервые осознала, что ее мать еще жива; шок от этого заставил ее потерять интерес к регистрации брака, что сразу же привело к их последующему расставанию. «Я когда-то хотел скрыть от вас информацию о М., поэтому заблокировал все СМИ, которые хотели сообщить об инциденте. Но потом новости необъяснимым образом попали на телевидение, и это заставило меня заподозрить, что кто-то намеренно манипулировал ситуацией за кулисами…» «Вы хотите сказать, что тогда вы подозревали, что этим человеком был Честер Робинсон?» «Да, будь то звонок твоей сестры во время регистрации или разоблачение моим братом истории о том, как я «принудил» к смерти твоего отца, когда мы собирались отдохнуть на острове Фоум, — всё это было тайно организовано им». Ребекка Квентин замерла в изумлении. Неудивительно, что он однажды сказал ей, что некоторые люди и некоторые вещи никогда не будут такими простыми, какими кажутся; поистине, этот мир мерзок и отвратителен. "Бекка…" Говард Джеффри сделал шаг ближе. Ребекка Квентин все еще стояла на шаг позади, отстраненно глядя на него: «Значит, когда мы расстались из-за моего недоразумения по поводу смерти отца, ты уже знал, что Честер — опасная фигура?» "Да." Ребекка Квентин сердито спросила: «Тогда почему ты все равно позволяла ему приближаться ко мне?» В этот момент Говард Джеффри замолчал. «Почему вы не отвечаете?» «У меня есть свои опасения». «Ваши опасения?» — Ребекка Квентин сердито посмотрела на него и громко произнесла: «Вы, вероятно, боялись, что, вмешавшись и не дав Честеру приблизиться ко мне, он поймет, что вы уже знаете его истинную личность, что создаст большие проблемы для ваших дальнейших планов». «Это не совсем то, что вы думаете». "Тогда что же это, скажите мне?" «Я не имею права говорить». "Говард Джеффри!!" Ребекка Квентин стиснула зубы, зовя его по имени, ее хрупкое тело неуклонно отступало, пока она не прижалась к окну от пола до потолка позади нее. Ее недоверчивые глаза смотрели на его спокойное поведение, и она с чувством потери и разочарования произнесла: «Ты не можешь ответить, потому что я точно поняла твои намерения…» "Бекка!" «Не называй меня по имени, Говард Джеффри…» Глаза Ребекки Квентин мгновенно окутались пеленой тумана; она смотрела на него хриплым от сильного волнения голосом: «Я знаю тебя столько лет, возможно, многое мне в тебе до сих пор непонятно. Даже сегодня я не могу разгадать твои мысли, но в одном я уверена: ты человек, который никогда не позволит себе проиграть… Ты не остановил Честера Робинсона от сближения со мной, потому что не хотел его предупреждать, но ты не подумал, что твоя конкурентоспособность позволила Честеру навредить нашему ребенку…» «Бекка…» Говард Джеффри шагнул вперед и крепко обнял ее, положив подбородок ей на лицо, и низким, хриплым голосом произнес: «Признаю, что мы потеряли ребенка из-за моей халатности, но не из-за мимолетной конкуренции. Пожалуйста, поверьте, что в отношении ребенка меня всегда мучает чувство вины…» Ребекка Квентин вырвалась из объятий Говарда Джеффри: «Если это дело не было вызвано твоей конкурентоспособностью, то зачем ты потом, когда заставил меня поехать в Честер на операцию?» ---------- Главы 620-323: Его сердце болит сильнее, чем её 2_2 Говард Джеффри не произнес ни слова. Ребекка Квентин насмешливо сказала: «Ты что, не можешь смириться с тем, что у меня не будет детей в будущем? Нет… Ты должен знать, что по сравнению с тем, как ты «подталкивал» меня к Честеру Робинсону, чтобы манипулировать им и заставить сделать мне операцию, я бы предпочла, чтобы ты был рядом, когда я чувствовала себя одинокой и беспомощной. Даже если бы мое тело в конце концов не исцелилось, по крайней мере, у меня все равно был бы ты… Ты никогда не представляешь, как я, измученная, тащила свое тело к тебе, снова и снова виня себя и чувствуя вину за то, что не защитила нашего ребенка, надеясь, что ты сможешь меня хоть немного утешить, жаждая, чтобы ты забыл прошлое и начал все заново со мной. И все же, ради своего плана, ты безжалостно использовал Элис Робинсон, чтобы оттолкнуть меня… Знаешь, как сильно мне было больно, когда ты сказал по телефону, что тебе никогда не было до меня дела? Я болела много дней, и именно Честер оставался рядом со мной, заботился обо мне и утешал меня. И когда я, из-за тебя, случайно встретила тебя в городе Y, я изменила свое мышление, потому что…» Несмотря на заботы матери и твою заботу обо мне, я все еще думала, что, если ты скажешь мне хоть слово, чтобы я вернулась к тебе, я с готовностью и без колебаний брошусь тебе в объятия… Но ты подарила мне лишь нежный взгляд, обращенный к Алисе… В этот момент горечь сдавила горло Ребекке Квентин, и она не могла продолжать говорить из-за рыданий, слезы текли ручьем, затуманивая взгляд, когда она смотрела на него. Ее слезы обжигали ему сердце. Он хотел сделать шаг вперед, но увидел настороженность в ее глазах, ее легкое дрожание из-за переполнявших его эмоций. Чтобы не провоцировать ее еще больше, он мог лишь стоять неподвижно, пристально глядя на нее. Она непрерывно качала головой, слезы текли, словно нить разбитых жемчужин, каждая из которых свидетельствовала о ее душевной боли. Он знал, что то, чего он боялся, наконец-то сбылось… Он не хотел рассказывать ей обо всем раньше, не только потому, что боялся, что она не сможет справиться с ударом, нанесенным Честером и Вивиан Линдси, но главным образом потому, что знал, что это может быть для нее самым важным. В этот момент его голос охрип от нежности, и, не пытаясь оправдаться, он тихо произнес: «Дорогая… твоя боль в тот момент была и моей». Ребекка Квентин покачала головой, на лице насмешливо появилась улыбка: «Ты чувствуешь боль? Нет, ты не чувствуешь боли… В твоем мире есть только победы и поражения, никаких чувств… Пока ты можешь побеждать, ничто в твоих глазах не может быть использовано как ступенька, даже мои чувства…» Взгляд Говарда Джеффри в этот момент потускнел: «Почему вы так думаете?» «Потому что, на мой взгляд, ты всегда был именно таким человеком!» «Неужели слова Честера, сказанные тебе в тот день, повлияли на твое мнение обо мне?» «Даже если он этого не сказал, я понял, что ты за человек!» "Черт возьми, не стоило ему тебя видеть!!" — воскликнул Говард Джеффри, его лицо помрачнело, а взгляд мгновенно стал острым. Он подумал, что после всего пережитого ему больше не нужно постоянно понимать её мысли, потому что они были связаны сердцем и разумом, доверяли друг другу и больше никогда не позволяли другим факторам влиять на их суждения друг о друге, поэтому он позволил ей встретиться с Честером. «Нет, Говард, мое суждение не имеет никакого отношения к Честеру. Оно основано на многолетнем знакомстве с тобой и понимании тебя… Скажи мне, за все эти годы что-нибудь вышло за рамки твоих планов? Думаю, нет… Ты умеешь разрабатывать стратегии и побеждать издалека, поэтому за все эти годы ты ни разу не проиграл. Чтобы завоевать Честера, ты терпеливо планировал и тщательно продумывал все, был готов пожертвовать всем… Я думаю, сейчас ты уже придумал план, как справиться с Честером, верно?» Глаза Говарда Джеффри потемнели, лицо побледнело, гнев подавлял его тихий голос: «После всех этих лет, неужели вы так меня оцениваете?» "Я не права?" — спросила Ребекка Квентин, в этот момент взволнованная, тяжело вздохнув. Говард Джеффри насмешливо рассмеялся, его острый, холодный взгляд пристально изучал Ребекку Квентин, и всем телом он сдерживал желание задушить ее. В разгар их напряженного противостояния раздался детский голосок… "Папа, мама…" Эндрю, который по какой-то причине бросил свои игрушки, подбежал к ним, глядя на них своим невинным лицом, а в его наивных глазах читался страх. Увидев ребёнка, оба они одновременно смягчили свои холодные выражения лиц. Эндрю никогда раньше не видел, чтобы его родители ссорились, поэтому в этот момент он застыл, как испуганный ребенок. Ребекка Квентин тут же присела на корточки и подняла Эндрю. Говард Джеффри, хотя и молчал, уже вернулся к своему обычному мягкому отношению к ребёнку. Ребекка Квентин обняла Эндрю и вышла из комнаты, не сказав ни слова Говарду Джеффри. Говард Джеффри наблюдал, как Ребекка Квентин, замерзшая спиной, покидает комнату, вымещая свою злость ударом кулака по дивану рядом с собой. Когда Ребекка Квентин вышла из комнаты, она не заметила группу людей, собравшихся снаружи; она просто сосредоточилась на том, чтобы покинуть второй этаж, и сразу же спустилась по лестнице. «Сейчас всё действительно серьёзно», — обеспокоенно сказал Роджер Леонард. Изабелла Джоанна вздохнула и спросила: «Как до этого дошло?» Действительно! Как до этого дошло? Послезавтра свадьба, эти последние два дня следовало бы провести с любовью и радостью, думая, что все пройдет гладко, но кто мог предположить, что все обернется так? Супруги вздохнули. Миссис Джеффри с тревогой спросила стоявшего рядом с ней Нельсона Льюиса: «Что нам теперь делать?» Нельсон Льюис мягко успокоил миссис Джеффри: «Не волнуйтесь, я зайду и поговорю с Говардом». Миссис Джеффри кивнула. Нельсон Льюис издалека, наблюдая за Говардом Джеффри, мрачно стоявшим перед окном от пола до потолка, мягко улыбнулся: «Впервые я вижу Ребекку такой сердитой». Темные глаза Говарда Джеффри холодно смотрели прямо перед собой, его красивое лицо было мрачным. Нельсон Льюис, проследив взглядом за Говардом Джеффри, сохранял легкую улыбку на губах: «Полагаю, ты сейчас не злишься на Ребекку, но, наверное, тебе бы хотелось разорвать Честера на куски». Говард Джеффри сжал тонкие губы в линию и хранил молчание. Нельсон Льюис усмехнулся, глядя на суровое отражение Говарда Джеффри в зеркале, и поддразнил: «Этот всегда такой самоуверенный мистер Джеффри, не может справиться даже с одной женщиной?» Говард Джеффри по-прежнему молчал. Нельсон Льюис больше ничего не сказал, лишь тихо вздохнул. Говард Джеффри наконец тихо произнес: «Где она?» Нельсон Льюис ответил: «Не волнуйтесь, я попросил Кристин Куинн пойти с ней, и Джейсон Вуд пошел с ними». Говард Джеффри слегка кивнул. Нельсон Льюис похлопал Говарда Джеффри по плечу и, используя шутливый тон, попытался его расположить к себе: «К счастью, послезавтра у вас с Ребеккой свадьба, так что у тебя есть весь завтрашний день, чтобы вернуть её». ---------- Главы 621-324: Свадьба состоится сегодня днем ​​1 В этот момент Говард Джеффри достал свой телефон и набрал последовательность цифр, отображавшихся на экране. В следующую секунду звонок соединился. Прижав телефон к уху, он холодно произнес: «Продвигайте план!» В саду Ребекка Квентин издалека наблюдала за тем, как Эндрю радостно играет на лужайке, и в ее сердце захлестнула волна вины. Кристин Куинн села рядом с Ребеккой Квентин, проследив за ее взглядом до Эндрю, и с улыбкой сказала: «К счастью, малыш не испугался вашей спора с Говардом Джеффри…» Ребекка Квентин медленно опустила ресницы. Кристин Куинн потянула за холодную руку Ребекки Квентин и тихонько усмехнулась: «Ладно, ладно… не сердись на Говарда Джеффри. Не забывай, вы уже женаты, и послезавтра у вас будет та самая пышная свадьба, которой все завидуют…» Ребекка Квентин молчала, на ее бледном лице отражалась тоска, затем она подняла глаза и обратила взгляд на ребенка вдалеке. Улыбка Кристин Куинн исчезла, когда она серьезно утешила: «Э-э, вы так громко спорили с Говардом Джеффри в комнате раньше, я смутно слышала…» «Если ты слышала, то расскажи мне своё истинное мнение, а не говори о нём хорошо только потому, что мы женимся послезавтра». «Честно говоря, хотя я знаю Говарда Джеффри дольше, чем вы, мое понимание его личности определенно не такое глубокое, как ваше, потому что вы всегда уделяли внимание его изучению…» В этот момент Ребекка Квентин насмешливо рассмеялась: «Сестра, ты ошибаешься, я его совсем не понимаю, как я могу его понять…» «Не говори слов в гневе, разве ты не чувствуешь доброту Говарда Джеффри по отношению к тебе?» Ребекка Квентин внезапно подняла глаза, серьезно глядя на Кристин Куинн: «Позволить опасности витать вокруг меня, игнорируя ее ради какого-то плана — это что, его доброта? Отказаться признать поражение, пойти на такие крайние меры, чтобы заставить Честера Робинсона сделать мне операцию и вернуть утраченные позиции — это тоже мне на пользу? Тогда я, должно быть, совершенно нелепа, раз меня так обманывают, и при этом я должна благодарить его за планирование нашего будущего…» «Бекка, возможно, мужчины не такие дотошные, как мы, возможно, его единственная мысль — это хорошо позаботиться о твоем здоровье, чтобы вы оба не жалели об этом в будущем… Другими словами, он тоже может чувствовать себя виноватым и стремиться загладить свою вину». «Сестрёнка, если бы это была ты, ты бы смирилась с тем, что он так с тобой играет?» Кристин Куинн неловко рассмеялась: «Э-э, это не совсем игра… но вы, безусловно, имеете право его отругать». Ребекка Квентин глубоко вздохнула, покачала головой и уныло пробормотала: «Неужели для него так важно, побеждать он или проигрывать?» «Бекка, Говард Джеффри сказал, что он не просто думал о победе или поражении…» «Тогда скажите мне, по какой еще причине он мог позволить Честеру Робинсону сблизиться со мной?» "Этот…" Увидев, что Кристин Куинн не может ответить, Ребекка Квентин рассмеялась, но на ее лице отразилось выражение, более трагичное, чем слезы, и она, задыхаясь, произнесла: «Он просто не считает сердечные дела важными…» Кристин Куинн поспешно сказала: «Но все видят, что он заботится о тебе». Ребекка Квентин насмешливо рассмеялась: «Забота… зависит от того, что ему дорого». "Бекка…" Ребекка Квентин внезапно сменила тему: «Сестра, разве тетя Клэр и Мари не приходили вчера вечером?» Кристин Куинн кивнула: «Их рейс задержали, поэтому они прибыли очень поздно. Я боялась нарушить ваш отдых с Говардом Джеффри, поэтому не позволила им вас найти…» В этот момент Ребекка Квентин встала и сказала: «Я пойду к ним». Взгляд Кристин Куинн внезапно переместился за спину Ребекки Квентин: «Боюсь, вам придётся немного подождать, чтобы их увидеть». Ребекка Квентин в замешании обернулась и обнаружила, что в какой-то момент позади нее стоял Говард Джеффри. Кристин Куинн тихо скончалась. Ребекка Квентин хотела уйти вместе с Кристин Куинн, но Говард Джеффри вовремя схватил ее за руку. Ребекка Квентин смотрела прямо перед собой, ее рука пыталась вырваться: «Отпусти». Говард Джеффри крепко сжал руку Ребекки Квентин, обхватив ее холодную ладонь своей теплой ладонью, затем повернулся к ней лицом, его глубокий взгляд был прикован к ее бесстрастному, холодному лицу, и он тихо сказал: «Не сердись на меня, я не такой, как ты думаешь, наши отношения никогда не были просто конкуренцией с кем-либо». «Я собираюсь навестить Честера Робинсона». "Что?" Ребекка Квентин подняла глаза и посмотрела на него, повторив: «Я иду к Честеру Робинсону». ---------- Главы 622-324: Свадьба состоится сегодня днем ​​1_2 Говард Джеффри прямо ответил: «Нет». Ребекка Квентин резко оттолкнула руку Говарда Джеффри и строго заявила: «У меня есть свобода. Вы не имеете права меня ограничивать». Говард Джеффри прищурился, пристально разглядывая упрямое лицо Ребекки Квентин: «Я твой муж». Ребекка Квентин сердито выпалила: «Ты меня обманул». «Что такое обман?» «Если бы я знала, что ты так много от меня скрываешь… я бы не стала у тебя регистрироваться». Услышав слова Ребекки Квентин, Говард Джеффри несколько секунд молча стоял на месте. Выражение его лица не претерпело существенных изменений, но его глаза были окутаны необъяснимым туманным светом, от которого исходил слабый холодок. Ребекка Квентин только сейчас осознала, что её импульсивные слова были несколько резкими, но на самом деле в глубине души она думала именно об этом. Холодный свет в глазах Говарда Джеффри постепенно угас. Он подавил эмоции и с чрезвычайно терпеливым тоном сказал: «Можете изливать свои чувства как хотите, но Честера Робинсона я вам не разрешаю видеть». Ребекка Квентин холодно парировала: «Разве у меня нет права даже задавать ему вопросы?» Говард Джеффри терпеливо твердил: «Он опасный человек». Ребекка Квентин саркастически рассмеялась: «Ты так долго оставляла меня рядом с ним, не заботясь об опасности, а теперь говоришь мне об опасности?» И без того напряженное и неприятное лицо Говарда Джеффри стало еще более зловещим из-за слов Ребекки Квентин. Ребекка Квентин добавила: «Я обязательно должна его увидеть!» «Я запрещаю вам идти!» На этот раз Ребекка Квентин была по-настоящему в ярости. Изначально она хотела обсудить с ним возможность поехать с ней к Честеру Робинсону, но после вспышки гнева Говарда Джеффри она тут же передумала. «А что, если я настояю на встрече с ним?» «Никаких «если»!!» — властно выпалил Говард Джеффри. «Да, что бы вы ни сказали, мне просто нужно следовать вашим указаниям. Вы всегда правы, вы всегда правы, мне просто нужно подчиняться». Ребекка Квентин выпрямилась, ее холодные, ясные глаза встретились лицом к лицу с внушительным присутствием Говарда Джеффри. «Именно». Он скривил губы, и от гнева они слегка дрогнули. Его непостижимые черные глаза смотрели ей прямо в душу: «Я говорю нет, значит, нет!» Они смотрели друг на друга, температура вокруг них упала до нуля, и порывы холодного ветра проносились повсюду. Ребекка Квентин выпрямила грудь, сдерживая желание разгладить мурашки на руках: «Хорошо, делай, что хочешь». Не дожидаясь ответа Говарда Джеффри, Ребекка Квентин быстро повернулась и ушла. Однако взгляд, направленный ей вслед, был подобен пылающему пламени, постоянно обжигающему ее… «С меня хватит, наслаждайтесь». За ужином Ребекка Квентин едва сделала пару укусов, прежде чем покинуть обеденный зал. «Почему кажется, что ситуация ухудшается?» — усталым тоном, полным невыразимой тревоги, спросила миссис Джеффри. После разговора в саду между Ребеккой Квентин и Говардом Джеффри, казалось, с полудня до вечера происходило что-то неведомое. Их некогда любящая атмосфера исчезла бесследно. Теперь же всякий раз, когда Говард Джеффри и Ребекка Квентин встречались, ледяная атмосфера между ними заставляла всех дрожать. «Говард Джеффри всё ещё участвует в исследовании?» — поинтересовалась Кристин Куинн. Изабелла Джоанна кивнула: «Ситуация действительно кажется напряженной». Мари почувствовала что-то неладное среди взрослых и с беспокойством спросила: «Мама, что случилось с дядей Джеффри и тетей?» Кристин Куинн нетерпеливо ответила: «Просто ешьте. Детям не следует спрашивать о взрослых вещах». "Кристин, может, тебе стоит сходить проведать Бекку…" Говорила тетя Клэр. Кристин Куинн покачала головой: «Чтобы распутать узел, нужен тот, кто его завязал. Сколько бы я ни разговаривала с Беккой, это не решит проблему между ней и Говардом Джеффри». «В самом деле!» — Изабелла Джоанна тоже выглядела обеспокоенной. — «Они скоро поженятся. Если между ними такая вражда, смогут ли они все-таки пожениться к тому времени?» Все хором упрекнули друг друга: «Не сглазь!» Изабелла Джоанна тут же прикрыла рот рукой. Ребекка Квентин вернулась в свою комнату на втором этаже, села на край кровати и в одиночестве погрузилась в размышления. В этот момент от обиды в сердце у нее в горле появилась горечь. Зачем ему ее ругать? Он мог пойти к Элис Робинсон, не дав ей ни единого объяснения, однако она всего лишь хотела прояснить ситуацию с Честером Робинсоном, а он категорически запретил ей это. Почему он всегда поступает так, как считает правильным, не принимая во внимание её чувства? Почему все его действия, внешне выражающие любовь и заботу, не вызывают у неё ни малейшего чувства тепла? В этот момент она неожиданно почувствовала, что его больше волнуют его планы, чем она… Неужели его мир действительно состоит только из побед и поражений? Поверьте, человек, которого вы выбрали, — всего лишь бессердечный, высокомерный и эгоистичный! Его мир — это вечно лишь победы и поражения, лишенные эмоций. Он готов прибегнуть к любым средствам, воспользоваться любой возможностью, лишь бы одержать победу. Ради этого он даже готов отбросить эмоции… Слова Честера Робинсона внезапно эхом отозвались в ушах Ребекки Квентин, и снова и снова звучали в ее голове. Слабое тело Ребекки Квентин постепенно рухнуло на кровать, ее взгляд стал более отстраненным из-за хаотичных мыслей в голове. Да, после всех этих долгих лет, проведенных с ним, она почти забыла, что когда-то она тоже считала его бессердечным и холодным, высокомерным и эгоистичным. Она отчетливо помнила, как тогда, чтобы заставить ее подчиниться, он приказал другим погрузить тетю Клэр в воду, чтобы она его слушалась… С того момента она поняла, что этот человек холоден и безжалостен. Несмотря на то, что они были женаты два года, он мог хладнокровно угрожать ей жизнью ближайшего члена семьи. Таким образом, его суть заключается в том, чтобы воспринимать эмоции как ничто. Она до сих пор помнила, что Скайлер Джонс тоже когда-то говорила ей похожие вещи, как и Честер Робинсон… Он сказал, что Говард Джеффри был бизнесменом, бизнесменом, который учитывал только интересы других. Что бы ни случилось, в первую очередь он думал о прибыли. Раньше она не принимала слова Скайлера Джонса близко к сердцу. Она думала, что он просто пытается убедить ее отказаться от Говарда Джеффри. Но, оглядываясь назад, кажется, что Скайлер Джонс никогда не говорил ей ни одного неискреннего слова. Он всегда был с ней искренен. Однако, если сердце Говарда Джеффри действительно питало лишь планы, лишь расчетливые интересы, почему он выбрал именно её сейчас? Годы взаимосвязи можно разделить на несколько этапов. Один этап — это когда он искал её, чтобы отомстить, другой — когда он снова принял её, чтобы победить Скайлер Джонс, и теперь настал финальный этап… Если она больше не представляет для него интереса и не приносит никакой пользы, почему он всё ещё остаётся с ней? ---------- Главы 623-325: Свадьба состоится сегодня днем. В конце концов, его соперничество с Честером Робинсоном никак не было связано с его чувствами к ней, верно? Единственное объяснение в том, что дело не в том, что ему безразличны их чувства друг к другу, и не в том, что он игнорирует её эмоции, а в том, что в его мире победа и поражение важнее всего, включая её. Да… Он не был к ней плох, но и не перестал её ценить. Каждое его нежное слово она чувствовала в его искренности. Он действительно заботится о ней, просто в его мире есть вещи важнее чувств. Так из-за чего же она до сих пор переживает… Он никогда не сможет ставить чувства превыше всего. Даже если она этого потребует, чем это поможет? Ей просто не повезло влюбиться в такого мужчину… Если она не перестанет любить, то, полюбив, она сможет лишь смириться. Так выберет ли она любовь? Ребекка Квентин задавала себе этот вопрос в сердце, и пока он занимал ее мысли, в ее памяти всплывали воспоминания о прошедших с ним годах… С момента их знакомства и до сегодняшнего дня каждый миг, проведенный вместе, так отчетливо запечатлелся в ее памяти, вызывая смешанные чувства — и горечь, и сладость. Её любовь к нему не вызывает сомнений, пока она занимает место в его сердце, даже если эмоции не являются для него главным приоритетом в жизни, он, по крайней мере, уделяет ей всё своё искреннее внимание в их отношениях. Ей следовало бы быть довольной, а не винить его… Потому что, по её мнению, он отдал ей всё, что мог. Тук-тук… Она не знала, сколько времени прошло, когда в дверь раздался привычный стук. Он не привык стучать, так что это был не он. Ребекка Квентин приподнялась на кровати и ответила: «Входи». Вошла, повернув дверную ручку, миссис Джеффри. Ребекка тут же встала и с как всегда уважением поддержала миссис Джеффри, назвав её «тётя». Миссис Джеффри мягко сказала: «Я заметила, что вы почти не ужинали. Вы сидели в комнате одни, дуясь?» Ребекка смущенно опустила голову: «Прости, что заставила тебя волноваться». Миссис Джеффри покачала головой, усадила Ребекку на диван в комнате и с укоризненным тоном сказала: «У вас есть полное право злиться. Говард Джеффри так много от вас скрывал, заставил вас страдать, он заслуживает того, чтобы его отругали». Ребекка хранила молчание. Миссис Джеффри взяла Ребекку за руку и ласково погладила её: «Но Говард Джеффри не безнадёжен. По крайней мере, он заботился о вашем здоровье, желая загладить вину за ваши обиды». «Тетя, честно говоря, даже если бы Говард Джеффри сказал мне правду тогда, даже если бы мое здоровье никогда не вылечилось, я бы не возражала…» Миссис Джеффри несколько раз кивнула: «Я знаю, конечно, знаю. В тот момент вы больше всего жаждали, чтобы Говард Джеффри был рядом с вами, но мужской разум может быть не таким тонким, как наш. Он думал только о вашем физическом здоровье и не учитывал ваши чувства…» Ребекка согласно кивнула и тихо сказала: «Да, по сравнению со мной, он просто больше озабочен своими планами». "Хм?" Ребекка подняла глаза, улыбнулась и слегка покачала головой: «Нет, я понимаю, что вы имеете в виду. Можете быть уверены, я всё понимаю». «Тогда окажи этой старушке одолжение и не держи на него зла… Видишь ли, ты уже зарегистрирована как замужняя, свадьба послезавтра. Ты же не можешь сейчас сказать, что не выйдешь за него замуж, верно? Весь мир знает о твоей свадьбе с Говардом Джеффри, и родственники и друзья звонят, чтобы подтвердить это. Если бы я сказала, что свадьба отменена, куда бы я дела свое старое лицо в будущем?» Слова миссис Джеффри, прозвучавшие в разговоре с Ребеккой, позабавили ее: «Я не имела в виду, что не выйду за него замуж». Притворная печаль миссис Джеффри тут же сменилась радостью: «Вы имеете в виду, что готовы его простить?» Ребекка слегка кивнула. Миссис Джеффри взволнованно встала: «Тогда я прямо сейчас позвоню Говарду Джеффри». Так скоро… Миссис Джеффри обернулась и, обняв Ребекку, сказала: «Нет… я не могу ему позвонить. Ему нужно немного пострадать, чтобы он больше не посмел так издеваться над тобой». Ребекка с трудом сдержала улыбку. Миссис Джеффри с любовью сказала: «Не волнуйтесь, я не позволю Говарду Джеффри ни в малейшей степени издеваться над вами в будущем. Если он еще раз проигнорирует ваши чувства, я выгоню его из нашей семьи…» Слова миссис Джеффри подняли настроение Ребекке, и улыбка не сходила с ее губ. "Бекка…" "Хм?" ---------- Главы 624-325: Свадьба состоится сегодня днем ​​2_2 «Есть ещё кое-что, надеюсь, вы не примете это слишком близко к сердцу…» По нерешительному выражению лица миссис Джеффри Ребекка Квентин уже примерно догадалась, что та хочет ей сказать. И действительно… «На самом деле у меня уже есть двое внуков: один — Эндрю, а другая — Мари. Эти два сокровища позволяют мне наслаждаться преклонным возрастом, и я уже очень довольна. Конечно, я не против иметь больше внуков, но я не хотела бы вас заставлять…» «Тетя Клэр, вам не нужно обо мне беспокоиться. Я могу смириться с этим фактом». Она признала, что это сильно ее задело, но у них с Говардом Джеффри уже был Эндрю, так что в итоге это не было такой уж большой проблемой, просто немного прискорбно. «Если вы пожалеете о случившемся, я попрошу Говарда Джеффри найти кого-нибудь другого, кто проведет вам операцию; этому миру не нужно полагаться только на Честера Робинсона». Ребекка Квентин тут же сказала: «Тетя Клэр, нет нужды. Вопрос о детях следует оставить на волю природы; нет необходимости форсировать события. К тому же, Говард Джеффри не против того, что со мной только Эндрю. Так что давайте не будем на этом зацикливаться…» «Ты хороший парень, Говарду Джеффри очень повезло, что он женился на тебе». Ребекка Квентин слегка улыбнулась и покачала головой. «Я выйду и попрошу слугу принести вам что-нибудь поесть…» «Хорошо, спасибо, тётя Клэр». Сейчас девять часов вечера. В комнате тети Клэр, Мари в этот момент держала за руку Эндрю, идущего в ванную, и говорила по-сестрински: «Младший братишка, у тебя руки грязные. Сестра отведет тебя помыть их…» Кристин Куинн, увидев, как сильно Мари заботится об Эндрю, улыбнулась и сказала Ребекке Квентин: «Уверена, у них будут прекрасные отношения, когда они вырастут». Ребекка Квентин кивнула: «Я тоже так думаю». Тетя Клэр, облокотившись на изголовье кровати, с довольными улыбками смотрела на двух сестер, сидящих на краю кровати, и испытывала глубокое удовлетворение. Кристин Куинн повернулась к тете Клэр и сказала: «Ребекка сказала, что отныне пусть Эндрю называет тебя бабушкой…» Тетя Клэр была ошеломлена, глядя на Ребекку Квентин. Ребекка Квентин взяла тетю Клэр за руку, слегка кивнула и серьезно сказала: «Вы заботились обо мне с самого детства, поэтому вполне уместно, чтобы Эндрю называл вас „бабушкой“». "Но…" Кристин Куинн вмешалась: «Тетя Клэр, не отказывайтесь… Ребекка уже сказала миссис Джеффри, и та согласилась». «Но какова моя идентичность, я…» Ребекка Квентин перебила тетю Клэр: «Тетя Клэр, вы должны знать, что я никогда не видела вас в роли служанки. Для меня вы важнее моей собственной матери». Тетя Клэр вздохнула: «Раз уж ты настаиваешь, то хорошо… то, что Эндрю стал моим внуком, делает меня счастливой». Ребекка Квентин кивнула: «После того, как я выйду замуж, ты будешь жить здесь и останешься с нами». "Нет." В этот момент тетя Клэр решительно произнесла свою речь. Ребекка Квентин была ошеломлена. Тетя Клэр улыбнулась и сказала: «Не волнуйся, дело не в том, что я не хочу жить с тобой; просто я не привыкла жить в Нью-Йорке… Только подумай, я прожила на родине большую часть своей жизни, а теперь ты хочешь, чтобы я провела остаток своих дней в стране, полной светловолосых, голубоглазых людей, как я смогу к этому привыкнуть?» «Постепенно вы к этому привыкнете!» Тетя Клэр покачала головой: «Даже воздух в Нью-Йорке кажется мне незнакомым». «Ребекка, мне кажется, тетя Клэр совсем не привыкла к этому месту. Родной город всегда самый уютный и комфортный». Тетя Клэр быстро кивнула в знак согласия со словами Кристин Куинн. Заметив колебание Ребекки Квентин, Кристин Куинн добавила: «Ребекка, не волнуйся. Тетя Клэр все еще держит меня там, на родине…» «Да, как только вы с Говардом Джеффри поженитесь, я смогу вернуться с чувством спокойствия…» Кристин Куинн обняла Ребекку Квентин: «Тогда твой Говард сможет купить тете Клэр особняк в Т-Сити и нанять несколько слуг, чтобы они хорошо о ней заботились…» Все трое болтали с девяти до одиннадцати, и наконец тетя Клэр отпустила Ребекку Квентин: «Ребекка, я хочу спать, тебе тоже нужно отдохнуть!» Кристин Куинн озорно улыбнулась и сказала: «Как насчет этого? Сестрёнка, хочешь зайти ко мне в комнату поболтать?» Понимая, что Кристин Куинн подшучивает, Ребекка Квентин слегка покраснела: «Я не пойду… Тётя Клэр, хорошо отдохните, я возвращаюсь в свою комнату». Тетя Клэр кивнула: «Быстрее идите!» Ребекка Квентин встала, взяла на руки Эндрю, который уже спал в постели тети Клэр. Кристин Куинн шепотом сказала тете Клэр: «Она просто хочет спрятаться здесь и не возвращаться в свою комнату, чтобы сегодня вечером с кем-нибудь увидеться!» Тетя Клэр многозначительно улыбнулась. Ребекка Квентин раздраженно посмотрела на Кристин Куинн, что-то шепчущую тете Клэр, а затем вынесла Эндрю из комнаты. Ребекка Квентин никак не ожидала увидеть Говарда Джеффри в коридоре; очевидно, он уже некоторое время ждал ее у комнаты тети Клэр. Ребекка Квентин сделала вид, что не видит Говарда Джеффри, и понесла Эндрю в детскую комнату. Однако Говард Джеффри протянул руку и поймал её, когда она проходила мимо него. Ребекка Квентин замерла на месте, не выказывая особого удовольствия от его вида, но и не убирая его руку. Говард Джеффри осторожно взял Эндрю из рук Ребекки Квентин. Ребекка Квентин не стала сопротивляться, она заговорила первой: «Я думала, вы уже спите». Говард Джеффри позволил Эндрю отдохнуть у себя на руках, повернул свое красивое лицо и нежно сказал Ребекке Квентин: «Без тебя я не могу уснуть». Ребекка Квентин слегка покраснела и больше ничего не сказала. Осторожно уложив Эндрю на детскую кроватку, Говард Джеффри умело укрыл его одеялом, не забыв с отеческой нежностью поцеловать Эндрю в лоб. Ребекка Квентин стояла у постели больного, наблюдая, как Говард Джеффри умело ухаживает за Эндрю, и испытывала некоторое внутреннее утешение. По крайней мере, это доказывает, что он внимателен и к ребёнку. Выключив свет в детской комнате, Говард Джеффри обнял Ребекку Квентин, когда они выходили. Возле детской комнаты стоял слуга на страже. Ребекка Квентин, всё ещё испытывая беспокойство, некоторое время давала слуге указания, а затем последовала за Говардом Джеффри обратно в их комнату. Вернувшись в комнату, Говард Джеффри обнял Ребекку Квентин, готовый поцеловать её… Однако Ребекка Квентин с усилием оттолкнула его, сверкнув глазами и резко спросив: «Разве я говорила, что прощаю тебя?» Говард Джеффри игриво подошел снова, обнял Ребекку Квентин, прижал ее спиной к своей груди, а подбородок положил ей на лоб: «Хорошо, я был не прав… если ты меня простишь, я сделаю все, что ты захочешь». "Затем…" Говард Джеффри предупредил: «За исключением того, что вы пойдете к Честеру Робинсону». «Нет, мне нужно его увидеть». Говард Джеффри слегка нахмурился, в его взгляде читалось недовольство: «Неужели мы действительно позволим этому ничтожному человеку сегодня вечером навредить нашим отношениям?» ---------- Главы 625-326: Свадьба состоится сегодня днем ​​3 Ребекка Квентин серьезно сказала: «Я собираюсь встретиться с Честером не только для того, чтобы расспросить его, но и по поводу дела с Вивиан Линдси». Упомянув Вивиан Линдси, Ребекка Квентин перестала использовать слово «мать», и в ее тоне прозвучала нотка презрения. Говард Джеффри слегка прищурился: «Вы действительно хотите его увидеть?» Ребекка Квентин серьезно кивнула и сказала: «Говард, я знаю, что многое из того, что ты говоришь, верно, и я знаю, что многое из того, что ты делаешь, делается ради нашего будущего, но, пожалуйста, учти мои чувства на этот раз и позволь мне самой разобраться со своими делами». Говард Джеффри тихо вздохнул, беспомощно обнимая Ребекку Квентин: «Я ничего не могу с тобой поделать… Если ты действительно хочешь его увидеть, то можешь пойти только со мной». Ребекка Квентин подняла глаза: «Нет, я хочу поговорить с ним наедине, вы можете взять с собой Джейсона Вуда». «Мое главное условие: вы и он должны находиться в поле зрения Джейсона Вуда». Ребекка Квентин удовлетворенно кивнула. Увидев, как Ребекка Квентин счастлива, словно получила конфету, Говард Джеффри вдруг понизил голос и захрипел: «Можно я попрошу тебя обнять и уложить спать?» "Нет… вы же знаете, что я вам не подхожу…" «И что?» — Ребекка Квентин застенчиво отвела взгляд. "А куда ты хочешь меня отвезти?" «В место, где удобнее „доводить дела до конца“». «Ты не можешь этого сделать», — сказала Ребекка Квентин, краснея. «Кто это сказал?» «Это же элементарная логика!» "Что?" На следующий день. Ребекку Квентин разбудил стук в дверь. "Бекка, если ты не откроешь дверь, я войду…" Прежде чем Ребекка Квентин успела ответить человеку снаружи, тот уже распахнул дверь и вошёл. Поняв, что ее плечо открыто, Ребекка Квентин быстро плотно закуталась в одеяло и тут же проснулась. «Я знала, что Бекка вчера вечером слишком много работала, поэтому она не вставала так поздно по утрам». Кристин Куинн, покраснев, сказала: «Неудивительно, что Говард Джеффри выглядел таким отдохнувшим, когда встал так рано…» Ребекка Квентин смущенно уткнулась в одеяло, бормоча и жалуясь: «Эй, разве ты не знаешь, что для того, чтобы войти в комнату другого человека, нужно получить его разрешение?» Изабелла Джоанна сказала: «Дорогая, мы уже постучали». «Мы больше не дразним вас, вставайте скорее, нам нужно сказать вам кое-что важное». Ребекка Квентин откинула одеяло, обнажив лишь глаза, и взмолилась: «Дай мне сначала одеться, хорошо?» "Отлично." Увидев смущенный вид Ребекки Квентин, Изабелла Джоанна поддразнила ее. Затем Кристин Куинн вытащила Изабеллу Джоанну из комнаты. Встав с постели, Ребекка Квентин осознала, насколько напряженной была вчерашняя ночь. У нее болело все тело, и даже при ходьбе ноги слабели. Переодевшись и умывшись в ванной, убедившись, что выглядит бодрой и энергичной, Ребекка Квентин наконец вышла из комнаты. Изабелла Джоанна и Кристин Куинн уже ждали у двери. Увидев выходящую Ребекку Квентин, они тут же взялись за руки, по одной с каждой стороны. Ребекка Квентин вдруг вспомнила, что Говарда Джеффри не было рядом, когда она проснулась, и небрежно спросила: «Вы видели Говарда?» Изабелла Джоанна усмехнулась: «Можешь быть немного сдержаннее? Он сегодня занят, он не может весь день лежать с тобой в постели». Ребекка Квентин раздраженно посмотрела на свою подругу: «Изабелла!» Кристин Куинн, взглянув на покрасневшее лицо Ребекки Квентин, заметила: «Вы выглядите довольно энергичной, но глаза у вас немного опухли, потому что вы поздно легли спать прошлой ночью…» Ребекка Квентин проворчала себе под нос: «Сестрёнка, ты и меня дразнишь…» Кристин Куинн рассмеялась: «Я не шучу; я просто боюсь, что сегодня ты не покажешь себя с лучшей стороны». Ребекка Квентин выглядела озадаченной. Изабелла Джоанна улыбнулась и объяснила: «Бекка, ты, наверное, не знала, но свадьба сегодня, верно?» "Что?" Ребекка Квентин удивленно открыла рот. В этот момент Ребекка Квентин увидела Мари и Эндрю, одетых как девочки, разбрасывающие цветы, бегущих к ним… "Мама!" Мэрилин Куинн также спрашивала свою мать: «Мама, я сегодня красивая?» "Очень красивый." Мэрилин Куинн одарила его милой улыбкой. Ребекка Квентин взяла Эндрю с колен, озадаченно разглядывая его маленький костюмчик: «Это…» Кристин Куинн объяснила Ребекке Квентин: «На самом деле, мы тоже только сегодня узнали, что Говард Джеффри организовал свадьбу на сегодня». ---------- Главы 626–327: В ожидании только вашей свадьбы 1 "Что?" Ребекка Квентин была потрясена. Изабелла улыбнулась и кивнула: «Да, Бекка… Мистер Джеффри ранее объявлял, что свадьба состоится завтра, но это не так. Фактическая дата, назначенная мистером Джеффри, — сегодня, поскольку он опасался, что слишком большое присутствие СМИ создаст хаос в день свадьбы…» «Теперь мы ждем, когда вы, невеста, оденетесь. Свадьба состоится сегодня днем!» "Ах…" В результате череды шокирующих событий Ребекку Квентин стащило вниз по лестнице. Ребекка совершенно не была готова увидеть всех на первом этаже; они уже были готовы. Нельсон Льюис и Роджер Леонард сегодня были одеты в строгие костюмы, необычайно красивы и обаятельны. Миссис Джеффри и тетя Клэр также переоделись в элегантные, благородные платья, излучая абсолютную грацию, и даже слуги виллы были одеты в единую, изысканную одежду, мгновенно превратив это место в место гармоничного праздника. Миссис Джеффри подошла к Ребекке Квентин и тихо сказала: «Бекка, мне нужно сходить в свадебный зал, чтобы встретить гостей. Тебе следует подготовиться; Говард лично приедет за тобой позже». Ребекка Квентин застыла на месте, оцепенев. Роджер Леонард наклонился и сказал: «После сегодняшнего дня я буду официально называть тебя „второй невесткой“. Тебе не кажется это немного странным?» Изабелла поддразнила: «Называть Бекку „второй невесткой“ — это же еще страннее, не правда ли?» Кристин Куинн позабавила эта парочка шутников, затем она взяла Ребекку Квентин за руку и спросила: «Что случилось, ты до сих пор не пришла в себя?» Ребекка Квентин покачала головой: «Я была совершенно не готова». «Никакой подготовки не требуется, всё для свадьбы уже готово. Вам нужно только накраситься и подождать, пока Говард придёт за вами. Затем вы вдвоём сможете войти в торжественный и достойный свадебный зал». Изабелла уже схватила Ребекку Квентин за руку и повела ее в нишу на первом этаже: «Пойдём, я не могу дождаться, когда увижу тебя в свадебном платье…» Ребекка Квентин никак не ожидала, что сегодня эта ниша превратится в ее гримерную. В этот момент она сидела перед зеркалом, лицом к большому туалетному столику. Кристин и Изабелла переодевались в платья, визажист помогала ей с макияжем, а белоснежное свадебное платье лежало прямо рядом с ней. Она всегда мечтала об этом дне, никогда не думала, что он наступит так внезапно… Несмотря на внезапность, её сердце было наполнено теплом. Неужели она действительно станет его невестой? Она едва могла в это поверить… Казалось, люди, суетившиеся вокруг нее, подтверждали реальность всего происходящего у нее на глазах. Ее сердце бешено колотилось от такого волнения, какого она никогда не испытывала за все эти годы. Она взглянула на свое отражение в зеркале и невольно заметила, что ее лицо уже приобрело красоту и очарование новобрачной. Тем временем в группе компаний "Skytop". Говард Джеффри стоял в своем кабинете, засунув руки в карманы брюк; большое окно от пола до потолка отражало его сегодня особенно привлекательную внешность. Чёрный костюм, сшитый на заказ, идеально сидел на его высокой фигуре, придавая ему серьёзный и величественный вид. Белый галстук-бабочка на шее сиял чистым цветом, но выражение его лица было холодным. В отражении стекла его профиль был четко очерчен и резкий, губы плотно сжаты, а в глазах читалась опасная холодность. Послышались приближающиеся шаги. Джейсон Вуд, также одетый сегодня на удивление официально и элегантно, вошел снаружи, подошел сзади к Говарду Джеффри и уважительно сказал: «Босс, все в процессе». Говард Джеффри слегка кивнул. Джейсон Вуд посмотрел на время на своих наручных часах: «Босс, госпожа уже должна была прибыть на место проведения свадьбы. Пора вам присоединиться к ней и поприветствовать гостей». "Хм." Говард Джеффри повернулся и спокойно вышел из своего кабинета. Джейсон Вуд поправил костюм и вышел вслед за Говардом Джеффри. Тем временем в одном из отелей Нью-Йорка Честер Робинсон сидел на единственном диване в номере, его рубашка была расстегнута на две пуговицы, одна рука лежала на диване, другая держала бокал красного вина, а взгляд был пристальным и сосредоточенным на человеке напротив. Элис Робинсон сидела напротив Честера, на ее прекрасном лице сияла улыбка, которой она давно уже не появлялась: «Брат, за наш успех!» Честер Робинсон поднял бокал и легонько чокнулся с Алисой, слегка улыбнувшись: «Я же говорил тебе, что в день свадьбы Говарда Джеффри мы с ним определим победителя». Элис Робинсон поставила свой бокал и с любопытством спросила: «Так откуда вы знали, что Говард проведет свою свадьбу так рано?» ---------- Главы 627–327: Ждем только вашей свадьбы (1/2) Честер фыркнул и поднял бровь, глядя на Алису: «Если бы я сказал тебе, что у меня есть близкий к нему человек, ты бы мне поверила?» Элис замерла, широко раскрыв глаза: «Ты хочешь сказать, что подсадила кого-то рядом с Говардом Джеффри?» Честер больше ничего не сказал, лениво откинувшись на диван с многозначительной улыбкой и держа в руке бокал. Элис покачала головой: «Невозможно, это абсолютно невозможно… Джейсон Вуд и Рой были с Говардом Джеффри столько лет, они ни за что бы его не предали». Честер с интересом посмотрел на Алису, все еще с вежливой улыбкой на лице: «В этом мире нет ничего невозможного, так же как ты никогда не думала, что завтра войдешь в церковь с Говардом Джеффри в свадебном платье». "Не могли бы вы сказать, кто этот человек?" В глазах Честера мелькнула искорка хитрости: «Вам кто-нибудь говорил, что женщине нужно лишь хорошо служить мужчине и совсем не обязательно быть слишком умной?» Алиса тут же замолчала. Честер внезапно поднял бокал: «Давайте выпьем за то, чтобы поздравить меня с новым браком». Элис снова улыбнулась и чокнулась с Честером: «Желаю вам с Ребеккой Квентин долгой совместной жизни и счастливого брака». "Спасибо." Оба опустили головы и сделали глоток. В этот момент с улицы вошел Кит Энтони. «Босс». Честер оглянулся. Кит уже подошел к Честеру и серьезно сказал: «Все готово; теперь мы просто ждем, когда вы начнете». Честер кивнул: «Молодец... заходи и выпей». С этими словами он налил Киту бокал красного вина. Ребекка Квентин посмотрела на себя в зеркало, и ее было несколько неузнаваемо. На ней было белое свадебное платье, волосы были элегантно собраны в прическу, макияж был нежным и деликатным, а под фатой, ниспадавшей до пола с плеч, виднелась ниспадающая фата. На шее у нее сверкали бриллиантовые украшения, тщательно изготовленные миссис Джеффри. Колье, инкрустированное тонкими бриллиантами, намеренно избегало сложных узоров, сочетаясь с ее свежим и элегантным макияжем, изящной утонченностью, но без тени вульгарности, делая ее похожей на тихую орхидею, источающую тонкий аромат. Ребекка Квентин развернулась с помощью гримера, и все присутствующие замерли на месте. Она была так прекрасна, настолько прекрасна, что захватывала дух всех окружающих... Если обычно скромный внешний вид Ребекки Квентин казался окружающим совершенно неподходящим для Говарда Джеффри, то в этот момент, благодаря изысканному макияжу и грациозным изгибам под свадебным платьем, ее красота расцвела внезапно, и было трудно поверить, как ей удавалось все это время оставаться незаметной. Ребекка Квентин увидела растерянные лица всех присутствующих и, подумав, что в ее свадебном наряде чего-то не хватает, взглянула на себя и тупо спросила: «Что-то не так с моей внешностью?» "Прекрасно, прекрасно..." Слуги хором закричали. Изабелла Джоанна внезапно подбежала к Ребекке Квентин, с преувеличенным видом разглядывая её: «Дорогая, ты выглядишь потрясающе!» «Бекка, ты сегодня выглядишь просто великолепно». Кристин Куинн похвалила его, ее глаза сияли от изумления. Служанка поправила шлейф свадебного платья Ребекки Квентин и вручила ей букет чистых цветов. Кристин Куинн подошла к Ребекке Квентин, взяла ее под руку и неловко сказала: «Тетя настояла, чтобы я была твоей подружкой невесты, поэтому... приношу свои извинения за то, что я старшая подружка невесты на твоей свадьбе». Ребекка Квентин энергично покачала головой: «Я очень рада, что в самый важный для меня день ты рядом». Закончив фразу, она уже увидела, как в ее глазах заблестели слезы. Кристин быстро вытерла слезы Ребекки Квентин салфеткой, слегка пожурив ее: «Глупая девочка, сегодня плакать нельзя…» Ребекка Квентин позволила Кристин вытереть свои слезы, и, едва сдерживая слезы, сказала: «Сестра, пообещай мне, что ты должна быть счастливее меня». Кристин несколько раз кивнула: «Я сделаю это, я сделаю это… а теперь не плачь». «Да, Бекка, если мистер Джеффри придет позже и увидит, что ты плачешь, он будет убит горем…» Ребекка Квентин мягко игриво ткнула Изабеллу Джоанну: «Непослушная...» Кристин тут же обняла Ребекку Квентин, которая также обняла Кристин и Изабеллу Джоанну. В боковом холле особняка Джонса все трое выразили свои эмоции по поводу этого момента прикосновения и нежелания. «Мистер Джеффри». Послышался почтительный голос слуги. Кристин и Изабелла Джоанна быстро отпустили Ребекку Квентин, со слезами на глазах. Взгляд Говарда Джеффри был прикован к лицу Ребекки Квентин. В этот момент она улыбалась сквозь слезы, проявляя застенчивость невесты, ее красота сияла. Кристин и Изабелла Джоанна молча отошли в сторону, провожая всех из бокового коридора и предоставляя себе все время и пространство. Говард Джеффри, находясь на некотором расстоянии, молча смотрел на Ребекку Квентин. Смущенно подняв глаза, Ребекка Квентин тоже медленно посмотрела ему в глаза. Сегодня он был одет в тот же черный костюм, что и обычно, но его аура была совсем другой. В этот момент он был полон энергии и обаяния. Больше не суровый и высокомерный, он улыбнулся, его лицо сияло, словно теплое зимнее солнце, мягко светящее и заставляя ее сердце биться как барабан. Перед ним она никогда еще не чувствовала себя так взволнованной... Это чувство было похоже на то, как она впервые увидела его, настолько шокирующим, что она не смогла сохранить спокойствие. Говард Джеффри уже прибыл раньше нее, подняв руку в белых перчатках и не скупясь на комплимент: «Дорогая, ты сегодня прекрасна». Ребекка Квентин наклонила голову: «Ты хочешь сказать, что я обычно некрасивая?» Говард рассмеялся: «Ты собираешься выйти за меня замуж, а всё ещё хочешь меня дразнить?» Ребекка Квентин протянула руку и обняла Говарда за шею: «Почему ты не сказал мне сегодня о свадьбе?» Руки Говарда также обняли ее за талию, его соблазнительный голос окутал ее: «Я хотел сделать тебе сюрприз». «Тогда вчера тебе не стоило…» — упомянув эту тему, Ребекка Квентин покраснела, опустила голову, слишком смущенная, чтобы говорить. Говард поднял ее застенчивое личико, внимательно рассматривая каждое едва уловимое выражение, и небрежно спросил: «Моя жена беспокоится, что я потратил слишком много энергии прошлой ночью и не смогу устроить тебе идеальную брачную ночь?» Ребекка Квентин игриво легонько ударила Говарда: «Эй, я так не думаю, это ты всегда так думаешь... Я говорю, что я совершенно не была готова, иначе я была бы в наилучшем психологическом состоянии, чтобы встретить этот день». ---------- Главы 628–328: В ожидании только вашей свадьбы 2 «Дорогая, поверь мне, ты сейчас выглядишь великолепно, невероятно красива». «Ой, прекратите…» Почему она говорила так нежно? Разве она не знала, что он так легко краснеет? Говард снова обнял очаровательное лицо Бекки, пристально глядя ей в глаза. По глубоким черным глазам Говарда, похожим на вихрь океанских глубин, Бекка точно знала, чего он хочет в тот момент. Она наблюдала, как он медленно опускает свое красивое лицо, закрывая глаза от волнения. Сегодня всё казалось таким волнительным, словно мы делали всё это с ним впервые. Как раз в тот момент, когда его тонкие губы вот-вот должны были коснуться её губ, вокруг раздался хихиканье и смех. Бекка внезапно открыла глаза и оттолкнула его: «Кажется, кто-то здесь…» Говард огляделся по сторонам краем глаза. В одно мгновение все, кто прятался за углом, показали себя… В этот момент Изабелла прислонилась к плечу Кристин и, блаженно произнеся: «Это действительно похоже на сцену из сказки… принц целует принцессу». Кристин притворилась недовольной, подчеркнув: «Но это ваш смех прервал все». Дразнящие слова Кристины тут же вызвали у слуг взрыв смеха. Бекка, застенчиво прижавшись к Говарду, слегка надула губы, глядя на всех. Говард не возражал против их вторжения. Его нежный взгляд был прикован к Бекке. В этот момент он протянул руку и нежно спросил: «МОЖНО?» Бекка мило улыбнулась и кивнула, затем осторожно положила руку на ладонь Говарда. По дороге в машину, где проходила свадебная церемония, лицо Бекки постоянно сияло счастливой улыбкой. Говард сидел рядом с ней, переплетая пальцы с ее. Внезапно Бекка мягко прислонилась к плечу Говарда, вдыхая его приятный мужской аромат с легким оттенком одеколона, и удовлетворенно закрыла глаза. Говард слегка повернул лицо и тихо спросил: «Хочешь поспать?» Бекка покачала головой, все еще прислонившись к его плечу. Ее голос, смягченный эмоциями момента, стал немного хриплым: «Я просто не могу в это поверить… Мы так много раз скучали друг по другу, пережили столько разлук и встреч, и все же мы наконец-то вместе». Говард нежно прикоснулся лбом к ее лбу и успокаивающе прошептал: «Глупышка, нам с тобой суждено быть связанными на всю жизнь». "Мм." Для Бекки это был первый визит на место проведения свадьбы. Выйдя из машины, первое, что она увидела, было голубое небо, сливающееся с голубым побережьем… Как раз когда она подумала, что свадьбу, возможно, устроят на берегу моря, позади нее начали раздаваться доброжелательные голоса. Бекка тут же обернулась, и в этот момент перед ней предстала картина, словно сошедшая со страниц сказки. Лепестки красных роз осыпали ее со всех сторон, перед ее глазами предстали арки из белых королевских роз, а под арками расстилался поразительный красный ковер, ведущий к пожилому, благочестивому священнику, который с любовью наблюдал за ними. Когда машина отъехала, она и он стояли в одном конце красной ковровой дорожки, а родственники и друзья аплодировали и поздравляли их с обеих сторон. Бекка почувствовала себя дезориентированной, внезапно ощутив себя так, словно оказалась в сказочном мире. И романтическая сцена перед ее глазами, и восторженные взгляды родных и друзей, благословлявших их, — все говорило ей о том, что сегодня принц и принцесса поженятся, и, как в конце любой сказки, они будут жить долго и счастливо вместе. «Тебе нравится?» — спросил Говард. Бекка энергично кивнула, но переполнявшие её эмоции застряли у неё в горле, не давая ей сейчас говорить. В этот момент Кристин в своем элегантном белом платье подошла к Говарду и Бекке, поддразнивая Говарда: «Мистер жених, могу ли я, как член семьи, отвести ее в сторону для короткой беседы, прежде чем вы и невеста начнете церемонию?» Говард улыбнулся и слегка кивнул. Затем Кристин отвела Бекку в сторону. В этот момент маленький Энди подбежал и обнял Бекку. "Мама…" Кристин присела на корточки и спросила Эндрю: «Милый мой, разве ты не говорил, что хочешь кое-что рассказать маме?» Эндрю кивнул. "Тогда вперед!" Эндрю отпустил Бекку, его милое личико смотрело на прекрасное личико мамы, и своим типичным невнятным детским голосом он отчетливо произнес: «Надеюсь, папа и мама никогда не расстанутся, и маленький Энди всегда сможет быть с папой и мамой». ---------- Главы 629–328: В ожидании только вашей свадьбы (Часть 2) Ребекка Квентин, не в силах наклониться, чтобы обнять ребенка из-за свадебного платья, могла лишь подавить эмоции, погладить малыша по маленькой головке и выдавить из себя: «Молодец…» Кристин Куинн взяла Эндрю на руки и напомнила ему: «Малыш, у тебя ведь есть маленький секрет, который ты хочешь рассказать маме?» Эндрю тут же прошептал на ухо Ребекке Квентин. Хотя он по-детски прикрыл ухо рукой, его голос был достаточно громким, чтобы Кристин Куинн услышала: «Когда тебя не было рядом, папа всегда говорил мне… он говорил, что очень хотел бы, чтобы мама была рядом, хотя он говорил это только когда я спала». Ребекка Квентин тихонько хихикнула. После того как Кристин Куинн вернула Эндрю тете Клэр, она увидела, как Ребекка Квентин ищет среди гостей какую-то конкретную фигуру. Кристин Куинн огляделась, сразу заметив этого поразительно привлекательного человека, и рассмеялась: «Он такой заметный, неужели нужно смотреть? Смотри, вон там, он разговаривает по телефону…» Кристин Куинн указала рукой. Ребекка Квентин инстинктивно посмотрела в направлении, на которое указывала Кристин Куинн, и мгновенно заметила эту грациозную фигуру. Конечно, он был заметен; где бы он ни находился, казалось, что на него всегда светит какой-то свет, всегда ослепляет. В тот момент он разговаривал по телефону, и поскольку она находилась слишком далеко, она не могла разглядеть выражение его красивого лица. Однако то, что она не могла видеть его выражения лица, не имело значения… Важно было то, что человек, которого она сейчас искала, был не он. Ребекка Квентин отвела взгляд от этого человека и серьезно сказала Кристин Куинн: «Я его не ищу». Кристин Куинн тут же озадачилась: «Вы видите всех, кого еще вы ищете?» Ребекка Квентин спокойно посмотрела на Кристин Куинн. Кристин Куинн была в растерянности. Ребекка Квентин слегка нахмурила брови: «Вы правда не знаете, кого я сейчас ищу?» После напоминания Ребекки Квентин Кристин Куинн вдруг осознала и равнодушно пожала плечами: «Я же тебе говорила, он не придёт». «Нет, он придёт, он обязательно придёт». Кристин Куинн усмехнулась: «Поверьте мне, я знаю его с семнадцати лет, я знаю, что он за человек, лучше, чем кто-либо другой. Сегодня он точно не появится». Ребекка Квентин искренне сказала: «Я верю в судьбу… ты сказала, что если он придет на мою свадьбу с Говардом Джеффри, ты подумаешь о том, чтобы быть с ним, поэтому я верю, что он обязательно появится». Кристин Куинн тихо вздохнула: «Глупая моя сестра, судьба бывает двух видов, и один из них называется несчастьем… Нам с ним не суждено быть вместе в этой жизни». «Мне всё равно, вы сказали, что если мистер Джонс придёт добровольно, вы не откажетесь быть с ним». Кристин Куинн скрестила руки, будучи совершенно уверенной в своей победе, наклонила голову и сказала: «Хорошо, если он появится, я соглашусь на все, что ты скажешь». «Вы так и сказали». «Но… у меня есть и просьба». "Хорошо." «Если Скайлер Джонс сегодня не появится, ты больше не должна упоминать Скайлер Джонс в моем присутствии и не должна упоминать о том, что ты со Скайлер Джонс», — голос Кристин Куинн стал серьезным. Ребекка Квентин тоже серьезно кивнула: «Хорошо». Если мистер Джонс сегодня не придет, ей, вероятно, больше не придется сводить свою сестру и мистера Джонса вместе. Ребекка Квентин и Кристин Куинн болтали на другие приятные темы, пока к ней неожиданно не подошла Изабелла Джоанна. "Бекка!!" "Хм?" «Вы видели мистера Джеффри?» Когда глаза Ребекки Квентин, полные улыбки, увидели слегка встревоженное лицо Изабеллы Джоанны, она на мгновение замерла, улыбка исчезла, и она спросила: «Что случилось?» «В этом нет ничего особенного, просто миссис Джеффри хочет обсудить с мистером Джеффри возможность организации интервью для СМИ, потому что приглашенные нами журналисты настойчиво просят об интервью…» Кристин Куинн огляделась, не увидев Говарда Джеффри, и подумала: «Мы с Беккой только что видели Говарда Джеффри!» Ребекка Квентин нахмурила свои тонкие брови: «Да, куда он делся?» Изабелла Джоанна сказала: «Я поспрашивала у знакомых, и они сказали, что мистер Джеффри получил телефонный звонок и ушел. Они подумали, что мистер Джеффри пошел что-то договариваться, поэтому не стали дальше расспрашивать… Но теперь миссис Джеффри хочет найти мистера Джеффри, а его нигде нет». Ребекка Квентин спросила: "Вы ему звонили?" Изабелла Джоанна ответила: «Да, но мистер Джеффри не отвечает на телефонные звонки». «А что насчет Джейсона Вуда?» «Джейсон Вуд уехал вместе с мистером Джеффри, и его телефон также недоступен». Ребекка Квентин в оцепенении отступила на шаг назад: «Как такое могло случиться?» Изабелла Джоанна хотела сказать что-то ещё, но Кристин Куинн бросила на неё многозначительный взгляд и перехватила инициативу: «Думаю, Говард Джеффри что-то затевает… может быть, он даже готовит для тебя сюрприз, не волнуйся, он всегда был осмотрителен в своих действиях». Ребекка Квентин быстро сказала Изабелле Джоанне: «Вы просили мистера Льюиса и генерала Леонарда связаться с ним? Им должно быть известно местонахождение Говарда Джеффри». Глаза Изабеллы Джоанны загорелись, и она тут же сказала: «Пока нет, я пойду и спрошу у них». Ребекка Квентин кивнула. После ухода Изабеллы Джоанны Кристин Куинн поддержала Ребекку Квентин, смеясь и говоря: «Изабелла всегда поднимает шум из-за пустяков… давай не будем здесь ждать, вон там есть специальное место для невесты, я провожу тебя туда». "Хорошо." Морской бриз развевал белую фату Ребекки Квентин, и букет одиноко лежал на песке у ее ног. Небо по-прежнему было голубым, море таким же чистым, а морской бриз нежно обдувал Ребекку Квентин, принося с собой легкую прохладу… В глазах Ребекки Квентин по-прежнему оставалась прекрасная и романтичная свадебная сцена, но по необъяснимым причинам она утратила первоначальное счастье. В какой-то момент рядом с Ребеккой Квентин появилась Кристин Куинн, накинув шелковую шаль на ее открытые плечи: «Здесь сильнее морской бриз, давай сядем вон там!» В отрешенном взгляде Ребекки Квентин вдруг вспыхнуло оптимизм, и она с надеждой спросила: «Вы его нашли?» Кристин Куинн несколько секунд колебалась, прежде чем наконец произнести: «Мистер Льюис и генерал Леонард отправились его искать». В одно мгновение взгляд Ребекки Квентин снова потускнел. Кристин Куинн села рядом с Ребеккой Квентин и нежно успокоила ее: «Не волнуйтесь, миссис Джеффри уже отложила свадебную церемонию, и ее все еще можно провести после того, как мы его найдем». Ребекка Квентин внезапно подняла слегка побледневшее лицо и с легкой улыбкой сказала: «Я не волнуюсь… у него, должно быть, есть какие-то дела, я подожду его». Кристин Куинн слегка кивнула, но в ее глазах читалась тревога. ---------- Главы 630–329: Если ты счастлив, то и я счастлив (Часть 1) По мере того как небо постепенно темнело, На другом берегу маяк уже осветил свой широкий луч… Ребекка Квентин смотрела на теперь уже холодный и пустынный пейзаж перед собой. Ряд арок, сделанных из белых королевских роз, опасно покачивался на пляже из-за усилившегося ночного морского ветра, и время от времени с арок падали несколько роз… Неподалеку миссис Джеффри сидела на стуле, приложив руку ко лбу, а Нельсон Льюис и другие разговаривали с ней. Миссис Джеффри чувствовала себя совершенно измотанной, ведь она только что проводила свадебных гостей; за весь день она не выпила ни глотка воды. Ребекка Квентин огляделась; освещение в свадебном зале уже было включено. Говорили, что свадебный банкет изначально планировалось провести на пляже, но теперь, если не считать огней, пляж был пуст и безлюден. Она смотрела на мерцающие огни, и ее сердце то поднималось, то опускалось вместе с ними. Миссис Джеффри подошла к ней, поддерживаемая сестрой, которая, возможно, опасаясь сплетен, не позволила другим подойти. "Бекка…" В голосе миссис Джеффри звучало раскаяние. Она встала, только тогда осознав, что ее тело дрожит, но выпрямилась, стараясь сохранить элегантную осанку. "Хм?" "Мне жаль…" Она поддерживала миссис Джеффри рукой в ​​перчатке, понимая, что пожилая женщина больше всего беспокоится о её самочувствии в данный момент, и заставила себя изобразить спокойную улыбку: «Я в порядке… Всё улажено на месте? Если да, пойдём домой!» Миссис Джеффри сердито плюнула: «Говард Джеффри вернулся, я должна заставить его дать вам объяснение». Она сохраняла грациозную улыбку: «Хорошо, поговорим, когда он вернется». Да, Нельсон Льюис только что позвонил Говарду Джеффри, но Говард произнес всего одну фразу — подождите, пока он перезвонит, — а затем закончил разговор; когда Нельсон попытался позвонить снова, телефон Говарда Джеффри остался без ответа. Все видели, что, когда Ребекка Квентин произносила эти слова, слезы текли у нее из глаз, но она держала их широко открытыми, не позволяя им пролиться. Наконец, Ребекка Квентин, в свадебном платье, села в машину и поехала обратно в особняк Джонса. На руках у неё спал Эндрю, а рядом сидели Кристин Куинн и Изабелла Джоанна. «Со мной всё в порядке, вам не нужно так на меня смотреть…» Не выдержав обеспокоенных взглядов Кристин Куинн и Изабеллы Джоанны, Ребекка Квентин выдавила из себя слабую улыбку и сказала: Кристин Куинн сказала: «Бекка, если ты расстроена, просто выскажи это!» Изабелла Джоанна вторила: «Я согласна». Ребекка Квентин, глядя на Эндрю у себя на руках, спокойно сказала: «Эндрю только что уснул, я не хочу его будить». Изабелла Джоанна стиснула зубы и сказала: «Думаю, мистер Джеффри на этот раз зашёл слишком далеко… Какое важное дело может оправдать отмену такого важного события, как свадьба?» Кристин Куинн воскликнула: «Ему лучше не думать, что моя сестра все еще выйдет за него замуж!!» Ребекка Квентин хранила молчание, не говоря ни слова. Вернувшись домой и столкнувшись с обеспокоенными лицами окружающих, Ребекка Квентин утешила их: «Все сегодня устали, идите отдохните… Со мной все в порядке, не о чем беспокоиться». Миссис Джеффри подошла к Ребекке Квентин и мягко и с любовью сказала: «Дорогое дитя, ты тоже устала, иди отдохни скорее!» «Спокойной ночи, тётя». «Хм, спокойной ночи». Ребекка Квентин тут же развернулась и направилась на второй этаж. Две служанки, держа шлейф ее свадебного платья, проводили ее наверх. Кристин Куинн сказала миссис Джеффри: «Я отнесу Эндрю в его комнату, чтобы он поспал». Миссис Джеффри кивнула. По мере того как все постепенно расходились, миссис Джеффри оставила Нельсона Льюиса и Роджера Леонарда позади. Впервые миссис Джеффри сердито посмотрела на них двоих и спросила: «Что сегодня делал Говард Джеффри?» Роджер Леонард поспешно поддержал миссис Джеффри, ухмыляясь и уговаривая: «Тетя, не сердитесь, это навредит вашему здоровью…» Роджер Леонард, которому обычно легко удавалось успокоить миссис Джеффри, на этот раз не смог ее утешить, получив лишь ответ: «Не притворяйся передо мной». Роджер Леонард лишь угрюмо помог миссис Джеффри сесть на диван в гостиной и тихо вздохнул: «Тетя, честно говоря, даже мы с братом не знаем, куда сегодня ушла Дора… Но я думаю, у Доры должно быть что-то срочное, он бы никогда не оставил Бекку одну». Миссис Джеффри проницательно посмотрела на всегда загадочного Нельсона Льюиса и холодно спросила: «Нельсон, ты тоже не знаешь?» ---------- Главы 631–329: Если ты счастлив, то и я счастлив Нельсон Льюис честно ответил: «Я действительно не знаю, но согласен с тем, что сказал Роджер. У Говарда определенно есть конкретная проблема, с которой ему нужно разобраться». Миссис Джеффри сердито возразила: «Похоже, он больше не хочет быть с Беккой!!» «Ни за что, тётя, Джеффри так сильно любит Бекку, как он может не хотеть быть с ней?» Миссис Джеффри тяжело вздохнула: «Я имею в виду, что Бекка может его не простить!» "Это…" — Роджер Леонард вдруг растерялся. Миссис Джеффри с чувством вины сказала: «Бекка сегодня ничего не сказала, но, должно быть, она очень обижена… такая оживленная свадьба внезапно остыла, и все гости стали указывать на нее пальцем». Нельсон Льюис сказал: «К счастью, мы сегодня не приглашали никаких представителей СМИ; одного слова им достаточно, чтобы замолчать». «Да, тётя, завершить сегодняшние события придётся мне и Джеффри. Не расстраивайся; позволь мне помочь тебе подняться наверх отдохнуть, а ужин я принесу тебе позже». «Ладно, злиться тут не поможет. Поговорим, когда Говард вернется завтра». Роджер Леонард поспешил помочь миссис Джеффри подняться. Поднимаясь по лестнице, миссис Джеффри велела Роджеру Леонарду: «Позже пусть Бекка спустится вниз что-нибудь поесть. Она ничего не ела весь день». "Хорошо." Вернувшись в комнату и закрыв дверь, Ребекка Квентин взяла шлейф своего свадебного платья и подошла к зеркалу в полный рост. Она безучастно смотрела на свое отражение в зеркале, разглядывая белое платье, и невольно потекли слезы. Однако она не позволила себе громко рыдать и, стойко вытирая слезы, постоянно текувшие из уголков глаз, старательно дышала, чтобы подавить ноющую боль в сердце. Внезапно, перед зеркалом, она сняла белое свадебное платье, символизировавшее счастье, и позволила ему тихо и одиноко лежать на полу. Войдя в душевую кабину в ванной, она открыла кран и позволила холодной воде хлынуть на себя. Сцены, где она и Говард встречались, и то, как всё происходило сейчас, постоянно прокручивались в её голове, глаза болели, она не могла понять, слёзы это или слёзы, стекающие по уголкам глаз… После душа она завернулась в полотенце и вышла из ванной. Ее волосы были мокрыми и теперь слегка растрепанными на плечах. Капли воды стекали по ее лицу, во рту ощущался соленый привкус, и она внезапно прикрыла рот рукой, не в силах больше сдерживать рыдания. Спустя долгое время, не прекращаясь из-за насморка, она взяла телефон и набрала номер Говарда. Дрожащими руками она поднесла телефон к уху, звонок прошёл, но он так и не ответил. Ребекка Квентин внезапно швырнула телефон в стену. С громким "хлопком" телефон мгновенно разлетелся на несколько осколков. Ребекка Квентин запустила руки в свои растрепанные волосы, изо всех сил прикусив губу. Тук-тук. В дверь постучали, снаружи раздался голос Кристин Куинн: «Бекка…» Ребекка Квентин поспешно вытерла оставшиеся слезы и ответила: «Я здесь». Кристин Куинн спросила: «Вы уже приняли душ? Спускайтесь на ужин». «Хорошо, я высушу волосы и спущусь вниз». «Вы можете открыть дверь?» Кристин Куинн всё ещё волновалась. Ребекка Квентин подошла к двери и открыла её. Увидев слегка покрасневшие глаза Ребекки Квентин, Кристин Куинн, наоборот, почувствовала облегчение и с улыбкой сказала: «Мари сегодня спит с тетей Клэр, а ты можешь сегодня переночевать со мной». Ребекка Квентин кивнула: «Хорошо». «Иди высуши волосы, я подожду, пока ты спустишься к ужину». "Хорошо." Приглушенный свет садового освещения, проникающий сквозь занавески в комнату, наполняет ее тишиной. Кристин Куинн уставилась в потолок и спросила: «Бекка, ты спишь?» "Нет." Взгляд Ребекки Квентин, также устремлённый в потолок, казался несколько отсутствующим. Кристин Куинн повернулась боком, разглядывая нежные черты лица Ребекки Квентин в тусклом свете, и тихо сказала: «Теперь остались только мы, сёстры… что бы ты ни думала, расскажи мне». Ребекка Квентин тоже повернулась, лицом к Кристин Куинн. Кристин Куинн продолжила: «Я отличаюсь от вас, у меня вспыльчивый характер, я не привыкла к обидам, поэтому не выношу видеть, как страдают окружающие меня люди… То, что Говард оставил вас одну на свадьбе сегодня, было крайне недопустимо. Если бы не чувства миссис Джеффри, я бы не позволила вам ответить Джеффри, если бы Говард сам не пришел к вам и не извинился!» Ребекка Квентин слабо улыбнулась, ее голос был немного хриплым: «Сестра, спасибо тебе за то, что ты всегда рядом со мной». «Глупышка, я твоя сестра, мы самые близкие люди друг другу». "Мм." «Я не хочу, чтобы вы испытывали какие-либо обиды, поэтому, какое бы решение вы ни приняли, я вас поддержу». Ребекка Квентин покачала головой, на уголках ее губ появилась мягкая улыбка, и она мягко ответила: «У меня нет других мыслей, я подожду, пока он вернется завтра, я верю, что он мне все объяснит». Глаза Кристин Куинн расширились от удивления: «Ты просто так его простишь?» Ребекка Квентин с горечью спросила: «Тогда что же мне делать?» «Ты должна хотя бы немного его напугать, дать ему понять, что на этот раз ты действительно зла, заставить его тебя уговорить». "После уговоров всё равно всё заканчивается примирением, не так ли?" «Вы можете не мириться, это полностью зависит от вашего настроения…» Ребекка Квентин рассмеялась: «Я уже вышла за него замуж… если я не помирюсь, неужели мне придется всю жизнь с ним спорить?» Кристин Куинн довольно взволнованно сказала: «Но вы не можете так легко его отпустить, вы должны научить его ценить вас». Ребекка Квентин глубоко вздохнула и спокойно произнесла: «Не волнуйтесь, он будет хорошо ко мне относиться». «Но какой бы ни была причина, он не должен был оставлять тебя одну на свадьбе, чтобы люди сплетничали». Ребекка Квентин замолчала. Кристин Куинн медленно выдохнула: «Извините, я не очень хорошо умею выражать свои мысли словами… Я просто боюсь, что вы будете держать обиду в себе». Ребекка Квентин тяжело вздохнула, снова взглянула на белый потолок и мягко улыбнулась: «Сестра, я думаю, у нас с тобой общее понимание: если ты влюбляешься в кого-то, это на всю жизнь… Восемь лет мы были вместе с перерывами, у меня было бесчисленное количество мыслей о том, чтобы сдаться, и я прекрасно понимаю, что быть с ним навсегда, возможно, не совсем подходит, но я люблю его… Когда я решила быть с ним в последний раз, я сказала себе: я буду дорожить нашими отношениями всю свою жизнь и никогда не оставлю Эндрю, стремясь подарить ему счастливый дом». «Что бы вы ни думали, я вас поддерживаю». «Что касается чувств, он уже дал мне достаточно… Говард, которого я знаю, может дать мне только это, и у меня нет причин быть недовольной». ---------- Главы 632–330: Если ты счастлив, то и я счастлив (Часть 2) «Хорошо, если ты не хочешь его ругать, завтра я сделаю это за тебя… Я не позволю ему так легко тебя запугивать». Ребекка Квентин тихонько усмехнулась: «Хм». Кристин Куинн нежно расчесала волосы Ребекки Квентин: «Тогда тебе следует поспать…» Ребекка Квентин вдруг спросила: «Почему ты тоже не спишь?» «Я не не сплю, я просто пытаюсь тебя утешить!» «Ты тоже не можешь уснуть, правда?» Ребекка Квентин внезапно повернула лицо и пристально посмотрела на слегка взволнованное выражение лица Кристин Куинн. "Нет…" «Мистер Джонс сегодня не пришёл… хотя это и подтверждает ваши подозрения, вы всё равно чувствуете некоторую растерянность, не так ли?» Кристин Куинн натянула одеяло и нетерпеливо пробормотала: «Я хочу спать, спокойной ночи!» На следующий день. Ребекка Квентин встала рано. Она шла по садовой дорожке с Эндрю, и ее настроение ничем не отличалось от обычного. Эндрю, держа Ребекку Квентин за руку, вдруг поднял голову и спросил: «Мама, папа тебя… разозлил?» Рука Ребекки Квентин дрожала, когда она держала руку Эндрю, затем она присела на корточки и с улыбкой спросила: «Почему ты так думаешь?» «Сегодня утром я слышала, как бабушка разговаривала по телефону с папой… Она сказала, что папа ведёт себя неподобающе и плохо относится к маме». Ребекка Квентин погладила маленькую головку Эндрю: «Глупышка, как папа мог быть плохим к маме? Ты неправильно услышал…» "Действительно?" Ребекка Квентин кивнула: «Папа больше всего ценит маму и тебя, моя малышка». «Мамочка, пообещай мне…» "Что ты мне обещаешь?" «Пообещай мне, что больше не будешь ссориться с папой». На самом деле, детское сердце очень хрупкое; когда родители ссорятся, первым страдает всегда ребенок. Ребекка Квентин услышала тревогу в словах Эндрю и впервые осознала, что даже в самом невинном детском сознании ребенок уже знает, чего бояться. По всей видимости, ее последняя ссора с Говардом Джеффри в их номере заставила Эндрю почувствовать себя неловко. Ребекка Квентин посмотрела на Эндрю, улыбнулась и пообещала: «Мама обещает тебе, я больше не буду ссориться с папой, хорошо?» "Хм." Малыш мило улыбнулся и кивнул, держа Ребекку Квентин за руку, и радостно поскакал в сторону сада. В холле Ребекка Квентин спустилась сверху. Все были там, и их взгляды одновременно остановились на Ребекке Квентин. Ребекка Квентин улыбнулась и подошла к ним, спросив: «Почему все смотрят на меня?» Миссис Джеффри первой рассмеялась, разрядив неловкую обстановку: «Ребекка, садись рядом со мной». Ребекка Квентин послушно села рядом с миссис Джеффри. Миссис Джеффри спросила: «Эндрю спит?» «Да, он устал от игр в саду». «Я только что поговорил с Говардом по телефону, он сказал, что вернется до полудня». "Ох, ладно." На лице Ребекки Квентин сияла нежная улыбка, без каких-либо изменений в выражении лица. Увидев это, Изабелла Джоанна почувствовала боль в сердце и не смогла сдержать слов: "Ребекка…" Роджер Леонард вовремя прервал разговор: «Изабелла хотела сказать, что нам, возможно, сначала придётся вернуться за город». — сказал он, крепко притянув Изабеллу Джоанну к себе и напомнив ей, чтобы она не поднимала неуместные темы. «Уже уходите? Не хотите остаться еще немного?» Изабелла Джоанна знала, что ее муж хотел защитить своего хорошего друга, но также понимала, что его напоминание было верным, поэтому она ответила на вопрос, поднятый Роджером Леонардом: «Да, его секретарь много раз уговаривала его поскорее вернуться, чтобы заняться делами компании». «Хорошо, тогда когда вы планируете уехать?» Роджер Леонард тут же повернулся к Нельсону Льюису: «Старший брат, что ты скажешь?» «Мистер Льюис, вы тоже возвращаетесь?» Нельсон Льюис кивнул: «У Терезы сейчас трудный период беременности, в последнее время она часто плохо ест и спит… Я планировал уехать завтра». В глазах Ребекки Квентин читалось нежелание. Хотя они пробыли здесь чуть больше недели, им казалось, что они живут в большой дружной семье, полной смеха и радости. В тот момент, при мысли об их отъезде, ее сердце внезапно опустело. «Что, вы все уходите?» — воскликнула Кристин Куинн. «Мама, мы можем поехать обратно в деревню с дядей Льюисом?» — спросила Мэрилин Куинн. Кристин Куинн тут же покачала головой: «Нет, мама хочет еще немного пожить у твоей тети». Мэрилин Куинн обняла Кристин Куинн за колено и заныла: «Мамочка, пойдем обратно, папа совсем один в городе Y, должно быть, ему так одиноко…» Слова Мэрилин поразили Кристин Куинн. Мэрилин Куинн трясла Кристин Куинн за ногу: «Мамочка, пожалуйста? Вы с папой поссорились? Почему папа не пришел на свадьбу дяди Джеффри, и ты тоже не хочешь идти домой…» ---------- Главы 633-330: Если ты счастлив, то и я счастлив (Часть 2) Оказалось, что Мари тоже чувствовала себя неловко, поэтому и так спешила. Кристин Куинн внезапно растерялась и не знала, как ответить ребёнку. В этот момент миссис Джеффри протянула руку и обняла Мари, притворившись рассерженной: «Дорогая внучка, ты не хочешь остаться здесь с бабушкой?» Глаза Мэрилин Куинн расширились: «Нет, бабушка, Мари очень хочет остаться с бабушкой, но…» Она опустила голову, растерянно теребя пальцы. «Глупышка, бабушка пошутила, бабушка знает, что ты очень почтительный к родителям… бабушка также скучает по твоему папе, так что пусть твоя мама вернется, а потом вы втроем сможете вместе поехать в Нью-Йорк к бабушке, хорошо?» Мэрилин Куинн энергично кивнула. Мысли детей проще всего угадать; Мэрилин Куинн лишь надеется, что ее родители смогут быть вместе. Кристин Куинн бросила умоляющий взгляд на Ребекку Квентин. Она так долго играла роль любящей девушки перед Скайлер Джонс, что не могла отказать девочке в ее просьбе, но если Ребекка Квентин могла помочь ей одним словом, она вполне могла бы остаться. Неожиданно Ребекка Квентин, умоляюще взглянув на Кристин Куинн, лишь рассмеялась и сказала: «Сестра, почему бы тебе не вернуться в Китай с мистером Льюисом и остальными… Мари хочет, чтобы ты вернулась, потому что она точно знает, что мистер Джонс скучает по тебе». Кристин Куинн нахмурилась и тихо пожаловалась: «Бекка…» Но в этот момент Мэрилин Куинн радостно вскочила: «Ура… Тётя — самая лучшая!» В конце концов, под всеобщим "уговором", Кристин Куинн больше не смогла отказать. Поговорив со всеми в коридоре, Ребекка Квентин вернулась в свою комнату. Эндрю сладко спал на ее кровати, его маленький красный ротик что-то бормотал во сне. Ребекка Квентин сидела на краю кровати, наблюдая за очаровательным спящим личиком ребенка, слушая его ровное дыхание и чувствуя, как переполняет ее сердце чувство удовлетворения. В этот момент раздался размеренный и почтительный стук в дверь. Ребекка Квентин встала, чтобы открыть дверь, и увидела слугу, стоящего снаружи с несколькими чистыми, аккуратными и уже выглаженными рубашками. «Мадам, одежда мистера Джеффри выстирана». «Хорошо, спасибо». После этого Ребекка Квентин взяла у слуги рубашки с похожей маркой. После этого слуга ушел. Ребекка Квентин вошла в комнату и повесила рубашки Говарда Джеффри в шкафу. До носа Ребекки Квентин донесся свежий, приятный запах чистой одежды, и, поскольку делать было нечего, она достала из шкафа несколько рубашек, которые он редко носил. Когда Ребекка Квентин подошла к дивану с одеждой, она смутно услышала шаги у себя в ушах. В следующую секунду, прежде чем она успела обернуться, ее тело сзади крепко обнял человек с железными, как железо, руками. Едва уловимый, знакомый мужской запах донесся до ноздрей Ребекки Квентин и окутал ее. Сердце Ребекки Квентин затрепетало, и она застыла на месте. Говард Джеффри крепко обнял Ребекку Квентин, и его извиняющийся, низкий голос звучал так: «Дорогая…» Сердце Ребекки Квентин наполнилось сильной болью, словно ее укусили муравьи. Ее руки, державшие его одежду, внезапно почувствовали себя бессильными, одежда постепенно соскальзывала с кончиков пальцев, но в следующую секунду она крепче сжала одежду и повернулась. Перед ее глазами предстало прекрасное лицо, которое она глубоко любила. Она думала, что у нее еще остались какие-то чувства, но в этот момент ее сердце медленно успокоилось. «Простите, вчера…» Ребекка Квентин мягко оттолкнула Говарда Джеффри: «У тебя вчера были дела. Мама мне уже сказала». Слуги стали обращаться к ней по-другому, и её собственное обращение тоже изменилось. Говард Джеффри снова обнял Ребекку Квентин, в его хриплом голосе слышалась усталость: «Теперь я могу тебе все объяснить…» На этот раз Ребекка Квентин позволила ему держать её без сопротивления, но одежда выскользнула из её рук на пол. «Я же тебе говорил, что у меня есть план…» Ребекка Квентин протянула руку и обняла Говарда Джеффри, прервав его слова: «Тебе не нужно ничего объяснять, просто ответь на один вопрос». Глубокий взгляд Говарда Джеффри, пристально устремленный на ее чрезмерно спокойное лицо, произнес: «Продолжай». Ребекка Квентин подняла глаза и встретилась взглядом с темными глазами Говарда Джеффри, ее губы слегка дрогнули в легкой улыбке, и она спросила: «Вы победили?» В этот момент красивое лицо Говарда Джеффри приобрело легкий зеленоватый оттенок. «Быстро ответьте мне». Говард Джеффри слегка кивнул. Ребекка Квентин с радостью прижалась к нему, крепко обнимая: «Хорошо, что ты победил…» Большая рука Говарда Джеффри, немного помедлив, остановилась на слегка дрожащей спине Ребекки Квентин. Через несколько секунд Ребекка Квентин вырвалась из объятий Говарда Джеффри, всё ещё счастливо улыбаясь, но в её глазах появилась лёгкая влажная слеза. Она хотела задать ему второй вопрос, но почувствовала, что в горле застряла горечь, поэтому не осмелилась заговорить. Он слегка прищурился, глубина его темных глаз отражала ее улыбающееся лицо. Наконец, преодолев сдавливание в горле, она мягко произнесла: «Могу я обратиться с просьбой?» «Я обещаю тебе, что бы ты ни сказал…» «Скажи мне ещё раз, что ты меня любишь». Говард Джеффри нежно обнял Ребекку Квентин за плечи, его искренние глаза пристально смотрели на нее, а голос был тихим и хриплым: «Я люблю тебя». В сияющих глазах Ребекки Квентин появилась тонкая пелена, влага клубилась в ее взгляде. Говард Джеффри внезапно крепко обнял Ребекку Квентин: «Дорогая, прости меня…» Прислонившись к крепкой груди Говарда Джеффри, Ребекка Квентин медленно закрыла глаза, обняла его и вдохнула его приятный аромат. Спустя долгое время Говард Джеффри отпустил Ребекку Квентин, осторожно приподняв её лицо. Она посмотрела на него в ответ, все еще с легкой улыбкой, но в уголках глаз виднелись едва заметные следы влаги. «Почему ты не злишься?» — хрипло спросил он. Ребекка Квентин посмотрела на него глазами, полными любви: «Потому что, когда ты счастлив, я тоже счастлива… ты наконец-то всё уладил, отныне ничто и никто не сможет встать между нами». «Обещаю, я всё исправлю, устроив идеальную свадьбу». Ребекка Квентин кивнула и, улыбаясь, ответила: «Хорошо». ---------- Главы 634-331: Законная госпожа президент На следующий день, международный аэропорт XX в Нью-Йорке. Ребекка Квентин с неохотой наблюдала, как ее семья и друзья входят через контрольно-пропускной пункт. Говард Джеффри обнял Ребекку Квентин, не сводя взгляда с удаляющихся: «Все снова соберутся, когда будет время». «Я немного волнуюсь за тетю Клэр; она одна в городе Т». «Я позабочусь о том, чтобы она устроилась. Если захочет, всегда может приехать в Нью-Йорк и жить с нами». Ребекка Квентин повернула лицо и с благодарностью сказала: «Спасибо». Говард Джеффри легонько поцеловал Ребекку Квентин в лоб: «Мы пара, не нужно говорить спасибо». Ребекка Квентин мило улыбнулась. Они с любовью смотрели друг на друга, и вдруг раздался невинный голосок Эндрю: «Папа, мама…» "Хм?" Ребекка Квентин отвернула лицо и посмотрела вниз на малыша. Эндрю держал за руку Ребекку Квентин, а за руку Говарда Джеффри: «Я хочу, чтобы вы оба держали меня за руку». Ребекка Квентин и Говард Джеффри оба улыбнулись. В следующую секунду Говард Джеффри поднял Эндрю на руки: «Сегодня папа тебя понесет, хорошо?» Эндрю широко раскрыл глаза от недоверия. Когда они выходили из аэропорта, Говард Джеффри уже нёс Эндрю на руках, а другой держал за руку Ребекку Квентин. Все разошлись разом; хотя стало немного тише, в особняке Джонсов все еще было много людей, а поскольку маленький Эндрю каждый день устраивал переполох, в доме никогда не было тихо. В этот момент Ребекка Квентин сидела на диване в коридоре на первом этаже и болтала с миссис Джеффри. «Мама, в последнее время Говард был дома со мной, и он сильно затянул работу в компании. Ему бы сначала разобраться со всеми делами компании, прежде чем думать об отпуске, к тому же я не могу вынести мысли о расставании с Эндрю». Миссис Джеффри рассказывала о том, что они с Говардом собираются в отпуск на остров Фоум. Она знала о намерениях миссис Джеффри; что касается свадьбы, миссис Джеффри чувствовала, что Говард ей многим обязан. Миссис Джеффри серьезно сказала: «Я спросила Говарда сегодня утром, и он сказал, что сможет уладить все дела компании в ближайшие пару дней… Он также пообещал вам, что отложит свою карьеру, чтобы сосредоточиться на вас». Ребекка Квентин слабо улыбнулась: «Отпуск обычно для молодых влюбленных пар; мы с Говардом — как „пожилая супружеская пара“, нам такая романтика не нужна». Миссис Джеффри усмехнулась: «Ты всё ещё выглядишь как маленькая девочка, но говоришь так, будто старше своей мамы». Ребекку Квентин позабавили слова миссис Джеффри: «Тогда все зависит от Говарда; если у него будет время, мы поедем». Затем миссис Джеффри удовлетворенно кивнула. Ребекка Квентин тут же встала: «Мама, я пойду проверю, как там Эндрю в саду…» Миссис Джеффри кивнула с улыбкой: «Хорошо». Ребекка Квентин вышла в сад и увидела Эндрю и маленькую девочку, чуть ниже его ростом, которые сидели и играли на лужайке. Девочка была очень милой, с яркими, немигающими глазами, устремленными на куклу в руке Эндрю. Ее глаза были изогнутыми и большими, что ясно указывало на то, что она вырастет прекрасной молодой женщиной. Наблюдая за двумя детьми, увлеченно играющими с куклой, Ребекка Квентин не могла сдержать улыбку. Как только Ребекка Квентин подошла к Эндрю, к ней в спешке подбежал слуга и нервно крикнул: «Молодая леди…» Ребекка Квентин улыбнулась: "Хм?" Служанка низко склонила голову, словно совершила ошибку, и с нерешительностью сказала: «Простите, я привела сюда свою внучку без вашего разрешения… Мой сын разведен и в последнее время много работает, не в состоянии о ней заботиться, а она как раз была в отпуске, поэтому у меня не было другого выбора, кроме как привести ее сюда…» Заметив опасения служанки, Ребекка Квентин с мягкой улыбкой ответила: «Всё в порядке, тётя Энн. Детям нужны компаньоны, и вы видите, как хорошо ладят эти двое детей…» «Но я всего лишь слуга, а молодой господин…» Ребекка Квентин тут же перебила служанку: «Не говори так, дружба — это не вопрос статуса… Посмотри, какая очаровательная твоя внучка. Если тебя не смущает, что Эндрю шалит, ты часто можешь приводить сюда свою внучку поиграть с Эндрю». Слуга недоверчиво поднял глаза, его взгляд был полон благодарности, и он радостно воскликнул: «Спасибо, юная леди». Ребекка Квентин тихонько рассмеялась: «Вам бы следовало сходить за печеньем; дети, должно быть, проголодались после стольких игр». "Хорошо." Сидя на шезлонге в саду, Ребекка Квентин наблюдала за тем, как двое детей счастливо общаются друг с другом. В это время дети наиболее невинны и беззаботны; она вспомнила, что сама в детстве была очень общительной девочкой, и многие дети в детском саду любили с ней играть… ---------- Главы 635-331: Законная жена президента (Часть 2) В этот момент она невольно погрузилась в воспоминания детства. Старший брат, ты опять расстроен? Почему ты сидишь здесь весь день? Внезапно в голове Ребекки Квентин всплыло забытое воспоминание. Она нахмурила брови, вспоминая смутные образы своего детства, но из-за прошедшего времени не могла вспомнить, где именно в детстве произнесла эти слова. Не воспринимая это воспоминание всерьез, Ребекка Квентин устремила взгляд вдаль, неосознанно погрузившись в размышления. "Мама…" Эндрю даже не заметил, как подбежал к ней, обнял и радостно закричал: «Мама, я хочу сестричку…» Ребекка Квентин обернулась, взяла малыша, которого держала между ног, и с улыбкой сказала: «Малыш, разве твоя младшая сестричка сейчас с тобой не играет?» Эндрю нахмурился: «Но младшей сестре нужно идти домой сегодня днем… А мне нужна младшая сестра». Ребекка Квентин слегка опешилась, а затем успокаивающе сказала: «Малышка, младшая сестричка появляется не просто так, потому что ты этого хочешь!» Эндрю с недоумением посмотрел на Ребекку Квентин: «Но ведь тетя Энн сказала, что папа и мама могут подарить Эндрю младшую сестру, верно?» Услышав невинный вопрос ребёнка, Ребекка Квентин на мгновение растерялась. К счастью, в этот момент приехала тётя Энн с печеньем и молоком… Только тогда внимание Эндрю отвлеклось. В полдень вернулся Говард Джеффри. За обеденным столом миссис Джеффри осторожно затронула тему поездки Ребекки Квентин в отпуск с Говардом Джеффри. Говард Джеффри согласился, и Ребекка Квентин не возражала, поэтому план был утвержден. В этот момент в спальне Говард Джеффри обнял Ребекку Квентин за талию и спросил: «Зачем брать с собой Эндрю? Разве мы не договорились, что будем только вдвоем?» Ребекка Квентин рассмеялась с оттенком недовольства: «Я встречаюсь с Эндрю совсем недолго, а ты уже хочешь, чтобы я от него отдалилась». «Вся моя жизнь будет с ним». «У меня тоже вся жизнь впереди, чтобы быть с тобой». Говард Джеффри, почувствовав укол ревности, спросил: «Теперь вы считаете, что наш сын важнее меня?» Ребекка Квентин игриво посмотрела на него и поддразнила: «Ты теперь ревнуешь к своему сыну?» Губы Говарда Джеффри изогнулись в легкой улыбке, и его взгляд внезапно устремился на Ребекку Квентин с глубокой нежностью. Смущенная его взглядом, Ребекка Квентин застенчиво опустила голову: «Почему ты так на меня смотришь?» Голос Говарда Джеффри был хриплым: «Я просто чувствую, что нам с тобой нужно немного времени наедине». "Но…" Не успела Ребекка Квентин договорить, как Говард Джеффри прервал её властным тоном: «Никакого Эндрю, только ты и я». Ребекка Квентин несколько секунд любовалась красивым лицом Говарда Джеффри, а затем сладко кивнула. Говард Джеффри с удовлетворением поцеловал Ребекку Квентин в щеку. «Сейчас я отправляюсь в компанию…» «Мм, возвращайтесь пораньше». «В ближайшие пару дней я со всем разберусь, а потом отключусь, чтобы сосредоточиться на том, чтобы провести время с тобой на острове». Ребекка Квентин протянула руку и поправила галстук Говарда Джеффри, улыбаясь и говоря: «Компания наверняка сильно пострадает в ваше отсутствие». Говард Джеффри ласково похлопал Ребекку Квентин по милому носику: «„Скайтоп“ не закроется без своего босса». Днем. После дневного сна Ребекка Квентин спустилась со второго этажа и увидела миссис Джеффри в гостиной, играющую с Эндрю. В этот момент Эндрю был полностью поглощен разборкой своей игрушки, и Ребекка Квентин не могла сдержать смех. Малыш недавно увлекся разборкой игрушек. Сначала она подумала, что он избалован, но позже поняла, что малыш может собрать игрушки обратно после разборки, что ее очень удивило. "Бекка…" "Хм?" «Я сегодня сама сварила суп. Раз уж тебе сейчас нечего делать, почему бы тебе не сходить в компанию и не отнести немного Говарду Джеффри!» Ребекка Квентин на мгновение опешилась, а затем неловко произнесла: «Я… я, кажется, никогда раньше не приносила ему суп в компанию». Миссис Джеффри тихонько усмехнулась: «В этом нет ничего странного. Теперь вы жена Говарда Джеффри. Люди в компании должны познакомиться с вами…» Ребекка Квентин выглядела смущенной. Наверное, теперь её никто не знает? О её романе с Говардом Джеффри уже подробно писали СМИ… Она подумала, что отношения с Говардом Джеффри, должно быть, потрясли весь мир. Возможно, в глазах общественности она все еще подвергалась критике, но, к счастью, Говард Джеффри был богат и влиятелен, поэтому ни одно СМИ не осмеливалось сообщать о ней что-либо негативное. Миссис Джеффри любезно сказала: «Проходите, а потом вернитесь с Говардом Джеффри». Ребекка Квентин кивнула: «Хорошо, я пойду переоденусь». Она знала, что миссис Джеффри хочет, чтобы она провела больше времени с Говардом Джеффри, и, конечно же, не стала бы отказывать. Кроме того, она также подумала, что поход в компанию может стать неожиданностью для Говарда Джеффри. Через полтора часа. Одетая в светло-фиолетовое платье от кутюр, Ребекка Квентин вошла в корпорацию «Скайтоп» в сопровождении двух телохранителей. Присущая Ребекке Квентин элегантность и грация еще больше подчеркивались ее дорогими нарядами, которые действительно соответствовали образу «миссис генерального директора». Сотрудники компании действительно узнали её и почтительно приветствовали как «госпожу генерального директора». Она ответила на их приветствия улыбкой, без всякой показухи. Администратор уже сообщила Лизе Сесили, и прежде чем Ребекка Квентин вошла в лифт, Лиза Сесили уже вышла ее поприветствовать. Лиза Сесили, как всегда, была уважительна и называла себя «госпожой генеральным директором». Ребекка Квентин ответила мягкой улыбкой и спросила: «Говард Джеффри здесь?» Лиза Сесили кивнула: «Генеральный директор здесь, но сейчас он на совещании, так что вам, возможно, придется немного подождать». "Хорошо." После этого Лиза Сесили проводила Ребекку Квентин прямо в эксклюзивный лифт генерального директора. Только в лифте Ребекка Квентин слегка расслабилась, потеряв самообладание. Увидев, как Ребекка Квентин с облегчением вздохнула, Лиза Сесили невольно улыбнулась и сказала: «Теперь вы понимаете, почему генеральный директор всегда выглядит холодным и серьезным перед сотрудниками, верно? Дело не в том, что генеральный директор пытается казаться крутым; дело в том, что с вашим статусом вы, естественно, должны обладать таким авторитетным видом». Ребекка Квентин с улыбкой сказала: «Работать с ним, должно быть, непросто». ---------- Глава 636-332: Прервано в критический момент Лиза Сесили часто кивала: «Вы бы и не догадались, я столько лет работаю на генерального директора, но всякий раз, когда я совершаю ошибку или что-то упускаю на работе, он все равно ругает меня, как собаку». Ребекка Квентин улыбнулась, но сочувственно произнесла: «Секретарь Сесили, с вами поступили очень несправедливо, я позабочусь о том, чтобы он повысил вам зарплату». Лиза Сесили неловко рассмеялась: «Хотя он меня и ругает, отношение генерального директора ко мне на самом деле довольно хорошее…» Сидя в просторном кабинете генерального директора, Ребекка Квентин потягивала кофе, сваренный Лизой, и неторопливо взяла газету, чтобы полистать ее. Совершенно случайно новость в газете касалась ее свадьбы с Говардом Джеффри. Ребекка Квентин не ожидала, что негативных новостей вообще не будет. На самом деле, в последние несколько дней она немного боялась читать новости, потому что, учитывая такую ​​пышную свадьбу, трудно было представить, что семья Джеффри сможет полностью её сорвать. В этот момент, увидев газету, её всегда напряжённое сердце наконец успокоилось. Газета сообщила, что она и Говард Джеффри уже сыграли свадьбу, как и было запланировано, на небольшом острове, заявив, что Говард Джеффри не приглашал представителей СМИ, а просто хотел насладиться уединением с ней, а «после свадьбы» некоторые СМИ взяли у Говарда Джеффри интервью, и он уже признался всему миру, что женился на ней. Неудивительно, что Говард Джеффри настаивал на том, чтобы ее сопровождали телохранители, когда она выходит из дома; теперь, похоже, он хочет защитить ее не только от плохих людей, но и от папарацци. Закрыв газету, Ребекка Квентин сделала глоток кофе, и ее мысли неизбежно вернулись к сценам свадебного дня. В этот момент она все еще чувствовала сильную боль в сердце, но на ее лице все еще читалась легкая улыбка. Да, как она могла не злиться, как она могла не винить его? Просто потому, что она знает, что гнев, обвинения… всё это для неё совершенно ничего не значит. В его мире самое важное — это его способности, карьера, успехи и неудачи; эмоции же — всего лишь аксессуар, необходимый ему в жизни. Он готов отказаться от свадьбы ради осуществления своего плана, и этого достаточно, чтобы доказать это. И ей не было нужды злиться или жаловаться, потому что мужчина, в которого она влюбилась, именно такой, и если только она его не любит, не хочет быть с ним, тогда у нее остается только смириться с этим. Несмотря на это, она всё ещё довольна; по крайней мере, она — женщина, которая ему дороже всего на свете. Подумав об этом, Ребекка Квентин вздохнула с облегчением; она почувствовала, что в этой жизни ей, в конце концов, повезло. Отложив чашку кофе, Ребекка Квентин скучающе подошла к огромной книжной полке Говарда Джеффри. Она мельком взглянула на эти книги, все они были посвящены бизнесу и казались очень глубокими. Ребекка Квентин небрежно выбрала довольно старый журнал, желая посмотреть, что он обычно чаще просматривает. Как только она открыла его, оттуда выпала закладка. Ребекка Квентин взяла закладку и обнаружила, что на самом деле это был лист бумаги. Увидев этот знакомый клочок бумаги и почерк, глубоко запечатлевшийся в ее памяти, Ребекка Квентин была ошеломлена. Говорят, что хрустальные шары обладают своего рода магией, позволяющей людям предвидеть будущее. Дорогая, скажи мне, будущее, которое ты видишь в хрустальном шаре, совпадает с тем, что вижу я? У Ребекки Квентин внезапно перехватило дыхание, и она забыла дышать; сердце сильно задрожало. Как эта записка могла оказаться у него? Если она правильно помнила, эта записка должна была быть прикреплена к шкатулке с хрустальным шаром, а когда она окончательно разорвала с ним отношения, она оставила хрустальный шар в отеле XX… Она призналась, что после секса сильно пожалела об этом, но к тому моменту уже летела домой и не могла связаться с отелем. Когда она вернулась в свою страну и позвонила в отель, чтобы узнать о случившемся, персонал сказал ей, что вещь уже потеряна… Она не могла винить персонал отеля, потому что лично заявила, что не хочет этого… поэтому в тот период она была глубоко опечалена этим делом. Она и представить себе не могла, что эта записка окажется у Говарда Джеффри… Значит ли это, что хрустальный шар на самом деле тоже с ним? Переполненная неудержимым волнением, Ребекка Квентин отложила книгу и бросилась к столу Говарда Джеффри, распахнув все ящики перед ним. Однако Ребекку Квентин больше всего расстроило то, что в ящиках не оказалось ни одного хрустального шара, на который она рассчитывала. Хотя Ребекка Квентин была несколько разочарована тем, что не нашла хрустальный шар, она все же была очень приятно удивлена, потому что никогда не думала, что их хрустальный шар все еще существует. ---------- Главы 637–332: Прерванный в критический момент (Часть 2) Находясь в довольно хорошем настроении, Ребекка Квентин наклонилась, чтобы поднять несколько документов с пола, которые она случайно уронила ранее, с нетерпением разыскивая хрустальный шар. Однако, как только Ребекка Квентин взяла в руки один из документов, ее взгляд внезапно застыл. Потому что она увидела, что документ содержал запись о госпитализации пациента в определенной больнице, и на нем стояла подпись — Элис Робинсон, датированная тем же днем, что и ее свадьба с Говардом Джеффри. Ребекка Квентин была мгновенно ошеломлена. В этот момент внезапно раздался глубокий холодный голос: «Что вы ищете?» Ребекка Квентин инстинктивно подняла голову и увидела, что темные глаза Говарда Джеффри пристально смотрят на нее. "Я…" Под пристальным взглядом Говарда Джеффри у Ребекки Квентин необъяснимо сжалось горло, она не смогла произнести ни слова, и документ в ее руке случайно выскользнул наружу. Глубокий, затененный взгляд Говарда Джеффри упал на упавший документ и несколько небрежно открытых ящиков, и он невольно слегка нахмурился. Ошеломленная, Ребекка Квентин подняла документ с земли и медленно подошла к Говарду Джеффри. Она объяснила вслух: «Говард, я только что…» Слегка холодный голос Говарда Джеффри прервал Ребекку Квентин: «Почему ты не предупредила меня, когда пришла?» «Э-э, вы были на совещании, я не хотел вас беспокоить, поэтому не просил секретаря Сесили вас об этом сообщить…» «Боитесь помешать моей встрече, или у вас другая цель?» Равнодушный голос Говарда Джеффри заставил Ребекку Квентин удивленно расширить свои ясные глаза. "Что… а для чего еще?" Говард Джеффри бросил взгляд на лежащий на столе документ, его выражение лица было леденящим. Ребекка Квентин поспешно объяснила: «Я случайно опрокинула документ…» Черные как смоль глаза Говарда Джеффри слегка сузились, в них вспыхнул холод: «Как можно было случайно испортить свои штаны?» "Потому что…" Ребекка Квентин горела желанием всё объяснить, но голос её застрял в горле, когда её извиняющийся взгляд встретился с проницательным взглядом в его глазах. Говард Джеффри подошел к своему столу и сел, беспорядок в ящиках его еще больше разозлил: «Даже если ты моя жена, ты должна уважать мою личную жизнь». Уши Ребекки Квентин наполнились его недовольным и холодным голосом, она обернулась и, глядя на ледяное, темно-синее лицо Говарда Джеффри, слегка прикусила губы. В этот момент Лиза Сесили вошла с улицы со стопкой документов и с удивлением произнесла: «Президент, разве это не удивительно…» Войдя в офис, Лиза Сесили заметила, что атмосфера не совсем правильная; пара, которая должна была демонстрировать свои чувства, молчала, а на лице Говарда Джеффри читалось недовольство. Лиза Сесили тут же опешила: «Э-э, это…» В этот момент Ребекка Квентин отвела взгляд от Говарда Джеффри, на мгновение опустила глаза, а затем спокойно подняла их, обращаясь к Говарду Джеффри: «Мама попросила меня принести тебе домашний суп… если у тебя будет время, пожалуйста, выпей его, я… я пойду первой». Сказав это, Ребекка Квентин поспешно обернулась. Увидев, как Ребекка Квентин повернулась и ушла, Лиза Сесили инстинктивно последовала за ней, сказав: «Мадам президент…». Говард Джеффри тоже встал и побежал за ней. Однако Ребекка Квентин уже бросилась в лифт и быстро нажала кнопку закрытия двери. "Бекка…" К тому моменту, когда Говард Джеффри добрался до двери лифта, она уже закрылась. Говард Джеффри в раздражении ударил кулаком по двери лифта. Лиза Сесили в шоке вздрогнула от ситуации и нервно отступила в сторону. «Лиза Сесили, заходи со мной». С холодным приказом Говард Джеффри вошел в свой кабинет, по-прежнему окруженный недовольной строгостью. Перед столом Лиза Сесили, опустив голову, неуверенно произнесла: «Президент… Президент». «Почему ты не предупредила меня, что Бекка здесь?» Лиза Сесили поспешно объяснила: «Госпожа президент не хотела мешать вашей встрече, поэтому не просила меня вас уведомить». «Почему ты не остался с ней здесь?» «Я пошёл за финансовой отчётностью, которую только что разобрали в финансовом отделе, я…» Увидев испуганное выражение лица Лизы Сесили, Говард Джеффри с трудом сдержал гнев: «Когда приехала Бекка?» Лиза Сесили честно ответила: «Как раз на то, чтобы выпить чашечку кофе». «Хорошо, можете идти…» Лиза Сесили кивнула, стремясь поскорее исчезнуть. Говард Джеффри откинулся на спинку стула, прищурив темные, глубокие глаза, и пристально сосредоточил взгляд на документе перед собой. Он протянул руку и открыл документ, показав своему взору историю болезни Алисы Робинсон, выданную больницей. Говард Джеффри на несколько секунд задумался. Когда Лиза Сесили уже собиралась выйти из кабинета, она вдруг что-то вспомнила, обернулась и нерешительно произнесла: «Э-э… Президент, суп, который принесла госпожа президент, стоит на журнальном столике, вам следует выпить его, пока он горячий!» Призрачный взгляд Говарда Джеффри обратился к кофейному столику. В поле его зрения появился желтый термоконтейнер. Говард Джеффри встал, подошел к кофейному столику и взял термоконтейнер. Глядя на этот контейнер, от которого исходил едва уловимый аромат супа, Говард Джеффри мысленно вернулся к недавнему разговору с Ребеккой Квентин. Только тогда он понял, насколько резким был его тон раньше. Но зачем она рылась в его ящиках? Собираясь вернуться к столу, Говард Джеффри нечаянно заметил старую книгу, торчащую из передней части книжной полки. Говард Джеффри вернулся, подошёл к книжной полке и взял книгу. Это была книга, которую он часто читал, и, не задумываясь, он открыл ее, увидев знакомый листок бумаги. В тот же миг он вдруг осознал. Бросая книгу, Говард Джеффри поспешно схватил пиджак и выбежал из офиса. В машине Ребекка Квентин спокойно откинулась на спинку сиденья, ее взгляд был пустым. Внезапно зазвонил её телефон. Из-за своего ошеломленного состояния Ребекка Квентин не услышала этого, пока водитель ей не напомнил. Придя в себя, Ребекка Квентин достала телефон из сумки и увидела на экране имя «Муж». Сердце бешено сжалось, она крепко прикусила нижнюю губу, колеблясь, отвечать ли на звонок. Но по мере того, как напряжение в горле усиливалось, она наконец медленно положила телефон, позволив ему зазвонить, и посмотрела в окно. Телефон продолжал звонить без остановки, и Ребекка Квентин прислонилась к окну, безучастно глядя на пейзаж за окном. Приятный звонок, который обычно радовал ее уши, теперь приносил лишь горечь и уныние. Да, она была зла… Злится на то, почему он был так суров с ней? Она не специально рылась в его ящиках, не нарушала его личную жизнь, она просто на мгновение обрадовалась, подумав, что хрустальный шар лежит в ящике его кабинета… ---------- Главы 638-333: Папа так много работает 1 Он в одностороннем порядке объявил её виновной во вторжении в его личную жизнь, и ей стало тяжело на сердце… Они же муж и жена, не так ли? Вернувшись домой, Ребекка Квентин собиралась отправиться в свою комнату, когда случайно увидела миссис Джеффри, выходящую из детской. Миссис Джеффри была весьма удивлена, увидев Ребекку Квентин, и спросила: «Почему вы вернулись первой? Где Говард?» «Э-э, он…» Увидев нерешительную реакцию и неестественное выражение лица Ребекки Квентин, миссис Джеффри с сочувствием обняла её и спросила: «Что случилось, Бекка?» Ребекка Квентин покачала головой: «Мне просто было немного некомфортно в машине… У Говарда совещание, поэтому я вернулась первой». Миссис Джеффри вздохнула с облегчением и улыбнулась: «Вы меня напугали; я думала, вы с Говардом поссорились». Ребекка Квентин выдавила из себя слабую улыбку: «Нет». «Тогда иди немного отдохни, я попрошу кого-нибудь позвонить тебе и пригласить на ужин». "Хорошо." Миссис Джеффри только подошла к лестнице, когда столкнулась с Говардом Джеффри, спешащим наверх. Миссис Джеффри немного удивилась и схватила Говарда: «Сынок, почему ты вернулся?» «Мама, где Бекка?» "Бекка в комнате… разве вы не были на совещании?" Говард не ответил миссис Джеффри и продолжил подниматься по лестнице. Подойдя к двери комнаты, Говард на мгновение остановился, прежде чем повернуть дверную ручку. Ребекка Квентин только что вернулась и как раз задергивала шторы, когда услышала внезапный звук поворота дверной ручки. Она вздрогнула, но не обернулась. Его сильные руки обняли её сзади, и его присутствие окутало её. Ребекка Квентин позволила ему обнять себя, ее грудь наполняла горькая обида. Говард поцеловал Ребекку Квентин в щеку, его глубокий, магнетический голос был полон самобичевания и извинений: «Прости, детка… Мне не следовало так громко с тобой разговаривать». Ребекка Квентин опустила веки, глаза ее были затуманены. Говард повернул к себе склонившуюся голову Ребекку Квентин, нежно обхватил ее нежное лицо своими теплыми руками, его нос коснулся ее носа, и он тихо умоляюще произнес: «Прости меня… пожалуйста, не сердись на меня, хорошо?» Ребекка Квентин медленно приподняла веки, ее ясные глаза блестели от слез, когда она смотрела на него. Говард большим пальцем вытер едва заметные слезинки в уголках глаз Ребекки Квентин, и в его голосе звучало больше раскаяния: «Не плачь… у меня сердце разрывается». Благодаря его утешительным словам, слезы у Ребекки Квентин потекли еще сильнее, но она больше не позволяла ему вытирать их. Она, как ребенок, вытерла слезы локтем в уголках глаз и тихонько рассмеялась: «Хе-хе… Раньше я так легко не плакала». До двадцати лет, в память о которой она помнила и которую очень любил отец, она редко сталкивалась с обидами, что делало ее человеком, способным легко пролить слезы, когда ее обижали на протяжении всей жизни. Говард был полон душевной боли: «Я снова заставил тебя плакать…» "Просто я слишком бесполезен…" "Мне жаль…" Ребекка Квентин опустила глаза и, задыхаясь, пробормотала: «Я правда не собиралась рыться в твоих ящиках, я просто хотела…» "Глупышка, я просто сказала это в панике, я…" Боже, он не знал, как ей это объяснить! Ребекка Квентин подняла заплаканные глаза и посмотрела на Говарда хриплым голосом: «Если тебе это не нравится, я могу перестать ходить в компанию в будущем». Говард прислонил подбородок к лбу Ребекки Квентин: «Бекка, я не это имел в виду…» В этот момент Ребекка Квентин подняла лицо, глядя на его виноватое выражение, и медленно протянула руку, чтобы нежно погладить его несравненно красивое лицо, стараясь говорить спокойным тоном: «Хотя мы знаем друг друга так много лет, время, которое мы действительно провели вместе как пара, — это только этот момент… Я очень дорожу нашими отношениями и надеюсь, что мы сможем счастливо провести остаток жизни вместе». Теплая рука Говарда обхватила слегка холодную руку Ребекки Квентин, и из его уст вырвалось нежное признание: «Прости, детка, я обещаю, что больше никогда не буду говорить с тобой так громко…» Ребекка Квентин энергично кивнула и прижалась к Говарду. Миссис Джеффри опасалась, что супруги могли поссориться, поэтому, когда она послала служанку позвать их на ужин, на ее лице читалась тревога. Но кто бы мог подумать, что вскоре миссис Джеффри увидит, как Говард и Ребекка Квентин спускаются по лестнице, держась за руки. Миссис Джеффри была вне себя от радости и тут же жестом пригласила их сесть. Усевшись, Ребекка Квентин огляделась и спросила: «Мама, где Эндрю?» Миссис Джеффри ответила: «Он уснул поздно днем, поэтому еще не проснулся… мы покормим его, когда он проснется». Ребекка Квентин кивнула: «Хорошо». Говард, пребывая в хорошем настроении, спросил: «Мама, у тебя осталась супа, который ты приготовила сегодня днем?» ---------- Главы 639-333: Папа так много работает 1_2 Миссис Джеффри несколько раз кивнула: «Да, я попросила тетю Мэй прислужить…» Ребекка Квентин вызвалась встать: «Я пойду!» Миссис Джеффри не успела ответить; Ребекка Квентин уже направлялась на кухню, поэтому она лишь напомнила: «Будьте осторожны, чтобы не обжечься…» Говард Джеффри встал, чтобы последовать за ней на кухню, но миссис Джеффри с улыбкой сказала: «Не беспокойтесь о вашей жене, тетя Мэй уже пошла ей на помощь». Говард Джеффри растянул губы в улыбке, глядя на свою мать. Миссис Джеффри нахмурила брови и с предостережением произнесла: «Вам лучше позаботиться о своей жене. Вы ушли от Бекки после свадьбы; я вижу, Бекка не стала поднимать шум, поэтому я не буду держать на вас зла… но если вы расстроите Бекку, я обязательно встану на её сторону». Говард Джеффри поднял руки, демонстрируя капитуляцию. Миссис Джеффри удовлетворенно улыбнулась, и в этот момент из кухни вышла Ребекка Квентин с миской супа. Ребекка Квентин поставила суп перед Говардом Джеффри, который внезапно сжал ее руку и страстно поцеловал ее ладонь. Ребекка Квентин застенчиво покраснела, осторожно высвободила руку и откинулась на спинку стула, а любящий взгляд Говарда Джеффри не отрывался от нее. Несмотря на то, что их личные моменты были гораздо более напряженными, чем простое держание за руки, Ребекка Квентин оставалась застенчивой, не совсем привыкшей к тому, что Говард Джеффри проявляет такую ​​близость на публике. Нежные чувства, которые испытывали супруги, заставили миссис Джеффри широко улыбнуться. Наступила ночь. Ребекка Квентин сидела на кровати в легкой, чувственной ночной рубашке. Ночная рубашка была свадебным подарком от Изабеллы… конечно же, ей всегда было неловко ее носить. Изабелла сказала, что генералу Леонарду нравилось, когда она носила такие ночные рубашки. Ребекка задумалась; они с Говардом Джеффри были как «старая супружеская пара», так что стесняться было нечего… главное было, понравится ли Говарду Джеффри, что она будет в такой рубашке. Погруженная в свои мысли, Ребекка Квентин постепенно покраснела. В следующее мгновение звук журчащей воды в ванной комнате прекратился. Изначально Ребекка Квентин планировала последовать совету Изабеллы и продемонстрировать несколько соблазнительных движений, но в этот момент ей было слишком стыдно встать с постели. Наконец, когда дверь ванной открылась, она застенчиво съежилась под одеялом. Говард Джеффри появился, завернутый в полотенце, и продемонстрировал перед Ребеккой Квентин свою модельную фигуру, что еще больше смутило ее. Говард Джеффри вскочил на кровать, прижал к себе завернутую в одеяло Ребекку Квентин, осторожно приподнял ее подбородок, пристально посмотрел на нее и низким, хриплым голосом спросил: «Разве ты не говорила, что будешь… прислуживать мне сегодня вечером?» Щеки Ребекки Квентин были раскрасневшимися, и весь ее вид отражал застенчивость и хрупкость. Увидев покрасневшее лицо Ребекки Квентин, Говард Джеффри не смог сдержать улыбку, и его взгляд невольно упал на розовую лямку, выглядывающую из-под ее шеи. Взгляд Говарда Джеффри сузился, когда он, приподнявшись, осторожно откинул одеяло, которое Ребекка Квентин крепко сжимала в нервах. Передняя часть ночной рубашки была слишком соблазнительной, и Ребекка Квентин смущенно отвернулась. Но, по мнению Говарда Джеффри, в тот момент был представлен образ потрясающе сексуальной красавицы. На ней было шелковое розовое платье-комбинация, которое скорее напоминало платье по названию, поскольку прикрывало лишь половину ягодиц; гладкая и мягкая ткань облегала ее округлые и упругие бедра, пробуждая безграничную фантазию. Внезапно глаза Говарда Джеффри наполнились желанием; его тело опустилось, постепенно начиная ночное путешествие похоти… Кто бы мог ожидать, что в этот напряженный момент телефон, лежавший у кровати Говарда Джеффри, внезапно завибрирует. Обычно в это время он совершенно не собирался отвечать на телефонные звонки, но… Целуя ее, он успел схватить телефон. Он тут же нажал кнопку ответа, держа телефон у уха и продолжая находиться с ней в непосредственной близости. Однако, не зная, что говорил собеседник, в разгар их общей страсти, Говард Джеффри внезапно замер, подняв голову с телефоном. «Я сейчас же приду». Говард Джеффри произнес одну фразу, и его взгляд, полный желания, мгновенно сменился на глубокий, глаза постепенно стали мутными и задумчивыми. Ребекка Квентин вцепилась в широкую спину Говарда Джеффри, пытаясь отдышаться после внезапного обострения дыхания, и пристально посмотрела на него: «Что случилось?» Говард Джеффри нежно обнял раскрасневшееся лицо Ребекки Квентин, склонил голову и нежно поцеловал ее в губы: «Прости, дорогая, мне нужно ненадолго выйти». Глаза Ребекки Квентин расширились, в ее голосе звучало легкое удивление: «Сейчас?» Если она не ошибалась, было уже больше одиннадцати часов… Говард Джеффри уже встал с постели. Первозданная страсть между ними быстро угасла. Ребекка Квентин на мгновение опешилась, почувствовав, как постепенно проникает холод. Она медленно накрылась одеялом, прикрывая им свое обнаженное тело. Говард Джеффри уже надел брюки и рубашку, его движения были быстрыми и плавными. Ребекка Квентин, завернувшись в одеяло, повернулась на бок и наблюдала за ним. Одевшись, Говард Джеффри сел на край кровати и снова поцеловал Ребекку Квентин, тихо сказав: «Не жди меня, ложись спать; я вернусь, как только разберусь с этим». Ребекка Квентин мягко кивнула, ее сияющие глаза постепенно теряли свой блеск. Говард Джеффри не заметил изменения во взгляде Ребекки Квентин, просто встал и ушел. Спустя долгое время после отъезда Говарда Джеффри Ребекка Квентин, казалось, пришла в себя. Она плотнее закуталась в одеяло и повернулась лицом к окнам от пола до потолка, занавешенным плотными шторами. В комнате мгновенно воцарилась тишина; прежние стоны, прерывистое дыхание и страстное пылание теперь лишь усиливали ощущение покоя. Ребекка Квентин не чувствовала никаких признаков сна, ее глаза были широко открыты в состоянии оцепенения, а мысли бесконтрольно блуждали. Да, ей следовало спросить его, куда он направляется так поздно, но в тот момент она по необъяснимым причинам не захотела спрашивать. О том, о чём он не хотел ей рассказывать добровольно, она и не хотела спрашивать сейчас, как и о медицинской карте Алисы Робинсон, содержащейся в документе; она не хотела спрашивать. Он думал, что она сегодня счастлива? Нет, она совсем не была счастлива… но не призналась ему в этом, потому что их чувства друг к другу были результатом упорного труда. Однажды именно ее неспособность ценить их отношения привела к расставанию, оставив ее с глубоким сожалением. Поэтому на этот раз она постоянно напоминала себе, что не стоит быть капризной, не нужно устраивать истерики, ведь доверие — это основа отношений для двух людей. Она не могла снова совершить ту же ошибку, и ей действительно надоели дни, полные взаимных подозрений и споров. Все, чего она хотела, — это провести с ним счастливую жизнь. Изначально она планировала провести этот вечер в любви и близости. Она думала, что слияние тел и его банальные слова дадут ей чувство безопасности и удержат от чрезмерных размышлений, однако… ---------- Главы 640–334: Папа так много работает 2 Сегодня вечером он уехал. Ее сердце словно разорвалось на части, и боль обрушивалась, как свежая кровь. Она и представить не могла, что её реакция будет настолько сильной. Только в этот момент, когда её охватило удушающее чувство, она поняла, насколько сложно на самом деле обманывать себя. Ребекка Квентин осторожно прижала руку к ноющей ране, вспоминая выражение лица Говарда Джеффри, когда он несколько минут назад ответил на телефонный звонок. Он всегда был человеком, который почти не показывал своих эмоций. Редко что-либо заметно меняло выражение его лица, но раньше на его лице явно читалась тревога. Она не была наивной. Она могла в общих чертах догадаться, что он сделает сегодня вечером… После того как план удался, ему, безусловно, предстояло выполнить последующие задачи. В последние несколько дней, когда он утверждал, что находится в офисе и занимается предпраздничными делами, на самом деле он занимался вопросами, возникшими после завершения плана. Зная его так хорошо, как она его знала, и понимая, что он всегда все планирует наперед, если поездка с ней в отпуск была его заранее продуманным планом, он должен был уже все организовать. В противном случае, как он и говорил, «Скайтоп» не рухнет без начальника. Конечно, она не жаловалась; просто, когда она увидела медицинскую карту в деле, у нее зародилось маленькое зернышко сомнения. Почему в его задачи после завершения разработки плана вошла Алиса Робинсон? Элис и Честер Робинсон постоянно причиняли ей боль, так разве она не должна была увидеть трагический конец Элис, когда план увенчается успехом? Почему он лично организовал госпитализацию Алисы, и что означала эта дата, совпавшая с их свадьбой? Могла ли она заподозрить, что в день свадьбы он на самом деле покинул церемонию, не сказав ни слова, из-за Алисы? Она всегда верила, что в его мире больше всего он ценит именно её. Поэтому она никогда не хотела разгадывать весь его замысел; ей просто нужно было знать, что он заботится о ней, что его страсть к романтике и нежности принадлежит исключительно ей, что она — женщина, которую он ценит больше всего на свете, и поэтому ей не нужно беспокоиться о других, никому не важных людях. Но сегодня вечером она чувствовала себя неспокойно. У нее даже было предчувствие, что план, который он осуществлял сегодня вечером, может быть связан с Алисой, и ее интуиция всегда оказывалась верной. Она задавалась вопросом, хорошо ли она исполняла обязанности жены, полностью ли доверяла ему, любила его, но женщины бывают мелочными; теперь ей отчаянно хотелось понять, почему он испытывает такое сострадание к Алисе. Ворочаясь с боку на бок и так и не сумев уснуть, Ребекка Квентин наконец прислонилась к изголовью кровати, укрывшись одеялом. После недолгих раздумий она наконец взяла телефон с прикроватной тумбочки и набрала номер. Звонок быстро соединился, и раздался удивленный голос Изабеллы Джоанны: «Боже мой… неужели в Нью-Йорке уже середина ночи? Ты звонишь сейчас, разве ты не должна спать со своим мистером Джеффри?» Ребекка Квентин тихонько усмехнулась: «Даже если бы я была с ним, это не заняло бы всю ночь, правда? Ваш генерал Леонард всегда не спит всю ночь?» Изабелла Джоанна, не ожидая, что насмешки обернутся против нее, сильно покраснела: «Черт возьми, с тех пор, как ты с мистером Джеффри, твое чистое сердце полностью омрачено им…» Ребекка Квентин радостно рассмеялась. Изабелла Джоанна неловко сменила тему: «Так что же ты хочешь у меня спросить? Только не говори, что спрашиваешь, как носить те несколько комплектов нижнего белья, которые я тебе прислала?» Ребекка Квентин смутилась: «Вы меня недооцениваете, не так ли? Вы всё ещё думаете, что я та же наивная девушка, какой была в двадцать лет?» Изабелла Джоанна усмехнулась: «Да, ты, безусловно, стала опытным человеком… о чем свидетельствует тот факт, что ты спишь до полудня каждый день». Ребекка Квентин наконец признала поражение, покраснев и пожаловавшись: «Эй, если ты будешь меня ещё дразнить, я расскажу твоему генералу Леонарду, какой ты опытный в обучении меня носить нижнее белье, чтобы соблазнить будущего мужа…» Изабелла Джоанна тут же занервничала: «О боже, Роджер точно бы смутился… Я же тебе уже тогда объяснила, я просто пыталась покрасоваться… Я сама была всего лишь чистой молодой женщиной!» Чуть более опытной, чем та женщина, чистая, как чистый лист. Ребекка Квентин рассмеялась и сказала: «Значит, теперь твои секреты в моих руках?» Изабелла Джоанна несколько раз кивнула: «Хорошо, леди Джеффри, что бы вы ни приказали, я немедленно это сделаю». ---------- Главы 641-334: Папа так много работает 2_2 «Хм, позвольте спросить, генерал Леонард сейчас с вами?» «Да, он в кабинете». "Не могли бы вы передать ему телефон?" «Бекка, ты ведь не собираешься рассказывать Роджеру о нашем неловком прошлом, правда?» Ребекка Квентин тихонько усмехнулась: «Не волнуйся, я всё ещё планирую использовать это как рычаг, чтобы ты помогла мне в других делах в будущем. Пока я не буду рассказывать об этом твоему мужу… Так что можешь смело отдать ему свой телефон. Мне нужно кое-что у него спросить». «О, это что-то важное?» — спросила Изабелла Джоанна, направляясь в кабинет. «Я расскажу тебе потом». "Хорошо." Через несколько секунд из телефона раздался слегка ленивый голос Роджера Леонарда: «Привет, Дора». Название «Дора» заставило Ребекку Квентин на мгновение задуматься, но она не стала зацикливаться на этом и прямо сказала: «Генерал Леонард, я хочу задать вам вопрос». «Пожалуйста, продолжай, Дора. Я буду с тобой совершенно честен». Ребекка Квентин торжественно заявила: «Раз вы обещали быть абсолютно честными, вы должны сказать мне правду». Только тогда Роджер Леонард насторожился, нахмурив брови, спросил: «Бекка, что ты хочешь узнать?» «Почему в день моей свадьбы с Говардом Джеффри он так внезапно ушёл?» «Разве Дора тебе этого не объяснила?» «Он объяснил, но я ему не совсем верю. Хочу, чтобы ты мне повторил». Роджер Леонард лукаво усмехнулся: «Дора, если ты собираешься сомневаться в моем брате, не втягивай меня в это. Если я случайно скажу что-нибудь не так, и ты вступишь с ним в спор, он меня точно изобьет». «Мне не нужно, чтобы вы рассказывали мне весь процесс; просто скажите, каков был результат». Роджер Леонард от души рассмеялся: «Что ж, в итоге Честер Робинсон оказался в больнице и до сих пор находится в критическом состоянии…» Что? Сердце Ребекки Квентин затрепетало, глаза широко распахнулись. Она давно догадывалась, что победа Говарда Джеффри и Честера Робинсона не оставит другую сторону безнаказанной. Поэтому, когда она услышала о победе Говарда Джеффри, она была отчасти готова к участи Честера Робинсона. Однако, узнав теперь, что жизнь Честера Робинсона висит на волоске, она была глубоко потрясена и несколько невероятна. В её представлении о Честере Робинсоне всегда фигурировал именно «доктор Робинсон». Она старалась отпустить воспоминания о жестоких поступках, которые он с ней совершил, предпочитая, чтобы в её памяти оставались прекрасные моменты, которые они разделили. Поэтому, узнав о судьбе Честера Робинсона, она действительно тяжело на душе. Конечно, эта тяжесть была вызвана тем, что когда-то он был ее самым верным другом. Ребекка Квентин тихо вздохнула, пытаясь сохранить самообладание, несмотря на шокирующую новость, и спокойно спросила: «Неужели Честер Робинсон просто в больнице?» «Бекка, похоже, ты пытаешься выведать у меня больше информации?» Роджер Леонард, проработавший в деловом мире столько лет, естественно, не был тугодумом. «Да, но, насколько мне известно, Элис Робинсон в итоге тоже попала в больницу… Почему ты мне не сказала?» — нахмурилась Ребекка Квентин. «Бекка, если у тебя есть вопросы, спроси Дору». «Вы должны знать, что он не скажет мне правду, точно так же, как и все вы хотите скрыть от меня тот факт, что Элис Робинсон была госпитализирована». «Это на самом деле неважный вопрос…» «Тогда разве то, что он бросил нашу свадьбу ради Элис Робинсон, не имело значения?» «Вы ошибаетесь, Дора сделал это не ради Алисы Робинсон. Он сделал это ради плана…» Ребекка Квентин тихонько усмехнулась: «Хорошо, тогда почему, когда план провалился, он все еще заботился об Элис Робинсон?» «Бекка, честно говоря, я мало что знаю о взаимоотношениях Доры и Элис Робинсон. Даже в глубине души я сомневаюсь так же, как и ты. Но я твердо верю, что Дора ничего не скрывает из-за каких-либо отношений с Элис Робинсон. Возможно, у него были другие причины спасти ее?» Ах… Он действительно отменил свадьбу ради Элис Робинсон. Ее предыдущий вопрос был лишь попыткой выведать этот вопрос у Роджера Леонарда, и его отсутствие отрицания уже подтвердило это. В этот момент Ребекка Квентин была ошеломлена, ее тело слабо опиралось на изголовье кровати. Роджер Леонард крикнул: «Бекка, Бекка…» Ребекка Квентин осторожно придержала телефон, который вот-вот должен был выскользнуть из ее рук, безучастно посмотрела перед собой и произнесла: «Я здесь». Роджер Леонард говорил с настойчивостью: «Вы должны верить в Дору; нет сомнений, что он заботится о вас». Ребекка Квентин медленно закрыла свои горящие глаза, слегка прикусила губу и, спустя несколько секунд, глубоко вздохнула, ответив: «Я знаю, как поступать в наших с ним отношениях… Но я хочу, чтобы ты пообещал мне одну вещь». "Вперед, продолжать." «Я бы хотел, чтобы вы не сообщали Говарду Джеффри о нашем сегодняшнем разговоре, поскольку я всё ещё обдумываю, как поступить в этой ситуации». «Нет, так ты будешь слишком много думать…» «Конечно, я буду всё обдумывать… Он постоянно говорит, что мы должны быть честны друг с другом, и я уже решила полностью ему доверять, но был ли он честен со мной? Если между ними действительно ничего нет, почему он скрывает от меня свою заботу об Элис Робинсон?» Голос Ребекки Квентин дрожал, и боль в сердце была невыносимой. "Бекка…" «Генерал Леонард, умоляю вас, хорошо? Даже вы не можете понять, почему он оставил меня спасать Элис Робинсон в момент нашей свадебной церемонии. Как вы можете ожидать, что я поверю, будто он заботится обо мне больше, чем о ней? Мне нужно найти ответ самому… Если вы расскажете ему, вы уверены, что между нами что-то изменится к лучшему?» Ребекка Квентин замерла, сглотнув ком в горле, и горько улыбнулась: «Генерал Леонард, вы ведь тоже желаете мне счастья, верно? Если он больше заботится о другой женщине, чем обо мне, какой смысл быть с ним?» Выслушав её, Роджер Леонард долго молчал. Действительно, даже он сам не мог этого понять, но Бекка была права; Доре не стоило скрывать это от неё. «Бекка, знаешь что? Позже меня точно забьёт до смерти Дора». «Итак, вы согласились?» "Могу ли я отказаться?" "Спасибо…" На следующий день. Ребекка Квентин проснулась рано; после ночи размышлений она приняла решение. Да, она решила, чтобы он отложил эти пустяки и сегодня же отправился с ней в отпуск на остров Фоум. Рано утром она достала из шкафа всю одежду, принадлежавшую ей и Говарду Джеффри, а затем попросила горничную принести два чемодана… Она просто выбрала одежду, которую они часто носили, полностью заполнив два больших чемодана. Полагая, что для отпуска им не понадобится нарядная одежда, она заменила некоторые его рубашки на более повседневную одежду, которую он обычно не носил. ---------- Главы 642–335: Джози беременна от Джо Че. "Мама…" Внезапно раздался детский голосок. Ребекка Квентин быстро встала и пошла открывать дверь, где малышка держала в руках машинку на дистанционном управлении и смотрела на нее сонными глазами. Ребекка подняла Эндрю на руки и поцеловала его: «Почему ты уже проснулся?» Служанка, стоявшая рядом, сказала: «Как только молодой господин проснулся, он захотел вас найти… поэтому я его одела». "Итак, моя маленькая любимая скучает по маме…" Эндрю уронил радиоуправляемую машинку и прислонился к плечу Ребекки. Зависимость ребенка согревала сердце Ребекки, согревая ее после холодной ночи. Она нежно похлопала Эндрю по плечу и отнесла его в комнату, тихо сказав: «Хороший, еще очень рано, полежи немного на плече у мамы». Эндрю послушно закрыл глаза, а затем внезапно открыл их и спросил: «Мама, где папа?» "Папа… он вчера вечером был на работе, понимаешь, папе нужно много зарабатывать, чтобы Эндрю мог купить много игрушек, а мама — красивую одежду…" «Папа очень много работает, и в будущем я тоже буду много зарабатывать, чтобы содержать папу и маму». Ребекка ободряюще поцеловала невинное личико Эндрю: «Мм…» «Мистер Джеффри». Ребекка только что уложила спящего Эндрю на свою кровать, когда услышала почтительное приветствие служанки. Ребекка укрыла Эндрю одеялом, посмотрела в сторону двери, и ее взгляд встретился со взглядом Говарда Джеффри, входящего в комнату. Ребекка быстро жестом показала Говарду, чтобы он не будил маленького хилого мальчишку, спящего на кровати, и призвала его соблюдать тишину. Говард ускорил шаг и подошел к Ребекке, его взгляд упал на очаровательное спящее личико малыша на кровати, и он спросил: «Он спал в твоей комнате прошлой ночью?» Ребекка покачала головой: «Служанка сказала, что он хочет, чтобы я пришла к нему, как только проснется, поэтому она привела его сюда». Говард тихо ответил: «Мм», — и вдруг краем глаза заметил две большие дорожные сумки у кровати: «Это…» Ребекка не стала ждать, пока Говард закончит расспрашивать, и с восторгом потянула его на балкон. На балконе дул легкий ветерок… Ребекка посмотрела на Говарда и с улыбкой сказала: «Сначала объясни мне, почему ты не вернулся вчера вечером, а потом я объясню ситуацию с багажом». Говард потянулся и обнял Ребекку, извиняясь: «Прости, мне пришлось лично разбираться с последствиями вчерашнего вечера… теперь все улажено». В ясных глазах Ребекка улыбнулась Говарду: «Можешь рассказать, какие были последствия?» «Немного пустяков», — невнятно пробормотал Говард, затем наклонился к уху Ребекки и сказал: «Еще рано, может, продолжим вчерашние дела?» У него был хриплый голос, дыхание на её ухе, казалось, мгновенно обдало её жаром. Ребекка отвернула голову и застенчиво сказала: «Мне нужно обсудить с тобой важные вопросы!» Говард уже наклонился, чтобы поцеловать Ребекку в шею, его теплые губы нежно коснулись ее. Ребекка заерзала под его дразнящие слова, инстинктивно пожала плечами и застенчиво оттолкнула его: «Не надо так… Мне действительно нужно кое-что сказать…» Говард обнял её мягкое тело, положив подбородок на её светлый, круглый лоб: «Хорошо, я дам тебе несколько минут». Ребекка слегка отодвинулась от Говарда, посмотрела на него глазами, полными ожидания: «Давай сегодня поедем в отпуск, хорошо?» Глубокие черные глаза Говарда слегка напряглись: "Сегодня?" Ребекка кивнула и, уткнувшись своим очаровательным личиком в объятия Говарда, кокетливо сказала: «Мне вдруг очень захотелось сегодня пойти, это нормально?» «Значит, эти два чемодана вы сами собрали?» «Да, говорят, что в жизни нужно совершать спонтанные поездки, и я надеюсь, вы сможете сегодня оставить работу и поехать со мной на остров Фоум на отдых…» "Но ты же не можешь смириться с расставанием с Эндрю?" «Я только что рассказала Эндрю о наших планах на отпуск, он отнесся с пониманием, сказав, что будет хорошо себя вести дома и послушает бабушку…» «Бекка, это решение принято довольно внезапно, мне нужно всё организовать». Ребекка пробормотала, уткнувшись в грудь Говарда: «Ты же босс; тебе не нужно просить отпуск, правда?» Говард усмехнулся: «Хорошо, давайте уедем послезавтра». Ребекка надула губы и сказала: «Нет, я говорю, что сегодня». «Но мне нужно уладить некоторые дела компании…» Не успел Говард договорить, как Ребекка раздраженно перебила его: «Разве ты не спланировал наш отпуск давным-давно?» ---------- Главы 643–335: Алиса Робинсон беременна от Джо Че (Часть 2) «Знаете, непросто договориться с кем-то другим об управлении такой крупной компанией, как Skytop». «Мне всё равно, я хочу это сегодня же». «Будь хорошим человеком, послушай. Ты же знаешь, я планирую остаться с тобой на острове Фоум на шесть месяцев. Если дела компании не будут решаться должным образом, как я смогу чувствовать себя спокойно? Завтра у меня важный проект, который мне нужно будет обсудить лично, он касается интересов компании Skytop на вторую половину года». «Компания важнее меня?» — Ребекка недовольно посмотрела на него. «Бекка, не сравнивай так, ты же знаешь, что я не это имею в виду». "Тогда есть ли у этого другой смысл?" «Бекка, не будь неразумной». "Ты думаешь, я веду себя неразумно?" Да, она вела себя неразумно, ну и что! Джеффри слегка нахмурился: «Как ты мог стать таким незрелым?» «Женщины всегда были неразумными и незрелыми, разве ты не знаешь?» — Ребекка отчаянно оттолкнула его. «Бекка…» — Джеффри беспомощно смотрел на неё. Ребекка возбужденно закрыла уши: «Я тебя ненавижу, Джеффри, ты знаешь? Я тебя ненавижу!!» Сказав это, Ребекка поспешно побежала в комнату. Джеффри пристально смотрел на дверь, которую Ребекка с силой закрыла, и напряженно хмурился. Как могло так случиться? Она никогда не была такой своенравной. К вечеру Ребекка все еще была зла. Он не ожидал, что она так разозлится, весь день холодно протестуя против него. Внезапно они погрузились в беспрецедентный период холодной войны. В этот момент Ребекка сидела на балконе комнаты, глядя в небо и испытывая крайнее беспокойство и тяжесть на душе. Джеффри, глядя на хрупкий силуэт Ребекки, стоящей на балконе, молча подошел к ней и накинул на ее худое тело пальто. «Похолодало, а ты даже не подумал надеть ещё одно пальто», — в голосе Джеффри звучало нежное упрекание. Ребекка молчала и не дала вымолвить ни слова, явно всё ещё злясь на него. Она понимала, что сейчас ведёт себя с ним неразумно, но просто не хотела с ним иметь дело. Раз он честно признался, что потерял контроль над ситуацией после вчерашнего инцидента, почему он все еще увиливает от ответа? Может быть, как она и подозревала, он вчера вечером ходил к Алисе? Понимал ли он, сколько усилий она прилагала, чтобы подавить свои эмоции и просто поговорить с ним рационально прямо сейчас? Он утверждал, что честен и заслуживает доверия, но на самом деле скрывал самые сокровенные вещи… Она могла отпустить все, кроме его отношений с Алисой… она не могла не переживать по этому поводу. Джеффри положил подбородок на тонкое плечо Ребекки, крепко обняв её. "Ты всё ещё злишься на меня?" Да. Ребекка молчала, упрямо отказываясь говорить. «Прошёл целый день, а ты всё ещё не хочешь со мной разговаривать?» Не хочу, даже немного не люблю! «Завтра я займусь делами компании, а послезавтра поеду с тобой. Я уже попросил Лизу составить мой график на вторую половину года… Обещаю, как только мы доберемся до острова, я не буду обсуждать дела, а только поеду с тобой». На самом деле, он думал, что уговорить ее будет легко, всего один день. Ребекка искоса взглянула на него. Вот опять он, никогда не учитывает ее чувства, всегда диктаторски принимает все решения. Равнодушное отношение Ребекки немного вывело Джеффри из себя. Он отпустил её, его тёмные глаза уставились на её холодное лицо, он беспомощно взял её за руку и мягко уговаривал: «Не будь такой, это всего лишь разница в один день, верно?» «Дело не в разнице в один день, а в том, действительно ли ты считаешь меня важной. Неужели завтрашний проект настолько важен? Даже если он принесет существенную прибыль, неужели ты не можешь хотя бы раз отдать его мне? Мы оба знаем, что у тебя нет недостатка в деньгах», — холодно ответила Ребекка. Да, она подначивала его, хотела подразнить, неужели это и есть честность? «Если ты действительно считаешь, что ждать хотя бы один день невозможно… хорошо, я прямо сейчас позвоню Лизе, чтобы отменить завтрашнюю встречу, и мы уйдем». Сказав это, Джеффри достал телефон. Услышав это, Ребекка смягчила свою позицию и поспешно выхватила телефон из рук Джеффри: «Я не настолько неразумна… Просто меня расстраивает, что ты, похоже, ставишь «компанию» выше меня. Раз уж уже так поздно, подожди еще один день!» Если ему действительно нужно будет заниматься делами завтра, она не хочет выглядеть избалованной и неразумной в его глазах, это не тот результат, которого она желает. «Глупышка, никто не сравнится с тем местом, которое ты занимаешь в моем сердце… Если тебе что-нибудь понадобится, я тебе обещаю». «Но ты часто не выполняешь своих обещаний», — возразила Ребекка, мило надув губы. Он был готов бросить все, чтобы поехать с ней на Пенный остров, давая понять, что остался в Нью-Йорке не из-за кого-то другого, возможно, это действительно были просто деловые отношения, как он и говорил. Джеффри мягко улыбнулся, не говоря ей того, что хотел сказать. На самом деле, он сдержал все свои обещания, просто иногда она этого не понимала. «Да, я буду стремиться сдерживать свои обещания в будущем». Джеффри приподнял подбородок Ребекки и нежно поцеловал её. "Пойдем послезавтра?" «Хм, послезавтра поедем». Джеффри кивнул. Почему он решил отправиться на Остров Пены послезавтра, она скоро узнает, но он пока не хотел раскрывать этот сюрприз. «Тогда завтра я пойду с тобой в компанию». «Не нужно, завтра скорее светское мероприятие, не подходящее для вас». В глазах Джеффри мелькнул едва заметный намёк. Услышав это, сердце Ребекки, наконец-то успокоившееся, снова наполнилось тревогой, но, хорошенько подумав, она решила, что должна ему доверять. «Хорошо», — Ребекка потянула Джеффри за воротник. — «Тогда завтра закончи свои дела и вернись, а если будешь встречаться с клиенткой, тебе нельзя с ней пить…» Внезапно Ребекка изменила тон: «Боюсь, после выпивки ты будешь плохо себя вести». Слова Ребекки позабавили Джеффри. «Над чем ты смеешься? Разве мои опасения не вполне нормальны?» — недоуменно спросила Ребекка. Джеффри ласково потрепал волосы на лбу Ребекки: «Глупышка, только с тобой я бы так себя вел после выпивки». Иногда она действительно очаровательна. «Я не могу в это поверить…» "Тогда попробуйте?" «Как попробовать?» В этот момент Джеффри подхватил Ребекку на руки и посадил её горизонтально. Ребекка инстинктивно протянула руку и обхватила шею Джеффри: «Куда?» «Чтобы почувствовать, каково это – плохо себя вести после выпивки». Джеффри поцеловал Ребекку в лоб. "Питьевой?" «Внимание уделяется не первому слову, а последнему». Услышав слова Джеффри, Ребекка сильно покраснела и уткнулась головой в его теплые объятия. ---------- Глава 644–336: Остров уже подготовлен 1 На следующий день. Ребекка Квентин была занята на кухне, когда раздался нежный, теплый голос: «Бекка…» Ребекка Квентин вышла из кухни и сказала: «Мама…» «Почему ты не хочешь вздремнуть? Чем ты занят на кухне?» «Тетя Мэй научит меня готовить суп!» — Ребекка Квентин ярко улыбнулась. Ее кулинарные способности были довольно неплохи, но вот суп у нее получался не очень, а Говард Джеффри был привередливым в еде, поэтому она училась у тети Мэй, чтобы улучшить свои навыки. Таким образом, Говард Джеффри мог часто пить суп, приготовленный ею лично. «Вы собираетесь отнести это Говарду Джеффри позже?» — спросила миссис Джеффри. Было так приятно видеть молодую пару такой влюбленной. «Нет, я подожду, пока он вернется домой, и выпью это сам». «Тогда я ему позвоню и попрошу вернуться пораньше». Ребекка Квентин улыбнулась: «Не нужно, у него сегодня встреча, и он может немного опоздать». «О, это не так. Вы двое завтра уезжаете в отпуск и, возможно, не увидитесь полгода... Говард Джеффри должен быть дома сегодня вечером на ужине с Эндрю и со мной». Ребекка Квентин кивнула: «Хорошо». «Тогда я ему позвоню». В то же время. Ранней осенью стояла прохладная погода, и медсестра закрыла окно палаты. «Мисс Робинсон, возьмите немного фруктов!» Смотритель разрезал импортное яблоко и положил его перед Алисой Робинсон. «Я сейчас ничего не хочу есть, просто оставь это здесь», — Элис Робинсон смотрела в прозрачное окно, ее лицо было бледным и бесцветным. Медсестра посоветовала: «Мисс Робинсон, вам следует что-нибудь съесть... если вы ничего не будете есть, как ребенок в вашем животе сможет это выдержать... Даже если вы не думаете о себе, вы должны думать о ребенке». В тот день, когда она очнулась от комы, она уже лежала в этой больнице... Она была весьма удивлена ​​тем, что Говард Джеффри отпустил её. Она постоянно настаивала на выписке, но все в больнице были людьми Говарда Джеффри, и ей не разрешалось никуда выходить, кроме как оставаться в палате. Она не понимала, почему Говард Джеффри хотел оставить ее там, пока врач не сообщил ей, что она беременна, срок беременности превышает два месяца. Она была поражена... Прожив с Честером Робинсоном столько лет, она всегда была очень осторожна и никогда не попадала в аварии, но все же никак не ожидала... Она ненавидела Честера Робинсона, ненавидела этого ребенка, она категорически не хотела вынашивать ребенка Честера Робинсона! В последние несколько дней ее эмоции ни на секунду не успокаивались, а прошлой ночью она даже стучала себя по животу... В итоге пришел Говард Джеффри... Та «чистота», которой она всегда гордилась, внезапно рухнула перед ним; перед Говардом Джеффри она выглядела как сумасшедшая, давно утратившая былое очарование. Она не могла этого вынести, даже думала о самоубийстве, потому что ей больше не для чего было жить... Но когда ее безумие достигло своей цели и боль пронзила все ее тело, в этот момент она внезапно запаниковала... Она и представить себе не могла, что так растеряется, окажется в таком замешательстве... Люди Говарда Джеффри уложили её обратно на кровать, и врач быстро осмотрел её... К счастью, с ребенком все было в порядке, только беременность была немного нарушена. Врач сказал, что ей нужно хорошо восстановиться, иначе это действительно может привести к выкидышу... Она не могла поверить своим ушам, когда врач сказал ей, что ребенок в безопасности, она была так счастлива... Она не понимала, почему всё так происходит? Почему её должно было волновать это дитя? Ей было совершенно всё равно, она даже ненавидела этого ребёнка, так почему же? Элис Робинсон закрыла лицо руками и безудержно заплакала. Увидев это, медсестра быстро поддержала дрожащее тело Алисы Робинсон и нервно сказала: «Мисс Робинсон, вам нельзя допускать таких эмоциональных перепадов, это вредно для ребенка…» Послушавшись совета медсестры, Элис Робинсон быстро перестала плакать и потянулась к своему животу... Медсестра вздохнула с облегчением и сказала: «Мисс Робинсон, вы ничего не ели весь день, и ваш малыш тоже проголодается... Я принесу вам горячего супа, хорошо?» Элис Робинсон вытерла слезы с уголков глаз и кивнула. Медсестра удовлетворенно улыбнулась, затем встала. «Подождите…» — внезапно схватила медсестру Элис Робинсон и серьезно спросила: «Есть больше фруктов полезно для ребенка, верно?» Медсестра ответила с улыбкой: «Конечно, если будущая мама будет есть больше фруктов, ребенок обязательно будет очень здоров, особенно с хорошей кожей…» «Тогда я хочу съесть яблоко, которое ты только что для меня нарезал». Медсестра кивнула: «Хорошо, сначала я принесу вам суп, а потом почищу яблоко». «Кстати, за дверью стоит мужчина с фамилией Вуд?» «Да, он подчиненный мистера Джеффри, он находится прямо снаружи». ---------- Глава 645-336: Остров уже готов 1_2 "Вы можете впустить его?" «Хорошо, я позвоню ему за тебя». В следующее мгновение Джейсон Вуд толкнул дверь и вошел в палату. Элис Робинсон слабо облокотилась на изголовье кровати, ее голос был слегка хриплым: «Джейсон, не мог бы ты оказать мне услугу?» Джейсон Вуд кивнул. «Я хочу увидеть Говарда Джеффри». «Начальник считает, что вам нужно только отдохнуть и вам не нужно его видеть». «Не волнуйтесь, я не буду делать ничего глупого… Я просто хочу спросить его о Честере Робинсоне». Закончив варить суп, Ребекка Квентин увидела в холле миссис Джеффри с радостным выражением лица. Миссис Джеффри пожаловалась: «Бекка, я только что позвонила Говарду. Этот сопляк сказал, что у него сегодня ужин, нет времени поужинать со мной…» Ребекка Квентин шагнула вперед, чтобы поддержать миссис Джеффри, слегка нахмурившись: «Он сказал, что сегодня вечером не вернется?» "Да!" Ребекка Квентин сразу же почувствовала некоторое разочарование. Миссис Джеффри не удержалась от критики: «Говард — это что-то с чем-то, завтра уезжает в отпуск, а тут даже обедать не хочет эта старушка». Ребекка Квентин хранила молчание. Увидев, что Ребекка Квентин не реагирует, миссис Джеффри с беспокойством спросила: «Что случилось, Бекка?» «Ничего, когда я уходил сегодня утром, он сказал, что вернется сегодня днем». «Может, он в последний момент договорился о встрече за ужином?» Ребекка Квентин кивнула. Почему он ей не позвонил? «Я поднимусь наверх и посмотрю, проснулся ли Эндрю». "Хорошо." После того как миссис Джеффри ушла, Ребекка Квентин прислонилась к дивану и достала телефон, чтобы позвонить Говарду Джеффри. В этот момент зазвонил ее телефон. Увидев на экране ласковое имя, Ребекка Квентин быстро нажала кнопку ответа: «Здравствуйте…» Телефон выдал глубокий, притягательный голос Говарда Джеффри: «Дорогая». "Хм?" «Возможно, я вернусь сегодня поздно». «Мама уже сказала мне… Разве ты не говорил, что можешь закончить совещание во второй половине дня?» «Клиент хочет поужинать со мной». "Ой." «Ведите себя хорошо, я вернусь после ужина». "Хорошо!" Закончив разговор с Говардом Джеффри, Ребекка Квентин с унынием пожала плечами. Поскольку было еще рано, Ребекка Квентин решила ненадолго выйти. Переодевшись в выходную одежду, она только спустилась вниз, когда услышала радостный зов: «Мамочка…» Ребекка Квентин подхватила на руки бежавшего к ней Эндрю, поцеловала его только что проснувшееся, румяное личико и спросила: «Милый мой, ты проснулся?» Миссис Джеффри подошла, усмехнувшись: «Он просто приставал, спрашивал о вас!» Ребекка Квентин довольно улыбнулась. "Бекка, ты куда-то идёшь?" «Да, я хочу встретиться с одним знакомым». Хотя это был человек, который им обоим особо не нравился. «Хорошо, пусть телохранитель пойдет с тобой». "Хорошо." «Мама, я тоже хочу пойти…» Раздался детский голосок Эндрю. Ребекка Квентин покачала головой: «Нет, Эндрю, мама не пойдет играть, у мамы есть дела». Эндрю надулся, цепляясь за Ребекку Квентин. «Всегда обожающая Эндрю», — со смехом сказала миссис Джеффри. — «Эндрю так к тебе привязан, просто возьми его с собой. Думаю, твой друг не будет против». Миссис Джеффри предположила, что под словом «знакомый» подразумевается друг. Не желая волноваться, Ребекка Квентин могла лишь неохотно кивнуть: «Хорошо!» Эндрю выглядел в восторге. Спустя более часа Ребекка Квентин прибыла в больницу в центре Нью-Йорка. Да, знакомой, с которой она хотела встретиться, была Элис Робинсон. Она считала, что для понимания причин, побудивших Говарда Джеффри помочь Алисе, она сможет получить истинный ответ только от самой Алисы. Конечно, она умела отличать правду от вымысла. «Мама, где это место?» Эндрю, держа Ребекку Квентин за руку, с любопытством огляделся по сторонам. Ребекка Квентин ответила с улыбкой: «Это больница, место, где люди остаются, когда болеют». "Ой." Ребекка Квентин отвела Эндрю в палату. Если она правильно прочитала историю болезни при поступлении, то Элис Робинсон должна была находиться в этом отделении больницы. Ребекка Квентин опустилась на колени и сказала Эндрю: «Маме нужно поговорить с тётей, которая внутри, а ты веди себя хорошо и оставайся с этими дядями, мама скоро выйдет». Эндрю послушно кивнул. Затем Ребекка Квентин передала Эндрю одному из сопровождавших её телохранителей. Ребекка Квентин, стоя у двери палаты, тихо постучала. Изнутри послышались шаги, а затем перед Ребеккой Квентин появилась медсестра. Ребекка Квентин доброжелательно улыбнулась: «Здравствуйте, мисс Робинсон здесь?» Медсестра, заметив, что Ребекка Квентин ей чем-то знакома, но не сумев вспомнить, кто она, увидела, что Ребекка Квентин знает имя Алисы, и прямо ответила: «О, вы подруга мисс Робинсон? Ее только что выписали». Ребекка Квентин удивилась: «Выписана?» Медсестра ответила: «Да, она уже завершила процедуру выписки сегодня днем». «О, она ушла одна?» Прежде чем медсестра успела ответить Ребекке Квентин, сзади раздался зов. Медсестра быстро сказала: «Извините, мне нужно уделить внимание новому пациенту… Если вам понадобится ее помощь, позвоните мисс Робинсон!» Ребекка Квентин благодарно кивнула. К сожалению, Элис Робинсон уже выписали из больницы. На самом деле, теперь она чувствовала себя намного спокойнее. Ее визит к Элис Робинсон был отчасти направлен на то, чтобы прояснить ситуацию, а также узнать у Элис новости о Честере Робинсоне. В любом случае, она хотела услышать от Честера прямое объяснение. Однако на данный момент, похоже, эти вопросы не могут быть прояснены… В этот момент она внезапно почувствовала, что всё это больше не имеет значения. Она и Говард Джеффри собирались отправиться в отпуск на остров Фоум; полгода спустя Элис Робинсон и Честер Робинсон окажутся совершенно не в своей тарелке… Поэтому не имело значения, удастся ли это выяснить… Главное, чтобы она была с Говардом! Вернувшись из больницы и проезжая мимо "Скайтопа", Ребекка Квентин решила свозить Эндрю в "Скайтоп". Она мило подумала, что Говард, вероятно, еще не на ужине, и что встреча с ней и Эндрю наверняка его обрадует. Но, придя в офис, она обнаружила, что Говард уже ушел с клиентом. Ребекке Квентин сначала нужно было отвезти Эндрю домой. По дороге домой малышка сидела у нее на коленях, с любопытством разглядывая окно машины и, казалось, полная удивления перед окружающим миром. «Мама, зачем это?» — с любопытством спросил малыш. ---------- Глава 646-337: Остров уже подготовлен 2 «Это банк, здесь люди хранят свои деньги». «Что значит „хранить деньги“?» "Эм-м-м…" «А там?» "Это называется отель, отель — это…" "Мама, папа!" "Что, папа?" "Папа вон там!" Малыш внезапно очень разволновался и начал прыгать на ноге Ребекки Квентин. Ребекка Квентин проследила за мизинцем Эндрю и наконец заметила, как кто-то выходит из машины на парковке отеля. Это был Говард Джеффри. Ребекка Квентин улыбнулась и сказала: «Эндрю, у тебя такие яркие глаза…» «Мама, пойдём найдём папу». «Нет, папа сейчас на работе, мы не можем его беспокоить». "Ох…" — протяжный голос малыша звучал одновременно понимающе и жалко. Ребекка Квентин поцеловала Эндрю, затем улыбнулась и снова посмотрела в окно. В следующую секунду взгляд Ребекки Квентин замер. "Мамочка, мамочка…" Плач малышки вывел Ребекку Квентин из оцепенения: "Хм?" «Что такое отель?» «Отель — это…» Ребекка Квентин не стала продолжать отвечать, а подняла глаза и снова посмотрела в окно машины, и Говарда Джеффри уже не было видно. "Мама…" «Милый мой, мама сейчас отвезет тебя в отель, чтобы ты нашел папу, хорошо?» — внезапно сказала Ребекка Квентин Эндрю. "Хорошо." Затем Ребекка Квентин сказала телохранителю и водителю на переднем сиденье: «Остановите машину у отеля Йорстон!» В этот момент Ребекка Квентин в солнцезащитных очках повела Эндрю к отелю. Эндрю, держа маму за руку, радостно прыгал рядом. Войдя в холл отеля, Ребекка Квентин заметила, как Говард Джеффри вместе с тем человеком скрылся в только что закрывшемся лифте. Ребекка Квентин попыталась потянуть Эндрю к лифту, но в спешке случайно споткнулась о чемодан гостя, из-за чего упала на колени и чуть не расплакалась от боли. «Мисс, вы в порядке?» Глухой удар Ребекки Квентин о землю мгновенно привлек внимание окружающих. Судя по звуку, определенно есть синяки и отеки, и я боюсь, что коленная чашечка также может быть сломана… Но, стремясь догнать Говарда Джеффри, Ребекка Квентин игнорировала боль в коленях, терпя ее, чтобы подняться, но колени словно протестовали, ослабли и не могли удержать ее в положении стоя. Ребекке Квентин пришлось опереться на руку доброго человека, и, когда она почувствовала себя в равновесии, она медленно двинулась вперед. "Мама… ты поранилась?" Малышка увидела нахмуренное лицо мамы и, понимая, поддержала её. «Нет… со мной все в порядке, пойдем найдем твоего папу». Ребекка Квентин подняла взгляд на панель управления лифтом и заметила, что он остановился на шестом этаже. Ребекка Квентин проводила Эндрю в лифт и нажала цифру «6». Лифт остановился на шестом этаже, и Ребекка Квентин вывела Эндрю наружу. На шестом этаже располагался ресторан отеля. Ребекка Квентин, стиснув зубы от боли в ноге, огляделась в поисках фигуры Говарда Джеффри. Внезапно она обнаружила его в тихом месте у окна… Однако напротив него сидела именно та, кого она боялась увидеть — Элис Робинсон. С ее прекрасным лицом, стройной фигурой и в белом платье Элис Робинсон выглядела еще более хрупкой и жалкой. Изображение Алисы становилось все четче и отчетливее, отчего сердце Ребекки Квентин сжалось, словно от удара, и ей стало трудно дышать. Ребекка Квентин ахнула от боли, ее глаза быстро затуманились слезами… Эндрю пожал руку Ребекке Квентин: «Мама, ты поранилась?» Увидев блеск в глазах Ребекки Квентин, Эндрю немного забеспокоился. Ребекка Квентин изо всех сил старалась сдержать слезы, боль в коленях не проходила, но по-настоящему ее ранило то, что она увидела перед собой. У неё так сильно болело сердце… Почему? Почему он ужинал с Алисой? Разве он не говорил, что сегодня вечером встречается с клиентом? Она так ему доверяла; пока он все объяснял, даже если она сомневалась, она заставляла себя ему доверять, но… почему он ее обманул? Почему? Может быть, из-за того, что завтра они уезжают в отпуск, он хотел провести сегодня время с Алисой? Почему он солгал ей, сказав, что сегодня дело по работе? Может, поэтому он вчера не хотел сразу ехать в отпуск? Почему? Почему… Ребекка Квентин не понимала, как ей удалось развернуться и вернуться к лифту, но, войдя в него, она слабо рухнула на пол, не в силах подняться. Она больше не могла этого выносить, сердце болело так сильно, просто ужасно… ---------- Глава 647-337: Остров создан Эндрю чувствовал себя все более и более неловко и мог лишь присесть рядом с мамой. Двери лифта внезапно распахнулись, и добрый человек, увидев раненую Ребекку Квентин, немедленно помог ей выйти из лифта. Телохранители, которым Ребекка Квентин велела оставаться на парковке, увидели официанта отеля, помогающего ей подойти, и тут же отнесли ее в машину. Увидев, что мама плачет, Эндрю не захотел искать папу, поэтому спокойно позволил дяде-телохранителю отнести его в машину. Вернувшись домой, все члены семьи Джеффри были потрясены, увидев Ребекку Квентин, которая беззвучно плакала… Ей часто задавали вопросы, но она молчала, отказываясь отвечать, и удалялась в свою комнату, плотно завернувшись в простыни. «Как это могло произойти после поездки в центр города?» — обеспокоенно спросила миссис Джеффри за дверью. «Мы тоже не уверены. В то время леди Джеффри не разрешила нам сопровождать ее в отель…» — телохранитель, склонив голову, испуганно объяснил. Миссис Джеффри повернулась, чтобы спросить об Эндрю, которого держал на руках слуга: «Малыш, что случилось с мамой?» Эндрю наклонил своё милое личико и нахмурился, сказав: «Мамочка… ударился обо что-то, больно… больно!» «Где она получила травму? Как она получила травму?» Миссис Джеффри понимающе кивнула и тут же велела слуге: «Пусть придет доктор Хорас и осмотрит. Если у нее травмировано колено, это не пустяк». «Да». Когда служанка повернулась, чтобы уйти, ей вдруг пришла в голову мысль сообщить хозяину о травме госпожи, и она не удержалась от вопроса: «Мадам, может, нам стоит позвать мистера Джеффри и попросить его вернуться пораньше?» «Похоже, он ведет активный образ жизни». Эндрю пожал руку миссис Джеффри: «Бабушка, Эндрю хочет папу…» Миссис Джеффри не смогла отказать своему любимому внуку и кивнула слуге: «Тогда просто сообщите Говарду!» Говарду позвонили из дома, и, узнав, что Ребекка Квентин получила травму, он немедленно помчался обратно. Первое, что он сделал, вернувшись домой, — бросился наверх, открыл дверь и направился прямиком в постель к своей любимой жене. "Бекка!" Эта проклятая женщина, он как раз немного опоздал домой, как она умудрилась получить травму? Если бы её ноги сейчас не были обмотаны толстыми слоями марли, он бы её хорошенько отругал. «Сынок, Бекке только что сделали укол, и она уснула, не будите ее». Миссис Джеффри стояла у двери, осматривая поврежденную дверь и жалея ее! Понятно, что он очень хотел увидеть Бекку, но даже нетерпение не должно было заставить его так бездумно вывернуть дверь. Тот факт, что дверная ручка отвалилась из-за его силы… это была поистине огромная разрушительная сила. «Мама, как Бекка так пострадала?» Разве дома с ней не должно было быть в порядке? «Она вышла, а потом вернулась вот так». "Она вышла?" Сердце Говарда замерло. «Да, сегодня днем ​​она сказала, что собирается встретиться с кем-то знакомым, и поскольку дома ей было скучно, я отпустил ее… Эндрю тоже пошел с ней. По словам телохранителей, она пошла в больницу, а потом…» В ходе исследования Говард был в ярости. Острые, как у орла, черные глаза Говарда холодно окинули взглядом людей перед ним: «Почему меня не предупредили, когда она вышла?» Двое телохранителей робко опустили головы перед лицом всепоглощающей ярости своего босса, и только один осмелился тихо объяснить: «Мы планировали доложить вам после возвращения, но…» Телохранитель не осмелился упомянуть о травме Ребекки Квентин, опасаясь, что это вызовет еще больший гнев Говарда. «Я думал, что не сказал ей ничего такого, что, каким бы незначительным ни было, должно было быть от меня скрыто». Телохранители не осмелились произнести ни слова, низко склонив головы. В этот момент с улицы вошел Джейсон Вуд. Двое телохранителей посмотрели на Джейсона Вуда, словно ухватившись за спасательный круг, и оба вздохнули с облегчением. Джейсон Вуд сказал: «Босс, я проверил записи с камер видеонаблюдения отеля… любовница споткнулась о чемодан, и, судя по ситуации, она получила серьезные травмы». «Как ты её защитил?» — сердито спросил Говард. «Леди Джеффри не позволила нам войти внутрь, она сказала, что скоро выйдет…» — дрожащим голосом произнес телохранитель, боясь вызвать гнев босса. «С завтрашнего дня вам не нужно будет возвращаться!» Телохранители не сочли нужным возражать и молча покинули кабинет. Джейсон Вуд тихо вздохнул: «Думаю, они никак не ожидали, что произойдёт такая авария». Говард сердито откинулся на спинку своего офисного кресла, его красивое лицо было мрачным и серьезным. Джейсон Вуд тихо произнес: «Босс, я думаю, вы больше не сможете скрывать дела от любовницы…» Говард откинулся на спинку стула, устало потирая лоб: «Я знаю». «И тут только что позвонил Ройе; остров уже готов». Говард поднял голову, подавляя усталость, и глубоко вздохнул, его тон стал немного спокойнее: «Хорошо, теперь можешь уходить!» Джейсон Вуд кивнул, затем повернулся и ушел. Говард с любовью поглаживал нежную светлую кожу головы Бекки, глядя на свою милую жену, которая крепко уснула, и испытывая множество душевных мук от того, что он нечаянно причинил ей вред. Он уже дал Лизе Сесили все указания по всем вопросам компании. Вице-президент займется этим во второй половине года, так что у него есть полгода, чтобы посвятить ей… он даже планирует полностью отойти от дел, как его старший брат, позволив всему его миру вращаться исключительно вокруг нее. Он знал, что в прошлый раз, когда она приходила в компанию, она видела эту запись о приеме. В тот момент он рассердился и отругал её, но знала ли она, почему он был так взбешен? Потому что в тот момент он испугался, боялся, что она задаст ему вопросы… Бог знает, сколько раз в глубине души он сожалел о том, что на этот раз был с ней так суров? Видя, что она явно обижена, но делая вид, что ему все равно, как он мог не понимать, как сильно она старается сохранить их отношения? Он просто колебался, но если бы знал, что из-за сегодняшнего недоразумения она пострадает, он бы предпочел рассказать ей все с самого начала. «Что сказал доктор?» — спросил Говард миссис Джеффри, которая тоже была глубоко расстроена, стоя рядом с ним. «Врач сказал, что если бы Бекка упала сильнее, у нее мог бы быть оскольчатый перелом». «Как это может быть так серьезно?» — Говард в отчаянии сжал простыни. «Телохранители сказали, что в тот момент персонал отеля помог Бекке добраться до парковки, так что, должно быть, ей было очень больно». Миссис Джеффри осторожно похлопала Говарда по плечу: «Все в порядке, врач сказал, что болит, но, к счастью, это не травма костей или мышц, а поверхностная рана, и она быстро поправится после нескольких дней отдыха». Говард нежно погладил её лицо. Узнает ли она, как сильно болит его сердце в этот момент? Миссис Джеффри сказала: «Я поручу слугам приготовить для Бекки костный бульон, чтобы помочь ей поправиться… Кстати, Бекка провела все утро, учась готовить суп с тетей Мэй на кухне, а днем ​​сварила целую кастрюлю. Она сказала, что суп очень вкусный, и ждала, когда вы вернетесь и похвалите ее!» ---------- Главы 648–338: Остров уже подготовлен 3 "Этот дурак…" — Говард покачал головой, в его глазах читались самообвинение и чувство вины. Миссис Джеффри с любовью сказала: «Бекка сейчас травмирована, я думаю, поездку на остров Фоум следует отложить… давайте подождем, пока Бекка выздоровеет». Говард кивнул, а затем внезапно спросил: «Где Эндрю?» «Слуги с ним, я сейчас спущусь вниз, чтобы его покормить». «Мама, в последнее время Бекка травмирована, поэтому, пожалуйста, позаботься об Эндрю побольше». «Конечно, мне бы очень хотелось, чтобы Эндрю приставал ко мне каждый день!» Когда миссис Джеффри повернулась, чтобы выйти из комнаты, она спросила: «Может, мне принести ужин для Бекки?» «Давайте подождем, пока Бекка проснется!» Глядя на повязку на колене Ребекки Квентин, Говард склонил голову и поцеловал ее поврежденное колено, испытывая чувство вины. "Хорошо." Затем миссис Джеффри ушла и тихо закрыла дверь. Говард прислонил свою усталую голову к руке; в последнее время он ни на минуту не отвлекался от мыслей и чувствовал себя очень измотанным… Каждую ночь, просыпаясь, он смотрел на нее рядом с собой; только когда он видел, как она сладко спит, прижавшись к нему, он чувствовал себя спокойно. Говард осторожно лег на другую сторону кровати, очень осторожно притягивая тело Ребекки Квентин ближе, чтобы она могла опереться на его грудь во сне. Он привык спать с ней каждую ночь, привык к неповторимому аромату ее тела; он никогда не смог бы смириться с тем, что другая женщина будет так нежно обнимать его, как она сейчас. Говард еще раз поцеловал гладкий лоб Ребекки Квентин, закрыл глаза, почувствовал ее красоту в своих объятиях и быстро последовал за ней в страну грез. На следующий день. «Выпей немного этого; это суп, который приготовила сама мама. Врач сказал, что он полезен для восстановления колена». Говард поднес ложку супа к губам Ребекки Квентин. Ребекка Квентин не разговаривала с Говардом. Она взяла миску с супом из рук Говарда и отпила его ложкой за ложкой. Ребекка Квентин явно холодно относилась к Говарду. Костный суп был восхитительным, но с каждой ложкой, которую она клала в рот, он казался горьковатым. Ребекка Квентин надеялась, что быстро придет в себя; ей нужны были силы, чтобы поговорить с ним об Элис Робинсон. В этот момент она не могла выносить его близости; одна мысль о его обмане возвращала воспоминания о его прошлых обещаниях, делая ее невыносимой и ироничной. Какова бы ни была причина, если он намерен скрывать это от нее, находясь с одной стороны с ней, а с другой — в отношениях с Алисой, она этого не допустит. После того, как Ребекка Квентин выпила суп, ее бледный цвет лица слегка восстановился благодаря теплу. Она поставила тарелку и сказала: «Говард, я скучаю по своей сестре. Можешь разрешить ей прийти и составить мне компанию?» Говард подозрительно посмотрел на Ребекку Квентин: «Она совсем недавно вернулась в деревню». «Я сейчас травмирована и не могу встать с постели, я хочу, чтобы она пришла поговорить со мной». «Я оставила работу; теперь всё моё время посвящено тебе». Ребекка Квентин улыбнулась и сказала: «Вы уверены, что обо всем позаботились?» Она посмотрела ему в глаза, пытаясь найти в них хоть каплю вины или раскаяния, но ничего не обнаружила. В его глазах, глубоких и непостижимых, читалась обычная для него рациональность. «Если вы хотите, чтобы ваша сестра приехала, я привезу её сюда в ближайшие несколько дней». «Нет, мне это нужно как можно скорее». Мимолетная тьма на лице Ребекки Квентин была почти незаметна, но ее все же уловил острый взгляд Говарда. «Тогда я позвоню ей и попрошу прийти сегодня». "Спасибо." «Бекка, когда тебе станет лучше, мы поедем на остров Пена». Говард держал Ребекку Квентин за руку, его голос был нежным и теплым. Ребекка Квентин равнодушно убрала руку и небрежно кивнула: «Устраивайте сами». «Позволь мне пригласить тебя позагорать». "Хм." Говард приподнял одеяло и осторожно обнял Ребекку Квентин за талию: «Если у тебя болит рана, ты должна мне сказать». «Хорошо». Волна печали поднялась в сердце Ребекки Квентин; боль от раны была несравнима с болью внутри. На третий день после травмы Ребекки Квентин прибыла Кристин Куинн. Поскольку повязку с колена еще не сняли, Ребекка Квентин пока могла только сидеть в инвалидном кресле. Кристин Куинн теперь подталкивала Ребекку Квентин погреться на солнышке в саду. Сады в Нью-Йорке отличаются от садов в «Цветочном королевстве». Там не принято высаживать слишком много цветов и растений, обычно предпочитают зеленые газоны, но некоторые дорогие виды деревьев украшают свежий и ароматный сад. Кристин Куинн подтолкнула Ребекку Квентин и сказала: «Этот сад такой большой, что его можно превратить в поле для гольфа; у Говарда действительно нет воображения». ---------- Глава 649-338: Остров уже подготовлен 3_2 Глаза Ребекки Квентин, лишенные света, были устремлены вдаль, она не слышала, что говорила Кристин Куинн. Кристин Куинн заметила, что Ребекка Квентин отвлеклась, внезапно остановила инвалидное кресло, присела перед ней и спросила: «Бекка, ты меня только что слышала?» "О?" — Ребекка Квентин выглядела ошеломленной и извиняющимся тоном сказала: "Прости, сестрёнка… Что ты только что сказала?" Кристин Куинн вздохнула: «То, что я сказала, неважно; важно то, что ты сегодня уже в третий раз рассеяна». "Мне жаль…" Кристин Куинн нежно обняла худые плечи Ребекки Квентин и искренне сказала: «Бекка, то ли это интуиция, то ли атмосфера между тобой и Говардом Джеффри, я чувствую, что между вами что-то не так… Ты хотела, чтобы я приехала в Нью-Йорк с тобой, значит, тебе есть что мне сказать, и у меня есть предчувствие, что это не к добру». Ребекка Квентин внезапно протянула руку и обняла Кристин Куинн. Кристин Куинн крепко обняла Ребекку Квентин, нежно поглаживая её худую спину: «О чём бы ты ни думала, просто скажи мне, сестрёнка… Знаешь, я точно могу помочь тебе облегчить твою печаль». "Сестра, я…" Ребекка Квентин прислонилась к плечу Кристин Куинн, не решаясь заговорить. Кристин Куинн ласково погладила Ребекку Квентин по спине: «Не бойся, говори…» Ребекка Квентин медленно отпустила Кристин Куинн, в ее глазах едва заметно блестели слезы, а отражение солнечного света делало их еще более мерцающими. Увидев затуманенность в глазах Ребекки Квентин, Кристин Куинн вздрогнула и нервно спросила: «Бекка, что случилось?» Ребекка Квентин опустила голову, прикусила губу и слегка покачала головой. "Говард Джеффри издевается над тобой?" Ребекка Квентин хранила молчание. Кристин Куинн внезапно рассердилась: «Этот проклятый мужик, он смеет тебя запугивать… Я сейчас же его найду и все улажу». Когда Кристин Куинн уже собиралась встать, Ребекка Квентин протянула руку и схватила Кристин Куинн за руку. "Не надо…" Кристин Куинн раздраженно спросила: «Скажите, как он вас запугивал?» Ребекка Квентин крепко обнимала Кристин Куинн, но продолжала качать головой. Кристин Куинн сжала кулаки: «Бекка, клянусь, если ты мне не скажешь, я обязательно пойду и попрошу Говарда Джеффри уточнить!» Ребекка Квентин прижалась к Кристин Куинн, внезапно закрыв лицо руками от беспокойства: «Сестра, я правда не знаю, что теперь делать». Кристин Куинн снова присела на корточки, обнимая Ребекку Квентин: «Что случилось? Быстро расскажи мне». Ребекка Квентин разрыдалась, рассказывая Кристин Куинн о том, как между ней и Говардом Джеффри возникло отчуждение после свадьбы. Услышав это, Кристин Куинн начала ругаться: «Этот проклятый Говард Джеффри, он что, сорвал вашу свадьбу ради Элис Робинсон, и до сих пор с ней закрутил роман… Не могу поверить, что я хорошо о нем отзывалась в вашем присутствии!» В отличие от гнева Кристин Куинн, Ребекка Квентин хранила молчание, ведь за последние несколько дней она много раз плакала, и лишь слезы оставались в ее глазах. Кристин Куинн с болью в сердце спросила: «Бекка, почему ты не рассказала мне раньше о его связи с Элис Робинсон?» Ребекка Квентин глубоко вздохнула, ее взгляд был устремлен вдаль, словно она погрузилась в воспоминания, и тихо ответила: «С того дня, как я встретила его в двадцать лет, я знала, что хотеть быть с ним будет непросто… С двадцати до двадцати восьми лет каждая секунда после знакомства с ним была посвящена любви к нему. Я изо всех сил старалась сблизиться с ним и мудро дистанцировалась от него, но, несмотря ни на что, он всегда был самым важным человеком в моей жизни… Наконец, я ждала дня, когда мы сможем быть вместе; я была так счастлива, что даже сны будили меня с улыбкой. Я не возражала против того, что он скрывал от меня Честера Робинсона, предпочитая брать на себя опасности, чтобы его план мог осуществиться, и я не возражала против того, что он отменил нашу свадьбу только для того, чтобы его план увенчался успехом… Я не просила его ставить меня на первое место в его жизни; я просто хотела быть самой важной женщиной в его жизни, хотела, чтобы его сердце полностью принадлежало мне… Когда я узнала, что он отменил свадьбу ради Элис Робинсон, мое сердце действительно заболело…» Мне так хотелось на него накричать, сказать, что он высокомерный, сказать много-много всего… Ребекка Квентин опустила глаза, слегка прикусив губы, чтобы подавить рыдания, вырывавшиеся из горла, и, сделав несколько глубоких вдохов, наконец, взглянула на Кристин Куинн. Лицо Кристин было бледным, губы — темно-фиолетовыми. Она хрипло произнесла: «Сестра, ты знаешь? Я не смею спрашивать его, мне очень страшно, страшно, что ответ будет для меня невыносимым… Мы столько всего пережили вместе. Однажды я видела, как он безрассудно рисковал жизнью, пытаясь броситься в здание, которое могло взорваться, чтобы спасти меня; в тот момент его импульсивность и потеря рассудка подсказали мне, что я — тот человек, о котором он заботится больше всего, ради меня он мог пренебречь чем угодно… Но почему сейчас он хорошо относится к другой женщине? Разве он любил не только меня?» В конце концов, слезы неудержимо потекли по лицу Ребекки Квентин. У Кристин Куинн тоже на глазах были слезы, полные душевной боли. Она протянула руку и обняла Ребекку Квентин, задыхаясь, прошептав: «Больше ничего не говори… Бекка…» Ребекка Квентин прислонилась к плечу Кристин Куинн, дрожа всем телом от рыданий, и хрипло повторяла: «Разве он любил не только меня… Разве он любил не только меня…» Кристин Куинн нежно похлопывала Ребекку Квентин по спине, утешая ее, а в ее голове проносились воспоминания о тех годах, проведенных со Скайлер Джонс — были радость, печаль, но глубоко в ее сердце до сих пор живет неизлечимая боль. Таким образом, Кристин Куинн в этот момент могла посочувствовать осторожности и растерянности Ребекки Квентин… потому что она сама когда-то глубоко любила подобного человека. Кристин Куинн внезапно оттащила Ребекку Квентин, сдерживая слезы, и серьезно сказала: «Бекка, раз он все еще хочет заботиться о другой, пусть заботится… Я заберу тебя, уходи отсюда, тебе не следует больше быть с ним, то, что он бросил тебя и твою свадьбу ради другой женщины, не делает его достойным твоей глубокой любви…» «Если я уйду, что будет с Эндрю? А что будет с миссис Джеффри?» Кристин Куинн решительно заявила: «Возьмите Эндрю с собой!» Ребекка Квентин яростно покачала головой, из глаз текли слезы: «Невозможно, даже на краю земли он меня найдет…» «На этот раз все будет не так, как в Олдертоне… Честно говоря, когда я увидел, что Мари и Оверски стали лучше ладить друг с другом, я начал искать место для своего будущего проживания, намереваясь жить один, без знакомых, ни с кем не контактируя… Теперь, с тобой и Эндрю, мы втроем можем поехать туда, как когда-то жили в Олдертоне!» ---------- Глава 650-339: Тоска Ребекка Квентин сдержала слезы и, запинаясь, произнесла: «Я…» "Вы по-прежнему не хотите его отпускать?" Ребекка Квентин опустила голову и энергично покачала ею. Кристин Куинн медленно произнесла: «Не спешите с ответом… Я останусь у Джеффри и буду сопровождать вас в течение следующих нескольких дней, пока вы не примете решение. Конечно, независимо от вашего выбора, мои слова остаются прежними: я всегда буду вас поддерживать». "Сестра, спасибо…" Ребекка Квентин лежала на кровати в оцепенении, совершенно не осознавая, когда в комнату вошел Говард Джеффри. «О чём ты думаешь?» Внезапно раздавшийся магнетический голос испугал Ребекку Квентин: «Ничего… ничего…» Последние два дня она всё время проводила с Кристин Куинн. Часто, когда Говард хотел побыть с ней наедине, она делала вид, что не замечает, и они постепенно отдалились друг от друга. Только по вечерам у него появлялась возможность поговорить с ней. Говард Джеффри снял костюм и сел на край кровати, обнимая Ребекку. Квентин спросил: «Раз у тебя есть сестра, значит, я тебе больше не нужен?» «Нет, ты же знаешь, у моей сестры всегда есть о чём со мной поговорить». Она действительно не хотела с ним разговаривать, хотя последние два дня каждое его движение было таким внимательным и нежным. Но всякий раз, когда она думала о нём и Элис Робинсон, её сердце не могло успокоиться. Она не стала отдаляться от него в последние дни только потому, что обдумывала предложение сестры. Она скоро примет решение! «Ты сегодня днем ​​куда-то уходил на работу? Почему вернулся так рано?» «Лиза Сесили знала, что я ещё не ушёл в отпуск, поэтому попросила меня вернуться в компанию, чтобы разобраться с делом, которое она не смогла решить. Как только я его уладил, я вернулся». В последние несколько дней они всё больше отдалялись друг от друга. Она больше не цеплялась за него, как раньше, при каждой встрече. «Что происходит в последнее время? Ты не хочешь со мной много разговаривать?» Говард вдруг крепко обнял её, словно боясь, что она уйдёт. «Боль от раны лишает меня мотивации». Ребекка Квентин нашла разумный предлог, чтобы увиливать. Она не понимала; неужели он, такой умный раньше, действительно не знал, почему она сейчас так равнодушна? Может, он просто не хотел объяснять ей ситуацию между ним и Алисой? "Бекка…" Говард все еще хотел что-то сказать Ребекке Квентин, но Ребекка Квентин уже взяла подушку из-за спины: «Я устала, хочу немного поспать!» Говард замолчал. Ребекка Квентин пошевелила ногами, которые теперь могли легко двигаться, и постепенно легла. Говард больше ничего не сказал, помог Ребекке Квентин лечь и укрыл её одеялом. Ребекка Квентин отвернулась от него, закрыв глаза. Говард нежно погладил волосы Ребекки Квентин. В этот момент он уже принял решение. Полдень. Солнечный свет проникал в комнату сквозь полупрозрачное стекло. Ребекка Квентин сидела у окна, лениво наслаждаясь отдыхом на балконе. Она легко перелистывала книгу в руке, выглядя умиротворенной и безмятежной. "Мама…" Раздался детский голос. Ребекка Квентин повернула голову и увидела, как Эндрю вбегает из-за двери комнаты, и улыбнулась. Эндрю прижался к Ребекке Квентин, его сияющие глаза смотрели на нее. Ребекка Квентин обняла Эндрю, прижавшегося к ней, и спросила: «Разве ты не играл с маленькой Китти в саду?» Маленькая Китти была внучкой тети Анны, и в последнее время тетя Анна часто приводила ее сюда поиграть. Эндрю опустил голову, чтобы посмотреть на ногу Ребекки Квентин, и спросил: «Мама, она все еще болит?» Ребекка Квентин покачала головой: «Не очень-то, но я сейчас не могу держать Эндрю на руках». Затем Эндрю присел на корточки и по-детски подул на колено Ребекки Квентин. Ребекка Квентин рассмеялась: «А что ты делаешь?» Эндрю невинно ответил: «Когда Эндрю чувствует боль, мама дует ему на больное место, и ему становится лучше». Ребекка Квентин усмехнулась, а затем посадила Эндрю себе на колени. Эндрю нервно крикнул: «Мамочка…» Ребекка Квентин поцеловала нежную щеку Эндрю и, улыбаясь, сказала: «Эндрю подул на нее, и маме стало лучше. Теперь мама может держать Эндрю на руках». На самом деле, после более чем недели выздоровления она уже могла медленно ходить, но колено еще не полностью зажило. Если ребенок ерзал у нее на руках и касался раны, она все еще немного болела. Эндрю благоразумно сказал: «Мама, я не буду двигаться, поэтому ты не почувствуешь боли». Ребекка Квентин кивнула: «Так вкусно». Эндрю начал небрежно перелистывать книги на столе. Ребекка Квентин спросила: «Маленький ангелочек, почему ты не играла в саду с Китти?» «Сестра ушла домой». "Ой." "Мама, папа!" Эндрю внезапно схватил книгу, наклонил голову и указал на картинку в журнале. ---------- Глава 651-339: Тоска (Часть 2) Ребекка Квентин оглянулась. И действительно, это был Говард Джеффри. Несколько дней назад он посетил бизнес-саммит, и об этом сегодня написали в журнале. "Хм." Эндрю обнял книгу и продолжил листать её. Ребекка Квентин наклонилась к Эндрю, немного подумала, а затем вдруг спросила: «Эндрю, тебе нравится мама?» Эндрю энергично закивал. Ребекка Квентин небрежно спросила: «Тогда кто тебе больше нравится — папа или мама?» Эндрю наклонил голову, словно очень серьезно задумавшись: «Папа». Ребекка Квентин сразу же почувствовала некоторое разочарование. Неожиданно малыш нелогично добавил: «Папе нравится мама, маме нравится Эндрю, значит, и папа, и мама любят Эндрю, а Эндрю тоже нравится и папа, и мама». Этот маленький человечек говорил так, словно это была скороговорка, и Ребекка Квентин долго не могла понять, что он имеет в виду, в итоге у нее в голове образовался запутанный клубок. «Бекка». Кристин Куинн каким-то образом оказалась рядом с матерью и сыном. Эндрю благоразумно крикнул: «Тетя!» Кристин Куинн с любовью подняла Эндрю с колен Ребекки Квентин: «Эй, малыш, разве я не говорила тебе не цепляться за маму вот так?» Эндрю серьёзно ответил: «Маме лучше». Кристин Куинн с недоумением посмотрела на Ребекку Квентин. Ребекка Квентин улыбнулась и кивнула: «Да, Эндрю меня немного пыхтел, но со мной все в порядке». Кристин Куинн поняла, что Ребекка Квентин просто балует ребенка, и присоединилась к смеху. Пока Эндрю играл рядом с ними, Кристин Куинн болтала с Ребеккой Квентин. «Итак, вы проверили реакцию Эндрю?» Ребекка Квентин подперла подбородок и наблюдала за весело играющим ребенком, в ее глазах мелькнула легкая печаль: «Я чувствую это; он не может обойтись без Говарда Джеффри». Кристин Куинн тихо вздохнула: «Что же делать? Ваша нога постепенно заживает. Если вы не примете решение сейчас, может быть уже слишком поздно, когда Говард Джеффри отвезет вас на остров Пена». Ребекка Квентин опустила взгляд, ее лицо слегка побледнело. «Мне нужно сказать вам две вещи: одну хорошую, другую плохую. Что вы хотите услышать первым?» Ребекка Квентин быстро подняла глаза: «Хорошие новости?» Кристин Куинн кивнула: «Тогда я сначала расскажу вам хорошие новости!» Блестящие глаза Ребекки Квентин были прикованы к Кристин Куинн. Кристин Куинн медленно ответила: «За те дни, что я была в Нью-Йорке, кто-то тайно следил за Говардом Джеффри… Он перемещался только между двумя местами: домом и офисом». В потускневших глазах Ребекки Квентин мелькнул огонек. Кристин Куинн кивнула: «Да, это значит, что Говард Джеффри в последнее время не встречался с Элис Робинсон. Пока в компании нет работы, он сидит дома с вами». Свет в глазах Ребекки Квентин становился все ярче и ярче. «Пока не стоит слишком расстраиваться; есть еще кое-что…» Кристин Куинн слегка помедлила: «Это может быть плохо для тебя, но это еще нужно проверить». "Скажи мне." «Я пошла в больницу, куда госпитализировали Элис Робинсон, и никто не хотел рассказывать мне о её состоянии. По счастливой случайности я встретила уборщицу, и она невольно узнала от неё, что Элис Робинсон госпитализирована из-за беременности. У неё была сильная утренняя тошнота, однажды она даже не успела дойти до туалета и её вырвало рядом с кроватью, что случайно увидела уборщица». Блеск в глазах Ребекки Квентин постепенно расплылся, и внезапно она затуманилась. Кристин Куинн сжала слегка дрожащую руку Ребекки Квентин, крепко обхватив её тёплой ладонью, и объективно заявила: «Думаю, есть вероятность, что Элис Робинсон что-то замышляет». Ребекка Квентин глубоко вздохнула, вдруг горько рассмеялась и покачала головой: «Элис Робинсон уже однажды обманула меня с беременностью; во второй раз она этого делать не будет». "Ты имеешь в виду…" Ребекка Квентин по-прежнему слабо улыбалась, но в этой улыбке читались беспомощность и отчаяние: «Думаю, мне больше не о чем колебаться». Сердце Ребекки Квентин, переполненное печалью, разбилось вдребезги, и известие о беременности Элис Робинсон стало подобно острому лезвию, вновь ранившему ее хрупкое сердце. Ребекка Квентин лежала в кресле, наслаждаясь прохладным ветерком. Хотя было немного прохладно, ей было комфортно, и этот ветерок уносил с собой все ее заботы и печали! «Бекка, сегодня становится холоднее, заходи внутрь!» Говард Джеффри стоял на балконе и взглянул на небо; сегодня ночью будет дождь! После того как миссис Джеффри отправила Кристин Куинн куда-то, у Говарда Джеффри появилась возможность побыть наедине с Ребеккой Квентин. «Перестань смотреть, давай поговорим». Говард Джеффри забрал журнал, лежавший рядом с рукой Ребекки Квентин. Ребекка Квентин слегка приподняла глаза, чтобы взглянуть на Говарда Джеффри. Прошло два дня с тех пор, как она узнала от сестры о беременности Элис Робинсон. За эти два дня она все еще делала вид, что ничего не произошло, но на самом деле рана в ее сердце была настолько сильной, что она едва держалась. Она намеренно притворялась, что ее нога зажила, чтобы избежать слишком близких отношений с ним. Каждую ночь, лежа рядом с ним, она постоянно думала о возможной близости, которая могла быть у него с Элис Робинсон… Она ненавидела это до смерти! Она решила уйти со своей сестрой и больше никогда не вмешиваться в его жизнь, даже если новость о беременности могла быть уловкой Элис Робинсон. Она больше не хотела ничего узнавать, потому что он, по крайней мере, отказался от их свадьбы ради Элис Робинсон. Ребекка Квентин встала и медленно вошла в комнату. Единственным человеком, перед которым она чувствовала себя виноватой, была миссис Джеффри, которая была очень добра к ней и лично готовила ей суп каждый день; иначе ее нога не зажила бы так быстро. «В последнее время в компании, кажется, ничего особенного не происходит». Ребекка Квентин сидела на краю кровати, ее ясные глаза смотрели на него. «Мм, я делегировал все полномочия вице-президенту». «Если у тебя есть время, проводи больше времени с Эндрю! Обычно ты так занята работой, что у тебя совсем нет времени на него». Перед тем как забрать Эндрю, она надеялась, что у него будет больше времени с ним. "Бекка, я…" «Ты хочешь мне что-то сказать?» Почему бы тебе не сказать? Если бы ты была честна со мной сейчас, независимо от того, что с нами будет потом, по крайней мере, я бы не ненавидела тебя сейчас. Почему бы тебе не сказать? Говард Джеффри немного подумал, а затем покачал головой: «Нет». Сердце Ребекки Квентин сжалось. Неужели он по-прежнему не хотел быть с ней честным? Неужели он действительно планировал допустить, чтобы их отношения оставались такими напряженными? Или он просто ждал, когда она сама сорвет с него маску? Однако он, конечно же, не предполагал, что она никогда не позволит себе быть настолько униженной. «Я рада, что ты позволил моей сестре пойти со мной». Она чувствовала, что им с ним стало всё меньше о чём говорить. Она больше не могла вести себя избалованно или быть с ним такой же близкой, как раньше. ---------- Глава 652-340: Прости мой эгоизм «Ваша сестра уже несколько дней здесь. Мари звонила мне последние два дня и говорила, что скучает по вашей сестре. Я планирую отправить вашу сестру обратно завтра частным самолетом». «Почему?» — нервно воскликнула Ребекка Квентин. «Думаю, твоя травма ноги в основном зажила… Я планирую поехать на остров Фоум в ближайшие пару дней». Опасаясь, что он что-то почувствует, Ребекка Квентин неохотно смягчила тон: «Нет, мне всё ещё трудно двигаться. Можете разрешить моей сестре пожить со мной ещё несколько дней?» «Если вы всё ещё хотите, чтобы ваша сестра сопровождала вас ещё немного, хорошо, но на этот раз мой брат лично позвал её». «Твой брат?» — с изумлением спросила Ребекка Квентин. Говард Джеффри пожал плечами: «Возможно, между ним и вашей сестрой что-то изменится!» На лбу Ребекки Квентин мелькнула искорка радости. Говард Джеффри обнял Ребекку Квентин сзади, положив подбородок ей на волосы, и нежно произнес: «Мне кажется, прошло много времени с тех пор, как у меня был такой сокровенный разговор с тобой… Я так скучаю по тебе, Бекка…» Она тоже по нему скучала, но именно он потерял рассудок ради нее, ранил полицейского и бросился в опасность, чтобы спасти ее. К сожалению, она внезапно перестала чувствовать его любовь… Всё, что он ей оставил, — это глубоко раненое сердце. В следующее мгновение Ребекка Квентин повернулась и обняла Говарда Джеффри в ответ, закрыв глаза от боли. Сейчас она не могла ему отказать, слишком откровенное поведение могло вызвать у него подозрения… Она задавалась вопросом, не думает ли он до сих пор, что она никогда не сможет его бросить… Если бы это был последний раз, она бы насладилась им, вдохнула знакомый аромат и отведала тепло, которое её так привлекало… "Бекка…" Почувствовав холодную влагу на ее щеке, он хотел отстраниться, чтобы увидеть ее, но она так крепко обняла его, что он не мог отстраниться ни на йоту. "Не говори…" Не желая, чтобы он вспоминал ее последние слова в слезах, Ребекка Квентин сама поцеловала Говарда Джеффри. Говард Джеффри был ошеломлен инициативой Ребекки Квентин и не смог среагировать, прежде чем она углубила поцелуй. Казалось, прошло очень много времени с тех пор, как они были так тесно связаны… Её губы были такими мягкими, полными нежности и страсти… Говард Джеффри внезапно взял себя в руки, облизал кончиком языка ее вишнево-красные губы, обхватил ее за талию и притянул ближе к своему крепкому телу. Он так сильно по ней скучал, не мог без неё жить… Если бы ему действительно пришлось жить без неё, что бы он сделал? Встретив её в двадцать восемь лет, он почувствовал то, чего никогда не испытывал ни к одной женщине за эти двадцать восемь лет. Сколько бы раз он ни предостерегал себя от влюбленности в нее, он все равно не мог себя контролировать… С того самого дня, как он решил отбросить прошлые обиды и впустить ее полностью в свою жизнь, он не позволял ей даже думать об уходе, настолько подавляя ее, что даже не давал ей об этом подумать! Прежде чем Говард Джеффри успел что-либо сообразить, нежные руки Ребекки Квентин медленно скользнули ему по груди, ласково поглаживая ее; ее безупречные бледные щеки очаровательно покраснели, а все ее тело источало чарующий аромат. Он позволил ей это, наслаждаясь ее нежными словами, а ее затуманенный взгляд успокаивал его недавнее беспокойство и тревогу. Его руки переплелись с ее волосами, на мгновение обретя покой в ​​соприкосновении губ и зубов. Ее губы, словно распустившийся цветок, переполнены соблазнительным и нежным нектаром. Оба упали на мягкую кровать… В этот момент слабая боль в колене была ничтожной; она нежно прошептала во время перерыва: «Люби меня…» Соблазнительный шепот донесся до ушей Говарда Джеффри, заглушив все его рассудок. Он быстро снял с себя одежду и тут же обнял ее… На рассвете, под падающим дождем, Ребекка Квентин лежала без сна, уставившись в потолок; ее тело все еще болело от бурной страсти прошлой ночи. Времени больше не оставалось… Сколько бы она ни колебалась, ей неизбежно приходилось принимать решение. Наблюдая за постепенно проясняющимся небом, Ребекка Квентин повернулась боком и пристально посмотрела на человека рядом с собой. Его невинный вид во сне всегда резко контрастировал с его холодным, расчетливым поведением днем. Она протянула руку, чтобы прикоснуться к его красивому лицу, но, поколебавшись, отдернула ее. Говард Джеффри, ты знаешь? На самом деле, когда я был в М-Сити и бросился тебе в объятия, умоляя быть со мной, я уже знал, что в этой жизни я обязательно буду любить тебя еще сильнее… Но чего я никак не ожидала, так это того, что та небольшая теплота, которую ты проявляла к отношениям, и без того такая скудная, оказалась предназначена не только для меня… ---------- Главы 653–340: Прости мой эгоизм (Часть 2) Моё сердце болит, особенно когда я думаю о том, что ты больше заботишься о других женщинах, чем обо мне, боль настолько сильная, что я не могу дышать… Я не понимаю, почему ты скрывал от меня свой роман с Алисой. На самом деле, если ты готов мне все объяснить, какой бы удар это ни стоило, я с этим справлюсь. Но я не хочу тебя расспрашивать и унижать себя… В любом случае, берегите себя. Встав, одевшись и бросив последний глубокий взгляд на мужчину, крепко спящего на кровати после ночных нагрузок, Ребекка Квентин тихо повернула дверную ручку и вышла. Ребекка не знала, что в тот момент, когда она встала, человек на кровати уже проснулся, и когда она закрыла дверь, чтобы уйти, он медленно открыл свои тусклые черные глаза. Когда Ребекка пришла в сад, там её уже ждала Кристин Куинн. "Бекка!" "Сестра." Кристин огляделась: «Вас видели?» Ребекка кивнула: «Я намеренно избегала слуг». Кристин вздохнула с облегчением: «Рада, что все прошло гладко, я волновалась всю ночь». Ребекка посмотрела на Эндрю, который крепко спал на руках у Кристин, и благодарно хриплым голосом сказала: «Сестра, спасибо». «Поторопитесь… Я вывел Эндрю, пока слуга был в туалете. Когда слуга вернется и не увидит его, в доме Джеффри наверняка поднимется шум». "Да, пошли!" "С ногой всё в порядке?" «Всё в порядке». «Водитель уже ждет у выхода на посадку… Как только мы сядем в машину, он сразу отвезет нас в аэропорт… Не волнуйтесь, даже если Говард Джеффри придет за нами, он не будет знать, куда мы едем…» "Хорошо." Ребекка сразу же велела привратнику виллы открыть дверь. Хотя привратник был немного удивлен желанием Ребекки уйти так рано, он не посмел ослушаться. Когда мы вышли из виллы, как и предсказала Кристин, там уже стояло желтое такси. Кристин осторожно взяла Эндрю на руки и села в машину, а Ребекка тоже без колебаний забралась в салон. Такси осторожно тронулось с места, постепенно отъезжая от виллы… Обернувшись и увидев удаляющуюся вдали семью Джеффри, Кристин наконец-то вздохнула с облегчением. Ребекка ни разу не оглянулась; сев в машину, она сохранила спокойное выражение лица, хотя в глазах читалась легкая грусть. Кристин с любопытством спросила: «Как вам удалось выбраться?» «Он спал». Кристин успокаивающе ответила: «Раз уж ты приняла решение, не жалей о нём». Ребекка слегка кивнула, глядя на раскрасневшееся личико на руках у Кристин, и прошептала: «Я просто боюсь, что когда Эндрю проснется, он начнет капризничать, желая бабушку и… Говарда Джеффри». «Он, конечно, будет капризничать, так что будьте готовы, но со временем все наладится, поскольку у Эндрю пока еще нет воспоминаний». Ребекка слегка опустила взгляд: «Я также беспокоюсь за мадам Джеффри… Если она проснется и обнаружит, что Эндрю пропал, она очень расстроится». Кристин тихо вздохнула: «Бедной старушке придётся пострадать». Ребекка тяжело закрыла глаза, а затем посмотрела в окно машины. «До аэропорта ещё есть время, поспи, ты выглядишь очень уставшим». "Хорошо." Ребекка закрыла глаза и откинулась на спинку сиденья. Увидев усталое и изможденное состояние Ребекки, Кристин не могла не почувствовать боль в сердце. Время шло незаметно, Ребекка держала глаза закрытыми, не в силах уснуть, несмотря на усталость. Даже если боль довела её до отчаяния, в этот момент она не может не думать о нём. Ее сердце сжалось, удушающая боль распространилась по всему телу, грудь наполнилась горечью и печалью. Говард Джеффри, мне очень жаль… Она нарушила данное тебе обещание, не оставшись с тобой до глубокой старости. Я думала, что, несмотря ни на что, мы не расстанемся в этой жизни, и я не буду тебя беспокоить тем, что ты никогда не ставишь меня на первое место в своем сердце. Я старался и прилагал усилия, но в итоге ты так и не принял во внимание мои чувства, ни с самого начала, ни с конца. После долгих раздумий я решил тебя покинуть. Возможно, вы почувствуете себя потерянным, разочарованным или даже возненавидите меня, но со временем вы в конце концов забудете меня, ведь я никогда не был самой важной частью вашей жизни. Также, я очень сожалею, что забрала Эндрю. Я знаю, это тебя разозлит, но надеюсь, ты поймешь, что у тебя есть мама, брат, много хороших друзей и твоя бизнес-империя, а у меня нет ничего, только Эндрю… Надеюсь, ты поймешь мои материнские чувства. Не пытайся меня найти, и, пожалуйста, разберись со своими чувствами. Победа или поражение никогда не были самым важным в этом мире. Помнишь, как ты вернулся и нашел меня в городе М? Это будет самое прекрасное воспоминание в моей жизни. Спасибо за все воспоминания, которые вы мне подарили. До свидания! —Ребекка Квентин. Взглянув на лежащее на прикроватной тумбочке письмо, которое она написала несколько дней назад, Говард Джеффри сжал его в комок и отбросил подальше. Он не мог поверить, что она просто так ушла… Если бы он не был достаточно бдительным, он мог бы действительно потерять её навсегда. "Хоуи…" Снаружи раздался встревоженный голос его матери. Говард открыл дверь и увидел свою мать, которая с тревогой воскликнула: «Бекка увезла Эндрю!» Говард хранил молчание. Миссис Джеффри, с покрасневшими глазами, сказала: «Только что служанка поспешила в мою комнату, сказав, что пошла в ванную, а когда вернулась, Эндрю уже не было… Я проверила, что происходит, и услышала от привратника, что Бекка и Кристин забрали Эндрю рано утром…» Говард мягко поддержал мать, его хриплый голос был ровным и тихим: «Мама, не волнуйся, я справлюсь». Миссис Джеффри сердито стукнула Говарда: «Вы, должно быть, прогнали Бекку… Неудивительно, что она в последнее время почти не хочет с вами разговаривать. Расскажите, что именно вы с ней сделали?» «Мама, успокойся». «Как мне успокоиться? Такая хорошая жена, а ты её отпустил…» «Я верну её обратно». В гневном взгляде миссис Джеффри мелькнул проблеск надежды: «Правда?» Говард кивнул: «Как я мог позволить ей меня бросить?» "Тогда отправляйся за ней… Если не найдешь, не возвращайся!" У Говарда было мрачное выражение лица. ---------- Глава 654–341: Путь Джеффри к победе 1 Ни Ребекка Квентин, ни Кристин Куинн не ожидали, что просто вздремнут в машине, а проснувшись, обнаружили себя не в аэропорту, а у входа в известную частную больницу. «Госпожа президент, вы проснулись?» Послышался приятный женский голос. Ребекка Квентин на мгновение замерла в изумлении, глядя на человека за окном машины. Затем дверца машины открылась, и Лиза Сесили почтительно улыбнулась ей. Увидев Лизу Сесили, Ребекка Квентин побледнела, и лицо Кристин Куинн тоже выглядело неважно, на их прекрасных лицах читалось потрясение. Кристин Куинн дернула Ребекку Квентин за плечо: «Бекка, это…» Ребекка Квентин вышла из машины, нахмурив брови и глядя на Лизу Сесили. Лиза Сесили помогла Кристин Куинн, которая держала Эндрю на руках, выйти из машины. Из-за этих движений Эндрю потер глаза и проснулся в объятиях Кристин Куинн, все еще сонный и очаровательный. Ребекка Квентин холодно спросила: «Секретарь Сесили, зачем вы здесь?» Лиза Сесили огляделась. Ребекка Квентин проследила за взглядом Лизы Сесили. В следующую секунду ее тело внезапно отступило назад. Кристин Куинн слегка приоткрыла рот и ахнула, увидев неподалеку Говарда Джеффри, который холодно смотрел на Ребекку Квентин. В следующую секунду перед Ребеккой Квентин уже стояла высокая и стройная фигура Говарда Джеффри, его глубокие темные глаза пристально смотрели на ее опущенное лицо. "Как так получилось?.." Кристин Куинн была ошеломлена и потеряла дар речи. Эндрю взволнованно закричал из объятий Кристин Куинн: «Папа, мама!» Лиза Сесили обратилась к малышу: «Маленький босс, тётя отведёт тебя туда поиграть немного, твои папа и мама хотят кое-что сказать…» Зная Лизу Сесили, Эндрю бросился ей в объятия. Внезапно Лиза Сесили увела Эндрю, и Кристин Куинн, намереваясь это остановить, поняла, что Джейсон Вуд уже встал перед ней. «Мисс Куинн, не создавайте мне трудностей». Кристин Куинн нахмурилась: «Уступите дорогу!!» Джейсон Вуд сказал: «Мисс Куинн, босс не позволит вам взять с собой жену босса; пожалуйста, отдохните немного в машине, чтобы босс и его жена могли нормально поговорить». «Говард Джеффри, этот ублюдок, умеет только издеваться над Беккой…» Джейсон Вуд выглядел смущенным. Люди вокруг словно расплылись перед глазами; весь мир состоял только из них. Тишина и напряженная атмосфера были опасны, от них сердце сжималось от страха. «Вы собираетесь уйти, не сказав ни слова, и взять с собой Эндрю?» — спросил Говард Джеффри хриплым голосом, словно из глубины горла. Он мрачно смотрел на нее, позволяя бушующему гневу захлестнуть его. Ребекка Квентин молчала; ее руки были крепко сжаты в кулаки, а опущенные веки скрывали переполнявшие ее эмоции. «Значит, „прошлой ночью“ должно было быть прощанием со мной?» Говард Джеффри ждал, его проницательный взгляд обжигал ее, когда он смотрел на нее сверху вниз. «Я не ушла, не попрощавшись». Лицо Ребекки Квентин слегка покраснело, и она холодно произнесла эти слова. Темные глаза Говарда Джеффри слегка прищурились: «Вы имеете в виду письмо на прикроватной тумбочке, которое я неосторожно выбросил?» Ребекка Квентин внезапно подняла глаза и холодно посмотрела на него: «Раз ты знал, что я собираюсь уйти, зачем притворяться, что ничего не знаешь?» В глубоких глазах Говарда Джеффри вспыхнул гнев: «Мне было трудно поверить, что ты действительно уйдешь!» «Неужели ты думаешь, что я должен продолжать смиренно любить тебя, не подозревая об этом?» Казалось, Говарда Джеффри сильно ударили, холодные морщины на его лице напряглись: «Смиренно? Так ты видишь свой статус в моем сердце?» Глаза Ребекки Квентин уже были полны слез. Она вспомнила, как сильно любила его на протяжении многих лет, и ее сердце наполнилось скорбью. "Ты когда-нибудь задумывался о моих чувствах, не так ли?" «Бекка, признаю, что от природы я не очень чувствительный человек в отношениях, но я сделаю для тебя все, что в моих силах… ради этой жизни я сделаю все возможное, чтобы подарить тебе счастье». В глаза сияющего Говарда Джеффри Ребекка Квентин вступила в тревожную реакцию. Она была так напугана, что безрассудно ослабила бдительность и искала того тепла, которое так ценила, в его объятиях. Она боялась, что ее сердце, наконец решившее расстаться с ним, будет постепенно разрушаться, в конце концов, развалившись на части. Она боялась, что он сплетает для нее еще одну прекрасную мечту… «Отпусти меня, Говард Джеффри… Я не буду тебя винить, потому что, возможно, даже ты сам не понимаешь, что тебе действительно дорого», — умоляюще проговорила Ребекка Квентин, глядя на Говарда Джеффри, в ее глазах читалась боль. ---------- Главы 655–341: Путь Джеффри к победе (Часть 1) «Невозможно!!» — Джеффри протянул руку и крепко прижал Бекку к своей груди. «Я лучше всех знаю, что мне дорого, и я хочу только тебя, Ребекка Квентин!» «Зачем ты лжешь себе? Неужели ради победы над Честером Робинсоном ты готова игнорировать свои истинные чувства?» Бекка изо всех сил пыталась вырваться из объятий Джеффри, но не могла вырваться, сердито отворачивая голову, чтобы не смотреть на его красивое лицо. «Мое сердце давно уже открыто перед тобой». Джеффри прижал руку к лицу Бекки, посмотрел ей в глаза и с нежностью произнес эти слова. «Перестань мне врать…» — в отчаянии крикнула Бекка. — «Ты всё ещё собираешься скрывать от меня, что тебе небезразлична судьба Элис Робинсон?» "Ребекка…" — тихо и с глубоким волнением произнес Джеффри, — "Забота об Алисе — это не то, что ты думаешь… Причина, по которой я не поднимал эту тему, заключается в том, что я…" "Больше не лги мне… не лги мне…" — беспомощно прошептала Бекка, ее лицо было мокрым от слез. Джеффри в ярости зарычал: «Черт возьми, успокойся и выслушай меня хоть на минутку!» Только одному Богу известно, насколько он устал в последнее время… Видя, как она всё больше отдаляется от него, его сердце сжалось от боли. Если сокрытие правды от неё приводит к тому, что она неправильно его понимает и решает уйти, то он должен раскрыть ей правду, независимо от её решения после того, как она её услышит. По крайней мере, она не будет неправильно понимать, что он её не любит. Слёзы потекли ещё сильнее, когда она с болью произнесла: «Я до сих пор помню те четыре года, что мы были в разлуке, когда ты не приходил меня искать, а позже, из-за появления Скайлера Джонса, ты снова появился в моей жизни… В то время ты соперничал со Скайлером Джонсом; зная, что я ему нравлюсь, ты делал всё, чтобы переманить меня на свою сторону, лишь бы показать Скайлеру Джонсу, что ты победил его…» «Позже, из-за обид, навеянных предыдущим поколением, я сама решила с тобой расстаться, и полгода мы не общались. Ты уже был глубоко увлечен Алисой, но потом несколько раз приходил ко мне. Я всегда думала, что это потому, что ты не можешь меня забыть, но только когда ты рассказал мне настоящую личность Честера Робинсона и о вашем соперничестве с ним, я поняла, что ты снова пришел ко мне, это было из-за соперничества, из-за победы…» Бекка вытерла слезы с щек. «Если бы ты не знал, что Честер Робинсон мной интересуется, ты бы не пришел меня искать. Ты был с Алисой не в рамках своего плана, как ты говорил, а потому что хотел вернуть меня у Честера Робинсона. Вот почему ты отказался от отношений с Алисой, потому что победа для тебя — приоритет…» «Думаю, и я, и Алиса — всего лишь второстепенные персонажи в вашем мире побед и поражений. Мне просто повезло больше, чем Алисе, потому что Честер Робинсон меня любит, но я больше огорчен, чем Алиса, потому что, судя по вашей готовности отказаться от нашей свадьбы ради Алисы, это показывает, что вы больше заботитесь о ней, чем обо мне…» Бекка безудержно рыдала, все обиды, глубоко запрятанные в ее сердце, вырвались наружу в этот момент. Джеффри тихо вздохнул и обнял Бекку, крепко прижав её к себе и защитив. «Во всем виноват я, я был слишком эгоистичен и не все тебе объяснил, и именно это привело к стольким недоразумениям…» Бекка продолжала плакать, прижавшись к крепкой груди Джеффри, и жалобно обвиняла его: «Элис беременна… а ты все еще хочешь сказать, что это недоразумение!» Джеффри осторожно отстранился от Бекки, глядя в ее нежные, полные слез глаза: «Глупышка… Элис беременна уже больше двух месяцев, и если я правильно помню, с тех пор, как я ездил в Т-Сити за тобой, и до сегодняшнего дня прошло уже больше трех месяцев, и я был с тобой каждую ночь; откуда у меня взяться сил искать другую женщину?» Бекка надула губы и выпалила: «Откуда мне знать, хватит ли у тебя сил…» Джеффри рассмеялся, услышав слова Бекки: «Я в восторге от вашей уверенности в способностях вашего мужа в этой области!» Бекка, смущенно и сердито ударив Джеффри по груди, сказала: «Тогда скажи мне, чей ребенок в животе у Алисы? Почему ты бросил нашу свадьбу, чтобы спасти ее? Почему ты нашел ее за ужином, прежде чем отправиться на Пенный остров? Почему ты так добр к ней?» Джеффри поцеловал заплаканные глаза Бекки, в его пылком взгляде отразилась нежность: «Оказывается, ты выдвинула против меня столько обвинений…» «Я не могу быть настолько великодушным, чтобы наблюдать, как ты проявляешь доброту к другой женщине…» Джеффри улыбнулся, словно выпрыгнув из бездны отчаяния и войдя в блаженное состояние, как в рай. "Кусака!" Слезы затуманили зрение Бекки: «Я жадная, я категорически не позволю тебе хорошо относиться к другим женщинам, ты мой муж…» Бекка выдавила эти слова из себя, пока горечь в горле не помешала ей говорить. Глаза Джеффри загорелись, он нежно взял ее за руки: «Сейчас я расскажу тебе, почему я так хорошо к ней отношусь… но прежде чем я это сделаю, ты должна пообещать мне простить мой эгоизм». Больница. В тихой и холодной палате для высококлассных пациентов Джеффри обнимал Бекку, пока они стояли у постели больного. Бекка с недоверием смотрела на увиденное… Честер Робинсон лежал на больничной койке с бледным лицом, выглядя так, будто спит, но при этом его поддерживали аппараты жизнеобеспечения. Алиса сидела у постели, ее взгляд был прикован к Честеру, цвет лица у нее был унылый. Бекка прикрыла рот рукой, пребывая в оцепенении, но мысли ее неслись подобно приливу. Когда она впервые услышала от Роджера Леонарда о неопределенном состоянии Честера, она поняла, что его состояние далеко не идеальное… Но она и представить себе не могла, что Честер, лежащий перед ней в этот момент, превратится в человека, находящегося в вегетативном состоянии. Хотя она и возмущалась его злонамеренными действиями и причиненным вредом ее беззащитному ребенку, вид его в таком состоянии вызывал в ее сердце бесчисленные эмоции. Как бы то ни было, когда-то он был ее самым доверенным "доктором Робинсоном", и смириться с этой правдой очень тяжело. «Врач говорит, что он может очнуться через несколько дней, или через несколько месяцев, а может, и через несколько лет…» Бекка безучастно смотрела на Алису, которая в этот момент заговорила. На губах Алисы появилась слабая улыбка, в голосе слышалась печаль: «Я и представить себе не могла, что в последний момент он оттолкнет меня…» Говоря это, Алиса взглянула на свой живот, нежно погладила его и, сдавленно произнесла: «Может быть, он даже не знал, что, спасая меня, он спас и своего ребенка». Что? Ребенок Алисы — от Честера? Бекка широко раскрыла глаза от шока. Раньше, когда Джеффри объяснял соперничество между ним и Честером, она понимала лишь то, что Честер не является настоящим братом Алисы, и что Честер помог Алисе против Джеффри, отчасти из-за их братско-сестринской связи, а отчасти потому, что Честер был усыновлен М. Поэтому она никогда не строила подобных предположений. ---------- Главы 656–342: Победный процесс Джеффри (Часть 2) Элис медленно поднялась, ее слегка потускневший взгляд был устремлен на Ребекку Квентин. Ребекка Квентин встретилась взглядом с Элис, в ее глазах читалось замешательство. Элис на секунду встретилась взглядом с Ребеккой Квентин, затем перевела взгляд на Говарда Джеффри: «Полагаю, вы еще не все рассказали своей жене. Если вы не возражаете, я могу помочь вам это сделать… Конечно, есть и кое-что, что я хотела бы сказать вашей жене наедине». Говард Джеффри нахмурился и слегка крепче обнял Ребекку Квентин. Алиса тихонько усмехнулась: «Не волнуйся, я скажу правду… Возможно, я даже смогу сказать тебе что-нибудь приятное». На лице Ребекки Квентин читалось недоумение. Говард Джеффри на секунду задумался, затем осторожно отпустил Ребекку Квентин, поддерживая её хрупкие плечи, и ласково прошептал: «Я подожду тебя снаружи». Ребекка Квентин безразлично кивнула. Говард Джеффри поцеловал Ребекку Квентин в лоб, его взгляд был полон безграничной любви, когда он смотрел на нее. Ребекка Квентин заметила необычное чувство беспокойства и нерешительности на знакомом красивом лице Говарда Джеффри, но в конце концов он отпустил ее, не высказав ни слова, и вышел из больничной палаты. После того как Говард Джеффри вышел из комнаты, Элис слегка улыбнулась Ребекке Квентин. Ребекка Квентин чувствовала себя несколько неловко; защитная реакция, которую она испытывала по отношению к Элис, все еще отражалась в глубине ее ясных глаз. «Мисс Квентин… О нет, теперь мне следует называть вас миссис Джеффри…» — тихо произнесла Элис с легкой улыбкой. Ребекка Квентин спокойно посмотрела на Элис, выражение ее лица было холодным. «Поздравляем с тем, что вы наконец-то стали миссис Джеффри!» Вспоминая прошлые проступки и обиды Алисы, Ребекка Квентин не стала говорить дружелюбным тоном: «Что бы ты ни хотела сказать, скажи это быстро!» Элис усмехнулась: «Разве тебе не хочется услышать о конфликте между Говардом Джеффри и Честером Робинсоном?» Ребекка Квентин спокойно ответила: «Говард Джеффри мне обязательно расскажет». «Ты знаешь, почему он не решается рассказать тебе всё?» Ребекка Квентин замолчала. Алиса тихонько рассмеялась: «Судя по твоему выражению лица, ясно, что ты ничего не знаешь…» Ребекка Квентин недовольно нахмурилась: «Почему ты так самодовольно себя ведёшь, утверждая, что знаешь?» Элис покачала головой с улыбкой: «Я не высокомерна. На самом деле, разговаривая с вами сегодня, я не имею злого умысла. Мне просто любопытно, почему вы не стали меня искать после того, как узнали, что Говард Джеффри тайно обо мне заботится?» В ясных глазах Ребекки Квентин читалась легкая меланхолия, но она молчала. Элис скрестила руки и подняла бровь: «Видите, это вы, Ребекка Квентин… Нерешительная, неуверенная в себе, всегда нерешительная и осторожная, боящаяся того и этого, и лишенная чувства безопасности. Даже зная, что ваш муж может испытывать чувства к другой женщине, вы не осмеливались поговорить с ним об этом. Мягко говоря, вы дорожите своими отношениями с Говардом Джеффри. А если говорить прямо, такие, как вы, просто погрязли в жалости к себе, отстраняясь при малейшей неудаче… Мне действительно трудно понять, почему Говард Джеффри тянуло к вам». Ребекка Квентин пристально смотрела на Элис, слегка прикусив нижнюю губу. Алиса усмехнулась: «В плане характера я — крайняя, но ты — не слабак. В плане красоты я превосходю тебя, а по сравнению со мной ты даже обычный. В плане глубины я, может, и не смогу с тобой соперничать, но для женщины важнее не глубина, а сердце, которое всегда заботится о своем партнере». «Мне не нужны ваши нравоучения». Элис вздохнула, пожала плечами: «Я не пытаюсь тебя унизить, просто завидую… Завидую тому, что тебе так повезло, что тебя окружают столько замечательных мужчин». Затем Элис развела руками, спустив свою прежнюю высокомерную позу: «Хорошо, перейдём к делу». Ребекка Квентин едва успела осмыслить то, что только что сказала Элис, как Элис уже снова начала: «Я не из тех, кто усложняет простые вещи, поэтому скажу вам прямо…» «Говард Джеффри всегда планировал разобраться с Честером Робинсоном, но Честер Робинсон — непростая мишень. Честер Робинсон прекрасно знал, что Говард Джеффри хочет использовать доказательства, связывающие некоторые из компаний Честера с наркоторговыми группировками в Нью-Сити, чтобы обвинить Честера Робинсона и посадить его в тюрьму. Честер давно обдумывал контрмеры, и чтобы Говард Джеффри ничего не заметил, он намеренно оставался незамеченным, позволив Говарду Джеффри попасть в его ловушку. Ваш визит к Честеру Робинсону, несомненно, вызвал подозрения у Говарда Джеффри, что побудило Говарда Джеффри наконец-то действовать, перенеся план на день свадьбы. Возмущение Говарда Джеффри попало прямо в ловушку Честера Робинсона, поскольку Честер изначально намеревался сорвать вашу свадьбу с Говардом Джеффри, и, решив действовать в день свадьбы, это означает, что если Честер сможет предотвратить это, Говард Джеффри неизбежно пропустит свою свадьбу с вами в этот день…» ---------- Глава 657-342: Процесс победы Джеффри 2_2 Ребекка Квентин нахмурилась и вмешалась: «Подождите, вы сказали, что Честер Робинсон просто ждал, пока Говард Джеффри осуществит свой план в день свадьбы… Откуда Честер знал, что Говард выбрал именно этот день для нашей свадьбы?» Честно говоря, даже она не знала, что свадьба была назначена именно на этот день, до того, как об этом было объявлено публично. «Оказывается, ты не такой уж и глупый, раз сразу же подумал о таком деликатном вопросе». «Кто-то это слил?» "Да." «Скайлер Джонс». "Мистер Джонс?" Ребекка Квентин недоверчиво покачала головой. «Как такое могло быть? Он с самого начала не был причастен к конфликту между Говардом и Честером». «Тогда вы ошибаетесь. И в плане Говарда, и в плане Честера Скайлер Джонс играет очень важную роль». "Продолжать." «Я никак не мог понять, откуда Честер знал, что Говард перенёс дату свадьбы на более ранний срок. В конце концов, люди из окружения Говарда были его верными людьми на протяжении многих лет, абсолютно неспособными на предательство, но Честер никогда не хотел говорить мне, кто это был… До самого дня свадьбы Говард действительно приказал своим людям передать улики Честера полиции, как и было запланировано, но, к удивлению Говарда, по пути, когда Рой передавал их полиции, Скайлер перехватила их». Ребекка Квентин была поражена: «Как мог мистер Джонс…» Он же брат Говарда? «Позвольте мне сначала объяснить, почему Скайлер помогла Честеру!» Ребекка Квентин энергично кивнула. Элис Робинсон сказала: «Помнишь, почему Скайлер и Говард так и не поладили за все эти годы?» «Говард сказал мне, что у М. есть что-то на Скайлера, и он постоянно угрожал ему дракой с Говардом». «Ты знаешь, что именно М имело против Скайлера, что заставляло его подчиняться все эти годы?» — спросила Элис. Ребекка Квентин рассказала, что ей было известно: «Когда мистер Джонс был молод, его родители развелись, и он попал под опеку отца, но мистер Джеффри был поглощен отношениями с М., игнорируя мистера Джонса. Вдобавок к глубоко укоренившейся обиде мистера Джонса на мать за то, что она выбрала его брата, он покинул семью Джеффри задолго до смерти последнего… После ухода от Джеффри у мистера Джонса была тяжелая жизнь: он перепробовал множество профессий, отчаянно пытаясь выделиться, надеясь однажды заставить свою мать пожалеть о выборе Говарда. Но мир жесток: несмотря на способности мистера Джонса, ни одна компания не хотела брать его на работу после многочисленных собеседований… Пока однажды он не устроился в промышленную компанию. Босс, казалось, увидел деловой талант мистера Джонса, заботился о нем повсюду, и через несколько месяцев мистер Джонс был повышен с низшей должности до руководителя. Из-за своего восхищения способностями мистера Джонса босс в конце концов усыновил его. Обиженный на своего…» Благодаря родителям и глубокой благодарности мистер Джонс сменил свою фамилию на «Джонс» в честь своего крестного отца… В то время мистер Джонс не был очень скрытным. Когда босс Джонс передал ему компанию и повысил до управляющего, мистер Джонс был полон амбиций, и тут внезапно перед ним появилась М… Скайлер узнала только после появления М, что босс Джонс получал приказы от М, а она все это время помогала ему за кулисами. Алиса скрестила руки и сказала: «Хм, продолжай». «Когда М была с мистером Джеффри, она вложила все полученные от него деньги в компанию, управляемую мистером Джонсом… Восприятие Скайлер М постепенно изменилось, что помогло скрыть новость о том, что М не умерла, и она начала ей доверять. Однако она так и не поняла, что М расставляет ловушку… Однажды мистер Джонс напился во время вечеринки и в состоянии опьянения вступил в половую связь с несовершеннолетней. После этого девушка обвинила мистера Джонса в изнасиловании, что М уладила, но таким образом М получила доказательства изнасилования несовершеннолетней мистером Джонсом… Позже мистер Джонс узнал, что девушка была подстроена М, чтобы контролировать его, и М использовала это как рычаг давления, чтобы настроить мистера Джонса против Говарда… Мистер Джонс годами подвергался угрозам со стороны М, пока он и Говард не объединились, чтобы победить М и вернуть и уничтожить эти доказательства». Элис усмехнулась: «Но Скайлер не знала, что за М стоит стратег. Когда М импульсивно решила отомстить Говарду, Честер, стратег, стоявший за М, предвидел ее неудачу, поэтому он спланировал запасной план для М…» Ребекка Квентин с тревогой спросила: «Какое резервное копирование?» Элис ответила: «До встречи М с Говардом Честер уже договорился с М о том, чтобы она предоставила резервные доказательства изнасилования Скайлер несовершеннолетней. Как и ожидалось, М потерпела неудачу, но Говард уничтожил именно те резервные доказательства, которые подготовила М». Ребекка Квентин была потрясена: «Вы хотите сказать, что настоящие „улики“ не были уничтожены?» Элис кивнула: «Если быть точной, то эти доказательства теперь находятся в распоряжении Честера». Ребекка Квентин недоуменно покачала головой: «Если у Честера все еще есть доказательства, почему он не спас М., а вместо этого наблюдал, как М. отправляют в тюрьму?» «Потому что Честер хотел расправиться с Говардом! После победы над М Говард не мог представить, что улики против Скайлер все еще находятся у Честера, и Честер намеревался однажды использовать Скайлер, чтобы нанести Говарду смертельный удар. Если бы он спас М без сотрудничества Скайлер, Честер не был бы уверен в своей победе над Говардом». Ребекка Квентин наконец поняла: «Итак, Честер всегда знал, что Говард тайно собирает доказательства его связей с наркоторговцами в городе Н, но он никогда этому не препятствовал. Он ждал, пока Говард осуществит свой план, а затем использовал Скайлер, чтобы заблокировать его в последний момент…» "Да." Ребекка Квентин не могла дождаться, чтобы спросить: «А что же произошло потом?» Элис ответила: «Говард следил за каждым шагом Честера, но совершенно не смог предвидеть, что человеком, который придет помешать его плану, окажется та самая Скайлер Джонс, которой он и раскрыл свой план… План Говарда провалился в одно мгновение». Ребекка Квентин не удержалась и выпалила: «Но в итоге победителем стал Говард?» «Позвольте мне закончить. После того, как план Говарда провалился, Честер позвонил Говарду, требуя, чтобы тот отменил свадьбу с вами и развелся. В противном случае Честер передаст полиции улики, связанные с преступлением Скайлер, вынудив Говарда выбирать между братом и женой… Но к полному шоку Честера, сразу после разговора с Говардом, перед ним появилась Скайлер, держа в руках не улики преступления, совершенного компанией Честера, а «доказательства» многолетнего шантажа со стороны Честера и М…» Элис вздохнула: «В тот момент я была рядом с Честером и видела изумление в его глазах. До сих пор я не понимаю, как Скайлер получила эти доказательства от Честера. В конечном итоге ситуация быстро изменилась, и прежде чем Честер успел понять, что произошло, прибыла полиция. Они арестовали Честера по обвинению в отмывании денег для наркокартеля в городе Н через его различные компании, и поскольку я была с Честером в тот момент, меня отвезли в полицейский участок для допроса… Но Я никак не ожидал, что во время перевода Честера в участок Кит Энтони наймет людей, чтобы угнать полицейскую машину. Когда между ними разгорелась перестрелка, меня чуть не задела шальная пуля. В тот критический момент Честер оттолкнул меня в сторону и получил пулевое ранение в голову…» ---------- Главы 658-343: Слишком сильно о тебе заботишься Ребекка Квентин долго слушала, ошеломленная, и лишь спустя некоторое время ответила: «Кит Энтони действительно слишком импульсивен». Элис Робинсон фыркнула: «Он импульсивен, но его кто-то использовал». "Хм?" Элис прищурилась: «Ты думаешь, Честер Робинсон и М. сговорились причинить столько вреда двум братьям Джеффри, и братья Джеффри так легко отпустили бы Честера в тюрьму на несколько лет?» Ребекка Квентин слегка нахмурила брови: «Что вы имеете в виду?» «Говард Джеффри — не милосердный человек. Кейт Энтони в тот момент не был рядом с Честером. Он внезапно получил фотографии, на которых Честера уводит полиция, и в порыве импульса побудил людей угнать полицейскую машину. Очевидно, что фотографии Кейту Энтони отправил либо сам Говард Джеффри, либо Скайлер Джонс. Говард Джеффри и Скайлер Джонс хотели, чтобы полиция поступила с Честером логично». «По-вашему, план Говарда Джеффри в целом прошел гладко, но почему он все равно покинул свадьбу в день торжества?» «Потому что после того, как Честер закончил разговор с Говардом Джеффри, Говард Джеффри получил еще один звонок». "Какой звонок?" «Звонок был от М — вашей матери, которая позвонила Говарду Джеффри из тюрьмы». Глаза Ребекки Квентин расширились от шока. Элис Робинсон продолжила: «Как только Говард Джеффри закончил разговор с вашей матерью, он бросился в отель, где находился Честер, пытаясь сорвать план… Но к тому времени, как Говард Джеффри прибыл на место происшествия, Честер уже был серьезно ранен и госпитализирован, а я потеряла сознание… Когда я очнулась, я уже лежала в больнице. Я слышала, что меня выручил Говард Джеффри, и он также перевел меня в более хорошую больницу». «Итак, теперь Честер…» Элис кивнула: «Он по-прежнему находится под наблюдением полиции, но сейчас он в вегетативном состоянии. Полиция разрешила следить за ним и казнить его за пределами тюрьмы. Конечно, возможность наблюдения за ним снаружи также стала возможной благодаря связям Говарда Джеффри с полицией». Ребекка Квентин недоуменно покачала головой и спросила: «Почему Говард Джеффри захотел остановить план после звонка от М, и почему он так много сделал для тебя и Честера после этого?» В этот момент Алиса глубоко вздохнула и ответила: «Потому что… Честер — брат Говарда Джеффри». "Что вы сказали?" Ребекка Квентин подумала, что ослышалась. Элис повторила: «Да, Честер — брат Говарда Джеффри». Ребекка Квентин покачала головой, не в силах поверить своим ушам. «М позвонил Говарду Джеффри из тюрьмы, чтобы сообщить ему об этом». Ребекка Квентин безразлично спросила: «Сказанное М. — правда?» Элис ответила: «После инцидента с Честером Говард Джеффри сделал ДНК-тест Честеру в больнице, и результаты подтвердили, что Честер и Говард Джеффри действительно являются сводными братьями». «А как же мы с Честером?..» «Пока неясно, являетесь ли вы с Честером кровными родственниками. Для окончательного вывода вам необходимо сделать ДНК-тест вместе с Честером». Ребекка Квентин застыла на месте. Взгляд Алисы снова устремился на бледного, красивого мужчину, лежащего на кровати, и, сглотнув горечь в горле, она пробормотала: «Думаю, возможно, он сам даже не знает, кто он на самом деле…» Ребекка Квентин была погружена в свои мысли и долгое время не приходила в себя. На мгновение воцарилась тишина, затем Ребекка Квентин внезапно заговорила: «Мысль о том, что Честер — мой брат, кажется нелогичной… Если Честер — мой родной брат, и М знала, что мы с Честером кровные родственники, почему она позволила Честеру добиваться меня? Тот факт, что она позвонила Говарду Джеффри и умоляла его проявить милосердие, означает, что она любит Честера. Ей следовало подумать о счастье Честера, не так ли?» «Вы всё правильно обдумали. Из-за этих сомнений и Говард Джеффри, и я считаем, что есть большая вероятность того, что вы с Честером не являетесь кровными родственниками». Ребекка Квентин растерянно нахмурилась: «Что вы имеете в виду?» Элис повернула лицо и серьезно посмотрела на Ребекку Квентин: «У вас с Вивиан Линдси есть некоторое сходство в бровях, поэтому бесспорно, что вы дочь Вивиан Линдси. Однако Честер и Вивиан Линдси могут быть не матерью и сыном; Честер может быть ребенком мистера Джеффри и другой женщины». Ребекка Квентин согласно кивнула: «Этот вопрос легко решить. Как только я закончу ДНК-тест с Честером, все станет ясно». «Если результаты ДНК-теста покажут, что вы и Честер не являетесь кровными родственниками, это будет означать, что Честер не сын Вивиан Линдси. Так что, вы бы хотели выяснить, кто биологическая мать Честера?» «Конечно, я хочу это выяснить… Если Честер не сын Вивиан Линдси, и Вивиан Линдси отдала ему всю свою материнскую любовь, я хочу узнать причину!» ---------- Главы 659–343: Слишком сильная забота о тебе (Часть 2) «Вот почему Говард Джеффри не хочет вам об этом рассказывать…» "Хм?" «Вы хотите выяснить причину, но если Вивиан Линдси не захочет об этом говорить, вы даже не узнаете, кто биологическая мать Честера Робинсона…» «Тогда спроси Вивиан Линдси!» «Говард Джеффри уже отправился в тюрьму, чтобы допросить Вивиан Линдси, и результаты подтвердили наши подозрения. Вивиан Линдси признала, что не является биологической матерью Честера Робинсона, но отказалась раскрыть Говарду Джеффри личность матери Честера…» Ребекка Квентин подозрительно спросила: «Она что-то скрывает?» Элис Робинсон покачала головой: «Она ничего не скрывает, она готова говорить, но поставила условие Говарду Джеффри». «Она хочет, чтобы Говард Джеффри нашел способ вызволить ее из тюрьмы?» Элис Робинсон по-прежнему качала головой: «Нет, единственное условие, которое она поставила, — она хочет с тобой встретиться». «Я ослышался? Она хочет со мной встретиться?» «Да, это единственное условие, которое она поставила Говарду Джеффри». Ребекка Квентин усмехнулась: «Она действительно странная… прожила в этом мире больше двадцати лет, не хотела со мной встречаться, даже ненавидела меня, презирала, а теперь говорит, что хочет меня видеть? Разве это не какой-то ее план?» По словам и поступкам Ребекки Квентин Элис Робинсон уже могла почувствовать, что Ребекка Квентин питает глубоко укоренившуюся ненависть к Вивиан Линдси. Действительно, по мнению Ребекки Квентин, Вивиан Линдси за более чем двадцать лет ни разу не проявила к ней материнской заботы, и даже чтобы отомстить семье Джеффри, она много раз прибегала к угрозам в адрес Говарда Джеффри, причиняя ему вред… Ребекка Квентин на мгновение задумалась, затем покачала головой: «Нет, она сейчас в тюрьме, и даже если ей хочется что-то замышлять, это всего лишь отчаянная борьба умирающего человека…» Элис Робинсон перехватила инициативу в разговоре: «Значит, она очень хочет с тобой познакомиться…» «Невозможно!!» — не успела Элис Робинсон продолжить, как Ребекка Квентин уже в гневе воскликнула: «Я никогда не встречу такую ​​бессердечную женщину, которая бросила свою семью и так жестока… Я никогда не встречу её при своей жизни!!» «Тогда происхождение Честера так и останется загадкой?» «Говард Джеффри найдет другой способ заставить ее». «Вивиан Линдси сказала, что если вы не хотите ее видеть, она унесет эту тайну в могилу, даже если сгниет в тюрьме». «Почему она хочет со мной встретиться?» С этим вопросом в голове Ребекка Квентин медленно вышла из больничной палаты. Говард Джеффри все это время ждал снаружи палаты, и, увидев Ребекку Квентин, быстро шагнул вперед, схватил ее за мягкие плечи и нервно крикнул: «Бекка…» У Ребекки Квентин было мрачное выражение лица, она была погружена в свои мысли. «Прости меня, прости мой эгоизм, в тот момент я просто не хотел, чтобы ты была связана с М…» Ребекка Квентин прервала самобичевание Говарда Джеффри, нахмурившись: «Почему ты мне „извиняешься“?» Говард Джеффри на мгновение замер, в его темных глазах читалась легкая задумчивость: «Разве Элис Робинсон тебе не рассказывала?» «Да! Она сказала, что вы с Честером сводные братья по отцовской линии, но маловероятно, что мы с Честером родные. Она также сказала, что вы пытались проверить Вивиан Линдси в тюрьме, чтобы заставить её раскрыть личность биологической матери Честера, но Вивиан Линдси отказалась, желая, чтобы я встретился с ней!» Говард Джеффри поднял бровь: «Она рассказала тебе только это?» Ребекка Квентин кивнула: «Она сказала, что хотела бы рассказать мне кое-что еще от твоего имени, но, подумав, решила, что лучше, если ты расскажешь мне лично, поэтому я и спрашиваю… есть ли еще что-нибудь, что ты хочешь мне рассказать?» "Бекка…" — голос Говарда Джеффри внезапно охрип. Ребекка Квентин пристально посмотрела на него своими прекрасными глазами: "Хм?" На красивом лице Говарда Джеффри отражалось труднообъяснимое чувство, которое Ребекка Квентин никак не могла расшифровать. «Говард Джеффри, на самом деле тот факт, что Честер — твой брат, никак не влияет на наши отношения, так почему же ты скрывал это от меня, заставляя меня неправильно понимать ситуацию, пока заботился об Элис Робинсон, вместо того чтобы сказать мне об этом?» «Потому что я знала, что как только ты узнаешь личность Честера, тебе непременно захочется узнать, кто его биологическая мать». «Конечно, я хочу это выяснить!!» — воскликнула Ребекка Квентин с волнением. — «Вивиан Линдси скорее предпочтет заботиться о чужом ребенке, чем обо мне. Это потому, что биологическая мать Честера очень к ней привязана, или потому, что в ее глазах я даже не так хороша, как приемный ребенок?!» «Бекка, боюсь, единственный человек, который может ответить на эти вопросы, — это сама Вивиан Линдси». «Поэтому я и решила пойти на прием к Вивиан Линдси». Глаза Говарда Джеффри потемнели еще сильнее: «Я знал, что ты в конце концов захочешь с ней увидеться». Ребекка Квентин медленно опустила взгляд: «Я правда не хочу встречаться с этим человеком, но она знает о происхождении Честера… Мне очень хочется во всем этом разобраться». "Ты ведь всё ещё заботишься о ней, не так ли?" Вспомнив все прошлые проступки Вивиан Линдси, Ребекка Квентин сердито выпалила: «Мне все равно, почему меня это должно волновать? Я встречаюсь с ней только для того, чтобы выяснить, почему такая женщина, которой наплевать на семейные узы, завязала с Честером отношения, похожие на отношения матери и сына?» Глубокий взгляд Говарда Джеффри пристально смотрел в глаза Ребекке Квентин. В ее ясных глазах, помимо гнева, ненависти и обиды, таились разочарование и глубокое горе. Он до сих пор помнил, как после того, как он отправил М в тюрьму, благодаря тому, что Честер подливал масла в огонь из-за кулис, она узнала о существовании М. В то время он спросил её, хочет ли она увидеть М., и до сих пор помнит её ответ: «Конечно, хочу… Я хочу увидеть мать, которая может подарить ребёнку тепло и заботу, а не хладнокровную женщину, которой наплевать на собственную дочь и которая причиняет ей вред без разбора, она не заслуживает того, чтобы я её видел…» Позже, когда он объяснил ей, что у него не было другого выбора, кроме как отправить М в тюрьму, она выразила понимание, но сказала, что хочет знать о положении М в тюрьме. С того момента он понял, что даже среди множества обид на М, М, в конце концов, была ее матерью, и в глубине души она тосковала по теплу материнской любви. "Говард Джеффри…" "Хм?" «О чём ты думаешь? Ты выглядишь растерянным». Говард Джеффри пристально посмотрел на Ребекку Квентин, его магнетический голос стал более хриплым, чем обычно: «Я не хочу, чтобы вы встречались с М.». «Разве вам не хочется выяснить, кто биологическая мать Честера?» "Мне все равно." «Но мне не всё равно, я уже решил встретиться с Вивиан Линдси». "Бекка…" Ребекка Квентин недоумевала: «Почему вы не хотите, чтобы я с ней познакомилась?» Говард Джеффри сжал тонкие губы, не отвечая. Внезапно Ребекку Квентин осенило: «Я поняла, ты скрывал от меня тот факт, что заботился об Элис Робинсон, потому что не хотел, чтобы я знала личность Честера, ты боялся, что я пойду встречаться с М… почему?» В этот момент Говард Джеффри притянул Ребекку Квентин к себе в объятия. Ребекка Квентин осторожно попыталась вырваться из объятий Джеффри: «Позволь мне пойти первой… ты так и не объяснил, почему не хочешь, чтобы я встретилась с М.». ---------- Главы 660-344: Я буду любить её всю жизнь Говард Джеффри слегка отпустил Ребекку Квентин, его темные, неописуемо эмоциональные глаза пристально смотрели на нее, и из его хриплого голоса вырвалось: «После того, как ты увидишь М, ты все поймешь». Ребекка Квентин вырвалась из объятий Говарда Джеффри: «Тогда я пойду к ней». Когда Ребекка Квентин повернулась, чтобы уйти, Говард Джеффри протянул руку и схватил её: «Я пойду с тобой». Ребекка Квентин пристально посмотрела на Говарда Джеффри, полагая, что полет на его частном самолете доставит их в Т-Сити как можно быстрее, и тут же кивнула. Кристин Куинн, которую Джейсон Вуд остановил у входа в больницу, как только увидела Ребекку Квентин, бросилась к ней: «Бекка!!» "Сестра." Увидев в этот момент Говарда Джеффри, держащего на руках Ребекку Квентин, Кристин Куинн была поражена и недоверчиво воскликнула: «Бекка, ты и он…» Говард Джеффри отпустил Ребекку Квентин, тихо сказав: «Я подожду тебя в машине». Ребекка Квентин кивнула. Говард Джеффри поцеловал Ребекку Квентин в лоб, а затем ушёл. Кристин Куинн сердито посмотрела в холодную, гордую спину Говарда Джеффри: «Он же тебя не запугивал, правда?» Ребекка Квентин взяла Кристин Куинн под руку и молча покачала головой. «Бекка, он объяснил тебе, какие неясные отношения у него и Алисы?» "Да." «Какие причины?» «Я до сих пор не знаю причину, но это не то, что я подозревал, он никак не связан с Алисой». Кристин Куинн была шокирована: «А что, если Элис беременна?» «Сестра, мне нужно вернуться в деревню… давай поговорим по дороге!» "А, возвращаться?" После долгого перелета группа наконец прибыла в город Т. Ребекка Квентин не стала медлить; как только она прибыла в Т-Сити, она сразу же направилась в женскую тюрьму в пригороде. До самого конца она шла без колебаний, но, переступив порог тюрьмы, Ребекка Квентин наконец замедлила шаг. Джейсон Вуд приветствовал начальника тюрьмы, а Ребекка Квентин ждала на месте, ее сердце постепенно начинало биться быстрее от волнения. Она внезапно заговорила, обратившись к Говарду Джеффри, который её держал: «Я хочу, чтобы ты был со мной». «В тюрьме разрешено посещение только одному человеку». «Но я…» Говард Джеффри снисходительно потрепал черные волосы Ребекки Квентин: «Веди себя хорошо, я подожду тебя снаружи». Ребекка Квентин глубоко вздохнула: «Хорошо!» «Хорошо, давайте!» Ребекка Квентин кивнула и последовала за начальником тюрьмы в комнату для свиданий. После ухода Ребекки Квентин к Говарду Джеффри подошел Джейсон Вуд с легким беспокойством на лице: «Босс, жена босса обязательно обвинит тебя позже…» Говард Джеффри покачал головой: «Я был слишком эгоистичен». Впервые Джейсон Вуд увидел, как Говард Джеффри утратил свой обычный жизнерадостный блеск, окутанный чувством упадка и бессилия. «Это потому, что ты слишком переживаешь за жену босса, а Вивиан Линдси не стоила того, чтобы её жалеть». Говард Джеффри махнул рукой: «Можно посмотреть содержание их разговора?» Джейсон Вуд кивнул: «Я уже поговорил с начальником тюрьмы, мы можем наблюдать за происходящим из комнаты наблюдения». "Пойдем!" Когда Ребекка Квентин прибыла в место для прощания, Вивиан Линдси еще не пришла. Сидя в кресле и ожидая Вивиан Линдси, она так сильно волновалась, что чуть не выпрыгнула из груди. Она думала, что может считать эту женщину никому не нужной, но до этого момента понимала, что это невозможно. Даже слова «мать», вызывавшие боль в её сердце, всё равно имели огромную силу. Внезапно послышались тихие, медленные шаги. Глядя на хрупкую фигуру в тюремной одежде, Ребекка Квентин не сразу подняла голову. Наконец, человек сел напротив неё. Ребекка Квентин чувствовала, как на нее пристально смотрят. "Бекка…" Человек выкрикнул одно слово, но внезапно растерялся. Ребекка Квентин медленно подняла глаза, чтобы посмотреть на человека напротив. На первый взгляд, Ребекка Квентин почти не узнала её. После более чем полугода в тюрьме она утратила свой гламурный образ с фотографий; она по-прежнему была красивой женщиной, но на ней виднелись следы времени, и она выглядела намного старше, чем на фотографии. Взгляд Вивиан Линдси был неподвижно прикован к изысканному и прекрасному лицу Ребекки Квентин, глубоко взволнованному, но она крепко вцепилась в край стола, сдерживая себя. В груди Ребекки Квентин внезапно возникло неприятное чувство. Эта женщина с седыми прядями — её мать? Ее нынешнее отчаяние, такая уязвимость в то время, когда она должна быть мирной и спокойной, — почему она должна терпеть такие страдания в тюрьме? Все матери в мире любят своих детей, почему же только её мать не любила их? Почему за такой уязвимой внешностью скрывается злобное сердце? ---------- Главы 661-344: Я буду любить её всю свою жизнь (2) Размышляя об этом, Ребекка Квентин попыталась подавить горечь в горле и спокойным голосом сказала: «Вы должны знать, почему я пришла к вам». Вивиан Линдси ничего не сказала, ее некогда прекрасные карие глаза теперь потускнели, и она по-прежнему пристально смотрела на Ребекку Квентин. Увидев молчание Вивиан Линдси, Ребекка Квентин снова холодно спросила: «Как же мне вас тогда называть? Думаю, лучше всего будет „леди Линдси“». Вивиан Линдси наконец пришла в себя, и в ее глазах появилась легкая улыбка: «Ты очень красивая... Ты похожа на своего отца, хотя красоту ты унаследовала от меня». «Извините, я родился без матери, поэтому от вас ничего не унаследовал... Давайте сразу перейдем к делу!» Холодные слова Ребекки Квентин заставили Вивиан Линдси глубоко вздохнуть, но она сохранила легкую улыбку: «Вас сопровождал Говард Джеффри?» Ребекка Квентин этого не отрицала. Вивиан Линдси тихонько усмехнулась: «Если хочешь называть меня „леди Линдси“, то пусть так и будет. Главное, чтобы это тебя радовало». С каждой секундой, проведенной у лица Вивиан Линдси, Ребекка Квентин испытывала невыносимую боль, которая заставляла ее гневно проклинать женщину перед собой. Но она знала, что, позволив себе выплеснуть эти эмоции, она неудержимо польется слезами... Она не хотела, чтобы эта женщина увидела её уязвимость, она этого не хотела! Ребекка Квентин холодно сказала: «Я не хочу тратить здесь слишком много времени... Вы знаете, зачем я здесь, поэтому, пожалуйста, скажите мне, кто мать Честера Робинсона?» Вивиан Линдси ответила без промедления: «Когда я была со Стивеном Джеффри, из-за того, что я в прошлом принимала слишком много противозачаточных таблеток, у меня произошла аномалия яйцеклеток. Даже если бы я забеременела, ребенок не был бы здоровым. Чтобы быстро заставить Стивена Джеффри развестись со своей женой, я украла его сперму и скрывалась от него целый год… Год спустя я принесла ему ребенка и сказала, что это наш ребенок. После теста на отцовство он решил развестись, поэтому Честер родился от суррогатной матери. Даже я не знаю, кто его биологическая мать, но могу подтвердить, что она была красивой студенткой, образованной и культурной». "Ты к тому времени уже рассталась с моим отцом?" «Нет, после нескольких лет отношений со Стивеном Джеффри, однажды Александр Квентин, словно сумасшедший, разыскал меня… используя развод в качестве предлога, он обманом заманил меня к себе и не позволил Стивену снова меня найти… Чтобы удержать меня, Александр хотел, чтобы я родила ему ребенка, но он не знал о моем положении. В отместку я родила тебя… После твоего рождения Александр перестал быть настороже. Наконец, мне удалось сбежать от него, и я вернулась к Стивену Джеффри». «А вы знали тогда, что я был здоровым ребёнком?» Вивиан Линдси покачала головой: «Я всегда испытывала ненависть, находясь рядом с Александром Квентином, поэтому никогда не обращала на тебя внимания». «Почему ты ненавидела моего отца? Разве ты не разрушила его предыдущий брак, чтобы быть с моим отцом?» «Я не разрушала брак твоего отца; он всегда крутился вокруг меня, используя отвратительные методы, чтобы заставить меня оставаться рядом с ним... За это Моника Лэндон ненавидела меня всю свою жизнь!» Ребекка Квентин яростно покачала головой и воскликнула: «Мой отец был совсем другим!» Вивиан Линдси усмехнулась: «Могу лишь сказать, что единственная роль, которую он хорошо сыграл в жизни, — это роль отца». В глазах Ребекки Квентин слегка мерцала влага. Несмотря на то, что она яростно защищала своего отца, она понимала, что не может опровергнуть слова Вивиан Линдси... потому что ее отец действительно совершил слишком много ошибок для этой женщины. «Мисс Квентин, я не ожидаю, что вы поверите каждому моему слову. В конце концов, я не хороший человек в ваших глазах, но, по крайней мере, я тот, кто признает свои поступки». Ребекка Квентин глубоко вздохнула, чтобы успокоить нарастающий гнев, но ее голос все еще неудержимо кричал: «Даже если мой папа — худший человек на свете, в моем сердце он — лучший папа». Вивиан Линдси кивнула: «Как отец, он действительно хорошо справился». Волнение Ребекки Квентин постепенно утихло, и она спокойно сказала: «Позвольте задать вам последний вопрос». "Вперед, продолжать." «Вы считаете Честера Робинсона своим сыном, так почему же вы отправили его в детский дом?» Взгляд Вивиан Линдси постепенно потускнел, погрузившись в воспоминания о прошлом. «После того, как я привела Честера к Стивену Джеффри, Стивен начал вести переговоры о разводе со своей женой. Но его жена была очень упряма и отказывалась разводиться. Стивен, видя, что Скайлер Джеффри и Говард Джеффри еще молоды, начал их жалеть. Он не только скрывал от нее тот факт, что у нас есть ребенок, но и затягивал развод. Я терпела это несколько лет, пока не смогла больше этого выносить. Чтобы заставить Стивена Джеффри принять решение быстрее, я намеренно отправила Честера в детский дом, чтобы спровоцировать его. Но я и не подозревала, что сразу после отправки Честера в детский дом меня нашел Александр Квентин, как я только что вам рассказала. Он держал меня в заточении больше года… Когда я сбежала от Александра и вернулась к Стивену Джеффри, Стивен узнал, что я уже отправила Честера в детский дом, но когда мы пошли за ним, обнаружили, что его перевели в другой детский дом. А поскольку этот детский дом был снесен, и из-за того, что прошло больше года…» Мы не могли отследить местонахождение Честера... Мы долго искали его, пока однажды не услышали новости о нем, но в тот день Стивен Джеффри и я попали в «автомобильную аварию», виновником которой стал Александр Квентин... Оказалось, что вся история была именно такой. Вивиан Линдси не нужно было продолжать, Ребекка Квентин уже догадалась... Лишившись поддержки Стивена Джеффри, Вивиан Линдси скрылась от Александра Квентина и начала свой путь к мести... Она заботилась о Честере, но не рассказывала ему о его личности, надеясь, что он вырастет и поможет ей отомстить тем, кто разрушил ее и Стивена Джеффри счастье. Поэтому Честер, исполненная благодарности к Вивиан Линдси, начала свой путь мести. Женщина разрушила счастье трёх семей, причинила вред двум поколениям... Она твёрдо верила в справедливость в этом мире, и теперь Вивиан Линдси расплачивается за свои грехи. "Хе-хе-хе" Ребекка Квентин внезапно глупо рассмеялась, ее печальный взгляд был прикован к и без того бледному и изможденному лицу Вивиан Линдси, а в сердце ее пронзала одна за другой острая боль. ---------- Главы 662–345: Он хочет завоевать сердце своей жены (Часть 1) Это её мать, женщина гнусной натуры, полная ненависти. Почему у неё такая мать? Почему? Ребекка Квентин постоянно задает себе этот вопрос, но ответом на него служит лишь удушающая душевная боль. Вивиан Линдси увидела грусть в глазах Ребекки Квентин и тихо сказала: «Думаю, у тебя больше нет вопросов ко мне… Продолжай, живи хорошо с Говардом Джеффри, на него можно положиться». «Думаю, я больше сюда никогда не приеду, берегите себя». Не взглянув больше на Вивиан Линдси, Ребекка Квентин вытерла слезы с щеки, встала и без колебаний вышла из комнаты для свиданий. Вивиан Линдси смотрела на хрупкую фигуру Ребекки Квентин, когда та уходила, и лишь когда Ребекка Квентин скрылась из виду, она отвела взгляд. Ее глаза, обычно полные ненависти, теперь были наполнены слезами. Тем временем в комнате наблюдения. Джейсон Вуд недоверчиво уставился на него: «Как такое могло случиться?..» Вивиан Линдси ничего не сказала!! Брови Говарда Джеффри слегка нахмурились, он явно не ожидал действий Вивиан Линдси в этот момент. «Мистер Джеффри, ваша жена уже вышла». Внезапно раздался голос начальника тюрьмы. Говард Джеффри разгладил складку между бровями, вновь обрел свою обычную бесстрастную манеру поведения и вышел из комнаты наблюдения. Ребекка Квентин стояла в коридоре, и, увидев приближающегося Говарда Джеффри, внезапно бросилась ему в объятия. Говард Джеффри протянул руку и крепко обнял Ребекку Квентин, давая ей возможность выговориться в своих объятиях. «Почему у меня такая мать…» Слезы лились из глаз Ребекки Квентин, словно жемчужины, из порванной нити, когда она, прислонившись к Говарду Джеффри, не могла сдержать своего горя. Говард Джеффри погладил мягкие длинные волосы Ребекки Квентин и поцеловал ее влажную щеку. Спустя очень долгое время Ребекка Квентин наконец перестала плакать и медленно выскользнула из объятий Говарда Джеффри. Она подняла глаза, посмотрела на Говарда Джеффри и тихонько усмехнулась: «Проливать слезы из-за того, кто меня не любит, действительно того не стоит, не так ли?» Говард Джеффри ничего не сказал, он лишь осторожно протянул руку, чтобы вытереть оставшиеся слезы с уголков глаз Ребекки Квентин. «Так почему вы не хотите, чтобы я увиделся с М.?» «Я боялся, что тебе будет больно». «Вы боитесь, что я узнаю, что родилась в результате мести М моему отцу?» Ей действительно было трудно это принять, она не могла поверить, что стала продуктом ненависти Вивиан Линдси. «С самого начала я не хотел, чтобы у тебя были какие-либо связи с М.» «Ты не хотела, чтобы я видела М., но предпочла, чтобы я неправильно поняла тебя в разговоре с Элис Робинсон. Знаешь, с Вивиан Линдси моя боль и разочарование могут зажить, а твое „предательство“ будет причинять мне боль всю жизнь». «Прости, я тебя подвел». «Нет, должны быть и другие причины…» «Других причин нет». «Но вы просите меня простить ваш эгоизм». «Я действительно был эгоистичен, я скрывал от вас свою заботу об Алисе Робинсон и не позволял вам видеться с М., потому что боялся, что вы пожалеете М.» «Она уже в тюрьме, это её заслуженное наказание, я не буду её жалеть». «Но я хочу большего». Ребекка Квентин нахмурилась от недоумения. "Что ты имеешь в виду?" Говард Джеффри осторожно положил руку на плечо Ребекки Квентин и тихо произнес: «Вивиан Линдси в безумном стремлении к мести причинила вред двум поколениям… Я не собираюсь ограничиваться несколькими годами тюремного заключения, я хочу, чтобы она провела там остаток своей жизни». Лицо Ребекки Квентин побледнело. «Вивиан Линдси подтолкнула меня и моего брата к тому, чтобы выступить против Честера Робинсона, в результате чего Честер сейчас лежит в больничной койке и не может проснуться… Я хочу, чтобы она понесла наказание по обвинению Честера и понесла пожизненное тюремное заключение». Ребекка Квентин в оцепенении спросила: «Заставить её нести бремя расходов Честера?» «Да, я найду способ свалить все обвинения в контактах Честера с наркокартелем в городе Нью-Йорк на Вивиан Линдси. Судья знает, что Честер и Вивиан Линдси когда-то были приемными родителями, поэтому этой истории будет легко поверить». «Вы пытаетесь заставить Вивиан Линдси взять вину на себя за Честера». «На самом деле, дело не совсем в том, чтобы взять вину на себя… Контакты Честера с этими наркоторговцами в Северном городе начались с Вивиан Линдси. Вивиан Линдси, стремясь к быстрому успеху и мгновенной выгоде, помогала этим наркоторговцам отмывать деньги, что позволило Честеру как можно быстрее составить мне конкуренцию». Голос Ребекки Квентин внезапно охрип: «Но Честер совершил преступление…» Неужели она действительно заставит Вивиан Линдси провести всю жизнь в тюрьме? «Признаю, это очень эгоистично, но Вивиан Линдси в тюрьме лучше, чем Честер… Вы должны знать, что полиция уже конфисковала все активы Честера. Сумма, которую он отмывал для наркокартеля на протяжении многих лет, достаточна, чтобы держать его в тюрьме пожизненно». ---------- Главы 663-345: Ему приходится много работать, чтобы угодить жене 1_2 «Значит, ты планировала всё от меня скрыть и свалить всю вину на Вивиан Линдси…» Стройное тело Бекки слегка дрожало от эмоционального потрясения. «Бекка… прости мой эгоизм». Бекка опустила голову, на ее лице читалась боль. Говард Джеффри нежно обхватил лицо Бекки ладонями, заставив ее посмотреть на него, и тихо сказал: «Жизнь Честера Робинсона не должна быть разрушена таким образом». «Но если она возьмет вину на себя, то проведет всю жизнь в тюрьме…» "Бекка…" Руки Бекки скользнули по рукам Говарда, крепко сжимая его: «Может быть, после освобождения она сможет исправиться; люди могут меняться…» Говард прервал Бекку, не дав ей договорить: «Бекка, она не изменится». Бекка нахмурила брови, глядя на решительное и красивое лицо Говарда: «Ты ведь решил это сделать, не так ли?» "Да." Бекка резко покачала головой и медленно отступила назад. Говард внезапно обнял Бекку, не позволяя ей отстраниться, крепко прижимая её к себе: «Я знаю, она твоя мать, и даже если она совершила все эти плохие поступки, ты не можешь заставить себя предать её… но Честера не следует хоронить вместе с её ошибками». Бекка прижалась к груди Говарда, ее глаза, затуманенные слезами, стали пустыми. Отель. Ночью холодный ветер нежно ласкал ледяное лицо Бекки. Она обняла себя руками и спокойно стояла на балконе отеля. В какой-то неопределённый момент Говард подошёл к ней, накинув ей на плечи свой пиджак: «Холодно, тебе станет плохо, заходи внутрь!» Бекка сердито посмотрела на Говарда: «Значит, главная причина, по которой ты на этот раз поехал со мной в Т-Сити, заключалась в том, чтобы очистить имя Честера?» Говард честно ответил: «Да». Бекка покачала головой, повернулась и снова устремила взгляд на далекий горизонт, освещенный огнями города. Говард протянул руку, чтобы обнять хрупкие плечи Бекки, и серьезно спросил: «Ты меня понимаешь?» «Я не знаю…» — Бекка сглотнула горечь, застрявшую в горле, — «Я не хочу, чтобы жизнь Честера была разрушена, но я также…» Бекка снова опустила голову и покачала ею: «Возможно, ты правильно сделала, что скрывала это от меня». «Больше не думай о Вивиан Линдси… Я проведу здесь несколько дней, занимаясь делом Честера, а когда мы вернемся домой, все это закончится». "Не могли бы вы дать мне немного покоя в одиночестве?" «Я могу, но не здесь… вернись в комнату, я дам тебе время и пространство». Бекка слегка кивнула. Говард обнял Бекку, повернулся и вошел в комнату. В ту ночь Говард не спал с Беккой, дав ей целую ночь на размышления. На следующий день Говард отправился в тюрьму. В этот момент Говард сидел напротив Вивиан Линдси, с безразличным выражением лица. Вивиан первой нарушила молчание: «Я знала, что ты придёшь ко мне… что, ты удивлена, что я тебе помогла?» Говард откинулся на спинку стула, его голос был бесстрастным: «Говори это или нет, я не позволю Бекке меня покинуть». Вивиан тихонько усмехнулась: «Удивительно, что моя глупая дочь смогла заставить тебя влюбиться в нее…» «Меня также удивляет, что вы так цените связь между матерью и дочерью». Вивиан наклонила голову и улыбнулась: «Ты так много делала втайне, чтобы Бекка меня неправильно поняла; если бы я рассказала ей вчера, разве она бы развелась с тобой тогда же?» На спокойном лице Говарда появилась легкая улыбка, он слегка приподнял бровь: «Почему бы тебе не попробовать?» Вивиан прищурилась, в ее глазах мелькнула нотка ненависти: "Ты думаешь, я этого не хочу?" Говард произнес сдержанно, но напряженно: «Поэтому я не буду вас благодарить». Вивиан фыркнула, внимательно разглядывая выражение лица Говарда, и наконец сказала: «Ты знаешь, зачем я это делаю». Говард прямо заявил: «Могу вас заверить в одном: я не отношусь к женщинам так, как мой отец. Какой бы привлекательной ни была женщина, я предпочитаю оставаться верным одной». Резкие слова Говарда были полны иронии и насмешки. Вивиан на мгновение потеряла дар речи: «Я знаю, почему ты пришла сегодня… даже если бы ты не знала, я бы поступила так же». Говард встал, застегнул костюм и холодно сказал: «Я не буду с вами снисходителен». «Подождите, можно я попрошу вас кое-что для меня сделать?» Говард стоял спиной к Вивиан, источая ледяную ауру, но не делая ни шага. Вивиан встала и передала Говарду заранее подготовленное письмо: «Не могли бы вы передать это письмо Честеру от моего имени?» «Вы, наверное, забыли, что он сейчас лежит в больнице, возможно, проведет там всю свою жизнь». «Я… я думаю, он проснётся». «Извините, я не привык совершать добрые дела». С этими словами Говард продолжил свой путь. "Говард!!" Вивиан громко крикнула, заставив Говарда остановиться. Вивиан, всегда гордая, опустилась до такого уровня ради Честера, достигнув предела своих возможностей. В этот момент она встала, смягчила голос и умоляюще произнесла: «Пожалуйста». Последовала долгая тишина. Тюремный охранник напомнил им, что время посещений закончилось. Вивиан положила письмо на стол и последовала за охранником обратно в свою камеру. Ее шаги были тяжелыми, впервые сметая с себя всю многолетнюю гордость перед Говардом. Когда фигура Вивиан почти скрылась в тиски камеры, она услышала безэмоциональный, ровный голос Говарда. «Это не для тебя, это для Честера». Вивиан на мгновение опешилась, прежде чем поняла смысл слов Говарда; когда она обернулась, красивый молодой человек, напоминавший ей отца в молодости, не увидел перед собой ничего, кроме унылой спины. Вивиан больше ничего не сказала, медленно шагнув вперед. И, двигаясь, она снова услышала тихий голос Говарда: «Я буду любить её всю свою жизнь». Комната для свиданий снова опустела, и казалось, что весь мир затих. Телефон Говарда, лежавший в кармане костюма, завибрировал. Он подумал, что это звонок, но проверил, и оказалось, что это текстовое сообщение. Это было от Бекки. На экране отобразилось сообщение: «Я всё обдумал, и, возможно, ваше решение было правильным, но в последнее время произошло так много событий, что моё сердце сжимается от горя. Я хочу спокойно побыть один. Не приходите меня искать; когда я разберусь со своими проблемами, я приду к вам». Кладбище. Осенний ветер был прохладным, когда Бекка, закутанная в черное шерстяное пальто, стояла перед белым надгробием. ---------- Главы 664-346: Он хочет завоевать расположение своей жены 2 На надгробном камне запечатлено любящее лицо с легкой улыбкой, всегда доброе и приветливое. Ребекка Квентин поправила воротник своего шерстяного пальто и глубоко вздохнула. "Скучать." Сзади раздался уважительный возглас. Ребекка Квентин пришла в себя, обернулась и увидела тетю Клэр неподалеку. В глазах Ребекки Квентин появилась легкая влажность, она вытерла слезы, которые не успел высохнуть на ветру, и улыбнулась тете Клэр. Тетя Клэр подошла к Ребекке Квентин с неизменной теплотой: «Мне позвонила мисс Куинн и сказала, что вы не вернулись в Нью-Йорк с мистером Джеффри, и она не может с вами связаться… Я догадалась, что вы здесь». Ребекка Квентин посмотрела на постаревшее лицо на надгробном камне и слабо улыбнулась: «Давно я не навещала папу, очень по нему скучаю». Тетя Клэр кивнула: «Я тоже скучаю по учителю, хотя… в молодости он совершал ошибки». Ребекка Квентин ничего не сказала, просто смотрела на доброе лицо на надгробном камне, и прошло много времени, прежде чем она наконец произнесла: «Все, что я знаю, это то, что он был лучшим отцом на свете». Тетя Клэр тихо вздохнула: «Позвольте мне рассказать вам старую историю о хозяине». "Мм." Тетя Клэр погрузилась в далекие воспоминания: «Я помню день, когда ты вышла замуж за мистера Джеффри. Хозяин, которого я никогда не видела пьющим, пил всю ночь… Напившись, он остался один в комнате, где когда-то жила твоя мать, что-то бормоча себе под нос. Я смутно помню, что он сказал… Вивиан, я обидел тебя, я когда-то использовал презренные методы, чтобы заставить тебя выйти за меня замуж, ты вправе ненавидеть меня и обижаться, но я все еще думаю о тебе… Понимаешь? Наша дочь очень чистая и добрая, но я выдал ее замуж за Говарда Джеффри… Сегодня ее свадьба с Говардом, и когда я увидела ее, счастливо прижавшуюся к Говарду, в тот момент мне действительно хотелось разорвать себя на куски… Вивиан, почему грехи, которые мы совершили, должны лечь на нашу дочь? Можем ли мы обменять самый трагический конец на счастье нашей дочери на всю жизнь?» Слова тети Клэр нарисовали в сознании Ребекки Квентин мрачные картины. Отец, старый и немощный, сидел в комнате матери. Его морщинистое лицо было покрыто слезами сожаления… Затуманенный взгляд Ребекки Квентин постепенно погрузился в оцепенение. Тетя Клэр снова вздохнула, поддержала Ребекку Квентин и тихо сказала: «Думаю, судьба хозяина и твоей матери была предопределена. Тебе не стоит зацикливаться на том, почему все так закончилось, потому что я знаю, что самым большим желанием хозяина в этой жизни было видеть тебя счастливой, и теперь счастье в твоих руках, тебе нужно лишь протянуть руку и дотронуться до него, и все прошлые обиды исчезнут». Ребекка Квентин подняла ясный взгляд и посмотрела на тетю Клэр. Тетя Клэр кивнула и тихо сказала: «Иди, тебя ждет Говард…» Наступление ночи. В холодном и пустом гостиничном номере Ребекка Квентин прислонилась к изголовью кровати и долгое время была погружена в свои мысли. Все события последних лет постоянно прокручивались в ее голове, и волна душевной боли и дискомфорта захлестнула ее сердце. Она недоумевала, почему отец тогда так и не сказал ей правду? Если бы она знала правду, возможно, её жизнь сложилась бы совершенно иначе… даже если бы ей грозило возмездие, по крайней мере, она бы не влюбилась в того, кого не должна была любить. Кто знает, если бы она могла выбирать, она бы предпочла никогда не встречаться с ним в этой жизни, лишь бы это означало простую и обычную жизнь. Вздохнув, она взяла телефон, который не проверяла целый месяц, и включила его. Черный экран постепенно стал цветным, после чего на экране ее телефона непрерывно появлялся поток сообщений. «Дорогая, я не увидел тебя, когда вернулся в отель, я действительно чувствую себя потерянным… но я уважаю твое решение». «Дорогая, пожалуйста, не сердись на меня, хорошо?» «Дорогая, мама позвонила и спросила, когда мы сможем поехать вместе…» «Дорогая, я так по тебе скучаю, ночи без тебя рядом такие холодные и долгие». «Дорогая, я уладил дело с Честером Робинсоном, я знаю, что ты в этом городе неподалеку от меня, но я не смею тебя искать, боюсь, ты еще больше от меня отдалишься…» «Дорогая, прости меня за все ошибки, которые я совершил в прошлом, я искренне тебя люблю». «Дорогая, компания ждёт моего возвращения на юбилей, возможно, завтра мне придётся вернуться в Нью-Йорк. Если увидишь это сообщение, позвони мне, я приеду за тобой, хорошо?» «Дорогая, я ждал тебя в аэропорту весь день, но ты не пришла, я до сих пор знаю, ты не хочешь меня видеть… Прости меня». ---------- Главы 665-346: Ему приходится много работать, чтобы угодить жене 2_2 «Дорогая, я сейчас в Нью-Йорке. Празднование годовщины компании прошло очень успешно, и «Скайтоп» стал лидером в отрасли, как я и мечтал. Однако, когда меня окружают слава и успех, я понимаю, что мне это больше не важно. В тот момент я хотел только одного — чтобы ты была рядом со мной». «Дорогая, когда ты вернешься?» «Дорогая, я буду ждать тебя… пока ты не будешь готова вернуться ко мне». «Дорогой, сегодня Эндрю…» Экран телефона был заполнен сообщениями. Ребекка Квентин не могла прочитать каждое письмо, но всякий раз, когда ее взгляд скользил по ним, все они были посвящены тому, как он отчитывался перед ней о своей повседневной жизни. Она знала, что он никогда не любил переписываться по СМС, считая это пустой тратой времени, но теперь он делал это неустанно. Она всегда видела, как он изменил её. Вглядываясь в экран телефона, она постепенно начала видеть всё более расплывчато… В то же время, в группе компаний "Skytop". После встречи Лиза Сесили шла следом за Говардом Джеффри, как обычно, подводя для него итоги совещания: «Президент, я думаю, что рост стоимости акций Ford Construction во многом связан с их предстоящим участием в тендере на проект Golden Hotel в Дубае. По данным недавно назначенного Международного делового совета, президент Ford Рой уже вылетел в Дубай, полный решимости выиграть этот проект. Однако «Skytop» является самым фаворитом в отрасли, и ходят слухи, что именно «Skytop» получит этот проект… Каково ваше мнение? Стоит ли мне организовать для вас перелет в Дубай в ближайшие пару дней?» Говард Джеффри слегка приподнял бровь, погруженный в размышления. Лиза Сесили, не услышав ответа от Говарда, быстро повернула голову и увидела, что ее босс находится в оцепенении. «Президент, президент…» Наконец, войдя в свой кабинет, Говард Джеффри резко ответил: «Хм». «Я хотела сказать…» — Лиза Сесил собиралась повторить деловой вопрос, который только что обсуждала с президентом. Неожиданно, как только Лиза начала говорить, Говард уже сидел за своим столом и тихо произнес: «Мы не будем продолжать этот проект». Лиза слегка приоткрыла рот, сначала удивившись тому, что ее босс способен на многозадачность, а затем шокированная его словами: «А, не стоит ли этим заниматься?» Она что-то неправильно поняла? Раньше Говард всегда был полон решимости получить такие масштабные международные проекты, если только он уже не занимался другим подобным делом. Говард кивнул: «Я немного устал и хотел бы отдохнуть». «Отдых?» — Лиза широко раскрыла рот от удивления, так сильно, что могла бы проглотить страусиное яйцо. — «Президент, под „отдыхом“ вы подразумеваете?» «Сейчас компания работает в правильном направлении. В будущем я передам дела вице-президенту Гордону. Если вам это удобно, давайте ему указания чаще». «Президент, вы хотите сказать, что планируете уйти в отставку?» Говард сложил руки на столе: «Я тут подумал, что за эти годы я слишком многого лишился ради компании… Несмотря на то, что я зарабатываю огромные деньги, я ни разу не взял маму в поездку. Я даже часто пропускаю её звонки с просьбой прийти домой пообедать, а ещё есть Бекка… Даже если я проведу с ней остаток жизни, я не смогу компенсировать все трудности, которые она пережила ради меня». Оказалось, что отсутствие жены рядом повлияло на него… Лиза с трудом сдержала смех, подумав: «Босс, даже у тебя бывают такие дни, да? Я думала, никто не сможет укротить твою авторитарную, высокомерную натуру. А теперь… ты получил свою „карму“, не так ли? Вот что ты получаешь за то, что часто меня резко ругаешь…» Несмотря на внутреннюю радость, Лиза всё же притворилась сочувствующей и с грустью спросила: «Жена президента ещё не вернулась?» Говард покачал головой, откинулся на спинку стула и закрыл глаза; на его красивом лице, что было для него нехарактерно, читалась изможденность. Лиза сделала вид, что обеспокоена: «Босс, я считаю, что вы не можете просто сидеть сложа руки. Женщины склонны к чрезмерному обдумыванию. Чем больше времени вы ей дадите, тем больше она будет думать. Я предлагаю вам найти способ как можно скорее вернуть жену президента». Говард открыл свои темные глаза, нахмурив брови: "Правда?" Лиза энергично кивнула: «Конечно. Подумайте сами, жена президента обычно слишком много думает. Что, если она подумает, подумает, а потом решит, что нет смысла быть с вами, президентом, и…» "Джейсон Вуд!!" Говард внезапно выпрямился и строго позвал. Джейсон Вуд вбежал с улицы так быстро, как только мог: «Босс, я здесь». «А теперь иди и узнай для меня, где находится Бекка». Джейсон получил заказ и быстро отреагировал. Как раз когда Джейсон собирался выйти из кабинета, снова раздался голос Говарда: «Подожди, лучше не уходи. Если она узнает, точно рассердится». Он пообещал не беспокоить её. Джейсон обернулся и посмотрел на своего босса. «Но если я не пойду, и она начнет слишком много думать…» Невиданная ранее нерешительность в подобной ситуации заставила Джейсона и Лизу наблюдать за противоречивым выражением лица Говарда, словно они стали свидетелями чего-то экстраординарного. После мысленного ликования они обменялись забавными взглядами. После того как Джейсон посмеялся про себя, он серьезно спросил: «Босс, мне идти или нет?» "Иди… ладно, не уходи… но всё же, иди!" Джейсон нарочито выпалил: «Босс…» Лиза изобразила обеспокоенное выражение лица: «Президент, учитывая, что мысли жены президента трудно предсказать, не лучше ли было бы подождать ее возвращения? Но никто не знает, когда она планирует вернуться. Это может быть через несколько дней, может быть, через несколько месяцев, или…» Сказав это, Лиза украдкой взглянула на лицо своего босса, наблюдая, как его обычно спокойное, как неподвижное озеро, выражение лица сменяется более темным, тревожным оттенком свиной печени, и едва сдержала смех. К сожалению, Джейсон, этот никчемный тип, действительно рассмеялся вслух. Начальник, как всегда проницательный, поднял глаза, услышав смех, и заметил двух подчиненных, пытавшихся сдержать веселье. Его темные глаза скользнули по ним, и он холодно рявкнул: «Устали жить?» Джейсон и Лиза сбежали из офиса, словно спасаясь от хищника. Три дня спустя. Ребекка Квентин наклонилась, чтобы положить букет белых цветов перед могилой. Опустив взгляд, она заметила, что доброе лицо ее отца покрыто пылью от ветра и дождя. Она присела на корточки и осторожно протянула руку, чтобы вытереть пыль. Когда лицо отца снова стало чистым, она слабо улыбнулась ему: «Папа, твоей дочери совсем не хватает сыновней почтительности; посмотри, как испачкалось твое лицо». На фотографии Александра Квентина по-прежнему видна та нежная улыбка. ---------- Главы 666–347: Скрывая тот факт, что Е Люцзы любит её Ребекка Квентин глубоко вздохнула, слегка улыбнулась и мягко сказала: «Возможно, я не смогу навестить вас в ближайшее время, потому что планирую вернуться в Нью-Йорк…» «Папа, я не останавливал Говарда Джеффри, ты поддержишь моё решение?» Опустив голову, Ребекка Квентин сглотнула ком в горле, затем подняла голову, ее глаза блестели, когда она посмотрела на отца: «Не знаю, согласился бы ты с моим решением, если бы был жив, но, возможно, тюремное заключение — это способ искупить вину мамы… Не волнуйся, я позабочусь о том, чтобы кто-нибудь позаботился о ней в тюрьме, даже если она никогда меня не любила». Прикоснувшись губами, Ребекка Квентин поцеловала отца в щеку. Она неохотно встала, обращаясь мысленно к отцу… Папа, я уезжаю, я вернусь, когда смогу… Обещаю, я буду счастлива. Свернув с вымощенной галькой дорожки кладбища, Ребекка Квентин достала телефон. Включив устройство, она получила два сообщения. Сначала она подумала, что они от Говарда Джеффри, но оказалось, что они от Джейсона Вуда и Лизы Сесили. Джейсон Вуд: Босс, вам нужно поскорее вернуться. В ваше отсутствие босс начинает вести себя нигилистически, что приводит к его недавним странным выходкам, когда он издевается над нами, бессильными подчиненными, ради забавы… Как бы я хотел, чтобы вы спасли нас из этой ситуации. Лиза Сесили: «Госпожа президент, босс сошел с ума… Он работает в компании каждый день, не приходит домой ни днем, ни ночью. Мы работаем сверхурочно уже больше месяца, а он все равно едва доволен, постоянно кричит на нас… Мы почти на грани срыва». Ребекка Квентин недовольно нахмурила брови, изливая свои чувства изнутри. Что это, срываться на сотрудников, когда они в плохом настроении? Их скверный характер ничуть не изменился! В раздражении она положила телефон обратно в сумку, потащила чемодан с подарками и вышла с кладбища. "Ах!" Лиза Сесили вскрикнула от удивления в офисе, когда внезапно появился Джейсон Вуд и потащил ее в коридор. Не в силах скрыть своего восторга, Лиза Сесили обняла Джейсона Вуда и, прыгая от радости, воскликнула: «Знаете, госпожа президент ответила на мое сообщение!!» Голос Лизы Сесили был резким, ее крик привлек внимание многих сотрудников компании. Джейсон Вуд поспешно прикрыл рот Лизе Сесили, напомнив ей: «Не могла бы ты немного потише, у меня тоже есть…» Лиза Сесили недовольно убрала руку Джейсона Вуда: «Тогда зачем ты здесь стоишь? Пойдем доложим президенту!» Джейсон Вуд легонько щелкнул пальцем по лбу Лизы Сесили: «Ты что, безмозглая? Только мы вдвоем знаем, что госпожа президент вернется, разве это не прекрасная возможность?» Лиза Сесили закатила глаза: «Какая прекрасная возможность!» Джейсон Вуд сказал: «Вы забыли, что за человек этот президент?» «Я не забыл, что это человек, который предает ради выгоды и сжигает мосты, зачастую бесчеловечно». «Как думаешь, если мы скажем ему, что начальница уже в самолёте, он сделает что-нибудь, кроме как поспешит домой, не вспомнив о нашем вкладе?» Лиза Сесили, подперев подбородок рукой, кивнула: «Он этого не сделает!» Затем Джейсон Вуд шепнул Лизе Сесили на ухо: «Итак, сначала нам нужно поехать в аэропорт, чтобы встретить начальницу, а перед тем, как она уедет домой, мы как-нибудь уговорим ее приехать в отель, потом начальница приедет, а затем…» Лиза Сесили покраснела и энергично кивнула: «Точно, точно, как я сама до этого не додумалась… Пусть босс решит все свои проблемы разом». Джейсон Вуд усмехнулся: «В тот момент мы будем стоять за дверью и присваивать себе все заслуги, он не сможет отрицать наш вклад». Лиза Сесили не смогла сдержать одобрительного жеста, сказав: «Поистине самый способный помощник президента, обладающий лишь десятой частью интеллекта президента…». Джейсон Вуд закатил глаза, глядя на Лизу Сесили, и пошел дальше. Лиза Сесили побежала за ним: «Эй, я тебя уже очень хвалила, быстро скажи мне, как уговорить госпожу президента прийти в отель…» Ребекка Квентин, волоча за собой чемодан, вышла за ворота. Джейсон Вуд уже махал рукой Ребекке Квентин. Увидев Джейсона Вуда, Ребекка Квентин слегка улыбнулась. Джейсон Вуд быстро подошел, чтобы забрать багаж Ребекки Квентин, с льстивым выражением лица: «Боссальная леди». Ребекка Квентин спросила: «Говард Джеффри просил тебя забрать меня?» Джейсон Вуд кивнул: «Да, босс был вне себя от радости, узнав о вашем возвращении, и попросил нас подождать вас здесь». Ребекка Квентин пробормотала себе под нос: «Очень рада, но лично за мной не приехала». Джейсон Вуд сделал вид, что не слышит незначительной жалобы Ребекки Квентин, и молча последовал за ней. Положив чемодан в багажник машины, Джейсон Вуд старательно открыл дверь для Ребекки Квентин. ---------- Главы 667–347: Скрывая тот факт, что Е Люцзы любит её (Часть 2) Ребекка Квентин села в машину, думая, что скоро увидит своего сына, которого не видела больше месяца. Ее сердце переполняло волнение. «Э-э, Джейсон, куда ты меня везешь? Я бы хотела сначала поехать домой». Увидев, как Джейсон свернул в сторону особняка Джонсов, Ребекка Квентин нахмурилась и сказала: Джейсон уважительно ответил: «Мадам, босс сказал пока не возвращаться, он хочет, чтобы вы сначала отдохнули в отеле, а потом он вас проводит». «Не нужно, я не устал, пойдемте прямо домой!» «Мадам, начальник так по вам скучает, что его чуть не стошнило от этого, пожалуйста, позвольте нам немного потерпеть полдня!» Слова Джейсона позабавили Ребекку Квентин, она посмотрела в окно, а затем повернулась, чтобы посмотреть наружу. В то же время. Получив сообщение от Джейсона, Лиза Сесили вошла в кабинет Говарда Джеффри, притворяясь спокойной. Говард выглядел несколько раздраженным и отбросил в сторону документы, которые читал. Лиза осторожно произнесла: «Президент». Говард устало ответил: «Мм». Лиза наклонила голову и украдкой взглянула на не слишком приятное выражение лица Говарда, после чего тихо и мягко произнесла: «Президент, я заметила, что без мадам вы в последнее время спите довольно беспокойно… Я подумала, что могу предложить решение». Говард поднял свои глубокие черные глаза и бросил на подчиненного проницательный взгляд: «Переходи к делу». Лиза тут же показала Говарду текстовое сообщение, которое она отправила Ребекке Квентин. Внимательный взгляд Говарда пробежался по экрану телефона, и, увидев ответ Ребекки Квентин, он резко вздрогнул. "Она вернулась?" Лицо Лизы расплылось в широкой улыбке: «Да, президент, госпожа прибыла в Нью-Йорк…» «Что?..» — обрадованный Говард быстро схватил пиджак, — «Я поеду за ней». Лиза поспешно преградила Говарду путь, льстиво улыбнувшись: «Президент, не беспокойтесь, я уже отправила Джейсона за госпожой. Прямо сейчас она ждет вас в отеле Kingdom Seaview, идеальном месте для молодоженов!» Говард вопросительно поднял бровь: «Отель?» Лиза энергично кивнула: «Да-да, мадам сказала, что хочет сразу идти домой, но я подумала, что вам будет удобнее увидеть ее немедленно». После этих слов Лиза не забыла бросить на Говарда многозначительный и кокетливый взгляд, слегка покраснев. Говард повернул голову и, глядя на Лизу проницательными черными глазами, одновременно озорными и сдержанными, с удовольствием наблюдал за ней. Лиза подумала, что Говард ее раскусил, побледнела от страха и была готова немедленно признаться в причастности Джейсона. Неожиданно губы Говарда изогнулись в улыбке, а его обаятельный голос произнес редкий комплимент: «Неплохо, в конце года я повышу вам зарплату на тридцать процентов». Лиза мгновенно почувствовала, будто перебралась из ада в рай: «Правда? Президент?!» Говард с улыбкой на губах вышел из кабинета. Лиза, мысленно пересчитывая на пальцах сумму годовой премии, поняла, что это немаленькая сумма, и усмехнулась. Мистер Вуд, не вините меня за то, что я присваиваю себе все заслуги, просто каждый сам за себя. Отель «Kingdom» Seaview. Ребекка Квентин покраснела, глядя на огромную двуспальную кровать перед собой. Этот мужчина думает только о таких вещах. Она думала, что за время её отсутствия он успокоится и задумается о том, как им следует ладить в будущем. А теперь, похоже, в его глазах существуют только такие отношения! Чёртов развратник. На улице, как раз когда Джейсон собирался позвонить Говарду, он вдруг услышал «звонок» открывающегося лифта. Инстинктивно он поднял глаза, привлеченный сияющим видом своего босса, выходящего из VIP-лифта. У Джейсона от изумления отвисла челюсть: "Бо… босс." Говард, проделавший весь путь в спешке, слегка запыхавшись, спросил: «Бекка внутри?» Джейсон тупо кивнул головой. Говард потянулся к дверной ручке и вошел прямо внутрь. Увидев, как нетерпеливая фигура его босса исчезла в комнате, Джейсон наконец отреагировал, стиснув зубы и пробормотав: «Черт возьми, женщина!» Она посмела украсть его кредиты! Ребекка Квентин, наслаждаясь панорамным видом на море через окна от пола до потолка, внезапно услышала, как за ее спиной отперли дверь. Предвкушая, кто это может быть, сердце Ребекки Квентин замерло. В следующее мгновение на стеклянной занавеске перед ней отразился знакомый красивый силуэт. Несмотря на множество мыслей, которые посещали её в течение последнего месяца, она не могла отрицать, что часть её сердца постоянно думала о нём. Она смутно услышала тяжелый вздох облегчения, донесшийся до мужчины позади нее, и Ребекка Квентин медленно обернулась. Словно прошла целая жизнь, Говард был всего в нескольких шагах от него, его проницательный взгляд был прикован к светлому и прекрасному лицу Ребекки Квентин. Чувствуя себя неловко из-за пристального взгляда Говарда, Ребекка Квентин нахмурилась, не в силах удержаться и нарушила молчание: «Эй…» В одно мгновение Говард обнял Ребекку Квентин: «Малышка…» Она не могла пошевелиться, но слышала его слегка хриплый и низкий голос у себя в ухе. Ребекка Квентин тоже протянула руку, чтобы обнять Говарда, положила голову ему на плечо и впитала его неповторимый мужской запах. Боясь, что происходящее перед ним нереально, Говард крепко обнял ее худое и хрупкое тело, его дыхание слегка участилось, когда он почувствовал ее ощутимую мягкость. Ребекку Квентин, которую Говард так крепко держал, что ей стало трудно дышать, уже собиралась оттолкнуть его, когда он отпустил ее, повернул голову и страстно поцеловал ее. Его поцелуй был сильным, словно наказание, его прохладные губы безжалостно прижимались к её мягким губам. Ей было немного больно, и инстинктивно она хотела оттолкнуть его, но он крепко держал ее голову, не позволяя ей даже подумать о побеге. Разум постепенно улетучился вместе с его умелой техникой поцелуев… Ее сопротивляющиеся руки, первоначально лежавшие на его груди, постепенно поднялись к шее. В порыве сильных эмоций она даже встала на цыпочки, чтобы горячо ответить ему… Много позже она, затаив дыхание, прижалась к нему в объятиях. Он обнял её и нежно поцеловал в макушку. Ощущение близости друг с другом приносило им обоим огромное удовлетворение. "Бекка…" "Хм?" Дыхание Ребекки Квентин, неровное и прерывистое, никак не успокаивалось. Говард прижался лицом к ее лбу: «Ты уже приняла решение?» Ребекка Квентин кивнула. Говард повернул Ребекку Квентин к себе лицом, пристально глядя на ее опущенное нежное лицо и хрипло пробормотав: «Я очень боялся, что ты меня не простишь…» ---------- Главы 668–348: Ночь на острове Мо 1 Ребекка Квентин глубоко вздохнула, приподняв длинные ресницы, чтобы встретиться с его страстным взглядом: «Ты действительно очень эгоистичен». Весь мой эгоизм направлен на тебя. Эта фраза хранилась в сердце Говарда Джеффри, но в тот момент он не произнес ее вслух. Ребекка Квентин глупо хихикнула: «Но у меня нет выбора. Между Честером Робинсоном и ней я знаю, что могу выбрать только Честера». Говард Джеффри поцеловал Ребекку Квентин в лоб, тихо произнеся: «Дорогая, я знаю, как тебе трудно принять такое решение!» Ребекка Квентин серьезно посмотрела на Говарда Джеффри: «Можно я вас об одной попросу?» "Вперед, продолжать." «Надеюсь, она сможет спокойно провести старость в тюрьме». "Хорошо." "Спасибо." «Это я должен тебя благодарить». Говард Джеффри крепко обнял стройную талию Ребекки Квентин и с благодарностью выдохнул: «Детка, спасибо, что простила меня». В этот момент Ребекка Квентин должна была быть полностью поглощена нежностью Говарда Джеффри. Однако в этот миг она неожиданно оттолкнула его, раздраженно выпалив: «Прости, я никогда не говорила, что простила тебя… Мы договорились быть честными друг с другом, когда решили остаться вместе, но ты неоднократно скрывал от меня вещи, ведя себя эгоистично, высокомерно, думая, что можешь всё контролировать, никогда не принимая во внимание чувства окружающих. Хотя ты много раз думаешь обо мне, о нас, я отказываюсь принимать твою доброту. Если бы не тот факт, что я уже замужем за тобой, я бы серьезно пересмотрела свои отношения… поэтому сейчас я должна дать тебе серьезное предупреждение: если ты когда-нибудь в будущем нарушишь наш договор о честности и причинишь мне боль, по какой бы причине это ни произошло, я… разведусь с тобой!» "Развод?" В ответ на его внезапно помрачневший взгляд, в прекрасных глазах Ребекки Квентин мелькнула неуверенность. Однако, вспомнив, сколько слез ей заставил пролить Говард Джеффри, она собрала мужество и решительно кивнула: «Да, развод». Кто кого боится? Теперь это он изо всех сил пытается остаться вместе, это он не может без неё обойтись, да? Говард Джеффри, прищурив свои хитрые черные глаза, повторил: «Вы хотите развода, не так ли?» Увидев, как в непостижимых глазах Говарда Джеффри медленно появляется опасный блеск, Ребекка Квентин медленно отступила, но, когда она повернулась, готовясь убежать, он протянул руку и потянул ее назад, словно орел, схвативший маленького птенца, таща к большой кровати позади них. "Ах!" Ребекка Квентин воскликнула, касаясь спиной мягкой, удобной большой кровати. Длинные ноги Говарда Джеффри были словно железные прутья, прижимая к себе ее беспокойные руки. Стиснув зубы, он выплюнул: «Даже не думай о разводе!» "Эй, ты делаешь мне больно…" Что тут такого? Она просто пошутила, а он ведет себя так, будто хочет ее убить! Говард Джеффри отпустил руки Ребекки Квентин, но обхватил ее лицо ладонями, наклонился, чтобы сомкнуть ее мягкие губы, и с жадностью высасывал сладость из них, пока она не задохнулась и не потеряла дар речи, пробормотав: «В следующий раз не упоминай мне слова „развод“!» Под чьим-то угрожающим взглядом Ребекка Квентин могла лишь послушно кивнуть. Лишь после этого Говард Джеффри немного отпустил Ребекку Квентин. Ребекка Квентин поправила свою запутанную одежду, скомканную в процессе борьбы, села и тихо пробормотала: «Диктатор!!» Говард Джеффри резко спросил: «Что вы сказали?» Недовольное лицо Ребекки Квентин мгновенно сменилось приветливой улыбкой: «Нет, я же сказала, что вы из тех людей, которые позволяют поджигать только чиновникам, но не простым людям зажигать лампы. Ваш моральный облик безупречен». Говард Джеффри протянул свою длинную руку, притянул ее к себе в объятия: «Любую лампу можно зажечь, кроме этой!» Ребекка Квентин прижалась к Говарду Джеффри, поглаживая его холодное и властное лицо и улыбаясь: «Тогда с этого момента ты должен вести себя хорошо…» Говард Джеффри воспользовался случаем, чтобы поцеловать ей руку, и понизил голос: «А может, я покажу тебе сейчас?» "Хм?" Тема разговора сменилась слишком быстро, чтобы Ребекка Квентин успела отреагировать, и, заметив пыл в его глазах, она поспешно оттолкнула его, быстро спрыгнув с кровати, чтобы увеличить расстояние между ними. "Извращенец!!" Говард Джеффри сидел на кровати, его томные, полные желания глаза были прикованы к ней, и он протянул руку: «Иди сюда». Ребекка Квентин стояла у кровати, внимательно наблюдая за ним, и торжественно произнесла: «Я кое-что забыла тебе сказать». Говард Джеффри терпеливо ответил: «Хорошо, подойди сюда и расскажи мне». Ребекка Квентин мысленно пробормотала: «А будет ли у меня еще шанс высказаться, если я приду?» По всей видимости, нет. ---------- Главы 669–348: Ночь на Пенном острове (Часть 1) «Я уже говорила, что ещё не простила тебя… Поэтому, пока я этого не сделала, ты не сможешь меня тронуть!!» Красивое лицо Говарда Джеффри было изборождено морщинами от разочарования. Ребекка Квентин закончила говорить и небрежно повернулась, чтобы направиться к двери. Говард не дал Ребекке сделать и нескольких шагов, прежде чем быстро схватить её. В следующее мгновение он крепко обнял её сзади, прижавшись челюстью к её лбу, и хриплым голосом произнес: «Ты же специально создаёшь мне трудности? Что, если ты меня никогда не простишь, тогда я…» Ребекка оттолкнула его локтем, и прежде чем он успел отреагировать, она уже повернула дверную ручку и, озорно скорчив смешную рожицу, вышла наружу: «Тогда ты будешь монахом всю жизнь!» Совершенно потемневшее лицо Говард погнался за ней. Когда двери лифта уже собирались закрыться, Говард протиснулся внутрь. Ребекка с негодованием посмотрела на него, но он все равно обнял ее за тонкую талию. «Привет, мой багаж всё ещё в номере». «Джейсон Вуд этим займется». «Но я хочу домой, я купила подарки для мамы и Эндрю». «Не беспокойтесь, отдайте их позже». "Почему позже? Мы же сейчас домой не поедем?" "Нет." "Тогда куда мы идём?" «Туда, куда мы хотим попасть». "А?" Ребекка никак не могла понять, что они с Говардом направляются в его частный аэропорт. Да, они готовились отправиться на остров Фоум. В машине Ребекка, прислонившись к широкому плечу Говарда, с тревогой спросила: «Мы еще даже маме не сказали?» «Я позвоню ей, когда мы сойдем с самолета». «Но я очень скучаю по Эндрю». Она не видела этого хилого мальчишку больше месяца. «Вы можете позвонить ему с острова». «Остров ведь больше не погрузится во тьму, правда?» Говард рассмеялся: «Ты что, забыл, что я рядом с тобой?» Ребекка закрыла глаза, нежно прижалась к плечу Говарда и улыбнулась. Говард нежно поцеловал Ребекку в щеку, обнимая ее. Поскольку она только что сошла с самолета, она быстро заснула, прислонившись к его плечу. Он пристально смотрел на ее невинное спящее личико, его глаза были мягкими, полными нежности. В этот момент зазвонил телефон. Опасаясь, что мелодия звонка разбудит ее, он тут же нашел ее телефон в сумке, перевел его в беззвучный режим и посмотрел на мигающее на экране «Мистер Джонс». Его красивое лицо похолодело, когда он холодно поднял взгляд, нажал кнопку ответа и приложил телефон к уху. «Бекка». В трубку раздался обычный мягкий голос Скайлер Джонс. Говард прямо сказал: «Это я». Скайлер на секунду замерла, а затем спросила: «Где она?» Говард взглянул на сладко спящую девочку у себя на руках и прямо сказал: «Спит». Образ был наполнен исключительно нежностью, но слова Говарда необъяснимым образом добавили нотку двусмысленности. Скайлер помолчала несколько секунд, прежде чем снова заговорить: «Я слышала от Кристин Куинн, что она уже больше месяца одна в Т-Сити». "Ты очень за неё переживаешь, да?" — его ревность была очевидна. «То, что она вернулась к вам, означает, что Вивиан Линдси ничего ей не сказала… Изначально я хотел что-то сказать от вашего имени, но теперь это кажется излишним». «Но мне всё ещё нужна твоя помощь». "Скрывать любовь Вивиан Линдси к ней?" "Навсегда." Морской бриз развевал романтические белые занавески. Ребекка пробормотала что-то себе под нос, просыпаясь. Уютная мягкая шезлонг на террасе виллы заставила ее перевернуться, завернувшись в одеяло, и лениво снова заснуть. Спустя несколько секунд после засыпания она резко открыла глаза и огляделась. Перед ее взором простирался бескрайний вид на голубой океан и белый песчаный пляж, яркий и теплый солнечный свет, морской бриз, идеальная температура, дарящая ощущение свежести. Ребекка сбросила одеяло, встала и погрузилась в красоту, представшую перед ней. Очевидно, она хорошо знакома с этим местом; для неё это самое красивое место в жизни. Если говорить о прекрасных воспоминаниях, которые связывают её и Говарда, то время, проведённое на острове Фоум, будет для них таким, что они будут вспоминать его всю жизнь. Неожиданно проснувшись, она обнаружила себя именно там. Где Говард? Ребекка повернулась и огляделась. Но среди романтических пейзажей она, казалось, была совершенно одна. Сердце Ребекки замерло, и она побежала с виллы на пляж, всю дорогу занимаясь поисками. Несколько слуг, работавших вдалеке, успокоили ее затаенное сердце. Ребекка уже собиралась спросить слуг о местонахождении Говарда, когда внезапно две сильные руки обняли её. Она вздрогнула, но тут же была окружена знакомым приятным запахом. Без сомнения, это тот, кто её держит. "Куда ты ушел?" Голос Говарда звучал слегка тревожно, он крепко обнимал её. Ребекка повернулась и посмотрела на его красивое лицо, протянула руку, чтобы прикоснуться к нему: «Когда я проснулась, я обнаружила себя уже на Пенном острове, не заметила тебя, поэтому пришла тебя найти». «Глупышка, я же рядом, просто велела слугам принести тебе что-нибудь поесть». «Я, честно говоря, немного проголодался». «Ты долго спал». "Действительно?" Говард нежно поцеловал её в губы: «Да, больше десяти часов». Ребекка смущенно посмотрела на него: «Боже, я так много сплю». «Ты всё цеплялась за меня, и наконец мне удалось уложить тебя спать на шезлонг». Ребекка застенчиво ответила: «Ты просто так говоришь». Говард крепче обнял Ребекку: «Я просто хочу сказать, что не хочу тебя отпускать». Услышав нежные слова, Ребекка, покраснев, опустила голову. "Голодный?" Ребекка кивнула. "Пойдемте поедим." "Мм." Средняя температура на острове Фоум-Айленд составляет около 24 градусов круглый год, что является наиболее комфортной температурой для человеческого организма. Говард обнял Ребекку, прогуливаясь по пляжу; издалека они выглядели как любящая пара, вызывая завистливое восхищение у слуг острова. «Говард, мне кажется, я слышал, как звонил мой телефон, пока я спал. Мне кто-то звонил?» «Да, твоя сестра». "О, она, должно быть, интересуется, добрался ли я уже до Нью-Йорка. Вы ей ответили?" "Ага." Ребекка одарила Говарда милой улыбкой: «Неужели то, что я вижу сейчас, правда?» ---------- Главы 670–349: Одна ночь на Пенном острове 2 Говард Джеффри склонил голову и поцеловал Ребекку Квентин в губы: «Абсолютная правда». "Значит, ты действительно собираешься остаться на острове со мной на шесть месяцев?" «Если ты захочешь остаться здесь, это может быть вся моя жизнь». Ребекка Квентин тут же нахмурилась: «Всю жизнь? Значит, ты не собираешься возвращаться к управлению «Скайтопом»?» Говард Джеффри серьезно сказал: «Я планирую передать управление „Скайтопом“ вице-президенту компании, а сам постепенно отойти на второй план в будущем». Ребекка Квентин была ошеломлена: «Разве „Скайтоп“ не является вашей заветной мечтой?» «Нет, быть с тобой — это смысл моей жизни». «Прекратите шутить, без вас „Скайтоп“ не сможет нормально функционировать». Его талант был признан легендой в индустрии; ему было суждено стать королём в мире бизнеса. «Вы также однажды сказали, что «Скайтоп» не рухнет без босса». «Но это было временно, я не хочу, чтобы ты пряталась за кулисами ради меня». Говард Джеффри рассмеялся: «Глупышка, разве не будет лучше, если я не буду заниматься делами компании, оставив все время тебе и ребенку?» Ребекка Квентин покачала головой: «Нет, я не хочу хоронить бизнес-гения». "Ты серьезно?" "Конечно!" «Но разве большинство женщин не надеются, что их мужья будут уделять все свое время женам?» «Нет, я отличаюсь от них». Ребекка Квентин остановилась и, повернувшись к Говарду Джеффри, серьезно сказала: «Мне нравится наблюдать за тобой в костюме, руководящим всеми, а также видеть, как ты занимаешься деловыми вопросами, и быть рядом с тобой, когда тебя беспокоят дела, заваривать тебе хороший кофе, обсуждать с тобой дела. Когда ты устал, я могу помассировать тебе плечи. Когда ты хочешь спать, я могу сказать тебе, чтобы ты ложился спать… Обычная жизнь — это то, чего я хочу, но она не принадлежит тебе». «Я тоже обычный человек». Ребекка Квентин обняла Говарда Джеффри, глядя на него глазами, полными любви: «Я знаю, ты хочешь бросить свою карьеру, потому что чувствуешь, что слишком много мне должен, и хочешь отплатить мне в будущем, но мне не нужно, чтобы ты причинил себе вред и отказался от карьеры, за которую боролся всю свою жизнь… Пока я могу быть рядом с тобой, пока ты меня любишь, я уже очень довольна». "Бекка…" Ребекка Квентин приложила указательный палец к его губам: «Больше ничего не говори. В лучшем случае мы поиграем на Пенном острове полгода… А через полгода ты вернешься и продолжишь управлять своим «Скайтопом». «Скайтоп» не может существовать без тебя». Говард Джеффри сосредоточил взгляд на Ребекке Квентин, у него слегка перехватило дыхание. Увидев молчаливый, но пристально смотрящий на неё Говард Джеффри, Ребекка Квентин невольно нервно спросила: «Что случилось?» Говард Джеффри покачал головой и внезапно крепко обнял Ребекку Квентин. Ребекка Квентин прижалась к крепкой груди Говарда Джеффри, наполненной приятным ароматом, и в этот момент растворилась в его теплых объятиях. "Бекка…" "Хм?" «Почему я раньше не понимал, как тебя ценить?» Его женщина, красивая, добрая, широких взглядов, понимающая, и все же он неоднократно позволял ей покидать себя… В этой жизни он несколько раз чуть не потерял её, но, к счастью, судьба была к нему благосклонна, и в конце концов она вернулась к нему. Без неё его мир навсегда погрузился бы во тьму; она была подобна яркой лампе, освещающей его темноту, освобождающей его сердце от оков и позволяющей ему быть таким свободным и ясным, каким он был сейчас. Ребекка Квентин посмотрела на него с чувством вины: «Я тоже иногда не ценила тебя». «Ты часто чувствовала себя неуютно из-за того, что я не давал тебе достаточного чувства безопасности». «Но насчет ребенка…» — Ребекка Квентин укоризненно опустила голову. — «Когда ты разрешил мне остаться на вилле, ты сказал, что съедешь, но я упрямо отказалась, что в конечном итоге привело к тому, что мы не смогли оставить ребенка…» «Глупо, мы оба были виноваты в этом деле. Мы ошиблись, не поставив интересы ребенка на первое место». «Говард Джеффри…» — голос Ребекки Квентин внезапно дрогнул. Говард Джеффри, глядя на едва заметный блеск слез в глазах Ребекки Квентин, отражающийся в солнечном свете, нежно обнимал ее прекрасное лицо, осторожно вытирая влагу с уголков глаз, и его голос был полон сочувствия: «Глупышка, почему ты плачешь?» «Вы знаете пол этого ребенка?» Говард Джеффри кивнул. «Простите… Я плохо защитила нашу дочь». Говард Джеффри поцеловал полные слез прекрасные глаза Ребекки Квентин, игриво улыбнувшись, рассеял ее печаль: «Глупая женщина, не забывай, ты уже подарила мне Эндрю, ты уже совершила монументальный поступок». ---------- Главы 671–349: Одна ночь на Пенном острове (Часть 2) В следующее мгновение Ребекка Квентин сквозь слезы разразилась смехом. Говард Джеффри внезапно опустил голову и прошептал на ухо Ребекке Квентин: «У всего есть две стороны, не всё так плохо… по крайней мере, мне больше не понадобится презерватив». Ребекка Квентин ударила розовым кулачком по крепкой груди Говарда Джеффри: «Ты меня раздражаешь…» Говард Джеффри схватил неуклюжую руку Ребекки Квентин и нежно поцеловал ее в раскрасневшуюся щеку. Ночь. Говард Джеффри сидел на плетеном стуле перед виллой, с немного мрачным выражением лица. Вечерний прилив усилился, волны время от времени разбивались о скалы на пляже, поднимая белые брызги. Внезапно Говард Джеффри взял стоящий рядом бокал с вином и осторожно отпил глоток. На его любовь к красному вину повлиял отец. Он вспомнил, что в детстве, когда видел, как отец сталкивается с трудностями, тот уединялся в тихом месте, молча пил красное вино, и тогда проблема решалась. Позже он часто задавался вопросом, что такое красное вино и может ли оно помочь людям избавиться от тревог? Лишь повзрослев, он понял, что красное вино — это всего лишь изысканное вино для отдыха, но почему-то он стал от него зависим… Он предположил, что эта зависимость, вероятно, возникла из-за того, что каждый раз, когда он пил красное вино, оно напоминало ему об отце. В его памяти отец всегда казался высоким и величественным, не только добрым и внимательным к матери, но и способным решать все семейные проблемы, словно супергерой. Поэтому в юности он поклялся стать достойным человеком, как его отец. Но никто не ожидал, что злая женщина, внезапно вторгшаяся в их семью, силой разрушит идеальный образ отца в его сердце и превратит его изначально счастливую и беззаботную семью в руины… Как он мог не ненавидеть эту женщину? Он даже поклялся отправить её в ад, но она была любимой матерью женщины, которую он любил. Небеса были так милостивы к этой женщине, позволив ей иметь такую ​​прекрасную и добрую дочь, как Бекка. Он всегда думал, что мир этой женщины полон жестокости и мести, но в конце концов обнаружил, что в её мире, помимо ненависти, существует и любовь. Он понял, что у «М» тоже есть любовь, когда впервые столкнулся с ней. После того, как «М» был задержан полицией и все личные вещи были конфискованы, он обнаружил в телефоне М старую фотографию молодой Бекки. В то время он не обращал на это особого внимания, пока не узнал причину привязанности Честера Робинсона к Бекке: Честер однажды встретил Бекку, когда был маленьким. Он расследовал время встречи Честера и Бекки, которое совпало с периодом, когда Вивиан Линдси скрывалась… Вивиан Линдси уже нашла Честера, но не привела его к себе. Вместо этого она тайно подкупила директора детского дома, чтобы тот перевел Честера в тот, который находится рядом с детским садом Бекки, дав Бекке возможность познакомиться с Честером. Случайно это или нет, но Бекка действительно встретила Честера и окружила его теплом и заботой в самые одинокие и безвыходные моменты его жизни. Таким образом, чувства Честера к Бекке начали глубоко укореняться. Только тогда он понял, что Вивиан Линдси хотела, чтобы именно Честер в будущем защищал Бекку от ветра и дождя. Позже все загадки были разгаданы. Например, после смерти отца Вивиан Линдси больше всего ненавидела Александра Квентина, но она никогда не предпринимала никаких действий против него, потому что именно он заботился о Ребекке Квентин. И, как показало последующее расследование Джейсона Вуда, когда Вивиан Линдси угрожала Кристин Куинн похищением Бекки с целью заставить его подчиниться, она никогда не отдавала своим подчиненным приказа причинить вред Бекке… Если вспомнить события нескольких лет назад, когда Вивиан Линдси приказала своему старшему брату причинить вред Бекке, то, если бы она не намеревалась причинить вред Бекке, а тайно защищала её, возможно, он бы тоже не отпустил Бекку! По всей видимости, с самого начала и до конца Вивиан Линдси ни на секунду не переставала любить свою дочь; она просто защищала её другим способом… Когда Вивиан Линдси всё поняла, она уже оказалась в тюрьме. Вивиан Линдси однажды предложила ему сделку: если он позволит Ребекке навещать её в тюрьме, она заставит Честера перестать ему противостоять, но он не согласился. Он не хотел, чтобы Бекка заводила отношения с Вивиан Линдси, и ещё больше боялся, что Вивиан Линдси позволит Бекке почувствовать материнскую любовь, никогда не препятствуя его действиям против Честера и Вивиан Линдси… Таким образом, он эгоистично решил скрыть материнскую любовь Вивиан Линдси к Бекке. Он всегда считал, что никогда в жизни не принимал неправильных решений. Он не рассказывал Бекке о любви Вивиан Линдси, чтобы защитить свои отношения с ней, потому что лучше всех знал, что если бы Бекка узнала, что её мать любит её, она бы никогда не позволила ему иметь дело с её матерью. Но у него действительно не было выбора… Его ненависть к Вивиан Линдси была глубокой и сильной. Если бы не Вивиан Линдси, его некогда счастливая семья не распалась бы, его отец не умер бы, его мать не была бы так подавлена, и его брат не ушел бы из дома; он не жил бы в такой тьме всю свою жизнь… Он задавался вопросом, не является ли он человеком с ограниченными взглядами, но и великодушием он тоже не мог обладать. Добрые дела приносят награду, злые дела — возмездие; каждое решение Вивиан Линдси предопределило ее судьбу сегодня, будь то распад семьи Джеффри или годы, которые его три брата прожили во тьме из-за нее, а также несколько жизней, потерянных из-за нее; позволить Вивиан Линдси провести остаток жизни в тюрьме — это уже было проявлением его милосердия. Поэтому он не пожалел бы о принятом решении, даже если бы Вивиан Линдси не разоблачила его при встрече с Беккой. Хотя он глубоко ненавидел её, он мог дать ей обещание: что всегда будет защищать её дочь и позаботится о том, чтобы она прожила счастливую жизнь. "Муж!" Две тонкие и изящные руки беззвучно обхватили мужчину, державшего бокал с вином и потягивавшего красное вино. Говард Джеффри давно слышал ее намеренно приглушенные шаги, но позволил ей это сделать, сотрудничая с ней и говоря: «Ни звука». Ребекка Квентин усмехнулась: «Тебе пора принимать душ, я уже приготовила для тебя ванну». Говард Джеффри протянул руку, позволяя ей упасть в его объятия. Ребекка Квентин вздрогнула, но, к счастью, он поймал её и посадил себе на колени. Его голова покоилась на ее плече, он уткнулся в ее шею, вдыхая слабый аромат, оставшийся после ее ванны. Его дыхание мгновенно стало горячим, и даже определенная часть его тела, казалось, пробудилась, постепенно усиливаясь в области паха. Ребекка Квентин сильно покраснела, понимая, что этот мужчина был подобен зверю: чем сдержаннее, тем меньше его можно контролировать. Даже если бы она захотела наказать его, если бы он настаивал, он бы съел её целиком, вместе с костями, не оставив после себя ничего. Она решила простить его, ведь он уже привёз её на Остров Пены… ---------- Главы 672–350: Романтическая свадьба на закате 1 «Эй, сначала иди прими душ!» В этой фразе содержался намёк, мгновенно заставляющий человека дрожать от предвкушения. Кто-то наклонился к уху Ребекки Квентин и недоверчивым шепотом спросил: «Вы серьезно?» «Ну, ты собираешься принять душ или нет?» "Я!!" В следующее мгновение, держа на руках Ребекку Квентин, сидящую на стуле, Говард Джеффри стремительно бросился в ванную комнату. Ребекка Квентин прикрыла рот рукой и захихикала. Прислушиваясь к шуму льющейся в ванной, Ребекка Квентин залилась румянцем, и в ее сознании начали возникать непроизвольные образы, неподходящие для детей. Поняв, что начинает расслабляться, она натянула одеяло и зарилась под него. Внезапно вода в ванной перестала течь, и послышались какие-то звуки. Ребекка Квентин немного нервничала, сердце у нее бешено колотилось. В следующую секунду он скользнул своим скользким телом под одеяло. "Ах!" Ее тело коснулось его холодной кожи, и, зная, что он обнажен, она инстинктивно оттолкнула его. Но он уже притянул ее к себе поближе, быстрым движением перевернул, прижал к себе, к одеялу, игриво спросив: «Дорогая, ты морила меня голодом столько дней, не хочешь ли хоть немного компенсировать это?» "А?" "Хм… Ммм… Ах…" Ребекка Квентин лежала на кровати, обессиленная и задыхающаяся. Говард Джеффри обнял Ребекку Квентин, прижавшись своей крепкой грудью к ее спине, и они лежали, прижавшись друг к другу, на кровати. «Детка…» — Говард Джеффри нежно поцеловал нежную шею Ребекки Квентин, оставив свой след. — «Ты была так страстна сегодня вечером». "Э-э…" — тихо ахнула Ребекка Квентин, измученная его поддразниваниями и мечтающая лишь закрыть глаза. Даже после более чем месяца, одного раза, невозможно удовлетворить подавленную потребность человека, которая длилась больше месяца. «Я очень хочу тебя еще раз». Большая рука Говарда Джеффри нежно погладила грудь Ребекки Квентин, скользнув подмышки, а его тигриные губы мягко массировали ее грудь. Наконец, его большой палец достиг вершины ее груди, еще более развратно дразня ее. «Ммм…» — Ребекка Квентин, естественно, издала прекрасный стон, напрягая мышцы ног. "Ещё раз, хм?" Говард Джеффри легонько укусил Ребекку Квентин за мочку уха, тихонько дыша ей в ухо. Говард Джеффри играл с Ребеккой, оставляя следы от укусов на ее бледном и гладком плече. "Я так устала…" — Ребекка Квентин нетерпеливо отмахнулась от большой руки Говарда Джеффри. «Веди себя хорошо… еще разок», — сказал он, снова прижимая ее к себе. Рано утром Ребекка Квентин проснулась с болью во всем теле. Солнечный свет за окном напомнил ей, что уже полдень, она повернула лицо, чтобы посмотреть рядом с собой, и обнаружила, что его уже нет. Ребекка Квентин завернулась в одеяло и села, но, когда она собралась встать с кровати, обнаружила, что ноги у нее ослабли, ей было трудно идти, и она тут же плюхнулась обратно на кровать. Когда Говард Джеффри вошёл через автоматически открывшуюся дверь комнаты, он увидел вот такую ​​сцену… Ребекка Квентин раздраженно сидела на краю кровати, бормоча проклятия в адрес мужчины, который вчера вечером слишком увлекся этим, плотно завернувшись в одеяло. Говард Джеффри усмехнулся. Ребекка Квентин услышала чей-то смех и надула губы, глядя на него. Говард Джеффри подошел к Ребекке Квентин, нежно обнял ее и спросил: «Почему ты без одежды?» "Это ты без одежды!" Говард Джеффри встал, чтобы взять чистую одежду для Ребекки Квентин, посмотрел на нее и грациозно улыбнулся. Ребекка Квентин завернула одежду в одеяло, а затем переоделась в ней внутри. Зная, что его маленькая леди застенчива, он с интересом наблюдал за ее перевоплощениями, воздерживаясь от вопроса: «Какую часть ее тела он еще не видел?» Переодевшись в подходящую для отпуска повседневную одежду, Ребекка Квентин сняла одеяло и серьезно спросила: «Который час?» «В час дня». «Что, уже один?» — воскликнула Ребекка Квентин. Говард Джеффри обнял её за талию: «Что случилось?» Ребекка Квентин раздраженно воскликнула: «Разве вы не говорили мне вчера, что утром на острове будет отлив, и когда взойдет солнце, море и небо сольются в одну линию? Я хотела это увидеть!» Говард Джеффри нежно погладил мягкие волосы Ребекки Квентин и мягко сказал: «У нас предостаточно времени, сегодня никуда не спешим». Ребекка Квентин опустила голову и проворчала: «Это всё твоя вина…» Губы Говарда Джеффри изогнулись в мягкой улыбке, и он нежно поцеловал ее в щеку. Затем Ребекка Квентин пошла в ванную, чтобы умыться. Спустя некоторое время из ванной вышла Ребекка Квентин, а Говард Джеффри всё ещё находился в комнате. Он подошёл к ней и мягко спросил: «Ты голодна?» Ребекка Квентин кивнула. Говард Джеффри сказал: «Я приготовил ваш любимый стейк карри, у вас наверняка будет хороший аппетит». Ребекка Квентин внезапно подняла ясные глаза, несколько недоверчиво спрашивая: «Ты добралась?» "Да." "Ух ты…" ---------- Главы 673-350: Романтическая свадьба на закате (1-2) Бекка с восторгом запрыгнула на спину Говарда Джеффри. Говард Джеффри нес Бекку на спине, и они вдвоем отправились в столовую виллы. На обеденном столе уже стоял ароматный стейк в карри. Бекка села за стол, понюхала и воскликнула: «Как же вкусно пахнет!» Говард Джеффри сидел напротив Бекки и жестом попросил слугу принести Бекке свежевыжатый сок с острова. Учуяв аромат свежих фруктов, Бекка, которая всю ночь испытывала жажду, залпом выпила их. Говард Джеффри с нежной улыбкой наблюдал за милым и по-детски непосредственным поведением Бекки, думая, что нет ничего прекраснее этого момента. Допив сок, Бекка принялась за еду. Из-за усталости, полученной прошлой ночью, она ела несколько неаккуратно, но ее это не волновало, она сосредоточилась исключительно на том, чтобы набить желудок. Наконец, Бекка вылизала тарелку дочиста и наелась досыта. Говард Джеффри все это время с интересом наблюдал за тем, как Бекка ест, его глаза были полны восхищения. После еды, как раз когда Бекка собиралась поговорить с Говардом Джеффри, ее внезапно охватила тошнота. "Фу…" Увидев, как Бекка прикрывает рот одной рукой и похлопывает себя по груди другой, чтобы подавить тошноту, Говард Джеффри нахмурился и быстро подошел к Бекке, осторожно спросив: «Что случилось?» Бекка встала и снова похлопала себя по груди, убедившись, что тошнота прошла, после чего ответила: «Не знаю, ела ли я слишком быстро или слишком много, мне сейчас немного не по себе». «Этот сок предназначался для употребления после еды, но вы выпили его наоборот, и, естественно, вам стало плохо». Бекка кивнула и пробормотала: «Мне хотелось пить!» Затем Говард Джеффри велел слуге принести еще один стакан сока. «Пейте медленно». Бекка выпила еще один стакан свежевыжатого сока, и освежающее ощущение от фруктов наполнило ее желудок, мгновенно избавив от тошноты. Говард Джеффри протянул руку и взъерошил волосы Бекки: «Не будь такой беспечной». "Я знаю!" «Пошли, прогуляемся по пляжу». «Хорошо». Бекка с энтузиазмом взяла Говарда Джеффри за руку: «Пошли!» Прогуливаясь босиком, словно ребенок, по белому песку у лазурного моря под голубым небом и белыми облаками, Бекка чувствовала себя довольной. Говард Джеффри наблюдал за ее невинной и жизнерадостной улыбкой, и на его лице постоянно сияла улыбка. Он на восемь лет старше её, и, вспоминая первую встречу с ней, он думал, что у него в сердце были только слова: «ещё совсем неопытный». Тогда она была чиста, как чистый лист бумаги, легко поддавалась обману и уговорам, часто демонстрируя ту же невинную и романтичную улыбку, что и сейчас. "Эй, о чём ты думаешь?" Бекка подобрала красивую ракушку и подбежала к Говарду Джеффри, заметив, что он погружен в свои мысли. Думаю о тебе. Говард Джеффри хотел сказать, но, увидев, как Бекка хвастается ракушкой в ​​руке, он понял: «Смотри, ни одна ракушка в твоей комнате не сравнится по красоте с этой». Говард Джеффри тихонько усмехнулся: «Знаешь, почему я его не взял?» "Почему?" «Потому что в таких раковинах часто живут крабы, и крабы могут вылезти и ущипнуть вас, если вы не будете осторожны». "Ах!" Услышав это, Бекка отбросила снаряд подальше, прижавшись к Говарду Джеффри: «Почему ты не сказал мне раньше?» Говард Джеффри прижал к себе мягкое тело Бекки и, смеясь, сказал: «Посмотрим, осмелишься ли ты снова пройтись босиком по пляжу!» Бекка неловко сползла с Говарда Джеффри. «Мне просто показалось, что песок здесь такой мягкий, по нему очень приятно ходить». «Ты разве не помнишь, когда в прошлый раз тебе здесь ногу повредил снаряд?» Напомнив Говарду Джеффри, Бекка вспомнила и, взяв в руку сандалии, которые Говард Джеффри зацепил, послушно надела их. Держась за Говарда Джеффри, Бекка смотрела на заходящее солнце вдалеке: «Здесь солнце так рано садится!» Говард Джеффри кивнул: «Из-за необычного географического положения к трем часам дня солнце уже поднимается над горизонтом, создавая впечатление заката». «Солнце такое прекрасное, его золотистый свет мерцает на море». Проследив за взглядом Бекки, Говард Джеффри тепло произнес: «Самое прекрасное время — это когда закат опускается наполовину за горизонт». «Это такое романтичное чувство — прогуливаться с тобой по пляжу в лучах заката…» Бекка прислонилась к плечу Говарда Джеффри, ее мечтательные глаза были полны фантазии. «Восход и закат солнца — это просто следование законам природы, повторяющееся каждый день, в этом нет ничего особенного». Услышав безжизненный тон Говарда Джеффри, Бекка бросила на него раздраженный взгляд: «У тебя совершенно нет чувства романтики!» Она не понимала, почему в него влюбилась? Казалось, за все время знакомства он дарил ей цветы лишь несколько раз, хотя и много украшений, которые, по ее мнению, были несколько вульгарными и совсем не романтичными. Хорошо, она признала, что он делал вещи, которые ее тронули, например, посадил для нее поле незабудок на своей вилле в Т-Сити… Но он был настолько богат, что даже если у него была земля, пригодная для выращивания незабудок, привезенная из других стран, для него это было всего лишь вопросом слов, хотя она все равно была очень тронута. «Что ты теперь обо мне бормочешь?» Казалось, он умел читать её мысли, одаривая её озорным взглядом. «Э-э, я тут подумала о том, какие романтические вещи ты для меня делал, и, честно говоря, ничего не могу вспомнить». Говард Джеффри поднял бровь: «Неужели?» Бекка быстро добавила: «Теперь, когда я об этом думаю, я понимаю, что ты посадила для меня целое поле незабудок». Говард Джеффри обнял Бекку за талию, слегка нахмурившись: «Только это одно?» Теперь уже уверенная в себе, Бекка парировала: «Скажите, пожалуйста, мистер Джеффри, вы еще чем-нибудь занимались?» Говард Джеффри нахмурился, несколько секунд делая вид, что серьезно задумался: «Похоже, их не так уж много». «Скорее, вообще ни с кем». Бекка тихонько промычала, повернувшись и прислонившись к нему спиной. «В плане внимательности ты не сравнишься с мистером Джонсом, в плане заботы ты не сравнишься с Честером Робинсоном, вечно властным и эгоцентричным. Я правда не знаю, почему я в тебя влюбилась!» Говард Джеффри рассмеялся: «Вы уверены, что они все лучше меня?» Бекка обхватила ладонями красивое лицо Говарда Джеффри и погладила его: «Я совершенно уверена… Так что, миссис Джеффри, ваша жена, — очень востребованный человек, и если вы меня не полюбите, кто знает, когда рядом со мной может появиться другой жених, и я просто выберу его…» ---------- Глава 674-351: Романтическая свадьба на закате 2 Говард Джеффри прижал Ребекку Квентин к себе, насильно притянув её к себе, и высокомерно заявил: «Кто посмеет?» Ребекка торжествующе рассмеялась: «Ты тоже боишься?» Говард воспользовался случаем, чтобы чмокнуть Ребекку в надутые губы, и, глядя на нее с глубокой нежностью, сказал: «Я действительно боюсь, что ты меня не захочешь». «Ты говоришь только приятные вещи». «Если вы не понимаете романтики и не знаете, что сказать, вы можете очень низко обо мне подумать». Ребекка поджала губы и улыбнулась. Говард обхватил лицо Ребекки ладонями, его взгляд был полон глубоких эмоций. Ребекка обняла его за шею, встретившись с его проникновенным взглядом. В одно мгновение в их мыслях промелькнули прекрасные воспоминания и моменты, которые они сожалели, что упустили за последние восемь лет… Эти сцены одновременно сентиментальны и трогательны, но в основном наполнены размышлениями… В конце концов, они все же сплотились, несмотря на все, через что им пришлось пройти, несмотря на бесчисленные трудности и эмоциональные потрясения. В этот момент Ребекка почувствовала, что у нее немного болят глаза. «Джеффри…» — внезапно позвала она его. "Хм." «Вы действительно знаете, что в тот день, разговаривая с Элис Робинсон в палате, она рассказала мне еще кое-что?» Брови Говарда слегка нахмурились. На лице Ребекки появилась слабая улыбка: «Она сказала мне, что я недостойна тебя, потому что я слабая и не обладаю никакими очевидными преимуществами. Когда что-то случается, я прячусь, как черепаха в панцире, поэтому из-за моей ревности между нами возникают недоразумения…» Говард покачал головой, нежно поглаживая ее волосы, взъерошенные морским ветром: «Нет, какое бы преимущество это ни давалось, ничто не сравнится с добротой». «Я тоже думаю, что Алиса была неправа, но я здесь не для того, чтобы опровергать её слова, а скорее, Алиса не знала, что моя слабость проистекает из страха… В последние годы я жил осторожно в твоём мире, поэтому, естественно, находясь с тобой, я занимал смиренную позицию и постепенно становился чувствительным и слабым… Но теперь я понимаю, что сохранение любви зависит от взаимной привязанности, а не от того, что одна из сторон опускается до уровня земли, чтобы её поддерживать. Мой прежний способ общения с тобой был совершенно неправильным, и это наполняло меня ревностью к тебе». Пальцы Говарда скользнули между мягкими прядями Ребекки, и он тихо произнес: «Детка, поверь мне, ты и так достаточно совершенна; это я никогда не был совершенным…» Ребекка положила руку на слегка остывшую от морского бриза руку Говарда: «Я люблю тебя, Джеффри». Говард пристально посмотрел Ребекке в глаза, затем резко повернул голову и нежно поцеловал ее в губы. Ребекка прижалась к Говарду в его объятиях. Говард поцеловал Ребекку в волосы и прошептал ей на ухо по-английски: "Я тоже". Ребекка смотрела на постепенно заходящее солнце вдали, и впервые ее сердце ощутило такую ​​легкость. Говард обнял Ребекку, проследил за ее взглядом вдаль и про себя сказал ей: «Прости меня, этого несовершенного человека, но я непременно сделаю все возможное, чтобы подарить тебе счастье». Погруженная в живописный закат, Ребекка откинулась назад в объятия Говарда и спросила: «Неужели это почти самый прекрасный момент?» Говард крепче обнял Ребекку: «Пока нет». «Не возражаешь, если мы постоим здесь и подождем этого момента вместе?» В прошлый раз, когда мы были на острове Фоум, я знала, что он прекрасен, но никогда по-настоящему не ценила его пейзажи. «Я не против». "Спасибо." Говард накрыл руку Ребекки своей, как обычно, желая поиграть со свадебным кольцом на ее безымянном пальце, но внезапно обнаружил, что ее безымянный палец пуст. "Бекка…" "Хм?" Говард поднял левую руку Ребекки. Ребекка сначала никак не отреагировала, а затем, ахнув, воскликнула: «Где моё кольцо?» Говард тихо спросил: «Ты его потерял?» «Не знаю, я же носила его вчера…» «Возможно, когда вы раньше подбирали снаряды, вы случайно его потеряли». "Я пойду посмотрю…" Но как только Ребекка обернулась, Говард протянул руку, чтобы оттащить ее назад: «Забудь об этом, если потеряно, пусть будет как есть». Ребекка энергично покачала головой: «Нет, это символ нашего брака…» — сказала она, оторвавшись от Говарда и побежав обратно к тому месту, откуда они пришли. Ребекка обыскала все места, где ранее находила ракушки, но нигде не нашла кольцо. Наконец, она возложила все свои надежды на то место, где нашла ту прекрасную раковину с раком-отшельником, и стала искать ее руками. ---------- Главы 675–351: Романтическая свадьба на закате (Часть 2) К счастью, в следующую секунду кольцо внезапно появилось у нее в поле зрения. Ребекка Квентин с волнением взяла кольцо в руки, но обнаружила, что оно неожиданно прилипло к чему-то. Она терпеливо разгребла белый песок вокруг кольца, и вдруг перед ее глазами появилась средневековая, старинная и изысканная европейская шкатулка, в крышке которой было вставлено ее кольцо. Ребекка Квентин сначала взяла кольцо, а затем полюбовалась на красивую коробочку. «Говард Джеффри…» Ребекка Квентин окликнула его, желая поделиться своим открытием с кем-нибудь. Но ответа не последовало; подняв глаза, она поняла, что Говард Джеффри в какой-то момент ушел. Сердце Ребекки Квентин затрепетало; она встала и огляделась. Фигуры Говарда Джеффри нигде не было видно, лишь неподалеку стояли несколько молодых девушек в белых юбках. Ребекка Квентин в раздражении присела на корточки, схватила песок и пробормотала: «Какая жадность, я же не специально потеряла наше кольцо…» Кстати, размер кольца был как раз подходящий, и она никогда раньше его не роняла — почему же сегодня оно так легко выпало? Ребекка Квентин с недоумением взглянула на изысканную винтажную шкатулку. Как так получилось, что кольцо оказалось вставлено в эту коробку? С сомнением Ребекка Квентин расстегнула застежку на коробке и открыла ее. Она ожидала увидеть внутри коробки что-то вроде средневековых реликвий, выброшенных на берег, но вместо этого обнаружила белоснежное полупрозрачное платье. Ребекка Квентин с недоумением достала платье из коробки, и в следующее мгновение перед ее глазами появилось идеально сшитое, безупречно выполненное, потрясающее свадебное платье. Ребекка Квентин воскликнула: «Неужели в средневековье были такие красивые свадебные платья?» Ребекка Квентин была очарована захватывающей дух красотой свадебного платья перед собой, когда внезапно у нее у уха раздался магнетический, глубокий голос: «Наденешь ли ты его и дашь ли клятву перед священником остаться со мной на всю жизнь?» Услышав знакомый мужской голос, Ребекка Квентин, держа в руках свадебное платье, быстро обернулась. В ее представлении Говард Джеффри, одетый сегодня в повседневную одежду, теперь был в хорошо сшитом фраке-смокинге, а белые цветы на его груди перекликались с белым свадебным платьем в ее руках. В этот момент неподалеку подошли молодые служанки в белых юбках, окружили ее и быстро помогли ей надеть свадебное платье, которое было у нее в руках. Ребекка Квентин растерянно посмотрела на себя в свадебном платье, ее руку уже держал Говард Джеффри. Когда горничные приподняли шлейф ее свадебного платья, она, ошеломленная, последовала за Говардом Джеффри в другую часть пляжа. Внезапно перед ее глазами появился ковер из белых лепестков цветов. По обеим сторонам ковра располагались ряды классических римских колонн, обвитых белыми незабудками. Эти римские колонны выглядели торжественными и священными, подобно воротам самого величественного храма древнего Рима. Ребекка Квентин с изумлением смотрела на открывшуюся перед ней картину… Где-то раздался звон церковного колокола. В следующую секунду в видении Ребекки Квентин появились гости в парадных нарядах. У Ребекки Квентин снова перехватило дыхание. Миссис Джеффри держит на руках Эндрю, тётя Клэр, мистер Льюис и его супруга, генерал Леонард и его супруга, её сестра с Мари, и даже фигура мистера Джонса в поле её зрения… Ребекке Квентин показалось, что она спит; она потерла глаза, недоверчиво глядя на происходящее перед ней… Все с улыбками благосклонно посмотрели на них, а служанка возложила ей на голову белый венок, позволила ей взять Говарда Джеффри за руку и вручила букет… Сразу после этого Говард Джеффри проводил ее к красной ковровой дорожке, усыпанной белыми звездчатыми цветами. Вокруг них зазвучал торжественный и священный свадебный марш… Ребекка Квентин, держа на руках Говарда Джеффри, наконец осознала, что происходит в этот момент. Она оглядела окружающих ее друзей и семью, и ее прекрасные глаза мгновенно наполнились слезами. Лепестки, брошенные гостями, осыпали Ребекку Квентин и Говарда Джеффри. Ребекка Квентин посмотрела на Говарда Джеффри и получила в ответ легкую улыбку. В конце красной ковровой дорожки из белых лепестков цветов стоял пожилой священник в торжественном облачении, держа в руках Библию и улыбаясь ожидая, когда они подойдут к нему. Ребекка Квентин подошла к священнику, и по пути у нее текли слезы. Говард Джеффри нежно вытер слезы с уголков ее глаз: «Глупышка, тебе не следует плакать во время свадебной церемонии; это считается плохой приметой». Ребекка Квентин глубоко вздохнула, сдерживая слезы. Священник начал читать библейские истины о любви и браке… Говард Джеффри внимательно слушал, а Ребекка Квентин не отрывала от него взгляда. Неподалеку от священника работали несколько камер… Закат озарил молодоженов, и в следующее мгновение солнце опустилось за горизонт, окрашивая море мерцающим золотом. Это был самый прекрасный момент дня на острове Фоум, а также тот самый романтический момент, о котором она только что ему рассказала. Ребекка Квентин слегка прикусила губу, чтобы сдержать рыдания. Священник торжественно начал произносить свадебные клятвы… «Мистер Говард Джеффри, принимаете ли вы мисс Ребекку Квентин в жены, будете ли любить ее, утешать ее, защищать ее так же, как любите себя, в бедности или богатстве, в болезни или здравии?» Говард Джеффри без колебаний ответил: «Да». Священник торжественно обратил свой взор на Ребекку Квентин: «Мисс Ребекка Квентин, принимаете ли вы мистера Говарда Джеффри в мужья, будете ли любить его, утешать его, защищать его так же, как любите себя, в бедности или богатстве, в болезни или здравии?» Ребекка Квентин на секунду замолчала, не ответив сразу. Все присутствующие затаили дыхание. Священник также ожидал ответа от Ребекки Квентин. Ребекка Квентин пристально посмотрела на Говарда Джеффри затуманенными слезами глазами, наконец медленно отпустив укус и слегка кивнув. «Да». В следующее мгновение с неба посыпались бесчисленные белые лепестки роз. Священник объявил: «Я объявляю мистера Говарда Джеффри и мисс Ребекку Квентин мужем и женой под свидетельством Божьим». В этот момент все присутствующие друзья и родственники захлопали. Раздались непрекращающиеся аплодисменты, и священник продолжил: «Теперь жених может поцеловать невесту». Под бурные аплодисменты всех присутствующих Говард Джеффри опустил голову. Ребекка Квентин закрыла глаза, ее длинные ресницы мягко дрожали. Его поцелуй коснулся её щеки… Звуки вокруг становились все громче. Говард Джеффри обнял Ребекку Квентин, стоя лицом ко всем присутствующим. ---------- Глава 676-352: Романтическая свадьба на закате 3 В этот момент миссис Джеффри и тетя Клэр вытирали слезы. Изабелла Джоанна подбодрила со стороны: «А жених хочет что-нибудь сказать невесте?» Губы Говарда Джеффри изогнулись в улыбке, и он внезапно отпустил Ребекку Квентин, направившись к временной сцене, где до этого стоял пастор и говорил в микрофон. Изабелла Джоанна и Кристин Куинн уже бросились окружить Ребекку Квентин. Ребекка Квентин подняла влажные глаза и посмотрела на Говарда Джеффри. Взгляд Говарда Джеффри был прикован к Ребекке Квентин, когда он хрипло произнес: «Бекка, спасибо тебе за то, что дала мне еще один шанс, позволила быть рядом с тобой, быть с тобой и заботиться о тебе… Женитьба на тебе — величайшее счастье в моей жизни. Спасибо тебе за прощение и великодушие, за то, что ты не вменила мне в вину те годы ошибок. Здесь, перед Богом и божественным, я, Говард Джеффри, клянусь, что буду любить только Ребекку Квентин до конца своей жизни и никогда не нарушу своего слова». Когда Говард Джеффри закончил свою речь, вокруг раздались оглушительные аплодисменты. Ребекка Квентин, которая до этого сдерживала слезы, наконец дала им волю в этот трогательный момент… «И наконец, я хочу сказать всем присутствующим: дорогие мои, я вас люблю!» По нежному и прекрасному лицу Ребекки Квентин текли слезы, она прикрыла рот рукой и безудержно рыдала. Говард Джеффри сошел со сцены и обнял плачущую Ребекку Квентин. Ночь. На пляже был зажжен яркий костер. Здесь состоялся свадебный банкет. Мелодичная музыка, танцпол, расположенный прямо на пляже, вкусная еда и юные девушки, грациозно танцующие на танцполе… Всё это создавало тёплую и романтическую атмосферу. Изабелла Джоанна обняла Роджера Леонарда, и они романтично танцевали на танцполе, в то время как Скайлер Джонс, Нельсон Льюис и Говард Джеффри держали бокалы с вином и беседовали на темы, касающиеся мужчин. Кристин Куинн тоже пригласила Мари потанцевать, чем вызвала улыбки у миссис Джеффри и тети Клэр, находившихся неподалеку. Жена Нельсона Льюиса, Тереза ​​Льюис, пришла поддержать Ребекку Квентин. Сидя на стуле, подперев подбородок рукой и полностью погрузившись в наблюдение за тем, как Говард Джеффри смеется и разговаривает со своими двумя братьями вдалеке, Ребекка Квентин не заметила прихода Терезы Льюис. «Бекка». Только когда Тереза ​​Льюис окликнула Ребекку Квентин, та пришла в себя и неловко ответила: «Э-э, невестка». Тереза ​​Льюис в шутку спросила: «Глядя на него, разве вы тоже не чувствуете себя очень счастливыми?» Ребекка Квентин застенчиво кивнула. Тереза ​​Льюис улыбнулась: «Разве это не незабываемая свадьба?» "Да." «Вам интересно, как он вдруг устроил для вас такую ​​романтичную и продуманную свадьбу?» Ребекка Квентин кивнула, с ожиданием глядя на Терезу Льюис. Тереза ​​Льюис сказала: «На самом деле, более месяца назад Говард Джеффри уже приказал своему подчиненному Рою организовать эту свадьбу на острове». Ребекка Квентин удивилась: «Больше месяца назад?» «Конечно, иначе вы думаете, что эти цветы, римские колонны и несколько спутниковых приемников для глобальной прямой трансляции прибыли просто временно?» Ребекка Квентин была поражена: «Спутниковые приемники?» «Эти машины, мигающие огнями за спиной пастора во время вашей с Говардом Джеффри свадебной церемонии!» «Что? Это были спутниковые приемники?» Тереза ​​Льюис кивнула: «Говард Джеффри купил самые влиятельные телеканалы в четырех местах между Соединенными Штатами и Королевством Цветов, чтобы транслировать вашу свадьбу с ним». Рот Ребекки Квентин широко раскрылся, образуя круг. О боже… Это транслировалось в прямом эфире! Ребекка Квентин с сожалением ударилась лбом. Тереза ​​Льюис рассмеялась и спросила: «Что случилось?» Ребекка Квентин с сожалением сказала: «Я не очень тщательно подготовила свой свадебный макияж, он, должно быть, выглядит ужасно». «Нет, ты выглядела прекрасно. Можешь посмотреть повтор, когда вернешься в номер». «Он такой расточительный». Тереза ​​Льюис в шутку заметила: «Вам не нужно беспокоиться о том, чтобы откладывать деньги для мужа, у него их больше, чем он может потратить». «Нет, я никогда не думал, что он так смело изменит свой сдержанный образ жизни». «Ты забыла, что он обещал устроить тебе пышную свадьбу?» У Ребекки Квентин внезапно снова заболел нос: «Я думала, он не хотел этого». Тереза ​​Льюис покачала головой: «Возможно, ваш муж этого и не скажет, но уверяю вас, он отчётливо помнит все ваши увлечения и данные вам обещания». Ребекка Квентин подняла глаза и посмотрела на Говарда Джеффри, который в данный момент принимал поздравления от Нельсона Льюиса. Слегка желтоватый свет костра освещал его красивое лицо, придавая его чертам особенно объемный и привлекательный вид. «Говард Джеффри, желаю вам и Бекке ста лет счастья и единства». Нельсон Льюис поднял бокал за Говарда Джеффри. Говард Джеффри чокнулся бокалами с Нельсоном Льюисом и сделал глоток. ---------- Главы 677-352: Романтическая свадьба на закате (Часть 3-2) Нельсон Льюис посмотрел в сторону Ребекки Квентин и заметил, что его милая жена болтает с ней. Он улыбнулся: «Гарантирую, Тереза ​​сейчас говорит о вас только хорошее». Говард Джеффри повернул голову и увидел, что на него смотрит Ребекка Квентин. Их взгляды встретились, и Говард Джеффри сделал жест, похожий на поцелуй, в сторону Ребекки Квентин, отчего она застенчиво отвела взгляд. «Говард, поздравляю тебя и Бекку!» Поднять бокал за Говарда Джеффри досталось Скайлеру Джонсу. Говард Джеффри с благодарностью принял поздравление: «Спасибо». Скайлер Джонс отпил глоток красного вина и сказал: «Извините, но «Оверски» завтра еще должен участвовать в тендере на проект отеля Dubai Golden Hotel. Мне нужно лететь в Дубай… Поздравляю вас и Бекку». Говард Джеффри слегка кивнул. Скайлер Джонс повернулся и ушел, и, уходя, его краем глаза невольно заметил очаровательное лицо, полное счастья, которое он держал в разговоре с Терезой у костра. Кристин Куинн, хотя и танцевала с Мэрилин Куинн, внезапно остановилась в тот момент, когда Скайлер Джонс исчезла с вечеринки. "Мама…" "Хм?" "На кого ты смотришь?" Мэрилин заметила слегка рассеянный взгляд матери и проследила за его направлением. "Никто!" К тому времени, как Мэрилин посмотрела, Скайлер Джонс уже ушёл, поэтому Мэрилин просто сказала «О» и пошла искать отца. Внезапно Мэрилин воскликнула: «Мама, куда папа делся?» «Э-э, мама тоже не знает…» Мэрилин быстро добавила: «Я пойду спрошу дядю Джеффри». Кристин Куинн присоединилась к разговору между Ребеккой Квентин и Терезой. «Сестрёнка, почему ты выглядишь такой растерянной?» «Ни в коем случае, я видел, как вы двое весело болтали, поэтому не стал вас прерывать». Тереза ​​улыбнулась и погладила свой высокий, округлый живот: «Бекка спросила, мальчик это или девочка. Я сказала ей, что это девочка, и она сказала, что хочет стать ее крестной матерью». «Дочери, безусловно, очень заботливые, но у наличия дочери есть один недостаток». Ребекка Квентин с любопытством спросила: «А в чем минусы?» Кристин Куинн взглянула в сторону Мэрилин Куинн: «Они очень привязаны к своему папе». Тереза ​​рассмеялась: «Конечно, говорят, что дочь — возлюбленная отца в его прошлой жизни. И многие отцы действительно предпочитают дочерей». «Эй, сестрёнка, где мистер Джонс?» Кристин Куинн раздраженно ответила: «Откуда мне знать?» Ребекка Квентин встала: «Я пойду спрошу у Говарда». «Тетя, дядя Джеффри сказал, что папа ушел…» Мэрилин подошла к Ребекке Квентин, опустив губы от беспокойства, и таким образом удовлетворила любопытство Ребекки Квентин. Ребекка Квентин опустилась на колени и спросила: «Дядя Джеффри сказал, куда ушел твой папа?» Мэрилин ответила: «Дядя Джеффри сказал, что папа уехал в Дубай по делам и, возможно, ему придётся там задержаться на некоторое время». Кристин Куинн тихо пробормотала: «Теперь он выражает свои эмоции через работу». Остальные не расслышали, что сказала Кристин Куинн, и все посмотрели на неё. Кристин Куинн откашлялась и перефразировала: «Я имела в виду, что проект в Дубае очень важен». Тереза ​​кивнула: «Я слышала об этом, но „Скайтоп“ в этот раз не участвует в конкурсе». Кристин Куинн взяла Ребекку Квентин под руку: «Верно, некоторым людям нужно находить время, чтобы проводить его со своей любимой женой!» Лицо Ребекки Квентин помрачнело. Тереза ​​сказала: «Я немного проголодалась, давай что-нибудь поедим!» «Миссис Льюис, с вашим большим животом, позвольте мне вас обслужить!» — тепло предложила Кристин Куинн. Тереза ​​вежливо ответила: «Спасибо». Ребекка Квентин собиралась что-то сказать Кристин Куинн, когда внезапно почувствовала жирный запах и ее затошнило. Кристин Куинн только что передала Терезе еду, когда увидела, что Ребекка Квентин держится за грудь и ее тошнит. Она тут же с беспокойством опустилась на колени рядом с Ребеккой Квентин: «Бекка, что происходит?» Ребекка Квентин не поняла: "Что?" Кристин Куинн тихо спросила: «Вы же… ждете ребенка?» «Да, вы выглядите немного нездоровым». Ребекке Квентин удалось подавить тошноту, и она ответила: «Не знаю, сегодня утром тоже такое случалось…» Тереза ​​заключила: «Вы, должно быть, беременны!» Кристин Куинн согласилась, кивнув. Ребекка Квентин тут же покачала головой: «Ты слишком много об этом думаешь, это невозможно». Кристин Куинн искренне сказала: «Даже если Честер не делал вам операцию, чудеса всё равно случаются, верно?» Ребекка Квентин серьёзно ответила Кристин Куинн: «Сестрёнка, я забыла тебе сказать, у меня только что закончились месячные». Кристин Куинн сразу же смутилась. «О чём вы так радостно говорите!» Изабелла Джоанна внезапно вмешалась в разговор между тремя женщинами. Ребекка Квентин взглянула на Изабеллу Джоанну: «В твоих глазах есть кто-нибудь, кроме твоего мужа?» Изабелла Джоанна смущенно сказала: «Я давно с ним не танцевала, а Айви в этот раз нет…» Кристин Куинн подняла брови и спросила: «Вы двое надеетесь провести здесь второй медовый месяц?» Изабелла Джоанна усмехнулась: «С удовольствием, но мистер Джеффри уже запланировал наш отъезд с острова завтра, сказав, что ему нужно только время наедине со своей любимой женой…» Кристин Куинн рассмеялась: «А что, если мы не пустим Бекку сегодня вечером обратно в номер? Как думаешь, что он сделает?» Изабелла Джоанна и Кристин Куинн сошлись во мнении: «Кристин, у тебя всегда полно отличных идей… Мне также любопытно, как бы отреагировал мистер Джеффри!» Кристин Куинн и Изабелла Джоанна обменялись взглядами: «Тогда давайте…» «Думаю, вам лучше этого не делать, Дора идёт сюда». Напоминание, прошептанное Роджером Леонардом, донеслось из-за спин Кристин Куинн и Изабеллы Джоанны. Кристин Куинн и Изабелла Джоанна были поражены. И действительно, Говард Джеффри подошел ко всем, держа на руках свою любимую жену, и спросил: «Устали?» Ребекка Квентин покачала головой. Роджер Леонард не удержался и поддразнил: «Дора смотрит только на свою милую жену, совершенно игнорируя всех остальных!» Говард Джеффри окинул взглядом всех присутствующих: «Я очень рад, что вы все смогли прийти на мою свадьбу с Беккой; я поднимаю за вас тост». С этими словами Говард Джеффри взял у официанта бокал шампанского и сделал глоток. Все довольно улыбнулись. Взгляд Говарда Джеффри снова упал на лицо Ребекки Квентин: «Может, вернёмся в номер отдохнуть?» Ребекка Квентин слегка нахмурила брови: «Разве… не слишком рано?» Кто-то многозначительно заметил: «Каждый миг в такую ​​ночь бесценен, особенно если это брачная ночь!» ---------- Глава 678-353: Путешествие домой Все озорно рассмеялись. Говард посмотрел на Ребекку Квентин, щеки которой постепенно краснели, и которая, казалось, совершенно не обращала внимания на поддразнивания толпы. «Я думаю, нам следует благоразумно заняться тем, что нам нужно делать... и не нарушать покой других», — Кристин Куинн намеренно выделила последние два слова. Изабелла рассмеялась, прислонившись к плечу Роджера Леонарда. После этого все молча разошлись, освободив время и место для молодоженов. Ребекка Квентин застенчиво сказала: «Что вы делаете... они все над нами смеются!» Говард обнял Ребекку за тонкую талию, прижался головой к ее лбу и двусмысленно ответил: «Они не ошибаются!» Ребекка осторожно вырвалась из объятий Говарда: «Эй, за тобой наблюдает много людей!» «Тогда пусть смотрят сколько хотят». "А?" Прежде чем Ребекка успела отреагировать, Говард поднял её на руки и направился прямо к вилле. Ребекка уткнулась лицом в грудь Говарда, чувствуя, как все взгляды вокруг следят за каждым их движением. Вернувшись в комнату, Ребекку бросили на большую кровать. Вспомнив, как по утрам ей было трудно встать с постели, Ребекка с тревогой прижала руки к груди некоего человека, когда он наклонился к ней. "Эй... это недопустимо..." "Хм?" Ребекка пожаловалась: «Я сегодня так устала». Почему она была измотана всю ночь, а на следующий день казалась полной энергии? «Не двигайтесь». При этом кто-то уже расстегнул ему рубашку, обнажив внушительную грудь. Как только Ребекка увидела его мужское обаяние, ее воля ослабла. Говард уткнулся головой в ее ароматную, мягкую ложбинку между плечами, всем своим весом прижался к ней и начал нежно покусывать ее светлую кожу. Ребекка постепенно утратила способность сопротивляться... Ее рука переместилась с прежнего положения — прижатой к его груди — и медленно поднялась к его шее, синхронизируясь с его пылким поцелуем... Внезапно он слегка приподнялся и быстро снял с них обоих одежду. В тот же миг его длинное и крепкое тело, подобное телу Аполлона, нависло над ней, прикрывая ее гибкую, безупречную фигуру. Он опустил голову и нежно целовал её, вызывая лёгкую дрожь у обоих. Ребекка постоянно стонала, еще больше разжигая его импульсивные желания. Он протянул руку, чтобы раздвинуть ей ноги, наклонившись... В этот момент из-за кровати раздался детский голосок: «Папа, мама, что вы делаете?» "Блин!!" Он тихо выругался, и Говард быстро накрыл тело Ребекки одеялом, сам же тоже забрался под него. Ребекка полностью зарылась в одеяло, не в силах смотреть кому-либо в глаза. Говард нахмурился, глядя на невинного, хилого мальчишку, стоящего у кровати, и спросил: «Как ты здесь оказался?» Слабак моргнул своими невинными глазами и серьезно ответил: «Тетя Изабелла сказала, что папа и мама играли в прятки с Эндрю, но Эндрю долго прятался, и папа с мамой так и не пришли меня найти…» Ребекка пряталась под одеялом, прислушиваясь к голосу Эндрю, и поняла, что он, возможно, услышал что-то не то, что следовало, прячась под кроватью. Ее лицо покраснело, как свекла. Говард дал указание: «Иди и найди бабушку, папу и маму сегодня вечером нет дома». Слабое тельце этого хилого мальчишки забралось на кровать, сонно потирая глаза: «Папа, Эндрю хочет спать». В тот же миг лицо Говарда позеленело. Затем Эндрю забрался в кровать, протиснулся между папой и мамой и мгновенно уснул. Прекрасная брачная ночь, казалось, существовала лишь в воображении! Солнечный свет лился в комнату, освещая лениво обнимающуюся пару на кровати. Ребекка тихо застонала, словно, как и каждый день в течение последних трех месяцев, она проснулась от объятий Говарда, чувствуя себя довольной и облегченной. Даже во сне чья-то рука неподобающим образом лежала на ее обнаженной талии, источая собственническое властолюбие. Ребекка осторожно убрала его сильную руку со своей талии, успешно освободившись, а затем скорчила ему озорную рожицу. Этот надоедливый тип, из-за которого она спала до полудня, вскоре встречал ее недоверчивыми взглядами слуг. Кстати, ему следовало бы немного себя контролировать; ей казалось, что в последнее время они вели жизнь, полную излишеств и роскоши, что немного её угнетало... Но, как он сказал, кто-то, похоже, наслаждался этим, компенсируя мучения, которые он перенёс, пока её не было рядом. Это заставило её задуматься над вопросом: когда её не было рядом, неужели он действительно не… э-э, не использовал какой-то способ для решения проблемы? Погладив себя по голове, Ребекка покраснела, внезапно осознав, что стала несколько нечистой. Встав, Ребекка похлопала кого-то по плечу, обвиняя его в развращении, а затем потянулась к ночной рубашке на прикроватной тумбочке, не желая так долго спать с ним. ---------- Глава 679-353: Возвращение домой из поездки (Часть 2) Нужно знать, что после сна человек словно восстанавливает силы, и часто после пробуждения он начинает обниматься и прижиматься к другим. Если ему захочется, он может не выходить из комнаты весь день. Надев пижаму и встав с постели, Бекка заметила легкую боль между ног и невольно нахмурилась, проклиная кого-то про себя. Закончив в ванной, она вышла и увидела, что кто-то еще спит на кровати. Бекка покачала головой и тихо вздохнула. Действительно ли это по-прежнему Говард Джеффри, президент доминирующей в деловом мире группы компаний «Скайтоп»? В последнее время он живёт жизнью, подобной жизни императора. Нет, даже более беззаботной, чем император, ведь у императоров хотя бы есть утренние заседания суда, они рассматривают меморандумы, и только потом могут наслаждаться гаремом, а ему действительно нечем заняться, он совершенно пренебрегает обществом, каждый день ждёт только ночи, чтобы начать свои… призывы, оказывать предпочтение… даже если женщина, которой он оказывает предпочтение каждую ночь, — это всего лишь она. Бекка, сидя на краю кровати, нахмурилась и потянула Джеффри за руку: «Говард, Говард…» Кто-то, пребывая в оцепенении, лениво ответил: «Мм». "Вставай, уже двенадцать часов!" Никто не ответил. Бекка продолжила: «Дорогая…» Наконец кто-то сонно приоткрыл один глаз и очаровательно посмотрел на неё: «Что случилось, женушка?» «Вставайте на обед, мне нужно с вами кое-что серьезное обсудить». "Почему я проснулся?" «Ты тоже быстро встаешь!» "Останься и поспи со мной еще немного…" После этих слов кто-то обнял её, не забыв нежно поцеловать в лоб. "Говард…" «Хорошо высыпайся». "Привет…" Бекка вдруг осознала, сама не знаю, с какого времени, но звать его встать тоже стало для нее ежедневной обязанностью. Как он мог стать таким ленивым? Блестящий, компетентный и властный президент «Скайтопа» ведь не исчезнет навсегда, правда? Нет, ей по-прежнему нравится видеть его энергичным и целеустремленным в деловом мире… хотя она должна признать, что если он действительно сосредоточит всю свою энергию на работе, ей будет не хватать тех спокойных дней, когда она просто бездельничала с ним каждый день. Но она искренне считает, что трех месяцев, проведенных с ним, ей достаточно, это то, что она могла бы ценить всю жизнь, и самое главное, она действительно скучает по Эндрю. «Жена, принеси мне сменную одежду…» Говард внезапно вскрикнул, умываясь в ванной. Бекка собралась с мыслями и подошла к шкафу, чтобы взять одежду для Говарда, но, когда уже собиралась направиться в ванную, внезапно остановилась, затем обернулась и посмотрела на ряд рубашек и костюмов в левой части шкафа. С тех пор как он приехал на остров, он одевается в повседневную одежду; она давно не видела его в костюме. Подумав об этом, Бекка отложила одежду, которую держала в руках, и вместо этого принесла ему брюки и рубашку. Войдя в просторную ванную комнату, Бекка размышляла о том, как начать уговаривать кого-нибудь вернуться в Нью-Йорк, используя в качестве аргумента рубашки и костюмы, но ее взгляд внезапно упал на человека, стоящего обнаженным перед зеркалом и бреющегося. Бекка сглотнула, признавая, что вид мужчины перед ней действительно был соблазнительным. Загорелый, с идеальным прессом от еженедельных тренировок, он стоял перед зеркалом; каждая его линия и изгиб казались тщательно выточенными, сексуальными, пленительными, разжигающими кровь и заставляющими сердце биться чаще. «Хорошо, — признала она, — первое, что ее привлекло, конечно же, его мужественное обаяние». Приближаясь к Говарду, Бекка все еще чувствовала себя немного смущенной, но, учитывая, что они уже бесчисленное количество раз физически соприкасались, покраснение действительно могло бы навлечь на себя его насмешки. Бекка, выпятив грудь и сделав вид, что ничего не замечает, подошла к нему и сказала: «Вот, одежда». Кому-то это, похоже, не мешало: он отложил бритву, а затем повернулся, чтобы надеть рубашку. Когда кто-то повернулся, его тело оказалось прямо перед Беккой. Бекка тут же ахнула. Она клялась, что не взглянула ни на что, но каким-то образом заметила то темное место внизу, и этот источник зла сейчас был в бессознательном состоянии. Мужские тела действительно странные. Мягкое там, где нужно быть мягким, твердое там, где нужно быть твердым, словно по волшебству. Бекка не знала, что пока она смотрела в то место, кто-то смотрел и на неё… Затем кто-то постепенно начал реагировать. Бекка всё ещё была поглощена изучением строения мужского тела, пока кто-то не ущипнул её за лицо с улыбкой: «Жена, ты стала непослушной». Бекка внезапно отреагировала, ее лицо сильно покраснело. Говард уже надел рубашку, но не застегнул ее, погладил ее по уху и громко рассмеялся: «Жена, тебе сначала понравилось мое оборудование или программное обеспечение?» Неужели она не может признать, что первое, что она заметила, — это его половые органы? «Э-э, а ты? Тебе понравилось мое оборудование или программное обеспечение?» После того, как они провели вместе некоторое время, она также немного научилась скрывать свои эмоции. Говард немного помолчал, улыбаясь: «И аппаратное, и программное обеспечение хороши». Сказав это, Говард скользнул рукой от подола юбки Бекки к ее гладкому, чувствительному бедру, его волшебные пальцы легко коснулись ее шелковистой белой кожи: «Но мужчины предпочитают аппаратное». «Теперь я знаю, ты, по сути, просто извращенец!» Говард поднял бровь. Бекка закатила глаза, глядя на равнодушного человека, и добавила: «Ненасытный извращенец!» Говард тихонько усмехнулся: «Есть возражения?» Увидев в глазах Говарда вспыхнувшую страсть, Бекка немного запаниковала, слегка попыталась вырваться, но поняла, что теперь бросается в сетку. Говард уже занял свою могучую позицию между ног, Бекка украдкой взглянула на этот силуэт, подумав, что он уже намного превосходит размеры многих жителей Запада, и что его в таком положении до смерти пугает людей. Такой большой. Бекка благоразумно покачала головой. К несчастью, чья-то рука уже нетерпеливо манила ее, расстегивая одежду, уткнувшись лицом ей в грудь и начав нежно целовать. Почувствовав влажный стон на своей груди и движение его языка, Бекка поспешно прижала его голову к своей груди, задыхаясь, и сказала: «Прекрати, мне сегодня нужно с тобой поговорить о чем-то серьезном». ---------- Главы 680-354: Цзи Линтянь и Цинь Цзисинь уже женаты. Чей-то голос уже охрип: «Подождите минутку…» Ребекку Квентин кто-то в спешке вынес из ванной комнаты. Когда её выносили, она уже была полностью раздета, её тело было розового цвета, а на груди виднелись большие красные следы от чьей-то «насилия»… Затем кто-то надавил на неё… После этого комнату наполнили лишь тяжёлое дыхание мужчины и женщины… После бурной страсти Ребекка Квентин без сил лежала в чьих-то объятиях. С довольным выражением лица кто-то нежно поцеловал её всё ещё покрасневшую щеку. Ребекка Квентин игриво ударила кого-то кулаком в грудь, а затем слегка задыхающимся тоном спросила: «Можно я сейчас с вами поговорю о чём-то важном?» «Я весь внимание». «Вы хотите вернуться в Нью-Йорк». Говард Джеффри слегка нахмурил брови, приподнял ее подбородок и спросил: «Дорогая, тебе не нравится, что я с тобой?» Ребекка Квентин прислонилась к груди Говарда Джеффри и обняла его: «Мне тоже кажется, что дни пролетают быстро, но разве секретарь Сесили не отправляла вам бесчисленное количество писем с просьбой вернуться?» Говард Джеффри легонько поцеловал Ребекку Квентин в губы: «Ты забыла, что я здесь главный?» Ребекка Квентин серьезно посмотрела на кого-то: «Муж, может, вернемся? Ты сопровождаешь меня уже больше трех месяцев, этого мне достаточно». «Дорогая, я же говорил, если ты не против, мы можем привезти Эндрю и маму к нам, чтобы они жили на острове Фоум всю мою жизнь». Ребекка Квентин покачала головой, нежно поглаживая несравненно красивое лицо Говарда Джеффри, и тихо сказала: «Я же говорила, что не позволю тебе отказаться от «Скайтопа» ради меня… Я хочу, чтобы ты вернулся и продолжил управлять своей бизнес-империей». Она знала, что он тоже не сможет смириться с уходом из «Скайтопа». "Малыш…" Ребекка Квентин приложила палец к губам Говарда Джеффри: «Мы уезжаем завтра». Сказав это, она приподнялась и поцеловала его в губы, чтобы он не смог ничего сказать, и серьезно добавила: «По возвращении нужно проверить две вещи. Во-первых, я получила электронное письмо от Элис Робинсон; она сказала, что Честер Робинсон, возможно, проснется, потому что несколько дней назад его пальцы шевелились. Во-вторых, насчет твоего брата и моей сестры, мама сказала по видеосвязи, что мистер Джонс и моя сестра уже зарегистрировали свой брак». Частный аэропорт в Нью-Йорке. Джейсон Вуд, Рой и Лиза Сесили уже ждали под только что приземлившимся частным самолетом, их лица были полны волнения. Увидев выходящую из домика красивую пару, Лиза Сесили взволнованно воскликнула: «О боже, босс наконец-то вернулся…» Джейсон Вуд одарил босса комплиментарной улыбкой, но искоса взглянул на Лизу Сесили: «Позвольте мне начать». Лиза Сесили нахмурилась: "Почему?" «Мой вопрос важнее». «Мой вопрос важнее». Услышав спор коллег, Ройе не удержался и напомнил: «Эй, босс здесь…» Джейсон Вуд и Лиза Сесили тут же прекратили спорить и встретили их любезными улыбками. «Босс (Президент)…» Ребекка Квентин, одетая в повседневную пляжную одежду, взяла Говарда Джеффри под руку и тепло поприветствовала всех: «Привет, Джейсон Вуд, Рой, секретарь Сесили, давно не виделись». Все трое усмехнулись: «Жена босса (жена президента)». Ребекка Квентин сказала: «Я принесла вам всем подарки». «Спасибо, жена босса (жена президента)». Сквозь темные солнцезащитные очки Говард Джеффри, прищурив глаза, пристально смотрел на троих перед собой: «Зачем вы все собрались вместе?» Ройе быстро пояснил: «Президент, Джейсон Вуд и Лиза Сесили слышали, что вы сегодня возвращаетесь, и у них есть срочные вопросы, которые необходимо с вами обсудить». «Что бы это ни было, обсудим это, когда вернемся в компанию». Совершенно не обращая внимания на слово «срочно», Говард Джеффри продолжал нежно говорить с Ребеккой Квентин, которую держал на руках: «Может, сначала пойдем домой?» «Но разве у секретаря Сесили и Джейсона Вуда не было неотложных дел, о которых они должны были вам сообщить?» «Это неважно». "А?" Говард Джеффри чмокнул Ребекку Квентин, крепко обнял ее и шагнул вперед. Трое поспешили последовать за ними… «Президент, генеральные директора групп компаний «Xintian», «Shine Construction», «Elliewood Group»… все хотели с вами встретиться. Они сказали, что если вас не будет в «Skytop», они прекратят сотрудничество с «Skytop»…» Это сказала Лиза Сесили. «Босс, не могли бы вы не назначить меня к вице-президенту Инь? Я присягаю на верность только вам». "Президент…" Особняк Джонса. "Папа, мама…" «Эндрю». Ребекка Квентин наклонилась и крепко обняла малышку. Малыш прижался к маме на руках: «Мамочка, я так по тебе скучал». Глаза Ребекки Квентин слегка затуманились: «Мама тоже по тебе скучала, Эндрю». Сказав это, она нежно поцеловала малыша у себя на руках. ---------- Главы 681-354: Скайлер Джонс и Кристин Куинн официально женаты_2 Говард Джеффри осторожно поднял своего любимого сына и тихо спросил: «Ты скучаешь только по маме, а не по папе?» «Эндрю тоже скучает по папе». «Вот это уже лучше…» Миссис Джеффри стояла неподалеку, с удовлетворением наблюдая за этой трогательной сценой. После того как вся семья с удовольствием пообедала, миссис Джеффри вышла из столовой. «Бекка, где Говард?» Ребекка Квентин сидела в гостиной и играла с Эндрю на диване в складывание кубиков. Услышав голос миссис Джеффри, она быстро поставила кубики и подошла, чтобы помочь миссис Джеффри, ответив с улыбкой: «Я отправила его в компанию». «Глупышка, если ты не позволишь ему пожить с тобой сейчас, потом будешь жаловаться, когда он будет постоянно занят работой и не сможет найти для тебя время». «Всё в порядке, у меня есть Эндрю!» — легкомысленно ответила Ребекка Квентин. Миссис Джеффри усмехнулась и усадила Ребекку Квентин на диван: «Теперь я чувствую себя по-настоящему спокойно рядом с тобой и Говардом. Видеть вашу любовь и счастье делает меня счастливее всего на свете. Но…» Ребекка Квентин заметила нотку беспокойства в карих глазах миссис Джеффри и обеспокоенно спросила: «Что случилось?» «Помнишь, в прошлый раз я говорил с тобой в видео про Оверски и Кристин?» Ребекка Квентин кивнула: «Правда ли новость о свадьбе моей сестры и мистера Джонса?» «Да, хотя вы, наверное, уже догадались, что они поженились только ради Мари». «Мистер Джонс посоветовал это моей сестре?» Миссис Джеффри кивнула и затем пересказала всю историю Ребекке Квентин. Оказалось, что более месяца назад Кристин Куинн планировала покинуть Y City, как и планировала изначально, и жить одна. Но в день отъезда Кристин каким-то образом узнала об этом… Мари увидела, как ее мать тащит багаж, чтобы уйти, и горько заплакала… Кристин не могла вынести вида Мари в слезах, поэтому осталась. Однако из-за этого случая Мари начала сомневаться в отношениях своих родителей. Однажды Мари прямо спросила своих отца и мать: «Папа и мама, вы ведь не вместе?» Вопрос Мари застал Скайлер Джонс и Кристин Куинн врасплох. Увидев их реакцию, Мари поняла, что родители все это время обманывали ее, и в слезах убежала обратно в свою комнату… Состояние здоровья Мари уже находилось под наблюдением, и эмоциональные перепады могли легко повлиять на ее сердцебиение и спровоцировать реакцию отторжения… Кристине ничего не оставалось, как успокоить Мари, сказав, что они со Скайлер просто поссорились, а багаж нужен для поездки, чтобы привести мысли в порядок, а не для того, чтобы оставить Скайлер. Мари перестала быть наивным ребенком и не поверила объяснениям Кристин, пока ее родители не поженятся немедленно… Кристин очень беспокоилась о здоровье Мари и не осмеливалась рассказать ей правду о своей ситуации со Скайлер. Когда Мари потребовала подтверждения брака, Кристин растерялась. Позже Скайлер вошла в комнату, чтобы утешить Мари… Кристин вышла из комнаты, оставив непростую ситуацию на усмотрение Скайлер. Но вскоре после этого Скайлер вышла из комнаты, неся Мари на руках, и сказала ей: «Мы сейчас же пойдем регистрироваться». Таким образом, Скайлер Джонс и Кристин Куинн получили свидетельство о браке и стали мужем и женой. Цветочное Королевство, город Y. На оживленных улицах неспешно прогуливались красивая мать и дочь. Мэрилин Куинн взяла маму под руку и радостно сказала: «Мамочка, я так давно не ходила с тобой по магазинам!» «Если хочешь, мама может сопровождать тебя каждые выходные». Мэрилин, рост которой уже почти доходил до плеч Кристин Куинн, прижалась к матери поближе: «Мамочка, я так счастлива». "Хм?" «Мне больше не нужно беспокоиться о том, что вы с папой расстанетесь». «Глупышка, ты просто слишком много об этом думаешь. Папа и мама всегда были вместе!» Мэрилин кивнула: «Наша семья из трёх человек всегда будет вместе». Кристин наклонилась, чтобы поцеловать дочь: «Хорошо, моя маленькая взрослая, не будь такой сентиментальной в таком юном возрасте». Мэрилин улыбнулась и сменила тему: «Мамочка, а тетя и дядя Джеффри все еще отдыхают на острове Фоум?» "Да, не знаю, когда они вернутся!" «Дядя Джеффри очень любит тетю». Кристин наклонила голову: «Ты, маленькая проказница, что ты теперь замышляешь?» Мэрилин с надеждой посмотрела на свою мать: «Я хочу, чтобы папа отложил работу и тоже немного поиграл с мамой». Кристин слегка смутилась: «Твой папа несколько месяцев назад заключил контракт на проект в Дубае, поэтому сейчас он занят и не может взять маму в отпуск». «Но папа сказал, что в последнее время он свободен!» Скайлер сказала это Мэрилин? Внутри Кристина была весьма озадачена, но внешне равнодушно ответила: «Ну что ж, если у папы будет время поехать со мной в отпуск, мы поедем!» "Ура…" Кристина улыбнулась. То, что Скайлер согласится поехать в отпуск с Мэрилин, было… немного немыслимо. В полдень. Кристин взглянула на настенные часы и сказала ужасно голодной Мэрилин, которая уже была готова съесть свою рубашку: «Тебе следует поесть первой, не жди, пока не проголодаешься слишком сильно». Мэрилин скрестила руки на столе и послушно сказала: «Я хочу дождаться возвращения папы и поесть вместе». Уже больше месяца Скайлер каждый день возвращался домой ровно после работы. Обычно он приходил чуть позже двенадцати, но сегодня было почти час дня, а он так и не приехал. «Хорошо, позвони папе и спроси, когда он вернется». "Хорошо." Когда Мэрилин встала, слуга, стоявший у входа в столовую, почтительно окликнул: «Мистер Джонс». В следующую секунду Скайлер Джонс уверенными шагами вошла с улицы. "Папочка!" Мэрилин радостно обняла своего отца. Скайлер потрепал небольшую челку на лбу Мэрилин и своим обычным низким голосом, полным нежности, сказал: «Я слышал, вы с мамой весь день ходили по магазинам?» «Да, мы с мамой купили много всего, и она даже купила подарок папе». Кристин, которая пила воду, чуть не задохнулась от слов дочери. Как могла её дочь говорить такую ​​чушь? Это Мэрилин затащила её в магазин мужской одежды, и она купила галстук для Скайлера только из крайней необходимости, не собираясь дарить его ему. Кристин дважды сухо рассмеялась: «Да… да, позже посмотрим, понравится ли тебе». ---------- Глава 682–355: Дневник Цяо Чэ. Скайлер Джонс передал слуге свой портфель и пиджак, затем сел рядом с Кристин Куинн, обнял ее за талию и, естественно, поцеловал в щеку: «Спасибо». Хотя Кристин уже привыкла проявлять нежность к Скайлер Джонс на глазах у Мэрилин Куинн, Скайлер редко целовала её в присутствии Мэрилин, что немного смущало Кристин. Ее тело слегка напряглось под большой рукой Скайлер, и Кристин скрыла свою неловкость милой улыбкой. «Извините за опоздание… Вы все, должно быть, голодны, давайте поедим!» — сказала Скайлер, беря миску и палочки для еды. Все трое с удовольствием провели время за обедом в приятной атмосфере. После обеда Скайлер приготовился вернуться в компанию. "Папочка…" Как раз когда Скайлер наклонилась, чтобы сесть в машину, он выпрямился, чтобы посмотреть на свою бегущую дочь: "Хм?" Мэрилин обняла отца: «Мама хочет поехать с тобой в отпуск». Скайлер слабо улыбнулась: «Это твоя мама этого хочет, или ты сам этого хочешь?» Отец тут же раскусил Мэрилин, и она неловко улыбнулась: «Ладно, я говорю это от имени мамы… Но разве ты не говорила пару дней назад, что у тебя есть время?» Скайлер слегка кивнула: «В компании действительно в последнее время ничего особенного не происходит… Если тебя не беспокоит то, что ты дома одна, я выведу твою маму на прогулку». «Я не волнуюсь, я повзрослела, я знаю, как о себе позаботиться». Скайлер, как обычно, взъерошил мягкие волосы дочери: «Хорошо, папа сегодня днем ​​вернется в компанию и все уладит, а потом, в ближайшие пару дней, я отвезу твою маму в отпуск». Днём Мэрилин делала домашнее задание в своей комнате, а Кристин скучала, сидя в гостиной и смотря телевизор. Ее мысли были настолько запутаны, что, держа в руке пульт, она не могла найти нужный канал. Наконец, она отбросила пульт в сторону и устало опустилась на диван. В последнее время она действительно чувствовала себя немного уставшей. Двое людей, которые на самом деле не любят друг друга, всё равно вынуждены притворяться парой, из-за чего ей приходится каждый день носить маску. К счастью, у нее и Скайлер уже сложилось негласное соглашение о том, чтобы имитировать брак, и играть роль не казалось ей утомительным, Мари ничего не подозревала, и, к счастью, до окончания послеоперационного наблюдения оставалось меньше полугода. Через шесть месяцев она сможет честно рассказать Мари обо всем. Тяжело вздохнув, Кристин закрыла глаза и начала думать о поездке в отпуск, о которой ей упомянула Мари, и о которой она собиралась поехать со Скайлером. Она прекрасно понимала, что это идея её маленькой проказницы-дочери, но отказаться не могла, тем более что Скайлер согласилась. Неужели они со Скайлером действительно собирались поехать в отпуск? Это казалось не только неловким, но и немного невероятным. В тот самый момент, когда мысли Кристин были в полном смятении, внезапно зазвонил ее телефон. Увидев номер на экране телефона, Кристин взволнованно нажала кнопку ответа: «Здравствуйте…». «Сестра». "Бекка, ты вернулась с острова?" «Да, мы с Говардом вернулись вчера». Кристин прислонилась к спинке дивана и спросила: «Почему ты не остался подольше? Разве он не должен был сопровождать тебя полгода?» «Это я попросила его вернуться, сначала он не хотел… Но я думаю, трех месяцев веселья достаточно, я не хочу, чтобы его мир вращался только вокруг меня». «Глупышка, он готов бросить карьеру, чтобы посвятить себя тебе, — это жизнь, о которой мечтают многие женщины!» «В любом случае, я сейчас им очень довольна… Так что давайте больше не будем говорить о нас, давайте поговорим о вас и мистере Джонсе…» «Я… Что нам с ним обсуждать?» «Я уже знаю о вашем браке с мистером Джонсом…» Кристин выглядела смущенной: «Тогда вы также должны догадаться, что это временная мера с нашей со Скайлер, чтобы Мари не слишком много думала». «Но мама очень за вас двоих волнуется… В конце концов, брак — это не детская игра». «Лиза Сесили, сообщите в отдел кадров, что мне нужен помощник по связям с общественностью… Проведите отбор кандидатов более высокого уровня, после чего я лично проведу собеседования». Выйдя из переговорной комнаты, Говард Джеффри дал указания Лизе Сесили, которая следовала за ним. Лиза молча заметила: «Я немедленно сообщу в отдел кадров». "Мм." «Кстати, президент, мистер Тут из компании 'Shine', пользуется своей давней дружбой с Брюсом, новым директором по бизнесу, чтобы предложить разделить выручку в соотношении шестьдесят на сорок в рамках нового совместного проекта… Что вы думаете по этому поводу?» «Семьдесят тридцать». «Что?» — Лиза была ошеломлена. — «Босс, вы не собираетесь отступить?» ---------- Глава 683-355: Дневник Честера Робинсона_2 «Хотя у Shine есть связи, ей не хватает квалификации Skytop. Если г-н Тут будет искать партнеров в другом месте, прибыль от проекта не сможет быть максимизирована… Просто скажите ему, что Skytop и Shine разделят прибыль поровну (семьдесят на тридцать); в противном случае, игнорируйте его». «Вы действительно мудры и решительны, президент. Я сейчас немного напугаю господина Тута». Джеффри вошел в кабинет, и его ноздри мягко окутал насыщенный аромат кофе. Увидев дымящуюся чашку кофе на столе, Джеффри слегка скривил губы. И действительно, в следующую секунду что-то мягкое тихо обняло его сзади, "Мужик". Джеффри обернулся, обнял свою любимую жену, и его голос, охрипший от нежности, спросил: «Зачем ты пришла?» Ребекка Квентин, излучавшая очаровательную ауру женственности, мило сказала: «Я иду в больницу навестить Честера Робинсона. Я проходила мимо компании, поэтому пришла к вам!» Джеффри потянул Ребекку Квентин к дивану в кабинете. Усевшись, он посадил Ребекку себе на колени, уткнувшись головой ей в шею: «Ты сварила кофе?» «Да, зная, что вы на совещании, я опасался, что у вас не хватает энергии, поэтому я приготовил вам чашку». «Не хватает энергии?» — игриво прошептал Джеффри, обнимая Ребекку Квентин. — «Действительно, прошлой ночью было потрачено много энергии». «Ты негодяй». Сидя на длинных ногах Джеффри, Ребекка Квентин покраснела, но, казалось, чувствовала себя крайне комфортно. «Быть ​​проказником по отношению к жене не считается проказой; это называется любовью». Джеффри чмокнул Ребекку Квентин в лицо, чувствуя, как приятно баловать её, и желая продолжать это делать вечно. «Э-э, дорогой, вообще-то, у меня к тебе вопрос…» "Хм?" Ребекка Квентин повернула лицо, глядя на красивый профиль Джеффри, и с легкой застенчивостью прошептала ему на ухо: «Когда я впервые встретила тебя, ты уже был довольно опытным, и я знаю, что когда ты был с моей сестрой, вы оба просто притворялись, без настоящих отношений, так что… откуда у тебя взялся опыт?» «Э-э… дорогая жена, видишь ли, у меня на следующей встрече…» Ребекка Квентин мягко покрутила ухо Джеффри: «Не пытайся отмахнуться от меня; ответь мне честно». «Этот вопрос явно ловушка; как мне на него ответить?» «Я понимаю, что нет смысла задавать вам этот вопрос, ведь до нашей встречи вы уже были известным президентом Skytop Group в деловом мире, и для вас было обычным делом, что вас окружали женщины. Но… я просто хочу знать, основан ли ваш опыт на многочисленных встречах или у вас действительно была девушка». Джеффри резко прищурился: «Тебе что-то сказали?» Ребекка Квентин издала звук "О", подражая ему и лукаво прищурившись, добавила: "Значит, это было второе". «Это было до того, как я тебя встретил, и это было так давно, что я уже и не помню». "Были ли у вас счастливые дни вместе?" "Почему я чувствую запах ревности?" — с улыбкой спросил Джеффри, положив руку на талию Ребекки Квентин и поцеловав ее в шею. "Можешь рассказать, как вы тогда расстались?" «Дорогая жена, ты уверена, что едешь в больницу к Честеру Робинсону, а не вдруг вспомнила об этом скучном вопросе и пришла в компанию, чтобы меня допросить?» Ребекка Квентин хихикнула, обхватив руками шею Джеффри: «Я тебя не допрашиваю; мне просто любопытно… Хорошо, если не хочешь отвечать, просто забудь об этом. Даже если ответишь, это может быть неправдой». Она отнеслась к этому с пониманием. «Хорошая девочка». Ребекка Квентин взглянула на часы в кабинете Джеффри, чувствуя легкое напряжение в теле: «Мне нужно в больницу; я уже записалась на прием к Элис Робинсон». «Спешить некуда». Почувствовав, как губы Джеффри становятся все теплее на ее шее, Ребекка Квентин мягко оттолкнула его голову, покраснев: «Не делай этого… в компании много людей!» «Мы можем пойти в гостиную». Ребекка Квентин тихо пробормотала: «Ты такой надоедливый, постоянно думаешь об этом каждый день…» «Разве вы не говорили, что мужчины думают об этом по сорок секунд каждую минуту?» «Но… нужно уметь контролировать себя». "Вам это не нравится?" «Не задавайте мне таких откровенных вопросов!» "Тогда как мне спросить так, чтобы это не звучало слишком прямолинейно?" «Почему бы тебе просто не спросить!» "Хорошо, тогда я не буду спрашивать, я просто сделаю это, вас это устраивает?" Джеффри просунул руку под одежду Ребекки Квентин, а затем нежно погладил её кожу. "Ты такой надоедливый…" — Ребекка Квентин застенчиво оттолкнула руку Джеффри. Больница. Ребекка Квентин, стоя у постели больного, мрачно наблюдала за Честером Робинсоном, который, казалось, дышал ровно, словно спал. «Вы сказали, что он один раз пошевелил рукой?» — спросила Ребекка Квентин у стоявшей рядом с ней Элис Робинсон. Элис Робинсон, которая была на пятом месяце беременности, но все еще сохраняла свою фигуру, кивнула: «В тот день, сразу после УЗИ, врач сказал мне, что у меня в животе маленькая принцесса. Я не могла дождаться, чтобы рассказать ему об этом, и тут его рука двинулась…» «Доктору Робинсону, должно быть, очень нравятся дети». Элис Робинсон кивнула: «Он однажды сказал мне, что если у него будет ребенок, он будет самым любящим отцом на свете и никогда не позволит ребенку страдать ни на йоту». Ребекка Квентин тихо вздохнула: «У него самого не было счастливого детства, поэтому он возложил все свои надежды на этого ребенка». «Поэтому он обязательно проснётся ещё до рождения ребёнка, чтобы выполнить своё обещание быть хорошим отцом». «Элис, хотя я не знаю, как сложились ваши отношения с Честером Робинсоном, я всегда знал, что тебе нравится Джеффри. Я никогда не знал, что твои чувства к Честеру настолько сильны… Я даже не знаю, что сказать». «Не говорите, что не знаете, как я отношусь к Честеру Робинсону; даже я сама не могу этого понять… Я всегда думала, что буду любить только Джеффри, и никогда не вкладывала Честера в своё сердце. Но когда я узнала, что он попал в аварию и лежит в больничной койке, моё сердце словно опустело… Знаете что? Если бы кто-нибудь сказал мне, что может его разбудить, я бы отдала всё, даже свою жизнь». Ребекка Квентин мягко поддержала Элис Робинсон, чье тело слегка дрожало от подавленного настроения, и нежно утешила ее: «Я верю, что Честер Робинсон очнется, как ты и говорила, у него есть обещание своему ребенку, поэтому, когда он узнает, что ты его ребенок, его эмоции изменятся…» «На самом деле, с того самого момента, как он впервые появился у меня дома, когда ему было восемнадцать, я была в него влюблена… Даже тогда, наивная я, я знала, что это чувство — симпатия, но он всегда был холоден ко мне, пока однажды не обнаружил, что я умею рисовать…» ---------- Главы 684–356: Дополнительная история: Цзи Линтянь и Цинь Цзисинь отправляются в отпуск "Картина? Картина?" Элис Робинсон взглянула на Ребекку Квентин, но не стала продолжать говорить. Ребекка Квентин не проявляла никакого интереса к чужим личным делам, поэтому не стала задавать лишних вопросов. Элис Робинсон вдруг спросила: «Мисс Квентин, рассказывал ли вам Честер Робинсон когда-нибудь о своем детстве?» «Пожалуйста, не называйте меня мисс Квентин, просто зовите меня Бекка…» «Хорошо, Бекка». Ребекка Квентин улыбнулась и ответила: «Доктор Робинсон мне ничего не рассказывал. Если бы не его конфликт с Говардом Джеффри, я бы и не знала, сколько секретов он скрывает». "Вы знаете, что Честер Робинсон вас любит?" Ребекка Квентин медленно опустила голову: «Возможно, его привязанность объясняется тем, что он хотел победить Говарда Джеффри!» Элис Робинсон усмехнулась и покачала головой: «Нет, он тебя очень-очень любит». «Сейчас это бессмысленно обсуждать. Я просто надеюсь, что он скоро очнется… что бы ни случилось, я надеюсь, что он сможет и дальше быть „доктором Робинсоном“». «Бекка, ты знаешь, что у Честера Робинсона есть привычка вести дневник?» "Хм?" «После аварии с участием Честера полиция обыскала его дом, а затем передала мне некоторые его личные вещи. Я обнаружил у него дневник…» "Ой." Элис Робинсон повернула лицо и пристально посмотрела на Ребекку Квентин: «Изначально я не планировала отдавать тебе его дневник, но думаю, тебе действительно стоит узнать его поближе… потому что ты всегда была единственной женщиной, игравшей главную роль в его жизни». В определенный день, месяц X, год X, погода: солнечная, настроение: плохое. Почему я до сих пор не могу тебя найти, где ты находишься? В определенный день, месяц X, год X, погода: дождливая, настроение: плохое. Я снова приняла Элис Робинсон за тебя… найду ли я тебя в этой жизни? В определенный день, месяц X, год X, погода: дождливая, настроение: плохое. Где бы ты ни был, я тебя найду!! В определенный день, месяц X, год X, погода: солнечная, настроение: улучшается. Это она? Это Бекка? Эта улыбка… так похожа на те, что ты рисовал в детстве. В определенный день, месяц X, год X, погода: солнечная, настроение: хорошее. Бекка… ты меня еще помнишь? В определенный день, месяц X, год X, погода: облачно, настроение: плохое. Этот проклятый Говард Джеффри, Бекка моя, я обязательно заберу её у тебя обратно!! В определенный день, месяц X, год X, погода: солнечная, настроение: крайне плохое. Бекка отвергла мое признание! В определенный день, месяц X, год X, погода: солнечная, настроение: плохое. Я снова перепутал Элис Робинсон с тобой, Бекка, когда же я наконец обрету тебя? В определенный день, месяц X, год X, погода: солнечная, настроение: плохое. Ты мне так доверяешь, я бы легко мог поступить, как сказал Кит Энтони, и сделать тебя своей, но я не могу… Я всегда не могу причинить тебе боль. В определенный день, месяц X, год X, погода: солнечная, настроение: плохое. Почему, зная, что ты делаешь операцию другому мужчине, я всё ещё не могу быть такой жестокой? В определенный день, месяц X, год X, погода: солнечная, настроение: плохое. Неужели вы так сильно любите Говарда Джеффри? Я должен показать вам, как он потерпит сокрушительное поражение. Стиль ведения дневника Честера Робинсона был простым, обычно состоял всего из одного предложения, но при этом точно отражал его настроение в тот или иной день. Ребекка Квентин заметила, что все настроения, зафиксированные в дневнике Честера Робинсона, были плохими, за исключением двух хороших дней. Она никогда не думала, что ее знакомство с Честером Робинсоном началось еще в детстве. Следуя за воспоминаниями из дневника, она постепенно осознала давно забытые моменты… «Старший брат, почему ты не любишь говорить?» «Старший брат, можно я нарисую тебе улыбающееся лицо?» «Старший брат, у тебя нет друзей, я буду твоим другом, и мы сможем играть вместе в будущем». «Старший брат…» В голове Ребекки Квентин, словно в слайд-шоу, промелькнули обрывки воспоминаний, и ее глаза постепенно наполнились слезами. Оказалось, что Честер Робинсон был тем самым «старшим братом», который никогда не был счастлив в её самых сокровенных воспоминаниях. На самом деле, она и раньше думала о «старшем брате», но никак не ожидала, что встретит его снова, когда они вырастут… "Мед…" Послышался голос Говарда Джеффри. Ребекка Квентин, сама того не подозревая, провела целый день с дневником в руках, и прежде чем она успела убрать его в ящик, в комнату уже вошли Говард Джеффри и Эндрю. «Почему ты сидишь одна в комнате, свернувшись калачиком? Наш сын сказал, что не видел тебя весь день». «Э-э, я…» В тот же миг Говард Джеффри уже внимательно заметил лежащий на столе дневник. Ребекка Квентин спокойно вздохнула, затем взяла лежавший рядом дневник и честно сказала Говарду Джеффри: «Это мне дала Элис Робинсон; это дневник Честера». ---------- Главы 685-356: Дополнительная история: Скайлер Джонс и Кристин Куинн отправляются в отпуск_2 Говард Джеффри опустил Эндрю на пол и сказал ему: «Папе и маме нужно кое о чём поговорить», и Эндрю послушно выбежал из комнаты. Когда в комнате остались только Говард Джеффри и Ребекка Квентин, Говард взял дневник из рук Ребекки и небрежно пролистал несколько страниц. «Вас интересуют его дела?» — спросил Говард. «Я просто хочу посмотреть, есть ли в этом дневнике что-нибудь, что могло бы затронуть его внутренний мир и помочь ему пробудиться». «Итак, что вы выяснили?» «Я никогда не думал, что он…» Говард повернулся к Ребекке и продолжил ее фразу: «Он искал тебя столько лет». Ребекка кивнула: «Если бы не дневник Честера Робинсона, я бы вообще ничего не помнила из нашего детства». Говард положил дневник на стол и подозвал Ребекку. Ребекка подошла к Говарду и обняла его. Он положил подбородок ей на тонкое плечо и тихо спросил: «Что ты чувствуешь, узнав об этом?» Ребекка прислонилась к груди Говарда и спокойно сказала: «Я просто не ожидала, что у нас с ним с детства сложится такая связь». Дорогая, конечно, ты этого не ожидала, ведь создательницей этой связи была твоя мать. В то время Вивиан Линдси уже нашла Честера Робинсона, и чтобы убедиться, что её приёмный сын будет любить и защищать её биологическую дочь в будущем, она подкупила директора детского сада деньгами, чтобы вы могли познакомиться с Честером… «Нельзя отрицать, что между вами и ним существует сильная связь». Ребекка оглянулась на мужа с лукавой улыбкой в ​​глазах: «Кто-то ревнует?» Говард тихонько усмехнулся и чмокнул ее слегка надутые губы: «Мне не нужно ревновать, ты уже моя жена, никто не сможет тебя у меня отнять». Увидев собственнический взгляд в глазах Говарда, Ребекка мягко улыбнулась, и в её сердце наполнилась нежностью. «О, дорогой, я тебе ничего не рассказывала о своей сестре и мистере Джонсе». «Хм, а как у них дела?» Ребекка ответила: «Последние пару дней они были в отпуске». Говард поднял бровь: «Отпуск?» «Да, мне сказала сестра». У Говарда на губах появилась улыбка: «Похоже, всё идёт хорошо!» Глаза Ребекки ярко заблестели: «Я тоже так думаю, и моя сестра сказала, что в последнее время она хорошо ладит с мистером Джонсом. Они прекрасно ладят с Мари и редко испытывают напряжение наедине». Говард крепче обнял Ребекку, на его губах появилась легкая усмешка: «Наконец-то им пора прийти к какому-то выводу». Ребекка, улыбаясь, подумала об этом: «Хм». Цветочное королевство, город ХН. Хотя Скайлер Джонс в последнее время не был занят бизнесом, несколько проектов под брендом «Oversky» все еще находятся в разработке, поэтому они выбрали место для отдыха в пределах страны. В этот момент в отель вошли Скайлер Джонс и Кристин Куинн, и носильщик помог им с багажом. Скайлер Джонс и Кристин Куинн почти не разговаривали друг с другом на протяжении всего процесса, но обе, похоже, были в хорошем настроении, возможно, благодаря уникальным островным пейзажам города HN City, которые освежили их умы и открыли их сердца сразу по прибытии. «Мистер Джонс, пожалуйста, пройдите сюда». Швейцар проводил их в лифт. Кристин Куинн молча следовала за Скайлером Джонсом, позволяя ему самому со всем разбираться. Лифт остановился на восьмом этаже отеля. Швейцар открыл дверь номера, затащил багаж внутрь и почтительно сказал: «Мистер Джонс, это номер для молодоженов, который вы забронировали». Скайлер Джонс окинул взглядом обстановку номера, удовлетворенно кивнул: «Неплохо», — и затем передал счет портье. Швейцар, благодарный за чаевые, быстро отнес багаж в номер и поспешно ушел, больше никого не беспокоя. Стоя у входа в комнату, Кристин Куинн почувствовала, как бешено заколотилось ее сердце, и она выглядела несколько растерянной. Скайлер Джонс мягко обратилась к Кристин Куинн: «Ты устала? Отдохни, а если не хочешь спать, мы можем сходить поесть». Кристин Куинн сказала: «Я хочу немного отдохнуть». Скайлер Джонс кивнул: «Я выйду покурить. Позвони мне, если тебе что-нибудь понадобится». "Хорошо." Затем Скайлер Джонс повернулся. «Э-э, подождите минутку». Скайлер Джонс обернулась и спросила: «Что случилось?» Кристин Куинн взглянула на романтически оформленный номер для молодоженов перед собой и на эту большую кровать, будоражащую воображение. Ее щеки покраснели, а голос стал несколько неестественным: «Э-э… ​​в каком номере я буду спать?» Скайлер Джонс взглянула на просторную комнату перед Кристин Куинн, которая будоражила воображение. Чувствуя себя несколько неловко, Кристин Куинн сказала: «Мари сейчас нет, поэтому нам не нужно ничего разыгрывать». Скайлер Джонс кивнула: «Значит, эта комната для тебя, я найду себе другое место на ночь…» Кристин Куинн небрежно спросила: «Тогда зачем вы забронировали… номер для новобрачных?» «Потому что это отель для молодоженов, и бронирование сделала Мари для тебя и для меня». Лицо Кристин Куинн покраснело от смущения, и она больше ничего не сказала. Скайлер Джонс ушел сам. Кристин Куинн наблюдала за удаляющейся фигурой Скайлер Джонс, испытывая странное чувство утраты, она глубоко вздохнула и вошла в отель. После нескольких часов полета Кристин Куинн почувствовала некоторую усталость, и, заперев дверь, рухнула на большую кровать в номере. Поначалу она чувствовала сонливость, но как только легла на кровать, внезапно ей совсем не захотелось спать. В голове у нее царил полный хаос, поэтому она безучастно смотрела в потолок. Она и Скайлер Джонс на самом деле были в отпуске, что было поистине невероятно, но еще более невероятным было то, что они со Скайлером Джонсом поженились. Для Мари, приняв такое решение, Скайлер Джонс действительно выполнил свой отцовский долг, но что он, вынужденный жениться, чувствует на самом деле? Иными словами, брак — это не детская игра, и этот брак, очевидно, всего лишь удобство. Стоит ли ему жертвовать своим браком ради Мари? Для неё этот брак не имеет большого значения. В будущем, если она захочет найти нового парня, учитывая её возраст и тот факт, что у неё уже есть одиннадцатилетний ребёнок, мужчина, которого она будет искать, тоже не подойдёт идеально — либо мужчина во втором браке, либо холостяк с ребёнком. Таким образом, наличие предыдущего брака не повлияет на её способность найти партнёра в будущем, но с ним всё иначе… ---------- Глава 686-357: Дополнительно: Его жестокие слова Он был довольно привлекательным, богатым и находился в расцвете сил — в возрасте тридцати девяти лет. Даже если бы он захотел встречаться с девушкой семнадцати или восемнадцати лет, это было бы удачным сочетанием. Однако брак мог бы вызвать у его будущей партнерши дискомфорт, — деталь, которую он, возможно, не до конца обдумал. Но, может быть, он считает, что всё это не имеет значения, потому что в этом мире, пока у тебя есть деньги, тебе не нужно беспокоиться о нехватке женщин, верно? Поняв, что слишком много думает, Кристин Куинн покачала головой, затем закрыла глаза, решив не зацикливаться на этих бессмысленных мыслях. Звонок прикроватного телефона разбудил Кристин Куинн от глубокого сна. В полубессознательном состоянии Кристин взяла трубку и лениво пробормотала: «Здравствуйте…» «Спускайтесь, поужинайте». На другом конце провода голос Скайлера Джонса был ровным и глубоким. Кристин внезапно насторожилась, взглянула на окно от пола до потолка и заметила, что на улице уже стемнело. Фасад отеля был освещен чарующими огнями, создающими необъяснимое ощущение красоты. «Э-э, хорошо, я переоденусь». "Мм, а что ты любишь есть?" «Вы можете заказать все, что захотите!» "Мм." Закончив разговор, Кристина села, потирая виски, которые болели от недосыпа, затем встала с кровати и пошла в ванную. В отеле HN стояла жара, поэтому Кристин надела летнее платье, прежде чем отправиться в ресторан отеля. Ресторан при отеле располагался под открытым небом, где дул легкий морской бриз, царила приятная атмосфера, а вечернее освещение делало это место особенно романтичным и атмосферным. Кристин направилась к месту, где сидела Скайлер, и, увидев по пути множество романтически ужинающих парочек, почувствовала необъяснимое волнение. Наконец, она села напротив Скайлера. Разумеется, спокойствие, которое она культивировала годами, предотвратило любую неловкость в его присутствии. Кристин неловко сказала: «Извините, я проспала весь день». Скайлер, элегантно держа нож и вилку во время еды, сказал: «Всё в порядке, посмотри, что я для тебя заказал, и оцени, понравится ли тебе». Кристина взглянула на ужин в западном стиле, стоявший перед ней. Треска, обжаренная на сковороде, с соусом из красного перца, жареные на гриле морские гребешки и суп из морепродуктов в слоеном тесте. Ее сердце внезапно заколотилось. Кристин с изумлением посмотрела на Скайлер. Он действительно вспомнил? Треска была её любимым блюдом, и, поскольку у неё более насыщенный вкус, она предпочитала её с соусом из красного перца. Жареные гребешки и суп из морепродуктов в слоёном тесте были блюдами, которые она всегда заказывала, когда обедала с ним раньше. Скайлер, похоже, не заметил удивления Кристин. Он продолжал резать стейк, говоря: «Сфотографируй нас за ужином и пришли фотографии Мари. Кто знает, от кого она унаследовала свою осторожность». Кристин не ответила. Скайлер поднял взгляд на Кристин и заметил, что она была в каком-то оцепенении. Он слегка нахмурился и спросил: «Что случилось?» Увидев обеспокоенное выражение лица Скайлер, Кристин пришла в себя, покачала головой, взяла столовые приборы и быстро принялась есть. Скайлер спросила: «Ты слышала, что я только что сказала?» Кристина смутно вспомнила, что он только что сказал, и кивнула: «Мм, я возьму их сейчас». Сказав это, Кристин взяла телефон, сделала несколько фотографий, на которых они со Скайлером нежно ужинают вместе, и отправила их напрямую Мари. Убрав телефон, Кристин продолжила есть, и они больше не разговаривали. Закончив трапезу, Скайлер позвал официанта, чтобы расплатиться, затем достал из бумажника карточку и передал её Кристине: «На острове ХН красивые пейзажи, и это рай для шоппинга. Покупай всё, что хочешь, и купи подарок для Мари от меня». Кристин посмотрела на карточку, но не взяла её. Скайлер уже встала и ушла. Кристин безучастно смотрела на холодную карту на столе. То тепло, которое еще несколько мгновений назад разлилось по ее сердцу, мгновенно вернулось в реальность, оставаясь таким же холодным, как и прежде. Убрав карту, Кристин встала и самостоятельно вернулась в свою комнату. Кристин стояла, скрестив руки, перед панорамным окном отеля, с тусклым выражением лица и пустым взглядом. Опомнись, Кристин… Просто он помнит, что ты раньше любила есть. И что? Ты ведь тоже помнишь, что любил есть Говард Джеффри, верно? Значит ли это, что ты о нём заботишься? Ты же знаешь, как сильно он тебя презирает. Если ты продолжишь быть такой бесполезной, то никогда не будешь счастлива в этой жизни. Ты действительно хочешь остаться одна? Кристин глубоко вздохнула, подавив слабое волнение в сердце, и постепенно вернулась к своему спокойному, невозмутимому состоянию. После дневного сна Кристин не чувствовала сонливости ночью, поэтому, проведя некоторое время в своем номере, она покинула отель. ---------- Глава 687-357: Дополнительно: Его жестокие слова_2 Отель расположен в отличном месте; стоит только выйти, и вы окажетесь на девственно чистом пляже острова Ханган. Днём здесь загорают многочисленные пары, создавая спокойную и приятную атмосферу. Ночью, хотя на белом песке лежать нельзя, можно полюбоваться сюрреалистической красотой этого места: ночной туман и морская дымка создают ощущение, будто вы попали в сказку. Сняв обувь, Кристин Куинн небрежно нашла место на пляже и села. Вокруг нее несколько пар игриво флиртовали, подчеркивая одиночество Кристин Куинн в этот момент. Посидев некоторое время на пляже, Кристин Куинн, от скуки, встала, готовая вернуться в отель отдохнуть. Наклонившись, чтобы надеть туфли, она услышала едва слышные голоса двух проходящих мимо женщин. «Я так завидую Шеннону; он кажется уравновешенным и стильным, прекрасно говорит и выглядит состоятельным». «Он, должно быть, богат! Вы не заметили, что у него одежда марки XX? Сколько людей могут позволить себе такую ​​марку?» «Жаль, что она выбрала Шеннон…» «Выбора нет; обаяние Шеннон просто восхитительно». «Боюсь, они уже ушли в комнату…» "Ха-ха… завтра спросим Шеннона, насколько талантлив этот человек." «Надеюсь, он нас не разочарует…» "Ха-ха…" Надев туфли, Кристин Куинн взглянула на двух элегантно одетых молодых женщин, слегка напрягая тело. Спокойный, стильный, обладает превосходными ораторскими способностями, богат, носит одежду марки XX? По какой-то причине, когда все эти обстоятельства сложились в голове Кристин Куинн, первой ее мыслью была Скайлер Джонс. По какой-то необъяснимой причине, вернувшись в отель, Кристин Куинн вместо того, чтобы сразу подняться наверх отдохнуть, необъяснимым образом направилась к стойке регистрации. «Могу я чем-нибудь вам помочь?» — тепло спросила администратор на ресепшене. Кристин Куинн улыбнулась и ответила: «Я ищу Скайлера Джонса, который заселился сегодня днем. Не могли бы вы сказать мне номер его комнаты?» Администратор с извинениями сказала: «Извините, наш отель не разглашает личную информацию гостей». «Вы меня неправильно поняли, я жена Скайлера Джонса. Я просто хочу сделать ему сюрприз», — сказала Кристин Куинн, передавая свидетельство о браке сотруднице регистратуры. С первого взгляда удостоверившись в личности Кристин Куинн, администратор сообщила номер комнаты Скайлер Джонс. Кристин Куинн, стоя перед комнатой, указанной администратором, сохраняла нерешительность. Она не могла объяснить, почему ей хотелось проверить, не он ли это… возможно, потому что Скайлер Джонс, которую она знала, определенно не была распутной. Сделав глубокий вдох, Кристин Куинн протянула руку и постучала в дверь. Скрип— В ответ дверь открылась. Человек внутри не запер дверь. Кристин Куинн осторожно толкнула дверь, и внутрь ворвалась энергичная ритмичная танцевальная музыка из Европы и Америки. Кристин Куинн, слегка ошеломленная громким звуком, нахмурилась и оглядела комнату. Внезапно в поле ее зрения появилась женщина в откровенной одежде, сидевшая на диване. Эта женщина с ярким макияжем, излучающая невероятное очарование, демонстрирующая женское обаяние в каждом жесте, обладала фигурой, способной заставить мужчин по всему миру пускать слюни. Она соблазнительно танцевала под музыку перед Скайлером Джонсом, который неторопливо наслаждался ею, словно предаваясь этим манящим зрелищам. Атмосфера внутри напоминала какие-то захудалые заведения: женщины демонстрировали свою невероятную привлекательность, а мужчины наслаждались происходящим, что создавало ощущение крайней диссонансности. Кристин Куинн стояла там, ничего не говоря, когда танцовщица заметила её. Женщина замедлила движения и вопросительно посмотрела на Скайлер Джонс. Скайлер Джонс, потягивая вино и наслаждаясь напитком, вдруг заметил вопросительный взгляд женщины, а затем повернул лицо и взглянул на Кристин Куинн, стоявшую в дверях. Их взгляды встретились. Увидев его темный, глубокий взгляд, сердце Кристин Куинн необъяснимо затрепетало, но Скайлер Джонс лишь бросил на Кристин Куинн мимолетный взгляд, после чего его взгляд небрежно переместился обратно на танцующую женщину впереди. Увидев, что Скайлер Джонс игнорирует Кристин Куинн, женщина с некоторой гордостью подошла к Скайлер Джонс, положила свою мягкую, безкостную руку ей на плечо, покачиваясь, и ее взгляд был чрезвычайно притягательным… Скайлер Джонс наблюдал за танцующей женщиной, на его губах играла легкая улыбка, и он неторопливо потягивал вино. Женщина, явно искусно владевшая искусством флирта, протянула свои тонкие руки и выхватила бокал с вином у Скайлер Джонс. В этот момент музыка внезапно прекратилась. Женщина колебалась, пытаясь выпить вино, не в силах отреагировать, пока сзади не раздался холодный женский голос: «Мне позвонить в полицию и сообщить, что кто-то здесь занимается проституцией в общественных местах?» Услышав, как Кристин Куинн упомянула «мужа», женщина побледнела и тут же спрыгнула с колен Скайлер Джонс. Скайлер Джонс слегка нахмурил брови. Обняв себя руками и нахмурившись, глядя на Скайлер Джонс, она спросила: «У тебя есть жена?» Красивая фигура Скайлера Джонса откинулась на диване, на его элегантном лице почти не промелькнули изменения. Женщина выхватила деньги из кошелька Скайлер Джонс, неловко пронеслась мимо Кристин Куинн и выбежала из комнаты. После ухода женщины в просторном президентском люксе остались только Скайлер Джонс и Кристин Куинн. Атмосфера была тревожно напряженной. Кристин Куинн холодно посмотрела на Скайлер Джонс и холодно спросила: «Брак Бекки действительно так сильно тебя задел?» Скайлер Джонс молчал, его взгляд был полон непостижимой непроницаемости, когда он смотрел на холодное лицо Кристин Куинн. Кристин Куинн насмешливо сказала: «Жаль, что моя сестра не видела, как ты изливал здесь свое безумие. Если бы она знала, возможно, она бы хоть немного тебе посочувствовала». Скайлер Джонс встала, слегка прищурившись, и медленно подошла к Кристин Куинн. Увидев едва заметный опасный блеск в глазах Скайлер Джонс, Кристин Куинн затаила дыхание и подсознательно отступила. В следующую секунду Скайлер Джонс схватила Кристин Куинн, крепко ухватив ее за плечи и не дав ей отступить. Встретившись лицом к его темным глазам, которые от опьянения стали еще более угрожающими, Кристин Куинн почувствовала легкий страх. Она схватила его большую руку за талию, но упрямо возразила: «Что случилось? Я затронула твои самые сокровенные мысли, из-за чего ты почувствовал себя неловко?» ---------- Главы 688–358: Дополнительно: Личная жизнь Говарда Джеффри и Бекки сейчас Скайлер Джонс пристально посмотрела на Кристин Куинн и вдруг тихонько усмехнулась: «Теперь ты ревнуешь?» «Я… Чему я завидую?!» «Ревную, что люблю другую женщину, ревную, что флиртую с другой женщиной». «Ты сумасшедшая… только идиот может завидовать!» — сказала Кристин Куинн, изо всех сил отталкивая Скайлер Джонс. Скайлер Джонс внезапно надавил на Кристин Куинн, отчего они оба упали на диван. Он посмотрел на нее пьяным взглядом. Кристин Куинн, прижав руки к крепкой груди Скайлер Джонс, стиснула зубы и выпалила: «Что с тобой, черт возьми, не так?!» Скайлер Джонс игриво приподняла изящную челюсть Кристин Куинн и тихонько усмехнулась: «Ты прогнала женщину, которую я хотел сегодня удовлетворить. Не должна ли ты мне это компенсировать?» "Ты псих!" «Где ты любишь играть? В гостиной, в ванной, на балконе или в спальне? Хм… Помню, нам больше всего нравилась ванная. Ты всегда любила прислоняться к раковине…» Кристин Куинн отчаянно сопротивлялась, но не могла противостоять его силе, лишь сердито крича: «Скайлер Джонс!!» Скайлер Джонс внезапно отпустила упрямую челюсть Кристин Куинн и тихонько рассмеялась: «Хотя я никогда не скучал по тебе как по человеку, твое тело… всегда пробуждает во мне желания». "Сволочь!" Скайлер Джонс нежно прикоснулся к нежному и светлому лицу Кристин Куинн, его глаза были полузакрыты, словно в мечтании: «Зачем мы притворяемся? Когда ты приходила ко мне в комнату, разве не для того, чтобы вспомнить наши прошлые „хорошие времена“?» "Скайлер Джонс!!" Увидев унижение Скайлер Джонс, Кристин Куинн в гневе подняла кулак, но прежде чем он успел упасть, его уже поймала Скайлер Джонс. Слегка насмешливое выражение лица Скайлера Джонса внезапно сменилось на крайне холодное и суровое. Он злобно посмотрел на Кристин Куинн, его ледяные и презрительные губы вырвались наружу: «Сначала я думал, что ты изменилась, учитывая, что в глазах Бекки ты хорошая сестра, а в сердце Мари — хорошая мать. Я думал, что мне следует хотя бы «дружески» сосуществовать с тобой, но недавно я понял, что мое восприятие тебя не должно легко меняться. Твоя коварность, лицемерие, презренность, бесстыдство ничуть не изменились… Знаешь что? Забудь о том, чтобы прикасаться к тебе, просто наблюдать за тобой каждую секунду вызывает у меня отвращение. Я собирался немного поиграть, но теперь, похоже, игре пора заканчиваться!» Сказав это, Скайлер Джонс без колебаний поднялся от Кристин Куинн и, словно стряхивая с себя грязь, почистил одежду, а затем застегнул пуговицы на костюме. Кристин Куинн поправила слегка растрепавшуюся ткань на груди и приподнялась. Скайлер Джонс стоял спиной к Кристин Куинн, и даже со спины можно было почувствовать его ледяное презрение. Кристин Куинн бесстрастно поднялась, уставившись на него, и его слова снова и снова прокручивались у нее в голове. Его слова всегда были резкими, и она никогда не ожидала услышать от него ничего хорошего. В прошлом он говорил и более грубые вещи, но ситуация после секса была иной; тогда у него хотя бы были на то основания, а сейчас… почему он имеет право говорить такое? Ей казалось, будто сердце бьют плетью, посылая волны боли. Кристин Куинн чувствовала, как глаза отчаянно горят, но, столько лет противостоя Скайлер Джонс таким образом, она уже научилась контролировать свои эмоции. Она моргнула, чтобы сдержать жгучие слезы, и насмешливо выпалила: «Да, я, Кристин Куинн, именно такой человек, но по крайней мере я всех обманула, не так ли? Ха… Видеть, как все мне доверяют, тебе неприятно? Ха-ха… Скайлер Джонс, я думаю, больше всего в жизни ты ненавидишь то, что я родила тебе ребенка, верно? Если бы не Мари, ты бы не проиграл Говарду Джеффри, не так ли?» Скайлер Джонс обернулась, презрительно посмотрела на Кристин Куинн и насмешливо выпалила: «Не притворяйся, будто весь мир тебя понимает, и я единственный, кто этого не знает; ты можешь обмануть всех, кроме меня… Кристин Куинн, ты же меня любишь, правда? Но я тебе говорю, у меня не может быть к тебе ни малейшего интереса при жизни. Не думай, что тактика отступления с последующим наступлением или брак, чтобы привязать меня к тебе, сработает. Я тебе говорю, это пустые мечты!» Кристин Куинн сердито нахмурилась: «Что за отступление ради продвижения вперед, что за брачный союз?» Скайлер Джонс усмехнулся и сказал: «Намеренно позволить Мари увидеть, как ты уходишь с багажом, чтобы Мари заставила нас пожениться. Разве это не твоя тактика отступления с целью продвижения вперед? Но Кристин Куинн, ты действительно все сделала неправильно… Твоя игра была на самом деле хорошо продумана. Если бы ты не прибегла к этой уловке, я бы подумал о создании семьи с тобой ради Мари. В конце концов, Бекка тоже надеялась, что я выйду за тебя замуж, не так ли?» ---------- Главы 689–358: Дополнительная история: Любовная жизнь Джеффри и Ранран сейчас (2) Взгляд Кристин Куинн оставался таким же решительным, как и прежде, она спокойно смотрела на Скайлер Джонс. Внезапно она насмешливо рассмеялась: «Скайлер Джонс, знаешь ли ты, что видеть тебя такой злой меня по-настоящему радует… Моя цель – мучить тебя – наконец-то достигнута, не так ли?» Скайлер Джонс хитро прищурился: «Думаешь, я позволю тебе легко пережить предстоящие дни?» Кристин Куинн скрестила руки на груди, сохраняя расслабленную улыбку: «Можете попробовать… Не забывайте, я мать вашей дочери, сестра женщины, которую вы любите. Если вы будете меня обижать, что они о вас подумают? Будьте осторожны, я могу пролить на них несколько слез, и тот хороший образ, который вы так усердно создавали, может рухнуть в одно мгновение!» "Кристин Куинн!!" Крепкая хватка Скайлера Джонса сжала горло Кристин Куинн. Кристин, не будучи к этому готова, почувствовала, что у нее сжалось горло, и она тут же не смогла отдышаться. Скайлер Джонс усилил хватку, от гнева его мускулистая рука слегка задрожала. Лицо Кристин побледнело, когда Скайлер крепче сжал ее, ощущение удушья затуманило ее разум… С холодным взглядом Скайлер Джонс угрожающе выплюнула каждое слово: «Ты думаешь, я позволю тебе умереть прямо сейчас?» Кристин медленно опустила веки, не в силах говорить или издать ни звука. Увидев, что Кристин не сопротивляется и, похоже, позволяет ему «отнять» её жизнь, Скайлер сначала немного ослабил хватку. Увидев, что её тело почти рухнуло, он испугался и быстро отпустил её. Кристин уже опустилась рядом с его рукой… В полубессознательном состоянии она открыла глаза, лежа на кровати, растерянно оглядываясь по сторонам и не сразу понимая, где находится. "Проснулась?" — раздался голос Скайлер Джонс, когда Кристин начала двигаться. Кристин посмотрела в сторону источника голоса. Скайлер сидел на диване в темной части комнаты, скрестив ноги, держа в правой руке чашку с неизвестной жидкостью и наблюдая за ней. Яркий свет позади него подчеркивал его зловещее присутствие. Не обращая внимания на Скайлер Джонс, Кристин с трудом поднялась, но чувствовала слабость во всем теле, а в ее левой руке все еще стояла капельница. «Я думал, ты просто притворяешься, что падаешь в обморок. Похоже, ты сегодня действительно плохо себя чувствуешь». Откуда он мог знать, что у нее сегодня месячные? Помню, каждый раз, когда у нее начинались месячные, она весь день лежала в постели с болью в животе, чувствовала сильную слабость, а совсем недавно он чуть не убил ее. Кристин по-прежнему не отвечала Скайлер и настаивала на том, чтобы встать. «Думаю, тебе стоит немного больше отдохнуть, чтобы не упасть в обморок после нескольких шагов». Не обращая внимания на слова Скайлер, которые показались ей обеспокоенными, Кристин с трудом поднялась, с трудом вынула иглу от капельницы и встала с кровати. Она не бросила на Скайлер ни единого взгляда, лишь обхватила живот одной рукой, уперлась в стену другой и шаг за шагом вышла из комнаты. Раздраженный Скайлер отставил свой напиток в сторону и холодно спросил: «Ты теперь притворяешься, что гордишься этим?» Кристин, поддерживая свое ослабевшее и шатающееся тело, вышла из комнаты Скайлер. Когда Кристин шла по коридору, сотрудник заметил, что ей стало плохо, и любезно помог ей пройти в свою комнату. В этот момент она лежала на большой кровати в своей комнате. Из-за болей, связанных с менструацией, она свернулась калачиком на кровати, плотно завернувшись в одеяло. Наконец, из ее глаза скатилась непослушная слеза… Но она не позволила второй слезе упасть. Она неуклонно вытирала следы от слез, напоминая себе, как всегда делала раньше… Кристин Куинн, ты не можешь плакать… Неужели вы забыли, что всегда были сильной женщиной? Стоит ли из-за него плакать? Его слова были резкими, но разве вы раньше не слышали от него и похуже? Чем слабее ты выглядишь в таком виде, тем больше он доволен. Он ведь хотел бы, чтобы тебя не было в этом мире, не так ли? Он не хочет, чтобы ты жила хорошо, не хочет, чтобы ты была счастлива и радостна, поэтому ты должна жить хорошо, ты должна быть счастлива и радостна перед ним. Разве ты не поклялась никогда не проявлять слабость перед ним? Кристин Куинн, проведи головой… Прошло уже больше десяти лет, неужели ваше сердце так низко пало, что вы перестали уважать себя? Час спустя Кристин Куинн дотащила свой багаж до холла отеля. Сотрудница на ресепшене зевнула и спросила: «Чем я могу вам помочь?» "Я уезжаю." "Проверить?" Сотрудница на ресепшене была весьма удивлена: «Мисс, уже одиннадцать часов вечера. Вы уверены, что не хотите переночевать и выехать утром?» Кристин осторожно покачала головой, держась рукой за живот: «Давай выпишемся!» Сотрудница на ресепшене взяла карточку от номера, которую ей передала Кристин, и оформила выезд. После выезда из отеля Кристин, потащив свой багаж, покинула гостиницу. К счастью, город ХН — город, который не спит. Даже в одиннадцать часов вечера такси, направлявшиеся в аэропорт, всё ещё были в большом количестве, и Кристин быстро нашла себе одно. Как только она села в машину, она откинулась на спинку сиденья, выглядя изможденной. Водитель увидел прекрасное лицо Кристин в зеркале заднего вида и не смог удержаться, чтобы не взглянуть на него еще несколько раз. Заметив уныние на лице Кристин, водитель не мог не спросить: «Мисс, вы поссорились со своим парнем?» Кристин не ответила. Водитель усмехнулся про себя и утешил Кристин: «Мисс, вы такая красивая, почему вы расстраиваетесь из-за своего парня? Если он вас раздражает, и вы не можете этого терпеть, просто не встречайтесь с ним. С вашими достоинствами, разве вы не боитесь, что не найдете себе мужчину получше?» «Лучший человек?» Водитель кивнул: «Да, разве в этом мире нет множества прекрасных мужчин? Если ты чувствуешь, что мужчина рядом с тобой недостаточно хорош, можешь оглядеться и выбрать другого. С твоими качествами, какого мужчину ты не могла бы иметь?» Слегка кивнув, Кристин улыбнулась: «Да, мне тоже не занимать достоинств…» «Верно, не стоит цепляться только за одно дерево. Нужно дать ему понять, что если он вас не ценит, то кто-то другой обязательно вас полюбит!» Возможно, действительно пришло время расстаться с ним. Двенадцать лет, проведенных здесь в юности, оказались вполне достаточными. ---------- Главы 690–359: Дополнительная история: Соглашение Раз уж он так рвётся разорвать с ней отношения, давайте покончим с этим раз и навсегда… По крайней мере, она никогда не проявляла слабости перед ним. Сидя в пустом зале аэропорта, Кристин Куинн достала телефон и набрала ряд цифр. Телефон быстро подключился, и раздался теплый, приятный женский голос: «Сестра…» Кристин Куинн слабо улыбнулась: «Бекка». «Уже довольно поздно, почему ты ещё не спишь?» «Я в отпуске в ХН, знаете, сижу на пляже ночью, наслаждаюсь морским бризом, смотрю на свет маяка вдалеке, это действительно прекрасное зрелище». Ребекка Квентин усмехнулась: «Похоже, у вас большие успехи в работе с мистером Джонсом…» Кристин Куинн опустила голову, все еще улыбаясь: «Давай не будем говорить о нем, а как у тебя дела с Говардом Джеффри? Как вы поживаете в последнее время?» «Не стоит и жаловаться, я сейчас на него злюсь!» "Что?" Ребекка Квентин сердито сказала: «Знаете, вчера я пошла в офис, чтобы найти его, и случайно увидела, как он обнимает очень молодую и красивую женщину… В тот момент я была в ярости и отвела его в сторону, чтобы расспросить. Он сказал мне, что она его подчиненная, его недавно нанятая помощница по связям с общественностью, и что наличие помощницы по связям с общественностью на встречах с клиентами избавит его от лишних разговоров и позволит ему раньше уходить домой, и что он на самом деле не обнимал ее, она просто споткнулась на высоких каблуках, и он протянул руку, чтобы поддержать ее…» Кристин Куинн тихонько рассмеялась: «Похоже, ты ревнуешь». «Он мой муж, как он может прикасаться к другой женщине?» «Вы уверены, что он её трогал?» "Э-э… ладно, я видела, как ассистент подвернул ногу, поэтому он и подошел помочь, но…" «Но то, что он держал на руках другую женщину, просто вызвало у вас дискомфорт». На другом конце провода Ребекка Квентин энергично кивала. «Глупышка, неужели ты не видишь, как сильно тебя ценит Говард Джеффри? Не дуйся на него, гармоничные отношения — единственный путь к вечной любви между супругами». «Знаю, я просто хотела немного напугать его своим гневом, на случай, если он действительно не сможет устоять перед искушением…» «Не беспокойтесь об этом, ваш муж испытывает к вам влечение». "Ты ужасная… Я больше не буду с тобой разговаривать… Кажется, он вернулся и снова мне звонит!" «Разве ты не говорила, что злишься на него и не хочешь с ним разговаривать?» «Он придет извиниться прямо сейчас…» "Ха-ха…" «Он уже здесь… Сестра, поговорим в следующий раз». «Ладно, до свидания». Завершив разговор, Кристин Куинн улыбнулась, убрав телефон, и в ее голове промелькнули образы нынешнего счастья и любви Ребекки Квентин и Говарда Джеффри. Казалось, они повлияли на ее настроение, мрачное настроение рассеялось, и она внезапно стала более решительной в своих прежних мыслях… Она хотела забыть Скайлер Джонс, начать новую жизнь, найти мужчину, который бы ценил ее так же, как Говард Джеффри ценил Бекку, и быть счастливой всю жизнь. Кристин Куинн, таща свой багаж к билетной кассе, сказала сотруднику: «Здравствуйте, я хотела бы аннулировать свой билет». Сотрудник службы обслуживания улыбнулся и спросил: «Мисс, рейс в Нью-Йорк еще не вылетел, вы уверены, что хотите его отменить?» Да, она только что позвонила Бекке, намереваясь сказать ей, что хочет остаться в Нью-Йорке на несколько дней, но, видя, как сильно Бекка и Говард Джеффри любят друг друга, ей вдруг не захотелось их беспокоить… «Да, я бы хотела пересесть на самый быстрый рейс, подойдет любой». Раз уж сейчас отпуск, она могла бы насладиться им несколько дней и не позволять незаинтересованных лицам портить настроение. Сотрудники службы обслуживания напомнили: «Мисс, ближайший рейс — в Бангкок, Таиланд». "Таиланд? Там же есть остров под названием Пхукет, верно?" "Да." "Хорошо, тогда в Таиланд… Могу я сразу сесть на самолет?" Сотрудники службы безопасности с улыбкой передали посадочный талон Кристин Куинн: «Да, вы можете пройти досмотр, самолет уже прибыл в аэропорт». Кристин Куинн с радостью взяла посадочный талон и направилась к пункту контроля безопасности. Возможно, именно из-за этой перемены в настроении боли от менструации внезапно стали незначительными. Кристин Куинн и не подозревала, что, направляясь к пункту контроля безопасности, она увидела, как в двери аэропорта врывается невероятно высокая и привлекательная фигура… «Мисс, пожалуйста, позвольте нам проверить вашу ручную кладь», — сказали сотрудники службы безопасности Кристин Куинн. Кристин Куинн охотно передала сумку, однако, прежде чем сотрудники успели взять ее для осмотра, кто-то другой выхватил ее из рук за секунду до этого. ---------- Глава 691-359: Дополнительно: Соглашение (Часть 2) Кристин Куинн растерянно повернула голову, и в ее глазах внезапно появилось выражение отвращения. Обслуживающий персонал был ошеломлен. В следующую секунду мужчина, несший сумку Кристин Куинн, уже схватил ее за тонкое запястье и потащил прочь от пункта досмотра. "Эй… Скайлер Джонс… чем ты так увлечена…" Кристин Куинн без конца ругалась, пытаясь вырвать руку, но тщетно, поскольку он крепко держал ее, причиняя лишь боль в запястье. "Ты делаешь мне больно, ублюдок…" Дверь машины открылась, и Скайлер Джонс тут же открыла её, затем затолкала Кристин Куинн внутрь, заперла дверь, после чего подошла к водительскому сиденью и села за руль. Кристин Куинн изо всех сил пыталась открыть дверцу машины, но поскольку она была заперта, она в итоге несколько раз сердито постучала по окну, после чего свирепо посмотрела на него: «Что ты делаешь?» Скайлер Джонс небрежно помог Кристин Куинн пристегнуть ремень безопасности, а затем медленно произнес: «Что вы имеете в виду под "выпиской"?» «Какая тебе разница, выпишусь я или нет? Если ты боишься, что Мари узнает, мы можем договориться о времени, когда поедем домой вместе. Ты живи своей жизнью, я своей, в чем проблема?» Скайлер Джонс лукаво прищурился, его заинтересованный взгляд упал на красивое, бледное, сердитое лицо Кристин Куинн: «Я забыл сказать тебе, что номер для новобрачных забронировала наша дочь. Когда она бронировала его, она уже сказала мне, что если будет скучать по нам, то, возможно, захочет пообщаться по видеосвязи… Как ты думаешь, что она подумает, если однажды вечером позвонит нам по видеосвязи, а нас обоих не будет в номере?» «Разве она не начнет все себе представлять, если застанет меня одну в комнате?» «Ты можешь просто соврать ей, что я в душе, а потом позвонить мне». Кристин Куинн усмехнулась: «Отвратительно». Скайлер Джонс небрежно положил руку на руль и посмотрел на Кристин Куинн: «Ты хочешь сказать, что я отвратительно выгляжу в душе?» Кристин Куинн раздраженно парировала: «Я говорю, что это отвратительно, как ты заигрываешь с сомнительными женщинами и при этом хочешь, чтобы я тебе подыгрывала!!» Скайлер Джонс завел двигатель и, улыбаясь, ответил: «Я всегда был связан с сомнительными женщинами, не так ли?» "Скайлер Джонс!!" Его слова пронзили ее сердце, словно острый меч, пробудив ту давно забытую сильную боль. Скайлер Джонс, взглянув на бледное лицо Кристин Куинн, отражающееся в лобовом стекле, презрительно усмехнулся, а затем резко нажал на газ. Кристин Куинн ясно увидела насмешливую кривую в уголке рта Скайлер Джонс, точно такую ​​же, как и прежде, полную издевательств и презрения. Внезапно у Кристин Куинн пропало желание продолжать спорить со Скайлер Джонс… Она глубоко вздохнула и повернула голову к окну машины. За окном простиралась прибрежная автомагистраль HN, ночью на ней было очень тихо. В молчаливой машине Скайлер Джонс заметила, что Кристин Куинн долгое время молчала, и вдруг спросила: «Что, злишься на меня?» Кристин Куинн не ответила. Скайлер Джонс слегка потянул себя за уголок рта: «Мы хорошо знаем друг друга, так что не притворяйся обиженным. Те, кто не знает, действительно подумают, что я тебя запугивал». Кристин Куинн отвернула лицо и свирепо посмотрела на Скайлер Джонс. На лице Скайлера Джонса не было и следа вины. Кристин Куинн продолжала смотреть на Скайлер Джонс, пока глаза не начали щипать от жгучей боли, после чего она слегка прикусила губу и снова посмотрела в окно. Кристин Куинн, ты не можешь выглядеть слабой перед ним, ты не можешь!! Что бы он ни говорил, вы не обязаны ему ничего объяснять. Те, кто вас понимают, всегда поймут, те, кто не понимают, никогда не поймут. Ваши жизни — две параллельные линии, которым суждено никогда не пересечься. Вы идёте своим путём, он — своим. Почему вас должно волновать, как он вас видит? Кристин Куинн внезапно сказала: «Мой багаж всё ещё в аэропорту». Скайлер Джонс ответил: «Если ничего важного нет, забудьте об этом». «Я не так богат, как вы». Скайлер Джонс слабо улыбнулась: «У меня ещё есть деньги, чтобы купить тебе одежду». «Мне это не нужно». «Как хочешь». Скайлер Джонс и Кристин Куинн вошли в отель одна за другой. Было уже больше двух часов ночи, и в отеле было очень тихо. Кристин Куинн нажала кнопку лифта, чтобы открыть дверь, но тут же поняла, что Скайлер Джонс все еще находится рядом с ней. Она сердито посмотрела на него и спросила: «Что тебе теперь нужно?» Скайлер Джонс посмотрела на экран в лифте и спокойно произнесла: «Сон». Кристин Куинн недовольно нахмурила брови: «Твоей комнаты здесь нет!!» Дверь лифта открылась со щелчком, и Скайлер Джонс затащила Кристин Куинн прямо в лифт. Кристин Куинн с отвращением отстранилась от него и продолжила сверлить его взглядом: «А чего ты на самом деле хочешь?» Скайлер Джонс небрежно объяснила: «Наша дочь позвонила мне сразу после полуночи, сказав, что не может уснуть и хочет поговорить с вами. Я придумала какой-то предлог, чтобы отмахнуться от нее… Я боялась, что она позвонит снова утром». Кристин Куинн наконец издала звук «о», поняв, почему он вдруг узнал о её отъезде. Оказалось, что Мари позвонила, чтобы «присмотреть» за родителями, из-за чего ему пришлось проявить осторожность и приехать за ней, но выяснилось, что она выписалась. Естественно, Кристин Куинн тоже не хотела, чтобы Мари что-то заметила, поэтому предложила: «Ты можешь забронировать номер по соседству; если что-нибудь случится, я тебе позвоню». «Я не хочу доставлять столько хлопот». С нетерпеливым замечанием Скайлер Джонс выбежала прямо из лифта. Скайлер Джонс, используя магнитный ключ, открыла дверь, не войдя внутрь, а оставшись снаружи и наблюдая за Кристин Куинн. Кристин Куинн беспомощно вошла в номер, увидев романтический люкс для молодоженов, и вдруг почувствовала, что ее присутствие рядом со Скайлером Джонсом стало неловким. Однако Скайлер Джонс, похоже, ничуть не был впечатлен номером для новобрачных, ведя себя так, будто чувствовал себя как дома, деля с ней комнату: он занимался своими делами, она – своими. Кристин Куинн, измученная и с менструацией, вся покрылась липким потом и просто хотела принять душ, а потом поспать, но Скайлер Джонс пошел в ванную первым, не оставив ей иного выбора, кроме как лечь на кровать и ждать, пока он закончит. Неожиданно, всего через несколько секунд, из ванной вышел Скайлер Джонс и увидел её лежащей на кровати. Он тихо сказал: «Я набрал тебе ванну, тебе стоит немного полежать в ней, это поможет облегчить боль». Кристин Куинн на мгновение замерла, приподнялась и, глядя на него, с некоторым недоверием посмотрела на него. «Не стоит слишком много об этом думать, я просто не хочу, чтобы наша дочь ругала меня за то, что я не позаботилась о тебе после возвращения домой». «Не волнуйтесь, я не буду слишком много думать… Спасибо». С этими словами Кристин Куинн погладила слегка ноющий живот, встала и пошла в ванную. «Э-э…» — Кристин Куинн внезапно обернулась и неловко сказала ему: «Я… моя пижама в том чемодане». ---------- Глава 692-360: Дополнительно: Прибывают солдаты, генералы блокируют путь; вода поднимается, земляные плотины Поскольку это номер для молодоженов, отель не предоставил обычные женские пижамы и халаты, а только… Скайлер Джонс оглядела комнату и заметила на прикроватной тумбочке розовую, прозрачную шелковую ночную рубашку. Очевидно, это был чувственный наряд, специально подготовленный отелем для отдыхающих пар, двусмысленный и вульгарный. Кристин Куинн тут же заявила: «Я это надевать не буду». Скайлер Джонс тоже почти ничего не сказал и протянул Кристин Куинн одну из своих чистых рубашек: «Надевай, если хочешь». В итоге Кристин Куинн вышла в рубашке Скайлер Джонс. В рубашке едва уловим был его запах, всё ещё приятный, каким она его помнила. Увидев её в его рубашке, Скайлер Джонс не была особенно удивлена, ведь она и раньше часто так одевалась перед ним. Итак, как только Кристин Куинн вышла, Скайлер Джонс без всякой реакции вошла в ванную. Кристин Куинн забралась на кровать и задумчиво прислонилась к изголовью. Она пошарила вокруг, посмотрела на его рубашку, и в ее голове невольно всплыли какие-то далекие воспоминания. Однако она не позволила себе слишком зацикливаться на прошлом; в следующее мгновение она выключила свет, готовясь ко сну. Но когда она потянулась, чтобы выключить лампу, то обнаружила на прикроватной тумбочке распечатанный «Договор о супружеской тайне». Кристин Куинн взяла бумагу и обратила внимание на напечатанный на ней «Договор о супружеской тайне». Сторона А: Скайлер Джонс. Сторона Б: Кристин Куинн. Во-первых, брачный договор предварительно заключается на шесть месяцев. В течение этого времени обе стороны должны безоговорочно поддерживать видимость супружеских отношений перед ребенком, но должны сохранять семейное положение в тайне от окружающих. По истечении шести месяцев любая из сторон может подать на развод без вмешательства другой стороны. Во-вторых, в течение срока действия соглашения мужчина безоговорочно покрывает все расходы на проживание женщины в связи с ее потребностями. В-третьих, ни одна из сторон не должна вмешиваться в личную жизнь другой стороны. В-четвертых, ни одна из сторон не несет никаких других обязанностей или обязательств, обычно требуемых в браке. В-пятых, настоящий договор является залогом для обеих сторон в будущем. Если какая-либо из сторон нарушит какое-либо условие, опека над их дочерью Мэрилин Куинн будет передана стороне, не нарушившей договор. Настоящий договор составляется в двух экземплярах; каждый из сторон хранит один из них. Он вступает в силу после подписания обеими сторонами (Стороной А и Стороной Б). Мужской автограф: Скайлер Джонс Женская подпись: ―― Это был «Договор о неразглашении супружеской тайны», который он поручил составить юристу. Он действительно превосходный бизнесмен, никогда не позволяющий другим «строить козни». Кристин Куинн холодно усмехнулась про себя, затем положила контракт обратно на прикроватный столик и откинулась на спинку кровати. Из ванной комнаты доносился звук плескающейся воды, мысли Кристин Куинн блуждали вдалеке… Тринадцать лет назад. Группа компаний "Oversky" набирала сотрудников, и Кристин Куинн прошла предварительный и второй этапы отбора, наконец получив возможность пройти собеседование с генеральным директором. Группа компаний «Оверский» уже была ведущей компанией в сфере промышленного строительства на внутреннем рынке, отличавшейся высокой прибыльностью и более высокими зарплатами сотрудников по сравнению со всеми аналогичными компаниями в отрасли. Даже на должность секретаря генерального директора претендовали более трехсот конкурентов. «Фух…» — Кристин Куинн глубоко вздохнула и толкнула дверь кабинета генерального директора. «Здравствуйте, я номер 142, Кристин Куинн». Она давно слышала, что генеральный директор группы компаний «Оверский» эксцентричен и с ним трудно иметь дело. Хотя Кристин Куинн была уверена, что вполне способна справиться с секретарской работой, она все же немного волновалась, впервые столкнувшись с такой внушительной фигурой. Она была одета в белый деловой костюм, элегантный и безупречный, с идеальным овальным лицом, милой улыбкой и красотой, которую невозможно было игнорировать. Однако экзаменатор перед ней даже не поднял головы, сидя в черном кожаном кресле и погруженный в чтение газеты. Он был высоким и стройным, и даже за рабочим столом его широкие плечи и хорошая фигура бросались в глаза. Сшитый на заказ черный дизайнерский костюм и серебряные манжеты указывали на то, что он был скрупулезным, сдержанным человеком и требовательным, стильным начальником. Эти наблюдения Кристин Куинн почерпнула из своего опыта работы на подработке во время учебы в колледже. Но, как ни странно, её, казалось бы, скрупулёзный и сдержанный начальник не задал ей никаких сложных вопросов. Например, о том, что она ещё не закончила колледж, что делает её подходящей для этой работы? О её ожиданиях и планах на будущее? Кристин Куинн украдкой взглянула на него и заметила, что ее резюме, как и резюме всех остальных соискателей, было небрежно отложено в сторону, и ничто не предвещало, что оно для него что-то значит. ---------- Главы 693–360: Дополнительно: Встреча силы с силой, встреча воды с землей (Часть 2) Кристин Куинн тут же попыталась нарушить молчание: «Здравствуйте, меня зовут Кристин Куинн, я пришла подать заявку на должность исполнительного секретаря в офисе генерального директора». «Я знаю». Мужчина небрежно поднял голову и бросил на неё равнодушный взгляд. Кристина была поражена. Она слышала, что генеральный директор группы компаний «Оверский» — молодой и красивый мужчина; она никак не ожидала, что, подняв лицо, она будет удивлена ​​его привлекательностью. Однако при ближайшем рассмотрении она не нашла это таким уж удивительным, поскольку героический дух между его бровями, решительный взгляд и зрелое выражение лица, отмеченное морщинами, говорили об утонченности, превосходящей его возраст. Каким человеком он был? Глубокие глаза выдавали закалённую душу, и всё его существо излучало ауру одиночества. Кристин не могла не пристально его разглядывать. Их взгляды встретились всего на секунду, в отличие от предыдущих начальников, с которыми ей приходилось сталкиваться: он совсем не задержал взгляд на ее красоте, снова опустил голову и перевел взгляд на газету, словно и не заметил ее. Кристин тоже молчала, позволяя атмосфере оставаться в тишине, лишь украдкой поглядывая на хрустальную табличку с именем на столе — генеральный директор, Скайлер Джонс. Она знала, что Скайлер Джонс всегда был сдержанным, редко давал интервью и уж точно никогда не рассказывал посторонним о своем семейном происхождении. Люди знали только, что «Оверски» начинался как небольшая промышленная компания, которая достигла нынешнего успеха только после того, как он возглавил ее. Ходили слухи, что он сирота, но Скайлер Джонс сам никогда не подтверждал эти сведения, поэтому никто не знал, кто он на самом деле. Воцарилась очень странная тишина, безмятежная и мирная, без тени нетерпения; она просто тихо ждала в стороне. Спустя ещё пять минут Скайлер наконец поднял руку, сложил газету и бросил её перед Кристин: «Прочитай мне заголовок с первой полосы этой газеты». Тон Скайлер был холодным, безразлично-властным. Кристин на мгновение опешилась, затем тихо поставила сумку, взяла газету и мельком взглянула на нее. Кристина обычным тоном прочитала вслух: «В New York X Weekly утверждается, что „Skytop“ заменит „Shine“ в качестве лидера мировой строительной индустрии». Прочитав газету, Кристина положила её на место, снова взяла сумку и молча посмотрела на него. Скайлер откинулся на спинку стула, на его лице не было ни малейшего намека на радость или гнев; он просто оценивающе смотрел на нее, словно небрежно спрашивая: «Как думаешь, "Скайтоп" сможет стать королем в строительной индустрии?» Кристин высказала свое честное мнение: «Говорят, что компания Skytop зарегистрирована в Нью-Йорке, а ее руководитель, Говард Джеффри, обладает исключительной деловой хваткой и уникальной философией управления. Недавно они также планируют выйти на рынок T City в Нью-Йорке, открыв свой первый филиал. Они уже получили три международных проекта, два из которых, будучи завершенными, получили мировое признание… поэтому я думаю, что под руководством такого блестящего и способного генерального директора у Skytop есть все шансы стать лидером отрасли». Скайлер удивленно подняла бровь, слегка прищурившись, и с любопытством спросила Кристин: «Почему ты не сказала, как другие, что Оверски может стать королем индустрии?» «Чтобы победить кого-то, нужно сначала увидеть его силу; только увидев силу других, можно разработать стратегию битвы». «Откуда ты знаешь, что я хочу победить „Скайтоп“?» «Когда вы читали газету, в ваших глазах читалась нотка насмешки, и я понял вашу решимость соревноваться». «Хорошо, можете идти». После ответа Кристин Скайлер внезапно выдал такую ​​фразу, его тон был невежливым, словно он отмахивался от нее. Кристин пожала плечами, в любом случае, считая это неплохим вариантом, поскольку сегодня ей уже поступили предложения от нескольких компаний. Она просто хотела устроиться в компанию вроде «Оверски» с более щедрыми льготами, но если ей не удастся туда устроиться, она все равно останется на работе. Однако мужчина перед ней казался очень высокомерным; она опасалась, что если им действительно придётся работать вместе, это будет для неё неприятно. Когда она подошла к двери, сзади раздался глубокий, ровный голос… «Завтра приходите на работу вовремя, я не люблю опаздывать». Что? Кристина удивленно обернулась. Он имел в виду, что… её наняли? Она ничего не делала, просто без всяких оговорок высказала несколько своих мнений, и её наняли вот так? Она едва могла в это поверить. Скайлер даже не поднял головы, не бросив на нее ни единого взгляда, и начал рассматривать лежащие перед ним документы. Кристин слабо улыбнулась, кивнула и сказала: «Да, мистер Джонс». С этими словами Кристин, сдерживая волнение, вышла из кабинета. Вскоре после того, как Кристин вышла из кабинета, она услышала позади себя низкий мужской голос — голос помощника генерального директора. «Всем привет, дальнейших собеседований нет. Генеральный директор уже выбрал нового секретаря. Извините, процесс отбора завершен, можете уходить». Слова ассистентки вызвали дискуссию среди женщин за пределами комнаты. «Почему? Разве нет многих, с кем еще не провели интервью?» «Разве нужно спрашивать? Это определенно предопределено!» «Тогда зачем вообще нас сюда привозить? Серьезно?» — пожаловалась молодая женщина с фирменной сумочкой. «А? У тебя тоже? У меня было то же самое… Он спросил мое мнение, и, конечно же, я сказал, что «Оверски» обязательно победит «Скайтоп», ведь «Оверски» уже является ведущей строительной группой в стране, а «Скайтоп» только начал свою деятельность. «Скайтоп» точно не сможет конкурировать с «Оверски»!» «Тогда какой ответ следовало дать?» В разгар обсуждений Кристин вышла из здания группы компаний «Оверский» и позвонила ближайшему человеку, чтобы сообщить новость. «Да, мамочка, я тоже этого не ожидала, меня взяли на работу вот так просто. Это было самое странное собеседование в моей жизни, но результат отличный… Мамочка, я сегодня приглашу тебя на ужин…» Звук открывающейся двери ванной комнаты прервал воспоминания Кристин. Скайлер Джонс вышел из ванной, нижняя часть его тела была завернута в полотенце. Кристин посмотрела на Скайлера; его высокая и стройная фигура безошибочно напоминала стройную и элегантную фигуру из ее воспоминаний, и на мгновение ей показалось, что она вернулась в тот момент. Однако суровая реальность постепенно привела её в чувство. "Почему ты ещё не спал?" Скайлер без лишних слов сняла полотенце, надела халат и задала вопрос. Увидев стройную фигуру Скайлер, Кристин тут же отвела взгляд и спокойно ответила: «Разве вам не нужно было кое-что со мной обсудить?» "Вы это видели?" «Ты же хотел, чтобы я это увидел, правда?» Скайлер повернулся, подошел к кровати, взял лежащий на прикроватной тумбочке бланк соглашения, взял ручку и, сев на край кровати, тихо произнес: «Я уже подписал соглашение. Если не найдете никаких проблем, подпишите и его тоже». Кристин взяла соглашение и ручку, которые ей передал Скайлер, не торопясь подписывать, а вместо этого насмешливо посмотрела на него: «Подписывая шестимесячный брачный контракт и используя опеку над Мари в качестве рычага, вы боитесь, что я увлекусь титулом «миссис Джонс»?» ---------- Главы 694–361: Дополнительная история: Первая встреча Скайлер Джонс осторожно приподняла красивый подбородок Кристин Куинн: «Честно говоря, я очень волнуюсь». Кристин Куинн приподняла подбородок: «А что, если я не подпишу?» Скайлер Джонс убрал руку и лениво улыбнулся: «Можете попробовать… но, возможно, у меня есть другие способы заставить вас подчиниться. Боюсь, вы просто не посмеете». Кристин Куинн пожала плечами, подняв бровь: «Угроза?» Улыбка Скайлер Джонс стала шире: «Ты же знаешь, какой я человек. Ты любишь пробовать, любишь играть, поэтому я составлю тебе компанию и попробую поиграть медленно». В этот момент Кристин Куинн быстро расписалась в правом нижнем углу соглашения, а затем с насмешливой улыбкой передала его Скайлер Джонс: «Полгода должно хватить, чтобы тебя помучить. В конце концов, я не могу тратить на тебя слишком много времени. Мне нужно найти парня, не так ли? Кроме того, здесь написано, что все мои расходы на проживание оплачиваешь ты, верно? Так что не вини меня за то, что я так безжалостно распоряжаюсь твоей картой. Считай карту, которую ты дал мне вчера, своим первым платежом… Спасибо, „муж“». Лицо Скайлер Джонс оставалось бесстрастным, лишь слабая улыбка. Кристин Куинн чувствовала себя прекрасно, уютно устроившись под одеялом. Скайлер Джонс встал с края кровати, и в следующее мгновение он лег рядом с Кристин Куинн. Как только Скайлер Джонс легла, Кристин Куинн резко поднялась с кровати: «Что ты делаешь?» Скайлер Джонс закрыл глаза и лениво ответил: «Сплю». Кристин Куинн раздраженно напомнила ему: «Эй, ты же должен спать на диване». Дома, даже находясь в одной комнате, они никогда не спали на одной кровати; он обычно спал на просторном диване. «Во-первых, я сегодня изрядно выпил и просто хочу поскорее лечь спать. Во-вторых, ты мне не интересна». «Но у меня даже нет желания спать с тобой в одной постели». Сказав это, Кристин Куинн встала с кровати, достала одеяло из шкафа, расстелила его на просторном диване в комнате и начала спать на диване одна. Кристин Куинн всегда будет помнить слова Скайлер Джонс, сказанные ей в первый день работы в «Оверски»: «В общей сложности на эту должность подали заявки триста тридцать две женщины. Знаете, почему я выбрал именно вас?» Скайлер Джонс сидел в кожаном кресле, одетый в костюм из превосходной ткани. Это было ее первое официальное собеседование с ним; его сияющие глаза были полны энергии. Кристин Куинн улыбнулась: разве это не очевидно? Конечно, он восхищался её мудростью. Конечно, её привлекательная внешность могла бы добавить ей несколько баллов, но он определённо не был поверхностным человеком. «Из-за твоей красоты», — бесстрастно произнес Скайлер Джонс, в его тоне даже прозвучало некоторое безразличие. "Красота?" Кристин Куинн была в шоке. Неужели она ослышалась? Он действительно сказал, что выбрал ее за красоту, а она думала, что он не поверхностный человек. Все ее прежние положительные впечатления о Скайлер Джонс мгновенно исчезли. «Воистину, ты мне нужен». Скайлер Джонс сложил руки на груди. «Извините, мистер Джонс, если вам нужна красивая ваза, чтобы ставить её рядом и любоваться ею, извините, я не хочу быть этой вазой… Спасибо за предоставленную мне возможность пройти собеседование, но боюсь, я не смогу выполнить работу, которую вы для меня устроили». Кристин Куинн с презрением отмахнулась от этого замечания и повернулась, чтобы уйти. "Ждать." Сзади раздался холодный голос. Шаги Кристин Куинн остановились. Скайлер Джонс откинулся на спинку стула и с интересом произнес: «Всем нравится работать с красивыми вещами, и я не исключение. Но мне нужна не просто красивая ваза». Кристин Куинн медленно обернулась, так и не сумев понять скрытый смысл слов Скайлер Джонс. Скайлер Джонс незаметно приподнял уголок рта: «Тридцать тысяч в месяц, один выходной в неделю, длительный отпуск для поездки раз в год и оплачиваемый отпуск… Как вам такое отношение к пациентам?» Кристин Куинн слегка приоткрыла рот. Вау… неужели лечение не очень хорошее? «Я требовательный начальник, поэтому, прежде чем приступить к работе, вам лучше понять его личность. Я разрешаю вам предлагать идеи, которые, по вашему мнению, хороши, но ваши идеи должны быть мне понятны, иначе не стоит их упоминать. Мой принцип — меньше говорить и больше делать». Кристин Куинн все еще была очарована его соблазнительными предложениями. Какие бы жесткие требования он ни выдвигал, она уже решила остаться в этой компании. «Мне также не нравится гадать о намерениях моего начальника, поэтому мне не нужно понимать вашу личность. Мне просто нужно выполнить порученную вами работу, верно?» Улыбка Кристин Куинн была очень мягкой, а слова произнесенными — твердыми. ---------- Глава 695-361: Дополнительная история: Первая встреча_2 Глаза Скайлер Джонс слегка загорелись, хотя он никогда бы не признался, что ценит ее спокойствие и острый ум, и что ее присутствие согревало весь его кабинет, словно весенний ветерок. «Отлично, мы хорошо будем работать вместе», — безразлично ответила Скайлер Джонс. Кристин Куинн вернулась в офис, на ее столе уже скопилась огромная гора работы за день, словно проверяя ее способности. Через час ей предстояло присутствовать на первом совещании с руководством, где Скайлер Джонс должна была представить ее начальникам, поэтому ей нужно было быстро ознакомиться с компанией и ее руководителями. Кристин Куинн собрала личные профили всех руководителей высшего звена компании и внимательно их изучила. Больше всего ее удивил профиль Скайлера Джонса… Окончил Калифорнийский университет в Беркли со степенью магистра делового администрирования... Да, с его способностями этот статус ему соответствует. Но почему он готовился к экзаменам онлайн и имел восьмилетний опыт заочного обучения, начав с самых низов, сразу после прихода в компанию? Действительно ли существуют слухи о том, что он сирота? Однако он никогда публично не признавал этого. Чем больше Кристин Куинн изучала эти документы, тем больше её это озадачивало. Происхождение Скайлера Джонса казалось ей странным, потому что он совсем не выглядел сиротой. Она даже почувствовала в нём какое-то врождённое благородство. Ой, подождите, почему ей так интересно, откуда он взялся? Какое ей до этого дело! Кристин Куинн покачала головой, приходя в себя. Что с ней не так? Она, рано повзрослевшая, за семнадцать лет не проявила интереса ни к чему необычному. Кристин Куинн поспешно просмотрела имеющиеся материалы, чтобы не запутаться в его загадке. Час спустя… Во время первой встречи Кристин Куинн столкнулась с суровой и жесткой стороной характера Скайлер Джонс. Заседание было назначено на девять часов, но все расселись к восьми пятидесяти, почти быстрее, чем военные. Кристин Куинн не могла не восхищаться дисциплиной своих коллег, не подозревая, что все это заслуга их дьявольского босса. Первое правило работы Скайлер Джонс: любой, кто опаздывает на совещание, независимо от причины, увольняется. В восемь пятьдесят девять Скайлер Джонс по-прежнему сидел во главе длинного конференционного стола, молча, с мрачным выражением лица, устремленным на пустое кресло руководителя слева от него. «Странно, почему до сих пор не приехал менеджер Уилсон?» — начали перешептываться коллеги, нервно потея за Пола Уилсона, поскольку генеральный директор выглядел недовольным. Скайлер Джонс настаивает на том, что все участники должны присутствовать до начала любой встречи, подчеркивая важность пунктуальности. За прошедший год многих уволили за опоздания. «Простите, простите...» Внезапно в конференц-зал ворвался крепкий мужчина средних лет, весь в поту. Это был Пол Уилсон, и хотя он спешил туда, он все равно опоздал на минуту. Взгляды всех присутствующих переключились на него, выражая в них нотку сочувствия. Пол Уилсон выглядел несколько неопрятно, с бледным цветом лица и неряшливым костюмом. «Извините, генеральный директор, моя жена родила сегодня утром… Я был занят тем, что вез ее в больницу, и совсем потерял счет времени…» — проговорил Пол Уилсон, задыхаясь, понимая, что его босс не любит отговорок, но у него действительно не было выбора. «С ребёнком всё в порядке?» — спросил Скайлер Джонс, не выражая никаких эмоций. «Спасибо, генеральный директор, мать и ребенок в безопасности». Пол Уилсон вздохнул с облегчением, чувствуя, что его спасли. «Хорошо», — спокойно ответил Скайлер Джонс. — «Иди позаботься о своей жене и ребёнке…», — затем он опустил голову, чтобы посмотреть на документы, и объявил о начале собрания. «Генеральный директор, это…» Пол Уилсон почувствовал что-то неладное, и на его лбу выступил холодный пот. «Идите в финансовый отдел, получайте зарплату, заботьтесь о семье, а с завтрашнего дня вам не нужно будет ходить на работу», — равнодушно, безэмоционально заявил Скайлер Джонс. Пол Уилсон — опытный сотрудник, прилежный и компетентный, пользующийся уважением во всей компании. Такой руководитель незаменим. Тем не менее, Скайлер Джонс уволил его, не задумываясь. Проработав в компании много лет, Пол Уилсон хорошо понимал характер Скайлера Джонса. Хотя ему и хотелось умолять, он сдержал слова, в конце концов поклонился Скайлеру Джонсу и уныло отвернулся. Все сочувствовали Полу Уилсону, но боялись авторитета генерального директора, из-за чего молчали. Неожиданно, когда Пол Уилсон уходил, склонив голову, сзади раздался тихий голос… "Ждать." Кристин Куинн встала. Она долго сдерживалась, больше не в силах терпеть. Он опоздал не намеренно; дело в том, что он отвёз жену в больницу, задержавшись всего на минуту. Такого хорошего сотрудника, не желавшего брать отпуск даже во время беременности жены, он уволил за неукоснительное следование своим принципам. Он был просто хладнокровен. «Насколько я понимаю, генеральный директор Уилсон отлично справляется со своими обязанностями в компании: он никогда не проявлял халатности и не опаздывал. А как насчет того, чтобы уделить еще одну минуту семье мужчине за сорок?» — твердо, но без агрессии, сказала Кристин Куинн, стремясь вызвать у присутствующих общее мнение. Она понимала, что её слова, сказанные как дерзости, звучали нагло, но чувство справедливости не позволяло ей молчать. «Вы, новый сотрудник, ничего не знающий о компании, какое право вы имеете так говорить?» — Скайлер Джонс холодно взглянула на нее. Кристин Куинн слегка улыбнулась: «Генеральный директор, могу я вам отчитаться? В январе прошлого года менеджер Уилсон и его маркетинговая команда обеспечили компании заказ на сто миллионов долларов, разве это не щедрая прибыль?» Скайлер Джонс с интересом откинулся на спинку стула: «Хорошо, продолжайте». «Более того, менеджер Уилсон ведет переговоры в Америке о сделке с бюджетом в триста миллионов долларов. Его контрагент очень доволен отношением менеджера Уилсона к клиентам… Я понимаю, что опоздания на встречи — это серьезное табу в любой компании. Но в конечном итоге компания ставит прибыль на первое место. Так почему бы не пойти на компромисс? Если менеджер Уилсон заключит эту сделку, пусть это компенсирует его ошибку, и он останется в компании. Что вы думаете по этому поводу?» Кристин Куинн спокойно, рационально и мягко значительно смягчила напряженную атмосферу. В конференц-зале мгновенно воцарилась тишина, все уставились на девушку, обеспокоенные ее предстоящим затруднительным положением. ---------- Главы 696–362: Дополнительная история: Старые добрые времена К вашему сведению, их начальник никогда не отменял уже принятое решение. Скайлер Джонс подняла бровь и сердито посмотрела на Кристин Куинн: «Ты думаешь, что людей, совершающих ошибки, не нужно наказывать?» «Мне просто кажется, что есть более эффективный способ их дисциплинировать», — Кристин Куинн мягко улыбнулась, ничуть не смущенная суровым и мрачным видом Скайлера Джонса. В зале заседаний воцарилась долгая тишина, все с тревогой ждали Кристин Куинн. Спустя некоторое время Скайлер Джонс наконец заговорил: «Менеджер Уилсон, вы уверены, что сможете хорошо справиться с проектом в США?» Пол Уилсон на мгновение опешился, но затем пришел в себя и решительно кивнул: «Я могу, я обязательно заключим сделку, пожалуйста, дайте мне шанс реабилитироваться, господин президент». Пол Уилсон был вне себя от радости, на его лице сияла счастливая улыбка, ведь президент решил позволить ему остаться. Все были в недоумении, никак не ожидая, что кто-то сможет изменить решение Скайлер Джонс, особенно такая новенькая, как она. «Тогда сделай это хорошо. Если проект не состоится, ты все равно уйдешь». Скайлер Джонс застегнул пуговицу на костюме и встал, с мрачным лицом: «Сегодняшнее совещание заканчивается здесь, секретарь Куинн, пройдите ко мне в кабинет». «Да». Кристин Куинн быстро собрала необходимые материалы, пригнувшись, и последовала за Скайлер Джонс. В этот момент все начали беспокоиться о Кристин Куинн. Судя по тону Скайлера Джонса, словно он пытался потушить пожар, он ведь не станет проглатывать эту маленькую девочку целиком, правда? «Отлично, в свой первый рабочий день ты уже научился не подчиняться начальству!» Лицо Скайлера Джонса было мрачным, голос его был достаточно строгим и холодным и без повышения. Кристин Куинн бесстрашно ответила: «Я не хотела ослушаться президента, я просто делала все возможное, учитывая интересы компании». Пораженная ее спокойствием и мудростью перед лицом опасности, Скайлер Джонс все еще выражала раздражение. — Ты считаешь себя очень умной? — Скайлер Джонс поднял свои мрачные глаза и уставился прямо на нее. — Кто тебе сказал, что мне нужно поступиться принципами, которые я установил в этой компании, ради сделки на три миллиарда долларов? Кристин Куинн слегка улыбнулась и мягко ответила: «Ваши глаза мне об этом сказали. Когда менеджер Уилсон упомянул о рождении ребенка у своей жены, в ваших глазах читалась нерешительность, потому что вы также знаете, что он завел ребенка только после сорока». Кристин Куинн пыталась обеспечить Скайлеру Джонсу достойный уход, и ей это удалось. «Перестань думать, что ты такой умный». Скайлер Джонс по-прежнему сохраняла суровое выражение лица. «Да». Кристин Куинн поджала губы, молча улыбаясь про себя. Как она и ожидала, за его холодной внешностью скрывалась нежная сторона. «Уходите сейчас же, учитывая ваш первый рабочий день, я не буду держать на вас зла… но не забывайте, что я сказал: говорите меньше, делайте больше и не будьте слишком умны для собственного блага». Скайлер Джонс махнул ей рукой, взял со стола пачку сигарет, вынул одну и прикурил, слегка наклонив голову. Кристин Куинн подавила смех: «Да». Когда Кристин Куинн подошла к двери и повернулась, чтобы закрыть ее, она неожиданно увидела Скайлер Джонс, стоящую у окна от пола до потолка, молча курящую сигарету и смотрящую наружу. Его силуэт выглядел настолько безлюдным, что это вызвало у неё недоумение. Она тихо закрыла дверь, словно услышав беззвучную волну, донесшуюся из глубины её сердца… Должность секретаря президента группы компаний «Оверский» действительно не для обычного человека. Объём работы просто огромный, и приходится иметь дело с эксцентричным, эмоционально отстранённым начальником. Однако, количество усилий, которые Скайлер Джонс вкладывает в свою работу, поразительно. Ему практически не нужно спать, не нужно отдыхать, он работает как робот каждый день. Она не понимает, почему он так много работает. Она считает, что его достижения уже и так выдающиеся. В двадцать шесть лет, такой молодой и уже успешный в карьере, зачем так много работать? Не пора ли уделить больше времени женитьбе и созданию семьи? В результате она, как его секретарь, не может расслабиться, потому что босс очень занят, и, естественно, каждый день она уходит из офиса последней. Однако сегодня она намеренно ушла с работы пораньше, чтобы поужинать с подругой, с которой давно не виделась. «Кристин Куинн, ты просто бессердечная! С тех пор, как ты стала секретарем президента в «Оверски», мне так трудно с тобой пообедать», — пожаловалась ее подруга Хильда, наслаждаясь ужином из морепродуктов. «Это ты бессердечная!» — рассмеялась Кристин Куинн, игриво бросив на подругу сердитый взгляд. — «Я уже сдержала свое обещание угостить тебя сытным обедом, чем еще ты недовольна? К тому же, я очень занята, я только что устроилась в компанию, столько всего нужно узнать, я точно не могу отлынивать». ---------- Главы 697–362: Дополнительно: Старые добрые времена (Часть 2) Хильда усмехнулась: «Что значит, только что пришла в компанию? Ты работаешь уже больше месяца, наверное, уже хорошо знаешь босса, верно?» Ее подруга смотрела на нее сияющими глазами, надеясь услышать какие-нибудь захватывающие истории. «Вовсе нет, с ним сложно ужиться». Кристин Куинн отпила глоток супа и медленно произнесла: «Большую часть времени он вне офиса, занят осмотром недавно открывшихся филиалов или общением с клиентами, поэтому мы почти не видимся вне телефонных звонков. К тому же, он…» «Какой он человек?» Известно, что самым завидным холостяком в стране является не кто иной, как президент Джонс, и бесчисленное множество женщин стремятся завоевать его расположение! Кристин Куинн отложила ложку и элегантно взяла салфетку, чтобы вытереть рот: «Он очень замкнутый, не любит разговаривать с людьми, вспыльчивый и у него нет хобби… хм, работа, пожалуй, единственное его хобби». Скайлер Джонс действительно довольно замкнутый человек, но, как ни странно, вокруг него всегда бесчисленное множество женщин, порхающих, словно бабочки, и никогда не отходящих от него, каждая из которых использует любые средства, чтобы приблизиться к нему. Будучи его секретаршей, она прекрасно осведомлена о подобных делах босса, но не удивляется. В конце концов, в молодом возрасте всегда есть физиологические потребности. Поэтому, когда Скайлер Джонс хочет поужинать с женщиной, как его секретарша, она должна забронировать для них ресторан, иногда даже номер в отеле, и когда он начинает ими раздражаться, она становится его защитницей. Однако он всегда остается к ней равнодушным, обсуждая только рабочие вопросы, даже не спрашивая, где она живет или есть ли у нее парень — вопросы, которые обычно волнуют людей. "Что, разочарован?" — Хильда наклонила голову, внимательно наблюдая за выражением лица Кристин Куинн. «Вовсе нет». Кристин Куинн взяла стакан и сделала глоток воды. «Ваше выражение лица только что показалось вам подозрительным!» — Что именно вызывает подозрения? — Кристин Куинн бросила на подругу взгляд. — Мне кажется, наши рабочие отношения хорошие. А ещё я не люблю вмешиваться в личные дела начальника, просто думаю… «Что ты думаешь?» — с нетерпением спросила Хильда. «Мне кажется, он очень одинок… Я часто вижу, как он курит в одиночестве, как будто у него нет друзей». Выражение лица Кристин Куинн смягчилось, тон ее стал тише. Она не очень хорошо знает Скайлера Джонса, но почему-то чувствует в нем одиночество. Она чувствует, что в его сердце лежит тяжелый груз, из-за которого он избегает понимания и близости. Несмотря на то, что он руководит корпорацией с миллиардным оборотом, несмотря на то, что его окружают красивые женщины, он редко улыбается. Она часто невольно видит его со спины, постоянно ощущая это одиночество… «Я думаю, ты сошла с ума! Новости о его личной жизни часто попадают в развлекательные журналы, а ты говоришь, что он одинок?» — усмехнулась Хильда. «Это другое дело, они не его официальные девушки, у него нет к этим женщинам никаких чувств…» — тревожно выпалила Кристин Куинн. Хильда долго смотрела на Кристин Куинн, постепенно расширяя глаза: «Ты так хочешь защитить его, потому что испытываешь к нему какие-то чувства?» Кристин Куинн раздраженно пожаловалась подруге: «Не говори глупостей, если кто-нибудь услышит, подумает, что у этой секретарши нечистые мысли… Я просто честно говорю о своем мнении о нем. К тому же, мне всего семнадцать; ты думаешь, мне понравится мужчина на девять лет старше меня?» «Тебе семнадцать, но ты ведёшь себя как двадцатисемилетняя. Если ты об этом не скажешь, никто не догадается, что ты так молода». «Ты слишком много об этом думаешь, мой статус и его — это совершенно разные вещи. Даже если бы я осмелилась подойти к нему, даже если бы он меня заметил, я была бы просто ещё одной женщиной в его окружении». «Кристин, ты недооцениваешь себя… С твоей красотой найти молодого начальника или кого-то подобного — дело одного слова… Помнишь своего последнего босса? Он до сих пор спрашивает меня о тебе…» Кристин Куинн пожала плечами: «Я не хочу быть поверхностной женщиной… Красота не может длиться всю жизнь, поэтому я ищу того, кто мне нравится и кто любит меня, чтобы он сопровождал меня всю жизнь, иначе я не буду соглашаться на меньшее». «Ты такая же упрямая, как твоя мама…» — Хильда вдруг неловко прикрыла рот рукой и извинилась: «Прости, Кристин, я не хотела упоминать твою маму». Кристин Куинн кивнула: «Я знаю… Мама всю жизнь доверяла не тому мужчине, поэтому у меня нет больших фантазий о любви… Я просто хочу зарабатывать деньги, вылечить маму и позволить ей жить хорошо». Хильда тихо вздохнула: «Иногда мне кажется, что ты очень сильная… У тебя никогда не было ни дня обычной детской жизни: заботы о маме, заработка денег на содержание семьи, учёбы только в вечерней школе, и само здоровье неважное. На твоём месте я бы давно сломалась, а не продолжала бы улыбаться, как ты…» Кристин Куинн тихонько усмехнулась: «Что это, судьба, богатство зависит от судьбы, то, что сейчас мне не везет, не значит, что не повезет потом. Может быть, мое здоровье выздоровеет, мама снова станет нормальной, и у меня будет муж, который будет любить меня всю жизнь и будет рядом со мной?» Хильда протянула руку, чтобы взять Кристин Куинн за руку, и с болью в сердце сказала: «Ты обязательно это сделаешь. Тебя будет ждать замечательный, красивый, богатый мужчина. Он будет заботиться о тебе, твоей маме, у них родится очаровательный, прекрасный ребенок, он будет тебя ценить, баловать тебя, любить всю твою жизнь». Глаза Кристин Куинн были полны скрытых слез. Она энергично кивнула. «Да». Хильда вскоре выбрала несколько блюд для Кристин Куинн: «Ешь побольше, береги силы, чтобы ждать своего принца…» Кристин Куинн была развеселена поведением своей подруги, и атмосфера тут же улучшилась. Кристин Куинн доела и была готова идти домой. Но тут она обнаружила, что оставила ключи в офисе, поэтому ей пришлось попрощаться с Хильдой и вернуться в офис, чтобы забрать их. Когда она вернулась в компанию, было уже восемь часов. Из-за специфики работы компании сотрудникам не нужно было работать сверхурочно, поэтому, кроме нее, секретаря президента, после рабочего времени обычно никого не было, кроме охраны, патрулирующей территорию. Но, войдя в свой кабинет, она с удивлением обнаружила, что свет в кабинете Скайлер Джонс включен. Она вспомнила, как выключила свет в его кабинете, когда уходила… Кристин Куинн подозрительно вошла и увидела Скайлера Джонса, сидящего за своим столом и изучающего смету проекта. Как это возможно? ---------- Главы 698–363: Дополнительно: Влюбиться в него 1 Кристин Куинн сомневалась, что ей просто показалось. «Как это возможно?» — Скайлер Джонс, слегка нахмурившись, взглянула на Кристин Куинн. — «Я как раз собиралась спросить, как вы могли быть такими невежливыми и войти, не зная, как стучать?» «Простите, генеральный директор, я думала, внутри никого нет…» Кристин Куинн склонила голову, несколько озадаченная, чтобы объяснить: «Э-э, генеральный директор, уже так поздно, почему вы все еще здесь?» Взгляд Скайлера Джонса снова вернулся к листу с расценками перед ним: «Завтра состоится тендер на проект, которым занимается Пол Уилсон, мне нужно еще раз его просмотреть», — легкомысленно сказал он. «Вам не нужно проверять это самостоятельно, в компании работают актуарии». Кристин Куинн сделала шаг вперед. Скайлер Джонс пожал плечами: «Когда я вернулся, все уже отсутствовали на работе, и у меня нет привычки внезапно вызывать сотрудников на сверхурочную работу». «Вы могли бы позвонить мне, я могу помочь вам проверить это, делать это в одиночку будет долго». Она была его секретарем и отвечала за помощь ему в подобных задачах. «А ты?» — Скайлер Джонс поднял голову и лениво взглянул на нее. — «Разве ты не ужинала со своим парнем?» Кристин Куинн смутилась: «Нет, просто подруга, которую я давно не видела… не парень, у меня его нет…» Кристин Куинн хотела объяснить, что у нее нет парня, но, поняв, что говорит слишком много, остановилась. «Позвольте мне помочь вам с проверкой!» Кристин Куинн улыбнулась и подошла к Скайлеру Джонсу, жестом приказав ему подвинуться. Скайлер Джонс тут же встала, подошла к окну, закурила сигарету и села на стул, молча наблюдая за ней. Кристин Куинн удобно устроилась в его кожаном кресле, ловко взяла список материалов и смету и начала серьезно их изучать. Взгляд Скайлера Джонса был прикован к Кристин Куинн, дымка, клубящаяся вокруг его глаз, придавала ей мечтательный вид. По какой-то причине частые встречи с ней доставляли ему чувство радости. Он отметил, что Кристин Куинн предпочитала носить одежду светлых тонов, нежно-голубых или очень светлых фиолетовых оттенков, что создавало спокойное и приятное впечатление; в его кабинете, где преобладали холодные тона, ее присутствие часто привносило ощущение тепла. Кроме того, она была поистине красива. Будь то копирование, отправка факсов, доставка документов или составление его расписания, каждое ее действие всегда привлекало внимание окружающих. Бесспорно, она была самой красивой женщиной, которую он когда-либо видел. Сегодня, вернувшись с улицы и обнаружив, что ее нет, он немного забеспокоился, и только поспрашивав у знакомых, узнал, что она ушла с работы… просто уйти вовремя — он как начальник не мог возражать. Прислонившись к окну, Скайлер Джонс небрежно спросила: «У тебя нет парня?» Кристин Куинн, рассматривая лист с расценками, слегка помолчала и честно ответила: «Да, сегодня вечером я просто гуляла с подругой». Скайлер Джонс больше ничего не спросил и отвел взгляд от Кристин Куинн. Кристин Куинн внезапно немного занервничала, не ожидая, что Скайлер Джонс вдруг задаст ей такой личный вопрос. На мгновение воцарилась тишина, и Кристин Куинн снова сосредоточилась на листе с цитатами перед собой. Внезапно Кристин Куинн резко остановилась, опустив голову, чтобы внимательно изучить лист с расценками: «Генеральный директор, эта цифра кажется некорректной?» "Хм?" Скайлер Джонс потушил окурок и подошёл к ней. «Здесь, кажется, неверный номер…» Кристин Куинн резко подняла глаза и, едва не столкнувшись с Скайлером Джонсом, поняла, как близко он находится. Она тут же отвернула голову, не отрывая глаз от листа с цитатами, пытаясь сохранить спокойствие и не понимая, почему у нее так сильно бьется сердце. Тук-тук… Ее сердцебиение участилось, и она не могла его подавить, ей даже казалось, что она слышит собственное сердцебиение. О боже, почему он стоит так близко? Скайлер Джонс стоял позади нее, одной рукой опираясь на стол, другой держа лист с цитатами, его грудь почти касалась ее волос. «Вы очень внимательно смотрите…» — он наклонился, его приятный мужской аромат касался кончиков ее волос. Его низкий мужской голос так сильно её нервировал, что она чуть не потеряла силы, её тело застыло в кресле. Скайлер Джонс продолжал рассматривать лист с ценами. Он, конечно, мог с первого взгляда заметить проблему в прайс-листе; он мог бы указать на нее за минуту, но теперь он передумал. С того места, где он стоял, он легко мог видеть нервозность и застенчивость Кристин Куинн, что пробудило в нем хищнический инстинкт, сделав ситуацию гораздо интереснее, чем быстрое решение проблемы. ---------- Главы 699-363: Дополнительная история: Влюбиться в него 1_2 «Хм, небольшая проблема… Мне нужно присмотреться…» Он наклонился ниже, почти коснувшись затылка, и намеренно потянулся через ее плечо, чтобы поднять ручку со стола. Кристин Куинн хотела избежать этого интимного жеста, но его другая рука лежала на столе рядом с ней, почти полностью обхватывая ее. Она даже не осознавала, когда оказалась в этом затруднительном положении. Скайлер Джонс слегка наклонилась, вдыхая аромат своих волос. Это был тонкий, неповторимый аромат, присущий только её телу, словно смесь свежих лилий и орхидей, неописуемо элегантный, который ему очень нравился. «Какой марки духов вы используете?» — ленивый голос Скайлер Джонс тронул сердце Кристин Куинн. «Я… я не привыкла пользоваться духами». Кристин Куинн крепко вцепилась в стол, ладони вспотели от волнения. Сердце бешено колотилось, его глубокий, манящий голос был прямо у ее уха, и эта опасная, но притягательная мужская аура захлестывала ее. «Нет, у тебя приятный запах…» — Скайлер Джонс сделала паузу, — «Мне он очень нравится… Так что же нам делать?» Что нам делать? Разве он не флиртовал с ней? Хотя она была не очень стара, её зрелый ум хорошо разбирался в вопросах взаимоотношений между мужчинами и женщинами, особенно учитывая, что она рано познакомилась с обществом и научилась защищаться от домогательств. И всё же в этот момент, когда он приблизился, помимо паники и очарования, она почувствовала себя немного беспомощной. «Что нам делать, секретарь Куинн…» — Скайлер Джонс наклонилась ближе и прошептала ей на ухо. Он должен был признать, что она обладала способностью пробуждать в мужчинах желания. "Ты…" Щеки Кристин Куинн покраснели, она совершенно растерялась. Как он мог так с ней флиртовать? "Ты думаешь, это весело?" Кристин Куинн сердито повернула голову, желая встать, но руки Скайлер Джонс не собирались ее отпускать. «Дело ещё не закончено…» — Он указал на листок с цитатами в руке, его глаза озорно заблестели. «Извини, проверь сам, я иду домой!» Благие намерения остаются без вознаграждения, извращенец! Кристин Куинн уже собиралась встать, но её неожиданно схватила Скайлер Джонс. «Ах!» — закричала она. «Я имела в виду не это…» — Скайлер Джонс смотрела на неё уверенными глазами. Тренировка только началась… "Ты…" Уловив непристойный подтекст в его словах, Кристин Куинн внезапно подняла взгляд, но тут же получила от него поцелуй, ее вздох был подавлен, когда он наклонился к ней… Когда его тёплые губы прижались к её губам, мысли Кристин Куинн помутнели. О боже… Он… Он действительно поцеловал её, и… похоже, он не шутил. Кристин Куинн лежала в постели дома, не в силах поверить в то, что только что произошло. Она всегда была компетентной секретаршей, никогда не вступала в служебные романы. Но… его умение целоваться было настолько превосходным, что в тот миг ей показалось, будто мир вращается вокруг нее, и она не смогла ни сопротивляться, ни отвергать его. Но, возможно… это было просто непроизвольно! Потому что, когда губы Скайлера Джонса оторвались от нее, она вдруг увидела эту холодную улыбку в его глазах. Она всегда будет помнить его улыбающиеся черные глаза, смотрящие на нее в темноте, словно она была его добычей, его самодовольную и уверенную улыбку, от которой трепетало ее сердце. Только сейчас она поняла, что он опасный человек, к которому нельзя относиться легкомысленно… Кристин Куинн покачала головой. Неважно, кто он на самом деле, теперь проблема заключалась в том, как встретиться с ним завтра. Сможет ли она притвориться, что ничего не произошло, и пойти на работу как обычно? Справится ли она с этим, учитывая её неопытность? Ответ был очевиден: она не могла. Бессонная ночь, и Кристин Куинн начала вести себя неадекватно, как только вошла в офис: она распечатала сто копий материалов, предназначенных для совещания с десятью участниками, стоя у копировального аппарата в оцепенении и ничего не понимая. Всё утро она переживала о том, что ей делать, когда она позже увидит Скайлер Джонс. «Доброе утро, генеральный директор!» В этот момент она услышала, как сотрудники приветствуют его с другого конца коридора. Кристин Куинн почувствовала, что ее сердце вот-вот выскочит из груди. Что я должен делать? Она стояла в конце коридора, неизбежно встречая его… Пытаясь успокоиться, Кристин Куинн подняла стопку документов и быстро пошла по коридору, надеясь найти место, где можно спрятаться, но она не успела пройти и половины пути, как увидела его фигуру, выглядывающую из-за угла; встреча была неизбежна… Кристин Куинн напрягла нервы, опустила голову и заставила себя пройти мимо него с документами, стараясь пройти как можно быстрее. Не видел, не видел, не видел… Она продолжала молиться в своем сердце. Проходя мимо друг друга, Кристин Куинн, из уважения к своему начальнику, выдавила из себя улыбку и поздоровалась с ним: «Доброе утро, генеральный директор». Кристин Куинн знала, что вчерашний поцелуй ничего не значил для Скайлера Джонса, но его реакция все равно превзошла все ее ожидания. Он кивнул ей, затем, как обычно, прошел мимо, не выражая никаких эмоций, даже не бросив на нее взгляда. Нервные шаги Кристин Куинн слегка замедлились, по телу пробежал холодок, исходящий от ее ног. Бессердечность этого человека превзошла все ее ожидания… «Секретарь Куинн». Он внезапно остановился и окликнул её. "А?" Кристин Куинн, погруженная в свои мысли, резко повернулась и встретилась с ним взглядом. Чтобы избежать неловкости, она лишь выдавила из себя улыбку. «Сегодня я обедаю с Нитой, так что вам не нужно ничего планировать на сегодня после обеда. Мы обсудим дела, когда я вернусь». Скайлер Джонс посмотрел на нее без тени эмоций, его равнодушные указания, казалось, были призваны что-то передать. Улыбка застыла в уголках ее губ, и Кристин Куинн кивнула. «Ах да, я на следующей неделе еду в Германию с Линдой, но, похоже, у них есть проект, который нужно доработать. Пусть этим займется вице-президент, постарайся освободить мне время на следующую неделю», — сказала Скайлер Джонс формальным тоном, делая вид, будто событий прошлой ночи и не было. Нита в один момент, Линда в следующий… у него, похоже, очень много подружек. Кристин Куинн, не снимая улыбки, ответила: «Понимаю». Затем она повернулась и направилась обратно в свой кабинет. Это уже слишком. Ему не нужно было этого делать; она всё ещё могла понять его намерения. Она знала, что он просто прикалывается, и понимала, что поцелуй в современных отношениях мало что значит. Она не придавала этому особого значения, но ему не нужно было целовать её вчера вечером, а потом заявлять, что завтра ужинает с другими женщинами. Он явно высмеивал её наивность, одновременно гордясь своими навыками флирта. ---------- Главы 700–364: Дополнительно: Влюбляясь в него 2 Какой же он презренный человек!! Кристин Куинн в ярости вернулась в офис и выбросила все лишние девяносто с лишним копий документов в шредер. "Черт возьми! Извращенец!! Если будет следующий раз, я обязательно подам на тебя в суд за сексуальное домогательство!!" Подожди, следующего раза не будет; как она могла дать ему еще один шанс! «Ты думаешь, тебе нравится так развлекаться? Ты считаешь себя отличным любовником, но на самом деле ты всего лишь извращенный плейбой…» — пробормотала Кристин, кладя документы в шредер. Полдень. Бип… бип… Факсимильный аппарат, стоявший рядом с ней, тоже начал передавать сигналы. После того как все более девяноста копий были полностью уничтожены, Кристин наконец повернулась и взяла документ, который только что был отправлен по факсу. «Э-э, странно… что это?» Кристина посмотрела на факс и увидела шокирующую строку слов… Раскройте истинную личность таинственного генерального директора! Брошенный принц! Вглядываясь в текст, она чувствовала, как с каждым словом у нее сжимается грудь. «Человек мечты» нации, генеральный директор группы компаний «Оверски», был брошен родителями в детстве. Известно, что Скайлер Джонс родился в Нью-Йорке в богатой семье и после развода родителей получил опеку над своим ребенком от отца. Однако, поскольку отец отдавал предпочтение младшему брату, которого отдали матери, он все больше разочаровывался в нем и в конце концов выгнал Скайлера Джонса из дома… После этого Скайлер Джонс оказался в нищете, на мели и жил скитаниями, пока его не наняла предшественница группы компаний «Оверски», промышленная группа «Джонс»… Бумага, которую держала в руке Кристин, слегка дрожала, не в силах поверить в эту шокирующую новость… Она знала, что он может быть сиротой, но никогда не думала, что это не так в истинном смысле этого слова. У него были родители, и он вырос в богатой семье, и именно из-за того, что они его бросили, он стал тем одиноким человеком, каким является сегодня… Неудивительно, что его прошлое всегда было загадкой, и неудивительно, что он не любит о нем говорить. В глубине души её охватило чувство острой боли, и она не могла поверить, что он пережил такое. Казалось, судьба слишком жестока, чтобы так поступить с кем-то… Раньше она считала свою жизнь достаточно несчастливой, но вдруг почувствовала, что ей повезло гораздо больше, чем ему. По крайней мере, у неё ещё была мать, которая, несмотря на психическую нестабильность, всё ещё любила её. А у него в этом мире не было ни одного заботливого родственника… Звонок — Звонок… Резкий звонок телефона пронзил почти удушающую тяжесть обстановки. Кристин взяла трубку, и прежде чем она успела что-либо сказать, с другого конца провода раздался низкий и зловещий мужской голос. "Получил факс?" — спросил мужчина с иностранным акцентом, с трудом сдерживая угрожающий смешок. Кристин крепко сжала телефон, сердце у нее сжалось, она наконец поняла, что все не так просто. «Кто ты… кто ты?» — спросила она. Другой собеседник, казалось, был ошеломлен, ожидая ответа от Скайлер Джонс, но с удивлением услышал в ответ тихую, сдержанную женщину. «Пусть Скайлер Джонс ответит на звонок», — потребовал мужчина по телефону. «Он на совещании. Я его секретарь. Если вам что-нибудь понадобится, можете мне сказать, и я передам ему это», — Кристин глубоко вздохнула, стараясь сохранять спокойствие. «Секретарь?» — собеседник на мгновение замялся, прежде чем снова заговорить: «Хорошо, вы видели факс, верно? Такие сенсационные новости наверняка вызовут большой интерес у СМИ, не так ли?» Кристин почувствовала, как по её телу пробежал холодок. "Чего ты хочешь?" «Чего я хочу? Передайте Скайлеру Джонсу, что если он не хочет, чтобы его жалкое прошлое стало достоянием общественности, он должен немедленно перевести десять миллионов на мой счет, иначе завтра это станет заголовком крупных новостных изданий». Десять миллионов? Это… это явный шантаж! «Сэр, то, что вы делаете, аморально. Не боитесь, что мы сообщим в полицию?» Кристин изо всех сил старалась сохранять спокойствие. «Аморально? Госпожа секретарь, я просто прошу денег, остальные ждут, когда он выставит себя дураком!» Мужчина холодно рассмеялся: «Говорят, эту новость распространил его собственный младший брат, явно желая опозорить его… Я не хочу ввязываться в эти игры власти среди этих богатых людей. Мне нужны только деньги, скажите вашему боссу, чтобы он поскорее подготовил деньги, иначе готовьтесь к скандалу!» «Дайте мне три минуты, я вам сразу же перезвоню». «Хорошо, госпожа секретарь, поторопитесь. Я не очень терпелив». Кристин быстро завершила разговор и затем позвонила Скайлеру Джонсу. ---------- Глава 701-364: Дополнительная история: Влюбиться в него 2_2 К сожалению, до телефона Скайлера Джонса не удалось дозвониться. Кристин Куинн невольно выругалась про себя… Черт возьми, в такое время у него еще есть желание встречаться с женщинами. Кажется, он на грани разорения. Что я должен делать? Она даже не знала, куда он ходил с Нитой на обед… В тот момент, когда Кристин Куинн растерялась, телефон зазвонил снова. Звонивший явно потерял терпение и проворчал: «Мисс секретарь, что говорит ваш начальник? Я сейчас у факса, если вы не переведете деньги в течение получаса, мне придется обнародовать эту информацию». «Нет! Подождите…» — тревожно крикнула Кристин Куинн. — «Честно говоря, я сейчас не могу связаться со своим начальником. Можете сделать исключение? Я могу сначала дать вам триста тысяч, дайте мне час. Через час мой начальник свяжется с вами». Другая сторона немного подумала, а затем согласилась: «Хорошо, один час. Если Скайлер Джонс к тому времени не переведет мне деньги, не вините меня за безжалостность». Повесив трубку, Кристин Куинн схватила сумку и поспешно вышла из офиса. «Эй, секретарь Куинн, у вас разве нет дела на сегодня после обеда?» — спросила секретарь. «Да, я скоро вернусь», — сказала Кристин Куинн, выглядя растерянной, когда покидала компанию. Выходя из офиса, Кристин Куинн позвонила своей лучшей подруге. Выслушав всю историю от Кристин, её подруга закричала: «Ты что, с ума сошла? Хочешь занять у меня денег, чтобы помочь своему начальнику с этой проблемой?» «Хильда, ты не представляешь, насколько серьёзна ситуация… Мне срочно нужны твои сто тысяч долларов; у меня самой двести тысяч. Я могу выиграть ему час… Я найду его в течение этого часа, и к тому времени он обязательно вернёт нам деньги…» «А что, если он не вернет деньги?» «Он это сделает, он такой богатый, что ему даже плевать на эти триста тысяч…» «Девочка, что с тобой не так?» — выругалась Хильда на другом конце провода. — «Кто тебе такой Скайлер Джонс, что ты так волнуешься за него и бегаешь из-за него? Неужели ты действительно в него влюбилась?» «Ты слишком много думаешь, я люблю помогать людям, всегда любил…» «Но вы же используете свои собственные деньги, чтобы помочь ему… а вы обычно так щепетильно относитесь к деньгам!» «Он мне вернет… Быстрее, переведи мне деньги, у меня мало времени…» Хильда вздохнула: «Дорогая, только не потеряй и мужчину, и деньги…» Кристин Куинн выдавила из себя смех: «Нет, этого не произойдет…» «Хорошо, я сейчас переведу вам деньги». Переведя деньги шантажисту и получив час на размышление, Кристин Куинн в панике продолжала пытаться связаться со Скайлером Джонсом. К сожалению, телефон Скайлера Джонса по-прежнему был недоступен, и казалось, что он внезапно исчез… Кристин Куинн даже побывала в нескольких отелях, куда Скайлер обычно водил своих «подружек», но так и не нашла его… Время неумолимо шло, и когда час подходил к концу, Кристин Куинн, ошеломленная, сидела на скамейке у дороги, чувствуя необъяснимую тяжесть и тревогу на сердце. Постепенно ее глаза наполнились влагой… Мрачное небо начало моросить… Кристин Куинн сидела у обочины дороги, словно не ощущая болезненного хлещущего по лицу дождя, и тихо плакала. Внезапно… Перед ней остановился роскошный черный автомобиль. Она медленно подняла глаза, не зная, мокрые ли они от слез или от дождя, чтобы посмотреть на высокую фигуру, выходящую из машины. Это был Скайлер Джонс. Он стоял под дождем, глядя на ее промокшую и растрепанную фигуру. Внезапно он снял куртку, завернул в нее ее дрожащее тело и понес прямо в машину. В салоне машины, где работал теплый воздух, Кристин Куинн больше не чувствовала холода. Она повернулась к Скайлеру Джонсу, который сидел за рулем: «Вы должны мне триста тысяч; это все мои деньги, и еще немного я одолжил у друга». Скайлер Джонс безэмоционально произнесла: «Как ты могла быть такой глупой… после шантажа ты так запаниковала?» «Я не знал, что этот человек уже слил информацию в СМИ, а потом хотел выманить у вас деньги, в то время как эти СМИ не осмеливались сообщать о ваших делах, они уже предупредили вас…» Скайлер Джонс повернул голову и посмотрел на Кристин Куинн, чьи мокрые волосы ниспадали на плечи, создавая жалкое, но очаровательное выражение лица. Он тихонько усмехнулся, устремив взгляд вперед, и на его губах расплылась дикая, высокомерная улыбка: «Если бы мной так легко было манипулировать, как бы я мог достичь того, чего достиг сегодня?» «Да, ты впечатляешь, я просто глупо волновалась», — раздраженно ответила Кристин Куинн. Скайлер Джонс продолжала улыбаться. На мгновение воцарилась тишина, затем Кристин Куинн внезапно нахмурилась: «Похоже, эта дорога не ведет обратно в компанию». «Хм, мы не вернёмся в эту компанию». «Не возвращаешься в компанию?» — Кристин Куинн вздрогнула. — «Тогда куда мы едем?» Скайлер Джонс взглянула на возвышающееся за окном здание: «Мы здесь». Кристин Куинн проследила за его взглядом и тут же ахнула. Что? Отель «Интерконтиненталь»? Кристин Куинн была полутащена, полунесена на руках Скайлером Джонсом в номер этого фешенебельного отеля. "Ты… что ты собираешься делать?" В этот момент, оказавшись зажатой между стеной и Скайлер Джонс, Кристин Куинн обхватила руками свою мокрую одежду, нервно прикусывая губы и задавая вопрос. Скайлер Джонс обхватил Кристин Куинн руками с обеих сторон, прижимая её к себе, его глубокие чёрные глаза устремились в её залитые дождём, ясные, сияющие глаза. "Почему ты плакала раньше?" "Хм?" Скайлер Джонс наклонилась ближе и сказала: «Скажи правду». Кристин Куинн, осознав ситуацию, честно ответила: «Потому что у нас одинаково трагическое детство… Твоя мать бросила тебя; мой отец тоже меня не хотел. Твой отец игнорировал тебя и даже бросил; моя мать сошла с ума от тоски по отцу, из-за чего у меня не было нормального детства… Поэтому я понимаю, как ты себя чувствуешь». Скайлер Джонс прищурилась и спросила: «Ты беспокоишься обо мне?» «Просто сочувствие». «Вы мне сочувствуете?» «Я тоже себя сочувствую». «Зачем ты потратил все свои деньги, чтобы помочь мне?» «Мне всегда нравится помогать другим». "Вы были расстроены сегодня утром?" «Нет никакой причины, зачем мне расстраиваться?» Скайлер Джонс осторожно приподняла нежный подбородок Кристин Куинн: «Ты была такой». «Я не был». «Я видел, что вы разочарованы…» "Я не был…" Его тёплые губы внезапно коснулись её губ, нежная рука обхватила затылок, и он словно поглотил все слова, которые она хотела сказать. ---------- Глава 702-365: Дополнительная история: Воспоминания всегда прекрасны "М-м-м…" Кристин Куинн продолжала похлопывать Скайлер Джонс по спине, пока он её не отпустил. Она стояла перед ним, тяжело дыша, и видела его пылкий, необычный и пронзительный взгляд. Ее сердце забилось быстрее, словно она стояла на краю обрыва во время прыжка с тарзанки с большой высоты, колени слегка подкосились. Он внезапно обнял ее за талию, снова прижавшись губами к ее губам, словно буря, застав ее ахнуть и заглушив все ее рассудок. Этот поцелуй, слишком глубокий, слишком чудесный, слишком опасный… в отличие от дразнящего, провокационного, проверяющего чувства в прошлый раз, на этот раз он был полон сильного желания… Его поцелуй смело и страстно скользил вниз, безрассудно наслаждаясь её красотой. Когда Кристин расслабилась, он поднял её на руки… Ей действительно не хватало сил противостоять этому мужчине. Утро. Кристин Куинн медленно проснулась. Ее щеки покраснели, когда она инстинктивно взглянула на место рядом с собой. Обратная сторона кровати была пуста, от неё не осталось и следа. Внезапно незнакомый цвет простыней, незнакомый интерьер и неоднозначное преобладание розового цвета постепенно вернули её к реальности… Она наконец поняла, что это был сон. Это был такой долгий-долгий сон, и всё в нём действительно произошло… вот только сон был о том, что случилось очень давно. Она никак не ожидала, что будет помнить это до сих пор, и так отчетливо, что даже проснувшись, ей казалось, что она все еще в прошлом, с ним… Это было так неловко, как она могла додуматься до такого… Кристин Куинн, вся в пылающем от жара лице, прикрыла его раскрасневшимся и села. "Бодрствующий?" Внезапно Кристин Куинн испугал низкий, мягкий мужской голос. Кристин Куинн резко подняла взгляд и встретилась взглядом со Скайлер Джонс, которая брилась. Скайлер Джонс, по-видимому, заметил покрасневшие щеки Кристин Куинн и слегка нахмурил брови: «Что случилось? Ты больна?» Если бы он знал, о чём она только что думала, у неё не было бы лица, чтобы жить в этом мире… В этот момент Кристин Куинн просто хотелось залезть в маленькую коробку и спрятаться от всего этого, но, к счастью, она ничего не знала. Она намеренно повернула голову и невнятно ответила: «Немного неловко». «Ты что, забыл, как плохо спишь? Ты вчера упал с дивана и всю ночь спал на ковре… как ты можешь чувствовать себя комфортно сейчас?» Скайлер Джонс закончила говорить и пошла в ванную, чтобы продолжить бритьё. Кристин Куинн раздраженно хлопнула себя по лбу. Было неловко, что он ее дразнил, но с каких это пор ее поза во сне стала такой ужасной? Раньше он говорил, что у нее милая поза во сне! Подождите, почему она снова вспомнила о прошлом, связанном с ним? В последнее время это стало происходить чаще… Как же это запутанно!! Кристин Куинн раздраженно сбросила одеяло и выскочила из постели. Только спрыгнув с кровати, она поняла, что на ней все еще его рубашка, и в этот момент он как раз вышел из ванной, и его взгляд остановился прямо на ней. Всё её тело было прикрыто лишь его слишком большой рубашкой, длинные ноги были обнажены, и хотя она знала, что он ничего к ней не чувствует, такое неопределённое положение перед ним вызывало у неё сильное смущение и неловкость. «Э-э, я…» Взгляд Скайлера Джонса, как и прошлой ночью, естественно, отвелся, и он бесстрастно произнес: «Персонал отеля уже погладил твою одежду с прошлой ночи и прислал ее. Она в ванной… Переоденься и выйди; мне нужно кое-что с тобой обсудить». По какой-то причине, когда взгляд Скайлер Джонс скользнул по ней без малейшего признака интереса, она почувствовала странное чувство утраты, охватившее её изнутри. Она крепко схватила его за край рубашки, опустила голову и вошла в ванную. Вскоре после этого Кристин Куинн привела себя в порядок и переоделась, после чего вышла из ванной комнаты. Скайлер Джонс уже переоделась в повседневную одежду, сидела на диване, держа в руке бокал красного вина, и, казалось, ждала ее. Кристин Куинн, которая редко видела Скайлер Джонс в повседневной одежде, не могла не почувствовать себя немного озадаченной. Обычно сдержанный и уравновешенный, в этот момент он сбросил свой привычный строгий и серьезный костюм, мгновенно почувствовав себя намного моложе. На самом деле, за прошедшее десятилетие время почти не оставило следов на его красивом лице; он был таким же глубоким, как и прежде, в отличие от расчетливой утонченности Говарда Джеффри, эта глубина была накоплена им за годы, проведенные во тьме. Кристин Куинн сидела на диване напротив Скайлер Джонс. «Хм, о чём ты хочешь со мной поговорить?» «Я хочу, чтобы ты кое-что передала Бекке от моего имени». "Бекка?" ---------- Глава 703-365: Дополнительно: Воспоминания всегда прекрасны_2 Всякий раз, когда она слышала от него имя "Бекка", ее сердце трепетало. «Да, скажите ей… пусть пойдет в больницу на еще один осмотр. С ее организмом все должно быть в порядке; операция, которую ей сделал Честер Робинсон, прошла успешно». «Что?» — Кристин Куинн расширила глаза от шока. — «Вы серьёзно?» Скайлер Джонс, потягивая красное вино, смотрела вдаль: «Я подошла к наставнику Честера, надеясь, что он сможет сделать операцию Бекке, но он сказал, что Честер уже оперировал ее». «Но Честер на самом деле не делал операцию Бекке…» «Однако он врач». «Я знаю, он врач, у которого нет профессиональной этики». Скайлер Джонс бросила холодный взгляд на Кристин Куинн: «За всю свою карьеру Честер ни разу не нарушал медицинскую этику… и с Беккой он тоже этого не сделал». Кристин Куинн почувствовала радость за Бекку, но все еще немного не поверила: «Ты уверена?» «Я уверена… Я спросила Элис Робинсон. В то время, когда ребенку Бекки был нанесен вред, Честер ничего не знал. Позже, когда Бекку отвезли в больницу, Честер даже изо всех сил пытался ее спасти… Впоследствии Честер обвинил в этом Элис, но Элис тогда пригрозила раскрыть личность Честера». "Почему бы тебе самому не позвонить Бекке?" Скайлер Джонс поставил стакан и встал: «Я не имею права с ней контактировать». «Ты не подходишь, потому что Говард Джеффри этого не допускает, а Говард не допускает этого, потому что у тебя скрытые чувства; ты всё ещё вожделеешь жену своего брата!» Скайлер Джонс резко повернул голову, его нежный взгляд резко сменился на холодный, когда он посмотрел на Кристин Куинн: «Почему ты думаешь, что мои личные дела тебя касаются? Ах… я забыл, ты же все еще меня любишь, правда? Ты пытаешься выяснить, не отказался ли я от Бекки, чтобы оценить возможности наших отношений?» Тело Кристин Куинн слегка дрожало. Слова Скайлер Джонс были острыми, как лезвия, и застали Кристин Куинн врасплох. Кристин Куинн внезапно почувствовала, что больше не может притворяться, какой бы сильной она ни казалась; как только Скайлер Джонс вступала в конфронтацию, она тут же оказывалась избитой и в синяках. В тот момент она вспомнила утро, когда они впервые были вместе. Теплый утренний солнечный свет проникал в гостиничный номер, легкий ветерок ласкал светло-голубые занавески, а белые цветы на подоконнике время от времени падали на изголовье кровати… Она прижалась спиной к его обнаженной груди, обнятая сзади его сильными руками. Она так сильно покраснела, что не смела повернуть голову и посмотреть на него. Он поцеловал её в щёку и тихо извинился: «Прости… Я был слишком импульсивен вчера вечером…» Ее тело слегка дрожало, и она свернулась калачиком. Он приподнялся и перевернул ее. «Почему ты плачешь?» Увидев слезы в уголках ее глаз, он с отчаянием сказал: «Глупышка… у каждой женщины бывает такой день…» Она продолжала рыдать, слезы затуманивали ей зрение, так что она не могла его отчетливо разглядеть. Он нежно вытер слезы с уголков ее глаз, стряхивая их. Когда она смогла ясно его видеть, он тихо спросил: «Тебе не нравится быть со мной?» Она слегка прикусила губу, не смея ответить. Он нежно откинул прядь волос с её щеки, выражая ей свою безграничную любовь: "Ты меня ненавидишь?" Она покачала головой. «Тогда скажи мне, чего ты боишься?» Слёзы снова потекли у неё из глаз. Он запаниковал, поспешно вытирая ее непрекращающиеся слезы, взволнованный: "Черт возьми, не плачь, скажи мне, о чем ты думаешь…" Наконец, сквозь сдавленные рыдания, она с болью произнесла: «Я не хочу быть просто одной из многих женщин, которых вы знаете». "Дурак, я не вижу тебя среди них…" "Тогда кем ты меня видишь?" «Друг». Она опустила глаза от разочарования. Он тихонько усмехнулся, приподнял её подбородок и добавил: "То есть, девушка". Она внезапно подняла глаза, ее затуманенное слезами зрение было полно недоверия. Он терпеливо вытер слезы с уголков ее глаз и мягко сказал: «С этого момента я буду хорошо к тебе относиться. Пока ты будешь готова, мы всегда сможем быть вместе». «Но я хотела приберечь свой первый раз для твоего будущего партнера…» «Тогда могу ли я, с вашего согласия, подать заявку на то, чтобы стать вашим будущим партнером?» Его искренний и серьезный тон заставил ее расхохотаться сквозь слезы. Он нежно обхватил ее безупречное лицо ладонями, смотрел на нее с глубокой нежностью, а затем наклонился и мягко поцеловал ее в губы… Она начала стесняться… Постепенно ее руки поднялись к его шее, робко переплетая язык с его… В тумане она услышала, как он сказал: «Я буду заботиться о тебе всю свою жизнь». Воспоминание оборвалось, вернув её в реальность. Кристин Куинн смотрела на красивое и презрительное лицо перед собой, невольно вцепившись руками в бедра. Она думала, что защитные механизмы, которые она выработала за эти годы, не позволят ей проявить перед ним никаких эмоций… Однако в этот момент она поняла, что не достигла этой цели. Слезы уже наворачивались ей на глаза, но в следующую секунду она отвернула лицо, не давая ему увидеть ее смущение. Она знала, что если он это увидит, то лишь будет насмехаться над ней, презирать её. Она поклялась никогда не показывать перед ним свою слабость, даже если она слаба в других местах… никогда перед ним. Но теперь она обнаружила, что бессильна противостоять ему… у нее совсем не осталось сил. «Я передам ваше сообщение Бекке, можете уходить». «Давай пообедаем вместе, Мари хочет нас видеть». У Кристин Куинн перехватило дыхание, но она не отреагировала. Скайлер Джонс уже холодно ушла. Когда раздался звук закрывающейся двери, Кристин Куинн обняла себя за грудь и медленно присела на корточки. Слезы текли из ее глаз неудержимо, и хотя она постоянно вытирала их, они продолжали литься… В зеркале в полный рост в прихожей отражалось ее слабое и смущенное лицо. Она надула губы, глядя на свое обиженное отражение в зеркале, и в глубине души спрашивала себя… Что она сделала не так, почему он так сильно ее ненавидел? Она не была такой чистой и благородной, как Бекка, потому что окружающая среда в её детстве предопределила наличие тёмного уголка в её жизни, у неё не было выбора… Он её не любил, а ей было всё равно, потому что после того случая она поняла, что их отношениям нет конца… ---------- Глава 704-366: Дополнительно: Говард Джеффри берет инициативу в свои руки Она никогда не надеялась быть с ним; после стольких лет она уже привыкла к одиночеству… Но почему он все еще хотел причинить ей боль? Даже если этому нет конца, по крайней мере, когда-то были прекрасные воспоминания, не так ли? «Остались сильные слова, но глаза слишком слабы, чтобы их произнести, желая кого-то найти…» Внезапно раздался мелодичный телефонный звонок. Кристин Куинн достала телефон, взглянула на цифру на экране, поспешно вытерла слезы с уголков глаз и сделала несколько глубоких вдохов. Как раз когда телефон уже почти перестал звонить, она наконец подняла трубку. "Привет…" «Сестра». «Бекка». «Сестра, почему у тебя такой голос?» Кристин Куинн встала, в ее голосе звучала легкая паника: «Э-э, может быть, я простудилась прошлой ночью… Знаете, разница между дневной и ночной температурой здесь, на острове ХН, довольно большая». «Сестрёнка, я скучаю по тебе… Почему бы тебе не приехать в Нью-Йорк после каникул с мистером Джонсом? В любом случае, у Мари скоро будут летние каникулы…» «Хорошо, я поеду с тобой в Нью-Йорк, если у меня будет свободное время». «Сестра, нет, твой голос совсем не похож на голос простуды…» Кристин Куинн намеренно взяла салфетку, зажала нос, чтобы сделать свой носовой голос более гнусавым: «Ой, перестаньте зацикливаться на моей простуде; мне нужно сказать вам кое-что важное…» "Как дела?" «Вы знаете, что Честер Робинсон, возможно, делал вам операцию?» "Что?" «Пусть Говард отвезет тебя в больницу на обследование… Честер делал тебе операцию». «Эндрю, что ты сегодня весь день делал дома?» — спросил Говард Джеффри, бросив ключи от машины слуге, а затем взял на руки малыша, который его ждал. «Сегодня мы с мамой наводили порядок в саду». Эндрю обнял Говарда за шею, и его губы изогнулись в улыбке. «Где мама?» «Мама в комнате». «В комнате… Она плохо себя чувствует?» «Нет, мама сказала, что не хочет видеть папу». "Что?" Говард Джеффри внес Эндрю на виллу, но не смог найти следов Ребекки Квентин и немедленно стал бдительным. "Мед…" Говард осторожно постучал в дверь снаружи. Сквозь дверь, казалось, можно было почувствовать, как в комнате нарастает недовольство маленькой женщины. "Дорогая, дорогая…" Говард нетерпеливо позвонил. Дверь внезапно распахнулась, и прекрасное лицо Ребекки Квентин исказилось от негодования. Говард протиснулся в дверь и инстинктивно обнял Ребекку Квентин: «Что случилось?» Ребекка Квентин барахталась в объятиях Говарда. Говард уже закрыл дверь ногой, крепко обнял Ребекку Квентин сзади и тихо, нежным голосом спросил у нее на ухе: «Что случилось, дорогая?» «Сегодня я пошла в компанию, чтобы найти вас, и снова увидела Кэтрин Свифт, стоящую совсем рядом с вами». «Она моя помощница по связям с общественностью, и, естественно, нам нужно обсуждать деловые вопросы». «Но она наклонялась к тебе очень близко. Вы двое выглядели очень близкими». «Приближение во время разговора было неосознанным, а что касается интимности, то говорить просто не о чем». «Нет, я вижу, что она смотрит на тебя по-другому». «Если вы её терпеть не можете, то я уволю её завтра же». «Разве это не заставит всю компанию подумать, что я неразумная «жена генерального директора»? В конце концов, Кэтрин Свифт всеми признана исключительно способной, она уже успешно получила три крупных проекта для «Скайтопа» и получила похвалу за хорошие рабочие отношения с вами». Говард тихо рассмеялся, крепче обнимая Ребекку Квентин и позволяя ей покоиться в своих нежных объятиях: «Кроме тебя, меня не интересуют никакие другие женщины, ты же знаешь». «Так вы говорите, но кто знает, о чём вы думаете наедине… Если вы и Кэтрин Свифт не совершали действий, которые привели к недопониманию, как я могу вас подозревать?» Ребекка Квентин посмотрела на Говарда обиженным взглядом, в её взгляде читалось сочувствие. «Я же вам говорила, в прошлый раз она действительно случайно упала, и я помогла ей подняться… А кроме этого, я ее даже не трогала, если не верите, можете спросить Лизу Сесили». Ребекка Квентин надула губы: «Лиза Сесили твоя, что бы ты ей ни сказала, она так и ответит». Говард притворился удивленным: «А, неужели она теперь твоя шпионка в компании, которая "следит" за мной?» Ребекку Квентин позабавило выражение лица Говарда: «Какой же он надоедливый…» Говард тоже рассмеялся, нежно поглаживая ее мягкие щеки большим пальцем, пытаясь стереть с ее лица всю печаль: «Я так старался, чтобы ты вышла за меня замуж, у меня едва хватает времени, чтобы тебя обожать…» "Действительно?" — Ты всё ещё мне не веришь? — парировал Говард. Он красив и богат, и многие женщины завидуют ему; как она может чувствовать себя спокойно? ---------- Глава 705-366: Дополнительно: Говард Джеффри принимает меры (2) Хотя он клянется, что любит ее, она все еще немного боится… В конце концов, по сравнению с его привлекательной внешностью, богатством и ослепительной аурой, она кажется такой обычной. «Я тебе не не верю… просто я тебя слишком сильно люблю, я боюсь, что кто-то может тебя забрать, боюсь, что ты меня не захочешь». Говард Джеффри остановил Ребекку Квентин за плечи, заставив ее прижаться к его широкой груди: «Я никогда не смог бы не желать тебя, никогда, помни, мне потребовалось столько усилий, чтобы заполучить тебя». "Но…" «Тише… запомни одно: я больше боюсь потерять тебя. Без тебя моя жизнь была бы бесцветной… Я просто хочу, чтобы ты была счастлива, чтобы ты была радостна, и меня это устраивает. Но есть еще кое-что…» Говард Джеффри поднял подбородок Ребекки Квентин и властным, серьезным тоном сказал: «Тебе нельзя заботиться о других мужчинах. Ты довольно часто навещаешь Честера Робинсона, дорогая». Ребекка Квентин торжественно заявила: «Я собираюсь увидеть только Элис Робинсон!» «И она, и Честер обеспечены заботливыми людьми, вам не о чем беспокоиться». «Ты завидуешь человеку, лежащему на больничной койке?» «Это человек, который любит тебя уже более десяти лет». «Хорошо… если ты хочешь, чтобы я реже видела Честера Робинсона, то ты должна пообещать мне не бросать взгляд на Кэтрин Свифт, когда будешь работать». Говард Джеффри в шутку спросил: «А что, если она посмотрит на меня?» «Тогда я пойду в компанию и лично выгоню её!» — крикнула Ребекка Квентин. Говард Джеффри крепко обнял её: «Какая властная, правда?» «В любом случае, если ты прикоснешься к другой женщине, я обязательно разведусь с тобой!» Естественно, она просто пыталась его напугать, зная, чего он больше всего сейчас боится. Серьезное выражение лица Ребекки Квентин в сочетании с ее словами заставило Говарда Джеффри слегка нахмуриться: «Вы забыли, что я говорил вам не упоминать слово „развод“?» «Кто тебе посоветовал так плохо это записать?» Говард Джеффри плотно сжал губы, наблюдая за ней с полуулыбкой, полусерьезным выражением лица. «Ты помнишь, что я сказала?» Ребекке Квентин хотелось выйти из комнаты, чтобы увидеть сына, но она не могла пошевелиться. Он крепко обнял её, словно боясь, что она убежит, но на самом деле сейчас кризис переживала она сама… Она часто думала, что мужчины стареют медленнее женщин, а он был из тех, кто, казалось, совсем не стареет. Если она состарится в будущем, а он останется красивым, богатым и жизнерадостным, не разонравится ли она ему? "Эй, ты слышал, что я сказал?.." Не успела Ребекка Квентин договорить, как Говард Джеффри уже поднял её на руки и направился к большой кровати в комнате… Этот трюк каждый раз срабатывает слишком часто, слишком часто!! С другой стороны, её сила воли казалась слишком слабой, она не могла противостоять его обаянию, каждый раз оказываясь полностью им покорена… Пока Ребекка Квентин терзалась душевными муками, Говард Джеффри снова обнял её, тихо прошептав ей на ухо: «О чём ты сейчас думаешь?» Ребекка Квентин надула губы: «Хм, ты просто знаешь, как использовать этот трюк». "Посмотри на меня." "Нет." Говард Джеффри медленно повернул тело Ребекки Квентин, убрал ее руки с его груди, нежно приподнял подбородок и направил ее прекрасные глаза на него: «Дорогой, ты знаешь, как сильно я тебя люблю?» "Я не знаю." Говард Джеффри обнял свою капризную, милую жену: «Каждый раз, когда ты упоминаешь „развод“, мое сердце сжимается от тревоги». Если бы она знала, что он скрывал от нее, чтобы обрести их нынешнее счастье, она бы поняла, как сильно он ее любит. Однако тогда она, несомненно, бросила бы его… Так что, дорогая, прости его эгоизм, ведь он любит ее так сильно. Ребекка Квентин взяла Говарда Джеффри за руку, положила голову на его сильную руку и тихо сказала: «Я тоже тебя люблю… Мне так повезло в этой жизни». Говард Джеффри нежно поцеловал прекрасный лоб Ребекки Квентин: «Скажи мне, почему ты вдруг сегодня пошла в компанию?» «Мне нужно было тебе кое-что сказать, но ты… ты был близок с симпатичной девушкой». Говард Джеффри легонько похлопал Ребекку Квентин по милому носику и тихонько рассмеялся: «Все еще расстроена? Маленькая ревнивая девочка». «Мне просто не нравится, когда ты к ней слишком сближаешься», — властно сказала Ребекка Квентин. «Мы с ней просто коллеги, к тому же у неё уже есть парень». «Ну ладно, если честно, мисс Тонг тоже производит на меня довольно порядочное впечатление». «Теперь можете сказать, для чего вы меня сегодня искали в компании?» Ребекка Квентин перевернулась и легла на Говарда Джеффри, ее брови нахмурились: «Угадай?» "Судя по вашему мнению, это хорошие новости?" Ребекка Квентин ущипнула Говарда Джеффри за выдающийся нос и озорно сказала: «Из-за твоего „непослушного“ поведения сегодня в компании я решила пока тебе ничего не рассказывать…» "Озорной!" Говард Джеффри хотел перевернуться и прижать Ребекку Квентин к себе, но она уже секунду назад вскочила с кровати, быстро подняла разбросанную по полу одежду и надела её. Не сумев её заполучить, Говард Джеффри, улыбаясь, прикрыл своё обнажённое тело простынями, а затем с энтузиазмом наблюдал, как его игривая и милая жена ловко и соблазнительно надевает нижнее бельё. Ребекка Квентин, стоя спиной к Говарду Джеффри, одетая в подобие одежды, сказала: «Кстати, моя сестра и мистер Джонс отдыхают в Говарде Джеффри, всё кажется хорошо, но мне всегда кажется, что с ними что-то не так…» "Как же так?" Переодевшись, Ребекка Квентин повернулась, села на край кровати, обхватила шею Говарда Джеффри и серьезно сказала: «За последние два дня разговоров с моей сестрой, хотя она и изо всех сил старается это скрыть, я все еще чувствую, что она немного подавлена… Боюсь, отношения между мистером Джонсом и моей сестрой развиваются не так хорошо, как мы себе представляли». "На самом деле, это была Бекка…" «Что именно?» «На самом деле, у моего брата очень глубокое заблуждение относительно вашей сестры». «Недоразумение?» Ребекка Квентин была потрясена: «Неужели именно из-за этого недоразумения мистер Джонс всегда был равнодушен к моей сестре?» Говард Джеффри тихо ответил: «Возможно, есть и другие причины, но эта — главная». «Раз уж это недоразумение, почему бы просто не объяснить… Кроме того, если вы знаете, что это недоразумение, то, конечно же, мистер Джонс тоже об этом знает?» «Дорогая, вот в чем суть проблемы… Мой брат — человек, который затаивает обиды, как ты можешь видеть по тому, как он всегда обижался на нашу маму за то, что она выбрала меня, а не его много лет назад. Если он кого-то осудил, ему будет очень трудно очистить свое имя». Ребекка Квентин недовольно промычала: «Похоже, что „затаивание обиды“ — распространённая проблема среди братьев Джеффри. Я не забыла, какими плохими вы были раньше». Говард Джеффри смущенно сказал: «Ладно, раз уж мой брат решил пойти на такой радикальный поступок, я решил им помочь». ---------- Главы 706–367: Дополнительная история: Он последовал за ней в Нью-Йорк Ребекка Квентин взволнованно вскочила: «Правда?» У Говарда Джеффри на губах играла уверенная улыбка: «Конечно». Ребекка Квентин наклонилась и поцеловала Говарда Джеффри: «Дорогой, ты потрясающий…» С ним во главе, какую проблему нельзя было решить? Кристин Куинн издалека посмотрела на Скайлера Джонса, глубоко вздохнула и подошла к нему. Он обедал, как всегда, с присущим ему джентльменским и грациозным вкусом. Кристин Куинн подошла к столу, молча села на стул напротив него и посмотрела на обед, который он уже для нее заказал. Это были по-прежнему те самые продукты, которые она любила есть раньше… У него была действительно хорошая память; после более чем десяти лет минимального общения он все еще помнил, что она любила есть. К сожалению, на этот раз все было не так, как вчера; не было ни удивления, ни эмоций, и в ее сердце осталась лишь холодная пустота. Кристин Куинн махнула рукой, чтобы позвать официанта. Молодой официант почтительно подошел к Кристин Куинн. Кристин Куинн легкомысленно произнесла: «Мне это не нравится. Уберите это, я хочу салат из листьев салата и порцию киви-пудинга…» Официант кивнул и тут же убрал тарелки с глаз Кристин Куинн. Скайлер Джонс неторопливо посмотрела на Кристин Куинн и тихонько усмехнулась: «Если ты хотела доказать, что твои вкусы изменились, тебе следовало сделать это вчера!» Кристин Куинн лениво взглянула на Скайлер Джонс, положила салфетку себе на колени и небрежно ответила: «Я не хотела ничего тебе доказывать… Просто у меня проблемы с желудком. Мари не любит, когда я ем слишком острую пищу, и если она увидит, как я ем острое, когда мы будем фотографироваться позже, она будет жаловаться». «Посмотри туда», — внезапно сказала Скайлер Джонс. Кристин Куинн инстинктивно повернула голову, чтобы посмотреть. В этот момент длинная рука Скайлера Джонса протянулась к ней, застав ее врасплох, он притянул ее к себе и поцеловал в щеку. Щелчок… Кристин Куинн была слишком шокирована, чтобы отреагировать, и, смущенная, резко спросила: «Что с тобой не так?», а затем заметила, что он держит телефон. Скайлер Джонс положил телефон с только что сделанной фотографией в карман, и его голос ровным тоном произнес: «Я сказал, что Мари хочет нас видеть». Стерев следы поцелуя с щеки, Кристин Куинн сердито посмотрела на спокойно обедающего напротив нее мужчину. Затем официант поставил перед Кристин Куинн салат из листьев салата. Кристин Куинн неохотно отвела свой недовольный взгляд и, выплескивая гнев, ткнула вилкой в ​​салат. «Ты звонила Бекке?» — внезапно спросила Скайлер Джонс. Кристин Куинн раздраженно ответила: «Не звонила». Скайлер Джонс поднял взгляд, слегка нахмурив брови. Кристин Куинн самодовольно сказала: «Что, злишься? Если тебе не нравится, просто позвони Бекке сама, раз уж ты так хочешь услышать её голос». Скайлер Джонс тихонько усмехнулся, затем достал телефон и набрал несколько цифр. Кристин Куинн увидела, что Скайлер Джонс действительно звонит Ребекке Квентин, и, разгневавшись, выхватила у Скайлер Джонс телефон: «Я не позволю тебе испортить счастье Ребекки и Говарда Джеффри; лучше не беспокой Ребекку!» Скайлер Джонс с интересом откинулся на спинку стула, уголки его губ слегка изогнулись в улыбке: «Разве не вы мне сказали позвонить?» Кристин Куинн в гневе швырнула телефон на стол, стиснув зубы. Этот мужчина сделал это совершенно намеренно. Даже если бы она его не остановила, у него не хватило бы смелости позвонить Бекке! Скайлер Джонс уверенно заметила: «Судя по вашей реакции, кажется, вы уже рассказали Бекке». Кристин Куинн, надувшись, опустила голову, чтобы поесть. «Сообщите мне результаты ее обследования, когда придет время». Кристин Куинн внезапно подняла глаза и сердито посмотрела на него: «Зачем мне рассказывать тебе что-либо о Бекке?» Скайлер Джонс поднял бровь, его улыбка стала шире: «Потому что ты не хочешь, чтобы я звонил Бекке». «Отвратительно». Скайлер Джонс продолжала улыбаться. Кристин Куинн запихнула в рот кусочек салата, отчаянно подавляя вспышку гнева, которая возникала при каждом их разговоре, стараясь не поддаться желанию убить мужчину напротив. Она небрежно сменила тему: «Кстати, через несколько дней Мари уезжает в летние каникулы, и я планирую отвезти её в Нью-Йорк на некоторое время». Она боялась, что, если продолжит с ним общаться, сойдёт с ума. «Главное, чтобы Мари согласилась, тогда никаких проблем». «Мари точно захочет, чтобы ты поехала, поэтому тебе придётся отговориться и сказать, что ты занята, чтобы отмахнуться от Мари… потому что я не хочу видеть тебя в Нью-Йорке». Скайлер Джонс не рассердился, увидев на лице Кристин Куинн выражение отвращения. Он уже собирался ответить, когда внезапно зазвонил его телефон. Взглянув на номер на экране телефона, Скайлер Джонс тут же взял трубку, нажал кнопку ответа и поднес ее к уху. ---------- Глава 707-367: Дополнительная история: Он последовал за ней в Нью-Йорк (2) Кристин Куинн молчала, терпеливо ожидая, пока он закончит разговор, чтобы они могли продолжить предыдущую беседу. Однако несколько секунд спустя Скайлер Джонс закончил разговор, но, посмотрев на неё, небрежно заметил: «Извини, тебе, возможно, придётся пересмотреть своё решение не видеться со мной в Нью-Йорке… Через неделю я поеду с тобой в Нью-Йорк». "Что?" Глаза Кристин Куинн расширились от удивления. Скайлер Джонс уже отложил салфетку, встал и самостоятельно покинул ресторан. Неделю спустя, в Нью-Йорке. "Бабушка…" Мари вышла из машины и подбежала к миссис Джеффри, радостно обняв её. Миссис Джеффри нежно обняла Мари, посмеиваясь, и сказала: «Молодец, твои летние каникулы наконец-то начались…» «Я же говорил, что приеду и составлю тебе компанию во время летних каникул». Миссис Джеффри удовлетворенно кивнула: «Молодец». "Бабушка, папа тоже здесь…" Услышав это, миссис Джеффри на мгновение опешилась; недоверие в ее старых карих глазах сменилось радостью. "Правда?.." В этот момент к миссис Джеффри подошла Скайлер Джонс, взявшись за руку с Кристин Куинн. Миссис Джеффри была вне себя от радости, ее глаза наполнились слезами: «Скай… Скайлер». В конце концов, Скайлер Джонс впервые переступила порог особняка Джонсов. Скайлер Джонс поднял голову и окинул взглядом просторный особняк Джонсов. По сравнению с состоянием Говарда Джеффри, этот обычный особняк не соответствовал его обычно придирчивому характеру. Тем не менее, это место было действительно мирным и тихим, подходящим для отдыха пожилых людей. В целом, особняк, который Говард Джеффри перестроил для семьи Джеффри, по-прежнему был довольно хорош. «Скайлер, мама с тобой разговаривает». В присутствии Мари Кристин Куинн всегда вела себя как хорошая жена и невестка. Скайлер Джонс очнулся от своих мыслей, бросив взгляд на миссис Джеффри: «Я останусь здесь на некоторое время». Миссис Джеффри с готовностью кивнула: «Хорошо, хорошо… Я сейчас же попрошу кого-нибудь подготовить комнату». «Мама, я уже поручила слугам подготовить комнаты для сестры и мистера Джонса», — говорила Ребекка Квентин, приехавшая вместе с Говардом Джеффри. Все четверо мгновенно обменялись взглядами. За исключением искренней радости в глазах Ребекки Квентин, выражения лиц остальных троих были довольно сложными. Говард Джеффри первым нарушил молчание, протянув руку: «Брат, добро пожаловать обратно». Скайлер Джонс отвел взгляд от Ребекки Квентин и кивнул, по-братски обняв Говарда Джеффри. Увидев, что Мари уже прибежала на виллу, чтобы найти Эндрю и поиграть с ним, Кристин Куинн отошла от Скайлер Джонс и в этот момент с удовольствием наблюдала за Ребеккой Квентин, стоящей рядом с Говардом Джеффри и излучающей счастье и нежность. «Зять, давно не виделись». Ребекка Квентин поприветствовала Скайлера Джонса. "Шурин"? Внезапно услышав это незнакомое обращение, Скайлер Джонс подняла бровь. Кристин Куинн тоже подозвала Ребекку Квентин и мягко упрекнула: «Ты тоже меня дразнишь?» Ребекка Квентин притворилась невинной: «Как я могла… Но перед Мари мне приходится подыгрывать вам, ребята, верно? Я все обдумала, учитывая сложные взаимоотношения в нашей семье, я планирую все упростить. Я называю тебя сестрой, поэтому, естественно, мистер Джонс — мой «зять». Конечно, Говард Джеффри называет мистера Джонса братом, поэтому Говард Джеффри будет называть тебя «невесткой» в будущем». Кристин Куинн внезапно почувствовала покалывание в голове и быстро потащила Ребекку Квентин в сад особняка Джонсов. Под сенью деревьев Кристин Куинн раздраженно спросила: «Скажите мне правду, зачем Скайлер Джонс приехала в Нью-Йорк?» "Я не знаю…" Увидев серьезность на лице Ребекки Квентин и одновременно озорной оттенок в ее глазах, Кристин Куинн тут же применила «строгий» взгляд, чтобы пригрозить своей сестре, «Спилл». Ребекка Квентин наконец сдалась, тихо посмеиваясь: «Ладно, ладно, я расскажу… Говард рассказал мистеру Джонсу о новом проекте «Скайтоп» в Нью-Йорке, который его заинтересовал, и спросил, заинтересована ли в нем компания «Оверски». Если «Оверски» заинтересована, то после того, как «Скайтоп» выиграет проект, она передаст его «Оверски»… Затем мистер Джонс сказал, что хочет приехать в Нью-Йорк». Кристин Куинн нахмурилась: «Зная, что Скайлер Джонс всегда конкурировала с Говардом Джеффри, разве Говард Джеффри не является откровенной провокацией в адрес Скайлер Джонс?» «Совершенно верно, мистер Джонс приехал в Нью-Йорк не для того, чтобы ждать, пока Говард Джеффри выиграет этот проект; он здесь, чтобы посоревноваться с Говардом Джеффри за этот проект…» Кристин Куинн внезапно осознала: «Говард Джеффри хочет использовать соперничество между двумя братьями, чтобы привлечь Скайлера Джонса в Нью-Йорк». Ребекка Квентин кивнула, взявшись за руки с Кристин Куинн: «Видите ли, мой муж принял меры… Вам с мистером Джонсом следует ценить дни, проведенные в Нью-Йорке!» «Неудивительно, что ты постоянно звонила мне и просила срочно ехать в Нью-Йорк, значит, это был твой план». Ребекка Квентин усмехнулась: «Я просто волновалась за вас и мистера Джонса!» Кристин Куинн бросила на сестру косой взгляд: «Ты можешь перестать вовлекать меня в его дела? И без того каждый день приходится притворяться перед Мари, это уже достаточно хлопотно». «Сестра…» — серьезно произнесла Ребекка Квентин, — «Говард Джеффри сказал мне, что причина, по которой вы с мистером Джонсом оказались в таком положении, — это недопонимание между вами двумя, и я здесь, чтобы помочь вам разрешить эти недоразумения». «Ребекка, между мной и Скайлером Джонсом никогда ничего не было, так что никаких недоразумений быть не должно… Лучше тебе не вмешиваться». "Хорошо, я не буду вмешиваться, но раз уж ты уже в Нью-Йорке, тебе стоит хотя бы ненадолго пожить у меня, верно?" Кристин Куинн решительно заявила: «Я буду уходить, пока Скайлер Джонс здесь». Ребекка Квентин игриво прижалась к плечу Кристин Куинн: «Сестра, даже если ты хочешь уйти, не могла бы ты подождать, пока не сопроводишь меня на медицинский осмотр?» «Вы ещё не были в больнице?» «Нет, я еще не сказал Говарду Джеффри… Знаете, результаты обследования пока не определены, и я не хочу его разочаровать. Но если все так, как вы сказали, это может стать для него огромным сюрпризом». Кристин Куинн действительно убедили: «Хорошо, тогда я пойду с тобой!» Ребекка Квентин втайне обрадовалась, энергично кивая: «Спасибо, сестра». В кабинете Говард Джеффри налил себе и Скайлер Джонс бокал красного вина, сказав: «Я очень рад, что вы приехали в Нью-Йорк». Скайлер Джонс прищурился: «Чем ты занимаешься?» Говард Джеффри передал один из бокалов красного вина Скайлеру Джонсу и, попутно, чокнулся с ним. После того, как оба отпили по глотку вина, Говард Джеффри произнес: «Вы же знаете, что я специально заманил вас сюда, так зачем вы пришли?» «С одной стороны, этот новый проект „Oversky“ в Нью-Йорке — просто необходимая вещь; мне изначально нужно было приехать в Нью-Йорк. С другой стороны… мне очень любопытно, как вы могли выносить, что Ребекка каждый день живет со мной под одной крышей?» Говард Джеффри взглянул на Скайлера Джонса: «Брат, ты уверен в своих чувствах к Ребекке?» Глаза Скайлер Джонс сузились до щели, сквозь которую промелькнул хитрый блеск: «Что ты пытаешься сказать?» ---------- Главы 708–368: Дополнительная история: У неё возникли проблемы с сердцем «Хочу сказать — вы когда-нибудь задумывались, не возникла ли ваша любовь с первого взгляда к Бекке потому, что вы увидели в Бекке красоту своей первой встречи с Кристин Куинн, и вы спроецировали всю подавленную любовь и сострадание, которые вы испытывали к Кристин, на Бекку? Вы на самом деле совсем не любите Бекку!» Скайлер Джонс усмехнулась: «Ты всё ещё боишься, что я попытаюсь отнять у тебя Бекку?» Говард Джеффри серьезно сказал: «Я не хочу, чтобы вы оставались одержимы этим». «Моему бизнесу ваше вмешательство не нужно!» «У меня нет времени вмешиваться в ваши дела, но вы мой старший брат, а Кристин — сестра Бекки». Скайлер Джонс поставил бокал с вином и тут же ушел. Говард Джеффри не остановил его, держа в руке бокал и наблюдая за холодной удаляющейся фигурой Скайлер Джонс, лишь медленно произнеся, когда уже собирался войти в дверь: «Вы прекрасно знаете, какой человек Кристин Куинн. Тогда все это было совершенно очевидно спланировано М за кулисами… вам не следует так с ней обращаться». "Кристин Куинн!!" Раздался оглушительный крик. Кристин Куинн собиралась пойти в сад, чтобы найти миссис Джеффри и Мари, когда внезапно остановилась и обернулась. Лицо Скайлера Джонса было пепельно-бледным, а в его темных глазах сверкали острые блики. Кристин слегка нахмурила брови, но прежде чем она успела что-либо сказать, к ней уже подошла Скайлер Джонс. От него исходила безумная и пугающая аура, словно он был готов в любой момент наброситься на Кристин. «Ты просто невероятная, Кристин. Я никогда не думал, что ты можешь быть такой бесстыдной». Скайлер Джонс смягчил голос, тон стал мягким, а на губах появилась зловещая улыбка, от которой у всех становилось холодно. «Пусть тебе помогут Бекка и Говард? Хм? Ты уверена, что это изменит мое мнение о тебе?» Кристина недоуменно спросила: «О чём вы говорите?» «Только что Говард сказал мне, что между нами произошло недоразумение…» — Скайлер Джонс улыбнулся, в его улыбке читалось презрение к Кристин. — «Неужели между нами действительно произошло недоразумение? Кристин, твоя игра всегда была на высшем уровне, даже Говард был тобой обманут, но твое уродливое лицо… я всегда буду помнить… как ты подставила меня, позволив М завладеть моим влиянием, как ты использовала мое доверие к тебе, позволяя М контролировать меня столько лет, и все это благодаря тебе!» Кристин была ошеломлена. Скайлер Джонс подняла подбородок и тихо спросила: «Ты ведь ничего из этого не рассказывала Бекке, правда?» Кристин дрожала, плотно сжав губы. «Предупреждаю, не используй доброту Бекки, чтобы помочь себе, и так достаточно отвратительно играть с тобой роль, не заставляй меня унижать тебя перед Мари». С этими словами Скайлер Джонс решительно удалился. Кристин, казалось, пришла в себя, и краем глаза она заметила резко удаляющуюся одинокую фигуру Скайлер Джонс. Тело Кристины обессилело, она чуть не упала, но, к счастью, вовремя удержалась, прислонившись к декоративной стене. Она медленно вышла из холла виллы в сад и, найдя неприметное местечко, неспешно присела. Глаза сильно щипало, и наконец, слезы, которые кружились в глазах, хлынули потоком… Она не позволила себе громко закричать, лишь крепко прикрыла рот рукой, ее тело дрожало от скованности. Увидев это, миссис Джеффри намеревалась подойти к ней, но ее внезапно схватили сзади. Это был Говард Джеффри. Миссис Джеффри обернулась и увидела своего младшего сына, нахмурив брови: «А ты тоже здесь?» «Я пришла ещё и потому, что слышала спор между моим братом и Кристин». «Скайлер зашёл слишком далеко, как он мог так разговаривать с Кристин?» — миссис Джеффри с разбитым сердцем посмотрела на Кристин, которая теперь мужественно вытирала слёзы. Говард Джеффри тоже взглянул на Кристин и тихо вздохнул: «Распутать этот узел определенно непросто». «Хоуи, я только что слышал, как Скайлер упомянула что-то о подставе… Может ли быть так, что то, что Скайлер поймала М, действительно как-то связано с Кристин?» Говард Джеффри покачал головой: «Это долгая история, но Кристин невиновна». Миссис Джеффри стиснула зубы от гнева: «Эта проклятая Вивиан Линдси, она разрушила жизни всего вашего поколения». Говард Джеффри нежно обнял свою мать: «Не волнуйся, я улажу дело между моим братом и Кристин». «Я пойду поговорю с Кристин…» «Нет… Мама, я понимаю Кристин, она хочет побыть одна сейчас». Миссис Джеффри тяжело вздохнула, снова взглянув на Кристин, которая вновь обрела сильное выражение лица, ее слезы уже высохли на ветру, и не было видно никаких признаков слабости. Говард Джеффри встретил свою милую жену в коридоре на втором этаже, которая как раз собиралась спуститься вниз. «Дорогая». ---------- Главы 709–368: Дополнительная история: Ее сердце проявляет признаки проблем (Часть 2) Ребекка Квентин подошла к Говарду Джеффри и спросила: «Дорогой, ты не видел мою сестру?» Говард Джеффри обнял свою очаровательную жену за стройную талию и тихо сказал: «Она в саду с детьми». Ребекка Квентин мягко вырвалась из объятий Говарда Джеффри: «Я собираюсь найти свою сестру». Говард Джеффри не отпускал ее, крепко обнимая. «Что ты делаешь?..» — Ребекка Квентин мягко оттолкнула его. Говард Джеффри внезапно поднял Ребекку Квентин на руки, поцеловал её нежное личико и сказал: «Детка, я люблю тебя». Внезапно услышав признание, Ребекка Квентин подняла красивое лицо мужа, ее щеки слегка покраснели: «Почему ты вдруг говоришь такие банальности?» «Мне кажется, я недостаточно часто говорил тебе это раньше». Ребекка Квентин игриво сказала: «Хорошо, тогда ты должна рассказывать мне об этом каждый день с этого момента». Говард Джеффри не смог удержаться и снова чмокнул её в губы: «Хорошо». "Хорошо, пожалуйста, опустите меня…" Это не личное пространство, слуги могут пройти мимо в любой момент. Говард Джеффри осторожно опустил Ребекку Квентин на пол, но все еще неохотно обнял ее за талию. Ребекка Квентин похлопала Говарда Джеффри по плечу: «Эй, я пойду найду свою сестру, я давно с ней не общалась, и мне столько всего нужно ей рассказать!» "Жена…" "Хм?" "Ты всё ещё вспоминаешь те времена, когда я был к тебе груб?" "Конечно, знаю, разве вы не знаете, что женщины чаще всего затаивают обиды?" «Прости меня за то, что я причинил тебе столько страданий раньше». Ребекка Квентин обняла Говарда Джеффри: «Что с тобой сегодня, такой сентиментальный?» «Вдруг я вспомнил, сколько раз я доводил тебя до слез». Ребекка Квентин надула губы: «Так что отныне ты должна быть ко мне добра, слушаться меня, и тебе нельзя смотреть на других девушек, если я тебе не разрешу…» «Как повелеваете». Полдень. Водитель отвёз Ребекку Квентин и Кристин Куинн в больницу. Ребекка Квентин специально поручила водителю не говорить Говарду Джеффри, что они едут в больницу, а лишь сообщить, что она и Кристин Куинн отправились за покупками. Водитель кивнул и уехал, планируя забрать их позже. Кристин Куинн шла под руку с Ребеккой Квентин по пути в больницу. Они болтали по дороге. «Сестрёнка, я сейчас немного нервничаю…» — Ребекка Квентин крепко держала Кристин Куинн за руку. «Глупышка, не нервничай, сохраняй спокойствие». «Я очень хочу узнать результаты анализов как можно скорее…» «Вы надеетесь как можно скорее сообщить Говарду Джеффри хорошие новости?» Ребекка Квентин мило улыбнулась: «Он точно очень обрадуется, когда узнает». Кристин Куинн улыбнулась и добавила: «Не волнуйтесь, это обязательно будут хорошие новости». Ребекка Квентин внезапно повернулась к ней лицом и серьезно спросила: «Кстати, сестрёнка, откуда ты знала, что операцию мне мог делать Честер Робинсон?» «Э-э». Кристин Куинн помолчала немного, а затем ответила: «Это была Скайлер Джонс». "Мистер Джонс?" Кристин Куинн кивнула: «Он пошел к наставнику Честера». "Господин Абель?" «Да, он тот человек, которому Честер доверяет больше всего и который лучше всех знает Честера. Он сказал, что Честер никак не мог нарушить медицинскую этику, чтобы навредить вашему организму, а также упомянул, что заветная мечта Честера — просто стать обычным врачом». «Он до сих пор лежит в больнице, кто знает, когда он очнется». «Алиса Робинсон всё ещё с ним?» Ребекка Квентин кивнула: «До родов осталось больше трех месяцев, я очень надеюсь, что Честер Робинсон сможет увидеть рождение своего ребенка». «Вы простили Элис Робинсон?» «Я думаю, она довольно жалкая… Семья Робинсонов теперь в руинах, она получила наследство, но отвернулась от всех своих родственников, и все это из-за Говарда Джеффри и Честера Робинсона». «Бекка, ты действительно очень добрая». Неудивительно, что она всем нравится, ведь у нее такое чистое и благородное сердце. Войдя в больницу, они прибыли в кабинет врача, на который записались. Врач еще не приехал, Ребекка Квентин нервно сидела на стуле, крепко сжимая руку Кристин Куинн. Кристин Куинн тоже волновалась за Ребекку Квентин, а затем внезапно положила руку ей на грудь. Ребекка Квентин собиралась поговорить с Кристин Куинн, когда заметила, что та сжимает грудь рукой, а лицо у нее выглядит несколько бледным. Ребекка Квентин обеспокоенно встала и спросила: «Сестра, что с тобой?» «Со мной все в порядке… просто небольшая стесненность в груди». «Ощущение стеснения в груди?» — с сомнением спросила Ребекка Квентин. — «Почему вы вдруг почувствовали это?» Кристин Куинн сделала два глубоких вдоха, и, когда дыхание стабилизировалось, сказала: «Ничего страшного, после операции, которую я перенесла несколько лет назад, я часто чувствую стеснение в груди, всего несколько глубоких вдохов — и оно проходит». «Так было все эти годы?» Кристин Куинн кивнула. Ребекка Квентин хотела задать еще несколько вопросов, но тут с улицы вошел врач, к которому они записались на прием. Врач неоднократно извинялся: «Извините, я просто проводил операцию… Леди Джеффри, извините, что заставил вас ждать». Ребекка Квентин улыбнулась: «Всё в порядке». Кристин Куинн поспешно спросила: «Доктор, не могли бы вы сейчас осмотреть мою сестру?» «Конечно, леди Джеффри, пожалуйста, пойдите со мной». Ребекка Квентин коротко кивнула, и под ободряющим взглядом Кристин Куинн последовала за врачом в смотровой кабинет. Как только Ребекка Квентин и врач вошли в смотровой кабинет, Кристин Куинн внезапно почувствовала слабость и рухнула на стул. Она крепко сжала грудь у сердца, ее прекрасное лицо исказилось от дискомфорта, на лбу выступили капельки пота. В кабинет врача вошла медсестра и увидела страдальческое выражение лица Кристин Куинн. «Мисс, мисс…» Кристин Куинн крепко вцепилась в стул, смутно слыша зов медсестры, но не в силах ответить, постепенно теряя сознание. "Сестрёнка, сестрёнка…" Кристин Куинн проснулась от звонков Ребекки Квентин. Проснувшись, она обнаружила себя лежащей на больничной койке. Кристин Куинн растерянно спросила: «Что со мной случилось?» Сидя у постели Кристин Куинн, Ребекка Квентин крепко держала ее за руку и со страхом в голосе произнесла: «Сестрёнка, ты меня до смерти напугала… ты только что потеряла сознание, ты знала?» Кристин Куинн попыталась выбраться из постели, но обнаружила, что ей в руку ставят внутривенный катетер. Ребекка Квентин быстро помогла Кристин Куинн и уговорила ее лечь, сказав: «Ты плохо себя чувствовала, почему ты мне не сказала?» «Я не чувствую себя плохо!» «Только что у тебя так сильно болело сердце, что ты потерял сознание». «Мне просто нужно приспособиться». ---------- Глава 710-369: Дополнительно: Больше не могу быть сильным перед тобой «Сестра… Не могла бы ты сначала лечь? Я уже попросила кардиолога прийти и осмотреть тебя». «Какой осмотр? Он мне не нужен», — сказала Кристин Куинн, пытаясь снова подняться. «Я не позволю вам встать… Если вы не ляжете как следует и не дадите врачу осмотреть вас, я немедленно позвоню всем». "Бекка…" Ребекка Квентин протянула руку и обняла Кристин Куинн, ее голос слегка охрип: «Ты представляешь, как я волновалась, когда увидела, что ты только что потеряла сознание?» «Глупышка, со мной все в порядке, ты просто поднимаешь шум». «Мне всё равно, вы должны позволить врачу провести медицинский осмотр… Только когда врач скажет, что с вами всё в порядке, я смогу успокоиться». "Вы проходили обследование?" Ребекка Квентин покачала головой. Она только вошла в смотровой кабинет вместе с врачом, когда медсестра вбежала, чтобы сообщить врачу о том, что Кристин Куинн потеряла сознание. Затем Кристин Куинн отправили в палату, а Ребекка оставалась рядом с Кристин, пока та не пришла в себя. Кристин нахмурилась и сказала: «Вам следует сначала пройти обследование!» Голос Ребекки слегка дрожал: «Моя ситуация не срочная, сейчас я просто хочу убедиться, что с тобой все в порядке». «Глупышка, чего мне беспокоиться?» В этот момент врач и медсестра толкнули дверь и вошли. Ребекка медленно ослабила хватку на руке Кристин, изо всех сил стараясь скрыть свою тревогу, и тихо сказала: «Сестрёнка, послушно иди на обследование, я подожду тебя снаружи…» Кристин Куинн перевезли из палаты в комнату, где проводилось мониторирование сердечного ритма. При ярком свете врач спросил Кристин Куинн: «Мисс Куинн, несколько лет назад вам сделали операцию по пересадке сердца, верно?» "Да." «Вы испытывали какие-либо симптомы отторжения за последние несколько лет?» «Нет, врачи, которые меня осматривали ранее, сказали, что мой организм идеально подходит для пересадки сердца». «Но в последнее время вы часто чувствуете стеснение в груди, верно?» «Да, я тоже чувствовала себя так сразу после операции, но в последние два года это стало происходить чаще, особенно в последнее время, иногда я даже чувствую боль в сердце, как вот сейчас». «Мисс Куинн, согласно последним данным УЗИ XIV, у вас могут быть проблемы с сердцем, связанные с отторжением…» "Что?" Как только врач вышел из смотрового кабинета, Ребекка подошла поздороваться с ним. «Доктор, как моя сестра?» Врач снял маску и спокойно ответил: «Мисс Куинн не представляет большой опасности… Ее учащенное сердцебиение, стеснение в груди и периодические боли в сердце — это последствия операции по пересадке сердца, проведенной несколько лет назад, которые испытывают все пациенты после пересадки сердца, поэтому вам не о чем беспокоиться». Ребекка тут же вздохнула с облегчением и улыбнулась: «Спасибо, доктор, что вы сказали, что мне стало легче». Доктор кивнул и ушел. Ребекка радостно вошла в палату. Кристин Куинн, после завершения внутривенного введения жидкости, уже встала с больничной койки. Войдя в палату, Ребекка крепко обняла Кристин, со слезами радости на глазах воскликнув: «К счастью, с тобой все в порядке…» Кристин, тоже улыбаясь, прислонилась к плечу Ребекки и мягко упрекнула ее: «Я же говорила, что ты просто из-за пустяков переживаешь…» «Мисс Куинн, результаты обследования будут готовы только завтра, пожалуйста, приходите в больницу тогда же». «Доктор, мое состояние очень серьезное?» «Сейчас мы не можем дать точный ответ, нам придётся дождаться выхода конкретного отчёта об экспертизе». «Если пересаженное сердце начнет проявлять признаки отторжения, что со мной будет?» «Итак, мисс Куинн, в целом, в течение года после операции по пересадке сердца организм иммунологически предотвращает отторжение, и если в последующие годы отторжения не происходит, мы можем в основном утверждать, что ваша операция по пересадке сердца прошла успешно. Однако ваши нынешние симптомы — сердцебиение, стеснение в груди и боль в сердце — нельзя полностью объяснить последствиями пересадки сердца… Поэтому нам необходимо дополнительно выяснить, были ли какие-либо недостатки в вашей предыдущей операции по пересадке сердца, и если были, мы все еще можем провести хирургическое вмешательство. Однако, если это связано с тем, что ваша собственная иммунная система не может принять имплантированное сердце, ситуация будет гораздо серьезнее, чем я предполагал». «Что означает выражение „гораздо более серьёзные“?» «Это означает, что если ваш организм продолжает испытывать симптомы отторжения после нескольких лет совместимости с пересаженным сердцем, это указывает на то, что ваш собственный организм не способен принять пересаженный орган, и тогда любая будущая операция по пересадке сердца будет просто бесполезной». «Доктор, если ситуация действительно такова, как вы говорите, и я не смогу перенести еще одну операцию по пересадке сердца в будущем, но при этом симптомы отторжения со стороны моего организма будут усиливаться, что в итоге со мной произойдет?» ---------- Глава 711-369: Дополнительно: Больше не могу быть сильным перед тобой (2) "Смерть." "Смерть?" «Да, сильное отторжение лишь ослабит ваше сердце, пока… не наступит смерть». Кристин Куинн откинулась на спинку стула, ее лицо было слегка бледным, и она была погружена в свои мысли. Ребекка Квентин разговаривала по телефону с Говардом Джеффри, и на ее лице не было и следа волнения. Бип-бип— Телефон соединился всего через пару гудков на другом конце линии. Ребекка Квентин не смогла сдержать радости и нетерпеливо сказала Говарду Джеффри на другом конце провода: «Дорогой, помнишь хорошие новости, о которых я тебе рассказывала раньше? Я хочу, чтобы ты вернулся сейчас, я хочу поделиться этим…» Не успела она договорить, как с другой стороны раздался приятный и уважительный голос: «Прошу прощения, мэм, президент сейчас на совещании и не взял с собой телефон…» Услышав голос Кэтрин Свифт по телефону, Ребекка Квентин слегка прикусила губу и тепло поздоровалась: «Здравствуйте, помощница Свифт». Кэтрин Свифт продолжила: «Если вам нужно, мадам, я могу прямо сейчас передать телефон президенту». Голос Ребекки Квентин немного поуныл: «Неважно… просто попроси Говарда перезвонить мне после встречи». "Хорошо." "До свидания." Закончив разговор, Ребекка Квентин тихо вздохнула, положила телефон обратно в сумку и пробормотала: «Раздражает… неужели он не может просто оставить телефон у помощницы по связям с общественностью на время совещания?» Откинувшись на кожаное сиденье, Ребекка Квентин надула губы: «Разве помощница по связям с общественностью не должна быть в отделе по связям с общественностью? Почему же она сейчас в кабинете президента?» В голосе Ребекки Квентин слышалась зависть. «Сестра, мне всегда казалось, что с этой Кэтрин Свифт что-то не так. Хотя она изо всех сил старается показать, что они с Говардом Джеффри всего лишь начальник и подчиненный, всякий раз, когда я навещаю компанию, я замечаю что-то необычное в том, как они обмениваются взглядами. Это необычное чувство похоже на негласное взаимопонимание или фамильярность… в любом случае, Кэтрин Свифт не внушает мне оптимизма». "Сестрёнка, сестрёнка…" После того как Ребекка Квентин несколько раз безуспешно пыталась поговорить сама с собой, она наконец заметила, что Кристин Куинн погружена в свои мысли. "Сестра!!" «Э-э, Бекка». Ребекка Квентин помахала рукой перед Кристин Куинн: «Ты в порядке?» Кристин Куинн покачала головой, очнувшись от оцепенения: «Я в порядке». «О чём ты только что думал?» "Ничего!" «Вы явно были… вы не ответили, когда я с вами разговаривал». Кристин Куинн тихонько усмехнулась: «Я вас услышала. Вы сказали, что чувствовали некую фамильярность и негласное взаимопонимание между Кэтрин Свифт и Говардом Джеффри, которые вас смущали». Ребекка Квентин слегка прикусила губу и пробормотала: «Это не совсем дискомфорт. Я знаю, что между Говардом и ней ничего нет, по крайней мере, Говард ничего о ней не подумает… Я просто…» Ребекка замялась, не в силах выразить свои мысли. Кристин Куинн подхватила ее слова: «Просто когда женщина видит любимого мужчину с другой женщиной, она всегда испытывает некоторое чувство дискомфорта, даже если полностью доверяет своему мужчине». Ребекка Квентин улыбнулась и кивнула: «Точно, я чувствую то же самое». Кристин Куинн смотрела на лицо Ребекки Квентин, озаренное улыбкой, и молча наблюдала, как уголки ее собственных губ постепенно расплылись в улыбке. Чувствуя себя неловко под взглядом сестры, Ребекка Квентин покраснела и спросила: «Почему ты так на меня смотришь?» Кристин Куинн тихо вздохнула: «Я искренне завидую той жизни, которую ты сейчас ведёшь». Ребекка Квентин обняла Кристин Куинн: «Ты единственная, кто готова выслушать мои разговоры о таких мелочах в моей жизни с Говардом». На бледном лице Кристин Куинн появилась легкая улыбка: «Я мечтаю быть похожей на тебя, найти того, кого я люблю и кто любит меня, чтобы мои дни были посвящены ему, чтобы я делилась с ним радостями, находила в нем утешение, когда мне грустно, и чтобы, независимо от трудностей, одна только мысль о том, что он рядом, дарила чувство покоя. А самое главное, чтобы иногда можно было ревновать, ссориться с ним и наслаждаться тем, как он тебя поддерживает и успокаивает». «Сестра, ты такая замечательная, если хочешь, Говард может познакомить тебя с талантливыми молодыми людьми, которыми он восхищается. Тебе не нужно проживать дни, которые не приносят тебе счастья, как сейчас». «Бекка, знаешь что? Счастлива я или нет, мне больше всё равно, потому что я давно знаю, что никогда не буду счастлива в этой жизни». "Сестра…" "Хорошо, Бекка, мы почти дома. Я не хочу вызывать у тебя никаких грустных эмоций…" На диване Эндрю смотрел в глаза, такие же красивые, как у отца, и серьезно спрашивал: «Тетя, мама может подарить мне младшую сестру?» Кристин Куинн кивнула: «Конечно, если твои папа и мама будут стараться чуть больше…» «Мамочка, я хочу младшую сестричку». Сидя на коленях у Ребекки Квентин, Эндрю невинно произнес это, повернув голову, чтобы посмотреть на свою покрасневшую мать. Ребекка Квентин крепко обняла малыша, сидевшего у нее на коленях, а затем прошептала ему несколько слов на ухо. Малышка уверенно кивнула, явно довольная ответом, и наконец зацепила мизинцами Ребекку Квентин. Ребекка Квентин, как ребенок, схватила Эндрю за мизинцы, затем засмеялась и поцеловала нежную щеку малыша. Кристин Куинн улыбалась, наблюдая за милой парой матери и ребенка, и в ее душе разлилось горько-сладкое чувство. По её воспоминаниям, у неё редко бывали такие нежные моменты с Мари… Мари очень зависела от неё, но это было потому, что Мари воспитывалась ею, и такая зависимость объяснялась просто тем, что она была её мамой. На самом деле, она не была хорошей матерью; большую часть времени она посвящала тому, чтобы учить своего ребёнка стойкости и силе духа, редко проявляя к ней такую ​​нежность. Она не знала, представится ли ей когда-нибудь возможность так тесно общаться со своим ребёнком… Наверху Кристин Куинн пошла в свою комнату, чтобы узнать, работает ли Мари над своими летними заданиями. В тот момент, когда она открыла дверь, комнату наполнил гармоничный смех отца и дочери. Кристин Куинн оглянулась. Она увидела, как Скайлер Джонс с любовью держит Мари на коленях, щекоча ей шею своей щетиной, а Мари извивается в его объятиях, безудержно хихикая… Связь между отцом и дочерью всегда была очень крепкой. Все эти годы она видела его лицо, залитое улыбкой, только когда он был с Мари, и его улыбка всегда была такой теплой, но теперь она больше никогда не увидит ее. Кристин Куинн молча вышла из комнаты и необъяснимым образом почувствовала, как на глаза навернулись слезы. Это был первый раз, когда Скайлер Джонс обедал в особняке Джонса. Миссис Джеффри лично приготовила множество блюд, многие из которых Скайлер Джонс очень любил в детстве. ---------- Главы 712–370: Дополнительно: Скайлер Джонс приглашает её на свидание. Как оказалось, Скайлер Джонс — человек, который не любит менять свои вкусы; даже спустя более двадцати лет эти блюда ему по-прежнему нравятся. Несмотря на то, что Скайлер Джонс мало говорил, миссис Джеффри была очень довольна и постоянно подавала ему еду. Скайлер Джонс не отказал, что принесло миссис Джеффри чувство облегчения. В целом, всем очень понравилась еда. После ужина Говард Джеффри отвел свою любимую жену, у которой были хорошие новости, в их номер, а Мари и Эндрю попросили Скайлера Джонса стать лидером детей и поиграть с ними… Таким образом, в столовой остались только миссис Джеффри и Кристин Куинн. Внезапно — лязг Раздался звук разбивающейся тарелки. Это мгновенно привлекло всеобщее внимание. Оказалось, что Кристин Куинн несла из кухни тарелку с нарезанными фруктами, но случайно, не сумев её удержать, разбила тарелку. «С тобой все в порядке?..» — миссис Джеффри быстро подошла к Кристин Куинн и мягко упрекнула ее: «Я же говорила тебе не приносить фрукты; слуги могли бы это сделать…» Кристин Куинн присела на корточки, чтобы поднять осколки стекла, и с улыбкой сказала: «Я просто принесла фрукты, ничего тяжелого, но я такая неуклюжая; я даже тарелку с фруктами не смогла удержать…» Миссис Джеффри поспешила помочь Кристин Куинн подняться: «Перестань убирать… пусть слуги уберутся». Кристин Куинн встала и собиралась выбросить подобранные осколки стекла в мусорное ведро, но случайно порезала руку одним из них. Из раны на руке тут же хлынула кровь. Увидев это, миссис Джеффри очень забеспокоилась и быстро позвала слуг. Вскоре прибыли слуги с простым медицинским набором, чтобы перевязать и продезинфицировать рану Кристин Куинн. И эту сцену, где Кристин Куинн получает травму, невольно увидела Скайлер Джонс, которая играла в коридоре с двумя детьми. Кристин Куинн вернулась в свою комнату, готовая принять душ, а позже пойти в комнату Мари, чтобы поговорить с дочерью, но в тот момент, когда она раздевалась, неожиданно вошла Скайлер Джонс. Кристин Куинн только что разделась до нижнего белья, когда увидела Скайлер Джонс. Она тут же приподняла одежду и нахмурилась, глядя на наглую незнакомку. Скайлер Джонс встал перед Кристин Куинн, его проницательный взгляд был прикован к ее раненой руке, а в уголке рта задержалась холодная улыбка: «Чтобы завоевать чужое сочувствие, ты предпочитаешь получить незначительную травму; ты поистине расчетлива». Кристин Куинн нахмурила брови: «Что вы имеете в виду?» «Разве ты не намеренно причиняешь себе боль на глазах у моей мамы, чтобы она больше ценила тебя как свою „невестку“?» В его словах всегда чувствовалась острота. В её сердце ещё ощущалась слабая боль, исходящая как от раны, так и от самого сердца. Слова врача эхом отдавались в ее ушах… Действительно, сильное отторжение лишь ослабит ваше сердце, что в конечном итоге приведет к смерти. Результаты станут известны завтра, и то, с чем ей, возможно, придётся столкнуться, вполне может быть… Кристин Куинн внезапно почувствовала сильную усталость. Все эти годы ей никогда не нужно было сохранять перед ним свою гордость. Почему её должно волновать, как он её воспринимает? — подумала она. — Для человека, которому никогда не было до неё дела, почему её это должно волновать? Изначально Кристин Куинн намеревалась ответить на провокацию Скайлер Джонс так же, как и раньше, но в тот момент предпочла молчание. Увидев, как Кристин Куинн подняла пижаму и повернулась к ванной, Скайлер Джонс быстро закрыл дверь ванной рукой, прищурив глаза и пристально глядя на нее: «Это на тебя не похоже, не говоришь ни слова в свою защиту». Кристин Куинн ничего не сказала, просто оттолкнула руку Скайлер Джонс и направилась прямо в ванную. Скайлер Джонс, естественно, не последовал его примеру, но поведение Кристин Куинн сегодня его озадачило. Потому что во время ужина он уже заметил, что она весь вечер была рассеяна, из-за чего даже не могла удержать тарелку с фруктами. Поняв, что он следит за ее душевным состоянием, Скайлер Джонс раздраженно ударила кулаком по боковой стороне двери ванной комнаты и ушла. На следующий день. Рано утром Кристин Куинн отправилась в больницу одна. Врач, держа в руках протокол осмотра, сидел напротив Кристин Куинн с довольно мрачным видом. Увидев выражение лица врача, Кристин Куинн уже догадалась о результатах анализа. Врач с сожалением сказал ей: «Мисс Куинн, надеюсь, вы морально подготовитесь; отторжение со стороны вашего организма не связано с операцией, это происходит по вине вашего собственного организма, поэтому…» "Неужели я действительно умру?" Доктор с сожалением покачал головой. Кристин Куинн крепко вцепилась в стул, слегка прикусив нижнюю губу. Спустя несколько секунд она взяла себя в руки и спокойно приняла результаты осмотра, переданные ей врачом. ---------- Глава 713-370: Дополнительно: Скайлер Джонс приглашает её на свидание_2 Кристин Куинн опустила глаза, чтобы взглянуть на протокол осмотра, и черные печатные слова заставили ее руку дрожать, потому что в отчете четко говорилось… Пересаженное сердце могло прослужить еще только год. Иными словами, через год она умрет. После того как врач подтвердил, что ей, возможно, остался всего год жизни, Кристин в отчаянии бродила по оживленным улицам. Слёзы не переставали литься; она плакала и шла, но ни разу не зарыдала вслух. Многие люди на улице наблюдали за ней, некоторые даже подходили, чтобы спросить, нужна ли ей помощь, но она всем отказывала, качая головой. Наконец, она села на длинную деревянную скамейку у улицы и рассеянно оглядела весь мир. Постепенно слезы прекратились; наконец, она выбросила протокол обследования в ближайшую мусорную корзину, встала и поймала такси. Вернувшись домой, Кристин столкнулась с Ребеккой Квентин, спускавшейся сверху. «Сестрёнка, куда ты ходила сегодня утром? Я нигде не могла тебя найти». «О, я поехал в центр города». "Для чего-то важного?" «Нет, я поехал в Нью-Йорк навестить друга». "Ой." «Вам что-нибудь нужно?» Выражение лица Ребекки Квентин сменилось на яростное: «Хм, терпеть не могу Говарда Джеффри!!» Кристин тихонько рассмеялась: «Что случилось?» Ребекка Квентин схватила Кристин за руку, сутулилась и, надувшись, села на диван, сердито пожаловавшись: «Всё из-за Кэтрин Свифт… Знаешь что? Вчера вечером, пока Говард Джеффри принимал душ, мне было скучно, и я играла с его телефоном. Кто бы мог подумать, что я увижу сообщение от Кэтрин Свифт… В сообщениях она обращается к нему как к «Джеффри», хотя содержание касалось работы. Такое близкое обращение — это совсем не то, как подчиненный обращается к начальнику; думаю, у этой Кэтрин Свифт есть какие-то проблемы». «Женская интуиция обычно верна; услышав ваши слова, я также считаю, что Кэтрин Свифт, возможно, действительно не самый простой человек». «Но Говард Джеффри никак не хочет мне рассказать, кто такая Кэтрин Свифт, хотя я и так понимаю, что их отношения далеки от просто отношений начальника и подчиненной». «Что вы планируете делать?» Ребекка Квентин сердито выпалила: «Я выгнала кого-то из комнаты прошлой ночью». Кристин поджала губы и улыбнулась: «Похоже, ты еще не сообщила ему хорошие новости». Ребекка Квентин фыркнула: «Если он не объяснит, кто такая Кэтрин Свифт, то пусть и забудет о том, чтобы снова заходить в мою комнату». «Хорошо, тот, кто должен объяснить, уже здесь». Кристин, улыбаясь, поднялась и обернулась, увидев Говарда Джеффри, который, сам того не зная, уже прошел совсем рядом с ними. Увидев Говарда Джеффри, Ребекка Квентин в гневе отвернула голову. Кристин кивнула Говарду Джеффри в знак приветствия, а затем тихо удалилась, понимая, что это всего лишь неприятная ссора между молодой парой. Расспросив горничную и узнав, что Мари и миссис Джеффри были вместе, Кристина вернулась в комнату одна. Войдя в комнату и увидев пустую кровать, Кристин обнаружила, что Скайлер Джонс уже встала, что наконец-то заставило ее вздохнуть с облегчением, и она устало прислонилась к дверному полотну. Глаза у нее оставались сухими, но в голове постоянно прокручивались слова доктора… Тук-тук. Стук в дверь прервал ее размышления. Поспешно вытерев едва заметные слезы с уголков глаз, она повернулась, чтобы открыть дверь комнаты. Посетителем был Скайлер Джонс. Неожиданно, увидев его в тот же миг, она невольно расплакалась. Скайлер Джонс, похоже, тоже не была готова к тому, что она так внезапно расплачется. В его памяти она редко плакала; создавалось впечатление, что только перед операцией Мари волновалась и плакала, и он почти не видел, чтобы она снова плакала. Кристин Куинн, которая никогда не позволяла себе проявлять слабость, в этот момент не смогла себя контролировать. Слезы, словно поток, прорвавший плотину, непрерывно текли из ее глаз. Ее рука крепко сжимала дверь, она изо всех сил пыталась подавить глубокую тяжесть чувств, но слезы не слушались. Эта Кристин Куинн несколько озадачила Скайлер Джонс. Он и представить себе не мог, что однажды увидит её с заплаканным лицом, смотрящей на него… и что его сердце, несмотря ни на что, будет биться чаще. Наконец осознав, что у нее нет причин плакать перед ним, Кристин Куинн поспешно вытерла слезы с глаз и щек, открыла дверь и впустила его. "Что с тобой случилось?" Скайлер Джонс небрежно спросила. Кристин Куинн подошла к окну от пола до потолка, посмотрела на пейзаж за стеклянной занавеской и спокойно ответила: «Со мной все в порядке». Скайлер Джонс подошла сзади к Кристин Куинн и сказала: «Вы выглядите неважно». «Я просто подумала о своей маме». «О, а у вас всё ещё есть право думать о ней?» — голос Скайлер Джонс внезапно стал саркастическим. Плечи Кристин Куинн внезапно задрожали. Скайлер Джонс насмешливо рассмеялась: «Человек, косвенно причастный к смерти ее матери, какое право он имеет думать о ней?» «Если хочешь что-нибудь взять из комнаты, сделай это быстро и выйди, как только закончишь. Мне бы хотелось побыть одному». «Хорошо, нам нужно кое-что с вами обсудить». "Продолжать." «Завтра вечером состоится аукцион ювелирных изделий, и мне нужно, чтобы ты пришла со мной в качестве спутницы». Кристин Куинн обернулась, нахмурилась, глядя на Скайлера Джонса: «Я правильно услышала? Ты хочешь, чтобы я была твоей спутницей?» «Завтра в Нью-Йорке состоится ювелирный аукцион, Эллендер тоже там будет. Вы же знаете, что Эллендер — новый директор по международному бизнесу, он сменил Робинсона. Для нового проекта в Нью-Йорке мне нужно его поприветствовать… Черт возьми, этот аукцион — «Женский вечер», поэтому мне нужна спутница, а у нас есть чувствительная, обожающая новости дочка, я не хочу, чтобы наша малышка увидела меня в газете с другой женщиной и расстроилась». «Хорошо, приготовь платье, я пойду с тобой завтра». «Отлично, ты не будешь одна, Говард Джеффри возьмет с собой и Бекку». Кристин Куинн слегка кивнула: «У меня нет возражений». Затем Скайлер Джонс повернулся и ушел. Кристин Куинн с холодным видом проводила Скайлера Джонса до двери, и вдруг, когда он уже собирался переступить порог, она неудержимо вскрикнула. «Подожди, Лин… Скайлер Джонс». Даже Кристин Куинн удивилась, она по-прежнему обращалась к нему, как и прежде. К счастью, она не выставила себя дурой. Скайлер Джонс обернулась и равнодушно посмотрела на нее. Кристин Куинн на секунду замешкалась, затем медленно подошла к Скайлер Джонс, глубоко вздохнула и мягко спросила: «Можно задать вам вопрос?» В голосе Скайлер Джонс звучало легкое нетерпение: «Продолжай». Кристин Куинн опустила голову и медленно спросила: «Если бы шесть лет назад Говард Джеффри не нашел способ спасти меня, вы бы смотрели, как я умираю?» ---------- Главы 714–371: Дополнительно: Он явно ревнует «Оказывается, вы живы и здоровы». "Я имею в виду, если…" Спустя столько лет Кристин Куинн впервые подняла глаза, встретилась взглядом с темными глазами Скайлер Джонс и серьезно спросила: «Ты просто будешь смотреть, как я умираю?» Он решил поступить с ней жестоко. "Это верно." Кристин Куинн глубоко вздохнула, чтобы подавить боль в сердце, кивнула себе, но его ответ задел ее глаза. Она опустила голову, не желая, чтобы он увидел её уязвимое лицо, и снова спросила: «А как насчёт сейчас? Если у меня сейчас проблемы с сердцем, ты всё равно предпочтёшь просто наблюдать за моей смертью, верно?» Скайлер Джонс в очередной раз выбрала жестокость. Он прищурился, внимательно разглядывая ее бледное лицо, и изогнул губы в улыбке: «Все эти годы, каждый раз, когда я работал на М, меня преследовала мысль разорвать тебя на куски… Так что, как ты думаешь, что бы я выбрал?» Кристин Куинн крепко прикусила бледные губы, повернула голову в сторону, словно сдерживая эмоции, и через несколько секунд снова кивнула: «Спасибо, что ответили». Скайлер Джонс внезапно схватил Кристин Куинн за худые плечи, повернул ее к себе лицом и, стиснув зубы, выпалил: «В будущем тебе лучше перестать задавать мне эти глупые вопросы, потому что я боюсь, что не смогу сдержаться… Ты должна знать, я никогда не поднимаю руку на женщин». «Я не буду спрашивать… Я больше никогда не буду тебя спрашивать». Никогда больше… Скайлер Джонс кивнула и безжалостно оттолкнула Кристин Куинн, после чего вышла из комнаты. Кристин Куинн рухнула на край кровати, глаза быстро затуманились, но она не позволила слезам потечь… В конце концов, она горько рассмеялась. "Мамочка!!" Мари, играя в саду со своим младшим братом, увидела приближающуюся маму и тут же радостно подбежала к ней. Кристин Куинн обняла дочь и мягко упрекнула: «Посмотри на себя, такая большая, а всё ещё играет как ребёнок, вся в поту». Говоря это, она нежно вытерла пот со лба дочери. «Мама, мне ещё нет и двенадцати, если быть точным, я ещё ребёнок». Кристин Куинн тихонько усмехнулась: «Не знаю, на кого ты похожа, такая остроязычная». Мэрилин Куинн усадила маму на плетеное кресло в саду, прислонилась к ее плечу и довольно сказала: «Мамочка, я так счастлива сейчас, когда вы с папой обо мне заботитесь, я самый счастливый ребенок на свете». «Мари, ты помнишь, что мама тебе чаще всего говорит?» Мэрилин Куинн кивнула: «Я помню. Мама, ты говорила мне, что я должна научиться быть сильной, что я никогда не должна сдаваться перед трудностями». «Хм, молодец, даже если мамы нет рядом, ты должна продолжать вдохновлять себя таким образом». Мэрилин Куинн наклонила голову и спросила: «Почему мама не рядом со мной?» Кристин Куинн ответила с улыбкой: «Люди всегда сталкиваются с рождением, старением, болезнями и смертью; однажды мама тебя покинет…» Мэрилин Куинн протянула руку и обняла Кристин Куинн: «Я хочу остаться с мамой и папой, пока вы оба медленно стареете». "Хм." P.S.: Следующий пункт программы — посещение банкета, это очень интересно. Красота Кристин Куинн общепризнана, поэтому, когда она нанесла немного макияжа и надела благородное и элегантное платье, она сразу же вызвала волну восхищения у окружающих. Даже Говард Джеффри, увидев ее, не смог сдержать одобрительного кивка. Однако Кристин Куинн чувствовала себя несколько некомфортно, особенно из-за глубокого выреза платья, который ей показался неудобным. В конце концов, у неё не было пышной груди… Скрепя сердце, она с трудом сдерживала желание приподнять платье с глубоким вырезом, постоянно глубоко дышала и выпрямлялась, чтобы жемчужно-белое атласное платье не слишком сильно обнажало фигуру из-за отсутствия «поддержки». Скайлер Джонс вернулась в неустановленное время… Войдя, он сразу же увидел Кристин Куинн, ожидающую его в холле виллы. Кристин Куинн, неловко поправляя платье, вдруг увидела Скайлера Джонса и, подумав о том, как это платье подчеркивает ее не слишком пышную фигуру, не смогла сдержать румянец перед ним. Скайлер Джонс лишь равнодушно взглянул на Кристин Куинн, явно не заметив её пышных форм и не будучи очарован её пленительной красотой, и, как обычно, спросил: «Вы переоделись?» Кристин Куинн изначально хотела упомянуть Скайлеру Джонсу о слишком глубоком вырезе платья, но, увидев слегка нетерпеливое выражение его лица, в конце концов ей пришлось просто кивнуть. Скайлер Джонс кивнула в ответ, повернулась и ушла: «Тогда пошли!» Сегодня вечером ее наряд был без тени комментария, и он не испытывал никаких необычных эмоций, глядя на нее так, словно она ему не интересна, всегда такая холодная и безразличная. ---------- Глава 715-371: Дополнительная история: Он явно ревнует (2) Хотя она и не обращала внимания на его безразличие, сегодня это все равно немного ранило. Возможно, когда тело становится слабым, сердце тоже начинает ослабевать… Думая о Мари, Кристин Куинн глубоко вздохнула, затем приподняла подол своего платья и шагнула вперед, чтобы догнать Скайлер Джонс. Выйдя из виллы и сев в машину, Кристин Куинн, чтобы избежать неловкости от того, что ей придется остаться наедине со Скайлер Джонс в купе, постоянно смотрела в окно. За рулём находился Скайлер Джонс, машина плавно двигалась по дороге в сторону города. В купе витал едва уловимый аромат ее духов и его приятный мужской запах, позволяя им обоим чувствовать присутствие друг друга, но атмосфера была зловеще холодной. Наконец Кристин Куинн нарушила молчание: «А вообще… вы когда-нибудь задумывались о том, что вы уже не молоды и вам следует найти человека, с которым вы проведете всю жизнь?» Бросив косой взгляд на Кристин Куинн, которая разглядывала пейзаж за окном, Скайлер Джонс холодно парировала: «А когда мои дела вообще нуждались в вашем внимании?» Кристин Куинн медленно повернула голову, глядя на бесстрастное лицо Скайлер Джонс, и спокойно произнесла: «Я думаю только о Мари». Увидев, что Скайлер Джонс не отвечает, Кристин Куинн продолжила: «У вас много работы, вы не всегда можете заботиться о ребенке, а Мари находится на самом важном этапе своей жизни, ей нужна терпеливая мать, которая будет направлять ее». «Ваши слова подразумевают…» «Мы уже подписали соглашение, разводимся через полгода, и при разводе обязательно поднимем вопрос опеки над ребенком… Я смирилась с этим, я не буду бороться с тобой за опеку, но я не хочу, чтобы Мари осталась без должного ухода из-за того, что ты занята работой». Скайлер Джонс слегка повернул лицо, на секунду его темные глаза остановились на Кристин Куинн: «Сегодня солнце словно восходит с запада, разве ты не говорила мне, что ни при каких обстоятельствах не откажешься от опеки над Мари?» «Поэтому я и говорю тебе, что смирилась… Я знаю, что Мари лучше следовать за тобой, чем за мной». Она всегда это понимала, но Мари воспитывалась ею, и она не могла смириться с тем, что ребенок покинет ее, но теперь… у нее не было другого выбора, кроме как согласиться. «Хорошо, что ты понимаешь, через полгода я дам тебе денег, считай это расходами на воспитание ребенка». «Делайте, что хотите… Я лишь надеюсь, что вы хорошо позаботитесь о Мари». «Я… я даже заставлю её забыть тебя». «Хорошо, если ты сможешь это сделать, заставь её забыть меня!» Она всё ещё волновалась: если ей действительно придётся покинуть этот мир, её глупая дочь будет безутешна… но если он сможет заставить Мари забыть её, она хотя бы сможет уйти без всяких привязанностей. Скайлер Джонс подумала, что слова Кристин Куинн были сказаны в гневе, не удержалась от усмешки и ничего не ответила. Кристин Куинн, идя под руку со Скайлер Джонс, вошла в банкетный зал. Зал был наполнен ароматом одежды и блеском косметики, создавая атмосферу светских раутов. В прошлом, когда Кристин Куинн «была вместе» с Говардом Джеффри, она часто сопровождала его в качестве компаньонки, поэтому подобные сцены для нее не были чем-то новым, однако сейчас она так нервничала, что у нее даже вспотели ладони. Впервые за время знакомства со Скайлером Джонсом она посетила подобное публичное мероприятие, выдав себя за его партнершу. «Мистер Джонс…» «Добро пожаловать, мистер Джонс, спасибо, что пришли…» «Мистер Джонс, давно не виделись…» «Мистер Джонс, в прошлый раз в городе Y у нас не было возможности выпить, сегодня вечером мы, пожалуй, выпьем пару бокалов…» Несколько деловых знакомых, знавших Скайлера Джонса, тут же подошли к нему в очках. Скайлер Джонс вежливо пообщался с ними и тем временем представил Кристин Куинн, стоявшую рядом с ним. «Моя спутница, Кристин Куинн». Их взгляды уже упали на потрясающе красивую Кристин Куинн; даже когда Скайлер Джонс представила её, никто из них не смог прийти в себя. Кристин Куинн вежливо поздоровалась со всеми: «Здравствуйте». Наконец, джентльмены пришли в себя и единодушно похвалили: «У мистера Джонса такой хороший вкус, а его спутница поразительно красива». Скайлер Джонс, естественно, крепко обнял Кристин Куинн, повернув голову, и в его глубоких глазах читалась неподдельная нежность. Один из мужчин пристально разглядывал Кристин Куинн и неуверенно произнес: «Но вы же похожи на…» «Я сестра Ребекки Квентин». "Точно, точно… Я всё думала, почему вы так похожи на леди Джеффри, оказывается, вы сёстры!" Кристин Куинн улыбнулась и кивнула: «Сегодня вечером я просто хочу, чтобы Скайлер сфотографировал для меня украшения, поэтому я пришла в качестве его спутницы». Когда Кристин Куинн это сказала, глаза джентльменов загорелись, и один из них снова произнес: «Итак, мисс Куинн, вы и мистер Джонс…» «Мы просто хорошие друзья», — естественно ответила Кристин Куинн. Пока джентльмены ликовали, кто бы мог подумать, что Скайлер Джонс крепко обнимет Кристин Куинн, неловко улыбнется и добавит: «Я активно за ней ухаживаю…» "Ха-ха…" Джентльмены рассмеялись, не осмеливаясь больше пытаться завязать отношения с Кристин Куинн, поскольку слова Скайлера Джонса, казалось, окончательно завладели ею. Кристин Куинн притворилась застенчивой, улыбаясь, и в глубине души восхищалась превосходным актерским мастерством Скайлер Джонс. Несмотря на глубокую неприязнь к кому-либо, он всё же мог проявлять признательность и привязанность; неужели все бизнесмены обладают такой глубиной? Скайлер Джонс держал в руке бокал вина, наблюдая за прибывшим новым министром торговли. Кристин Куинн не заметила взгляда Скайлер Джонс и задумалась: «Почему я не видела Говарда Джеффри и Бекку?» «Очевидно, сегодня вечером они не придут». «Как такое может быть? Разве Говард Джеффри не заинтересован в этом проекте?» «Думаю, теперь их больше интересует свести нас с тобой». Он посмотрел на Кристин Куинн, а затем улыбнулся новоприбывшему министру торговли, идущему к нему навстречу. Кристин Куинн не поняла слов Скайлер Джонс, а затем увидела приближающуюся впечатляюще высокую фигуру. «Преемник Робинсона, новый министр торговли, иностранный гражданин «Цветочного королевства», Джонатан Гибсон». Джонатан Гибсон? Услышав это имя, Кристин Куинн внезапно подняла взгляд, и ее глаза встретились с глазами вошедшей. Увидев его, Кристин Куинн слегка задрожала, а Джонатан Гибсон тоже заметно замер, увидев Кристин Куинн. Изначально Скайлер Джонс планировал познакомить Джонатана Гибсона с Кристин Куинн, но, заметив их реакцию при встрече, слегка нахмурил брови и взглянул на Джонатана Гибсона: «Знакомы?» Внимание Джонатана Гибсона уже было слишком занято, чтобы обращать внимание на Скайлер Джонс, и он с недоумением воскликнул: «Кристин?» ---------- Глава 716-372: Дополнительно: Преднамеренное унижение её Кристин Куинн тоже не могла поверить своим ушам, пока не услышала знакомый голос, который, казалось, принадлежал прошлому, и вдруг улыбнулась, радостно выкрикнув: «Джонатан». В следующую секунду Джонатан Гибсон протянул руку и обнял Кристин Куинн. Скайлер Джонс прищурился, наблюдая за разворачивающейся перед ним сценой. Несколько представителей СМИ, находившихся неподалеку и ставших свидетелями этой поразительной сцены, тут же начали щелкать фотоаппаратами… Кристин Куинн тоже обняла Джонатана Гибсона, прижавшись к нему так, словно доверяла ему с детства, и ее голос мгновенно дрогнул: «Джонатан, давно не виделись…» «Я совершенно не ожидал, что моя спутница будет знакома с новым директором по бизнесу. Мне бы тоже повезло!» Услышав голос Скайлер Джонс, Джонатан Гибсон медленно отпустил Кристин Куинн. Как раз когда он собирался радостно объяснить Скайлер, он услышал, как она сказала: «Жена, ты собиралась сделать мне сюрприз?» Светло-фиолетовое платье прекрасно подчеркивало очаровательное лицо и изысканную фигуру Кристин Куинн, а также выделяло ее слегка бледный цвет лица. В другом конце зала Скайлер Джонс, одетый в элегантный черный костюм, оживленно беседовал с несколькими деловыми партнерами в окружении шумной толпы. Он выглядел настолько бодрым, что едва не заметил Кристин Куинн, подошедшую к бару. В баре, как раз когда Кристин Куинн попросила бармена принести ей стакан воды, она почувствовала резкую боль в сердце, прежде чем успела сделать глоток. «Кристин». Высокий и утонченный Джонатан Гибсон подошел к ней, его голос был таким же мягким и вежливым, как всегда. Кристин Куинн подняла глаза и, увидев Джонатана Гибсона, выдавила из себя улыбку. Она не видела его много лет. «Джонатан». «Что случилось? Ты плохо выглядишь, тебе некомфортно?» — с беспокойством спросил Джонатан Гибсон. Будучи доверенным директором по международным продажам, Джонатан Гибсон не обращал внимания на любопытные взгляды окружающих, приближаясь к прекрасной женщине. «Ничего страшного, я просто немного устала от высоких каблуков». Кристин Куинн выдавила из себя улыбку. Хотя она настаивала, что это «ничего страшного», на лбу Кристин Куинн выступил пот, и еще одна волна боли пронзила ее грудь, заставив ее тут же нахмуриться. «Вы выглядите неважно…» — выражение беспокойства на лице Джонатана Гибсона было искренним и неподдельным. — «Как насчет того, чтобы немного присесть и дать вашим ногам отдохнуть, пока мы поговорим?» Бог знает, как сильно он хотел поговорить с ней после стольких лет разлуки. Тем временем, в другом конце зала, Скайлер Джонс внезапно взглянул в сторону угла, куда они направлялись. По большей части, казалось, он совсем не заметил Кристин Куинн, но при этом прекрасно осознавал каждое её движение. Они вдвоем сели в тихом уголке заведения. Боль в груди у Кристин Куинн утихла, и к ее лицу постепенно вернулся румянец. Джонатан Гибсон заказал у официанта стакан воды и подал один Кристин Куинн. "Спасибо." Джонатан Гибсон тихо рассмеялся: «Спасибо мне?» Кристин Куинн застенчиво улыбнулась. «Хильда упоминает о тебе каждый раз, когда видит меня. Жаль, что она ничего от тебя не слышала… Эта девочка очень по тебе скучает». Хильда… Её лучшая подруга, но они не общались много лет. Но она знала, что они по-прежнему остаются лучшими друзьями, даже если расстояние разделяет их, они навсегда останутся в сердцах друг друга. «Джонатан, как сейчас дела у Хильды?» «У неё всё хорошо. Она вышла замуж за моего друга по бизнесу, и их семья процветает». «Это замечательно. Она всегда говорила, что хочет стать леди, и теперь это сбылось». «А как насчет тебя?» — вдруг спросил Джонатан. — «Твое желание сбылось?» Её желание? Чтобы вылечить свою болезнь, заработать денег, чтобы ее мама могла жить нормальной жизнью, и найти мужа, который будет любить и ценить ее всю жизнь… Если бы Джонатан не упомянул об этом, она бы давно забыла, что когда-то у нее были такие желания. К сожалению, до сегодняшнего дня она так и не осуществила ни одного из своих желаний, и все остальные казались ей совершенно недостижимыми. Кристин Куинн слабо улыбнулась, взглянув на Скайлера Джонса, который поднимал бокал и оживленно беседовал с деловыми друзьями, и неторопливо и спокойно произнесла: «Видите ли, кроме смерти моей матери, я ни о чем не жалею в этой жизни». Проследив за взглядом Кристин Куинн, Джонатан посмотрел в её сторону и, после нескольких секунд молчания, спросил: «Это… тот, кого ты когда-то любила?» Кристин Куинн слегка кивнула. Джонатан слегка улыбнулся: «Я так и предполагал. Должно быть, он выдающийся человек. И действительно… мистер Джонс – поистине уравновешенный и исключительный человек». Произнося эти слова, Джонатан почувствовал заметную грусть. ---------- Глава 717-372: Дополнительно: Преднамеренное унижение (Часть 2) Кристин Куинн лишь рассмеялась и ничего не сказала. Джонатан Гибсон отпил глоток своего напитка и улыбнулся: «Я понятия не имел, что вы женитесь. Вам следовало бы сообщить мне, чтобы я мог присутствовать на вашем свадебном пиру». Кристин Куинн виновато улыбнулась: «Мы только зарегистрировали брак и еще не успели объявить об этом публично. Как только он спланирует свадьбу, я обязательно вас приглашу». «Хорошо», — сказал Джонатан Гибсон с улыбкой. "О ком вы говорите?" — Скайлер Джонс бесшумно появилась позади них, испугав их. Джонатан Гибсон обернулся, взглянул на Скайлера Джонса и рассмеялся: «Ты обсуждаешь, почему до сих пор не устроил Кристин пышную свадьбу». Скайлер Джонс обнял Кристин Куинн и вежливо сказал Джонатану Гибсону: «Свадьба еще планируется, пожалуйста, приходите пораньше, советник Гибсон». Увидев, как Скайлер Джонс нежно обнимает Кристин Куинн, Джонатан Гибсон встал и чокнулся с ней бокалом: «Тогда позвольте мне пожелать вам сто лет счастья и единства здесь». "Спасибо." Скайлер Джонс, естественно, выпила с Джонатаном Гибсоном, после чего Джонатан Гибсон ушел, предоставив им время и пространство наедине. После ухода Джонатана Гибсона Скайлер Джонс притянула Кристин Куинн к себе и села. Кристин Куинн неловко попыталась отстраниться от Скайлера Джонса, но он прошептал ей на ухо: «Все вокруг смотрят; наши „интимные отношения“ уже достоянием общественности, ты хочешь еще больше неприятностей?» Кристин Куинн беспомощно позволила Скайлер Джонс обнять себя и равнодушно спросила: «Когда мы сможем пойти домой?» Скайлер Джонс взяла стакан воды перед Кристин Куинн и сделала глоток: «У меня плохая устойчивость к алкоголю, после нескольких бокалов я уже чувствую себя опьяненной…» "Эй, это моя вода…" Скайлер Джонс уже выпила половину стакана. Кристин Куинн сердито посмотрела на него. Скайлер Джонс небрежно поставил стакан, повернулся к ней лицом и, рассматривая ее красивое лицо вблизи своими темными глазами, спросил: «Джонатан Гибсон — это тот, кого ты когда-то бросила ради меня?» «Я не хочу вспоминать прошлое». «Но, похоже, он хочет вместе с тобой предаться воспоминаниям…» «Скайлер Джонс, пожалуйста, поймите, что вы не имеете права вмешиваться в мои личные дела, так же как и я не буду вмешиваться в ваши». Скайлер Джонс усмехнулся: «Твоё молчание в последние несколько дней почти заставило меня забыть, какой ты остроязычный… Но мне всё равно больше нравится, ты гораздо интереснее». Сволочь! Кристин Куинн мысленно выругалась. "Мисс Дуглас…" Скайлер Джонс отпустил Кристин Куинн и обратил внимание на молодую красавицу, идущую к нему навстречу. Взгляд красавицы задержался там, где Скайлер Джонс только что обнимал Кристин Куинн за талию, и она слабо улыбнулась: «Я везде искала мистера Джонса, оказывается, он здесь со своей дамой… Кажется, мне не стоит вас беспокоить». Красавица повернулась со своим напитком, чтобы уйти. В этот момент Скайлер Джонс протянул руку, обнял мисс Дуглас за тонкую талию, прижался к ней поближе и усмехнулся: «Могу ли я предположить, что мисс Дуглас, известная своей гордостью и отчужденностью, сейчас немного завидует?» "Я не…" "Действительно?" «Ой, прекратите…» Они болтали, направляясь к центральной сцене концертного зала, совершенно не обращая внимания на Кристин Куинн, которую оставили позади. Кристин Куинн сидела на стуле, наблюдая издалека, как Скайлер Джонс уходит с другой женщиной на танцпол. Она опустила взгляд, глубоко вдыхая, чтобы подавить слабую боль, нарастающую внутри. Она не понимала почему, хотя ей было все равно, что Скайлер Джонс бросила ее ради другой женщины, в ее сердце все равно оставалось чувство тревоги. Кристин Куинн заказала у официанта еще один стакан воды и воздержалась от того, чтобы наблюдать, как Скайлер Джонс присоединяется к романтическому танцу с юной красавицей в центре танцпола, лишь надеясь, что банкет скоро закончится, и она сможет вернуться домой. После элегантного и роскошного бала наступила кульминация вечера — благотворительный аукцион. В этот момент все гости заняли свои места в зале для аукциона, у каждого был список ювелирных изделий, которые будут выставлены на аукцион сегодня вечером. Кристин Куинн сидела рядом со Скайлером Джонсом, тоже в руках, и держала список украшений. Но пока все просматривали список в надежде, что их партнеры-мужчины предложат им какие-нибудь изысканные украшения, она даже не взглянула на свой список, зная, что никаких украшений от него не получит, хотя они ей тоже и не нравились. «Почему бы вам не взглянуть?» Скайлер Джонс взяла список украшений и небрежно пролистала его. Кристин Куинн выглядела равнодушной, все ее мысли были сосредоточены на желании, чтобы банкет поскорее закончился. Внезапно Скайлер Джонс передала Кристин Куинн открытую страницу и спросила: «Как вам это украшение?» Со стороны действия Скайлера Джонса и Кристин Куинн выглядели как вопрос парня своей девушке о том, какие украшения ей нравятся, что выглядело довольно интимно и мило. Кристин Куинн мельком взглянула на открытую им страницу, и у нее замерло сердце. Какой красивый браслет… Дизайн был элегантным, но не сложным; узор из разбросанных звезд создавал у той, кто его носила, ощущение, будто она все еще подросток, что было довольно мило, особенно с редким светло-фиолетовым бриллиантом — украшение, перед которым любой женщине было бы трудно устоять. «Это прекрасно», — легкомысленно ответила Кристин Куинн. Скайлер Джонс кивнул самому себе, закрывая список украшений, явно имея в виду какие-то планы. В этот момент ведущий объявил об официальном начале аукциона ювелирных изделий. На протяжении всего аукциона Кристин Куинн ни разу не обратила внимания на сидящего рядом с ней Скайлера Джонса и не задумалась о том, на что он может сделать ставку. Наблюдая за тем, как богатые знаменитости покупают украшения, которые так хотели приобрести их спутники, она постоянно улыбалась, но в ее сердце также читалась зависть. До появления этого фиолетового бриллиантового браслета Скайлер Джонс не участвовала в торгах ни за какие украшения… Браслет с фиолетовыми бриллиантами не был самым дорогим украшением на сегодняшнем аукционе, но был очень изысканным, привлекая внимание многих джентльменов, и Скайлер Джонс действительно первым поднял свою табличку. Увидев, как Скайлер Джонс поднял свою табличку, Кристин Куинн была ошеломлена; только тогда она поняла, что он ничего не купил, и что фиолетовый бриллиантовый браслет был первым лотом, на который он делал ставку. «Три миллиона». «Четыре миллиона». «Шесть миллионов». Торги продолжались один за другим. После того как Скайлер Джонс сделал первую ставку, он подождал, пока сумма ставок не достигла пятнадцати миллионов, прежде чем сделать следующую. Очевидно, что для браслета с редкими фиолетовыми бриллиантами пятнадцать миллионов не были максимальной ценой, поэтому после того, как Скайлер Джонс предложил пятнадцать миллионов, вскоре последовала ставка в восемнадцать миллионов. ---------- Главы 718–373: Дополнительно: Неужели у него никогда не было к ней чувств? Естественно, желание Скайлер Джонс поучаствовать в торгах за украшение не касалось Кристин Куинн, но когда ставки на браслет достигли сорока миллионов, Кристин наконец нахмурила брови и взглянула на Скайлер, стоявшую рядом с ней. Даже за ювелирное изделие, инкрустированное редкими фиолетовыми бриллиантами, сорок миллионов было более чем достаточно. Скайлер, будучи бизнесменом, должен был это понимать, но не остановился. Когда цена достигла сорока пяти миллионов, Скайлер с изумлением воскликнул: «Пятьдесят миллионов…» Огромная сумма в пятьдесят миллионов долларов наконец-то завершила торги за браслет. Когда ведущий объявил, что браслет стоимостью пятьдесят миллионов долларов принадлежит Скайлер Джонс, Кристин была так потрясена, что некоторое время не могла сдержать смех. Кристин перестала обращать внимание на последующий аукцион. Она знала лишь, что Скайлер на протяжении всего аукциона делал ставки только на этот браслет, и тем не менее именно он стал участником, предложившим самую высокую цену… После окончания аукциона ювелирных изделий фиолетовый бриллиантовый браслет вручили Кристин в сопровождении трех телохранителей. Кристин все еще пребывала в оцепенении, когда группа друзей, хорошо знакомых со Скайлер, подошла поздравить ее. Скайлер крепко держала Кристин, постоянно демонстрируя яростное стремление к ней, вызывая зависть у окружающих женщин. Растерянная Кристин могла лишь сотрудничать со Скайлер и застенчиво улыбаться. Наконец, когда банкет закончился, Кристин покинула зал, взявшись за руку со Скайлер. На парковке отеля Кристин, лицо которой застыло от улыбки, наконец, перестала улыбаться и вернула украшения Скайлер. Она ничего не сказала, зная лишь, что сопровождала Скайлера на это мероприятие ради Мари. Ее не волновало, стоило ли это того или нет, даже если Скайлер потратил столько денег на эту вещь. Более того, он купил ее не для нее. "Для тебя!" Кто бы мог подумать, что, когда Кристин вернула Скайлеру фиолетовый бриллиантовый браслет, а тот бесстрастно смотрел на лобовое стекло, он так небрежно это скажет? Сознание Кристины опустело. Она недоверчиво смотрела на Скайлер своими прекрасными широко раскрытыми глазами. Скайлер, казалось, ничуть не смутилась, развернула машину и была готова ехать домой. Увидев, как Скайлер заводит двигатель, Кристин пришла в себя от шока и оцепенела: "Ты… дашь мне его?" В словах Кристин все еще звучало недоверие. Она явно никогда не думала, что Скайлер подарит ей украшения. Следует отметить, что даже в прошлом Скайлер никогда не дарил ей ничего столь ценного, несмотря на то, что они тогда любили друг друга. Скайлер слегка повернул лицо и взглянул на Кристин. "Не хочешь?" Кристин быстро кивнула: «Конечно, я хочу это». Сказав это, она прижала шкатулку с драгоценностями к груди, и на ее лице невольно появилась улыбка. Скайлер продолжила движение, не проявляя никаких видимых изменений в поведении. Кристин опустила голову и открыла бархатную коробочку, уставившись на лежащий внутри фиолетовый бриллиантовый браслет, гораздо более чистый и красивый, чем на фотографии. Странное тепло разлилось по ее сердцу. Он отдал это ей… Это был подарок от Скайлер… Эта мысль постоянно звучала в голове Кристины, заставляя ее сердце трепетать от волнения и радости. Время от времени она украдкой поглядывала на него, стоявшего рядом. Она начала задумываться… Разве он не презирал её? Зачем он подарил ей такой дорогой браслет? Может, это значит, что на самом деле он не так уж сильно её недолюбливает… верно? В голове Кристины крутились вопросы о себе. Она чувствовала себя счастливой, взволнованной, и неудержимая улыбка расплылась по ее прекрасному, опущенному лицу. Внезапно раздался визг тормозов, резко прервавший ход мыслей Кристин. Машина остановилась, и Кристин увидела красный Ferrari, затормозивший перед автомобилем Скайлер. Кристин на мгновение растерялась. Прежде чем она поняла ситуацию, она увидела, как из красного «Феррари» напротив вышла грациозная и элегантная молодая женщина. Увидев приближающуюся к его машине женщину, Скайлер сначала улыбнулся, затем вышел и, прислонившись к кузову, стал наблюдать за приближающейся гостьей. Кристин узнала в этом человеке «мисс Дуглас», которая танцевала со Скайлер на банкете. Она не была уверена в личности этой женщины, но, судя по ее наряду, ее семья, должно быть, имеет солидную родословную. ---------- Глава 719-373: Дополнительно: Неужели у него никогда не было к ней чувств? (2) Мисс Дуглас шагнула вперед на 35-сантиметровых каблуках, ее пленительная фигура элегантно покачивалась, когда она приближалась к Скайлеру Джонсу, ее голос был тих, как вода: «Мистер Джонс, я вас и вашу спутницу напугала?» «Мисс Дуглас, вы так спешили, преследуя мою машину. Интересно, что вы задумали?» Мисс Дуглас положила свою нежную руку на плечо Скайлера Джонса, ее алые губы приблизились к его уху, и она тихо прошептала: «Могу я попросить вас об одолжении?» Ощутив опьяняющий аромат тела мисс Дуглас и дразнящее дыхание, щекочущее его ухо, Скайлер Джонс, словно околдованный, обнял стройную талию дамы, его мечтательные темные глаза смотрели на нее и говорили: «Ну же». «Джентльмен, который раньше постоянно конкурировал с вами на торгах, на самом деле мой сегодняшний спутник. Я специально пригласила его, потому что хотела, чтобы он поборолся за фиолетовый бриллиантовый браслет для меня…» Говоря это, мисс Дуглас соблазнительно и двусмысленно постучала мягкими, тонкими пальцами по упругой груди Скайлера Джонса в его костюме, надула губы и с оттенком обиды и сожаления произнесла: «Жаль, что мистер Джонс перебил его ставку на браслет. Я так разочарована… Я пришла на вечеринку сегодня только для того, чтобы выиграть этот браслет». Темноволосые глаза Скайлера Джонса прищурились, голос его был тихим и хриплым: «Тебе это действительно нравится?» Мисс Дуглас растерянно кивнула: «Да». Скайлер Джонс тихонько усмехнулась, затем повернулась вместе с мисс Дуглас к пассажирскому сиденью. Кристин Куинн сидела в машине и понятия не имела, о чем говорили Скайлер Джонс и мисс Дуглас. Однако интимные действия и кокетливые взгляды, которыми обменялись мисс Дуглас и Скайлер Джонс, сильно смутили Кристин Куинн. Тук-тук… Скайлер Джонс протянул руку и постучал по пассажирскому окну. Кристин Куинн тихо вздохнула и вышла из машины. Мисс Дуглас окинула Кристин Куинн взглядом с головы до ног, в ее глазах читалась легкая зависть к ее красоте, и она нежно заметила: «Мистер Джонс, ваша спутница просто восхитительна!» «Позвольте представить вам: сегодня вечером со мной будет Кристин Куинн, она старшая сестра моей невестки». Мисс Дуглас прямо спросила Кристин Куинн: «Сестра Ребекки Квентин?» Кристин Куинн мягко кивнула. «Так что это действительно семейная черта… Я также недавно познакомилась с вашей сестрой на благотворительном гала-вечере. Она была с Говардом Джеффри, и они идеально подходили друг другу». "Спасибо." «Кристин, мисс Дуглас сказала, что пришла на вечеринку сегодня вечером только для того, чтобы выиграть фиолетовый бриллиантовый браслет, но я случайно выиграла его на аукционе, и он достался вам. Мисс Дуглас давно мечтала об этом браслете… Не могли бы вы передать его ей?» Отдать? Кристин Куинн внезапно подняла взгляд на Скайлер Джонс. Он хотел отдать браслет, который только что ей подарил, незнакомке? Кристин Куинн пристально смотрела на Скайлер Джонс, в ее глазах читались сложные эмоции. «Мистер Джонс, раз вы уже отдали браслет мисс Куинн, как я могу просить её отдать его мне? Давайте забудем об этом…» Скайлер Джонс элегантно посмотрела на Кристин Куинн с улыбкой: «Вы не возражаете, правда?» Кристин Куинн продолжала смотреть на Скайлер Джонс, долгое время ничего не отвечая. «Мистер Джонс, похоже, мисс Куинн не хочет этого делать. Я бы не хотел лишать её этого права, давайте просто…» «Мисс Дуглас, если вам действительно нравится этот браслет, он ваш. В любом случае, моя сестра подарила мне довольно много похожих…» С этими словами Кристин Куинн передала бархатную коробочку с браслетом в руку мисс Дуглас. «Большое спасибо, мисс Куинн. Я переведу деньги на счет мистера Джонса». «Действительно ли нам нужно пересчитывать эти деньги? Главное, чтобы мисс Дуглас была довольна…» «Мистер Джонс, я пойду первым… Давайте как-нибудь встретимся за обедом». "Конечно." Послав воздушный поцелуй Скайлер Джонс, мисс Дуглас затем уехала на своем эффектном спортивном автомобиле. После того как красный спортивный автомобиль отъехал, Скайлер Джонс равнодушно заметил: «Садись в машину». Затем он сел за руль, оставив пассажирскую дверь открытой для Кристин Куинн. Однако Кристин Куинн застыла на месте возле машины, ее взгляд был тускло устремлен на Скайлер Джонс. Скайлер Джонс повернул к ней голову, слегка нахмурившись: «Ты не собираешься садиться?» Кристин Куинн сглотнула комок в горле: «Ты сделала это специально, не так ли?» Скайлер Джонс слегка прищурился: «Что ты имеешь в виду?» Кристин Куинн отвела взгляд, глубоко вздохнула, а затем снова повернулась к Скайлер Джонс: "Тебе так приятно меня унижать?" Скайлер Джонс усмехнулся, затем вышел из машины и презрительно посмотрел на Кристин Куинн: «Да, я сделал это намеренно, и что с того?» Несмотря на то, что она была готова, эта жестокая правда всё равно сильно её потрясла. Скайлер Джонс прищурилась, глядя на Кристин Куинн, и холодно рассмеялась: «Признайся, Кристин Куинн, ты была так рада получить мой подарок». Все ее действия, каждая ее улыбка были под его контролем, он постоянно наблюдал за ней, ожидая момента, чтобы насладиться ее унижением… Зная, что мисс Дуглас хочет этот браслет, он участвовал в аукционе под предлогом того, что подарит ее ей, чтобы унизить ее. Боль в сердце сопровождала мучительную боль в груди, затруднявшую дыхание, но она изо всех сил старалась дышать ровно, крепко сжимая подол платья и не отрывая взгляда от Скайлер Джонс: «Если ты меня так недолюбливаешь, почему ты согласился зарегистрироваться вместе со мной?» Взгляд Скайлер Джонс стал более острым: «Разве это не потому, что ты меня заставила?» Голос Кристин Куинн дрогнул: «Ты правда думаешь, что я намеренно сообщила Мари о своем отъезде, чтобы заставить тебя выйти за меня замуж?» «Зачем притворяться невинной передо мной?» — Скайлер Джонс презрительно посмотрел на Кристин Куинн, саркастически изогнув губы. — «Мы оба знаем, что ты любишь подшучивать над другими». Его слова были подобны лезвиям, безошибочно пронзавшим её нежное сердце. От боли ей хотелось схватиться за грудь, но она отказалась показать ему свою уязвимость, опасаясь, что ее обвинят в поиске сочувствия. Кристин Куинн медленно опустила голову, не в силах произнести ни слова из-за душевной боли. «Что случилось? Моя резкая правда для тебя слишком тяжела?» Скайлер Джонс холодно посмотрел на нее, его непривычный взгляд заморозил ей сердце. «Скайлер Джонс, верите вы этому или нет, но после нашего расставания много лет назад я никогда не думал, что снова буду с тобой в этой жизни, поэтому я никогда не вел себя вызывающе перед Мари… И, пожалуйста, не унижай меня своим агрессивным поведением. Я действительно в долгу перед тобой за прошлое, но я отплатил тебе за все, что был должен… Поэтому, пожалуйста, отнесись ко мне с уважением». «Хотите уважения? Хорошо, просто расскажите Мари о её настоящей матери в её присутствии, и тогда мы с вами будем в мире». Скайлер Джонс холодно и пристально смотрела на нее, слово за словом. ---------- Глава 720-374: Дополнительно: Он не возвращался домой всю ночь «Ты прекрасно знаешь, что тогда я не контролировала ситуацию». Кристин Куинн покачала головой, пытаясь объяснить ему: «Я тебе много раз объясняла, что когда мы познакомились, я совсем не знала М., М. появилась у меня позже…» «Факты и так совершенно очевидны!!» — перебила её Скайлер Джонс. — «За деньги, которые тебе дал М, ты бесстыдно соблазнила меня, и в конце концов, ты даже пожертвовала моим доверием к тебе!!» "Соблазнили?" — спросила Кристин, в голове у нее все было пусто. Если она правильно помнила, то тогда она очень хорошо осознавала расстояние между ними; у нее никогда не возникало неуместных мыслей о нем. Именно он сказал ей, что у них может быть прекрасное будущее вместе, и только тогда она отдалась ему всем сердцем… Он обвинил ее в том, что она разрушила его жизнь, но на самом деле обвинять нужно именно ее! Если бы он не цеплялся за неё, как бы М её нашла? Если бы М не нашел ее, даже если бы сегодня ее не было с ним, она бы не испытывала такой боли… «Кристин Куинн, есть одна вещь, которую ты, возможно, не знаешь… Изначально я был с тобой не потому, что восхищался тобой или ты мне нравилась, а потому что хотел научить тебя быть понимающей и послушной женщиной, чтобы ты помогла мне работать на Говарда Джеффри…» "Что вы сказали?" «Неужели ты думал, что после того, как я переспал с тобой один раз, у меня возникло желание провести с тобой всю жизнь?» — Скайлер Джонс насмешливо улыбнулся. — «Я просто воспользовался твоим невежеством и наивностью, желая сделать тебя полезным для меня… Но я никак не ожидал, что ты всегда будешь работать на М.» Ее сердце разбилось вдребезги, все открылось ей на глаза. То, что она считала драгоценными воспоминаниями, оказалось всего лишь игрой, периодом времени, который ей было трудно забыть, но который в итоге был разрушен им. «Ты… ты имеешь в виду, все то, что ты мне говорил…» — Кристина, задыхаясь, пробормотала: «Все это было лишь для того, чтобы заставить меня подчиняться тебе…» Кристин спросила, и холодный взгляд Скайлер Джонс уже дал ей жестокий ответ. — Значит, и твои слова о желании провести со мной всю жизнь тоже не соответствуют действительности? — пробормотала она, опуская голову. Ему было наплевать на неё, ни с начала, ни до конца. Как выяснилось, изначально он хотел использовать её против Говарда Джеффри, хотя и не ожидал, что она его "переиграет"… Почему он не сказал ей раньше, чтобы потом позволить ей мечтать и унизить её? «Ты, должно быть, думаешь, что моя месть тебе — это перерастание любви в ненависть, верно? Ты ошибаешься, Кристин Куинн, я никогда по-настоящему не заботился о тебе, с самого начала мне нравилось только чувство близости с тобой… Ты должна знать, что мужчинам со временем надоедает одна и та же женщина, и они хотят чего-то нового, и ты была для меня просто одной из таких женщин. Но прежде чем у меня появился шанс заменить тебя, ты уже предала меня», — жестоко заключил он. Сердце Кристин Куинн замерло, и кровь в её теле потеряла тепло. Внезапно она поняла, что у нее больше нет причин стоять перед ним. Обернувшись, Кристин больше не могла выносить его холодный взгляд, ей просто хотелось уйти… «Изначально я планировала скрыть это от тебя и продолжить свою коварную месть, но ты мне так надоела, что я не могу смотреть на тебя ни секунды больше…» Скайлер Джонс с такой силой схватила Кристин Куинн за руку, что чуть не сломала ей кости. «Если ты умна и хочешь провести со мной следующие шесть месяцев спокойно, не притворяйся передо мной невинной и жалкой, боюсь, я буду еще более жестока к тебе». Сказав это, он открыл дверцу машины, сразу же сел и намеревался уехать. Однако, откуда ни возьмись, Кристин Куинн внезапно набралась смелости и подбежала к передней части машины, заблокировав уже заведенный автомобиль. "Вы с ума сошли?!" Скайлер Джонс опустила окно машины и сердито вышла. Мужчина, которого она когда-то глубоко любила, сердито допрашивал её. «То, что ты только что сказал, было сделано специально, чтобы меня разозлить?» — услышала она, как её собственный голос дрогнул, когда она пыталась сдержать слёзы. — «Если бы не то, что произошло позже, ты бы остался со мной, ты говорил, что женишься на мне, будешь заботиться обо мне всю мою жизнь…» Кристин Куинн печально спросила его, встретив лишь презрительный взгляд: «Ты что, с ума сошел?» «Я не злюсь, я знаю, что когда-то ты испытывал ко мне чувства». Она упрямо заблокировала его машину; некоторые автомобили уже остановились на обочине, чтобы посмотреть, но ей было совершенно все равно на взгляды окружающих. ---------- Глава 721-374: Дополнительная история: Он не возвращался всю ночь_2 Он схватил её за руку, грубо оттащив в сторону. "Отпустите меня…" Она хотела бороться, но обнаружила, что боль в сердце усиливается. Если её эмоции станут ещё сильнее, она, возможно, больше никогда не сможет спросить его. Поэтому она больше не сопротивлялась ему. «Что, ты всё ещё мечтаешь быть со мной?» — усмехнулся он, отпустив её руку, потому что она была готова. Она чуть не упала, но, к счастью, ограждение на обочине дороги ее выдержало. «Я никогда не смогу быть с тобой!!» Она не позволила слезам потечь. «Если ты не хочешь видеть меня ни секунды, то можешь развестись со мной прямо сейчас. Зачем ждать полгода?» «Если я сейчас с тобой разведусь, ты только вызовешь сочувствие у многих, не так ли?» — холодно посмотрел он на нее и жестоко произнес. Кристин Куинн стояла там, ошеломленная, неподвижно на обочине дороги… «Вернуться или нет — решать вам!» С этими словами Скайлер Джонс сам сел в машину. Спустя несколько секунд, так и не дождавшись, пока она сядет, его машина наконец скрылась из виду. Кристин Куинн, с самого начала я не испытывал к тебе никаких чувств. Мне просто нравилось находиться с тобой в постели… Значит, он всегда наблюдал за ней в шутку… Его ненависть, его сарказм, его злоба по отношению к ней были вызваны не заботой, а фундаментальным отвращением… Приятные воспоминания, которые она время от времени вспоминала, оказались всего лишь сном… Теперь, когда она проснулась, она оказалась в таком позоре… С покрасневшими от слез глазами и пустым взглядом Кристин Куинн ошеломленно сидела на длинной деревянной скамейке у улицы. Внезапно перед ней резко остановился дорогой, но неприметный черный автомобиль. Погруженная в свои мысли, Кристин Куинн не заметила машину, пока из нее не вышла высокая, элегантная женщина и тихо не спросила: «Кристин?» Кристин Куинн пришла в себя и растерянно посмотрела на человека, идущего к ней навстречу. Увидев бледное лицо и заплаканные глаза Кристин Куинн, Джонатан Гибсон явно не поверил своим глазам. Он осторожно помог ей подняться, нахмурив брови от беспокойства: «Что случилось?» Голос Джонатана Гибсона вернул Кристин Куинн к реальности… Она тут же покачала головой, вытирая слезы со щек: «Я в порядке». «Боже мой, как же ты замерзла… Как долго ты уже на ветру?» — сказал Джонатан Гибсон, снимая куртку и накидывая ее на плечи Кристин Куинн. "Я в порядке…" Кристин Куинн попыталась вернуть куртку, но Джонатан Гибсон удержал её руку. «Не снимай её, тебе очень холодно». «Тогда… спасибо». Джонатан Гибсон огляделся, нахмурив брови: «Вы одни?» Кристина молча кивнула. Хмурое выражение лица Джонатана Гибсона стало еще более мрачным: «Где мистер Джонс?» Кристин молча покачала головой. Джонатан Гибсон заметил что-то необычное в всё более бледном выражении лица Кристин Куинн. Он не стал продолжать задавать вопросы, а лишь проводил Кристин Куинн до своей машины. «Здесь ветрено, посиди немного в моей машине». Джонатан Гибсон отрегулировал температуру в салоне автомобиля до наиболее комфортного уровня, а затем пристально посмотрел на бесцветное лицо Кристин Куинн. "Не могли бы вы рассказать, что произошло?" Кристин склонила голову и сказала: «Со мной все в порядке». «Вы выглядите неважно… Вы поссорились с мистером Джонсом?» "Да." «Разногласия между супругами — это нормально, но как мистер Джонс мог оставить вас одну на обочине дороги?» Сказав это, Джонатан Гибсон достал телефон. Кристин быстро пресекла действия Джонатана Гибсона: «Что ты делаешь?» «Я звоню Скайлеру Джонсу». Джонатан Гибсон и Скайлер Джонс обменялись визитными карточками в связи с новым проектом в Нью-Йорке, поэтому у них были номера телефонов друг друга. "Нет!!" Кристин бурно отреагировала: «Пожалуйста, не звоните ему…» Услышав мольбу Кристин, Джонатан Гибсон медленно опустил телефон, нахмурив брови и выразив беспокойство за нее. Кристин наконец вздохнула с облегчением и тихо сказала: «Я хочу найти место, где я смогу побыть одна некоторое время… Можешь отвезти меня в ближайший отель?» «Моя квартира в Нью-Йорке находится неподалеку… Если не возражаете, можете зайти и немного посидеть». "Хорошо." Затем Джонатан Гибсон аккуратно пристегнул ремень безопасности Кристин. Кристин откинулась на спинку сиденья, и ее глаза постепенно снова потеряли свой блеск. Джонатан Гибсон завел двигатель, но краем глаза его остановило красивое, но тусклое выражение лица рядом с ним, сердце сжалось, и он внезапно нажал на педаль газа, умчавшись прочь. Квартира Джонатана Гибсона в Нью-Йорке находилась на верхнем этаже коммерческого здания. Большие окна от пола до потолка открывали панорамный вид на Нью-Йорк, создавая, казалось бы, идеальное место для спокойных размышлений. В тот момент Кристин стояла перед окнами, глядя на ярко освещенный, но дремлющий город внизу, и ее сердце постепенно успокаивалось. «Выпейте воды». Джонатан Гибсон, сам того не заметив, встал позади Кристин и предложил ей стакан воды. Кристин повернулась, взяла стакан и сказала: «Спасибо». Теплая вода мгновенно согрела холодные ладони Кристин, и она слабо улыбнулась Джонатану: «Мы так давно не виделись… Я не ожидала, что наша встреча позволит тебе увидеть меня такой растрепанной». Джонатан, одетый в повседневную домашнюю одежду, небрежно прислонился к дивану, его темные глаза пристально смотрели на Кристин: «Ты совсем не изменилась». Казалось, время не оставило следа на ее лице; она по-прежнему была так же потрясающе красива, как и много лет назад. «Ты изменился… стал более зрелым и привлекательным, добился выдающихся успехов». Джонатан мягко улыбнулся и спросил: «Вы все эти годы были в Нью-Йорке?» Кристин покачала головой: «Я тоже жила в Нью-Йорке, но большую часть времени проводила в районе Т-Сити». Джонатан несколько секунд колебался, прежде чем наконец спросить: «Ты все эти годы был здоров?» Кристин сначала поджала губы и покачала головой, затем улыбнулась: «Не очень хорошо». «Когда я услышала от Хильды, что ты не связывался с ней все эти годы, я поняла, что у тебя дела идут неважно». Кристин глубоко вздохнула, чтобы подавить горечь в сердце: «Я очень по ней скучаю». «Она тоже по тебе скучает и всегда тебя искала…» — сказал Джонатан, пристально глядя на слегка побледневшее лицо Кристин. — «Я тоже», — добавил он, переполненный подавленной тоской. ---------- Глава 722–375: Дополнительно: Как насчет шестимесячного перемирия? Замечание Джонатана Гибсона заставило Кристин Куинн резко поднять взгляд. Глубокие черные глаза Джонатана Гибсона, сдерживая эмоции, встретились с глазами Кристин Куинн, и он медленно произнес: «Я видел его сегодня вечером со старшей дочерью группы «Нонта», Дженнифер Дуглас, он вел себя очень интимно… Он плохо с тобой обращается?» "Нет." "Затем…" Кристин Куинн подошла к дивану напротив Джонатана Гибсона и села. «Ситуация между нами не такая, как вы себе представляете… На самом деле, мы расстались уже давно». «Но разве вы уже не были женаты?..» Кристин Куинн уже закрыла глаза и устало ответила: «Джонатан, я не хочу сегодня вечером говорить о нас с ним… Я немного устала, можно я прислонюсь к тебе ненадолго?» «У меня есть гостевая комната; вы можете отдохнуть там». «Я просто хочу немного отдохнуть». Она не хотела идти домой; ее семья бы волновалась, если бы увидела ее в таком состоянии. "Хорошо, я принесу тебе одеяло…" "Мм." Когда Джонатан Гибсон вынес из комнаты одеяло, Кристин Куинн уже крепко спала на диване, прижимая к себе подушку. Джонатан Гибсон осторожно накрыл ее одеялом, заметив, что даже во сне ее лоб был нахмурен, она была беспокойна. Он сел на диван напротив нее, закурил сигарету и молча наблюдал за ней. На следующий день. Скайлер Джонс проснулся, как обычно, в соответствии со своими биологическими часами. Он встал, намереваясь пойти в ванную, но обнаружил, что большая кровать пуста. Обычно она тоже просыпалась раньше него, но этим утром на кровати и одеяле не было никаких следов сна, отчего он слегка нахмурился. После непродолжительного умывания в ванной он надел халат и отправился в комнату дочери. Тук-тук… Он протянул руку и несколько раз осторожно постучал в дверь, и только тогда Мари, одетая в милую пижаму с изображением Hello Kitty, открыла дверь сонными глазами. "Папочка…" Мари приветливо его поприветствовала. «Э-э… А твоя мама в твоей комнате?» Даже Скайлер Джонс чувствовала себя немного неловко, задавая такие вопросы. "Нет, разве мама не спит с тобой?" "Мм." Мари унаследовала от отца интеллект и чутко спросила: «Мама не спала с тобой прошлой ночью?» «Нет, твоя мама встала рано; я её ищу». "Ой." «Продолжай спать, я проверю сад». "Мм." Увидев, что дочь вернулась в свою комнату поспать, Скайлер Джонс с холодным выражением лица вернулся в свою комнату. Ещё раз взглянув на пустую кровать, он тут же схватил телефон, одной рукой держась за бедро, а другой набирая её номер. Бип— Бип-бип— Телефон продолжал издавать гудки, но никто не отвечал на другом конце провода. После того как Скайлер Джонс в последний раз набрал номер, но так и не получил ответа, он раздраженно отбросил телефон в сторону. Вспомнив ее настроение прошлой ночью и то, что она до сих пор не вернулась, Скайлер Джонс не удержался и взъерошил волосы, затем переоделся, схватил ключи от машины и вышел из комнаты. Перед тем как спуститься вниз, Скайлер Джонс встретил Ребекку Квентин, которая собиралась пойти с миссис Джеффри в сад. Заметив слегка торопливую походку Скайлера Джонса, Ребекка Квентин обеспокоенно спросила: «Зять, куда ты так рано идёшь?» «Э-э, я… я уезжаю по делам». «Ты же вернулся поздно вечером с моей сестрой, верно?» "Мм." «Неудивительно, что сестра не пришла поболтать со мной; мы же планировали поговорить». «Я ненадолго выйду». "Ладно… пойду разбужу сестру; она такая ленивая…" Шаги Скайлер Джонс, направлявшейся к двери, внезапно остановились, и она быстро повернулась к Ребекке Квентин, чтобы сказать: «Не будите её; она проспала, дайте ей ещё отдохнуть!» "Поспала допоздна?" — повторила Ребекка Квентин, в ее глазах читалась двусмысленность. «Не стоит слишком много думать». С этими словами Скайлер Джонс поспешно удалился. Увидев машину Скайлера Джонса, слуги быстро открыли ему ворота. Как раз в тот момент, когда Скайлер Джонс собиралась выехать за ворота виллы, у входа внезапно остановился черный автомобиль. Скайлер Джонс остановил свой автомобиль и, глядя сквозь лобовое стекло, увидел человека, выходящего из машины навстречу. Это была Кристин Куинн. После того как она вышла из машины, Джонатан Гибсон также слез с водительского сиденья. Джонатан Гибсон сказал Кристин Куинн несколько слов; она улыбнулась ему на несколько секунд, прежде чем повернуться и направиться к вилле. Машина Джонатана Гибсона уехала. На губах Кристин Куинн все еще сияла легкая улыбка, пока она не заметила человека в машине, собиравшегося выехать из виллы. В тот же миг улыбка Кристин Куинн слегка напряглась, но она не избегала взгляда Скайлера Джонса, равнодушно глядя на него. ---------- Главы 723–375: Дополнительно: Давайте заключим шестимесячное перемирие, хорошо? (Часть 2) Скайлер Джонс лишь на секунду взглянул на Кристин Куинн; его взгляд был настолько глубоким, что не мог передать никаких эмоций, и после того, как Кристин пристально посмотрела на него, он нажал на педаль газа, повернул руль и уехал. Автомобиль стремительно скрылся из виду Кристин Куинн. Кристин Куинн продолжала смотреть туда, где только что была Скайлер, чувствуя слабую боль где-то в сердце. Она прикрыла грудь рукой, и, когда боль в сердце постепенно утихла, подняла голову, выпрямила плечи и спокойно вошла в виллу. Под стеклянной занавеской в ​​виллу вошла хрупкая и стройная фигура Кристин Куинн. Ребекка Квентин повернула голову, чтобы посмотреть на симпатичный профиль рядом с ней: «Говард Джеффри, вы уверены, что мы им действительно помогаем?» Говард Джеффри нежно обнял свою любимую жену, посмотрел на ее прекрасное лицо, не удержался и легонько поцеловал ее в щеку, и магнетическим, мягким голосом произнес: «Разве я когда-нибудь делал что-нибудь без уверенности?» «Но Кристин не вернулась прошлой ночью, а мистер Джонс спокойно спал дома всю ночь…» — сказала Ребекка с явным недовольством в голосе. Говард Джеффри оставался таким же невозмутимым, как всегда, слегка приподняв уголки губ: «Когда вы пытались его проверить, разве он уже не проявлял признаки нервозности?» «Это потому, что он боялся, что не сможет объяснить, как вернулся домой один прошлой ночью». «Но вы не можете отрицать, что у него в руках были ключи от машины». "Что ты имеешь в виду?" Говард Джеффри слабо улыбнулся: «Если тебе наплевать на человека, зачем вставать так рано, чтобы ехать его искать? К тому же, ему наплевать на этого человека вообще». «Хорошо, я признаю, что когда я разговаривала с ним раньше, он явно немного волновался… Но это не доказывает, что ему небезразлична моя сестра, возможно, он больше боится, что Мари проснется и будет искать ее потом». Говард Джеффри слегка улыбнулся, нежно целуя болтливые губы своей милой жены, и вдруг с глубоким недоумением произнес: «Дорогая, я когда-нибудь говорил тебе, что мой брат намного умнее меня?» Ребекка кивнула: «Ты всегда так говорила». «Мой брат никогда в жизни никому не проигрывал, включая меня». «Честно говоря, я никогда не понимал, как такой человек, как мистер Джонс, обладающий интеллектом и стратегическим мышлением не уступающими вашим, мог находиться под контролем М?» «Из-за твоей сестры». «Моя сестра?» — воскликнула Ребекка с удивлением и широко раскрыла глаза. — «Как?» Говард Джеффри устремил взгляд вперед, постепенно отводя глаза в сторону: «Потому что мой брат когда-то считал вашу сестру смыслом своей жизни, а ваша сестра его „предала“». Кристин Куинн только вошла в виллу, когда к ней подбежала симпатичная миниатюрная фигурка. "Тетя…" Кристин Куинн присела на корточки и подняла маленького Энди, который бросился ей на руки. «Милый малыш, так рано проснулся, где твоя мама?» «Мама и папа разговаривают в комнате». "Тогда… хочет ли эта малышка найти кого-нибудь, с кем можно поиграть?" Эндрю энергично закивал. Кристин Куинн сказала детским голосом: «Но тётя не переоделась, вся грязная… Давай сначала примем ванну, а потом поиграем с малышкой, хорошо?» На ней всё ещё было вчерашнее платье, и ей было совсем неудобно. "Тетя может попросить Мари поиграть с Энди?" «Ладно, тётя позовёт этого ленивого жучка». «Но боюсь, Мари не захочет со мной играть». Кристин Куинн слегка нахмурилась: «А почему?» Эндрю наклонился к уху Кристин и прошептал: «Я видел, как Мари плакала прошлой ночью». "Плачет?" "Ага…" Кристин Куинн отнесла Эндрю в комнату Мари. Мари уже встала, и когда вошла Кристин, она как раз училась складывать одеяло. Кристин с радостью наблюдала за хорошим поведением и рассудительностью своей дочери, а затем сказала Эндрю, которого держала на руках: «Милый мой, твоя сестричка уже встала, иди поиграй с ней!» Услышав голос матери, Мари обернулась и ласково позвала: «Мамочка». Кристин Куинн мягко улыбнулась, поставила Эндрю на землю, который очень хотел поиграть со своей сестрой, и наблюдала, как малыш радостно бежит к Мари. Мари взяла Эндрю за пухлую ручку, на ее лице читалась сестринская нежность. Кристин подошла к Мари, посмотрела на свою дочь, которая была на нее похожа, и вежливо спросила: «Энди сказал, что ты плакала прошлой ночью, что случилось?» «Мне приснился кошмар, я думала, что папа больше не хочет видеть меня и маму…» Кристин с любовью погладила дочь по волосам: «Глупышка, почему папа не хочет нас? Папа любит нас больше всех!» Мари прижалась к матери, медленно закрывая глаза: «Мамочка, пообещай мне, что больше не покинешь папу». "Хм." Услышав ободряющий ответ матери, Мари наконец улыбнулась. Кристин нежно поцеловала дочь в лоб: «Маленьким детям не стоит слишком много думать, тогда тебе не будут сниться кошмары по ночам, веди себя хорошо…» «Поиграй немного с братиком, мама скоро к тебе присоединится». "Хорошо." Вернувшись в свою комнату, Кристин нашла комплект повседневной одежды и направилась в ванную. Ощущения после ванны были замечательными, тяжесть на сердце значительно уменьшилась. Кристин вытерла еще влажные волосы, выходя из ванной, и, увидев на диване халат, из которого переоделся мужчина, слегка замерла. Внезапно она отложила полотенце и села на край кровати. Халат, на котором была видна температура его тела, указывал на то, что он, судя по всему, очень хорошо выспался прошлой ночью… И действительно, его слова оказались правдой. Ты, должно быть, думаешь, что моя месть тебе родилась из любви, переросшей в ненависть? Ты ошибаешься, Кристин Куинн, я никогда по-настоящему не заботился о тебе… Если бы это действительно было «любовь, превратившаяся в ненависть», то хотя бы оставались бы хоть какие-то следы заботы, не так ли! Факты показали, что в прошлом это действительно было ее недопониманием. Не было никакого «превращения любви в ненависть», на самом деле любви никогда не было, а уж тем более ненависти. Для него она была лишь мишенью для мести, гордым мужчиной, который не хотел легко отпускать женщину, ставшую причиной его поражения в его гордой жизни, считая, что она оставила пятно на его репутации. Пора просыпаться… Кристин Куинн, тебе следует поблагодарить его за то, что он не скрывал это от тебя всю жизнь, иначе ты, по глупости, могла бы всю жизнь мучиться чувством вины и самообвинения из-за него… Теперь вы наконец можете отпустить всё. ---------- Глава 724-376: Дополнительная история: Его день рождения 1 «Кристин, ешь немного больше. Я заметил, что ты сильно похудела с тех пор, как приехала в Нью-Йорк…» Во время обеда миссис Джеффри с теплотой подавала Кристин Куинн еду. Кристин Куинн взяла свою миску и поспешно сказала: «Довольно, мама. Я пытаюсь похудеть. Если я буду столько есть, мои усилия будут потрачены впустую…» Миссис Джеффри нахмурилась: «Вы такая худая и всё ещё пытаетесь похудеть?» «Бабушка, мама говорит, что девочки выглядят красивее, когда немного худее». Это сказала Мари, только что откусив кусочек еды. «Но нельзя быть слишком худой…» — сказала миссис Джеффри, подвигая миску с супом к Кристин Куинн и не забыв подать суп и Ребекке Квентин. Кристин Куинн могла лишь улыбнуться и принять это, хотя у нее действительно не было аппетита. Миссис Джеффри радостно посмотрела на своих двух невесток и вдруг спросила: «Кстати, куда Говард и Оверски ходили обедать?» Первой ответила Ребекка Квентин: «Мне позвонил Говард и сказал, что у него дела и он вернется позже». «А как же Oversky?» Миссис Джеффри посмотрела на Кристин Куинн. «Он… У него тоже что-то должно происходить снаружи!» Она знала, что миссис Джеффри в курсе её реальной ситуации со Скайлер Джонс, но часто игнорировала это, как и сейчас, спрашивая её о местонахождении Скайлер… Она понятия не имела. «Мама, папа вернулся». Увидев, как Мари вскочила со стула и бросилась к отцу, который шел из коридора. Скайлер Джонс с любовью поднял Мари на руки, поцеловал ее, прежде чем опустить, а затем перевел взгляд на миссис Джеффри и Кристин Куинн. Кристин Куинн и Скайлер Джонс обменялись взглядами, их глаза были спокойными и безразличными. Скайлер Джонс подошла и села рядом с Кристин Куинн. «Вы давно ждали?» Кристин Куинн тепло ответила: «Приходите пораньше в следующий раз. Многие блюда мама приготовила для вас лично». "Хорошо." «Оверски, поешь еще немного. Я пойду проверю, проснулся ли Эндрю». Миссис Джеффри ушла. Кристин Куинн подняла глаза на миссис Джеффри и тут же поняла, что все тихонько покинули стол, оставив за большим обеденным столом только ее и Скайлер Джонс… «Неплохо!» — Когда все разошлись, Скайлер Джонс, как обычно, озорно улыбнулся: «Он вернул тебя. Похоже, вчерашний вечер действительно был подходящим временем для того, чтобы давно потерянные влюбленные предались ностальгии!» Несмотря на то, что вчера он глубоко её обидел, он всё же умудрился говорить крайне насмешливо. «Теперь мы с ним просто друзья». «Просто друзья, а ты была одна посреди ночи?» Скайлер Джонс явно не поверила. «Я своими глазами видела твою лучезарную улыбку, когда он вернул тебя домой». Кристин Куинн поставила миску, встала и спокойно сказала: «Это была просто элементарная вежливость в ответ на то, что он меня привёл обратно». Скайлер Джонс последовала ее примеру, встав, когда Кристин Куинн уже собиралась уходить, и за секунду до этого схватила ее за запястье: «Не веди себя нескромно. Даже если ты моя жена только по имени, я надеюсь, ты будешь вести себя хорошо следующие шесть месяцев». Кристин Куинн обернулась и сердито оттолкнула руку Скайлер: «Ты что, за человека ты меня принимаешь?» «Неужели мне нужно представлять, что вы за человек?» Его слова всегда были такими острыми, словно кинжал, вонзающийся ей прямо в сердце, каждый раз причиняя невыносимую боль. Достаточно… Что бы она ни говорила или ни делала… В его глазах она всегда была бесстыдной и ничтожной; в его мире она давно была приговорена к смерти. Она очень хотела уйти отсюда, никогда больше не встречаться с ним, никогда больше не терпеть его холодные насмешки… Но ей оставалось меньше года… Действительно ли она хотела сбежать на этот одинокий и изолированный остров? А как же Мари? Думая о Мари, голос Кристин Куинн постепенно смягчился: «Неужели вам действительно нужно так со мной разговаривать?» Скайлер Джонс обхватил худые плечи Кристин Куинн, пристально посмотрел ей в глаза своими темными глазами, его губы изогнулись в опасной улыбке: «Я же говорил тебе, я не позволю тебе прожить хороший день». Кристин Куинн испепеляющим взглядом посмотрела на Скайлер Джонс. Скайлер Джонс, сохраняя свою элегантную улыбку, вдруг нежно поцеловал Кристин Куинн в лоб. Кристин Куинн еще даже не поняла, что происходит, когда услышала сзади крик: «Мамочка…» Оказалось, что приехала Мэрилин Куинн. Скайлер Джонс, улыбаясь, обнял Кристин Куинн и повернулся к дочери. Мари на секунду замерла, затем закрыла глаза, покраснела и убежала: «Папа, мама, я ничего не видела…» После ухода Мари Скайлер Джонс отпустила Кристин Куинн за талию и с улыбкой сказала: «Моя дочь просто очаровательна». ---------- Глава 725-376: Дополнительно: Его день рождения 1_2 Кристин Куинн, чья речь была неправильно понята дочерью, также выразила смущение на своем лице. Скайлер Джонс с улыбкой отвернулась, намереваясь уйти. "Ждать." Кристин Куинн внезапно крикнула, чтобы остановить его. Скайлер Джонс остановился, его холодный и высокомерный силуэт был повернут спиной к Кристин Куинн. Кристин Куинн посмотрела на стоявшего перед ней высокомерного мужчину и спокойно сказала: «Мари плакала прошлой ночью». Высокая и внушительная фигура Скайлера Джонса заметно дрожала. Кристин Куинн тихо сказала: «Она сказала, что ей приснился кошмар, в котором ты её не хочешь». На самом деле, он не хотел «их», но она была недостаточно важна для него, поэтому не было смысла об этом упоминать. «Она не хочет, чтобы наша „семья из трёх человек“ распалась». "Я знаю." «Наше взаимодействие неправильное. Если Мари когда-нибудь об этом узнает, все наши усилия за последние шесть месяцев окажутся напрасными». Скайлер Джонс обернулась, подняв бровь, и посмотрела на Кристин Куинн: «Учитывая, что мы обе думаем о Мари, я с тобой согласна… Так как же, по-твоему, нам следует общаться?» Находясь неподалеку, Кристин Куинн встретила презрительный взгляд Скайлера Джонса и спокойно сказала: «А может, объявим перемирие на оставшиеся шесть месяцев?» Скайлер Джонс слегка прищурилась, явно подозревая ее в недобрых намерениях. «Вы можете не верить всему, что я говорю, но вы должны верить моей любви к Мари». Видя, что Скайлер Джонс не возражает, Кристин Куинн продолжила: «Ради Мари, ты даже был готов жениться на том, кто тебе не нравится, что показывает, что ты тоже очень любишь Мари… Я же говорила тебе раньше, что когда наш брак закончится через шесть месяцев, я не буду бороться с тобой за опеку над Мари, и я говорю это серьезно, поэтому я хочу достичь с тобой шестимесячного перемирия. Через шесть месяцев, если ты посчитаешь, что твоей мести мне достаточно, я оставлю тебя и Мари одних и больше никогда не буду появляться перед тобой. Но если ты посчитаешь, что этого недостаточно, можешь делать все, что хочешь…» «Мне казалось, я говорила, что если хочешь мира, тебе нужно всего лишь сказать Мари правду о себе». «Ты уверена, что хочешь, чтобы я пошла и рассказала Мари о нашем прошлом, расстроив её?» «Тогда никаких обсуждений!» С этими словами Скайлер Джонс повернулся и снова ушел. "Скайлер Джонс!!" Звонок Кристин Куинн снова остановил шаги Скайлера Джонса. Кристин Куинн подошла к Скайлеру Джонсу, посмотрела на него печальным взглядом и умоляюще сказала: «Пожалуйста, подумай о Мари… После этих шести месяцев ты сможешь делать все, что захочешь». В этот момент глубокий темный взгляд Скайлера Джонса стал проницательным и непостижимым: «После шести месяцев, ты действительно готова делать все, что я тебе скажу?» Несмотря на хриплый, полный опасности голос, Кристин Куинн твердо кивнула. Как только состояние Мари улучшится, ей не за что будет держаться. В тот момент, даже если он хотел ее смерти, когда ее жизнь была почти обречена, она могла проглотить смертельный яд прямо у него на глазах… Казалось, прошла целая вечность, прежде чем из холодных губ Скайлера Джонса наконец вырвался его низкий голос: «Хорошо, шесть месяцев, перемирие». «Хорошо, давайте завершим это, дав пять». Говоря это, Кристин Куинн протянула ладонь. «Детский». Скайлер Джонс недоверчиво выпалил это, затем повернулся и ушёл. Кристин Куинн, наблюдая за удаляющейся фигурой Скайлер Джонс, наконец с облегчением выдохнула. Когда Скайлер Джонс выезжал, он случайно встретил Говарда Джеффри, который возвращался обратно. Два брата встретились у ворот виллы, после чего Говард Джеффри припарковал машину и вышел, держа в руках газету. Скайлер Джонс не вышел из машины, а опустил окно, чтобы посмотреть на своего брата. Говард Джеффри прислонился к машине и небрежно бросил газету в руки Скайлера Джонса, скривив губы: «Раз уж ты обидел сестру моей жены, флиртуя с другими женщинами на вчерашнем банкете, я кое-что сделал…» Скайлер Джонс сердито посмотрел на Говарда Джеффри, а затем открыл газету, которую держал в руках. Заголовок на первой полосе газеты бросался в глаза: Скайлер Джонс, президент группы компаний «Оверски», тайно женился на Кристин Куинн, своей невестке. Классический европейский декор, золотые обои и огромная хрустальная люстра… создали роскошную атмосферу отеля. В мягком свете хрустальной люстры стоял большой длинный стол, а по обеим его сторонам сидели двое хорошо одетых, состоятельных мужчин. Джонатан Гибсон первым поднял бокал: «Мистер Джонс, для меня большая честь получить ваше приглашение на обед». Скайлер Джонс лениво откинулся на спинку стула, слегка приподняв бокал перед Джонатаном Гибсоном и слабо улыбнувшись: «Советник Гибсон, вы скромничаете. Вы — координатор проекта, а я — бизнесмен, заинтересованный в его реализации. Пригласить вас на обед — само собой разумеется». Джонатан Гибсон отпил глоток красного вина, поставил бокал и улыбнулся: «Я знаю о стремлении «Оверского» получить проект TSOL, но вы должны понимать, что я всего лишь сотрудник, нанятый несколькими правительствами. У меня есть полномочия координировать проекты между странами, но я не отвечаю за них. Конечно, я прекрасно осведомлен о силе «Оверского». Если «Оверский» возьмется за проект TSOL, я уверен, что у правительства США не будет возражений… Однако сейчас все зависит от предложения «Оверского», поскольку TSOL — это гарантированно прибыльный проект со множеством конкурентов». «Советник Гибсон, вы слишком много об этом думаете… Я никогда не прибегаю к нечестным методам в своей работе. Я пригласил вас не для того, чтобы попросить вас поддержать меня на тендерной конференции или раскрыть мне базовые цены предложений других компаний. Я просто хочу укрепить нашу дружбу. В конце концов, вы с Кристин дружите много лет, и вы помогали и заботились о ней во время наших споров, за что я должен вас поблагодарить и оказать вам гостеприимство, не так ли?» После этих слов Скайлер Джонс с интересом поднял бокал за Джонатана Гибсона. Джонатан Гибсон, заняв должность советника по международному бизнесу, естественно, обладал превосходными социальными навыками и самообладанием. Услышав скрытый смысл слов Скайлер Джонс, он легко разрядил обстановку: «Честно говоря, мистер Джонс, я познакомился с вашей женой, когда был молод, но тогда я был слишком наивен, чтобы понять, что такое любовь. К тому времени, когда я осознал, что значит испытывать симпатию к кому-то, мы уже расстались… Встретившись с ней снова спустя много лет, я признаю, что помимо дружбы с детства, в моем сердце таятся скрытые чувства, ведь она такая благородная, элегантная, красивая и грациозная. К сожалению, она уже вышла замуж за мистера Джонса… Думаю, если бы она была еще свободна, я бы добивался ее расположения гораздо настойчивее, чем в молодости!» Независимо от реальных отношений Скайлера Джонса и Кристин Куинн, Скайлер Джонс предостерегал Джонатана Гибсона от любых коварных мыслей о своей избраннице. Ответ Джонатана Гибсона не только подтвердил их чистую дружбу с Кристин Куинн с детства, но и напомнил Скайлеру Джонсу о необходимости ценить её, поскольку он всегда будет ждать, когда Кристин Куинн снова станет свободной. ---------- Глава 726-377: Дополнительная история: Его день рождения 2 Скайлер Джонс от души рассмеялся: «Думаю, советник Гибсон, вам, возможно, стоит отказаться от этой мысли, потому что, имея такую ​​жену, которую весь мир почитает как богиню, я буду любить ее еще сильнее». Джонатан Гибсон поднял бокал и с сожалением произнес: «Похоже, мне остается только продолжать поиски моей богини… В любом случае, желаю вам всего наилучшего». "Спасибо." "Ваше здоровье!" "Ваше здоровье!" После нескольких выпитых напитков телефон Скайлера Джонса завибрировал. «Извините, мне нужно ответить на звонок». «Пожалуйста, продолжайте». Скайлер Джонс достал телефон, взглянул на выпавший номер и нажал кнопку ответа: «Дорогая». Кристин Куинн на другом конце провода была на мгновение ошеломлена нежным приветствием Скайлер и ответила лишь через несколько секунд: «Где ты?» «На собрании». «Мама сказала, что сегодня твой день рождения, и она хочет, чтобы ты приехал домой пораньше, чтобы мы могли поужинать всей семьей». «Я вернусь домой пораньше». "Хорошо." Как только Кристин Куинн закончила разговор, сидящая напротив неё Ребекка Квентин поспешно спросила: «Так, зять сегодня вернётся домой?» Кристин кивнула: «Он сказал, что вернется домой пораньше». «Интересно, чем он занимался весь день? Я его целую вечность не видел». «В последнее время он был занят проектом TSOL, понимаете. Скоро состоится тендер на этот проект». «Сестра, что у тебя с зятем?» «Бекка, пожалуйста, не называй его так, я к этому не привыкла». «Но ведь теперь это его роль, не так ли!» Кристин Куинн нахмурилась, беспомощно глядя на Ребекку Квентин. Ребекка усмехнулась: «Сестрёнка, ты знаешь, что мне сегодня сказала Мари?» "Что?" «Она услышала, что мы с Говардом Джеффри пытаемся завести еще одного ребенка, и сказала, что хочет уговорить вас и вашего зятя подарить ей младшего брата». Ребекка Квентин едва успела закончить говорить, как щеки Кристин покраснели. "Нелепо". Ребекка Квентин нежно обняла смущенную Кристин: «Думаю, это рано или поздно должно произойти, просто не торопись, не спеши». Кристин с досадой посмотрела на сестру: «Ты тоже присоединилась к Мари в её глупостях?» Ребекка тут же приняла серьезное выражение лица: «Я не шучу; разве вы с зятем в последнее время не хорошо ладите?» Да, мы хорошо ладим… действительно очень хорошо. С тех пор как было достигнуто соглашение о прекращении огня, уже более месяца между ней и ним нет никаких разногласий. Он больше не отвечает ей сарказмом или колкими замечаниями, часто разговаривает с ней вежливо, а она отвечает ему взаимностью, как будто они невольно достигли состояния уважительной гармонии. Как и в прошлый раз, когда она ему звонила, он не только сразу ответил, но и сделал это вежливо; просто он нечасто использовал ласковое обращение. «О чём ты думал?» Ребекка помахала рукой перед лицом Кристин. Кристин пришла в себя: «Ничего… Между нами все не так, как вы все думаете». "Но ведь, кажется, всё постепенно налаживается, правда?" Ситуация постепенно улучшается? Нет… она теперь понимает, что это всего лишь затишье перед бурей, но она не будет бояться, когда буря начнётся. «Давайте больше не будем говорить обо мне… В любом случае, я не слышал, чтобы вы в последнее время упоминали Говарда Джеффри и Кэтрин Свифт?» «Я уже изучал этот вопрос. Кэтрин Свифт училась с Говардом на третьем курсе, и между ними когда-то была взаимная симпатия, но в то время Говард был сосредоточен на создании группы «Skytop» и у него не было много времени на отношения, поэтому в итоге они так и не стали парой…» «Вот, Говард нанял в свою компанию свою университетскую любовь…» «Не волнуйся, у Кэтрин Свифт на самом деле есть муж…» — неловко сказала Ребекка. — «В прошлые выходные вся её семья даже пригласила меня и Говарда к себе домой. Её муж — добрый и утончённый, доктор наук или что-то в этом роде… Я ошибалась насчёт неё!» «Так вы теперь готовы родить дочь от Говарда?» «Я уже пытаюсь, надеюсь, мой живот будет меня слушаться…» «Ваших усилий недостаточно; Говарду тоже нужно приложить больше усилий…» "Сестра…" Миссис Джеффри слышала смех сестер даже за дверью. «О чём вы говорите, что вас так радует?» Увидев вошедшую миссис Джеффри, Ребекка Квентин и Кристин Куинн одновременно встали и крикнули: «Мама…» После довольно долгого времени работы перед Мари, Кристин постепенно привыкла называть миссис Джеффри именно так. Миссис Джеффри подошла к своим невесткам с доброй улыбкой: «Я здесь, чтобы обсудить день рождения Скайлер с Кристин». ---------- Глава 727-377: Дополнительно: Его день рождения 2_2 Кристин Куинн и Ребекка Квентин сидели на диване в комнате с миссис Джеффри. Кристин сказала: «Разве вы не говорили, что семья может пообедать вместе?» «Я так долго не виделась с Оверски… Я впервые отмечаю его день рождения и подумываю устроить ему вечеринку?» Бекка усмехнулась: «Мама, ты думаешь, зять еще ребенок? Если ты устроишь ему вечеринку, боюсь, он сегодня вечером домой не вернется». Кристин согласно кивнула: «Я думаю, в этом нет необходимости… он знает твои намерения». Миссис Джеффри тихо вздохнула: «Я всегда хочу загладить свою вину перед ним». «Говард Джеффри сказал, что останется в Нью-Йорке как минимум еще на шесть месяцев из-за проекта TSOL, так что у вас еще есть это время, чтобы провести его с ним», — сказала Ребекка. «Надеюсь, он станет немного счастливее. Я ему слишком многим обязана…» — в подавленном голосе миссис Джеффри звучала вина. Кристин нежно обняла миссис Джеффри: «Думаю, однажды он вас поймет». Миссис Джеффри сдержала эмоции и встала: «Хорошо… давайте вернём его пораньше, я сегодня всё приготовила сама». Кристин кивнула: «Я уже ему позвонила». Скайлер Джонс вернулась как раз к ужину. Все ожидавшие в столовой вздохнули с облегчением, и миссис Джеффри была особенно рада. Однако, пока все ждали, когда Скайлер Джонс займет свое место, он лишь подошел к Кристин, что-то прошептал ей и вышел из столовой. Все были ошеломлены. Миссис Джеффри встревоженно воскликнула: «Оверски…» Все встали, безучастно глядя на удаляющуюся фигуру Скайлер Джонс. Мэрилин Куинн спросила: «Мама, что случилось с папой?» «Сестра, что случилось с зятем?» — спросила Бекка. Кристин ответила: «Он просто попросил меня подняться наверх, больше ничего не сказал». Миссис Джеффри грациозно откинулась на спинку стула, и в ее пожилых карих глазах радость сменилась на печаль и скорбь. Ребекка поспешно подошла поддержать миссис Джеффри: «Мама, пусть сестрёнка пойдёт и спросит у зятя, что на самом деле происходит…» Миссис Джеффри кивнула. Кристин на несколько секунд замешкалась, а затем пошла вслед за Скайлер Джонс. «Извините, я опоздал, вы уже начали?» Как только Говард вернулся с улицы, войдя в столовую, он увидел свою бледную мать, которую поддерживала жена. «Что случилось?» — нахмурившись, спросил Говард. «Зять вернулся, но он…» Не успела Бекка договорить, как красивое лицо Говарда уже выглядело ужасно. "Где он?" «Ему следовало подняться наверх». В следующую секунду Говард обернулся. Бекка поспешно последовала за ним и схватила недовольного мужа: «Я уже попросила сестру поговорить с ним… подожди, пока они закончат разговор». В комнате Скайлер повернулся к Кристин, которая последовала за ним, и сказал: «Приготовь мне более строгий костюм, мне нужно посетить важный банкет позже». «Банкет?» — Кристина была ошеломлена. — «Разве вы сегодня не ужинаете со своей семьей?» «Нет, у меня частный банкет». «Но мама… тётя весь день провела на кухне, чтобы лично отпраздновать твой день рождения». «Я думал, что мы договорились не вмешиваться в личные дела друг друга». Слова Скайлер лишили Кристин дара речи. "…Понял, как насчет стально-серого костюма от Armani?" С тех пор как они начали жить «уважительной» жизнью, он часто спрашивал ее мнение о том, что надеть на важные мероприятия, и, понимая, что у нее хороший вкус, постепенно доверил ей выбор своих нарядов. То, что он только что сказал ей в столовой, также было предложением попросить ее выбрать для него костюм. Зайдя в гардеробную, чтобы достать стально-серый костюм с подходящим по цвету галстуком темно-зеленого цвета, Кристин уже представляла, как впечатляюще будет выглядеть Скайлер в этом наряде. Пока Скайлер переодевался, Кристин размышляла, как уговорить его остаться на ужин. В этот момент подошел Скайлер и застегнул манжету. Ему действительно очень шел стальной серый цвет — молодой, внушительный, но не выглядящий старым, что смягчало его высокомерную ауру. У него были красивые и выразительные черты лица, особенно глубокие глаза, которые, казалось, были полны волшебства, но никогда никому его не давали. «Вы можете остаться дома на ночь?» Она сказала это не только для миссис Джеффри. Кристин посмотрела на Скайлера, его тонкие губы были сжаты, он все еще склонил голову и поправил серебряные запонки. "Позвольте мне помочь вам…" Кристин невольно шагнула вперед. Скайлер, естественно, протянул руку, позволяя ей позаботиться обо всем: поправить манжеты, угол галстука. В этот момент телефон Скайлер завибрировал. Скайлер достал телефон, нажал кнопку ответа: «Да… я скоро буду, ждите меня там». Находясь так близко к нему, она отчетливо слышала приятный женский голос из его телефона. Это была Дженнифер Дуглас. Недавно появились слухи о его близких отношениях с Дженнифер Дуглас… Только она знала, что это правда. Это был не первый раз, когда она слышала, как Дженнифер ему звонит. «Сегодня твой день рождения…» — тихо напомнила ему Кристин. Скайлер слегка приоткрыл свои холодные губы, лишенные всяких эмоций: "Ну и что? Есть какое-то правило, что я должен есть со своей семьей?" "Но…" Скайлер осторожно приподняла подбородок Кристин: «Не разрушай наше взаимопонимание, ты же знаешь, что не имеешь права меня оспаривать». Когда Скайлер спустился вниз, он встретил Бекку. Он остановился, его глубокий взгляд устремился на нее. Даже Бекка подошла к Скайлер и спокойно сказала: «Мама очень расстроена, Говард её утешает». Скайлер прищурился, сверкнув лукавыми глазами: «Значит, тебя послали меня уговорить?» Ясные глаза Бекки встретились с глазами Скайлер: «Можно?» После нескольких секунд молчания Скайлер шевельнулся в горле и ответил: «Если ты этого хочешь, я останусь… но только ради тебя». «Я знаю, что у вас с мамой есть нерешенные проблемы, поэтому, даже если вы не будете ужинать с ней сегодня вечером, я пойму, ведь она пропустила более двадцати ваших дней рождения… но разве вы не можете остаться сегодня вечером ради моей сестры?» ---------- Главы 728–378: Дополнительная история: Выступление перед детьми «Что вы хотите сказать?» Голос Ребекки Квентин дрожал от слез: «Ты заметила, что моя сестра сегодня надела очень красивое платье, и оно твоего любимого цвета — белого?» Скайлер Джонс сжал губы, молча. В глазах Ребекки Квентин мелькнула легкая водянистая искорка, голос ее охрип: «Мистер Джонс, если я правильно помню, вы говорили, что влюбились в меня с первого взгляда. Вы когда-нибудь задумывались, почему у вас возникла «любовь с первого взгляда» к такой незнакомке, как я? Думаю, дело в том, что мое лицо похоже на лицо моей сестры, верно?» В этот момент Скайлер Джонс нежно обняла Ребекку Квентин за плечи и тихо сказала: «Прости, Бекка, у меня сегодня другие дела... Что бы ты ни хотела обсудить, давай поговорим в следующий раз, хорошо?» «Мистер Джонс...» Скайлер Джонс уже начала уходить. Ребекка Квентин наблюдала за удаляющейся фигурой Скайлер Джонс, и ее глаза становились все более влажными. Внезапно чья-то нежная рука обняла стройную талию Ребекки Квентин. Ребекка Квентин подняла затуманенные глаза и посмотрела на стоявшего рядом с ней Говарда Джеффри. Говард Джеффри нежно вытер большим пальцем слезинки в уголке глаза Ребекки Квентин: «Тебе не следовало меня останавливать». Ребекка Квентин прижалась к крепкой и широкой груди Говарда Джеффри: «Он твой брат, ты не можешь говорить о нем плохо». «Но, по крайней мере, я не могу позволить ему довести мою жену до слез». «Я расстроена не из-за него, а из-за своей сестры…» «Я знаю, но твоя сестра сильнее, чем ты думаешь. Если бы она знала, что ты сейчас плачешь из-за неё, она бы чувствовала себя очень виноватой». Ребекка Квентин вытерла слезы и сопли о дорогую рубашку Говарда Джеффри: «Всякий раз, когда я думаю о соглашении, которое он подписал с моей сестрой, мне просто хочется на него накричать!» «Дорогая, ты должна сохранить это в секрете... Смогут ли они в конечном итоге быть вместе, зависит от этого соглашения!» «Вы уверены, что мистер Джонс действительно заботится о моей сестре?» «Я уверена… Не забывайте, когда я сообщила о его женитьбе на вашей сестре, он не стал ко мне обращаться за объяснениями». «Позволь мне посчитать, ты на девять лет старше меня, когда тебе исполнится сорок, мне будет около тридцати, к тому времени я, конечно же, сохраню свою красоту и молодость, а ты уже будешь вступать в средний возраст…» Она села ему на колени, покачивая ногами, и выглядела невероятно расслабленной и беззаботной. "Ты не против, если я буду старым?" Он поцеловал её в щёку. «Мне действительно нужно об этом подумать…» "Ты осмелишься?" Она хихикнула, протянула руку и обняла его за шею: «Найди какие-нибудь причины, чтобы я не обращала внимания на твой возраст». «Я богат». «Меня не интересуют деньги». «Я могу исполнить все твои мечты в этой жизни». «Но моя мечта лишь одна...» Он уткнулся лицом в ее ароматную, мягкую шею, бормоча: "Скажи мне". Она подняла его беспокойную голову со своей шеи и пристально посмотрела ему в глаза: «Я просто хочу, чтобы ты всегда заботился обо мне так же, как сейчас». «Конечно, сделаю». Он не смог удержаться и снова поцеловал её в щёку. «Но ты мне ничего хорошего не сказал». «Я много чего тебе говорю каждый вечер». Она застенчиво хлопнула его по груди: «Эй, я говорю серьёзно…» «Что вы хотите, чтобы я сказал?» «Говори то, что женщинам нравится слышать», — игриво намекнула она. "В каком смысле?" — он притворился, что ничего не понимает. "Я люблю тебя! Дурак, ты даже сказать это не можешь!" Ей пришлось его этому учить, серьезно! «Спасибо!» — улыбнулся он, принимая её признание. "Эй..." — Она ткнула его в грудь, — "Я прошу тебя сказать... Я люблю тебя! А не мне говорить тебе "Я люблю тебя", перестань пытаться воспользоваться мной, хорошо?" «Разве это не одно и то же?» «Как это может быть одно и то же!» — она закатила глаза. — «Я хочу, чтобы ты сам это сказал». "Я приберегу это на потом..." Он медленно придвинул ее к кровати и прижался к ней всем телом. «Когда же состоится наша свадебная церемония?» «Возможно, на свадьбе, или, может быть, на мой сороковой день рождения». "Эй, ты всё ещё обижена на то, что я назвал тебя старой..." Какая же она завистница! Вибрация телефона прервала разговор мужчины, который пил в одиночестве на диване. Он поставил бокал с вином и взял телефон, чтобы посмотреть. На экране его телефона ярко мелькнуло имя "Дженнифер Дуглас". Он тут же нажал кнопку завершения вызова и отбросил телефон в сторону. Взяв стоявшую рядом бутылку вина, он продолжил наливать его в бокал и залпом выпил всю янтарную жидкость. Жгучий вкус спиртного обдал его горло, оставив разум пустым. ---------- Глава 729-378: Дополнительно: Игра перед ребенком _2 Поздней ночью. Дверь элитной квартиры была выбита стуком. Человек в тонкой шелковой ночной рубашке, находившийся внутри, встал, чтобы открыть дверь, и увидел снаружи Скайлер Джонс. «Можно войти?» — Скайлер Джонс прислонился к стене одной рукой, его голос был тихим и заманчивым, а в глубоких глазах читалось опьянение. «Уже так поздно, что случилось?» — Дженнифер Дуглас повернулась и вошла в комнату, ее недовольный тон давал ему понять, что в этот момент она была зла. Скайлер Джонс внезапно с молниеносной скоростью ягуара схватил ее за руку, резко развернул все ее тело и притянул к себе в объятия. "Ты сердишься?" Он нежно обхватил ее подбородок одной рукой, слегка приподняв его. "Нет…" Она отвернула голову, не желая признаваться в этом. Скайлер Джонс протянула руку, чтобы легонько погладить ее по лицу, и пристально посмотрела на нее. «Ты же знаешь, что от моих глаз не спрячешься». Он слегка изогнул губы в озорной улыбке, его хриплый и сексуальный голос был способен растопить любой айсберг в мире. Он всегда был таким уверенным в себе, настолько уверенным, что другие могли только сдаться. «Нет», — снова отрицала она, голос ее звучал слабо и неубедительно. "Это из-за меня?" Он нежно провел слегка шершавыми пальцами по ее нежному лицу, где остались едва заметные следы невысохших слез. «Отпустите меня!» — внезапно закричала она. — «Я больше не хочу так продолжать!» Слезы текли ручьем, словно нити разбитых жемчужин, выражение ее лица было унылым и полным боли. «Не верю, что это твои истинные чувства!» — усмехнулся он, делая вид, что ему все равно. «Я серьёзно, пожалуйста, отпустите меня!» Дженнифер Дуглас собрала все свои силы, пытаясь оттолкнуть его, но Скайлер Джонс силой притянул ее к себе, крепко обняв. «Я здесь не для того, чтобы извиняться перед вами…» "Ты мне не нужна…" Дженнифер Дуглас все еще сопротивлялась, но Скайлер Джонс наклонился и поцеловал ее в губы. Как могла Дженнифер Дуглас устоять перед мужским запахом алкоголя, исходящим от Скайлера Джонса, и перед необычайной страстью, которую вызывало у него опьянение? Она давно была очарована его смелыми и страстными ухаживаниями. Скайлер Джонс подняла её на руки и широкими шагами направилась к кровати… Когда он надавил всем своим весом, руки Дженнифер Дуглас легли ему на грудь. Скайлер Джонс поднял голову и посмотрел на нее: "Что случилось?" Дженнифер Дуглас смотрела на часы на стене, в ее глазах, среди очарования, читалась нотка обиды: «Я звонила тебе столько раз, а ты не отвечал. Знаешь, как мне было сегодня стыдно? Вечеринка, которую я для тебя приготовила, а ты не пришел…» Скайлер Джонс усмехнулась: «Как же мне неловко?» «И ты всё ещё говоришь…» — Дженнифер Дуглас ударила его кулаком по крепкой груди, — «Я даже купила белое платье специально для этого случая…» «Тогда надень это для меня в следующий раз». «Я отказываюсь. Если хочешь увидеть, пусть твоя жена наденет это на тебя. В любом случае, твоя жена такая красивая, ей подойдет что угодно». «Это действительно так». "Эй…" — разъяренная Дженнифер Дуглас хотела оттолкнуть Скайлер Джонс. Но Скайлер Джонс крепко обнял её своими сильными руками, всё ещё улыбаясь: «Я пришёл быть с тобой, так скажи мне, о ком я забочусь?» Дженнифер Дуглас отвела лицо: «Кто знает, может, ты только что кончил от своей жены?» Он усмехнулся и покачал головой. Она посмотрела на него с недоумением. «Сегодня вечером я останусь с тобой». Внезапно глаза Дженнифер Дуглас наполнились теплом: «Ты… что ты сказал?» Зная, что за более чем месяц их отношений он ни разу не оставался у неё на ночь. «Так что, тебе все еще нужно спрашивать, откуда я?» — его взгляд был смелым и соблазнительным, когда он взглянул на нее. — «Теперь твоя очередь праздновать мой день рождения?» Дженнифер Дуглас застенчиво посмотрела на него; это красивое лицо, эти завораживающие глаза уже безнадежно очаровали ее… Конечно, они будут праздновать с любовью. Скайлер Джонс наклонилась, начиная наслаждаться наслаждением, которое ощущало ее тело; они переплетались и извивались, словно две змеи… Прошло больше месяца с момента прибытия в Нью-Йорк, и Скайлер Джонс впервые провела ночь вне дома. Сама Кристин Куинн и представить себе не могла, что ей тоже придётся провести бессонную ночь до рассвета. Утром, проснувшись и увидев развернутое одеяло на диване, она довольно долго сидела на краю кровати, пребывая в оцепенении. Умывшись и одевшись, она вышла из своей комнаты и тут же столкнулась с Ребеккой Квентин, которая нерешительно стояла у двери. "Бекка, что случилось?" "Сестра…" — Ребекка Квентин замялась, держа в руках газету, не зная, стоит ли ей ее отдавать. Кристин Куинн заметила газету в руке Ребекки Квентин: «Что-то случилось?» Ребекка Квентин медленно передала газету Кристин Куинн. Кристин Куинн нахмурилась, взяв газету у Ребекки Квентин, и, мельком взглянув на нее, была поражена броским заголовком: «Скайлер Джонс, генеральный директор группы компаний «Оверски», провел тайную весеннюю ночь с наследницей группы компаний «Нонта». Увидев газету, Кристин Куинн не выдала ни малейшего удивления. Она спокойно посмотрела на Ребекку Квентин и спросила: «Что случилось?» Ребекка Квентин была шокирована реакцией Кристин Куинн, она смотрела на нее с недоверием. Кристин Куинн небрежно улыбнулась: «Я не ожидала, что новости так быстро распространятся. О том, что произошло прошлой ночью, сегодня утром уже пишут в газетах». Глаза Ребекки Квентин расширились от недоверия: «Значит, зять вчера вечером не вернулся домой?» Кристин Куинн насмешливо со смехом спросила: «Вы думаете, я могу как-то повлиять на то, вернется ли он домой?» Ребекка Квентин внезапно ворвалась в комнату Кристин Куинн, увидев большую кровать. И действительно, большая кровать была пуста. «Он так и не вернулся домой…» Кристин Куинн, стоя позади Ребекки Квентин, спокойно сказала: «Вы ошибаетесь, мы никогда не спали в одной постели… Однако то, что он не вернулся домой прошлой ночью, правда». Ребекка Квентин внезапно обернулась, чтобы посмотреть на Кристин Куинн, и с удивлением воскликнула: «Вы всё ещё спите отдельно?» Кристин Куинн сидела на краю кровати и тихонько посмеивалась: «Я думала, ты и так знаешь». Ребекка Квентин села рядом с Кристин Куинн: «Я всегда думала, что после того, как вы обе приехали в Нью-Йорк…» Кристин Куинн нежно положила руку на плечи Ребекки Квентин и спокойно произнесла: «Дорогая сестра, тебе больше не о чем беспокоиться обо мне и о нем… это невозможно для нас». «Но в наши дни…» «В наши дни между нами сложилось своего рода взаимопонимание… Короче говоря, ради Мари мы решили прекратить огонь». «А что насчёт дела между зятем и Дженнифер Дуглас…?» ---------- Глава 730–379: Дополнительно: Контратака Кристин Куинн Кристин Куинн категорично заявила: «Думаю, со времени последнего благотворительного мероприятия они приблизились к цели довольно близко». «Так это Дженнифер Дуглас сопровождала его вчера вечером на дне рождения?» Кристин Куинн мельком взглянула на броский заголовок в газете: «Полагаю, да!» «Неудивительно, что он вчера так спешил уйти, он даже не дал мне поговорить…» «Подожди, ты с ним вчера разговаривал?» "…Да, да, я это сделал!" «Что ты ему сказал?» "Я… я почти ничего не сказала, честно!" «Нет, по выражению вашего лица я понимаю, что вы не говорите правду». «Мне просто противно видеть, как он себя ведёт… Пока он дома, мама сама готовит, чтобы напомнить ему о семейном тепле, а ему на это наплевать…» «Бекка, мне нужно знать главный момент». Под строгим взглядом Кристин Куинн Ребекка Куэнтин надула губы, опустила голову и тихо признала: «Хорошо… Я также сказала ему, что ты переоделась в белое платье, которое ему нравится, специально, чтобы отпраздновать его день рождения». Кристин Куинн запаниковала и вскочила с кровати. "Боже мой…" Ребекка Квентин встала вслед за ней, схватила взволнованные руки Кристин Куинн и пробормотала: «Я правда видела, как ты вчера утром выбирала одежду в своей комнате…» "Потому что я… я…" Кристин Куинн внезапно осознала, что даже сама ответить на этот вопрос она не может. Ребекка Квентин усадила Кристин Куинн обратно на край кровати: «Ладно, ладно… признаю, на этот раз я была слишком любопытна». «Я не хотел тебя обвинять, Бекка…» «Знаю, сестрёнка… Я просто очень за тебя волнуюсь». Ребекка Квентин прислонилась к плечу Кристин Куинн и с грустью призналась: «Я очень надеюсь увидеть тебя счастливой». «Я уже говорил, что буду». Когда Скайлер Джонс вернулась, Кристин Куинн лениво сидела у окна, греясь на солнышке. Услышав, как открылась дверь, Кристин Куинн посмотрела в её сторону, и её взгляд встретился со взглядом Скайлера Джонса, когда он вошёл снаружи. Скайлер Джонс лишь мельком взглянул на Кристин Куинн, небрежно бросил пиджак на диван и сказал: «Сегодня мне нужно присутствовать на тендере по проекту TSOL, найдите мне подходящую рубашку и костюм». После этого указания Скайлер Джонс вошел в ванную комнату, расстегивая рубашку. Кристин Куинн отложила бессмысленный развлекательный журнал, который читала, нетерпеливо прикусила губу, затем вскочила со стула и направилась к шкафу в комнате. Белая рубашка в сочетании с темным костюмом – классический образ… Кристин Куинн аккуратно разложила одежду на кровати. Из ванной доносился шум льющейся воды, и она спокойно помогала ему убрать грязную одежду, которую он оставил снаружи, как вдруг замерла, держа в руке его рубашку. На плече его рубашки был отчетливо виден след от красной помады, от которой сильно пахло алкоголем. По всей видимости, кто-то заявлял о своих правах на неё… Похоже, сообщения в новостях были не совсем ложными. Жаль только, что усилия другой стороны оказались тщетными, ей было не о чем беспокоиться. Приведя в порядок его грязную одежду, Кристин Куинн вернулась на свое место у окна и продолжила листать лежащий у нее под рукой журнал. Внезапно дверь ванной открылась, и он вышел, приняв душ… Кристин Куинн не обращала на него внимания, даже краем глаза. «Где одежда?» Слегка раздраженный голос раздался в ее адрес. Кристин Куинн нахмурилась: «Разве они не на кровати?» «Если вы имеете в виду только рубашку и костюм». Услышав недовольство в тоне Скайлер Джонс, Кристин Куинн раздраженно вскочила со стула: «Я вам говорю…» Кристин Куинн была ошеломлена увиденным, прежде чем успела закончить фразу. На самом деле на Скайлер Джонс не было ни единого шва… В следующее мгновение Кристин Куинн закрыла глаза рукой. "Ты…" «Это твоя вина». Скайлер Джонс неторопливо снова обернул полотенцем нижнюю часть тела. Заметив сквозь пальцы, что Скайлер Джонс прикрыл нижнюю часть тела полотенцем, Кристин Куинн наконец сердито подошла к нему и спросила: «Ваша рубашка, костюм, галстук и все остальное здесь?» Скайлер Джонс пристально посмотрела на Кристин Куинн: «Но я не смогла найти нужное мне нижнее белье». Нижнее белье? Боже мой… Лицо Кристин Куинн мгновенно покраснело, она бросилась к шкафу, выдвинула один из ящиков и в растерянности протянула ему наугад пару туфель. По сравнению с неловкостью Кристин Куинн, Скайлер Джонс выглядела гораздо спокойнее. Застегивая серебряные запонки на рубашке, он сказал: «Если торги пройдут успешно, сегодня вечером будет праздничный ужин… оденьтесь нарядно, я заберу вас до семи вечера». Праздничный ужин в честь «Оверского» — как она, будучи женой генерального директора «Оверского», могла не присутствовать? ---------- Глава 731–379: Дополнительно: Контратака Кристин Куинн_2 «У тебя же свидание?» — небрежно спросила Кристин Куинн. Слова Кристин Куинн заставили Скайлера Джонса, который теребил свой браслет, поднять бровь. Он поднял голову и посмотрел на нее: «Вы уверены, что сейчас говорите со мной спокойным тоном?» «Я уверена, что у меня сегодня вечером планы, поэтому у меня нет времени пойти с тобой». Скайлер Джонс слегка нахмурил брови: «Планы?» "Да." "Джонатан Гибсон?" Кристин Куинн, подражая его обычной пренебрежительной манере, слегка прищурилась: «Вы уверены, что сейчас не вмешиваетесь в мои личные дела?» В ответ на ее резкий ответ Скайлер Джонс перестал теребить манжету и, подобно опасному ягуару, элегантно подошел к ней. Он снисходительно посмотрел на неё сверху вниз. Ее взгляд был бескомпромиссным. Он усмехнулся, приподнял ее красивый подбородок и мягко сказал: «Когда у меня будут с тобой планы, тебе лучше отменить все остальные свидания, потому что… быть миссис Джонс не так-то просто». "Ты…" "Папа, мама!!" Раздался невинный детский голосок. Скайлер Джонс и Кристин Куинн обе посмотрели на Мэрилин Куинн, которая в этот момент вбегала в комнату. Мэрилин Куинн, держа в руках газету, раздраженно посмотрела на отца: «Папа, ты разве не ночевал дома прошлой ночью?» Скайлер Джонс уже мельком взглянул на броский заголовок газеты. Он спросил, как ни в чем не бывало: «Что случилось?» Мэрилин Куинн передала газету Скайлеру Джонсу: «Говорят, ты провел прошлую ночь на улице». В этот момент Скайлер Джонс отложил газету в сторону, затем присел на корточки, обнял свою надутую дочь и терпеливо и нежно сказал: «Как содержание газеты может быть точным? Папа и мама только что встали… не так ли? Жена». Кристин Куинн на секунду замерла, затем кивнула: «Да… всё верно!» Мэрилин Куинн обняла отца за шею: «Почему эти газеты пишут так бессистемно…» Скайлер Джонс с любовью подняла Мэрилин Куинн на руки, вышла из комнаты и сказала: «Они просто пытаются привлечь внимание. В бизнесе это называется «цель оправдывает средства»…» Почему ваше слово должно быть для меня законом? Просто я не хочу с вами спорить… Всё в порядке, Кристин Куинн, ты делаешь это только ради своей дочери… В глубине души ангелы и демоны обменивались голосами. Кристин Куинн покачала головой, пытаясь избавиться от этих сумбурных мыслей, и с раздражением посмотрела на себя в напольное зеркало. Тук-тук. В дверь постучали. "Войдите." «Сестра, ты хотела меня видеть?» В комнату вошла Ребекка Квентин. Кристин Куинн отвернулась от зеркала, держа в руках платье и бросив нетерпеливый взгляд на множество платьев, лежащих на кровати: «Помогите мне выбрать, я не знаю, какое надеть». Ребекка Квентин взяла с кровати одно из красивых платьев, рассматривала его и говорила: «Твой вкус всегда был лучше моего». «Но знаете, это мое первое публичное выступление с ним в качестве «мужа и жены». Я действительно не знаю, что лучше подойдет на роль миссис Джонс». Ребекка Квентин подмигнула Кристин Куинн: «Красное платье, которое ты держишь в руках, сегодня вечером точно заставит тебя блистать». «Мне не нужно блистать». «Но миссис Джонс так считает». Кристин Куинн в отчаянии вскрикнула и плюхнулась на кровать: «Черт возьми!!» Ребекка Квентин наклонилась ближе: "Опять проклинаешь некоего мистера?" Кристин Куинн подавила бушующие в её сердце эмоции, кивнула: «Хорошо, тогда я выберу красное, скажем так, оно для Мари». "Так, разве ты не говорил, что у тебя сегодня вечером планы с друзьями?" «Похоже, их придётся отменить». Ребекка Квентин наклонила голову, глядя на Кристин Куинн: «Мне очень любопытно узнать об этом мужчине, с которым вы должны встретиться сегодня вечером, и который когда-то принимал вас у себя дома». Кристин Куинн нахмурилась: «Ты знаешь?» Ребекка Квентин улыбнулась: «Я видела, как он в тот день отвозил тебя обратно». Кристин Куинн кивнула: «Его зовут Джонатан Гибсон, мы не виделись много лет, недавно снова встретились». «Джонатан Гибсон?» — Ребекка Квентин прищурилась, — «Это имя звучит…» «Верно, он занял должность директора по международному бизнесу, сменив Робинсона. Кажется, Говард Джеффри упоминал его вам». Ребекка Квентин в шоке широко раскрыла глаза: «Боже мой… Сестра, ты действительно знаешь такого юного таланта?» «Он двоюродный брат моего хорошего друга. Мы были близки в детстве, пока он не эмигрировал за границу… Мы не виделись много лет, а когда встретились снова, он уже добился таких успехов». «Это звучит немного необычно… подождите… позвольте угадать, вы были возлюбленными с детства, значит ли это, что у вас когда-то были особые отношения?» Кристин Куинн честно ответила: «У меня когда-то была возможность стать его любовницей, но тогда его семья была состоятельной, а я болела и ухаживала за больной матерью. Другим казалось, что я выхожу замуж за человека, который мне не по душе, хотя он и не возражал». "Значит, ты не выбирала быть с ним?" "Да." «Что произошло потом?» «Позже…» — Кристин Куинн сделала паузу. Ребекка Квентин с нетерпением смотрела на Кристин Куинн. Кристин Куинн подняла взгляд вдаль и медленно ответила: «В другой раз, когда он пришел меня искать, он случайно увидел, как я возвращаюсь в машине Скайлера Джонса, и после этого он больше за мной не приходил… а потом я услышала, что они все эмигрировали за границу». «Похоже на очень печальную историю». «Но я рада, что не остановила его… Чудо, что я дожила до этого момента». «Значит, ваша встреча с ним сегодня вечером…?» «Не стоит слишком много об этом думать, мы просто общаемся как друзья». «Неудивительно, что ты осталась у него на ночь». «Это своего рода доверие, которое я всегда испытывал к нему». "Я понимаю." «Ладно, любопытный малыш, моя история с ним закончилась… Могу я теперь позвонить своему другу и сообщить ему, что не смогу встретиться с ним сегодня вечером?» Скайлер Джонс дочитал список цитат в руке, сделал глоток виски; тающий лед смягчил жжение алкоголя, стекая по горлу и оставляя тепло ячменя. «Придумали, как сегодня отметить вечер?» Скайлер Джонс ничего не ответил, лишь взглянул на список цитат. Дженнифер Дуглас нежно обняла его за талию, прижавшись щекой к его плечу. «Как бы мне хотелось, чтобы на сегодняшнем банкете тебя сопровождала я». ---------- Глава 732-380: Дополнительно: Он публично заявляет, что она уже беременна 1 Скайлер Джонс выпрямился, не дав ей продолжать наклоняться: «Это общественное место, ты должна это понимать». «Я не против, а вы?» — Дженнифер Дуглас очаровательно улыбнулась. — «К тому же, наша история уже опубликована в газетах». «Я же вам говорил, она по-прежнему мать моего ребенка». Зрачки Скайлер Джонс потемнели. "Хорошо… тогда как насчет того, чтобы переночевать сегодня у меня?" — прошептала Дженнифер Дуглас тихим голосом, намеренно слегка коснувшись губами его мочки уха. Он думал, что примет это с радостью, но в этот момент… «Не сегодня, чтобы заполучить проект TSOL сегодня, требуется немало усилий. Даже возможность выпить с вами здесь — это уже мой предел». Это объяснение в некоторой степени успокоило недовольство Дженнифер Дуглас, поскольку, по крайней мере, показало, что она занимала особое место в его сердце, раз он находил время для встречи с ней, несмотря на свой плотный график. Дженнифер Дуглас понимала психологию Скайлера Джонса; ему нравились умные женщины, особенно те, кто мог бросить ему вызов, сохраняя при этом женскую самобытность. Она была уверена, что на сто процентов овладела этим аспектом. «Хорошо тогда… свяжись со мной, когда будешь свободен». Скайлер Джонс кивнула: «Я попрошу водителя отвезти тебя домой первым, поехали!» Он встал, и они по очереди покинули бар. В машине шла радиопередача… Недавно сообщалось, что группа компаний «Оверски» получила контракт на реставрацию Статуи Свободы в США на сумму в миллиард долларов… Уверенная улыбка Скайлер Джонс слегка приподняла губы. Водитель выехал из бизнес-отеля, почтительно спросив: «Мистер Джонс, может, нам теперь забрать госпожу?» Скайлер Джонс посмотрел на часы на своем запястье: «Хорошо». Хотя он приехал раньше, чем планировал, по какой-то причине в этот момент у него возникло желание увидеть её. Скайлер Джонс откинулся на спинку сиденья и отдохнул с закрытыми глазами. Внезапно водитель тихонько окликнул: «Мистер Джонс…» "Хм?" "Мадам…" Скайлер Джонс медленно открыл глаза. Сквозь лобовое стекло, на светофоре, предстала пара потрясающе красивых, идеально подходящих друг другу мужчины и женщины. Это были Джонатан Гибсон и Кристин Куинн. Они ждали на светофоре, болтая о чём-то приятном. Темные зрачки Скайлер Джонс слегка сузились, излучая почти незаметный острый взгляд. «Мистер Джонс, мне следует подъехать на машине?» — спросил водитель. В его глазах на мгновение мелькнула опасность, тон его был лёгким: «Нет необходимости». "Тогда… может, нам стоит вернуться?" В этот момент Скайлер Джонс уже достал телефон, набрал несколько цифр и поднёс трубку к уху. В то же время. Джонатан Гибсон и Кристин Куинн вместе пересекли светофор. Кристин Куинн улыбнулась и сказала: «Я действительно не ожидала, что Хильда уже мать двоих детей… Я всегда помнила ее как ребенка, который так и не повзрослел». "Да, время действительно летит…" Услышав вздох Джонатана Гибсона, Кристин Куинн вдруг спросила: «Джонатан, почему ты до сих пор холост?» Тело Джонатана Гибсона замерло, остановившись посреди светофора. Кристин Куинн посмотрела на него и вдруг заметила небольшую аномалию в его глазах. И как раз в тот момент, когда Джонатан Гибсон собирался что-то сказать, зазвонил её телефон. "Извини…" Кристин Куинн достала телефон и, увидев мигающий номер на экране, несколько нетерпеливо нажала кнопку ответа: «Здравствуйте». "Где ты?" В трубку раздался спокойный, почти холодный, низкий голос Скайлер Джонс. «Я… я дома». "Хорошо… Я сейчас приеду за тобой." "Что… подожди, разве ты не говорил, что заберешь меня в семь?" «Мне казалось, я сказал „до семи“». «Но ведь сейчас только четыре часа дня…» Разговор завершился одним щелчком мыши. «Что это за человек!» Не сумев удержаться от ругательства, Кристин Куинн в раздражении положила телефон. Джонатан Гибсон спросил: «Что случилось?» Кристин Куинн надула губы: «Извини, Джонатан, тебе больше не нужно отвозить меня домой». «Мистер Джонс звонил?» Кристин Куинн кивнула: «Он сказал, что сейчас приедет за мной… Мне нужно пойти с ним на сегодняшний праздничный ужин». Джонатан Гибсон рассмеялся: «Всё в порядке, я знаю, что компания „Oversky“ получила проект TSOL». «Я чуть не забыла, вы же координатор этого проекта… значит, вы тоже будете на сегодняшнем праздничном ужине?» «Конечно, умение официально поздравлять — это социальный навык, который должен освоить каждый руководитель предприятия». Кристин Куинн позабавили слова Джонатана Гибсона: «Тогда… увидимся сегодня вечером». «Моя машина вон там, вы уверены, что вам не нужно, чтобы я вас подвёз обратно?» ---------- Глава 733-380: Дополнительно: Он публично объявил, что она уже беременна 1_2 «Не нужно, спасибо, что угостили меня ужином… он приедет за мной». "Хорошо." "Пока-пока." После расставания с Джонатаном Кристин Куинн с тревогой достала телефон и набрала номер Скайлер Джонс. Телефон долго звонил, прежде чем соединение соединилось, и Кристин поспешно сказала: «Здравствуйте… где вы сейчас?» «Разве я тебе не говорил? Я сейчас вернусь домой, чтобы тебя забрать». "Ты… ты только что отправился в путь, верно?" «Нет… я уже почти у входной двери». Услышав слова Скайлер, Кристин пришла в полную панику: «Но меня сейчас нет дома!» "О?" — с интересом спросил Скайлер на другом конце провода. — "Тогда где ты сейчас?" "Я… я нахожусь в…" «Вы находитесь в центре Нью-Йорка, на Куинсуэй, и только что расстались со своим бывшим возлюбленным Джонатаном Гибсоном». "Как… как ты это узнал?" «Дорогая, посмотри в сторону одиннадцати часов». Кристин повернула голову в направлении, указанном Скайлером в звонке, на расстоянии десятков метров, но ее взгляд упал прямо в его опасные глаза, темные, как бесконечные водовороты. Водитель вышел, чтобы открыть дверцу машины для Кристин. Кристин сердито сидела в машине, яростно сверля кого-то взглядом: «Неужели вы должны так надо мной подшучивать?» Скайлер улыбнулась ей, приподняв губы: «Твоё агрессивное поведение теперь не похоже на поведение женщины, застигнутой мужем врасплох во время измены?» «Я только что ужинала с ним… да, зачем мне вам это объяснять?» Она презрительно посмотрела на кого-то и перевела взгляд прямо перед собой. Ранее она договорилась сегодня поужинать с Джонатаном Гибсоном… в первую очередь, желая обсудить с ним дела Хильды. К сожалению, сегодня утром он сказал ей, что хочет, чтобы она пошла с ним на мероприятие, и она позвонила Джонатану Гибсону. Джонатан сказал ей по телефону, что у него тоже есть планы на сегодня, и они перенесли свою вечернюю встречу на дневное время. Вот почему она в итоге оказалась с Джонатаном. «Думаю, необходимо напомнить вам, что, хотя я и не всемирно известен, нью-йоркские СМИ с удовольствием размещают обо мне статьи на первых полосах… Поэтому я не хочу, чтобы мой следующий заголовок был связан с проступком моей жены!» «Когда дело доходит до проступков, Скайлер, я думаю, ты должен первым задуматься!» — презрительно выпалила Кристин. — «В следующий раз, когда ты проведешь ночь со своей любовницей, пожалуйста, хорошо ее утешь; не позволяй ей оставлять ярко-красные следы от помады на твоей грязной рубашке, как победительница, заставляя меня чувствовать себя совершенно нелепо!» "Кристин Куинн!!" «Я тебя не боюсь, Скайлер, если ты не хочешь мириться со мной, хорошо, давай сейчас пойдем к Мари и все проясним. Возможно, Мари считает меня коварной плохой матерью, но не жди от меня того же образа замечательного отца, если это ты изменил ей в браке!» "Кристин Куинн!!!" — повторил он ее имя еще раз, давая понять, что его гнев вот-вот выплеснется наружу. "Не нужно выталкивать меня из машины; я сам выйду!" С этими словами Кристин в гневе распахнула дверь машины и выбежала на улицу. Сидя на скамейке у дороги, Кристин прикрыла одну руку ноющей грудью, а другой вытерла слезы с щеки. Она рыдала от горя, но изо всех сил старалась не заплакать вслух. Почему он так с ней обращается? Она вернула ему все, что была ему должна… Её мучает её собственная боль; почему ей больно от того, что он провёл ночь с другой женщиной? Она прокляла этого проклятого человека, обрекая его на то, что следующую жизнь он проведет в аду. Сволочь!! Кристин крепко сжала руку в груди, не понимая, почему каждый раз, когда она разговаривала со Скайлер, ее сердце так сильно болело. Она совершенно бесполезна; если бы она могла его игнорировать, возможно, ее сердце не болело бы так… Слезы беспрепятственно текли из уголков ее глаз, и сколько бы Кристин ни пыталась их вытереть, они продолжали наполнять ее ясные глаза. Внезапно раздался "Крик" — Звук тормозов эхом отдавался в ее ушах. Кристин поспешно вытерла с лица все следы слез и сердито сказала: «Не ждите, что вы будете воспринимать меня как шутку… Я никогда не признаю поражения перед вами». Не успела Кристин произнести ни слова, как в ее ухе раздался глубокий, притягательный голос: «Это я, Кристин». Услышав неожиданный голос, Кристин быстро подняла глаза. Человек, вышедший из машины и вставший перед ней, был — Говард Джеффри. Увидев Говарда, Кристин снова неудержимо заплакала. Говард осторожно поднял Кристин на руки и тихо сказал: «Я случайно проходил мимо… Что случилось?» Прекрасные глаза Кристин, полные слез, смотрели на Говарда, и вдруг она, обиженная, бросилась ему в объятия. Говард нежно обнял её. Кристин прислонилась к широкому плечу Говарда и воскликнула: «Говард, я ему ничего не должна… Я вернула ему все, что была должна… Он позволил мне обратиться к тебе, я сделала это без колебаний, он потребовал все деньги, прекрасно зная, что обманул меня, я притворилась, что ничего не знаю… Я изо всех сил старалась отплатить ему, я отдала ему все лучшее, что у меня есть в жизни, но я не знаю, сколько еще смогу выдержать такие дни…» Наступила ночь. Дорогой черный автомобиль тихо припаркован на углу в Нью-Йорке. Водитель взглянул в зеркало заднего вида на владельца, сидевшего сзади, но не осмелился произнести ни слова. Скайлер откинулся на спинку стула, полностью утратив свою обычную высокомерную и самодовольную манеру поведения. Он молча размышлял, выглядя одиноким, словно покинутым всем миром. Раздался вибрирующий звук телефонного звонка. Он слабо поднял трубку, его глубокие черные глаза были прикованы к номеру, мелькающему на экране. Небрежно отбросив телефон в сторону, он нечаянно ответил на звонок. В трубку раздался чистый и приятный голос Дженнифер Дуглас: «Поздравляю! Я слышала, что компания „Oversky“ успешно получила проект TSOL… Хочу отпраздновать это с тобой, как бы поздно это ни случилось, я буду ждать тебя сегодня вечером». Кристин сидела, прислонившись к изголовью кровати, и держала в руках чашку с теплой водой. ---------- Глава 734-381: Дополнительно: Он публично заявляет, что она уже беременна 2 Ребекка Квентин села на край кровати и выразила свою обеспокоенность: «Ты уверена, что с тобой все в порядке?» Кристин Куинн кивнула и сделала глоток воды. Ребекка Квентин тихо вздохнула: «Я начинаю сомневаться, не были ли мои попытки свести тебя с мистером Джонсом совершенно неправильными?» Кристин Куинн поставила чашку на прикроватный столик, протянула руку, чтобы взять слегка холодную руку Ребекки Квентин, и искренне сказала: «Бекка, перестань обо мне беспокоиться… Вы с Говардом Джеффри так многого добились, я бы предпочла, чтобы ты наслаждалась жизнью без забот». «Но я беспокоюсь о тебе…» Кристин Куинн улыбнулась и покачала головой: «Вы забыли? Я все это время с этим справлялась». Голос Ребекки Квентин дрожал: «Когда я увидела, как ты, безжизненно, выходишь из машины Говарда Джеффри, я очень испугалась…» "Глупышка, чего ты боишься?" Ребекка Квентин обняла Кристин Куинн, и ее голос стал хрипеть: «Я боюсь потерять тебя, сестрёнка…» Кристин Куинн тихонько усмехнулась: «Какая же ты глупая девчонка… как ты могла меня потерять?» «Я не знаю… Просто меня не покидает это тревожное чувство, и каждый раз, когда я вижу твои страдания, это чувство усиливается». Кристин Куинн хотелось обнять Ребекку Квентин: «Глупышка… со мной что, не всё в порядке?» Ребекка Квентин широко раскрыла глаза, глядя на слабую улыбку на лице Кристин Куинн, в глазах которой едва заметно выступила влага: «У меня болит сердце…» Кристин Куинн осторожно вытерла слезинки в уголках глаз Ребекки Квентин: «Если ты посмеешь заплакать передо мной, Говард Джеффри снова меня отругает». Слова Кристин Куинн позабавили Ребекку Квентин, она фыркнула и кивнула: «Хорошо… скажи мне, что ты планируешь делать дальше?» "Что делать?" «Мистер Джонс безрассудно причиняет вам боль, вы просто позволите ему это?» Кристин Куинн спокойно посмотрела на сестру: «Бекка, помни, у каждой ситуации две стороны. Ты возмущена за меня, потому что думаешь с моей точки зрения, но ты не можешь игнорировать тот факт, что я действительно причинила боль Скайлеру Джонсу, из-за чего он теперь меня ненавидит». «Но он знает, что всё это было делом рук М…» «Вы должны понимать, что человеку, который никогда не чувствовал себя в безопасности, крайне сложно доверять кому-либо, и так случилось, что я предал это доверие». "Значит, всё это время ты пыталась загладить свою вину перед ним…" Кристин Куинн кивнула: «На протяжении стольких лет… я делала все, что он хотел. Я лишь надеюсь, что мои усилия смогут хоть немного облегчить его боль». «Но очевидно, он никогда не оценит того, что вы для него сделали». «Но я ему больше ничего не должна, особенно теперь, когда знаю, что он…» В этот момент голос Кристин Куинн замолчал. «Знаешь что?» — спросила Ребекка Квентин. Она знала, что с самого начала и до конца ему было на нее наплевать. Его боль к ней была вызвана лишь тем, что она оставила пятно неудачи в его жизни, где он никогда прежде не проигрывал. Его беспокоила не душевная боль, а гордость. Конечно, она никогда не желала, чтобы его сердце страдало… На самом деле, если он никогда и не испытывал к ней чувств, ей не нужно нести на себе гнетущее чувство вины и раскаяния за то, что она обидела его в прошлом… Поэтому того, что она для него сделала, было уже достаточно. "Ничего страшного… в любом случае, перестаньте обо мне беспокоиться, я справлялся все эти годы, что такое еще полгода?" Ребекка Квентин нахмурилась от беспокойства: «Но если Мари узнает…» Кристин Куинн тут же перебила Ребекку Квентин: «Она ничего не узнает, по крайней мере, до окончания периода наблюдения. Мы со Скайлер Джонс будем и дальше придерживаться нынешней договоренности». «Мне не следовало просто стоять и смотреть, как ты выходишь замуж за мистера Джонса», — с сожалением призналась Ребекка Квентин. Только сегодня она поняла, что, возможно, ее решение выдать сестру замуж за мистера Джонса было ошибкой, потому что… не каждый счастливый конец — лучший конец. Если для счастья сестры необходимо пережить нынешние страдания, она предпочтет выбрать для нее кого-нибудь обычного, чтобы та могла жить мирной жизнью. Даже если она не полюбит этого человека, по крайней мере, ее сердце останется целым. Кристин Куинн медленно отпустила Ребекку Квентин, покачав головой: «Бекка, вообще-то, выйду я замуж или нет — мне совершенно всё равно…» «Брак — самое важное событие в жизни женщины». "Но если бы не жизнь, которая уже…" «Уже что?» ---------- Глава 735-381: Дополнительно: Он публично заявляет, что она уже беременна 2_2 У Кристин Куинн на мгновение перехватило дыхание, затем она улыбнулась и сказала: «Мне просто кажется, что жизнь давно утратила для меня свой первоначальный смысл…» Ребекка Квентин праведно воскликнула: «Я не позволю вам иметь такие негативные мысли!» Кристин Куинн все еще слабо улыбалась: «Ладно, если бы я действительно была негативным человеком, я бы, наверное, давно покинула этот мир…» Ребекка Квентин кивнула с болезненным выражением лица: «Знаю, сестрёнка, я никогда не смогу достичь твоей силы». Кристин Куинн нежно взяла в руки маленькое личико Ребекки Квентин: «Итак… дорогая сестричка, не могла бы ты помочь мне принести красное платье без бретелей, которое я примеряла сегодня утром?» "Вы собираетесь переодеться?" Кристин Куинн, как обычно, кивнула: «Скайлер Джонс всё ещё ждёт, когда я соглашусь пойти с ним на долгожданный торжественный банкет». «На моём месте я бы его не пустил». «Я бы с удовольствием, но вы уверены, что я хочу нарушить мирное взаимопонимание между нами и сделать так, чтобы моя драгоценная дочь не смогла безопасно пережить следующие пять месяцев наблюдения?» Ребекка Квентин поджала губы и наконец кивнула: «Хорошо, я помогу тебе это достать…» Проект TSOL — самый громкий бизнес-проект в Нью-Йорке во второй половине года… Поэтому на банкете присутствовали не только политические и деловые элиты Нью-Йорка, но и многие всемирно известные деятели, все они стремились познакомиться с президентом группы компаний «Оверски» Скайлером Джонсом, известным своей деловой хваткой и навыками. Известно, что люди проявляют большой интерес к Скайлеру Джонсу и хотели бы удовлетворить свои запросы через него… Например, у кого из них, у Говарда Джеффри, выше IQ? «Мистер Джонс, вы уверены, что не хотите позвонить своей жене?» Когда телохранитель открыл дверь машины для Скайлер Джонс, стоявший в стороне водитель заговорил. Скайлер Джонс, выходя из машины, застегнул пуговицы на костюме, бросил взгляд на ослепительно желтые огни пятизвездочного отеля и равнодушно произнес: «Не нужно». «Но для такого случая, как сегодня…» Не успел водитель договорить, как Скайлер Джонс уже улыбался и направлялся к группе репортеров, ожидавших у входа в отель. Как только Скайлер Джонс вошел в главный вход отеля, репортеры быстро окружили его… Большинство вопросов от репортеров касались дальнейшего прогресса и развития проекта TSOL. Но некоторые чувствительные, или скорее бестактные, репортеры спросили: «Мистер Джонс, почему мы не видели вашу уважаемую жену? В такой важный день разве миссис Джонс не должна быть рядом с вами, чтобы разделить с вами эту радость?» В ответ на вопрос одного из репортеров, остальные начали уделять больше внимания этой теме. Постепенно дискуссия отошла от проекта TSOL и сосредоточилась на том, почему Скайлер Джонс присутствовал на таком пышном банкете без своей жены. К счастью, Скайлера Джонса сопровождали телохранители, поэтому репортеры, жаждущие выведать у него эксклюзивные новости, могли лишь стоять в двух метрах от него, беспомощно наблюдая, как он спокойно входит в банкетный зал, не отвечая. «Мистер Джонс, мы вас ждали». «Поздравляю, мистер Джонс, только такая крупная компания, как «Оверски», могла заполучить проект TSOL…» «Поздравляю, поздравляю…» Действительно, войдя в банкетный зал, Скайлер Джонс сразу же оказался в центре внимания. Все окружали его комплиментами, и он умело использовал свои превосходные навыки общения. «Мистер Джонс, позвольте мне произнести тост от имени правительства Нью-Йорка…» Раздался благородный мужской голос. Во время обмена любезностями Скайлер Джонс увидел Джонатана Гибсона, стоявшего неподалеку и поднявшего за него бокал. Затем он извинился перед теми немногими, кто делал ему комплименты, и подошел к Джонатану Гибсону. «Мне следовало лично прийти поздравить мистера Джонса, но вместо этого я сам попросил его подойти, что для меня большая честь… Поднимаю тост за мистера Джонса». Скайлер Джонс чокнулся бокалами с Джонатаном Гибсоном, но не спешил пить. Вместо этого он изогнул губы с легкой улыбкой: «Чтобы компания «Оверски» получила проект TSOL, я должен поблагодарить советника Гибсона за вашу публичную поддержку… Это я должен поднять за вас тост». «Спасибо, если мистер Джонс не возражает, считайте это моим свадебным подарком вам и Кристин». Скайлер Джонс, сделав глоток вина, посмотрел на Джонатана Гибсона сложным взглядом и постепенно прищурился, из его низкого голоса вырвалось: «Советник Гибсон, каждый раз, когда вы упоминаете мою жену в моем присутствии, вы никогда не думали, что я могу ревновать?» Джонатан Гибсон тоже слегка прищурился, голос его стал холоднее обычного: «Поэтому ты не хотел брать Кристин на банкет? Боялся, что она со мной познакомится?» Скайлер Джонс вдруг от души рассмеялась. Джонатан Гибсон не смог разобрать смех Скайлера Джонса. Посмеявшись, Скайлер Джонс, все еще улыбаясь, сказала: «Советник Гибсон, вы слишком много думаете. Кристин всегда говорила, что вы старые друзья, так почему я должна беспокоиться о том, что она с вами встретится?» Взгляд Джонатана Гибсона стал загадочным: «О, тогда не могли бы вы объяснить, почему в такой важный момент вашей жены нет рядом?» «Действительно, мистер Джонс, моя жена тоже упоминала о желании познакомиться с миссис Джонс… Почему миссис Джонс не пришла на банкет с вами?» Разговор между Скайлером Джонсом и Джонатаном Гибсоном был прерван представителем правительства Нью-Йорка. В ответ на вопрос постороннего человека Скайлер Джонс лишь сжал губы в улыбке. Правительственный чиновник заметил: «Мистер Джонс, это несколько несправедливо… Люди говорят, что миссис Джонс потрясающе красива, возможно, вы держите её в тайне, желая любоваться ею в одиночестве у себя дома?» Скайлер Джонс, естественно, ответил: «На самом деле, моя жена просто плохо себя чувствует». «Неважно себя чувствуете? Мистер Джонс, вы имеете в виду…» Хотя вопрос был задан правительственным чиновником, взгляд Скайлера Джонса был прикован к Джонатану Гибсону. Спокойным голосом он сказал: «Это еще не подтверждено… Я все еще жду, когда она сообщит мне хорошие новости сегодня вечером». Услышав слова Скайлер Джонс, жена правительственного чиновника многозначительно воскликнула: «А, значит, миссис Джонс беременна…» Что? Джонатан Гибсон на мгновение опешился. Правительственный чиновник тут же поздравил: «Поздравляю, мистер Джонс, поздравляю… Это поистине вдвойне радостно». Поздравления официального лица тут же привлекли внимание других гостей, и Скайлер Джонс оказался в центре хора поздравлений, которые он с радостью принял. В этот момент, за исключением нескольких гостей, поздравлявших Скайлера Джонса, окружавшая толпа внезапно затихла… Скайлер Джонс, чутко ощутив изменение атмосферы, услышал коллективный вздох окружающих и, нахмурившись, поднял взгляд, как раз вовремя, чтобы увидеть Кристин Куинн, стоящую в этот самый момент у входа в банкетный зал. ---------- Глава 736-382: Дополнительная история: Его презрительный взгляд леденил ей сердце Ее красота приковала всеобщее внимание на месте происшествия. Изящные и утонченные черты лица, безупречная фигура, красное платье без бретелей в пол, элегантные черные туфли на высоком каблуке и благородный клатч, украшенный жемчугом… Ее обаяние, элегантность, красота и спокойствие — все эти присущие ей качества были чем-то, чему ни одна из присутствующих изысканно одетых женщин не могла подражать или соперничать. А в глазах Скайлер Джонс она тоже сильно отличалась от всех остальных. Сегодня вечером ее обычно блестящие черные волосы были аккуратно зачесаны назад в идеальный и красивый простой пучок, который также прекрасно открывал ее очаровательную ключицу. Под пучком виднелась ее обнаженная красивая спина, плавные изгибы женской спины были достаточны, чтобы свести с ума каждого мужчину в этом месте… Кристин Куинн взглянула на Скайлер Джонс, и их взгляды невольно встретились. В следующую секунду лицо Кристин озарилось элегантной улыбкой, и она медленно подошла к Скайлер. Все внимание на месте происшествия было приковано к Кристин… «Муж». Ласковое обращение, которое Кристин использовала, когда шла под руку со Скайлер, вывело всех присутствующих мужчин из фантазий и вернуло их к реальности. Способность Скайлер сохранять невозмутимость была непревзойденной. Он поцеловал красивый, гладкий лоб Кристин и нежно спросил: «Милая, почему ты пришла, не сказав мне?» В этот момент Кристин кокетливо прошептала Скайлеру на ухо: «Я не нарушу негласного соглашения между нами… чтобы не пропустить этот банкет». Услышав это, Скайлер придвинулась ближе к едва уловимому аромату уха Кристин и тихо сказала: «Я рада, что ты пришла… потому что на следующие вопросы тебя ждут ответы». "Что?" Кристин еще не поняла, что имела в виду Скайлер, когда жена правительственного чиновника с энтузиазмом представилась: «Здравствуйте, миссис Джонс, я…» "Привет." Кристин сохраняла естественное спокойствие, не выказывая никаких признаков притворства. После того как жена правительственного чиновника представилась, она с беспокойством спросила: «Мистер Джонс сказал, что вы плохо себя чувствуете, почему вы не остались дома и не отдохнули?» "Не… хорошо себя чувствуешь?" Кристин на мгновение замерла, безучастно взглянув на Скайлер, стоявшую рядом. Скайлер не собиралась помогать Кристин, вместо этого она с немного напряженным тоном спросила: «Скажите, это хорошие новости?» Какие хорошие новости? В душе Кристин была в отчаянии, она пристально смотрела на человека, который втянул ее в это затруднительное положение. К счастью… «Мистер Джонс сказал, что вы плохо себя чувствуете из-за беременности… вам следует отдохнуть дома». Говорящий был Джонатан Гибсон, в его глазах читалась тревога за Кристин. "Беременна…" Кристин широко раскрыла рот, не в силах произнести следующее слово. «Ты выглядишь взволнованной, значит, это хорошие новости…» В этот момент Скайлер обняла Кристин за тонкую талию и нежно поцеловала ее в губы: «Мне следовало остаться дома и составить тебе компанию». Новость о беременности Кристин быстро распространилась среди гостей вечернего банкета и вскоре достигла репортеров, заблокированных у входа в зал. Последовавшее за этим время, изначально предназначенное для празднования победы Скайлера в проекте TSOL, превратилось в поздравления его по случаю скорого «отцовства»… Больше всего раздражало то, что Кристин приходилось смущаться и время от времени принимать "нежные" поцелуи Скайлера… После окончания банкета Кристин и Скайлер ушли вместе. Сразу после того, как Кристин села в машину, прежде чем водитель успел ее завести, она, одновременно смущенная и разгневанная, выпалила Скайлер, сидевшей в машине: «Ты что, с ума сошла?» Скайлер равнодушно посмотрел на серебряную запонку на рукаве: «Мне нужна была веская причина для отсутствия жены». Кристин сердито парировала: «Тебе не стоило придумывать такое… такое нелепое оправдание». Узкие черные глаза Скайлера сузились в линию, на его красивом лице появилась насмешливая, едва заметная улыбка: «Для молодоженов „беременность“ может быть нелепым оправданием?» "Ты…" Кристин сжала кулаки, плюхнулась на сиденье и процедила сквозь зубы: "Тебе лучше подумать, как это объяснить Мари!!" «Извините, я ничего объяснять не собираюсь». Скайлер спокойно посмотрела перед собой и сказала: «Поехали». ---------- Главы 737–382: Дополнительно: Его презрительный взгляд охладил её сердце (Часть 2) Водитель завел двигатель, и машина медленно поехала по дороге. Кристин Куинн пристально смотрела на спокойное лицо Скайлер Джонс и с недоверием выпалила: «Ты же не всерьез думаешь, что это всего лишь мелочь? А если Мари спросит меня, я…» Скайлер Джонс повернулся к Кристин Куинн, на его губах играла характерная озорная улыбка: «Тогда тебе лучше как можно скорее придумать разумное объяснение». Он свалил все свои проблемы на неё, при этом делая вид, что ему всё равно. Кристин Куинн в отчаянии воскликнула: «Где же мне искать объяснение?!» Скайлер Джонс вдруг серьезно посмотрела на Кристин Куинн: «Тогда остается только одно решение…» Кристин Куинн с тревогой спросила: «Какое решение?» Очаровательные губы Скайлер Джонс изогнулись в зловещей улыбке, и она мягко и тихо произнесла: «Ты умоляешь меня…» Кристин Куинн нахмурилась: «О чём ты меня умоляешь?» «Умоляй меня провести с тобой одну ночь, пусть и скрепя сердце… тогда проблем не возникнет», — закончила говорить Скайлер Джонс и не забыла от души рассмеяться. Услышав раздражающий смех Скайлер Джонс, Кристин Куинн так разозлилась, что у нее зачесались зубы, и она вцепилась в кожаное сиденье, мечтая выплеснуть свою злость на кого-нибудь. Вибрация телефона нарушила напряженную атмосферу перед ними. Скайлер Джонс с улыбкой взял телефон, взглянул на мелькающее на экране имя и нажал кнопку ответа. Кристин Куинн с негодованием смотрела на него, внезапно услышав едва слышный приятный женский голос, доносившийся из телефона, стоявшего рядом с его ухом; ее гневный взгляд постепенно ослабел. В тихой машине, сидя рядом с ним, она смутно слышала их разговор, наиболее отчетливо слышным был вопрос Дженнифер Дуглас: «Когда ты придешь сегодня вечером?» В тот момент, по необъяснимым причинам, у нее возникло ощущение, что сердце замерло, настолько сильно, что она благоразумно повернулась и посмотрела в окно машины. После этого все, что он сказал Дженнифер Дуглас, уже было как в тумане; она помнила лишь то, что в тот момент у нее в голове все гудели. «Остановите машину». Только когда Скайлер Джонс закончил свой звонок и отдал приказ водителю, она пришла в себя. Водитель послушно выполнил приказ Скайлера Джонса и остановил машину на обочине дороги. Кристин Куинн с недоумением посмотрела на Скайлер Джонс: зачем она остановилась? Скайлер Джонс взглянула на Кристин Куинн: «Выходи из машины». Что? Кристин Куинн подумала, что ослышалась. Скайлер Джонс повторил: «Я хочу, чтобы ты вышел из машины». Кристин Куинн нахмурила брови: «Уже девять вечера, а здесь так сложно поймать такси, и теперь ты еще и предлагаешь мне уйти?» "Да." Не обращая внимания на властный взгляд Скайлер Джонс, Кристин Куинн упрямо произнесла: «Я никуда не выйду… на вашу вечеринку я была на 30-сантиметровых каблуках, я никак не могу дойти до следующего квартала, чтобы поймать такси». «Вам не нужно будет брать такси, я пришлю кого-нибудь за вами… теперь вам нужно только выйти и подождать несколько минут». «Ты так сильно хочешь встретиться со своим возлюбленным?» — чуть было не выпалила Кристин Куинн, но в конце концов предпочла промолчать и медленно успокоила накопившееся в груди чувство дискомфорта. Бросив последний взгляд на Скайлер Джонс, Кристин Куинн открыла дверцу машины, приподняла подол своего платья и вышла из автомобиля. Скайлер Джонс даже не взглянула на Кристин Куинн, дав водителю команду: «Вперед!» Кристин Куинн, стоя снаружи машины, отчетливо видела силуэт Скайлер Джонс сквозь темное стекло, после чего молча отвернула голову. В следующее мгновение машина отъехала от ее безмолвного мира… Она наблюдала, как силуэт автомобиля удаляется все дальше и дальше, и внезапно почувствовала сильную, резкую боль в сердце. Боль заставила ее слегка наклониться, схватиться за грудь и сделать несколько глубоких вдохов, прежде чем боль утихла. Он не солгал ей, и несколько минут спустя перед ней остановилась машина. Водитель вышел и почтительно открыл ей дверь машины. Она, сама того не подозревая, вернулась в особняк Джонса. В особняке Джонса все, кроме нескольких слуг, работавших в ночную смену, уже легли спать. Прежде чем вернуться в свою комнату, она зашла в комнату Мари. Девочка уже спала, все еще обнимая подаренную ей игрушку MashiMaro. Кристин Куинн сидела на краю кровати, тихо наблюдая за своей сладко спящей дочерью. Увидев руку дочери, выглядывающую из-под одеяла, она осторожно просунула руку дочери внутрь одеяла и наклонилась, чтобы поцеловать ее красивый лобик. Однажды Говард Джеффри спросил её, сожалеет ли она о рождении Мари… Тогда она ответила Говарду Джеффри, что ни о чём не жалеет. Но если бы Говард Джеффри спросил её сегодня, она бы определённо сказала, что сожалеет об этом. Потому что прежние увлечения просто того не стоили. Ему никогда не было до неё дела, но она родила Мари, питая к нему чувства… Однако только сегодня она поняла, что ошибалась. Мари не должна была расти в несовершенной семье, не должна была терпеть муки болезни, и, что еще хуже, потерять мать… "Мне жаль…" Кристин Куинн резко покачала головой, с трудом подбирая слова, обращаясь к дочери. Мари всхлипывала во сне. Опасаясь разбудить дочь, Кристин Куинн тут же закрыла рот рукой, и из глаз потекли беззвучные слезы. Вернувшись в свою комнату и переодевшись из дорогого платья без бретелей в пижаму, Кристин Куинн довольно долго молча сидела на краю кровати. Она оглядела большую комнату. Это место было пустым, казалось, в нем не было ни одного человека. На самом деле, её жизнь и раньше была такой, но прежде, когда она оставалась одна и её охватывало чувство одиночества и покоя, она поступала так же, как и сейчас: садилась на край кровати или прислонялась к ней, тихо вспоминая прошлое… В её памяти эти прекрасные моменты всегда казались такими, будто произошли только вчера… Он сказал ей, что будет заботиться о ней всю жизнь. Он сказал ей, чтобы она не возражала против его старения. Он также сказал ей, что она наденет платье от самого известного в мире дизайнера свадебных платьев, Милланда, и что их свадьба состоится во Флорентийском соборе в Италии… В тот день, когда Бекка выбирала свадебное платье от Милланд, она нашла самый красивый комплект в каталоге свадебных платьев… потому что давным-давно она просмотрела все модели свадебных платьев Милланд. Прошлое, подобно приливу, волна за волной проносилось в ее сознании. Она хотела забыть его, но никогда не могла, пока сегодня наконец не поняла: эти воспоминания были единственными прекрасными воспоминаниями, оставшимися в ее жизни… Однако то, что она считала прекрасным, в итоге оказалось нереальным… ---------- Главы 738-383: Дополнительная история: Он не позволит ей легко себя победить Они с ней… даже не начали. В ванной она позволила холодной воде облить свое ледяное тело… Она наклонила голову, позволяя воде медленно стекать по лицу… Она заглушила всю свою боль и стыд завесой дождя, пока ее сердце больше не могло испытывать дискомфорт. Вытерев мокрые волосы и выйдя из ванной, Кристин Куинн, за исключением легкого покраснения глаз, выглядела совершенно нормально. Теплый воздух из фена заставлял ее волосы ниспадать, словно водопад. Высушив волосы, она забралась в постель, готовая встретить завтрашнее солнце. Лежа в постели, она нечаянно увидела часы, висящие на стене… Часовая стрелка уже наклонялась к двенадцати… Она закрыла глаза, словно слышала тиканье часов. Как раз когда она, прислушиваясь к тиканью часов, готовилась ко сну, дверь издала щелчок и открылась. Ее глаза резко распахнулись. Под звуки размеренных мужских шагов и с характерным мужским запахом она приподнялась. Скайлер Джонс небрежно бросил пиджак на диван. Увидев, что она еще не спит, он, расстегивая манжеты рубашки, спросил: «Так поздно, а ты еще не спишь?» "Ты…" Она хотела спросить, почему он вернулся. Она думала, что сегодня вечером он не вернется. «Что, вы это обдумали?» "Что? Что мы рассматриваем?" Пока Кристин была погружена в свои мысли, Скайлер уже сидела на краю кровати, наклонилась и смотрела на нее: «Что ты думаешь?» Кристин безучастно покачала головой. Скайлер тихонько усмехнулась: «Я думала, ты меня ждешь, потому что обдумала мое предложение, высказанное тобой днем». "Предположение?" Скайлер любезно напомнила: «Вот как объяснить все Мари». В следующую секунду лицо Кристин покраснело от смущения и раздражения, она сердито оттолкнула его: «Извращенец!» Скайлер от души рассмеялась, затем встала и пошла в ванную. Кристин схватила подушку и яростно швырнула её в него, но он уже вошёл в ванную и не забыл напомнить ей: «Принеси мне чистую пижаму. Полагаю, ты не хочешь видеть меня обнажённым». "Отвратительный." Его смех продолжал разноситься из ванной комнаты. Пробормотав себе под нос ругательства, Кристине ничего не оставалось, как вскочить с постели и принести ему из шкафа чистый халат. Дверь в ванную не была заперта. Она занесла халат внутрь. Сквозь матовое стекло душевой кабины смутно проглядывала его чётко очерченная фигура… Она слегка покраснела, поспешно сняла пижаму и выбежала из ванной. Вернувшись в постель, Кристин накрылась одеялом. Она изо всех сил пыталась заснуть, но постоянно ворочалась, не проявляя ни малейших признаков сонливости. Наконец, когда Скайлер вышла из ванной, ей пришлось притвориться спящей. Вечер должен был пройти как обычно: он на диване, а она в постели, но сегодня, похоже, произошли небольшие изменения… Потому что… После душа Скайлер приподнял одеяло рядом с собой и лег рядом. "Ах—" Притворившись спящей, Кристин в панике вскрикнула, быстро отскочив в сторону и вцепившись в одеяло. "Ты… что ты делаешь?" Скайлер, положив голову на руку и закрыв глаза, равнодушно ответил: «Спит». «Иди поспи на диване». "Я хотел бы." Что это значит? Кристин повернула голову в сторону дивана. Подождите, а где диван? Кристин была ошеломлена. Внезапно она вспомнила, как Бекка говорила ей днем, что мама приберет ее комнату… Может быть… Мама узнала, что они со Скайлер спали раздельно, и убрала диван из комнаты. Боже мой, неудивительно, что ей показалось, будто в комнате сегодня было особенно пусто… В отчаянии Кристине ничего не оставалось, как пойти на компромисс: «Тогда можешь спать на кровати, а я пойду посплю с Мари». Когда Кристин, держа в руках подушку, собиралась встать с кровати, кто-то внезапно схватил ее за запястье. В следующую секунду Кристина оказалась прижатой к земле сильным, мощным телом. Подушка упала с кровати, и Кристин в панике посмотрела на Скайлер, которая теперь склонилась над ней. Их дыхание переплеталось, и ее грудь тяжело вздымалась от напряжения. Он смотрел на нее, его глубокие глаза были особенно темными. Кристин прижалась руками к его груди, ее лицо было слегка бледным, из-за волнения ей было трудно произнести связные слова: "Ты…" "Почему бы тебе не держаться от меня подальше?" "Я…" "Кристин Куинн, ты представляешь, сколько раз в жизни мне хотелось разорвать тебя на куски?" ---------- Глава 739-383: Дополнительно: Он не позволит ей легко себя победить (2) От его резких слов у нее задрожали руки от страха. Гнев вырвался из его глаз, обрушившись на нее, словно два острых меча. Она беспокойно извивалась под ним, пытаясь найти возможность вырваться. Однако в следующий момент… Он схватил её за затылок и страстно поцеловал. Его губы были холодными, без тени тепла, и, прижавшись к ее губам, он истязал ее, словно в наказании, кусая и посасывая. Поцелуй причинил ей такую ​​боль, что она потеряла способность думать и могла лишь отталкивать его… Наконец он отпустил её… Она, словно испуганный кролик, быстро спрыгнула с кровати, намереваясь убежать. Но когда она протянула руку, чтобы открыть дверь, его внезапно схватили, а затем крепко обняли сзади ее хрупкое тело. "Отпустите меня…" Она продолжала толкать его локтем в крепкую грудь. Он крепко обнимал её, словно не чувствовал боли. Она изо всех сил била его ногами, кулаками и руками, но так и не смогла вырваться, и в конце концов постепенно успокоилась. Ночь была глубокой и безмятежной. Она отчётливо слышала его дыхание, тяжёлое и прерывистое, с едва уловимой хрипотцой в звуке. Она попыталась повернуться, но он так крепко держал ее, не позволяя сдвинуться ни на дюйм. Кто знает, сколько времени прошло, когда пронзительный, насмешливый смех внезапно оглушил её, пробудив затуманенные чувства. Она испуганно отвернулась и увидела лишь насмешливую улыбку Скайлер Джонс, направленную в её сторону. Улыбка была полна сильного чувства победы. «Ты всегда не можешь мне сопротивляться. Если я сейчас же отведу тебя в постель и займусь с тобой любовью, ты ведь не откажешься, правда?» Губы Скайлер Джонс медленно изогнулись в улыбке, и она посмотрела на Кристин Куинн со злобной усмешкой. Эта улыбка была ослепительной, этот смех — пронзительным, таким пронзительным… Кристин Куинн собрала все свои силы, оттолкнула его, выпрямила спину и сильно ударила по лицу. "Ублюдок!!" Шлепок— Звук пощёчины был особенно громким в тихой ночи. На его красивом лице отчетливо виднелся след ее руки… Кристин Куинн удивилась, что он не увернулся от ее пощечины, и немного пожалела о своей импульсивности, но его презрительный взгляд снова вызвал у нее отвращение. «Мама, почему ты ударила папу?» Мэрилин Куинн, сама того не подозревая, пришла в их комнату, и в её сонных глазах отразился шок: мать ударила отца по лицу, отчего игрушка MashiMaro, которую она держала в руке, выпала. Кристин Куинн резко повернула голову и, увидев Мари, быстро побледнела. «Мамочка…» — голос Мэрилин Куинн начал дрожать. Равнодушное лицо Скайлера Джонса смягчилось, когда он посмотрел на Мэрилин Куинн. Мэрилин быстро подбежала к Скайлеру Джонсу, крепко обняла его, испуганно глядя на Кристин Куинн: «Папа…» Скайлер Джонс прижал Мэрилин к себе и нежно утешал ее: «Все в порядке». Кристин Куинн застыла на месте. Кристин поняла, что Скайлер Джонс сделала это намеренно. Сегодня вечером он устроил для нее ловушку. Она прекрасно понимала его намерения; он хотел, чтобы Мари отдалилась от него. Если еще секунду назад она испытывала легкое сожаление по поводу того, что ударила его, то теперь этот проблеск сожаления полностью исчез. Если он будет недобрым, она будет неправа. Она никогда не была из тех, кто будет молча терпеть оскорбления, никогда! Когда Скайлер Джонс вернулся из детской комнаты, Кристин Куинн стояла посреди комнаты, ее взгляд был словно меч, пронзающий его. Скайлер Джонс закрыл дверь, его высокая фигура подошла к ней, он небрежно улыбнулся: «Почему ты смотришь на меня с таким презрением?» «Ты ведь намеренно позволил Мари это увидеть, не так ли?» «Я просто немного тебя наказал». "Что ты имеешь в виду?" «Я думала, ты просил о мирных отношениях между нами. Ты должен был бы смириться, но, очевидно, у тебя всё ещё осталась обида». «Скайлер Джонс, пожалуйста, говорите со мной чётко». «Дженнифер Дуглас сказала, что ты ей звонил и велел держаться от меня подальше». Кристин Куинн усмехнулась: «Так вот почему ты вернулся сегодня вечером, изгнанный „разлучницей“…» Лицо Скайлер Джонс внезапно помрачнело: «Похоже, вы не собираетесь мне это объяснять». Кристин Куинн спокойно пожала плечами: «Что мне объяснять? По-видимому, «разлучница» недовольна своим прежним партнером, поэтому начала подшучивать надо мной». Скайлер Джонс посмотрела на нее и спросила: «Кто еще может превзойти тебя в умении подшучивать?» Кристин Куинн улыбнулась и покачала головой: «Скайлер Джонс, я рада, что вы так высоко меня цените, но должна сказать, меня совершенно не интересуют ваши отношения с Дженнифер Дуглас, да и времени у меня нет, чтобы предупреждать эту «разлучницу». Если вы мне не верите, можете привести Дженнифер Дуглас, чтобы она сама со мной поговорила». «Конечно, вы понимаете, что я не могу привести её сюда, чтобы она устроила вам разборку». «Почему ты боишься, что Мари увидит тебя с другой женщиной?» «Предупреждаю вас, не делайте ничего, что противоречит нашей договоренности… если хотите, чтобы у нас сохранялся мир». Проницательный взгляд Скайлер Джонс заставил ее сердце сжаться. Кристин Куинн твердо кивнула: «Я докажу вам, что это дело не имеет ко мне никакого отношения». "Хороший." «Желаю вам и Дженнифер Дуглас счастливых отношений». С этими словами Кристин Куинн схватила подушку с кровати и тут же вышла из комнаты. На следующий день. «Мари, вставай и завтракай». Кристин Куинн села на край кровати, разбудив еще спящую Мэрилин Куинн. Мэрилин медленно открыла свои сонные глаза и тихо позвала: «Мамочка…» «Ленивец, солнце уже почти светит тебе в попу, вставай скорее, мама приготовила тебе твои любимые булочки с беконом и яйцом». Мэрилин потерла глаза и села, внезапно вспомнив события прошлой ночи, и неуверенно воскликнула: «Мамочка, прошлой ночью ты…» «Мама поссорилась с твоим папой». "Почему?" «Поскольку у пар всегда бывают ссоры, невозможно, чтобы у двух людей не было конфликтов». «Но дядя Джеффри и тетя никогда не ссорились». ---------- Глава 740-384: Дополнительно: Если ваше сердце говорит «нет», подумайте, как загладить вину. «Это потому, что у твоей тёти хороший характер, а у мамы характер не такой хороший, как у тёти». "Мамочка…" Мэрилин протянула руку и обняла Кристин Куинн за шею. Кристин Куинн нежно обхватила лицо дочери ладонями и спросила: «Ммм?» «Мамочка, ты должна мне пообещать…» "Что ты мне обещаешь?" «Пообещай мне больше не спорить с папой». На самом деле, детское сердце — самое хрупкое, и когда родители ссорятся, первым страдает ребенок. Кристин Куинн заметила тревогу в сердце Мари. Она подняла взгляд на дочь и извинилась: «Мама гарантирует, что даже если возникнут разногласия с папой, мама не будет спорить с папой. Мама и папа сядут и поговорят, хорошо?» Мари прижалась к Кристин Куинн, энергично кивая. «Мама позже извинится перед папой; мне не следовало применять физическую силу к папе прошлой ночью…» «Ага, ага». Детей легче всего успокоить. В этот момент Мэрилин уже забыла о вчерашней ссоре родителей и играла с Эндрю в гостиной. Кристин Куинн сидела неподалеку, с удовольствием наблюдая за живым и очаровательным нравом своей дочери. «Сестра», — внезапно воскликнула Ребекка Квентин. "Хм?" «Что с тобой сегодня? Ты всё это время пялилась на свою дочь». Кристин Куинн повернула голову, чтобы посмотреть на сестру, и с улыбкой сказала: «Я считаю, что дети — это бальзам от тревог; какие бы проблемы и заботы вас ни беспокоили в данный момент, как только вы увидите ребенка, вы почувствуете, что эти тревоги — всего лишь мимолетные тучи». Ребекка Квентин взяла фрукт со столика и откусила кусочек: «Почему тебя вдруг осенило?» «Ничего страшного… Кстати, почему ты не позавтракал?» «У меня плохой аппетит». "Значит, ты ешь такие кислые груши, что от них зубы могут выпасть?" "Э-э…" — Ребекка Квентин, откусив кусочек груши, вдруг посмотрела на Кристин Куинн. Кристин Куинн усмехнулась: «Думаю, вам стоит сходить в больницу на обследование». Ребекка Квентин взволнованно отложила грушу: «Теперь, когда ты это сказала, я вспомнила — у меня в этом месяце не было месячных». «Поздравляю, дорогая сестра, твоё желание сбывается!» "Я…" Ребекка Квентин, так долго ожидавшая этого, была несколько озадачена, когда это наконец произошло. «Срочно отправляйтесь в больницу на обследование… Устройте Говарду Джеффри сюрприз». "Ага, ага… Сестра, ты пойдешь со мной в больницу?" «Конечно, но это придётся сделать во второй половине дня; у меня встреча утром». «Встреча?» — глаза Ребекки Квентин вспыхнули любопытством. — «Мистер Гибсон?» «Это не он, это женщина». «Тогда меня это не интересует». Даже в скромном уголке кофейни под открытым небом элегантная Дженнифер Дуглас в белом платье оставалась поразительно заметной. Кристин Куинн сразу же её заметила. «Извините за опоздание, на дороге была пробка». «Всё в порядке, я не придираюсь к мелочам», — сказала Дженнифер Дуглас, попросив обслуживающий персонал принести Кристин Куинн горячий напиток. «Думаю, вам следует знать причину нашей встречи». Дженнифер Дуглас элегантно поставила чашку кофе и откинулась на мягкое сиденье: «Похоже, вы поссорились с Оверски». «И действительно, мы яростно спорили». «Признаю, это было сделано намеренно, из ревности, что вы смогли присутствовать на таком важном банкете рядом с ним». Кристин Куинн пристально разглядывала Дженнифер Дуглас, стоявшую перед ней. Она от природы обладает элегантным и благородным нравом, нежна и очаровательна в своих жестах, а также этими прекрасными, пленительными глазами. Она не могла не признать, что вкус Скайлер Джонс был неплох. Помимо своей прекрасной внешности, Дженнифер Дуглас, по крайней мере, не была обычной безмозглой красоткой. «Спасибо за честность, поэтому я тоже буду честна с вами… Вам не нужно продолжать пытаться создавать недопонимания между мной и Скайлер Джонс, например, в виде следов от помады или притворной жалости. Могу с полной уверенностью сказать, что мой брак со Скайлер Джонс — это всего лишь соглашение, у нас нет чувств друг к другу. Поэтому все ваши действия для меня бессмысленны». Дженнифер Дуглас подняла бровь: «Брак по контракту?» Затем Кристин Куинн достала из сумки документ и передала его Дженнифер Дуглас. После прочтения текста тело Дженнифер Дуглас слегка напряглось. Кристин Куинн спокойно заявила: «Наш брак прежде всего ради моей дочери; у нее заболевание сердца. Хотя ей сделали операцию, ей все еще необходим шестимесячный период наблюдения. Мы со Скайлер договорились не причинять ей эмоционального стресса в течение следующих шести месяцев, поэтому временно сохраняем этот брак». «Значит, вы сегодня здесь не для того, чтобы привлечь меня к ответственности, а чтобы четко изложить свою позицию?» Кристин Куинн кивнула: «Я просто надеюсь спокойно пережить следующие пять месяцев. В этот период меня не касается, как будут развиваться ваши отношения со Скайлер Джонс, но я надеюсь, вы будете вести себя сдержанно и не причините вреда моей дочери». ---------- Глава 741-384: Дополнительная история: Если сердце не позволяет, подумайте, как загладить вину_2 "Вы правда не против, если я буду с Oversky?" "Да." "Даже если он будет ночевать у меня каждую ночь?" «Даже если он будет ночевать у тебя каждую ночь». Дженнифер Дуглас прищурилась, внимательно разглядывая Кристин Куинн, погруженную в свои мысли. «Я даже показал вам соглашение; я выразил вам свою полную искренность». Дженнифер Дуглас наконец прямо заявила: «Хорошо… раз уж вы проявили такую ​​искренность, я с радостью соглашусь… Могу пообещать вам, что в течение следующих пяти месяцев я ни в коем случае не позволю СМИ запечатлеть ни одной фотографии меня и Оверски вместе». «Тогда я могу вас заверить, что ни в коем случае не буду вмешиваться в ваши отношения со Скайлер Джонс». «А что, если вы не развелись со Скайлер Джонс за последние пять месяцев?» «Тогда это должно быть из-за Скайлера Джонса, а не из-за меня… тебе решать, оставить его у себя». "Я буду." Кристин Куинн улыбнулась и встала: «Прежде чем уйти, я хочу спросить вас еще кое-что». "Вперед, продолжать." «Ваша вчерашняя провокация убедила Скайлера Джонса в том, что я нарушил мирное соглашение между нами, поэтому я надеюсь, вы сможете ему все четко объяснить». "Без проблем." Она думала, что за свою короткую жизнь навсегда запомнит этот день — 28 июня, день, когда она окончательно разочаровалась в человеке, которого любила тринадцать лет. С этого момента она больше не проронит ни одной слезы по нему и не будет вспоминать прошлое. Она и он… это конец! Отныне она может спокойно планировать оставшиеся дни, клянется она, она обязательно будет жить счастливо. Когда Кристин Куинн вернулась домой, она подумала, что небо чистое, но неожиданно проблемы, оставшиеся с прошлой ночи, были не только теми, которые создала Дженнифер Дуглас, но и… «Кристин, приходи скорее». Как только Кристин Куинн вошла в виллу, миссис Джеффри уже подозвала ее к себе. "Мама." Миссис Джеффри потянула Кристин Куинн сесть рядом с собой и спросила: «Почему ты не сказала мне хорошие новости?» Кристин Куинн была ошеломлена: «Хорошие новости?» Миссис Джеффри усмехнулась: «Да, представляете, как долго я ждала этой хорошей новости?» «Мама, я не понимаю, что ты имеешь в виду». «Беременна, а ты мне не сказала». Услышав это, Кристин Куинн тихонько рассмеялась: «Да, у меня задержка месячных, я очень забывчивая». "И ты всё равно вышла?" «Я планирую поехать в больницу с Беккой во второй половине дня!» "Ты действительно что-то особенное… такое значительное достижение, а ты мне об этом не сказала, из-за чего я весь день волновался…" «Мама, что случилось?» Прежде чем Кристин Куинн успела понять, о чем говорила миссис Джеффри, внезапно подбежала Мэрилин Куинн. "Мама!" "Хм?" "Ты собираешься подарить мне младшего брата?" "А?" Мэрилин Куинн передала газету Кристин Куинн, ее маленькое личико сияло от волнения. Кристин Куинн взяла газету; увидев броский заголовок, она тут же скривилась. Миссис Джеффри рассмеялась: «С этого момента вы больше не сможете выходить из дома одни. Если будете выходить, берите водителя, а еще горничную, чтобы они всегда могли о вас позаботиться… Также можете сказать мне, что хотите поесть, я приготовлю для вас еду лично…» «Мама, ты ведь не ослышалась, я беременна, правда?» «Неправильно поняли?» — миссис Джеффри была ошеломлена. Кристин Куинн неловко произнесла: «Я не беременна!» «Но папа сказал, что ты беременна!» — сказала Мари, держа в руках газету. Миссис Джеффри тоже выглядела озадаченной: «Разве в газете не пишут…» Кристин Куинн подмигнула миссис Джеффри, сказав, что у нее есть инсайдерская информация, затем обняла Мари и с улыбкой объяснила: «Мари, мама не беременна. То, что написала газета, было случайными домыслами репортеров… Мама вчера поссорилась с твоим папой и не хотела идти с ним на банкет, потом репортеры спросили твоего папу, почему я не пришла. Твой папа не хотел потерять лицо, поэтому сказал, что мама плохо себя чувствует… Эти репортеры услышали, как папа сказал, что мама плохо себя чувствует, а потом наугад предположили, что мама беременна…» «Так оно и есть!» "Да…" «Тогда когда же у меня появится младший братик, мамочка?» У Кристин Куинн было неловкое выражение лица: «Э-э, это…» Мари надула губы: «Я хочу младшего брата, такого же милого, как Эндрю». «С Эндрю можно играть каждый день!» «Но когда мы вернёмся в город Y, я больше не смогу играть с Эндрю…» «Но, малыш, появление младшего брата — это не то, что происходит просто от слов… Мама может лишь пообещать тебе, что постарается сделать это с папой, хорошо?» "Хорошо." "Хорошо, иди поиграй…" Мари радостно убежала. Только тогда Кристин Куинн сказала миссис Джеффри: «Мама, я не хочу, чтобы ты меня неправильно поняла… Скайлер Джонс вчера вечером первым пошел на банкет, эти репортеры увидели, что он меня не взял, и начали строить предположения, он не выдержал вопросов гостей и репортеров, поэтому придумал отговорку, что я плохо себя чувствую». "Вы имеете в виду…?" «Должна вам внести ясность… наши отношения остались такими же, как и раньше, просто недавно, во время пребывания Мари под наблюдением, мы пришли к взаимопониманию и оба стараемся не ссориться». Миссис Джеффри выглядела разочарованной: «Почему так?» Кристин Куинн рассмеялась и сказала: «Не волнуйтесь, я уверена, что Скайлер Джонс в будущем найдет вам прекрасную и изящную невестку. У него хороший вкус». «Думаю, какую бы женщину он ни привёл с собой в будущем, я не буду счастлива». "Почему это?" «Потому что я уже признал тебя своей невесткой, и ты уже подарила мне внучку». Кристин Куинн протянула руку и взяла миссис Джеффри за руку, поддразнивая: «Вы боитесь, что его будущая жена не сможет иметь детей?» Миссис Джеффри вздохнула: «Вы действительно собираетесь оставить Оверскей в покое?» «Думаю, уже пора…» Кристин Куинн слегка кивнула: «После окончания периода наблюдения Мари я разведусь с ним… и тогда, вероятно, мы больше не увидимся». «Я не позволю Оверскай отпустить тебя». «Мама, я надеюсь, что когда этот день настанет, ты этого не сделаешь… честно говоря, я больше не хочу с ним связываться, после стольких лет я устала, я надеюсь, что у меня будут счастливые дни, и также надеюсь, что без меня он будет счастливее, чем сейчас». ---------- Глава 742-385: Дополнительная история: Непреодолимая ревность "Кристин…" «Не стоит слишком много думать… Разве ты не говорила, что у тебя недавно снова болит спина? Я несколько дней назад проверила в интернете и выяснила, что добавки от болей в спине, которые тебе купила Бекка, можно заказать и в США…» "Действительно?" "Да, я сейчас закажу их для тебя онлайн…" Как раз когда Кристин Куинн собиралась встать, миссис Джеффри взяла её за руку: «Подожди, ты же говорила, что не беременна, но только что, когда я спросила тебя о беременности, ты сказала, что у тебя задержка…» Кристин Куинн тихонько усмехнулась: «Ой, я неправильно поняла, я думала, вы говорите о Бекке». "Бекка?" "Да…" Миссис Джеффри была вне себя от радости: «Эта девушка мне даже ничего не сказала…» Кристин Куинн рассмеялась: «Она планировала сделать вам всем сюрприз. Это моя вина, что я проговорилась». Во второй половине дня Кристин Куинн сопроводила Ребекку Квентин в больницу. Это действительно была хорошая новость… Ребекка Квентин успешно забеременела. Ребекка Квентин не смогла сдержать своего волнения и тут же позвонила Джеффри. К сожалению, Джеффри был очень занят последние два дня, и когда позвонила Ребекка Квентин, он был на совещании. Ребекка Квентин не терпелась поделиться радостной новостью с Джеффри, поэтому не возражала, что он был на совещании, и продолжала ему звонить. В тот день у Джеффри проходила очень важная встреча, и он уже сказал тете Клэр передать Ребекке Квентин, что он срочно вернется домой после встречи, но Ребекка Квентин продолжала звонить, и Джеффри забеспокоился, что дома что-то не так, поэтому ему пришлось прервать встречу. Джеффри поспешил обратно в особняк Джонсов и увидел, как Ребекка Квентин улыбается ему, что вывело его из себя. «Что такого срочного, что тебе понадобилось позвать меня домой?» — Джеффри нахмурился и сердито произнес это. "Я…" Его сердитый тон немного обидел Ребекку Квентин. «Что случилось? Почему ты так громко разговариваешь с Беккой?» — с недоумением спросила миссис Джеффри, обнимая Ребекку Квентин. «Она позвонила мне и попросила вернуться домой. Я сказал ей, что вернусь сразу после совещания… Но она продолжала звонить, заставляя меня прерывать совещание на глазах у всех сотрудников компании». Даже несмотря на то, что это была его собственная компания, он не мог позволить жене вести себя так властно! Что подумают другие? То есть он боится своей жены? Как он сможет сохранить свой авторитет в компании после этого? «Хоуи, не нужно так разговаривать с Беккой. А вдруг ты ее напугаешь и причинишь ей физическую боль?» — защищалась миссис Джеффри, в ее голосе слышалась радость. «Она не может вести себя так неразумно». Лицо Джеффри выглядело отвратительно. Кристин Куинн со смехом сказала: «Джеффри, ты не понимаешь, на что намекает мама?» "Что ты имеешь в виду?" Он был так зол, что чувствовал себя полумертвым и у него не осталось сил читать между строк. «Подумайте о её здоровье!» — напомнила Кристин Куинн. «А как насчет ее здоровья?» Всех забавлял Джеффри, который обычно отличался проницательностью, но теперь пришел в замешательство. «Папа, я хочу сестричку!» — радостно крикнул Эндрю, вбегая из сада в дом. Обняв Эндрю, Джеффри немного успокоился и сказал ему: «Эндрю, ты не можешь просто так завести сестру, потому что тебе этого хочется». Эндрю с недоумением посмотрел на отца: «Но мама сказала, что в следующем году у Эндрю появится сестричка». "Что?" Джеффри не мог поверить своим глазам, недоверчиво глядя на свою семью, которая энергично кивала: «Бекка… ты…» Она проигнорировала его! Он обвинил ее в том, что она постоянно ему звонила; она просто не могла дождаться, чтобы поделиться с ним радостной новостью! Ребекка Квентин повернулась и побежала в сад, испугав всех присутствующих, особенно Джеффри. Джеффри поспешно погнался за ней и догнал Ребекку Квентин в саду: «Не беги…» Она что, пыталась довести его до сердечного приступа? «Бежать вот так, будучи беременной, а вдруг нашу дочь вытолкнут?» «Разве ты не говорил, что я веду себя неразумно?» — Ребекка Квентин не удержалась и замахнулась своим маленьким кулачком на Джеффри. Джеффри сопроводил свои слова улыбкой: «Я был неправ». «Я этого не потерплю». «Не говори так, я очень счастлив». Отлично! Он так долго ждал, и вот уже на подходе их второй ребенок. «Кто тебе внушил, что я веду себя неразумно?..» «Прости, я приму любое наказание, если ты не будешь расстроена…» Он обнял её и нежно поцеловал в лоб. "Хорошо, я хочу тебя наказать…" Кристин Куинн стояла на балконе спальни, наблюдая за счастливой парой в саду, и на ее губах появилась улыбка. Обернувшись, она собиралась поискать Мари, но случайно встретилась взглядом со Скайлер Джонс, которая только что вошла в комнату. Скайлер Джонс не хотел и секунды смотреть на нее, его взгляд уже устремился в другую сторону. ---------- Главы 743–385: Дополнительная история: Сгорая от ревности (Часть 2) Кристин Куинн не отвела взгляда сразу. Вместо этого она посмотрела на него и спокойно сказала: «Мне нужно кое-что тебе сказать». Скайлер Джонс вернулся за документом, который забыл дома. Он подошел к тумбочке и безразлично произнес: «Говори». «Дженнифер Дуглас должна была уже объяснить тебе ситуацию, произошедшую вчера вечером… Это доказывает, что я не вмешивалась в твою жизнь, так что наша негласная договоренность остается в силе, верно?» Скайлер Джонс достал с тумбочки нужный документ и тихо ответил: «Мм». «Я попросила маму отодвинуть диван назад». Скайлер Джонс сосредоточилась на рассматриваемом документе и не ответила Кристин Куинн. Не обращая внимания на безразличие Скайлер Джонс, Кристин Куинн закончила свою речь и вышла из комнаты. В тот день Скайлер Джонс больше никуда не выходил, поэтому за ужином присутствовала вся семья. Вся семья была в восторге от беременности Ребекки Квентин; за ужином царила очень приятная атмосфера, все болтали и смеялись, кроме Скайлер Джонс, которая молчала. Однако никто не обращал внимания на Скайлера Джонса, потому что он всегда вел себя подобным образом за обедом со своей семьей. После ужина Скайлер Джонс отправился в кабинет. Он всегда предпочитал спокойно курить в одиночестве в кабинете. Тук-тук. В дверь постучали. "Войдите." Гостьей была миссис Джеффри, она несла миску супа. Скайлер Джонс бесстрастно посмотрела на миссис Джеффри: «Вам что-нибудь нужно?» Миссис Джеффри аккуратно поставила суп на стол перед Скайлер Джонс: «Я сама сварила суп, заметила, что ты сегодня его не пила». Скайлер Джонс ни устно не приняла, ни устно не отказалась. После того, как миссис Джеффри поставила суп на стол, она с любовью сказала: «Пейте, пока он горячий!» Скайлер Джонс посмотрела на дымящуюся миску супа и тихо сказала: «Просто оставь это». Миссис Джеффри не ушла сразу, а колебалась, прежде чем остаться на месте. Заметив нерешительность миссис Джеффри, Скайлер Джонс спросил: «Есть ли еще что-нибудь?» Миссис Джеффри искренне спросила: «Днем Кристин сказала мне, что вы разведетесь через шесть месяцев, это правда?» Скайлер Джонс отказался от комментариев. «Я знаю, тебе может не понравиться то, что я говорю, и ты не будешь слушать, но как твоя мать, я все же хочу напомнить тебе… Избегание — не выход. Если тебе все равно, отпусти ее пораньше, но если сердце тебе этого не позволяет, подумай, как вернуть ее… Жизнь очень коротка, не жди, пока не станет слишком поздно сожалеть». Прошёл ещё месяц. «Еда в этом ресторане по-прежнему хороша. Это лучший итальянский ресторан, в котором я был в Нью-Йорке, и его название такое поэтичное, „Eye Candy“, которое относится не только к еде, но и к людям», — с удовлетворением сказал Джонатан Гибсон. В том же ресторане, у того же окна, элегантные мужчина и женщина тихо беседовали. В этот период они встречались несколько раз, и каждый раз Джонатан Гибсон находил способ убедить Кристин Куинн не отказать ему. Кристин Куинн кивнула: «Еда здесь действительно хорошая, но сказать, что это лучший итальянский ресторан Нью-Йорка, — это немного преувеличено, не так ли?» Джонатан Гибсон усмехнулся: «Без преувеличения, это действительно лучшая итальянская еда, которую я когда-либо пробовал». Кристин Куинн покачала головой с мягкой улыбкой: «Если будет возможность, попробуйте мою стряпню. Я неплохо готовлю пасту». Джонатан Гибсон неторопливо положил салфетку на спинку стула: «Раз уж вы так сказали, мне очень хочется попробовать…» «Конечно, я приготовлю для тебя еду, когда будет возможность». «Похоже, в последнее время у тебя хорошее настроение!» «Мм, может быть, потому что рядом с тобой я чувствую себя расслабленным». «У меня тоже хорошее настроение; ужинать с вами — одно удовольствие». «Я заметил, что ты стал чаще улыбаться». Он поднял бровь: «Правда? Я что, раньше казался вам таким скучным?» «На самом деле нет, просто я не казался таким жизнерадостным, как ты сейчас». Джонатан Гибсон задумчиво сказал: «На самом деле, моя личность не изменилась; просто я снова встретил вас… Я чувствую себя счастливым, поэтому стал чаще улыбаться». В его памяти она по-прежнему та же: красивая, живая, словно безмятежный пейзаж, который дарит ему чувство комфорта. «Спасибо за комплимент». Она осторожно покрутила бокал, тусклый желтый свет преломлялся, создавая яркие цвета. «Давайте поговорим о мистере Джонсе!» Джонатан Гибсон молчал, его слова звучали так, будто он произнес их небрежно. Кристин Куинн тихо вздохнула, не в силах удержаться от того, чтобы не поднять эту тему с подругой. «Он… Как я уже говорила, мы не типичная супружеская пара». «Но я думаю, ему это нравится». Тон Джонатана Гибсона был отчасти насмешливым, отчасти шутливым, с оттенком зависти и ревности: «Так почему же вы поженились?» «Что касается ребенка… У нас одиннадцатилетний ребенок». Она улыбнулась и говорила очень непринужденно. Он что-то невнятно пробормотал. «Расскажи, почему ты до сих пор одинок?» — спросила Кристин Куинн в ответ. Он успешный, харизматичный, остроумный и умеет наслаждаться жизнью. Как такой "золотой холостяк" может до сих пор оставаться холостым в свои тридцать? Джонатан Гибсон закурил сигарету, его лицо было несколько затуманено дымом. «Под давлением семьи я встречался с девушками один или два раза, но никогда не испытывал чувств к другому человеку». «Когда родители поняли, что я несчастен, они перестали меня доставать». «В самом деле, любовь требует судьбы». «Поэтому я предпочитаю позволить природе идти своим чередом». «Не завышайте свои требования; я думаю, женщинам просто нужно быть добрыми и хорошими». «Возможно, мои требования с самого начала были завышены». Сказав это, Джонатан Гибсон пристально посмотрел на Кристин Куинн. Кристин Куинн сделала вид, что не понимает смысла слов Джонатана, и лишь слегка улыбнулась, поднимая бокал, чтобы отпить немного красного вина. Внезапно она сказала: «Я голодна; я хочу кусочек торта». Она позвала официанта, и когда ей принесли торт, она с удовольствием принялась его есть. Джонатан Гибсон держал бокал с вином, молча наблюдая за ней. «Ты же знаешь мой характер, я не из тех, кто любит ходить вокруг да около, Кристин, ты же знаешь…» «Вы можете в это поверить? Я на самом деле все еще хочу еще один кусочек яблочного пирога», — резко прервала слова Джонатана Кристин Куинн. «Не нужно так мучить свой желудок, чтобы избегать меня». Он прямо указал на её мысли. Она подняла бровь: «Почему вы так подумали?» «Ты сегодня съел вдвое больше обычного. После яблочного пирога, что еще ты хочешь съесть?» Услышав это, она немного растерялась. Джонатан Гибсон сегодня казался каким-то необычным, поэтому она уклонялась от разговора, не желая слышать то, чего ей не следовало и не хотелось слышать. ---------- Глава 744-386: Дополнительная история: Будет ли он против? Она не была наивной; по его страстному взгляду она могла понять его чувства. Его взгляд был точно таким же, как и прежде. «Извините, я наелась, мне пора идти». Кристин Куинн встала и взяла свою маленькую сумочку. Он схватил её за руку: «Не уходи!» Заметив её волнение, он отпустил её руку, в его голосе слышалась мольба: «Я просто хочу поговорить с тобой». «Нет…в следующий раз!» Она повернулась, чтобы уйти, но Джонатан Гибсон, казалось, понял ее мысли: «Нет, если ты уйдешь сейчас, следующего раза не будет». В этот момент он уже обхватил её тонкие плечи. Кристин так сильно волновалась, что с ее лба стекал пот; она изо всех сил пыталась вырваться, но он крепко держал ее. "Кристина… послушай меня…" «Нет, я не хочу этого слышать… Я уже замужем, у меня есть муж и дочь, я…» Она отчаянно покачала головой в знак отказа. «Но ему на тебя наплевать». Джонатан огорошил её, оставив в полном замешательстве, она на мгновение не могла прийти в себя. «Вы не понимаете…» «У тебя есть выбор», — пробормотал он, сжимая ее плечи железными пальцами. — «Разве ты не чувствовала все эти годы, что мы действительно идеально подходим друг другу?» «Просто друзья». «Ложь!» — прорычал он, его пронзительный взгляд не позволил ей убежать. «Если бы не Скайлер Джонс, мы бы уже были женаты и имели детей, и, по сути, отношения со Скайлер Джонс были всего лишь ошибкой, которую ты совершила в молодости, ты еще можешь ее исправить». Лицо Кристин побледнело, губы слегка задрожали: «Моя жизнь уже предопределена…» «Кристин, я вижу, ему на тебя совершенно наплевать… если бы ему действительно было не все равно, он бы не оставил тебя одну на обочине дороги ночью, он тебя не заслуживает». Голос Джонатана был полон тревоги и ярости, его возбуждение передавалось через кончики пальцев. Кристин слегка дрожала, но постепенно ее сердце успокоилось. «Джонатан, не трать на меня время, я…» Когда губы Джонатана опустились, Кристин была ошеломлена. Ее тело напряглось, она не могла пошевелиться, слова, которые она хотела сказать, замерли, тепло на губах, глаза расширились. К счастью, Джонатан лишь ненадолго коснулся её. Когда он отстранился от ее губ, его темные глаза засияли светом, он нежно поглаживал ее длинные волосы. Кристин была взволнована: «Я… я должна уйти». Джонатан глубоко вздохнул: «Хорошо, я тебя выведу». Ему не стоило торопиться, он не должен был торопиться, у него было терпение, пока они сохраняли такие брачные отношения, у него был шанс. Они вышли из ресторана, каждый погруженный в свои мысли. Когда Джонатан прикоснулся к Кристин, Скайлер Джонс крепко сжал кулаки. До их ухода он не ослабевал, сжимая кулаки. Он приехал сюда всего лишь для того, чтобы обсудить проект TSOL с сотрудницей правительства, но по случайному совпадению столкнулся с ней. Черт возьми, Кристин Куинн, она посмела быть настолько близкой с Джонатаном за его спиной!! Скайлер стиснул зубы, изо всех сил стараясь подавить почти маниакальное движение клеток в своем теле, отчего кровь прилила к голове. Какова должна быть «нормальная» реакция мужчины, когда он видит свою жену так близко к другому мужчине? Впервые гнев, зависть, недовольство и недоверие, подобно реке, сливающейся в единый поток, захлестнули его, заглушив его всегда гордый и рациональный ум, погрузив его в смятение, почти в пучину отчаяния. Скайлер Джонс видела их нежную прогулку, ее мягкую улыбку, радостный смех и даже тот поцелуй. Будучи мужчинами, Скайлер, увидев Кристин впервые, уже поняла намерения Джонатана. Правительственная служащая с улыбкой и извиняющимся выражением лица поспешно подошла к Скайлер. «Мистер Джонс, прошу прощения за опоздание, искренне извиняюсь…» Скайлер посмотрела на сотрудницу правительственного ведомства, вспоминая цель своего сегодняшнего визита. Он собрался с духом, намеренно игнорируя сильное чувство дискомфорта в сердце, и повернулся к ней с привычным для себя поведением и выражением лица. Кристин вернулась домой в оцепенении, ее сердце было наполнено тревогой. Она всегда считала Джонатана другом, но только сегодня поняла, что Джонатан так не думал. Она не отрицала, что после многих лет разлуки с Джонатаном испытывала к нему особые чувства, но эти чувства не были связаны с любовью, а скорее с чувством родства. ---------- Глава 745-386: Дополнительная история: Будет ли он по мне скучать? (2) Для неё Джонатан был как старший брат, которого она не видела много лет. Она чувствовала себя с ним комфортно и доверяла ему, и ей нравилось проводить с ним время. Но этот поцелуй всё усложнил. «Молодая госпожа». Чтобы отличать ее от Бекки, слуги в особняке Джонсов называли ее «Молодая мадам», а Бекку — «Молодая леди». Кристин Куинн, стоя перед зеркалом и внимательно разглядывая свое бледное лицо, тихо ответила: «Я здесь». «Мистер Джонс вернулся. Он хочет, чтобы вы пошли в кабинет». «Хорошо, я скоро буду». Дверь в кабинет была открыта, и Скайлер Джонс стоял у окна от пола до потолка, спиной к ней. Освещение в кабинете было слегка тусклым, отчего его внушительная фигура приобрела необъяснимый холодок. Кристин Куинн закрыла дверь кабинета и посмотрела ему вслед: «Вы хотели меня видеть?» Голос Скайлера Джонса звучал несколько безразлично: «Куда ты сегодня ходил?» «Джонатан Гибсон пригласил меня поужинать, и я пошел». С тех пор как она и Дженнифер Дуглас поговорили об этом в прошлом месяце, их мир успокоился. Они вернулись к своей прежней мирной жизни. В присутствии Мари они демонстрировали друг другу нежные чувства в идеальной синхронности, но за ее спиной их отношения снова становились уважительными, но холодными. Он остался таким же, как и прежде... Она занималась его питанием и одеждой, а он, в свою очередь, распоряжался своим жильем по своему усмотрению. Ее задачей было сотрудничать с ним всякий раз, когда он был дома, а когда его не было, у нее была свобода, поэтому сегодня она смогла пойти пообедать с Джонатаном Гибсоном. Конечно, она понимала; он не возражал бы, так же как и она не возражала бы, если бы он снова переночевал у Дженнифер Дуглас. Голос Скайлера Джонса был тихим и бесстрастным: «Похоже, вы приближаетесь к Джонатану Гибсону». «Можете не волноваться. Куда бы я ни пошла с ним, я стараюсь избегать папарацци. Я не позволю им делать фотографии, которые могли бы поставить под сомнение стабильность нашего брака». "Очень хорошо." Скайлер Джонс обернулся, его глубокие темные глаза, казалось, невольно взглянули на нее. «Ты собираешься снова выйти замуж, как только мы разведемся?» Кристин Куинн пожала плечами: «Я пока не продвинулась так далеко в работе с Джонатаном Гибсоном, но будущее непредсказуемо». «Позвольте задать вам вопрос». "Вперед, продолжать." Скайлер Джонс взглянул на место напротив себя и сказал: «Иди сюда». Не понимая намерений Скайлера Джонса, Кристин Куинн на секунду замешкалась, а затем медленно подошла и встала перед ним. Он был высоким, около шести футов одного дюйма, а она доставала ему только до плеча. «Что М использовала, чтобы заставить вас сотрудничать с ней?» Услышав его вопрос, она слегка вздрогнула. Она никак не ожидала, что он задаст этот вопрос. Одиннадцать лет она ждала, когда он спросит, чтобы она могла объяснить, но он так и не спросил и не хотел слушать ее объяснения. До сегодняшнего дня... Как раз когда она уже совсем отчаялась вернуть прошлое, он вдруг задал ей вопрос. Его мысли всегда были ей непонятны. Тем не менее, она была должна ему объяснение. «Я думал, ты знаешь». Он знал, но хотел услышать это от неё самой. Увидев его молчание, она тихо сказала: «Все эти годы я продолжала работать, потому что мне нужны были деньги, чтобы вылечить маму, и ты должен знать, что это за болезнь. Но тогда ты не знал, и я не собиралась тебе рассказывать, потому что, будучи презираемой за свое происхождение с детства, я ужасно боялась, что тебе это будет интересно… И как раз в тот момент, когда наши отношения были на пике, мне позвонили люди М. и сказали, что они похитили мою маму… Этот человек сказал, что ему не нужны деньги, ему нужно только одно, и если ему это удастся, он не только обеспечит безопасное возвращение моей мамы, но и даст мне деньги на ее лечение». «М хотел, чтобы ты меня предал?» Кристин Куинн подняла взгляд и посмотрела ему в глубокие глаза, затем кивнула. «Почему, столкнувшись с этой проблемой, вы не обратились ко мне за помощью?» «Потому что у меня не было выбора. Они сказали, что если я посмею попросить вашей помощи, они без колебаний убьют мою маму... Вы никогда не представляете, какую панику и страх я испытал, когда услышал, как они выстрелили моей маме в ногу». "Значит, вы использовали свой семнадцатилетний возраст, чтобы обвинить меня в „изнасиловании“?" В Кристин Куинн захлестнуло чувство вины: «Я не знаю, как М узнала, что мне семнадцать... У меня не было выбора». Ранним путем вступив в общественную жизнь и опасаясь, что в этом возрасте у нее еще не будет возможности устроиться на работу, она всегда использовала поддельные документы, удостоверяющие личность, при поиске работы. У нее был тот же настрой, что и на собеседовании в «Оверски». Она решила попробовать с поддельным удостоверением личности, даже не рассчитывая на успех. Тогда она чувствовала себя счастливицей; ей удалось обмануть даже «Оверски», такую ​​крупную компанию... Позже, когда она сошлась со Скайлером Джонсом, она узнала от него, что всего через несколько дней после её приема на работу отдел кадров «Оверски» уже проверил её вымышленную личность, но не уволил её, потому что Скайлеру она понравилась. Она думала, что ее возраст останется в секрете, но никак не ожидала, что М воспользуется этим против нее... Кристин Куинн покачала головой, глядя на его бесстрастное, ледяное лицо. Она прикусила губу и с трудом произнесла: «Прости, принимаешь ты это или нет, я должна сказать эти слова». «Кристин Куинн, ты знаешь?» — Скайлер Джонс отвернулась, задумчиво глядя в окно. — «В тот день я готовилась…» Скайлер Джонс сделал здесь паузу, загадочным образом оставив свою фразу незаконченной. Кристин Куинн внимательно слушала, но внезапно он замолчал, оставив ее в недоумении. «Неважно…» Он повернулся к ней спиной, махнув рукой: «Занимайся своими делами!» Он не понимал, почему ему сегодня нужно было услышать её объяснение, хотя он и так давно всё понял. Её предательство было фактом, который не изменит его мнения о ней. Она сказала, что он никогда не поймет ее тогдашнего положения... Но она и не поймет, ведь человек, брошенный родителями, а позже и той, кого он любил, всю жизнь будет размышлять об этой боли. Ей не стоит сейчас мечтать о хорошей жизни. Он уже в аду и не позволит ей жить беззаботно. Его голос был холоден, как всегда, и вернул её размышления к реальности. Она чуть было снова не начала слишком много об этом думать... Ну и что, если он спросит о прошлом? Его отношение к ней не изменится, и ей больше не нужно об этом беспокоиться. Ей не стоит тратить на него оставшееся время... ---------- Глава 746–387: Дополнительно: Менструальные боли 1 Кристин Куинн уже собиралась уходить, когда вдруг вспомнила: «Ах да, мне нужно кое-что вам сказать». "Что это такое?" «После окончания летних каникул Мари хочет отвезти её обратно в город Y, чтобы записать в школу». Наконец-то у неё появился такой шанс. У неё появилась веская причина держаться от него подальше, поскольку она знала, что он останется в Нью-Йорке ещё как минимум на несколько месяцев для работы над проектом TSOL. Скайлер Джонс небрежно ответила: «Она может остаться здесь и учиться». «Учебная программа в Нью-Йорке совершенно отличается от программы в «Цветочном королевстве»». Она нашла правдоподобное оправдание. Скайлер Джонс хранила молчание. Опасаясь, что он может не согласиться, Кристин быстро добавила: «У Мари отличные оценки дома. А что, если она не сможет адаптироваться к учёбе в Нью-Йорке…» «Есть ли ещё какая-нибудь причина?» «Как только я уйду, у тебя будет гораздо больше свободы… Тогда тебе не придётся возвращаться домой только для того, чтобы устраивать представление, ты сможешь оставаться где угодно на ночь, только будь осторожна с прессой». Её слова необъяснимо разозлили его, но гнев остался внутри, не выплеснув его наружу. «Ладно, мне давно надоело спать на диване». Кристин слегка улыбнулась: «Значит, вы согласны?» «Собирай вещи, уходи, когда захочешь…» — в голосе Скайлер звучало легкое нетерпение. «Тогда я пойду и сообщу маме и Бекке». Когда Кристин уже собиралась обернуться, она снова услышала голос Скайлер: «Пусть Мари позвонит мне, когда вернется домой». Кристин с улыбкой ответила: «Хорошо». Кристин сидела на краю кровати, с беспокойством глядя на усталую Ребекку Квентин, которая сидела на кровати: «Тебе очень неудобно?» Ребекка, выглядевшая измученной, положила руку на живот: «Я не понимаю, почему эта беременность вызывает у меня такую ​​сильную реакцию… Я чувствую слабость каждый день, как будто меня тошнит». «Так же было, когда вы были беременны Эндрю?» «Похоже, так было уже некоторое время… Через три месяца должно стать лучше». «Ну, у меня не было никакой реакции во время беременности. Всё было в норме». «Я не такой сильный, как ты». «Дело не в силе, а в телосложении». «Я заставил вас всех поволноваться». «Мы с мамой не волнуемся, потому что сами через это прошли, но ты, конечно, сильно напугала Говарда Джеффри…» Ребекка тихонько хихикнула: «Он так гордится мной, всем рассказывает, что скоро у него будет дочка, вся компания в курсе моей беременности… Самое смешное, что мы до сих пор даже не знаем, девочка это или нет!» Кристин с улыбкой сказала: «Я уверена, что это так». «Я тоже на это надеюсь». «К сожалению, я больше не смогу оставаться здесь и заботиться о тебе, но здесь есть мама и служанки…» "Подожди, сестрёнка, что значит, ты не можешь здесь остаться?" Кристин взглянула на Ребекку: «Ты забыла? Я в Нью-Йорке уже больше двух месяцев… Поскольку летние каникулы Мари закончились, мне нужно отвезти ее обратно в Y City, чтобы записать в школу». Ребекка хлопнула себя по лбу: «Я чуть не забыла… Но разве Мари не может остаться в Нью-Йорке учиться?» «Учебные программы разные…» Ребекка проницательно заметила: «Это не главная проблема». Кристин мягко улыбнулась: «Хорошо… Главное, что я хочу ненадолго вернуться домой». "Чтобы избежать встречи со своим зятем?" «Пожалуйста, перестаньте называть его зятем, это звучит неловко». «Хорошо, мистер Джонс…» Кристин удовлетворенно кивнула: «На самом деле, время, проведенное с ним за это время, было довольно приятным, так что даже продолжение пребывания в Нью-Йорке не было бы проблемой, но, если подумать, у меня действительно нет причин оставаться в Нью-Йорке, и, кроме того, для образования Мари город Y более выгоден…» «Но я слышал от Говарда Джеффри, что проект мистера Джонса может потребовать от него остаться в Нью-Йорке еще на несколько месяцев…» "Я знаю." "Тогда, когда вы вдвоём будете так далеко друг от друга, к тому времени, как он вернётся домой, вы уже почти…" Кристин кивнула: «Да, мы разводимся». Ребекка была потрясена: «Вы так спокойно об этом говорите?» Кристин слабо улыбнулась своей сестре Мэрилин: «Как бы ты хотела, чтобы я это сказала?» "Разве вам не следует хотя бы… то есть… испытывать нежелание!" Кристин улыбнулась и покачала головой: «Бекка, я его отпустила». Глаза Ребекки расширились: "Сестра…" Кристин медленно опустила голову и тихо произнесла: «Надеюсь, ему будет лучше без меня». Вечером Кристин собирала багаж в своей комнате. Мэрилин, стоя рядом, наблюдала, как мать складывает одежду в чемодан, и вдруг протянула руку, чтобы прикрыть чемодан: «Мама, а я могу остаться в Нью-Йорке?» ---------- Глава 747 - 387: Дополнительно: Физическая боль 1_2 "Нет!" «Почему бы и нет? Бабушка сказала, что я могу учиться в Нью-Йорке». «Зарубежные курсы отличаются от тех, что предлагаются здесь». «Я обязательно буду усердно работать и учиться». "Всё ещё нет!!" Мэрилин Куинн, избалованно цепляясь за ногу Кристин Куинн, сказала: «Мамочка, пожалуйста… Я не хочу уезжать из Нью-Йорка. Я хочу остаться здесь с бабушкой, поиграть с тетей и Эндрю и быть с папой». Молящий голос дочери смягчил сердце Кристин Куинн. Наконец, Кристин Куинн отложила складываемую одежду, посадила Мэрилин себе на колени и тихо сказала: «Дорогая дочка, папина компания в городе Y. Рано или поздно нам придется вернуться в город Y…» «Но мы можем подождать, пока папа закончит свой проект, и вернуться вместе!» "В конце концов, тот, кого тебе больше всего невыносимо покидать, всё равно твой папа, верно?" Мэрилин энергично кивнула. «Оставить папу одного здесь — будет так жалко!» Жалко? Кристин тихонько посмеялась про себя. Ему не могло быть и жалко; мир у его ног, в окружении красавиц. Его жизнь, вероятно, гораздо беззаботнее, чем её. Конечно, она не могла рассказать об этом своей любимой дочери. «По-прежнему невозможно, Мари. Ты должна послушать маму…» "Нет… Я пойду спрошу у папы…" Мэрилин вырвалась из объятий матери. Прежде чем Кристин успела остановить дочь, та уже выбежала из комнаты… Кристин бросилась за ней в погоню, не ожидая, что Мэрилин столкнется прямо со Скайлер Джонс, которая только что вошла в дверь. "Папочка!" Мэрилин взволнованно воскликнула. Скайлер Джонс нежно погладил мягкие волосы дочери: «Что случилось, дочка?» Мэрилин надула губы и сказала: «Мама сказала, что завтра утром мы возвращаемся в Нью-Йорк…» Скайлер повернул голову и взглянул на Кристин Куинн. Кристин объяснила причину спешки: «Ну, завтра утром рейс прибывает в город Y тоже утром. Я могу сразу отвезти Мари в школу на регистрацию». Скайлер кивнул, с нежностью глядя на дочь: «Если твоя мама говорит, что завтра утром, значит, завтра утром!» Мэрилин крепко обняла Скайлера: «Но я не хочу возвращаться… Папа, я хочу быть с тобой». Скайлер осторожно отстранил дочь, присел на корточки и посмотрел ей в глаза: «Мари, папа будет очень занят работой некоторое время. Даже если ты будешь в Нью-Йорке, папа, возможно, не сможет быть с тобой каждый день…» «Но если ты это сделаешь, папе и маме придётся расстаться!» Слова Мэрилин слегка вздрогнули и Кристин, и Скайлер. Тогда они поняли, что именно это больше всего беспокоило их дочь… Скайлер мягко уговаривала: «Глупышка, папа и мама ненадолго расстанутся… Папа обещает тебе, он как можно скорее закончит работу в Нью-Йорке и скоро вернется, чтобы быть с тобой, хорошо?» В ясных глазах Мэрилин навернулись слезы: «Тогда на сколько месяцев вы останетесь в Нью-Йорке?» Скайлер терпеливо ответила: «Папа пока не может быть уверен, но это произойдет как можно скорее, может быть, через три-четыре месяца». "Действительно всего три или четыре месяца?" Скайлер тихонько рассмеялся, нежно вытерев слезы в уголке глаза дочери и продолжая уговаривать: «Может быть, даже короче, всего два или три месяца». Мэрилин наконец-то убедил отец. Опираясь на его плечо, она, едва сдерживая слезы, сказала: «Ты должен сдержать свое слово!» Скайлер обнял дочь и тихонько засмеялся: «Когда папа тебе когда-нибудь врал?» Кристин, стоя в стороне, наблюдала, как Скайлер успешно успокаивает их дочь. На ее лице появилась легкая улыбка, но в сердце таилась необъяснимая печаль. Возможно, эта грусть вызвана тем, что Скайлер изо всех сил пыталась убедить их вернуться в город Y, а может быть… тем, что ей действительно нужно было его покинуть. Наконец, сквозь слезы Мэрилин расплылась в улыбке. Скайлер нежно поцеловал свою дочь. Мари рассудительно сказала: «Папа, мама, вы двое поболтайте… А я пойду в свою комнату и соберу вещи». Кристин кивнула: «Продолжай!» Мэрилин убежала, ведя себя благоразумно. В комнате внезапно воцарилась тишина, и Кристин, оставшись наедине со Скайлер, почувствовала себя несколько непривычно. "Э-э, ты сегодня вечером никуда не идёшь?" Кристин нашла тему, чтобы нарушить молчание. «Если я уйду, как я отвезу тебя в аэропорт утром?» — спокойно спросила Скайлер, войдя в комнату и небрежно взяв финансовый журнал, чтобы устроиться на диване. Действительно, ему пришлось пройти через весь этот процесс. Если бы Скайлер не проводила их утром, это было бы трудно оправдать. Поэтому Кристин не отказалась. Она закрыла дверь комнаты, которую Скайлер не закрыл, и, почти ничего ему не сказав, продолжила собирать багаж. Одежды у нее было немного, и она быстро упаковала все в чемодан. «У вас ещё остались деньги?» Когда Кристин закончила собирать вещи и собиралась принять душ и лечь спать пораньше, Скайлер заговорила, когда Кристин уже собиралась войти в ванную. Кристин на секунду замерла, повернулась к нему лицом и слегка кивнула: «Карточка, которую ты мне дал в прошлый раз на HN, всё ещё у меня. Не волнуйся, я не буду скупиться на твои деньги ради твоей дочери». Скайлер ответил тихим «Хм», не отрывая взгляда от финансового журнала на своем телефоне от начала до конца. Поняв, что Скайлер больше нечего сказать, Кристин повернулась и направилась в ванную комнату в пижаме. По какой-то причине, войдя в ванную, она вдруг почувствовала боль в сердце. Выработанная ею выносливость к такой боли сыграла свою роль в этот момент. Она вошла в ванную, как ни в чем не бывало, но внезапно ее накрыла волна сильной боли. Чувство, близкое к удушью, разлилось по ее груди. Она невольно издала возглас «Ах», ее пижама упала на пол, она схватилась за грудь, медленно падая на пол, не в силах удержаться. Услышав ее крик боли, Скайлер поднял на нее глаза. Сначала он не придал этому особого значения, но, увидев Кристин, которая сидела на корточках на полу и долго не поднималась, он нахмурился, отложил журнал и подошел к ней. Кристин сидела на корточках на полу. В тот момент, когда она услышала приближающиеся шаги, она, несмотря на невыносимую боль, уже отпустила руку, сжимавшую грудь. Увидев ее нахмуренные брови и тонкий слой пота на лбу от невыносимой физической боли, Скайлер инстинктивно присела на корточки, поддерживая ее: «Что случилось?» ---------- Глава 748–388: Дополнительно: Менструальные боли 2 У меня так сильно болит сердце… Когда Кристин Куинн увидела Скайлера Джонса, ей инстинктивно захотелось сказать ему это, но, слегка приоткрыв губы, она поняла, что не может. Он так сильно её ненавидел, что, возможно, даже желал ей смерти… Она не хотела, чтобы он критиковал её за «поиск сочувствия» в конце жизни… Она никогда не показывала свою уязвимость другим; в конце концов, она всегда оставалась сильной и уверенной в себе Кристин Куинн! Превозмогая остаточную боль после мучительных страданий, Кристин Куинн не потянулась к его руке, а вместо этого, опираясь на белую стену рядом с собой, медленно поднялась и вздохнула: «Я в порядке…» Скайлер Джонс не поверила словам Кристин, потому что выглядела она совсем неважно. Он сказал: «Я попрошу горничную приготовить для вас грелку». Влажные от пота брови Кристин Куинн нахмурились: "Грелка?" Скайлер Джонс повернулась и подошла к прикроватной тумбочке, набрав набор цифр. «Принесите грелку», — проинструктировала горничную Скайлер Джонс по телефону. Кристин недоверчиво посмотрела на Скайлер. Скайлер лишь подняла взгляд на Кристин, дав указания горничной, и бросила на нее короткий взгляд: «Разве раньше всегда так не было?» До… Подождите, она обычно каждый месяц использовала грелку, когда у нее начинались месячные… потому что у нее были менструальные боли, и если она не прикладывала грелку к животу, то весь день валялась в постели, воя от боли. По всей видимости, он ошибочно принял её дискомфорт за приближение месячных. Хотя он и неправильно понял, тот факт, что он вспомнил про "грелку", немного удивил её… В тот момент в ее памяти всплыло затаенное воспоминание. "Больно, больно…" Это её убивало! Кристин Куинн каталась по кровати, держась за живот. Какие же грехи она совершила в прошлой жизни, чтобы претерпеть столь бесчисленные страдания в этой жизни… Другие могли спокойно ходить на работу и болтать во время месячных, а ей приходилось весь день держаться за живот в постели и скорбеть… За эти годы она привыкла, и грелка могла облегчить боль, но сегодня боль казалась сильнее обычного; ей было так больно, что у нее даже не было сил взять грелку… Во всем этом кто-то виноват!! Из-за чрезмерного образа жизни в этом месяце у нее начались месячные раньше обычного, поэтому у нее даже не было времени приготовить грелку. И все же сейчас его не было рядом с ней… Сегодня утром, проснувшись, она увидела записку, которую он оставил на прикроватной тумбочке. «Возьмите сегодня выходной и хорошо отдохните дома». Президент, проявив уважение, предоставил своей секретарше отпуск не потому, что она была перегружена работой днем, а потому, что она была перегружена работой ночью… Она должна была отдохнуть один день в его квартире, но кто бы мог подумать, что у нее начнутся месячные раньше времени… Терпеть такую ​​боль было невозможно; ей нужно было придумать выход. Попросите помощи у Хильды? Нет, если бы пришла Хильда, она бы знала о её нынешних отношениях с кем-то… ей было бы слишком стыдно встретиться с ней лицом к лицу. Так к кому же ей следует обратиться? Похоже, не осталось никого, кому можно было бы доверять… потому что, если бы она действительно позвала к себе кого-нибудь из своих постоянных друзей, ее отношения с кем-то могли бы раскрыться. Тогда ей оставалось только повернуться к нему. Нащупав телефон на прикроватной тумбочке, она, собрав последние силы, набрала номер, по которому звонила чаще всего каждый день… Звонок, звонок — Ответил его ассистент. «Здравствуйте, это я». Помощник Дэниел тихо сказал: «О, госсекретарь Куинн, президент сказал, что вы сегодня плохо себя чувствуете, поэтому я занимаюсь вашими задачами… с вами все в порядке?» «Дилан, можешь передать телефон президенту?» Помощник Даниэль взглянул на своего начальника, который был на серьезном совещании, и еще понизил голос: «Президент сейчас на совещании, это срочно?» «Да, это срочно». «Тогда скажите мне, и как только совещание президента закончится, я передам ему это от вашего имени… вы же знаете, что президент не любит, когда совещания прерываются». «Я могу сказать ему только напрямую… Дилан, пожалуйста, передай ему телефон… Умоляю тебя…» "Но…" «Если президент возложит вину, я возьму на себя ответственность». «Хорошо, подождите минутку». Дилан держал подключенный телефон и тихо подошел к Скайлеру Джонсу, что-то шепча ему на ухо. Скайлер Джонс обсуждал последний проект с руководителями компании, но, услышав, что она хочет поговорить с ним, он все равно махнул рукой, давая понять Дилану, что сейчас не будет отвечать на звонок. Дилан не осмелился ослушаться авторитета президента и быстро и спокойно отошел в сторону, чтобы передать Скайлер Джонс ее сообщение. ---------- Глава 749-388: Дополнительно: Менструальные боли 2_2 Она испытывала невыносимую боль, и в тот момент забыла о необходимости проявлять осторожность и изо всех сил закричала на Дилана: «Пусть он ответит!!» Дилан был ошеломлен разговором с Кристин Куинн по телефону и, словно по какой-то причине, вернул трубку Скайлер Джонс. Текущее совещание пришлось прервать, потому что Скайлеру Джонсу нужно было ответить на телефонный звонок. Скайлер Джонс подошел к балкону конференц-зала, выглядя недовольным, но не решаясь на гневную речь, и лишь стиснул зубы и тихо выпалил: «Я на совещании, разве вы не знаете?» «Оверски… у меня ужасно болит живот…» "Боли в животе?" "Мм, мне кажется, я сейчас умру…" "Что… я сейчас вернусь." Примерно через десять минут он уже мчался обратно в свою квартиру с работы. Он так встревожился, что чуть не ворвался в дверь, увидев ее в пижаме, катающуюся по кровати, он несколько раз выругался и поспешно поднял ее на руки. "В чем дело?" Она прислонилась к нему, ее лицо было покрыто каплями пота от боли: «Вот и настало это время, у меня так сильно болит живот…» Видя, как она раньше страдала от менструальных болей, он невольно снова выругался: «Черт возьми, почему ты не сказала мне раньше? Где грелка?» Она мрачно ответила: «Я звонила тебе… но ты не ответил…» «Гриль с горячей водой». Равнодушный голос Скайлер Джонс вернул ее из прошлого в реальность. Горничная принесла грелку, и он передал ее ей. Она на секунду заколебалась, а затем взяла его. Скайлер Джонс больше ничего не сказала и повернулась, чтобы уйти. "Спасибо." Когда он повернулся, она заговорила с ним. Скайлер Джонс слегка замешкалась, но продолжила движение вперед, слабо ответив: «Я не беспокоюсь о вас, просто не хочу, чтобы вы не смогли уехать завтра». «Я знаю». Она не стала об этом задумываться, да и не собиралась. «Приложите немного тепла… А я сначала приму душ». "Хорошо." Как только Скайлер Джонс вошла в ванную, Кристин Куинн сделала несколько глубоких вдохов. После глубокого вдоха боль в области сердца утихла, ничего серьезного. Кристин Куинн держала в руках грелку, а затем села на край кровати. В ванной комнате доносился звук его душа. Она положила грелку на кровать и вышла на балкон. С наступлением осенней ночи на балконе послышался легкий прохладный ветерок. Кристин Куинн скрестила руки на груди, защищаясь от прохладного воздуха, и устремила взгляд на звездное небо над пригородами. Завтра она покинет это место, не зная, будет ли у неё шанс вернуться, хотя она и думала, что, возможно, этого не произойдёт… Когда он вернется в город, она может быть еще жива, а может, ее уже не будет в этом мире, но в любом случае она никогда не вернется в Нью-Йорк, потому что даже будучи живой, она не позволит миссис Джеффри и Бекке стать свидетелями конца своей жизни. Влажные глаза щипало от ветра… Внезапно она почувствовала ужас перед смертью, потому что это означало, что она больше никогда не увидит человека, которого любит. Скайлер Джонс откинулась на спинку ванны, закрыв глаза. "Ты в порядке?" «Нет… Меня мучают последние два дня». Он стоял на балконе отеля в Нью-Йорке, держа одну руку в кармане брюк и тихо посмеиваясь в ответ на телефонный разговор: "Как так?" "Это не из-за месячных!!" Он нахмурился: «Оно пришло?» На другом конце провода серьезно ответили: «Да, просто пришло поздно…» Он еще сильнее нахмурился. Она пробормотала: «Можете расслабиться, я не беременна, вам не нужно так скоро становиться отцом…» «Я уже не молода, девочка». «Мне всё равно, молода ты или нет… в любом случае, я сейчас не хочу быть мамой». "Глупая девочка…" "Почему ты называешь меня глупой?" Он смотрел на ослепительный ночной пейзаж Нью-Йорка: «Ничего… Я скучаю по тебе». "Ах… ах… что вы сказали?" «Если вы не слышали, забудьте об этом». "Какой же он жадный, повтори ещё раз…" «Хотите услышать это ещё раз, или вы действительно не расслышали?» Она рассмеялась в трубку: «Я… тоже скучаю по тебе, это твоя вина, что ты не позволил мне поехать с тобой в командировку». Он не отказывался, просто подумал, что она… Он подумал, что если ребенок действительно будет, то не хотел бы, чтобы она переутомлялась. «Ты действительно скучаешь по мне, или это твое тело скучает по мне?» — поддразнил он. "Слизняк!!" «Если бы ты была здесь со мной, сегодняшний вечер был бы не просто о том, чтобы вести себя жутко». «О, ты такая надоедливая, я больше не буду обсуждать с тобой эту тему». Разговор об этом приводит лишь к насмешкам и проигрышу: «Кстати, когда ты вернешься?» «Это займет еще три-четыре дня!» "Ой… у меня болит живот, я не буду с тобой разговаривать." "Всё ещё болит?" «Грелка помогает, но без тебя болит немного сильнее обычного». Он улыбнулся: «Может, мне теперь вернуться?» Она надула губы и пожаловалась: «Ты не такой уж и хороший». Ее лицо слегка покраснело: «К тому же, следующие два дня ты не сможешь…» Он рассмеялся и ничего не ответил. Наконец она сказала: «Хорошо, усердно работай, я буду ждать, когда ты вернешься послушным». Она и представить себе не могла, что спустя несколько часов он, оставив важную работу в Нью-Йорке, появится перед дверями её небольшой съёмной квартиры… Она была вне себя от радости и, прыгнув ему в объятия, вошла в комнату, неся ее на руках. Как он мог это до сих пор помнить? Он открыл глаза, на его лице читалось некоторое раздражение. Встав из ванны, он вышел из нее голым, обернул полотенцем нижнюю часть тела и направился прямо в ванную комнату. Он никак не ожидал, что она уже будет спать, лежа на боку и выглядя умиротворенной. Он подошел к окну от пола до потолка, сел на диван в гостиной и закурил сигарету. Дым поднимался медленно, размывая его четко очерченные черты лица. Она на самом деле не спала; сквозь прищуренные глаза она все еще видела, как он курит, но дым делал его красивое лицо неразличимым. Вероятно, она ему никогда об этом не говорила, но он хорошо выглядел, когда курил, особенно в тот момент, когда поворачивался, чтобы прикурить сигарету… Пламя зажигалки могло подчеркнуть контуры его лица, сделав его более выразительным. ---------- Главы 750–389: Дополнительная история: Как она хотела, чтобы он помнил её вечно Интересно, как у него дела с Дженнифер Дуглас? Их семейное происхождение очень хорошо сочетается. Если они сойдутся, то, вероятно, станут еще одной завидной парой. Она искренне надеется, что он сможет обрести счастье, которое ему принадлежит… даже несмотря на то, что он её презирает, она всё равно будет молча благословлять его. Её охватила сонливость, и она медленно заснула, глядя на его измождённое состояние… На следующий день. "Бабушка… я приеду еще раз во время зимних каникул." Миссис Джеффри неохотно обняла внучку: «Дома ты должна слушаться маму, хорошо?» Мэрилин Куинн послушно кивнула. «Иди сюда, Мари, позволь дяде Джеффри обнять тебя… Так давно я не обнимал самую красивую принцессу нашей семьи». Говард Джеффри с любовью взял Мэрилин Куинн на руки и подарил ей фигурку MashiMaro из лимитированной коллекции. «Спасибо, дядя Джеффри». Мэрилин Куинн по собственной инициативе поцеловала Говарда Джеффри. Тесное общение между ними вызвало довольные улыбки у всех присутствующих. "Мама, Говард, Бекка, я сейчас возвращаюсь в город Y…" "Кристин…" Кристин Куинн обняла миссис Джеффри. Говард Джеффри обнял Ребекку Квентин и мягко кивнул: «Береги себя». Глаза Ребекки Квентин наполнились слезами, голос ее дрожал: «Сестра, я…» Кристин Куинн поспешно сказала: «Не надо, я боюсь услышать грустные слова, перестань плакать и будь осторожна, чтобы маленькая принцесса у тебя в животе не оказалась плаксой». Сквозь слезы Ребекка Квентин расплылась в улыбке. Две сестры обнялись, молча прощаясь друг с другом. Водитель подошел к Кристин Куинн и сказал: «Молодая госпожа, мистер Джонс сказал, что мы можем уехать». «Хорошо, я сейчас же приду». «Береги себя, Кристин». «Вы все тоже берегите себя». «До свидания, бабушка, дядя Джеффри, тетя, маленький Энди…» — Мэрилин Куинн махнула рукой. Кристин Куинн повернулась, держа на руках Мэрилин Куинн. За воротами виллы стояла припаркованная машина Скайлера Джонса. Он наблюдал за ними, как они шли к нему. «Когда сердце устает и слезы высыхают, от этой глубокой привязанности трудно отказаться. Когда-то мы обладали вечностью, но теперь я больше не могу видеть тебя днем ​​и ночью. Это чувство навсегда трудно разорвать, и я надеюсь, что мы сможем снова обняться в следующей жизни, любя кого-то, как оберегать его до самой старости…» В машине тихо играла эта грустная песня о любви. Мари прижалась к груди Кристин Куинн, уже заснув. Скайлер Джонс вел машину, а Кристин Куинн время от времени поднимала голову, чтобы посмотреть на дорогу впереди; краем глаза она иногда скользила по Скайлеру Джонсу на водительском сиденье, но так и не открыла рта, чтобы заговорить с ним. Естественно, Скайлер Джонс ничего ей не сказала на прощание, поэтому по дороге в аэропорт в машине царила тишина. По прибытии в аэропорт Мари проснулась в заметно лучшем настроении, в отличие от своего прежнего уныния, и, подпрыгивая, держа за руку Кристин Куинн, была очень бодра. После регистрации багажа Кристин Куинн спросила: «Мари, у тебя есть что-нибудь приятное, чем ты хотела бы поделиться с мамой?» Мари ответила с улыбкой: «Папа сказал мне, что вернется в следующем месяце». "В следующем месяце?" Кристин Куинн обернулась и взглянула на Скайлер Джонс, которая была в солнцезащитных очках. Скайлер Джонс слегка кивнула Кристин Куинн. Кристин Куинн немного растерялась, и Мари продолжила: «Мама, ты забыла, что в следующем месяце у меня день рождения, и папа приедет, чтобы отпраздновать его со мной». "…Ох." Она чуть не забыла, ведь день рождения дочери был уже совсем скоро. Мари крепко держалась за руку Кристин Куинн: «Ну, мамочка, я больше не боюсь разлуки с папой, потому что в следующем месяце папа вернется…» Кристин Куинн мягко упрекнула: «Мари, твой папа может просто поздравить тебя с днем ​​рождения по телефону. Просить его прилететь из Нью-Йорка только на твой день рождения его очень утомит…» «Мамочка, я знаю, папа очень занят, но его возвращение в следующем месяце — не ради меня, а ради тебя!» "Хм?" Этот хитрый маленький проказник объяснил: «В мой день рождения мама также работает больше всех в этой жизни, поэтому папа хочет отблагодарить маму в этот день наилучшим образом». Объяснение ребёнка было вполне логичным, но… всё равно показалось немного странным. Кристин Куинн могла лишь глупо улыбнуться. «Хорошо, дочка, скоро проверка безопасности… позволь папе тебя обнять». На пункте досмотра, сняв солнцезащитные очки, он взял дочь на руки и нежно поцеловал ее в лоб. Мари обняла отца за шею, в ее глазах читалось нежелание, но она с пониманием произнесла: «Не волнуйся, я буду послушно слушаться маму». «Хорошая девочка». Скайлер Джонс опустила Мари на землю и, глядя на слегка улыбающуюся Кристин Куинн, сказала: «Береги себя». Кристин Куинн, привыкшая сотрудничать со Скайлер Джонс, сдержанно посмотрела на неё и кивнула: «И вам тоже». ---------- Главы 751–389: Дополнительная история: Как она хотела, чтобы он помнил её вечно_2 Объявление началось прямо в самолете, напомнив пассажирам о предстоящем рейсе. «Мари, мы заходим». Мэрилин Куинн спокойно посмотрела на родителей: «Папа, мама, мы расстаёмся, вы не могли бы нас обнять?» Кристин Куинн и Скайлер Джонс обменялись взглядами, понимая друг друга, и улыбнулись. Скайлер обнял Кристин. Кристин также попыталась обнять Скайлер, но при ближайшем рассмотрении было видно, что ее руки слегка дрожат. Отпустив друг друга, Скайлер легонько поцеловала Кристин в красивое личико. Лицо Мари сияло от счастья. Многие обратили на них внимание, отчего Кристин невольно покраснела. Скайлер нежно взяла ее за лицо и ласково сказала: «Дорогая, я люблю тебя». Кристин кивнула и с любовью ответила: «Я тоже тебя люблю». Наконец, попрощавшись со Скайлер, Кристин вместе с Мари прошла через пункт досмотра. Пройдя контроль безопасности в зале ожидания, Кристин схватилась за грудь, ее тело внезапно ослабло, она чуть не упала, но, к счастью, рядом была Мари, за которую можно было держаться. Увидев, как ее мать внезапно упала в обморок, Мэрилин испугалась и быстро подхватила ее на руки, в панике крича: «Мамочка…» Кристин медленно присела на корточки, крепко обхватив себя за грудь. «Мама, что случилось? Не пугай Мари…» Внезапная боль в сердце едва не лишила Кристин дара речи, на лбу выступил пот. «Мама, тебе плохо? Я пойду за папой…» Мэрилин повернулась, чтобы выбежать из пункта контроля безопасности, но Кристин вовремя остановила ее. К счастью, боль была сильной, но кратковременной. Она заставила себя сделать несколько глубоких вдохов, и боль утихла. Голос Кристины был слабым: «С мамой все в порядке… помоги маме пойти отдохнуть вон там». «Но, мамочка, ты выглядишь такой несчастной…» Мэрилин крепко обняла мать. Ей действительно было некомфортно… В последнее время боли в сердце у нее участились. Особенно с прошлой ночи по сегодняшний день это случилось дважды, что, похоже, означает… что ее здоровье может быть не таким хорошим, как она предполагала. После того как Кристина присела и немного отдохнула, боль постепенно утихла, и она уже собиралась успокоить дочь, но обнаружила, что та звонит по телефону. «Мари, кому ты звонишь?» "Папочка!" Что? Лицо Кристин побледнело еще сильнее, чем прежде. Когда она попыталась взять телефон Мари, звонок уже соединился. На другом конце провода Скайлер Джонс, не зная, что на линии Мари, холодно спросила: «В чём дело?» В спешке Мари не обратила внимания на тон отца. Она нервно сказала ему: «Папа, маме плохо, она чуть не упала в обморок…» «Серьезно? Передай телефон маме». Мэрилин быстро передала телефон Кристин. В полном отчаянии Кристин поднесла телефон к уху и спросила: "Хм?" «Неважно себя чувствуешь?» — спросил он. «Ничего серьезного, понимаешь ли…» К счастью, похожий инцидент прошлой ночью дал ей повод. «Если вы действительно плохо себя чувствуете, лучше пересядьте на другой рейс!» "Нет… э-э, мне нужно сейчас же сесть на самолет, вот и все!" Кристин поспешно повесила трубку, вздохнув с облегчением. Мари, не моргнув глазом, смотрела на свою мать: «Мамочка…» Чтобы Мэрилин не стала задавать лишних вопросов, Кристин быстро потащила дочь к выходу на посадку: «Мама не тяжело больна, пошли, мы единственные, кто остался». Человечество изобрело самолеты, которые поистине удивительны. Они позволяют людям, находившимся прошлой ночью в одной комнате рядом, мгновенно оказаться разделенными огромным расстоянием. На следующий день после возвращения Кристин Куинн в Y City ей позвонил Джонатан Гибсон. Кристин не планировала снова видеться с Джонатаном, возвращение в город Й было удобным предлогом, но неожиданно Джонатан прилетел из Нью-Йорка в город Й. Джонатан издалека помахал ей рукой. Кристин оглядела этот фешенебельный французский ресторан в городе Y, глубоко вздохнула и направилась к Джонатану. Джонатан выбрал место у окна, откуда через панорамные окна от пола до потолка открывался великолепный вид на оживленную улицу внизу. Кристин села напротив Джонатана, слегка нахмурив брови. Джонатан с улыбкой спросил: «Вы ведь не против, что я уже заказал для вас еду?» «Джонатан, я сегодня здесь не для того, чтобы пообедать с тобой…» «Я знаю, я уже столько дней в городе Y, а ты согласилась приехать только сегодня». Кристин с чувством вины призналась: «Если я раньше сделала что-то, что вас неправильно поняло, я прошу прощения, но я…» «У нас ведь нет никакой возможности построить будущее, правда?» — Джонатан откинулся на спинку кресла, на его губах играла ленивая улыбка, когда он смотрел на нее. Кристин кивнула. Джонатан тихонько усмехнулся: «Не стоит слишком много думать, я просто хочу, чтобы вы отнеслись к этому как к дружеской встрече». «Но я…» «Это я должен извиняться. Наверное, в прошлый раз я тебя напугал, да?» Кристин взглянула на улыбающегося Джонатана и в конце концов слегка улыбнулась в ответ: «Ты меня напугал… но, глядя на тебя сейчас, кажется, в прошлый раз ты шутил». Джонатан ответил со смехом. Он не ответил, потому что в глубине души они оба понимали, что она просто пытается разрядить неловкую обстановку между ними, и он не хотел снова действовать импульсивно, иначе она действительно могла бы больше никогда его не увидеть. «Здесь довольно хорошая еда, давайте сначала поедим!» "Хорошо." Во время элегантного ужина Кристин с улыбкой заметила: «Ты меня очень напугал, подумав, что вернулся в деревню только ради меня». «Новый проект в Т-Сити требовал моего внимания… поскольку в последнее время там мало что происходит, я приехал в И-Сити, чтобы встретиться с вами, но, к сожалению, вы до сих пор отказывались». Кристин неловко произнесла: «Извините». «Всё в порядке, по крайней мере, ты согласился встретиться со мной сегодня… Завтра я еду в Т-Сити». «Как председатель совета директоров по международным операциям, вы много путешествуете по разным странам, и ваша работа, по правде говоря, заслуживает зависти». «Именно поэтому я и выбрал эту работу». «Я знаю, что вам нравится свобода; вам бы не понравилось работать, сидя каждый день в офисе». ---------- Глава 752-390: Дополнительно: Его сарказм 1 «Похоже, ты по-прежнему тот человек, который меня лучше всего понимает…» "Эм-м-м…" «Я говорю о взаимоотношениях между друзьями». «Конечно, ведь мы знакомы с детства!» «Ах да…» — Джонатан Гибсон вытер уголок рта салфеткой, — «У меня для тебя кое-что есть». "Хм?" Джонатан Гибсон достал из-под стола изящно упакованную квадратную подарочную коробку и передал ее Кристин Куинн. «Что это? Зачем ты хочешь мне это дать?» «Потому что это твоё». "Хм?" — Кристин Куинн была весьма озадачена. «Открой и посмотри…» Под ожидающим взглядом Джонатана Гибсона Кристин Куинн медленно открыла подарочную коробку. Оказалось, в коробке была фотография — а именно, фотография, сделанная, когда ей было семнадцать лет. Кристин Куинн внезапно пришла в восторг: «Вы нашли для меня эту фотографию…» Да, этот снимок сделала Хильда, когда ей было семнадцать лет. Она считала, что на фотографии она выглядит особенно красиво, и втайне планировала распечатать уменьшенную версию, чтобы подарить ее Скайлеру Джонсу, чтобы он мог видеть ее каждый день. Но кто бы мог подумать, что фотография таинственным образом исчезнет позже. Она долго искала ее, но так и не нашла, в конце концов отказавшись от идеи положить фотографию в бумажник Скайлер Джонс. Увидев восторженное выражение лица Кристин Куинн, Джонатан Гибсон извинился: «Прости, Кристин, это я тебя тогда сфотографировал». Услышав слова Джонатана Гибсона, Кристин Куинн внезапно подняла голову. Джонатан Гибсон медленно произнес: «Когда я увидел фотографию, мне очень захотелось ее получить, но я знал, что человек, которому вы хотели ее подарить, — это не я…» Тогда всё казалось таким наивным… Мысль о том, что фотография может заставить кого-то помнить вас всю жизнь. Оглядываясь назад, я понимаю, что тогдашняя, казалось бы, зрелая личность ничего не понимала. «Вы увеличили фотографию?» «Да, оригинал фотографии находится в кармашке рамки». Кристин Куинн внимательно рассмотрела фотографию и мягко улыбнулась: «Наверное, я выгляжу намного старше, чем тогда, правда?» «Нет, ты по-прежнему выглядишь так же, как и тогда». «Вы просто льстите мне…» «Я говорю правду, просто… ты стала ещё худее, чем раньше». «Спасибо, Джонатан». Недавно, просматривая старые фотографии, она поняла, что у нее нет ни одной своей старой фотографии, и теперь, наконец, она у нее есть… та, которая будет красиво лежать на надгробном камне. «Глупо… Мне следовало вернуть его законному владельцу давным-давно». После еды Джонатан Гибсон настоял на том, чтобы отвезти ее домой, но она отказалась. Ему пришлось проводить ее до обочины дороги, чтобы дождаться такси. В ожидании такси Джонатан Гибсон нерешительно произнес: «Кристин, есть кое-что, о чем я не знаю, стоит ли тебе рассказывать…» "Хм? Что случилось?" «За день до моего приезда в Y City из Нью-Йорка я случайно попал на частное мероприятие и встретил Дженнифер Дуглас… В тот день у всех были свои спутники, и Дженнифер Дуглас сопровождал мистер Джонс». "Ой." Кристин Куинн ответила слабо. «Кристин, я не хотел тебе этого говорить; я просто… хотел, чтобы ты знала». «Я знаю, что ты желаешь мне добра… но всё в порядке, мои отношения с ним, правда, всё в порядке…» — сказала Кристин Куинн, останавливая такси. Джонатан Гибсон, проявив джентльменские манеры, помог Кристин Куинн открыть дверь такси. Кристин Куинн уже собиралась сесть в машину, и вдруг перед глазами всё потемнело. Прежде чем она поняла, что происходит, её сердце пронзила резкая боль… "Фу…" Кристин Куинн с криком боли внезапно упала перед Джонатаном Гибсоном. Джонатан Гибсон быстро подхватил Кристин Куинн, его лицо побледнело: «Кристин, Кристин…» Кристин Куинн была отправлена ​​в больницу. Это был уже второй случай госпитализации Кристин Куинн за десять дней после её возвращения в Y City. Первый раз это случилось дома; слуги увидели, что она внезапно потеряла сознание, и немедленно отвезли ее в больницу… В тот раз, прибыв в больницу, она проснулась и тут же отказалась от осмотра врача, после чего приказала слугам никому ничего не рассказывать, включая Мари и Скайлера Джонса. Она никак не ожидала, что на этот раз упадет в обморок перед Джонатаном Гибсоном. Она понимала, что её состояние ухудшилось, потому что больше не могла контролировать боль, и сильная боль приводила её к обморокам… «Доктор, как она себя чувствует?» Кристин Куинн, пребывая в оцепенении, услышала, как Джонатан Гибсон встревоженно спрашивает доктора. Врач сказал: «Извините, мне нужно провести более детальное обследование… потому что, на первый взгляд, ее состояние не внушает оптимизма». ---------- Глава 753-390: Дополнительная история: Его сарказм 1_2 «Что значит не очень оптимистичный?» «При осмотре мисс Куинн я обнаружил, что ранее она перенесла операцию на сердце». «Да, у нее врожденный порок сердца, но ей уже делали пересадку сердца». «Однако её организм испытывает очень сильное отторжение». "Что?" "Вы являетесь членом её семьи?" «Я… я её подруга». «Тогда позвоните сюда ее семье, потому что из-за ее состояния мне необходимо связаться с ее семьей». Джонатан Гибсон уловил скрытый смысл слов врача: «Что вы имеете в виду?» «Все еще предстоит дождаться результатов детального обследования». Врач покачал головой, произнося эти слова. Тело Джонатана Гибсона слегка дрожало. В кабинете врач, с тяжелым от беспокойства лицом, рассматривал в руке результаты обследования. Джонатан Гибсон нетерпеливо сказал: «Доктор, пожалуйста, сообщите мне результаты». «Мистер Гибсон, я просил вас уведомить семью пациента, вы это сделали?» Джонатан Гибсон, который весь день сдерживался, наконец, в гневе схватил доктора за воротник белой халата: «Черт возьми, у меня нет настроения сообщать кому-либо из родственников… просто скажите мне, что с ней не так?» Врач был очень напуган: «Пожалуйста, успокойтесь, успокойтесь». Джонатан Гибсон резко отпустил доктора и выхватил у него из рук протокол осмотра. В следующее мгновение его глаза расширились от ужаса, он пошатнулся назад, и результаты обследования выскользнули из его рук… В середине заключения об обследовании была напечатана строка текста: «Ухудшение отторжения сердца, жизненные показатели, до трех месяцев». Нью-Йорк, филиал "Оверский". В дверь почтительно постучали. Скайлер Джонс, наблюдавший за ходом строительства проекта TSOL на проекционном экране, легкомысленно произнес: «Входите». Секретарша вошла с улицы, ее тон был слегка неловким: «Президент, мисс Дуглас, она…» «Оверский!» Прежде чем секретарь Скайлер Джонс в Нью-Йорке успела сообщить об этом, в комнату уже вошла хорошо одетая Дженнифер Дуглас. Скайлер Джонс осторожно потряс бокал красного вина в руке, не отрывая взгляда от огромного экрана. Дженнифер Дуглас помахала секретарю Скайлер Джонс, давая ей понять, что пора уходить. Секретарша замялась, посмотрев на Скайлера Джонса. Скайлер Джонс сказала секретарю: «Можете уходить!» Секретарь кивнула и удалилась, закрыв за собой дверь. Дженнифер Дуглас поставила сумку и грациозно, на высоких каблуках, направилась к Скайлер Джонс. «Оверский…» Скайлер Джонс не ответила Дженнифер Дуглас, но взяла бокал с вином и сделала глоток. Дженнифер Дуглас внезапно выхватила бокал у Скайлер Джонс, элегантно сделала глоток и сказала: «Вино с виноградника CL Vineyard урожая 1992 года, лучшее вино, сваренное за последнее десятилетие этим виноградником. Вино этого года уже не продается на рынке… и действительно, вкус превосходный». Скайлер Джонс взглянул на Дженнифер Дуглас; его глубокий взгляд был так же трудноразличим, как и выражение его собственного лица. Дженнифер Дуглас поставила бокал с вином, эффектно повернулась и, скрестив ноги, села на колени к Скайлер Джонс. Скайлер Джонс посмотрел на Дженнифер Дуглас, его губы все еще были сомкнуты. Дженнифер Дуглас обняла Скайлер Джонс за шею и кокетливым тоном тихо произнесла: "Ты все еще злишься на меня?" Скайлер Джонс слегка прищурился, словно внимательно разглядывая её. Дженнифер Дуглас жалобно проворчала: «Мы встречаемся уже больше двух месяцев, но даже мои самые близкие друзья не знают, что мы вместе… В тот день я просто хотела познакомить тебя со своими друзьями, но откуда мне было знать, что на частном мероприятии неожиданно окажется столько незваных гостей, друзей друзей, людей, которых я совсем не знала? Я ведь совсем не хотела, чтобы весь мир узнал о наших отношениях». Мрачное лицо Скайлера Джонса постепенно расслабилось, в уголке его рта появилась едва заметная улыбка. Дженнифер Дуглас нахмурила брови: «Почему ты так хитро улыбаешься?» Скайлер Джонс положил чистые руки на стройную талию Дженнифер Дуглас, нежно поглаживая её, улыбка на его губах всё ещё была едва заметной: «Как говорится, ни один бизнес не бывает невинным!» "Тогда почему ты улыбаешься?" «Я улыбаюсь, потому что мне интересно, неужели каждая женщина — прирожденная лгунья?» Палец Дженнифер Дуглас, накрашенный ярко-красным лаком, коснулся губ Скайлер Джонс, и она слегка смущенно произнесла: «Ладно, признаю, я знала, что моя подруга любит шумные вечеринки, но все же затащила тебя на такое полупубличное частное мероприятие, это было немного эгоистично. Но разве ты не заметил, что мое тщеславие в тот вечер было в полной мере удовлетворено? Все мои подруги завидовали, ревновали и обижались, когда видели нас вместе, хотя у тебя есть жена». Скайлер Джонс, приподняв красивый подбородок Дженнифер Дуглас, спросила: «Наконец-то готова сказать правду?» Дженнифер Дуглас обхватила обеими руками красивое лицо Скайлера Джонса, поджала губы и поцеловала его в щеку, словно ребенок, просящий прощения, с детским тоном: «Если я не скажу правду, ты не будешь обращать на меня внимания… Поэтому, прости меня, пожалуйста». «Я когда-нибудь говорил вам, что больше всего ненавижу, когда женщины меня обманывают?» Скайлер Джонс пристально смотрел на Дженнифер Дуглас, улыбка на его губах казалась безобидной, но в глазах читалось зловещее предчувствие. Дженнифер Дуглас ничуть не испугалась нынешней ауры Скайлер Джонс, ее мягкая фигура нежно извивалась на коленях Скайлер Джонс, а приятный, сексуальный и соблазнительный голос звучал так: «Эгоистичные и властные мужчины такие… но они никогда не смогут устоять перед искушением женщины». Сказав это, она повернула голову и поцеловала его. Скайлер Джонс наблюдал, как медленно приближаются ее нежные черты лица, и вдруг он прижал ее к дивану. Рука Дженнифер Дуглас лежала на его склонившемся крепком теле, она моргала, в ее глазах мелькнула игривая, притворная испуганная усмешка, и она посмотрела на него: «Ты ведь не собираешься меня наказывать, правда?» "Ты боишься?" «Я не боюсь… но если ты действительно хочешь меня наказать, то я могу лишь… лишь поклясться тебе в верности на всю жизнь». "Ты, маленькая чародейка…" Убрав руку Дженнифер Дуглас со своей груди, Скайлер Джонс наклонился и страстно поцеловал её. Из его горла вырвался неудержимый стон, рука Дженнифер Дуглас переместилась с его спины на шею Скайлера Джонса, ее десять тонких пальцев с нежностью переплелись с его густыми черными волосами. В тот самый момент, когда страсть вот-вот должна была вспыхнуть, в их ушах внезапно раздался пронзительный звон. Скайлер Джонс сначала не обратил на это внимания, но вибрация продолжалась… Наконец, Скайлер Джонс отпустил Дженнифер Дуглас, достал телефон и взглянул на номер, отображавшийся на экране. Увидев цифру, Скайлер Джонс без колебаний приготовилась нажать кнопку ответа. ---------- Глава 754-391: Дополнительно: Его сарказм 2 Однако Дженнифер Дуглас выхватила телефон, небрежно отбросив его в сторону, и продолжила цепляться руками за шею Скайлера Джонса, пытаясь повалить его на землю. Скайлер Джонс наклонился и, обращаясь к Дженнифер Дуглас, чьи глаза были очаровательны, как шелк, сказал: «Мне нужно ответить на этот звонок». Дженнифер Дуглас увидела предупреждение в глазах Скайлера Джонса и медленно разжала его руки, словно развязывающиеся лианы. Скайлер Джонс поправил костюм, взял лежавший сбоку телефон, встал и нажал кнопку ответа. «Здравствуйте». «Папа, почему ты так долго не отвечал на звонок…» — раздался встревоженный голос Мари из телефона. «Прости, папа…» «Папа, мама пропала, я не могу найти маму…» «Что?» — нахмурилась Скайлер Джонс. Мэрилин Куинн сквозь рыдания выпалила: «Мама не знает, куда она ушла, я не могу дозвониться до нее по телефону, а уже девять вечера…» «Вы спрашивали слуг дома?» «Все говорили, что мама ушла… но мама обычно возвращается очень рано, даже если уходит, она никогда не задерживается до ночи…» "Ты её совсем не видела, когда сегодня вернулась из школы?" «Мм, мм». «Пока не волнуйся, послушай папу, возвращайся в свою комнату и делай домашнее задание, с мамой все будет хорошо». "Но мне так страшно…" «Дома так много прислуги, если ты очень испугаешься, папа позвонит кому-нибудь, чтобы тот поискал маму, а потом позвонит тебе, чтобы поговорить, хорошо?» "Хорошо… Папа, тебе нужно поскорее найти маму, я скучаю по маме…" «Мм, хорошо, возвращайся в свою комнату и сначала сделай домашнее задание». После завершения разговора с Мари, хмурое выражение лица Скайлер Джонс стало еще более мрачным. Дженнифер Дуглас стояла рядом со Скайлер Джонс, скрестив руки, и с любопытством спросила: «Что случилось, твоя жена пропала?» «Это моё личное дело, лучше не спрашивайте», — равнодушно произнёс он, и Скайлер Джонс поднёс к уху телефон, на который снова набрал номер. И действительно, телефон Кристин Куинн был выключен. Скайлер Джонс нетерпеливо выругалась и набрала очередной номер. После того, как звонок соединился, он холодно приказал человеку на другом конце провода: «Проверьте местонахождение Кристин Куинн». Город Y, больница XX. Кристин Куинн безучастно смотрела в потолок больничной палаты, ее лицо было бледным, словно она обескровилась. Джонатан Гибсон сидел на краю кровати, крепко сжимая кулаки, глаза его были влажными. «Доктор, есть ли какой-нибудь способ?» «Мне очень жаль, мистер Гибсон, но поскольку мисс Куинн уже перенесла пересадку сердца, и она оказалась неудачной, это лишь показывает, что её организм не может принять пересаженный орган, поэтому даже операция для мисс Куинн будет бесполезна…» «Мне всё равно, сколько это будет стоить, я хочу, чтобы ты её вылечил!!» «Извините, я думаю, ни одна больница в мире ничего не сможет с этим поделать…» Слова доктора снова и снова звучали в ухе Джонатана Гибсона, его глаза наполнились слезами, но он мог лишь крепко стиснуть зубы. «Джонатан, который сейчас час?» — внезапно спросила Кристин Куинн. Джонатан Гибсон сердито крикнул: «В такое время ты задаешь такие нелепые вопросы, ты понимаешь, что скоро умрешь?» Кристин Куинн спокойно сказала: «Врач сказал мне больше двух месяцев назад, что моему организму не хватит и года… Я просто не ожидала, что ситуация так быстро ухудшится, и останется всего три коротких месяца!» Джонатан Гибсон с силой ударил кулаком по белой стене рядом с собой, стиснув зубы, и сказал: «Вам следовало остаться в больнице, почему вы провели на улице больше двух месяцев?» «Джонатан, не грусти из-за меня… на самом деле, уже само по себе чудо, что я дожил до этого момента». «Нет…» Джонатан Гибсон наклонился, чтобы взять Кристин Куинн за руку, обволакивая ее холод своей теплой ладонью и твердо говоря: «Твоя жизнь здесь не остановится, я этого категорически не допущу!!» "Джонатан…" «Черт возьми, просто перестань болтать, ляг как следует… Клянусь, ты проживешь долгую жизнь». Кристин Куинн постоянно напоминала себе не плакать, но в тот момент, когда она увидела, как Джонатан Гибсон плачет как взрослый, слезы неудержимо навернулись ей на глаза. Она подавила ком в горле и с легкой иронией ответила: «Знаешь, ты сейчас выглядишь ужасно…» Джонатан Гибсон поцеловал руку Кристин Куинн, его сердце сжималось от неописуемой боли. Кристин Куинн рассмеялась и сказала: «Я же говорила тебе не связываться с Хильдой, иначе эта девушка точно станет такой же, как ты сейчас…» "Кристин…" Джонатан Гибсон посмотрел на Кристин Куинн глазами, полными сожаления и вины. ---------- Глава 755-391: Дополнительная история: Его сарказм 2_2 Кристин Куинн сделала вид, что ничего не произошло: «Здравствуйте, вы до сих пор не сказали мне, который час… Уже стемнело, мне нужно поскорее вернуться, иначе моя дочь останется дома одна». Джонатан Гибсон тихим и серьезным голосом произнес: «С этого момента вы должны оставаться в больнице. Вам нельзя никуда ходить!» «Джонатан, ты прекрасно знаешь, что даже если я сейчас останусь в больнице, мой организм не сможет…» «Черт возьми, если бы тебя госпитализировали раньше, по крайней мере, твое состояние не ухудшилось бы так быстро, и у меня было бы больше времени, чтобы побороться за возможность тебя вылечить!!» "Дурак, если бы я был в больнице, ты бы смог со мной встретиться?" «Не искажай мои слова… Тебе никуда не разрешат идти!!» "Джонатан…" В тот самый момент, когда Кристин умоляла Джонатана, медсестра толкнула дверь и спросила: «Извините, вы связались с семьей пациента? Если необходима госпитализация, врачу нужно поговорить с непосредственными родственниками пациента». Кристин ответила медсестре: «Извините, я не остаюсь в больнице. Меня выписывают». Джонатан с угрюмым лицом сказал медсестре: «Её слова не считаются!» «Я пациентка. До приезда моей ближайшей семьи я имею право решать, выписывать меня или нет!» — настаивала Кристин. "Кристин!!" Медсестра, почувствовав напряжение, тихо сказала: «Если вы хотите выписаться, пожалуйста, завершите процедуру выписки сейчас, потому что позже вам потребуется остаться в больнице». Закончив, медсестра быстро ушла. «Джонатан, можешь принести мой телефон? Я хочу позвонить дочери». Джонатан достал телефон Кристин из сумки и передал его ей. Кристин поняла, что телефон разряжен, когда пыталась позвонить. «Черт возьми, телефон совсем разрядился. Мари, должно быть, ужасно волнуется…» Она думала, что просто стемнело, но на самом деле несколько часов проходила обследования. Кристина повернулась, чтобы встать с постели. «Вы уверены, что хотите выписаться?» «Сейчас со мной все в порядке. Конечно, я хочу, чтобы меня выписали». Джонатан сердито поддержал хрупкие плечи Кристин: «Пожалуйста, выслушай меня и послушно оставайся в больнице?» Кристин широко раскрыла глаза, глядя на Джонатана: «Ты уверен, что хочешь, чтобы я провела остаток жизни в больнице?» Печаль подступила к горлу Джонатана, и он больше не мог говорить. На бледном лице Кристин едва виднелась улыбка: «Помогите мне, пожалуйста, с процедурой выписки…» «Хочу спросить, Скайлер Джонс об этом знает?» Кристин глубоко вздохнула и покачала головой. Джонатан крикнул: «Он твой муж, и он даже не знает, что ты так больна?» На мгновение в глазах Кристин мелькнула обида, но она быстро прошла. Она сказала: «Нам с ним просто немного лучше, чем незнакомцам. Это нормально, что он не знает о моем состоянии». «Но ведь он твой муж!!» "Прекрати… Можно я возьму твой телефон, чтобы позвонить Мари и сообщить ей, что со мной все в порядке?" Джонатан достал телефон. Кристин взяла телефон и быстро набрала номер. «Не плачь, не плачь… Глупенькая девочка… Мама уже взрослая, как я могла пропасть? Глупенькая девочка… С мамой все в порядке… Веди себя хорошо… Мама скоро вернется домой…» Успокоив Мари, Кристин наконец вздохнула с облегчением. По настойчивым просьбам Кристин, Джонатан помог ей выписаться из больницы. На этот раз у Кристин не оставалось другого выбора, кроме как принять предложение Джонатана отвезти её домой. В машине пиджак Джонатана был накинут на Кристин, и тепло вернуло румянец ее лицу. «Джонатан». "В чем дело?" Джонатан нервно обнял её. Кристин слегка улыбнулась: «Не волнуйся, я просто спрашивала, вернешься ли ты завтра утром в Т-Сити? Тебе лучше поехать домой и отдохнуть пораньше». "Как думаешь, я бы всё ещё поехал в Т-Сити?" "Почему нет?" «Я же тебе говорил, что во что бы то ни стало, я тебя вылечу». «У вас есть работа…» «Без тебя, ради чего же мне работать?!» Внезапный рев Джонатана напугал таксиста. Кристин тоже на секунду опешилась. «Прости, я не должен был так с тобой разговаривать… Мои эмоции сегодня вечером… Прости». Джонатан сжал кулаки и повернулся, чтобы посмотреть в окно. Кристин тоже замолчала. Успокоившись, Джонатан обернулся и сказал: «Ты только что передал больнице определённую сумму денег». «Я не хочу, чтобы кто-либо знал о моем состоянии», — честно сказала Кристин. «Кристин Куинн, я тебе говорю, мне плевать, по какой причине ты не рассказываешь Скайлеру Джонсу о своем состоянии, но я уверена, что твоя ситуация неразрывно связана с ним… Если твое состояние действительно неизлечимо, клянусь, я никогда в жизни не позволю Скайлеру Джонсу избежать наказания!» Кристин уже собиралась утешить Джонатана, когда у него внезапно зазвонил телефон. Джонатан достал телефон и увидел на экране «Скайлер Джонс». Поскольку они работали над проектом TSOL, номера телефонов друг друга у них уже были. Кристин случайно увидела номер на телефоне Джонатана и в шоке ахнула. Джонатан ответил на звонок и приложил телефон к уху. В тесном пространстве такси Кристина отчетливо слышала их разговор. «Пусть Кристин Куинн ответит на звонок». Из телефона Джонатана донесся безразличный, холодный голос Скайлер Джонс. Джонатан уже был готов взорваться от гнева, но Кристин выхватила телефон из его руки и тут же поднесла его к уху: «Я здесь». Она не могла позволить Джонатану говорить необдуманно. «Кристин Куинн, так ли вы поступаете в качестве опекуна?» — холодно упрекнула Скайлер. Кристин спокойно сказала: «Я знаю, что сегодня поздно возвращаюсь домой, но я уже позвонила Мари и еду домой». Тот факт, что Скайлер позвонил Джонатану и попросил ее ответить, ясно означал, что он проверил, где она находится, и знал, что она сегодня была с Джонатаном, поэтому ей не нужно было ему ничего объяснять. "Твои отношения со старыми друзьями развиваются очень быстро!" «Что вы пытаетесь сказать?» Скайлер в ярости выпалила: «Ты знаешь, что твоя дочь плакала дома и искала тебя, пока ты гуляла с мужчиной до поздней ночи?!» «Скайлер Джонс, пожалуйста, говорите с большим уважением. Ещё нет десяти часов, не поздно, и я только что ужинал со своим другом. Не нужно создавать впечатление, будто между нами что-то невыразимое». Услышав холодный сарказм Скайлера по телефону, Джонатан уже сжал кулаки, желая ударить его прямо здесь и сейчас. ---------- Глава 756-392: Дополнительно: Он вернулся, как и обещал. «Я даю тебе свободу, но это не значит, что ты не должен вести себя хорошо. Не допусти, чтобы это повторилось!» Если бы это было в прошлом, Кристин Куинн определённо вступила бы в словесную перепалку со Скайлером Джонсом, но сегодня у неё действительно не было сил спорить с ним. В этот момент она устало облокотилась на спинку стула: «Вы закончили говорить?» Не дожидаясь ответа Скайлер Джонс, из телефона раздался молодой, приятный, кокетливый женский голос: «Оверски, ты закончил разговор? Я так голодна, давай сходим поужинать!» Даже по телефону Кристин Куинн узнала голос Дженнифер Дуглас. «Не делай ничего, что противоречит нашим договоренностям. Знаешь, я могу облегчить тебе задачу сейчас, а могу и усложнить!» Кристин Куинн с болью закрыла глаза, больше не реагируя. Бип-бип―― В этот момент звонок наконец завершился. «Джонатан, вот твой телефон обратно». Гнев уже охватил всю карету, и Джонатан Гибсон прохрипел: «Так вы с Скайлером Джонсом общаетесь?» Кристин Куинн ничего не объяснила, больше не в силах скрывать свою слабость, и прошептала: «Пожалуйста, дайте мне немного отдохнуть в тишине». Джонатан Гибсон на мгновение отбросил свой неукротимую злость: «Вам холодно?» «Не холодно, одежда теплая». «Хорошо, можешь немного поспать». "Хм." Джонатан Гибсон подвёз Кристин Куинн к входной двери виллы Скайлера Джонса в центре города Y City. Слуга открыл дверь для Кристин Куинн. Кристин Куинн, казалось, чувствовала себя хорошо, но, прежде чем попрощаться с Джонатаном Гибсоном, не забыла напомнить ему: «Ты обещал сохранить мой секрет, надеюсь, ты сможешь это сделать». "Кристин…" «Хорошо, вам лучше уйти. Если моя дочь вас увидит, она точно нас неправильно поймет». «Чтобы я мог вам что-то пообещать, вы должны согласиться на одно условие». "Говорить." «В вашем доме должен быть семейный врач, специализирующийся на оказании неотложной медицинской помощи». "Хорошо." «Когда я позвоню, вы должны ответить». "Хорошо." "Также…" Кристин Куинн улыбнулась, перебив слова Джонатана Гибсона: «Я буду хорошо о себе заботиться, со мной всегда будет кто-то рядом, я точно никуда не пойду одна. И я точно не пропущу твои звонки и не откажусь от встречи». «Хорошо, береги себя». «Знаю, тебе лучше поторопиться!» Кристин Куинн затолкала Джонатана Гибсона в такси. Наблюдая за отъезжающим такси, улыбка на лице Кристин Куинн наконец-то уступила место физической слабости и медленно исчезла. Сделав глубокий вдох, она повернулась и вошла в виллу. В прекрасной детской комнате Мэрилин Куинн послушно лежала под одеялом, ее сияющие глаза смотрели на мать, стоявшую рядом. Кристин Куинн, прислонившись к кровати, тихонько упрекнула: «Уже поздно, ленивица, тебе еще завтра рано вставать в школу!» "Мама…" "Хм?" «Мне было так страшно, когда тебя сегодня не было дома». «Моей драгоценной дочери скоро исполнится двенадцать, это возраст, когда ты становишься немного взрослой, поэтому ты должна научиться быть сильной. Даже когда мамы нет рядом, ты должна научиться спокойно мыслить и решать проблемы». «Мамочка…» — Мэрилин Куинн положила голову на колени Кристин Куинн, ее голос был хриплым. — «Неужели мне придется научиться заботиться о себе, когда я вырасту?» «Конечно, папа и мама не всегда могут о тебе позаботиться!» «Тогда я не хочу взрослеть, потому что хочу, чтобы папа и мама всегда были рядом со мной». "Глупышка… уже забыла, что тебе мама говорила? Держись, ладно?" "Хм." «Молодец». Кристин Куинн склонила голову и поцеловала дочь в лоб: «Спи скорее». «Мамочка, почему ты спишь со мной с тех пор, как мы вернулись из Нью-Йорка? Разве ты не говорила, что хочешь, чтобы я научилась самостоятельности?» "Разве мама не хочет спать со своей дочкой?" «Конечно, можешь… Мари любит спать с мамой». Мэрилин Куинн прижалась к Кристин Куинн и потянулась, чтобы обнять свою мать. Кристин Куинн с облегчением посмотрела на дочь, нежно погладила её мягкие волосы по лбу и сказала: «Спи прямо на руках у мамы!» "Хм." Мэрилин Куинн закрыла глаза; она уже была глубоко сонной и через несколько минут уснула в объятиях Кристин Куинн. Кристин Куинн безучастно смотрела на мирно спящее лицо своей дочери. У ее дочери большинство черт лица были похожи на ее собственные, но героизм между бровями она унаследовала от отца. Она знала, что её дочь очень сильная, но… дочь не смогла вынести боли от потери матери. Что ей следует сделать? Врач сказал, что она сможет прожить максимум ещё три месяца, если её жизненные силы будут достаточно крепкими. Возможно, она доживёт до того момента, когда её дочь пройдёт оставшиеся три месяца наблюдения. Но если её жизненные силы окажутся недостаточными, и её здоровье резко ухудшится, как это было последние два месяца, она точно не доживёт до того момента, когда её дочь пройдёт период наблюдения… ---------- Глава 757-392: Дополнительная история: Он сдержал своё обещание и вернулся_2 Она не могла допустить, чтобы ее дочь подвергалась каким-либо раздражителям в течение периода наблюдения, поэтому ей пришлось перетерпеть эти три месяца! Опустив голову, Кристин Куинн с любовью снова поцеловала свою дочь. Спустя долгое время она осторожно уложила дочь на кровать, натянула одеяло, надела ночную рубашку и встала с постели. Она совсем не хотела спать и сидела у окна в одежде. Город не был таким шумным, как Нью-Йорк; в кромешной темноте он казался пустым и безлюдным. Она вдруг очень сильно заскучала по Бекке… Если бы ее глупая сестра знала о ее нынешнем состоянии здоровья, она бы наверняка расстроилась, но, к счастью, Говард Джеффри был рядом с ней. На самом деле, то, что она дожила до сегодняшнего дня, было для неё настоящим чудом. Она знала о своем заболевании сердца с самого раннего возраста, но не знала, что оно может быть смертельным, потому что, даже испытывая дискомфорт в детстве, она могла его преодолеть и в остальном была ничем не отличалась от других людей, поэтому не воспринимала свою болезнь сердца всерьез. Позже, когда она начала работать, она устроилась к Оверскому, познакомилась с ним, и когда у нее возникли мысли о том, чтобы провести жизнь с другим человеком, она поняла, что ее здоровье может стать препятствием… Она подумывала рассказать ему, потому что знала, что если он узнает, то сделает все возможное, чтобы вылечить ее, но кто бы мог подумать, что у нее даже не было возможности рассказать ему о своем здоровье, когда к ней подошел М… Она знала о его подозрительном характере, а также о пережитом им в детстве, она прекрасно понимала, что ее «предательство» может положить конец их любви, но у нее не было выбора… Он сказал, что смерть ее матери была косвенно вызвана ею самой, потому что у нее был выбор: если бы она доверилась ему, она должна была бы поверить, что он способен спасти ее мать. Но в итоге она предпочла заключить сделку с дьяволом, что привело к тому, что дьявол ее обманул, и в конечном итоге она не смогла спасти жизнь своей матери. Она прекрасно понимала, что её тогдашний выбор действительно причинил ему вред, но если бы ей пришлось выбирать снова, она подумала, что всё равно не смогла бы сделать правильный выбор, потому что он никогда не смог бы понять душераздирающие крики её единственной родственницы, страдающей на другом конце провода… Их любовь закончилась вот так. После похорон матери она надолго исчезла, а затем разыскала его. С того дня его взгляд на неё изменился. Прежних чувств к ней больше не было; он её совершенно презирал. В то время ее физическое состояние также начало ухудшаться, она обратилась к врачу одна, и врач сказал, что без пересадки сердца ее организм проживет не более нескольких лет. Ее мать умерла, и он больше не любил ее, к тому времени у нее уже не было смелости жить, поэтому, когда он сам решил найти ее, попросив сблизиться с Говардом Джеффри, она не отказала. Она лишь надеялась сделать все возможное, чтобы отплатить ему за все оставшиеся годы. В то время откуда ей было знать об интеллекте и хитрости Говарда Джеффри? Она лишь хотела сообщать Скайлер Джонс о его ежедневных передвижениях… В тот период, хотя она и Скайлер Джонс встречались редко, всякий раз, когда это происходило, он настаивал, чтобы она сопровождала его в отель. Наконец, однажды она обнаружила, что беременна… Он на самом деле не знал, что она дважды была беременна, когда встречалась с ним, и оба раза теряла ребенка. Узнав о беременности, она растерялась и не решалась рассказать ему, но в тот момент ее похитили… В конце концов, Говард Джеффри спас её в ветхом доме, хотя в тот момент все признаки указывали на то, что её унизят. Впервые в жизни она потеряла силы, у нее не осталось мужества жить, пока врач не сказал ей, что с ребенком в ее утробе все в порядке. В то время она не знала, что Говард Джеффри не «презирал» её и продолжал заботиться о ней, потому что подозревал, что она связана родственными узами с его братом, поэтому всегда считал её членом семьи… Позже она родила Мари, и все думали, что ребенок был ее и Говарда Джеффри, некоторые невежественные люди даже предполагали, что Мари могла быть результатом «изнасилования»… В любом случае, она всегда ценила заботу Говарда Джеффри. Забота Говарда Джеффри постепенно вызвала у нее чувство вины; ей много раз хотелось объяснить Говарду Джеффри истинную цель своего обращения к нему, но ради этого человека она всегда колебалась. У неё и Говарда Джеффри были довольно неопределённые отношения, и хотя между ними никогда не было по-настоящему интимной близости, их взаимная привязанность объяснялась не тем, что Говард Джеффри действительно испытывал к ней влечение – его актёрские способности были даже лучше, чем у неё… Она до сих пор помнит, как однажды, ведя себя как обычно, подумала, что он, как всегда, подумает о её здоровье и откажет, но неожиданно Говард Джеффри… В тот раз она действительно испугалась, чуть не призналась Говарду Джеффри, но, к счастью, в последний момент Говард Джеффри получил важный звонок и ушёл. Она не могла этого понять и позже обратилась за советом к Говарду Джеффри… Тогда она узнала, что Скайлер Джонс в тот день находилась прямо у их номера. Говард Джеффри сделал это просто для того, чтобы узнать, волнует ли Скайлер Джонс её судьба. Как выяснилось, Скайлер Джонс было все равно, потому что в тот момент она позвонила и рассказала ему об этом, и думала, что он попросит ее не оставаться с Говардом Джеффри, но он этого не сделал. Оглядываясь назад, спустя столько лет, я понимаю, насколько глупой она была на самом деле. Для человека, который всегда просто использовал её, её преданность казалась просто нелепой… Она до сих пор помнила, как спросила его: «Если бы шесть лет назад Говард Джеффри не спас ей жизнь… ты бы смотрел, как я умираю?» Он ответил: «Верно… каждый раз, когда я работал на М. все эти годы, я думал о том, как бы я мог разорвать тебя на куски… скажи мне, как бы я выбрал?» Каждое его слово отчетливо запечатлелось в ее памяти. Он желал ей смерти… Теперь его желание наконец-то могло исполниться: она действительно вот-вот должна была умереть, и отныне он мог жить очень, очень хорошо… В мгновение ока наступил день рождения Мари. За день до своего дня рождения Мари уже спланировала программу на следующий день для них троих, но даже не раскрыла её, сказав, что это будет сюрпризом для неё и Скайлер Джонс. Её дочь всегда была озорной, поэтому даже она не могла догадаться, какой сюрприз готовит Мари, больше всего она боялась быть шокированной. Скайлер Джонс обещала вернуться на день рождения Мари, но до самого последнего дня она всё ещё находилась в Нью-Йорке. ---------- Глава 758-393: Дополнительно: Наблюдая за его сном Мари была очень разочарована, потому что Скайлер Джонс еще не вернулся, а это значит, что завтра, в день рождения Мари, Скайлер Джонс, скорее всего, не придет… Ранее Скайлер Джонс сказал Мари, что в последнее время он очень занят и, возможно, в итоге не сможет вернуться… Мари — очень понимающий ребёнок; она не винила отца, но была очень разочарована, и в последнее время её настроение было не таким жизнерадостным, как обычно. Кристин Куинн заметила разочарование Мари и глубоко сочувствовала своей дочери. Даже сама Кристин считала, что Скайлер обязательно вернется, потому что он всегда обожал Мари… Поэтому она посчитала, что его оправдание о том, что он слишком занят работой, чтобы вернуться, было просто ложью для ребенка. Он, безусловно, был бы очень занят, курируя проект в Нью-Йорке, но, будучи генеральным директором «Оверски», он располагал командой людей, усердно работающих на него. Взять выходной или даже неделю отпуска, вероятно, не составило бы большой проблемы. Если только он не хотел возвращаться. Почему он не захотел бы вернуться? Он не хочет её видеть? Это может быть одной из причин, но не главной. В конце концов, находясь в Нью-Йорке, он был готов остаться с ней под одной крышей ради Мари, и в такой важный день у него не было причин подводить Мари из-за неё. Если дело не в том, что он не хотел возвращаться, то, должно быть, в Нью-Йорке у него были дела поважнее… Так что же могло быть для него важнее, чем Мари? «Мамочка, я иду спать». Голос Мари прервал мысли Кристин Куинн. Кристин, сидя на диване, обняла дочь и тихо спросила: «Ты голодна? Мама заметила, что ты сегодня мало ела». Мари опустила голову и сказала: «Я не голодна». «Глупышка… Даже если папа не вернется, мама все равно будет здесь, чтобы отпраздновать твой день рождения с тобой… Будь хорошей девочкой… Завтра твой день рождения, так что не унывай». «Знаю, мамочка. Со мной всё в порядке». «Хорошо, сначала вернись в свою комнату, мама скоро придет составить тебе компанию». «Хорошо, мама, спокойной ночи». "Спокойной ночи." После того как Мари вернулась в свою комнату, Кристин Куинн сидела одна на диване в коридоре и тихо вздыхала. Внезапно горничная, ответственная за уборку, спросила Кристин Куинн: «Мадам, вы все еще хотите почитать эти журналы?» Кристин, прислонившись к дивану, усталым голосом произнесла: «Оставьте одного-двух, я отнесу их в комнату почитать позже». "Хорошо." В последнее время у нее сильно обострилась бессонница, и она действительно не могла заснуть, не почитав какой-нибудь журнал или что-нибудь подобное. «Тогда я оставлю вам фотографии за последние два дня!» "Хорошо." Приведя все в порядок, экономка тут же ушла. Кристин Куинн некоторое время сидела, прислонившись к дивану, опасаясь, что в комнате расстроена ее дочь. Она взяла журнал и приготовилась вернуться в комнату. По случайному стечению обстоятельств на землю упал журнал. Кристин Куинн небрежно взяла журнал в руки и, увидев на обложке Дженнифер Дуглас, присмотрелась повнимательнее. На обложке особенно бросался в глаза фиолетовый бриллиантовый браслет на запястье Дженнифер Дуглас. На самом деле, любой человек с тонким вкусом легко догадается об отношениях между Дженнифер Дуглас и Скайлер Джонс, особенно учитывая, что этот фиолетовый бриллиантовый браслет был первоначально продан на аукционе именно Скайлер Джонс. СМИ, должно быть, были хорошо осведомлены об отношениях Дженнифер Дуглас и Скайлера Джонса, но просто проявляли осторожность, не решаясь сообщить об этом публично. Кристин Куинн тихо вздохнула, небрежно открыла журнал и мельком взглянула на него. В следующее мгновение она нахмурилась. Журнал опубликовал статью о семейном происхождении Дженнифер Дуглас и сразу же обратил внимание на время рождения Дженнифер Дуглас, которое оказалось всего на один день отличалось от дня рождения Мари. Кристин Куинн внезапно поняла причину, по которой Скайлер Джонс не могла вернуться… В ярости швырнув журнал на пол, Кристин Куинн тяжело опустилась на диван, крепко прикусив губу. По груди прокатилась волна боли, слабая боль, вызванная стимуляцией сердца. Кристин Куинн погладила себя по груди, сделала несколько глубоких вдохов, чтобы облегчить боль, а затем достала телефон. Изначально она не планировала ему звонить, ведь за прошедший месяц с момента его возвращения из Нью-Йорка прошло больше месяца, за исключением того дня, когда он позвонил, чтобы отругать ее за то, что она плохо заботится о Мари. Она с ним не связывалась, да и поддерживать связь им было не нужно. Но в этот момент, представив разочарованное лицо дочери, она просто не смогла этого вынести. Как бы беззаботно они с Дженнифер Дуглас ни хотели жить вместе, ей было все равно, но раз он пообещал их ребенку, он должен был сдержать свое слово. Если он не мог этого сделать, ему вообще не следовало давать обещание. Неужели он действительно так сильно переживает за Дженнифер Дуглас? Он что, перестал приезжать отмечать день рождения Мари из-за дня рождения Дженнифер? Это просто перебор! ---------- Глава 759-393: Дополнительно: Как он выглядит во сне_2 Недолго думая, Кристин Куинн набрала номер, который давно запомнила, даже после того, как удалила его из телефона. Телефон звонил несколько раз, прежде чем на звонок ответили. Кристин Куинн с трудом произнесла мягким тоном: «Здравствуйте». "Что случилось?" В его голосе всегда звучала холодная отстраненность. «Ты обещал Мари, что будешь здесь на её день рождения. Почему ты вдруг сказал, что слишком занят, чтобы вернуться?» Она предпочла бы, чтобы он держался подальше, потому что она ему не нравится, но если он будет игнорировать Мэрилин ради Дженнифер Дуглас, она этого не допустит! "Почему?" Кристин Куинн сердито рявкнула: «Вы действительно так заняты? Сомневаюсь!» "О? У вас есть объяснение получше?" «Не думай, что я не знаю, что у Дженнифер Дуглас сейчас день рождения. Ты же приезжаешь в Нью-Йорк на её день рождения, верно?» Из телефона Кристин Куинн донесся тихий смех Скайлер Джонс: «Поэтому ты так однозначно отзываешься о Дженнифер Дуглас?» «У меня нет настроения шутить с тобой… Скайлер Джонс, ты же знаешь, как сильно Мэрилин хочет твоего возвращения. Если ты действительно остаешься в Нью-Йорке ради Дженнифер Дуглас, то ты не годишься на роль отца Мэрилин». "Это так?" Кристин Куинн подняла бровь: «День рождения Дженнифер Дуглас послезавтра, верно?» Скайлер Джонс не ответил. Кристин Куинн стиснула зубы: «Раз уж ты не можешь вернуться, чтобы не подвести нашу дочь, мне придётся отвезти Мари к тебе в Нью-Йорк завтра… Полагаю, тебе придётся отменить свидание с Дженнифер Дуглас послезавтра!» После этого Кристин Куинн решительно нажала кнопку завершения вызова, закончив разговор. Черт возьми, Скайлер Джонс, неужели Дженнифер Дуглас была для него настолько важна? Ему бы в ад отправиться! Кристин Куинн в гневе бросила подушку на пол, как раз в тот момент, когда до ее ушей донесся почтительный голос слуги, зовущего: «Мистер Джонс». Рука Кристин Куинн, готовая бросить вторую подушку, замерла, и она быстро посмотрела в сторону входа на виллу. Кристин Куинн медленно поднялась с дивана. Скайлер Джонс уже взглянула на Кристин Куинн. Их взгляды встретились невольно. Ее лицо побледнело, наполнилось недоверием и смесью неописуемых эмоций, после чего она быстро отвела взгляд. Краем глаза она увидела, как он идет к ней. Сегодня он был одет в черное шерстяное пальто, выглядел очень по-джентльменски и намного моложе, чем обычно, когда демонстрирует свою серьезную натуру. Когда перед ней предстала его высокая фигура, ей пришлось поднять глаза, чтобы посмотреть прямо на него. Его глаза были такими же темными и неясными, как и прежде. Она думала, что он непременно придет ее упрекнуть, но вместо этого его первыми словами были: «Жена». От его ласкового обращения ее и без того бледное лицо стало еще бледнее. Она широко раскрыла глаза, неуверенно глядя на него, недоумевая по поводу ситуации. Он протянул руку и нежно погладил её лицо. Она была ошеломлена и не знала, что делать. Он пристально смотрел на нее, в его глазах читалась сильная тоска. Она слегка нахмурила брови, чувствуя тепло его большой руки на щеках. В следующую секунду он стремительно подхватил ее на руки, склонив голову, чтобы поцеловать ее в губы, прежде чем она успела отреагировать. "М-м-м…" Она постоянно отворачивала голову. Однако он крепко держал её, не позволяя ей отступить. Она хотела оттолкнуть его ногами, но, словно предвидя ее намерение, он крепко сжал ее ноги своими. Спустя несколько секунд он наконец отпустил её. Ее губы были красными и опухшими от его поцелуя, и она уже собиралась наброситься на него, когда внезапно ее взгляд привлекло озорное маленькое тельце их дочери, заставившее ее остановиться. Скайлер Джонс улыбнулся и обнял её. Несмотря на отвращение к его прикосновениям, вызванное его связью с другой женщиной, она могла лишь потакать ему и изображать смущенную улыбку. Мари вскочила перед ними, обняла их и крикнула: «Папа, мама!!» Скайлер Джонс нежно спросил свою дочь: «Мари, ты скучала по папе?» Мари энергично кивнула, а затем посмотрела на мать: «Мамочка, это был сюрприз, который мы с папой для тебя приготовили… Папа вернулся, разве ты не рада?» Оказалось… её драгоценная дочь вступила в сговор со Скайлер Джонс. Кристин Куинн почувствовала, как на нее нахлынула волна беспомощности, и ей захотелось ударить себя по лбу. Вероятно, эту идею Скайлеру Джонсу подсказала ее любимая дочь, и он не смог отказать. Кристин Куинн сделала вид, что отчитывает его: «Ты, маленький проказник… ты даже маму обманул». Мэрилин Куинн усмехнулась: «Папа никогда не пропустит мой день рождения, это глупая мамаша слишком глупая». «Да, это я глупая… поэтому вы все меня задираете». Кристин Куинн сердито оттолкнула Скайлер Джонс, и хотя это была игра, ей действительно нужно было личное пространство. Мари подмигнула Скайлеру Джонсу: «Папа, мама расстроена, ты должен её утешить…» Скайлер Джонс взяла Мэрилин Куинн на руки и прошептала ей: «Я пойду позже утешу маму в комнате». Мари энергично кивнула. Скайлер Джонс посадил Мари себе на колени и спросил: «Скажи папе, как сильно ты по нему скучала?» «Очень, очень, но не так сильно, как мама». "О? Как же мама скучала по папе?" «Мама каждый день говорит мне, что скучает по папе и надеется, что он скоро вернется домой». Скайлер Джонс взглянул на Кристин Куинн, которая стояла в стороне с улыбкой на губах. «Жена, ты все это время много работала». Кристин Куинн бросила на Скайлера Джонса гневный взгляд, давая ему понять, что она просто притворяется. Увидев выражение лица Кристин Куинн, Мэрилин рассмеялась: «Папа, мама просто стесняется». Скайлер Джонс кивнул с улыбкой. "Папа, ты только что сошёл с самолёта, ты устал?" "Немного." "Тогда ложитесь спать пораньше…" Скайлер Джонс не смог удержаться и поцеловал свою рассудительную дочь в щеку: «Все в порядке. Папа с тобой поговорит». Мари радостно захлопала в ладоши: ​​«Ура!» «Оверски, я сначала наберу тебе ванну», — сказала Кристин Куинн, видя, как близко отец и дочь стоят друг к другу, испытывая легкую ревность, но и невероятную радость, не желая их беспокоить. Скайлер Джонс ответил простым «Мм». Кристин Куинн повернулась и направилась обратно в свой номер. Кристин Куинн, стоя на углу лестницы, обернулась и посмотрела на отца и дочь в коридоре. Он так хорошо умел развлекать ребенка, что Мэрилин Куинн без умолку хихикала, подшучивая над ним. ---------- Глава 760-394: Дополнительная история: День рождения дочери 1 Увидев, какая счастливая у нее дочь, она почувствовала, что ее собственное настроение значительно улучшилось. На мгновение ее взгляд невольно упал на его красивый профиль, и она увидела в нем самую искреннюю отцовскую любовь. Вспоминая прошлое, я понимаю, что она действительно поступила несколько импульсивно. Он всегда очень любил Мари. Кристин Куинн глубоко вздохнула. Наконец-то что-то принесло ей утешение… Она думала, что даже если её больше не будет в этом мире, она сможет спокойно оставить ребёнка ему. Сегодня, по крайней мере, стало ясно, что он заботится о Мари даже больше, чем Дженнифер Дуглас. Находясь в довольно хорошем настроении, она вернулась в свою комнату и вышла на балкон. Сегодня вечером ветер был не таким холодным, как обычно. Он ласкал её, был прохладным, но освежающим. Опираясь на римскую колонну на балконе, она случайно услышала смех и радостный разговор отца и дочери с первого этажа и невольно мило улыбнулась в ответ. Внезапно она вошла в комнату и достала из ящика прикроватной тумбочки дневник. Это был дневник, который она начала вести совсем недавно… Не уверена, чувствует ли себя обязанным это делать каждый, кто приближается к смерти, ведь это способ оставить что-то после себя этому миру. Она достала ручку, легла на кровать и что-то набросала в дневнике. Сегодня шестнадцатое октября. Меня вдруг охватило желание сегодня что-нибудь записать… Когда Скайлер Джонс вернулся в комнату, было уже полночь. Очевидно, он остался, чтобы убаюкать Мари, прежде чем вернуться. Она не спала, а сидела на краю кровати, ожидая его. Закрыв дверь, он спросил её: «Почему ты ещё не спишь?» Она встала и спокойно сказала ему: «Я хочу с тобой кое о чём поговорить». Он плюхнулся на мягкий диван в комнате: «Давай!» Кристин Куинн повернулась и встала перед ним, медленно начав: «Во-первых, что касается вашего звонка сегодня вечером… Простите». Он закурил сигарету, затянулся и, положив руку на стол, где стояла пепельница, сказал: «Я тебя не виню». Впервые за долгое время его слова застали её врасплох. Она думала, что если представится возможность, он никогда не перестанет её унижать. "Ты…" Внезапно она растерялась и не знала, что сказать. Скайлер Джонс стряхнул пепел с сигареты: «Говори, что хочешь сказать!» Кристин Куинн пришла в себя, слегка прикусила губу и медленно произнесла: «Я хочу кое-что с тобой обсудить». "Давайте послушаем." «У меня есть дела через два месяца; мне нужно уехать за границу… Можешь вернуться в город Y, чтобы позаботиться о Мари?» "Что случилось?" «Это личное дело». Другими словами, говорить ему об этом неудобно. Он быстро ответил: «Без проблем». Кристин Куинн кивнула: «Спасибо». «Не нужно, Мари тоже моя дочь». «Надеюсь, что когда меня не будет рядом, вы сможете уделять больше времени заботе о Мари». Ее слегка хриплый голос заставил его слегка нахмуриться: «Вы уезжаете надолго?» Долгое время… и никогда не вернётся, но тебе всё равно. Кристин Куинн улыбнулась и ответила: «Всего несколько дней!» «Хм». Скайлер Джонс потушил сигарету и встал: «Я устал… Если есть еще какие-то вопросы, поговорим об этом завтра». Кристин Куинн слегка кивнула. Поскольку эта комната принадлежала ему, с тех пор как она переехала в эту виллу жить с ним, она спала на диване в этой комнате и никогда не спала в его постели. Дело было не в отсутствии у него рыцарских качеств, а в том, что она не хотела спать в его постели. Поэтому, после того как Скайлер Джонс пошла в ванную принять душ, она взяла одеяло и заснула на диване. Когда Скайлер Джонс вышла из ванной, Кристин Куинн уже спала на диване. Она скрестила руки на груди, ровно дышала, щеки слегка покраснели от тепла ее тела, и на ее лице читалось спокойствие. Она на самом деле не спала; она даже чувствовала, как его взгляд скользнул по ней, а затем услышала, как он наливает себе бокал вина. «Со мной связался Джонатан Гибсон». Он внезапно заговорил. Она резко открыла глаза, поняв, что он знает, что она на самом деле не спит. Скайлер Джонс не удивился ее реакции, легонько покрутив красное вино на столе между большим и указательным пальцами. Кристин Куинн приподнялась, глядя на него с легкой паникой в ​​глазах: «Что… Что он тебе сказал?» Джонатан ведь не нарушит своего обещания, правда? "Почему ты так нервничаешь?" «Нет… я не такая!» "Чувствуете себя виноватым?" «Что вы подразумеваете под чувством вины?» Скайлер Джонс, глядя на кружащуюся в стакане жидкость, равнодушно произнесла: «Хотя у нас есть юридически обязывающий брак, ты приняла ухаживания другого мужчины». Услышав эти слова Скайлер Джонс, Кристин Куинн мысленно вздохнула с огромным облегчением и возразила: «Теперь ты меня обвиняешь?» ---------- Глава 761-394: Дополнительно: День рождения дочери 1_2 Скайлер Джонс посмотрел на нее, его глаза потемнели, но он не раздвинул сжатые губы. Кристин Куинн спокойно сказала: «Ты должен знать, что даже если я с Джонатаном Гибсоном, ты не имеешь права меня винить, потому что в нашем браке нет места измене. Даже если бы она была, это ты первым изменил». Его тон был ровным, без малейшего намека на гнев: «Я хочу обсудить с вами не этот вопрос…» «Тогда что вы хотите сказать?» Скайлер Джонс подняла бровь: «Довольно…» Кристин Куинн нахмурилась: «Что?» Скайлер Джонс спокойно посмотрела на Кристин Куинн: «Давайте покончим с тем, что произошло тогда». Тело Кристин Куинн слегка дрожало. Что он сказал? Скайлер Джонс отстраненно посмотрела на нее: «За эти годы ты, наверное, тысячу раз проклинала меня в своем сердце, не так ли?» Кристин Куинн раздраженно повернула голову в сторону: «У вас все-таки есть хоть какое-то самосознание». Скайлер Джонс тихо и изящно усмехнулась. Услышав его смех, Кристин Куинн медленно повернула голову и недоуменно посмотрела на него. Сегодня вечером он вел себя действительно странно… Раньше он всегда стремился доминировать в каждом предложении, но сегодня вечером добровольно понизил свою позицию. Скайлер Джонс внезапно схватила чашку, выпила все вино, затем встала и холодно сказала: «После дня рождения Мари ты можешь уйти с Джонатаном Гибсоном… пока я об этом не жалею». Она наблюдала, как он в оцепенении вышел из комнаты, долгое время не реагируя ни на что. В кабинете Скайлер Джонс устало облокотился на спинку стула, глаза его были закрыты, но разум был полон мыслей. Оверскай, я знаю, тебе может не понравиться то, что я скажу, и ты можешь не слушать, но как твоя мать, я все же хочу напомнить тебе… Побег — не выход. Если тебе все равно, отпусти ее пораньше, но если сердце тебе этого не позволяет, подумай, как вернуть ее… Жизнь коротка, не жди, пока не станет слишком поздно сожалеть. Мистер Джонс, я Джонатан Гибсон… Кристин уже рассказала мне о вашей ситуации с браком. Хочу сообщить вам, что мы с Кристин сейчас встречаемся, поэтому, пожалуйста, в этот период не делайте ничего, что могло бы причинить Кристин боль, иначе я сделаю все возможное, чтобы противостоять вам… Пожалуйста, оставьте Кристин возможность уйти; она и так уже достаточно натерпелась. После того как Скайлер Джонс вышла из комнаты, Кристин Куинн не могла уснуть. Она ворочалась с боку на бок, не понимая, почему Скайлер Джонс сказала ей это сегодня вечером. И действительно ли он отпустил прошлое? Наконец, Кристин Куинн встала с дивана, раздраженно накинула халат и вышла из комнаты. Сначала она пошла в комнату Мари, чтобы поискать его, и, не найдя его там, направилась в кабинет. Дверь в кабинет была приоткрыта, и она знала, что он внутри, но колебалась, прислонившись к белой стене, не зная, стоит ли войти и что-то уточнить. В конце концов, она набралась смелости и легонько постучала в дверь. Ответа не последовало. Она нахмурилась и осторожно, слегка толкнула дверь. К своему удивлению, она увидела его спящим в кресле. Находясь с ним в одной комнате так долго, она редко видела его спящим, потому что не осмеливалась подойти к нему близко. Только сейчас она поняла, что во сне он выглядит так же привлекательно, как и прежде. Тихо выйдя из кабинета, Кристин Куинн глубоко вздохнула и повернулась обратно в свою комнату. Встретив в коридоре ночного дежурного слугу, она сказала ему: «Пожалуйста, отнесите мистеру Джонсу одеяло; он спит в кабинете». Слуга почтительно ответил: «Да». «Мадам, вы сегодня так прекрасно выглядите». Утром, когда Кристин Куинн спускалась со второго этажа, она услышала комплимент от служанки. Кристин Куинн слабо улыбнулась: «Спасибо». Сегодня она сделала нежный макияж и, в отличие от своего обычного повседневного платья, намеренно переоделась в более элегантный и стильный наряд, поэтому сегодня выглядела гораздо бодрее, чем обычно. Когда Кристин Куинн пришла в столовую, Скайлер Джонс и Мэрилин Куинн уже сидели за столом. Кристин Куинн села напротив Мэрилин Куинн и с улыбкой сказала: «Извините, переодевание заняло немного времени». Скайлер Джонс, который редко видел Кристин Куинн в столь изысканном наряде, невольно одарил себя необычным взглядом. Мари радостно сказала: «Мамочка, я давно не видела тебя такой красивой». Кристин Куинн, несколько смущенная комментарием Мари, покраснела и сказала: «Ведь нет никакого особого повода, так зачем так красиво наряжаться?» «Чтобы папа увидел!» — буднично ответила Мари. Кристин Куинн смущенно спросила: «Поторопись и позавтракай, у тебя же сегодня много планов?» Мари несколько раз кивнула: «Да, да». Скайлер Джонс слегка улыбнулся и наклонил голову, чтобы поесть. После завтрака Мари наконец приступила к составлению плана на день. «Папа и мама, раз вы сказали, что согласитесь на все мои просьбы сегодня, вы оба должны меня слушаться и послушно следовать моему маршруту». На заднем сиденье машины Мэрилин Куинн, сидевшая посередине, держала за руку отца и за руку матери, напоминая им об этом. Кристин Куинн игриво ответила: «Хорошо, сегодня твой день рождения, так что ты здесь главный. Мама готова следовать твоим планам». «У меня тоже нет проблем», — мягко ответила Скайлер Джонс. Мэрилин Куинн радостно объявила: «Первая остановка — парк развлечений». Кристин Куинн и Скайлер Джонс обе улыбнулись. Им не нужно было, чтобы Мари им говорила: дети больше всего любят, когда родители водят их в парки развлечений. В самом большом детском парке развлечений в городе Y было многолюдно, потому что это были выходные. Кристин Куинн и Скайлер Джонс обе были немного непривычны для таких мест, во-первых, потому что это было место для семейного отдыха, и они никогда раньше не приводили сюда Мари, а во-вторых, потому что там было слишком много людей, вопреки их скромному характеру. Но Мари уже с удовольствием затаскивала их внутрь… Для Мари, которая впервые оказалась в парке развлечений, это было похоже на рыбу, которая долго жаждала и наконец нашла воду, желая лишь плавать и резвиться. «Папа, мама, я хочу покататься на карусели, на американских горках, на пиратском корабле, а ещё я хочу покататься на аттракционе «автодром»…» «Хорошо, по очереди, во что хотите сегодня поиграть, мама согласна». "Ура… Мама, иди купи билеты." ---------- Главы 762–395: Дополнительная история: День рождения дочери 2 "Мм." Кристин Куинн повернулась и направилась к шумной билетной кассе, где встала в длинную очередь за билетами. Действительно, билетов покупало много людей, и из-за толпы она время от времени сталкивалась с теми, кто стоял перед ней и позади. К счастью, как раз в тот момент, когда она начала нервничать из-за того, когда же наконец сможет купить билет, Скайлер Джонс вытащила её из очереди. Он внезапно взял ее за руку, немного смутив, но спокойно повел к билетной кассе. Толпа была многочисленной и временами толкалась, но его тело всегда прикрывало ее. Краем глаза она заметила Мари, стоящего неподалеку и выглядящего ожидающим. Она понимала, что это все игра, но не могла не почувствовать волну в сердце от его защитного жеста. Скайлер Джонс лишь коротко поговорил с сотрудниками билетной кассы, после чего в его руках оказалось несколько билетов. В полубессознательном состоянии Кристин Куинн не понимала, откуда у Скайлера взялись билеты, но видела, как он дал сотрудникам довольно крупную сумму денег. Похоже, богатство действительно облегчает жизнь. Когда Скайлер передал билеты Мари, она радостно запрыгала и поцеловала его в щеку, громко хваля: «Папа, ты самый лучший! Ты сразу столько билетов получил…» Пока Мари хвалила Скайлера, Кристин в глубине души критиковала его. Что в этом такого особенного? Просто у него есть деньги. Если бы у него не было денег, ему все равно пришлось бы стоять в очереди, как и всем остальным! «Папа, я хочу сначала отправиться на пиратский корабль. А кто пойдёт со мной?» Как только Мари это сказала, Кристин тут же ответила: «У мамы легко кружится голова, так что пусть папа пойдет с тобой». «Папа, ты пойдешь со мной?» Что? Скайлер был ошеломлен, предлагая ему отправиться на пиратский корабль? Если бы об этом узнали, его многолетняя безупречная репутация в деловом мире могла бы быть утрачена. Скайлер нахмурилась: «Не может быть!» «Папа, мама, вы оба обещали мне сегодня на всё согласиться. Это моя первая просьба, а вы уже говорите «нет»!» "Этот..." «У меня ужасно кружится голова. Скайлер, пожалуйста, поезжай с Мари!» Из-за проблем с сердцем она совсем не могла справиться с этими захватывающими аттракционами. В конце концов, у Скайлер не осталось другого выбора, и Мари потянула её к пиратскому кораблю. Хотя на пиратском корабле было много родителей, сопровождавших своих детей, чтобы разделить с ними острые ощущения, аура и поведение Скайлера казались совершенно неуместными на таком аттракционе. Однако ради Мари он не мог отказать. Кристин стояла внизу пиратского корабля, наблюдая за Скайлер, которая выглядела неловко и неуютно. Она невольно почувствовала легкую самодовольность и забаву. «Тебе понравилось, Мари?» Скайлер держала Мари на руках, когда они спускались с пиратского корабля, а Кристин помогала вытирать пот с дочери и спрашивала. Мари энергично кивала, с нетерпением ожидая своего следующего приключения — карусели. Карусель, естественно, была аттракционом для детей, и Кристин и Скайлер наконец вздохнули с облегчением. Наблюдая за тем, как Мари наслаждается катанием на вращающейся карусели, Кристина испытывала удовлетворение, но в то же время и некоторую вину. Из-за проблем с сердцем ее дочь долгое время не могла посещать подобные места. Если бы она могла подарить своему ребенку здоровое тело, он бы не лишился стольких радостей. Придя в себя, она увидела, что Скайлер разговаривает по рабочему телефону. Выражение его лица стало холоднее, взгляд снова стал таким же деловым, как обычно. «Проект приостановлен, все подождет моего возвращения...» Кристин услышала только эту часть разговора. Скайлер убрал телефон, и его взгляд из-за солнцезащитных очков снова обратился к Мари. Уловив слова «проект приостановлен», Кристина с любопытством спросила его: «Что случилось? С проектом что-то не так?» Скайлер просто ответила: «Ничего важного». Как раз в тот момент, когда Кристин собиралась что-то сказать, Мари сбежала с карусели прямо в объятия отца. «Папа, мама, я хочу воды». «Мама тебе купит». «Хорошо, хорошо». Воду купить было легко. Кристин взяла три бутылки и одну отдала Скайлер. Скайлер отказалась, лишь сказав: «Нет необходимости». Заметив отстраненное отношение Скайлера, Кристина несколько разозлилась. Она не собиралась покупать это для него; ей просто нужно было сыграть свою роль. Но как раз когда Кристин собиралась убрать воду, Скайлер взял только что открытую бутылку, сделал глоток и сам отпил. Кристин слегка приоткрыла рот от удивления. Мари это казалось совершенно нормальным. ---------- Глава 763-395: Дополнительно: День рождения дочери 2_2 Скайлер Джонс не выказал ни малейшего смущения. Допив воду, он спросил дочь: «Во что ты хочешь поиграть дальше?» «Далее я хочу пригласить вас поиграть в игру!» — загадочно сказала Мэрилин Куинн. Кристин Куинн и Скайлер Джонс, все еще несколько растерянные, уже были уведены Мэрилин в неизвестном направлении. Прибыв на место назначения, Мэрилин с восторгом спросила родителей: «Вы знаете, что делает эта машина?» Кристин растерянно покачала головой. Весь автомат был увешан изображениями милых розовых эльфов, из-за чего было трудно догадаться, что это за машина. Скайлер тоже была озадачена. Мэрилин, держа родителей за руки, объяснила: «Это устройство, которое может брать фотонаклейки, а также синтезировать фотографии». «Ах, фотонаклейки», — кивнула Кристин, вспоминая, как ее дочь говорила о популярности этого товара среди школьников. Скайлер сказала Мари: «Тогда фотографируй!» Мэрилин погрозила указательным пальцем: «Нет, это вы двое возьмете это». "Нас?" В следующее мгновение Мэрилин затолкала Скайлер и Кристин в кабинку для фотосессии с наклейками. Увидев их как пару, сотрудники не стали предлагать им сделать групповое фото; вместо этого они сделали индивидуальные фотографии и дали им по одной фотографии из раздела распечаток. Кристин, ошеломленная, приняла фотографию от персонала, и в следующую секунду ее глаза расширились от удивления. Глядя на фотографию, Скайлер почувствовала некоторое недоверие. Потому что на фотографии был искусно вырезанный маленький ребёнок… Черты лица маленькой девочки чем-то напоминали Скайлер, но большие глаза и маленький рот были похожи на её. «Ха-ха, папа и мама, это фотография младшего брата», — засмеялась Мэрилин. Кристина растерянно спросила: «Что вы имеете в виду?» Мэрилин ответила: «Это компьютерный синтезатор изображений. Он берет фотографию папы и фотографию мамы, и компьютер может сгенерировать изображение того, как может выглядеть ребенок, который у вас двоих будет в будущем». Что? Кристин была ошеломлена. Неужели в этом мире действительно существует такая машина? Взгляд Скайлер задержался на фотографии. Мэрилин нежно погладила фотографию милого мальчика и радостно сказала: «Папа, мама, какой очаровательный младший братик!» «Он действительно очень милый…» — сказала Скайлер. Глядя на маленького мальчика на фотографии, сосущего палец, Кристин испытала необъяснимое чувство. Сделав этот снимок, Мари прокатилась еще на нескольких аттракционах, последним из которых были американские горки. Поскольку парк развлечений был ориентирован на семейное общение, уровень острых ощущений на этих американских горках был невысоким, и на них могли кататься даже дети пяти-шести лет. Мари, естественно, не упустила бы возможности пригласить папу и маму присоединиться к ней, поэтому в этот момент она умоляла Кристин: «Мама, пожалуйста? Вы с папой поедете со мной?» Раньше Кристин не боялась прокатиться на американских горках, уровень экстремальности которых рассчитан только на детей, но теперь она размышляла, сможет ли ее организм это выдержать. Она уже принимала лекарства, прописанные врачом, которые должны были успокаивать боль во время сердечных приступов и снижать раздражительность нервной системы, но сможет ли она справиться с такими захватывающими играми? «Мамочка, о чём ты думаешь? Скажи «да», пожалуйста, ты же не боишься, правда? Смотри, даже пятилетний младший братик осмеливается играть!» — Мари умоляюще потрясла Кристин за руку. В этот момент Скайлер сказала: «Всё в порядке, я здесь». Кристина взглянула на не очень высокие американские горки, наконец, прикусила губу и кивнула. "Ура…" Мари была вне себя от радости и тут же потащила родителей к очереди. Наконец, семья из трёх человек села на американские горки. Сев на сиденье, Кристин поняла, что американские горки выше, чем она себе представляла, и, сидя на них, человек, и без того боящийся высоты, не чувствовал себя ничуть не комфортно. Мари же, напротив, ничуть не испугалась, крепко держась за железный прут перед собой и с лицом, полным предвкушения. Скайлер, заметив бледное лицо Кристин, не удержалась и спросила: «Что случилось? Ты плохо себя чувствуешь?» Кристин глубоко вздохнула, затем, держась за железный прут, покачала головой и сказала: «Со мной все в порядке». «Мама, если тебе действительно страшно, нам не обязательно продолжать», — заботливо сказала Мэрилин, сидя между родителями. Кристин слегка улыбнулась дочери: «Ты не боишься, как же мама может бояться?» "Хм." В этот момент американские горки начали медленно двигаться. Кристин крепко держалась за железный прут, твердо убеждая себя, что все будет хорошо. Поначалу Кристин не испытывала страха, но когда американские горки достигли своей наивысшей точки, ее боязнь высоты наконец заставила ее дрожать всем телом. Американские горки ехали совсем не быстро; Скайлер и Мари ничего не почувствовали, но из-за проблем со здоровьем и боязни высоты Кристин уже дрожала. Однако, когда американские горки достигли наивысшей точки, и все ликовали и наслаждались моментом, Кристин, испугавшись, закрыла глаза и не смела их открывать. Внезапно мускулистая, похожая на железо рука крепко обхватила ее дрожащее плечо. Защитная сила казалась знакомой… Кристин медленно открыла глаза и увидела, как Скайлер обнимает её. Он не выказал никакого особого выражения лица, просто крепко обнял её и Мари. Кристина смотрела на него пустым взглядом, не в силах сообразить. К тому времени, как она пришла в себя, американские горки уже скатились с вершины и медленно останавливались. "Ура…" Сойдя с американских горок, Мари радостно закричала от радости. Она не испытывала никакого дискомфорта, но прежнее чувство страха заставило Кристин снова вспомнить о его крепких объятиях. Он, казалось, ничуть не смутился произошедшим, держал дочь на руках и терпеливо спрашивал, где еще она хочет поиграть. После целого дня игр Мари наконец-то немного устала и решила отправиться домой. Небо постепенно темнело, и огни вдоль дороги уже загорелись. В машине Мари, уже спящая, прислонилась к коленям Кристин. Благодаря весёлому настроению, даже во сне на губах Мари оставалась милая улыбка. Внезапно Скайлер спросила: «Ты всё обдумала?» «Что?» Кристин на мгновение замолчала. "Уход." Его слова напомнили ей о разговоре, который у них состоялся прошлой ночью. На самом деле, она позвонила Джонатану Гибсону рано утром. Джонатан сказал ей, что он действительно связался со Скайлер и даже придумал историю о том, что встречается с ней, но его истинное намерение состояло в том, чтобы увезти ее из города Y в Великобританию, поскольку там есть известный кардиолог, который, возможно, сможет ее вылечить. ---------- Глава 764-396: Дополнительно: Когда горе течет против течения, как река Она хорошо знала свой организм; она становилась все более слабой, и нагрузка на сердце возрастала. Без лекарств, назначенных врачом, ее состояние могло бы уже ухудшиться. Врач предельно ясно дал понять: у нее есть только шансы на выздоровление, если произойдет чудо. Поэтому она отказалась от помощи Джонатана Гибсона по телефону, потому что в оставшиеся дни не хотела тратить время на бесполезные попытки. Она просто хотела проводить каждую минуту и ​​каждую секунду с Мари. «Я же говорил тебе перед разводом, что не брошу Мари. Но через два месяца мне нужно уехать за границу, поэтому мне нужно, чтобы ты вернулась и позаботилась о Мари некоторое время». Скайлер Джонс повернул лицо и посмотрел на нее с глубоким спокойствием: «С Джонатаном Гибсоном?» Кристин Куинн кивнула: «Да». Это могло бы послужить ей предлогом для ухода. «Ты ведь не забыла, что через три месяца мы разводимся, правда?» "Я знаю." «Надеюсь, вы сможете вернуться до этого времени». «Не волнуйся, я не забуду о разводе». Она знала, что он давно хотел от неё избавиться, чтобы она не стала его «умершей женой», которую после смерти будут презирать за то, что она омрачила его яркую и славную жизнь. "Главное, чтобы ты помнил!!" Его безразличный, бесстрастный голос заставил её повернуться и посмотреть в окно. В этот момент послышалась вибрация телефона. Он ответил на звонок мягким тоном: «Как дела?» Тихий голос из телефона, казалось, был обращен к Кристин Куинн: «Оверски, я больна, у меня температура тридцать девять градусов… Мне так плохо, а тебя нет рядом…» «Если вы заболели, идите в больницу». «Я знаю, я уже приняла лекарства и сейчас лежу в постели… но я все равно чувствую себя ужасно». «Пейте больше воды». «Я не хочу… Я просто хочу, чтобы ты была рядом. Можешь вернуться пораньше?» Голос Дженнифер Дуглас звучал скорее как обиженное выражение, чем как признак слабости. "Ты правда так сильно переживаешь?" "Да, я чувствую, что умираю…" «Хорошо… Я вернусь завтра». "М-м-м…" Во время разговора Скайлер Джонс с Дженнифер Дуглас Кристин Куинн постоянно смотрела в окно. Она задавалась вопросом, не стала ли она менее устойчивой к стрессам после ухудшения состояния, потому что, когда он сказал, что «вернется завтра», чтобы сопровождать Дженнифер Дуглас, в ее сердце закипела горечь. Раньше она такой не была; даже когда он был глубоко влюблен в Бекку, ей никогда не было так плохо. Но теперь, слушая его нежные слова в адрес Дженнифер Дуглас, ей стало по-настоящему не по себе. Дженнифер Дуглас была всего лишь немного приподнята, она же взрослая — как она могла не позаботиться о себе? Дженнифер просто хотела, чтобы он вернулся поскорее… И все же, каким бы умным он ни был, как он мог не понимать, что Дженнифер использует свою болезнь, чтобы кокетничать, но, столкнувшись с ее кокетством, он проявлял милую снисходительность. Раньше она всегда думала, что между ним и Дженнифер Дуглас нет настоящей любви, потому что его увлечение Дженнифер было и на йоту меньше, чем увлечение Беккой. Их отношения основывались лишь на взаимных потребностях мужчины и женщины. Но в тот момент она вдруг поняла, что, возможно, ошибалась… После того как Бекка вышла замуж за Говарда Джеффри, он полностью отпустил свою одержимость ею, и в этот эмоциональный период, если он действительно влюбился в Дженнифер Дуглас, это было вполне возможно. Она просто не ожидала, что события будут развиваться так быстро… После одного звонка от Дженнифер Дуглас он согласился прилететь обратно к ней. Он был по-настоящему внимателен. Как же это здорово, когда человек болен и может получать уход от близкого человека! Выйдя из машины, Мари легла на плечо Скайлер Джонс, и именно Скайлер отнесла ее обратно на виллу. Кристин Куинн сказала Скайлеру Джонсу: «Тебе следует отнести Мари в ее комнату, чтобы она немного поспала. Сегодня вечером мы вместе отпразднуем ее день рождения». "Незачем." "Хм?" «Мари уже вчера сказала мне, что надеется, что сегодня вечером мы будем только вдвоем». Кристин Куинн покачала головой: «Что вы имеете в виду?» «Она пригласила сегодня вечером на вечеринку много одноклассников. Сегодняшний вечер — это мир маленькой девочки, взрослые в нём не участвуют». Кристин Куинн обернулась, чтобы посмотреть на виллу, и, как и следовало ожидать, в холле обслуживающий персонал был занят украшением помещения к вечеринке. Вилла была окружена розовыми воздушными шарами, а холл украшен множеством вещей, которые нравились маленьким девочкам… В тот момент вилла выглядела как мир маленькой девочки. Кристин Куинн растерянно спросила: «Раз уж мы живем в мире маленькой девочки, куда нам пойти сегодня вечером?» Пока Мари весело веселилась на вечеринке со своими одноклассниками на вилле, Кристин Куинн сидела в машине Скайлер Джонс. ---------- Глава 765-396: Дополнительно — Когда горе течет против течения 2 Она спросила: «Куда мы идём?» Он вел машину, с невозмутимым лицом. «Вы поймете, когда доберетесь до места назначения». Кристин Куинн больше не задавала вопросов, откинувшись на спинку сиденья и наблюдая, как удаляются неоновые огни города. Автомобиль остановился перед элитным клубом. Она вышла из машины в недоумении и спросила: «Где это? Зачем вы меня сюда привезли?» «Это просто развлекательный клуб, который я открыл от скуки». "А?" Скайлер Джонс бросил ключи от машины парковщику. «Поехали!» Кристин замерла, не двигаясь с места. «Я понятия не имею, зачем вы меня сюда привели, я не войду». Скайлер устремил свой глубокий черный взгляд на Кристин. "Что, ты боишься, что я тебе что-нибудь сделаю?" Кристин отвела взгляд от него и серьезно сказала: «Да, в конце концов, у нас с тобой не очень-то взаимопонимание». Если бы не внезапный звонок Мари, которая проверяла, как у нее дела, она бы с ним не пошла. Скайлер усмехнулась. Кристин сердито посмотрела на него. «Что смешного? Это правда». Скайлер в шутку сказала: «Никакой связи, просто ребенок и свидетельство о браке». Кристин на мгновение потеряла дар речи. Скайлер тепло улыбнулся, направляясь к клубу. «Заходить или нет — решать тебе, но сначала тебе следует придумать причину, по которой ты останешься снаружи», — сказал он. Услышав это, Кристин неохотно пробормотала что-то себе под нос и беспомощно последовала за ним. Кристин не знала о размерах состояния Скайлера, поэтому ее лишь поразило, как ему удалось владеть таким элитным клубом в городе Y. «Мистер Джонс, миссис Джонс». Слуги почтительно поклонились, приветствуя друг друга. Скайлер вежливо кивнула им и направилась прямо к лифту в клубе. Кристин последовала за Скайлером в лифт. Хотя она не знала, чего он от нее хочет, она не чувствовала себя неловко. Лифт издал характерный звук, остановившись на третьем этаже. Прежде чем она успела отреагировать, он протянул руку и вытащил ее из лифта. "Небо…" Кристин не успела ничего сказать, как до ее ушей внезапно донесся громкий смех молодого человека. «Ха-ха, братишка, я думал, ты сегодня вечером больше не придешь». Кристин подняла глаза и увидела перед собой молодого человека, который показался ей странно знакомым. Мужчина с безупречным вкусом поддразнил Кристин: «Невестка, ты так на меня смотришь, неужели ты меня не узнала?» Голос мужчины и его насмешливый тон заставили Кристину широко раскрыть глаза: «Иван?» «Да, невестка, по крайней мере, ты меня узнала. Я боялась, что ты меня не узнаешь, это было бы очень неловко!» Кристин сухо усмехнулась и взглянула на Скайлер, сидевшую рядом с ней. Каким-то образом Скайлер уже обнял её за талию и довольно улыбнулся. Кристин все еще была несколько сбита с толку ситуацией. Иван, финансовый инвестор, был одним из хороших друзей Скайлера более десяти лет. Поскольку он был моложе Скайлера, он всегда называл его «старшим братом». Когда она встречалась со Скайлер, он познакомил ее со своими друзьями, поэтому она узнала Ивана. Иван первым толкнул дверь в отдельную комнату и, обращаясь к находившимся внутри, сказал: «Смотрите, кто здесь…» Люди в отдельной комнате сначала увидели Скайлера, а затем Кристин рядом с ним, и все они расплылись в улыбках. Эти приветливые лица открыли в памяти Кристины запечатанный ящик воспоминаний. И действительно, она узнала их всех; они были хорошими друзьями Скайлер. Однако тогда все они были одиноки, но сегодня у каждого из них был свой партнер, и в общей сложности получилось пять пар. Иван обнял свою подходящую милую жену и представил ее Кристине: «Невестка, моя жена, Виктория Пэнси». Кристин вежливо кивнула. "Здравствуйте." Затем, после долгой разлуки, каждая пара обменялась любезностями. Кристин оставалась сидеть рядом со Скайлером, наблюдая, как он курит и непринужденно болтает со своими друзьями, как будто ничего не изменилось. Как ни странно, обсуждая свои истории любви, все они выражали зависть к любви между Скайлер и ней, даже говоря, что давно знали, что Скайлер попадёт в её ловушку. Кристин не понимала, зачем Скайлер привела ее сегодня на встречу с этими друзьями, но эти друзья когда-то были и ее друзьями, поэтому она воздержалась от раскрытия истинной природы своих отношений со Скайлер, не желая портить настроение. Внезапно жена Ивана спросила ее: «Свекровь, я видела в новостях, что ты беременна… но у тебя все равно такая прекрасная фигура!» Кристин неловко рассмеялась: «Ха… да, сколько бы я ни ела, я не набираю вес». Даже спустя столько времени эта новость не забылась, и она не исчезла из памяти. «Скайлер, мне кажется, Кристин похудела? Ты что, все эти годы ее игнорировал?» Скайлер повернул лицо и пристально посмотрел на Кристин: «Как я мог посметь ​​пренебрегать ею? Это она меня игнорирует». Казалось бы, жалобные слова Скайлер были полны нежности, из-за чего окружающие не обратили внимания на содержание самих слов, вызвав всеобщую зависть к Кристин. Затем последовали всевозможные темы, касающиеся отношений между парами. Скайлер хорошо влилась в компанию, но Кристин было трудно играть свою роль, и в итоге она извинилась и пошла в туалет, чтобы перевести дух. Она вымыла руки и, погруженная в размышления, уставилась на себя в зеркало. Все люди в той отдельной комнате были ей знакомы более десяти лет. Хотя она не видела их после того, как потеряла связь со Скайлер, вид их такими же живыми спустя столько лет вызывал у нее бесчисленные эмоции. Если бы она и Скайлер действительно дожили до сегодняшнего дня, это был бы чудесный день! Тук-тук… Стук в дверь прервал мысли Кристин. По какой-то причине Кристин сразу узнала, чей это был стук. Она открыла дверь, и, конечно же, перед ней стояла Скайлер. В коридоре клуба было тихо, людей почти не было. Он мягко произнес: «Я использовал ваше недомогание как повод, чтобы дать вам немного отдохнуть». Она спросила: «Зачем вы привели меня к ним на встречу?» «Потому что они верят, что мы всегда были вместе». Она ничего не поняла, слегка нахмурив брови. Он не дал никаких дальнейших объяснений, отвернулся и перед уходом сказал: «Вы можете отдохнуть на шестом этаже, а я попрошу кого-нибудь позвонить вам, когда придет время возвращаться». ---------- Главы 766–397: Дополнительно: Мне действительно невыносимо тебя покидать Кристин Куинн, естественно, не вернулась в ту отдельную комнату, а в сопровождении официанта прошла в комнату на шестом этаже, о которой упоминал Скайлер Джонс. В клубе, естественно, нет мест для отдыха, поэтому эта комната принадлежала исключительно Скайлеру Джонсу. Роскошь комнаты, принадлежавшей владельцу, была очевидна. У Кристин Куинн не было времени полюбоваться прекрасным видом, она лишь заметила, что настенные часы показывают уже девять часов вечера. Опасаясь, что Мари может позвонить позже, чтобы "узнать, как дела", Кристин сначала достала телефон, чтобы позвонить Мари, пока у нее было время. Мари была очень рада во время телефонного разговора, и Кристин смутно слышала звуки вечеринки в доме Мари. Закончив разговор с Мари, она скучающе сидела на диване, ожидая возвращения Скайлер Джонс. Она не знала, как долго Скайлер будет болтать со своими друзьями, но после дня, полного развлечений, она немного устала и легла на диван, повернувшись на бок. Она не чувствовала сонливости; наоборот, в её голове царил полный хаос. Она считала, что люди, приближающиеся к смерти, должны быть спокойны, но в её голове не покидало бесчисленное множество вопросов. Самым непонятным вопросом было, почему он вдруг решил «отпустить её»? Не могло быть, потому что Джонатан Гибсон позвонил ему и произнес эти слова, похожие на предупреждение, и он передумал. Она прекрасно знала, что он человек, склонный затаивать обиды. Если бы он действительно был таким великодушным, она бы не страдала так мучительно все эти годы. Так в чём же заключалась его причина «отпустить её»? Когда он сказал «отпустить», действительно ли он имел это в виду? Она совершенно не могла понять его мыслей, как и тринадцать лет назад. Если бы она не услышала это из его собственных уст, она бы никогда не узнала, что раньше он к ней совсем не испытывал чувств. Размышляя о её жизни, она казалась поистине жалкой; ей казалось, что весь мир её не принимает, и её жизнь полна трудностей. Даже несмотря на все её старания, она всё равно не смогла это выдержать… Пусть будет так, в этом мире ей больше не за что держаться… У Бекки есть Говард Джеффри, у Мари есть он, люди, которые ей дороги; ей не о чем беспокоиться. Однако по какой-то причине, даже несмотря на то, что ничто её не останавливало, при мысли о скорой смерти она всё равно испытывала смутное чувство нежелания… Однако это нежелание причиняло боль и ее сердцу. Около одиннадцати часов вечера Скайлер Джонс наконец завершил свою встречу с друзьями. Он немного выпил, и когда обнял ее и направился к машине, она почувствовала от него слабый запах алкоголя, поняв, что сегодня он выпил немало, хотя его устойчивость к алкоголю всегда была хорошей. Попрощавшись с друзьями на парковке, он передал ей ключи от машины, а затем, с редким для него признаком опьянения, откинулся на заднее сиденье. Кристин Куинн вела его машину по тихой ночной дороге, время от времени поглядывая на него на заднем сиденье через зеркало заднего вида. Он закрыл глаза, откинувшись на спинку сиденья, явно будучи пьянее, чем она предполагала. Она вдруг вспомнила его разговор с Дженнифер Дуглас. Возможно, завтра утром он вернется в Нью-Йорк… С каждым днем ​​ее тело слабело, и сегодня она еще могла отвезти его обратно, но в следующий раз она не знала, сможет ли она еще стоять перед ним. Подождите, почему же будет следующий раз? Она когда-то поклялась себе, что никогда в жизни не проявит слабости перед ним; она хотела, чтобы он запомнил её как вечно стойкую Кристин Куинн. Поэтому два месяца спустя она больше никогда не попытается заставить себя встретиться с ним… Она попросит Джонатана Гибсона помочь ей уладить все незавершенные дела, а затем спокойно проведет остаток своих дней на том малоизвестном острове, который она нашла ранее. Это означало, что сегодня вечером она, возможно, в последний раз увидит его… Иногда она задавалась вопросом, почувствует ли он хоть немного грусти, узнав о ее смерти? Глядя на него, спящего в зеркале заднего вида, ее глаза невольно покраснели от слез. Она высвободила руку, чтобы вытереть слезы, застилавшие ей зрение, и вдруг спросила: «Ты спишь?» В ответ он невнятно пробормотал «хм». Под влиянием какой-то необъяснимой силы она не смогла удержаться и спросила его: «Вы серьезно насчет Дженнифер Дуглас?» Он ответил ещё одним «хм». Даже зная, что он не реагирует осознанно, её хрупкое сердце всё равно чувствовало боль. Она вдруг тихонько усмехнулась и пробормотала себе под нос: «Оверски, я знаю, что ты сейчас не слышишь, поэтому я и осмеливаюсь тебе это рассказывать…» ---------- Главы 767–397: Дополнительная история: Мне действительно невыносимо тебя покидать_2 «Я искренне сожалею о том, что однажды предал ваше доверие ко мне… Я всегда чувствовал себя виноватым, хотя и старался исправиться всеми возможными способами». «Я лучше всех знаю, как сильно тебе не хватает любви, поэтому, даже если ты потом использовал меня, создавал мне трудности и обижался на меня, я ни разу тебя не винила. Поскольку мне тоже не хватает любви, я понимаю твои чувства… Именно потому, что я тебя понимаю, я всегда верила, что за тот год, что мы были вместе, ты никак не мог не заботиться обо мне, как утверждал… Признаю, это своего рода самообман, но если это действительно так, я лучше останусь в неведении на всю жизнь…» «Я надеюсь, что ты проживешь хорошую жизнь… и надеюсь, что в оставшейся части своей жизни ты встретишь женщину, которую полюбишь и которая будет тебя понимать и любить». Слезы постоянно затуманивали ей зрение, она постоянно вытирала их, но они все равно текли, поэтому в конце концов ей пришлось припарковать машину на обочине дороги. Опираясь на кожаное сиденье, она безучастно смотрела на него в зеркало заднего вида. Внезапно она крепко прикусила руку, чтобы сдержать рыдания. "Мадам…" Слуга увидел, как Кристин Куинн помогает Скайлер Джонс выйти из машины, и поспешил помочь. С помощью слуги Скайлер вскоре оказалась на кровати. Спросив у служанки, спит ли Мари, Кристина вернулась в свою комнату. В комнате было так тихо, что она слышала ровное дыхание Скайлера. Она посмотрела на него и вдруг наклонилась, чтобы снять с него куртку, от которой пахло алкоголем, и обнаружила на его лбу хмурое выражение, когда накрывала его одеялом. Она села у постели и тихо вздохнула. Наверное, его снова что-то беспокоило, да? Он всегда был таким; когда его одолевали тревожные мысли, даже сон становился беспокойным. … … Тишину момента нарушила вибрация телефона. Заметив, что звонит его телефон, она на несколько секунд замешкалась, прежде чем достать его из-под пиджака. На экране отобразилось имя «Иван Раскин». Кристин взглянула на спящую Скайлер и нажала кнопку ответа. «Здравствуйте». «Старший брат… о, невестка». "Хм." «Старший брат сегодня много выпил, с ним всё в порядке?» «С ним все в порядке. Мы дома, и он спит». «Невестка, было очень приятно видеть тебя сегодня вечером. Я хотел выпить с тобой, но ты беременна, и старший брат не разрешил, поэтому…» «Я тоже был рад вас всех видеть». Это были искренние слова. «Невестка, прошло уже лет десять с нашей последней встречи, не так ли?» "Да!" «Ты наконец-то вернулся к старшему брату. Если бы ты не вернулся, думаю, старший брат снова пропустил бы вчерашнюю встречу…» Кристин была озадачена: «Вернулась?» «Да, старший брат сказал, что между вами двумя произошло небольшое недоразумение, поэтому вы все эти годы были в Нью-Йорке…» «О, хм.» «К счастью, невестка, ты вернулась. Ты не знаешь, но давным-давно мы договорились со старшим братом встречаться раз в год, но поскольку мы все по очереди женились, старший брат всегда приезжал один и даже пропускал наши встречи в последние два года… Но в этом году старший брат привёл тебя, и мы поняли, что старший брат наконец-то дождался твоего возвращения». "Ждали?" «Разве не так? Старший брат не был в отношениях больше десяти лет; разве он не ждал твоего возвращения?» Слова Ивана заставили тело Кристины слегка задрожать. «Зять, старший брат сегодня так много выпил, потому что был счастлив, правда?» "Эм-м-м…" «Хорошо, не буду мешать вашему отдыху… Только не забудьте пригласить меня на свадьбу!» "Хех…" Кристин сухо усмехнулась и медленно положила трубку. Слова Ивана взволновали сердце Кристин. Она замерла, недоверчиво глядя на спящую Скайлер. Действительно ли он просто хотел сохранить лицо, или же он просто не хотел говорить Ивану и остальным, что она бросила его из-за… «Предательство»? И почему он заставил Ивана и остальных почувствовать, что ждал её больше десяти лет? В его глазах, разве она всегда не была тем человеком, от которого нужно было поскорее избавиться? Кристин пристально и растерянно посмотрела на него. На следующий день. Скайлер приподнялся, потирая ноющие виски, отчего остатки алкоголя усиливали головную боль. От прошлой ночи в его памяти остались лишь смутные обрывки. Казалось, она вернула его к жизни, и, возможно, даже что-то ему сказала… к сожалению, он ничего из этого не помнил. Приняв душ и спустившись вниз, он увидел Кристин с тарелкой фруктов в руках, которая, обедая, беседовала с Мари на темы, касающиеся отношений матери и дочери. Услышав голос слуги, она обернулась, и ее нежная улыбка встретилась с его взглядом. Он остановился на лестнице, картина перед ним застыла, словно на фотографии, и он пристально посмотрел на ее улыбающееся, прекрасное лицо. Утром, поднявшись с постели навстречу солнцу, он спустился вниз и увидел приятную картину: жена и ребенок беседовали… Весь мир казался таким простым, таким мирным. Картина перед ним предстала словно из другой жизни. Всё выглядело невероятно красиво. "Папочка—" Тихий зов Мари вернул застывшую секунду к реальности, и Скайлер слабо улыбнулась. Мари подбежала к Скайлеру и обняла его: «Ты проснулся?» Скайлер посмотрел в невинные глаза своей дочери и произнес: «Мм». «Мама сказала, что ты вчера вечером напился…» Краем глаза Скайлер взглянул на Кристин: «Мм». Мари усадила Скайлера на диван: «Папа, тебе не следует так много пить в будущем; алкоголь вреден для здоровья». «Неужели моя дочь еще не выросла, а уже заботится о папе?» — тихонько усмехнулась Скайлер. Кристин присоединилась к разговору, улыбаясь: «Ваша дочь от природы немного властная!» Мари гордо сидела на коленях у отца, с удовольствием болтая ногами, и смущенно призналась: «Я справляюсь за маму. Мама обычно слишком потакает папе». Кристин было неловко. Скайлер усмехнулась: «Ладно, папа в будущем будет меньше пить, вообще никаких напитков, даже на светских мероприятиях». Мари энергично кивнула. В этот момент слуга принес чашку чая, который придал напитку отрезвляющий вкус. Кристин сказала Скайлеру: «Ты вчера много выпил; у тебя, наверное, болит голова. Этот отрезвляющий чай поможет». Скайлер на секунду замер, взглянув на Кристин, а затем взял чай, поданный ему слугой, и выпил его одним глотком. Мари, немного расстроенная, сказала: «Папа, посмотри, как хорошо дома, когда мама заботится о тебе, когда тебе плохо…» ---------- Главы 768–398: Дополнительная история: Тело Мари было найдено давным-давно 1 Скайлер Джонс пристально посмотрела в глаза Кристин Куинн: «Спасибо». Кристин Куинн покачала головой, ничего не говоря. Мари слезла с колен Скайлера Джонса и ласково прижалась к отцу: «Папа, как бы я хотела, чтобы ты каждый день был дома. Ты не можешь вернуться в Нью-Йорк?» «Все будет хорошо, у компании есть проект в Нью-Йорке, который без меня невозможен». Мари разочарованно сказала: «Пройдут месяцы, прежде чем я снова увижу папу». Кристин Куинн утешила дочь: «Твой папа скоро закончит проект, максимум через два месяца…» «Правда?» — взволнованно спросила Мари. — «Это сократит время ожидания более чем на месяц!» Скайлер Джонс слегка кивнула: «Да». "О, как здорово…" — Мари радостно обняла Скайлер Джонс, подпрыгивая от радости. После того как Мари вернулась в свою комнату, чтобы сделать домашнее задание на выходные, Кристин Куинн тоже ушла в свою комнату. Скайлер Джонс стоял у окна и разговаривал по телефону; яркий свет, падающий на его высокую фигуру, придавал ему особенно прямой вид. Он заметил её в отражении в стекле, сказал несколько слов человеку на другом конце провода, затем повесил трубку и повернулся, чтобы посмотреть на неё. Кристин Куинн подошла к нему и мягко спросила: «Вы собираетесь вернуться в Нью-Йорк позже?» У него был собственный частный самолет, и он мог улететь, когда пожелает. Скайлер Джонс почти неслышно ответила: «Мм», и пошла взять пиджак с дивана, надев его. «Вы можете уехать завтра?» — умоляюще спросила Кристин Куинн. Скайлер Джонс сделал паузу, поправляя часы, и снова услышал слова Кристин Куинн: «Сегодня воскресенье, и Мари очень надеется, что вы сможете остаться и провести эти выходные с ней». Голос Скайлер Джонс внезапно стал холодным: «Нет». Кристин Куинн слегка нахмурила брови: «Ты беспокоишься, что у Дженнифер Дуглас в Нью-Йорке некому о ней позаботиться? Не забывай, что без тебя с ней все равно живут родственники». Скайлер Джонс взглянула на нее и небрежно спросила: «Разве ты ревнуешь, разговаривая со мной таким тоном?» Кристин Куинн фыркнула: «Хорошо, оставайся или уходи, как хочешь». Сказав это, она повернулась и ушла. Скайлер Джонс наблюдал, как уходит стройная фигура Кристин Куинн, его взгляд слегка потускнел, а затем сменился глубоким размышлением. Выйдя из комнаты, Кристин Куинн раздраженно хлопнула себя по лбу. Она была совершенно бесполезна; на самом деле, ей хотелось сказать ему совсем другое… В самом деле, она хотела спросить о звонке Ивана Раскина прошлой ночью. Она хотела знать, почему он до сих пор не объяснил Ивану и остальным, почему их отношения давно закончились? Будучи здравомыслящей, она не могла держать многое в себе, и этот вопрос мучил ее бессонницей всю ночь. Почему он не объяснил Ивану и остальным — может быть, он всё ещё неравнодушен к ней? Но это невозможно… На протяжении более десяти лет его презрение к ней было доведено до абсурда — утверждать, что он испытывает к ней какие-либо чувства, было бы полнейшей нелепостью. Она действительно человек, разрывающийся внутренними противоречиями… Постоянно предупреждая себя, чтобы не тратить ни секунды того драгоценного времени, которое у нее еще оставалось на него, она, тем не менее, сталкиваясь с такими деликатными темами, испытывала сильную боль и жаждала ответов. Забудьте об этом, спрашивать бессмысленно. В любом случае, для неё это больше ничего не значит… Когда Мари прощалась со Скайлером Джонсом за пределами виллы, Кристин Куинн, сославшись на внезапное ухудшение самочувствия, осталась в своей комнате. Ей действительно надоело играть роль перед Мари, это чувство диссонанса было ужасно неловким. Интересно, уехал он или нет? Она подошла к окну, отдернула занавеску и увидела, как он с любовью разговаривает с Мари, вероятно, что-то ей объясняя, а Мари продолжала кивать. Кристин Куинн мысленно пробормотала ревность: ребенок был таким бессердечным; она вынашивала ее десять месяцев и с трудом воспитывала, но, узнав Скайлер Джонс, словно забыла о трудностях матери, даже не жаловалась на прошлое «предательство» отца, мгновенно бросилась ему в объятия, и их отношения, казалось, становились все крепче. Скайлер Джонс, почувствовав, что за ним кто-то наблюдает, невольно поднял взгляд… Кристин Куинн, пойманная его взглядом, вздрогнула от неожиданности, поспешно задернула шторы и в тревоге похлопала себя по груди — неужели он ее видел? В тот самый момент, когда Кристин Куинн обеспокоилась этим, в комнате внезапно раздался «звонок». ---------- Главы 769-398: Дополнительно: Оказывается, тело Мари восстановилось давным-давно (1/2) Кристин Куинн услышала звук SMS-сообщения, поступившего на телефон Скайлер Джонс, нахмурилась и огляделась. На ковре у кровати она увидела телефон Скайлер Джонс. Кристин Куинн быстро это заметила, недоумевая: «Может, он случайно забыл свой телефон?» Размышляя, Кристин Куинн случайно увидела содержимое SMS-сообщения на экране. Мистер Джонс, вы сможете приехать сегодня вечером? Айверсон ищет вас уже два дня; он говорит, что проблемы с проектом TSOL очень серьёзные. Если вы не вернётесь и не решите их, проект TSOL может быть приостановлен. Кристин Куинн на секунду опешилась, увидев SMS. Что, у проекта TSOL такие серьезные проблемы? Кристин Куинн вдруг вспомнила сцену из вчерашнего вечера в парке развлечений… он выглядел серьезным, когда ответил на телефонный звонок. Похоже, проект TSOL действительно сильно его беспокоил последние два дня! Подождите, его секретарь в SMS-сообщении сказала, что Айверсон искал его два дня, а это значит, что у проекта TSOL были проблемы еще до его возвращения в город Y!! Поэтому, когда он позвонил Мари и сказал, что в последнее время занят, это было правдой… Но, несмотря на серьезные проблемы, с которыми столкнулся проект TSOL, он все же поспешил обратно, чтобы отпраздновать день рождения Мари. В сердце Кристин Куинн вспыхнуло странное чувство. Придя в себя, Кристин Куинн выбежала с телефоном. К счастью, когда Кристин Куинн спустилась вниз, Скайлер Джонс как раз садилась в машину, чтобы уехать. "Ждать…" Кристин Куинн крикнула, и водитель, заводивший двигатель, немедленно прекратил свои действия. Кристин Куинн, тяжело дыша, подошла к машине и, глядя на Скайлер Джонс внутри, беззвучно произнесла: «Телефон… твой телефон…» После ухудшения состояния сердца даже бег трусцой давался с трудом, дыхание затруднялось. Мари, заметив, что Кристин Куинн задыхается, недоуменно спросила: «Мама, разве ты не говорила, что плохо себя чувствуешь?» Услышав такой вопрос от Мари, Кристин Куинн внезапно опешилась. "Э-э… со мной все в порядке." Мари спокойно воскликнула «Ох». Скайлер Джонс взяла телефон и кивнула Кристин Куинн: «Я ухожу». Кристин Куинн согласно кивнула: «Да, счастливого пути». «Пока, папа», — Мари помахала отцу на прощание. Водитель нажал на педаль газа, и машина постепенно тронулась с места. Кристин Куинн наблюдала, как машина скрылась вдали, и глубоко вздохнула. «Мама, ты ведь тоже не можешь смириться с уходом папы, правда?» — Мари наклонила голову и сказала. Кристин Куинн не ответила, ее взгляд был устремлен в сторону, откуда ушла Скайлер Джонс, и в ее сердце закипела странная горечь. "Мамочка, мамочка…" Мари звонила несколько раз, и только тогда Кристин Куинн пришла в себя. «О чём ты думаешь, мамочка?» — спросила Мари. Кристин Куинн покачала головой и взяла Мари за руку: «Пойдем домой!» Скайлер Джонс откинулся на спинку сиденья, закрыл глаза, чтобы восстановить силы. Он слышал шорох листьев под шинами… В его голове царил необъяснимый хаос, и у его уха эхом раздался тихий, умоляющий голос: «Ты можешь вернуться завтра?» Как только машина выехала из жилого района, он внезапно приказал водителю: «Старый Альберт, останови машину». Водитель резко затормозил и припарковал машину в тени. — Мистер Джонс, что-то не так? Скайлер Джонс ответил: «Развернитесь и вернитесь; я забыл взять документ». "Хорошо." Водитель развернул машину задним ходом и быстро направился обратно к вилле. Менее чем через несколько минут машина была припаркована перед главными воротами виллы. Скайлер Джонс уже собирался выйти из машины. Как только он открыл дверь, он нечаянно увидел на балконе комнаты на втором этаже виллы Кристин Куинн, которая разговаривала по телефону. Свет в глазах Скайлера Джонса, казалось, мгновенно погас, и его рука застыла на ручке автомобильной двери. Кристин Куинн, казалось, была в хорошем настроении, болтала и смеялась с человеком на другом конце провода. Темные глаза Скайлера Джонса постепенно помрачнели, и в конце концов бесконечная тьма сменила блеск в его глазах. Наконец он закрыл дверцу машины и безразлично произнес: «Поехали». "А? Мистер Джонс, разве вы не говорили, что забыли один документ?" Скайлер Джонс покачал головой: «Забудьте об этом, это всего лишь незначительный документ». «Хорошо». Водитель, не осмеливаясь больше медлить, завел машину. В зеркало заднего вида водитель взглянул на Скайлера Джонса и заметил, что его лицо стало гораздо более неприглядным, чем раньше. Почувствовав, что настроение Скайлера Джонса, похоже, неважное, водитель тут же спросил: «Мистер Джонс, вы хотите послушать музыку?» Скайлер Джонс прислонил голову к спинке сиденья, закрыл глаза и ответил: «Как хочешь». Водитель тут же нажал кнопку, чтобы включить музыку. Но в этот момент вместо мелодичной музыки из каюты раздался сдавленный женский голос… «Оверский, поскольку я знаю, что ты сейчас не слышишь, я осмеливаюсь сказать тебе эти слова…» Кристин Куинн не могла знать, что в личном автомобиле Скайлера Джонса было установлено записывающее устройство, предназначенное для записи разговоров, когда Скайлер Джонс обсуждал деловое сотрудничество с другими пассажирами, чтобы избежать споров в дальнейшем. Разумеется, устройство включается только тогда, когда это необходимо. В тот день, когда Кристин Куинн вела машину для Скайлера Джонса, из-за незнания автомобиля она, возможно, случайно коснулась записывающего устройства; таким образом, все ее слова, сказанные ему, были записаны на USB-накопитель в машине. Когда водитель открыл USB-накопитель, запись автоматически начала воспроизводиться… «Хорошо, Бекка, для тебя уже довольно поздно; я больше не буду с тобой разговаривать, тебе, беременной женщине, пора ложиться спать… ладно, пока». После завершения разговора Кристин Куинн все еще улыбалась. Она потянулась, готовясь спуститься вниз, но, обернувшись, нечаянно увидела машину Скайлер Джонс, въезжающую на виллу. Кристин Куинн на мгновение вздрогнула, и с расстояния в сотни метров увидела, как Скайлер Джонс выходит из машины. Разве он не собирался вернуться в Нью-Йорк? Кристин Куинн поднялась на первый этаж и встретила Скайлера Джонса, который только что вошел в виллу. Прежде чем Кристин Куинн успела спросить, зачем он вернулся, Скайлер Джонс холодно ответил: «Пойдем со мной в кабинет». Кристин Куинн была совершенно озадачена бесстрастным и суровым выражением лица Скайлер Джонс. Как только Кристин Куинн вошла в кабинет, она увидела, что Скайлер Джонс снял пиджак и ослабил галстук, сидя за столом и ожидая ее. Кристин Куинн почувствовала некоторый страх и нервно спросила: «Почему… почему вы вернулись?» Скайлер Джонс взглянул на нее, затем вставил USB-накопитель, который держал в руке, в компьютер на столе, и в следующее мгновение… ---------- Глава 770-399: Дополнительно: Тело Мари уже восстановилось 2 «Оверски, я знаю, что ты сейчас не слышишь, что я говорю, поэтому я…» Глаза Кристин Куинн расширились, она не могла поверить, что голос, который она слышала в своих ушах, был её собственным, и она начала крепко сжимать свои бёдра. «Я искренне надеюсь, что ты проживешь хорошую жизнь… Я надеюсь, что в оставшейся части жизни ты встретишь женщину, которая будет любить тебя, понимать тебя и любить тебя». Запись закончилась, но лицо Кристин Куинн побледнело. Темные глаза Скайлер Джонс зловеще уставились на Кристин Куинн: «Это твой голос, не так ли?» Губы Кристин Куинн побледнели, она хранила молчание. «Вы, наверное, не знали, что у меня в машине есть записывающее устройство». Внезапно потускневший взгляд Кристин Куинн устремился на Скайлер Джонс, ее сомкнутые губы слегка дрожали. «Почему ты сказал мне эти слова?» Кристин Куинн попыталась выпрямиться, сохраняя при этом обычное выражение лица: «Без объяснений». Скайлер Джонс подняла бровь: «Ты хочешь рассказать мне о том, что тебя мучает?» Кристин Куинн ответила категорично: «Я не это имела в виду». «Тогда что вы имеете в виду под благословением меня?» Кристин Куинн глубоко вздохнула, спокойно встретившись взглядом со Скайлер Джонс: «Я всегда желала тебе всего наилучшего, не так ли?» Скайлер Джонс усмехнулся и нанес сильный удар по дивану рядом с собой, его глубокие черные глаза сверкнули, словно от обиды: «Какое право ты имеешь желать мне добра? Хм?» Он сжал ее челюсть, его взгляд был полон пламенной ярости. Ее челюсть болезненно сжимали, словно он собирался раздробить ей кости. Боль заставила ее нахмуриться, она не могла говорить, могла только пинать его ногами, но он предугадывал ее действия, внезапно прижал к углу и прижал ее своими сильными ногами. «Какое право ты имеешь меня благословлять?» — выплюнул он сквозь стиснутые зубы, ненависть обострила его взгляд, словно лезвие. Боль в челюсти, которая, казалось, вот-вот раздробится, заставила ее беспомощно прислониться к стене, медленно закрывая глаза и плотно сжимая губы. «Весь мир имеет право благословлять меня, кроме тебя, Кристин, потому что ты даже не достойна благословлять меня!» — взревела Скайлер Джонс. За эти годы, несмотря на то, что между ней и Скайлером Джонсом никогда не было ничего хорошего, и он никогда не скрывал своего презрения к ней (всегда это были саркастические замечания и резкие слова), он никогда еще не злился на нее так сильно… Впервые она почувствовала, что он хочет ее задушить. Кристин медленно открыла глаза, не в силах сдержаться, ее взгляд был затуманен тонкой пеленаю. Увидев, как из ее глаз потекли слезы, он немного ослабил хватку на ней, но насмешливо произнес: «Хе-хе… Ха-ха… Ты тоже плачешь? Кристин, разве ты всегда не была непреклонна передо мной?» Слезы хлынули потоком, затуманивая зрение Кристины. Сила, которую она с таким трудом демонстрировала перед ним в эти дни болезни, в его язвительных и саркастических словах и взгляде, в котором она хотела ее убить, мгновенно рухнула, она зарыдала вслух… Ее ослабевшее тело сползло по стене и, наконец, рухнуло на пол. Он резко прищурился, и из его уст вырвался холодный голос: «Ты должен быть благодарен, что у тебя есть рассудительная дочь. Если бы не её мольбы ко мне, у тебя не было бы ни одного дня покоя в этой жизни». С этими словами Скайлер Джонс сердито повернулся и ушел. Кристин не смогла сдержать рыданий, и вдруг в ее ушах эхом отозвались презрительные и саркастические слова Скайлера Джонса, сказанные перед его уходом, заставившие ее резко поднять глаза. Она обернулась, чтобы посмотреть на Скайлера Джонса, но его фигура уже исчезла за дверью. Она широко раскрыла глаза, полные слез, и энергично покачала головой… Если он только что сказал, что Мари умоляла его, что это означало? Кристин быстро спустилась на первый этаж, остановив Скайлера Джонса, который уже собирался выйти из виллы. «Объясните мне ясно, что вы имеете в виду, когда говорите, что Мари умоляла вас?» Скайлер Джонс остановился, прищурив глаза на ее заплаканное лицо: «Ты действительно хочешь это знать?» Кристин резко схватила его за руку: «Скажи мне, просто скажи!!» Разгневанный крик Кристин эхом разнесся по всей вилле… Увидев ссору хозяина и хозяйки, слуги, нервно отступая в сторону, боялись даже вздохнуть. Мэрилин и не подозревала, когда, спустившись из своей комнаты на втором этаже, увидела ссорящихся родителей и застыла на месте от изумления. Кристин в истерике закричала: «Скайлер Джонс, быстро скажи мне…» Скайлер Джонс ничего не сказал, холодно глядя на Кристин, но краем глаза заметил стоящую неподалеку Мари. ---------- Главы 771–399: Дополнительно: Оказывается, тело Мари восстановилось давным-давно (2/2) Увидев, что Скайлер Джонс замолчала, Кристин Куинн медленно повернула голову, и ее взгляд невольно встретился со взглядом Мари. Мари осталась на месте, с бесстрастным выражением лица. Кристин Куинн, поняв, что происходит, поспешно вытерла слезы с глаз и лица, быстро подбежала к Мари, присела на корточки и обняла дочь: «Мари, будь хорошей девочкой, сначала поднимись наверх…» Мари не произнесла ни слова, ее взгляд казался рассеянным, когда она смотрела на Кристин Куинн. «Мари, Мари, что случилось?» Мари крепко сжала губы. Кристин Куинн быстро улыбнулась, пытаясь успокоить дочь: «Глупышка, разве мама тебе не говорила? Супружеские пары всегда ссорятся. Папа и мама просто… немного поссорились. Если ты не хочешь видеть, как папа и мама ссорятся, мама больше не будет ссориться с твоим папой, мама и папа помирятся, хорошо?» Мари оставалась словно в оцепенении. Взволнованная Кристин Куинн внезапно повернула голову и крикнула Скайлер Джонс: «Скажи что-нибудь!» Скайлер Джонс посмотрел на Мари, в его глазах читалась нотка му anguish, но он ничего не сказал. Кристин Куинн была удивлена ​​поведением Скайлер Джонс. Она все еще хотела что-то сказать, но тут услышала тихий и спокойный голос Мари: «Мамочка, вам с папой больше не нужно притворяться передо мной. Я и так все знаю». Кристин Куинн резко вздрогнула, ее глаза расширились от недоверия, когда она посмотрела на Мари. Мари протянула руку и нежно вытерла слезы с уголков глаз Кристин Куинн, едва сдерживая слезы, и сказала: «Мамочка, не плачь больше. Во всем виновата Мари… Если бы не Мари, вам бы не приходилось заставлять себя быть вместе, и вы бы не ссорились с папой каждый день». Слова Мари повергли всех присутствующих в шок, кроме Скайлера Джонса. Выражение его лица оставалось неизменным, взгляд — неизменно тусклым. Десять минут спустя Мари, глядя на родителей, которых она усадила на диван, спокойно сказала: «Папа, мама, прежде всего, я должна сказать вам „прости“, потому что, хотя со мной и так всё в порядке, я использовала вашу любовь ко мне, чтобы обмануть вас». Кристин Куинн в отчаянии воскликнула: «Мари…» Скайлер Джонс сидела тихо, по-прежнему не произнося ни слова. Мари медленно подошла к Кристин Куинн, по-детски вытерла локтем слезинки с уголков глаз Кристин Куинн и твердо сказала: «Мамочка, ты же сказала мне не плакать, так что и ты не можешь плакать…» Кристин Куинн протянула руку и обняла свою дочь. Мари прислонилась к матери и спокойно сказала: «Мамочка, прости меня, на самом деле, когда мы были в Нью-Йорке, я уже знала, что вы с папой не очень-то любите друг друга». Кристин Куинн недоверчиво покачала головой. "Как… как такое могло случиться… почему ты не сказала маме?" Мари горько поджала губы: «Потому что я не хочу, чтобы папа и мама расстались!» Сдавленные рыдания не позволили Кристин Куинн произнести ни слова, ее глаза были полны слез. Мари опустила голову и продолжила: «Потому что папа не любит маму, а мама не хочет быть с папой, поэтому вы постоянно ссоритесь…» Скайлер Джонс мягко уговаривала: «Мари, иди сюда, иди к папе!» Мари медленно подняла взгляд на отца: «Папа, ты что, совсем не любишь маму?» Взгляд Скайлер Джонс дрогнул. Мари печально произнесла: «Почему у других папы и мамы любят друг друга, а мои живут раздельно?» После этих слов слезы потекли из глаз Мари, словно жемчужины из порванной нити. Скайлер Джонс обнял ее большой рукой, прижал к себе дочь и нежно вытер слезы с ее глаз: «Не плачь, дорогая…» Мари всхлипнула и рассудительно сказала: «Мари не будет плакать, она пообещала маме, что что бы ни случилось, она будет сильной!» Сердце Кристин Куинн сжималось волна за волной, это была боль, не физическая, а настоящая душевная боль. Она поспешно сказала: «Мари, папа и мама не такие, какими ты их себе представляешь, отношениям папы и мамы просто нужно время, чтобы развиться… Будь хорошей, не расстраивайся, разве врач не говорил тебе сохранять спокойствие и уравновешенность?» Мари покачала головой и извиняющимся тоном сказала: «Мамочка, прости, что все это время заставляла тебя волноваться о моем здоровье… Со мной все в порядке. На самом деле, период наблюдения после операции длился всего шесть месяцев. Когда мы были в Нью-Йорке, дядя Джеффри уже водил меня на обследование, врач сказал, что за шесть месяцев у меня не было никаких признаков отторжения сердца, и что мое физическое восстановление прошло очень хорошо». Шесть месяцев? Кристин Куинн с удивлением посмотрела на Мари: «Ты сказала, что дядя Джеффри водил тебя на осмотр?» Мари кивнула. Ночь. Скайлер Джонс сидел у кровати, безразлично глядя на только что спящую дочь. Кристин Куинн стояла за дверью и, увидев, что Скайлер Джонс уложил Мари спать, тихо выдохнула и повернулась, чтобы направиться к террасе второго этажа. Достав телефон, она набрала номер Ребекки Квентин. Звонок быстро соединился, и раздался нежный, успокаивающий голос Ребекки Квентин: «Сестра». "Бекка…" — голос Кристин Куинн был слегка хриплым. «Что случилось? Почему ты так говоришь?» Кристин Куинн тускло смотрела перед собой: «Период наблюдения за Мари составлял всего шесть месяцев, а мне и Скайлеру Джонсу сказали, что он продлится год… Это организовал Говард Джеффри, верно?» Услышав вопрос Кристин Куинн, Ребекка Квентин на мгновение замолчала. "Сестра, ты…" «Ответь мне, не так ли?» "…Да." "Зачем это делать?" «Потому что мы хотели дать вам обоим шанс быть вместе… Если бы вы знали полгода назад, что Мари вышла из-под наблюдения, вы бы уже расстались!» «Откуда Мари узнала, что я притворялась со Скайлер Джонс?» Ребекка Квентин тихо вздохнула: «Как бы хорошо ты ни играл, всегда найдутся недостатки. Мари умна. Она уловила подсказки из ваших споров, а позже произошел инцидент: вы были на ювелирном аукционе с мистером Джонсом и не вернулись в тот вечер, пока мистер Джонс мирно спал дома… На самом деле, к тому времени Мари уже знала, что вы двое притворяетесь перед ней, но не сказала вам, потому что боялась, что из-за этого вы расстанетесь. Она рассказала об этом Говарду Джеффри и мне и попросила нас помочь. Тогда мы рассказали ей правду о вас и мистере Джонсе». Кристин Куинн закрыла глаза от боли. Ребекка Квентин с тревогой спросила: «Сестра, раз уж ты спрашиваешь, значит, Мари тебе уже рассказала… Как сейчас Мари?» Кристин Куинн покачала головой: «Она очень расстроена, плачет, Скайлер Джонс только что уложила ее спать…» «А мистер Джонс?» «Недавно он узнал, что Говард Джеффри скрыл факт пребывания Мари под наблюдением, поэтому он тут же пошёл и спросил Мари, возил ли её Говард Джеффри на обследование в больницу. Задав этот вопрос, он невольно узнал, что Мари уже знала о том, что мы с ним разыгрывали… Мари знает, что как только Скайлер Джонс узнает, что с ней всё в порядке, он разведётся со мной, поэтому она обратилась к нему с двумя просьбами. Первая — больше не причинять мне боль, а вторая — обсудить развод после её дня рождения». ---------- Главы 772–400: Дополнительно: Чем глубже любовь, тем больше ответственность Она так и не поняла, почему он вдруг отпустил ее, но теперь наконец поняла: это произошло потому, что Мари умоляла его. "Сестрёнка, сестрёнка…" — продолжала кричать Бекка по телефону. Кристин Куинн наконец-то пришла в себя и спросила: «Хм?» «Итак, вы и мистер Джонс…» Кристин Куинн повернула голову и взглянула внутрь комнаты. Скайлер Джонс там больше не было. Ее взгляд был пустым, когда она медленно произнесла: «Больше никаких связей не будет, все наконец-то кончено». «Мне очень жаль, что мы с Говардом Джеффри препятствовали решению вопросов, касающихся состояния Мари…» Кристин Куинн покачала головой: «Я тебя не виню… Я знаю, ты всегда желал мне только лучшего». «Сестра, я тоже женщина, я понимаю, что ты сейчас чувствуешь, но должна тебе сказать, если бы я не знала, что между тобой и мистером Джонсом всё ещё есть любовь, я бы никогда не позволила себе или Говарду вмешиваться в ваши отношения…» «Всё ещё любовь?» Словно услышав самую смешную шутку в истории, Кристин Куинн глупо рассмеялась: «Думаю, это самая смешная шутка, которую я слышала за тридцать лет». «Помогая вам, я каждый раз, видя взаимный вред между вами и мистером Джонсом, часто задавался вопросом, правильно ли я поступаю. Поэтому я подумывал сказать вам, что Мари прошла период наблюдения, но Говард Джеффри остановил меня, знаете почему?» Кристин Куинн по-прежнему качала головой, в горле у нее текли рыдания. «Сестра, мне кажется, ты до сих пор кое-чего не знаешь…» "Скажи мне." «Ты же знаешь, что М отомстила всем: маме, Говарду Джеффри, мне, мистеру Джонсу, Честеру Робинсону… всем, от предыдущего поколения до нынешнего. М сделала все возможное, чтобы разрушить счастье каждого, так почему же она не попыталась отомстить за тебя? Если я правильно помню, после того, как ты «предала» мистера Джонса, было время, когда ты была одна. Учитывая обычный безжалостный подход М, зная, что ты дочь Александра Квентина, она никогда бы тебя не отпустила, но М никогда не причиняла тебе прямого вреда. Знаешь почему?» «Меня это озадачило, но я подумала, что М, возможно, учла тот факт, что, хотя я и Квентин, у меня нет настоящих отношений отца и дочери с Александром Квентином, поэтому она меня отпустила…» «Ты ошибаешься, с таким безумным характером, как у М., она даже хотела отомстить и убить Монику Лэндон, у которой были лишь мимолетные отношения с твоим отцом. Так почему же она отпустила тебя? Ты же биологическая дочь Александра Квентина!» «Бекка, я не понимаю, что ты имеешь в виду…» «Моя мысль проста: причина, по которой вы не пострадали от мести М., заключается в том, что вас всегда кто-то защищал». Кристин Куинн была поражена: «Защищаете меня?» «Да… вас защищает мистер Джонс!» Что… как такое могло случиться? Кристин Куинн уставилась на нее широко раскрытыми от недоверия глазами. Зная, что Кристин Куинн в это не поверит, Ребекка Квентин продолжила объяснять: «Говард Джеффри сказал мне, что мистер Джонс когда-то считал вас смыслом своей жизни…» Кристин Куинн улыбнулась, в её улыбке читалась боль: «Это невозможно, ему никогда не было до меня дела, от начала и до конца». «Нет, мистер Джонс заботился о вас, он считал вас смыслом своей жизни, и он по-прежнему так считает». «Бекка, ты знаешь? Волнует ли его сейчас я, мне уже все равно…» «Даже если это для вас уже не имеет значения, я все равно должен вам кое-что прояснить… После того, как М использовала вас, чтобы сдержать мистера Джонса, следующей целью были вы, но мистер Джонс угрожал М. Если она посмеет причинить вам вред, он потянет ее за собой, даже ценой тюремного заключения. М неохотно согласилась на условия мистера Джонса, поэтому все эти годы мистер Джонс добровольно работал на М, и это одна из причин, по которой М пообещала не причинять вам вреда». «Откуда Говард Джеффри это знал?» «Потому что Говард Джеффри встретил М, и вот что М лично сказал Говарду Джеффри… Представьте, вы «предали» мистера Джонса, но после того, как вы его «предали», мистер Джонс все равно не хотел, чтобы вам причинили вред. Разве этой любви недостаточно?» «Он лично сказал, что ему никогда не было до меня дела, он сказал, что был со мной только для того, чтобы использовать меня против Говарда Джеффри…» «Сестра, ты действительно веришь ответу мистера Джонса?» Кристин Куинн потеряла дар речи и задыхалась от волнения. Она не могла поверить своим глазам, но реальность заставила ее это сделать. «Вы должны знать, что мистер Джонс и Говард Джеффри могут казаться врагами, но между ними всегда существовала глубокая братская связь. Даже если бы мистер Джонс нанял вас позже в компанию Говарда Джеффри, чтобы помочь ему выявить слабые места Говарда Джеффри, мистер Джонс никогда бы по-настоящему не причинил вреда Говарду Джеффри… Отправка вас к Говарду Джеффри была договоренностью М. Он не ослушался М и не отпустил вас, потому что в тот момент ему нужно было защитить себя, а также потому, что он знал, что вы будете в полной безопасности рядом с Говардом Джеффри». ---------- Глава 773-400: Дополнительно: Чем глубже любовь, тем суровее обвинение (2) «Это невозможно, невозможно…» Кристин Куинн продолжала качать головой. «Он меня так ненавидит…» «Он действительно ненавидит тебя, но не может перестать любить… Ты должна знать, мистер Джонс всегда знал, что ты дочь Александра Квентина. Однако он никогда не мстил тебе так, как Говард Джеффри мстил мне в прошлом. Обе они дочери Александра Квентина, обе хранят в своих сердцах непримиримую ненависть к смерти отца, но мистер Джонс первым отпустил её… Это показывает, что, когда он был с тобой, он любил тебя достаточно сильно, чтобы отказаться от ненависти, чего Говарду Джеффри потребовалось восемь лет, чтобы достичь. Мистер Джонс сделал это без колебаний, что показывает, насколько сильно он заботился о тебе тогда… Чем глубже любовь, тем сильнее упрек. Именно потому, что он когда-то любил тебя всей душой, он никогда не мог смириться с тем, что ты предала чувства между вами…» Слова Ребекки Квентин заставили Кристин Куинн непрерывно плакать, и, наконец, она долго стояла там. Завершив разговор с Ребеккой Квентин, Кристин Куинн вернулась в свою комнату, растерянная и сломленная. Волны боли захлестывали ее сердце, но в этот момент она, казалось, не чувствовала ее, держась за грудь, ошеломленно сидя на краю кровати и глядя на Мари, которая крепко спала. Даже во сне глаза ребенка были мокрыми от слез… Сейчас, вспоминая прошлое, я вспоминаю, как однажды в Нью-Йорке Эндрю упомянул, что видел Мари, плачущую в одиночестве в комнате. Тогда она не обратила на это внимания, но теперь до нее дошло. Когда она спросила Мари, почему та плачет, та ответила, что ей приснился кошмар, что ее родители расстались. На самом деле, Мари озвучила свой самый глубокий страх… Просто тогда она этого не осознавала. Глупое дитя… Сердце Кристин Куинн бесконечно болело, и она не могла удержаться, чтобы не наклониться и не поцеловать свою дочь. Сегодня, несмотря на все произошедшее, было хотя бы одно утешительное обстоятельство: здоровье Мари улучшилось, и даже если она уедет, ей не о чем будет беспокоиться. Сделав глубокий вдох, чтобы постепенно облегчить боль в сердце, она встала и вернулась в свою комнату. В укромном месте на прикроватной тумбочке она достала лекарство и проглотила его до последней капли. Горечь лекарства застряла у нее в горле, вызывая тошноту, но она все же заставила себя проглотить его. Приняв лекарство, она немного успокоилась и вышла из комнаты. В коридоре она столкнулась со слугой и спросила, где Скайлер Джонс. Узнав, что он в кабинете, она решила его найти, но, немного поколебавшись, в итоге пошла в детскую комнату. Лежа рядом с Мари и наблюдая за ее беспокойным спящим телом, она почувствовала, как сердце сжалось в комок. "Мама…" В какой-то момент Мари проснулась и посмотрела на Кристин Куинн затуманенными глазами. Кристин Куинн протянула руку и обняла Мари: «Мм, мама здесь». Мари крепко держала маму за руку, утешая: «Не волнуйся обо мне…» Кристин Куинн крепко держала маленькую ручку дочери и кивнула: «Мама не волнуется за Мари. Мама знает, что Мари очень сильная». «Мамочка, прости, Мари не должна была давить на тебя, чтобы ты была с папой. Если бы не Мари, вы с папой не были бы несчастны каждый день…» "Глупышка, это же мама и папа виноваты, как мы можем позволить Мари извиниться перед мамой и папой?" Мари прижалась к Кристин Куинн, крепко обнимая ее: «Завтра вы с папой расстанетесь, правда?» «Ты разве не помнишь, что папе нужно вернуться в Нью-Йорк, чтобы заняться проектом?» «Я не имела в виду, что папа уходит на работу». Кристин Куинн покачала головой: «Мама не знает…» По правде говоря, то, что Ребекка сказала ей по телефону, в этот момент повергло ее в полное смятение… На следующий день. Когда Кристин Куинн проснулась рано утром, Мари уже не было… Вздрогнув, Кристин Куинн поспешно умылась и выбежала из комнаты. Она почувствовала облегчение, увидев лишь Мари, завтракающую в столовой на первом этаже. Она села рядом с Мари и тихо спросила: «Дорогая дочка, почему ты так рано встала?» Мари, с бутербродом во рту, пробормотала: «Мамочка, ты забыла? Мне сегодня нужно в школу…» "Ах да, мама такая глупая…" Прошлой ночью произошло столько всего, что она даже забыла про школу Мари. «Мамочка, я закончила есть, мне пора в школу…» — сказала Мари, вставая из-за стола, накидывая на плечо рюкзак, Кристин Куинн. Кристин Куинн быстро встала, поправила лямки рюкзака Мари: «Хорошей девочкой, мама приготовит тебе твои любимые блюда на обед». «Мм, спасибо, мамочка». Мари поцеловала Кристин Куинн в щеку. Кристин Куинн слегка улыбнулась, готовясь проводить Мари из виллы, как раз в тот момент, когда Скайлер Джонс вошла в столовую. Увидев отца, Мари ласково крикнула: «Папа!» Скайлер Джонс, судя по всему, поспешно спустился со второго этажа, выглядел немного неопрятно, а на подбородке виднелась легкая щетина. «Хорошая девочка». Мари подошла к Скайлеру Джонсу и обняла его: «Мне пора в школу…» "Мм." «Папа, ты сегодня возвращаешься в Нью-Йорк?» Скайлер Джонс присела на корточки, обхватив стройные плечи Мари, и сказала: «Папа не вернется». Мари слегка нахмурилась: «Но у тебя есть работа. Мама вчера сказала мне, что с твоим проектом возникли проблемы». Скайлер Джонс потрепала выбившуюся прядь волос на лбу Мари и с любовью сказала: «Нет проекта важнее моей дочери». Мари, понимая ситуацию, ответила: «Папа, тебе не нужно беспокоиться о Мари. Дома обо мне заботится мама». Скайлер Джонс по-прежнему качал головой: «Нет, папа останется и составит тебе компанию». «Папа, тебе нужно поехать в Нью-Йорк; вчера у тебя постоянно звонил телефон, кажется, с твоим проектом большие проблемы…» Скайлер Джонс пристально посмотрел на свою дочь: «Неважно». «Но теперь, когда вы с мамой вместе, становится неловко». Мари, словно маленькая взрослая, прекрасно понимала заботы взрослых. В этот момент Скайлер Джонс и Кристин Куинн не знали, что сказать. Мари ярко улыбнулась родителям: «Папа, мама, хотя я не совсем понимаю, что такое привязанность, в телешоу всегда говорят, что любовь не должна быть навязана… Я всегда завидовала тем, у кого есть мамы и папы, поэтому эгоистично хотела, чтобы вы были вместе, даже если вы не любите друг друга. Но теперь Мари понимает. Вместо того чтобы заставлять вас быть вместе и быть несчастными, я бы предпочла, чтобы вы были порознь… Я хочу видеть ваши лица, полные улыбок». ---------- Главы 774–401: Дополнительная история: У них когда-то было двое детей Скайлер Джонс вмешалась: «Мари, взрослые люди справятся со взрослыми делами. Не нужно слишком много об этом думать…» «Папа, тебе следует вернуться в Нью-Йорк… За это время, пока вы будете порознь, вам обоим следует спокойно подумать… Если по возвращении через два месяца вы все еще будете чувствовать необходимость развестись, тогда вперед!» Кристин Куинн с трудом произнесла: «Мари…» Мари улыбнулась матери: «Мамочка, я хочу, чтобы ты мне кое-что пообещала…» "Что это такое?" «Даже если вы разведетесь, ни один из вас не сможет получить единоличную опеку надо мной. Я хочу сама выбирать, с кем мне жить в любое время… Даже если вы расстанетесь, я не хочу расставаться ни с одним из вас». "Хорошо." Кристин Куинн и Скайлер Джонс единогласно согласились. Скайлер Джонс вернулась в Нью-Йорк в тот же день. Кристин Куинн сидела дома одна, размышляя о том, что ей сказала Ребекка Квентин, понимая, что даже если бы она смогла подтвердить слова сестры, это все равно ничего бы не изменило. Однако она все еще хотела разобраться в этом вопросе… Правда ли то, что сказала Бекка о том, что он ее защищает? Хотя между ней и Скайлером Джонсом больше не было никакой связи, и у неё больше не было никаких иллюзий относительно него, если бы она смогла прояснить этот вопрос, это, по крайней мере, означало бы, что её жизнь не была потрачена впустую… По крайней мере, когда-то она встретила мужчину, который глубоко любил её, и которого она тоже глубоко любила… В какой-то момент она была счастлива. Перед лицом неминуемой смерти она, по крайней мере, могла вспомнить прошлое… Даже если мужчина, который её глубоко любил, остался лишь воспоминанием. "Кристин, я звонил тебе последние несколько дней, но ты не отвечала… Ты представляешь, как я за тебя волнуюсь?" Выйдя из машины, Джонатан Гибсон бросился к Кристин Куинн, стоявшей у обочины дороги с обеспокоенным видом. Кристин Куинн спокойно ответила: «Со мной все в порядке, я принимаю лекарства вовремя, вам не о чем беспокоиться». «Как я могу не беспокоиться о тебе? Что бы ни случилось, я не смогу убедить тебя поехать в Англию на лечение… Ты должен понять, что ни при каких обстоятельствах нельзя сдаваться…» — искренне пытался убедить Джонатан Гибсон. «Джонатан, ты должен знать, насколько ценно для меня сейчас время; я не хочу тратить оставшееся время на что-то бесполезное…» «Это не бесполезно… Кристин, хочешь ты ехать или нет, я должен отвезти тебя в Англию. Я не упущу ни единого шанса тебя вылечить!» Кристин Куинн посмотрела на Джонатана Гибсона с чувством вины и благодарности: «Спасибо тебе за помощь, несмотря на то, что мы не виделись больше десяти лет, и спасибо за то, что ты сохранил мой секрет. Встреча с тобой снова заставляет меня чувствовать себя по-настоящему счастливой, но если я оставлю Мари на лечение, и результатом все равно станет моя смерть, я буду жалеть, что не провела время с Мари перед смертью… Я могу лишь пообещать тебе одно: если я буду жива через два месяца, то поеду с тобой в Англию». «Таким образом, вы пропустите самое подходящее время для лечения!» «Джонатан, ты забываешь, что на самом деле нет „лучшего“ времени для лечения…» «Неужели нет никакого способа вас убедить?» Кристин Куинн кивнула: «Вы должны знать, что если я что-то решила, то изменить это очень сложно». Джонатан Гибсон тяжело вздохнул: «Твой характер остался прежним, таким же упрямым и своенравным». Кристин Куинн слегка улыбнулась: «Это, должно быть, от моего отца, потому что у моей сестры такой же характер». «В такое время у вас еще есть время пошутить?» Кристин Куинн с улыбкой подошла к машине Джонатана Гибсона: «Жизнь и так достаточно печальна, неужели оставшиеся дни стоит провести с унылым лицом?» Джонатан Гибсон быстро открыл дверцу машины для Кристин Куинн: «Куда ты хочешь, чтобы я тебя отвез?» «Аэропорт». Джонатан Гибсон был поражен: «Аэропорт?» Кристин Куинн кивнула: «Мне нужно съездить в Т-Сити, надеюсь вернуться до пяти часов сегодня днем». Усевшись за руль, Джонатан Гибсон пристегнул ремень безопасности Кристин Куинн и спросил: «Зачем ты едешь в Ти-Сити?» Кристин Куинн тихо ответила: «Мне нужно к врачу». "Этот человек находится в городе Т?" «Да, она в тюрьме». Т-Сити, тюрьма. Вивиан Линдси была очень удивлена, увидев Кристин Куинн: «Когда сказали, что кто-то приехал в гости, я не могла представить, кто это может быть, и оказалось, что это вы». «Мне нужно кое-что у вас спросить». Вивиан Линдси откинулась на спинку стула, выглядя намного старше и изможденнее, но с непринужденным видом: «Продолжайте!» «Разве ты не причинила мне вреда тогда, потому что тебе угрожала Скайлер Джонс?» У нее оставалось мало времени, поэтому она не хотела тратить его на пустые разговоры. ---------- Глава 775-401: Дополнительно: У них когда-то было двое детей (2) Вивиан Линдси усмехнулась: «Похоже, вы со Скайлер Джонс так и не добились никакого прогресса… По крайней мере, есть кто-то, кому не повезло, как мне!» Кристин Куинн холодно произнесла: «Ответь мне!!» Вивиан продолжала улыбаться: «Мисс Куинн, у вас, похоже, не очень хороший характер. Вы проделали такой долгий путь, чтобы спросить меня, и все же говорите со мной таким тоном?» Несмотря на свою неприязнь к Вивиан, Кристине пришлось заставить себя успокоиться, и она мягко сказала: «Пожалуйста, расскажи мне». Вивиан кивнула: «Я могу вам сказать, но у меня есть требование». Кристин нахмурила брови. Вивиан быстро развеяла опасения Кристин: «Будь уверена, я прошу тебя лишь ответить на один мой вопрос». После недолгого колебания Кристин кивнула: «Хорошо… Скажи мне быстро, Скайлер Джонс тогда тебе угрожал?» Вивиан наконец ответила: «Верно, если бы Скайлер Джонс тогда мне не угрожал, твоя судьба была бы такой же, как у твоей матери». «Он действительно запретил тебе причинять мне вред?» Кристина, казалось, не могла поверить этому ответу. «Похоже, Скайлер Джонс защищала тебя, но ты об этом никогда не знала». В этот момент взгляд Кристины застыл от шока. Значит… это правда, он обманул ее, он солгал ей… Он любил ее, он действительно любил ее. «Кристин Куинн, теперь твоя очередь ответить на мой вопрос!» Кристин постепенно пришла в себя и посмотрела на Вивиан: «Давай…» "Бекка, Честер… как они?" «Я что-то неправильно понял? Бессердечная женщина, способная причинить вред собственной дочери и приемному сыну, теперь заботится о них?» Лицо Вивиан внезапно побледнело, но она не показала слабости. Вместо этого она выдавила из себя улыбку и сказала: «Можете считать это моей заботой о них, но я бы предпочла сказать, что если вы сообщите мне плохие новости, я буду еще „радее“». Кристин усмехнулась: «Боюсь, вы будете очень недовольны… Сейчас у Бекки все отлично, они с Говардом так любят друг друга, и скоро ждут второго ребенка. Их жизнь прекрасна… Что касается Честера, хотя он еще не проснулся, врачи говорят, что есть большая вероятность, что он очнется, и никто не сдается. Кроме того, вы, наверное, еще не знаете, но Элис родила ему двойняшек, и теперь ждет, когда он проснется, чтобы назвать его «папочкой»…» "Правда?.." "Удивительно, правда, М? Ты сегодня это переживаешь? Пока ты терпишь несчастья, все остальные живут счастливо… Должно быть, ужасно гнить в тюрьме, не так ли?" Вивиан молчала, ее взгляд был слегка затуманен, она была погружена в свои мысли. Кристин встала и вышла из комнаты для свиданий, испытывая отвращение к Вивиан. Когда Кристин вышла из тюрьмы, Джонатан Гибсон уже подъехал на машине к ней. Как только Кристин села в машину, она, казалось, погрузилась в глубокие размышления. Джонатан с любопытством спросил: «Кто эта женщина? Зачем ты к ней пошел?» «Кто она такая, неважно, важно то, что сегодня я наконец-то получил ответ». «Какой ответ?» «Ответ, после которого я чувствую, что могу умереть сейчас без сожаления». «Это как-то связано со Скайлером Джонсом?» — деликатно спросил Джонатан. Кристин кивнула. Джонатан стиснул зубы от досады: «Конечно, даже сейчас ты думаешь только о нем». «Я его помню…» «Я не знаю, что тебе сказать… Такой бессердечный человек, не понимаю, почему ты до сих пор не можешь забыть о нем?» Джонатан так разозлился, что его лицо побледнело. Кристин тихонько усмехнулась: «Ты меня неправильно поняла, я лишь цепляюсь за то, каким он был раньше». Теперь же она уже от него отчаялась. Джонатан тяжело вздохнул: «Твоя жизнь полностью разрушена из-за него». Прошло в мгновение ока два месяца. Когда Кристин выписали из больницы, уже стемнело… Она стояла у обочины дороги, пытаясь поймать такси. После долгой безуспешной попытки из-за часа пик, она наконец села на ближайшую скамейку, когда больше не могла стоять, решив подождать, пока толпа поредет, прежде чем попробовать снова. Она потерла ноющую грудь, затем посмотрела на уличные фонари, освещающие дорогу. Круги теплого желтого света украшали ночное небо города, мгновенно согревая холодный осенний город. Сердце у нее уже не так сильно болело, и от скуки она достала телефон, намереваясь поболтать с сестрой. "Привет…" На ее слегка бледном лице появилась легкая улыбка: «Бекка». "Сестра…" "Как там малыш двигается?" "Такой озорник, постоянно бьет и пинает меня в живот, из-за чего я плохо сплю по ночам…" «Вы уже знаете, мальчик это или девочка?» «Пока нет, Говард сказал, что завтра поедет со мной в больницу на обследование, тогда и узнаем пол… Я очень жду этого, но и немного нервничаю, боюсь, что это будет еще один маленький проказник…» «Даже если это маленький проказник, это не проблема, в конце концов, ни мама, ни Говард не будут против, если их станет больше…» «Я этого не хочу, я беременна, чтобы родить еще одну милую девочку…» Кристин рассмеялась: «Не волнуйся, у меня такое чувство, что это будет девочка». «Я тоже на это надеюсь… Знаешь, Говард волнуется о поле ребенка больше, чем я!» "Мм." Кристин продолжала терпеливо слушать трогательные истории Бекки о ней и Говарде, испытывая ежеминутную благодарность за то, что Бекка наконец-то обрела такое счастье. "Сестра…" "Мм?" «Почему ты ничего не говоришь?» «Я вас слушаю!» «Простите, я вас раздражаю?» «Глупышка, мне так нравится слушать, как ты рассказываешь о себе и Говарде». «Мне кажется, во время наших последних разговоров вы были чем-то озабочены». "Это всего лишь ваше воображение…" «Кстати, сестрёнка, я слышала, что мистер Джонс сейчас возвращается в деревню». С тех пор как Кристин и Мари съехали из особняка Джонсов, Скайлер Джонс тоже там не жила, поэтому Бекке приходилось полагаться на Говарда в вопросах, касающихся Скайлер Джонс. ---------- Глава 776 - 402: Дополнительная история: Сэр попросил меня спросить, когда вы вернетесь (1) «Да, он звонил Мари, это было в последние пару дней». «Вы слышали?» — внезапно спросила Ребекка Квентин. "Что?" «В ходе реализации проекта TSOL, над которым работал мистер Джонс, возникла огромная проблема, но поскольку мистер Джонс находился в городе Y, отмечая день рождения Мари, он не мог срочно вернуться в Нью-Йорк, чтобы встретиться с человеком, который мог бы решить проблему. Этот человек пришел в ярость и решил не помогать мистеру Джонсу… Изначально проект собирались затормозить, но позже Чарльз Дуглас, президент Nonta Group, вмешался и помог мистеру Джонсу связаться с этим человеком, поэтому проект продолжился без проблем…» «Чарльз Дуглас? Отец Дженнифер Дуглас?» "Да…" На обратном пути в такси Кристин Куинн, прислонившись лбом к голове, молча смотрела в окно. Слова Ребекки Квентин снова эхом отозвались в ее голове. Сейчас многие СМИ сообщают, что ваши отношения с мистером Джонсом распались и вы находитесь в процессе развода. Они также говорят, что мистер Джонс очень хочет развестись, чтобы жениться на наследнице Nonta Group, Дженнифер Дуглас… Сестра, разве ты не готова к откровенному разговору с мистером Джонсом? Ты когда-нибудь задумывалась, может быть, вы двое ждете не просто извинений друг от друга после всех этих лет, а искренне надеетесь на то, что каждый из вас скажет: «Будьте вместе»? Как только Кристин Куинн вернулась домой, слуга поспешно подбежал и радостно объявил: «Мадам, мистер Джонс вернулся». Кристин Куинн была ошеломлена, и вдруг откуда ни возьмись подбежала Мари и обняла Кристин Куинн: «Мамочка…» Сила, с которой Мари толкнула Кристин Куинн в объятия, заставила Кристин Куинн сделать тяжелый шаг назад, едва не упав. Вздрогнув, Мари тут же поддержала Кристин Куинн: «Мамочка…» Кристин Куинн с трудом удерживала ослабевшее тело в вертикальном положении, прежде чем произнести: «С мамой все в порядке». «Но ты…» Кристин Куинн сделала вид, что отчитывает его: «Кто тебе сказал так врезаться в маму!» «О, в следующий раз я буду осторожнее». «Хорошая девочка». «Кстати, мама, папа вернулся!» Кристин Куинн кивнула: «Знаю, мне сказал слуга». «Мама, папа сейчас в кабинете, разговаривает по телефону, ты пойдешь с папой?» О чём говорить? Между ним и ней осталось обсудить только вопрос развода. Кристин Куинн глубоко вздохнула: «Да, мама немного поговорит с твоим папой». «Мамочка…» — Мари посмотрела на мать своими невинными и наивными большими глазами и серьезно сказала: «Мари повзрослела. Какие бы решения ни принимали мама и папа, Мари будет уважать вас обоих». «Мари, маме очень повезло, что она воспитала тебя такой понимающей». Мари прислонила голову к груди Кристин Куинн, выражая смешанную с тоской грусть: «Было бы здорово, если бы папа и мама не расставались». Кристин Куинн поднялась на второй этаж. Дверь кабинета была открыта, и Скайлер Джонс стоял у окна от пола до потолка, как и сказала Мари, разговаривая по телефону. Сегодня на нем был хорошо сшитый костюм цвета железной скорлупы, его спина была такой красивой и прямой, величественной, как у божества. Возможно, почувствовав взгляд сзади, он закончил разговор и повернулся. Кристин Куинн выступила с инициативой: «Вы вернулись». "Да." «Процесс реализации проекта TSOL идёт гладко?» «В настоящее время мы завершаем последние приготовления; работы будут закончены через два месяца». Кристин Куинн кивнула: «Поздравляю, «Оверский» выходит на новый уровень». Скайлер Джонс сказала: «Вы плохо выглядите». Как она могла хорошо выглядеть… Ее тело было настолько слабым, что даже стоять было трудно; если бы не лекарства, она бы уже лежала на больничной койке. "Хех… Плохо спал прошлой ночью." Скайлер Джонс слегка кивнула, ничего больше не сказала и начала уходить. Кристин Куинн окликнула его как раз в тот момент, когда он собирался выйти из кабинета: «Не могли бы вы уделить ему минутку?» Скайлер Джонс остановился у двери. Кристин Куинн подошла сзади к Скайлер Джонс и медленно произнесла: «Спасибо». Скайлер Джонс повернулся спиной к Кристин Куинн и холодно спросил: «За что ты меня благодаришь?» «Спасибо тебе за то, что, даже когда ты меня ненавидел, ты не позволил М причинить мне вред». Слова Кристин Куинн заставили Скайлер Джонс слегка напрячься: «Ты слишком много об этом думаешь, я тебя не ненавижу и никому не мешала причинить тебе вред». «Да, это так!!» — твердо заявила Кристин Куинн. — «Я ездила в T City к Вивиан Линдси, и она лично мне это подтвердила». «Вы ошибаетесь». Увидев, что Скайлер Джонс начал двигаться, Кристин Куинн поспешила его перехватить, преградив ему путь рукой: «Оверски…» ---------- Глава 777-402: Дополнительная история: Сэр попросил меня спросить, когда вы вернетесь? 1_2 Скайлер Джонс холодно посмотрела на нее: «Я не позволяла тебе так меня называть». «Извините, я не знаю, как к вам обратиться, но можете не обращать на это внимания, я не хотел сказать ничего плохого…» «Что вы хотите сказать?» Кристин Куинн сморщила нос, подавляя недовольство, и извиняющимся тоном сказала: «Я просто хочу в последний раз сказать: „Извините“…» Скайлер Джонс нахмурилась от отвращения: «Ты сейчас испытываешь чувство гордости?» Он сказал, что никогда не заботился о ней, но уже из этого было ясно, что он лгал ей в прошлом. А ее вопросы теперь больше походили на вызов его достоинству. «Я не это имел в виду…» — Тогда что ты имеешь в виду? — Он пристально посмотрел на неё. "Я…" Прежде чем Кристин Куинн успела что-либо сказать, Скайлер Джонс презрительно выпалила: «Вы должны знать, что я больше не та Скайлер Джонс, что была раньше». Думала ли она, что ей нужно поговорить о воссоединении? Кристин Куинн с трудом сдержала рыдания и тихо сказала: «Я не это имела в виду… Я просто хотела сказать тебе, что независимо от наших нынешних отношений, время, проведенное вместе, было самыми счастливыми днями моей жизни». «У меня нет времени слушать ваши рассуждения о таких несущественных вещах». Обойдя Кристин Куинн, Скайлер Джонс двинулся вперед самостоятельно. Кристин Куинн крикнула в сторону спины Скайлер Джонс: «У нас когда-то было двое детей, ты знала?» Слова Кристин Куинн снова заставили Скайлера Джонса замереть на месте, его тело резко вздрогнуло, он нахмурил брови, повернулся, его темные глаза пристально смотрели на нее. Кристин Куинн медленно произнесла: «За год, что мы были вместе, я дважды была беременна. В то время, из-за моего плохого здоровья, врач предупреждал меня, чтобы я не беременела, но я все равно хотела сохранить детей. В итоге обе беременности закончились смертью детей в утробе матери… Я не сказала тебе тогда, во-первых, потому что боялась, что ты узнаешь о моей болезни, а во-вторых, потому что не хотела тебя тогда подвести». Темные глаза Скайлера Джонса сверкали пронзительным, глубоким взглядом, его взгляд был неотрывно прикован к слегка бледному, красивому лицу Кристин Куинн, внезапно выражая недоумение. В его сознании пронеслись давно забытые воспоминания… Врач сказал: «Мистер Джонс… Я нашел медицинские записи. Да, мисс Куинн действительно обращалась в больницу для проведения двух операций по прерыванию беременности». Он спросил: «Она пришла одна?» Врач ответил: «Да, она пришла одна». Он выругался: «Черт возьми, Кристин Куинн, я хочу разорвать тебя на куски!!» Это произошло на следующий день после того, как она "предала" его, когда он случайно нашел медицинскую карту в квартире, где они раньше жили вместе. Увидев записи об абортах, упомянутые в деле, он пришел в ярость и побежал в эту больницу, в конечном итоге доказав, что она действительно тайно перенесла две операции по прерыванию беременности в этой больнице. Кто бы мог подумать, что, когда он пытался понять ее «предательство», он вдруг испытал такой сильный удар, его сердце было совершенно разбито… Именно поэтому он все эти годы не мог по-настоящему отпустить ситуацию. Оказалось, она не просто "предала" его; ей было совершенно наплевать на их детей… После стольких дней взаимных обвинений и ненависти, внезапно осознав, что все это было недоразумением, он недоверчиво спросил: «Вы только что сказали, что дети пропали, потому что вы не смогли их содержать?» Кристин Куинн кивнула: «Ты должна помнить, что я брала у тебя двухнедельный отпуск… Это было не из-за выкидыша, а потому что детей нельзя было оставить у себя, и мне пришлось лечь в больницу на операцию по прерыванию беременности…» Тело Скайлер Джонс внезапно приблизилось, он посмотрел на нее сверху вниз, в глазах мелькнула боль, словно подавляя эмоции в сердце, его голос, смешанный со скрипом зубов, произнес: «Почему ты не сказала мне раньше?» «Потому что раньше вы никогда не хотели меня слушать». Удар пришелся сильно по боку тела Кристин Куинн. Кристин Куинн вздрогнула от испуга, ее тело зашаталось. Скайлер Джонс несколько секунд сверлил Кристин Куинн взглядом, затем медленно разжал сжатый кулак, его лицо помрачнело, он холодно повернулся и ушел. После ухода Скайлер Джонс Кристин Куинн, обессилев, рухнула на ближайший диван, схватившись за грудь и тяжело дыша. Наконец, когда ее дыхание постепенно выровнялось, она позволила себе немного отдохнуть на диване. Изначально она не планировала рассказывать ему об этом, но когда узнала от М., что он когда-то заботился о ней, единственное, о чём она подумала, было рассказать ему… Если бы не любовь к нему, она бы не рисковала жизнью ради беременности. Она хотела, чтобы он знал, что, когда он любит её, она тоже ценит его как свою жизнь. … Скайлер Джонс дошёл до комнаты, распахнул дверь, подошёл к самому дальнему шкафу с алкоголем и налил себе бокал вина. Сидя на диване и держа в руках крепкий янтарный напиток, Скайлер Джонс, охваченный гневом, резко выпил его залпом. Острый и горький вкус напитка вызвал у него ощущение, будто горло обжигает… Внезапно он с силой разбил стакан об пол, резко ослабил галстук на шее и раздраженно выругался. «Даже сейчас, Кристин Куинн, ты думаешь, меня это всё ещё волнует?» За ужином, казалось, все успокоилось. Как будто разговора в кабинете и не было, на лицах Кристин Куинн и Скайлер Джонс не было ни малейшего признака эмоций. «Папа, я набрал сто баллов на этом экзамене». Возможно, почувствовав отчужденную и напряженную атмосферу в отношениях с родителями, Мари сама нарушила молчание. Скайлер Джонс мягко сказал своей дочери: «Это удивительно, Мари, папа никогда не получал сто очков, когда был маленьким». «Папа такой глупый, мама сказала, что получала сто баллов каждый раз, когда училась». Кристин Куинн неловко ела. Она признала, что у нее были хорошие оценки во время учебы, но ее слова о том, что он никогда не получал сто баллов, возможно, являются просто попыткой поддразнить ребенка… Миссис Джеффри давно слышала от него, что он с детства предъявлял к себе высокие требования, настаивая на первом месте по всем предметам и никогда не соглашаясь на второе, поэтому его целеустремленность была очевидна с юных лет. ---------- Глава 778-403: Дополнительно: Сэр попросил меня спросить вас, когда вы вернетесь? 2 Скайлер Джонс лишь улыбнулась, почти ничего не сказав. В этот момент у Кристин Куинн зазвонил телефон. «Извините, мне нужно ответить на этот звонок». Немного смутившись из-за того, что нарушила атмосферу ужина, Кристин взяла телефон и вышла в коридор виллы. В трубку раздался слегка встревоженный голос Джонатана Гибсона: «Кристин, почему тебя до сих пор нет?» Кристин стояла перед окном от пола до потолка в коридоре, ее потускневшие глаза смотрели на сад за окном, а бледные губы слегка приоткрылись: «Скайлер Джонс вернулась». "Что? Разве ты не говорил, что он вернется через несколько дней?" «По-видимому, я не смог точно оценить его расписание». "Всё в порядке… Я сейчас приеду за тобой." «Не нужно, Джонатан…» Джонатан на мгновение замолчал на другом конце провода, а затем спросил: «Увидев его, вы изменили свое мнение?» Кристин быстро объяснила: «Нет, я поеду в аэропорт в оговоренное время, встречайте меня там в девять часов». "Почему бы тебе не позволить мне тебя забрать? Ты боишься, что он увидит нас вместе?" «Я просто не хочу усложнять ситуацию». «Я думаю, если я тебя заберу, поездка со мной пройдёт гораздо спокойнее, и никаких сложностей не возникнет… Ты колеблешься только потому, что не отпускаешь Скайлер Джонс». «Я не делал этого». «В противном случае, позвольте мне вас встретить… Мне будет не по себе, если вы поедете в аэропорт одна». После нескольких секунд спокойного раздумья Кристин наконец кивнула: «Хорошо, забери меня в восемь часов». "Хорошо." «Кстати, вы завершили бракоразводный процесс?» Джонатан ответил: «Я уже попросил адвоката составить соглашение о разводе. Позже я принесу его вам, вам нужно только подписать его и оставить ему для подписи». Кристин кивнула: «Хорошо, спасибо». «Не забудьте взять с собой лекарства, когда будете собирать вещи, но багаж оставьте дома». "Я знаю." «Я заберу тебя в восемь…» "Хорошо." Закончив разговор, Кристин глубоко вздохнула и вернулась в столовую. Как только Кристин села за обеденный стол, Мари с любопытством спросила: «Мама, это дядя Гибсон тебя звал?» Кристин взглянула на Мари, ее взгляд невольно скользнул по неизменному лицу Скайлер Джонс, и она слегка кивнула. «Мама, дядя Гибсон такой добрый. В прошлый раз, когда он приезжал к нам, он купил мне много подарков». Скайлер Джонс подняла бровь и недовольным тоном сказала: «С каких это пор мы позволяем посторонним приходить и уходить из нашего дома, когда им вздумается?» "А?" — Мари была ошеломлена. «Он просто зашёл ко мне и ушёл, выпив чаю», — объяснила Кристин. «В будущем, без моего разрешения, лучше не приводить в дом посторонних людей, не имеющих к нам никакого отношения!» — холодно сказала Скайлер Джонс и вышла из комнаты. Мари наконец пришла в себя и спросила: «Мама, что с папой? Почему он злится?» Кристин покачала головой: «Кто знает!» После ужина было уже больше шести вечера. До того, как она покинет Скайлер Джонс и Мари, оставалось меньше двух часов… Она не ожидала его возвращения сегодня, думала, что больше его не увидит… Письмо, которое она написала для Мари, было готово, но она не собиралась ничего ему оставлять… Она прекрасно понимала, что он не захочет, чтобы она что-либо ему оставляла. Бекка сказала, что отец Дженнифер Дуглас помогал ему с проектом TSOL, поэтому, должно быть, они с Дженнифер Дуглас хорошо поладили и уже заслужили одобрение его будущего тестя… Хотя у неё сложилось не самое лучшее впечатление о Дженнифер Дуглас, из согласия Дженнифер больше не доставлять ей хлопот стало очевидно, что она человек, который держит обещания, а человек, который держит обещания, вряд ли будет обладать плохим характером. Если Дженнифер Дуглас действительно его предназначенная судьба, она искренне надеялась на счастливое будущее вместе. Кристин положила фотографию в карман и пошла в комнату. Кристина попыталась постучать в дверь, но случайно обнаружила, что замок сломан. Внутри комнаты раздался холодный и безразличный голос Скайлера Джонса: «Входите». Кристин вошла и увидела Скайлер Джонс, стоящую в растерянности перед шкафом. Кристин спросила: «У тебя возникли трудности?» Скайлер Джонс, уперев руки в бока, с раздражением сказал: «Завтра вечером в городе Y состоится важное деловое мероприятие, и я не знаю, что надеть». Кристин подошла к нему, взглянула на большой шкаф и тут же выбрала полный комплект, включающий костюм, рубашку и галстук… ---------- Глава 779-403: Дополнительно: Сэр попросил меня спросить, когда вы вернетесь? 2_2 «Думаю, завтра ты будешь в этом отлично выглядеть». Он обладает природной харизмой и отлично выглядит в любой одежде; единственное, что имеет значение, — это соответствие наряда случаю, на который он идет. Скайлер Джонс почти ничего не говорила. В глубине души он всегда доверял её суждениям и вдруг почувствовал удовлетворение от того, что она рядом. «Что-то не так?» Он спросил её, выходя из шкафа. «Раз уж ты вернулся, думаю, мне нужно тебе сообщить...» "Что?" Он обернулся, слегка нахмурив брови, словно предчувствуя, что то, что она собиралась сказать дальше, ему не понравится. Кристин Куинн глубоко вздохнула и сказала: «Я говорила вам больше двух месяцев назад, что мне нужно на некоторое время уехать за границу…» Скайлер Джонс равнодушно ответила «хм». «Я купил билеты». Скайлер Джонс внезапно поднял голову, его хмурое выражение лица стало еще более мрачным. "Когда?" "Сегодня вечером." В потускневших глазах Скайлер Джонс читалось явное потрясение: "Сегодня вечером?" Кристин Куинн кивнула. «Как долго вас не будет?» Как долго? Если не произойдёт чуда, это должно длиться вечно... «Я не знаю», — ответила она довольно расплывчато. «Мари знает?» «Я ей еще не сказала. Я планировала, но после твоего возвращения решила этого не делать, чтобы она не поняла меня неправильно и не подумала, что я ухожу, чтобы тебя избегать». «Почему это произошло так внезапно?» «Это не внезапно, я же говорил вам об этом более двух месяцев назад». "С Джонатаном Гибсоном?" "Да." Черт возьми, она действительно уезжает с ним!! Скайлер Джонс молча сжал кулаки, но в конце концов не взорвался; он просто пристально смотрел на нее. Наконец, его обычная самоуверенность и высокомерие заставили его отвести взгляд, и он равнодушно сказал: «Если хочешь уйти, просто уходи... но хотя бы скажи, когда вернешься». «Вы хотите знать, когда я вернусь, потому что боитесь, что развод затянется слишком надолго?» "Да!!" Необъяснимый гнев охватил Скайлер Джонс, в глазах вспыхнул холодный свет. И действительно, он с нетерпением ждал возможности развестись с ней... Он действительно больше не испытывал к ней никакой привязанности. Она на самом деле не грустит... По сравнению с тем моментом, когда он сказал ей, что никогда не любил её, боль в её сердце сейчас — ничто по сравнению с тем, что было тогда... По крайней мере, в этот момент она могла утешить себя тем, что её жизнь не прошла даром, что когда-то рядом с ней был любимый человек, который любил её и который любил её. Она с трудом сглотнула и спокойно сказала: «Не волнуйтесь, я уже составила и подписала соглашение о разводе. Я отдам его вам позже, если захотите развестись, просто подпишите его в любое время». Скайлер Джонс нетерпеливо выпалила: «Что-нибудь ещё?» Кристин Куинн мягко покачала головой: «Больше нет». "Убирайся отсюда!!" — раздраженно обернулся Скайлер Джонс и отдал приказ о выселении. Кристин Куинн медленно обернулась и тихо вышла из его комнаты. Когда сзади послышался тихий звук закрывающейся двери, Скайлер Джонс лишь обернулась, но ее фигура уже исчезла в комнате. Джонатан Гибсон позвонил Кристин Куинн, когда она разговаривала с Мари в детской комнате. Мари совершенно не заметила, что Кристин Куинн собиралась уходить. Она, как обычно, прислонилась к Кристин Куинн и несколько минут болтала с матерью, прежде чем ее глаза заснули, и она погрузилась в глубокий сон. Кристин Куинн осторожно подвинулась, чтобы Мари могла лечь на кровать. Увидев невинное и мирно спящее личико дочери, слезы наконец неудержимо потекли по ее щекам. Она не могла этого вынести... Она не могла смириться с мыслью о том, чтобы оставить дочь. Но как она могла позволить дочери наблюдать, как та медленно угасает? Кристин Куинн осторожно села на край кровати, нежно погладила юное, прекрасное личико дочери и в глубине души извинилась перед ней... Она сожалела своей дочери, что не сможет наблюдать за её взрослением, как другие матери, или однажды собственноручно подготовить для неё приданое... Она никогда не была способной матерью, не могла создать нормальную семью и однажды водила ее скитаться с места на место, никогда не балуя ее чрезмерно... Дочь была настолько сильной, что, узнав о разводе родителей, благоразумно спряталась под одеяло и поплакала, не показывая дочери своего плача; она боялась, что мать будет винить себя... Самой большой гордостью в этой жизни для неё было то, что у неё был такой воспитанный и понимающий ребёнок, но, к сожалению, она больше не могла оставаться рядом с ним... Осторожно закрыв дверь детской комнаты, Кристин Куинн всхлипнула и спустилась вниз. У дверей виллы уже стояла припаркованная машина Джонатана Гибсона. Кристин Куинн направилась к машине, из нее вышел и Джонатан Гибсон. Увидев Кристин Куинн, Джонатан Гибсон слегка нахмурился: «Ты плакала?» "Нет!" «Да, у тебя красные глаза». Кристин Куинн замолчала. Джонатан Гибсон сердито воскликнул: «Человек, который не понимает любви, не ценит, не сопереживает, умеет только презирать, высмеивать и злонамеренно причинять тебе боль, что в нем такого, что тебя отталкивает?» Кристин Куинн тихо ответила: «Вы ошибаетесь… Я не испытываю к нему никаких неприязней». То, что она сказала, было правдой, она действительно не испытывала к нему никаких неприязней. Привязанность порождает неприязнь, а она к нему не испытывала никакой привязанности. Чувства, от которых она когда-то не могла избавиться, она отпустила, чувство вины и раскаяние перед ним она отплачивала изо всех сил всю свою жизнь... поэтому их отношения закончились здесь; ей не нужно было колебаться, потому что без нее он, безусловно, жил бы лучше. Если бы не встреча с ней, он, возможно, давно бы женился и завел детей, живя так же счастливо, как Говард Джеффри и Бекка; она отсрочила ему эту жизнь, а теперь... наконец-то возвращала ему его мирное существование. Джонатан Гибсон нежно обнял худощавые плечи Кристин Куинн: «Он не стоит того, чтобы ты так его любила». Кристин Куинн посмотрела в глаза Джонатану Гибсону и покачала головой: «Нет, он того стоит, но тот, кого я хотела любить… больше меня не любит». Джонатан Гибсон нежно обнял Кристин Куинн: «Почему я решил сдаться, когда увидел, что он отправил тебя обратно? Мне следовало настоять на том, чтобы остаться рядом с тобой…» «Не говори об этом...» ---------- Глава 780-404: Дополнительно: Клятва найти тебя 1 Джонатан Гибсон медленно отвел Кристин Куинн в сторону: «Ты представляешь, как сильно сейчас болит твое сердце?» Кристин Куинн мягко покачала головой: «Давай не будем об этом говорить, это все в прошлом… Дай мне документы о разводе, я передам их слуге». Джонатан Гибсон кивнул, затем достал из машины документы о разводе и передал их Кристин Куинн. Кристин Куинн взяла бумаги и повернулась, чтобы передать их слуге, который молча стоял позади нее и велел: «Отдайте это мистеру Джонсу». "Да." Кристин Куинн взглянула на виллу, в которой прожила больше года, и почувствовала, будто в ее сердце внезапно зияет пустота. Джонатан Гибсон открыл ей дверцу машины: «Поехали?» Кристин Куинн глубоко вздохнула, чтобы подавить горечь в сердце, затем наклонилась и села в машину. «Ты ведь не забыл лекарства, правда?» — обеспокоенно спросил Джонатан Гибсон, прежде чем закрыть дверь. "Нет." «Миссис, подождите». Когда Джонатан Гибсон завел двигатель, стоявший рядом слуга внезапно заговорил. Кристин Куинн посмотрела на слугу за окном машины и тихо спросила: «Что случилось?» Слуга сказал: «Мистер Джонс попросил меня узнать, когда вы сможете вернуться. Он говорит, что скоро будет очень занят и, возможно, у него не будет времени так тщательно позаботиться о госпоже, поэтому, если вы беспокоитесь, приходите пораньше». «Я так и сделаю, и, пожалуйста, передайте ему, что он будет счастлив». Слуга непонятно кивнул и вернулся, чтобы передать сообщение. "Пойдем." "Хорошо." Джонатан Гибсон нажал на педаль газа, машина завелась и быстро выехала за пределы виллы. «Мистер Джонс, это документ, который жена попросила меня вам передать». Сидя за столом спиной к двери, Скайлер Джонс, сохраняя прямую осанку, необъяснимым образом ощущал чувство одиночества. «Просто положите документ на стол!» "Да." "Она уже ушла?" «Да, мистер Гибсон приехал за ней». «Она что-нибудь сказала?» «Да, госпожа сказала, что вы будете счастливы», — преданно повторил слуга слова Кристин Куинн Скайлеру Джонсу. "Вы передали ей мое сообщение?" «Да, она сказала, что скоро вернется». «Хорошо, на этом всё, можете уходить!» Слуга молча удалился. После того как слуга ушел, Скайлер Джонс повернул кресло, не отрывая взгляда от этого документа. После долгих внутренних раздумий он взял документ и осторожно открыл его. Это было простое соглашение о разводе с печатью и заверением адвоката, и ее подпись уже стояла на нем. Хотя он знал, что это будет именно такое соглашение, вид её подписи в левом нижнем углу вызвал в его груди странную злость, и он небрежно отбросил документ в сторону. Встав, он вернулся в свою комнату. В комнате было очень темно; он включил свет и обнаружил, что она совершенно пуста. Даже когда они притворялись, что находятся в одной комнате, она занимала лишь небольшой уголок дивана, ничего не добавляя к и без того большому пространству. И всё же, внезапно, без неё, комната словно опустела, стала пустой и холодной. Он положил пиджак, снял галстук, расстегнул две верхние пуговицы рубашки и тихо сел на диван, где она раньше спала. Он не понимал, почему так спешит вернуться; ему следовало остаться в Нью-Йорке до завершения проекта. Однако в этот момент его нью-йоркская резиденция ощущалась точно так же — холодно и одиноко, без тени тепла. Почему у него возникли такие чувства? Когда она была рядом, даже если они ссорились, ему хотелось раздавить её вдребезги, но он никогда не чувствовал себя одиноким, скорее, даже умиротворённым… А сегодня она просто уехала за границу на отдых с Джонатаном Гибсоном — это лишь одно из многих расставаний за эти годы, и все же это каким-то образом тронуло его сердце. Он подошёл к шкафчику с алкоголем, налил себе ещё по бокалу, пытаясь заглушить эмоции, поднимавшиеся в глубине его сердца, эмоции, которые, как он думал, он никогда больше не испытает… Напитки обжигали ему горло, но он жадно их выпивал, желая заглушить все чувства внутри. Впервые в жизни он напился до беспамятства… Его тяжелая голова откинулась на кожаный диван, в руке он сжимал пустой стакан, а темные глаза были затуманены алкоголем… Перед ним словно возник изящный силуэт… «Оверски, ты когда-нибудь задумывался о нашем будущем?» «Какое будущее?» "Это… э-э… ну, вы понимаете." "Что?" «Ты притворяешься, что не знаешь… ты же знаешь!» ---------- Глава 781-404: Дополнительная история: Клятва найти тебя 1_2 Говори чётко, дорогая. Я говорю о свадьбе!! Хе-хе… Не притворяйся дураком, ты же не позволишь мне остаться с тобой без официального статуса, правда? Хе-хе-хе… Привет… Воспоминания проносились в его голове, словно слайд-шоу. Его губы медленно изогнулись в улыбке, словно он все еще был погружен в те романтические и счастливые моменты. Чашка, которую он крепко держал в руке, медленно выскользнула из его хватки, и его тело расслабилось… … В этот момент раздался вибрационный звонок телефона. Он с тревогой попытался удержаться на ногах, несмотря на неустойчивость своего тела, и достал телефон из-под пиджака. Не глядя на номер на экране телефона, он тут же нажал кнопку ответа. «Оверский». Из телефона раздался нежный и мягкий женский голос. Его взгляд был затуманен, на лице — улыбка. «Я думал, ты мне не позвонишь». «Как такое могло случиться? Я скучаю по тебе.» «Почему ты не сказала мне раньше, что скучаешь по мне?» «Эй, я тебе каждый день говорю, просто ты не воспринимаешь это всерьёз!» «Тогда скажите это почаще, мне бы хотелось это услышать…» «Я скучаю по тебе, я скучаю по тебе, Оверски, я скучаю по тебе…» «Я тоже скучаю по тебе, малышка». "Как ты меня назвала, „детка“? Кажется, ты никогда меня так не называла… Оверскай…" Скайлер Джонс на другом конце провода не ответил. «Оверски, Оверски, вы ещё здесь?..» Он рухнул на диван. В этот момент телефон уже спокойно лежал на кашемировом ковре в комнате… На следующий день. Скайлер Джонс проснулась от стука в дверь. Он сел, от похмелья у него невыносимо болела голова… Помассировав виски до тех пор, пока боль не утихла, он наконец огляделся. Он находился в своей комнате, но спал на диване, вокруг были стаканы и бутылки, а резкий запах алкоголя наполнял всю комнату. Он покачал головой, вспомнив, что, судя по всему, вчера вечером он много выпил. Тук-тук… Стук стал настойчивым. Он встал, подошел к двери спальни и открыл ее. И действительно, за дверью стояла его дочь… Кроме дочери, кто еще в доме осмелился бы так нарушить его утренний сон? "Папочка…" «Мари, что случилось?» От Мэрилин Куинн слегка пахло алкоголем. "Вы вчера пили?" «Хм, совсем чуть-чуть». «Разве ты не обещал мне, что больше не будешь напиваться?» "Э-э, папа…" Мэрилин, казалось, спросила небрежно, но у нее был более насущный вопрос: «Папа, мама в твоей комнате?» Скайлер Джонс покачал головой. Мэрилин обеспокоенно сказала: «Странно… Мама так долго спала со мной, но когда я проснулась, я её не увидела. Я спросила служанок, они сказали, что тоже её не видели…» Конечно, горничные не видели Кристин Куинн, потому что он уже дал им указания прошлой ночью. «Твоя мама уехала за границу». «За границу?» — в шоке воскликнула Мэрилин. — «Почему мама вдруг уехала за границу?» «Она пошла разбираться с некоторыми делами». «Какие вещи?» «Папа тоже не знает…» «Почему мама не сказала мне, что уезжает за границу?» — разочарованно пробормотала Мэрилин. Скайлер Джонс присела на корточки, нежно обняла Мэрилин за плечи и тихо сказала: «Всё в порядке, твоя мама скоро вернётся… А пока папа о тебе позаботится». Мэрилин протянула руки, обняла отца за шею, посмотрела на него широко раскрытыми глазами и неуверенно спросила: «Папа, ты ведь еще не решил, разводиться ли тебе?» Скайлер Джонс несколько секунд молчал, а затем слегка кивнул: «Да». Если бы он не подписал, брак оставался бы действительным как минимум два года. Мэрилин с облегчением вздохнула: «Тогда я тоже рада… Мама скоро вернется, она не сможет меня оставить». «Детям не стоит слишком беспокоиться о взрослых делах, ведите себя хорошо… Вы позавтракали?» "Еще нет." «Тогда жди папу, я приму душ и переоденусь, а потом позавтракаю с тобой». "Хорошо." После того как Мари закончила школу, Скайлер Джонс устроилась в компанию. Пробыв в Нью-Йорке около полугода, он вернулся в компанию и обнаружил, что его ждет целая гора дел. Обычно он был бы очень расстроен, но сегодня ему, как ни странно, нравилось это ощущение занятости, словно только постоянно чем-то занимая себя, он мог лишить себя возможности думать о других вещах. В мгновение ока он уже весь день был занят в компании. В конце дня секретарь тихонько постучала в дверь и спросила: «Президент, вы не уходите?» Он откинулся на спинку стула, погруженный в размышления. Секретарь тихо снова окликнул: «Президент…» Он пришёл в себя и кивнул: «Хм, ты иди домой первым, я выключу свет». «Хорошо». Секретарша радостно ушла. Повернув вращающееся кресло лицом к окну от пола до потолка, он понял, что уже стемнело, и весь город был украшен огоньками. Он встал, отодвинул стул, взял пиджак, чтобы уйти, и тут услышал звонок лифта. Подумав, что секретарь что-то забыл, он отложил пиджак, чтобы дать указания по расписанию на завтра. Однако в следующую секунду он услышал звонкий и элегантный звук высоких каблуков… По звуку шагов он, похоже, уже узнал посетителя… И действительно, в следующую секунду перед ним появилась элегантно одетая Дженнифер Дуглас. В этот момент у нее был аккуратный конский хвост, в руках — элегантная сумочка, и она грациозно стояла перед ним на 30-сантиметровых каблуках, с легкой и едва заметной улыбкой. Скайлер Джонс слегка нахмурилась. Дженнифер Дуглас медленно подошла к нему, внезапно уронила сумочку из руки, протянула руку и обняла его за шею: «Дорогой, я здесь…» Скайлер Джонс не ответил на объятия Дженнифер, в его голосе не было особой радости, он лишь легкомысленно спросил: "Зачем ты вдруг пришла?" Дженнифер надула губы и кокетливо сказала: «Как ты можешь говорить, что это так внезапно? Ты же говорил, что скучал по мне прошлой ночью, поэтому я пришла…» "Вчера вечером?" Дженнифер сердито сказала: «Ты забыл? Я звонила тебе вчера вечером, и ты сказал, что очень по мне скучаешь…» ---------- Главы 782–405: Дополнительно: Клятва найти тебя 2 В его памяти смутно помнилось что-то подобное, но это была не Дженнифер Дуглас. "Ой." «Почему лишь равнодушное „о“? Я пришла, а вы, кажется, совсем не удивлены?» — пожаловалась Дженнифер Дуглас. Скайлер Джонс положил руку на стройную талию Дженнифер Дуглас: «Как бы ты хотела, чтобы я выразил свою радость?» "Значит, ты рада, что я пришла?" — Дженнифер Дуглас прижалась к Скайлеру Джонсу, крепко обнимая его. Скайлер Джонс осторожно убрал руки Дженнифер Дуглас, обнимавшие его за талию, и безразлично произнес: «Это офис». Дженнифер Дуглас не выказала ни малейшего беспокойства, вместо этого еще крепче обняв Скайлер Джонс: «Я знаю, но сотрудники вашей компании уже ушли». Скайлер Джонс по-прежнему отстранялась от Дженнифер Дуглас: «Моя дочь ждет меня дома, чтобы поужинать. Мне нужно вернуться». Дженнифер Дуглас моргнула своими яркими глазами, глядя на Скайлер Джонс: «Тогда я пойду с тобой!» Выражение лица Скайлер Джонс мгновенно изменилось: «Не может быть!» Увидев, как лицо Скайлер Джонс из темного стало черным, Дженнифер Дуглас усмехнулась: «О, я просто шучу. Я бы ни за что не переехала к вам в дом; боюсь, ваша дочь может на меня накричать… Послушайте, я уже заранее отвезла свой багаж в отель». "Хм." Только тогда выражение лица Скайлер Джонс несколько смягчилось. «Иди домой и поужинай с дочерью; я заплачу за свой ужин в отеле… Но ты должна прийти в отель, чтобы побыть со мной сегодня вечером». «У меня сегодня вечером назначена встреча за ужином». «Я пришла, вы не можете отменить встречу?» «Это деловой банкет». «Мне всё равно, даже если это деловой банкет, ты должна прийти сегодня вечером в отель, чтобы быть со мной». Дженнифер Дуглас посмотрела на Скайлер Джонс, чувствуя себя обиженной. Спустя долгое время Скайлер Джонс слегка кивнула. «Хорошо». В следующую секунду Дженнифер Дуглас с радостью обняла Скайлера Джонса за локоть, прислонила голову к его плечу и ушла с чувством удовлетворения. Вилла. «Мистер Джонс». «Где Мари?» Передав слуге свой портфель и пиджак, Скайлер Джонс спросил. Слуга уважительно ответил: «Мисси в столовой. Я предложил ей начать есть, но она настояла на том, чтобы подождать вашего возвращения». Скайлер Джонс слегка кивнула и направилась в столовую. В просторной столовой Мари сидела одна за обеденным столом, подперев подбородок руками. «Простите, папа опоздал», — извинилась Скайлер Джонс. Услышав голос отца, Мари повернула голову и пристально посмотрела на него. Сев за стол, Скайлер Джонс посмотрел на задумчивое лицо дочери и с беспокойством спросил: «Что случилось, дорогая дочка?» Мари прикусила губу, но ничего не сказала. «Ты расстроена, потому что папа поздно вернулся домой?» Мари покачала головой, но по-прежнему молчала. Скайлер Джонс невольно нахмурился, всё ещё не в силах догадаться о мыслях своей дочери. Наконец, Мари опустила голову и медленно произнесла: «Папа, я скучаю по маме». Скайлер Джонс тихо вздохнула: «Если вы по ней скучаете, просто позвоните ей!» «Но мамин телефон не подключается». «Не удаётся подключиться?» Эта ситуация действительно удивила Скайлер Джонс. «Ты имеешь в виду, что телефон твоей мамы не подключается?» «Да, я сегодня звонил маме пять или шесть раз, но ни один звонок не прошёл». Эта проклятая женщина ушла всего день назад и даже не отвечает на телефонные звонки! Лицо Скайлер Джонс мгновенно стало очень уродливым. "Папа, почему мамин телефон не подключается?" Несмотря на гнев, Скайлер Джонс терпеливо объяснил дочери: «Возможно, у телефона села батарея или возникла какая-то другая причина; он не хочет оставаться отключенным». «Тогда я попробую позвонить ей позже сегодня вечером». "Мм." «Я так голоден. Папа, давай поедим». "Хорошо." После ужина Мари послушно вернулась в свою комнату делать домашнее задание, а Скайлер Джонс раздраженно расхаживал по своей комнате. Уперев руки в бока, он думал о том, что Мари упомянула, что ее звонки матери не доходят. Эта женщина поступила просто возмутительно, даже не отвечая на звонки дочери. Ему не следовало быть таким уступчивым и позволить ей уйти! Достав телефон, он наконец-то нашел повод набрать ее номер. Как и сказала Мари, ее телефон действительно выдал сообщение о невозможности подключения. В тот момент, когда он уже был в полном отчаянии, его телефон внезапно начал вибрировать. Сначала он подумал, что звонок от неё, но, проверив номер, понял, что это Бекка. Он заставил себя успокоиться, нажал кнопку ответа: «Здравствуйте». "Шурин." Похоже, он привык к тому, как Ребекка Квентин к нему обращается. «Я пыталась позвонить сестре сегодня, но звонок не соединился. Я слышала, ты вернулась домой; ты видела её сегодня?» ---------- Глава 783-405: Дополнительная история: Клятва найти тебя 2_2 "Она тебе не сказала?" «Что ты мне скажешь?» — недоуменно спросила Ребекка Квентин. «Есть что-то, чего я не знаю?» «Она вам не сказала, что уехала из страны с Джонатаном Гибсоном?» «Нет, она уехала из страны с Джонатаном Гибсоном?» — очень удивилась Ребекка. Как она могла не рассказать даже собственной сестре? Скайлер Джонс задавалась множеством вопросов. «Зять, уточни, моя сестра уехала из страны? Когда она уехала? Как она могла уехать с Джонатаном Гибсоном?» — тревожно выпалила Ребекка. «Бекка, твоя сестра уехала вчера вечером с Джонатаном Гибсоном… Сегодня Мари тоже не смогла дозвониться до нее, и я пытаюсь найти способ связаться с ней». «Даже если бы она уехала за границу с Джонатаном Гибсоном, она бы что-нибудь сказала… Мой зять, моя сестра, не попала бы в неприятности, правда?» «Она встречается с Джонатаном Гибсоном, так что никаких проблем быть не должно». «Но мы даже не знаем, где она сейчас находится…» «Не волнуйтесь, я с ней свяжусь». «Как я могу не волноваться? Моя сестра в последнее время ведёт себя как-то странно…» "Странный?" «Да, недавно во время телефонных разговоров она постоянно говорила какие-то необъяснимые вещи, например, советовала мне беречь себя… Поскольку она и раньше говорила мне такое, я не воспринимал это всерьез. Но теперь, не имея возможности связаться с ней, я очень боюсь, что с ней что-то могло случиться…» «Не стоит слишком волноваться. С ней все было в порядке, когда она уходила прошлой ночью. Если она действительно сказала вам это, значит, все это было частью ее плана, так что вам действительно не о чем беспокоиться». «Я не могу оставаться такой же спокойной, как вы. Я прошу Говарда Джеффри помочь мне найти её!» — сердито произнесла Ребекка и тут же повесила трубку. Лицо Скайлера Джонса помрачнело, и он задумался над словами Ребекки. В этот момент раздалось: "Папа, папа…" Мари вбежала с улицы. "Хм?" Мари, задыхаясь, сказала: «Я случайно нашла письмо от мамы в ящике прикроватной тумбочки». "Письмо?" Мари торопливо передала письмо. «Смотри». Скайлер Джонс взяла письмо, разглядывая изящный почерк на бумаге… Любимой дочери моей мамы, Мари: Дорогая дочка, когда ты будешь читать это письмо, мама уже далеко уедет… Пожалуйста, прости маму за то, что она больше не может о тебе заботиться. Надеюсь, ты будешь слушаться папу и вырастешь здоровой и счастливой, не скучай по маме. Это было очень короткое письмо. Очевидно, Кристин Куинн понимала, что все будут волноваться, если не смогут с ней связаться, поэтому она оставила это письмо для Мари, надеясь всех успокоить. Однако, закончив читать письмо, Скайлер Джонс яростно скомкал его в комок. Мари с тревогой спросила: «Папа, что мама написала в письме? Она сказала, что уехала далеко и больше не может обо мне заботиться. Она не вернется?» "Нет!!" «Но что мама имеет в виду, говоря, что больше не может обо мне заботиться?» Несмотря на пламя, пылающее в его сердце, Скайлер Джонс должен был сохранять спокойствие, терпеливо утешая Мари: «Твоя мама уже сказала мне вчера вечером, она просто ненадолго уезжает. Скоро вернется. Она просто не хотела, чтобы ты по ней скучала, поэтому и оставила тебе это письмо». Услышав эти слова отца, Мари наконец расслабилась, похлопала себя по груди и сказала: «Фух, я думала, мама не вернется…» Скайлер Джонс потрепал дочь по волосам: «Глупышка, как твоя мама могла не вернуться? Она… она не могла смириться с тем, что придется тебя оставить». Мари кивнула: «Да, мама не вынесет мысли о том, чтобы меня оставить. Она обязательно вернется». Скайлер Джонс наконец-то уложила Мари спать. В комнате вновь воцарилось спокойствие. Скайлер Джонс увидел бумаги, которые он ранее бросил в угол, его мысли были в смятении… Внезапно он взял телефон и набрал номер. Он приказал своим людям выяснить, где находится Кристин Куинн! Он думал, что ему будет совершенно всё равно, где она находится, но, увидев оставленное ею письмо, помимо нарастающей ярости в груди, его охватил ещё и страх. Смысл ее письма был очевиден: она ясно дала понять Мари, что не вернется… Несмотря на то, что двенадцатилетний ребенок не до конца понял смысл ее слов, он явно уловил их скрытый смысл. Как она могла не вернуться? Нет, он этого не допустит! В ту ночь Скайлер Джонс никуда не ходил, он сидел на диване в комнате, ожидая, пока его люди принесут новости о Кристин Куинн. В девять часов вечера его люди сообщили, что не могут найти Кристин Куинн. В час ночи его люди снова сообщили, что Кристин Куинн нигде не видно; согласно имеющимся данным, она не покидала ни один крупный аэропорт. В четыре часа утра он в панике позвонил Говарду Джеффри. На протяжении многих лет его редко называли Говардом Джеффри, но на этот раз это было в честь Кристин Куинн. Похоже, Говард Джеффри уже знал, зачем звонит Скайлер Джонс, поэтому, прежде чем Скайлер успел что-либо сказать, он ответил: «Не я». Скайлер Джонс стиснул зубы и сердито произнес: «Если бы не твоя помощь в сокрытии ее местонахождения, как она могла исчезнуть, словно воздух, и пропасть бесследно?» Говард Джеффри спокойно ответил: «Если она намерена спрятаться от тебя, то, естественно, не позволит тебе её найти». «У неё нет причин прятаться от меня!!» «О, у неё предостаточно причин… Только держась от тебя подальше, она сможет начать новую жизнь. Она уже от тебя отчаялась, брат, ты разве не понимаешь?» «Мне не нужны ваши проповеди!!» С этими словами Скайлер Джонс резко прервал разговор. На следующее утро Скайлер Джонс небрежно позавтракала с Мари и лично проводила её в школу. В конце концов, Мари была еще ребенком. Поверив его обещанию о возвращении Кристин Куинн, она спокойно пошла в школу. Он пришел в компанию, и перед воротами увидел Дженнифер Дуглас, которая ждала его. Он понял, что не только пропустил важный деловой банкет, но и забыл, что Дженнифер его ждет. Увидев его, Дженнифер ни на что не пожаловалась, а просто молча повернулась, чтобы уйти. Он быстро догнал её и обнял. "Куда ты идёшь?" Дженнифер вырывалась у него на руках: «Обратно в Нью-Йорк!!» Он сделал жест, и водитель, старый Альберт, подъехал на машине. ---------- Глава 784-406: Дополнительная история: Почему у него так сильно болит сердце? (1) Он затащил Дженнифер Дуглас в машину. Как только они сели в машину, Дженнифер Дуглас истерически закричала: «Скайлер Джонс, тебе действительно есть до меня дело?» «Дженнифер, мне очень жаль, что это произошло прошлой ночью…» Глаза Дженнифер Дуглас мгновенно покрылись пеленой, и она, задыхаясь, произнесла: «Я ждала тебя в отеле всю ночь, но ты так и не пришел…» "Мне жаль…" «Не извиняйся передо мной, просто скажи, ты когда-нибудь по-настоящему заботился обо мне?» Две слезинки медленно скатились по щекам Дженнифер Дуглас, когда она покачала головой, казалось, что ее сердце разрывается от боли. "Конечно, я забочусь о тебе…" «Если бы ты действительно заботился обо мне, ты бы не оставил меня одну в отеле прошлой ночью!!» «У меня было что-то срочное…» — Что за срочное дело? — агрессивно настаивала Дженнифер Дуглас. — Держу пари, это снова связано с Кристин Куинн, не так ли? Скайлер Джонс этого не отрицал. Дженнифер Дуглас вдруг горько рассмеялась: «Я была слишком глупа, чтобы поверить, что вы действительно не питаете никаких чувств к Кристин Куинн». "Дженнифер…" «Не называй меня так, Скайлер Джонс, я не твоя рука, чтобы провоцировать Кристин Куинн. Если ты думаешь, что я продолжу играть с тобой в эту игру, то ты ошибаешься!!» — Дженнифер Дуглас сердито открыла дверцу машины. Скайлер Джонс схватила её за руку, когда та выходила из машины, и холодно сказала: «Не веди себя так, ты же знаешь, что я не люблю неразумных женщин». Дженнифер Дуглас яростно оттолкнула руку Скайлер Джонс: «Скайлер Джонс, признай, тебе на меня наплевать… Ты пришел ко мне только для того, чтобы найти кого-то, кто отвлечет тебя от твоей одержимости ею, ты боишься потерять контроль, как раньше, ты боишься, что тебе снова будет больно… Так ты не смеешь признаться в своей любви к Кристин Куинн?!» Скайлер Джонс холодно ответила: «Моему терпению есть предел, не заставляйте меня его нарушать». Дженнифер Дуглас продолжала холодно смеяться: «Наконец-то я понимаю, почему ты вчера вечером назвал меня „деткой“… Наверное, так ты раньше называл Кристин Куинн?» Выражение лица Скайлер Джонс мгновенно помрачнело. Дженнифер Дуглас внезапно вытерла слезы, пытаясь сохранить свою обычную гордыню, и горько рассмеялась: «Ты говоришь, что тебе все равно на Кристин Куинн, верно? Хорошо… Через неделю, если ты разведешься с Кристин Куинн, даже если ты не женишься на мне сейчас, я буду ждать тебя всю свою жизнь!!» Зрачки Скайлер Джонс слегка сузились. В этот момент Дженнифер Дуглас наклонилась, чтобы нежно поцеловать Скайлера Джонса в щеку, затем повернулась и без колебаний ушла. После того как Дженнифер Дуглас ушла, Скайлер Джонс в порыве раздражения ударила кулаком по стене машины и, наконец, откинулась на спинку автокресла. Старый Альберт, увидев в зеркале заднего вида изможденный вид Скайлера Джонса, не удержался и сказал: «Мистер Джонс, вы выглядите очень уставшим. Может, отвезу вас домой отдохнуть?» Скайлер Джонс махнул рукой, давая понять старому Альберту, чтобы тот молчал. Старый Альберт не осмелился сказать больше, и в машине снова воцарилась тишина. Спустя долгое время Скайлер Джонс спросил: «Вы недавно возили мадам?» «Да, мистер Джонс, мадам ушла несколько дней назад». "Куда она делась?" «Я не знаю, мадам не позволила мне пойти за ней. Но в тот день в машине ей действительно позвонили, и это было что-то странное…» Скайлер Джонс внезапно открыл глаза и деликатно спросил: «Какой телефонный звонок?» Старый Альберт честно ответил: «Я не расслышал это очень отчетливо, я только услышал, что она позвонила кому-то по телефону, что-то вроде „Чен“, и сказала, что с ее здоровьем все в порядке, она принимает лекарства вовремя… Психическое состояние госпожи в последнее время очень плохое, поэтому я не мог не спросить ее, не больна ли она, но госпожа сказала, что с ней все хорошо, что меня удивило». «Психическое состояние очень плохое?» Услышав это от старого Альберта, Скайлер Джонс невольно расчувствовался. Похоже, цвет ее лица был неважным последние полгода… Он несколько раз хотел поинтересоваться ее здоровьем, но воздерживался, опасаясь, что она подумает, будто он проявляет заботу… Теперь, когда я об этом думаю, кажется, что с момента её возвращения её психическое состояние ухудшилось… Вчера, когда он ее увидел, ее лицо было бледным, без единого проблеска цвета, тело слабым, словно она вот-вот упадет в обморок… К сожалению, вчера вечером он не обратил на это внимания. Она больна? Последние два дня Скайлер Джонс не занимался никакими делами, он распорядился провести расследование во всех больницах города Y, пытаясь найти какие-либо записи о госпитализации Кристин Куинн, но после двух полных дней ничего не было найдено. Ни в одной больнице не было записей о госпитализации Кристин Куинн. ---------- Глава 785-406: Дополнительно: Почему у него так сильно болит сердце? (1_2) Скайлер Джонс чувствовала себя совершенно беспомощной… По какой-то причине, с тех пор как старый Альберт упомянул о возможных проблемах со здоровьем у неё, он не мог избавиться от беспокойства. Прошло еще три дня, то есть пять дней с момента отъезда Кристин Куинн, но Скайлер Джонс все еще не мог установить местонахождение Кристин. Мари каждый день спрашивала его: «Когда мама вернется?» Пока ему удавалось успокаивать дочь, но он боялся, что в долгосрочной перспективе ему не удастся это скрыть… Почему она решила не возвращаться? Насколько он её знал, она так сильно любила Мари, что никогда бы не бросила её ни ради кого и ни ради чего, если только… Тук-тук. Стук в дверь прервал размышления Скайлер Джонс. "Войдите." Слуга вошел в кабинет и почтительно сообщил: «Мистер Джонс, вас снаружи ищет мисс по фамилии Гибсон». "С фамилией Гибсон?" «Да, именно это она и сказала». "Впустите её!" "Хорошо." Скайлер Джонс отправился в гостиную виллы, где слуга уже пригласил гостя присесть на диван. Скайлер Джонс сидел напротив женщины по фамилии Гибсон. Как только он увидел улыбку молодой женщины, затаенные воспоминания в его сознании внезапно высвободились… В следующее мгновение он вспомнил о ней, о Хильде Гибсон — некогда самой близкой подруге Кристин Куинн. «Мистер Джонс, давно не виделись», — первой поздоровалась Хильда Гибсон. Скайлер Джонс вежливо ответил: «Действительно, давно не виделись». Хильда Гибсон посмотрела на лицо Скайлера Джонса и улыбнулась: «Мистер Джонс совсем не изменился, по-прежнему такой же красивый и обаятельный, как и десять лет назад». «Ты всё та же, такая молодая и красивая». «Мистер Джонс, вы мне льстите. Я уже вышла замуж и стала матерью двоих детей». «Поздравляю». «Поздравляю и вас! Я знаю, что вы с Кристин поженились». Скайлер Джонс откинулась на спинку дивана, встретившись с благосклонным взглядом Хильды Гибсон, и ничего не объяснила. Хильда Гибсон взглянула наверх: «Кристин нет дома?» Скайлер Джонс небрежно ответила: «Она уехала за границу». «О?» — с сожалением сказала Хильда Гибсон. — «Как жаль, я только что вернулась в деревню, а она уехала за границу». «Зачем она вам нужна для чего-то?» Хильда Гибсон покачала головой: «Когда несколько месяцев назад в газетах появилась новость о вашей свадьбе с Кристин, я захотела вернуться и увидеть её. В конце концов, мы не общались столько лет; я очень скучаю по ней… Но я уже мать двоих детей, и я много лет прожила за границей, поэтому вернуться не так-то просто. Если бы не деловые операции моего мужа в городе Y, я бы заставила его привезти меня обратно в страну; иначе у меня не было бы возможности увидеть Кристин». «Вероятно, она не вернется в ближайшее время». «Правда?» — тяжело вздохнула Хильда Гибсон. — «Как жаль; прошло столько лет с тех пор, как мы виделись». Скайлер Джонс слегка нахмурилась: «Она с тобой не связывалась?» «Эта бессердечная женщина, наверное, уже забыла обо мне…» «Как она могла? Она всегда считала тебя сестрой». «Тогда почему она со мной не связалась?» «Возможно, у неё есть на то свои причины!» «В любом случае, теперь, когда ваши отношения наконец-то сложились, я всё ещё рад за вас обоих». "Спасибо." «Поскольку я сегодня не смогла увидеться с Кристин, я оставлю ей свои контактные данные. Когда Кристин вернется, пусть свяжется со мной». С этими словами Хильда Гибсон написала свой номер телефона на листке бумаги и передала его Скайлер Джонс. Скайлер Джонс взял листок бумаги и вдруг спросил: «Вы тоже Гибсон… Так кто же для вас Джонатан Гибсон?» "Вы имеете в виду моего кузена?" «Джонатон Гибсон — ваш двоюродный брат?» Хильда Гибсон кивнула: «Да, Джонатан Гибсон — мой двоюродный брат. Вы его знаете?» «Ах… ну, он президент Международного делового совета, иногда мы сотрудничаем по работе». «Да, мой двоюродный брат стал новым президентом Международного делового совета. Я чуть об этом не забыл…» «Ты знаешь, где сейчас твой двоюродный брат?» «Я давно его не видела, но недавно тетя сказала, что он, кажется, в Великобритании… Он много лет работал в Нью-Йорке; не знаю, почему он вдруг уехал в Великобританию». "Великобритания?" «Да, я слышала, что он недавно взял отпуск, не знаю, чем он занят, может быть, частным бизнесом. Моя тетя постоянно уговаривает его поскорее жениться!» «Спасибо, Хильда, ты мне очень помогла». «Что? Чем я тебе помогла?» — недоуменно спросила Хильда Гибсон. Скайлер Джонс слегка улыбнулась: «Ничего… Было приятно вас видеть; когда Кристин вернется, я обязательно попрошу ее вам позвонить». «Хорошо, мистер Джонс, тогда я пойду обратно». «Хорошо, берегите себя». Скайлер Джонс встала, чтобы проводить Хильду Гибсон. Хильда Гибсон вежливо поклонилась Скайлеру Джонсу, прежде чем повернуться и уйти, но, сделав несколько шагов, внезапно обернулась и с легкой улыбкой спросила Скайлера Джонса: «Мистер Джонс, недавно в газете появилась новость о вас, это неправда, не так ли?» Хильда Гибсон, очевидно, имела в виду скандал с участием Скайлер Джонс и Дженнифер Дуглас. Скайлер Джонс легкомысленно ответил: «Это всего лишь коммерческое представление!» Хильда Гибсон кивнула и с облегчением вздохнула: «Тогда я тоже рада… Желаю вам и Кристин счастья; я навещу вас, когда смогу». «Хорошо, до свидания». Увидев удаляющуюся фигуру Хильды Гибсон, Скайлер Джонс поднёс телефон к уху и властно приказал собеседнику: «Проверьте место жительства Джонатана Гибсона в Великобритании!» Великобритания, Лондонская первая больница. Кристин Куинн, одетая в тонкую куртку и шерстяную шапку, сидела у окна, любовалась пейзажем за окном и наслаждалась ленивым теплом послеполуденного солнца. Джонатан Гибсон вошел с улицы и тут же накинул ей на плечи пальто: «Почему вы так легко одеты?» Кристин Куинн повернула лицо к Джонатану Гибсону и мягко улыбнулась: «Мне не холодно, к тому же на улице очень яркое солнце». Джонатан Гибсон поправил пальто на плечах Кристин Куинн: «Погода в Лондоне меняется очень быстро». "Спасибо." Джонатан Гибсон присел перед Кристин Куинн и спросил: «Ты в порядке?» "Да." «Результаты анализов скоро будут готовы. Пообещайте мне, что независимо от результатов, не прекращайте лечение». ---------- Глава 786-407: Дополнительная история: Почему у него так сильно болит сердце? (2) Кристин Куинн слегка кивнула, на ее лице все еще играла легкая улыбка. Джонатан Гибсон пристально посмотрел на Кристин Куинн. Она выглядела худее, чем неделю назад: на тыльной стороне ладони виднелись вены, а бледное лицо скрывалось за улыбкой. «Ты устал? Хочешь немного полежать на кровати?» "Хорошо." Джонатан Гибсон помог Кристин Куинн медленно подняться. Ее тело и без того было очень слабым, словно засохшая свеча, готовая погаснуть в любой момент. Кристин Куинн медленно подошла к кровати и с помощью Джонатана Гибсона легла на нее. Джонатан Гибсон аккуратно укрыл Кристин Куинн одеялом и тихо сказал: «Поспи немного, я сейчас схожу и куплю тебе обед». "Хорошо." Он спрятал руки Кристин Куинн под одеяло, и только после этого Джонатан Гибсон повернулся, чтобы уйти. Кристин Куинн устало закрыла глаза и тихо прислушалась к окружающему миру. Она прекрасно осознавала своё тело; она знала, что её дни в этом мире уже сочтены… На этой неделе в Англии, несмотря на ежедневные осмотры врачей и консультации по поводу ее состояния, она знала, что окончательный результат необратим… Она очень скучала по Мари и знала, что Мари тоже по ней скучает; она очень переживала, что Скайлер не сможет утешить Мари… она не хотела, чтобы ее дочь грустила. Сколько времени у неё осталось? День, два дня или три дня… Если бы конечным результатом была смерть, пусть она больше не терпит такой боли и страданий… даже в биении её сердца слышалась боль; от таких мучений она предпочла бы умереть пораньше. Она не хотела говорить Джонатану Гибсону, что уже сдалась, опасаясь выдать ту решимость, с которой он привёз её сюда на лечение… Долг, который она задолжала Джонатану Гибсону, она, вероятно, не смогла бы погасить полностью. В полдень Джонатан Гибсон принес обед… Кристин Куинн сидела, прислонившись к кровати, намереваясь сама поднять миску с супом, но, как оказалось, она была так слаба, что даже не могла удержать миску. Если бы Джонатан Гибсон быстро не поймал миску с супом, она, скорее всего, обожгла бы руку супом. Джонатан Гибсон явно не был готов к тому, насколько тяжелым стало состояние Кристин Куинн; он посмотрел на нее с удивлением. Кристин Куинн выдавила из себя слабую улыбку в качестве объяснения: «Я просто немного поскользнулась…» Он знал, что ее состояние ухудшилось, и знал, что она всегда старалась выглядеть как можно лучше, но он не ожидал, что ее организм настолько ослабнет. Он не стал показывать, в каком хорошем состоянии она старалась находиться, вместо этого молча зачерпнул ложкой суп, подул на него и поднес ко рту: «Я тебя покормлю». У нее совсем не было аппетита, но она все же послушно приоткрыла бледные губы и сделала глоток. Джонатан Гибсон терпеливо кормил ее ложкой за ложкой, чтобы поднять ей настроение, время от времени рассказывая анекдоты со всего мира, изо всех сил стараясь разрядить мрачную атмосферу в палате. Она держала глаза открытыми, чтобы не заснуть, не желая разочаровать его, но она была очень уставшей… Ей очень хотелось просто заснуть вот так, потом увидеть прекрасный, чудесный сон и, наконец, погрузиться в него, даже если она больше никогда не проснётся. Кабинет врача. Джонатан Гибсон нервно спросил: «Доктор, как состояние Кристин?» Доктор тяжело вздохнул и покачал головой: «Простите, мистер Гибсон…» Доктор передал ему заключение. «Это уже третье заключение по обследованию мисс Куинн… результаты по-прежнему показывают, что мисс Кристин Куинн лучше перенесет операцию на сердце, чем обойдется без нее». Джонатан Гибсон сердито выпалил: «Если в вашей больнице ставят тот же диагноз, что и в других, то зачем я вообще к вам обращался?» «Мне очень жаль, мистер Гибсон… Организм мисс Куинн слишком сильно отторгает препарат, и даже если мы сможем провести операцию сейчас, она может не выдержать…» «Мне всё равно, вы должны разработать план лечения. Если Кристин не выпишут отсюда здоровой и невредимой, я гарантирую, что добьюсь того, чтобы ваша больница в Лондоне больше не существовала». «Мистер Гибсон, мы действительно сделали все возможное… после четырех дней и трех ночей консультаций мы обсудили все возможные варианты, но до сих пор нет решения, которое можно было бы применить к мисс Куинн…» Джонатан Гибсон в гневе с силой ударил по столу и выпалил: «Я же сказал, мне не нужны никакие оправдания… Я должен добиться выписки Кристины здоровой!» Город Y. Почему она решила уйти с Джонатаном Гибсоном и не возвращаться? ---------- Глава 787-407: Дополнительная история: Почему у него так сильно болит сердце? (2_2) Даже если она с Джонатаном Гибсоном, у неё всё равно нет причин не возвращаться, если только нет веской причины для этого… Связана ли эта причина с её болезнью? В чём именно заключается её болезнь? Почему она должна её скрывать? Внезапная вибрация телефона прервала размышления Скайлера Джонса. Он мгновенно подавил в себе печаль и нажал кнопку ответа. Из телефона раздался уважительный голос: «Мистер Джонс, мы нашли место жительства Джонатана Гибсона в Англии». «Хорошо, пришлите мне адрес». "Да." Закончив разговор, Скайлер Джонс нажал на кнопку домашнего телефона на столе, чтобы позвать свою секретаршу. «Эрни, перенеси все мои дела на следующую неделю. Мне нужно поехать за границу по одному делу». «Хорошо, президент». После того как секретарь ушла, Скайлер Джонс снова взяла трубку и набрала номер: «Договаривайтесь, я еду в Англию». Ночь. Мари обняла МашиМаро и осторожно постучала в дверь своего отца. Скайлер Джонс, одетая в пижаму, открыла дверь: «Мари». «Папа, я хочу немного с тобой поговорить». "Хорошо." Мари вошла в комнату, скрестила ноги и села на диван. Скайлер Джонс пододвинула стул и села напротив Мари, мягко спросив: «Не можешь уснуть?» Мари кивнула подбородком, глядя на МашиМаро. Скайлер Джонс тихонько усмехнулся и погладил дочь по щеке: «Глупышка, разве папа тебе не говорил, что вернется через пару дней?» «Но мамы тоже нет дома, теперь в доме осталась только я». «Папа уезжает всего на два дня». «Папа, ты пойдешь искать маму?» "Что?" Мари пробормотала: «Не лги мне, я знаю, что ты найдешь маму… Мама точно не вернется, поэтому ты поедешь в Англию, чтобы вернуть ее». Скайлер Джонс никак не мог смириться с интеллектом своей дочери. Мари умоляюще посмотрела на Скайлера Джонса: «Папа, ты должен вернуть маму, хорошо?» «Папа… Хотя папа действительно едет в Англию, чтобы найти твою маму, это не значит, что мама не вернется. Она задержалась в Англии по какой-то причине, поэтому папа привезет ее обратно». «Но вы ведь даже дружить не умеете? Зачем вы едете в Англию, чтобы забрать маму?» «Кто тебе сказал, что я даже с твоей мамой дружить не могу?» «Мама так сказала…» «Она это сказала?» — нахмурилась Скайлер Джонс. — «Когда?» «Некоторое время назад мама сказала мне, что когда вы вернетесь, вы с мамой разделитесь и будете жить своей жизнью, вы будете редко видеться… Разве это не значит, что вы не друзья?» «Твоя мама неправильно поняла, папа не хочет прекращать с ней дружбу». «Правда?» — Мари широко раскрыла свои невинные глаза, глядя на Скайлер Джонс. — «Ты будешь дружить с мамой и часто встречаться в будущем?» "Конечно, вы у нас есть!" «Почему вы можете быть друзьями, но не супругами?» — с унынием спросила Мари отца. "Хорошо…" "Папа, это потому, что у тебя есть кто-то, кто тебе нравится?" На этот вопрос Скайлер Джонс не дал ответа. Мари снова спросила: «Это та самая тетя с фамилией Рен, о которой писали в газете?» Скайлер Джонс спокойно посмотрел на свою дочь: «Папа тебе говорил, что газеты — сплошная чушь». «Но в газете также сообщали о вашем возможном разводе… К тому же, мама сказала, что у вас есть человек, который вам нравится». Скайлер Джонс тихо пробормотала: «Твоя мама меня не понимает». "Что? Ты сказал, что мама тебя не понимает?" «Хорошо, Мари, у детей не должно быть столько вопросов». "Ой." «Будь хорошим, папа отведет тебя в твою комнату спать». "Хорошо." Скайлер Джонс поднял Мари на руки, позволив ей положить голову себе на плечо. Выходя из комнаты, Мари не забыла напомнить отцу: «Папа, ты должен вернуть маму». «Папа сделает это, папа тебе обещает». Англия, Лондон. Сквозь темные тонированные линзы Скайлер Джонс скрестил руки и поднял взгляд, чтобы осмотреть дом, возвышающийся под палящим утренним солнцем. Легкий ветерок развевал его небрежные черные волосы, добавляя очарования его обаянию. Его гордая, величественная фигура излучала уникальную, врожденную, властную харизму. Темные солнцезащитные очки закрывали ему глаза, не позволяя подчиненным определить, в хорошем или плохом настроении находится хозяин. Словно прошло целое столетие, и как раз в тот момент, когда сопровождавшие его мужчины подумали, что хозяин может превратиться в окаменелость, из уст Скайлера Джонса раздался низкий, притягательный голос… "Джастин". Скайлер Джонс по-прежнему смотрел на дом перед домом, не оборачиваясь. «К вашим услугам». Подчинённый по имени Джастин появился в поле зрения Скайлера Джонса. «Вы внимательно проверили? Это действительно резиденция Джонатана Гибсона в Лондоне?» «Тщательно проверено, это частный дом Джонатана Гибсона в Англии. Он не живет с родителями». "Хорошо." «Мистер Джонс, мне следует подойти и постучать в дверь?» «Не нужно». Скайлер Джонс снял солнцезащитные очки, открыв взору яркие и полные жизни глаза: «Он уже вышел». Слова Скайлера Джонса заставили всех обернуться в сторону ворот виллы. И действительно, из виллы выехал дорогой автомобиль. Скайлер Джонс прислонился к машине позади себя, позволяя своим людям выйти вперед и заблокировать движущийся автомобиль. Находясь в машине, Джонатан Гибсон никак не ожидал столкнуться со Скайлером Джонсом. Несколько его подчиненных помешали ему, но он остановил машину и встретился со Скайлером Джонсом лицом к лицу. «Советник Гибсон, давно не виделись». «Мистер Джонс, что привело вас сюда?» Скайлер Джонс выпрямился, оторвавшись от машины, его властный взгляд пробежался по Джонатану Гибсону: «Мы все умные люди, не нужно притворяться дураком?» Джонатан Гибсон сделал вид, что серьезно задумался: «Для нового проекта?» Скайлер Джонс тихо фыркнул: «Ради Кристин!» Он не любил ходить вокруг да около, а говорил прямо. "Вы имеете в виду Кристин… Я тоже не видела её уже несколько дней." «Неужели?» — Скайлер Джонс бросила косой взгляд на Джонатана Гибсона и усмехнулась: «Если я не ошибаюсь, моя жена приехала в Англию вместе с вами». Джонатан Гибсон не отрицал: «Да, я приехал в Англию с Кристин, но, оказавшись в Англии, мы расстались…» ---------- Глава 788-408: Дополнительная история: Почему у него так сильно болит сердце? (3) "Разлучены?" «Да, она приехала в Великобританию отдохнуть, а я вернулся, чтобы повидаться с родителями». "Значит, вы ни с кем не встречаетесь?" "Встречающимся парам не обязательно проводить вместе каждый день, не так ли?" Скайлер Джонс усмехнулась: «Значит, вы все эти дни были в Великобритании и все это время были в разлуке с Кристин Куинн?» "Это верно." «Уважаемый советник Гибсон, мне кажется, вы сильно недооценили мою проницательность… Если вы не с Кристин Куинн, то кому тогда предназначен ланч-бокс в вашей машине?» Под всё более пристальным взглядом Скайлер Джонс Джонатан Гибсон ответил с непоколебимой улыбкой: «Насколько мне известно, Кристин уже развелась с мистером Джонсом, поэтому, мистер Джонс, в настоящее время у вас нет права вмешиваться в дела Кристин». «Я знаю, что советник Гибсон всегда восхищался моей женой, но должен напомнить вам, что до тех пор, пока я не подпишу документы, Кристин Куинн остается моей женой… Тайное похищение моей жены не соответствует тому хорошему имиджу, который поддерживает советник Гибсон!» «Во-первых, я не похитил Кристин; мы просто случайно оказались на одной дороге. Во-вторых, спасибо вам, мистер Джонс, за комплимент. Я очень горжусь своим образом». «Джонатан Гибсон, у меня нет времени ходить вокруг да около… Где Кристин Куинн?» «Я же тебе говорила, я не знаю; мы расстались после приезда в Великобританию». Скайлер Джонс прищурился, явно не веря словам Джонатана Гибсона. «Извините, у меня другие дела». Джонатан Гибсон отвернулся. Однако путь Джонатану Гибсону преградила вереница последователей Скайлера Джонса. Джонатан Гибсон сердито обернулся и, сверля взглядом Скайлера Джонса, сказал: «Похоже, мне нужно напомнить мистеру Джонсу, что в Великобритании ограничение личной свободы человека является незаконным». Скайлер Джонс элегантно улыбнулся: «Я не собираюсь сажать вас в тюрьму, советник Гибсон; я просто хочу серьезно с вами поговорить. Но очевидно, советник Гибсон, вы не очень умный человек, поэтому мне придется прибегнуть к менее разумным методам». Как только Скайлер Джонс закончил говорить, его подчиненные уже обезвредили Джонатана Гибсона. Они обыскали одежду Джонатана Гибсона и внезапно обнаружили в его повседневной куртке визитку. Увидев открытку, лицо Джонатана Гибсона помрачнело. Скайлер Джонс сразу же заметил важность карты по выражению лица Джонатана Гибсона и подал знак своим людям принести карту. Джонатан Гибсон в ярости вырвался из рук тех, кто его удерживал, стиснув зубы: «Скайлер Джонс, я обязательно подам на тебя в суд за сегодняшние действия!!» Скайлер Джонс взглянула на карточку и пренебрежительно сказала: «Хорошо, мой адвокат готов пойти вам навстречу». Джонатан Гибсон был так зол, что крепко сжал кулаки. Райан?? Бибер — самый авторитетный кардиоторакальный хирург в Первой лондонской больнице. Скайлер Джонс хитро прищурилась и перевернула карту. На оборотной стороне карточки было указано точное местоположение Первой лондонской больницы. Взглянув на карточку этого врача, Скайлер Джонс нахмурился, словно разбуженный громким сигналом тревоги. Она явно приехала в Великобританию с болезнью, а у Джонатана Гибсона в кармане была медицинская карта, что, возможно, указывает на то, что она сейчас находится в больнице London First Hospital? Скайлер Джонс повернулся и приказал своим подчиненным: «Идите в первую больницу Лондона». «Да». Подчиненный тут же открыл дверцу машины для Скайлера Джонса. Увидев, как Скайлер Джонс садится в свою машину, Джонатан Гибсон поспешно последовал за ним в свой автомобиль и помчался рядом со Скайлером Джонсом. Через полчаса Скайлер Джонс прибыл в первую больницу Лондона. Эта больница считается частной больницей королевского уровня в Лондоне; поэтому здесь не только приятная обстановка, но и удивительно просторные помещения. «Мистер Джонс, вам нужно, чтобы я уточнил информацию о подопечной вашей жены?» «В этом нет необходимости, Джонатан Гибсон проведет нас внутрь». Как только Скайлер Джонс закончил говорить, машина Джонатана Гибсона остановилась у его ног. Джонатан Гибсон поспешно вышел из машины, загородив Скайлер Джонс: «Кристин не хочет тебя видеть!» «Захочет ли она меня видеть — это явно не вам решать!» «Скайлер Джонс, скажите, зачем вы её ищете?» Даже Скайлер Джонс, возможно, не ожидала, что вопрос Джонатана Гибсона её так удивит. Зачем он пришел? Он, очевидно, приехал повидаться с Кристин Куинн… Но зачем он её ищет? «Если вы даже не понимаете, зачем ищете её, зачем продолжаете её беспокоить?» — сердито воскликнул Джонатан Гибсон. Скайлер Джонс, от природы отличавшаяся невозмутимостью, спокойно ответила: «Исчезнув на целую неделю без связи, как мать, она должна отчитаться за свою дочь». ---------- Глава 789-408: Дополнительно: Почему у него так сильно болит сердце? (Часть 3_2) «Значит, вы здесь из-за Мари?» "Это верно." «Скайлер Джонс, когда ты сначала последовал за нами в Англию, я думал, что у тебя еще осталась хоть какая-то совесть по отношению к Кристин, но твои объяснения теперь мгновенно развеивают всякую симпатию, которую я мог к тебе испытывать… Ты совершенно недостоин сочувствия, даже если ты больше никогда не увидишь Кристин в этой жизни, так тебе и надо!!» Острый взгляд Скайлер Джонс сузился в линию, в нем мелькнул опасный блеск. Джонатан Гибсон без страха громко рассмеялся: «Однажды ты пожалеешь о своем нынешнем избегании и о том, что никогда не ценил Кристин». Да, с первой же встречи со Скайлером Джонсом он ясно дал понять, что чувства Скайлера к Кристин совсем не такие, какими кажутся на первый взгляд. Будь то редкие взгляды, которые Скайлер бросал на Кристин на вечеринке, или многочисленные предупреждения не подходить к ней слишком близко, или его стремление уехать в Англию… все это указывало на то, что чувства Скайлера к Кристин были отнюдь не обычными. Он всегда хотел рассказать об этом Кристине, но каждый раз, когда он пытался это сделать, на её лице читались лишь разочарование и обида… Он не понимал, как Скайлер ранит Кристин, но ему было ясно, что она несчастлива с ним, даже если она его глубоко любит. Он испытывал некоторое чувство вины за то, что не рассказал об этом Кристин, но в этот момент внезапно почувствовал, что принял правильное решение: Скайлер просто не заслуживает Кристин. «У меня нет терпения тратить на вас время… Скажите, что именно не так со здоровьем Кристин Куинн? В какой палате она находится в этой больнице?» «Я вам не скажу… вы причиняете ей только вред». «Ты можешь и не говорить мне, но ты же знаешь, что это только задерживает меня… Если бы ты был немного умнее, ты бы сейчас же развернулся и пошел в больничную палату, чтобы найти Кристин Куинн и сообщить ей о моем приезде заранее, вместо того, чтобы я врывался и создавал лишние проблемы». "Ты…" Очевидно, Скайлер Джонс, мастерски умеющая завоевывать сердца людей, успешно воздействовала на внутренние чувства Джонатана. В этот момент Джонатан оказался втянутым в внутреннюю борьбу. Действительно, как сказала Скайлер… он просто не мог его остановить, и если бы он сейчас повернулся, чтобы сказать Кристин, что Скайлер пришла ее найти, он хотя бы смог бы морально подготовить ее. Скайлер, по-видимому, предугадала мысли Джонатана, слегка улыбнувшись и спросив: «Ты все обдумал?» В тот же миг Джонатан раздраженно обернулся и вошел в больницу. «Следуйте за мной… Однако лучше сдержите свое слово». Скайлер искренне ответила: «Будьте уверены, я дам вам время, чтобы вы ей сообщили». Ассистенты Скайлер перекрыли больничный коридор, мгновенно погрузив больницу в скорбную атмосферу. Джонатан уже вошел в комнату, чтобы повидаться с Кристин Куинн, а Скайлер ждала снаружи. По какой-то причине, когда Скайлер стоял у двери комнаты Кристин Куинн и смотрел на крупную надпись «Кардиоторакальная хирургия» над дверью, его сердце наполнялось всё большей тревогой. Изначально, находясь в городе Y, он предполагал, что ее состояние может быть сложным, иначе она бы не бросила Мари. Но теперь, в Англии, увидев визитку врача и стоя у входа в кардиоторакальную хирургическую палату, он все больше испытывал чувство тревоги. Он знал, что её организм больше всего боится проблем, связанных с сердцем. "Кристин пропала без вести!" Громкий крик прервал мысли Скайлер. Скайлер подняла глаза и увидела, как Джонатан выбегает из комнаты… Джонатан тут же схватил медсестру, стоявшую за дверью комнаты, и с тревогой спросил: «Где Кристин? Куда она делась?» Медсестра, держа в руках капельницу и собираясь войти в комнату, выглядела совершенно озадаченной: «Мисс Куинн… разве она не в комнате?» "Черт возьми, куда делась Кристин?!" — истерически спросил Джонатан медсестру. Медсестру напугала внушительная манера поведения Джонатана: «Я… я тоже не знаю…» Увидев ситуацию, Скайлер глубоко нахмурилась. В этот момент Джонатан бросился в туалет, затем в кабинет врача и, наконец, к лифту… Однако, когда Джонатан бросился в лифт, несколько людей Скайлера перехватили его. Джонатан в ярости воскликнул: "Пропустите меня!" Без приказа Скайлера мужчины не позволили ему пройти. Джонатан с яростью посмотрел на Скайлер: «Кристин пропала, а ты всё ещё стоишь здесь равнодушно?» Скайлер усмехнулась и фыркнула: «Не шути со мной, Джонатан, это явно какой-то твой план, чтобы заранее предупредить ее и позволить ей покинуть больницу раньше времени». Джонатан, обезумев, выпалил: «Нет, ты вдруг появился, как у меня могло быть время предупредить её заранее…» Слова Джонатана заставили Скайлера упасть в часть своей уверенности. В этот момент медсестра, которая вошла в комнату ранее, поспешно выбежала, держа в руках записку: «Мистер Гибсон, мистер Гибсон…» Джонатан нетерпеливо спросил: «Что это?» Медсестра подошла к Джонатану и любезно сказала: «Похоже, мисс Куинн оставила для вас записку». Джонатан тут же протянул руку, чтобы взять записку, но Скайлер выхватила ее секунду назад. Когда Джонатан попытался отобрать его у Скайлер, слуги Скайлер уже оттеснили его в сторону. "Что сказала Кристин… Скайлер… ты мерзавец…" Скайлер игнорировал возмущенные замечания Джонатана, его взгляд уже был прикован к записке в руке. Джонатан: Спасибо вам за заботу обо мне в это время. Нет слов, чтобы выразить мою благодарность… Но затхлый воздух и гнетущая атмосфера больницы — это совсем не то место, где мне хотелось бы находиться. Простите, что я ухожу одна, не ищите меня, я всегда буду желать вам всего наилучшего. — Кристин. Скайлер только что закончила читать записку, когда Джонатан, собрав все свои силы, прорвался сквозь окружение Скайлер и выхватил записку. Взглянув на почерк Кристин в записке, Джонатан повернулся и бросился в лифт. На этот раз Скайлер не остановила Джонатана, а приказала его слугам следовать за ним, чтобы найти Кристин. Чтобы найти Кристин, Джонатан перестал обращать внимание на свой конфликт со Скайлер, он приказал людям Скайлер обыскать ближайшие улицы, а сам стал искать Кристин в тех местах вокруг больницы, где она могла появиться… ---------- Глава 790-409: Дополнительная история: Почему у него так сильно болит сердце? (4) В больничной палате Скайлер Джонс тихо стояла у постели больного. В роскошной и просторной больничной палате стоял букет ее любимых белых лилий, наполнявший комнату легким ароматом лилий. И всё же он всё ещё чувствовал её запах… Это был неповторимый аромат, принадлежавший только ей, аромат, который он не забывал на протяжении многих лет. Вмятина на подушке, казалось, указывала на то, что она лежала здесь час или, возможно, всего несколько минут назад; одеяло все еще выглядело так, будто его только что приподняли… Какое совпадение, он приехал как раз в тот момент, когда она уходила… Почему она так поспешно ушла? Было ли у нее предчувствие его приезда? Внезапно его внимание привлек едва различимый из-под подушки красный телефон. Он протянул руку и достал телефон из-под подушки, с первого взгляда узнав, что это её телефон. Он включил ее телефон, но обнаружил, что тот выключен из-за разряженной батареи. Он слегка нахмурился, убрал телефон и невзначай заметил стул у окна. Ему казалось, что она сидит на стуле и смотрит в окно, из-за чего он отвлекался. Было непонятно, сколько времени прошло, когда он услышал торопливые шаги за спиной. Он обернулся и увидел, как вбегает Джонатан Гибсон… Прежде чем он успел среагировать, в живот ему нанес сильный удар… Джонатан явно все еще был в ярости; увидев, как тот наклонился, он тут же снова ударил его по лицу. В одно мгновение из носа потекла кровь, а уголок рта тоже был в синяке… Однако ярость Джонатана не утихла, он снова замахнулся кулаком, но в этот момент Скайлер Джонс ответил яростным ударом… Удар Скайлер тоже был нелегким, оставив след на лице Джонатана… Когда Джонатан уже собирался снова броситься в атаку, вернувшиеся люди Скайлера заблокировали его натиск. Боль обжигала, словно огненный ожог, Скайлер вытер кровь с носа и сердито посмотрел на Джонатана. «Скайлер Джонс, ты мерзавец… Если бы ты по-настоящему ценил Кристин, ее здоровье не было бы таким плохим… Она вот-вот умрет, ты знаешь об этом?» Слово «умри» мгновенно вызвало у Скайлер Джонс шок и вскрик. В следующую секунду Скайлер схватил Джонатана за воротник рубашки, его яростное дыхание обдало лицо Джонатана: «Что ты говоришь? Скажи мне ясно!!» «Я обещал Кристин, что никому не скажу!» — упрямо ответил Джонатан. «Хорошо, похоже, тебе нужна небольшая мотивация». Сказав это, он ударил Джонатана кулаком, отчего у того пошла кровь из носа. «Ты будешь говорить или нет? Если ты почувствуешь, что мотивации всё ещё не хватает, я с удовольствием продолжу». Скайлер прорычала эти слова, стиснув зубы. «Скайлер Джонс, ты бессердечный, бесстыжий негодяй, Кристине не повезло знать тебя восемь жизней… А теперь ты хочешь знать, что с ней не так? Я тебе не скажу, я также хочу, чтобы ты знал, каково это – быть жертвой чьих-то издевательств…» Не успел Джонатан договорить, как Скайлер нанесла еще один удар, и изо рта Джонатана потекла кровь. «Ты будешь говорить или нет?» — спросил Скайлер, снова подняв кулак. "Пожалуйста, не делайте этого…" Несколько врачей и медсестер вбежали снаружи и поспешно оттащили Джонатана. Увидев врача, Скайлер внезапно схватила его за воротник и спросила: «Что именно случилось с Кристин Куинн?» Доктор встретил свирепый взгляд Скайлера, инстинктивно почувствовав ужас, но в то же время найдя его чем-то знакомым, и внезапно осознал: «Вы… Скайлер…» Терпение Скайлера иссякло, глаза горели, когда он смотрел на доктора, стиснув зубы и повторяя слово за словом: «Я же вас спрашивал, что именно случилось с Кристин Куинн?» Врач наконец ответил на вопрос Скайлер: «Вы… вы принадлежите мисс Куинн…» "Черт возьми, я же ее муж!!" Когда доктор наконец понял, что Кристин Куинн действительно является женой президента группы компаний «Оверский», его рот сжался в круг. "Говорить!!!" Испугавшись разъяренного вида Скайлер, врач выпаливает всю информацию о состоянии Кристин Куинн: «Мисс Куинн страдает от сердечной недостаточности из-за отторжения трансплантата…» Скайлер наконец медленно отпустила доктора, недоверчиво глядя на его испуганное лицо: «Что вы сказали? Сердечная недостаточность?» Врач старался сохранять спокойствие: «Да, да… сердечная недостаточность, ей осталось недолго». Снова схватив доктора, Скайлер стиснул зубы: «Черт возьми, что вы имеете в виду, что осталось совсем мало времени?» ---------- Главы 791–409: Дополнительная история: Почему у него так сильно болит сердце? (Часть 2) Доктор закрыл глаза от страха. Врачи и медсестры, стоявшие рядом с ним, быстро попытались его успокоить: «Мистер Джонс, успокойтесь, успокойтесь…» "Ха…ха-ха…" В ушах Скайлера Джонса раздался пронзительный смех. Джонатан Гибсон холодно посмотрел на Скайлера Джонса: «Обычно спокойный и высокомерный президент Джонс, у вас тоже случаются такие моменты безумия, да?» Скайлер Джонс испепеляющим взглядом посмотрела на Джонатана Гибсона: «Заткнись!!» Несколько медсестер воспользовались случаем, чтобы помочь врачу, пока Скайлер Джонс отвлеклась… Врач так испугался, что у него подкосились ноги, и он с ужасом посмотрел на Скайлера Джонса. «Объясните мне, что такое сердечная недостаточность?» — с большой долей сдержанности спросила Скайлер Джонс. «Позвольте мне объяснить!» — фыркнул Джонатан Гибсон и перехватил инициативу в разговоре. Взгляд Скайлер Джонс был прикован к насмешливому лицу Джонатана Гибсона. Взгляд Джонатана Гибсона, полный ненависти, устремился прямо на Скайлера Джонса: «Миокард получает серьёзные повреждения, из-за чего сердце не в состоянии перекачивать достаточно крови для удовлетворения потребностей организма и обмена веществ, поэтому сердце постепенно увеличивается в размерах и теряет свою функцию, это называется сердечной недостаточностью». «Это невозможно, ей много лет назад сделали операцию на сердце». «А вы знали, что полгода назад у нее начали проявляться симптомы отторжения сердца?» Скайлер Джонс энергично покачал головой: «Она столько лет перенесла операцию на сердце, симптомы отторжения просто невозможны!» «Да, логически этого не должно происходить, но если этому и без того хрупкому сердцу приходится ежедневно терпеть насмешки и резкие слова, то как оно может нормально функционировать?» Глаза Скайлер Джонс расширились, а черные зрачки постепенно сузились. В глазах Джонатана Гибсона заблестели едва заметные слезы: «А вы знали, что полгода назад врачи уже сообщили Кристин, что ей осталось жить не более шести месяцев…» В глазах Скайлер Джонс читалось недоверие. Джонатан Гибсон, задыхаясь от глупого смеха, воскликнул: «Теперь ты доволен? Человек, которого ты всегда ненавидел и которому презирал, наконец-то покидает этот мир, отныне ты можешь жить своей беззаботной и радостной жизнью!» «Прекратите говорить, мисс Куинн не знает, куда она делась, найти ее — первоочередная задача…», — посоветовал врач. Отель. В полумраке комнаты Скайлер Джонс тихо сидела, прислонившись к занавеске. Комната была в поразительном беспорядке, повсюду валялись разбитые предметы… а рука Скайлер Джонс, пронзенная осколками стекла, все еще кровоточила, капля за каплей. Очевидно, что на фотографии выше затишье после бури. Кто бы мог подумать, что всегда спокойный и уравновешенный президент «Оверского» выйдет из-под контроля и сойдёт с ума, чуть не разбив в комнате всё, что только можно было разбить… В этот момент он прислонился к стене, его взгляд был пустым и растерянным. В его памяти промелькнули обрывки моментов, которые они проводили вместе за последний год. Внезапно сцена замерла, как это было шесть месяцев назад. Она стояла перед ним, долго колебаясь, прежде чем заговорить: «Скай… Скайлер Джонс, можно задать вам вопрос?» Он презрительно посмотрел на нее и сказал: «Говори». Он заметил, как она сглотнула, слегка опустила голову и тихо сказала: «Если бы шесть лет назад Говард Джеффри не нашел способ спасти мне жизнь, вы бы смотрели, как я умираю?» Он нетерпеливо ответил ей: «Этот факт доказывает, что вы живы и здоровы». Она широко раскрыла свои полные ожидания глаза: «То есть, если… ты будешь смотреть, как я умираю?» В тот момент он, недолго думая, решил ответить с жестокостью: «Верно». Она медленно подняла глаза, впервые за столько лет, свои ясные глаза, чтобы посмотреть на него: «А что, если это произойдет сейчас? Сейчас у меня проблемы с сердцем, ты все равно предпочтешь наблюдать за моей смертью, верно?» — произнесла она так легко, так медленно, словно надеясь, что он серьезно и ясно ответит на ее вопрос. Он увидел, как на ее лице появилось разочарование, но внутри она, на удивление, была немного довольна, и еще более беспринципно произнесла: «Все эти годы, всякий раз, когда я что-то делала для М., мне хотелось разорвать тебя на куски… скажи мне, как бы я поступила?» Она смотрела на него пустым взглядом, пытаясь найти в его глазах следы лжи, но их не было, в его глазах читалось отвращение. Он всем телом прижался к холодной стене позади себя, его рука постепенно кровоточила, кровь стекала на пол, глаза оставались безжизненными. Нахлынули новые воспоминания о нем и о ней… После банкета он передал браслет, предназначенный для нее, Дженнифер Дуглас. Она спросила его: «Ты сделал это специально?» "Что вы говорите?" "Неужели унижение меня действительно доставляет тебе такое удовольствие?" Он усмехнулся: «Верно, я сделал это специально, и что?» Он с болью закрыл глаза, желая стереть из памяти все воспоминания о ней, но тут же понял, что словно проклят, не в силах избавиться от каждой минуты, проведенной с ней. Он отчаянно пытался вспомнить хоть один момент, когда он не смотрел бы на неё с презрением и сарказмом, не говорил бы с ней с пренебрежением… но, перебрав все воспоминания, он обнаружил, что такого момента не существовало. Он ни разу толком с ней не разговаривал, ни разу не смотрел ей прямо в глаза… Он постоянно насмехался над ней и издевался, казалось, он был маньяком, желавшим лишь видеть ее обиженной и разочарованной. А она ни разу не ответила ему взаимностью, даже когда была глубоко обижена, в лучшем случае лишь несколько раз вступала с ним в словесную перепалку… На протяжении многих лет она всегда была такой, никогда не ненавидела его. Оверскей, наконец-то можешь вздохнуть с облегчением, потому что человека, которого ты ненавидел больше всего, ты больше никогда не увидишь… Оверскей, я умер, ты наконец-то счастлив, да? Ха-ха… Ее голос звучал у него в ушах так, словно она произносила эти слова прямо рядом с ним. У него перехватило дыхание, и сердце внезапно наполнилось горечью. Почему так происходит? Почему у него так болит сердце? Почему? Вибрация телефона нарушила тишину в комнате. Лишь спустя долгое время он нащупал телефон, нажал кнопку ответа и поднес телефон к уху. «Мистер Джонс, мы проверили все больницы, отели, даже клиники и гостиницы в Лондоне… нигде нет никаких следов этой женщины». ---------- Глава 792–410: Дополнительная история: Просьба о прощении 1 «Если не можете её найти, продолжайте поиски. Даже не думайте возвращаться, пока не найдёте». Он медленно произносил каждое слово в свой телефон, обращаясь к подчинённым. Наконец, телефон медленно выскользнул у него из уха… Нью-Йорк. С тех пор как Говард Джеффри помог ей найти номер Джонатана Гибсона, Ребекка Квентин звонила ему каждый день, хотя телефон Джонатана всегда был выключен. В этот момент, как и каждый день на этой неделе, Ребекка снова набирала номер Джонатана. Ребекка думала, что телефон Джонатана напомнит ей, что он все еще выключен, но, неожиданно, сегодня ей действительно удалось дозвониться. Несмотря на долгое ожидание ответа на звонок, Ребекка не смогла сдержать своего волнения и с нетерпением спросила собеседника: «Здравствуйте, это мистер Джонатан Гибсон?» "Да, это." «Мистер Гибсон, ваш голос…» Его голос звучал так уныло. Он уже узнал голос Ребекки, которая медленно произнесла: «Ты сестра Кристин, верно?» «Да, мистер Гибсон… Я слышал от своего зятя, что моя сестра уехала за границу, но она уже больше недели ни с кем не связывается. Я очень за нее волнуюсь… Я знаю, что она уехала за границу с вами, и ваш телефон раньше был недоступен. Я очень хочу, чтобы вы сказали мне, где сейчас моя сестра? Почему я не могу дозвониться до нее?» Последовала долгая тишина, прежде чем Джонатан тихо произнес: «Она ушла…» "Левый?" Голос Джонатана стал еще более отстраненным: «Да, она ушла, когда у нее оставалось совсем немного времени, подальше от всех…» Ребекка была ошеломлена: «Как мало времени осталось?» Кристин Куинн словно растворилась в воздухе, день за днем, два дня… и все еще никаких новостей о ее местонахождении. На третье утро Говард сопроводил Ребекку, находившуюся на четвертом месяце беременности, в Лондон. В этот момент Ребекка стояла перед дверью гостиничного номера, где остановился Скайлер Джонс, и холодно спросила двух стоявших снаружи телохранителей: «Мистер Джонс внутри?» Телохранители, узнав Говарда и Ребекку, оба опустили головы, не смея их остановить. В следующую секунду Ребекка импульсивно протянула руку и постучала в дверь. "Скайлер Джонс, выйди ко мне… Скайлер Джонс… Скайлер Джонс, выйди сюда…" — истерически кричала Ребекка, ее голос был полон скорбных рыданий. "Бекка, Бекка, не веди себя так…" Говард крепко обнял жену, не позволяя ей вести себя еще более безрассудно. Ребекка отчаянно сопротивлялась: «Мне все равно… Я хочу, чтобы Скайлер Джонс пришла ко мне… Скайлер Джонс… выйди за мной…» Вырвавшись из рук Говарда, Ребекка продолжала стучать кулаками по двери. Говард снова обнял жену, крепко сжимая ее руки, и холодно напомнил ей: «Не забывай, что ты беременна!!» Осознав свое состояние, Ребекка постепенно прижалась к Говарду, крепко обнимая его, ее заплаканные глаза умоляюще смотрели на него: «Я хочу увидеть мистера Джонса, мне нужно спросить его, что он сделал с моей сестрой… почему моя сестра ушла одна… почему…» Убитая горем Говард вытерла слезы с уголков ее глаз и строго заявила: «Если ты не можешь контролировать свои эмоции, я не позволю тебе его видеть!» "Нет…" Говард слегка смягчил тон: «А что, если ваши эмоции причинят вред ребёнку внутри?» Ребекка опустила голову и принюхнулась. Говард снова обнял Ребекку, нежно поглаживая ее гладкие волосы и мягко уговаривая: «Пообещай мне, будь хорошей девочкой, я понимаю твои чувства, позволь мне разобраться, хорошо?» «Я так волнуюсь за свою сестру, она где-то одна, с таким слабым здоровьем…» Ребекка снова начала сдерживать слезы. Говард нежно обхватил заплаканное лицо Ребекки ладонями, поцеловал ее губы, также покрытые слезами, и ласково утешил: «Что бы ни случилось, я найду твою сестру, не волнуйся, я не позволю, чтобы с ней что-нибудь случилось». "Ты действительно сможешь её найти?" «Разве я когда-либо нарушал данные тебе обещания?» «Но мистер Джонс ищет уже несколько дней…» «Это просто означает, что её ещё не нашли, но её обязательно найдут… Я вам обещаю». Ребекка наконец кивнула, прижавшись к Говарду. В этот момент дверь гостиничного номера открылась. ---------- Глава 793-410: Дополнительно: В поисках её прощения (1-2) Ребекка Квентин внезапно подняла глаза и невольно встретилась взглядом со Скайлером Джонсом, когда он открыл дверь. В глазах Скайлера Джонса, всегда спокойных, не было никаких существенных изменений. Ребекке невольно захотелось схватить Скайлера и яростно отругать его, но ее беспокойное тело крепко держал Говард Джеффри. Ребекка свирепо посмотрела на Скайлер Джонс, не в силах ничего предпринять, и могла лишь выплеснуть свои эмоции словами: «Теперь ты довольна, Скайлер Джонс? Довольна? Все эти годы ты надеялась, что с моей сестрой ничего не получится, всегда желала, чтобы она держалась от тебя подальше. А теперь ты наконец-то получила то, чего хотела… наконец-то можешь жить своей яркой жизнью!» «Бекка!» — строго напомнил Ребекке Говард Джеффри. Ребекка изо всех сил пыталась подавить гнев, который бушевал в её груди, и только тогда ей удалось сдержать себя, хотя её взгляд продолжал сверкать ненавистью, устремлённый на Скайлер. Скайлер посмотрел на бледное, слабое лицо Ребекки, и на мгновение у него возникло иллюзия, что это Кристин Куинн. Но когда Ребекка посмотрела на него с такой ненавистью, он понял, что это не Кристин, потому что в глазах Кристин никогда не было ненависти к нему. Скайлер молча стоял на месте, его взгляд был глубоким и отрешенным. При ближайшем рассмотрении можно было заметить, что Скайлер все еще был одет в одежду трехдневной давности; он, всегда чистый, позволил себе не переодеваться три дня, его волосы уже не были уложены в привычную прическу, а легкая щетина на подбородке, казалось, подчеркивала, что и последние три дня были не очень хорошими… «Брат, мне нужно с тобой поговорить», — сказал Говард Скайлеру. Скайлер слегка кивнула, затем сделала шаг и сказала: «Я подожду тебя внизу». В холле на первом этаже отеля Скайлер тихо сидел у окна, рядом с ним лежала зажженная сигарета. Говард подошел и сел напротив Скайлер. Скайлер бросила взгляд на Говарда: «Как поживает Бекка?» Взгляд Говарда был острым и холодным, тонкие губы безразличными: «Ей плохо. С тех пор, как она узнала о Кристин, она плачет без остановки… Я не смог ей устоять, поэтому привёз её в Лондон, чтобы она нашла тебя. Мне с трудом удалось уговорить её пойти в номер отеля немного поспать». Скайлер откинулся на спинку стула, затянулся сигаретой и равнодушно сказал: «Нет причин не найти её, если только… кто-то намеренно её не спрятал». Говард нахмурился, внимательно разглядывая своего проницательного брата, и тихонько рассмеялся: «Ты теперь себя утешаешь?» Скайлер тоже смотрела на Говарда с недоверием. У обоих были похожие выражения лиц, каждый пытался разглядеть мысли другого. К сожалению, их умение разглядеть истинную сущность людей не проявилось в отношениях между братьями. «Брат, мне потребовалось восемь лет, чтобы отпустить свою ненависть, а ты сделал это всего за год… твоя забота о Кристине давно перевесила всё остальное. Почему ты до сих пор отказываешься признаться в своих чувствах к Кристине, почему ты продолжаешь избегать этого? Если бы ты мог быть с ней откровенным, понять её прошлые разочарования, осознать, как много она для тебя сделала за эти годы, ты бы понял, что она всегда глубоко тебя любила…» Строгое лицо Скайлера не изменилось, он холодно ответил: «Я не хочу это слышать». Говард прищурился: «Я не сентиментальный человек и не собираюсь здесь проповедовать… Я хочу сказать вам вот что: если человек не может взглянуть в лицо своим истинным внутренним чувствам, он в конечном итоге потеряет многих важных для него людей из-за избегания… Если вы всё ещё хотите найти Кристин, покажите свою искренность, дайте ей почувствовать, насколько она важна для вас, где бы она ни находилась в мире… Вы должны знать, что если кто и может вернуть её, то это можете быть только вы». В темных глазах Скайлер мелькнуло волнение, холод сменился глубокой печалью. Говард встал и, прежде чем отвернуться, оставил последнее замечание: «Её нет уже три дня; даже если кто-то её спасёт, сможет ли она выдержать оставшиеся дни, учитывая её слабое здоровье? Если она случайно потеряет сознание в каком-нибудь незаметном уголке и тихо умрёт, спросите себя, сможете ли вы действительно прожить остаток жизни без сожалений?» Никто не заметил, что, когда Говард произнес эти слова, безразличный взгляд Скайлер постепенно расплылся, в конце концов, в нем отразилась депрессия. Хотя он и не хотел в этом признаваться, в тот момент, когда Говард заговорил о том, что она, возможно, тихо умирает в каком-то незаметном уголке, его сердце болезненно сжалось. Острая боль пронзила его сердце, и в ту секунду ему ничего не оставалось, как признать… Все эти годы эмоции, которые, как ему казалось, он забыл, на самом деле глубоко жили в его сердце, он просто не хотел их признавать… Кристин Куинн… Его мир давно привык к её присутствию, и если однажды он действительно её потеряет, что он будет делать? «Мистер Джонс, свидетель, сообщил, что три дня назад на XX авеню в Лондоне он видел стройную, красивую женщину восточной внешности, сидящую на скамейке у улицы… Поскольку она выглядела очень слабой и отказывалась от любой помощи, это побудило очевидца позвонить в полицию, но к моменту прибытия полицейских она уже скончалась…» «Вы уверены, что это была она?» «Пока мы не можем это подтвердить; я веду переговоры с полицией, надеясь получить записи с камер видеонаблюдения на XX Avenue…» «Хорошо, сообщите мне как можно скорее». "Да." Закончив разговор, Скайлер откинулась на спинку кресла у панорамного окна отеля и рассеянно смотрела на шумный город внизу. Внезапно раздался звуковой сигнал телефона, и он небрежно поднял красный телефон, лежавший рядом. На её телефон пришло сообщение с изображением… это было обычное фотосообщение. Он уныло положил телефон обратно, но прежде чем убрать его, внезапно, словно по указанию, поднес ее телефон к глазам и открыл приложение, в котором хранились ее фотографии. К его полнейшему удивлению… В её телефоне не было ни одной фотографии, только одно фото, сделанное в фотобудке в парке развлечений во время дня рождения Мари. Тогда она наклонилась к нему, слабо улыбаясь. Отель. В просторной комнате Скайлер сидел один на диване, неподалеку по телевизору транслировались кадры лондонской полиции, полученные его подчиненными из записей видеонаблюдения на XX Avenue. ---------- Глава 794-411: Дополнительная история: Просьба о прощении 2 На огромном ЖК-экране отображались оживленные улицы Лондона. Все были заняты своими делами: кто-то спешил на поезд, кто-то болтал и смеялся с друзьями, а кто-то неспешно ходил по магазинам… Однако, волоча свое хрупкое тело, она время от времени опиралась на твердые предметы у обочины дороги, чтобы компенсировать свою слабость. Несколько раз она едва не ухватилась за что-нибудь поблизости и чуть не упала, совершенно не поместившись среди проходящих мимо людей. Ее лицо было таким бледным, ее прекрасные черты часто искажались от боли… Она ни разу не позволила себе упасть, опираясь на придорожные постройки, шаг за шагом отступая. Весь мир казался размытым, лишь она резко выделялась в этом мире… Он наблюдал, как она с трудом делала шаги от начала до конца улицы, пока, наконец, не выдержав физической боли, не села на скамейку у дороги. Она схватилась за грудь, пытаясь облегчить боль в сердце… Но боль, казалось, усиливалась, и ее брови сильно нахмурились. В этот момент влюбленная пара, прогуливавшаяся мимо, заметила ее болезненный вид… Они подошли, чтобы спросить, нужна ли ей помощь, но она лишь покачала головой, не забывая при этом слабо улыбнуться им. Он нажал на кнопку пульта, задержав взгляд на моменте, когда она улыбалась. Он долго-долго молча смотрел на нее на ЖК-экране. Её красота завораживала, даже несмотря на то, что в этот момент её прекрасное лицо уже было бесцветным. Когда-то его очень привлекало её лицо, но с годами он возненавидел это лицо настолько, что никогда не смотрел ей прямо в глаза… И только сегодня он понял, что на её лице читались усталость и изнеможение… Если бы за эти десять лет он смог уделить ей хоть немного времени, хотя бы секунду, чтобы по-настоящему взглянуть на её лицо, возможно, он не был бы таким бессердечным… Почему она была такой упрямой? Почему вы никогда не проявляете перед ним ни малейшего признака слабости? Почему бы не сообщить ему, что она уже неизлечимо больна? Если бы раньше она была менее упрямой, менее настойчивой, сказала ему, что все еще хочет быть с ним, возможно, результат был бы другим… Однажды она кричала, что он её любит, а он жестоко ответил: «Мне всё равно». Понимала ли она, насколько ненавистно тогда было сердце?.. Ему хотелось разорвать её на куски… Но понимает ли она, какая любовь заставляет человека ненавидеть другого до такой степени, что хочется его разорвать? Когда-то он использовал все оставшиеся у него надежды на кого-либо, чтобы любить её, когда-то жаждал любви и брака, как юноша, только что познакомившийся с обществом, когда-то покупал ей обручальные кольца, планировал свадьбу в Италии, преклонялся перед ней перед обидами предыдущих поколений… Он лишь надеялся, что она сможет быть рядом с ним всю мою жизнь. Потому что за всю мою жизнь не было ни одного человека, который бы так его ценил, и он сам никогда не хотел так сильно никого ценить. Но всё это рухнуло в одно мгновение… Прекрасный мир, о котором он мечтал, купленное им бриллиантовое кольцо, свадьба, которую он тайно планировал в Италии, предложение руки и сердца, которое он подготовил той ночью, — всё это в одно мгновение превратилось в мыльные пузыри. Знает ли она, что именно в тот день она заточила его в аду, который невозможно преодолеть? Поэтому он задавался вопросом: если одному суждено попасть в ад, почему он должен быть единственным? Обещано разделять радости и печали, быть вместе всю жизнь, разве не следует вместе пережить ад? Эти десять лет, в течение которых он отнимал у нее жизнь, стремясь отомстить, он всегда хотел увидеть хоть немного страданий и мольб с ее стороны, но ничего… Её упрямство не позволяло ей проявлять перед ним даже намёка на слабость, поэтому он думал, что она не испытывает боли, не страдает, не похожа на него, живущего в аду каждую минуту. Но как же мало он знал, её маска была гораздо изощрённее любой другой. Она по-прежнему была полна ненависти… Провести с ним больше десяти лет, лишь бы показать ему, каким глупым он был в прошлом… Теперь, когда ее желание наконец исполнилось, он глубоко сожалел, его лицо больше не могло скрывать усталость и одиночество, накопившаяся подавленная тоска истерзала его некогда крепкое и холодное сердце до предела… Разве ей не хотелось увидеть его именно в этом нечеловеческом, призрачном состоянии? Почему она не выходит сейчас? Как же сильно он хочет, чтобы она появилась… Знает ли она об этом? Взгляд Скайлер Джонс был прикован к хрупкой улыбке на ЖК-экране, которая отличалась от осторожной улыбки на фотографиях, хранившихся в ее телефоне вместе с ним. Та улыбка была полна осторожности, но здесь она была по-настоящему откровенной. ---------- Глава 795-411: Дополнительно: В поисках её прощения 2_2 Она рядом с ним, даже улыбка такая настороженная… Ясно, какие обиды она терпела все эти годы. Тук-тук. Раздался сильный стук в дверь. «Входите». Его взгляд по-прежнему прикован к ЖК-телевизору. Снаружи входит крепкий мужчина в черном костюме; это самый компетентный подчиненный Скайлера Джонса. «Мистер Джонс». "Говорить." Мужчина бросает взгляд на фотографию Кристин Куинн на ЖК-экране, слова, которые он хотел сказать, внезапно застревают у него в горле. Скайлер Джонс слегка нахмурил брови: «Что ты хочешь сказать? Перестань колебаться». Мужчина склоняет голову, сдерживая нерешительность. Холодный взгляд Скайлера Джонса скользит по нему. Мужчина осторожно поднимает глаза, с тревогой глядя на своего начальника, и нерешительно произносит: «В больнице на Второй авеню в Лондоне сообщили, что прошлой ночью женщина из «Цветочного королевства» внезапно потеряла сознание из-за проблем с сердцем и была доставлена ​​в больницу прохожим…» Скайлер Джонс встает со стула: «Это Кристин Куинн?» «Я немедленно приехал, чтобы сообщить вам об этом, и уже отправил сотрудника в больницу для проверки». Не теряя ни минуты, Скайлер Джонс надевает пиджак и выбегает из комнаты. «В больницу!» «Эй, мистер Джонс, мистер Джонс, мне нужно сказать ещё кое-что…» Мужчина быстро бросается ему вслед. По дороге в больницу водитель всё время хочет что-то сказать: "Мистер… Мистер Джонс…" «Если тебе есть что сказать, просто скажи». Скайлер Джонс явно теряет терпение. Мужчина смотрит вперед и, наконец, заставляя себя сказать: «Я не закончил раньше… После того, как женщину азиатской внешности доставили в больницу, спасти ее, несмотря на реанимационные мероприятия, не удалось». "О чём ты говоришь?!" — рёв Скайлера Джонса разносится по всей машине. Мужчина так испугался, что резко повернул руль, дрожа всем телом. В следующий момент Скайлер Джонс резко откидывается на спинку стула. Когда Скайлер Джонс прибывает в больницу, он встречает Говарда Джеффри, прибывшего одновременно с ним. Говард Джеффри выглядит серьезным, очевидно, получив тот же самый известие. Скайлер Джонс и Говард Джеффри следуют за персоналом больницы до самого дальнего уголка морга… Когда сотрудники в перчатках вытаскивают тело из морозильной камеры, никто не замечает, как глубокие темные зрачки Скайлер Джонс постепенно сужаются от страха. В следующее мгновение все присутствующие в морге тяжело вздохнули с облегчением… Даже на лице Говарда Джеффри заметно облегчение. Темные зрачки Скайлера Джонса медленно расширяются, и он возвращается к своему обычному спокойствию. «Это не она». Говард Джеффри обращается к сотрудникам. Сотрудники приносят извинения и задвигают тело обратно в морозильную камеру. Скайлер Джонс уже обернулся, его лицо настолько мрачное, что на нем не видно никакого выражения. Говард Джеффри утешает Скайлера Джонса: «По крайней мере, это хорошие новости». Скайлер Джонс ничего не говорит и просто выходит из морга. У дверей больницы Скайлера Джонса останавливают люди Говарда Джеффри, и его взгляд холодно устремлен на Говарда Джеффри. Высокий Говард Джеффри приближается к Скайлеру Джонсу, они почти одного роста, поэтому его угольно-черные глаза смотрят прямо на старшего брата: «Если бы в морозильной камере сейчас лежала Кристин Куинн, что бы ты сделал?» Скайлер Джонс прямо заявляет: «Я не буду отвечать на гипотетические вопросы!» Узкие темные глаза Говарда Джеффри прищурились, и он искоса посмотрел на него: «Вы будете жалеть об этом всю жизнь?» Скайлер Джонс шагает вперед, хватает Говарда Джеффри за воротник и говорит: «Не думай, что ты меня так хорошо понимаешь; в этом мире только я сам знаю себя лучше всего». У Говарда Джеффри врождённая аура, его не пугает угроза старшего брата; вместо этого он спокойно убирает руку Скайлера Джонса со своего воротника, холодно ухмыляясь: «Посмотри на себя в морге, дрожащий от страха, боящийся, что внутри оказалась Кристин Куинн, верно?» Скайлер Джонс силой отпускает Говарда Джеффри: «Не испытывай мое терпение!!» В этот момент Говард Джеффри, стиснув зубы, хватает Скайлер Джонс за воротник: «В твоем нынешнем состоянии, даже если Кристин все еще в Лондоне, ты думаешь, она придет тебя навестить? Брат, ты понимаешь, насколько ты сейчас жалок? Ты не хочешь любить никого, кто тебе дорог, из-за чего все, кого ты любишь, держатся от тебя на расстоянии… И сейчас ты должен был быть рядом с человеком, которого любишь больше всего, в это трудное время, но она предпочла держаться от тебя подальше, просто потому что никогда не чувствовала, что ты о ней заботишься… Брат, как долго ты будешь оставаться таким упрямым и слепым к правде? Ты знаешь, что Кристин скоро умрет? Ты действительно хочешь ждать ее смерти, чтобы понять, насколько она была важна для тебя?» После этих слов Говард Джеффри резко отталкивает Скайлера Джонса, заметив, что его взгляд слегка затуманен, подавляет гнев и холодно говорит: «Думаю, тебе не нужно, чтобы я учил тебя, что тебе следует делать дальше». Тем временем, в другом районе Лондона. Белый потолок, белые стены, чистая и свежая мебель и сильный запах лекарств… Кристин Куинн медленно открывает свои тяжелые веки, видя больничную обстановку, которая ей за это время очень хорошо знакома. Кристин Куинн слегка приоткрывает свои бледные губы, желая что-то сказать, но обнаруживает, что в горле слишком пересохло, чтобы произнести хоть слово. В этот момент молодая медсестра осторожно помогает ей, напоив водой. «Слава Богу, мисс Куинн, вы наконец-то проснулись». Кристин Куинн прислоняется к медсестре, и после увлажнения пересохшего горла ей наконец удается издать звук: «Где… где это?» «Это больница». «Доктор?» Последнее, что она помнит, — это как садилась в автобус, отъезжающий от центра Лондона, думая, что уже покинула город. «Почему я в больнице? Где это?» «Это частная больница, построенная при участии господина Мантефера; вы находитесь здесь на лечении уже неделю». "Неделю?" «Да… Это было действительно опасно; ваше сердце дважды останавливалось, к счастью, врачи вовремя вас спасли. Прямо сейчас лучшие в мире кардиоторакальные хирурги находятся в соседнем кабинете, обсуждают ваше состояние и готовы в любой момент вас прооперировать». "У меня… у меня еще есть шанс?" Медсестра улыбается и кивает Кристин Куинн: «Вы выживете». Хотя врачи до сих пор не нашли способа её вылечить. ---------- Главы 796–412: Дополнительно: Действительно ли она больше никогда не хочет его видеть? Прошла еще одна неделя. В небольшой компании в «Цветочном королевстве» сотрудница воскликнула: «Ух ты, ух ты… Президент группы компаний «Оверски», Скайлер Джонс, купил британскую газету «Таймс», «Нью-Йорк Таймс», электронный еженедельник «Цветочного королевства», итальянский «Альфа Уикли»… более шестидесяти самых продаваемых газет и журналов в мире на целую неделю…» Другая молодая сотрудница с волнением сказала: «Да, так нежно... Он просит прощения у своей жены». «Неужели он настолько богат? Чтобы газеты целую неделю писали об этом?» «Конечно, он богат, он президент «Оверского»... Кроме того, для такого состоятельного человека у него, вероятно, есть связи с владельцами газеты». "Это правда..." «Но он действительно искренен; не каждый мужчина может отбросить свою гордость и извиниться перед женой в газете». «Мм, ммм, если бы я была его женой, я бы тут же бросилась к нему, отбросив всякую осторожность…» «Надеюсь, его жена это увидит!» «Я думаю, Кристин Куинн очень повезло иметь такого богатого и любящего мужа…» В начале зимы серое небо мягко опускало первый снег. Кристин Куинн молча стояла на веранде виллы, глядя в небо и позволяя белому снегу нежно опускаться на щеки и одежду. В эти дни на ее худом, бледном лице сияла редкая, восхитительная улыбка. Она осторожно протянула свою изящную руку, позволяя снежинкам падать ей на ладонь. Она сосредоточилась на происходящем перед ней, словно это было единственное, что стоило внимания в этом мире. Выросшая в городе Ти-Сити, она, возможно, никогда в жизни не увидит такого прекрасного снега, если только не совершит целенаправленное восхождение на гору. Поэтому, когда смотритель, Эрни, сказал ей, что на улице идет снег, она не могла дождаться, чтобы вытащить свое хрупкое тело на виллу, в которую она переехала. Она стояла, закрыв глаза от восторга, на открытом пространстве, заполненном кружащимся снегом, наслаждаясь редким прекрасным зрелищем. «Мисс Куинн, заходите внутрь, вы сможете полюбоваться снегом и оттуда!» — обеспокоенно сказал Эрни. «Эрни, позволь мне остаться ненадолго, совсем ненадолго». Кристин Куинн даже не открыла глаза, продолжая стоять в том же положении. «Тогда я принесу тебе пальто». С этими словами Эрни быстро бросился внутрь. Она прекрасно понимала, что её слабое тело не приспособлено для долгого стояния на снегу, но неутолимое любопытство заставляло её игнорировать заботу Эрни. Возможно… возможно, это был первый и последний раз, когда она видела подобный снежный пейзаж, как она могла его пропустить? Кристин невольно погрузилась в грусть. «Ты любуешься снегом, одетая так?» — внезапно раздался низкий мужской голос, и Кристин Куинн открыла закрытые глаза. Она медленно повернула голову и увидела человека, которого ожидала увидеть. «Говард Джеффри». «Давно не виделись, Кристин». «Я знал, что это вы... Никто другой не смог бы привлечь столько лучших кардиоторакальных специалистов для моего лечения». «Заходите, поговорим внутри». "Мм." Внутри виллы Эрни подал Кристин Куинн и Говарду Джеффри по чашке горячего кофе. Говард Джеффри посмотрел на бледное, лишенное цвета лицо Кристин Куинн и тихо вздохнул: «Вам следовало сообщить всем об этом раньше». Кристин Куинн улыбнулась и покачала головой: «Лечения нет, так зачем заставлять всех волноваться обо мне?» «Но сейчас вы никак не сможете справиться с этим в одиночку». «Я справлюсь, разве вы не забыли? Меня ничто никогда не побеждало». В этот момент Кристин Куинн все еще выдавливала из себя улыбку, делая вид, что расслаблена, и отвечала. «У вас слишком сильная воля». Кристин Куинн все еще улыбалась и спросила: «Кстати, как поживает Бекка в последнее время?» «В этот момент вам следует больше беспокоиться о себе». «Разве я сейчас не сижу в безопасности перед вами?» «Бекке нехорошо... Она вас не нашла, очень волнуется, у нее пропал аппетит, и она похудела». «Так не пойдёт... Она сейчас беременна, и если она будет плохо питаться или плохо спать, это повлияет на ребёнка в её животе». «Вам не стоит слишком волноваться... Она не морит ребенка голодом, просто очень беспокоится о вас». Кристин Куинн виновато опустила голову: «Теперь позаботьтесь о ней получше». «Конечно, я это сделаю, ведь я её муж». Кристин Куинн кивнула, улыбаясь Говарду Джеффри: «На самом деле, я очень завидую вашей любви. Даже в самые трудные моменты вы никогда не сдавались, всегда глубоко любили друг друга». ---------- Глава 797-412: Дополнительно: Действительно ли она больше никогда не хочет его видеть? (2) Говард Джеффри долго молчал, а затем вдруг спросил: «Кристин, ты видела газету, которую издавал мой брат?» Кристин Куинн слегка кивнула: «Я видела это пару дней назад». «Значит, вы знаете, что он опубликовал это же письмо с извинениями в самых популярных газетах более чем шестидесяти стран мира, верно?» Да, это было письмо с извинениями… Он извинялся перед ней перед всем миром, просил прощения! Она отчетливо помнила, что в газете было опубликовано лишь короткое предложение. Жена, прости меня. Прости меня за то, что я сделал в прошлом. Пожалуйста, дай нам еще один шанс. Позволь мне исправиться и дай мне возможность заботиться о тебе всю жизнь. — Скайлер Джонс Кристин Куинн. Газета опубликовала всего лишь эту простую строчку, но она заняла целую страницу на первой полосе. Она знала, что весь мир читает это, и знала, что мир, должно быть, обсуждает его глубокие чувства, но кто знал, что между ними уже не осталось и целой жизни. На бледном лице Кристин Куинн появилась легкая улыбка, и она тихо сказала: «Разве он не ладит с Дженнифер Дуглас?» «Ты должна знать, что Дженнифер была просто тем человеком, которого он использовал, чтобы тебя спровоцировать». "Ох…" — Кристина долго смеялась, — "В любом случае, он же был с Дженнифер, верно?" «Но они уже расстались». «Расстался он с Дженнифер или нет, меня это больше не касается… С того самого дня, как я уехала из Y City, я полностью исключила его из своей жизни, поэтому мне больше все равно на него». «Я понимаю ваши мысли… но вы должны знать, что с его гордым нравом способность сказать вам «извините» перед всем миром показывает его искренность». Кристин Куинн шмыгнула носом, подавляя горечь, и выдавила из себя улыбку: «Джеффри… я просто человек, который спит, не зная, проснусь ли завтра. Я просто хочу спокойно провести эти дни и достойно завершить оставшуюся жизнь». «Тебе следует позволить моему брату остаться рядом с тобой». «Не нужно… Он не был рядом со мной все эти годы, так что позвольте мне сохранить эту единственную гордость в мои последние дни!» «Ты правда не хочешь снова увидеть моего брата?» Кристин Куинн сглотнула рыдания и кивнула: «Я больше ничего ему не должна… пусть прошлое унесёт ветром!» "Кристин…" «Не говори этого, Джеффри. Я знаю, вы с Беккой пытались нам помочь… но не всем в этом мире так везет, что они могут добиться желаемой любви. Что упущено, то упущено. Возможно, без меня он будет жить лучше». Джеффри тяжело вздохнул: «Пусть будет так… Каждый имеет право выбора. Если сердце уже приняло решение, то я уважаю ваш выбор». "Спасибо." Джеффри встал: «Я не могу долго оставаться вне дома, Бекка ждет меня в отеле». «Мм, вам следует поскорее вернуться… хорошо о ней позаботьтесь». «Врачи организуют вашу операцию в ближайшие пару дней. Будьте морально готовы. Я найду способ вас навестить». «Не нужно, Джеффри… мы оба знаем, что тогда моя пересадка сердца далась мне с трудом. На этот раз я столкнусь с теми же трудностями, и даже если мне так же повезет, как и раньше, и операция пройдет успешно, отторжение со стороны моего организма продолжит причинять мне боль… Если конечный результат — смерть, почему бы просто не позволить мне уйти из жизни мирно?» Джеффри нахмурился: «Ты готов оставить Мари, Бекку и всех нас?» «Пока с ними всё в порядке, я могу уйти без сожалений». «Но я не могу нести такую ​​ответственность… если однажды Бекка узнает, что я скрывала твою ситуацию, она, возможно, поймет, что я уважала твои желания и не рассказывала о них, но она, безусловно, обвинит меня в том, что я не сделала все возможное, чтобы помочь тебе». Кристин Куинн наконец кивнула: «Хорошо, я вас послушаю и соглашусь на операцию». "Заботиться." «Подожди, Джеффри, я все еще хочу, чтобы ты мне кое-что пообещал…» Джеффри остановился, чтобы уйти: «Идите». Глядя на стройную спину Джеффри, она сказала: «Независимо от результата моей операции, я надеюсь, вы сможете мне чем-нибудь помочь…» Скайлер Джонс вернулась в город Y три дня назад. После возвращения из Лондона он оставался на своей вилле, ни разу не выходя из нее. Проект TSOL был полностью завершен, но он пропустил долгожданный банкет по случаю завершения проекта, состоявшийся вчера вечером в Нью-Йорке. Весь мир гадает, что сейчас он тоскует по любви, но сам он не знает, находится ли он в таком положении. У него не хватает сил что-либо делать, он чувствует, что жизнь бессмысленна… Не хочет идти в офис, есть или спать… Внезапно кажется, что в мире остался только он, одинокий и замерзший. Он думал, что она вернется после его объявления в газете, потому что она никогда по-настоящему далеко не уезжала… Но только сегодня он понял, что, уходя, она вовсе не собиралась возвращаться… Это не шутка, не обида, она действительно и полностью дистанцировалась от его мира. Да, для такого человека, как он, что тут может вызывать сентиментальные чувства? Она была больна, а он об этом не знал. Она уехала с Джонатаном Гибсоном, и он тоже об этом не знал… Он никогда по-настоящему не любил её, иначе увидел бы решимость в её глазах накануне отъезда с Джонатаном… Оказалось, что когда она говорила о ребёнке той ночью, это было не для примирения, а лишь для того, чтобы прояснить ситуацию и позволить ему отпустить прошлые обиды… Почему он никогда не понимал её чувств? Почему он никогда не осознавал, что их жизни уже неразрывно связаны? Теперь, когда она окончательно покинула его мир, он совсем не счастлив. На самом деле, его сердце болит до предела. Почему он не мог чувствовать этого раньше? В его жизни больше нет места без этой женщины. Почему мне потребовалось столько времени, чтобы это осознать? По правде говоря, он и раньше понимал это и в пьяные моменты, в своих мечтах, думал о том, чтобы начать все сначала с ней, но всегда отказывался поступаться своей гордостью… В конце концов, она ушла с разбитым сердцем и в отчаянии, но теперь он еще несчастнее, чем прежде. Какая же это глупость! ---------- Глава 798–413: Дополнительная история: Я приказываю тебе проснуться Он уже слишком много упустил, он не может прятаться в своей башне из слоновой кости и холодно наблюдать, холодно наблюдать за человеком, который ему дороже всего в жизни… Он клянется, что найдет ее, сколько бы времени это ни заняло… Но видит ли он её всё ещё целой и невредимой перед собой? Скайлер Джонс стояла у двери детской, терпеливо стуча в нее. «Мари, Мари… это папа, открой дверь быстрее». Из комнаты не доносилось ни звука. «Мари, если ты не откроешь дверь, папа очень за тебя забеспокоится… Открой дверь и впусти папу, хорошо?» Из комнаты донесся тихий, меланхоличный голос Мари: «Папа, я не хочу тебя видеть». «Хорошо, тогда ты что-нибудь поешь? Папа разрешит тете принести тебе еду». "Я не буду есть!" «Мари, если ты будешь так себя вести, папа будет волноваться». В следующее мгновение Мари сердито открыла дверь, сверкнув на отца взглядом: «Я ненавижу тебя, папа, я ненавижу тебя… Это ты разозлил маму, поэтому она не хочет возвращаться». Скайлер Джонс тяжело вздохнул и, обняв дочь, сказал: «Прости меня». Мари прижалась к груди отца и, рыдая, прошептала: «Это всё твоя вина, что ты заставил маму уйти… Если бы ты не встречался с другими женщинами, не развёлся с мамой, она бы не ушла…» Скайлер Джонс мягко отвел дочь в сторону и искренне, серьезно сказал: «Мари, ты должна поверить, папа никогда не думал о разводе с твоей мамой». «Ты это сделал…» — жестоко обвинила Мари. — «Ты подписал с мамой соглашение о неразглашении, согласившись развестись через полгода… Ты действительно хотел развестись с мамой давным-давно». «Откуда вы узнали о соглашении о конфиденциальности?» «Когда ты был в Нью-Йорке, я как-то спросила маму, не хочет ли она с тобой развестись, и она рассказала мне о соглашении… Она также сказала мне, что раньше очень любила папу, но папа, ты не хотел ее…» Волна грусти подступила к горлу Скайлера Джонса, глаза его необъяснимо увлажнились, и он с трудом спросил: «Что ещё тебе рассказывала мама?» Мари воскликнула: «Мама также сказала, что ты в будущем женишься на этой тете Рен, и надеется, что я не буду предвзято относиться к тете Рен и буду уважать твое решение». "Этот дурак…" После того как ему наконец удалось уговорить Мари спуститься вниз на обед, и Скайлер Джонс как раз собирался пойти с дочерью за стол, внезапно зазвонил его телефон. На экране определителя номера отобразилась Дженнифер Дуглас, и Скайлер Джонс сразу же отклонил звонок. Однако телефон продолжал непрерывно звонить, и Скайлер Джонс наконец нажала кнопку ответа. В итоге он согласился встретиться с Дженнифер Дуглас один раз. Ночью, в частном клубе Скайлера Джонса. Там не было ни репортеров, ни прохожих, что позволяло им говорить без всяких оговорок. Обычно уверенное лицо Дженнифер Дуглас потеряло свой привычный блеск, она сильно похудела, а когда увидела Скайлер Джонс, ее нос покраснел, и она долго кусала губу, прежде чем заговорить: «Вы не планируете снова со мной встретиться?» «Дома произошло много всего». «Что касается ухода Кристин Куинн из дома?» Похоже, об этой ситуации знает только возлюбленный. «Да, я её ищу». «Значит, вы ищете её, разыскивая такую ​​известную личность, о которой пишут в газетах?» «Если бы я не был таким известным человеком, она, возможно, и не увидела бы эту газету». «А что теперь? Она наверняка видела, что вы её ищете, вернулась ли она к вам?» «В конце концов я её найду». Дженнифер Дуглас глупо улыбнулась: «Значит, я была просто случайной спутницей в твоей жизни от начала до конца, верно?» Скайлер Джонс жестоко заявила: «Я пыталась быть с тобой, но… мне очень жаль». «Мне не нужны извинения…» Дженнифер Дуглас болезненно покачала головой, ее полные слез глаза обиженно смотрели на него. Скайлер Джонс встала и, глядя на Дженнифер Дуглас, сказала: «Ты обязательно встретишь кого-нибудь лучше меня». «Конечно, я встречу кого-нибудь лучше тебя, но я никогда не смогу любить его так, как люблю тебя». «Какую компенсацию вы хотите получить?» «У меня есть всё, мне не нужна от вас никакая компенсация». «Тогда… берегите себя». Скайлер Джонс сделал несколько шагов и вышел из отдельной комнаты. Однако, как только Скайлер Джонс собрался выйти из отдельной комнаты, Дженнифер Дуглас внезапно обняла его сзади. Дженнифер Дуглас крепко сжала его руки, плача и говоря: «Я ненавижу тебя… ненавижу тебя за то, что ты использовал меня, чтобы спровоцировать человека, который тебе дорог. Я также знаю, что, возможно, я совсем не в твоем сердце… но с того дня, как ты подарил мне браслет, мое сердце не могло не влюбиться в тебя… Я думала сдаться, думала использовать брак, чтобы заставить тебя сделать выбор, но в конце концов я унизила себя… Я думала, что смогу действительно отпустить тебя, даже запершись дома, заставляя себя не искать тебя, но я все еще скучаю по тебе, все еще не могу перестать думать о тебе… Я не хочу расставаться с тобой, Скайлер, умоляю тебя, не оставляй меня…» ---------- Глава 799–413: Дополнительно: Я приказываю тебе проснуться_2 "Мне жаль…" Скайлер Джонс с болью закрыл глаза, разжимая руки Дженнифер Дуглас: «То, что ты хотела, я уже дал тому человеку». Прошло в мгновение ока больше месяца… В течение этого месяца Скайлер Джонс не прекращала поиски Кристин Куинн. Он разместил объявления о вознаграждении, собирая информацию от всех, кто знал Кристин Куинн, но, увы, пока не получил никаких достоверных известий. Он наконец-то начал немного паниковать… Для обычного человека месяц может ничего не значить, но для Кристин Куинн месяц может быть роскошью. Где именно она? Как её здоровье? Почему она скрывается от него? Несмотря на все жалобы, хотя бы расскажите ему, как у неё сейчас дела. Он действительно растерян и боится даже думать о грядущих днях… Секретарь позвонила еще раз, сообщив, что совещание, которое ему необходимо было провести, больше нельзя откладывать. Без него в компании уже начались проблемы… Всю свою жизнь он изо всех сил боролся за свою карьеру. Независимо от обстоятельств, он никогда не бросал спорт, но сейчас у него не было к нему никакого энтузиазма. Каждый день он думал о ней… Он обдумывал все, что она говорила ему за последние шесть месяцев, сожалея, что только сейчас понял, что каждый раз она обращалась к нему прощальным тоном, а он этого никогда не замечал. Только сейчас он понял, насколько сильно она ему дорога… Она уехала всего на один-два дня, и он мог утешить себя тем, что дни, проведенные ими в разлуке за эти годы, были гораздо дольше, чем эти несколько дней, что в конце концов их пути снова пересекутся, и поэтому ему не нужно волноваться, и она все-таки вернется. Но прошло целых полтора месяца, и он понял, что полностью потерял связь с ней, всё изменилось — она невольно появлялась в его мире, даже когда он часто хотел держать её подальше, она действительно планировала больше никогда не появляться перед ним, она действительно полностью вычеркнула его из своего мира… Его сердце болело глубоко, мучительно сильно, сильнее, чем тогда, когда он пережил её «предательство». Это чувство отчаяния, это чувство утраты подобно бескрайнему морю, где волна за волной обрушиваются на его ноющую рану. Он скучал по ней… отчаянно скучал, сожалея, что, когда она была рядом, он ни разу не обнял её как следует, не сказал ей ни одного доброго слова, и одному Богу известно, как сильно он сейчас об этом жалеет… Может ли у него быть ещё один шанс? Он, несомненно, посвятит всю свою жизнь тому, чтобы отплатить ей за то, что он ей должен… Стук в дверь прервал размышления Скайлер Джонс. Скайлер Джонс очнулся от своих мыслей и, не поднимая головы, произнес: «Входите». В кабинет вошел его самый способный подчиненный. Зная, что его начальник не любит лишних разговоров, он склонил голову и прямо сказал: «Мистер Джонс, что касается отъезда госпожи из Лондона, мы обнаружили некоторые зацепки, но они пока не подтверждены». Скайлер Джонс выпрямился, в его голосе звучала легкая доля энтузиазма: «Продолжай». «Согласно собранной нами информации, в последний раз мадам видели в Лондоне, об этом сообщил водитель автобуса. Он сказал, что мадам потеряла сознание при посадке, и они планировали вызвать скорую помощь, поскольку полиция еще не приехала, но группа крепких мужчин привела к автобусу врачей и медсестер, поместила ее в машину скорой помощи и увезла… Они подумали, что кто-то позвонил в службу экстренной помощи, но когда прибыла полиция, они поняли, что ее похитили неизвестные лица». «Вы проверяли личности этих людей?» «Да, я нашел нескольких очевидцев, которые видели место происшествия, и попросил их восстановить личности тех, кто похитил хозяйку борделя, и в результате мне попалось знакомое лицо — Джейсон Вуд». "О?" — подумал Скайлер Джонс про себя. Джейсон Вуд был человеком Говарда Джеффри, но Говард Джеффри ясно дал ему понять, что не вмешивался в это дело. Неужели… «Хотя пока нельзя подтвердить, что это как-то связано с мистером Джеффри, теми, кто похитил хозяйку борделя, несомненно, является Джейсон Вуд… На этот раз мистер Джеффри приложил огромные усилия, чтобы заставить людей блокировать все новости, неудивительно, что мы все это время не могли найти местонахождение хозяйки борделя, но я не знаю, зачем мистер Джеффри это сделал». Подчиненный подробно доложил об обнаруженных фактах Скайлеру Джонсу. «Это всё, что вы нашли?» — спросила Скайлер Джонс, выслушав доклад. «К сожалению, это всё, что мне удалось выяснить». Наконец-то появилась подсказка… Спустя месяц и восемнадцать дней после отъезда из Лондона он наконец получил известие о ней. Он наконец понял, почему Говард Джеффри неоднократно советовал ему заглянуть в собственное сердце: Говард Джеффри отнял у него ту потрясающую красоту, которая ему принадлежала. На этот раз, каким бы способом он ни пытался это сделать, он был полон решимости вернуть её, беречь её всю свою жизнь и никогда больше не позволить ей испытывать душевную боль или проливать слёзы. Что бы ни происходило на самом деле, время продолжало течь бесшумно. Мари не ожидала, что, когда она снова поедет в Нью-Йорк на зимние каникулы, с ней не будет матери, а только она и отец, одинокие, как двое. После примерно десятичасового перелета Скайлер Джонс наконец вернулся в особняк Джонса в Нью-Йорке вместе с Мари. Миссис Джеффри была очень рада приезду Скайлера Джонса и Мари, но также глубоко огорчена тем, что ее сыну в итоге не удалось удержать Кристин Куинн, и теперь Кристин Куинн по-прежнему числится пропавшей без вести. Чтобы не расстраивать Мари, с которой они только что смирились, что она не хочет возвращаться из-за отца, все молчаливо воздержались от немедленного разговора о Кристин Куинн. Только после того, как Мари поднялась наверх поиграть с Эндрю, они сели обсуждать Кристин Куинн. Ребекка Квентин, естественно, игнорировала Скайлера Джонса, наблюдая за ним с взглядом, полным негодования. Скайлер Джонс посмотрел на Ребекку Квентин, и ему всегда казалось, что он видит Кристин Куинн, поэтому у него были особые чувства к Ребекке Квентин. На протяжении всех этих лет Скайлер Джонс не использовал свою холодную, жесткую внешность для самозащиты, только перед Ребеккой Квентин. "Бекка…" "Не звони мне, я тебя ненавижу!!" — резко произнесла Ребекка Квентин. ---------- Главы 800–414: Дополнительная история: Он любит её, он не может жить без неё 1 Миссис Джеффри обняла Ребекку Квентин, утешая ее, а затем с любовью спросила сына: «Скайлер, почему ты не сказал мне, что приедешь?» «Я здесь, чтобы увидеть Говарда», — прямо сказала Скайлер Джонс. «Говард уехал в компанию, вернется к полудню». «Сейчас я иду в „Скайтоп“». Увидев, как Скайлер Джонс встал, чтобы уйти, миссис Джеффри тоже поднялась и с тревогой спросила его: «В чем дело?» Скайлер Джонс не ответил и ушел. Группа компаний «Скайтоп». Говард Джеффри откинулся на спинку кресла, разговаривая по телефону, когда внезапно раздался голос его секретаря. «Мистер Джонс, мистер Джонс, вы попросили меня сообщить президенту…» Но секретарь не смогла помешать Скайлеру Джонсу войти в кабинет Говарда Джеффри. Сидя в своем офисном кресле, Говард Джеффри взглянул на Скайлер Джонс, затем отложил телефон от уха и жестом отмахнулся от своей секретарши. После ухода секретаря Говард Джеффри посмотрел на Скайлера Джонса и спросил: «Чем я обязан чести вашего визита?» Взгляд Скайлер Джонс, словно меч, устремился на Говарда Джеффри: «Скажите, где Кристин Куинн?» Говард Джеффри встал и с насмешкой посмотрел на Скайлер Джонс: «Ты действительно спрашиваешь меня, где она? Разве это не тот вопрос, который мы все должны задавать тебе?» Зловещие глаза Скайлер Джонс резко сузились: «Не испытывай мои терпение и не притворяйся дураком передо мной… скажи мне, где она?» Говард Джеффри обошел стол, с легкой улыбкой на губах поглядывая на Скайлера Джонса: «Не смей говорить со мной таким тоном, даже если ты мой брат». «Неужели? Тогда давайте посмотрим, на что вы действительно способны. В конце концов, за столько лет у нас с тобой так и не сложилось взаимопонимание». Раньше, из-за вмешательства М, они никогда по-настоящему не соревновались друг с другом, но на этот раз у них должно получиться хорошее состязание. Между братьями продолжался ожесточенный обмен взглядами, пока у Говарда Джеффри не завибрировал телефон. Отведя свой пристальный взгляд, Говард Джеффри повернулся, чтобы взять трубку телефона. Однако Скайлер Джонс уже забрала телефон Говарда Джеффри. Говард Джеффри мрачно посмотрел на Скайлера Джонса. Холодный взгляд Скайлер Джонс встретился со взглядом Говарда Джеффри, который уже нажал кнопку громкой связи на телефоне. В телефонной трубке действительно было сообщение, которого ожидала Скайлер Джонс, касающееся Кристин Куинн. Это был голос Джейсона Вуда. «Босс, мисс Куинн сейчас переносит вторую операцию… врачу необходимо, чтобы кто-то из членов семьи подписал разрешение на проведение операции. Вам следует прийти?» На этот раз, не дав Говарду Джеффри возможности объясниться, Скайлер Джонс прямо спросил: «Где?» Частная больница X в Нью-Йорке. Когда Скайлер Джонс и Говард Джеффри прибыли в больницу, в операционной уже горел красный индикатор, указывающий на то, что операция уже началась. Медсестра долго ждала у операционной, чтобы получить подпись члена семьи. Увидев Скайлера Джонса и Говарда Джеффри, медсестра не знала, кому передать бланк согласия. В конце концов, не сказав больше ни слова, Скайлер Джонс выхватила из рук медсестры бланк соглашения об ответственности, отметила графу «муж», подписала его имя и спросила: «Как давно идёт операция?» «Вскоре ее только что привезли в операционную». «Сколько времени это займет?» «Ввиду сложности операции, она займет не менее семи часов». «Хорошо, принесите мне стерильный халат, я иду», — сказал Скайлер Джонс, уже снимая пиджак. Медсестра быстро ответила: «Извините, мистер Джонс, в операционную разрешено находиться только врачам и медсестрам». Не выдержав, Скайлер Джонс выругался себе под нос: "Черт возьми, я же ее муж!!" «Извините… вы действительно не можете войти. Пожалуйста, наберитесь терпения и дождитесь окончания операции!» «Разве ты не слышал, что я сказал? Я иду, она моя жена!!!» — взревел Скайлер Джонс. Говард Джеффри с холодным лицом вмешался: «Это больница, вы думаете, крик поможет Кристине выздороветь?» Скайлер Джонс схватила Говарда Джеффри за воротник: «У тебя нет права меня поучать… Я даже не стала тебя расспрашивать о том, почему ты прячешь Кристин Куинн!!» Зная, что Скайлер Джонс в данный момент не способен сохранять здравомыслие, Говард Джеффри не стал спорить с ним дальше, пока Скайлер Джонс силой не отпустил его. Находившаяся неподалеку медсестра уже в страхе убежала. Скайлер Джонс расхаживал взад и вперед перед больничной палатой, его красивое лицо было искажено и изборождено морщинами. Джейсон Вуд вышел, чтобы утешить: «Мистер Джонс, это вторая операция мисс Куинн… первая прошла успешно, со второй тоже все должно быть в порядке. Пожалуйста, сядьте и терпеливо дождитесь окончания операции!» ---------- Главы 801-414: Дополнительная история: Он любит её, он не может жить без неё (1-2) В этот момент мимо снова прошла медсестра, которая только что попросила их подписать бумагу. Скайлер Джонс резко схватила медсестру за руку и холодно спросила: «Даже если я не могу быть рядом с ней, могу ли я наблюдать за ходом операции?» «Вы можете увидеть это в кабинете директора, но сможете ли вы убедить директора — это уже другой вопрос…» Минуту спустя Скайлер Джонс уже сидела перед компьютером в кабинете директора. На экране компьютера отображался процесс операции Кристин Куинн… Двое из пяти врачей оперировали Кристин Куинн, а трое стояли неподалеку в качестве ассистентов. Он не мог видеть саму операцию, но видел пот на лицах и лбах врачей, а Кристин Куинн лежала на операционном столе с бледным лицом. Это действительно была она… Она стояла прямо перед ним, всего в нескольких десятках метров, с сомкнутыми длинными ресницами, словно спала, но не издавая ни малейшего вздоха. Его сердце сжалось, каждая клеточка его тела кричала, требуя броситься к ней, чтобы поддержать её в это трудное время, но он не осмеливался сделать это, потому что не был уверен, что она будет рада его видеть, а не испугается. В тихом кабинете директора его глубокий взгляд был прикован исключительно к ней на экране компьютера. Он надеялся, что она проснётся в следующую секунду, надеялся, что она, как прежде, заговорит с ним резко и искусно, он не мог вынести вида её безжизненной. Ему так много хотелось сказать, она должна была проснуться и услышать те слова, которые он так и не произнёс… Когда операция длилась уже шесть часов, подчиненный Скайлера Джонса принес ему бутылку воды. Несмотря на то, что Скайлер Джонс весь день ничего не ела и не пила, это, похоже, никак на нее не повлияло, она неотрывно смотрела в компьютер, ожидая окончания операции. Говард Джеффри, который уехал раньше, вернулся в больницу. Джейсон Вуд увидел босса и быстро поздоровался с ним. Говард Джеффри посмотрел на красный индикатор в операционной и спросил: «Сколько времени прошло?» «Прошло уже семь часов». Говард Джеффри слегка нахмурился: «Где мой брат?» «Он всё ещё в кабинете директора, наблюдает за операцией… У него такие тёмные круги под глазами, очевидно, он плохо спит в последнее время». Говард Джеффри тяжело вздохнул: «Надеюсь, Кристин справится с этим». Операция длилась более девяти часов, что намного дольше, чем ожидалось. Когда врачи вышли из операционной, они выглядели изможденными. У Говарда Джеффри не было времени расспросить врачей о ситуации, как вдруг кто-то бросился к врачу и крепко схватил его за воротник: «Как она? Быстро скажите мне!» "Кто ты…" «Я её муж». Услышав это, доктор печально опустил голову: «Мне очень жаль… Мы сделали все, что могли». «Вы сделали все, что могли?» — вспомнив кадры, где врачи качают головами, глядя на экран компьютера, Скайлер Джонс воскликнула: «Что значит, вы сделали все, что могли?» «Уважаемый член семьи, пожалуйста, успокойтесь… Шанс на успех такой операции никогда не превышал двадцати процентов, плюс сердечная недостаточность пациентки, это чудо, что она продержалась так долго…» "Что за чушь ты несёшь?.." Сказав это, высокий Скайлер Джонс отшатнулся на шаг назад. В этот момент кровать выкатили из операционной. Скайлер Джонс, отступая шаг за шагом, безучастно смотрела на белую простыню, покрывавшую пациента с головы до ног… Все замерли на месте. В следующую секунду Скайлер Джонс бросилась к кровати… Он откинул простыню, крепко схватил Кристин Куинн за плечи и закричал, как сумасшедший: «Кристин Куинн, ты не можешь умереть… Что ты сказала? Ты сказала, что никогда не покажешь слабость передо мной, что значит это лежание здесь? Где твоя обычная упрямость и гордость? Кристин Куинн… Проснись скорее…» Глядя на безжизненную, не реагирующую Кристин Куинн на кровати, Скайлер Джонс не мог сдержать слез, и продолжал кричать: «Проснись, Кристин Куинн, я приказываю тебе проснуться…» Чтобы Скайлер Джонс не причинил вреда Кристин Куинн, его подчиненные и Джейсон Вуд одновременно оттащили его назад, сдерживая его эмоции, в то время как все склонили головы, молча скорбя. Скайлер Джонс отчаянно сопротивлялась: «Отпусти меня, отпусти…» Его подчиненный не смог удержаться и сказал: «Мистер Джонс, пожалуйста, не делайте этого, люди не могут вернуться к жизни после смерти…» Несколько медсестер воспользовались моментом, когда толпа, удерживая Скайлер Джонс, медленно подвинула кровать к моргу в конце коридора. В этот момент по коридору разнеслись мучительные крики Скайлер Джонс: «Ах…» В полумраке комнаты стоял резкий запах алкоголя. В самом темном углу комнаты, прислонившись к холодной стене, лежало обессиленное тело Скайлер Джонс, все еще сжимающее в руках бутылку спиртного с высоким содержанием алкоголя. Дверь постоянно стучала: «Оверски, Оверски…» Этот нежный и мягкий голос принадлежал миссис Джеффри. Взгляд Скайлера Джонса был пустым, словно он не слышал криков снаружи, глаза его были темными. В следующую секунду дверь силой распахнулась снаружи… Увидев Скайлера Джонса в углу, миссис Джеффри, с её преклонным возрастом, поспешно подошла к нему. «Запредельное небо, Запредельное небо…» Увидев нынешнее состояние Скайлер Джонс, миссис Джеффри уже расплакалась от горя. «Почему ты такая глупая? У тебя так сильно кровоточат руки, а ты даже не перевязала их…» — В этот момент слуга поспешно принес ей аптечку. Миссис Джеффри немедленно достала спирт, бинты и прочее, чтобы просто перевязать Скайлера Джонса. Во время перевязки рук Скайлера Джонса миссис Джеффри обнаружила, что его руки и пальцы были полны осколков стекла… Миссис Джеффри с трудом сдержала слова: «Даже если больно, нельзя причинять себе боль вот так…» Слуга прошептал рядом: «Я слышал, что в больнице повсюду разбито стекло, мистер Джонс все разбил… В больнице царил ужас». После того как миссис Джеффри перевязала Скайлера Джонса, она тихо спросила его: «Оверски, ты голоден? Ты не ел два дня. Может, кто-нибудь принесет тебе что-нибудь поесть?» Раньше Скайлер Джонс, даже если и не ценил доброту миссис Джеффри, по крайней мере отвечал ей взаимностью, пусть и недружелюбно. Но теперь он, казалось, жил только в своем мире, молча, лишь снова и снова поднося бутылку ко рту… ---------- Главы 802–415: Дополнительная история: Он любит её, он не может жить без неё 2 «Больше не пей, Оверски, если будешь продолжать пить, то отравишься алкоголем!» — сказала миссис Джеффри, с болью в сердце выхватив бутылку из рук Скайлера Джонса и выдавив из себя: «Мертвые не могут вернуться к жизни, какой смысл во всех этих страданиях? Если ты не думаешь о себе, подумай о Мари. Если бы Мари была здесь сейчас и увидела тебя в таком состоянии, как бы ты скрыл от нее известие о смерти Кристин?» Скайлер Джонс оставалась равнодушной, словно человек, потерявший всякое сознание и не испытывающий никаких чувств к окружающему миру. Когда миссис Джеффри вышла из комнаты, она столкнулась с Говардом Джеффри. Лицо Говарда Джеффри помрачнело, когда он спросил: «Как он, брат?» Миссис Джеффри вытерла слезы с уголков глаз и с болью произнесла: «Он до сих пор не сказал ни слова. Он пьет, пока не напьется, просыпается и снова пьет…» Говард мягко поддержал свою мать: «Мама, не волнуйся слишком сильно. У него всё ещё есть Мари. Он не будет лежать в унынии вечно». Миссис Джеффри все еще прикрывала рот рукой и горько плакала. Говард крепко обнимал дрожащее тело матери, его голос был слегка хриплым: «Я не позволю, чтобы с ним что-нибудь случилось». Миссис Джеффри опустила голову и зарыдала: «Как это могло случиться… Почему Кристина должна была нас покинуть… Я не могу в это поверить…» "Мама…" Глаза миссис Джеффри наполнились слезами, когда она посмотрела на Говарда: «Да?» «Мне нужно кое-что тебе сказать, давай поговорим в другом месте». Миссис Джеффри разглядела в глазах Говарда более глубокий смысл и соответственно кивнула. Миссис Джеффри была удивлена, увидев Ребекку Квентин в комнате Говарда и его жены, которая выглядела гораздо спокойнее, чем она ожидала. "Бекка, ты…" Ребекка Квентин выступила в поддержку миссис Джеффри, уважительно называя её «мамой». Миссис Джеффри взяла Ребекку Квентин за руку и спросила: «Ты в порядке?» Ребекка Квентин покачала головой: «Мама, со мной все в порядке…» Затем помогла миссис Джеффри сесть у изголовья кровати. Миссис Джеффри с недоумением посмотрела на Ребекку Квентин: «Вы…» Ребекка Квентин села рядом с миссис Джеффри и выдавила из себя улыбку: «Сестра не умерла». "Что?" — миссис Джеффри в шоке уставилась на нее широко раскрытыми глазами. «Мама, прости меня, что я не сказал тебе сразу», — сказал Говард. Миссис Джеффри с шумом поднялась с края кровати: «Бекка, что ты говоришь? Кристин не умерла?» Ребекка Квентин слегка кивнула. Миссис Джеффри недоверчиво посмотрела на Говарда. Затем Говард достал свой телефон, нажал несколько кнопок на экране и передал телефон миссис Джеффри. Миссис Джеффри ошеломленно взяла телефон, и Ребекка Квентин помогла ей нажать кнопку воспроизведения видео. В следующую секунду в телефоне начало воспроизводиться записанное видео. Действие разворачивалось в просторной, чистой больничной палате. Кристин Куинн лежала на больничной койке, ее лицо было худым и безжизненным. Миссис Джеффри была ошеломлена: «Это…» Говард взглядом жестом показал миссис Джеффри, чтобы она наблюдала за происходящим. Камера сфокусировалась на хрупком лице Кристин Куинн. В этот момент она еще смогла выдавить из себя улыбку и, с немалым усилием, приоткрыла свои пепельные губы: «Мама, Бекка…» «Сейчас, после моей второй операции… Мне очень повезло, что я пережил обе операции. Мне также очень повезло, что такая маловероятная успешная операция позволила мне еще раз одержать победу благодаря удаче… Я знаю, вы, должно быть, очень смущены тем, почему я оставил вам это видео, но я не хочу, чтобы вы грустили и горевали, когда услышите о моей «смерти», потому что со мной все в порядке… по крайней мере, я могу сказать, что сейчас со мной все хорошо…» В этот момент Кристин Куинн на несколько секунд замолчала из-за физической слабости, а затем, немного отдохнув, продолжила: «Причина, по которой мне пришлось сообщить эту «новость о смерти», заключалась в том, что я действительно хотела порвать с прошлым. Я хотела жить своей жизнью, а не для кого-то другого… Я слышала от Говарда, что он в последнее время был в плохом настроении, искал меня, я также видела газету, которую он опубликовал, и знаю, что он жил в довольно подавленном состоянии. Я даже могу представить себе ту печаль, которую он может почувствовать, узнав о моей «смерти»… Я понимаю, что то, что я делаю, может показаться ему немного эгоистичным, но я ясно понимаю, что это лучший конец для нас обоих». Кристин Куинн с трудом сглотнула ком в горле, но голос у нее все еще был хриплым: «Я не знаю, какие чувства заставили его искать меня, но уже слишком поздно… не говоря уже о том, что, несмотря на операцию, я не знаю, когда могу умереть, даже если сейчас я физически здорова, у нас с ним не может быть прекрасного конца, потому что некоторые раны в сердце никогда не исчезнут, так же как мое «предательство» оставило глубокий след в его сердце, который никогда не пройдет… Столько лет я делала для него все, что было необходимо, чтобы больше не быть с ним, я просто надеюсь, что ему будет лучше, потому что я как никто другой понимаю, насколько хрупко его сердце…» ---------- Главы 803-415: Дополнительная история: Он любит её, он не может жить без неё (2-2) «Итак, мама, Бекка… пожалуйста, не жалей, что наши отношения так закончились, и прости меня за эгоизм, за то, что я прошу тебя об одном: не рассказывай Скайлеру Джонсу обо мне, по крайней мере, пока я еще в этом мире, позволь мне наконец-то по-настоящему пожить для себя…» «Пожалуйста, позаботьтесь о Мари за меня. Если чудо с небес позволит мне выжить, однажды я вернусь, чтобы найти свою дочь, умоляю вас». «И не вините Говарда Джеффри, я умоляла его сделать все это… Наконец, желаю вам всего наилучшего, мама, пусть ваше здоровье будет таким же крепким, как горы, а Бекка, пусть вы с Говардом Джеффри обретете вечное счастье… Не волнуйтесь». После просмотра видео миссис Джеффри уже расплакалась. Глаза Ребекки Квентин тоже были полны слез, но ее эмоции значительно успокоились по сравнению с тем, как она чувствовала себя, когда впервые увидела видео. Миссис Джеффри прикрыла рот рукой, чтобы сдержать рыдания, и спросила: «Значит, несмотря на операцию Кристин Куинн, ее жизнь по-прежнему в опасности…» Ребекка Квентин прикусила губу и кивнула. «Неужели это неизлечимо?» — миссис Джеффри с надеждой посмотрела на Говарда Джеффри. Говард Джеффри вздохнул и покачал головой: «Я нанял лучших врачей в мире, и все они сделали все, что могли». Ребекка Квентин не смогла удержаться от выругания: «Тогда какой смысл в операции?» «По крайней мере, этим врачам удалось на время сохранить жизнь Кристине…» Голос миссис Джеффри дрожал: «Тогда, тогда сколько же времени осталось у Кристины…» Говард Джеффри неохотно произнес: «Не более трех месяцев». Услышав слова Говарда Джеффри, Ребекка Квентин, сдерживавшая слезы, наконец не выдержала, закрыла рот рукой и разрыдалась. Взгляд миссис Джеффри был пустым, когда она пробормотала: «Три, три месяца…» Кристин Куинн жила ради своей матери до встречи со Скайлером Джонсом; после встречи со Скайлером Джонсом она жила ради него и Мари. Поэтому в оставшиеся три месяца она захочет жить для себя… Когда миссис Джеффри пришла в себя, она спросила: «Где сейчас Кристин?» «Она сказала, что хочет поехать в место, которое давно мечтала посетить, я уже договорилась с тем, кто её туда отправит». Миссис Джеффри с тревогой спросила: «Где это?» «Прости, мама, я не могу позволить Говарду Джеффри рассказать тебе, потому что знаю, что ты посочувствуешь мистеру Джонсу…» Ребекка Квентин мрачно прикусила губу и с трудом произнесла: «Я не могу позволить мистеру Джонсу узнать, где находится моя сестра, он уже задержал и пропустил половину ее жизни за последние три месяца. Давай позволим моей сестре насладиться периодом своей жизни, не беспокоясь ни о ком и ни о чем». Что касается Мари, то известие о смерти Кристин Куинн не было обнародовано, что также дало Ребекке Квентин и другим повод не устраивать похороны Кристин Куинн. Уровень уныния Скайлер Джонс оказался гораздо выше, чем все предполагали… Он провел больше месяца в этой темной комнате, употребляя алкоголь днем ​​и ночью, а в худшем случае был госпитализирован из-за алкогольного отравления… К счастью, после госпитализации, услышав плач Мари рядом с собой, он понял, что ему еще нужно заботиться о Мари. Поэтому с того самого дня он вернулся к жизни. Несмотря на то, что он стал более молчаливым и замкнутым, чем прежде, он по-прежнему делал вид, что ему все равно, перед Мари и продолжал лгать ей, утверждая, что Кристин Куинн просто не хочет к нему возвращаться. В этот день Скайлер Джонс сидела одна в кабинете, погруженная в свои мысли. Мари вбежала с улицы, держа в руках книгу: «Папа, папа…» Скайлер Джонс очнулся от своих мыслей и посмотрел на дочь: "Хм?" Мари передала книгу Скайлеру Джонсу. «Что это?» — спросила Скайлер Джонс. «Это дневник». "Ваш дневник?" Мари покачала головой: «Это мамино». "Твоей мамы?" «Да… Папа, ты забыл? Когда мы приехали в Нью-Йорк, мы привезли мамины вещи, и тётушки нашли этот дневник, когда убирались в доме. Я хотела отдать его тебе, но в то время ты каждый день пил…» Скайлер Джонс пристально смотрел на дневник с белой обложкой, в груди у него пульсировала боль. "Папа, дневник заперт на замок, я не могу его открыть… а ты можешь открыть?" «Позвольте мне попробовать». Скайлер Джонс взяла дневник, посмотрела на кодовый замок и на мгновение сосредоточилась. Внезапно он ввел последовательность чисел. Никто не ожидал, что он так точно угадает пароль, который она завела в своем дневнике: одним щелчком мыши дневник открылся. Он никак не ожидал найти в дневнике одну из ее фотографий; на снимке она выглядела молодой, милой и очаровательной. Он сделал снимок, долго глядя на неё, и боль в его сердце пронизывала его насквозь. Внезапно он отложил фотографию и небрежно открыл страницу. Дневник был написан ее изящным почерком. Месяц X День X, Погода: Солнечно, Настроение: От солнечного до пасмурного. Сегодня Джонатан снова позвонил и пригласил меня на свидание… Я знаю о его чувствах ко мне, я не хочу, чтобы он продолжал тратить на меня время, поэтому на этот раз я согласилась встретиться с ним. Я не ожидала, что он прекрасно понимал, что я хочу ему сказать; он сам предупредил меня, что мы с ним останемся только друзьями, что значительно облегчило мне задачу. Более неожиданно, сегодня он принес мне фотографию, сделанную, когда мне было семнадцать. Глядя на фотографию себя семнадцатилетней, я невольно вздохнула, как быстро летит время, десятилетие пролетело в мгновение ока… Я до сих пор помню, почему сделала этот снимок; тогда мне хотелось иметь красивую фотографию, чтобы положить её в бумажник Скайлера Джонса, чтобы он мог видеть меня каждый день и всегда помнить обо мне… Жаль, что после того, как я тогда сделала эту фотографию, я так и не нашла её, конечно же, я не знала, что её сделал Джонатан, поэтому мне так и не удалось положить её в бумажник Скайлера Джонса… Сейчас, оглядываясь назад, я думаю, может быть, ему было суждено видеть меня не каждый день и не всегда помнить обо мне. Ужин с Джонатаном прошел очень приятно, но я никак не ожидала, что на прощание он нечаянно упомянет роман Скайлера Джонса и Дженнифер Дуглас… Я думала, мне будет все равно, но в тот момент, узнав, что его и Дженнифер Дуглас видели вместе на публике, мое сердце словно пронзили иголками, было так больно. ---------- Главы 804–416: Дополнительно: Моя сестра всё ещё жива Каждый раз, когда у меня болит сердце, болит и грудь, поэтому в тот день я не выдержала боли и упала в обморок перед Джонатаном… Когда я очнулась, я уже была в больнице, а Джонатан, узнавший о моем состоянии, стоял рядом со мной и паниковал… В тот момент, видя, как Джонатан беспокоится обо мне, я невольно задумался: если бы о моей болезни узнал Скайлер Джонс, проявил бы он ко мне хоть какое-то сочувствие? Я подумал, что, наверное, нет… Когда я узнал, что мне осталось недолго жить, я однажды спросил, может ли он просто посмотреть, как я умираю. Его жестокий ответ тогда до сих пор отчетливо запечатлелся в моей памяти. Так чего же я снова отчаянно желаю? Поскольку Мари была дома одна, у меня не было другого выбора, кроме как покинуть больничную палату на ночь… С трудом передвигая измученное тело, я мечтала лишь о том, чтобы поскорее добраться домой и заснуть, обнимая дочь, но никак не ожидала, что Скайлер Джонс позвонит мне по дороге обратно… Когда он мне наконец позвонил, мне так много хотелось ему сказать… Я хотела, чтобы он знал, что врач сказал, что я могу не прожить больше трех месяцев, а также хотела спросить, серьезно ли он говорит про Дженнифер Дуглас… В тот момент я так жаждала, чтобы он хотя бы в слабом голосе выразил хоть какое-то сочувствие, хотя бы мимолетное замечание… К сожалению, ничего не произошло, он только отругал меня за то, что я плохо забочусь о Мари, а ещё в его телефоне звучала какая-то кокетливая речь Дженнифер Дуглас… В тот момент мое сердце действительно сильно болело… Мы долгое время не общались, я даже не молилась о том, чтобы он со мной поговорил хоть словом, но неужели он не мог хотя бы раз заговорить со мной по-доброму? Неужели это так сложно? Прочитав этот дневник, Скайлер Джонс долгое время откинулась на спинку стула. Разочарование, горечь — всё это переросло в сожаление… Раньше он никогда не осознавал, насколько сильное вредное воздействие на неё причиняло каждое его слово. Оказалось, он не заслуживал счастья, потому что всегда сам отталкивал от себя это счастье… И теперь, когда он хочет бороться за это счастье, он уже полностью потерял её… Нет… Он любит её, он не может жить без неё, он не может… Миссис Джеффри очень беспокоилась о Скайлере Джонсе, потому что боялась, что он продолжит в том же духе и станет замкнутым. Он каждый день оставался в своей комнате, ни с кем не разговаривал, не отвечал на звонки своих подчиненных из Y City и, казалось, был равнодушен к окружающему миру. Миссис Джеффри всегда позволяла Мари больше общаться с отцом, чтобы узнать о ситуации Скайлера Джонса. К счастью, хотя Скайлер был подавлен, он все еще осознавал свои отцовские обязанности перед Мари. «Хоуи, твой брат так больше не может… Послушай, он каждый день сидит в своей комнате и читает дневник Кристин, ему совершенно наплевать на окружающих. Если так будет продолжаться, я очень боюсь, что с ним что-нибудь случится…» В холле миссис Джеффри, задыхаясь от эмоций, разговаривала с Говардом Джеффри. Говард сидел на диване, с безмятежным выражением лица: «Если он не может это пережить, что мы можем сделать?» «Хоуи, а нельзя ли нам рассказать ему о Кристин…» — с трудом произнесла миссис Джеффри. «Не может быть!!» — Ребекка Квентин, возвращаясь из сада, случайно подслушала разговор между своей свекровью и мужем. Миссис Джеффри умоляюще посмотрела на Ребекку Квентин. Ребекка подошла к миссис Джеффри, выпячивая свой беременный живот, и утешительно взяла ее под руку: «Мама, я знаю, ты беспокоишься о мистере Джонсе, но по сравнению со страданиями, которые моя сестра пережила более десяти лет, что сейчас с мистером Джонсом? Моя сестра просто хотела какое-то время спокойно жить своей жизнью, почему мы даже не можем исполнить такое простое последнее желание для нее?» Миссис Джеффри знала, что в отношениях между Скайлером Джонсом и Кристин Куинн Скайлер был неправ, поэтому она больше ничего не сказала, лишь покачала головой в беспомощном сочувствии. Ребекка села на диван рядом с миссис Джеффри и нежно успокаивала ее: «Мама, не волнуйся… Мистер Джонс справится с этим, несмотря ни на что, у него еще есть Мари, о которой нужно заботиться». Миссис Джеффри могла лишь кивнуть. Говард сказал: «Мама, с ним ничего не случится». «Что касается „Оверского“, временно помогите брату разобраться с этим, иначе компания развалится». "Я знаю." Только тогда миссис Джеффри почувствовала себя немного спокойнее. В этот момент снаружи поспешно вошёл слуга: «Мадам, мистер Джеффри…» Говард спросил: «Что такого срочного?» Слуга поспешно сказал: «Возле нашего дома припарковано несколько машин, спустилось много людей, среди них пожилой человек, который, похоже, главный, желающий увидеть мистера Джонса». ---------- Главы 805–416: Дополнительная история: Моя сестра всё ещё жива_2 Говард Джеффри слегка нахмурил брови: «Пожилой человек?» Никто не ожидал, что Чарльз Дуглас, председатель совета директоров Nonta Group, лично посетит особняк Джонсов. В этот момент миссис Джеффри вежливо приветствовала Чарльза Дугласа: «Мистер Дуглас, мне посчастливилось несколько раз встретиться с вами на благотворительном банкете, и для меня большая честь принимать вас сегодня в нашем доме». Чарльз Дуглас, лет шестидесяти, опирающийся на трость, появился очень любезно и улыбнулся: «Старушка миссис Джеффри, для меня большая честь снова вас видеть». «Пойдемте, подайте мистеру Дугласу чаю, он любит китайский пуэр», — велела служанке миссис Джеффри. После ухода горничной миссис Джеффри вежливо представила Говарда Джеффри Чарльзу Дугласу: «Мистер Дуглас, это мой младший сын, Говард Джеффри». Из уважения к старшему Говард Джеффри заговорил первым: «Мистер Дуглас, приятно познакомиться». Внимательный взгляд Чарльза Дугласа уже был прикован к Говарду Джеффри. Несмотря на добрую и мягкую внешность, его глаза отличались проницательностью и компетентностью. В молодости он также был внушительной фигурой в деловом мире. В этот момент он не выдавал никакого высокомерия. «Мистер Джеффри, ваше имя хорошо известно в деловом мире. Ваша острая деловая хватка и точное понимание инвестиций намного превосходят мои в молодости. Я давно хотел с вами познакомиться и надеюсь, что Нонта и Скайтоп смогут как-то сотрудничать». «Мистер Дуглас меня чрезмерно хвалит. Что касается сотрудничества, если вас это интересует, мы можем найти время, чтобы это обсудить». «Вы действительно унаследовали от отца беззаботный и раскованный дух… Прекрасно зная цель моего сегодняшнего визита, вы всё же готовы обсуждать сотрудничество без какой-либо враждебности». «О?» — полуприщурившись, спросил Говард Джеффри, — «Мистер Дуглас, у вас сегодня были другие дела?» Чарльз Дуглас доброжелательно улыбнулся: «Здесь все умные люди, так что я не буду ходить вокруг да около… Мистер Джеффри, если честно, я сегодня здесь, чтобы найти вашего старшего брата, Скайлера Джонса». «А, мистер Дуглас, вы также хотели бы сотрудничать с компанией Oversky?» Чарльз Дуглас кивнул с улыбкой: «Конечно, и я ищу взаимовыгодного сотрудничества». Говард Джеффри прищурился: «Интересно, что же подразумевает это сотрудничество?» «Речь идёт о браке вашего брата и моей дочери!» Услышав слова Чарльза Дугласа, лицо миссис Джеффри мгновенно побледнело. "Брак… Брак?" «Да, старая миссис Джеффри, разве вы не знали, что мистер Джонс и моя дочь встречаются уже больше полугода?» Миссис Джеффри обычно не особо следила за новостями, но отношения Скайлера Джонса и Дженнифер Дуглас несколько раз освещались в СМИ, поэтому она кое-что об этом слышала. Однако она всегда думала, что Скайлер Джонс и Дженнифер Дуглас просто притворяются, и никогда не верила, что они действительно встречаются, отсюда и её шок. Миссис Джеффри выдавила из себя улыбку: «У молодых людей и девушек обычные светские мероприятия; мистер Дуглас, вы, должно быть, ошибаетесь… Мой старший сын уже женат и имеет детей, и его отношения с моей невесткой всегда были довольно хорошими». «Неужели?» — Чарльз Дуглас прищурился, как хитрый лис, — «Но, по словам моей дочери, мистер Джонс уже подписал соглашение о разводе с мисс Куинн…» «Это совершенно неправда…» «Я знаю свою дочь, она не лжет. Вот почему я не запретила ей встречаться с мистером Джонсом». Говард Джеффри элегантно улыбнулся: «Мистер Дуглас, я думаю, вы ошибаетесь. Мой брат глубоко предан моей невестке и никогда не рассматривал возможность развода с ней». «Мне всё равно, идеален ли брак мистера Джонса; факт в том, что он встречается с моей дочерью… Честно говоря, однажды я так разозлилась из-за отношений моей дочери с мистером Джонсом, что ударила её по лицу… Хотя семья Дугласов, возможно, и не может сравниться по силе с семьёй Джеффри, у нас есть респектабельный статус в высшем обществе Нью-Йорка. Я не могу позволить своей дочери стать третьей стороной в чужом браке. Но, если подумать, для танго нужны двое. Если бы мистер Джонс не инициировал контакт с моей дочерью, я считаю, учитывая воспитание, которое я ей дала с юных лет, она бы знала свои пределы». «Итак, что вы имеете в виду, мистер Дуглас?» «Я надеюсь, что мистер Джонс возьмет на себя ответственность за мою дочь, особенно учитывая, что поиски его жены в последнее время чрезмерно освещаются в СМИ, причиняя моей дочери и моей семье большое унижение… Всем известно, что я помогал мистеру Джонсу с проектом TSOL, и я давно считаю его своим зятем». «Мне очень жаль, что вашей дочери был причинен вред, но я никогда по-настоящему с ней не встречался; все, что мир знает обо мне и о ней, — это всего лишь домыслы». Никто не ожидал, что в этот момент Скайлер Джонс, который до этого держался особняком, спустится со второго этажа. Ребекка Квентин шла следом за Скайлер Джонс; похоже, она сообщила об этом Скайлер Джонс. Чарльз Дуглас долгое время внимательно изучал Скайлера Джонса. Хотя Чарльз Дуглас и видел публикации о Скайлере Джонсе в газетах и ​​журналах, это была его первая личная встреча. Говорят, ему сорок, но по телосложению и внешности Скайлер Джонс выглядел лишь немного старше тридцати. Более того, по сравнению с резкой, агрессивной аурой, которую излучал Говард Джеффри, Скайлер Джонс явно был зрелым и сдержанным человеком, что сначала вызвало восхищение у Чарльза Дугласа, старшего по возрасту. Чарльз Дуглас улыбнулся: «Я впервые разговариваю с вами, мистер Джонс… У моей дочери всегда были высокие требования, и теперь я наконец понимаю, почему она так непоколебимо предана вам». «Можете уходить. Я сам разберусь со своими делами», — сказал Скайлер Джонс Говарду Джеффри, усевшись на диван. Говард Джеффри никогда не вмешивался в чужие дела и знал, что его старшему брату не нужно, чтобы он беспокоился о его проблемах, поэтому он с удовольствием отвел свою милую жену наверх. После того, как все разошлись, Скайлер Джонс прямо сказал Чарльзу Дугласу: «Я думал, что ясно дал понять вашей дочери». Лицо Чарльза Дугласа посерьезнело: «Если вы думали, что можете играть с моей дочерью и не брать на себя ответственность после секса, вы сильно недооценили нас, Дугласов». «Я никогда не собирался играть с вашей дочерью… но, честно говоря, какое-то время мы с ней общались, и наши отношения строились на романтических отношениях». «Свидания как предпосылка?» — недоуменно спросил Чарльз Дуглас. "Это верно." "Папочка-" Внезапно раздался чистый, молодой женский голос. Чарльз Дуглас и Скайлер Джонс одновременно посмотрели в сторону двери. Это была Дженнифер Дуглас. По сравнению со своим обычным элегантным и красивым образом, сейчас она была без макияжа и выглядела слегка уставшей. «Дорогая дочка, что ты здесь делаешь?..» Чарльз Дуглас всегда осыпал любовью свою дочь, родившуюся, когда ему было за сорок. Дженнифер Дуглас подошла к Чарльзу Дугласу, взяла отца за руку и раздраженно спросила: «Папа, что ты здесь делаешь?» «Я пришла обсудить ваш брак!» ---------- Главы 806–417: Дополнительная история: Единственная компенсация, которую я могу тебе дать Дженнифер Дуглас неловко спросила: «Кто тебя сюда впустил?..» Говоря это, Дженнифер виновато посмотрела на Скайлер Джонс: «Прости, мой отец не знает о том, что происходит между нами. Я ему все очень ясно объяснила, но он все равно хочет тебя найти…» Скайлер Джонс ничего не сказал, встал и тихо пробормотал: «Вам следует всё чётко объяснить отцу!» Дженнифер Дуглас смотрела, как Скайлер Джонс уходит, ее глаза были полны грусти, но она все еще поддерживала руку отца и встала, не говоря ни слова. Чарльз Дуглас не мог смириться с тем, что его дочь может пострадать. Он резко постучал тростью: «Дело не выяснено, никто не уйдет, пока не будет ясно». Скайлер Джонс замер на месте, повернувшись спиной к Чарльзу Дугласу. Чарльз Дуглас обратился к Скайлер Джонс: «Мне всё равно, какие у вас отношения с моей дочерью, но теперь она вас любит и так за вас переживает, что не может ни есть, ни спать. Я не могу просто сидеть сложа руки и игнорировать это». "Папочка…" «Не говори ни слова!!» — строго сказал Чарльз Дуглас своей дочери. Стоя спиной к Чарльзу Дугласу, Скайлер Джонс холодно произнес: «Как чужой муж, я, конечно, совершаю моральный проступок, имея сложные отношения с вашей дочерью, но я ничего не сделал, чтобы навредить вашей дочери, не играл с ней и не бросал ее». Чарльз Дуглас, разгневанный и пренебрегающий приличиями, спросил: «Вы хотите сказать, что у вас не было сексуальных отношений с моей дочерью?» «Вы можете сами спросить об этом свою дочь». Чарльз Дуглас посмотрел на Дженнифер Дуглас и увидел, что в этот момент она опустила голову. По всей видимости, Дженнифер Дуглас молча подтвердила, что между ней и Скайлером Джонсом не было никаких серьезных отношений. Однако Чарльз Дуглас по-прежнему был недоволен: «Тогда, раз вы не намерены по-настоящему общаться с моей дочерью, почему вы приняли мою помощь в проекте TSOL?» «Очевидно, я никогда не просил вашей помощи». "Этот проклятый мальчишка…" Чарльз Дуглас так разозлился, что у него затряслась трость. «Однако я должен быть благодарен за вашу помощь… Поэтому я отдам Нонте шестьдесят процентов прибыли от проекта TSOL». Услышав слова Скайлер Джонс, Чарльз Дуглас и Дженнифер Дуглас замерли в изумлении. «Вы приносите нам такую ​​огромную прибыль, разве компании „Оверский“ не нужен оборот капитала для будущих проектов?» «В этом нет необходимости, потому что „Оверски“ больше не будет». После этого заявления Скайлер Джонс поднялась прямо наверх, оставив Чарльза Дугласа и Дженнифер Дуглас стоять там долгое время, не в силах осознать произошедшее. Услышав слова Скайлера Джонса, сказанные отцу и дочери Дугласов, миссис Джеффри тоже долгое время не могла отреагировать. Только когда Скайлер Джонс прошел мимо миссис Джеффри, она резко обернулась и, торопливо схватив его, спросила: «Что ты говоришь? Что значит, что «Оверски» больше не будет?» Раньше Скайлер Джонс игнорировал бы встревоженное выражение лица миссис Джеффри, но в этот момент в его глазах читалась невиданная ранее мягкость. После долгой паузы он медленно произнес: «Я намерен…» Миссис Джеффри удрученно подошла к двери комнаты Говарда Джеффри и Бекки, как раз в тот момент, когда изнутри вышла Ребекка Квентин. "Мама…" Миссис Джеффри, пребывая в оцепенении, внезапно крепко сжала руку Ребекки Квентин: «Бекка, ты можешь помочь Оверски? Он хочет продать компанию…» Ребекка Квентин глубоко нахмурилась. Тук-тук. Не получив ответа, Ребекка Квентин медленно толкнула дверь. Внутри комнаты Скайлер Джонс сидел у окна от пола до потолка спиной к двери. На нём была чёрная рубашка, и его силуэт выглядел унылым и одиноким. «Мистер Джонс», — тихо позвала Ребекка Квентин. Скайлер Джонс никак не отреагировал, его взгляд по-прежнему был устремлен вдаль. Ребекка Квентин подошла к Скайлеру Джонсу, как и он, глядя в огромное окно от пола до потолка, и медленно произнесла: «Мама сказала мне, что ты планируешь продать „Оверский“?» Скайлер Джонс хранила молчание. «„Oversky“ — это дело всей вашей жизни, и вы всегда хотели, чтобы он рос и процветал. Почему вы вдруг решили от него отказаться?» Скайлер Джонс сжал губы, по-прежнему молча. Ребекка Квентин повернулась к нему и спросила: «Это из-за моей сестры?» «Прости, Бекка. Я несу большую часть ответственности за уход твоей сестры», — наконец заговорила Скайлер Джонс. Ребекка Квентин покачала головой, прикусила губу и, сдерживая горе, выдавила из себя: «Врач сказал, что быстрое ухудшение состояния моей сестры связано с ее настроением… Думаю, если бы мы не игнорировали заботу о ней, и если бы вы относились к ней немного лучше, возможно, ее настроение было бы в порядке, и ее организм не изменился бы так внезапно…» ---------- Главы 807–417: Дополнительно: Единственная компенсация, которую я могу тебе дать_2 Скайлер Джонс закрыл глаза от боли: «Я передам все свое имущество ей…» «Вам не нужно этого делать». «Это единственное, что я могу сделать, хотя это и ничтожная компенсация». «Вам не нужна эта компания, так что же вы теперь будете делать?» «Помню, она однажды сказала мне, что хочет увидеть Эгейское море в Греции и посетить Флорентийский собор в Италии… Она хочет увидеть те места, которые ей так хочется посетить». «Мистер Джонс, вас действительно волнует моя сестра?» Взгляд Скайлер Джонс становился все более тусклым: «У меня больше нет права говорить такие вещи». Ребекка Квентин долго смотрела на Скайлер Джонс, испытывая некое нежелание… В следующее мгновение Скайлер Джонс встал со стула. Ребекка Квентин спросила его: «Куда ты идёшь?» «Я должен вернуться в город Y… Мари временно находится в Нью-Йорке, поэтому, пожалуйста, позаботьтесь о ней», — сказал он. "Вы собираетесь вернуться в город Y, чтобы разобраться с 'Оверским'?" Скайлер Джонс тихо ответила: «Да». Увидев, как Скайлер Джонс уходит, Ребекка Квентин вдруг окликнула его: «Подождите, мистер Джонс…» Скайлер Джонс остановился. После долгих душевных терзаний Ребекка Квентин наконец произнесла: «Моя сестра жива». Если бы Ребекка Квентин не рассказала об этом, Скайлер Джонс никогда бы не догадался, что Кристин Куинн находится на острове Лоренцана в Италии. Остров Лоренцана расположен в отдаленном уголке Италии, красивый, но малоизвестный, с населением менее ста человек. Его главная особенность — спокойствие и безмятежность. Белые дома, белые пляжи, белые волны… Никаких машин, никакого запаха бензина, никакого рева моторов, никаких таксистов, сигналящих, чтобы вы сели. Это настоящая утопия. Здесь всё так спокойно и гармонично. «Мистер Джонс, в этом мире есть места, где так тихо и спокойно». Скайлер Джонс отправился в это путешествие всего с одним подчиненным, который также является его самым способным помощником в решении вопросов. Скайлер Джонс снял солнцезащитные очки и посмотрел на весь остров. Пальмы, колышущиеся на морском бризе, белые волны, разбивающиеся о берег, и жители острова в простой одежде… Если не посетить это место лично, можно подумать, что ты во сне. Это такое малоизвестное, но невероятно красивое место, и если бы его целенаправленно не искали, мало кто бы узнал, что в мире есть такое прекрасное и безмятежное место. Она… спланировала свое будущее давным-давно. Нельзя отрицать, что этот остров — идеальный выбор для тех, кто ищет уединения. Даже ему, несмотря на то, что он знал название острова из слов Ребекки Квентин и подтвердил его точное местоположение, потребовалось несколько дней, чтобы добраться до него. Скайлер Джонс спросил: «Все дома на этом острове находятся здесь?» Его помощник ответил: «Да, всего шестнадцать домов». Скайлер Джонс посмотрел на ряд белых домов перед собой, представив Кристин Куинн в одном из них и вспомнив слова Ребекки Квентин. «Мистер Джонс, я рассказала вам о своей сестре не потому, что надеюсь, вы её найдёте, а потому что не хочу, чтобы вы продолжали жить в таком унынии… Однако мне нужно, чтобы вы пообещали мне одно: не беспокойте её, потому что я пообещала своей сестре, что больше не позволю вам разрушать её жизнь». Прервав воспоминания о словах Ребекки Квентин, Скайлер Джонс спросил своего помощника: «Можем ли мы связаться с жителями этого острова?» Его помощник ответил: «Местные жители говорят по-сицилийски. Я связался с местным жителем, который понимает английский и сицилийский языки; он может помочь в общении с жителями острова». Как только его помощник закончил говорить, к Скайлеру Джонсу подошел старейшина, одетый в островную одежду. Помощник начал разговаривать со стариком на английском языке. «Есть ли здесь недавно переехавшая женщина азиатской внешности?» «Вы имеете в виду мисс Куинн, которая проживает здесь уже больше месяца?» Слова старейшины взволновали помощника, и в глазах Скайлера Джонса загорелся полный надежды блеск. «Да, это мисс Куинн». Услышав это, старейшина мягко улыбнулся: «Здесь, на нашем острове, мы обычно не рады чужакам. Но почему-то мисс Куинн всем понравилась, как только она приехала… Возможно, потому что она очень красива». «Где сейчас мисс Куинн?» Старейшина указал рукой: «Вон там, за тем домом… Каждый день в это время она гуляет по пляжу со своим парнем». Ассистентка была ошеломлена: «Парень?» В тихий послеполуденный час легкий ветерок дарил освежающее ощущение, белые волны нежно ласкали берег, а в воздухе витал соленый морской аромат. Кристин Куинн в гавайском пляжном платье, босиком по песку… Солнце и пляж визуально убаюкивали ее стройную фигуру; ее лицо, не слишком покрасневшее, выглядело более сияющим благодаря лучезарной улыбке. Она всегда показывает ему свою самую сильную сторону, поэтому даже в этой встрече судьба не позволила ему увидеть её самые слабые моменты. Однако ее организм до сих пор полностью не восстановился. Пройдя всего несколько метров, она почувствовала усталость, но, к счастью, рядом оказался человек, который ее поддержал. В этот момент она повернулась и улыбнулась человеку рядом с собой. Её нежная улыбка попала в поле зрения Скайлера Джонса. В тот миг время словно остановилось; ему показалось, что сердце перестало биться. Но человек, стоявший рядом с ней и поддерживавший её — Джонатан Гибсон — бросался в глаза. Увидев эту сцену, помощник Скайлера Джонса нахмурился: «Мистер Джонс, как так получилось, что Джонатан Гибсон… здесь?» Задав этот вопрос, помощник понял, что не стоило этого делать, так как это могло бы разозлить начальника. Скайлер Джонс ничего не сказал, сжав холодные губы в жесткую линию. Ассистент не смел произнести ни слова, молча склонив голову. Наблюдая издалека за тем, как Джонатан Гибсон и Кристин Куинн прогуливались и смеялись на пляже, Скайлер Джонс испытывал смешанные чувства, но выражение его лица почти не изменилось. ---------- Главы 808–418: Дополнительная история: Прости, я больше тебя не люблю 1 Поэтому она всем рассказала, что жива, кроме него. Она скорее позволила бы ему поверить в её «смерть», чем увидела бы его перед собой. Она действительно не хотела, чтобы он снова нарушал её жизнь. Его подчиненный заметил, что Скайлер Джонс долгое время молчал, просто наблюдая за Кристин Куинн с расстояния в несколько десятков метров, так что она его не заметила, и не удержался от вопроса: «Мистер Джонс, может, мне подойти и поздороваться с госпожой?» «В этом нет необходимости», — слабо ответила Скайлер Джонс. Подчиненный был ошеломлен: «Мистер Джонс, вы не собираетесь встретиться с госпожой?» Скайлер Джонс ничего не сказала и повернулась. Подчиненный молча следовал за Скайлером Джонсом, не в силах понять мысли своего начальника, и, подняв глаза, увидел лишь одинокую и унылую спину своего босса. Подчиненный невольно обернулся, чтобы посмотреть туда, где находилась Кристин Куинн… Она и Джонатан Гибсон продолжали болтать и прогуливаться по пляжу, и, судя по всему, были в хорошем настроении. Подчиненный мысленно вздохнул; должно быть, начальник обижен. Несколько минут спустя подчиненный отвел Скайлера Джонса к белому дому на острове. Подчиненный сказал Скайлеру Джонсу: «Мистер Джонс, для удобства общения мы остановимся в доме дяди Люка, который только что нас проводил. По совпадению, дядя Люк сказал мне, что его дом находится прямо рядом с домом, который снимала мадам, так что вы с мадам все еще довольно близки». Скайлер Джонс тихонько хмыкнул и, измученный бессонными днями и ночами, вошел в дом. Когда Скайлер Джонс проснулась, на острове уже было темно. В отсутствие ярких городских огней, разбросанные по острову ночные огни создавали неповторимую романтическую атмосферу. Скайлер Джонс поднялся с плетеного кресла, пощипал виски и спросил стоявшего рядом с ним подчиненного: «Как долго я спал?» Подчиненный ответил: «Три или четыре часа». Скайлер Джонс нахмурил брови: «Почему ты меня не разбудил?» «Я видел, что мистер Джонс не спал несколько дней, и мне было жалко вас будить», — тихо ответил подчиненный. В последние дни Скайлер Джонс плохо спал, и бессонные дни, проведенные в попытках всеми способами определить местонахождение Кристин Куинн на острове Лорен Артур, естественно, привели его к тому, что он задремал, прислонившись к стулу. Скайлер Джонс не стал никого обвинять, а просто спросил: "Который час?" Подчиненный ответил: «Уже шесть вечера… Дядя Люк уже приготовил для тебя ужин». Скайлер Джонс слегка кивнула: «Вы сказали сегодня днем… что она живет по соседству?» «Да, дом, который снимала хозяйка, находится по соседству с нашим». «А Джонатан Гибсон тоже с ней живёт?» «Боюсь… да». Подчинённый не осмелился солгать: «Дядя Люк только что сказал мне, что Джонатан Гибсон тоже сейчас ужинает». Под несколькими высокими кокосовыми пальмами Кристин Куинн и Джонатан Гибсон обедали. На кокосовой пальме висела старинная лампа в европейском стиле, светившая не очень ярко и отбрасывавшая слегка туманный свет на место, где обедали Кристин Куинн и Джонатан Гибсон. Эта дымка, хотя и не была создана намеренно, вызывала прекрасную атмосферу ужина в классическом европейском ресторане. Скайлер Джонс стояла за кокосовой пальмой, не сделав ни шага вперед. Они находились всего в нескольких метрах друг от друга, он ясно видел её, но она его не видела. Она и Джонатан Гибсон наслаждались островной едой, одаривая друг друга благодарными улыбками, их лица были полны удовлетворения. Подчиненный украдкой поглядывал на выражение лица Скайлер Джонс, время от времени внутренне вздыхая, но не осмеливаясь высказать начальнику предложение показаться перед начальницей. Неподалеку до его ушей отчётливо донесся разговор между Джонатаном Гибсоном и ней. Джонатан Гибсон внезапно остановился за обеденным столом, слегка улыбнулся и пристально посмотрел на нее. Она заметила взгляд Джонатана Гибсона лишь спустя несколько секунд, ее изящное лицо преобразилось, она улыбнулась ему и спросила: «Почему ты так на меня смотришь?» «Я просто… просто наслаждаюсь моментами, проведенными с тобой». Ее улыбка стала шире: «Я еще жива… а вы выражаете такую ​​скорбь, что мне становится грустно». Джонатан поспешно объяснил: «Я не это имел в виду… Я имел в виду, что, когда я с тобой, я всегда хочу ценить это время». В глазах Джонатана Гибсона не было ни капли притворства; он искренне переживал за Кристин Куинн и очень за неё волновался. Кристин Куинн слегка усмехнулась, делая вид, что не понимает глубоких эмоций, скрывавшихся за его словами, опустила голову и продолжила ужинать. «Простите, я опять создал неловкую ситуацию между нами?» ---------- Главы 809-418: Дополнительная история: Прости, я больше тебя не люблю 1_2 Кристин Куинн резала еду и покачала головой: «Встреча с вами – моя большая удача». Джонатан Гибсон отложил столовые приборы и серьезно сказал: «Кристин, я всегда буду здесь, чтобы заботиться о тебе… Я сказал, что не позволю, чтобы с тобой что-нибудь случилось». Кристин Куинн тихо вздохнула, извиняюще подняла глаза на Джонатана Гибсона: «Я всегда хотела перед тобой извиниться… Когда я была в Лондоне, я уехала, не попрощавшись, и заставила тебя волноваться обо мне». «Я понимаю ваши действия в тот момент…» Кристин Куинн решительно покачала головой: «Простите, на самом деле я не собиралась ехать в Великобританию на лечение к вам, я просто хотела, чтобы вы помогли мне покинуть город Y». Джонатан Гибсон пристально посмотрел на Кристин Куинн и сказал: «Я знаю». Кристин Куинн виновато опустила голову: «Я вас подвела, мне очень жаль». «Но я рад, что мистер Джеффри вас нашел, иначе даже я не смог бы найти такую ​​хорошую медицинскую команду для вашего лечения». «Я тоже ему благодарна… он замечательный, отлично подходит моей сестре». «Кристин, я хочу остаться здесь, чтобы позаботиться о тебе, независимо от того, выздоровеет ты или нет, я готов быть с тобой». «Джонатан, нет необходимости, твоя карьера как раз достигла идеального этапа, я не хочу, чтобы ты тратил здесь время зря… Жители острова очень гостеприимны, мне здесь будет хорошо, не волнуйся». «Для меня, кроме тебя, нет ничего важнее». "Глупо. Тебе вообще не стоило сюда приходить…" «Я не глуп… Более десяти лет назад я отказался от своих чувств к тебе и доверил тебя Оверски, это было худшее решение в моей жизни. Я не позволю тебе больше страдать, я хочу, чтобы твои будущие дни были наполнены счастьем и радостью». Кристин Куинн смотрела вдаль, на море, отрешенным взглядом: «Это было мое решение, поэтому я одна должна нести последствия». «Вы знали, что я дрался со Скайлером Джонсом в Лондоне?» Кристин Куинн медленно посмотрела на Джонатана Гибсона. Джонатан Гибсон тихо сказал: «Он пришел к вам с высокомерным видом… Такой человек, упрямый и надменный, никогда не поймет других и не примет чужой доброты; он совершенно не заслуживает вас». «У каждого человека две стороны характера, я знаю, что его истинный характер не такой». «Вы всё ещё говорите от его имени?» Упоминание Скайлера Джонса очень разозлило Джонатана Гибсона. Кристин Куинн спокойно покачала головой: «Я не позволю своим отношениям со Скайлером Джонсом помешать мне взглянуть на него объективно… Слишком многое в нем изменило, раньше он был очень хорошим человеком». «Так ты всё ещё о нём заботишься?» Кристин Куинн честно сказала: «Когда я думаю о нем сейчас, я больше всего надеюсь, что он проживет лучшую жизнь, чем прежде, потому что он много раз был несчастен в своей жизни, и небеса должны быть к нему справедливее». «Почему бы тебе не помолиться небесам, чтобы они были к тебе справедливее?» "Хм?" «Ты любила его столько лет, и что же он тебе в итоге дал? Если бы не он, твое здоровье не было бы таким», — возмущенно сказал Джонатан Гибсон. Кристин Куинн спокойно опустила глаза и тихо рассмеялась: «Это был мой выбор, он никогда меня не принуждал, и все эти годы я ясно давала себе понять, что для нас это не сработает, поэтому у меня нет причин его винить». «Если бы… если бы ваше тело могло восстановиться, вы бы вернулись к нему?» «Почему вы задаёте этот вопрос?» «Потому что все признаки указывают на то, что он человек, который не сразу всё осознаёт. Ради тебя он разместил объявления о твоей смерти более чем в шестидесяти странах мира, сам поехал ради тебя в Лондон и чуть не снёс больницу, которая объявила о твоей «смерти»… Я не хочу это от тебя скрывать, хотя и не хочу признавать, но думаю, что он всё-таки заботится о тебе». Кристин Куинн тяжело вздохнула: «Но как жаль, что мое сердце уже исчерпано; даже если мое тело восстановится, я не смогу любить его так, как раньше… потому что дни без него — это те дни, которые я больше всего хочу прожить сейчас, мне наконец-то не нужно каждый день думать о том, как отплатить ему за все, что я ему должна, и мне не нужно сталкиваться с его холодными словами и всякой болью». «Даже если он стоит перед тобой сейчас, ты остаёшься непоколебимой». «Меня это не оставит равнодушным, несмотря ни на что, он отец моего ребенка, я могу оставаться с ним просто друзьями, но на этом мои отношения закончатся». Слова Кристин Куинн были отчетливо слышны Скайлер Джонс. Глубокие глаза Скайлер Джонс постепенно потемнели… Подчиненный Скайлера Джонса также слышал разговор между женой босса и «новым бойфрендом», и он невольно украдкой поглядывал на выражение лица босса, но, к сожалению, босс всегда умел скрывать свои чувства за этим бесстрастным лицом. «Мистер Джонс…» — подчиненный не удержался и снова спросил: «Хотите подойти к даме и уточнить… Возможно, еще есть шанс изменить ситуацию». Скайлер Джонс обернулся, в его глазах мелькнули едва заметные разочарование и боль. Подчиненный поспешно догнал Скайлера Джонса: «Мистер Джонс, раз уж вы здесь, встретьтесь с дамой…» Скайлер Джонс резко остановился: «Как думаешь, она хочет меня видеть?» Подчинённый был немного сбит с толку вопросом Скайлера Джонса: «Это…» Скайлер Джонс уже нашел ответ, по нерешительному выражению лица своего подчиненного. Подчиненный быстро добавил: «Мне просто кажется, что найти эту даму было сложно, даже если она не хочет тебя видеть, тебе следует с ней встретиться…» Скайлер Джонс посмотрел на подчиненного и, спустя долгое время, произнес: «Она больше во мне не нуждается». Небо начало светлеть, и Скайлер Джонс медленно открыл глаза. Несмотря на ранний подъем, он наконец-то освободился от тисков бессонницы. Жители острова всё ещё предавались сну; он же, в халате, вышел на балкон за дверью комнаты. В мгновение ока он пробыл на острове уже более десяти дней… В течение этих более чем десяти дней он вел простую, но мирную жизнь, каждый день видел, как она гуляет по пляжу, и наблюдал, как ее тело, казалось, день за днем ​​становилось все здоровее. «Мистер Джонс, вы так рано встали!» Позади Скайлера Джонса внезапно раздался голос пожилого человека. Скайлер Джонс обернулся и увидел дядю Люка, несущего бамбуковый поднос для сушки соленой рыбы. Скайлер Джонс от природы не был холоден и, слегка улыбнувшись дяде Люку, произнес: «Мм». Когда дядя Люк развешивал соленую рыбу, он сказал: «Мистер Джонс, если я не ошибаюсь, вы приехали на остров, чтобы найти мисс Куинн, верно?» Скайлер Джонс ответила слабой улыбкой, но промолчала. ---------- Главы 810–419: Дополнительная история: Прости, я тебя больше не люблю 2 Дядя Люк улыбнулся и сказал: «Судя по возрасту мистера Джонса, ему должно быть около тридцати, верно?» "Сорок." Дядя Люк удивленно повернул голову, чтобы посмотреть на Скайлера Джонса: «Мистер Джонс, вы, должно быть, шутите; вы совсем не похожи на сорокалетнего». «Дядя Люк, ты тоже не выглядишь на шестьдесят». «Мистер Джонс, вы действительно умеете разговаривать. Когда мисс Куинн увидела меня в первый раз, она даже назвала меня дедушкой…» Скайлер Джонс от души рассмеялась. «Она еще и думает, что я старая». «Неужели?» — дядя Люк повернулся к Скайлеру Джонсу. — «Мистер Джонс, кто вы такой для мисс Куинн?» Слова дяди Люка постепенно притупили улыбку на красивом лице Скайлера Джонса. Да, кто он теперь для неё? Муж? Нет… она уже попросила у него развод. Бывший муж? Похоже, они еще не развелись. Увидев Скайлер Джонс, погруженную в размышления и долго молчащую, дядя Люк не удержался и спросил: «Вы тоже ухаживаете за мисс Куинн?» Скайлер Джонс ничего не подтвердила и не опровергла, сохраняя лёгкую улыбку. «Мисс Куинн так красива, и она вполне может сойти за мистера Джонса, но я думаю, что мистер Гибсон, который сопровождает мисс Куинн, тоже неплох. Он очень добрый и отзывчивый, и, что самое важное, он прекрасно заботится о мисс Куинн… Мистер Джонс, ваш соперник довольно силен». Скайлер Джонс долго молчал, а затем внезапно спросил: «Как думаешь, я смогу вернуть её?» — Вернуть себе парня? — Дядя Люк нахмурился. — Значит, мистер Джонс, вы все это время были бывшим парнем мисс Куинн! «Да». Скайлер Джонс не стала вдаваться в подробности, поскольку это была похожая личность. Дядя Люк нахмурился и честно сказал: «Ну… это зависит от сердца мисс Куинн. Если ты всё ещё в её сердце, ты, безусловно, сможешь её вернуть. Но если ты ей больше не нужен, это может быть сложно». Скайлер Джонс тихо вздохнула: «Я даже не знаю, остался ли я еще в ее сердце». Дядя Люк с беспокойством спросил: «Если ты не уверен, почему бы тебе не пойти к ней?» «Я… боюсь, она не хочет меня видеть». "Почему нет?" «Потому что я делал много вещей, которые ей не нравились, и поэтому она отдалилась от меня». Дядя Люк вздохнул и покачал головой: «Ах, молодые люди, им всегда нужно пройти через что-то, чтобы научиться ценить…» «Возможно, она не обрадуется моему приходу, так стоит ли мне с ней встретиться?» Скайлер Джонс, похоже, искал поддержки у дяди Люка, чтобы найти для себя повод двигаться дальше. И действительно, ответ дяди Люка оказался именно тем, чего он хотел. «Конечно, вы должны встретиться с мисс Куинн… Если вы с ней не встретитесь, как вы узнаете, сохранила ли она вас в своем сердце? Раз уж вы чувствуете, что обязаны ей, используйте оставшиеся дни, чтобы загладить свою вину!» "Правда… я могу?" «Не медлите, мистер Джонс. Мы, жители острова Роланда Артура, на протяжении многих поколений верили в бога любви… Я верю в вас, поэтому верю, что бог любви позаботится и о вас». В конце концов, Скайлер Джонс решила встретиться с Кристин Куинн. Он всё думал о том, как с ней встретиться, но так и не придумал подходящего способа. В конце концов, он решил не зацикливаться на том, как встретиться, потому что, как и говорил дядя Люк, только при личной встрече он узнает ее реакцию, а кто сказал, что встреча будет неудачной? Кристин Куинн никак не ожидала, что во время своей обычной послеобеденной прогулки по пляжу она встретит Скайлер Джонс. Скайлер Джонс явно ждал там, его глубокий, пристальный взгляд был устремлен на нее. Кристин Куинн была ошеломлена и замерла на месте. Стоя рядом с Кристин Куинн, Джонатан Гибсон тоже на несколько секунд растерялся, затем пришел в себя и спросил: «Что вы здесь делаете?» Скайлер Джонс полностью игнорировал Джонатана Гибсона, его взгляд был прикован к прекрасному лицу Кристин Куинн, прежде чем он наконец произнес: «Можно с вами поговорить?» При виде Скайлер Джонс лицо Кристин Куинн слегка побледнело, но она не выказала сильных эмоций, лишь слегка кивнула. Скайлер Джонс подошла к Кристин Куинн, протянула руку, чтобы взять ее за руку, и мягко сказала: «Давай найдем тихое место, чтобы поговорить». Кристин Куинн не отказала ему словесно, но и не позволила ему взять ее за руку. Когда он взял ее в руки, она, естественно, отдернула его руку, повернулась и мягко сказала Джонатану Гибсону: «Подожди меня минутку». "Кристин…" В тот момент, когда он увидел Скайлер Джонс, вся тревога в сердце Джонатана Гибсона резко возросла. Кристин Куинн покачала головой, давая понять Джонатану Гибсону, что ему не стоит за нее беспокоиться. ---------- Главы 811–419: Дополнительная история: Прости, я больше тебя не люблю 2-2 Скайлер Джонс наблюдала за молчаливым разговором между Кристин Куинн и Джонатаном Гибсоном, испытывая глубокое беспокойство. Несмотря на то, что Джонатан Гибсон согласился оставить Скайлер Джонс наедине с Кристин Куинн, он не удержался и предупредил его: «Если ты посмеешь причинить вред Кристин, клянусь, ты никогда не покинешь этот остров». Скайлер Джонс полностью проигнорировал намерения Джонатана Гибсона, его взгляд следил за Кристин Куинн, он молча подстраивался под ее темп, его сердце все еще было сжато из-за ее предыдущего отказа. Наконец, они с ней прибыли в тихое место на пляже. Она повернулась к нему лицом, и в ее глазах неожиданно читалось спокойствие. "Кристин". Хриплый голос был полон глубоких эмоций. Кристин Куинн оставалась равнодушной. Сейчас он обращался к ней так же, как и раньше, воспоминания об этом настолько далеки, что она едва помнила, как он так ее называл. Скайлер Джонс подошел к ней, остановившись в нескольких сантиметрах; его глаза, которые никогда прежде искренне не смотрели на нее, теперь были окутаны некой дымкой. «Кристин», — снова окликнул он хриплым голосом. Его лицо, так близко к ней, глаза по-прежнему ясные, а нос такой же прямой. Она посмотрела на него так, словно они не виделись целую вечность, в ее сердце поднялось чувство дискомфорта, она понимала, что это боль, но никаких других ощущений не было. Она больше не будет испытывать к нему прежнего чувства вины и не будет желать, чтобы он смотрел на нее искренне, надеясь на то, что он будет говорить с ней так же серьезно, как раньше. Все надежды, возложенные на него, рухнули… «Бекка тебе рассказала?» — тихо спросила она. «Ты готова рассказать всему миру, что ты жива, но отказываешься сказать об этом мне?» — спросил он, чувствуя себя неловко. В ответ она сказала что-то безобидное: «Я просто хотела жить жизнью, которая принадлежит мне, но, к сожалению, судьба не дала мне даже такой возможности». Ее мрачный тон был душераздирающим, но в то же время разрывал ему сердце. Он молча смотрел на неё, словно у него перехватило дыхание, и наконец произнёс: «Ты не так уж сильно хочешь меня видеть?» «Я просто не хочу жить так, как жил раньше». Он не смог сдержаться, протянул руку и обхватил плечи Кристин Куинн: «Кристин, ты… простишь меня?» — спросил он дрожащим голосом. — «Я знаю, что был не прав, я прошу прощения за тот вред, который причинил тебе за последние десять лет». Кристин Куинн никак не отреагировала, просто спокойно смотрела на него глазами, прикрытыми слегка темными веками. Он смотрел на нее с надеждой, словно в ее присутствии даже дыхание стало затрудненным. Внезапно она оттолкнула руки, лежавшие на её тонких плечах, и слабо улыбнулась: «Президент Джонс, говорить так смиренно не в вашем стиле. Куда делись ваша обычная гордость и высокомерие?» Ее улыбка была настолько безмятежной, что граничила с жестокостью, еще больше разжигая его сердце. Неужели она теперь издевается над ним? «Вам нет необходимости специально понижать свою позицию, говорите со мной как обычно, я к этому и так привык». Как будто этого было недостаточно, тихо добавила она. Скайлера Джонса охватила боль, он закрыл глаза, глубоко вздохнул, пытаясь успокоить муку в сердце. Он пристально посмотрел на нее сверху: «Прости, прошлое… я знаю, что его нельзя исправить». «Тебе не нужно заглаживать свою вину передо мной, ты мне ничего не должен, и я тебе ничего не должен, мы просто два совершенно не связанных между собой человека». В глазах Скайлер Джонс мелькнула нотка боли: «Пожалуйста, не говори так, хорошо?» Её безразличие к боли в его глазах оставалось неизменным: «Я просто помню, что ты мне говорил… и я всегда осознавала себя». «Я знаю, что раньше был неправ… вы можете винить меня, обижаться на меня, ненавидеть меня, но, пожалуйста, не говорите со мной таким холодным тоном, хорошо?» Она оставалась на удивление спокойной: «Президент Джонс, я не буду вас винить, обижаться на вас или ненавидеть вас, потому что путь, который я выбрала в прошлом, был моим собственным выбором, никто меня не принуждал, включая вас». Он смотрел на её хрупкую фигуру, словно порыв ветра мог её опрокинуть, и хрипло проговорил: «Позволь мне остаться и позаботиться о тебе, хорошо?» Она покачала головой: «Мне здесь хорошо, мне не нужна ничья забота… а даже если бы и нужна, я думаю, никто бы не позаботился обо мне лучше, чем Джонатан». "Кристин…" — его сердце забилось чаще, и его постепенно охватило пугающее чувство. Кристин Куинн, женщина, которая когда-то глубоко любила его и без колебаний бежала к нему навстречу, казалось, отдалилась от него надолго. Она вырвалась на свободу, полная решимости улететь, и он больше не мог её удерживать… Паника охватила его конечности. «Кристин, не надо…» — прошептал он с тревогой, — «Дай мне шанс позаботиться о тебе». «Президент Джонс, мне не нужна жалость». Его сердце сжалось от беспомощного взгляда на неё. «Несмотря на тяжелую болезнь, я не собираюсь отказываться от жизни… Я сделаю все возможное, чтобы прожить в этом мире, поэтому, если вы меня пожалеете, я всегда был очень стойким». «Я не жалею тебя, Кристин, я действительно хочу быть рядом, я хочу начать все сначала с тобой… хотя бы на один день». — Неужели? — Кристин Куинн наклонила голову, глядя на Скайлер Джонс. — Разве не правда, что ты любишь Бекку, а также Дженнифер Дуглас? «Мои чувства к Бекке вызваны её сходством с тобой…» «А что насчет Дженнифер Дуглас?» «Я использовала её, чтобы отомстить тебе». «Значит, вы хотите сказать, что между вами и Дженнифер Дуглас нет никаких реальных отношений?» «Я…» Как ему объяснить ей, «я этого не делал… по крайней мере, когда был в здравом уме, я ее не трогал?» Кристин Куинн слабо, очень слабо улыбнулась… Не в силах больше этого выносить, он обнял ее: «Я люблю тебя, Кристин Куинн, позволишь ли ты нам начать все сначала?» — умолял он. Его объятия, некогда самое заветное и теплое убежище для нее, теперь утратили свою былую теплоту… Чем крепче он её обнимал, тем холоднее ей становилось. Он затаил дыхание, ожидая её ответа. Словно прошла целая вечность, она медленно оттолкнула его, и ее тихий голос мягко повысился: «Скайлер, нам невозможно начать все сначала…» «Если это из-за твоего здоровья, я сказал, что мне все равно, я просто хочу быть с тобой…» — он понервничал, пристально глядя на нее. Она не ответила сразу, но тихо, едва заметно улыбнулась усталой, немного грустной, самоироничной и страдальческой улыбкой: «Но в эти последние мгновения я не хочу быть с тобой…» Его тело сильно дрожало. Она спокойно посмотрела на него и, произнося каждое слово, сказала: «Я уже пообещала Джонатану… Если мое здоровье улучшится, я выйду за него замуж, потому что я легко поддаюсь влиянию людей, я была наивна в первой половине своей жизни, я хочу стать мудрой во второй половине, и я знаю, что никогда не встречу мужчину, который будет относиться ко мне лучше, чем Джонатан… Даже если я в конечном итоге погибну, я все равно надеюсь, что Джонатан будет рядом со мной, потому что сейчас я больше всего благодарна ему, быть с ним приносит мне мир и счастье». ---------- Главы 812–420: Дополнительная история: Завтра она вернется домой Её слова были подобны зимнему снегу, гасящему пламя, пылающее в его сердце, и он пристально посмотрел на неё, пытаясь прийти в себя: «Ты теперь говоришь со мной в гневе?» «Я говорю не из-за злости. Знаешь, я не из тех, кто притворяется недоступной. Каждое мое решение тщательно обдумано, точно так же, как я никогда не жалела о том, что загладила свою вину перед тобой». Она пристально посмотрела на него, ее голос был легким и мягким, словно листья, плывущие на осеннем ветру. «Скайлер, когда-то между нами был шанс, но из-за непредвиденных обстоятельств этому не суждено было сбыться». Ее ясные глаза затуманились, а губы изогнулись в решительном слове: «Мы упустили возможность, и теперь пути назад нет». Сердце разрывалось от невыносимой боли, намного превосходящей ту скорбь, которую он испытал, узнав о её «предательстве». Внезапно он почувствовал, что его сердце словно витает в бесплодной пустыне, нет ни солнечных дней, ни ветра, ни дождя, только тьма и одиночество… У них не было возможности повернуть назад. Обернувшись, она решительно удалилась. "Кристин Куинн!!" Он окликнул её по имени и побежал за ней. Он, отбросив все мысли, повернул ее к себе, его темные глаза были окутаны пеленой тумана: «Даже если мы не можем быть парой, позволь мне остаться с тобой в этот последний момент, хорошо?» Он прочитал оставленный ею дневник и понимал, как сильно подвел ее… Поэтому он не стал винить ее за жестокий отказ, поскольку был морально готов ко всем трудностям. Самым важным сейчас было то, что он хотел остаться рядом с ней, он должен был остаться рядом с ней, он не хотел снова расставаться с ней. «Но ты мне не нужна». Она опустила свои длинные ресницы. "Кристин…" Она опустила голову, голос ее слегка охрип: «Не называй меня этим именем…» «Позволь мне быть с тобой… Мы можем временно отложить прошлое и просто остаться друзьями. Я лишь прошу тебя позволить мне быть с тобой в этот момент». Она мягко отстранилась от него, нетерпеливо пробормотав: «Скайлер Джонс, я уже говорила тебе, ты мне не нужен. Разве я не была достаточно простой?» «Я знаю, ты пытаешься меня расстроить…» «Нет, я просто говорю тебе правду от всего сердца… Мне больше нет до тебя дела, ты разве не понял?» Ее голос постепенно повышался, и ее нетерпение становилось все более очевидным. Он пристально посмотрел на неё, словно её реакция в этот момент стала для него неожиданностью. Она тяжело вздохнула, пытаясь успокоить эмоции, и медленно произнесла: «Если ты действительно хочешь для меня лучшего, позволь мне полностью порвать с прошлым, позволь мне на этот раз жить для себя… В семнадцать лет я была наивна, я думала, что буду следовать за этим человеком всю жизнь, пока кто-то ко мне хорошо относился. Теперь, в тридцать, я понимаю, насколько примитивными были мои мысли в семнадцать… Эти тринадцать лет я растратила свою молодость, потратила всю свою энергию, постоянно стремясь к тому, чего никогда не могла достичь. Теперь я наконец отпустила прошлое, и, отпустив его, я понимаю, что в этом мире еще много прекрасных вещей и много людей, с которыми стоит познакомиться заново. Я могу начать совершенно новую жизнь… Возможно, в прошлом я все еще чувствовала вину перед тобой, но я уже тринадцать лет отплачивала тебе за то, что была тебе должна, поэтому теперь ты мне ничего не должен, и я тебе ничего не должна, мы квиты. Давай позволим судьбе между нами закончиться здесь!» С закрытыми глазами он не мог разобрать ее мысли по взгляду, но бесспорно чувствовал усталость в ее голосе… Печаль отразилась в уголках его глаз: «У нас есть Мари, мы не можем остаться совсем без встречи». Она медленно открыла глаза, спокойно посмотрела на него и сказала: «Значит, нам не обязательно быть врагами; мы можем быть друзьями на всю жизнь». «Я прочитала твой дневник и знаю, что ты так легко не сдашься. Ты упрямый человек». "Ты имеешь в виду мою прошлую влюбленность в тебя?" «Я не это имею в виду, я просто надеюсь, что мы сможем всё обдумать рационально… Если ты отвергаешь меня, потому что тебя расстраивают мои прошлые поступки, я готов подождать, пока твой гнев утихнет. Если ты дашь нам ещё один шанс, я покажу тебе своё раскаяние, свою компенсацию и свою искренность. Но если то, что ты говоришь сейчас, действительно идёт от сердца, и ты нашла человека, который может дать тебе тепло и доверие, я не буду тебя принуждать, потому что я также надеюсь, что у тебя будет хорошая жизнь». ---------- Главы 813–420: Дополнительно: Завтра она уезжает домой (2) Она смотрела на него, не моргая, и без малейшего колебания торжественно произнесла: «Я твердо верю, что Джонатан определенно сможет подарить мне ту жизнь, которую я хочу». Поэтому она решила отдалиться от него и начать новую жизнь. Он молча наблюдал за ней, словно не желая принимать ее ответ, боль в сердце не позволяла ему говорить. Она снова обернулась, на этот раз отступив еще более решительно. "Кристин!" — его печальный голос эхом разносился в холодном ветру, такой панический, такой испуганный. Она решительно не оглядывалась назад. Неужели у него действительно не было ни единого шанса? Неужели он действительно не сможет... вернуть её? Стоя перед окном от пола до потолка, Скайлер Джонс почувствовал, как сжимается его грудь, мучительно сжимается, как душераздирающая боль распространяется по всему телу... Это чувство было точно таким же, как в тот момент, когда он узнал о ее смерти, и так сильно его пугало. Когда она пыталась исправить ошибки прошлого, он лишь безгранично её ненавидел... Когда она неоднократно испытывала его, прекрасно понимая, что ей нужна лишь крупица надежды, он всегда использовал жестокие и злобные слова, чтобы погасить все ее надежды... Тринадцать лет она терпела всё... Когда она тяжело болела, зачастую все, чего она хотела, это чтобы он с ней нормально поговорил, но он всегда оставался высокомерным... Как он мог по-настоящему заботиться о ней, даже не зная, что она серьезно больна? Будучи ее мужем, он был ничуть не лучше, чем Джонатан Гибсон, ее любовник... Следовательно, он действительно не был компетентен заботиться о ней... У него не было никакой квалификации... Осознав это, Скайлер Джонс устало закурил сигарету, наблюдая за видом за окном и пытаясь заглушить душевную боль никотином. Этот маленький остров такой тихий и безмятежный. Приехав, он подумал, что, возможно, сможет провести с ней некоторое время наедине, но, оказавшись здесь, понял, что его приезд лишь нарушит покой. Он до сих пор помнил тот день, когда она «предала» его и позже умоляла о прощении, а ее печальные глаза были полны глубокой любви. К сожалению, ослепленный тогда ненавистью, он полностью проигнорировал ее чувства, и теперь, когда он наконец понял ее и захотел снова быть с ней, в его глазах больше не было той глубокой любви, которая была у нее когда-то. Она не испытывала к нему ни ненависти, ни любви, только спокойствие. Это спокойствие сломило его, повергнув в еще большее замешательство, чем если бы она его ненавидела. Неужели у него действительно не было способа вернуть её? Нет... Он отказался в это поверить. Уважительный голос подчиненного прервал его размышления. «Мистер Джонс, мы на острове уже пятнадцать дней…» Отвернувшись от подчиненного, он почти беззвучно ответил: «Хм». Его подчиненный спросил: «Когда мы вернемся?» Скайлер Джонс не ответил. Подчиненный, опасаясь, что начальник может неправильно понять его разговор, быстро добавил: «Речь идет об учебе мисс. Старушка не смогла с вами связаться, поэтому она связалась со мной, чтобы узнать, когда вы вернетесь в Нью-Йорк. Она сказала, что мисс уже несколько дней ходит в школу, и если у вас не будет времени отвезти мисс обратно в Нью-Йорк, она позволит ей учиться в Нью-Йорке». «Не нужно, передайте ей, что я вернусь как можно скорее». "Да." Подчиненный молча удалился. Однако, когда подчиненный уже собирался уходить, Скайлер Джонс внезапно крикнул: «Вы же слышали разговор между Кристин Куинн и мной, не так ли?» Подчиненный неловко кивнул: «Да... да, я это сделал». «Как вы думаете, она просто сказала что-то в гневе?» "Что..." «Говорите честно». Подчиненный слегка вздрогнул. Он хотел быть честным, но колебался! Скайлер Джонс почувствовал его нерешительность и заверил: «Выскажи свое мнение честно, я тебя не виню». Услышав это, подчиненный наконец осмелился заговорить: «Мистер Джонс, судя по моему опыту многих отношений, как полуспециалиста, то, что сказала вам госпожа, похоже, не было сказано в гневе, потому что госпожа всегда была довольно спокойна. Кроме того, женское сердце подобно игле на дне моря, я думаю, мистер Джонс не должен просто так отказываться от госпожи из-за того, что она сказала, возможно, она все еще испытывает ваше терпение и настойчивость…» «Так что, мне стоит остаться?» «Мистер Джонс, вы уже сделали свой выбор... разве ваш план не состоит в том, чтобы вернуться в Нью-Йорк, следуя воле хозяйки борделя и обеспечив ей покой?» «Но я не готов». «Даже если вы не хотите, мистер Джонс, оставаться здесь бесполезно», — искренне посоветовал подчиненный. — «Сейчас госпоже больше всего нужен отдых. Если вы будете настаивать на том, чтобы остаться, это помешает ее выздоровлению… На мой взгляд, вы уже все ясно сказали госпоже, она обязательно все обдумает. Вместо этого, пока она будет восстанавливаться на острове, вы могли бы дать ей немного личного времени, чтобы она могла хорошенько подумать о ваших отношениях. Если в итоге она выберет Джонатана Гибсона, то ваш отъезд станет для нее своего рода компенсацией». Так он и думал, поэтому решил немедленно вернуться в Нью-Йорк. Они уже не были молоды; детские уловки настойчивости и привязанности им не подходили. Они предпочитали следовать зову сердца. Поскольку его присутствие доставляло ей дискомфорт, он решил дать ей свободу, позволив сделать собственный выбор. В конце концов, он был ей многим обязан и больше не мог силой диктовать ей, как жить. «Завтра мы выедем пораньше», — наконец решил Скайлер Джонс. "Хорошо." «Поддерживайте связь с дядей Люком, я хочу знать, где она находится и как передвигается, и после моего отъезда я хочу, чтобы три врача, которые ранее оперировали Кристин Куинн, переехали на этот остров». Подчиненный кивнул: «Я все устрою». На следующий день. Джонатан Гибсон, как обычно, прогулялся по пляжу с Кристин Куинн. Сегодня погода по-прежнему была прекрасной; хотя послеполуденное солнце палило нещадно, это создавало комфортные условия для ослабевшей Кристин Куинн. Джонатан Гибсон молчал, что было для него нехарактерно, учитывая, что он всегда придумывал способы порадовать Кристин Куинн. Наконец, Кристин Куинн не удержалась и спросила: «Что с тобой сегодня?» Джонатан Гибсон остановился и, повернувшись лицом к Кристин Куинн, сказал: «Я слышал от дяди Люка, который живет по соседству, что Скайлер Джонс уехал сегодня утром». Кристин Куинн кивнула: «Я знаю». Когда она завтракала с Джонатаном Гибсоном утром, она уже видела его. Он молча стоял за кокосовыми пальмами, наблюдая за ней. Она знала, что он наблюдает за ней, знала, что он ждет, когда она передумает, знала, что он всегда надеялся, что она даст ему шанс остаться, но она игнорировала его. ---------- Глава 814-421: Дополнительная история: Он любит её, что ему делать? (1) Она сделала вид, что не видит его, хотя он прекрасно знал, что она его заметила. Она просто смотрела прямо перед собой, как будто это не имело значения. Она ясно дала ему понять, что не из тех, кто принимает решения легкомысленно, и что, приняв решение, она не пожалеет о нем. Между ними судьба подошла к концу. Пролитую воду, после того как пепел сгорит, уже никогда нельзя будет разжечь заново. Он должен это понимать. Джонатан Гибсон сказал: «Я слышал, что он сказал вам вчера… Честно говоря, я был очень тронут». Она согласилась: «Я также думаю, что, учитывая его обычную гордость, ему определенно нелегко опуститься до того, чтобы сказать мне такие вещи». Джонатан Гибсон с тоской посмотрел на Кристин Куинн: «Неужели вас это совсем не трогает?» Она улыбнулась и пошла дальше: «Ты вдруг больше не захочешь обо мне заботиться?» Понимая, что она шутит, он все же серьезно ответил: «Конечно, нет, я лишь надеюсь остаться рядом с тобой». Лицо Кристин Куинн озарилось нежной улыбкой: «Независимо от того, сколько мне осталось, с тобой рядом я действительно чувствую себя уверенно». Джонатан Гибсон обнял Кристин Куинн: «Спасибо, что дали мне возможность позаботиться о вас, я буду дорожить этим». «Это я должен сказать спасибо… Спасибо, что не возражали». Джонатан Гибсон внезапно остановился, осторожно поддерживая ее ослабевшие плечи, и глубоко произнес: «Я никогда не буду против…» «Надеюсь, у нас будет возможность начать всё заново». «Мы обязательно это сделаем». Джонатан Гибсон нежно поцеловал её в лоб. Она счастливо улыбнулась. Три дня спустя Скайлер Джонс увидела видео, присланное дядей Люком, в кабинете особняка Джонсов в Нью-Йорке; она и Джонатан Гибсон, как обычно, прогуливались по пляжу, выглядя в хорошем настроении и вполне здоровыми. Неделю спустя, в городе Y, Скайлер Джонс сидела в кресле в кабинете президента компании Oversky Group и смотрела на экран, где Кристин Куинн и Джонатан Гибсон сидели на пляже и вместе наблюдали закат. Пятнадцать дней спустя Скайлер Джонс не пришел в компанию; одетый в повседневную одежду, он сидел в кабинете и смотрел видео на компьютере — врач только что осмотрел ее, и, к его удивлению, ее организм не показал никаких признаков отторжения, врач сказал, что это чрезвычайно хорошая новость. Месяц спустя, все еще находясь в Оверски, Скайлер Джонс получил телефонный звонок от врачей с острова, которые сообщили ему, что состояние здоровья Кристин Куинн по-прежнему хорошее. Через полтора месяца Скайлер Джонс получила еще одно видео от дяди Люка. Кристин Куинн выглядела бодрой и в отличном настроении, уже не казалась больной. Два месяца спустя, сегодня — Скайлер Джонс находился на совещании. Высшее руководство обсуждало прогнозы Oversky на третий квартал и целевые показатели прибыли. Это была самая важная встреча, которую Скайлер Джонс провела в Оверски с тех пор, как Кристин Куинн покинула Y City. Скайлер Джонс внимательно слушал доклады своих подчиненных, когда внезапно к нему подошла секретарь и прошептала: «Президент, звонок от вашей жены». Слово «жена» заставило сердце Скайлер Джонс затрепетать. Скайлер Джонс прервала совещание и ушла в соседнюю комнату, чтобы ответить на звонок. Хотя они не общались всего полтора месяца, ему казалось, что прошла целая вечность, поэтому, когда он получил ее звонок, это показалось ему чем-то нереальным. «Скайлер, это я». "Хм." «У меня для вас хорошие новости: я преодолела все препятствия, поставленные врачом, и успешно прожила эти три месяца…» "Ты в порядке?" «Я в порядке, чувствую себя прекрасно, нигде не испытываю дискомфорта, сердце словно помолодело…» "Это хорошо." «Я позвонила, чтобы сказать вам, что завтра возвращаюсь в Y City, очень хочу увидеть Мари». "Правда? Хм… ладно." «Спасибо за заботу о Мари в это непростое время». «Давай поговорим, когда вернёшься». «Хорошо, до свидания». Увидев, как дочь подбегает к нему, когда он спускался со второго этажа, Скайлер обняла ее: «Папа, ты сказала, что мама сегодня вернется домой?» Скайлер обнял свою дочь и сказал: «Хм». Мари повернулась к входу на виллу: «Но уже так поздно, а мама еще не вернулась домой!» Ожидание с утра до полудня заставило Мари немного поволноваться. «Не волнуйся, твоя мама сказала, что обязательно вернется». "Хорошо." Мари послушно откинулась на диване, подперев подбородок руками и не отрывая взгляда от входа на виллу. ---------- Главы 815-421: Дополнительная история: Он любит её, что ему делать? (1-2) Скайлер Джонс сел рядом с Мари, держа в руке газету. Как и Мари, он взял сегодня выходной и не пошел в компанию. «Папа, можно я спрошу маму, почему она не вернулась, когда увижу её позже?» — спросила Мари жалким тоном. Взглянув на газету, Скайлер ответила: «Разве ты и так не знала? Твоя мама на меня злится». «Но она злится уже несколько месяцев, а мама не мелочная». «Что ж, вам придётся спросить её, когда она вернётся». «Папа, она ушла от тебя из-за того, что вы с мамой развелись?» Скайлер отложил газету и серьезно посмотрел на дочь: «Папа клянется тебе, папа и мама не развелись!» Мари глубоко вздохнула: «Тогда я чувствую облегчение. Я так боялась, что вы двое скроете от меня свой развод…» Скайлер усмехнулся и вдруг заинтересовался. С улыбкой он спросил дочь: «Мари, если папа не хочет развода, а мама хочет, что папе следует сделать?» "Ну что, ты любишь маму?" «Э-э… да.» Мари бросила на отца сердитый взгляд: «Тогда почему папа не рассказал маме раньше?» Вопрос Мари ошеломил Скайлер. Мари пробормотала: «Мама ушла, и только тогда папа подумал о том, чтобы быть с ней. Это не доказывает, что папа любит маму». «А мама думает так же?» «Я не понимаю взрослых дел… но, несмотря ни на что, я всё равно надеюсь, что папа и мама смогут быть вместе». «Итак, если папа хочет теперь ухаживать за мамой, ты мне поможешь?» Мари выпрямилась и серьезно сказала: «Я не буду помогать… Я не хочу, чтобы папа и мама были вместе насильно из-за меня, если только у вас нет настоящих чувств друг к другу». Скайлер подняла бровь: "Неужели это поможет?" Мари отвела взгляд: «Ни в коем случае, это ты виновата, что рассердила маму! Я хочу уважать решение мамы!» Как раз в тот момент, когда Скайлер собирался воспитывать Мари по-отечески — «Мистер Джонс, дама вернулась». Слуга радостно вбежал в зал. Услышав это, Мари выбежала из зала. Скайлер встала и посмотрела в сторону входа на виллу. Кристин Куинн вышла из белого автомобиля без багажа, но с сумочкой в ​​руках. Мари уже выбежала из виллы и крепко обняла Кристин Куинн… Служанка забрала сумочку Кристин. Она крепко обняла Мари, глаза ее были влажными. Мать и дочь некоторое время тепло беседовали, затем Мари, взяв Кристин за руку, направилась к вилле. Скайлер наблюдала за Кристин издалека. Она выглядела в хорошем настроении и уже не была такой хрупкой, как прежде, что свидетельствовало о том, что Джонатан Гибсон хорошо о ней заботился. Глядя на ее энергичную речь, казалось, что к ней вновь вернулся прежний острый ум. Хороший! Голос Мари прервал мысли Скайлер. В этот момент Мари и Кристин вошли в зал вместе. «Мамочка, я думал, ты больше меня не хочешь…» "Глупышка, мама же говорила, что я ненадолго уезжаю за границу…" «Но папа пошел тебя искать, а ты не захотела с ним вернуться». "Это потому что… потому что мама немного задержалась из-за некоторых дел, но теперь мама вернулась, не так ли?" Мари крепко обняла Кристин: «Мамочка, я больше не позволю тебе меня покидать…» Кристин поцеловала дочь в волосы: «Мама не будет». Дворецкий радостно спросил сбоку: «Мадам, вы голодны? Не могли бы вы что-нибудь для вас приготовить?» Кристин улыбнулась дворецкому: «Э-э, я не голодна. Я уже пообедала». «Хорошо, тогда я попрошу кого-нибудь приготовить ужин». "Хорошо." Дворецкий с радостью удалился. Только тогда Кристин заметила высокую фигуру перед диваном. Увидев, как родители переглядываются, Мари благоразумно сказала Кристине: «Мама, я пойду принесу тебе свои последние контрольные работы, еще один отличный результат!» Кристин отвела взгляд от Скайлер, улыбнулась Мари и сказала: «Хорошо». Затем Мари схватила служанку в прихожей и ушла, оставив Скайлер и Кристин одних. С легкой улыбкой на лице Кристин сама поприветствовала Скайлер: «Привет». Скайлер подошла к Кристин. Одетый в повседневную одежду, он выглядел намного моложе, без присущей ему чопорности и строгости. Он медленно произнес: «Похоже, вы довольно хорошо поправились». Кристин слегка улыбнулась и кивнула: «Да, я чувствую себя довольно хорошо… врач сказал, что прожить дольше трех месяцев — это чудо». «Вы будете постепенно выздоравливать». «Я тоже так думаю… Я больше не чувствую тех болей в сердце, которые были раньше, и часто чувствую себя нормальным человеком. Кроме того, врачи сказали мне, что мои шансы на выздоровление высоки, так как после операции у меня не наблюдалось никаких признаков отторжения». "Хм." «Я должен вас поблагодарить… Я слышал, что вы организовали приезд трех врачей на остров. Их присутствие вселило в меня уверенность». Скайлер мягко ответила: «Это не составило труда». "Спасибо." Между ними внезапно возникло чувство формальности. Не желая, чтобы неловкая атмосфера сохранялась, Скайлер сменила тему: «Кстати, ты рассказала Бекке о своем возвращении?» «Да, я ей уже звонила. Она очень обрадовалась, узнав, что со мной все в порядке, и сказала, что хочет немедленно прилететь в город Y, чтобы навестить меня». "Говард Джеффри бы этого не допустил, верно?" «Конечно, нет; она уже на восьмом месяце беременности и вот-вот родит. Как Говард мог позволить ей бегать без дела? Я планирую поехать в Нью-Йорк в следующем месяце, чтобы навестить ее и подержать на руках ее маленькую принцессу». "Хм." «Есть ещё кое-что, что я хочу тебе сказать…» "Вперед, продолжать." После нескольких секунд внутренней борьбы Кристин спросила: «Ты подписал соглашение о разводе, которое я тебе дала?» Выражение лица Скайлер осталось неизменным: «Ты действительно собираешься со мной развестись?» «Я очень четко дал это понять на острове». «Подумайте об этом ещё немного». «Мне больше не нужно думать. Я уже приняла решение». «Мари будет разочарована». «Я знаю, но она понимающий ребёнок». Скайлер больше ничего не сказала. ---------- Главы 816–422: Дополнительная история: Он любит её, что ему делать? (Часть 2) Кристин Куинн глубоко вздохнула и сказала: «Простите, мой тон был немного резковат?» Скайлер Джонс покачал головой: «Я просто сожалею, что вы приняли такое решение». Кристин Куинн улыбнулась: «Пусть прошлое останется в прошлом, мы с тобой можем начать все сначала». Облегчение и спокойствие в ее глазах не выдавали никакой притворности, они были настолько искренними, что его это удивило. В следующую секунду она обернулась: «Я иду наверх проведать Мари». Кристин Куинн провела весь день с Мари, матерью и дочерью, с удовольствием обсуждая события, произошедшие вокруг них за последние несколько месяцев. Скайлер Джонс провел в кабинете весь день, но сквозь толстые стены кабинета он все еще слышал смех и радость матери и дочери. Его настроение неизбежно изменилось, на его красивом лице появилась легкая улыбка, когда он крутил в руке стеклянное украшение, а его слегка прищуренные темные глаза излучали глубокий и непостижимый взгляд. За ужином разговор между Кристин Куинн и Мари по-прежнему был полон бесконечных тем, касающихся отношений матери и дочери. Скайлер Джонс не стала участвовать в разговоре, продолжая молчать за ужином. Внезапно Мари спросила Кристин Куинн: «Мамочка, ты же не уйдешь сегодня вечером, правда?» Кристин Куинн, казалось, была застигнута врасплох вопросом Мари, немного помолчала, а затем ответила: «Э-э, мама сегодня здесь не останется». Мари тут же разочарованно опустила голову: "Почему бы и нет?" В этот момент Скайлер Джонс также посмотрела на Кристин Куинн. Кристин Куинн честно сказала Мари: «Мама и папа больше не подходят для совместного проживания, поэтому мама поживёт в отеле несколько дней, а потом решит, что делать». «Нет…» — Мари неохотно прижалась к Кристин Куинн. — «Ты можешь спать со мной, папа не будет против». «Но мамины вещи уже отправлены в отель». «Здесь, дома, тоже есть вещи и одежда, которые нужны маме!» «Мари… ты же разумный ребенок, ты же понимаешь, что после развода папы и мамы маме не место здесь с твоим папой, правда?» «Но развод еще не состоялся…» — сказала Мари, надув губы. «Мари…» Кристин Куинн хотела продолжить уговаривать, но Мари уже повернулась к ней спиной, кисло жалуясь: «Мама и папа развелись, и даже Мари бросили…» Кристин Куинн потянулась, чтобы обнять Мари, но та с силой вырвалась. «Мари…» «Я ненавижу маму, мама не хочет папу, поэтому она не хочет и Мари». "Мама этого не делает…" "Ты хочешь… просто тебе больше не нужна Мари…" — воскликнула Мари. "Мари!!" — внезапно раздался нежный голос Скайлер Джонс. Мари посмотрела на отца заплаканными, полными боли глазами. Скайлер Джонс тихо сказала: «Иди сюда». Мари встала со стула, подошла к отцу и опустила голову. Скайлер Джонс нежно обнял Мари, сидевшую рядом с ним, и мягко упрекнул ее: «Как ты могла так разговаривать со своей мамой? Разве я не говорил тебе, что твоей маме плохо, ты не должен ее расстраивать, а?» В глазах Мари, полных слез и обиды, она отпустила слегка прикушенную губу и извиняющимся тоном сказала: «Мамочка, прости меня…» Кристин Куинн уже подошла к Мари, протянула руку, чтобы вытереть слезы с уголков ее глаз, и нежно обняла Мари: «Мама не сердится… это мама виновата в том, что так долго была вдали от Мари». Мари обняла Кристин Куинн, рыдая: «Мамочка, я просто не хочу расставаться с тобой…» В девять часов вечера Кристин Куинн сидела на краю кровати, рассеянно глядя на Мари, которая уже спала. Раздался звук проворачивания двери. Кристин Куинн обернулась и увидела входящую Скайлер Джонс. «Она спит?» — спросила Скайлер Джонс. Кристин Куинн кивнула, не отрывая взгляда от Мари. «Вам не стоит слишком беспокоиться о ней… о разводе, она может рационально это понять, просто эмоционально она пока не может это принять». "Я знаю." «Горничная сказала, что у ворот уже давно припаркована машина, кажется, это машина Джонатана Гибсона, верно?» Кристин Куинн быстро подняла лицо и взглянула на Скайлер Джонс. Выражение лица Скайлер Джонс было спокойным, без каких-либо эмоций. Кристин Куинн медленно произнесла: «Он приехал, чтобы отвезти меня в отель». Скайлер Джонс слегка кивнула: «Если вам нужно остаться в отеле, лучше приехать пораньше, поздно уже небезопасно…» Кристин Куинн неохотно посмотрела на Мари. Скайлер Джонс утешила ее: «Не принимай близко к сердцу то, что она сегодня сказала. Мы обе знаем, что она всегда надеялась, что мы не расстанемся. Возможно, она просто намеренно устраивает небольшую истерику перед нами». ---------- Глава 817-422: Дополнительно: Он любит её, что ему делать? (2-2) Кристин Куинн медленно поднялась, посмотрела на Мари и с трудом сглотнула ком в горле. «Пожалуйста, позаботьтесь о ней, я приду завтра». "Хорошо." Наклонившись, чтобы укрыть Мари одеялом, Кристин Куинн повернулась и ушла. Скайлер Джонс вышла из детской комнаты вслед за Кристин Куинн. «Я вас выведу». За дверью Скайлер Джонс сказал Кристин Куинн. «Не нужно… Спасибо, что хорошо отзывались обо мне сегодня перед Мари, благодаря чему она меня поняла». Она говорила с ним вежливо, как будто они действительно стали друзьями. Скайлер Джонс не стал настаивать, он лишь сказал: «Хорошо, тогда позаботьтесь о себе в отеле». Кристин Куинн кивнула, больше ничего не сказала и повернулась, чтобы уйти. Когда Кристин Куинн повернулась, чтобы уйти, она почувствовала, что взгляд Скайлер Джонс не отрывается от нее. Идя по коридору на втором этаже, она чувствовала, что его взгляд все еще преследует ее. Она сделала вид, что ничего не чувствует, но в этот момент услышала не свои собственные шаги. Прежде чем она успела отреагировать, ее крепко обняли сзади. Внезапно ее окутал знакомый мужской запах. Его сильные руки обняли её сзади, их щёки плотно прижались друг к другу, и его магнетический, хриплый голос, смешанный с мольбой, прозвучал у неё в ухе: "Не могли бы вы не уходить?" Его объятия, его голос смутили Кристин Куинн… Он всегда был гордым, она никогда не думала, что он будет умолять ее таким смиренным тоном. Она долгое время пребывала в оцепенении, а когда пришла в себя, захотела вырваться от него. Однако его руки крепко обнимали ее, и ей было трудно даже пошевелиться, не говоря уже о том, чтобы вырваться. «Дай мне еще один шанс… Я знаю, ты все еще заботишься обо мне, мы можем начать все сначала». Его дрожащий голос у ее уха становился все более хриплым. Кристин Куинн с трудом закрыла глаза, в них выступила влага. «Я не ценил тебя раньше и позволил тебе так сильно страдать. Я был неправ, и я готов искупить все, что сделал раньше… Я просто умоляю тебя простить меня, дать мне еще один шанс вернуть тебя». Кристин Куинн по-прежнему держала глаза закрытыми и молчала. «Я люблю тебя, Кристин Куинн… Я люблю тебя… Я люблю тебя… Я люблю тебя…» — он снова и снова шепнул ей на ухо самые трогательные слова. Кристин Куинн медленно открыла глаза, которые уже были покрыты густым туманом слез. Опасаясь, что она будет сопротивляться, он крепко обнял её и продолжил говорить сам: «Я знаю, мы можем начать всё сначала… Ты не бросишь меня… Кристин…» «Оверский». Наконец она приоткрыла плотно сжатые губы. Он наклонился ближе к ее лицу и спросил: "Хм?" «Отпусти меня первым». «Я не отпущу… Если отпущу, ты уйдешь». Он говорил с упрямством ребенка. В этот момент из коридора раздался строгий мужской голос: «Мистер Джонс, пожалуйста, отпустите мою девушку!» Сразу же раздался голос слуги: «Извините, мистер Джонс, этот джентльмен все время твердил, что он друг молодой леди, и мы не могли помешать ему подняться…» Скайлер Джонс пристально посмотрела на Кристин Куинн, seemingly невозмутимая внезапными голосами. Увидев Джонатана Гибсона, Кристин Куинн на мгновение забыла о своих проблемах. Джонатан уже бросился вперед, вырвал Кристин Куинн из объятий Скайлер Джонс и свирепо посмотрел на нее: «Не заставляй меня действовать, даже если это твоя территория, я тебя не боюсь!!» Скайлер Джонс ничего не сказала, лишь пристально смотрела на Кристин Куинн, не моргая. Он всё ещё ждал ответа от Кристин Куинн. Джонатан держал Кристин Куинн на руках, и они уже находились как минимум в трех метрах от Скайлер Джонс, глаза которой были полны слез, а взгляд слегка отсутствовал. «Кристин, пошли». Джонатан обнял Кристин Куинн за плечо и повернулся, чтобы уйти. Кристин Куинн безучастно следовала за Джонатаном. В следующую секунду, совершенно неожиданно, сильный удар пришелся Джонатану прямо в нос. "Ах!!" Совершенно неподготовленная Кристин Куинн была потрясена, увидев лишь, как Джонатан, пошатываясь, отступил на несколько шагов назад, весь в крови, с носом. Кристин Куинн резко подняла глаза, наконец увидев, что это Скайлер Джонс ударила Джонатана. Скайлер Джонс, потеряв обычное спокойствие и самообладание, схватил Джонатана за воротник и холодно выпалил: «Запомни, мы ещё не разведены, Кристин Куинн всё ещё моя жена!!» Разъяренный Джонатан, явно кипя от ярости, забыл о боли в носу и ударил Скайлера Джонса кулаком. В следующее мгновение все телохранители особняка Джонсов бросились к ним и обезвредили Джонатана. На лице Джонатана уже виднелись многочисленные следы, и он, стиснув зубы, пробормотал: «Скайлер Джонс, это всё, на что ты способен? Если у тебя хватит смелости, сразись со мной один на один…» Скайлер Джонс, тоже весь в синяках, с рукавами рубашки, испачканными кровью, холодно приказал своим подчиненным: «Убирайтесь с дороги… Я хочу посмотреть, на что он способен!!!» Услышав приказ Скайлера Джонса, телохранители немедленно отступили. Однако, как раз когда Джонатан собирался нанести ещё один удар, Кристин Куинн внезапно закричала: «Довольно!!» Голос Кристин Куинн мгновенно приковал внимание всех присутствующих. Сначала она сердито посмотрела на Скайлера Джонса: «Зачем ты его ударил?» Скайлер Джонс, чье красивое лицо было испещрено ранами, оставался холодным и молчаливым. Затем Кристин Куинн поддержала Джонатана, который явно получил более серьёзные травмы: «Пошли!» Джонатан по-прежнему пристально смотрел на Скайлера Джонса, отводя свой обиженный взгляд лишь тогда, когда Кристин Куинн увела его уйти. Стоявший в стороне слуга, не смея произнести ни слова, тут же бросился к Скайлеру Джонсу и нервно прошептал: «Ах… мистер Джонс, у вас кровоточит рука…» Скайлер Джонс наблюдала, как Кристин Куинн поддерживала удаляющуюся фигуру Джонатана, затем внезапно повернулась и ушла от них. Услышав, как Скайлер Джонс пинает дверь, сердце Кристин Куинн слегка затрепетало. Поскольку Джонатан получил травму, Кристин Куинн села за руль на обратном пути. Джонатан сидел на заднем сиденье, прижав руку к ноющей груди, но его взгляд был прикован к Кристин Куинн за рулем. Делая вид, что ничего не произошло, Кристин Куинн спокойно сказала Джонатану: «У тебя травмированы грудь и нос, я отвезу тебя в больницу». «Со мной все в порядке, в больницу не нужно». «Тогда пойдем в мой отель, чтобы обработать твою рану на носу, там должна быть аптечка первой помощи». ---------- Главы 818–423: Дополнительная история: Он любит её, что ему делать? (Часть 3) "Хорошо." Кристин Куинн больше ничего не сказала. Джонатан Гибсон долго мучился в душе и наконец произнес: «Прости, Кристин, мне не следовало быть таким импульсивным сегодня». «Это не твоя вина, Скайлер Джонс ударил тебя первым». «Я не хотел с ним драться, но он…» «Не говори этого, Джонатан, я очень хорошо знаю его характер». Он всегда такой самодовольный. «Прости, когда я увидела, как он тебя держит на руках, я сказала эти слова импульсивно, я…» «Это не твоя вина… давай сначала вернемся в отель и обработаем твои раны». Скайлер Джонс сидела на диване в комнате, держа в руках стакан с янтарным напитком. Внезапно он поднял бутылку с напитком и залпом выпил его. Алкоголь хлынул ему в горло, вызвав жгучую боль, подобную пожару. Скайлер Джонс небрежно отбросил стакан в сторону, и его настроение постепенно успокоилось. Впервые в жизни он так потерял самообладание и контроль над собой… Он знал лишь то, что когда Джонатан Гибсон заявил, что является её парнем, он был крайне недоволен. Она могла быть только его, даже если сейчас она не может простить его, она могла быть только его! Но сегодня вечером он был слишком импульсивен… Она, должно быть, очень зла!! Черт возьми, он не мог вынести ее близости с другими мужчинами, а Джонатан Гибсон даже осмелился обнять ее за талию! Черт возьми, если бы она его не остановила, он бы никогда не позволил Джонатану Гибсону спокойно уйти отсюда сегодня вечером!! Но как он мог развеять её гнев, накопившийся за этот вечер? Он не хотел её расстраивать, он просто хотел сделать всё, чтобы ей угодить, но сегодня вечером он всё испортил! Нет… Он должен был найти её… что бы он ей ни сказал, он не мог допустить, чтобы у неё сложилось ещё худшее впечатление о нём. Поручив своим людям выяснить адрес отеля Кристин Куинн, Скайлер Джонс сам поехал туда. Автомобиль мчался по тихой ночной улице со скоростью более 180 км/ч. Спустя всего несколько минут Скайлер Джонс уже стояла у двери гостиничного номера Кристин Куинн. Успокоившись, он протянул руку и нажал на дверной звонок. Из комнаты донесся слабый звук шагов, и в следующую секунду дверь открылась. Не ожидая его появления, Кристин Куинн на мгновение замерла. «Простите, это была моя вина». Он извинился по собственной инициативе, уже не казался таким высокомерным, а на его лице читалась нотка меланхолии. Выражение лица Кристин Куинн было безразличным и холодным: «Вам не нужно передо мной извиняться. Если хотите извиниться, извинитесь перед Джонатаном». Она думала, что они могут оставаться обычными друзьями, но сегодня вечером, похоже, они даже не могли ими быть. «Я… я подумаю над этим». Кристин Куинн кивнула: «Хорошо… до свидания». Она протянула руку, чтобы закрыть дверь. Однако, как только она собиралась закрыть дверь, его рука внезапно придержала ее в открытом положении. Она нахмурилась, сверля его взглядом. Он мягким тоном спросил: «Не хотите ли пригласить меня присесть?» «Извините, я пойду спать». Он проницательно посмотрел на нее: «Ты сказала, что готова со мной подружиться, так ты обращаешься с гостями?» «Хорошо, я хочу кое-что с вами прояснить», — наконец открыла дверь Кристин Куинн. Скайлер Джонс выдохнула и вошла. Кристин Куинн закрыла дверь и села на диван в комнате. Сидя напротив нее, Скайлер Джонс заметил простую аптечку на журнальном столике и окровавленные ватные палочки в мусорном ведре и небрежно спросил: «Джонатан Гибсон был здесь только что?» Кристин Куинн ответила категорично: «Я помогала ему обрабатывать раны». В поведении Скайлер Джонс явно промелькнула ревность, и он протянул ей руку: «У меня тоже травмирована рука, как у друга, не поможешь ли ты мне тоже позаботиться о ней?» «Это не больница». «Если это не больница, зачем помогать ему с ранами?» «Потому что он теперь мой парень, и я вправе сделать для него все, что захочу». Скайлер Джонс внезапно встал с дивана, стиснув зубы: «Кристин Куинн, ты намеренно испытываешь мое терпение?» Кристин Куинн тоже встала, холодно глядя на него: «Какое право ты имеешь меня контролировать?» «Пока мы не разведемся, не забывай, что ты все еще моя жена». «Извини, я уже подал на развод». «Извиняться должен я, потому что я еще не подписал документы». Она и представить не могла, что он может быть настолько бесстыдным в своем упрямстве. Кристин Куинн была так зла, что скрежетала зубами: «Даже если наш развод не будет оформлен, что плохого в том, чтобы у меня были отношения с другим человеком?» ---------- Главы 819–423: Дополнительная история: Он любит её, что ему делать? (Часть 2) «Я запрещаю это!» Кристин Куинн усмехнулась: «Президент Джонс, вы забыли, что не имеете права вмешиваться». «Пока мы муж и жена, я имею на это право». «Это просто смешно — ты считаешь, что измена во время нашего брака совершенно оправдана, а я лишь упоминаю о романе с кем-то, пока мы оформляем развод. Что тут такого?» — сказала она тихо, словно обращаясь к обсуждаемой теме, но её слова глубоко ранили Скайлер Джонс, словно нож. Он потерял дар речи, просто смотрел на нее в оцепенении. Она тихонько усмехнулась: «Не нашла слов?» Теперь он почувствовал ту же боль, которую когда-то испытывала она. Даже сейчас он хотел прояснить ситуацию с ней. «То, что произошло между мной и Дженнифер Дуглас, не то, что ты думаешь». «Тебе не нужно мне ничего объяснять. Мне уже всё равно». «Можешь притворяться, что тебе на меня наплевать… но позволь мне внести ясность: я не брошу тебя. Пока я, Скайлер Джонс, здесь, ты, Кристин Куинн, будешь только моей женщиной!» С этими словами Скайлер холодно повернулся и ушел. Кристин Куинн холодно рассмеялась. Услышав её смех, Скайлер Джонс остановилась. «Скайлер Джонс, раз уж ты мне это объяснил, позволь мне объяснить тебе… Кем ты себя воображаешь, Богом? Тем, кто может править всем?» Голос Кристин дрожал от волнения, когда она говорила. Скайлер обернулся, выражение его лица было суровым и холодным. Кристин горько рассмеялась: «Да, когда я заботилась о тебе, ты был моим небом, я слушала всё, что ты говорил, и была готова сделать для тебя всё, что угодно, но ты забыл об этом сейчас, для меня ты — ничто!» "Кристин!!!!" Во взгляде Кристин не было и следа страха. Скайлер уже подошла к Кристин, крепко сжимая её плечи: «Перестань говорить такие самообманчивые вещи. Я не поверю!» Кристин резко оттолкнула его: «Это ты себя обманываешь. Я больше тебя не люблю, Скайлер. Ты что, не понимаешь?» Скайлер отступил назад, его лицо побледнело и помрачнело от ее слов, в глазах читалась боль: «Хорошо, хорошо… ты говоришь, что больше меня не любишь, и все? Хорошо… посмотри на меня, скажи мне в лицо, что ты меня не любишь, что всю жизнь ты не хочешь иметь со мной ничего общего, и я тебе поверю». «Я могу это сказать, но зачем мне говорить это тебе?» «Если ты посмеешь сказать это, глядя на меня, то отныне я больше никогда тебя не побеспокою и оставлю тебя в покое!» "Хорошо…" Хрупкое тело Кристин двинулось перед Скайлер. Скайлер пристально посмотрела на неё. Лицо Кристин слегка побледнело, губы задрожали, но она твердо посмотрела Скайлеру в глаза, застыв в его взгляде. Скайлер схватила ее за плечи и холодно приказала: «Скажи это». Необъяснимая боль исходила из её сердца, но внутри неё таилась ещё большая боль, причинённая им… Все эти сатирические замечания, вся эта злоба, отсутствие уважения и его заигрывания с другой женщиной… Эти раны уже были запечатлены на ее сердце, словно шрамы, причиняя боль, от которой у нее перехватывало дыхание. Когда-то она упорно гналась за его тенью, не желая сдаваться, пока эта тень не стала далекой, едва заметной, словно игла, вонзающаяся ей в сердце. Она больше не смела его провоцировать… Она устала… Она была напугана… Хотя она и не была идеальной, она заслуживала кого-то лучше, кто бы её ценил. Не раздумывайте, отпустите его… Они с Джонатаном наверняка были бы счастливы. «Я больше не люблю тебя, Скайлер… за всю свою жизнь я не хочу больше иметь с тобой никаких дел. Отныне ты пойдешь своим путем, а я — своим. Если ты хоть немного жалеешь меня за годы, проведенные без счастливого дня, я умоляю тебя дать мне шанс перевести дух, заново узнать окружающих меня людей и начать новую жизнь». Его сердце сжималось от боли, мир вокруг него внезапно погрузился во тьму. Его руки, сжимавшие ее плечи, постепенно ослабели, слабо опустившись с ее тонких плеч на бока. Он отступил на два шага, его глаза, полные боли, когда он посмотрел на неё. Не сомневайся, не оглядывайся назад… Кристин Куинн, он тебе не подходит, и ты ему не подходишь… Ваше прошлое «предательство» — это барьер, который никогда не исчезнет между вами… даже если вы заставите себя быть вместе, вы никогда не вернетесь к тем любящим отношениям, которые были у вас тринадцать лет назад. Тот факт, что он мог быть с другой женщиной во время вашего брака, показывает, что его любовь по-прежнему является его выбором… Хотя сейчас он чувствует себя потерянным и страдающим, это потому, что он потерял женщину, которая любила его более десяти лет, словно привычку, внезапно исчезнувшую, и он какое-то время не мог к этому адаптироваться. Но со временем он постепенно забудет тебя, потому что никогда не сможет любить тебя так, как ты любила его… в конечном итоге доказав, что ты для него ничего не значила. Тринадцати лет было достаточно… Пусть она даст им обоим шанс на освобождение: он может поискать женщину, которая сможет подарить ему чистую любовь, как это было тринадцать лет назад, а она может попробовать полюбить того, кто никогда не причинит ей боли… В комнате раздался оглушительный голос Скайлер Джонс: «Не могу поверить, не могу поверить…» «Верите вы этому или нет, вы слышали каждое мое слово. Надеюсь, вы сможете выполнить свое обещание». «Кристин Куинн, ты действительно мастер лжи, но, к сожалению, меня ты не обманешь, не обманешь!!» — гневный крик Скайлер разнесся по всей комнате. Он был подобен раненому льву: страдал от боли, был растерян и потерян. В конце концов, он разбил все в ее комнате и выбежал наружу. Автомобиль мчался по дороге со скоростью 200 км/ч… Если бы не глубокая ночь, внезапный ливень и почти полное отсутствие пешеходов на дороге, такая скорость могла бы оказаться смертельной. Внезапно он резко затормозил, и машина заскользила и остановилась на обочине. Дворники непрерывно смывали дождь, стекающий по лобовому стеклу… Скайлер резко ударил по рулю, а затем, в следующее мгновение, открыл дверь и вышел из машины. Он позволил дождю литься на себя, промочив до нитки. Оверскай, ты же говорила, что мы когда-нибудь поженимся во Флорентийском соборе в Италии, правда? ---------- Главы 820–424: Дополнительно: Начало коварного наступления Я больше тебя не люблю, Скайлер Джонс, я не хочу иметь с тобой никаких дел в этой жизни… Оверскай, скажи мне, как я могу загладить свою вину? Пока я могу это сделать, я готов отдать тебе всё. Теперь ты мне ничего не должен, и я тебе ничего не должен, мы квиты, давай покончим с этим здесь. Оверскай, ты сейчас спишь, а завтра мне нужно идти к Говарду Джеффри… Я очень хочу спросить тебя, что ты на самом деле обо мне думаешь? Когда я смогу вернуться к тебе? Есть ли у нас будущее? Готов ли ты начать все сначала со мной? Если вы меня жалеете за то, что за последние десять с лишним лет у меня не было ни одного счастливого дня, я умоляю вас указать мне выход, чтобы у меня появился шанс передохнуть, снова познакомиться с окружающими меня людьми и начать новую жизнь. Слова, которые она ему сказала, снова и снова прокручивались у него в голове. Словно намеренно пытаясь его опозорить, заставляя снова и снова вспоминать свою прежнюю холодность и решительность… Он потерял её… Он потерял её окончательно… Всю эту жизнь у него больше никогда не будет шанса быть с ней, она больше не любила его, но он любил ее, что же ему делать? Глядя на дождь в небе, он крикнул в небеса: «Кристин Куинн, я могу обеспечить тебе спокойную жизнь, но я никогда не сдамся!» Кристин Куинн узнала о болезни Скайлера Джонса только на следующий день, когда приехала на его виллу забрать Мари. Никто бы не подумал, что Скайлер Джонс, такой высокий и сильный мужчина, заболеет, поэтому Кристин Куинн была очень удивлена, когда узнала об этом. Наступили выходные, и Кристин Куинн изначально планировала отвезти Мари в парк развлечений, но из-за болезни Скайлера Джонса Кристин Куинн пришлось отказаться от этой идеи и решить остаться на вилле с Мари. Мари, очевидно, была подавлена ​​из-за болезни отца и в этот момент печально лежала на коленях у Кристин Куинн. Сидя на диване, Кристин Куинн мягко спросила дочь: «Что случилось, Мари?..» «Почему папа должен болеть? Папа никогда не болеет». «Все болеют!» «Но ведь вчера вечером папа чувствовал себя хорошо, почему же сегодня он заболел?» Проходивший мимо дворецкий сказал: «Мисси, мистер Джонс вернулся только на рассвете прошлой ночью и был весь промок под дождем… Думаю, это из-за дождя». "Правда? Почему папа попал под дождь? Он что, не уехал?" Дворецкий сказал: «Я ничего об этом не знаю… и не знаю, как долго он находился под дождем, иначе, как мог такой здоровый человек, как мистер Джонс, так легко заболеть». Кристин Куинн вспомнила внезапный ливень, прошедший прошлой ночью. Если он не вернулся домой до рассвета после того, как покинул отель, значит, он провел под дождем как минимум четыре часа прошлой ночью… Независимо от того, насколько здоров человек, длительное пребывание под дождем неизбежно приводит к болезням. Кристин Куинн почувствовала, как в её сердце поднимается чувство вины. Она знала, что это она спровоцировала его прошлой ночью; он никогда не был человеком, способным так выйти из себя. "Мамочка, мамочка…" "Хм, а?" «О чём ты думаешь?» — Мари наклонила голову и спросила Кристин Куинн. Кристин Куинн посмотрела на дочь: «Это ты узнала, что твой папа болен?» Мари кивнула: «Папа не пришел позавтракать со мной, поэтому я пошла его позвать…» "У твоего папы голова сильно горела?" «Да, врач сказал, что у папы температура». "Температура еще не спала?" "Да… я очень волнуюсь за папу." «Больше не беспокойтесь… простуду и жар можно вылечить с помощью лекарств и укола». «Но папа никому не позволяет ему делать уколы, и он не принимает лекарства…» "Это…" — Кристин Куинн смутилась. Для такого взрослого мужчины получить шанс — это действительно немного… трусливо. Мари вдруг сказала: «Мамочка, я хочу пойти повидаться с папой, ты хочешь пойти со мной?» "Я…" Мари подняла Кристин Куинн на ноги: «Ну же, ну же… как будто ты пришла в гости к подруге». Не сумев отказать Мари, Кристин Куинн в конце концов последовала за ней на второй этаж. В комнате Скайлер Джонс были задернуты шторы, из-за чего там было немного темно. Издалека он лежал на кровати, спокойный, с ровным дыханием, словно только что уснул. Мари подошла к кровати, коснулась лба Скайлер Джонс: «Ух ты, все еще очень жарко…» "Правда?" — инстинктивно спросила Куинн, подойдя к кровати и потрогав его лоб. — "Очень горячий… у него температура с прошлой ночи?" Дворецкий, стоявший позади них, ответил: «Да… мистер Джонс никогда раньше не болел, поэтому мы не знаем, что делать…» ---------- Главы 821–424: Дополнительная история: Начало коварного наступления (Часть 2) «Позволить лихорадке продолжаться в таком состоянии — это не выход…» «Что же нам тогда делать? Мы не можем уговорить мистера Джонса поехать в больницу…» Кристин Куинн уже повернулась и вошла в ванную. Через мгновение Кристин Куинн вышла из ванной с влажным полотенцем. Она села на край кровати и положила его на лоб Скайлер Джонс. «Это должно помочь снизить температуру…» Экономка сказала: «Так, я чуть не забыла…» Кристин Куинн сказала экономке: «Поскольку он отказывается принимать лекарства или делать уколы, оставайтесь здесь и помогайте ему менять полотенце каждые десять минут…» Экономка выглядела растерянной: «Ну… мадам… Мне это не подходит, верно? Может, вы останетесь здесь и позаботитесь о мистере Джонсе, раз у вас сегодня ничего не запланировано…» "Я…" «Пожалуйста, я на вас рассчитываю». Экономка низко поклонилась. "Эй, экономка…" Кристин Куинн не успела договорить, как экономка поспешно вывела Мари из комнаты. Теперь в комнате остались только Кристин Куинн и Скайлер Джонс. Несмотря на то, что Кристин Куинн эмоционально отдалилась от Скайлера Джонса, она не могла оставаться равнодушной, видя, как ему плохо. Она пододвинула стул и села рядом с кроватью, молча наблюдая за его спящим лицом. Вид его в таком состоянии вызвал у нее волну печали. Честно говоря, за всю свою жизнь она никогда не видела его таким уязвимым. Когда она услышала от Говарда Джеффри о его реакции на известие о ее «смерти», она почувствовала некоторое недоверие; она думала, что ему совершенно наплевать на нее. К сожалению, уже слишком поздно… Ценить только перед лицом смерти — это не истинная любовь. Но его реакция вполне человечна… Внезапная потеря человека, который любил его на протяжении десяти лет, чувство растерянности – это нормально. Она встала, чтобы сменить влажное полотенце, и села у кровати, продолжая свои задумчивые размышления. Небо потемнело… Кристин Куинн снова протянула руку, чтобы коснуться лба Скайлер Джонс, и наконец вздохнула с облегчением. У него наконец-то спала температура… В какой-то момент вошла экономка и тихо сказала Кристин Куинн: «Мадам, не хотели бы вы поужинать сегодня вечером дома? Мы уже приготовили вам ужин». «Не нужно, экономка, у меня сегодня вечером планы с друзьями…» Зная о нынешних отношениях между Скайлером Джонсом и Кристин Куинн, экономка не могла настаивать, поэтому он кивнул в знак согласия и сказал: «Хорошо». Кристин Куинн встала и сказала экономке: «У него спала температура… когда он проснется, убедитесь, что он что-нибудь поест!» Экономка посмотрела на Скайлера Джонса, лежащего на кровати, и вдруг сказала: «Мистер Джонс уже проснулся». Кристин Куинн повернула голову, чтобы посмотреть. Скайлер Джонс медленно открыл глаза, бесцельно огляделся и наконец заметил Кристин Куинн, стоящую рядом с кроватью. Кристин Куинн была ошеломлена, намереваясь позвать экономку, чтобы разрядить неловкую ситуацию, но обнаружила, что экономка тихо ушла. Скайлер Джонс, опираясь на локоть, медленно поднялся, прислонившись к изголовью кровати. «Когда ты приехал?» Его очень тихий голос выдавал его физическую слабость. «Я пришла утром навестить Мари и узнала, что ты больна». «Который час?» «Уже больше шести вечера…» «Я проспал весь день?» Кристин Куинн кивнула. Скайлер Джонс заметил лежащее рядом полотенце, и его бледные губы слегка приоткрылись: «Ты помог мне поменять полотенце?» "Да." "Весь день?" «Не только я; домработница и другие тоже помогали». «В любом случае, спасибо». Кристин Куинн опустила ресницы: «Главное, что у тебя спала температура. Мари очень за тебя волновалась». «Где она?» «Она в своей комнате делает домашнее задание. Она попросила меня сообщить ей, как только ты проснёшься». "Ха…" — слабо усмехнулась Скайлер Джонс, прислонившись к изголовью кровати. Кристин Куинн посоветовала: «Вам следует попробовать принимать лекарство, которое прописал врач… Для человека, который никогда раньше не болел, реакция может быть более тяжелой». «Хорошо», — тихо ответил он. «Мне пора идти». Кристин Куинн взяла сумку и приготовилась уйти. Однако, как раз когда Кристин Куинн собиралась отвернуться, Скайлер Джонс внезапно произнесла: «Подождите минутку». Кристин Куинн остановилась. Скайлер Джонс сбросила одеяло и встала с кровати. Кристин Куинн обернулась, не ожидая увидеть его прямо за собой, и в тот же миг столкнулась с ним грудью. Понимая, что он все еще болен и физически слаб, Кристин Куинн неоднократно извинялась: «Простите». Скайлер Джонс все еще был в одежде, которую носил прошлой ночью, его рубашка была помята от дождя, и он выглядел несколько растрепанным… Скайлер Джонс приблизился к Кристин Куинн, и ей показалось, что он вот-вот что-то сделает, но когда Кристин Куинн приготовилась его остановить, она увидела, как Скайлер Джонс аккуратно заправляет выбившуюся прядь волос ей за плечо. Кристин Куинн на секунду растерялась. Возможно, из-за его болезни она не могла заставить себя сказать хоть одно слово, выражающее отчуждение. К счастью, у него не было других намерений… Его глаза, выглядевшие усталыми от болезни, смотрели на неё. «Врач сказал, что ваше состояние связано с вашим настроением?» Кристин Куинн кивнула. «Тебе становится лучше, если ты будешь держаться от меня подальше?» — снова спросил он. Даже когда она болела, его взгляд был настолько глубоким, что она чувствовала неуверенность. Она отвернула голову, избегая его взгляда, и честно ответила: «Я просто хочу нормальной жизни». "Хорошо… Я сдержу обещание, данное тебе вчера." Его обещание вызвало дрожь в её сердце, но это было именно то, чего она хотела. "Спасибо." Она повернулась к нему лицом, в ее глазах не было ни притворства, ни колебания. «С этого момента я не буду вмешиваться в твою свободу, но хотел бы сохранить с тобой дружеские отношения, ты не против?» События прошлой ночи окончательно убедили ее в том, что дружба с ним прекращается, но, по необъяснимым причинам, в этот момент она не смогла произнести эти резкие слова. Кристин Куинн наконец кивнула: «Хорошо. Мы родители Мари; быть чужими или врагами недопустимо». ---------- Главы 822–425: Дополнительно: Имитация паралича «Хорошо… Уже темнеет, я попрошу водителя отвезти вас обратно». Кристин Куинн покачала головой: «Не нужно, Джонатан приедет за мной». «Хорошо, до свидания». "Увидимся." Скайлер Джонс как раз собиралась войти в ванную, чтобы принять душ, когда Мари вбежала из-за двери. "Папочка…" Скайлер Джонс улыбнулась: «Хм?» «Наклонитесь». Скайлер Джонс обняла Мари: «Как дела, моя дорогая дочка?» Мари протянула руку и прикоснулась к лбу Скайлер: «Всё в порядке… Тебе больше не жарко». Скайлер поцеловал дочь: «С папой всё в порядке. Я слышал, ты весь день волновалась за папу, молодец». Мари прижалась к Скайлеру: «К счастью, мама о тебе позаботилась». Скайлер тихо спросила: «Ты попросила маму позаботиться обо мне?» Мари подняла глаза и сказала: «Нет… это дворецкий попросил маму позаботиться о папе». «Ах да, тогда скажи дворецкому позже, я ей прибавлю к зарплате». "Хе-хе, папа, ты ведь тоже был рад, что мама о тебе позаботилась, правда?" Скайлер присел на корточки, чтобы осторожно поддержать дочь: «Мари, ты хочешь, чтобы мама и папа были вместе?» Мари кивнула: «Да… но мама сказала мне, что вы больше не можете быть вместе, и сказала, что у нее уже есть парень, это дядя Гибсон, который когда-то дарил мне подарки». Глубокие, темные глаза Скайлер внезапно стали острыми: "Тебе нравится этот парень Гибсон?" «Дядя Гибсон очень хороший, очень достойный, очень внимателен к маме и умеет делать людей счастливыми… Папа, у тебя нет ни одного из этих качеств». Лицо Скайлер мгновенно стало суровым. Мари хихикнула и обняла отца за шею: «Но я больше всего люблю папу, никто не сравнится с моим папой…» Только тогда Скайлер остался доволен, на его лице появилась улыбка. Мари кокетливо спросила Скайлера: «Папочка, у тебя есть девушка?» «Папа когда-нибудь говорил тебе, что у папы есть девушка?» Мари надула губы: «Хм… Все газеты пишут, что твоя девушка — тётя по фамилии Рен». «Она не папина девушка. У папы никогда не было девушки, кроме твоей мамы». «Тогда почему мама рассердилась и ушла от тебя, даже хотела развестись?» «Потому что папа раньше не умел ценить». «Но мама сейчас с дядей Гибсоном… неужели ты действительно сможешь вернуть маму?» Скайлер изогнул губы в улыбке: «Папа обещает тебе, мы втроем обязательно снова будем вместе в конце концов». Мари пробормотала: «Мама тебя больше не любит…» «Даже если она меня не любит, ничего страшного, папа найдет способ, чтобы мама снова влюбилась в папу». Мари наклонила голову: «Тогда ты должна иметь в виду то, что говоришь!» Скайлер рассмеялась: «Договорились… конечно, иногда мне нужна твоя помощь». На следующий день. После выздоровления Скайлер выглядел совершенно другим человеком, полным энергии и сияющим. Увидев его хорошее настроение во время поездки, его помощник не удержался и спросил: «Мистер Джонс, ваша жена вернулась два дня назад, значит ли это, что у вас есть прогресс?» Губы Скайлер слегка изогнулись в улыбке: «Прогресса нет, но по иронии судьбы это заставило меня кое-что подтвердить». Подчиненный с любопытством спросил: «Что это?» Скайлер сжал губы, но ничего не ответил, лишь спокойно улыбнулся. В ту ночь у него было ужасное настроение, но, попав под дождь и заболев редкой болезнью, по иронии судьбы он понял, что она всё ещё заботится о нём. Если ей действительно было на него наплевать, как она могла так тщательно заботиться о нем целый день? Она никогда не узнает того покоя и удовлетворения, которые он испытывал, просыпаясь и видя её рядом с собой… В тот момент это убедило его в двух вещах. Во-первых, он ни в коем случае не мог её потерять, а во-вторых, она была к нему не так безразлична, как утверждала. Поэтому он не хотел больше терять время. Он хотел предпринять самые простые и эффективные меры, чтобы удержать её рядом с собой… Он не мог позволить ни одному другому мужчине занять его место! Как только Скайлер вошёл в комнату "Оверски", он позвал секретаря. Секретарша не знала о болезни Скайлер, поэтому, как только она входила в кабинет, она с тревогой докладывала о делах последних нескольких дней. «Уважаемый президент, по новому проекту в Лос-Анджелесе уже начался процесс проведения тендера… Вице-президент пытался обсудить этот проект с вами в последние несколько дней, но ему не удавалось с вами связаться». Скайлер, сидя в кресле руководителя, серьезно сказал секретарю: «Передайте господину Максвеллу, что я лично поеду в США, чтобы вести переговоры по проекту в Лос-Анджелесе». «А?» — секретарь была весьма удивлена. — «Разве такими проектами всегда не занимается мистер Максвелл?» ---------- Главы 823–425: Дополнительная история: Игра в Disabled_2 Да, когда речь идёт о проектах, которые Скайлер Джонс должен вести лично, это обычно крупные международные проекты, такие как проект TSOL. Проекты среднего уровня, подобные этому, как правило, курирует заместитель руководителя «Оверского». «Сделайте, как я сказал, и подстройте свой график под меня». Даже не поняв, секретарь кивнула: «Хорошо, я сейчас всё устрою». «Кстати, после того, как я уеду в Лос-Анджелес, мне нужна твоя помощь…» «Пожалуйста, дайте мне указания, генеральный директор». «Распространите новость о том, что я собираюсь продать „Оверски“». Секретарь была потрясена: «Генеральный директор, вы собираетесь продать «Оверский»?» "Да." О боже! Они и так подозревали, что в отношениях генерального директора и его жены возникли проблемы, ещё с тех пор, как генеральный директор объявил о поисках своей жены. Но они никак не ожидали, что генеральный директор будет так сильно переживать из-за этой любви, что захочет продать «Оверский». Вот это сюрприз! "Вы… вы хотите пересмотреть свое решение? Это… это…" «Конечно, это фейк», — добавил Скайлер Джонс. "Фальшивый?" На красивом лице Скайлера Джонса застыла глубокая и нечитаемая улыбка: «Если Кристин Куинн придет в компанию в поисках меня, когда бы это ни случилось, скажите ей, что меня нет». После того как Скайлер Джонс уехал в командировку в США, Кристин Куинн переехала в его виллу. Она планировала воспользоваться его отсутствием, чтобы проводить больше времени с Мари, но, к сожалению, Мари нужно было учиться, поэтому большую часть времени ей было скучно. К счастью, Джонатан Гибсон пригласил ее на свидание. В этот момент в очаровательном кафе Кристин Куинн и Джонатан Гибсон пили кофе и непринужденно беседовали. «Значит, ты пробудешься у Скайлера Джонса всего несколько дней, а съедешь, как только он вернется?» — спросил Джонатан Гибсон. «Да, мне не очень комфортно от того, что Мари остаётся дома одна». «Тогда как ты сможешь чувствовать себя спокойно в будущем, когда тебя не будет рядом с ней?» Слова Джонатана Гибсона заставили Кристин Куинн слегка напрячься. Она подняла взгляд на Джонатана Гибсона: «Я обсужу это со Скайлер Джонс, она будет оставаться с ним в школьные дни и со мной в нешкольные дни, пока ей не исполнится восемнадцать». Джонатан Гибсон внезапно протянул руку, чтобы взять мягкую ладонь Кристин Куинн, и крепко обхватил её своей тёплой ладонью: «Если вы хотите получить опеку над Мари, я вам помогу. Хотя я менее богат, чем Скайлер Джонс, я могу позволить себе нанять хорошего адвоката». Кристин Куинн покачала головой: «Я не буду бороться с ним за опеку». Ребенок уже взрослый, и борьба за опеку бессмысленна. Более того, ребенок давно дал понять, что не хочет быть ни с одной из сторон, поэтому она будет следовать желаниям ребенка – где ребенок хочет остаться, там и останется. «В любом случае, если мы поженимся, я обязательно буду считать Мари нашим ребенком». «Спасибо, Джонатан». «Нет необходимости говорить мне это». Кристин Куинн мягко улыбнулась. Попрощавшись с Джонатаном Гибсоном у ворот виллы, Кристин Куинн погрузилась в глубокие размышления. Джонатан сегодня расспросил ее о вопросах опеки, явно пытаясь побудить ее как можно скорее урегулировать бракоразводный процесс… Действительно, её развод со Скайлером Джонсом несколько затянулся; это произошло потому, что она не могла выносить разлуку с Мари… Если она разведется со Скайлером Джонсом, ей придется переехать в США вместе с Джонатаном Гибсоном, где он работает, и тогда время, которое она сможет проводить с Мари, станет для нее редкостью… Но если она не поедет в США с Джонатаном Гибсоном, это будет несправедливо по отношению к нему. Кристин Куинн тихо вздохнула и повернулась, чтобы вернуться на виллу. Когда она вошла в виллу, зазвонил ее телефон. Увидев номер Ребекки Квентин, она тут же ответила: «Бекка». «Сестра, как твое здоровье?» «В общем, со здоровьем у меня всё в порядке, не волнуйтесь». «Когда вы приедете в США, чтобы увидеться со мной?» «Боюсь, это произойдёт, когда вы будете рожать, потому что я хочу проводить больше времени с Мари». «Хорошо… А как дела у мистера Джонса?» "Всё по-прежнему!" Ребекка Квентин на другом конце провода была поражена: «Сестра, я не спрашивала раньше, когда ты только вернулась, я не хотела испортить тебе настроение… Значит, вы с мистером Джонсом не помирились?» «Куда ты клонишь? Между нами это невозможно… Кстати, я тебя еще не ругала, разве я не говорила тебе не раскрывать Скайлер Джонс, где я нахожусь?» Ребекка Квентин притворилась невиновной: «Сестра, ты действительно не можешь меня за это винить; это мама рассказала мистеру Джонсу…» "Действительно?" «Да… да, вы не знаете, в тот период мистер Джонс был в глубокой депрессии, он больше месяца запирался в комнате, курил и пил, был совершенно неопрятный и даже попал в больницу из-за алкогольного отравления. Врач сказал, что если бы он приехал в больницу чуть позже, он бы умер… Мама не могла вынести вида мистера Джонса, поэтому она рассказала ему, где вы находитесь. Но мама уже неоднократно говорила ему не приходить, и все же он пошел к вам». "Правда? У него… у него было алкогольное отравление?" «Можешь спросить у мамы, если не веришь; мама тебе не солжет». «Дело не в том, что я не верю, я… я просто между делом спросил». "Вы почувствовали, что вас это немного тронуло?" Кристин Куинн опустила ресницы: «Никогда не думала, что он будет так подавлен». Ребекка Квентин усмехнулась: «Или, скорее, ты никогда не думала, что он так сильно о тебе заботится?» «Давай не будем об этом говорить… Срок родов уже близок; как у тебя дела в последнее время?» «Не беспокойтесь обо мне. Со мной Говард Джеффри, плюс мама и слуги присматривают за мной, я прибавил в весе…» «Я приеду навестить тебя, когда ты будешь рожать». "Хм… Давайте продолжим разговор о вас и мистере Джонсе. Вы действительно не собираетесь дать ему шанс?" "Бекка…" — умоляюще произнесла Кристин Куинн. ---------- Главы 824–426: Дополнительная история: Игра в грязные игры 1 «Пожалуйста, сестрёнка, это мама спрашивает. Она надеется, что ты дашь мистеру Джонсу шанс». Кристин Куинн покачала головой: «Теперь это невозможно. Между нами всё кончено…» «Думаю, вам стоит пересмотреть своё решение… Подумайте, если бы я не дал Говарду Джеффри шанса после всего, что мы пережили, как бы мы могли быть счастливы сегодня?» «Мои отношения со Скайлером Джонсом никогда не были такими, как твои с Говардом Джеффри…» «Чем это отличается? Честно говоря, ваши отношения с мистером Джонсом даже прочнее наших». Кристин Куинн тяжело вздохнула: «Бекка, я ужасно устала… Понимаешь? Мое тело как бомба замедленного действия. Я не знаю, когда она взорвется. Я больше не могу терпеть эти потрясения…» «Сестра, вообще-то это я сказала мистеру Джонсу, где ты… В тот момент его отчаяние меня очень тронуло, и я искренне боялась, что он так и останется в таком же состоянии». «С ним все будет в порядке, он просто не привык терять женщину, которая приходила и уходила по его приказу». «В любом случае, он сам виноват в том, что не оценил это раньше…» Кристин Куинн склонила голову, глубоко вздохнула и медленно произнесла: «Бекка, теперь я с Джонатаном Гибсоном». «Что? Тот самый друг детства, который сейчас занимает должность директора по бизнесу?» "Да." «Он замечательный; из хорошей семьи, обладает хорошим характером и, что самое важное, хорошо к вам относится». «Его не волнует, что из-за моего здоровья у меня может не быть завтрашнего дня… Он любит меня, понимает меня, знает меня. Я чувствую себя расслабленной и счастливой, когда нахожусь с ним». «Сестра, какой бы выбор ты ни сделала, я тебя поддержу». «Принесите свои извинения миссис Джеффри от моего имени…» «Я убежу маму». "Спасибо." После того как Джонатан Гибсон уехал в Соединенные Штаты, Кристин Куинн осталась на вилле Скайлера Джонса и почти не выходила на улицу. В последнее время Скайлер Джонс тоже не связывалась с Кристин Куинн, и, похоже, жизнь вернулась в спокойное русло. В этот момент Кристин Куинн готовит салат «Цезарь» на кухне, когда внезапно зазвонил ее телефон. Кристин Куинн поднесла телефон к уху и, улыбаясь, ответила: «Здравствуйте…» "Кристин?" "Хм?" «Прости, что не позвонил тебе вчера вечером». «Всё в порядке, я знаю, что ты была занята в последнее время… Я как раз собиралась доесть салат и позвонить тебе!» "Вы готовите салат?" «Да, Мари пошла в школу, а мне скучно дома, поэтому я готовлю». "Тогда… Вам звонил мистер Джонс в последние несколько дней?" Кристин Куинн надула губы: «Эй, не будь такой недоверчивой… Я же тебе говорила, раз уж я выбрала тебя, то не буду с ним общаться наедине». Джонатан Гибсон говорил с некоторой тревогой: «Кристин, дело не в том, что я тебе не доверяю. Я спрашиваю о мистере Джонсе, потому что за последние пару дней кое-что случилось, поэтому я и не смог позвонить тебе вчера вечером». "Что случилось?" «Новый проект, запущенный в Лос-Анджелесе, над которым я в последнее время работал, взяла на себя компания Oversky…» «О, это здорово, Oversky — хорошая компания». «Да, правительство Лос-Анджелеса также удовлетворено тем, что Оверски руководит проектом, но проблема в том, что Скайлер Джонс должен был подписать со мной контракт сегодня, но сегодня утром ко мне неожиданно пришла его секретарь и сообщила, что Оверски выходит из проекта». Кристин Куинн на мгновение остановила руку, сжимающую заправку для салата, затем отложила заправку и прижала руку к телефону у уха: «Что вы сказали? „Оверски“ отказался от участия в проекте?» «Да, мне тоже сложно понять, но я не могу связаться со Скайлером Джонсом, поэтому не могу с ним общаться». "Может быть, с проектом возникли проблемы?" «Как может у государственного проекта возникнуть проблемы? Даже если этот проект не такой масштабный, как предыдущий проект TSOL, он считается крупнейшим международным проектом во второй половине года». Кристин Куинн недоуменно нахмурила брови: «Насколько мне известно, Оверский не брался ни за какие проекты после окончания проекта TSOL. Оверский вряд ли захочет упустить этот проект». «Ничего страшного, он сам со своими делами разберется. Нам не нужно за него волноваться». "Хм." «Как вы себя чувствуете дома в последнее время? Никакого дискомфорта в теле?» «Нет, у меня неплохо получается…» Ночь. Кристин Куинн и Мари лежали вместе на кровати. Мари обняла Кристин Куинн и, увидев Кристин Куинн с широко открытыми глазами, не сонную, не удержалась и спросила: «Мама, почему ты не спишь?» Кристин Куинн посмотрела в потолок и ответила: «Мама думает». "Ой." «Мари, папа тебе звонил в последнее время?» ---------- Главы 825-426: Дополнительная история: Игра в грязные игры 1_2 Мари кивнула: «В последние два дня такого не было, но сегодня папа позвонил мне, когда ты была в душе». Кристин Куинн прислонилась к изголовью кровати: "Серьезно?" «Да… Папа сказал мне, что вернется на несколько дней позже». "Ой." «Мама, что случилось? Почему ты спрашиваешь про папу? Разве это не ты не хотела думать о папе?» Кристин бросила на дочь взгляд: «Умница, мама не думала о твоем папе». «Тогда почему ты спросила, звонил ли мне папа? Он тебе не звонил в последние несколько дней?» «Ты, маленький проказник… Иди спать, мама устала и сейчас спит». "Хорошо тогда…" На следующий день. После того как Мари ушла в школу, Кристин Куинн, чувствуя скуку, сидела в гостиной и смотрела телевизор. Никто не ожидал, что, включив телевизор, она увидит новостной сюжет, который ее потряс. «Срочные новости! В последние дни в группе компаний Oversky широко распространились предположения о том, что её генеральный директор Скайлер Джонс намерен передать акции Oversky… Информация всё ещё проверяется, но, как сообщается, она была опубликована высокопоставленным сотрудником компании, и её достоверность чрезвычайно высока…» Кристин потребовалось некоторое время, чтобы прийти в себя, и она откинулась на спинку дивана. Скайлер Джонс внезапно отказался от участия в проекте в Лос-Анджелесе, и теперь ходят слухи о том, что он продает компанию Oversky… Что происходит? Слухи имеют под собой основание, неужели со Скайлер Джонс действительно что-то случилось? Но он только вчера вечером звонил Мари, так что с ним все должно быть в порядке. Кристин чувствовала себя довольно неспокойно. Хотя отчасти ей хотелось позвонить Скайлер и узнать о ситуации, другая часть её чувствовала, что ей не следует беспокоиться о его изменах… После долгих внутренних раздумий Кристин решила не звонить Скайлеру Джонсу. Что бы ни происходило с Оверски, Скайлер Джонс наверняка справится, а даже если не сможет, Джеффри ему поможет, ей действительно не о чем беспокоиться. Подумав об этом, Кристина успокоилась и продолжила бездельничать, смотря телевизор. Кристин не могла предвидеть, что к вечеру ситуация обострится. Секретарша Скайлера Джонса неожиданно дала интервью СМИ, подтвердив новость о продаже им компании Oversky. В тот момент Кристин уже не могла сохранять спокойствие. Несмотря на то, что у неё и Скайлера не было брачных уз, она всё равно заботилась о нём; в конце концов, он отец Мари, и она не хотела, чтобы он попал в беду. Кристин наконец решила позвонить Скайлер Джонс. Когда звонок соединился, Кристин вздохнула с облегчением и тихо произнесла: «Привет…» Его тон, казалось, остался неизменным: «Хм». "Вы всё ещё в Лос-Анджелесе?" "Хм." «О… Дело в том, что Джонатан сказал мне, что ты отказался от участия в том новом проекте в Лос-Анджелесе». Он по-прежнему отвечал легким «Хм». Кристин слегка нахмурилась: «Что-то не так с Oversky? Я видела в новостях по телевизору, что вы собираетесь продать Oversky». «Ничего особенного, просто устала». «Значит, вы действительно намерены продать Oversky?» Молчание Скайлер Джонс подразумевало согласие. Кристин решительно покачала головой: «Ни за что! Ты так ценил Оверскей, что однажды сказал, что сделаешь его больше и сильнее…» «У вас есть что-нибудь ещё?» "Э-э, я…" Его голос звучал необъяснимо устало, и в этот момент он казался ей странно отстраненным. «Если больше ничего нет, у меня есть дела, которыми нужно заняться, и я сейчас закончу». "А?" Кристин не успела сказать ничего больше, как гудок телефона означал, что он завершил разговор. Кристин положила трубку и, словно в оцепенении, стояла у окна. Она не понимала почему, но после разговора с ним ей должно было стать легче, однако его усталый голос вызывал у нее необъяснимое чувство тревоги. Что-то определённо не так… Что именно заставляет его хотеть продать Oversky? В ту ночь Кристин ворочалась в постели, не в силах уснуть. После долгих раздумий Кристин решила на следующий день отправиться в Оверски и найти секретаря Скайлер Джонс, Эрни. Поскольку Скайлер Джонс не хотел рассказывать ей о происходящем, она могла лишь спросить его секретаря. Эрни наверняка знает, почему он вдруг захотел продать Oversky. Рано следующим утром Кристина прибыла в Оверски. Поскольку о ее разводе со Скайлером Джонсом не было объявлено публично, люди по-прежнему уважительно называли ее «миссис генеральный директор», и поэтому она без проблем могла видеться с Эрни. Эрни проявил большое уважение при встрече с ней, опустив голову и тихо спросив: «Госпожа генеральный директор, у вас есть дела в компании?» «Я здесь, чтобы задать вопрос о продаже компании Oversky». "Ой…" Кристин серьезно спросила: «Это правда?» Эрни кивнул: «Да… Это приказ непосредственно от генерального директора, и я официально объявил об этом публично». Кристин нахмурилась: «Вы знаете, почему ваш генеральный директор вдруг принял это решение?» «Я не знаю… Я просто следую указаниям генерального директора». «Тогда когда он вернется?» «Я тоже этого не знаю, генеральный директор отложил поездку и не сказал мне, когда именно вернется». «Хорошо тогда… Спасибо, Эрни». Уходя из Оверски, Кристин выглядела несколько подавленной. Когда она уже собиралась поймать такси, чтобы вернуться на виллу, ей кто-то позвонил. Увидев, что звонит Ребекка Квентин, она улыбнулась и нажала кнопку ответа: «Здравствуйте…» «Сестра, кое-что случилось…» «Что это? Не пугай меня». «Мистер Джонс попал в аварию во время обследования строительной площадки в Лос-Анджелесе. Он упал с высоты, и это серьезно, ему может потребоваться ампутация… Но мама и Говард Джеффри узнали об этом всего несколько дней назад». "Что?" В то время как крупные новостные агентства и газеты широко сообщали о том, что генеральный директор Oversky Скайлер Джонс собирается продать Oversky Group, Скайлер Джонс неспешно читал газеты в первоклассном отеле в Лос-Анджелесе, наслаждаясь захватывающими заголовками и очаровательными фотографиями. ---------- Главы 826–427: Дополнительно: Играем грязно 2 Некоторые журналы даже сообщали, что определенные группы уже связались со Скайлером Джонсом, выразив желание приобрести акции компании «Оверски», что делает ситуацию весьма реальной. Внезапно зазвонил телефон. Скайлер Джонс небрежно нажала кнопку ответа, и из телефона раздался уважительный голос: «Президент». "Как дела?" «Я уведомил жену президента в соответствии с вашими указаниями». "Хм." «Думаю, жена президента сильно обеспокоена. Если она продолжит интересоваться вашей ситуацией, следует ли мне по-прежнему следовать вашим предыдущим указаниям?» «Хм, помните, ничего не упускайте из виду». "Хорошо." Закончив разговор, Скайлер Джонс взял стоящую рядом бутылку красного вина и неторопливо отпил глоток. Кристин Куинн снова приехала в "Оверский" рано. Секретарь почтительно приняла ее и с некоторой нерешительностью сказала: «Жена президента, я не скрываю от вас местонахождение президента, но правда в том, что я тоже не могу с ним связаться… С тех пор, как президент поручил мне передать сообщение о продаже компании Oversky, он со мной не связывался, и я не могу до него дозвониться. Честно говоря, я тоже очень волнуюсь». Кристин Куинн нахмурилась: «Эрни, я не верю, что ты не знаешь, где находится Скайлер Джонс. Пожалуйста, скажи мне». «Что касается жены президента, я действительно не знаю… Я просто сотрудница, выполняющая свою работу, и я делаю то, что указывает президент». Увидев обеспокоенное выражение лица Эрни, Кристин Куинн наконец прекратила «допрос», плюхнулась на диван и тяжело вздохнула. Эрни медленно подошёл ближе и прошептал: «Жена президента, вы должны быть лучше всех в курсе местонахождения президента, раз уж вы его жена». «Я нахожусь в процессе развода с ним». Эрни усмехнулся, чтобы сгладить ситуацию: «Так говорят за кулисами. У пар бывают небольшие ссоры, но обычно они не настолько серьезны, чтобы разводиться». Не желая объяснять Эрни свои конкретные отношения со Скайлер Джонс, Кристин Куинн нетерпеливо достала телефон и набрала несколько цифр. «Привет, Бекка…» "Сестра…" «Тетя и Говард нашли какие-нибудь новости о Скайлер Джонс?» «Ещё нет… Вы же знаете, какой мистер Джонс, если он захочет исчезнуть, даже Говард не сможет его найти…» Кристин Куинн с презрением сказала: «Я знаю, он всегда был таким, избегал того, с чем не хотел сталкиваться». Ребекка Квентин с тревогой сказала: «Сестра, мы не можем просто винить мистера Джонса… Если то, что услышал Говард, правда, то мистер Джонс…» Кристин Куинн с вызовом заявила: «Я не верю, что он будет парализован, у него всегда была сильная воля». «А что, если мистер Джонс действительно парализован?» «Даже если он действительно парализован, это не мое дело. У него есть деньги, чтобы нанять сиделку, которая будет ухаживать за ним всю мою жизнь». «Сестра, ты правда так думаешь?» Кристин Куинн отвернула лицо в сторону и внезапно перестала отвечать. Ребекка Квентин, похоже, догадалась, о чем думает Кристин Куинн, и слабо спросила: «Вы говорите это в гневе, потому что сейчас беспокоитесь о мистере Джонсе?» «Ублюдок… Почему он не свяжется со своей семьей?» Слова Кристин Куинн на первый взгляд звучали как упрек, но в них читалась глубокая обеспокоенность за Скайлера Джонса. «Послушай… А ты говоришь, что тебе на него наплевать». "Ублюдок, ублюдок!!" — Кристин Куинн выругалась еще дважды. Ребекка Квентин сказала: «Сейчас самое важное — найти мистера Джонса… Что бы ни случилось, по крайней мере, мы рядом с ним». «Когда он раньше пропадал, разве не вы его нашли? Оставьте сообщение на его электронной почте!» В голосе Ребекки Квентин звучала паника: «Сестра, ты ведь даже мне не завидуешь, правда? Все знают, что мистер Джонс все эти годы выдавал меня за тебя… И, если говорить прямо, мистер Джонс был ко мне добр тогда только для того, чтобы тебя спровоцировать…» «Что же мне тогда делать? Я вообще не могу до него дозвониться, и за последние два дня он даже не ответил на звонки Мари». «Неужели ситуация действительно серьёзная?» Кристин Куинн взволнованно сжала телефон в руке и снова выругалась: «Ублюдок!!» Джонатан Гибсон вернулся в страну. Увидев, как Кристин Куинн задумчиво ест, Джонатан не мог не спросить: «Что случилось? Я заметил, что ты весь день какая-то не в себе». «Прости, Джонатан, меня действительно многое беспокоит». «Что случилось?» — нервно спросил Джонатан. Кристин Куинн честно ответила: «У Скайлер Джонс могут быть проблемы». Джонатан слегка наклонил голову: "Хм?" «Вам следует знать, что новости о желании Скайлера Джонса продать компанию «Оверски» в последнее время широко освещаются в СМИ и газетах…» «Знаю, я даже думал, что он может продавать «Оверский» из-за этого решения». «Джонатан, я очень хорошо знаю Скайлера Джонса, он много работал над развитием «Оверского» до нынешнего состояния, продать «Оверского» ему абсолютно невозможно, поэтому я позвонил ему пару дней назад… В тот день у него был очень странный тон, и он не объяснил мне причину продажи «Оверского». Как раз когда я был в недоумении, мне позвонила сестра и сказала…» ---------- Глава 827 - 427: Дополнительно: Мошенничество 2_2 «Что она сказала?» Взгляд Кристин Куинн помрачнел: «Она сказала мне, что Говард Джеффри получил известие; Скайлер Джонс попал в аварию во время осмотра объекта в Лос-Анджелесе… Говорят, он уже госпитализирован, ситуация неблагоприятная». Услышав это, Джонатан Гибсон нахмурился и пробормотал: «Значит, это действительно произошло…» Кристин Куинн вздрогнула и спросила: «Вы тоже знаете?» Джонатан объяснил: «Как координатор проекта, я, естественно, в курсе ситуации на объекте. Я знал лишь о незначительном несчастном случае, не ожидал, что в нем замешан мистер Джонс… Очевидно, что эта информация была засекречена людьми мистера Джонса». Кристин Куинн внезапно тяжело облокотилась на спинку стула, и всё её тело погрузилось в оцепенение. Джонатан крикнул: «Кристин…» Кристин Куинн резко ответила, безучастно глядя на Джонатана и бормоча: «Нет, этого не может быть…» «Кристин, ты уверена, что хочешь так волноваться?» «Как я могу не волноваться, я…» — Сказав это, Кристин Куинн поняла, что её тон звучит несколько агрессивно, и тут же смягчила его, опустив голову: «Извините, я…» «Что именно произошло со Скайлер Джонс? Что вы имеете в виду, говоря, что ситуация серьёзная?» Кристин медленно подняла глаза: «Бекка сказала мне, что ему, возможно, придётся ампутировать конечность». Глаза Джонатана расширились: "Что?" «Это правда… Говард Джеффри пытался связаться с ним последние два дня, но, к сожалению, ему это не удалось». Джонатан недоверчиво покачал головой. Кристин Куинн подняла сумку и резко встала. Джонатан тоже встал и, торопливо догоняя удаляющуюся Кристин, спросил: «Куда ты идешь?» Кристин ответила: «Мне нужно найти способ связаться с ним». Джонатан нахмурился: «Какой способ ты можешь придумать?» Кристин выглядела растерянной и сказала: «Я позвоню ему, напишу электронные письма, или… я поеду в Лос-Анджелес, чтобы найти его!» Услышав слова Кристин, Джонатан молча стоял, пристально глядя на неё. Кристин несколько секунд стояла неподвижно, не реагируя ни на что. В глазах Джонатана мелькнула нотка обиды. Несколько секунд спустя он нежно обнял Кристин, утешая её: «Я верю, что с мистером Джонсом всё будет в порядке… Не волнуйся пока, у меня есть друзья в больнице в Лос-Анджелесе, я могу спросить у них, может быть, они что-нибудь знают». "Джонатан, я…" Джонатан покачал головой и нежно обнял Кристин. Его лицо прижалось к ее волосам, от которых исходил легкий аромат, а голос его был слегка хриплым: «Даже если ты о нем заботишься, не чувствуй себя виноватой передо мной, я знаю, что невозможно просить тебя отпустить его сразу… но я могу подождать». Кристин прижалась к груди Джонатана, болезненно закрыв глаза. "Джонатан…" Джонатан крепко обнял Кристин: «Не спеши, я узнаю о ситуации со Скайлер Джонс». Кристин медленно отстранилась от объятий Джонатана, ее глаза, сами того не осознавая, были затуманены: «Тебе действительно не следует быть со мной…» «Стоит мне это или нет — решать мне». «Я не хочу тебя сдерживать, Джонатан, просто оставь меня в покое…» Джонатан обнял Кристин, пристально глядя на нее: «Я не отпущу тебя… Я наконец-то снова встретил тебя, я точно не отступлю, как раньше. Скайлер Джонс не ценил тебя, поэтому он потерял тебя, и я осыплю тебя такой любовью, что ты забудешь его, ты примешь меня… Я знаю, что однажды в твоем сердце буду жить я». «Джонатан, может быть, я пока ничего не могу тебе дать, но уверяю тебя, я никогда не шутила насчет чувств. Я приняла тебя, потому что действительно хочу построить с тобой отношения, если ты не против, что я могу не проснуться завтра». "Я не против…" Обняв Кристин, Джонатан нежно поцеловал ее в лоб. К его удивлению, друг Джонатана в Лос-Анджелесе действительно узнал о ситуации со Скайлер Джонс… Оказалось, что он действительно госпитализирован и находится в больнице уже больше недели. "Ты действительно едешь в Лос-Анджелес?" В этот момент Джонатан задал Кристине вопрос по телефону. «Да, мне нужно пойти к нему». "Взять Мари?" «Да, я уже запросил недельный отпуск для Мари». "Хорошо… когда у тебя рейс?" "Сегодня вечером." «Хорошо, я отвезу вас двоих в аэропорт». "Спасибо." В тот вечер Кристин и Мари сидели в машине Джонатана, и все трое направлялись в аэропорт. В машине Мари слегка нахмурилась и спросила Кристин: «Мама, у нас дома есть водитель, зачем дяде Гибсону везти нас в аэропорт?» «Поскольку дядя Гибсон — парень твоей мамы, его обязанность — защищать тебя». Это сказал Джонатан, его мягкая улыбка была очень дружелюбной. Мари на самом деле довольно сильно нравился Джонатан, но поскольку Джонатан теперь встречался с Кристин, это немного разочаровало Мари, которая надеялась на воссоединение своих родителей, и ей ничего не оставалось, как в этот момент молча опустить голову. Кристин отчитала дочь: «Мари, ты не должна быть невежливой, с тобой разговаривает дядя Гибсон». Мари, надувшись, опустила глаза и сказала: «Я знаю, дядя Гибсон, мне очень жаль». Джонатан мягко сказал: «Всё в порядке». Кристин обняла Мари, подняла глаза и улыбнулась Джонатану. Джонатан улыбнулся в ответ, выражая понимание. Аэропорт. На пункте контроля безопасности Джонатан сказал Кристин: «Позвони мне, когда приедешь в Лос-Анджелес…». Кристин кивнула. Джонатан повернул голову и поцеловал Кристин в щеку: «Будь осторожна в дороге». Кристин слегка улыбнулась и сказала: «Хм». Увидев, как Джонатан целует Кристин, Мари надула губы, очень разочарованная тем, что ее мать в итоге не решила воссоединиться с отцом. Джонатан помахал на прощание Мэрилин Куинн: «Мари, до свидания». Мари послушно ответила: «До свидания, дядя Гибсон». Джонатан неохотно отвернулся. Кристин молча наблюдала за уходом Джонатана, и вдруг она крикнула: «Джонатан!» Джонатан остановился и обернулся: "Хм?" ---------- Главы 828–428: Дополнительно: Нескрываемые чувства к нему Кристин Куинн подбежала к Джонатану Гибсону: «Поехали со мной в Лос-Анджелес. В любом случае, в этом городе особо нечем заняться». Джонатан Гибсон подумал, что, должно быть, ослышался, и с недоверием спросил: «Ты… ты хочешь, чтобы я поехал с тобой в Лос-Анджелес?» "Ага." Джонатан Гибсон внезапно подхватил ноги Кристин Куинн и радостно закричал: «Я так и знал, я так и знал…» Люди, собравшиеся вокруг зала аэропорта, были привлечены к ним радостным возгласом Джонатана Гибсона. Лицо Кристин Куинн мгновенно покраснело от смущения, и она похлопала Джонатана Гибсона по плечу: «Эй, опусти меня, опусти меня…» Джонатан Гибсон еще раз поцеловал Кристин Куинн в щеку, после чего осторожно поставил ее на землю. Лицо Кристин Куинн покраснело от внимания окружающих. Глаза Джонатана Гибсона были полны эмоций, голос слегка дрожал от волнения: «Я так ждал, когда ты это скажешь, понимаешь? Бог знает, как сильно я хочу быть рядом с тобой, как сильно я хочу пойти с тобой на встречу со Скайлером Джонсом в качестве твоего парня. Наконец, мое желание сбылось». Кристин Куинн легонько ударила Джонатана Гибсона: «Ладно, мы до сих пор не знаем, сможем ли достать билет…» «Вам не нужно беспокоиться о билете, потому что…» В тот момент, совершенно неожиданно, у Джонатана Гибсона в руке оказался авиабилет. Кристин Куинн была ошеломлена: «Это…» Улыбаясь, Джонатан Гибсон сказал: «Я боялся, что вы попросите меня поехать с вами, поэтому заранее купил билет на этот рейс». Кристин Куинн покачала головой с улыбкой и взяла его за руку: «Пошли…» Если бы не друг Джонатана Гибсона, врач, Кристин Куинн не смогла бы так легко найти больницу, где находилась Скайлер Джонс. Вы должны знать, что это высококлассная частная больница, расположенная в отдаленном пригороде, и если бы не друг Джонатана Гибсона, хорошо знакомый со всеми больницами Лос-Анджелеса, найти её было бы непросто. Даже Говард Джеффри не смог её найти, несмотря на использование множества ресурсов. «Джонатан, теперь я понимаю, как тебе удалось убедить лучших кардиологов Лондона лечить меня; это благодаря твоим друзьям-врачам». Джонатан Гибсон кивнул: «Мне всегда нравилось заводить друзей, и большинство из них — очень хорошие». «Это потому, что ты хорошо умеешь общаться с людьми». Джонатан Гибсон тихонько усмехнулся: «Иди, Скайлер Джонс в последней комнате… ты иди к нему, а я подожду тебя снаружи». "Хорошо." Кристин Куинн держала Мари за руку, когда они шли к концу коридора. Подойдя к двери больничной палаты, Кристин Куинн увидела нескольких телохранителей, которые всегда следовали за Скайлером Джонсом, а также его доверенного помощника. Помощница Скайлера Джонса была весьма удивлена, увидев Кристин Куинн. «Мэм… госпожа президент». Мари с тревогой спросила: «Дядя Уолтер, мой папа внутри?» Помощница выглядела немного смущенной: «Э-э… да, мисс». Услышав это, Мари немедленно бросилась в больничную палату. Однако никто не ожидал, что, когда Кристин Куинн собиралась последовать за Мари в комнату, помощница внезапно протянула руку, чтобы остановить ее. Остановившись у двери больничной палаты, Кристин Куинн недоуменно спросила: «Джастин, что происходит?» Помощник склонил голову и сказал: «Прошу прощения, мадам, мистер Джонс распорядился никого не принимать». Кристин Куинн нахмурила брови: «Даже я?» Помощница подняла взгляд на Кристин Куинн, тяжело вздохнула и уныло сказала: «Мадам, чтобы найти это место, вы должны понимать состояние президента. Президент… ему нездорово, поэтому он не хочет никого видеть… Я впустила мисс только потому, что она очень по нему скучает, вопреки его желанию». В сердце Кристин Куинн зародилось чувство тревоги: «В чем именно заключается его состояние?» «После осмотра президента неделю назад врач сказал, что он повредил нервы, отвечающие за проходимость позвоночника, после падения с высоты. Поскольку нервы восстановить невозможно, президент рискует быть парализован ниже пояса… Кроме того, президент отказывается от лечения, и врачи опасаются, что если его травмированную ногу не лечить, она может инфицироваться. С такими ногами, как у него, которые не чувствуют нервов и не могут двигаться, раны особенно быстро прогрессируют, что может привести к ампутации, поэтому…» Голос помощника дрожал от волнения. Неужели ситуация действительно настолько серьёзна? «Мадам, вам лучше не заходить, президент не хочет, чтобы вы видели его в таком виде…» «Поэтому он хочет продать „Оверский“?» Помощник кивнул: «Президент принял это решение на третий день после инцидента… потому что врачи сказали, что шансы на восстановление его ног очень низки, и ему, возможно, придется провести остаток жизни в инвалидном кресле». ---------- Главы 829-428: Дополнительно: Не в силах скрыть свои чувства к нему (2) Тело Кристин Куинн сильно дрожало. Глаза подчиненного блестели от слез, когда он, задыхаясь, пробормотал: «Президент объявил о продаже «Оверского» только для того, чтобы посторонние не видели его таким. Знаешь, президент всегда был очень гордым, вздох…» «Я хочу войти к нему, я должен войти». «Госпожа президент, президент не захочет вас видеть…» «Он думает, что избегание этого пути — решение?» "Но…" Прежде чем подчиненная успела ее остановить, Кристин Куинн уже толкнула дверь больничной палаты и вошла. В просторной и комфортабельной больничной палате Скайлер Джонс лежала на кровати. Рядом с кроватью Мари трясла его за руку: «Папа, папа… Почему ты со мной не разговариваешь? Папа…» Поскольку Скайлер Джонс стоял спиной к Кристин Куинн, она не могла видеть выражение его лица и знала лишь, что он не ответил Мари. Увидев Кристин Куинн, Мари тут же отпустила отца и подбежала к Кристин, удрученно сказав: «Мамочка, почему папа не отвечает, когда я с ним разговариваю…» Кристин заметила, что когда Мари звонила ей, тело Скайлер Джонс заметно напрягалось. Мари жалобно сказала: «Мамочка, иди к папе, папа сам не понимает, почему он всех игнорирует…» Кристин мягко сказала дочери: «Мари, выйди ненадолго, маме нужно поговорить с папой. Можешь вернуться позже». "Но папа…" «Послушай маму». "Хорошо." «Ведите себя хорошо, подождите немного снаружи». "Хм." Мари, обычно послушная, вышла из больничной палаты несколько неохотно. В этот момент в комнате остались только Кристин Куинн и Скайлер Джонс. Кристин подошла к постели больного и спросила: «Почему вы никому из нас не рассказали о такой важной проблеме?» Скайлер Джонс молчал, повернувшись спиной к Кристин. «Что бы ни случилось, помощь окружающих всегда лучше, чем справляться со всем в одиночку». Спина Скайлера Джонса напряглась, но он по-прежнему не произносил ни слова. Кристин внезапно встала перед Скайлером и, увидев его закрытые глаза, невольно присела на корточки, потрясла его за руку и сказала: «Оверски, Оверски…» Под отчаянные крики Кристин Скайлер Джонс наконец медленно открыл глаза. Его некогда гордый взгляд теперь выражал лишь отчаяние и уныние, его рассеянный взгляд был устремлен на нее: "Зачем ты здесь?" "Я…" Кристин мгновенно потеряла дар речи. "Ты всё ещё заботишься обо мне? Разве ты не перестал меня любить?" «В конце концов, я всё ещё испытываю к тебе чувства, ведь ты отец Мари, и мы договорились остаться друзьями, не так ли?» Скайлер фыркнула: «В моем нынешнем состоянии, какими друзьями мы можем быть…» «Оверски, пожалуйста, не будь такой…» Увидев подавленное и унылое состояние Скайлер, у Кристин внезапно перехватило дыхание. «Хорошо, что ты не выбрала меня, иначе ты бы всю жизнь была с человеком с инвалидностью…» Кристин энергично покачала головой: «Не говори так. Ты не инвалид, с тобой все в порядке. Если ты будешь сотрудничать с лечением, ты обязательно выздоровеешь!» «Я не выздоровею. Врач сказал, что даже если я буду сотрудничать с лечением, в лучшем случае мне не понадобится ампутация, но паралич уже предопределен…» «Нет, вас не парализует. Вы…» — Кристина едва сдерживала слезы. «Уведите Мари. Я не хочу, чтобы моя дочь видела меня в таком состоянии, и, пожалуйста, позаботьтесь о Мари за меня в это время, больше не приходите ко мне». «Оверский…» "Уходи!!" — внезапно закричала Скайлер. Кристин вздрогнула, и слезы навернулись ей на глаза. До этого момента она утешала себя мыслью, что, возможно, он просто тяжело ранен, и травма не настолько серьёзна, как выяснил Говард Джеффри, но теперь, видя его ярость, её сердце необъяснимо сжалось от тяжести… В этот момент снаружи вошел человек, похожий на врача, за ним последовали две медсестры. Врач сказал: «Мистер Джонс, результаты вашего сегодняшнего обследования становятся все более пессимистичными. Если вы не будете сотрудничать с лечением, вы действительно можете потерять ноги…» «Это паралич, зачем мне эти ноги?» — Скайлер вспыхнула от гнева. «Но, мистер Джонс, если мы сохраним ваши ноги, может быть, еще есть проблеск надежды…» «Я не ребёнок; тебе не нужно мне лгать!!» — тон Скайлер становился всё более раздражённым. Кристин обхватила лицо Скайлера ладонями и пристально посмотрела на него: «Оверски, слушай совет врача, не допускай инфицирования ног, пожалуйста, сотрудничай с лечением, хорошо?» Скайлер в ярости оттолкнула руки Кристин, крича: «Разве я не просила тебя уйти? Убирайся, убирайся!!!» Подчиненный услышал голос Скайлера снаружи и бросился внутрь: «Президент…» Скайлер сердито сказала подчиненному: «Разве я не говорила никого не впускать? Ты что, воспринимаешь мои слова как пустую болтовню?» Подчиненный так испугался, что побледнел. "Это…" «Выгоните их всех!» — нетерпеливо сказала Скайлер. Подчиненный поспешно поклонился и сказал: «Да». Врач и медсестры медленно вышли из комнаты, а подчиненный бросил умоляющий взгляд на Кристин. Кристин по-прежнему пристально смотрела на Скайлер, умоляя: «Пожалуйста, не делай этого, всегда есть шанс на улучшение…» Скайлер снова закрыл глаза и холодно произнес: «Убирайся!!» Столкнувшись с безразличием Скайлер, Кристин почувствовала еще большую боль в сердце. Подчиненный посоветовал: «Госпожа президент, вам лучше сначала уйти… Дайте президенту побыть одному некоторое время». В конце концов, Кристине ничего не оставалось, как выпрямиться, повернуться и медленно, тяжелыми шагами выйти наружу. Возле больничной палаты Джонатан Гибсон поддерживал удрученную Кристин. "Как это?" Кристин подняла взгляд на Джонатана и покачала головой. Джонатан заметил слегка покрасневшие глаза Кристин, широко раскрыл их и спросил: «Неужели всё так серьёзно, как сказал врач?» Кристин прикусила губу и кивнула. Джонатан стоял там в шоке, все еще не в силах поверить в это. Кристин спросила: «Где Мари?» ---------- Главы 830–429: Дополнительно: Она всегда держится от него на расстоянии 1 «Она ничего не ела в самолете. Я боялась, что она проголодается, поэтому попросила кого-нибудь отвести ее поесть». "Ой." С этими словами Кристин Куинн бесстрастно сидела на стуле. Джонатан Гибсон наклонился и мягко посмотрел на Кристин Куинн: «Ты голодна? Может, пойдем с тобой перекусим?» Кристин покачала головой: «Я не голодна, иди поешь». «Тогда я останусь здесь с тобой». «Джонатан, не нужно, иди поешь что-нибудь, я просто хочу побыть один немного». "Кристин, что случилось?" Джонатан протянул руку, чтобы прикоснуться к лицу Кристин, но обнаружил, что ее лицо ледяное, а из глаз хлынула слеза. "Кристин…" Кристин опустила голову, словно внезапно потеряв контроль над собой, и громко зарыдала: «Это всё моя вина, это всё моя вина, что он такой…» Джонатан поспешно вытер слезы в уголках глаз Кристин, чувствуя боль: «Не плачь… глупышка, как это может быть твоей виной, что он попал в беду?» Кристин подняла заплаканные глаза и посмотрела на Джонатана, из них выплеснулась горечь: «Когда я вышла из палаты, его подчиненный сказал мне, что из-за эмоциональных проблем у него в последнее время было плохое настроение, поэтому он отвлекался, наблюдая за стройкой…» Джонатан утешил: «Тебя тоже нельзя винить, никто не хочет, чтобы случались несчастные случаи…» «Но если бы я ему не отказала, этого несчастного случая бы не случилось, я…» Джонатан осторожно вытер слезы с глаз Кристин: «Ты сожалеешь об этом?» Кристин, с трудом сдерживая слезы, сказала: «Я просто не хочу видеть его таким…» Джонатан медленно вздохнул: «Тогда что ты собираешься делать?» «Я не знаю… сейчас он в плохом настроении, не хочет сотрудничать с лечением, говорит какие-то негативные вещи…» «Действительно, на то, чтобы смириться с подобными вещами, требуется время… но неужели он действительно будет парализован?» "Я не знаю… Я не знаю… Я даже думать об этом не смею… Я… Я не могу с этим смириться…" Кристин опустила голову и безудержно заплакала. Джонатан протянул руку, чтобы обнять Кристин, крепко прижимая к себе ее дрожащее, рыдающее тело. Спустя долгое время настроение Кристины постепенно успокоилось. Джонатан осторожно отпустил Кристин, тихо спросив: «Тебе лучше?» Кристин кивнула и встала. «Я собираюсь к нему». Джонатан слегка нахмурил брови: «Разве он не говорил, что не хочет тебя видеть?» «Он говорил в гневе, в данный момент он просто не хочет ни с кем встречаться, но ему нужен кто-то, кто позаботится о нем». Увидев встревоженный взгляд Кристин, Джонатан потускнел и тихо позвал: «Кристин…» «Поговорим позже». С этими словами Кристин сама направилась к палате Скайлер Джонс, не заметив разочарованного выражения лица Джонатана. Кристин в очередной раз проигнорировала препятствия со стороны подчиненных Скайлер и вошла в палату. В уголках глаз Кристин блестели слезы, слегка приоткрытые губы дрожали, лицо было бледным, она больше походила на пациентку, чем на Скайлер, которая была "серьезно ранена". «Оверский…» Нежный зов Кристин заставил Скайлера медленно повернуть голову. Гнев в его глазах, который был раньше, исчез, и Скайлер посмотрел на Кристин с чувством вины, наконец приоткрыв губы: «Только что… Прости, я сказал резко». Кристин покачала головой: «Всё в порядке». Скайлер медленно перевел взгляд на белый потолок, и из его уст вырвался слегка хриплый голос: «Спасибо, что пришли ко мне… Это Говард Джеффри узнал об этом?» "Нет." «Значит, это был Джонатан». Он легко догадался. Молчание Кристин свидетельствовало о её согласии. «Похоже, ваши отношения с ним складываются хорошо… На этот раз он поехал с тобой в Лос-Анджелес, верно?» Кристин наконец кивнула. Заметив краем глаза ее кивок, Скайлер опустил веки и его взгляд потускнел: «Джонатан действительно хорош… Он не забывал тебя более десяти лет и никогда не думал о том, чтобы найти другую женщину. Он сохранил свою первоначальную любовь к тебе, поддерживал тебя в самые трудные моменты, помогал тебе в минуты одиночества… По сравнению со мной, он намного лучше». По какой-то причине его слова вызвали у неё жжение в носу, и она невольно всхлипнула. «Выбрать его — это не ошибка… это просто моя вина, что я не ценила это раньше, и сожалеть об этом сейчас бесполезно». Слезы неудержимо навернулись на глаза Кристин, она изо всех сил старалась сдержать их. Скайлер безучастно уставилась в потолок и глупо рассмеялась: «Возможно, в этом мире действительно есть возмездие… Если бы я не причинила тебе столько зла в прошлом, я бы не оказалась в этой ситуации…» ---------- Главы 831-429: Дополнительно: Она всегда держится от него на расстоянии 1_2 Кристин Куинн энергично покачала головой. «Размышляя о том, что, как мне казалось, я совершил, я понимаю, что это достигло такого уровня, что возмутились бы и люди, и боги. Я заслуживаю того, чтобы не получить вашего прощения, заслуживаю быть наполовину парализованным, быть одиноким до конца своей жизни…» В конце концов, слезы потекли из глаз Кристины, словно жемчужная нить, и она воскликнула: «Перестань говорить, Оверскай…» Скайлер Джонс повернул голову, чтобы посмотреть на Кристин, его голос хрипел от сожаления: «Я причинил тебе столько боли раньше, ты, должно быть, очень меня ненавидишь, правда?» Кристина ещё сильнее покачала головой. Глубокие глаза Скайлер заблестели от слез: «Дурак, не плачь… Я не заслуживаю твоей жалости, я заслуживаю ее…» Кристина со рыданием произнесла: «Оверски, не говори таких вещей…» «Кристин, я понимаю, что в моем нынешнем состоянии между нами больше ничего не получится… но сможешь ли ты простить меня, не зацикливаясь на прошлом?» Кристин шаг за шагом подошла к Скайлеру, медленно присела на корточки и встретилась с его извиняющимся взглядом: «Я никогда тебя не винила…» «Но я ведь столько всего уже делала раньше…» «Именно мое „предательство“ долгое время держало тебя в плену у М, поэтому я прекрасно понимаю, что многое было вне твоего контроля… например, „изнасилование“. Много лет я верила, что это действительно произошло, и поэтому ненавидела тебя, даже презирала. Однако только за последние два года, когда личность М раскрылась, я поняла, что все это время неправильно тебя понимала… Тогда М действительно верил, что я с Говардом Джеффри, и чтобы отомстить Говарду Джеффри, он хотел, чтобы ты причинила мне вред. Но ты на самом деле ничего не сделала, чтобы причинить мне боль, ты лишь создала очень убедительную иллюзию и для М, и для меня…» «В последнее время я всё думаю, не является ли моя неспособность объяснить тебе это событие причиной того, что ты больше не хочешь быть со мной… Но всякий раз, когда я хотел объяснить, я чувствовал себя виноватым за ту «боль», которую причинил тебе раньше». Глаза Кристин наполнились слезами: «Я сказала, что отвергла тебя не потому, что виню тебя, а потому что мы действительно не подходим друг другу…» "Почему?" Скайлер медленно протянул руку, его слегка шершавая ладонь нежно погладила ее безупречно белое лицо: «Это потому, что ты меня больше не любишь?» Кристин не дала Скайлеру прямого ответа, но крепко сжала его ладонь, в ее голосе слышалась горечь: «Мы никогда не обретем счастья вместе… Потому что ты никогда не сможешь любить меня так, как я люблю тебя. Твои нынешние чувства ко мне вызваны лишь тем, что ты потерял женщину, которая охотно платила за тебя любую цену, когда тебе это было нужно». Скайлер глубоко вздохнул, словно пытаясь подавить боль в сердце, и с самоиронией произнес: «Сейчас я действительно недостоин просить о „счастье“, потому что я больше не могу тебе его предложить…» Кристин крепко сжала руку, ласкавшую ее лицо, и выпалила про себя: «Пожалуйста, не говори таких обескураживающих слов, все будет хорошо, и я буду рядом, чтобы наблюдать за твоим выздоровлением». "Ты… ты действительно хочешь остаться рядом со мной?" «Да». Кристин подняла заплаканное лицо, глаза ее покраснели от слез, и поспешно заявила: «Я не оставлю тебя одну; я буду заботиться о тебе, пока ты не выздоровеешь, а если ты действительно окажешься парализована, то я буду заботиться о тебе всю свою жизнь…» Она разрыдалась. "Правда? Вы не против?" «Я не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось, Оверскей… Ты должен поправиться». Джонатан Гибсон, сидевший на стуле у больничной палаты, выглядел усталым. Увидев Кристин, выходящую из комнаты, он тут же оживился и бросился к ней: «Как дела?» Голос Кристин был слегка хриплым: "Джонатан…" "Хм?" «Мне нужно кое-что вам сказать». «Хорошо, давайте». "Я…" "Хм?" — Джонатан поддержал Кристин, недоумевая по поводу ее нерешительности. «Возможно, мне придётся остаться и позаботиться о Скайлер Джонс». Тело Джонатана заметно напряглось. Кристин склонила голову и с извинениями сказала: «Я не знаю, как вам сказать… но сейчас его положение очень тяжелое, и я не могу оставить его одного». Джонатан медленно отпустил плечи Кристин. Кристин с чувством вины смотрела на его опустошенное лицо, ее голос хриплым произнес: «Прости меня…» Потускневшие глаза Джонатана медленно обратились к Кристин, его голос слегка дрожал: «Ты приняла решение?» "Да." «Тогда вы планируете начать с ним все сначала?» «Я не думала о романтической стороне вопроса; я просто хочу, чтобы ему сейчас стало лучше…» «А что, если он проведет остаток жизни в инвалидном кресле?» «Тогда я буду заботиться о нём всю свою жизнь». Не в силах смириться с этой реальностью, Джонатан покачал головой: «Кристин…» Глаза Кристин были полны скрытых слез: «Джонатан, пожалуйста, прости меня за это решение. Я знаю, что это неизбежно причинит тебе боль, но я не могу… я не могу бросить его вот так». Джонатан с болью закрыл глаза и глубоко вздохнул: «На самом деле, когда ты только что совершила каминг-аут, у меня было предчувствие, что ты сделаешь этот выбор…» «Я действительно планировала начать всё сначала с тобой, но…» «Я знаю, Скайлер Джонс — это твоя проблема на всю жизнь», — сказал Джонатан, продолжая разговор с Кристин. «Прости, Джонатан…» Джонатан тихо вздохнул, нежно поглаживая виноватое лицо Кристин: «Дурак, не говори так… То, что ты отказываешься от Скайлер, означает, что ты женщина, которая может отпустить ситуацию и двигаться дальше, а теперь ты планируешь заботиться о Джонатане из-за чувства вины и ответственности… Если бы ты действительно могла сейчас игнорировать парализованную Скайлер, то ты не была бы той Кристин Куинн, которой я восхищаюсь». "Джонатан…" «Хорошо, делай, что хочешь…» Кристин выдавила из себя: «Простите». Джонатан мягко улыбнулся и успокаивал ее: «Не говори так; ты скоро снова начнешь плакать, а я не могу вынести вида твоих слез…» «Ты не должен быть ко мне так добр, я совершенно этого от тебя не заслуживаю…» «Дурак, ты никогда не заставлял меня ничего для тебя делать; всё, что я делал, было по собственной воле. Тебе не нужно чувствовать себя виноватым…» ---------- Главы 832-430: Дополнительная история: Она всегда держится от него на расстоянии 2 "Ты такой глупый…" «Глупо с твоей стороны игнорировать такого замечательного человека, как я. Ты обязательно пожалеешь об этом позже…» Слова Джонатана Гибсона развеселили Кристин Куинн, и в ее глазах от смеха заблестели слезы. «Подойди сюда, обними меня». "Мм." Кристин мягко прижалась к Джонатану. Джонатан закрыл глаза от боли, легонько поцеловал её в волосы: «Если он посмеет снова причинить тебе боль, я ему этого не прощу!!» Два дня спустя. Под ярким солнцем Кристин Куинн везла Скайлера Джонса на прогулку в тени деревьев возле больницы. Скайлер вдруг сказала: «Я очень эгоистична, поручая тебе заботиться о парализованном человеке, таком как я?» «Не говори так, я сама решила остаться, чтобы позаботиться о тебе». «Я знаю, что Джонатан Гибсон уже уехал из Лос-Анджелеса… Я испортил тебе счастье?» Кристин резко остановила инвалидное кресло, опустилась на корточки перед ним и посмотрела ему прямо в глаза. «Не волнуйся так сильно, тебе просто нужно каждый день немного чаще улыбаться и делать себя счастливее». «Сейчас я очень счастлива… С тобой рядом я даже чувствую, что паралич того стоит…» Скайлер посмотрела на Кристин с глубокой любовью. «Не говори глупостей, врач сказал, что у тебя еще есть шанс выздороветь». «Мм, пока ты рядом, я полон уверенности». Кристин слегка улыбнулась. «Позволь мне немного подтолкнуть тебя». "Хорошо… Кстати, где Мари?" Кристин ответила: «Джастин поехал за твоей мамой, она поехала с ним». Скайлер была в шоке: "Что?" Кристин замялась: «Простите, я рассказала вашей маме и Говарду Джеффри о вашем местонахождении». «Зачем вы им это рассказали?» «Побег — не выход, они — ваши самые близкие родственники». Слова Кристин заставили Скайлер замолчать. Опасаясь, что нежелание Скайлера связано с возможной реакцией его семьи на его нынешнее состояние, Кристин не могла не утешить его: «Как бы ты ни изменился, они все равно будут тебя любить». Миссис Джеффри приехала вместе с Говардом Джеффри, и к полудню все собрались в больничной палате Скайлер. Выражение лица миссис Джеффри было печальным, но она не осмеливалась много говорить Скайлеру, боясь его расстроить. Тон Говарда Джеффри был гораздо мягче, чем обычно, когда он подшучивал над Скайлер: «Теперь, когда я вижу, что с тобой все в порядке, я чувствую облегчение». Скайлер извинилась: «Простите, что всех напугала». Кристин считала, что после инцидента вспыльчивость Скайлера значительно смягчилась, и он научился любить других. «К счастью, Кристин была рядом с тобой. Иначе, если бы ты продолжал избегать встречи, твои ноги были бы испорчены», — вздохнула миссис Джеффри. Стоя рядом с миссис Джеффри, Мари тоже сказала: «Да, бабушка, папа никого не слушает, кроме мамы». Миссис Джеффри с любовью улыбнулась: «Кристин, тебе было тяжело ухаживать за ним». Кристин неловко улыбнулась: «Я почти ничего не делала, просто вывела его на солнце, многие дела делают медсестры». Мари хихикнула: «Да, пока мама рядом с папой, он счастлив…» Кристин покраснела от слов дочери: «Мари…» Говард Джеффри от души рассмеялся: «Похоже, мой брат нашел благословение в обличье несчастья… Этот брак, наверное, никогда не распадется, правда?» Эта неожиданно возникшая тема привлекла всеобщее внимание к Кристин. Лицо Кристин внезапно побледнело, она, казалось, избегала этой темы. Мари хихикнула: «Мамочка, ты же не разведешься с папой, правда? Дядя Гибсон умер, я даже слышала, как он говорил, что хочет, чтобы вы с папой были вместе!» Кристина бросила на Мари укоризненный взгляд: «Мари, детям не следует вмешиваться в дела взрослых». Мари послушно ответила: «О». Не желая оставаться в комнате и подвергаться дальнейшим вопросам со стороны семьи Джеффри, Кристин тут же придумала отговорку: «Э-э… я иду к врачу за результатами анализов Скайлер за вчерашний день, а вы поболтайте». «Мамочка, я пойду с тобой…» "Хорошо, пошли!" После того как Кристин и Мари вышли из комнаты, красивое лицо Говарда Джеффри расплылось в улыбке: «Ну как? Брат, моя игра была на высоте, правда?» Миссис Джеффри доброжелательно улыбнулась и отошла в сторону. Скайлер встал с инвалидного кресла, потянулся и размял все тело: «Знал, что не смогу это от тебя скрыть… Так скажи мне, зная, что со мной все в порядке, зачем эта показная поездка в Лос-Анджелес?» «Я хотел тебя увидеть… Прошло так много времени с тех пор, как я тебя видел в последний раз, поэтому я взял с собой Хоуи». ---------- Главы 833-430: Дополнительная история: Она всегда держится от него на расстоянии 2_2 Повернувшись к матери, Скайлер Джонс уже не говорил так холодно, как раньше: «Если тебе плохо, не броди вокруг. Что со мной может случиться?» Миссис Джеффри сказала: «Я просто хотела узнать, могу ли я чем-нибудь вам помочь…» Губы Скайлер Джонс изогнулись в хитрой улыбке: «Всё, что тебе нужно сделать, это сохранить это в секрете от меня. Я сама справлюсь». Говард Джеффри усмехнулся: «Правда? Почему мне кажется, что Кристин до сих пор не собирается тебя простить?» Скайлер Джонс бросила на него гневный взгляд: «Ты пришла сюда, чтобы специально мне навредить?» «Я бы не посмела… Я просто пришла посмотреть, как старший брат планирует завоевать расположение невестки». «Не говори о том, чтобы завоевать её расположение, она ведь моя жена. Мы ещё даже не развелись!» «Но я слышала от Бекки, что невестка подписала с тобой соглашение о разводе, а ты теперь отказываешься разводиться, даже притворяясь парализованным, чтобы цепляться за нее…» Скайлер Джонс, высокий и высокий, встал перед Говардом Джеффри, прищурив на брата проницательный взгляд и напомнив ему с улыбкой, которая не доходила до глаз: «Если хочешь посмеяться надо мной, пожалуйста. Но если осмелишься хоть немного приоткрыть завесу тайны перед Кристин, обещаю, тебе будет нелегко». Говард Джеффри искоса взглянул на Скайлера Джонса, оставшись равнодушным. Скайлер Джонс медленно произнесла одно слово: «М». Выражение лица Говарда Джеффри резко изменилось, сменившись мягкой улыбкой: «Старший брат, ты слишком много думаешь. Как я посмел бы над тобой издеваться… Я здесь с мамой, чтобы помочь тебе». Кто бы мог подумать, что вечно коварный Говард Джеффри окажется под влиянием Скайлер Джонс, которая использует его в своих целях, повергнув его в ужас. «Совершенно верно, Оверски, Бекка скоро родит. Хоуи приходил к тебе, но ему нужно вернуться, чтобы провести ночь с Беккой». Скайлер Джонс сказал своей матери: «Тебе тоже следует вернуться с ним. А что касается дел с Кристин, я справлюсь сам». «С таким характером, как у Кристин, боюсь, будет сложно… Даже если она сейчас останется рядом с тобой, боюсь, если она когда-нибудь узнает правду…» Слова Говарда Джеффри встревожили всех, и миссис Джеффри обеспокоенно сказала: «Да, Кристин упряма. Боюсь, если придёт время, она вас не простит…» «Простит она или нет — неважно. В любом случае, к тому времени ей уже не удастся сбежать…» Миссис Джеффри нахмурила брови: «Что вы имеете в виду?» Скайлер Джонс триумфально ответил: «Это не секрет, который нужно раскрывать». "Ты даже не можешь мне сказать?" Говард Джеффри презрительно сказал: «Мама… ты еще не догадалась о намерениях моего брата?» Миссис Джеффри с надеждой спросила: «Каковы его намерения?» Говард Джеффри взглянул на Скайлер Джонс: «Если бы Кристин была беременна, как Бекка, как ты думаешь, ей удалось бы вырваться из-под опеки старшего брата?» "Ах…" Скайлер Джонс расплылась в улыбке. Говард Джеффри усмехнулся: «Плохой трюк, но самый осуществимый». Кристин Куинн вошла в палату с результатами анализов и сказала всем: «Результаты анализов Скайлер готовы. Ситуация относительно оптимистичная… врач сказал, что ничего серьезного нет, и вас можно выписать завтра». Миссис Джеффри притворилась, что вздохнула с облегчением: «Это хорошо…» Кристин Куинн передала Скайлер Джонс результаты анализов: «Послушайте, врач не пришла к выводу, что вы точно будете парализованы. Она сказала, что если вы продолжите заниматься физиотерапией, у вас может быть шанс восстановить спинномозговые нервы». «Я буду продолжать заниматься физиотерапией». Кристин Куинн улыбнулась и кивнула: «Хорошо». В какой-то момент рядом со Скайлером Джонсом появилась Мари, моргнула, глядя на него, и, естественно, посоветовала: «Папа, с мамой рядом ты должен хорошо себя проявить». Скайлер Джонс подмигнула Мари в ответ и улыбнулась: «Папа обязательно так сделает». Миссис Джеффри улыбнулась и сказала: «Поскольку вас могут выписать завтра, Оверски, я пойду с вами обратно в город Y!» Кристин Куинн внезапно повернула голову к миссис Джеффри: «Хм?» Миссис Джеффри объяснила: «Ты должна заботиться об Оверски, и боюсь, ты не сможешь должным образом позаботиться о себе и Мари, поэтому я поеду в город Y, чтобы там о тебе позаботиться». «Тетя, нет необходимости. Пожалуйста, поезжайте в Нью-Йорк, чтобы позаботиться о Бекке… Роды ожидаются через месяц, и я не буду чувствовать себя спокойно без вас рядом». "Но…" «Да, бабушка, тебе не нужно беспокоиться обо мне и маме. У нас дома есть домработницы, которые о нас позаботятся!» Миссис Джеффри, естественно, вела себя вызывающе в присутствии Кристин Куинн, и, поскольку Кристин так сказала, она последовала её примеру: «Что ж, тогда я пока останусь в Нью-Йорке. Если что-нибудь случится, просто позвоните мне». Кристин Куинн кивнула. Миссис Джеффри обменялась взглядом со Скайлером Джонсом, давая понять, что ему следует постараться, поскольку эта старушка не станет вмешиваться в дела этого города. Два дня спустя, в городе Y. «Мистер Джонс, юная госпожа, мисс, вы наконец-то вернулись…» Слуги радостно вышли из холла виллы, чтобы поприветствовать их. Кристин Куинн, улыбаясь, втолкнула Скайлера Джонса в холл виллы: «Из-за плохой погоды рейс задержали». Слуги были поражены, увидев хозяина дома, сидящего в инвалидном кресле. Скайлер Джонс, естественно, не обращал внимания на мнение слуг, но чтобы его слова выглядели убедительно, ему приходилось изображать серьезное выражение лица. Он планировал найти время, чтобы просветить слуг, избегая при этом показной важности действий перед ними и заручившись их помощью. Кристин Куинн, опасаясь, что слуги могут задеть обычное чувство собственного достоинства Скайлера Джонса, быстро сказала: «Возвращайтесь к своей работе… Мистер Джонс лишь немного повредил ногу, это пустяки». Узнав, что Скайлер Джонс получила лишь небольшую травму, слуги с облегчением вздохнули и с улыбками вернулись к своим делам. Мари потерла глаза: «Мамочка, я так хочу спать. Хочу заснуть…» Кристин Куинн кивнула: «Ну давай, вот что бывает, когда не спишь в самолёте». "Хорошо." Мари, чувствуя сонливость, повернулась и поднялась на второй этаж. В этот момент Кристин Куинн наклонилась и спросила Скайлер Джонс: «Ты устал? Хочешь, я помогу тебе вернуться в комнату отдохнуть?» "Хорошо." Затем Кристин Куинн крикнула одному из стоявших за дверью: «Джастин, иди сюда и помоги мне…» С помощью Джастина Кристин Куинн уложила Скайлер Джонс в спальне. Скайлер Джонс был высоким и сильным, поэтому поддерживать его было, естественно, тяжело, а Кристин Куинн все еще тяжело дышала. Опираясь на изголовье кровати, Скайлер Джонс извиняющимся тоном сказала: «Извините за доставленные неудобства». Кристин Куинн покачала головой: «Ничего страшного… Поспи, я спущусь вниз и скажу горничной приготовить что-нибудь поесть. Ты мало ела в самолете». "Хорошо." Кристин Куинн повернулась и ушла. ---------- Глава 834-431: Дополнительная история: Вновь обретя теплоту в Нем 1 После ухода Кристин Куинн Скайлер Джонс достал телефон и позвонил своей секретарше. Секретарша была в восторге от звонка начальника: «Президент, вы вернулись?» "Хм, а как дела у компании в последнее время?" «Работа идёт в обычном режиме, просто мне постоянно звонят назойливые компании, заявляя о заинтересованности в приобретении акций Oversky… Я не знаю, как им противостоять». «Вы можете отказать им прямо сейчас». "Хорошо." «Кстати, в последнее время я не буду ходить в компанию, если только не будет чего-то важного. Мелкие дела оставьте вице-президенту». "Да." Завершая разговор, Скайлер Джонс приподнял уголок рта, представляя себе прекрасные дни, которые нас ждут впереди. В этот момент послышались тихие шаги. Скайлер Джонс быстро сделал вид, что закрыл глаза. По шагам он уже понял, что это Кристин Куинн. Кристин Куинн вошла в комнату. Увидев, что Скайлер Джонс уже спит, она собиралась что-то взять из комнаты, но внезапно села на край кровати. «Открой глаза, я знаю, ты не спишь». Скайлер Джонс медленно открыл глаза. Неужели? Она слышала его по телефону? Действительно… «Я только что слышал, как вы разговаривали по телефону…» Сердце Скайлер Джонс разбилось с глухим стуком. Кристин Куинн вздохнула: «Я собиралась вернуться за кое-чем и случайно услышала ваш телефонный разговор… Я слышала, как вы упомянули компанию, вы разговаривали с секретарем, верно?» "Хм." Скайлер Джонс — человек, который сохраняет невозмутимость, даже если перед ним рушатся горы, поэтому в этот момент выражение его лица не изменилось. Кристин Куинн выглядела обеспокоенной: «Я слышала, что вы, кажется, обсуждали дела компании… Вы ведь не собираетесь продавать Oversky, правда?» Так вот… она не расслышала как следует, только сейчас догадалась. Скайлер Джонс тихонько посмеивался, но на его лице читалась грусть: «В моем нынешнем состоянии содержать Оверскей бесполезно…» «Как такое возможно? Даже если ты в инвалидном кресле, ты можешь продолжать свою карьеру!» «Вы поддерживаете мое дальнейшее развитие карьеры?» «Конечно, вы так много работали, чтобы Oversky добилась сегодняшних успехов, как вы можете просто сдаться?» «Но в моем нынешнем состоянии…» Кристин Куинн инстинктивно протянула руку и взяла Скайлер Джонс за руку: «Не принижай себя сейчас… В глазах всего мира ты по-прежнему совершенна». Когда она коснулась его руки, его сердце охватила скрытая радость. «Даже если вам сейчас не хочется со всеми сталкиваться, не продавайте Oversky, потом пожалеете». Скайлер Джонс, наконец, убедившись в искренности убеждений Кристин Куинн, кивнула: «Хорошо, я вас выслушаю». Кристин Куинн слегка улыбнулась: «А пока пусть вице-президент какое-то время руководит Oversky. В любом случае, во второй половине года крупных проектов нет; вице-президент должен справиться». "Хм." «Потом я ухожу, мне нужно собрать багаж». Кристин Куинн встала. «Подождите минутку», — внезапно сказал он. Кристин Куинн обернулась и спросила: «Что случилось?» «Я… я хочу в туалет». "Вы хотите…" Скайлер Джонс таил в себе озорство, но внешне казался очень неуклюжим: «Просто реши эту мелочь». В больнице обычно есть медсестры, которые могут помочь Скайлер Джонс, но дома Кристин Куинн впервые столкнулась с подобной ситуацией. Лицо Кристин Куинн неизбежно покраснело: «Тогда… я принесу тебе пакет для писсуара». «Нет необходимости, я не привык пользоваться этой штукой». "И что же делать дальше?" Скайлер Джонс, опираясь на верхнюю часть тела, кричал: «Помогите мне дойти до туалета!» "Но я…" Кристин Куинн так смутилась, что у нее горели щеки, и слова ее застревали: "Я… я…" О боже, прикосновения между мужчиной и женщиной… Хотя когда-то они со Скайлером Джонсом были полны любви и близости, это казалось давним прошлым, и теперь она просто не могла смотреть ему в глаза. Одна мысль об этой сцене заставляла её щёки неконтролируемо краснеть и гореть. Кристин Куинн, в критической ситуации, сказала: «В противном случае я позову Джастина или слугу наверх…» Скайлер Джонс сохраняла серьезное выражение лица: «А что, если это произойдет ночью?» "Ночью… ночью…" Да, ночью, если ему понадобится справить нужду, кому она сможет позвонить? «Забудьте об этом, просто принесите мне пакет для писсуара…» "Хорошо." Кристин Куинн поспешно принесла из больницы удобный мочеприемник и передала его Скайлер Джонс: «Ты знаешь, как им пользоваться?» «У меня совсем нет сил ниже пояса, боюсь, я не смогу дотянуться». «Тогда я помогу тебе сесть». Кристин Куинн села на край кровати и помогла Скайлер Джонс подняться. ---------- Глава 835-431: Дополнительная история: Обретение давно утраченного тепла в нём 1_2 Скайлер Джонс долго держала в руках пакет для мочи, глядя на него. Кристин Куинн спросила: «Что с тобой не так?» Скайлер Джонс вздохнула: «Никогда в жизни не думала, что мне это понадобится». Кристин Куинн внезапно почувствовала ком в горле. «Может, вам стоит ненадолго выйти на улицу!» Кристин Куинн медленно поднялась, повернувшись к нему спиной. Она внимательно прислушалась к любым звукам, но поняла, что он долгое время не двигался. Наконец, она не удержалась и спросила: «Вы закончили?» Скайлер Джонс, прислонившись к изголовью кровати, ответил: «Я не могу этого сделать… Как это выглядит, когда взрослый мужчина с этим справляется?» Кристин Куинн медленно обернулась и увидела его с унылым видом, прислонившегося к изголовью кровати, рядом с которым все еще лежал мочеприемник. Скайлер Джонс рассеянно смотрела перед собой: «Тебе бы следовало выйти… Мне нужно побыть одной». «Оверский…» «В конечном итоге, вам неудобно обо мне заботиться… Давайте наймем сиделку, чтобы она присматривала за мной завтра!» Кристин Куинн быстро подошла к Скайлеру Джонсу и сказала: «Опекун тоже не может ухаживать за тобой 24 часа в сутки…» «Тогда мы сможем нанять трех или пяти сиделок, я это себе позволить могу», — в голосе Скайлер Джонс звучала некоторая самоирония. "Мне жаль…" "Глупышка, зачем ты передо мной извиняешься?" «Это потому, что я не учёл твои чувства… Позволь мне помочь тебе дойти до ванной!» "Ты не испытываешь ко мне отвращения?" «Дело не в том, что ты мне противна, просто…» Кристин Куинн покраснела от смущения, опустила голову и пробормотала: «Мне просто кажется, что это немного неудобно». «Учитывая, как хорошо мы знаем друг друга, действительно ли есть необходимость беспокоиться по этому поводу?» "Я…" «Не волнуйтесь, если вы поможете мне сесть в инвалидное кресло, я смогу сама доехать до ванной и позаботиться об этом». Услышав эти слова Скайлера Джонса, Кристин Куинн наконец вздохнула с облегчением: «Хорошо… я возьму инвалидное кресло». Она думала, что он хочет, чтобы она его поддержала — боже, как же она всё неправильно поняла. За дверью ванной комнаты лицо Кристин Куинн было раскрасневшимся. Хотя он и заехал внутрь на самокате, она все же немного волновалась из-за доставленных ему неудобств, поэтому подождала снаружи ванной комнаты. "Кристин." Внезапный голос испугал ее: "А?" Оказалось, Скайлер Джонс уже закончила в ванной и вышла. "Что ты здесь делаешь?" «Я… я боялся, что это доставит вам неудобства…» Неужели она осмелится войти, если он попадет в беду? Скайлер Джонс лукаво рассмеялся про себя. «Эй, над чем ты смеешься!» «Я смеюсь, потому что у тебя такое милое румяное личико». «Я совсем не краснею!» Скайлер Джонс с улыбкой подкатил свою инвалидную коляску к кровати. Кристин Куинн, ужасно смущенная, повернулась и вошла в ванную. Увидев, что унитаз уже смыт и нет никаких следов пропущенных капель, она почесала затылок и не могла не почувствовать к нему глубокое уважение. Он действительно очень меткий стрелок; она думала, что он точно промахнется… Эта черта характера мужчины просто поразительна! Кристин Куинн подошла к Скайлер Джонс и сказала: «Я помогу тебе лечь на кровать и отдохнуть!» "Мм." Скайлер Джонс опирался на инвалидную коляску, используя силу рук, а Кристин Куинн помогала ему постепенно встать. Однако никто не ожидал, что из-за того, что инвалидное кресло соскользнуло, тело Скайлера Джонса внезапно наклонилось набок. Кристин Куинн, опасаясь, что он упадет на пол, поспешно обняла его и уложила на кровать… Как назло, когда они упали на кровать, она чуть не соскользнула, но, к счастью, он вовремя ее удержал. Когда Кристин Куинн наконец вздохнула с облегчением, она поняла, что не только находится сверху, но и ее живот неудобно прижат к его паховой области. Эта сцена… определенно оставляла простор для воображения. "Простите… Простите, если я вас разочаровываю…" — пробормотала Кристин Куинн от смущения. «Всё в порядке, ты забыл, что у меня онемели ноги». "Ох… тогда отпустите меня!" Бог знает, как крепко он её обнимал, окутывая своим мужским ароматом. Неожиданно в тот момент Скайлер Джонс, используя свою силу, притянул Кристин Куинн ближе к себе. Кристин Куинн на секунду замерла: "Ты…" Глубокий взгляд Скайлера Джонса был прикован к ней, он не моргал, но не произнес ни слова. "Отпусти меня, отпусти…" Почувствовав жар, исходящий от его тела, она смутилась и разозлилась. Скайлер Джонс не хотела отпускать его, тихо спросив: "Ты действительно ненавидишь, когда я тебя обнимаю?" «Давай сначала пойдем, а потом поговорим!» «Я не отпущу тебя… Я хочу обнимать тебя так всю свою жизнь». "Эй… Я же уже сказал, что позабочусь о тебе." «Так ты всё ещё хочешь со мной развестись?» «Разве это еще не окончательно утверждено?» «Но вы же хотите…» «Это было раньше, а теперь, когда ты еще не полностью оправилась… я не разведусь с тобой». Боже, куда он дел свою руку — казалось, она лежала у нее на бедре. Этот… Кристин Куинн чуть не умерла от стыда. Скайлер Джонс сохраняла серьезное выражение лица: «Значит, если мое тело восстановится, ты все равно меня бросишь, верно?» «Давай поговорим об этом позже, позвольте мне начать…» «Если, как только я выздоровею, вы захотите меня бросить, то я лучше останусь парализованным на всю жизнь». «Не сглазь, ты говоришь ерунду, тебя не парализует на всю жизнь…» «Кристин, я знаю, что быть со мной вот так несправедливо по отношению к тебе, но я очень не хочу тебя отпускать…» Его слова, такие глубокие, такие трогательные, на мгновение повергли её в оцепенение. Он медленно поднял голову, обхватив ее голову руками… Как раз когда он собирался её поцеловать, она внезапно оттолкнула его и спрыгнула с кровати. Ему инстинктивно захотелось встать и обнять её, чтобы хорошенько поцеловать, а потом и сделать что-то большее… К счастью, последний здравый смысл подсказал ему не делать того, о чём он потом пожалеет. Знаете, с ней он не может торопиться, иначе наверняка отпугнет ее… Спрыгнув с кровати, Кристин Куинн создала между ними расстояние в целых три метра. Наблюдая за запыхавшейся от напряжения Кристин Куинн, Скайлер Джонс извинилась: «Извините, я просто…» «Надеюсь, следующего раза не будет». Обернувшись, Кристин Куинн больше ничего не сказала и ушла. Скайлер Джонс внезапно сел на кровати и с сожалением ударил по матрасу. Кристин Куинн больше не разговаривала со Скайлер Джонс до самого ужина. ---------- Главы 836-432: Дополнительная история – Заново обретение тепла в Нем 2 «Мама, где ты будешь спать сегодня ночью?» Мари начала разговор за ужином. Кристин Куинн ответила: «А где же еще я могла бы спать? Конечно, я буду спать с тобой». Мари была в шоке, ее губы сжались в букву «О»: «Ты не спишь с папочкой?» «Мэрилин Куинн, разве мама тебе не говорила, что детям не следует вмешиваться во взрослые дела?» «Но… папе нужен кто-то, кто будет присматривать за ним ночью. Если тебя не будет с ним, кто тогда будет присматривать за папой?» — бесстрашно спросила Мари еще один вопрос. «Мэрилин Куинн!!» Под предупреждающим взглядом матери Мари тут же опустила голову и начала запихивать еду в рот. Скайлер Джонс все это время хранил молчание, но каждое движение Кристин Куинн происходило у него на виду. После еды слуга втолкнул Скайлера Джонса в его комнату. Как только слуга ушел, Скайлер Джонс встал с инвалидного кресла. Черт возьми, сегодня был всего лишь тест, и он не ожидал такой бурной реакции… Ночью она его просто игнорировала. Похоже, он сильно переоценил себя; если он хочет завоевать её сердце, ему понадобится терпение… Стоя у панорамного окна в комнате, со своим красивым, холодным и суровым лицом, Скайлер размышлял о том, как загладить вину, когда раздался стук в дверь. Он откинулся на спинку инвалидного кресла и ответил: «Входите». К удивлению Скайлер, участницей оказалась Кристин Куинн. Скайлер резко подошел к ней, заметно понизив голос: «Я думал, ты все еще на меня злишься». Кристин покачала головой: «Давай не будем об этом говорить… Я пойду приму душ и отдохну. Если тебе что-нибудь понадобится, позови слугу, который стоит у двери». "Хорошо." С этими словами Кристина повернулась и ушла. Увидев удаляющуюся фигуру Кристин, Скайлер потускнела. Кристин вошла в комнату Мари, устало прислонившись к изголовью кровати. Мари принимала душ, и в ванной комнате слышался шум льющейся воды. Кристин положила голову на подушку, ее мысли были беспокойны, а брови нахмурены. Она сегодня чуть не попалась на эту удочку… Она была совершенно бесполезна, не в силах устоять перед его обаянием. Его слова были полны нежности и искренности, и ей действительно хотелось им доверять, но… Она всё ещё может ему доверять? Тринадцать лет назад она уже слышала его самые пленительные слова, но что она пережила за эти тринадцать лет? Его любовь к ней была отброшена, как старая туфля, он безжалостно звал ее туда-сюда, никогда по-настоящему не ценил ее… Как все эти события прошлого могли заставить ее снова ему доверять? "Мама…" В какой-то момент Мари закончила принимать душ и вышла из ванной в пижаме. Кристин вернулась к реальности: "Хм?" Мари забралась на кровать, укрылась одеялом и спросила: «Ты правда не собираешься спать сегодня с папой?» Кристин прислонилась щекой к кровати и спросила: «Когда ты вообще видела, чтобы я спала с твоим папой?» Мари, подражая позе матери и прислонившись щекой к кровати, сказала: «Но у папы сейчас все по-другому…» Кристин надулась: «Даже так, я не могу заботиться о нем 24 часа в сутки, 7 дней в неделю! Кроме того, что им могут воспользоваться, кто знает, что у него на уме». «Хорошо… Тогда ты спишь здесь. Мне утром в школу, поэтому я пойду спать первой». "Хорошо." Мари тут же легла. Чем больше она об этом думала, тем больше путалась в ее мыслях, и наконец Кристин просто взяла свою пижаму и направилась в ванную. После душа Кристин не удержалась и подошла к двери комнаты Скайлер. "Он тебя звал?" Кристина спросила слугу, стоявшего за дверью комнаты. Служанка покачала головой. Кристин слегка нахмурилась. Логично предположить, что ему понадобится помощь с купанием и сном, так почему же он никому не позвонил? После долгого колебания перед дверью Кристин наконец протянула руку и постучала. "Войдите." Услышав его ответ, Кристин вздохнула с облегчением. Осторожно толкнув дверь, Кристин вошла. Издалека Скайлер сидел у окна от пола до потолка, его спина выглядела такой одинокой и унылой. «Скайлер». Скайлер продолжала смотреть в окно и спокойно спросила: «Ты еще не спишь?» Кристин подошла сзади к Скайлер и тихо ответила: «Я как раз собиралась спать». «Давай, ты, должно быть, устала, что целый день обо мне заботилась. Отдохни». "Ты не собираешься спать?" «Я хочу остаться ещё ненадолго». «Тогда позовите слугу, когда захотите поспать!» "Хорошо." Вид спины Скайлера наполнил Кристин неописуемой печалью. Она понимала, что её перемена в поведении могла ранить его, но ей хотелось смягчиться. Если бы она слишком смягчила свое сердце, ей бы жадно захотелось большего, и она ясно дала понять: того, чего она жаждала, она никогда не получит от него. ---------- Главы 837–432: Дополнительная история: Вновь обретая утраченное тепло в Нем (Часть 2) "Кристин." Он внезапно окликнул ее, чтобы остановить уход. Кристин Куинн остановилась, услышав, как он развернул свою инвалидную коляску. Она стояла к нему спиной, слегка напрягая тело. «Я больше не причиню тебе вреда». "Зачем ты это вдруг сказал?" «Я просто хочу, чтобы ты знала, что в прошлом я сделал слишком много такого, что причинило тебе боль. Если ты не дашь мне еще один шанс из-за этого, я буду уважать твой выбор». Кристин Куинн внезапно обернулась и пристально посмотрела на Скайлер Джонс. Темные глаза Скайлер Джонс были глубокими, полными сожаления и нежности. «Скайлер, могу я задать вам несколько вопросов?» "Вперед, продолжать." «Если бы я рассказала тебе о своей болезни полгода назад, ты бы, всё ещё питавший ко мне ненависть, отпустил свою обиду и позаботился обо мне так же, как я забочусь о тебе сейчас?» Скайлер Джонс без колебаний ответил: «Я бы так и сделал». «Вы говорите правду?» «Я люблю тебя, Кристин Куинн… Не потому, что я осознал это после твоей потери, а потому что эта любовь всегда была в моем сердце. Просто я, никогда не желавший признавать поражение, не хотел признавать, что меня все еще так сильно волнует то, что я тебя «предал».» От его слов у нее на глазах навернулись слезы. Он посмотрел в ее заплаканные глаза и хрипло произнес: "Знаешь, почему я раньше был так одержим Беккой?" Кристин Куинн покачала головой. «Потому что у неё лицо очень похоже на твоё… Когда я впервые встретил её, я почти подумал, что это ты… Её невинность, живость, доброта и чистота были очень похожи на Кристин Куинн, которую я знал тринадцать лет назад… Поэтому я изо всех сил старался хорошо к ней относиться, даже зная, что это не ты. Но я всё равно хотел быть к ней добрым, потому что мне хотелось вернуться на тринадцать лет назад…» Слезы текли из глаз Кристин Куинн, стекая по щекам и смачивая ее нежное лицо. «Кристин, между нами было столько недоразумений, из-за которых мы упустили эти тринадцать лет… На самом деле, еще с того момента, как ты сказала мне, что твои два аборта были вызваны неспособностью твоего организма выносить беременность, я думал о том, чтобы вернуть утраченную красоту между нами… Но я все еще не мог отказаться от своей гордости, поэтому колебался. После этого мы были в разлуке больше месяца. В тот день я вернулся пораньше, чтобы откровенно поговорить с тобой о наших отношениях, но ты дала мне документы о разводе и сказала, что встречаешься с Джонатаном Гибсоном… В ту ночь я был очень зол, но у меня не хватило смелости догнать тебя, потому что я знал, что уже причинил тебе слишком глубокую боль…» Воспоминания о печальной сцене, когда она ушла той ночью, до сих пор трогают самые тонкие струны души Кристин Куинн. Кто бы мог подумать, как сильно она была разочарована в тот вечер, думая, что это было последнее прощание между ними… «Я не мог смириться с потерей тебя, поэтому спросил слуг, когда ты вернешься, думая, что пока ты готов вернуться, у нас еще есть шанс. Но потом ты оставил письмо, в котором сообщил мне, что никогда не вернешься, и только тогда я понял, что потерял тебя навсегда. Но я просто не мог жить в мире без тебя… Поэтому я в безумном порыве отправился в Лондон, чтобы найти тебя, и только когда нашел Джонатана Гибсона, узнал, что ты уже неизлечимо болен. Ты даже не представляешь, как сильно я ненавидел себя в тот момент. Я хотел покончить с собой…» Кристин Куинн, задыхаясь от волнения, спросила его, и слезы непрерывно текли по ее щекам: «Почему ты не сказал мне об этом раньше?» "Вы же знаете, я не из тех, кто хорошо объясняет вещи…" «Если бы ты сказал мне это тогда, возможно, я бы не согласилась встречаться с Джонатаном… Почему ты не сказал этого раньше?» Он приблизился к ней и внезапно обнял её. Она замерла на мгновение, не оказывая прямого сопротивления, но ее тело постепенно расслабилось, и наконец, она присела перед ним на корточки. Он протянул руку, чтобы погладить ее заплаканное лицо, и с грустью спросил: «Дорогая, ты готова дать мне еще один шанс начать все сначала с нами?» «Если бы это было раньше, я бы, возможно, не согласилась, но теперь…» Она пристально посмотрела на него со слезами на глазах и вдруг усмехнулась: «Ты парализован, а я, которая не знает, сколько ещё продержится моё сердце, может быть… едва справляюсь». "Значит, ты соглашаешься начать со мной всё заново?" Кристин Куинн энергично кивнула. Красивое лицо Скайлера Джонса озарилось улыбкой. Бог знает, как сильно ему хотелось встать и обнять её от радости в этот момент, но… В этот момент Кристин Куинн протянула руку и обняла его, прислонившись к его плечу и крепко зажмурив глаза, чтобы почувствовать его тепло, его дыхание, его тепло. Он больше ни о чём не мог думать, лишь крепко обнимал её. До его уха донесся ее дрожащий голос: "Я люблю тебя, Скайлер…" Он медленно отстранил её, глядя на её лицо, покрытое слезами. Внезапно он обхватил её голову и страстно поцеловал. Это был их первый взаимный поцелуй за тринадцать лет, хотя за эти годы у них были интимные отношения много раз. Она была совершенно неопытна, а он был полон тоски. Его язык направлял её язык, чтобы она смогла насладиться этим чистейшим поцелуем между мужчиной и женщиной… Она медленно обхватила его шею руками, прижавшись к нему, учась у него, жаждая большего. Они были подобны людям в пустыне, которые искали воду и жаждали увидеть оазис, поэтому они жадно вкушали сладость друг друга… После поцелуя он отпустил ее, наконец удовлетворившись; ее губы уже распухли от поцелуев, и теперь она тяжело дышала. Он снова обнял её и нежно поцеловал в волосы. Она обнимала его, прижимаясь к нему… Впервые за тринадцать лет она почувствовала такое спокойствие телом и душой, впервые мирно устроившись в его объятиях, впервые обрела тепло, которого так долго не хватало… Она хотела быть с ним вечно. В ту ночь Кристин Куинн осталась в номере Скайлер Джонс. На следующее утро Мари постучала в дверь рано… "Папа, папа…" Услышав шум, Кристин Куинн что-то пробормотала, медленно открывая глаза после объятий Скайлер Джонс и сонно глядя на неё: «Кто снаружи?..» «Наша дочь». "Хм?" Услышав это, Кристин Куинн тут же проснулась, быстро села, поправила одежду и встала с кровати. Скайлер Джонс с улыбкой посмотрела на Кристин Куинн, заметив её нервозность: «Чего ты боишься?» Кристин Куинн смущенно сказала: «Если бы меня вот так застала наша дочь, куда бы я дела лицом?» ---------- Главы 838–433: Дополнительно: В сердце снова обнаруживаются отклонения от нормы. «Мы собираемся это скрывать от дочери?» «Позвольте мне сначала поговорить с ней». "Хорошо!" Кристин Куинн подошла к двери и открыла ее с серьезным выражением лица. Как только Мари увидела Кристин, выходящую из комнаты Скайлер Джонс, ее глаза мгновенно расширились: «Мамочка, ты…» "Э-э, я… не понимаю неправильно… Мы с твоим папой… мы…" Мари вздохнула с облегчением: «Я не видела тебя сегодня утром. Я думала, ты снова меня бросил, как в прошлый раз. Значит, ты был в папиной комнате! Вы с папой…» Ее маленькое личико озарилось восторгом. Кристин неловко улыбнулась: «Ну…» «Мари, заходи, папа тебе все объяснит». Голос Скайлер Джонс спас ужасно смущенную Кристин. Мари взволнованно вбежала в комнату. Кристин, чувствуя себя неловко, незаметно проскользнула в ванную. Когда Кристин закончила мыть посуду и вышла, Мари уже не было в комнате. Кристин подошла к постели и с любопытством спросила Скайлера Джонса: «Где Мари?» «Она ходила в школу». «А, вы ей рассказали?» Скайлер улыбнулась и потянула Кристин к себе: «Да, наша дочь очень счастлива». Кристин опустила голову, покраснев: «Я так стесняюсь». «Чего стесняешься? Мы же женаты, в конце концов». «Но наши отношения всегда были такими неловкими, и вдруг… вот так, даже мне немного сложно к этому приспособиться». Скайлер усмехнулась: "Пойдем…" "Хм?" "Иди ко мне в постель и останься со мной еще немного." Кристин покачала головой: «Я больше не хочу спать. Ты можешь поспать еще немного, а когда проснешься, я помогу тебе с реабилитацией. Врач сказал, что тебе нужно продолжать физиотерапию». Соблазнительный голос Скайлер манил ее: «Посиди со мной минутку…» Не в силах отказать Скайлер, Кристин села на край кровати. Неожиданно, как только она села, его сильная рука резко потянула ее за собой, и она упала в его объятия. "Ах…" Кристин вздрогнула, обнаружив себя сверху на нём. Кристин мгновенно почувствовала себя застенчивой и смущенной, нежно похлопала его по крепкой груди и пробормотала: «Что ты делаешь?» Скайлер пристально смотрел на покрасневшее лицо Кристин, словно сдерживая себя, и хрипло произнес: «Разве ты не знаешь, чего я хочу?» Любой взрослый мог понять, чего Скайлер в тот момент хотела… К сожалению, Кристин притворилась невинной. «Не знаю… отпустите меня. Я голоден; хочу спуститься вниз позавтракать». Крепко сжатая, сильная рука Скайлер обхватила бедро Кристин, и она смотрела на нее так, словно искала ее согласия. Почувствовав пылкий взгляд Скайлера, Кристин очень смутилась и могла лишь избегать его глаз. Однако Скайлер поднял раскрасневшееся лицо Кристин, заставив ее посмотреть на него, и серьезным тоном спросил: «Знаешь, о чем я думал прошлой ночью, когда укачивал тебя?» «О чём ты думала?» — небрежно спросила Кристин. «Я думал о том, как бы ты выглядел без одежды». Кристин чуть не подавилась собственной слюной. "Ты, ты, ты…" Она почувствовала, как ее лицо покраснело до самых кончиков ушей. "Я хочу тебя, Кристин…" Его тёплое дыхание обдавало её ухо, словно дразня. Она сжала плечи и сказала: «Не делай этого, мне щекотно…» Он поднял голову и нежно поцеловал ее нежную шею, разжигая в ней желание до предела. Она так дразнила себя, что ее голос звучал как тихие стоны: «В твоем состоянии ты все еще можешь это делать?» «Повреждены только нервы в позвоночнике, отвечающие за ходьбу, важные части не пострадали…» «Парализованность, должно быть, как-то влияет на жизнь, верно?» «Почему бы вам не попробовать и не убедиться в этом сами…» "Ах…" После этого Кристин, задыхаясь, лежала в объятиях Скайлер… Впервые за все эти годы она лежала в его объятиях, слишком стесняясь, чтобы смотреть на него. Бог знает, поскольку он не мог двигаться, ей пришлось взять инициативу в свои руки… Это было ужасно неловко!! К счастью, посреди неловкой ситуации раздался внезапный стук в дверь, тук-тук… «Мистер Джонс». Скайлер с удовлетворением посмотрел на застенчивое выражение лица Кристин у себя на руках, затем внезапно услышал стук слуги, слегка нахмурился и спросил: «Что случилось?» «Снаружи мистер Дуглас, а здесь мисс Дуглас, она пришла вас видеть». Имя «Дуглас» заставило Скайлер и Кристин на мгновение остановиться. «Мистер Дуглас сказал, что если вы его не увидите, он будет ждать вас у нас дома неопределенное время». ---------- Главы 839-433: Дополнительная история: У нее снова обнаружены отклонения в работе сердца_2 "Дорогая, я ненадолго уйду…" Скайлер Джонс сказал это, целуя Кристин Куинн в лоб и накрывая ее обнаженное тело одеялом. Кристин Куинн плотно завернулась в одеяло, ее лицо покраснело, и она спросила: «Мистер Дуглас…?» «Отец Дженнифер Дуглас». Лицо Кристин Куинн мгновенно побледнело еще сильнее. Скайлер Джонс поспешно поддержала Кристин Куинн: «Не стоит слишком много думать… Я вам уже объяснила, у меня нет никаких существенных отношений с Дженнифер Дуглас». Кристин Куинн кивнула: «В любом случае, раз уж они здесь, тебе следует пойти к ним». "Блин!!" Кристин Куинн наклонилась, чтобы поднять одежду Скайлер Джонс из-под кровати: «Ты можешь одеться сама?» "Мм." «Тогда я тоже пойду переоденусь». "Хорошо." Завернувшись в одеяло, Кристин Куинн спрыгнула с кровати, подняла одежду с пола и пошла в ванную. Это Кристин Куинн столкнула Скайлер Джонс вниз по лестнице. Чарльз Дуглас и его дочь были очень удивлены, увидев Кристин Куинн, спускающуюся по лестнице вместе со Скайлер Джонс. "Разве ты уже не ушла от Скайлер?" Дженнифер Дуглас недоверчиво посмотрела на Кристин Куинн. Кристин Куинн спокойно ответила: «Мы с ним женаты, как мы могли так легко расстаться?» Дженнифер Дуглас сердито воскликнула: «Ты обещала мне развестись с ним!!» «Это было раньше… теперь мы помирились». «Подождите минутку». В этот момент Дженнифер Дуглас заметила Скайлер Джонс, сидящую в инвалидном кресле, нахмурилась и нервно спросила: «Скайлер, что случилось с твоей ногой?» Скайлер Джонс не ответила Дженнифер Дуглас, а вместо этого равнодушно спросила: «Зачем вы здесь?» «Э-э, я… я пришел вас навестить». «Мне казалось, я всё вам достаточно ясно объяснил». Увидев холодное отношение Скайлер Джонс к его дочери, Чарльз Дуглас не смог удержаться и упрекнул её: «Скайлер Джонс, что вы имеете в виду, разговаривая так с моей дочерью? Вы теперь знаете, что моя дочь…» Дженнифер Дуглас прервала Чарльза Дугласа: «Папа, пожалуйста, уходи, я сказала, что сама разберусь со своими делами…» "Дженнифер, папа просто…" В этот момент Дженнифер Дуглас уже вытолкнула Чарльза Дугласа из коридора. После того как Чарльз Дуглас покинул виллу Скайлера Джонса, Дженнифер Дуглас вернулась в холл, улыбнувшись Скайлеру Джонсу: «Извини, ты же знаешь, что у папы всегда был импульсивный характер…» Скайлер Джонс холодно сказала Дженнифер Дуглас: «Говори всё, что хочешь сказать!» Дженнифер Дуглас улыбнулась: «Вообще-то, ничего особенного. Я приехала в Y City с папой, чтобы уладить кое-какие дела. Зная, что ты тоже в Y City, я решила заглянуть… Кстати, что случилось с твоей ногой?» «С ним все в порядке, он просто поранился, через некоторое время все будет хорошо». Объяснила это Кристин Куинн. Услышав это, Дженнифер Дуглас вздохнула с облегчением: «Почему вы так беспечны?» «Мне не нужна ваша забота… Если больше ничего не нужно, пожалуйста, уходите!» — безэмоционально сказала Скайлер Джонс. В глазах Дженнифер Дуглас читалась заметная боль, но она не показала её перед Скайлер Джонс, а лишь спокойно сказала: «Я не из тех, кто будет меня донимать, в конце концов, мы никогда по-настоящему не встречались, я просто пришла сегодня сказать несколько последних слов… после этого я больше тебя не буду искать». «Скажи это». Скайлер Джонс хотел поговорить с Дженнифер Дуглас в присутствии Кристин Куинн, чтобы Кристин знала, что между ним и Дженнифер нет ничего предосудительного. Дженнифер Дуглас взглянула на Кристин Куинн: «Не могли бы вы нас на минутку извинить? Я хочу поговорить со Скайлер наедине». Скайлер Джонс вмешалась: «Ей не нужно уходить, просто скажи то, что ты хочешь сказать». Дженнифер Дуглас все еще смотрела на Кристин Куинн: «Все в порядке?» Напомнив, что Дженнифер Дуглас ранее сдержала свое обещание не причинять вреда ей и Мари, Кристин предоставила ей это право. «Ты можешь с ней поговорить!» — сказала Кристин Скайлер Джонс, прежде чем повернуться и направиться наверх. "Кристин…" Скайлер Джонс окликнула Кристин, желая остановить ее, но та уже поднялась по лестнице на второй этаж. Лишь когда Кристин Куинн ушла, Дженнифер Дуглас снова обратила взгляд на Скайлер Джонс. Скайлер Джонс посмотрел на нее мрачным и холодным взглядом и холодно произнес: «Я думал, что ясно дал тебе понять это в Нью-Йорке…» «Я уже говорил, что не собираюсь тебя беспокоить, в конце концов, мы с самого начала договорились не затрагивать чувства… Я просто слышал, что ты планируешь продать «Оверский», поэтому пришел проведать тебя». «Между нами нет причин для подобных опасений». «Я знаю, поэтому и сказал, что это последний раз, когда я буду тебя искать». "Это всё, что вы хотели сказать?" Дженнифер Дуглас слегка покачала головой: «Есть вещи, которые я хотела сказать, но вдруг мне больше не хочется их говорить… Мне любопытно, вы с Кристин Куинн действительно снова сошлись?» Скайлер Джонс ответил на вопрос: «Да». Дженнифер Дуглас глубоко вздохнула и кивнула про себя: «Поздравляю с тем, что вы наконец-то разрешили недоразумения и препятствовали общению с любимым человеком… Желаю вам двоим счастья». Скайлер Джонс ничего не сказала. Дженнифер Дуглас лучезарной улыбкой посмотрела на Скайлер Джонс: «Мне больше нечего сказать, я просто хотела попрощаться с тобой, не делая этого перед своей соперницей… Я ухожу, Скайлер, до свидания». Сказав эти слова, Дженнифер Дуглас ушла, не оставив и следа своего пребывания. Когда Дженнифер Дуглас повернулась, чтобы уйти, она почувствовала, что взгляд Скайлер Джонс не последовал за ней. Семейный автомобиль был припаркован возле виллы Скайлера Джонса. Оказавшись в машине, Дженнифер Дуглас взяла отца под руку и, смеясь, спросила: «Папа, ты на меня злишься?» Чарльз Дуглас, фыркнув и ударив тростью, сказал: «У меня такая никчемная дочь, как ты? Как я могу не злиться?» Дженнифер Дуглас прислонилась к плечу Чарльза Дугласа и уныло произнесла: «Папа, когда я впервые встретила его, он сказал мне, что никогда не будет испытывать ко мне чувств. Я просто думала, что со временем смогу изменить его мнение, пока сегодня не увидела, как он смотрит на Кристин Куинн. Тогда я наконец поняла, как сильно он всегда любил её…» «Мне всё равно, кого он любит, теперь, когда ты…» «Больше ничего не говори, папа… Я не хочу портить ему настроение, давай вернёмся!» «Ни за что, я не позволю этому наглецу Скайлеру Джонсу издеваться над тобой, понимаешь…» ---------- Главы 840–434: Дополнительная история: Мистер Джонс всё ещё в расцвете сил 1 «Ну да ладно, в наше время кого еще травят… Я иду домой, иду домой. Лучше устройте мне свидания. Мне нужно жениться». Когда Скайлер Джонс вернулась в комнату, Кристин Куинн сидела у большого окна и любовалась пейзажем за окном. Атмосфера была совершенно иной, чем всего мгновение назад. "Кристин." Скайлер тихонько окликнул. Кристин очнулась от своих мыслей, встала и подошла, чтобы помочь ему с инвалидным креслом, ввезя его в комнату. «Только что о Дженнифер Дуглас…» Кристин подтолкнула Скайлера к дивану, затем сама села на него и посмотрела на него. «Я в порядке… Бекка уже рассказала мне о том, что Дженнифер Дуглас поехала в Нью-Йорк, чтобы найти тебя». Скайлер взяла Кристин за руку: «Ты должна мне поверить, я сделала это только для того, чтобы спровоцировать тебя тогда…» В то время всё было противоречием. С одной стороны, он не хотел, чтобы ей было легко, но в то же время хотел понять, действительно ли она о нем заботится… Столько противоречивых чувств на протяжении стольких лет, что в конечном итоге привело к накоплению огромного количества боли. "Я верю тебе…" Скайлер подняла руку Кристин и нежно поцеловала её: «У тебя такая холодная рука». Кристин улыбнулась: «Тогда подогрей его для меня…» "Хорошо." Затем Скайлер положил руку Кристин себе на грудь. Она была ошеломлена: «Разве ты не должен был подогреть его для меня?» Скайлер слабо улыбнулась: «Я хочу согреть тебя своим сердцем». Кристин мило улыбнулась: «Дурак». Они с нежностью посмотрели друг на друга. В этот момент у Кристин зазвонил телефон. Кристин достала телефон, чтобы проверить. Это была Бекка. Она улыбнулась Скайлеру: «Извини, мне нужно ответить на этот звонок, это Бекка…» "Хорошо." Кристин подошла к окну и нажала кнопку ответа: «Бекка». "Сестрёнка, прости, что в последнее время была занята плановыми осмотрами у беременных и не могла отвечать на твои звонки…" «О, ничего страшного. Я просто хотела сказать, что мы со Скайлером в городе Y». «Знаю, Говард мне сказал, и я также слышала от Говарда, что Джонатан Гибсон уехал в Нью-Йорк один… Ха-ха, сестрёнка, ты планируешь снова сойтись с мистером Джонсом?» — Ребекка Квентин лукаво рассмеялась. Кристин взглянула на Скайлер, которая находилась неподалеку, но не слышала ее разговора с Ребеккой, и улыбнулась: «Ты права, я согласилась быть с ним». Ребекка всегда ожидала такого результата, но когда услышала, как Кристин объявила об этом, она была потрясена: «О боже… Сестра, ты серьёзно?» Она всегда думала, что мистеру Джонсу будет трудно вернуть расположение её упрямой сестры. "Да." "Расскажите… как вы вдруг передумали?" «Бекка, с тобой сейчас кто-нибудь есть?» «Почему ты спрашиваешь? Нас всего двое — я и Говард, но он уже спит…» Кристин посмотрела на Скайлер вдалеке, на ее губах появилась легкая улыбка, и она сказала: «Бекка, я хочу рассказать тебе об этом только сейчас, поэтому, пожалуйста, сохрани это в секрете». "А? Что это?" «У меня несколько дней назад начало болеть сердце». "Что?" «Не говори так громко, Скайлер недалеко от меня, я сейчас разговариваю и смеюсь с тобой…» "Сестра…" Голос Ребекки Квентин сдавлен рыданиями. Кристин все еще улыбалась: «В прошлый раз я решила уйти от вас всех и жить так, как хотела. К сожалению, оказавшись на острове, я поняла, что это не та жизнь, которую я хотела… К счастью, небеса не обошлись со мной слишком несправедливо и дали мне еще один шанс, поэтому теперь я выбрала ту жизнь, которую действительно хочу в глубине души… Надеюсь, вы не грустите, жизнь и смерть предопределены судьбой, и я давно с этим смирилась…» «Нет, я прямо сейчас еду в город Y». Ребекка Квентин уже безудержно рыдала. Кристин строго сказала: «Ты вот-вот родишь; как ты можешь сюда прийти?» Ребекка Квентин со слезами на глазах ответила: «Я не могу просто смотреть, как ты умираешь… должен быть другой выход». «Дурак, со мной все в порядке, разве я сейчас не в порядке, разговаривая с тобой? Я говорю тебе это, потому что знаю, что ты сможешь это выдержать. Если не сможешь, я больше никогда не расскажу тебе о своих проблемах». "Сестра…" «Ладно, хватит, уже поздно, ложись спать… Запомни, не приезжай в город Y, иначе я очень расстроюсь». "Но…" Не дав Ребекке возможности сказать что-либо еще, Кристин перебила: «Я кладу трубку. Обещаю, что буду беречь себя, и если что-то случится с моим здоровьем, я сразу же вам сообщу». ---------- Главы 841-434: Дополнительная история: Президент Джи всё ещё в расцвете сил 1_2 Сказав это, Кристин Куинн повесила трубку, не дожидаясь ответа Ребекки Квентин. Кристин Куинн вернулась к Скайлер Джонс с улыбкой. Она сказала: «Бекка до сих пор как ребенок, каждый раз, когда она со мной разговаривает, мы долго болтаем». «Когда у неё роды?» "Хм, похоже, крайний срок — 5-е число следующего месяца…" «Когда у неё родится ребёнок, у Мари будет примерно летний отпуск, и наша семья сможет поехать к ней в Нью-Йорк». "Хорошо." Скайлер Джонс протянул руку. "Иди сюда…" Кристин слегка улыбнулась и взяла Скайлер Джонс за руку. Скайлер Джонс повернул свою длинную руку, чтобы Кристин села ему на колени. Кристин инстинктивно воскликнула и хотела слезть с его колен, но он крепко обнял ее за талию. Кристин, не совсем привыкшая сидеть у него на коленях, покраснела: «Что ты делаешь?» Скайлер украдкой поцеловал её в покрасневшую щёку, крепко обнял и довольно сказал: «Давно я тебя так не обнимал…» Да, прошло уже больше десяти лет, и когда-то эти действия казались им совершенно естественными. «Эй, мы уже не дети, и мне кажется, что делать такие вещи не совсем правильно». "Тогда какие вещи нам подходят? Взрослые вещи?" "Скайлер Джонс, сейчас средь бела дня, никаких выходок!" Скайлер озорно рассмеялась и прошептала ей на ухо: «Хорошо, тогда сделаем это сегодня вечером». "Привет…" «Ладно, ладно, давайте перестанем дразнить друг друга, давайте поговорим о чём-нибудь серьёзном». Кристин удобно устроилась на коленях у Скайлер Джонс, покачивая ногами, и сказала: «Говори». "Ты снова меня бросишь?" Кристин повернула лицо, чтобы увидеть нежное выражение лица Скайлер Джонс: «Ты боишься, что я тебя сейчас брошу?» Скайлер серьезно кивнула. Кристин улыбнулась и спросила в ответ: «Как думаешь, я тебя брошу?» «Я думаю, вы этого не сделаете». Кристин протянула руку и игриво ущипнула Скайлера Джонса за красивое лицо: «Конечно, нет. Если я уйду, кто будет о тебе заботиться, ты, инвалид?» Скайлер, похоже, наслаждалась подколками Кристин и небрежно спросила: «А что, если я тогда не инвалид?» Было бы здорово, если бы вы не были инвалидом… «То есть, если бы я не была инвалидом, вы бы захотели вернуться ко мне?» "Это…" "Хм?" Кристин широко раскрыла глаза, глядя на Скайлер Джонс, намеренно делая вид, что собирается ответить, но в конце концов резко произнесла: «Извините, я не отвечаю на гипотетические вопросы, если только вы не встанете прямо сейчас, тогда я смогу ответить вам». "Непослушная". Скайлер усмехнулась, внутренне беспокоясь о своем уклончивом ответе. До этого он перепробовал все возможные способы, чтобы вернуть её к себе, но теперь, когда ему это наконец удалось, он почувствовал себя неспокойно… Если однажды она узнает, что он использовал «паралич», чтобы обманом заставить ее вернуться, рассердится ли она и снова уйдет? Раньше он думал, что все легко разрешится, как только она вернется к нему, но теперь понимает, что это, похоже, создаст большие проблемы. Ложь не может длиться всю жизнь, поэтому он должен пресечь эту ложь на ранней стадии, иначе чем дольше она будет длиться, тем больше проблем возникнет. «Кстати, что только что сказала тебе Дженнифер Дуглас?» — вдруг с любопытством спросила Кристин. Скайлер откровенно ответила: «Ничего, просто слова поддержки». Вспомнив нерешительное поведение Чарльза Дугласа перед Скайлер, Кристин спросила: «Правда?» Скайлер нервно сказала: «Если вы мне не верите, я могу прямо сейчас показать записи с камер видеонаблюдения на вилле». "Эй, я не сомневаюсь в твоих словах, я просто спрашиваю между делом…" Скайлер крепко обнял Кристин, повернув голову, чтобы насладиться ароматом ее шеи: «Обещаю, она больше не появится». Кристина с оттенком ревности сказала: «Она, кажется, очень за тебя переживает… Когда она увидела, что ты хочешь продать «Оверский», она тут же прилетела из Нью-Йорка, чтобы тебя увидеть. Думаю, она к тебе очень привязана. Почему бы тебе не подумать об этом…» В этот момент Скайлер сильно укусила Кристин за шею. "Ах!" Скайлер хрипло произнесла: «Не поднимай снова старые темы». «Ты меня очень сильно укусила!» — раздраженно втянула шею Кристин. — «Я не пытаюсь тебя в чем-то спровоцировать, я серьезно…» Скайлер наклонилась, чтобы откусить еще кусочек. На этот раз Кристин крикнула еще громче: «Эй, что ты делаешь?..» «Никогда не пытайтесь переложить меня на кого-нибудь другого». Выслушав его властное предупреждение, Кристин почувствовала утешение в сердце: «Ладно, я просто пошутила. Даже если бы я захотела отдать тебя Дженнифер Дуглас, она могла бы тебя и не захотеть. Не забывай, я еще не рассказала ей о твоем параличе… Она молода и красива, раньше она была очарована тобой, потому что ты был красивым и богатым, а теперь, когда у тебя проблемы с нижней частью тела и ты старше, почему она все еще должна тебя хотеть?» "Что?" — хитро прищурилась Скайлер. Кристин повернулась и посмотрела на него: "Хм?" Скайлер прищурился, превратив глаза в лукавую щель: "Опять жалуешься, что я старый?" Кристин озорно рассмеялась: «Ну, ты же уже старая!» «Мужчины в возрасте сорока лет как раз достигают расцвета своей карьеры». "Да, да, всё ещё очаровательно, просто…" "И что же?" Кристин вызывающе взглянула на нижнюю часть тела Скайлер: «Некоторые функции, возможно, уже ухудшились». Скайлер внезапно ущипнул Кристин за талию, заставив ее сесть прямо ему на колени, крепко прижался к ней, прищурился и злобно посмотрел на нее: "Ты чувствуешь?" Она тут же покраснела от смущения, и прежде чем успела извиниться перед одним человеком, тот уже воспользовался возникшим жаром, чтобы заставить её молить о пощаде… Полдень. Во время обеда Мари продолжала смотреть на Кристин. «Что случилось, дочка?» Кристин почувствовала себя неловко из-за пристального взгляда дочери и не удержалась от вопроса. Мари моргнула и спросила: «Почему у тебя такое красное лицо?» "А?" Лицо Кристин покраснело еще сильнее, когда Мари так спросила: «Правда?» «Да, у тебя лицо краснее яблока». Кристин протянула руку и прикоснулась к своему лицу: «Э-э, может быть, это потому, что сегодня жарко…» "Но мама…" "Хм?" ---------- Глава 842–435: Дополнительно: Мистер Джонс всё ещё в расцвете сил 2 «Что это за синяк у тебя на шее?» "Я… я правда это делаю?" — голос Кристины внезапно стал неестественным, и она невольно подняла воротник. «Мама, ты поранилась?» «Я, я, я… я случайно поранился». Кристин Куинн украдкой взглянула на человека, который в данный момент серьезно ел. Несмотря на тревожный характер ее разговора с дочерью, он оставался совершенно спокойным, как ни в чем не бывало, и спокойно наслаждался едой. Бог знает, она специально переоделась в платье с высоким воротником, но это все равно не смогло скрыть след от поцелуя на шее… Это всё его вина, он просил о каких-то «преимуществах» и в итоге целовал её повсюду… Если бы Мари не вернулась именно тогда, даже всё это не смогло бы его отвлечь… Поэтому она смогла надеть только свитер с высоким воротником, но в нем ей было так жарко, что она вся покраснела. «Мама, хочешь, я осмотрю твою ранку? В школе нас учили основам оказания первой помощи. Возможно, я смогу помочь». «Э-э, не нужно, этот небольшой синяк заживёт через несколько дней…» "Ой." «Поторопитесь и поешьте…» "Хорошо." Увидев, что Мари наконец перестала зацикливаться на шее, Кристин осмелилась немного размять шею и продолжить обед. Во время еды она часто украдкой поглядывала на него, но он оставался спокойным, как будто ее «травма» не имела к нему никакого отношения, что заставляло ее тихо бормотать: «Лицемер». После обеда, когда Мари ушла в школу, Кристин, как обычно, повезла Скайлера Джонса на прогулку в их сад. «Почему ты молчишь?» — нарушила молчание Скайлер. «Я думал о твоих ногах… Я чувствую что-то странное в них». «Как это странно?» «Многие люди с параличом нижних конечностей, кажется, не так оптимистичны, как вы…» "Как же так?" «Помимо неподвижных ног, у них нарушены и другие функции…» «Вы имеете в виду сексуальную функцию?» «Не говорите так прямо, главное, чтобы вас поняли». Скайлер усмехнулась: «Значит, ты все это время молчала, думая об этом…» «Эй, не пойми меня неправильно, я думал о твоем состоянии». «О? К каким выводам вы пришли?» Кристин внезапно подошла к нему и серьезно сказала: «Подумай об этом, твоя нижняя часть тела, за исключением ног, все еще функционирует нормально. Это показывает, что твой паралич — более оптимистичный случай, чем обычно. Поэтому я думаю, что заявления врачей о том, что ты можешь оказаться в инвалидном кресле, несколько поспешны. Я думаю, ты сможешь снова встать, если будешь продолжать заниматься физиотерапией». Скайлер спросила: «Ты действительно надеешься, что мои ноги восстановятся?» Кристин энергично кивнула: «Конечно… в вашем нынешнем состоянии это действительно немного…» «Прошло всего несколько дней, а ты уже жалуешься?» «Нет, я просто чувствую, что было бы жаль, если бы твоя блестящая жизнь прошла в инвалидном кресле, поэтому я…» «Похоже, вам есть что мне сказать». Кристин хихикнула: «Я вот думаю, может, мне стоит поискать других врачей, чтобы они меня осмотрели? Может, врачи в той больнице не такие уж и авторитетные…» Сердце Скайлера замерло, он насторожился: "У тебя есть рекомендация получше?" "Хм, хм… позвольте мне сказать, у Джонатана много друзей-врачей, в том числе и тех, кто специализируется на лечении паралича, так почему бы нам не…" Выражение лица Скайлер похолодело: «Я не в том положении, чтобы нуждаться в его помощи». Кристин быстро наклонилась и ласково обняла его красивое лицо: «Пусть друзья-врачи Джонатана посмотрят. Я уже спросила его, и он сказал, что его друг вылечил многих пациентов с параличом…» Скайлер категорически отказалась: «Мне это не нужно!!» Кристина умоляла: «Неужели ты хоть раз не можешь отбросить свою гордость и воспринять это как рекомендацию от подруги?» «Мы с Джонатаном больше не друзья». Он не забыл, как Джонатан вмешался в самый уязвимый момент их отношений. «Эй, ты действительно так сильно затаил обиду?» «Он держал тебя за руку, обнимал, а ты всё ещё хочешь, чтобы я относился к нему как к другу?» Кристин цокнула языком, скрестила руки и сказала: «Мистер Джонс, вам не кажется, что ваше мышление немного старомодно? Я собиралась с ним встречаться, разве нельзя держаться за руки и обниматься? А вы, с мисс Дуглас, даже не встречались, а чуть не оказались в постели. Должна ли я теперь обвинить вас в том, что вы прикасались к ней, обнимали ее и целовали?» ---------- Глава 843-435: Дополнительно: Мистер Джонс всё ещё в расцвете сил 2_2 «Таким образом, я теперь провел с ней четкую черту». "Ты хочешь сказать, что мне тоже следует провести четкую границу в отношениях с Джонатаном?" "Естественно, теперь ты моя женщина." "Ты совершенно неразумен… неужели отношения с тобой означают, что я не могу иметь друзей?" «Женские подруги — это нормально, мужские… извините, — нет». «А что насчет Говарда Джеффри?» «Теперь он принадлежит вашей семье». "Кашель…" Кристин внезапно осознала, что этот человек был просто эгоистичным, властным, неразумным и мелочным мужчиной. Она действительно удивилась, как вообще могла в него влюбиться. Но если подумать, он всегда был таким… Более десяти лет назад она лишь однажды упомянула ему, что один из сотрудников компании довольно симпатичный, и на следующий день больше никогда не видела этого сотрудника на работе. Действительно… Случай ошибочного суждения! «О чём ты так долго думаешь?» "Ничего… абсолютно ничего!" Скайлер Джонс проницательно посмотрела на нее: «Ты опять критикуешь меня в глубине души?» Обладает ли он рентгеновским зрением? Кристина мысленно ворчала. «Вовсе нет… мне нечего плохого о вас сказать». "Это правда." Фу, он действительно умеет воспользоваться любой возможностью, такой бесстыжий. Скайлер протянул свою длинную руку, чтобы притянуть Кристин к себе, нежно поглаживая ее: «Хорошо, тогда это всего лишь визит к врачу, я пойду». «Хорошо, я свяжусь с Джонатаном позже». «Нет, вам не нужно с ним связываться, я уже нашла известного врача, который может вылечить мои ноги». Кристин взволнованно спросила: «Кто… кто это?» «Вы тоже знаете этого человека…» «Я их тоже знаю?» «Честер Робинсон». "Хм?" Кристин в шоке спросила: «Вы имеете в виду Честера? Того самого «доктора Робинсона», который очень любит Бекку?» «Судя по вашим словам, он вам тоже очень нравится?» «Конечно, он элегантен и джентльмен, особенно эффектно выглядит в белом халате». Скайлер нахмурилась: «Ты уверена, что хочешь выразить свое восхищение другим мужчиной в присутствии своего мужа?» "Эй, даже при этом ты начинаешь ревновать, не ведёшь себя слишком мелочно?" «Я никогда не был щедрым». Кристин моргнула, глядя на его невозмутимое поведение, и невольно покачала головой. Сказать, что он так мелочно себя ведёт — этого человека уже не спасти. Затем Скайлер сказала: «Честер будет моим лечащим врачом и поможет мне в лечении». Кристин с сомнением спросила: «Насколько мне известно, Честер — авторитет в гинекологии. Именно он лечил бесплодие Бекки. С каких это пор он лечит паралич? И разве он не был овощем?» «Он проснулся…» "Что?" Кристина удивленно прикрыла рот рукой и воскликнула: «Ты сказала, что Честер проснулся?» «Это случилось две недели назад». Кристин все еще не могла поверить своим глазам: «Боже мой, он действительно проснулся?» "Да…" «А что насчет Алисы?» «Пока это неясно, известно лишь, что он рад, что Алиса подарила ему дочь». "Ух ты… какое чувство счастья." Скайлер крепко обняла Кристин: «Я тоже сделаю тебя счастливой». Кристин прижалась к Скайлер и тихо сказала: «Я тебе верю». Скайлер притянула Кристин к себе и поцеловала ее в щеку. С теплыми чувствами в сердце Кристина снова спросила: «Так он действительно может помочь вам вылечить паралич?» Скайлер кивнул: «Конечно, он является лауреатом международной медицинской премии, поэтому обладает выдающимися знаниями в различных областях медицины». «Ух ты, тогда давайте найдем время, чтобы съездить в Т-Сити и увидеть его». «Ммм». Полдень. Кристин долго ждала в кафе, и наконец приехала Дженнифер Дуглас. Дженнифер демонстрировала свою женственность только перед Скайлер. В присутствии других она обычно вела себя как впечатляющая и элегантная наследница. Дженнифер скрестила ноги и элегантно села напротив Кристин, сняв солнцезащитные очки, чтобы показать слегка накрашенное, свежее лицо. «Интересно, что задумала миссис Джонс, пригласив меня сегодня куда-нибудь?» «Сегодня я вышла под предлогом похода по магазинам, поэтому у меня не так много времени на болтовню. Перейду сразу к делу… зачем ты пришла сегодня к Скайлер?» «Даже Скайлер этого не заметила, а ты заметила». «Расскажите, что вы изначально хотели сказать Скайлеру?» Дженнифер подняла бровь: «Поскольку я хотела сказать это Скайлеру, естественно, я скажу это только ему, поэтому спрашивать меня бессмысленно». Кристин спокойно сказала: «Мисс Дуглас, я знаю, что ваше поведение в моем присутствии не отражает вашу истинную натуру. На самом деле вы добросердечная и отзывчивая девушка. Я вижу, что вы сдержали слова, которые хотели сказать Скайлеру, увидев меня сегодня, поэтому, пожалуйста, скажите мне, что вы хотели ему сказать». «Почему ты такой любопытный?» «Мне кажется, судя по твоему характеру, если бы Скайлер расстался с тобой в Нью-Йорке, ты бы не стала так за ним гоняться… А то, что ты приехала в город Нью-Йорк с отцом специально, чтобы найти Скайлера, говорит о том, что тебе нужно было сказать ему что-то важное, что-то, что могло бы наладить ваши отношения». «Миссис Джонс, вы очень умны, вы угадали правильно… да, я действительно приехала в Y City специально ради Скайлер». "За что?" «Вы правильно догадались, я просто хочу быть со Скайлер!» «Я не хочу ходить вокруг да около, мисс Дуглас, пожалуйста, говорите прямо». Никто не ожидал, что Дженнифер вдруг выпалит: «Потому что я беременна, ну, конечно, я хочу использовать свою беременность, чтобы вернуть Скайлер». В этот момент выражение лица Кристин изменилось. Она недоверчиво посмотрела на Дженнифер, ее лицо побледнело. Увидев напряженное и бледное выражение лица Кристин, Дженнифер вдруг рассмеялась: «Только что я сказала, что ты умная, а теперь думаю, что тебя так легко обмануть… Разве я похожа на беременную с такой стройной фигурой?» «Тогда перестаньте выдумывать подобную ложь». «Я просто хотела тебя подразнить, кто бы мог подумать, что ты так испугаешься…» Ощущение обмана очень расстроило Кристину, и она прямо сказала: «Мисс Дуглас, если вы не готовы к серьезному разговору со мной, то забудьте об этом, давайте сделаем вид, что я вас сегодня не приглашала». ---------- Главы 844–436: Дополнительно: Обручальное кольцо, которое он для неё изготовил 1 Дженнифер Дуглас взглянула на Кристин Куинн и иронично заметила: «Миссис Джонс, у вас не очень хороший характер, не так ли? По сравнению со мной вы сильно отстаёте… Но в одном вы лучше меня — вы красивее меня». Кристин Куинн равнодушно ответила: «Достаточно быть красивее тебя». Дженнифер согласно кивнула: «Это правда, мужчинам нравятся красивые женщины. Полагаю, поэтому Оверскей обратил на тебя внимание лишь в меньшинстве». «Вернёмся к основной теме… вы так и не сказали, зачем вы его ищете». Дженнифер наконец ответила прямо: «Легко догадаться… Я видела в новостях, что он планирует продать «Оверского», и это меня обеспокоило. Вспомнив, как раньше он отдавал большую часть прибыли от проекта TSOL Нонте, чтобы дистанцироваться от меня, что вызвало проблемы с денежным потоком в компании, я испугалась, что именно поэтому он продает «Оверского». Поэтому я попросила папу приехать в город Y с деньгами, чтобы найти его… Папа хочет использовать эти деньги, чтобы заставить Оверского жениться на мне, но у меня больше нет таких желаний. Я просто хотела ему помочь. Но когда я увидела тебя рядом с ним, я вдруг передумала и больше не хотела ему помогать, потому что видеть тебя с ним меня расстраивает». Вот почему… Кристин вздохнула с облегчением и спросила: «Так когда ты сказала, что беременна, это была ложь?» «Если бы я сказал, что это правда, вы бы мне поверили?» "Я не знаю." «Вы ведь, наверное, не можете быть уверены, были ли у нас с Оверски когда-нибудь отношения, правда?» «В этом я нисколько не сомневаюсь… он ясно объяснил мне, что у него никогда не было с тобой отношений в трезвом состоянии». «Он вполне честен… но, похоже, это заявление вас не совсем успокоило». Кристин на мгновение предпочла помолчать. Дженнифер рассмеялась: «Похоже, тебе не всё равно, даже если в пьяном виде он принял за тебя другую женщину. Тебя всё равно беспокоит, что он мог сделать». Кристин хранила молчание. Дженнифер внезапно откинулась на спинку стула и улыбнулась Кристин: «Видеть тебя такой подавленной меня очень радует. Но, как ты и сказала, я добрая и мягкая, я не могла тебя обмануть… Как я вообще могла завести отношения со Скайлером Джонсом? Обычно я сама его ищу. Каждый раз, когда я хотела перейти к чему-то большему, что-то мешало, или он находил способ избежать этого… Иногда, когда он напивается и приходит ко мне, он всегда начинает звать меня «дорогая, дорогая», так он называет женщину, которую по-настоящему любит. Хотя я им очарована, я не настолько без ума от него, чтобы позволить себе быть заменой другой женщине, чтобы воплотить в жизнь его фантазии о ней, когда он об этом не до конца понимает». Следует признать, что слова Дженнифер тронули сердце Кристин, хотя она и чувствовала, что Дженнифер, возможно, что-то скрывает. "Ты же испытываешь огромную радость внутри, правда?" «Спасибо за вашу честность». «Не нужно это от тебя скрывать. Даже если бы я использовала разрыв с Оверски как способ вернуться к нему, я бы не смогла завоевать его сердце». «В любом случае, спасибо за разъяснения». Дженнифер встала со стула и надела солнцезащитные очки. «Не нужно благодарить, я сочту это добрым делом… В крайнем случае, я пойду первой; папа все еще ждет меня в аэропорту». Пока она это говорила, Дженнифер уже повернулась и ушла. Увидев удаляющуюся фигуру Дженнифер, Кристин вздохнула с облегчением, внезапно почувствовав себя намного легче. Кристин отсутствовала на улице чуть больше часа, прежде чем вернулась. Когда она вернулась домой, Скайлер Джонс была в кабинете и разговаривала по телефону. Кристин не подслушивала намеренно, но, открыв дверь кабинета, случайно услышала, как он упомянул слово «звонок». Увидев, что она вошла, он закончил разговор и улыбнулся ей: «Ты вернулась?» "Ага." «Что ты купил?» Кристин подошла к нему и мягко сказала: «Я же тебе говорила, я ходила покупать кое-какие личные вещи». Скайлер протянул свою длинную руку и посадил Кристин себе на колени. Когда их лица оказались совсем близко, он тихо прошептал: «Ты отсутствовала чуть больше часа, но мне показалось, что прошла целая вечность». В этот момент Кристин повернула лицо, на секунду посмотрела на Скайлера, а затем сама быстро поцеловала его в щеку. Скайлер была весьма удивлена: «Это…» «Ваша награда». ---------- Глава 845-436: Дополнительная история: Обручальное кольцо, которое он ей заменил 1_2 «Какую награду вы мне дадите?» «Я тебе не скажу». «Я получил награду, но не знаю, как я её заработал; разве это не слишком странно?» Кристин Куинн многозначительно улыбнулась: «В любом случае, у меня сейчас хорошее настроение, так что вот тебе поцелуй». «Выход на улицу мгновенно улучшил ваше настроение… может быть, вы встретили на улице какого-нибудь симпатичного молодого парня?» Кристин Куинн рассмеялась, обхватила лицо Скайлера Джонса ладонями и сделала вид, что восхищается им: «Президент Джонс, вы совершенно верно догадались!» Шлепок… Кристин Куинн получила сильный шлепок по поднявшейся ягодице. Кристин Куинн вскрикнула от боли и проворчала: «Что вы делаете… это так больно!» «Кто тебе велел выходить на улицу и пялиться на симпатичных парней?» «Я просто пошутил, а ты меня ударил». Скайлер Джонс совершенно серьезно сказала: «У меня сейчас кризис среднего возраста, понимаете?» «Что? Кризис среднего возраста?» "Ты постоянно жалуешься на то, что я старый, заставляя меня каждый день сокрушаться перед зеркалом: "Если бы только я был на десять лет моложе…" «Вы отлично следите за собой, выглядите чуть больше сорока». "Хм?" «Я неправильно выразился? Я имел в виду чуть больше тридцати». «Вот это уже лучше…» Кристин Куинн продолжала поглаживать себя по ягодицам: «Ты меня сильно ударила, до сих пор болит». «Неужели это действительно больно? Дайте-ка я посмотрю…» «Ого…» — воскликнула Кристин Куинн. — «Не пользуйтесь мной…» «Неужели я настолько бесстыжий?» «Ваша порядочность была разрушена давным-давно». "…" В этот момент раздался стук в дверь. Услышав это, Кристин Куинн спрыгнула со колен Скайлер Джонс. Скайлер Джонс был удивлен быстрой реакцией Кристин Куинн и сказал человеку за дверью: «Входите». Дворецкий вошел из-за двери кабинета и почтительно сказал: «Мистер Джонс, я выполнил порученное вам задание». «Хорошо, можете идти!» "Да." Дворецкий молча вышел из кабинета. Кристин Куинн снова села на колени к Скайлеру Джонсу и спросила: «Что ты попросил сделать дворецкого?» «Пока не могу сказать, вы узнаете со временем». "О… может, это какой-то сюрприз?" «Без спойлеров». "Хм, ты ведёшь себя как-то загадочно." Скайлер Джонс уткнулся головой в шею Кристин Куинн и глубоким, магнетическим голосом спросил: «Который час?» Кристин Куинн взглянула на старинные европейские часы в кабинете: «Хм, уже почти пять часов, Мари скоро должна вернуться…» "Мм." «Почему тебя вдруг стало волновать время?» Он ответил ей поцелуем, невнятно пробормотав: «Время тянется так медленно». «Вовсе нет, я замечаю, что день пролетает быстро…» "Действительно?" «Да, видите ли, утром…» — Кристин Куинн намеренно опустила фразу, — «видите ли, полдень пролетел незаметно». «Ты мучил меня весь день». "Хм?" «Сегодня вечером я тебя не отпущу». Оказалось, он спрашивал о времени именно по этой причине, неудивительно, что ему казалось, будто время тянется медленно. Эх, мужчина лет сорока, действительно… всё ещё в расцвете сил! Ночью. В сказочной розовой комнате маленькой девочки Мари, после купания, лежала в постели и спрашивала маму: «Мамочка, ты ведь больше не покинешь меня и папу, правда?» Кристин Куинн облокотилась на изголовье кровати и недоуменно спросила: «Почему вы вдруг задаете этот вопрос?» Мари обняла Кристин Куинн: «Потому что я не хочу, чтобы ты снова нас покидала». Кристин Куинн наклонилась и поцеловала дочь: «Мама больше не уйдёт». "Ты всё ещё любишь папу?" В тот момент, недолго думая, Кристин Куинн кивнула: «Да». Мари радостно обняла Кристин Куинн: «Я знаю, что папа тоже любит маму». Увидев, как легко дочь удовлетворяется, Кристин Куинн рассмеялась: «Значит, ты затащила меня в свою комнату сразу после ужина только для того, чтобы задать мне этот вопрос!» «Да, да». «Глупышка, не думай о взрослых вещах, сосредоточься на учебе». «Я просто боюсь, что однажды ты вдруг бросишь меня и папу…» «Мари, тебя не разочаровал прошлый отъезд мамы?» Мари покачала головой, ее невинные глаза смотрели на Кристин Куинн: «Папа был разочарован больше, чем я». «Правда?» — с любопытством спросила Кристин Куинн. — «Как же твой отец был разочарован?» Мари ответила: «После твоего ухода папа никогда не был счастлив». Кристин Куинн фыркнула: «Он тогда не умел меня ценить». «Папа знает, что был не прав, мама, пожалуйста, больше не оставляй папу». Кристин Куинн крепко обняла дочь и с извинениями сказала: «Это вина мамы, что она тебя расстроила, и из-за нее твой папа стал таким…» «Мама, папина нога поправится?» «Это обязательно произойдет». «Если папина нога так и не заживёт, будешь ли ты заботиться о нём всю жизнь?» "Да." «Ты вернулся к папе из-за травмы ноги?» "Эй, девочка, почему сегодня вечером так много вопросов?" Мэрилин игриво сказала: «Мамочка, ответь мне!» Кристин Куинн улыбнулась: «Самая важная причина, по которой мама решила быть с твоим папой, — это не его травма ноги, а то, что…» "Из-за чего?" Кристин Куинн внезапно замолчала. «Мама, почему ты перестала говорить?» — снова спросила Мари. В ясных глазах Кристин Куинн читалась нотка задумчивости: «Ничего особенного… просто мама хочет быть с твоим папой». Если бы не ухудшение её здоровья, она, возможно, не приняла бы это решение, потому что после всех этих лет разрыв не мог внезапно исчезнуть… Он говорит, что любит её, и даже если эта любовь глубока, она не может сравниться с той силой, которая была более десяти лет назад. Она не могла до конца его понять, но хотела верить каждому его слову… В эти последние минуты она лишь желала, чтобы всё началось и закончилось счастьем. Спустя годы, независимо от того, останется ли кто-то другой рядом с ним, она верила, что место в его сердце навсегда останется для неё… Для неё этого было достаточно. Когда придёт время, она честно расскажет ему о своей болезни, надеясь, что они будут беречь друг друга в последние дни. Только после того, как Мари уснула, Кристин Куинн вернулась в комнату Скайлер Джонс. ---------- Главы 846–437: Дополнительно: Обручальное кольцо, которое он ей подарил 2 Скайлер Джонс, конечно же, еще не спал. В данный момент он неспешно читал финансовый журнал, сидя в инвалидном кресле. Кристин Куинн осторожно закрыла дверь. Услышав звук, Скайлер Джонс поднял голову. Увидев, как она вошла, он отложил журнал в руке и сказал: «Опять болтаешь с нашей дочерью?» Кристин Куинн кивнула: «Знаете, у маленьких девочек в этом возрасте всегда много фантазий». Скайлер Джонс изогнул губы в улыбке. Кристин Куинн подошла к Скайлер Джонс и спросила: «Чему ты улыбаешься?» «Я полагаю, наша дочь говорила вам, например, что очень дорожит нашими отношениями». Глаза Кристин Куинн расширились от удивления: «Откуда ты знаешь?» Скайлер Джонс протянул руку, притянув к себе Кристин Куинн: «Потому что наша дочь тоже разговаривала со мной вчера вечером». Кристин Куинн села на безразличную ногу Скайлера Джонса, обняла его за шею и с любопытством спросила: «О чём она с тобой говорила?» «Она хотела, чтобы я глубоко задумался... Если я снова тебя расстрою, она даже не будет признавать меня своим папой». "Ух ты..." — восторженно воскликнула Кристин Куинн. В этот момент Скайлер Джонс уткнулся лицом в ее благоухающую шею и прошептал: «У нее такой же характер, как у тебя, упрямая». Кристин Куинн возразила: «Почему вы описываете такую ​​хорошую личность так, будто она плохая? Вы...» Слова, которые она хотела сказать, внезапно были сведены на нет его теплыми, тонкими губами, прижавшимися к ее губам... Его руки беспокойно скользили и ласкали ее тонкую талию, желание было настолько сильным, Она не могла устоять перед его нежностью. Когда она целовала его, ее тело внезапно словно таяло, становилось бессильным и тонуло... После того как их дыхание постепенно выровнялось, Кристин Куинн уставилась в потолок. Она ужасно устала, казалось, что всё её тело разваливается на части... "В чем дело?" Скайлер Джонс заметил, что Кристин Куинн проснулась рано, он ничего не сказал, просто наблюдал за её реакцией. Поняв, что Скайлер Джонс не спит, Кристин Куинн быстро покачала головой: «Ничего, я просто витала в облаках». Скайлер Джонс обнял Кристин Куинн и спросил: «Вас что-нибудь беспокоит?» Казалось, он умел видеть сердца людей и делал это осторожно. «Нет», — Кристин Куинн удобно устроилась в объятиях Скайлера Джонса, положила голову ему на руку и закрыла глаза, — «я просто немного устала». Скайлер Джонс нежно поцеловал её в лоб: «Я знаю... Дорогая, ты много работала». Кристин Куинн покраснела от его слов и не удержалась, чтобы легонько не ударить его: «Раздражающий...» Наблюдая за ней, прижавшейся к нему и пытающейся скрыть все лицо, Скайлер Джонс опустил голову и рассмеялся: «В следующий раз я не позволю тебе так устать…» Кристин Куинн подняла свое очаровательное, раскрасневшееся лицо от его объятий: «А как насчет следующего раза?» Он в шутку поднял ее подбородок и спросил: «Что ты думаешь?» «Я бы не посмела… Обычно это мужской долг, а вы хотите, чтобы я это сделала… Я бы умерла от истощения», — застенчиво пожаловалась Кристин Куинн. "И ты уже устал?" «Как я могу не уставать? Ты…» — Кристин Куинн застенчиво опустила голову, — «Ты сделал это дважды». И хотя в первый раз он прилагал усилия рукой, во второй раз работу выполняла она по-настоящему. Он улыбнулся и нежно позвал: "Малышка..." "Хм?" «Если бы это был обычный день, я гарантирую, что вы бы устали больше, чем сейчас». "Извращенец!!" Кристин Куинн подняла свой маленький кулачок и легонько ударила его. Он улыбнулся и нежно поцеловал её в губы. Лицо Кристин Куинн все еще было покрасневшим, что еще больше подчеркивало ее застенчивость: «Мы не можем повторить это через неделю». Скайлер Джонс нахмурил брови: «Почему?» Конечно, это было связано с её физическим состоянием, но в тот момент она ответила ему: «Я чувствую, что разваливаюсь на части. Даже если бы я захотела прийти в себя, на это ушла бы неделя…» Скайлер Джонс сделала вид, что ей жаль его: «Неужели у тебя хватит духу так со мной обращаться?» Кристин Куинн поднялась с рук Скайлера Джонса, потянулась, чтобы зажать ему нос: «Не будь жадным, помни совет врача пройти больше реабилитации... Если ты будешь думать об этом каждый день, откуда у тебя возьмутся силы на реабилитацию?» «Я молод и силен, это совсем не проблема». «Старик, неужели мне нужно напоминать вам, что вы уже в среднем возрасте?» Скайлер Джонс лукаво прищурился: «Ты смеешь называть меня старым?!» Кристин Куинн встала с постели, игриво скорчила ему гримасу и сказала: «Ты старый». «Как бы мне ни было старо, по крайней мере, кто-то готов остаться со мной...» «Какой же он тщеславный». Скайлер Джонс элегантно рассмеялась. Встав с постели, Кристин Куинн поняла, что у нее ослабли ноги, и почувствовала слабую боль в интимной зоне. ---------- Глава 847-437: Дополнительно: Замена обручального кольца 2_2 Следствием чрезмерного потакания своим желаниям является полное отчуждение от самого себя, вздох… "Зачем ты встаешь с постели? Разве ты не спишь?" «Хочу принять душ; вся липкая». «Иди сюда», — Скайлер Джонс жестом подозвала Кристин Куинн. "Зачем?" — недоуменно спросила Кристин, надела шелковый халат и подошла к нему, но он внезапно обнял ее. "Составь мне компанию на некоторое время, а потом прими душ." «Ни за что…» — Кристин похлопала его по руке, — «Сначала я приму душ, а потом вытру тебя…» «Ещё рановато». «Не рано, уже три или четыре утра, я так хочу спать…» — Кристин зевнула, говоря это. «Но я не хочу спать». Внезапно он потянул её вниз… На следующий день. Слуга почтительно подошел к Кристин Куинн: «Молодая госпожа, я попрошу водителя привезти мисс обратно». «Подождите, я сам пойду за ней!» «Не нужно, юная леди, вам лучше остаться дома и позаботиться о мистере Джонсе… У мистера Джонса проблемы с ногой, а мы не умеем за ним ухаживать, так что вам лучше остаться дома!» «Хорошо, тогда вперед!» "Хорошо." После ухода служанки Кристин Куинн от скуки отложила журнал, который держала в руках, и взглянула в сторону кабинета. Сегодня утром Эрни звонил ему несколько раз, говоря, что в компании много важных дел, требующих его решения… После её уговоров он неохотно встал с постели и пошёл в кабинет. Прошло больше двух часов, и это случилось в мгновение ока. От скуки Кристин встала и подошла к двери кабинета, тихонько постучав. "Войдите." Внутри доносился нежный голос Скайлер. Кристин вошла с улыбкой. Скайлер краем глаза заметил ее силуэт, поднял взгляд, отложил документы проекта, доставшиеся от секретаря, и с улыбкой откинулся на спинку стула. Кристин подошла к Скайлер и спросила: "Ты со всем справилась?" Скайлер притянул Кристин к себе и сказал: «Почти». Кристин небрежно взяла документ, который Скайлер положила на стол, и вдруг слегка нахмурилась: «Это…» «Банковский чек». "Столько денег?" "Да." Кристина внимательно посчитала нули в конце: «Судя по этим доходам, это должен быть большой проект, верно?» "TSOL." «Что?» — Кристин подняла взгляд на Скайлера. — «Это доходы проекта TSOL?» "Да." «Куда вы планируете перевести такую ​​крупную сумму денег?» Скайлер покачал головой: «Я планировал перевести его в „Нонту“, но Чарльз Дуглас не согласился». «Зачем переводить прибыль TSOL в компанию „Нонта“?» "Потому что…" «Ах, теперь я вспомнил, на поздних этапах проекта TSOL возникла серьезная проблема, и Чарльз Дуглас использовал свои связи, чтобы помочь вам преодолеть эту трудность». Скайлер легкомысленно ответила: «Да». «Так теперь вы хотите разделить с ним прибыль?» «Именно это я ему и обещал в Нью-Йорке». Кристин, не отличавшаяся наивностью, сразу догадалась: «Похоже, после того, как у вас не сложились отношения с Дженнифер Дуглас, Чарльз Дуглас потребовал от вас отчета». «На самом деле, он сам об этом не говорил, я сам выступил с этой идеей». «Это совершенно верно; если бы вы приняли благосклонность Чарльза Дугласа, вам пришлось бы жениться на Дженнифер Дуглас». "Да." «Как вы могли допустить возникновение такой серьезной проблемы в проекте TSOL?» «На самом деле, в то время это была всего лишь незначительная проблема, но поскольку меня не было в Нью-Йорке, я не мог встретиться с человеком, который мог бы быстро ее решить… Позже Чарльз Дуглас вмешался и встретился с этим человеком, и проблема была решена». "Это было, когда вы были в городе Y и отмечали день рождения Мари?" "Да." "Значит, у тебя действительно было что-то, что ты не мог оставить, и ты приехал на день рождения Мари… но в конце концов ты появился." Скайлер повернула Кристин, пристально глядя на нее: «В тот момент это было не только ради Мари. Я тоже хотела тебя увидеть». Сердце Кристин наполнилось приятным чувством. Она прижалась к нему, притворяясь гордой: «Кто знает, кто тогда так высокомерно себя вел?» «У мужчин всегда есть немного гордости». Очевидно, что они хотели бы, но не могли сказать об этом вслух, такая боль тоже является формой мучения. «Хорошо, давайте не будем зацикливаться на старых проблемах… Давайте лучше поговорим о деньгах!» "Да." «Вы планируете перевести деньги Чарльзу Дугласу сейчас?» «Внимательно изучите чек». Кристина, внимательно рассматривая квитанцию, вдруг воскликнула: «Что? Эта квитанция не о переводе денег Чарльзу Дугласу, а о том, что перевод не удался!» "Да." Кристин с удивлением посмотрела на Скайлер: «Значит, Чарльз Дуглас не принял деньги?» Скайлер кивнула: «Я тоже в недоумении». Деньги были отправлены так давно, но Чарльз Дуглас их до сих пор не принял. Почему? «У тебя проблемы, Оверски, Чарльзу Дугласу нужен человек, а не деньги… он определенно заставляет тебя жениться на Дженнифер Дуглас». Красивое лицо Скайлера стало суровым: «У него нет таких способностей». Кристин скрестила руки и поддразнила его: «Смотрю на тебя сейчас, если Чарльз Дуглас узнает, он может не позволить своей дочери выйти за тебя замуж…» Скайлер поднял брови: «Я теперь такой жалкий?» Кристин в ответ подняла свой вопрос: «Вы намекаете, что хотите жениться на Дженнифер Дуглас?» «Не искажайте мои слова». «Кто еще позволял тебе связываться с Дженнифер Дуглас раньше?» «Я уже признал перед тобой свою ошибку». «Я не привлекаю вас к ответственности… Я пытаюсь помочь вам найти решения». «У меня есть свой способ это решить». Кристин с любопытством спросила: «Какое решение? Скажите мне». Темные глаза Скайлер заблестели озорным блеском: "Хочешь услышать?" Кристин с готовностью кивнула. Скайлер внезапно посадил Кристин себе на колени, обнял ее и прошептал ей на ухо: «Если ты отдашься мне, я тебе скажу». Щеки Кристины покраснели, она легонько коснулась его крепкой груди: «Никогда не воспринимаю это всерьез». Скайлер улыбнулся, готовый наклониться и поцеловать свою любимую жену, но его прервал звонок телефона. Кристин тут же передала Скайлеру его телефон. Она нечаянно увидела на экране телефона единственное слово «Куинн». Кристин с оттенком ревности передала телефон Скайлер: «Всего один персонаж, и все очень лично!» ---------- Главы 848–438: Дополнительно: Обручальное кольцо, которое он для неё изготовил 3 Скайлер Джонс не спешил отвечать на звонок, а вместо этого мягко уговаривал свою милую жену: «Видишь ли, достаточно одного взгляда на это письмо, чтобы понять, что я указал имя только для удобства в тот момент… Это ничего больше не значило». «Если бы это действительно ничего не значило, вы бы не сохранили её номер». «Дорогая, не будь неразумной…» «Я веду себя неразумно». "Хорошо, тогда я сейчас же удалю этот номер…" «Кто знает, может, вы это уже запомнили». «Так что же мне делать?» — Скайлер Джонс жалобно посмотрела на нее. — «А может, я вытащу свое сердце и покажу его тебе, чтобы посмотреть, не скрывается ли внутри другая женщина?» Кристин Куинн усмехнулась: «Ладно, я просто подшучивала над тобой… Сохранение чьего-то номера телефона ничего не значит; если ты действительно заботишься о ком-то, даже если не сохранишь его, ты всё равно будешь помнить его в своём сердце!» Скайлер Джонс нежно поцеловал Кристин Куинн в щеку: «Моя жена по-прежнему такая понимающая». Кристин Куинн взглянула на телефон, который Скайлер Джонс положила обратно на стол, и спросила: «Ты не собираешься ответить? Он всё ещё звонит!» «Я сказал, что больше не буду с ней общаться». «Вам все равно следует ответить на звонок…» Кристин Куинн снова взяла трубку. «Вас не беспокоит этот финансовый вопрос? Может быть, Дженнифер Дуглас захочет обсудить это с вами». «Ты обещаешь не ревновать?» "Это ты будешь ревновать…" Скайлер Джонс усмехнулся, взял телефон и тут же нажал кнопку ответа. «Оверский». В трубке звучал мягкий голос Дженнифер Дуглас. «Да». В его голосе чувствовалось явное безразличие. «Я вернулся в Нью-Йорк». Ему было все равно, где находится Дженнифер Дуглас. "Как дела?" Его холодный ответ заставил её голос заметно понизиться: «Ничего страшного… Я просто хотела поговорить с тобой о прибыли TSOL». "Говорить." «Вам не нужно отдавать прибыль от TSOL компании «Нонта», она вообще не принадлежит «Нонте». Мой отец помог вам, не ожидая никакой отдачи». «Я бизнесмен, я привык вести бухгалтерский учет в порядке». «Между нами всё ясно… Ты мне ничего не должен, я тебе ничего не должен, у нас даже не было таких отношений, как думали люди, даже мой отец этого не понимает». «Мне не нравится быть в долгу перед людьми». «Это не услуга, просто встреча и обед. Если бы вы уже не были состоявшимся человеком в деловом мире, мой отец, возможно, не смог бы вам помочь… Так что вам не нужно отдавать моему отцу прибыль, и он говорит, что не возьмет ваши деньги, но если вы действительно захотите рассчитаться с нами в будущем, «Оверский» и «Нонта» смогут сотрудничать более тесно…» Скайлер Джонс сжал тонкие губы и ничего не сказал. «Это всё, что я хотел сказать… Оверскай, береги себя». Скайлер Джонс по-прежнему не отвечал. В заключение Дженнифер Дуглас добавила: «Не волнуйтесь, это последний раз, когда я вам звоню, я больше не буду вас беспокоить. Желаю вам и Кристин Куинн счастья». После того как Скайлер Джонс закончила разговор с Дженнифер Дуглас, Кристин Куинн, молча стоявшая рядом, сказала: «Похоже, мисс Дуглас очень сочувствует вам, раз вы отказались от такой крупной суммы денег». Скайлер Джонс небрежно отбросил телефон в сторону, держа Кристин Куинн на коленях: «Разве ты не говорила, что не ревнуешь?» «Я не ревную, я просто думаю, что Дженнифер Дуглас без ума от тебя». «Но мое сердце принадлежит только тебе». "Тогда почему ты флиртуешь с другими?" «Я с ней не флиртовал, это были просто взаимные потребности, ничего подобного». «Она была нужна тебе, чтобы вызвать у меня ревность, а что насчет нее?» «В то время Дженнифер Дуглас была вынуждена выйти замуж по настоянию своего отца… она не хотела ходить на свидания вслепую, поэтому обратилась ко мне». «Учитывая, как сильно Чарльз Дуглас обожает Дженнифер, зачем ему было торопить ее с женитьбой? Очевидно, мисс Дуглас положила на вас глаз, поэтому вы так хорошо поладили…» В этот момент Кристин Куинн тихо вздохнула: «Женщины глупы, любят мужчин и становятся одержимы ими. Жалко даже подумать о Дженнифер Дуглас». "Давай больше не будем о ней говорить…" Он уткнулся головой ей в шею. Кристин Куинн быстро оттолкнула его пылкие поцелуи, слезла с его колен и строго сказала: «Прекрати, Мари скоро вернется…» Полдень. Кристин Куинн лично отвела Мари в школу. В машине мать и дочь болтали. «Мамочка, у тёти скоро родится младшая сестричка. Когда мы поедем в Нью-Йорк?» Кристин Куинн ответила: «Сейчас у твоего папы ноги не очень удобны, нам нужно подождать, пока тетя не начнет рожать, прежде чем мы пойдем…» ---------- Глава 849-438: Дополнительно: Обручальное кольцо, которое он ей подарил 3_2 "Ой." Кристин Куинн взглянула на дочь в зеркало заднего вида и с улыбкой спросила: «Почему моя любимая дочка вдруг захотела поехать в Нью-Йорк?» «Я давно не видела дядю Джеффри и тетю; я очень по ним скучаю, но больше всего мне не хватает Эндрю». «Когда у твоей тёти родится ребёнок, у тебя должны начаться летние каникулы. Тогда тебя возьмёт с собой мама!» "Хорошо." Кристин Куинн мягко улыбнулась. Через десять минут машина остановилась перед школой, и Кристин помахала дочери на прощание. Кристин лишь мельком увидела, как ее дочь вошла в школу, и ушла, едва заметно улыбнувшись. Никто не ожидал, что, когда Кристин потянулась к ручке дверцы машины, чтобы сесть в нее, ее сердце внезапно пронзила резкая боль. Кристин крепко схватилась за грудь, чуть не упав в обморок от боли, но, к счастью, ей удалось удержаться за машину. Сделав несколько глубоких вдохов, чтобы прийти в себя, она слабо открыла дверцу машины и прислонилась к кожаному сиденью. С закрытыми глазами она нежно поглаживала грудь и откинулась на спинку сиденья; лишь спустя долгое время боль в сердце постепенно утихла… В прошлый раз это была лишь легкая боль; на этот раз это была невыносимая агония… Это чувство вернуло её в то время, которое было до операции… Она медленно открыла глаза и уставилась перед собой пустым взглядом. Для неё смерть не была страшной; раньше она даже воспринимала смерть как освобождение, но в этот момент, когда она действительно почувствовала приближение смерти, её охватило нежелание… Последние несколько дней стали для неё самыми счастливыми за последнее десятилетие… Потому что он был рядом с ней. Она искренне любила его и дорожила каждой минутой, проведенной с ним. К сожалению, время, принадлежавшее им, всегда было таким мимолетным… Возможно, ей и не суждено было остаться рядом с ним до конца; им было не суждено иметь самый прекрасный финал. Размышляя об этом, она смотрела мрачным взглядом, ее лицо было бледным, словно она была лишена жизни. Бип-бип— Машины сзади сигналили, возвращая ее к реальности. Как раз когда она собиралась завести двигатель и уехать, она заметила припаркованную перед ней машину, из которой выходил ее владелец; это был Джонатан Гибсон. Кристин Куинн на секунду опешилась, а затем переставила свою машину на обочину. Десять минут спустя, в тихой кофейне неподалеку. Джонатан Гибсон отпил глоток кофе и слегка улыбнулся: «Как так получилось, что всего через несколько дней кажется, будто ты снова похудел…» Кристин Куинн сделала глоток кофе и равнодушно спросила: «Вы тоже выглядите усталой, наверное, из-за работы?» Джонатан покачал головой: «Проект в Лос-Анджелесе завершен, и до конца года осталось всего несколько мелких проектов, так что работы стало меньше…» "Вы приехали в город Y также по работе?" «Просто хотел тебя увидеть». Кристин опустила голову, выражая сожаление: «Прости, Джонатан…» «Не надо постоянно извиняться, ты мне это уже столько раз говорила… Я же говорила, что уважаю каждое твое решение». «Боюсь, я не смогу отплатить вам за вашу доброту при жизни». «Лично я готов сделать это для тебя от всего сердца, и, кроме того, то, что я для тебя сделал, — это совсем немного». Кристин искренне ответила: «Ты очень хороша; в будущем ты обязательно найдешь того, кто тебе подойдет». Джонатан тепло улыбнулся: «Вы в последнее время плохо себя чувствуете? Вы выглядите неважно». «У меня всё хорошо; всё как обычно». «Это хорошо. Если вы чувствуете, что с вашим здоровьем что-то не так, не игнорируйте это». «Я знаю, я же не ребёнок». «Кстати, я хотел тебе кое-что сказать…» "Что это такое?" Джонатан поставил чашку кофе, слегка напрягшись, словно борясь с внутренними переживаниями, прежде чем сказать: «Вы же знаете, что у меня есть друзья-врачи, правда?» «Да, ваша семья занимается бизнесом по продаже медицинского оборудования, поэтому, естественно, вы знакомы со многими врачами». «У меня также есть друзья-врачи в Нью-Йорке». «Джонатан, что ты пытаешься сказать?» Кристин остро почувствовала нерешительность Джонатана. Глядя на спокойное лицо Кристин, Джонатан медленно произнес: «Два месяца назад один из моих друзей-врачей видел Дженнифер Дуглас в больнице». Кристин недоуменно спросила: «А какое отношение ко мне имеет Дженнифер Дуглас?» «Это вас, конечно, не касается, но связано со Скайлером Джонсом». Кристина прищурилась и с чувствительностью спросила: «Что ты имеешь в виду?» Джонатан честно ответил: «По словам моего друга, Дженнифер Дуглас посещала гинекологическое отделение». Сердце Кристин резко заколотилось, и она чуть не уронила чашку кофе. Джонатан быстро забрал у нее чашку и с тревогой спросил: «Ты в порядке?» Лицо Кристин побледнело, она безучастно уставилась на Джонатана: «Что ты сказал? Гинекология?» Джонатан с легким вздохом поставил чашку с кофе: «Я знаю, что не должен тебе этого говорить, но я не хочу, чтобы Скайлер Джонс снова причинил тебе боль. Если он хочет быть с тобой, он должен быть с тобой честен». «Гинеколог?» — Кристин пристально посмотрела на Джонатана. — «Она ходила к гинекологу?» "Да." Кристин тяжело облокотилась на стул, ее взгляд стал рассеянным. "Кристин, Кристин…" "Хм?" — Кристина очнулась от оцепенения. «Это всё, что я знаю; я точно не знаю, зачем Дженнифер Дуглас обратилась к гинекологу… Но думаю, некоторые вопросы вам нужно задать Скайлер Джонс». Кристина безразлично кивнула. Джонатан добавил: «Я буду в городе Y некоторое время… если вам что-нибудь понадобится, можете прийти и найти меня». "Хорошо." Кристин не знала, как она добралась до дома. Как только она вернулась домой, дворецкий быстро подошел: «Молодая мадам, вы так долго отсутствовали? Мистер Джонс звал вас, но вы не ответили…» Казалось, Кристина не заметила дворецкого, который, словно в трансе, поднимался по лестнице. Лишь когда Кристин предстала перед дверью своей спальни, она вернулась к реальности. В ее памяти всплыл разговор, который у нее состоялся на днях с Дженнифер Дуглас. Женское шестое чувство поистине невероятно точное… Действительно, Дженнифер кое-что скрывала. Сделав глубокий вдох, Кристин повернула дверную ручку. Войдя, она увидела Скайлер Джонс, сидящую в инвалидном кресле и листающую книгу. Книга показалась ей знакомой, и, присмотревшись, она обнаружила, что это дневник, который она вела раньше. Услышав шаги, он поднял взгляд на нее, на его красивом лице появилась легкая улыбка: «Почему ты так долго? Ты и трубку не взяла?» ---------- Главы 850–439: Дополнительно: Ты действительно заслуживаешь того, чтобы тебя погубили. «Я… я случайно встретил друга, немного поболтал с ним». "Какой друг?" Кристин Куинн подошла к Скайлеру Джонсу и ответила: «Джонатан». Скайлер Джонс нахмурился: «Что он здесь делает?» «Он сказал, что пришел меня навестить». Скайлер Джонс протянул длинную руку, притянул Кристин Куинн к себе на колени и прошептал ей в щеку: «Я не хочу, чтобы он тебя беспокоил». «Он мой друг». «Он мой соперник в любви». Кристин Куинн раздраженно взглянула на Скайлера Джонса: «Он уже сдался тебе, чего еще ты хочешь?» «Он чуть не отнял тебя у меня, думаешь, я должна быть ему благодарна?» «Ладно, давай не будем о нём говорить… Кстати, как ты мог читать мой дневник?» Кристин Куинн взяла отложенный им дневник и прижала его к груди. «Разве тебе никто не говорил, что вторжение в частную жизнь человека противозаконно?» «Тогда вам следует подать в суд на свою дочь, потому что именно она показала мне ваш дневник». «Откуда вы узнали пароль?» «Все было просто, сегодня годовщина нашей встречи, и мы отметили это событие романтично». «Вам всё равно не стоило это читать». «Если бы я не прочитала твой дневник, откуда бы я знала, сколько боли я тебе причинила?» — голос Скайлер Джонс был хриплым, в нем звучали глубокое раскаяние и вина. Кристин Куинн ничего не сказала, лишь печально опустила глаза. Скайлер Джонс крепче обняла Кристин Куинн: «Прости меня за все страдания, которые я тебе причинил…» Кристин Куинн устало прислонилась к Скайлер Джонс: «Я не знаю, с кем поговорить, но в сердце у меня такое чувство дискомфорта…» «Пообещай мне, что если в будущем у тебя возникнут какие-либо тревоги, не держи их в себе, позволь мне подарить тебе чувство безопасности». Услышав слова Скайлера Джонса, Кристин Куинн повернула лицо и долго смотрела на него. Он держал глаза закрытыми, казалось, полностью поглощенный удовольствием от того, что обнимает ее, выражение его лица было искренним и серьезным. «Оверски…» — внезапно позвала она его по имени. "Хм?" Он открыл глаза и встретился с её прекрасным взглядом. Она колебалась, прежде чем заговорить. Он мягко спросил: «Что случилось?» «Когда мы поедем в Т-Сити?» — она изменила то, что хотела сказать. «Через день-два…» "Ой." Он вдруг сказал: «Кстати, у меня есть для вас кое-что…» Она спросила: «Что это?» Он улыбнулся и сказал: «Сначала закрой глаза». «Что всё это значит, что всё так загадочно…» «Сначала закройте их, тогда и увидите». Она послушно закрыла глаза. Через несколько секунд он сказал: «Теперь можете их открыть». Она понятия не имела, какой подарок он ей преподнесет, поэтому, когда увидела перед собой ослепительное кольцо с красным бриллиантом, ее разум внезапно опустел. "Вам это нравится?" Он мягко спросил её. Она вернулась к реальности, всё ещё не веря своим глазам, увидев перед собой. Было общеизвестно, что алмазы обычно бесцветны, а цветные алмазы стоят дорого, причем красный алмаз встречается реже всего. Перед ее глазами красовалось кольцо с красным бриллиантом весом не менее десяти каратов. Голос Кристин Куинн был хриплым: «Ты… ты это для меня приготовил?» Скайлер Джонс достала кольцо, подняла левую руку и надела его на безымянный палец левой руки: «Оно всегда принадлежало тебе». У нее были тонкие, длинные и светлые пальцы, благодаря чему кольцо выглядело особенно красиво. Он никогда раньше ей ничего не дарил, и если уж считать, то это был только фиолетовый бриллиантовый браслет, который он подарил ей на том аукционе… Он сказал: «Этот красный алмаз был самым крупным из найденных в Южной Африке тринадцать лет назад. Я лично ездил в Южную Африку, чтобы купить его, и заказал дизайн у лучшего южноафриканского дизайнера…» «Что вы сказали?» — Кристин Куинн была ошеломлена. — «Тринадцать лет назад?» Скайлер Джонс поцеловал тыльную сторону руки Кристин Куинн и тихо сказал: «Ты должна помнить, что за несколько дней до того, как М похитила твою мать, я был за границей в командировке…» Кристин Куинн кивнула: «Мне показалось странным, что вам вдруг пришлось уйти без каких-либо деловых причин». Он улыбнулся: «Вообще-то, в те дни я ездил в Южную Африку…» «Зачем вы тогда лично поехали в Южную Африку, чтобы купить этот бриллиант?» «Потому что в то время я готовился сделать тебе предложение». Ее тело снова задрожало, глаза Кристин Куинн расширились, она покачала головой. Словно боль от того времени уже утихла, Скайлер Джонс легкомысленно сказал: «Я как раз собирался сделать тебе предложение в тот день». «На следующий день после вашего возвращения из той поездки, просто…» В ту секунду горькое чувство застряло в горле Кристин Куинн, и слезы быстро застилали ей глаза. ---------- Глава 851-439: Дополнительная история: Ты действительно заслужил быть калекой_2 Она никогда не забудет тот день после его возвращения из командировки, когда она его "предала"… Он нежно поцеловал её в губы, ласково сказав: «Глупышка, не плачь…» Как только он это сказал, ее слезы потекли еще сильнее. Он притянул её к себе, поцеловал в волосы и хрипло сказал: «Наконец-то я смог сам надеть его тебе на безымянный палец». "Вау…" В этот момент Кристин Куинн безудержно плакала у него на руках, как ребенок. Он крепко обнял её дрожащее от рыданий тело, голос её дрожал от эмоций: «Детка, я люблю тебя». Кристин подняла на него глаза, полные слез, долго кусала губу, а затем, прекратив рыдания, спросила его со слезами на глазах: "Ты хранил это все эти годы?" «Оно всегда лежало в банковской сейфовой ячейке, и я только недавно отправил кого-то за ним». Неудивительно, что она случайно подслушала, как он в тот день в кабинете упомянул слово «кольцо» по телефону… оказалось, что он попросил кого-то забрать кольцо. Кристин медленно подняла руку, ее заплаканные глаза были рассеяны, когда она смотрела на это кольцо с красным бриллиантом, не в силах произнести ни слова, едва сдерживая слезы. «Все эти годы, включая начало наших отношений, я не дарил тебе подарков, потому что ждал этого единственного подарка… Я хотел подарить тебе самый уникальный подарок в мире, что-то, с чем не сравнятся тысячи браслетов с фиолетовыми бриллиантами, точно так же, как моя любовь к тебе, вечная, неповторимая любовь». Слезы снова хлынули из ее глаз, и Кристин больше не могла сдерживать рыдания. Скайлер Джонс положил подбородок ей на голову и тихо произнес: «Дорогая, пообещай мне, никогда больше не оставляй меня… Без тебя для меня этот мир бессмысленен». Впервые она обрела в нём давно утраченное чувство защищённости. Ей так сильно хотелось ответить ему в этот момент, она никогда не оставит его, она хотела быть с ним всю свою жизнь, но… Глубокая печаль переполнила её сердце. Внезапно она обхватила его плечи и, не стесняясь, поцеловала… Его руки на ее талии сначала были пассивны, но в одно мгновение они взяли верх, глубоко целуя ее солеными губами, испачканными слезами… Она редко плакала, но в этот момент, рыдая, уснула у него на руках. Во сне на уголках ее глаз все еще оставались следы слез, щеки и нос были красными. Он протянул руку, чтобы вытереть слезы с ее глаз, но обнаружил, что его собственное тело застыло в инвалидном кресле. В следующее мгновение он встал с инвалидного кресла и отнес ее к большой кровати в комнате. Она лишь тихонько пробормотала что-то во сне, а затем прижалась к нему, как маленький котенок. Он прислонился к изголовью кровати, обнимая ее и позволяя ей спать, положив голову на свою теплую грудь. Он посмотрел на ее очаровательное спящее лицо и не смог удержаться от поцелуя. Внезапно он поднял взгляд на инвалидное кресло неподалеку. Если бы она проснулась, то непременно обнаружила бы, что он притворяется «парализованным», но он внезапно перестал бояться, потому что намеревался рассказать ей всё. Независимо от того, смогла ли она простить его, узнав обо всем, он хотел, чтобы она знала, что все, что он делал, было потому, что он не мог жить без нее… «Оверски… я очень хочу… провести с тобой всю свою жизнь…» Во сне она пробормотала желание, идущее из глубины её сердца. Услышав её слова, он тихонько усмехнулся и с удовлетворением поцеловал её: «Я тоже просто хочу провести эту жизнь с тобой». "Извини…" Он небрежно спросил её: «За что извиняешься?» Она ничего не ответила и просто снова погрузилась в глубокий сон. Кристин тихо пробормотала что-то себе под нос, медленно просыпаясь от своих снов. Первое, что она увидела, было красивое лицо совсем рядом. "Над небом…" — тихо произнесла она. Скайлер Джонс, отдыхавший с закрытыми глазами, тут же открыл их и спросил: «Хм?» «Как долго я спал?» «Больше двух часов!» "Ой." Она повернулась, чувствуя себя в его объятиях, положила голову на его сильную руку и потянулась, чтобы обнять его: "Как мы вернулись в постель?" «Я перенёс тебя». "Ой." Сначала Кристин ничего не поняла, но три секунды спустя она в шоке посмотрела на него: "Ты принес меня?" Скайлер Джонс слегка кивнула. Кристин посмотрела на инвалидное кресло, затем снова на него: «Что вы только что сказали?» Скайлер Джонс больше не уклонялась от ответа, пристально посмотрела на Кристин и медленно произнесла: «Прости, я тебя обманула». Кристин, недоумевая, поднялась из его объятий: «Какой обман?» В тот же миг Скайлер Джонс последовала примеру Кристин и тоже села. Увидев происходящее, Кристина широко раскрыла глаза от изумления. «Со мной все в порядке, Кристин, я не парализована». Не желая больше обмана, Скайлер Джонс посмотрела на Кристин широко раскрытыми глазами и ясно заявила: Кристин резко покачала головой и вскочила с кровати в недоумении: «Невозможно, невозможно… Ты явно была парализована, должно быть, мне это снится». Кристина сильно потёрла глаза, не желая верить своим глазам. Однако ее руки внезапно схватила его высокая, прямая фигура, стоявшая прямо перед ней. Она безучастно смотрела на красивого, прямоходящего мужчину, отступая на шаг назад, но он вовремя обнял ее за талию, притянув к себе лицом. "Кристин…" "Отпустите меня!!" Кристина вспыхнула гневом и внезапно оттолкнула Скайлер Джонс. И всё же длинные руки Скайлера Джонса обняли её, крепко прижимая к себе Кристин. «Отпусти меня, отпусти меня, ублюдок…» — закричала Кристин. Скайлер Джонс позволял Кристин ругаться и сопротивляться, но при этом крепко держал ее. "Скайлер Джонс, ты мерзавец… Ты мне солгал… мерзавец…" — истерически закричала Кристин, размахивая ногами. Скайлер Джонс, слегка охрипшим голосом, сказал: «Простите…» "Отпустите меня, отпустите меня…" «Я тебя не отпущу…» «Если вы меня не отпустите, я промолчу и покончу с собой». Она признала, что это был всплеск гнева, но он все равно отпустил ее, испугавшись. Как только она освободилась, она подняла кулаки и начала колотить его: «Ублюдок, как ты мог мне лгать… ублюдок!!» ---------- Главы 852–440: Дополнительная история: Встреча с Рен Цинлэ Скайлер Джонс не сопротивлялся, позволив ей выплеснуть на него свои эмоции. Пока она совсем не обессилела и не рухнула на землю. Он нервно поддерживал её, пытаясь поднять. Но, столкнувшись с его прикосновением, она изо всех сил закричала: «Не трогай меня!!» Скайлер Джонс всё равно её забрала. Как бы она ни сопротивлялась, он отнёс её на кровать, позволяя ей пинать, бить и ругаться на него. После того как она ударила его в последний раз, она постепенно остановилась и, наконец, расплакалась. Скайлер Джонс крепко обнял её, его хриплый голос был полон вины и раскаяния: «Не плачь, дорогая…» "Сволочь…" Даже плача, она не забыла проклясть его. «Главное, чтобы ты перестала плакать, я сделаю всё, что ты захочешь». От его слёз её сердце сжалось, и он умолял её. Она продолжала рыдать, но больше не смотрела на него, ее заплаканные глаза смотрели пустым взглядом. Скайлер Джонс накрыл ее тело, его слегка грубая рука обхватила ее мокрое лицо, его голос был хриплым: «У меня не было выбора… если бы я этого не сделал, я ясно понимал, что с твоим характером ты ко мне не вернешься». Кристин Куинн никак не отреагировала, полностью погруженная в свою боль. "Кристин, посмотри на меня…" Казалось, она ничего не слышала, оставалась неподвижной. Он обхватил ее лицо ладонями, заставляя встретиться с ним взглядом, и тихо произнес: «Прости, я просто не мог вынести мысли о том, чтобы ты ускользнула от меня». Наконец, ее полные слез глаза посмотрели на него, и она смотрела на него несколько секунд. Он осторожно вытер большим пальцем оставшиеся слезы с ее лица, признавая свою вину: «Я знаю, что это презренно и эгоистично, но что еще я мог сделать, чтобы вернуть тебя?» Она была упряма; если уж приняла решение, то уже не собиралась его менять. Это был единственный выход, который он смог придумать. У неё сжалось сердце, и она сказала: "Значит, ты думал, что сможешь меня обмануть?" "Мне жаль." «Думаешь, простое „извини“ может стереть твой эгоизм?» — прохрипела она. — «Знаешь, как сильно меня ранило, когда я узнала, что ты парализован? Я даже чувствовала, что твой паралич был косвенно вызван мной, и ты использовал мою вину, заставляя меня волноваться, как дуру. Как ты мог быть таким жестоким?» "Мне жаль…" Она усмехнулась: «Перестань так говорить, тебе это не кажется отвратительным?» В его глазах мелькнула боль: «Я знаю, что ничто из того, что я скажу, не изменит ситуацию… что я могу сделать, чтобы ты меня простила?» «Я никак не могу тебя простить». "Кристин…" "Не смей меня так называть!!" — Кристин Куинн сердито оттолкнула его. Он был застигнут врасплох, и она оттолкнула его. С громким «хлопком» он тяжело упал на пол. Громкий шум испугал ее, и она быстро села, но увидела, как он застонал от боли, а затем потерял сознание. Она в панике вскочила с кровати, поспешно обняв его за голову: "Скайлер…" Он ничего не ответил, позволив ей трясти его. Она так испугалась, что ее лицо побледнело: "Скайлер, Скайлер…" Он по-прежнему никак не реагировал. Она испуганно протянула руку, чтобы проверить, как у него пахнет, но внезапно он схватил ее за маленькую ручку. Прежде чем она успела отреагировать, он перевернул ее и прижал к себе. Она в полубессознательном состоянии спросила: "Ты в порядке?" "Конечно, со мной что-то не так… у меня до сих пор болит голова." "Ты это заслужил!!!" Увидев, что с ним все в порядке, ее временно забытая злость вновь дала о себе знать. Он льстиво улыбнулся: «Если я просто так уйду, что случится только с тобой?» "Неужели я не могу жить без тебя?" «Вы можете, но со мной ваша жизнь станет еще лучше». Кристин Куинн вызывающе отвернула лицо: «Думаю, это был бы настоящий кошмар». «Это не кошмар, это сладкий сон». «Уходи, я больше не хочу тебя видеть». Она снова оттолкнула его. Он схватил её непослушные руки, сохраняя приятную улыбку: «Не сердись, у тебя недоброе сердце, не стоит волноваться». Если она не злится, то хотя бы может использовать ноги, верно? Она оттолкнулась ногой и ударила его прямо в нижнюю часть тела. "Ах!" Он с трудом откатился от неё, стиснув зубы: «Чёрт возьми, ты что, пытаешься убить своего мужа?» Кристин Куинн бросила на него злобный взгляд: «Разве ты не говорил, что я могу делать все, что захочу?» "…" Он действительно сам навлекал на себя неприятности. Кристин Куинн хлопнула в ладоши и, не глядя на него, поднялась с пола, сразу же выйдя из комнаты. ---------- Главы 853–440: Дополнительная история: Допрос Жэнь Цинлэ (2) Когда она положила руку на дверную ручку, чтобы открыть дверь, он схватил ее за талию и притянул к себе: «Куда ты идешь?» "Уход." Скайлер Джонс, терпя боль в нижней части тела, крепко обнял ее: «Я тебя не отпущу». «Какое право вы имеете меня заключать под стражу?» «Ты моя жена». «Мы уже планируем развестись». «Но ты всё ещё носишь наше обручальное кольцо». Кристин Куинн подняла руку: «Кольцо, да?» Она кивнула, словно решив разорвать с ним отношения: «Я сниму его и верну тебе сейчас же». "Не…" Скайлер Джонс крепко сжала её руку, прижимая к себе: «Ты правда меня не простишь?» Кристин Куинн резко ударила его: «Кто простит такого негодяя, как ты?» «Просто продолжайте бить, пока не будете удовлетворены результатом». «Я не хочу, бить тебя — это пустая трата энергии». Он слегка отстранил её и с лестным видом посмотрел на её опухшее лицо: «Учитывая, что две самые важные части моего тела повреждены, пожалуйста, простите меня хотя бы на этот раз!» Кристин Куинн наконец нанесла ему последний удар, смягчилась и прижалась к нему в объятиях. Он вздохнул с облегчением и нежно обнял её. Он действительно думал, что она сейчас его не простит… Она закрыла глаза и обняла его: «Я ни на что не способна, я просто не могу долго злиться на тебя». Он поцеловал её в волосы: «Обещаю, в будущем больше не будет никакого обмана». «Подожди». Она вдруг подняла на него взгляд: «Значит, мама и Говард Джеффри тоже об этом знали?» «Да, и Мари тоже…» Что? Она единственная была в неведении? В душе Кристин Куинн вспыхнул гнев, но она с улыбкой воскликнула: «Оверски…» Он прислонил подбородок к ее лбу: "Ммм?" Ее нежная улыбка очаровала его. Неожиданно, в следующую секунду, Кристин Куинн резко ударила ногой Скайлер Джонс по нижней части тела. Увидев, как он снова согнулся от боли, она сохранила свою нежную улыбку и сказала: «Ты действительно заслуживаешь того, чтобы стать калекой». «Мамочка, ты что, совсем меня игнорируешь?» В гостиной Мари обняла ногу Кристин Куинн и спросила. Кристин Куинн неторопливо сидела на диване, взглянула на дочь, которая изо всех сил старалась ей угодить: «Скажи мне, ты ближе к папе или ко мне?» "Вы оба одинаковые, вы ведь мои мама и папа!" Кристин Куинн бросила на дочь косой взгляд и надула губы: «Ты забыла, как мама воспитывала тебя одна все эти годы?» Мари наклонила голову и спросила: «Мамочка, ты не хочешь, чтобы я была рядом с папой?» Кристин Куинн справедливо заметила: «Мама не говорила, что ты не можешь быть близка с папой, но между папой и мамой тебе нужно быть ближе к маме. А теперь ты всегда на стороне папы и помогаешь ему обманывать маму; из-за этого мама чувствует, что годы, которые она провела, воспитывая тебя одна, ничто по сравнению с теми двумя-тремя годами, что папа вернулся». Мари притворилась обиженной и опустила голову: «Мамочка, я знаю, что была не права». Кристин Куинн не вынесла вида расстроенной дочери и тут же сказала: «Ладно, ладно, мама на тебя не злится; мама просто злится на папу за то, что он обманул маму». Какая же это афера с продажей «Оверского» из-за паралича, а Честер Робинсон мог бы вылечить свой паралич… Он определенно мог бы получить «Оскар» за лучшую мужскую роль. Самым ужасным была та ночь… При мысли об этом Кристин Куинн невольно покраснела. Он даже попросил её проявить инициативу. Черт возьми, Скайлер Джонс, даже два удара ногой — это уже слишком мягко! «Мама, у папы не было другого выбора, иначе ты бы была с дядей Гибсоном». Если задуматься, если бы Скайлер Джонс не притворилась "парализованной", сегодня её выбор, возможно, был бы совсем другим. Кристин Куинн лежала на диване и ворчала: «Встретив такого негодяя, я могу списать это только на свою невезучесть – я ведь в молодости плохо узнавала людей…» Кристин Куинн долго что-то бормотала себе под нос, прежде чем поняла, что дочь не ответила. Она обернулась, чтобы найти дочь, но увидела высокую и крепко сложенную фигуру, стоящую перед диваном. Кристин Куинн была поражена: «Ты, ты, когда ты вернулся?» Скайлер Джонс стоял, скрестив руки, и неторопливо наблюдал за ней: «Не так давно, всего несколько минут назад!» Кристин Куинн подтянула ноги и откинулась на диван: «Разве ты не говорил, что идёшь в офис? Почему ты так быстро вернулся…» Скайлер Джонс опустил руки и лениво сел рядом с Кристин Куинн. Кристин Куинн вздрогнула и отползла, пытаясь отдалиться от него. Но он протянул свои длинные руки и притянул ее обратно к себе: «Если бы я не вернулся, откуда бы я знал, что ты так мной недовольна?» Кристин Куинн спокойно убрала руку Скайлера Джонса: «Не думай, что твои прошлые обманы улажены вот так просто; мы будем разбираться с ними постепенно в будущем». Скайлер Джонс внезапно прижала Кристин Куинн к дивану, схватила ее за руки и игриво спросила: «Ты действительно хочешь со мной жениться?» Глядя на его мускулистое тело, склонившееся низко, и на эти кокетливые глаза, от которых она покраснела, а сердце забилось быстрее, Кристин Куинн невольно покраснела: «Эй, это же гостиная, ты, ты… веди себя прилично». Скайлер Джонс усмехнулась: «Значит, тебе нужно идти в номер?» «Иди к черту!» Кристин Куинн толкнула Скайлер Джонс в грудь: «Если ты не отпустишь, я… я закричу!» "За кого ты будешь кричать?" «Я буду кричать за Мари!» «Простите, наша драгоценная дочь всегда была на моей стороне». «Ты такой бесстыжий негодяй». Скайлер Джонс опустил голову и чмокнул ее в губы: «Разве этих двух ударов было недостаточно?» Кристин Куинн отвела взгляд в сторону, совершенно равнодушно: «По крайней мере, ты еще не калека». Скайлер Джонс повернула лицо Кристин Куинн и, насмешливо улыбаясь, сказала: «Если бы я действительно была инвалидом… у тебя бы больше не было счастливой жизни». "Тогда мне действительно стоит попробовать…" В то же время Кристин Куинн подняла ногу, чтобы сделать удар ногой. Однако, поскольку Скайлер Джонс уже дважды получала травмы, она предвидела это и отодвинулась, поднимая ногу. Кристин Куинн была расстроена и попыталась вырваться, но обнаружила, что он крепко её прижал. "Эй…" Кристин Куинн хотелось выругаться, но краем глаза она увидела, как служанка хихикает и быстро убегает из зала. "Отпустите меня, здесь так много людей… у вас нет стыда, а у меня есть." «Тогда давайте вернемся в комнату». "Зачем возвращаться в комнату?" «Сделать то, что необходимо сделать». "Хм?" ---------- Главы 854–441: Дополнительная история: Она очень хочет рассказать ему о своем состоянии. Скайлер Джонс протянул руку и поднял с дивана Кристин Куинн, весившую девяносто фунтов. "Ах…" Кристин Куинн вздрогнула и инстинктивно обняла его за шею: «Что с тобой случилось так рано утром?..» Скайлер Джонс не ответила на вопрос Кристин и отнесла её прямиком наверх. «Бах!» — он распахнул дверь спальни и захлопнул её лодыжкой… Скайлер Джонс прижалась спиной к холодной стене и страстно поцеловала её… Кристин Куинн продолжала поворачивать голову и хлопала его по спине: «Нет… нет… остановись…» После бурной череды поцелуев Скайлер Джонс отпустила ее, задыхаясь от сопротивления: «Я хочу тебя». Запыхавшись, Кристин Куинн сказала: «Я же говорила вам вчера вечером, это невозможно». Скайлер Джонс поднял ногу Кристин Куинн, обвив её свою талию, и притянул их ближе, его бёдра коснулись её чувствительной зоны, он смотрел на неё глазами, полными желания, и хриплым голосом спросил: «Ты сможешь сопротивляться?» Он выглядел довольно жалко, но… "Я тебя ещё не простил!!" «Пока оставим это в стороне, давайте сначала разберемся с этим», — сказал он, уткнувшись лицом в шею Кристин Куинн, его горячее дыхание было полным нетерпения. "Нет!!" Внезапно Кристин Куинн оттолкнула Скайлер Джонс. Скайлер Джонс, которую силой оттолкнули, не смог сдержать ругательств, затем быстро подхватил ее на руки и направился прямо к кровати. «Эй, Скайлер Джонс…» Прежде чем Кристин Куинн успела произнести хоть слово сопротивления, ее бросили на кровать. Он быстро наклонился и прижал ее к земле, когда она пыталась вырваться. Поцелуи лились потоком… Разница в физической силе между мужчинами и женщинами не позволяла ей сопротивляться, и под его умелыми поцелуями она не могла сдержать стонов… Однако, как только они начали раздеваться, Кристин Куинн внезапно отстранилась от водоворота желания, торопливо похлопав его по плечу: «Я не могу этого сделать». Ее внезапные слова заставили его замереть, он остановился, целуя ее ключицу. Его глаза, покрасневшие от желания, медленно поднялись, чтобы посмотреть на нее. "Я…" «Не слишком ли я тороплюсь?» Думая, что Кристин Куинн отвергала его с прошлой ночи, потому что он ее пугал, он сдержал свои внутренние порывы, его магнетический голос был хриплым, но терпеливым: «Прости, просто прошло так много времени с тех пор, как я…» Он понимал, что подобен голодному волку, но не мог контролировать эти мысли… В те дни, когда он притворялся парализованным и неспособным двигаться, каждый раз, когда он видел ее лежащей рядом с ним в пижаме, его мысли невольно блуждали… Это мужской инстинкт, самое первобытное желание, которое он не смог подавить. "Я понимаю, я просто…" Она прекрасно знала о его желании; они оба взрослые, и каждый раз, когда он смотрел на нее с вожделением, как она могла отказать ему? Только… После нерешительности Кристин Куинн наконец сказала: «Простите, Оверски, боюсь, я не могу дать вам то, что вы хотите…» Скайлер Джонс нежно обхватила ладонями обеспокоенное лицо Кристин Куинн: «Зачем говорить такие вещи?» Кристин Куинн посмотрела в полные желания красные глаза Скайлер Джонс: «После операции врач сказал, что пока я полностью не выздоровею, мне нельзя заниматься ничем слишком напряженным». Скайлер Джонс несколько секунд смотрела на Кристин Куинн, а затем внезапно отодвинулась от нее, натянув одеяло. Увидев, как он встал с постели, Кристин Куинн печально опустила глаза. Неожиданно, надев халат, Скайлер Джонс вернулась, легла рядом с ней и нежно обняла: «Ты должна была сказать мне раньше». Кристин Куинн безучастно уставилась на стоявшую рядом Скайлер Джонс: «Ты не расстроена?» Скайлер Джонс протянул руку и обнял ее: «Почему я должен расстраиваться?» Губы Кристин Куинн удивленно приоткрылись. Скайлер Джонс нежно поцеловала ароматные волосы Кристин Куинн: «Нет ничего важнее твоего здоровья». У Кристин Куинн внезапно защекотал нос, она прижалась к Скайлеру Джонсу, крепко обнимая его: «Прости…» «Дурак, это я должен извиняться. Мне следовало быть внимательнее, ведь ты только что перенес операцию». «Врач сказал, что мое сердце все еще находится под наблюдением». Скайлер Джонс внезапно напряглась: «Тогда в прошлый раз…» Кристин Куинн тихо ответила: «Всё в порядке… врач сказал, что это нормально, просто не слишком часто». ---------- Глава 855 - 441: Дополнительно: Она очень хочет рассказать ему о своем состоянии (2) Скайлер Джонс вздохнула с облегчением: «В будущем я буду осторожнее». Кристин Куинн подняла глаза и встретилась с его раскаявшимся взглядом, глубоко произнеся: «Оверскей…» "Хм?" «В тот день я приняла противозачаточные таблетки». "Я знаю." Скайлер Джонс кивнула и поцеловала ее в лоб: «Я не планировала заводить больше детей». "Почему?" «Потому что однажды ты чуть не погибла, рожая Мари». «Вам это Говард Джеффри рассказал?» "Да." Кристин Куинн опустила взгляд, медленно погружаясь в воспоминания. «В то время мне еще не сделали операцию по пересадке сердца, и врач сказал, что я не могу выносить беременность. Но когда я была беременна Мари, у меня возникло необъяснимое желание родить ее… Роды были опасными, я чуть не пролежала всю жизнь на операционном столе, потому что мое сердце перестало биться, но, к счастью, небеса были ко мне благосклонны, позволив мне увидеть, как растет Мари». «Больше всего я тебе обязан вот чем… Когда ты больше всего нуждалась во мне, я изгнал тебя из своего мира с сердцем, полным ненависти, оставив тебя в одиночестве терпеть столько боли и мучений». «Всё это уже в прошлом…» Кристин Куинн крепко обняла Скайлер Джонс, наслаждаясь тишиной и спокойствием с закрытыми глазами. «Я никогда тебя не винила, потому что рождение Мари было моим решением». «Я не позволю тебе снова столкнуться с такой опасностью… Мари достаточно для всей этой жизни». Кристин Куинн хотела рассказать Скайлер Джонс… Она очень надеялась, если это будет возможно, родить от него еще одного ребенка… Она была не лишена привлекательности, и Скайлер Джонс тоже был неплох, их ребенок определенно будет таким же очаровательным, каким была Мари в детстве. Но эти слова она могла хранить только в сердце, потому что не могла их исполнить. Видя ее молчание и опасения, что она может слишком много думать, он вместо этого утешил ее: «Спасибо, что подарили мне такую ​​умную и прекрасную дочь, как Мари, вы обе — величайшая удача в моей жизни». Кристин Куинн мягко улыбнулась, словно котенок, нашедший себе удобное место в его объятиях, и сладко закрыла глаза. Во второй половине дня Скайлер Джонс снова отправился в компанию на работу… Кристин Куинн неспешно читала книги вместе с Мари в тени садовых деревьев. Солнце ярко светило, лучи пробивались сквозь густую листву и падали на книги, создавая уютную атмосферу. "Мама?" "Хм?" «Когда вы с папой поженитесь?» Рука Кристин Куинн резко остановилась, когда она подняла взгляд на дочь: «Замужем? Разве мы с твоим папой уже не зарегистрировали брак?» Мэрилин Куинн всерьез сказала: «Я имею в виду свадьбу… Посмотрите, как дядя Джеффри везет тетю на остров Фоум на свадьбу, это так романтично!» «О, свадьба — это всего лишь формальность, это не имеет значения». «Как это может не иметь значения? Тетя Бекка так прекрасно выглядела в свадебном платье, я тоже хочу, чтобы мама надела свадебное платье». «Мари, твоя мама уже довольно старая, знаешь ли?» «Разве до вашего тридцатилетия осталось не два месяца?» «Глупышка, мама молода душой, ой, нет, это старое сердце, а не старик… Эти девичьи фантазии давно ушли в прошлое». Мэрилин Куинн прислонила подбородок к груди и вздохнула: «Честно говоря, я, похоже, больше не подхожу на роль вашей девочки, разбрасывающей цветы…» Кристин Куинн тихонько усмехнулась: «Самое главное, мы, может быть, и справимся, но твой папа, скорее всего, с этим не справится…» "Почему?" «Ему сорок лет!» «Но папа выглядит таким молодым!» "Действительно?" «Конечно, на днях, когда папа отвёз меня в школу, мама одной из моих одноклассниц увидела папу и даже попросила у меня его номер телефона. Она сказала, что папа молодой и красивый!» Кристин Куинн взглянула на дочь: «Есть ли какие-то проблемы с атмосферой в вашей школе?» Мари праведно возразила: «Мамочка, это родители ученика, а не школа». "Ох… в следующий раз, когда кто-нибудь попросит номер телефона твоего папы, просто дай им мой." "Почему?" «Разрушительница семей выражает почтение своей главной жене!» Маленькая Мари расхохоталась: «Мамочка, ты, должно быть, в последнее время слишком много смотришь сериалов…» Кристин Куинн тоже смеялась. В этот момент у Кристин Куинн зазвонил телефон. Достав телефон, она взглянула на вышедший номер, спокойно отошла в сторону и нажала кнопку ответа: «Здравствуйте». «Мисс Куинн, это я». «Мисс Дуглас, что вы хотите обсудить?» «Я слышал об инциденте на строительной площадке в Лос-Анджелесе…» «Просто скажите то, что хотите сказать, прямо!» "Нога Оверского не была травмирована; она… неизлечима, верно?" Кристин Куинн изначально хотела всё объяснить Дженнифер Дуглас, но её очень обеспокоенный тон заставил Кристин почувствовать себя неловко, поэтому она промолчала. «Мисс Куинн, я звонил без всякого злого умысла, я просто беспокоюсь об Оверски, поэтому хочу представить вам замечательного врача». Кристин Куинн по-прежнему ничего не сказала. Дженнифер Дуглас продолжила: «Этот врач очень опытный и, по совпадению, хороший друг моего отца. Он очень опытен в лечении паралича…» «Я не думаю, что это необходимо. Вы разве не видели сегодняшние новости?» «Какие новости?» «Вчера Скайлер Джонс провел пресс-конференцию, чтобы прояснить слухи о продаже Оверски… так что с его ногой все в порядке». «Что, ты серьёзно?» — Дженнифер Дуглас явно обрадовалась этой новости после стольких переживаний. — «С ним всё в порядке?» «Мисс Дуглас, я ответила на ваш вопрос, не могли бы вы ответить на мой вопрос сейчас?» "Вперед, продолжать." «Почему вы два месяца назад посетили гинекологическое отделение одной больницы в Нью-Йорке? Я знаю, что вы утаили некоторую информацию в нашем последнем разговоре, поэтому, пожалуйста, скажите мне прямо сейчас, есть ли у вас какие-либо отношения со Скайлер Джонс?» «Я уже ясно дал понять в прошлый раз, что у меня с ним нет никаких отношений». «Поскольку между нами нет никаких отношений, пожалуйста, больше не звоните, вы серьезно вредите моему браку с ним». Дженнифер Дуглас тоже не из тех, с кем стоит шутить. В ответ на резкие слова Кристин она холодно сказала: «Мисс Куинн, вы должны знать о моих чувствах к Оверски… Ради его счастья я уже решила отпустить его. Не могли бы вы сказать мне, что еще мне следует сделать? В данный момент я просто выражаю беспокойство за Оверски, примете вы это или нет, я все равно сдержу свое обещание и больше не буду беспокоить Оверски…» ---------- Глава 856–442: Дополнительно: Потрясающая правда 1 Кристин холодно ответила: «Тогда, пожалуйста, говорите то, что думаете, и делайте то, что говорите!» Дженнифер вдруг улыбнулась: «Мисс Куинн, похоже, вы до сих пор не чувствуете себя в безопасности рядом со Скайлером… Даже если я свяжусь со Скайлером, если он вас любит, что я могу сделать? Ваше предупреждение лишь усиливает тревогу в вашем сердце…» «Вам не нужно злонамеренно сеять раздор; я совершенно ясно выражаю свои чувства к Скайлер». «Тогда я могу лишь пожелать вам обоим счастья». Кристин немедленно завершила разговор. Слова Дженнифер вызвали у нее в сердце неясную боль, она схватилась за грудь и глубоко вздохнула. "Мама…" Внезапный голос испугал Кристин. Она быстро опустила руку, прикрывавшую грудь, посмотрела на дочь и спросила: «Хм?» «Слуга сказал, что дядя Гибсон здесь». Когда Кристина пришла в холл виллы, слуга уже пригласил Джонатана сесть на диван. Она села напротив Джонатана, слегка улыбаясь: «Джонатан». «Изначально я планировал пригласить тебя выпить, но, учитывая, что сейчас ты можешь быть недоступен, я решил прийти к тебе домой». Кристин мягко улыбнулась: «Спасибо за вашу заботу». Джонатан медленно произнес: «Я пришел сегодня сказать вам две вещи…» "Кто они такие?" «Прежде всего, мне нужно вернуться в Нью-Йорк по делам, поэтому… я приехал попрощаться с вами». «Хорошо, желаю вам безопасного путешествия». «Кроме того…» — Джонатан передал Кристине папку с документами, — «мой друг-врач провел тщательное расследование по поводу того, о чем я говорил в прошлый раз… Вот информация, которую мой друг-врач прислал по факсу, и я думаю, вам стоит с ней ознакомиться». Кристин взяла папку с документами и достала из нее один из них. Внезапно она спросила: «Это медицинская карта Дженнифер?» Джонатан кивнул: «Сначала взгляни!» Кристин в замешательстве открыла медицинскую карту. В медицинской карте зафиксирован плановый гинекологический осмотр. Кристин на мгновение опешилась, подняв глаза на Джонатана: «Это…» Джонатан извинился: «Простите, мои слова причинили вам ненужное беспокойство. Как оказалось, я слишком много об этом думал. Дженнифер пошла в больницу к моей подруге всего лишь на плановый гинекологический осмотр, ничего больше». Кристина с огромным облегчением вздохнула, на ее лице расцвела яркая улыбка: «Я знала, что ничего не случилось, я верю тому, что он мне говорит». «Прости, я слишком волновался… Я рад, что это не повлияло на ваши отношения». «Не говори так, я знаю, ты заботился обо мне». «Оказывается, твое решение вернуться к Скайлеру было правильным… Я наконец-то могу спокойно оставить тебя под его присмотром». Кристин была вне себя от радости, ее лицо сияло лучезарной улыбкой. Джонатан внезапно встал с дивана и тепло произнес: «Кристин, тогда я больше не останусь…» Кристин быстро поднялась вместе с ним: «Ты сейчас уходишь?» «Да, я сейчас направляюсь в аэропорт». "Выходите?" «Ничего не могу поделать, у меня срочные рабочие дела». "Тогда позвольте мне вас проводить…" "Хорошо." Прощаясь с Джонатаном в саду, Кристин не заметила, как в виллу въехала машина. Когда Кристин вернулась в холл, она с удивлением обнаружила, что Скайлер каким-то образом вернулся и сидит на диване. Увидев его несколько суровое выражение лица, Кристин подошла к нему с улыбкой и спросила: «Когда вы вернулись?» Скайлер протянул свою длинную руку, притянув к себе Кристин: «Джонатан снова пришел тебя навестить?» Кристин удивленно, слегка приоткрыв рот, спросила: «Вы его видели?» "И ты так ярко улыбалась ему?" Кристин бросила на Скайлер косой взгляд: «Почему я так ярко улыбалась? Подожди-ка, может, я и улыбалась ярко, но не потому, что видела Джонатана, ладно? Потому что у меня хорошее настроение». "Хм?" — спросил он. Кристин убрала руку Скайлер со своей талии, встала, уперев руки в бока: «Эй, ты можешь быть такой мелочной! Джонатан пришел только попрощаться, а что, если бы я ярко улыбнулась ему? В конце концов, он мне помог…» Скайлер поднялся вместе с ней, в его темных глазах читалось явное недовольство: «Он тебя желает». Кристин потянула Скайлера за галстук и праведно сказала: «Пожалуйста, будь шире мысли… Я ему ясно дала понять, что он проявляет заботу только как друг. Думаешь, все такие же бесстыжие, как ты?» ---------- Глава 857 - 442: Дополнительно: Потрясающая правда 1_2 Скайлер Джонс внезапно обнял Кристин Куинн за талию, притянув её к себе: «Я что, невнимателен?» Кристин Куинн сделала вид, что серьезно оглядывает его с ног до головы: «Нигде не вижу такого — у вас есть вкус». Скайлер Джонс внезапно уткнулся головой в шею Кристин Куинн и нежно покусал ее… «Ах!» — воскликнула Кристин Куинн от боли. — «Как больно!» Он нежно поцеловал её в шею, в его магнетическом голосе слышалась нотка властной угрозы: «Ты всё ещё смеешь говорить, что у меня нет вкуса?» Кристин Куинн тут же стала молить о пощаде: «Я не смею…» Скайлер Джонс медленно целовал Кристин Куинн, переходя от шеи к губам… Поцелуй в таком месте, как коридор, должен был быть довольно неловким, но как только его губы коснулись её губ, её тело расслабилось, словно сахарная вата… Он обнял её за талию, а она прижалась к его шее, и они страстно целовались. Его поцелуй был страстным и интенсивным, температура его тела постепенно повышалась… Она отвечала ему взаимностью, чувствуя себя так, словно парила в облаках, полностью растворяясь в себе. Но как раз в тот момент, когда страсть достигла своего пика, он внезапно отпустил её. Кристин Куинн обмякла в объятиях Скайлер Джонс. Скайлер Джонс легонько поцеловал Кристин Куинн в лоб, его голос хриплым голосом произнес: «Если это продолжится, я не смогу себя контролировать…» Кристин Куинн, охваченная желанием, смотрела на Скайлер Джонс. Скайлер Джонс снова чмокнул ее в губы: «Не смотри на меня так, боюсь, я не смогу себя контролировать…» Произнося эти слова, он крепко обнял ее. Чтобы отвлечься от мыслей, которые сейчас не стоило бы об этом думать, Скайлер Джонс тут же сменил тему: «Кстати, Эрни составил для меня рабочий график, я не буду ходить в компанию в ближайшие несколько месяцев…» «Почему? Так привык сидеть дома, что даже отказался от должности генерального директора?» «Нет, я хочу взять тебя с собой в путешествие». "Поездка?" Кристин Куинн в шоке подняла взгляд от груди Скайлер Джонс: "Почему тебе вдруг пришла в голову идея взять меня в поездку?" «Я помню, вы упомянули много мест, которые хотели бы посетить, например, увидеть лаванду в Провансе, ветряные мельницы в Нидерландах и посетить Флорентийский собор из-за его святости…» Кристин Куинн слегка вздрогнула. "Ты… ты помнишь?" Скайлер Джонс нежно посмотрела на нее: «Конечно, помню, я помню все, что ты сказала». Тринадцать лет назад она пожаловалась, что он слишком занят работой, чтобы приглашать ее куда-нибудь, и он пообещал когда-нибудь сводить ее в эти места… В тот момент она думала, что он просто пытается ей угодить, и никак не ожидала, что он все еще будет помнить места, которые она хотела посетить… Внезапно у Кристин Куинн заложило в носу неприятное ощущение, и она слегка прикусила губу. Заметив в ее глазах проблеск грусти, он обхватил ее лицо руками и мягко спросил: «Почему твои глаза вдруг покраснели?» «Я чувствую, что вы очень хорошо ко мне относитесь». Скайлер Джонс нежно похлопала её по милому носику: «Глупышка… немного сладости, и ты будешь довольна. Ты забыла, как много я тебе ещё должен?» «В Флорентийский собор в Италии?» «Да, разве вы не говорили, что это самое священное место?» Кристин Куинн кивнула. Скайлер Джонс улыбнулся и сказал: «Я отвезу тебя во все места, которые ты захочешь посетить. Когда ты устанешь, мы устроим свадьбу во Флорентийском соборе в Италии…» "Свадьба?" «Я не делал тебе официального предложения, но, по крайней мере, я должен устроить тебе пышную свадьбу». В его глазах она увидела его мечты о будущем, он казался ребенком, восторженно рассказывающим ей о прекрасном будущем… Ее глаза внезапно наполнились слезами, и две крупные слезинки скатились по щеке. — Что случилось? — Он напряженно приподнялся, обнимая ее. — Почему ты вдруг начала плакать? — Он нежно и заботливо вытер слезы с уголков ее глаз. Ее заплаканные глаза пристально смотрели в его глаза, и после того, что показалось ей вечностью, она наконец приоткрыла дрожащие губы, опустила голову и хрипло произнесла: «Оверски, боюсь, я не могу поехать в эти места, и я не могу сыграть свадьбу в Италии…» Скайлер Джонс с деликатным видом нахмурил брови: «Почему?» Кристин Куинн печально покачала головой: «Простите, я не сказала вам, мое здоровье уже ухудшилось…» В тот момент, когда Кристин Куинн говорила, внезапно зазвонил телефон. Скайлер Джонс не обратила внимания на телефонный звонок, но нервно спросила Кристин Куинн: «Что с твоим здоровьем? Что ты имела в виду?» Возможно, звон в ушах на мгновение вывел Кристин Куинн из состояния печали, позволив ее рациональности немного вернуться к реальности. Она посмотрела на лицо Скайлер Джонс, в котором читалось беспокойство, и слова, которые она хотела сказать, внезапно застряли у нее в горле. "Кристин…" «Э-э, Оверскай, у меня звонит телефон, не могли бы вы принести мне мой телефон?» «Что ты хотел мне только что сказать?» "Я…" Кристин Куинн все еще колебалась. Скайлер Джонс пристально смотрел на нее, его хмурый взгляд становился все более хмурым. «Я расскажу тебе позже… Можешь сначала принести мне мой телефон? Звонит Бекка». "Хорошо." Скайлер Джонс протянула руку и передала телефон с прикроватной тумбочки Кристин Куинн. Кристин Куинн взяла телефон, прислонилась к груди Скайлер Джонс и нажала кнопку ответа: «Алло… Что? О… хорошо, я сейчас же еду в Нью-Йорк, убедись, что Говард Джеффри останется с ней, ей может быть страшно одной… Да, хорошо, тётя, я поеду в Нью-Йорк с Оверски». Закончив разговор, Кристин Куинн в срочном порядке сказала Скайлер Джонс: «Твоя мама позвонила мне с телефона Бекки и сказала, что Бекка в больнице, возможно, она вот-вот родит…» «Разве вы не говорили, что роды должны состояться в следующем месяце? С ней все в порядке?» «Она родила на 21 день раньше срока, но это не такая уж большая проблема, ребенок доношенный, тетя только что позвонила, чтобы сообщить нам об этом». Скайлер Джонс кивнула: «Это хорошо, с Говардом Джеффри рядом нет причин для чрезмерного беспокойства». Кристин Куинн приподнялась, держа в руках одеяло: «Я обещала Бекке, что буду рядом с ней, когда она будет рожать. Может, нам уже ехать в Нью-Йорк?» "Хорошо." "Мы можем уехать сегодня вечером?" "Уезжайте сегодня вечером?" «Конечно, Бекка сейчас в больнице, мне нужно быть рядом с ней как можно скорее…» «Хорошо, я позвоню, чтобы договориться!» «Мм, спасибо». Скайлер Джонс опустила взгляд и чмокнула Кристин Куинн в щеку: «Глупышка, почему ты говоришь мне спасибо?» Кристин Куинн откинулась на спинку кресла в объятиях Скайлер Джонс и радостно сказала: «Это здорово! Говард Джеффри и Бекка всегда мечтали о дочери, и наконец-то их желание исполнилось…» ---------- Глава 858–443: Дополнительная история: Потрясающая правда 2 Скайлер Джонс повернулась к Кристин Куинн, нежно обнимая ее: «Дорогая, ты мне еще ничего не сказала, что ты пыталась мне сейчас сказать?» Ой… Верно, она не закончила говорить то, что хотела сказать ранее. Однако в этот самый момент ей вдруг не захотелось ему ничего рассказывать… Она всегда хотела найти подходящий момент, чтобы рассказать ему о своем состоянии здоровья, но почему-то никак не могла подобрать нужную возможность… В этот момент, в пылу страсти, она очень хотела ему все рассказать, подготовить его к разговору, но, увидев его мгновенно помрачневшее выражение лица, испугалась. Она не могла ему сказать… Если бы она рассказала ему сейчас, все прожитые ими дни были бы омрачены печалью. Они с ним упустили столько лет и наконец-то обрели мгновение сладкого счастья; как она могла так жестоко оборвать всё это? Она жаждала, чтобы её ценили и обожали, как обычного человека… Она мечтала чувствовать себя с ним как обычная супружеская пара… Ей очень хотелось с удовольствием прижаться к его теплой груди, как это было сейчас… Она знала, что с ним будет то же самое; если он узнает, что ее организм снова отторгает токсины, он, конечно же, забеспокоится, расстроится, и вся красота перед ними, казалось, мгновенно рухнет… Более того, Бекка вот-вот должна была стать родственницей; все были охвачены этой радостью, как она могла позволить всем волноваться за нее в это время? После непродолжительного раздумья Кристин Куинн наконец медленно произнесла: «Я просто хотела сказать вам, что последние два дня я чувствую, что моему телу, возможно, некомфортно…» Скайлер Джонс нервно спросила: «Где именно вам некомфортно? Это сердце?» "Хм, не уверен, изменилось ли это с тех пор, но в последнее время возникает ощущение боли в сердце, хотя на самом деле сердце не болит…" Услышав эти слова Кристин Куинн, Скайлер Джонс наконец немного расслабил свой напряженный взгляд, крепко обнял ее, положив подбородок ей на волосы, и прошептал: «Ты меня напугала… твое нынешнее состояние должно быть нормальной реакцией. В конце концов, после операции на сердце всегда есть ощущение, что чего-то не хватает, но пока сердце не болит, все должно быть в порядке». «Возможно, меня пугает мое сердце…» «У тебя всё ещё есть чувство юмора, я чуть не умер от страха перед тобой». «Мое тело давно уже превратилось в бомбу замедленного действия, кто знает, когда она взорвется…» «Нет…» — сильные руки Скайлера Джонса крепко обняли Кристин Куинн, прижимая её к себе, его голос был хриплым. — «Небеса не будут так жестоки к нам, они непременно благословят нас, пусть мы состаримся вместе». Кристин Куинн прислонилась к Скайлер Джонс и пробормотала: «Стареть вместе — это действительно очень романтично и очень красиво…» Он нежно прошептал ей на ухо: «Ты состаришься со мной?» «Это ваше запоздалое предложение?» Он рассмеялся: «Мне что, нужно вставать на колени, как актеру в телесериалах?» «Мне это не нужно, это слишком банально…» «Пока ты этого хочешь, я не против немного поиздеваться над тобой». «Конечно, хочу». Она повернулась и обняла его за шею: «Я хочу счастливо пройти этот жизненный путь вместе с тобой». Хотя её жизнь очень коротка, с ним рядом она уже счастлива. Он прижал её к себе и страстно поцеловал… Поскольку Мари нужно ходить в школу, Скайлер Джонс и Кристин Куинн разрешили Мари пока остаться в городе Y, а заботу о ней позаботятся слуга семьи и личный телохранитель Скайлера Джонса, Джастин. В ту же ночь Скайлер Джонс и Кристин Куинн вылетели в Нью-Йорк. Примерно через десять часов полета Скайлер Джонс и Кристин Куинн прибыли в Нью-Йорк ночью. В данный момент, в больничной палате… Говард Джеффри сидел у постели измученной Ребекки Квентин, крепко обнимая ее и снова и снова целуя ее влажные от пота волосы: «Бекка, ты много работала…» Несмотря на сильную усталость, на ее бледном лице все же читалась довольная улыбка. В данный момент малышка находилась на руках у Кристин Куинн, и та, смеясь как ребенок, дразнила малышку: «Эй, маленькая принцесса… открой глазки и посмотри на тетю… ты такая милая, маленький розовый комочек, так и хочется тебя поцеловать…» Миссис Джеффри стояла рядом с Кристин Куинн, в ее элегантности чувствовалась бабушкина доброта: «Сейчас трудно сказать, на кого она похожа, но, должно быть, у нее глаза как у Бекки, ресницы такие длинные и завитые…» «Независимо от того, на кого она похожа, она определенно будет очаровательной маленькой принцессой». ---------- Глава 859 - 443: Дополнительно: Потрясающая правда 2_2 «Тётя, я хочу увидеть, я хочу увидеть и младшую сестру…» Эндрю прыгал от радости, следуя за Кристин Куинн. «Хорошо, бабушка поднимет тебя, чтобы ты увидел…» — миссис Джеффри с любовью подняла Эндрю на руки. Глаза Эндрю, полные невинности, расширились, казалось, он был растерян, и спустя некоторое время сказал: «Мамочка, младшая сестричка вся в морщинах, совсем некрасивая». Слова Эндрю рассмешили всех присутствующих. Говард Джеффри, поддразнивая Ребекку Квентин, сказал: «Дорогая, похоже, мама только что сказала, что наша дочь похожа на тебя…» Ребекка Квентин фыркнула, и Говард Джеффри быстро поцеловал ее, чтобы успокоить жену. Влюбленная пара, Говард Джеффри и Ребекка Квентин, в очередной раз вызвала завистливые неодобрительные возгласы некоторых медсестер в больничной палате. Кристин Куинн, держа на руках маленькую принцессу, улыбнулась и объяснила своему племяннику: «Эндрю, новорожденные всегда такие, ты был не таким красивым, как твоя младшая сестра, когда родился!» Эндрю моргнул своими чистыми черно-белыми глазами: "Правда?" «Конечно, ты тогда весь был морщинистый и выглядел как маленький старичок, но твоя мама и тетя тебя не недолюбливали!» Эндрю надулся и сказал: «Мне не не нравится младшая сестра… Я пообещал маме быть старшим братом и защищать свою младшую сестру в будущем». «Эндрю просто великолепен», — похвалила Кристин Куинн. В этот момент миссис Джеффри повернулась к Скайлеру Джонсу, чье красивое лицо было мягким, но он еще не произнес ни слова и не влился в восхитительную семейную атмосферу: «Оверски, раз уж вы здесь, почему бы вам не остаться в Нью-Йорке еще на несколько дней…» «Вы можете спросить Кристин, что она об этом думает». «Ладно, ладно, я пойду поговорю с Кристин», — взволнованно сказала миссис Джеффри. Скайлер Джонс трудно убедить, но она совершенно уверена, что сможет переубедить Кристин Куинн. "Кристин…" — миссис Джеффри подошла к Кристин Куинн. "Хм?" «Вам с Оверски следует остаться в Нью-Йорке ещё на несколько дней…» «Конечно, я тоже хочу проводить время с Беккой». Издалека, когда Кристин Куинн сияла лучезарной улыбкой, создавая впечатление, что у нее все идеально, в ясных глазах Ребекки Квентин мелькнула нотка грусти, улыбка медленно исчезла, и горечь и дискомфорт наполнили грудь Ребекки Квентин. Говард Джеффри, обладая исключительно острым зрением, заметил это едва заметное изменение на лице Ребекки Квентин и тихо спросил: «Что случилось?» Ребекка Квентин покачала головой и, прижавшись к Говарду Джеффри, прошептала: «Я просто немного устала». Говард Джеффри наклонился, чтобы поцеловать Ребекку Квентин: «Тогда спи… Я останусь с тобой в больнице на ночь». "Хм." Ночь, особняк Джонса. Кристин Куинн вышла из ванной после душа и увидела Скайлер Джонс у окна, разговаривающую по телефону. Кристин Куинн отложила полотенце, которым сушила волосы, и тихо подошла, внезапно обняв его сзади. Скайлер Джонс обсуждал деловые вопросы со своей секретаршей из Y City, но, обняв жену, тут же прервал разговор, повернулся и обнял её: «Закончил принимать душ?» "Хм." Он наклонился к ее шее, его голос был магнетическим: «От тебя чудесно пахнет». Кристин Куинн оттолкнула Скайлер Джонс, пробормотав: «Перестань шалить… давай обсудим дела». "Бизнес?" Кристин Куинн взяла Скайлера Джонса под руку и повела его к кровати: «Почему ты такой?» Сидя на краю кровати, Скайлер Джонс не смог удержаться и собственнически обнял стройную талию Кристин Куинн, пристально глядя на нее: "Хм?" Кристин Куинн быстро отвела лицо: «Эй, не смотри на меня так…» Как только в его глазах появляется хоть малейший намёк на напряжение, она не может этого вынести. Он улыбнулся, заметив её застенчивость, крепче обнял её и сказал: «Хорошо, скажи». Кристин Куинн ущипнула его за красивую щеку и серьезно сказала: «Посмотри на себя, когда видишь маму и Говарда, твое лицо становится бесстрастным… почему ты не хочешь подойти к ним поближе? Они же твоя семья». «Мне достаточно быть рядом с тобой…» «Почему ты такой? Ты же знаешь, что мама и Говард очень хотят, чтобы ты забыл о прошлых недоразумениях и поладил с ними». Скайлер Джонс отпустила Кристин Куинн и легла обратно на кровать. Кристин Куинн подошла к нему, поправляя галстук на шее: «Эй, не уклоняйся, тебе нужно научиться ладить со своей семьей». Скайлер Джонс чмокнул свою милую жену: «Я стараюсь». «Одних попыток недостаточно, нужно любить! Ты понимаешь, что такое „любовь“? Это значит любить их так же, как любишь меня». "Если вы хотите, чтобы я это сделал, боюсь, я не могу…" "Почему?" В этот момент Скайлер Джонс пристально посмотрела на Кристин Куинн и с нежностью произнесла: «Потому что я никогда не смогу любить их больше, чем люблю тебя…» «Ты проказница, постоянно говоришь такие вещи, от которых мне хочется плакать…» Хотя Кристин Куинн игриво замахнулась кулаком, чтобы отругать Скайлер Джонс, в ее глазах блестели слезы. "Кристина, может, поженимся в Италии?" Когда Кристин Куинн снова затронула эту тему, она на мгновение растерялась и не знала, как ответить. Скайлер Джонс предположил, что колебания Кристин Куинн связаны с тем, что он еще не обеспечил ей достаточную безопасность, поэтому спросил: «У вас все еще есть опасения?» Кристин Куинн покачала головой, а затем улыбнулась ему: «Хорошо, иди и организуй это сам». Скайлер Джонс с удовольствием поцеловал её. Кристин Куинн мило улыбнулась, но никто не знал, как сильно в тот момент болело ее сердце. «Тебе следует принять душ, я пойду к твоей маме, она сказала, что хочет кое-что со мной обсудить». "Хм, возвращайся скорее, я хочу убаюкать тебя…" «Знаю, поторопись и уходи». Скайлер Джонс незаметно поцеловал Кристин Куинн еще раз, после чего неторопливо направился в ванную, ослабив галстук. Кристин Куинн надела шелковый халат и подошла к двери комнаты миссис Джеффри. Она протянула руку и легонько постучала: «Тётя…» Миссис Джеффри, казалось, ждала Кристин Куинн, и, улыбаясь, открыла дверь: «Кристин». «Тётя, вы хотели со мной поговорить?» «Заходите, поговорим внутри». "Хорошо." Кристин Куинн последовала за миссис Джеффри в комнату. Свекровь и невестка сидели на диване в гостиной, и миссис Джеффри ласково улыбнулась Кристин Куинн: «Не нужно быть формальной, называй меня „мамой“, как и раньше!» Кристин Куинн мягко улыбнулась: «Хорошо, мама». Миссис Джеффри взяла Кристин Куинн за руку и тихо вздохнула: «Я чувствую, что небеса ко мне благосклонны, подарив мне не только двух замечательных сыновей, но и двух прекрасных невесток… Раньше я не была к вам добра, но, к счастью, вы были широки в своих взглядах и не держали на меня обиды». «Мама, разве я не говорила тебе, что так больше говорить не следует? Тогда у всех были недопонимания, поэтому, естественно, было трудно сохранять гармонию, как сейчас». ---------- Глава 860 - 444: Дополнительная история: Беззаботные дни (1) «К счастью, Оверскей вернул тебя, иначе потеря тебя в качестве невестки будет для меня тяжким сожалением на всю жизнь». Кристин Куинн застенчиво улыбнулась: «Если бы Оверски действительно искал других девушек, он бы определенно легко нашел кого-нибудь получше меня». «Он бы не стал, потому что его взгляд на любовь совпадает с взглядом Хоуи: если уж влюбился, то на всю жизнь… возможно, это связано с влиянием моего развода со Стивеном Джеффри». «Как жаль, что у меня не очень хорошая фигура». «Это неважно, важно то, что вы любите друг друга и можете вместе преодолеть любые препятствия». Услышав слова миссис Джеффри, Кристин Куинн слегка нахмурилась и не удержалась, спросив: «Мама, ты хочешь мне что-нибудь сказать?» Кристин почувствовала, что слова миссис Джеффри в этот момент лишь подготовили почву для того, что должно было произойти. Как и ожидалось, миссис Джеффри тяжело вздохнула и вдруг сказала: «Поразмыслив, я все же считаю необходимым рассказать вам об этом… потому что, даже если я вам не расскажу, Чарльз Дуглас не оставит это без внимания». "Что это такое?" Миссис Джеффри посмотрела на Кристин Куинн слегка серьезным взглядом и медленно произнесла: «Вчера мне позвонил Чарльз Дуглас и сказал, что наша семья Джеффри должна взять на себя ответственность за свою дочь…» «Что Чарльз Дуглас имеет в виду?» — растерянно спросила Кристин. Миссис Джеффри нахмурилась: «Он сказал, что Дженнифер Дуглас сделала аборт по просьбе Оверски два месяца назад, и он хочет, чтобы Оверски взяла на себя ответственность». Глаза Кристин расширились от недоверия. "Кристин…" Увидев, как лицо Кристин мгновенно побледнело, миссис Джеффри в панике схватила ее за руку: "Сначала выслушай меня…" Кристин безучастно посмотрела на миссис Джеффри, ее губы слегка дрожали: «Мама, ты хочешь сказать, что у Дженнифер родился ребенок от Оверски?» «Кристин, не волнуйся пока, послушай, как мама закончит, всё не так, как ты думаешь». Казалось, глаза Кристин мгновенно потускнели, она впала в оцепенение. Миссис Джеффри поспешила объяснить: «Оверски никогда не причинит вам зла, вы должны ему доверять…» Кристин в растерянности покачала головой, боль явно читалась в ее глазах. "О боже, это всё моя вина, что я так болтлива, мне не стоило тебе говорить…" — миссис Джеффри ругала себя, ударяя себя по рту. Кристин быстро протянула руку, чтобы остановить ее: «Мама, не делай этого…» «Я никчемная мать, никогда не сделала ничего хорошего…» "Мама, не говори так…" Голос Кристин был полон скорби, она все еще явно переживала недавнюю боль. Миссис Джеффри поспешно снова взяла Кристин за руку и нежно сказала: «Кристин, учитывая происходящее, мама должна была поговорить об этом с Оверски, но я решила рассказать тебе, потому что за этим кроется нечто большее… Мама не может обсуждать это с Оверски, но боюсь, Чарльз Дуглас сам обратится к тебе в будущем, поэтому мама решила сначала сообщить тебе». Взгляд Кристины уже потускнел, и голос ее, казалось, ослабел, когда она слабо спросила: «Что еще остается?» Миссис Джеффри сказала: «В тот день ко мне пришел Чарльз Дуглас и сказал, что однажды возил Дженнифер в город Y, чтобы найти Оверски…» Кристин кивнула: «Да, они пришли». «В тот день Чарльз сказал, что на самом деле он собирался рассказать Оверски, что Дженнифер сделала аборт ради него, и что он должен взять на себя ответственность… но когда Дженнифер увидела вас с Оверски вместе, она решила отступить и твердо потребовала от Чарльза не разрушать ваше счастье с Оверски. Тем не менее, Чарльз действительно не мог смириться с такой несправедливостью по отношению к Дженнифер, поэтому он рассказал мне об этом…» «Если Чарльз хочет, чтобы Оверски взял на себя ответственность, почему бы не обратиться напрямую к Дженнифер?» «Поскольку Дженнифер запретила Чарльзу упоминать об этом, она даже угрожала отцу расправой, чтобы заставить его это сделать». «Кто может быть уверен, что это не шоу, устроенное Дженнифер и Чарльзом вместе?» Миссис Джеффри кивнула: «Конечно, мы не можем полностью верить словам Чарльза, но что касается ребенка…» Выражение лица миссис Джеффри стало серьезным: «Чарльз показал мне медицинские документы Дженнифер, касающиеся аборта, с заключением врача, подтверждающим, что Дженнифер действительно сделала аборт два месяца назад…» «Медицинские справки также могут быть подделаны». «Я знаю, но многие медсестры в кабинете этого врача видели Дженнифер в больнице, и, что самое важное, Дженнифер очень горько плакала в больнице… так что я думаю, это не подделка». Тон Кристин был слегка взволнованным: «Нет, я не думаю, что у Оверски были какие-либо отношения с ней… Я лично спрашивала Оверски, и он сказал, что никогда не прикасался к Дженнифер». ---------- Главы 861–444: Дополнительная история: Беззаботные дни 1_2 «Вот почему я не рассказала Скайлер о том, что ко мне обращался Чарльз Дуглас, а сообщила вам напрямую». "Почему?" «Потому что даже сам Скайлер этого не знает…» Кристин Куинн с недоумением посмотрела на миссис Джеффри. Миссис Джеффри вздохнула и сказала: «Чарльз Дуглас сказал, что он оказывал давление на Дженнифер Дуглас, и инцидент произошел в ночь на X месяц X день…» "Ночь месяца X и день X?" «Верно, сегодня день рождения Скайлер». Упоминание о том дне до сих пор производит глубокое впечатление на Кристин Куинн. В тот день все хотели отпраздновать день рождения Скайлера Джонса, поэтому приготовления начались заранее. Миссис Джеффри готовила сама, Говард Джеффри возвращался домой с работы пораньше, а Бекка отвечала за то, чтобы он оставался дома, пока она переодевалась в белое платье, которое ему нравилось… Все надеялись, что он останется дома, но в итоге этого не произошло. Она до сих пор отчетливо помнила ту ночь, когда он не вернулся домой и провел всю ночь на улице. Задумавшись, Кристин Куинн взглянула на миссис Джеффри; ее глаза казались тусклее. «Кристин, я знаю, что Скайлер не вернулся домой в тот вечер, так что…» Даже тогда Кристин Куинн энергично покачала головой: «Я не верю в это… Я отказываюсь верить. Если бы у Скайлера действительно были отношения с Дженнифер Дуглас, он бы не стал скрывать это от меня…» «Но в ту ночь Скайлер напился…» Кристин Куинн уставилась на него пустым взглядом и спросила: "Пьяная?" Миссис Джеффри кивнула: «По словам Чарльза Дугласа, Дженнифер Дуглас заранее подготовила вечеринку в честь дня рождения Скайлер, но Скайлер не пришла. Дженнифер была в подавленном настроении большую часть ночи, но позже Скайлер все же пришла к ней. В тот момент Скайлер была очень пьяна и ничего не соображала, поэтому…» «Вы хотите сказать, что весьма вероятно, что у Скайлера были интимные отношения с Дженнифер после употребления алкоголя?» «Я тоже не хочу в это верить, но я позвонил подписчику Скайлер, Джастину, и он сказал, что Скайлер действительно напилась в одиночестве, а затем пошла искать Дженнифер и не уходила до утра…» Услышав это, Кристин Куинн тяжело опустилась на диван. "Кристин, ты в порядке?" Кристин Куинн схватилась за ноющую грудь, ее глаза быстро наполнились слезами. Миссис Джеффри в панике трясла Кристин за руку: «Кристин, Кристин, не пугай меня так. Я не знаю, что делать, если ты будешь так себя вести…» По щекам Кристин текли слезы. Она прикусила губу, пытаясь сдержать рыдания. Миссис Джеффри тоже расплакалась, рыдая: «Кристин, пожалуйста, не надо… Чарльз Дуглас признался, что Дженнифер сказала, что Скайлер приняла Дженнифер за тебя в тот вечер. У него никогда не было никаких непристойных мыслей о Дженнифер. В его сердце всегда была только ты…» Боль усиливалась, сливаясь с душевной болью. Увидев, как бледнеет лицо Кристин Куинн, миссис Джеффри запаниковала, ее собственное лицо побледнело от страха, слезы текли крупными каплями: «Дорогая, я знаю, что с тобой поступили несправедливо, но все это произошло из-за недоразумения между Скайлером и тобой… Как бы то ни было, Скайлер просто вышел из себя из-за выпивки в тот вечер. Если бы он действительно был бабником, как такое могло случиться только с Дженнифер в тот день? И ты должна знать, какой это был день…» Кристин Куинн бесстрастно ответила: «Я знаю…» Миссис Джеффри повторила: «Скайлер, должно быть, был в плохом настроении в тот день… Впервые за более чем двадцать лет я отмечала его день рождения. Скайлер всегда обижался на меня за то, что я тогда выбрала Говарда Джеффри, а не его, поэтому он довольно отстраненный. Когда он увидел, как мы празднуем его день рождения, он, вероятно, больше думал о боли и одиночестве последних двадцати с лишним лет без семьи. Вот почему он так много выпил, предпочитая общество постороннего человека, а не наше общение…» В этот момент Кристин Куинн внезапно вспомнила, что Скайлер Джонс сказала ей ранее. Она вспомнила, как спросила Скайлера, был ли он с Дженнифер, и хотя Скайлер категорически это отрицал, он оставил одну фразу — «не в трезвом состоянии». Тогда, пребывая в состоянии счастья, она не зацикливалась на этом, но, вспоминая сейчас, понимаю, что он действительно что-то скрывал… Возможно ли, что то, что произошло той ночью, действительно имело место? Нет… Она всё ещё не могла в это поверить. Она не могла смириться с тем, что Дженнифер Дуглас и Скайлер Джонс были вместе. Она твёрдо верила словам Скайлера о том, что он не был с Дженнифер… Тук-тук. Стук в дверь прервал разговор миссис Джеффри и Кристин Куинн. "Кристин, Кристин…" Это был голос Скайлер Джонс, донесшийся снаружи. Кристин Куинн слегка запаниковала, быстро вытерла слезы с глаз и лица и поспешно ответила: «Я здесь». «Уже поздно, тебе пора спать…» — Его голос был мягким даже сквозь дверь. «Хорошо, я скоро буду в комнате». «Я буду ждать тебя», — сказала Скайлер снаружи. Кристин Куинн поспешила в ванную, быстро умылась холодной водой и вышла. Выйдя наружу, она увидела миссис Джеффри, которая выглядела обеспокоенной за нее: «Кристин…» Прежде чем миссис Джеффри успела что-либо сказать, Кристин Куинн строго заявила: «Что бы ни случилось, я не поверю односторонней истории Чарльза Дугласа и Дженнифер Дуглас. Мне нужно встретиться с Дженнифер». «Ты можешь встретиться с Дженнифер, но пока не рассказывай об этом Скайлеру… Он может даже не помнить, что делал в пьяном виде. Если бы он знал, что был с Дженнифер, он мог бы не простить себя. А если ничего серьезного не произошло, это может быть просто план Чарльза Дугласа и его дочери, чтобы разрушить ваши отношения. Если ты поговоришь со Скайлером, то просто попадешь в их ловушку». «Знаю, я не буду спорить со Скайлер. Сначала я проведу расследование». «Хорошо, но если вы хотите познакомиться с Дженнифер, позвольте мне это сделать…» «Хорошо, она, может, и не выйдет, если я попрошу, но с тобой всё по-другому». «Кристин, будь уверена… Я признаю тебя только как невестку. Даже если Скайлер совершит ошибку, выпив, я не позволю Дженнифер этим воспользоваться… Я всегда ненавидела разрушительниц семей!» «Мама… спасибо». «Возвращайся в свою комнату… Милая, не переживай. Завтра я добьюсь справедливости». ---------- Главы 862–445: Дополнительно: Беззаботные дни 2 Кристин Куинн глубоко вздохнула и вышла из комнаты. Выйдя из комнаты, Скайлер Джонс тут же обнял ее: «Почему ты так долго болтала? Я уже принял душ…» "Я…" Она призналась, что больше всего в тот момент ей хотелось громко расспросить его о том, что произошло той ночью, но… в конечном итоге здравый смысл взял верх над импульсом. «У меня, естественно, много тем для обсуждения с твоей мамой!» — выдавила она улыбку и ответила. Скайлер Джонс обняла Кристин Куинн и направилась к их комнате: «Как можно обсуждать столько тем с пожилым человеком?» «Конечно, ты думаешь, что их нет, ты такая одинокая и не знаешь, как любить, у тебя нет тем для разговора ни с кем». Скайлер Джонс украдкой поцеловал её в щёку: «Пока у нас есть с тобой темы для разговора, этого достаточно». От его нежного голоса ее сердце в этот момент защемило еще сильнее… Она не могла позволить ему обмануть её, да и не верила, что он это сделает, но слова, которые он произнес в тот день, глубоко ранили её сейчас… В любом случае, поскольку он был сдержан в своих высказываниях, это указывает на то, что он признал возможность своих отношений с Дженнифер Дуглас. Несмотря на то, что совершенно очевидно: если у него и были неподобающие отношения с Дженнифер Дуглас, то это произошло в нетрезвом состоянии, когда он принял Дженнифер Дуглас за неё, она всё равно не смогла это принять… Женщины эгоистичны, как они могут позволять другой женщине делить с ними своего мужа? "Что не так, почему ты молчишь?" «Ничего, я просто немного сонный». "Тогда давай ляжем спать пораньше… разве ты не говорил, что тебе нужно завтра рано утром поехать в больницу, чтобы побыть с Беккой?" "Мм." Неожиданно, войдя в комнату, Скайлер Джонс внезапно подняла на руки Кристин Куинн. Кристин Куинн, и без того расстроенная, испугалась внезапного подъема и поспешно похлопала его по плечу: «Что ты делаешь?..» Скайлер Джонс отнесла Кристин Куинн в постель и непрестанно целовала ее. Кристин Куинн повернула голову, чтобы избежать его прикосновений: «Не будь таким…» «Я просто удовлетворяю свою тягу… Клянусь, я ничего не сделаю, чтобы причинить тебе вред», — сказал он и снова уткнулся ей в шею. К сожалению, прижав руки к его сжимающейся груди, она пристально посмотрела на него: «Оверски, я очень устала…» Скайлер Джонс на секунду опешился, затем резко отстранился от Кристин Куинн, протянул руку, чтобы обнять ее, и спросил: «Что случилось? Ты выглядишь немного странно». Опасаясь, что он что-то заметит, она намеренно затянула лямки пижамы и игриво сказала: «Я не доверяю твоей выдержке… Многие мужчины обманывают девушек в первый раз именно таким образом». Скайлер Джонс рассмеялся: «Ладно, ладно… спи». Сказав это, он обнял Кристин Куинн, больше не двигаясь с места. Кристин Куинн прислонилась к руке Скайлера Джонса, затем внезапно повернулась боком и уставилась на него широко раскрытыми глазами. Скайлер Джонс слегка опустил голову и спросил: «Что с тобой, смотришь на меня вот так?» «Мне вдруг пришла в голову мысль задать тебе вопрос, и ты должен ответить мне честно, потому что если ты не ответишь как следует, это может всё испортить между нами». «Хорошо, я весь внимание». Кристин Куинн протянула руку, чтобы погладить красивое лицо Скайлера Джонса, пристально посмотрела на него и серьезно спросила: «Помнишь, я спрашивала тебя, прикасался ли ты когда-нибудь к Дженнифер Дуглас?» "Мм." «Помнишь, как ты мне тогда ответил?» Красивое лицо Скайлера Джонса слегка напряглось, он явно не ожидал, что Кристин Куинн задаст такой деликатный вопрос. "Я помню." «Тогда повтори то, что ты мне ответил тогда». «Я не трогал Дженнифер Дуглас». «Нет, тогда вы отвечали не так». Скайлер Джонс нахмурился: «Разве не так? Мой ответ может быть только таким». Кристин Куинн пристально смотрела на него, внимательно наблюдая за выражением его лица: «Действительно, вы говорили мне, что не трогали Дженнифер Дуглас, но тогда вы добавили еще одно предложение…» «Какое предложение?» «Вы примерно ответили мне… вы сказали, что не прикасались к Дженнифер Дуглас, когда были трезвы». Темные зрачки Скайлера Джонса сузились, в глазах вспыхнул тусклый огонек. "Да". «Зачем вам понадобилось добавлять пункт о трезвости?» "Потому что…" "Из-за чего?" «Сначала скажи, почему тебе вдруг это пришло в голову? Это из-за разговора с моей мамой? Мама тебе что-то сказала?» — подозрительно спросила в этот момент Скайлер Джонс, от природы обладающая даром понимать чувства. Кристин Куинн поспешно сказала: «Мы с мамой просто непринужденно болтали, и именно во время разговора с мамой о том, как ты полностью разорвала отношения с Дженнифер Дуглас, мне невольно пришла в голову эта мысль…» ---------- Глава 863-445: Дополнительно: Беззаботная жизнь. Дни 2-2 Игра Кристин Куинн была неплохой, ей даже удалось обмануть Скайлер Джонс. Скайлер решительно ответила: «Изначально я хотела быть с тобой честной, но потом подумала, что в этом нет необходимости. Я решила, что если ты спросишь, я скажу правду». «Давай, я слушаю». Скайлер пристально посмотрела в глаза Кристин Куинн и искренне, отчетливо произнесла: «В тот день был мой день рождения, и вы все тщательно подготовились, чтобы отпраздновать его для меня. Но тогда, ослепленная ненавистью, я не хотела принимать вашу заботу, потому что на самом деле мне было одиноко внутри… В тот вечер я не встретилась с Дженнифер Дуглас, я нашла место, где можно было выпить в одиночестве, и выпила много алкоголя. Я смутно помню, что ходила к Дженнифер, но это было из вредности…» «За что?» «Потому что я не хотела признавать себе, что всё ещё неравнодушна к тебе… Знаешь, когда я была пьяна, я думала только о тебе, особенно в тот вечер, я вспоминала многие наши прошлые события… В тот вечер у меня было ужасное настроение, словно в приступе раздражения, я попросила Джастина отвезти меня к Дженнифер Дуглас… Я прекрасно понимала, что это Дженнифер, поэтому заставляла себя подойти к ней поближе, пытаясь доказать себе, что я уже забыла о тебе…» «Итак, в ту ночь с Дженнифер Дуглас...» «Кристин, я не хочу тебе врать, в ту ночь я действительно чувствовал, будто ты рядом со мной, мое тело отреагировало, и под воздействием алкоголя я не мог себя контролировать... Не знаю, может, я перепутал Дженнифер с тобой, но когда я проснулся, ее уже не было. После секса я позвонил ей, она сказала, что ничего непристойного между нами не произошло...» Кристин Куинн замерла в объятиях Скайлера, растерянно глядя на него. Скайлер нежно обхватил лицо Кристин Куинн ладонями, его голос дрожал от вины: «Кристин, клянусь, у меня никогда не было таких мыслей о Дженнифер, та ночь казалась мне сном, и во сне этим человеком всегда была ты… Даже когда я проснулся, мне казалось, что ты рядом со мной, я…» «Прекрати, не говори этого…» Кристин Куинн вдруг схватила себя за голову и энергично покачала ею: «Я не хочу это слышать…» "Кристин..." "Ух..." — наконец Кристина начала безудержно плакать. Скайлер нежно обняла Кристин, прислонив ее к изголовью кровати, крепко прижавшись к ее дрожащему телу и снова и снова шепча извинения: «Прости, малышка, прости...» Кристин больше ничего не сказала Скайлер, только продолжала плакать. Сначала она рыдала громко, а затем тихо плакала, нисколько его не винила, но ее полные слез глаза так и не смогли сфокусироваться. "Кристин, Кристин..." В конце концов, под его неоднократные крики, она сосредоточила на нем свой растерянный взгляд. Он неохотно произнес хриплым голосом: «Возможно, та ночь была всего лишь очень ярким сном…» Кристин наконец прохрипела: «Вы в это верите?» «Да, я это делаю… потому что я никогда не прикоснусь к другой женщине, даже если она без сознания». «А что, если бы ты это сделал?» «Нет никакого «если», я доверяю своему подсознанию». "Могу ли я тебе действительно доверять?" Скайлер поцеловал соленые губы Кристин: «Детка, ты должна мне доверять, хотя я и не знаю, что произошло той ночью, клянусь, мое сердце принадлежит только тебе. Если меня, Скайлера Джонса, когда-либо соблазнила другая женщина, пусть меня накажут выселением…» «Не говори так». Кристин остановила Скайлер, не дав ей произнести еще несколько ругательств, и, с трудом сдерживая слезы, добавила: «Я не хочу, чтобы ты говорила такие ругательства…» Скайлер поправила положение Кристин так, чтобы они смотрели друг другу в глаза, и искренне сказала: «Я просто хочу, чтобы ты поверила...» В носу Кристин снова появился кисловатый привкус. Скайлер быстро обнял Кристин, закрыл глаза и прошептал ей на ухо: «Я не хочу довольствоваться другими женщинами в мире, женщина, которая мне нужна, — это только ты». Кристин плакала, уткнувшись в плечо Скайлера, постепенно прижимаясь к нему... Наконец получив её ответ, он радостно обнял её крепче, постоянно шепча ей на ухо извинения... Эта ночь наконец-то закончилась. На следующий день. После событий прошлой ночи Скайлер стала уделять Кристин больше внимания. Когда Кристин проснулась рано, она обнаружила себя все еще в объятиях Скайлера, который не спал и всю ночь смотрел на нее открытыми глазами. "Ты... совсем не спал прошлой ночью?" — спросила Кристин, глядя на покрасневшие от бессонницы глаза Скайлер. Скайлер кивнула. Кристин нахмурилась: «Почему ты не спала?» Скайлер склонил голову и поцеловал Кристин в лоб, тихо сказав: «Я боялся, что ты уйдешь, пока я сплю». Увидев, как он утратил свою обычную гордость и уверенность, как его глаза наполнились осторожностью и детской паникой, она вдруг обняла его: «Ты такой глупый... Я никогда не говорила, что брошу тебя». "Я не могу без тебя, Кристин, я..." «Прекратите... давайте сделаем вид, что этого никогда не было, и больше никогда об этом не будем упоминать». "Хорошо." Кристин нежно погладила его лицо, которое, казалось, исхудало от бессонной ночи, и ее сердце сжималось от боли: «Кто еще может быть таким глупым, как ты? Если бы я действительно захотела уйти, ты бы смог меня остановить?» Он нервно обнял её за талию: «Ты ведь не собираешься уходить, правда?» Кристин ущипнула Скайлер за лицо: «Я не могу заставить себя покинуть тебя, а тем более Мари…» Скайлер наконец улыбнулась: «Даже если ты хочешь уйти, это всего лишь иллюзия, я больше никогда не позволю тебе меня покинуть». «Так что, можно мне сейчас немного отдохнуть, встать, принять душ, а потом пойти в больницу навестить Бекку?» "Пойдемте вместе!" "Хм?" Верный своему слову, Скайлер не хотел отпускать Кристин ни на минуту и ​​отнёс её в ванную. В утренней ванной комнате раздавался любящий смех мужчины и женщины. Больница. В палате Кристин с удовольствием дразнила новорожденную малышку у себя на руках: «Эй, маленькая принцесса, ты такая милая, открой глазки, чтобы увидеть тетю, не будь такой сонной, ленивая крошка…» Ребекка Квентин прислонилась к изголовью кровати; увидев, как Кристин дразнит свою дочь, на ее лице не было и следа улыбки. Кристин не смогла удержаться и сказала: «Ребекка Квентин, хватит уже... Я стою прямо перед тобой, так что не выгляди такой грустной. Я сильная, умереть не так-то просто». ---------- Глава 864-446: Дополнительно: Можно ли еще установить доверие? 3 «Да ладно, всё будет хорошо», — сказала Бекка. Кристин Куинн подняла глаза и улыбнулась младшей сестре: «Не делай всегда такое обеспокоенное лицо, когда видишь меня, ты все еще в послеродовом периоде, не позволяй своему настроению влиять на твое здоровье». «Как я могу не беспокоиться о тебе, ты…» Кристин Куинн решительно прервала Бекку: «Я уже говорила тебе, что жизнь и смерть предопределены судьбой, а богатство и честь — небесами. Даже если ты будешь беспокоиться обо мне, это не изменит решения небес». «Чем я могу тебе помочь, сестрёнка? Я так за тебя волнуюсь…» Голос Бекки и без того был печальным и сдавленным. Кристин Куинн вздрогнула и поспешно уложила ребенка в кроватку, вытирая слезы Бекки салфеткой: «Глупышка, не плачь… Мне тоже становится грустно, когда ты плачешь». Бекка всхлипнула: «Я хочу сказать мистеру Джонсу, что вы не сможете справиться со всем этим в одиночку…» Кристин Куинн внезапно обняла Бекку, утешительно похлопав ее по спине: «Довольно, хватит, не плачь… Если ты будешь плакать в послеродовой период, это повлияет и на твое зрение в будущем». Бекка также обняла Кристин Куинн, всхлипывая, чтобы сдержать эмоции: «Почему бы тебе не рассказать мистеру Джонсу?» Кристин Куинн, прервав нежное похлопывание Бекки по спине, честно сказала: «Потому что я хочу провести с ним несколько беззаботных дней». «Значит, вы не планируете обращаться за лечением?» Кристин Куинн с облегчением вздохнула: «На самом деле, моя болезнь вообще неизлечима. Если бы не первоклассная медицинская команда Говарда Джеффри, я, вероятно, не дожила бы до этого момента, поэтому я дорожу теми днями, которые у меня есть… Скажите, стоило бы ли мне не проводить оставшиеся дни с любимым человеком, а вместо этого беспокоиться о своей болезни?» «Даже если вы расскажете мистеру Джонсу, он всё равно останется рядом с вами…» «Но это всё изменит… Как только он узнает о моей болезни, он начнет обо мне беспокоиться, и в оставшиеся дни счастье уже никогда не вернется…» "Сестра…" «Бекка, пожалуйста, больше ничего не говори. Я уже приняла решение… Придержись того, что я тебе говорила раньше, никому не рассказывай о моей болезни, особенно твоему мужу Говарду Джеффри. Будь осторожна, он наблюдательный и внимательный. Не позволяй ему видеть тебя несчастной, иначе он расскажет мне об этом…» «Но я не могу просто смотреть, как ты слабеешь…» "Ладно, ты прямо как сварливая старуха… Если ты будешь так продолжать, я вернусь в город Y." Бекка поспешно схватила Кристин Куинн за руку: «Нет, сестрёнка…» Кристин Куинн слегка улыбнулась: «Тогда пообещай мне, что не будешь обо мне беспокоиться. Я уже говорила, что если ситуация ухудшится, я сразу же тебе скажу». «Как вы себя сейчас чувствуете?» «Со мной все в порядке, сердечные переживания случаются нечасто». «Нет, я всё ещё хочу проконсультироваться с врачом…» Кристин Куинн опустила голову и медленно произнесла: «Бекка, не могла бы ты позволить мне забыть обо всем и счастливо прожить несколько дней? Знаешь, я никогда не была так счастлива, как сейчас, мне кажется, что небеса уже были ко мне благосклонны». Бекка неохотно покачала головой. В этот момент Кристин Куинн взяла маленькую принцессу из кроватки, чтобы сменить тему: «Смотри, маленькая принцесса голодна, покорми ее…» Пока маленькую принцессу кормили, в больничную палату вошла миссис Джеффри. "Мама." Две невестки одновременно и почтительно воскликнули. Миссис Джеффри с любовью улыбнулась: «О чём так тихо болтают две сестры?» Кристин Куинн быстро ответила: «Ничего, мы боялись разбудить ребенка!» Миссис Джеффри лишь небрежно спросила, а затем продолжила: «Кстати, куда делись Говард Джеффри и Оверски?» Бекка ответила: «Они пошли в «Скайтоп», мистер Джонс сказал, что ему нужно кое-что обсудить с Говардом Джеффри». Миссис Джеффри не забыла напомнить: «О, Бекка, не забудь выпить суп, который я для тебя приготовила, ты сейчас физически слаба, не забывай подкрепляться…» Бекка послушно сказала: «Мама, я знаю, я выпью весь суп, который ты приготовила». Миссис Джеффри довольно улыбнулась, наблюдая, как служанка позади нее наливает суп из термоса. После того как Бекка отдохнула, миссис Джеффри и Кристин Куинн вошли в больничный коридор. Миссис Джеффри сказала: «Пока Говарда Джеффри и Оверски здесь нет, я позвоню Дженнифер Дуглас!» «Мама… в этом нет необходимости». "Хм?" Кристин Куинн спокойно посмотрела на миссис Джеффри: «Думаю, лучше оставить все как есть… Раз уж Дженнифер Дуглас не цепляется за Оверски, давайте сделаем вид, что этого никогда не было!» ---------- Глава 865 - 446: Дополнительная история: Можно ли еще установить доверие? (3_2) Миссис Джеффри тихо вздохнула: «На самом деле, я думала об этом всю прошлую ночь и наконец решила вам рассказать. Но сегодня утром мне снова позвонил Чарльз Дуглас». Кристин Куинн недовольно нахмурилась: «Что же он, собственно, задумал?» «Он повторял одни и те же избитые фразы о том, что Oversky должен взять на себя ответственность. Мне кажется, Чарльз Дуглас не позволит нам так легко решить этот вопрос». «В таком случае, похоже, нам еще предстоит встретиться с Дженнифер Дуглас…» «Если вы не хотите её видеть, тогда я пойду. Дженнифер Дуглас не смеет причинить мне вреда как старшему брату. Возможно, я ещё смогу убедить её прекратить действия своего отца». Кристин Куинн твердо заявила: «Нет, я хочу уйти. Какие бы уловки она ни использовала, я хочу, чтобы она сдалась. А что касается Чарльза Дугласа, похоже, только Дженнифер может его убедить». «Хорошо, я сейчас позвоню Дженнифер Дуглас. Мы встретимся с ней и быстро вернёмся, чтобы Оверски и Говард Джеффри ничего не заподозрили». "Да." Поскольку Дженнифер Дуглас тоже находилась в центре Нью-Йорка, Кристин Куинн и миссис Джеффри встретились с ней всего за полчаса. Дженнифер Дуглас не знала, что миссис Джеффри приедет с Кристин Куинн, поэтому, когда она увидела Кристин, выражение ее лица напряглось. Однако в присутствии миссис Джеффри Дженнифер Дуглас сохраняла достоинство и вежливость, обращаясь к ней: «Миссис Джеффри». Она слегка поклонилась. Миссис Джеффри не очень дружелюбно относилась к Дженнифер Дуглас и прямо заявила: «Вам не нужно со мной сближаться, просто называйте меня старой миссис Джеффри!» Дженнифер Дуглас побледнела от слов миссис Джеффри. Миссис Джеффри сказала: «Сядьте!» Затем Дженнифер Дуглас села напротив миссис Джеффри и Кристин Куинн. «Мисс Дуглас, мне нужно кое-что вам уточнить…» Миссис Джеффри не стала терять времени и сразу перешла к делу. Дженнифер Дуглас уважительно ответила: «Пожалуйста, говорите, старая миссис Джеффри». «В последние несколько дней ваш отец часто звонит нам домой и преследует нас. Вы что, всё это спланировали за кулисами?» Дженнифер Дуглас была явно шокирована, услышав это. Слегка приоткрыв рот, она ненадолго остановилась, прежде чем произнести: «Вы сказали, что мой отец звонил в дом Джеффри?» Миссис Джеффри кивнула: «Ваш отец постоянно говорит, что Оверски должен взять на себя ответственность за ваше счастье. Я не понимаю, почему. Вы не пара с Оверски, и вы не помолвлены, тем более что Оверски давно женат. За что же ваш отец хочет, чтобы Оверски взял на себя ответственность?» Кристин Куинн молча сидела рядом с миссис Джеффри, внимательно наблюдая за едва уловимыми выражениями лица Дженнифер Дуглас. Дженнифер Дуглас встала и извинилась: «Мне очень жаль, старая миссис Джеффри. Я не знала, что мой отец звонит, чтобы побеспокоить семью Джеффри… Я сейчас вернусь и расскажу отцу. Обещаю, он больше не будет беспокоить семью Джеффри». Дженнифер Дуглас уже собиралась уйти, но, сделав шаг, миссис Джеффри окликнула её: «То, что вы хотите сказать, может подождать, пока вы вернетесь к отцу. Сейчас мне нужно кое-что у вас спросить». Дженнифер Дуглас, сохраняя невозмутимость и достоинство, с уважением и вежливостью поставила сумку на стол: «Хорошо, тётя Джеффри». Миссис Джеффри повернула голову, чтобы посмотреть на Кристин Куинн, и любезно сказала: «Кристин, разве вы не говорили, что хотите задать ей вопросы наедине? Я пойду в туалет, а вы можете поговорить с ней». «Спасибо, мама». Миссис Джеффри тепло улыбнулась и грациозно вошла в туалет. После ухода миссис Джеффри Кристин Куинн сказала: «Дженнифер Дуглас, ваша тактика весьма хитра… Игра в недотрогу, отступление с последующим наступлением — все это очень умные ходы!» Дженнифер Дуглас спокойно посмотрела на Кристин Куинн и безразлично сказала: «Мисс Куинн, я не понимаю, что вы говорите. Но что касается того, что мой отец преследовал семью Джеффри, я действительно ничего об этом не знала. Я не отличаюсь особыми принципами, но, по крайней мере, я из тех, кто держит своё слово». «Пока нельзя сказать наверняка, сможет ли мисс Дуглас сдержать своё слово, особенно учитывая, что с того дня, как вы сказали мне, что не будете вмешиваться в мои отношения с Оверски, и до сегодняшнего дня, кажется, вы не сдержали это обещание ни на день». «Мне не нужно доказывать тебе свою порядочность. Я просто делаю то, что хочу. Веришь ты этому или нет, но когда я увидел, как Оверски находит тебя в городе Y, я уже решил отступить. Я забочусь об Оверски, но у меня нет намерения разлучать вас с ним». «Тогда позвольте задать вам вопрос, и, пожалуйста, ответьте на него честно». "Вперед, продолжать." Кристин Куинн пристально посмотрела на Дженнифер Дуглас и медленно спросила: «Что для тебя значит беременность за спиной Оверски?» В этот момент глаза Дженнифер Дуглас расширились от шока: «Как… как ты это узнала?» «Конечно, об этом любезно сообщил ваш отец». Дженнифер Дуглас раздраженно пробормотала: «Этот мой отец…» «Давай, я слушаю. Надеюсь, на этот раз ты скажешь мне правду». Дженнифер Дуглас раздраженно ответила Кристин Куинн: «Я уже говорила тебе в прошлый раз, между мной и Оверски ничего нет, и я точно не беременна от него тайно. Мой отец просто считает, что со мной поступили несправедливо из-за Оверски, поэтому он хочет заставить Оверски жениться на мне…» — Неужели? — спросила Кристин Куинн. — Но когда твой отец отвёз тебя в город Y, чтобы найти Оверски, казалось, он хотел свести с ним счёты… И ты всё ещё не хочешь сказать мне правду? «Мисс Куинн, если у вас есть сомнения по поводу чего-либо между Оверски и мной, почему бы вам не поговорить об этом с Оверски, вместо того чтобы расспрашивать меня?» «Оверский уже дал мне ответ. Если бы не неоднократные звонки вашего отца с угрозами, я бы сегодня с вами не встретилась! Мне нужно, чтобы вы сказали мне, за что именно вы хотите, чтобы Оверский нес ответственность? Если есть проблема, скажите об этом прямо, а если нет, пожалуйста, не преследуйте мою свекровь снова и прекратите эти закулисные интриги!» Дженнифер Дуглас громко рассмеялась, в её смехе звучала беспомощность: «Мисс Куинн, я не ожидала, что вы окажетесь такой ограниченной. Я начинаю сомневаться в здравомыслии Оверски… Если бы я намеревалась разлучить вас и Оверски, почему бы я помешала своему отцу неоднократно противостоять Оверски?» «Кто знает, может, это всего лишь игра между тобой и твоим отцом?!» «Кристин Куинн!!» — наконец воскликнула Дженнифер Дуглас, вставая. — «Я хочу вам всё объяснить! Я решила отступить, потому что люблю Oversky, но это не значит, что я должна терпеть ваши вопросы, поэтому не говорите со мной таким агрессивным тоном. Можете верить мне или нет, но я сказала всё, что хотела!!» Кристин Куинн уже собиралась что-то сказать, когда её внезапно прервал строгий голос: «Мисс Дуглас, у вас совсем плохой характер. Кристин всего лишь задала вам несколько вопросов, а вы ведёте себя высокомерно. Имеете ли вы теперь право разрушать чужие семьи?» Это говорила миссис Джеффри, и, выйдя из туалета и услышав разговор между Кристин Куинн и Дженнифер Дуглас, она не смогла сдержаться и встала перед Дженнифер Дуглас, полная презрения и пренебрежения. ---------- Глава 866-447: Дополнительно: Можно ли еще построить доверие? 4 Когда Дженнифер увидела, что это миссис Джеффри, ее строгое и холодное выражение лица слегка смягчилось. Она по-прежнему говорила уважительным и вежливым тоном: «Старая миссис Джеффри, я не собираюсь спорить с мисс Куинн, я просто…» Миссис Джеффри прервала то, что собиралась сказать Дженнифер: «Мисс Дуглас, у каждого есть чувство собственного достоинства. Скайлер сказал вам перед примирением с Кристин, что он не будет с вами. Он просто использовал вас, чтобы спровоцировать Кристин. Вы также прекрасно знаете правила игры, поэтому, пожалуйста, проявите хоть немного самообладания. Не цепляйтесь за нас беззастенчиво и уж точно не используйте такие тактики, как игра в "притворство", чтобы сблизиться с нами за спиной». «Старушка миссис Джеффри, хотя вы и пожилая женщина, я не согласен с тем, что вы называете меня бесстыдником, я…» Па―― Раздался громкий звук. Лицо Дженнифер было повернуто в сторону, на нем появилось несколько отчетливых красных пятен. Кристин Куинн была потрясена и встала со стула. Дженнифер, обхватив горящее, мучительное лицо руками, смотрела на миссис Джеффри с недоверием. Миссис Джеффри сохранила холодное выражение лица и равнодушно сказала: «Я преподаю вам урок от имени Кристин. Пожалуйста, откажитесь от своих маленьких планов, и если вы мечтаете войти в нашу семью Джеффри, вам сначала нужно убедиться, согласна я с этим или нет». Кристин поспешно подбежала к миссис Джеффри: «Мама…» Дженнифер хотела что-то сказать, но в этот момент она пристально смотрела на высокую фигуру позади миссис Джеффри. Кристин заметила взгляд Дженнифер и затем повернула голову. В следующее мгновение тело Кристин на мгновение напряглось. Увидев реакцию Кристин, миссис Джеффри тоже обернулась, и, увидев сына, сильно испугалась. Глаза Скайлер Джонс были темными, от них исходила холодная и суровая аура. Дженнифер, с трудом сдерживая боль на лице, смотрела на Скайлер и молчала. Кристин тихо произнесла: «Оверски…» Скайлер не ответила Кристин, а сразу же повернулась и ушла. Увидев удаляющуюся фигуру Скайлера, миссис Джеффри и Кристин поспешно бросились за ним вслед… Дженнифер продолжала смотреть на удаляющуюся Скайлер, в ее глазах едва заметные слезы. Она медленно села на стул, изо всех сил стараясь расширить заплаканные глаза. "Дженнифер…" Раздался голос, это был Чарльз Дуглас. Дженнифер не ответила. Чарльз Дуглас медленно подошел к Дженнифер, опираясь на трость: «Домашние слуги сказали, что вы ушли после телефонного звонка. Папа волновался за вас, поэтому он попросил водителя сообщить мне о вашем местонахождении. Только что мне показалось, что я видел Скайлера Джонса, вас…» "Папа…" — Дженнифер внезапно повернула голову, чтобы посмотреть на отца, и громко позвала его. Увидев синяки на лице дочери, Чарльз Дуглас нервно произнес: «Дженнифер, твое лицо…» Дженнифер ничего не объяснила, она просто сказала: «Почему вы постоянно звоните миссис Джеффри? Я уже говорила вам, что отпустила Оверски, не хочу разрушать его счастье. Почему вы не слушаете меня и не заставляете меня столкнуться с позором критики со стороны семьи Джеффри?» «Подожди, дочка, сначала скажи папе, кто тебя ударил, кто посмел ударить мою дочь, это был тот негодяй Скайлер Джонс?» «Нет, меня никто не бил». «Как так получилось, что никто тебя не ударил? Твое лицо…» В этот момент Дженнифер встала и осторожно поддержала старое, дрожащее тело отца, ее голос слегка охрип: «Папа, пожалуйста, перестань приставать к семье Джеффри, хорошо? Любовь нельзя получить силой или средствами. Даже если ты найдешь способы заставить Оверски жениться на мне, если он меня не любит, какой смысл быть с ним? Ты только ставишь меня в неловкое положение, ты действительно хочешь, чтобы твою дочь называли бесстыжей?» «Кто посмел тебя так назвать?» «Даже если никто об этом не говорит, нам всё равно необходимо обладать достаточной самосознанием». «Значит ли это, что раз этот негодяй Скайлер Джонс тебя запугивает, я должен просто это проигнорировать?» — Чарльз Дуглас был в ярости. "Папа—" Дженнифер снова громко закричала. Чарльз Дуглас неохотно постучал тростью по земле, плотно сжав губы. Дженнифер всхлипнула, взяв отца под руку: «Хорошо, папа, не сердись больше. Видишь ли, у меня сейчас все отлично». «Как дела? С тех пор, как ты вернулась из города Y, ты либо работаешь допоздна в офисе, чтобы заглушить боль, либо запираешься в своей комнате на весь день… Когда моя дочь вообще была такой негативной? У тебя всегда были высокие требования, и ты никогда ни в кого не влюблялась, но я никак не ожидала, что тебе вдруг понравится этот бессердечный и неблагодарный негодяй Скайлер Джонс…» «Папа, перестань об этом говорить, мы в общественном месте». ---------- Глава 867-447: Дополнительная история – Можно ли еще построить доверие? 4_2 Чарльз Дуглас сердито сказал: «Я скажу это, и я хочу, чтобы весь мир знал: посмотрим, сможет ли эта девчонка Скайлер Джонс по-прежнему быть такой беззаботной…» "Папочка!!!" Увидев молящие глаза дочери, Чарльз Дуглас наконец сдержал свой гнев и тихо сказал: «Хорошо, хорошо, папа не сможет тебя переубедить, делай, что хочешь, но не переживай из-за этой девчонки Скайлер Джонс!» «Нет». Дженнифер Дуглас вышла из кафе, взяв Чарльза Дугласа под руку. «Разве нет? В прошлый раз, когда ты видел, как Скайлер Джонс получил травму, ты даже лично пошел искать дядю Тернера, хорошего друга папы, разве ты не хотел, чтобы дядя Тернер осмотрел травмированную ногу Скайлера Джонса?» «Это была просто забота о друге…» В машине царила напряженная атмосфера. Миссис Джеффри и Кристин Куинн, сидевшие на заднем сиденье, продолжали наблюдать за Скайлером Джонсом, который был за рулем. Скайлер Джонс молчал, но по его спине пробегала холодная дрожь, явно выражавшая недовольство. "Скай… Скайлер, зачем ты вдруг пришла?" — попыталась нарушить неловкое молчание миссис Джеффри. Скайлер Джонс не ответил. Миссис Джеффри взглянула на Кристин, но Кристин покачала головой, и миссис Джеффри тут же закрыла рот. Когда машина остановилась на светофоре, Скайлер Джонс наконец холодно произнес: «Если у вас есть какие-либо вопросы, можете задать их мне. Если вы не доверяете моим словам, не притворяйтесь, что доверяете мне». Было очевидно, что Скайлер Джонс разговаривала с Кристин Куинн… Кристин Куинн слегка опешилась и хотела объяснить, но слова застряли у нее в горле. Миссис Джеффри не поняла скрытого смысла слов Скайлера Джонса, инстинктивно почувствовав, что он обвиняет Кристин. Она уже собиралась защитить Кристин, но Кристин крепко схватила её за руку. Миссис Джеффри с трудом сдержала слова, увидев, как Кристин мягко покачала головой. Миссис Джеффри больше ничего не сказала, лишь тяжело облокотилась на спинку сиденья. Во время поездки царила зловещая тишина, и прежде чем они успели что-либо понять, машина остановилась перед больницей, где находилась Бекка. Все трое вышли из машины, каждый погруженный в свои мысли. Кристин Куинн сказала миссис Джеффри: «Мама, ты сначала пойди к Бекке, а я поговорю со Скайлер здесь». «Но Кристина…» "Мама… продолжай!" Кристин ободряюще посмотрела на миссис Джеффри. Миссис Джеффри, пребывая в полном беспомощном состоянии, молча направилась к больнице. Когда Кристин Куинн повернулась лицом к Скайлеру Джонсу, его глубокий взгляд уже был прикован к ней. Кристин Куинн глубоко вздохнула и спросила: «Зачем вы вдруг пошли в кафе?» «Говард Джеффри закончил дела и вернулся в больницу, но не смог вас найти, поэтому я пришел вас искать». «А откуда вы знали, что я был в том кафе?» «В вашем телефоне установлено приложение для отслеживания местоположения, которое позволяет мне узнать, где вы находитесь». "Приложение для отслеживания?" — Кристин была весьма удивлена. Скайлер Джонс честно ответила: «Я боялась, что ты оставишь меня без слов, как в прошлый раз, поэтому установила тебе на телефон такое приложение». "Когда вы пришли в кафе?" «Я увидел, как вы разговаривали с Дженнифер Дуглас, как только вошел». "Так…" Скайлер Джонс шагнула вперед и нежно обняла хрупкие плечи Кристин: «Кристин, я думал, что вопрос, который ты задала мне вчера вечером, был обычным, но теперь кажется, что это не так… Я слышал ваш разговор с Дженнифер. Ты пыталась выведать у нее правду о том вечере, но я тебе все ясно объяснила вчера. Так ты сегодня пошла к Дженнифер, чтобы все прояснить, потому что ты мне не веришь?» Его слова напомнили ей о том, что он говорил в машине… В тот момент его тон казался наиболее искренним, просто теперь он был сформулирован более тактично. Кристин спокойно ответила: «Я пошла к Дженнифер не для того, чтобы расспрашивать её об этом инциденте, я…» «Но я слышал, как ты неоднократно на нее давил». «Как ты думаешь, почему я так настойчиво к ней обращалась?» — глаза Кристин слегка потускнели. — «Это просто моя обычная манера общения с людьми, я просто хотела понять ее истинные намерения». «У неё нет никаких скрытых мотивов…» — прямо заявила Скайлер. «Откуда ты знаешь, что она этого не делает?» — возразила Кристин. «Я ей доверяю…» Услышав от Скайлера слово «доверие», Кристина посмотрела на него, и выражение ее лица стало еще более недоверчивым. Поняв, что его слова неуместны, Скайлер быстро добавила: «Я понимаю её характер. Она прямолинейная, не из тех, кто строит козни». "Значит, вы думаете, я из тех, кто любит интриги?" «Кристин, я не это имела в виду, не будь неразумной». «Я веду себя неразумно? Тогда тебе следует общаться с честными людьми». С этими словами Кристин оттолкнула Скайлер и повернулась к больнице. Неожиданно, сделав несколько шагов, Скайлер догнала её и обняла сзади: «Не делай этого, давай всё обсудим…» Кристин изо всех сил пыталась вырваться из объятий Скайлера, но его хватка была слишком сильной, чтобы вырваться, и в конце концов он удержал ее на месте, позволив себе обнять. Ее голос слегка охрип: «Я встретилась с Дженнифер только для того, чтобы прояснить ситуацию, я не хотела тебе не доверять…» «Прости… Но тебе не стоило брать маму с собой, ты же знаешь её характер, она презирает Вивиан Линдси, а что касается Дженнифер…» Кристин резко обернулась, нахмурившись, и посмотрела на Скайлер: «Что ты имеешь в виду? Думаешь, я специально повела маму поговорить с Дженнифер?» «Я не это имел в виду, я просто…» "Тебе больно от того, что мама шлёпнула Дженнифер?" Скайлер отпустила Кристин, нахмурившись: «Что ты теперь хочешь сказать?» Кристин пристально посмотрела на Скайлер, медленно отступая назад и увеличивая расстояние между ними, и хрипло произнесла: «Значит, ты считаешь меня манипулятором… Если это так, почему ты до сих пор со мной?» С этими словами Кристина повернулась и побежала в больницу. "Кристин…" Скайлер побежала за ней. Кристин не оглядывалась; когда она бросилась в лифт, Скайлер осталась снаружи. В лифте слезы Кристин текли ручьем. Она не из тех, кто легко сдаётся, но и не могла терпеть обиды, особенно когда тот, кто в ней сомневался, был самым дорогим ей человеком. Сердце Кристин слегка сжималось от боли, и, опасаясь усилить боль в груди, она глубоко вздохнула, стараясь не позволить эмоциям повлиять на сердце. ---------- Глава 868–448: Дополнительно: Преображение с любовью К счастью, в работе сердца не было обнаружено никаких отклонений, Кристин Куинн вздохнула с облегчением, затем вытерла слезы с уголков глаз и лица, пытаясь убедить себя не отчаиваться. Выйдя из лифта, она издалека увидела, как Говард Джеффри бережно держал Бекку на руках во время прогулки по коридору, проявляя такую ​​заботу и нежность. Не желая, чтобы ее плохое настроение повлияло на них, Кристин Куинн тут же повернулась и направилась к больничному балкону. На балконе дул сильный ветер, развевая струящиеся волосы Кристин Куинн. Она обняла себя за грудь и молча смотрела на огромный город Нью-Йорк. Ее сердце внезапно охватил глубокий страх одиночества, она даже представила себе в этот момент свой собственный одинокий силуэт. Каждое его слово, сказанное ей только что, промелькнуло у неё в голове… Она признала, что раньше вела себя несколько неразумно, но в тот момент действительно не смогла сдержать эмоции… Она никогда не отличалась мягкостью, великодушием и уравновешенностью; она действовала импульсивно, была мелочной, ревнивой, но при этом оставалась обычной женщиной. Тем не менее, несмотря на все свои недостатки, она никогда не прибегала к подлым и презренным поступкам… Почему он посчитал, что она намеренно отвела миссис Джеффри к Дженнифер Дуглас? Возможно, он ударил Дженнифер Дуглас не потому, что испытывал к ней симпатию, но его реакция явно выдала в ней обвинение — он использовал миссис Джеффри как пешку… В его глазах, неужели она действительно такая коварная и презренная особа? Ее затуманенные глаза устремились вдаль, и в тот момент Кристин Куинн задумалась о многом. Она думала о тринадцати годах, которые она упустила со Скайлер Джонс, а также о тринадцати годах, к которым они никогда не смогут вернуться… Всё было так, как она и предполагала раньше; её «предательство» тогда оставило глубокий след в его сердце, поэтому даже если они сейчас помирятся, этот след никогда не сотрётся, и именно поэтому он сегодня сомневался в ней… Если бы не его паралич и ухудшающееся в то время здоровье её, она бы никогда не сошлась с ним снова, потому что понимала, что они уже никогда не смогут вернуться к прежним отношениям… Но смогут ли они с ним сохранить доверие друг к другу? Скайлер Джонс поспешно выскочил из лифта и наткнулся на Говарда Джеффри и Бекку. Он с тревогой спросил: «Вы видели Кристин?» Бекка заметила какое-то странное поведение Скайлер Джонс и не удержалась, спросив: «Что случилось? Ты же собиралась найти мою сестру?» «Она вернулась в больницу». "Но я ее не видел!" «Вы говорите о мисс Куинн?» — вежливо спросила медсестра, услышавшая разговор Скайлер Джонс и Бекки в коридоре. Бекка быстро ответила: «Да». Медсестра любезно сказала: «Кажется, я только что видела, как мисс Куинн направлялась к крыше…» «Что? На крыше?» В следующее мгновение Скайлер Джонс, словно стрела, бросилась к лестнице, ведущей на крышу. Скайлер Джонс распахнул дверь на крышу, и сильный ветер тут же ударил ему в лицо. Скайлер Джонс подбежала и внимательно посмотрела, это действительно была Кристин Куинн. "Кристин-" Он в панике бросился к ней, тут же обнял ее и с тревогой оглядел свою любимую жену. Ее нежное лицо было предельно бледным, а далекий ветерок развевал ее черные волосы, придавая ей хрупкий вид. Слезы высохли на балконе от ветра, оставив лишь едва заметные следы влаги. Она безучастно посмотрела на Скайлера Джонса, словно не узнавала его. «Кристин, прости, я сказала что-то не то, но я правда не хотела этого…» "Скайлер…" Она мягко прервала его поток объяснений. Скайлер Джонс нежно прикоснулся к ее холодному личику, и, почувствовав температуру ее тела, тут же снял пиджак, накинул его ей на плечи, обнял и тепло сказал: «Здесь сильный ветер, давай спустимся вниз и поговорим». Она стояла на месте и хрипло произнесла: «Я хочу немного помолчать». «Я останусь с тобой». Кристин Куинн покачала головой: «Не нужно, оставьте меня побыть немного в покое, я ничего делать не буду». "Кристин…" — беспомощно вздохнула Скайлер Джонс, — "Ты знаешь мое отношение к Дженнифер Дуглас; я определенно не предвзята к ней, я просто не хочу, чтобы наши чувства стали сложными… Я хочу, чтобы ты была счастлива со мной, и позволь мне решать любые проблемы, хорошо?" Кристин Куинн ничего не сказала. Скайлер Джонс внезапно прижал Кристин Куинн к себе, крепко обняв ее: «Не сердись на меня, ты же знаешь, что я не умею красиво говорить, но мои чувства к тебе бесспорны». ---------- Глава 869-448: Дополнительная история: Искупление тебя любовью (2) Температура его тела все еще была очень высокой. Она прислонилась к его плечу, желая обнять его крепко, но в носу поднялась кислинка, заставившая ее замереть и позволить ему обнять ее. Не получив от неё ответа, он нервно разнял их и увидел едва заметные следы слёз в её глазах. Его сердце сжалось от боли: «Во всём виноват я. Именно моя неспособность ценить тебя привела к проблемам, которые создала Дженнифер Дуглас между нами. Обещаю, я больше не позволю Чарльзу Дугласу или Дженнифер Дуглас причинить тебе боль, я полностью решу этот вопрос». Кристин Куинн ничего не сказала, лишь безучастно посмотрела на Скайлер Джонс. Скайлер Джонс взяла Кристин Куинн за руку: «Давай сначала спустимся вниз, обо всем мы поговорим позже». Наконец, Кристин Куинн покинула крышу вместе со Скайлером Джонсом. В больничном коридоре Скайлер Джонс и Кристин Куинн встретили миссис Джеффри и встревоженную супружескую пару Джеффри. Ребекка Квентин первой пришла на помощь, поддержала мужа и, обеспокоенно спросив: «Сестра, ты…» «Со мной всё в порядке, я просто вышел на крышу подышать свежим воздухом». Ребекка Квентин наконец вздохнула с облегчением: «Ты меня только что напугала, я думала, вы с мужем поссорились!» Кристин Куинн слабо улыбнулась и ничего не сказала. «Брат, мне нужно с тобой кое о чём поговорить». Джеффри, будучи человеком, хорошо разбирающимся в людях, явно заметил, что между Скайлер Джонс и Кристин Куинн что-то не так. "Кристин…" — обеспокоенным тоном обратилась миссис Джеффри к Кристин Куинн. Кристин Куинн небрежно улыбнулась: «Со мной все в порядке, я помогу Бекке вернуться в палату». Миссис Джеффри больше ничего не сказала, лишь тяжело вздохнула. После того как Кристин Куинн помогла Ребекке Квентин вернуться в палату, Джеффри строго спросил Скайлер Джонс: «Что произошло между тобой и Кристин?» Скайлер Джонс не ответил Джеффри, он повернулся, желая войти в палату. Неожиданно миссис Джеффри преградила Скайлер Джонс путь, спросив: «Вы поссорились с Кристин?» «Драка?» — удивленно спросил Джеффри. Он подошел к матери, нахмурился и спросил: «Что, черт возьми, случилось?» Миссис Джеффри покачала головой и вздохнула: «Ну, опять речь идет о Дженнифер Дуглас…» «Дженнифер Дуглас снова тебя донимает?» «На самом деле нет, это её отец, Чарльз Дуглас, надоедает». Слова миссис Джеффри вызвали вопрос у Скайлер Джонс: «Почему Чарльз Дуглас неоднократно связывался с вами, и почему вы первыми рассказали об этом Кристин Куинн?» Миссис Джеффри сказала: «Потому что я боялась, что это был заговор Чарльза Дугласа и его дочери, чтобы вбить клин между вами». Взгляд Скайлер Джонс стал глубоким: "Почему?" «Чарльз Дуглас позвонил мне и неоднократно потребовал, чтобы вы взяли на себя ответственность за счастье Дженнифер Дуглас, заявив, что однажды у Дженнифер Дуглас случился выкидыш из-за вас». «Это совершенно невозможно, никогда…» Слова Скайлера Джонса оборвались на полуслове из-за внезапного осознания. «Вы всё ещё колеблетесь, похоже, дело не так просто, как кажется, и дело не сводится к тому, чтобы Чарльз Дуглас пытался вбить клин…» «В любом случае, у меня нет абсолютно никаких отношений с Дженнифер Дуглас!!» Миссис Джеффри кивнула: «Я вам верю, но если Чарльз Дуглас придет к вам с доказательствами выкидыша Дженнифер Дуглас в больнице, как вы это объясните?» Скайлер Джонс недоверчиво покачал головой. Между прочим, Джеффри тоже был шокирован этими фактами. «Именно потому, что я видела настоящую медицинскую справку, я не осмелилась рассказать вам об этом. Если бы вы, будучи пьяной, знали, что у вас настоящие отношения с Дженнифер Дуглас, как бы вы отреагировали на это и как бы объяснили Кристин? И я рассказала об этом Кристин напрямую, во-первых, чтобы избежать прямого конфликта между вами и Кристин из-за беременности Дженнифер Дуглас, и, во-вторых, чтобы отвлечь внимание от этой проблемы, переложив ответственность на Чарльза Дугласа и его дочь, предотвратив внезапное возникновение этого вопроса между вами и Кристин». «Я понимаю, почему мама так поступила, но это неуместно… Если Дженнифер Дуглас действительно родила ребенка от моего брата, то перекладывать вину на Чарльза Дугласа и его дочь — это не только обман Кристин, но и несправедливо по отношению к Дженнифер Дуглас». Миссис Джеффри раздраженно сказала: «Я просто терпеть не могу Дженнифер Дуглас, независимо от того, справедливы мы к ней или нет, то, что она разрушает чужие семьи, — это худший поступок». Джеффри поддержал свою мать: «Мама, тебе следует позволить моему брату разобраться с этим…» «Признаю, что мои действия были неуместны, но вся эта история не имеет никакого отношения к Кристин. Мой удар по Дженнифер Дуглас был продиктован моими собственными эмоциями, и это никак не связано с Кристин». Скайлер Джонс резко взмахнул кулаком и ударил по холодной стене. Он не мог никого винить, потому что сам был зачинщиком всей этой ситуации. Хотя его мать и ошиблась, она поступила как мать ради них, и Кристин также попыталась разрешить ситуацию, не допустив разлада между ними. «Скайлер, не пойми меня неправильно, Кристин, она тебе не не доверяет, во всем виновата мама. Если хочешь кого-то обвинить, обвиняй маму!» Джеффри сказал: «Мама, не вмешивайся больше в это дело, пусть мой брат сам с этим разберется!» Миссис Джеффри кивнула, но с тревогой сказала: «Теперь меня беспокоит только Кристина…» Джеффри сурово взглянул на Скайлера Джонса: «Все радости и печали Кристин лежат на плечах одного человека, вопрос лишь в том, умеет ли этот человек быть внимательным и заботливым». Строгое лицо Скайлера Джонса постепенно смягчилось, и когда он уже собирался открыть дверь в палату, внезапно зазвонил его телефон. Бросив взгляд на номер, отображавшийся на экране телефона, он слегка нахмурился. Джеффри уже по выражению лица Скайлер Джонс догадался, кто звонит, и сказал: «Если ты не хочешь снова вмешиваться в этот вопрос между тобой и Кристин, ты должен встретиться с ней и тщательно его уладить». В этот момент мысли Скайлера Джонса совпали со словами Джеффри, он поднял голову и взглянул на палату, понимая, что человек внутри, возможно, все еще злится на него. Подумав, он повернулся и сказал миссис Джеффри: «Пожалуйста, зайдите и проверьте ее, я скоро вернусь». Миссис Джеффри кивнула: «Хорошо, продолжайте!» Затем Скайлер Джонс покинул больницу. В больничной палате, из уст Кристин Куинн, Ребекка Квентин в общих чертах узнала все подробности и отчитала Скайлера Джонса: «Мистер Джонс — это что-то с чем-то. Как он мог подумать, что это вы намеренно вывели маму, чтобы навредить Дженнифер Дуглас? Разве она уже не понимает вашу натуру? Все знают вашу личность — прямолинейную и откровенную. Если бы вы действительно хотели навредить Дженнифер Дуглас, вы бы предпочли действовать напрямую, а не вовлекать миссис Джеффри». Кристин Куинн сидела, прислонившись к Ребекке Квентин, и ее глаза были опущены от грусти: «Я не могу полностью винить его, мой тон тоже был немного резким». ---------- Главы 870–449: Дополнительная история — Разъяснение всего. «Сестра, я правда не думаю, что ты не права в этом деле… Если хочешь кого-то обвинить, обвини мистера Джонса. Если бы не его связь с Дженнифер Дуглас, всё это бы случилось? Как он может обвинять тебя, разве он не понимает, что в этом деле он тебе должен?» «Он сам даже не знает, имеет ли он какое-либо отношение к Дженнифер Дуглас или нет…» «Как это возможно?» — была потрясена Ребекка Квентин. Затем Кристин Куинн рассказала Ребекке Квентин все подробности той ночи, когда Скайлер Джонс напился и был с Дженнифер Дуглас. Ребекка Квентин вдруг поняла: «Теперь я наконец-то понимаю, почему мама не рассказала об этом мистеру Джонсу… Мистер Джонс уверен, что не имеет никакого отношения к Дженнифер Дуглас, но дело в том, что между мистером Джонсом и Дженнифер Дуглас может быть что-то. И если мама не расскажет об этом мистеру Джонсу, то отец и дочь Дуглас не смогут рассчитывать на сочувствие с его стороны…» «Да, мама так и думает». «Тот вечер был таким запутанным, кроме Дженнифер Дуглас, никто не знает правды. Кто знает, может быть, отец и дочь Дуглас просто разыгрывают представление? Но, кстати, если Дженнифер Дуглас действительно решит молча отойти от дел, то…» «Вы тоже считаете, что Дженнифер Дуглас заслуживает сочувствия?» Ребекка Квентин тут же покачала головой: «Конечно, нет. Просто я думаю, что если Дженнифер Дуглас действительно любит мистера Джонса, то это дело создаёт больше проблем…» "Как же так?" «Подумайте сами, Дженнифер Дуглас пережила столько обид, не сказав об этом мистеру Джонсу, а теперь мистер Джонс увидел, как мама ударила Дженнифер Дуглас. Для мистера Джонса Дженнифер Дуглас уже заслужила несколько очков сочувствия, что вредит вашим отношениям…» Кристин Куинн обдумывала слова Ребекки Квентин, ее взгляд постепенно становился пустым. «Сестра, ты в порядке?» Взгляд Кристин Куинн оставался рассеянным, она смотрела прямо перед собой и качала головой: «Я просто думаю, было ли правильным решением быть со Скайлером Джонсом?» «Почему ты так думаешь?» — Ребекка Квентин быстро обняла Кристин Куинн, утешая её: «Глупышка, даже если сейчас есть проблемы с Дженнифер Дуглас, это не большая проблема. Пока вы с мистером Джонсом любите друг друга, этого достаточно…» Кристин Куинн всхлипнула, и горечь вырвалась наружу из ее слов: «Мне осталось жить совсем немного. Выбрать быть с ним — это, по сути, эгоистично с моей стороны…» «Разве вы не обещали мне рассказать мистеру Джонсу о своей болезни?» Кристин Куинн подняла слегка заплаканные глаза, чтобы посмотреть на Ребекку Квентин: «Иногда мне кажется, что это распорядок судьбы… Тринадцать лет назад, та прекрасная любовь, все складывалось как нельзя лучше, он любил меня, я любила его, никаких преград, никакого расстояния, беззаботные дни, но все было разрушено распоряжением судьбы. Возможно, с того времени наша с ним судьба уже была предрешена. Теперь нам с ним удалось снова быть вместе, но прошлые обиды все еще глубоко засели в наших сердцах, раны, которые никогда не заживут. Как бы мы ни старались, мы не можем вернуться назад. Даже если бы прошлое можно было действительно простить, сейчас я больна, и разгорелся скандал с Дженнифер Дуглас. Я не знаю, карает ли меня судьба за мой эгоизм. Наверное, мне никогда не следовало снова быть с ним. Может быть, человек, которого судьба поставила рядом с ним, — это не я…» «Вы ведь не собираетесь отдать мистера Джонса Дженнифер Дуглас, правда?» Кристин Куинн твердо покачала головой: «Нет, я не буду… по крайней мере, в то небольшое время, которое у меня осталось, я просто хочу бороться за то, чтобы провести с ним больше времени. Сдаться я бы не стала, если бы он меня не любил». Ребекка Квентин крепко обняла Кристин Куинн: «Не говори глупостей, все будет хорошо… У вас с мистером Джонсом обязательно будет счастливый конец, и вы будете жить долго и счастливо». Кристин Куинн вытерла слезы с уголков глаз, улыбнулась Ребекке Квентин: «Теперь со мной все в порядке… Я пойду его найду». «Да, мистер Джонс должен быть снаружи». «Сначала я умоюсь». После того как Кристин Куинн покинула палату, она видела миссис Джеффри только наедине. "Мама…" «Кристин…» — с беспокойством подошла миссис Джеффри. — «С тобой все в порядке?» Кристин Куинн покачала головой: «Со мной все в порядке. А где Оверскей?» «Ну, он…» Заметив колебание миссис Джеффри, Кристин Куинн слегка нахмурилась: «Что случилось?» После некоторого колебания миссис Джеффри выпалила: «Только что Дженнифер Дуглас позвонила Оверски. Оверски поехал к ней, чтобы окончательно уладить этот вопрос». «А где они договорились встретиться?» "Хочешь пойти?" ---------- Глава 871–449: Дополнительная история: Откровенно_2 «Если мы хотим полностью прояснить ситуацию, я думаю, мне тоже следует там присутствовать». «Хорошо… Кажется, я только что слышал, как Оверски сказал, что у него назначена встреча в кафе на острове Стар. Я попрошу водителя отвезти вас туда». «Хорошо, спасибо, мама». Как только Кристин Куинн вошла в кафе «Стар-Айленд», она увидела Скайлер Джонс и Дженнифер Дуглас, тихо разговаривающих в углу кафе. Кристин Куинн изначально хотела сразу подойти, но кто бы мог подумать, что Скайлер Джонс и Дженнифер Дуглас уже закончили свой разговор, и в этот момент Скайлер Джонс вставала, чтобы выйти из кафе. Кристин Куинн осталась на месте, готовясь ждать, когда подойдет Скайлер Джонс, но неожиданно увидела, как за ним гонится Дженнифер Дуглас. Всего в нескольких метрах от Кристин Куинн Дженнифер Дуглас преградила путь Скайлер Джонс. Поскольку расстояние значительно сократилось, Кристин Куинн могла слышать их разговор… Дженнифер Дуглас первой заговорила: «Я искренне извиняюсь за то, что сделал мой отец. Он все это выдумал, чтобы заступиться за меня, но, пожалуйста, поймите его намерения. В любом случае, я больше не позволю ему делать такие возмутительные вещи… Я знаю, что ты вернешься в город через пару дней. Я хочу сделать тебе подарок. Когда увидишь его, можешь оставить себе, если не хочешь, можешь выбросить. После этого мы больше не будем иметь ничего общего друг с другом». После этого Дженнифер Дуглас положила подарок на журнальный столик рядом с собой. Выражение лица Скайлера Джонса оставалось безразличным, и он не ответил Дженнифер Дуглас. Бросив последний взгляд на Скайлер Джонс, Дженнифер Дуглас ушла со своей сумкой. Уходя, Дженнифер Дуглас увидела Кристин Куинн, замерла, но в итоге не остановилась и покинула кафе. "Кристин?" Уходя, Скайлер Джонс был весьма удивлен, увидев Кристин Куинн. Кристин Куинн заметила подарок, все еще лежащий на журнальном столике, куда его положила Дженнифер Дуглас, и спокойно сказала: «Я только что приехала, и слышала только, как Дженнифер Дуглас сказала, что хочет подарить вам подарок… Я просто подумала, что если вы собираетесь что-то уточнить у Дженнифер Дуглас, может быть, мне стоит присутствовать». «Я рада, что ты смогла приехать…» — Скайлер Джонс обняла Кристин Куинн. — «Я так боялась, что ты меня не простишь…» Кристин Куинн прислонилась к плечу Скайлера Джонса, закрыла глаза и крепко обняла его. Тепло его тела согревало ее сердце, она не хотела ни о чем думать, а лишь крепко обнимать его в этот момент. Спустя долгое время они отпустили друг друга… Он легонько поцеловал её в лоб, крепко обнял и сказал: «Давай сначала пойдём домой». Кристин Куинн молча кивнула. Скайлер Джонс был в отличном настроении, совершенно не обращая внимания на взгляды окружающих, и снова поцеловал ее в щеку. В тот самый момент, когда Скайлер Джонс держала на руках Кристин Куинн, готовясь покинуть кафе, к ней подбежал официант: «Сэр, сэр…» Скайлер Джонс и Кристин Куинн замерли на месте. Официант передал Скайлер Джонс подарок, оставленный Дженнифер Дуглас: «Вы забыли взять свой заказ». Скайлер Джонс просто ответил: «Мне это не нужно». "Что?" — Официант выглядел недоверчивым, ведь по одной только упаковке можно было понять, что внутри находится довольно ценный предмет. Кристин Куинн мельком взглянула на подарок, и когда Скайлер Джонс, держа Кристин Куинн на руках, собиралась уходить, Кристин Куинн вдруг сказала официанту: «Отдайте мне подарок!» Официант тут же передал подарок Кристин Куинн. Скайлер Джонс слегка нахмурилась, наблюдая, как Кристин Куинн открывает подарок. Как и ожидалось, Кристин Куинн нашла внутри подарочной коробки бархатную шкатулку с сапфирами, в которой, открыв ее, обнаружила браслет с фиолетовыми бриллиантами. Хотя Кристин Куинн уже догадалась, что это именно этот предмет, увидев его в тот момент, она все равно была поражена. Скайлер Джонс, очевидно, не ожидал, что Дженнифер Дуглас подарит ему такой фиолетовый бриллиантовый браслет, что это был не столько «дарение», сколько «возвращение». Выражение его лица также отражало некоторые эмоции. Кристин Куинн достала браслет из бархатной коробочки; он сверкал так же ярко, как и в первый раз, когда она его увидела. При ближайшем рассмотрении на застежке браслета были аккуратно выгравированы две буквы — JR. Очевидно, что в глазах Дженнифер Дуглас этот подарок был знаком любви от Скайлер Джонс, поэтому она и выгравировала их инициалы на браслете. Опасаясь, что Кристин Куинн слишком много подумает, Скайлер Джонс поспешно объяснила: «Кристин, для меня этот браслет вообще не стоит упоминания…» Да, обычный браслет стоимостью пятьдесят миллионов — это всего лишь капля в море для президента группы компаний «Оверски», и его значение даже не сравнится с миллионной долей красного бриллиантового кольца, которое Скайлер Джонс подарил Кристин Куинн. «Я знаю, но…» «Кристин, ты должна мне поверить, я никогда не давал ей никаких намёков, это всегда была просто игра в то, чтобы взять то, что нам нужно между собой…» «Я в этом не сомневаюсь, этот браслет довольно ценный, просто выбросить его вот так — это слишком расточительно, почему бы не продать его и не пожертвовать деньги на благотворительность…» Скайлер Джонс тут же вздохнула с облегчением: «Конечно, как скажешь». Кристин Куинн слегка улыбнулась. Затем Скайлер Джонс обняла Кристин Куинн, когда они выходили из кафе. Возле кафе, вдали, в машине, Дженнифер Дуглас сквозь солнцезащитные очки наблюдала, как Скайлер Джонс задумчиво открывает дверцу машины для Кристин Куинн в зеркале заднего вида. Лишь когда Дженнифер Дуглас увидела, как Скайлер Джонс уезжает, она отвела взгляд, опустив глаза от уныния. Бип-бип— Раздался автомобильный гудок, и Дженнифер Дуглас резко подняла глаза, чтобы посмотреть в зеркало заднего вида. Затем из машины вышла Дженнифер Дуглас. Следом за машиной Дженнифер Дуглас вышел и Джонатан Гибсон. Дженнифер Дуглас скрестила руки и прислонилась к машине, пока к ней не подошел Джонатан Гибсон. «Вы следите за Кристин Куинн?» — прямо спросила Дженнифер Дуглас. Джонатан Гибсон был весьма удивлен: «Кристин? Она здесь?» — сказал он, оглядываясь по сторонам. «Похоже, ваше появление здесь — просто совпадение». Джонатан Гибсон быстро спросил: «Вы сказали, что Кристин только что была здесь?» Дженнифер Дуглас кивнула: «Она только что ушла со Скайлером Джонсом». «Когда она приехала в Нью-Йорк?» — спросил Джонатан Гибсон. Дженнифер Дуглас честно ответила: «Слышала, что у жены Джеффри, Ребекки Квентин, несколько дней назад родилась маленькая принцесса, возможно, они приезжали в Нью-Йорк навестить Ребекку Квентин». «А что вы здесь делаете?» «Ничего особенного». «У тебя не очень хорошее лицо». «Я в порядке». Дженнифер Дуглас опустила голову, скрывая своё подавленное настроение. Джонатан Гибсон спросил: «С Кристин и Скайлером Джонс все в порядке?» Дженнифер Дуглас кивнула. «Я редко встречаю таких женщин, как вы… вы слишком коварны или по-настоящему влюблены?» — Джонатан Гибсон проницательно прищурился, пристально разглядывая Дженнифер Дуглас. Дженнифер Дуглас лишь слабо улыбнулась, открыла дверцу машины, села в салон и через опущенное окно сказала Джонатану Гибсону: «Спасибо за помощь». Джонатан Гибсон сказал: «Я помогал не тебе, а Кристин». «Итак, мы оба глупы, но это того стоит ради тех, кого мы любим». ---------- Главы 872–450: Дополнительная история: Лучшее решение 1 Джонатан ничего не сказал, и Дженнифер наконец села в машину и уехала. Джонатан стоял на месте, наблюдая, как машина Дженнифер скрывается вдали, и тихо вздохнул. Несколько дней назад к нему подошла Дженнифер. Выяснилось, что пока он расследовал случай выкидыша у Дженнифер, она об этом узнала. Дженнифер попросила его сохранить в тайне факты, которые он обнаружил, и рассказала ему всё, что произошло между ней и Скайлером Джонсом. После долгих раздумий он передал Кристине пересмотренный документ по итогам расследования. Увидев в тот момент облегченное выражение лица Кристин, он понял, что сделал правильный выбор. Любить кого-то не обязательно означает быть с ним; достаточно того, что она счастлива и довольна. Кристин Куинн и Скайлер Джонс явно помирились, но между их сердцами все еще, казалось, существовала преграда. Ночью они лежали в объятиях друг друга, но прекрасно понимали, что ни один из них не спит. Она могла лишь притвориться спящей, надеясь, что с рассветом все снова станет ясным и светлым. Возможно, думая, что она спит посреди ночи, он осторожно убрал ее руку от себя, аккуратно встал и накрыл ее одеялом. Услышав его легкие шаги, удаляющиеся из комнаты, она медленно открыла глаза… Она последовала за ним из комнаты и увидела, как он курит в одиночестве на открытом балконе виллы. Тусклый желтый свет на балконе отбрасывал на его силуэт тень, делая его еще более одиноким и подавленным. Она уже собиралась заговорить с ним, когда с другой стороны балкона внезапно раздался голос. "Братан." Это был Говард Джеффри. Скайлер Джонс повернул голову, чтобы взглянуть на брата, и его голос, как обычно, был спокойным и безразличным: «Ты не в больнице с Беккой, а что ты здесь делаешь?» Говард сел и улыбнулся: «Бекка боялась, что у вас с Кристин может возникнуть разногласие, поэтому попросила меня вернуться и присмотреть за всем». Скайлер слегка раздраженно стряхнул пепел с сигареты: «Между нами все в порядке». «Если всё в порядке, то почему ты куришь в одиночестве посреди ночи?» Скайлер помолчал несколько секунд, затем потушил сигарету и посмотрел вдаль: «Я не знаю, почему мы…» Говард терпеливо выслушал. «Такое ощущение, что мы уже не можем вернуться к тому, какими были раньше». «После столь долгой разлуки, конечно, воссоединение будет сопряжено с большим дискомфортом», — сказал Говард. Скайлер покачал головой: «Дело не в дискомфорте… дело в том, что, находясь с ней, мы не можем вернуть прежнюю легкость и комфорт. Теперь все стало более осторожным и осмотрительным». "Что ты имеешь в виду?" «Я не знаю… Я всегда боюсь, что она бросит меня в тот же миг, как я обернусь». Говард сказал: «Кристин не такая. Раз уж она выбрала тебя, она не сдастся так легко». «Я понимаю, но я больше не могу понять, что у неё на сердце, поэтому я осторожен в разговорах с ней, как сейчас, так и в будущем». «Если бы Кристин услышала это от тебя, она бы подумала, что ты её не любишь». «Нет, я люблю её… Я хочу подарить ей счастье, но не понимаю, почему между нами образовалась эта невидимая пропасть, которую мы не можем преодолеть». «Брат, ты понимаешь, что после общения с Кристин ты совсем другая, чем была тринадцать лет назад?» Скайлер не ответил сразу, но через несколько секунд слегка кивнул. «Я не могу позволить ей снова меня бросить, но боюсь, если мы не сможем преодолеть этот разрыв, в будущем мы оба будем измотаны». «На самом деле, ни ты, ни Кристин не изменились. Изменилось лишь то, что со временем прошлые обиды образовали непреодолимую пропасть в ваших сердцах. При каждой встрече вы становитесь настороженными; вы оба боитесь потерять друг друга, поэтому вам трудно чувствовать себя спокойно. Думаю, Кристин чувствует то же самое». «Я не могу ей этого сказать… Я не хочу, чтобы она слишком много думала». Говард кивнул: «Возможно, со временем этот разрыв сам собой исчезнет…» Скайлер сказала: «Я тоже так думаю… что бы ни случилось, я больше с ней не расстанусь». «Кстати, как там дела с Дженнифер?» «Она и Чарльз Дуглас больше не будут нас беспокоить». «Рад это слышать…» — Говард встал и похлопал Скайлер по плечу. — «Иди обратно в постель и работай над построением своего будущего с Кристин». Скайлер ничего не сказала, только кивнула. Затем Говард вернулся в свою комнату. Кристин Куинн не знала, как ей удалось вернуться в комнату, она лишь поняла, что, услышав разговор между ним и Говардом, у нее в сердце словно пробилась дыра, и ей стало очень больно. ---------- Главы 873–450: Дополнительная история: Лучшее решение 1_2 Раздался слабый звук открывающейся двери, она слегка повернулась и закрыла глаза. Скайлер, думая, что она еще спит, забралась в постель, обняла ее и нежно поцеловала в шею. В ту ночь Скайлер постепенно заснула, но не спала до рассвета. Когда Скайлер проснулся, он обнаружил, что Кристин нет рядом. Он испугался и тут же встал, чтобы поискать: «Кристин, Кристин…» После безуспешных поисков он бросился прямиком на первый этаж, даже не переодевшись. В гостиной на первом этаже царили смех и радость, потому что Бекку выписали из больницы, но неопрятный вид Скайлер нарушил эту атмосферу. "Скайлер…" Миссис Джеффри вскрикнула, недоумевая, почему ее сын так поспешно спустился вниз. Скайлер поспешила к миссис Джеффри, тревожно спрашивая: «Где Кристин?» "Кристина ушла…" "Вышли?" «Она ушла…» Не успела миссис Джеффри договорить, как Скайлер уже выбежала из виллы. Однако, как только он вышел из входа, он столкнулся с Кристин. Кристин держала Эндрю за руку и растерянно смотрела на Скайлер, которая внезапно остановилась. Эндрю моргнул своими красивыми глазами, глядя на Скайлер: «Дядя, куда ты идёшь?» Скайлер протянул руку, чтобы обнять Кристин, и в его голосе, с облегчением, прозвучал вопрос: «Куда ты ушла?» Кристин, вынужденная опереться на руки Скайлер, ответила: «Я играла с Эндрю в саду». Миссис Джеффри подошла, улыбаясь: «Я как раз собиралась вам это сказать, но вы выбежали…» Скайлер почувствовала себя очень неловко. Держа на руках маленького ребенка, Бекка не могла сдержать смех: «Зять, ты слишком волнуешься за мою сестру, она только что вывела Эндрю на задний двор…» Скайлер, не обращая внимания на поддразнивания, обняла Кристин и спросила: «Почему ты так рано встала?» «Я привык просыпаться рано». «С этого момента буди меня, когда встанешь». Кристин слегка улыбнулась и кивнула: «Хорошо… Тебе следует привести себя в порядок и спуститься на завтрак позже». "Хорошо." После того, как Скайлер украдкой поцеловала Кристин, она наконец поднялась наверх. Увидев, как нежно относятся друг к другу Скайлер и Кристин, миссис Джеффри невольно вздохнула с облегчением. Говард Джеффри не позавтракал и отправился в компанию, а миссис Джеффри отвела Эндрю в столовую, оставив Бекку и Кристин одних в большом холле. Бекка подмигнула Кристин: «Сестра, похоже, вы хорошо провели время вчера вечером». Кристин мягко улыбнулась и кивнула. «Хорошо, что вы помирились, ты даже не представляешь, как я вчера волновался». «Знаю, ты так волновался за нас, что вернул Говарда». «Да, Говард ранее говорил, что проблема с Дженнифер Дуглас решена». "Да." «Сестра, с этого момента ни о чём другом не думай. Главное — хорошо заботиться о себе…» В этот момент Кристин склонила голову и положила ее на плечо Бекки, выглядя довольно усталой, и закрыла глаза: «Бекка, мне хочется спать…» "Что случилось? Ты плохо спал прошлой ночью?" "Нет." "Тогда возвращайся в свою комнату и поспи!" «Нет, я просто немного отдохну у тебя на плече». Бекка нежно похлопала Кристин по плечу: «Хорошо, спи!» Кристин проснулась на руках у Скайлер. Открыв глаза и увидев Скайлер, она слегка пошевелилась: «Э-э, я уснула?» Скайлер снял с неё пальто и нежно поцеловал её в румяную щёчку, которая заснула у него на руках: «Ты уснула на плече у Бекки, и я не хотел тебя будить, неся наверх, поэтому позволил тебе поспать здесь». "Ох." Кристин вырвалась из объятий Скайлера и села рядом с ним. "Может, я плохо спала прошлой ночью… Где Бекка?" Скайлер обняла её и мягко ответила: «Она вернулась в свою комнату отдохнуть». «Я поднимусь к ней, чтобы составить ей компанию». «Подожди». Скайлер остановила Кристин: «Мне нужно тебе кое-что сказать». «Ох». Кристин снова села рядом со Скайлером и спросила: «Что случилось?» «Что касается свадьбы, о которой я упоминал ранее, она уже назначена». «А?» — Кристина выглядела весьма удивленной. — «Так скоро?» Скайлер обняла Кристин: «Деньги облегчают жизнь». «Но в последнее время произошло столько всего, что у меня не было возможности обсудить это с вами…» «Что обсуждать?» Кристин тихо сказала: «Я хочу отложить это до летних каникул Мари, чтобы мы могли провести свадьбу тогда, и я не хочу слишком пышной, просто скромной». «На самом деле, я назначила дату на месяц вперед, так что вы можете сами выбрать время, но вопрос о пышности или простоте свадьбы – на мое усмотрение». "Хорошо!" Скайлер с любовью обняла Кристин, глядя ей прямо в глаза: «Кристин, мы так много упустили за последние тринадцать лет. Давай вместе исправим все ошибки и вернем все на круги своя, хорошо?» Кристин слегка приподняла голову, встретившись с его глубоким взглядом, в ее глазах промелькнула легкая тень, и она нерешительно спросила: «Скайлер, мы никогда не сможем вернуться в прошлое…» "Кристин…" Кристин тихо пробормотала: «Признаешь ты это или нет, но это правда… Я слышала, что ты сказала Говарду прошлой ночью». "Кристин…" Скайлер резко вздохнула, "Я…" Кристин приложила палец к губам Скайлера: «Не объясняй, я всё понимаю… Прости, что заставляю тебя быть таким осторожным в это время. Я хотела сказать тебе, что продолжать отношения так утомительно, но я не хочу просто сдаваться. Я знаю, ты тоже не позволишь нам просто так всё бросить, поэтому я хочу обсудить с тобой одно решение…» Голос Скайлер слегка охрип: «Какое решение?» Кристин тихо сказала: «В течение месяца, предшествующего свадьбе, я хочу остаться в Нью-Йорке!» «Хорошо, я пойду с вами». «Нет, я останусь в Нью-Йорке, а тебе следует вернуться в город, чтобы быть с Мари». Скайлер слегка нахмурилась: «Кристин…» Кристин по-прежнему держала палец на губах Скайлер: «Пока не говори, сначала выслушай меня…» Скайлер пристально посмотрела на Кристин. На грустном лице Кристин улыбнулась, когда она сказала: «Думаю, нам нужно немного времени, чтобы успокоиться… Если мы знаем, как утомительно быть вместе, то почему бы не сделать нашу жизнь немного легче?» ---------- Главы 874–451: Дополнительная история: Лучшее решение 2 "Все можно решить, Кристин, я люблю тебя, я не могу жить без тебя рядом…" Кристин Куинн поспешно прервала слова Скайлер Джонс: «Я знаю, я знаю, я говорила, что никогда больше не откажусь от чувств, которые нас связывают, я просто думаю, что нам нужно время, чтобы остыть…» «Кристина, я что-то недавно сделала не так?..» «Ты отлично справилась, даже с делом Дженнифер Дуглас все прошло хорошо, просто… в последнее время произошло слишком много всего, и мы оба очень устали. Думаю, нам обоим нужно время, чтобы все обдумать. Когда мы успокоимся и поймем, что быть вместе — лучший выбор, ты можешь приехать и найти меня в Нью-Йорке». "Кристин…" Кристин Куинн подняла голову и, словно желая помочь Скайлер Джонс, продемонстрировала: «Обещаю, я буду ждать тебя в Нью-Йорке». «Мне действительно не нужно об этом думать, что бы ни случилось, я никогда не брошу тебя…» «Но я всё же надеюсь, что вы сможете хорошенько всё обдумать… ответьте мне через месяц». "Кристин…" «Больше ничего не говори, Оверски, мы оба знаем, что эта пауза необходима». Скайлер Джонс покачал головой. Кристин Куинн улыбнулась ему, протянула руку и коснулась его красивого, угловатого лица: «Позаботьтесь о Мари, я ей позвоню». "Кристин…" Скайлер Джонс все еще хотела изменить это решение. К сожалению, Кристин Куинн уже приняла решение: «Я буду ждать, пока ты придёшь и заберёшь меня». Скайлер Джонс продолжал качать головой, не в силах изменить решение Кристин Куинн. Ночью, все еще на открытом балконе на втором этаже виллы. Скайлер Джонс держала в руке бокал красного вина и молча сделала глоток. Внезапно сзади раздался голос: «Уже так поздно, почему ты опять здесь один?» Пришёл человек по имени Говард Джеффри. Скайлер Джонс ничего не сказал, лишь осторожно поставил бокал и тихо произнес: «Кристин приняла решение». Говард Джеффри сел на простой плетеный стул и спросил: «Какое решение?» «Она сказала, что нам нужно время, чтобы успокоиться…» Говард Джеффри с деликатностью нахмурил брови: «Ты недавно рассказывал ей о своих чувствах?» Скайлер Джонс покачал головой: «Она случайно подслушала наш разговор прошлой ночью». Говард Джеффри выдохнул: «Неудивительно, что Кристин вдруг приняла такое решение». Скайлер Джонс взял бутылку красного вина и залпом выпил его, покачав головой и пробормотав: «Я не знаю, что делать… меня мучает чувство вины по отношению к ней, но я не знаю, как его искупить. Самое главное, как я и говорил вчера вечером, если мы будем форсировать события, мы оба очень устанем… но я не хочу расставаться с ней, я не могу». «Брат…» — рационально проанализировал Говард Джеффри, — «Вы расстались с Кристин более десяти лет назад, и, естественно, утратили то негласное взаимопонимание, которое у вас когда-то было. Возьмем, к примеру, ситуацию с Дженнифер Дуглас: когда мама водила Кристин к Дженнифер Дуглас, ты подсознательно думал, что это Кристин привела маму к Дженнифер Дуглас, а Кристин подсознательно думала, что ты защищаешь Дженнифер Дуглас… Из-за отсутствия такого негласного взаимопонимания возникают споры, и в сочетании с вашей осторожностью по отношению друг к другу, напряженные чувства приводят к невероятной усталости, поэтому я думаю, что вам с Кристин было бы неплохо расстаться и немного успокоиться». «Я знаю, но она здесь одна…» «Кристин здесь, разве вы не рады?» — Говард Джеффри развеял опасения Скайлер Джонс: «Не волнуйтесь, мы о ней позаботимся». Скайлер Джонс уехала из Нью-Йорка на следующий день. Договорились успокоиться, поэтому пока не будут контактировать друг с другом. На третий день после отъезда Скайлер Джонс Ребекка Квентин, молча наблюдая за сестрой, которая казалась равнодушной перед другими, но рассеянной за их спинами, наконец, вывела ее в сад для долгого разговора. В этот момент Ребекка Квентин с беспокойством посмотрела на Кристин Куинн: «Сестра, проблема Дженнифер Дуглас уже решена, почему ты все еще хочешь расстаться со своим зятем?» Кристин Куинн лениво приподняла веки и, глядя на Ребекку Квентин, спросила: «Ты что, специально затащила меня в сад, чтобы задать этот вопрос?» «Да… я не понимаю ваших мыслей о вашем расставании с зятем, которые, очевидно, любят друг друга, но при этом решили расстаться. Даже если проблема действительно существует, разве такой выбор рационален?» Кристин Куинн искренне сказала: «Бекка, я знаю, что ты обо мне заботишься, но я точно знаю, что делаю прямо сейчас…» "Значит, вы решили на время отдалиться друг от друга и успокоиться?" «Между нами много разногласий». «Разве это не проблема только Дженнифер Дуглас, разве она уже не решена?» ---------- Глава 875 - 451: Дополнительная история: Лучшее решение 2_2 «Бекка, ситуация с Дженнифер Дуглас на самом деле не создала серьезного разлада между нами, но, разбираясь с проблемой Дженнифер Дуглас, мы оба поняли, что между нами много проблем…» «Какие проблемы?» «Я не могу точно это сформулировать. Просто мне постоянно кажется, что между нами чего-то не хватает. Хотя мы так близки, кажется, что мы очень далеки друг от друга. Мы больше не можем достичь того доверия и взаимопонимания, которые у нас когда-то были». «Это потому, что вы оба пропустили тринадцать лет…» «Да», — тихо вздохнула Кристин Куинн. — «Эти тринадцать лет так сильно изменили нас. Никто из нас этого не осознавал, но мы уже не те люди, какими были тринадцать лет назад…» «Но когда любишь кого-то, тебе всё равно, кем он стал». «Это правда, но когда понимаешь, что любимый человек больше не разделяет доверия и понимания, которые были тринадцать лет назад, и ты не можешь вернуть те чувства привязанности, начинаешь осознавать, что упущенные годы были не просто потерянным временем, но и теми прекрасными моментами, которые были в самом начале». «Сестра, я не понимаю, что ты говоришь…» Кристин Куинн мягко улыбнулась своей обеспокоенной сестре. «Проще говоря, мы очень любим друг друга, но только когда мы снова сошлись, мы поняли, что уже не те люди, какими были тринадцать лет назад». «Пока ваши чувства не изменились, эти утраченные прекрасные моменты еще можно найти…» Кристин покачала головой и тихо вздохнула: «Боюсь, мы никогда их больше не найдем… Женщина, которую он так сильно любил тринадцать лет назад, была простой, доброй девушкой, совершенно непохожей на ту мрачную и сложную личность, которой я являюсь сейчас…» «Но зятю все равно на такие вещи… Я видел, как хорошо он к тебе относится в последнее время». «Он очень хорошо ко мне относится, но разве ты не заметила, какой он осторожный, когда находится со мной?» Ребекка Квентин сказала: «Осторожность — это нормально. В конце концов, ему было тяжело снова тебя найти. Он боится, что ты можешь снова его бросить!» «Бекка, мне не нужна такая осторожность, ты понимаешь?» Кристин Куинн посмотрела на Ребекку блестящими глазами, ее голос был слегка взволнован. «Сейчас я чувствую, что он, кажется, стремится угодить мне, быть со мной, и что он не следует своим истинным чувствам…» «Сестра, теперь я понимаю, что ты имеешь в виду… Ты говоришь, что зять на самом деле не любит тебя такой, какая ты есть сейчас; просто ты была его самой глубокой любовью, скрытой в его сердце столько лет, и он не может тебя отпустить, но быть с тобой для него утомительно…» Кристин кивнула: «Значит, я даю ему время подумать и тщательно всё обдумать, хочет ли он быть со мной, которая так сильно отличается от той, что была тринадцать лет назад…» «Если зять выбирает тебя сейчас из-за той любви, которая была у него более десяти лет назад, то тебе стоит хорошенько подумать. В конце концов, быть вместе — это вопрос всей моей жизни, и если тебе будет утомительно заставлять себя, это только сделает вас обоих несчастными». «С другой стороны…» — Кристин сделала паузу, словно пытаясь осмыслить свои внутренние эмоции, а затем продолжила: «Я также хочу использовать это время, чтобы поразмыслить, не была ли я слишком эгоистична». Ребекка Квентин тут же схватила Кристин за руку, в ее голосе звучали беспокойство и упрек: «Ты опять беспокоишься о своем здоровье?» Взгляд Кристин постепенно потускнел. «Его жизнь еще далека от завершения, а мои дни сочтены. Даже если мы найдем утраченные прекрасные моменты и снова будем вместе, я не смогу быть с ним, пока мы не состаримся и не поседеем… Сначала я хотела обмануть себя, не думать об этой проблеме, надеясь пройти с ним как можно дальше. Но только несколько дней назад, когда он упомянул о браке, выразив желание сыграть со мной свадьбу в Италии, я поняла: как я могу быть такой эгоисткой? Если я покину этот мир на следующий день после нашей свадьбы, что с ним будет? Неужели он из-за этого останется один на всю жизнь? Нет, я не хочу, чтобы он жил такой жизнью, и не хочу, чтобы он тратил ее на меня… Но если я в конечном итоге оставлю его, зачем мне продолжать отнимать у него время? Я уже отняла у него половину жизни, разве я хочу, чтобы он помнил обо мне всю свою жизнь даже после смерти?» «Так вот почему ты решила на время расстаться со своим зятем… Ты не хочешь тратить его время, особенно когда чувствуешь, что он любит тебя такой, какой ты была тринадцать лет назад». Кристин с трудом сглотнула горечь в горле: «Я уже решила… Через месяц, если он придет и скажет мне, что все еще любит меня, я расскажу ему о своей болезни и позволю ему сделать выбор. Если он все обдумает и почувствует, что мы больше не подходим друг другу, я верну ему время, чтобы он мог начать новую жизнь…» Ребекка крепче сжала руку Кристин, ее голос дрожал от волнения: «Сестра, ты такая глупая, ты понимаешь? Все, что ты мне сейчас сказала, — это все ради зятя, но ты совсем не подумала о себе…» «Я на грани смерти, что мне следует обдумать для себя?..» "Ты глупый… Встреча с твоим зятем — самая большая удача в его жизни." Кристин улыбнулась, но в ее глазах мелькнули слезы. Звук звонка ее телефона нарушил тишину момента. Кристин достала телефон, понюхала воздух и взяла себя в руки. Ребекка с беспокойством спросила: "Зять?" Кристин покачала головой: «Это кто-то из аукционного дома». "Аукционный дом?" Кристин глубоко вздохнула, затем нажала кнопку ответа и мягким тоном произнесла: «Здравствуйте». «Здравствуйте, миссис Джонс, я из аукционного дома XX…» «Я знаю. Речь идёт об аукционе браслетов?» «Да, миссис Джонс, фиолетовый бриллиантовый браслет, который вы вчера выставили на аукцион и собирались передать вырученные средства непосредственно на благотворительность, был продан сегодня утром». Кристин слегка удивилась: «Так скоро?» Человек на другом конце провода сказал: «Да, мы не ожидали, что браслет будет продан на аукционе так гладко, и его продали за восемьдесят миллионов». «Восемьдесят миллионов?» — Кристин была потрясена. — «Разве браслет не оценивался максимум в тридцать миллионов? Скайлер Джонс изначально купил его за пятьдесят миллионов, что уже было чрезмерной суммой, а теперь кто-то готов заплатить за него восемьдесят миллионов; это кажется немного невероятным». «Да, миссис Джонс, один из участников торгов действительно купил браслет за восемьдесят миллионов, и это было разовое предложение». «Хорошо, я понял. Пожалуйста, перечислите деньги на благотворительность в указанном размере!» «Хорошо, миссис Джонс, если у вас будет время сегодня днем, пожалуйста, приходите к нам, чтобы завершить процедуру пожертвования…» «Хорошо, я буду там сегодня днем». «Миссис Джонс, ваш вклад в благотворительность высоко ценится. От имени тех уязвимых групп населения, которые вскоре получат пользу от вашей доброты, я выражаю вам свою глубочайшую благодарность. До свидания». ---------- Главы 876–452: Дополнительная история: Наша любовь не угаснет Повесив трубку, Ребекка Квентин поспешно спросила Кристин Куинн: «Как дела, сестрёнка?» Кристин Куинн нахмурилась и ответила: «Браслет, который я вчера отнесла на аукцион, сегодня утром был продан за восемьдесят миллионов…» «Что? Разве мой зять не предложил всего пятьдесят миллионов? Логично было бы предположить, что его стоимость должна была бы снизиться…» «Я тоже не знаю, может, этот человек тоже увлечен благотворительностью и ему все равно на реальную ценность браслета». «Может быть, в этом и дело!» Во второй половине дня Кристин Куинн отправилась в агентство по проведению благотворительных аукционов, чтобы оформить документы на пожертвования. В этот момент сотрудник с энтузиазмом вручил ей договор о пожертвовании и сказал: «Миссис Джонс, пожалуйста, подпишитесь на имя того, на чье имя вы жертвуете деньги, и мы переведем деньги в благотворительный фонд Flowery Kingdom XX в течение трех рабочих дней». "Хорошо, мне здесь подписать?" «Да, в правом нижнем углу». Кристин Куинн немедленно подписала контракт, указав в правом нижнем углу имя "Скайлер Джонс". После подписания Кристин Куинн собиралась передать контракт сотрудникам агентства, но внезапно заметила на нем имя незнакомки. Она тут же спросила: «Кто эта Кэролайн?» Сотрудники агентства честно объяснили: «Это она купила браслет». Кристин Куинн была в полном недоумении. О «Кэролайн» она никогда не слышала. Логично предположить, что человек, способный совершить такую ​​крупную покупку, должен быть известным и богатым купцом… Сотрудники агентства вежливо спросили: «Миссис Джонс, хотите узнать, кто купил этот браслет?» «Мне просто немного любопытно, ведь я раньше не слышал этого имени…» «Как благотворительный донор, мы можем раскрыть вам информацию об участнике тендера…» Затем сотрудники агентства скопировали ряд цифр из стопки материалов и передали их Кристин Куинн. «Это контактная информация участника тендера». «О, хорошо, спасибо». Выйдя из благотворительной организации и сев в машину, Кристин Куинн достала оставленную ей последовательность цифр. Поддавшись внезапному порыву, Кристин Куинн набрала номер. Телефон соединился всего после двух гудков, и собеседник ответил: «Здравствуйте, это секретарь генерального директора группы компаний «Нонта»». Услышав это, Кристин Куинн ничего не ответила. Спустя несколько секунд она в недоумении убрала телефон от уха. Откинувшись на спинку сиденья, она смотрела слегка растерянно. Всем известно, что наследницей группы компаний "Nonta" является Дженнифер Дуглас… Браслет купила Дженнифер Дуглас поручила своей секретарше. Браслет стоимостью три тысячи долларов, но Дженнифер Дуглас купила его за восемьдесят миллионов… Дженнифер Дуглас не интересовала стоимость браслета; её волновала его значимость. Поручив своей секретарше принять участие в торгах, она явно хотела скрыть тот факт, что купила браслет сама… Она никак не ожидала, что Дженнифер Дуглас окажется настолько эмоционально вовлечена… Если бы Скайлер Джонс знал, что Дженнифер Дуглас выкупила браслет обратно, что бы он почувствовал? Дженнифер Дуглас сделала это намеренно или ненамеренно… почему она вообще не могла понять мысли Дженнифер Дуглас? Что же на самом деле представляет собой Дженнифер Дуглас? Ночью, после принятия ванны и отдыха в постели, Кристин Куинн так и не смогла заснуть. Она всё ещё думала о Дженнифер Дуглас. Что за женщина Дженнифер Дуглас? Первая встреча с Дженнифер Дуглас произошла на аукционе, где она и Скайлер Джонс, казалось, немного сблизились, а после этого Дженнифер Дуглас побежала за Скайлером Джонсом, чтобы отдать ему браслет… В то время у неё не было особого представления о Дженнифер Дуглас, она знала лишь, что та — богатая наследница. Кто бы мог подумать, что позже СМИ раскрыли слухи об интимных отношениях Дженнифер Дуглас со Скайлером Джонсом… В то время она думала, что эти слухи — просто показуха, но кто бы мог подумать, что позже Дженнифер Дуглас дерзко оставит ярко-красный след от помады на рубашке Скайлер Джонс в качестве провокации… Поначалу она была в ярости, но неожиданно, когда на следующий день встретилась с Дженнифер Дуглас, та дипломатично отступила, что несколько изменило её отношение к Дженнифер Дуглас… Позже, когда она заболела и ушла, Скайлер Джонс в панике искала её и решила поставить точку в отношениях с Дженнифер Дуглас. Прямолинейность Дженнифер Дуглас в тот момент снова удивила её… Дженнифер Дуглас решила уйти тихо, несмотря на то, что Чарльз Дуглас неоднократно создавал проблемы, которые, по-видимому, не имели никакого отношения к Дженнифер Дуглас… Наблюдая за всем этим, Дженнифер Дуглас кажется неплохой; она знает свои пределы и понимает, когда нужно наступать, а когда отступать, и все же она завоевала симпатию Скайлер Джонс… ---------- Глава 877-452: Дополнительная история: Наша любовь не угаснет (2) Однако почему безупречное исполнение роли Дженнифер Дуглас на протяжении всего фильма вызывает у Кристин Куинн чувство беспокойства? Возможно, это потому, что ей не нравится привязанность Дженнифер к Скайлеру Джонсу, и она считает, что Дженнифер недостаточно чиста душой, или же Дженнифер по своей сути является идеальной женщиной? Чем больше Кристин Куинн думает об этом, тем сильнее расстраивается. И тут звонит ее телефон. Кристин приподнимается и, прислонившись к изголовью кровати, берет телефон и безучастно смотрит на мигающую цифру на экране. Это Скайлер Джонс. Он снова позвонит ей сегодня вечером. За четыре дня, что они были в разлуке, он не соблюдал их договоренность и продолжал звонить ей каждый вечер, несмотря на то, что она не отвечала на звонки последние несколько ночей. Телефон продолжает звонить. Наконец, не в силах устоять, Кристин нажимает кнопку ответа на телефоне: «Здравствуйте». "Кристин…" Несколько дней он не мог говорить, поэтому выглядел изможденным. Его голос смягчает её сердце, но она всё же твёрдо спрашивает: "Разве мы не договорились пока не общаться?" «Ничего не могу поделать… Я скучаю по тебе». «Скайлер, я хочу, чтобы ты сейчас спокойно всё обдумала… Люди могут заставить себя что угодно, кроме эмоций. Не зацикливайся на воспоминаниях тринадцатилетней давности, потому что я больше не та Кристин Куинн, что была тринадцать лет назад. Если ты уверена, что хочешь меня нынешнюю, тогда приезжай и забери меня после окончания этого месяца». «Ты — это ты, и неважно, тринадцать лет назад это было или тринадцать лет спустя, моя любовь к тебе не изменится». Его слова трогают её до глубины души, у неё слегка болит нос, и каждая клеточка её тела кричит от тоски по нему. Не услышав её ответа, он нервно кричит: «Кристин, Кристин…» Она всхлипывает и отвечает: «Я здесь». «Не давай давать волю своему воображению, детка. То, что я сказала в тот вечер, не было связано с недостатком уверенности в наших отношениях, просто…» Кристин качает головой и перебивает Скайлер Джонс: «Больше ничего не говори, Скайлер… уже поздно, я хочу спать. Береги себя и Мари, я буду ждать, когда ты придешь за мной». "Кристин…" Скайлер все еще хочет что-то сказать, но Кристин тут же прерывает разговор. Положив трубку, Кристин, оцепеневшая от усталости, прислонилась к изголовью кровати, ее мысли были заняты образом Скайлер Джонс… В то же время. Скайлер Джонс кладёт трубку и устало откидывается на спинку стула. Эрни входит с папками и, увидев, как Скайлер Джонс потирает лоб, осторожно откладывает папки и не может не спросить с беспокойством: «Генеральный директор, вы плохо себя чувствуете?» Скайлер останавливается и поправляет позу: «Я в порядке». «Генеральный директор, ранее вы просили меня выделить шесть месяцев на сопровождение вашей жены в отпуск. Теперь, когда вы вернулись к работе, следует ли мне по-прежнему оставлять это время свободным для вас?» Скайлер берет файлы со стола и легкомысленно отвечает: «Сейчас в этом нет необходимости, я скоро буду в компании». Эрни кивает: «Хорошо, я всё устрою». "Хорошо." Затем Эрни отступает. Уходя, Эрни проходит мимо личного телохранителя Скайлера Джонса, Джастина. В этот момент к Скайлеру Джонсу подходит Джастин, почтительно кланяясь и говоря: «Мистер Джонс». Скайлер не поднимает глаз: "Ты узнал?" Джастин кивает: «Я получил медицинские записи о посещении Дженнифер Дуглас больницы». Он передает медицинскую карту Скайлер. Скайлер берет медицинскую карту, открывает ее, и его брови тут же хмурятся. Беременность на третьем месяце, неожиданный выкидыш. Это несколько понятных слов, которые можно увидеть с первого взгляда в медицинской карте. Скайлер закрывает медицинскую карту и небрежно отбрасывает ее в сторону. Увидев суровое выражение лица Скайлер, Джастин не смеет громко дышать. Скайлер откидывается на спинку стула и жестом показывает подчиненному: «Теперь можете уходить!» Джастин снимает свою кандидатуру как можно быстрее. После некоторого раздумья Скайлер достает телефон и набирает ряд цифр. Телефон быстро соединяется, и голос, сдерживающий радость и волнение, произносит: «Скайлер». «Расскажи мне, что именно произошло в ту ночь, когда я напился, что я тебе сделал?» Очевидно, Дженнифер Дуглас не ожидала, что Скайлер сразу задаст такой острый вопрос. Ошеломленная на несколько секунд, она запинается: «Я же тебе говорила, правда? Ничего не случилось той ночью, ты просто напился и переночевал у меня». «Тогда как вы объясните беременность и выкидыш, зафиксированные в медицинской карте?» "Там… Там ничего нет…" Голос Дженнифер снова напряжен. «Дженнифер Дуглас, тебе лучше сказать мне правду». Голос Скайлер суровый и мрачный, с ноткой предупреждения. Дженнифер долго молчала на другом конце провода, наконец прошептав: «Эту запись сфальсифицировал мой отец. У него есть старый друг в больнице, поэтому он поручил этому другу подделать запись. Он хочет заставить тебя жениться на мне… Он всегда думал, что ты воспользовалась мной». «Тебе лучше контролировать своего отца, если он снова будет злонамеренно беспокоить мою семью, я не буду таким вежливым, как сейчас». «Не волнуйся, папа больше тебя не побеспокоит, обещаю». Голос Дженнифер слегка хриплый, с оттенком грусти. Скайлер больше ничего не отвечает Дженнифер, намереваясь закончить разговор, но голос Дженнифер снова раздается: "Скайлер…" Скайлер замирает, держа телефон у уха. Дженнифер быстро добавляет: «Я хочу встретиться с тобой еще раз, я…» «В этом нет необходимости». Прохладно произнося четыре слова, Скайлер тут же завершает разговор. На следующий день Кристин Куинн договаривается о встрече с Джонатаном Гибсоном. В элегантном и тихом кафе Джонатан внимательно рассматривает слегка изможденное лицо Кристин и тихо говорит: «Я думал, ты уже вернулась в Y City со Скайлером Джонсом». Кристин честно отвечает: «Между нами есть некоторые разногласия, нам нужно немного успокоиться». Джонатан задумчиво хмурится: «Неужели это из-за Дженнифер Дуглас?» Кристин опускает голову, осторожно помешивая кофе: «Не совсем». «Кристин, тебе действительно не стоит беспокоиться о ситуации с Дженнифер. К тому же, она точно не собирается вставать между тобой и Скайлер». «Откуда ты знаешь?» — Кристин внезапно подняла глаза и посмотрела на Джонатана. — «Ты знаешь Дженнифер?» Джонатан поспешно качает головой: «Конечно, я её не знаю, я сужу только по тому, что она не пыталась цепляться за Скайлер». Кристин тихо отвечает: «Она отпустила ситуацию, но мне всегда казалось, что она не слишком простодушна…» Джонатан делает глоток кофе и усмехается, говоря: «Может, ты слишком много думаешь? Судя по внешности, Дженнифер не похожа на человека, склонного к интригам». ---------- Глава 878-453: Дополнительная история: Я просто хочу для него всего самого лучшего 1 «Джонатан, как можно судить о человеке по его внешности?» Джонатан Гибсон вдруг серьезно сказал: «Могу быть уверен, что она не такая». Кристин Куинн была ошеломлена: «Джонатан, ты…» Джонатан Гибсон глубоко вздохнул, поставил чашку кофе и тихо сказал: «Кристин, не думай об этом слишком много. Каким бы человеком ни была Дженнифер Дуглас, зачем вообще пытаться её понять?» «Нет, Джонатан, ты что-то от меня скрываешь, я это чувствую». "Я не…" «Да, это так. Вы несколько раз заступались за Дженнифер Дуглас. Вы с ней общаетесь?» «Кристин, могу сказать только одно: Дженнифер Дуглас — неплохая женщина. Тебе не о ней беспокоиться». Кристин Куинн безучастно уставилась на Джонатана Гибсона: «Скажите, пожалуйста, на каком основании вы так о ней судите?» Джонатан Гибсон на мгновение потерял дар речи: «Я…» Кристин Куинн с проницательностью предположила: «Связано ли это с беременностью Дженнифер Дуглас?» "Кристин…" «Джонатан Гибсон, пожалуйста, не скрывай от меня… На самом деле, я пригласила тебя сегодня на свидание потому, что подозревала неладное в медицинской карте, которую ты мне показывал в прошлый раз». «Что с ним не так?» «В медицинской карте, которую вы мне показывали в прошлый раз, было указано, что Дженнифер Дуглас просто пошла на гинекологический осмотр… Учитывая возраст Дженнифер Дуглас, она не в том возрасте, когда ей необходимы плановые гинекологические осмотры, поэтому, должно быть, она плохо себя чувствовала, раз пошла в больницу. Но в ее медицинской карте написано, что она совершенно здорова, разве это не кажется нелогичным?» «Может быть, Дженнифер Дуглас вдруг захотела пройти медицинское обследование?» «Джонатан, когда ты еще не разбирался в этом вопросе, твоей первой реакцией тоже было то, что визит Дженнифер Дуглас к гинекологу был непростым…» «Я…» — наконец замолчал Джонатан Гибсон. Кристин Куинн умоляюще сказала: «Джонатан, пожалуйста, расскажи мне, что ты знаешь. Судя по твоей реакции, я знаю, что ты обменялся несколькими словами с Дженнифер Дуглас, и ты, должно быть, что-то от меня скрываешь». В глазах Джонатана Гибсона мелькнула нотка нежелания: «Кристин, я не хочу, чтобы ты расстраивалась…» «Пожалуйста, скажите мне, что что бы ни случилось, я справлюсь». Джонатан Гибсон беспомощно покачал головой, в конце концов не в силах удержаться, и вздохнул: «Да, с этой медицинской картой что-то не так, потому что это не подлинная карта Дженнифер Дуглас из этой больницы. Я её подделал». Кристин Куинн расширила глаза от изумления: «Почему?» «Поскольку Дженнифер Дуглас была беременна… Она вынашивала ребенка Скайлер Джонс, но на третьем месяце беременности у нее случился выкидыш». Кристин Куинн была сильно ошеломлена, прислонившись к стулу. Ее взгляд был пустым, когда она смотрела на Джонатана Гибсона: «Вы говорите… Дженнифер Дуглас была беременна от Оверски?» Джонатан Гибсон неохотно кивнул: «Но это не то, что вы думаете… Это произошло в ту ночь, когда Скайлер Джонс был пьян. Он принял Дженнифер Дуглас за вас». Глаза Кристин Куинн опустились от боли, голос слегка дрожал: «Почему ты это от меня скрывал?» «Потому что Дженнифер Дуглас меня умоляла». "Она умоляла тебя?" «Да, она надеялась, что я не испорчу ваши отношения со Скайлер Джонс. Она сказала, что раз ребенка нет, давайте сделаем вид, что ничего не произошло. Я не смог заставить себя сказать вам такую ​​правду, поэтому…» Кристин Куинн сидела в кресле, давно уже пребывая в шоке от этого факта. Постепенно в ее воображении сложилась картина: он и Дженнифер Дуглас, обнимающиеся на кровати… В сердце Кристин Куинн возникла пронзительная боль, и ее взгляд постепенно потерял фокус… «Кристин», — Джонатан Гибсон бросился к ней, присев на корточки, чтобы утешить: «Не думай слишком много. В ту ночь Скайлер Джонс просто принял Дженнифер Дуглас за тебя. У него нет чувств к Дженнифер Дуглас…» Кристин Куинн никак не реагировала на слова Джонатана Гибсона, пока боль в сердце почти не задушила её. Наконец, она глубоко вздохнула и хриплым голосом, подавляя душевную боль, спросила: «Значит, вы считаете Дженнифер Дуглас хорошей женщиной, основываясь на этом?» Джонатан Гибсон честно сказал: «Я несколько раз следил за ней. Она действительно не дала мне ни единого повода усомниться в ней». Кристин Куинн безучастно смотрела на Джонатана Гибсона, погруженная в свои мысли на протяжении долгого времени. В один ясный солнечный день миссис Джеффри находилась на вилле, присматривая за своей новорожденной внучкой, в то время как Ребекка Квентин и Кристин Куинн играли в саду с Эндрю. В этот момент Ребекка Квентин издалека наблюдала за радостно играющим Эндрю и улыбнулась: «Сестра, как было бы здорово, если бы взрослые могли быть такими же беззаботными, как дети…» ---------- Глава 879-453: Дополнительная история: Просто желаю ему всего наилучшего 1_2 Не получив ответа от Кристин Куинн, Ребекка Квентин снова повернулась, чтобы посмотреть на нее, но увидела, что Кристин погружена в свои мысли. "Сестра…" — громко крикнула Ребекка. Кристин наконец очнулась от своих мыслей, посмотрела на Ребекку и спросила: "Хм?" Ребекка с тревогой сказала: «С тех пор, как ты вернулся сегодня днем, ты ведешь себя странно и рассеянно… О чем ты думаешь?» "Ничего." «Не лги мне, я чувствую, когда тебя что-то беспокоит». Кристин медленно опустила голову и вдруг сказала: «Бекка, мне нужно узнать твое мнение по одному вопросу». «Мнение по какому вопросу?» «Что вы думаете о Дженнифер Дуглас?» Ребекка прямо ответила: «У меня о ней сложилось не очень хорошее впечатление, я разделяю мнение мамы, разрушительницы семей — плохие люди. Но, честно говоря, её поступки не кажутся мне признаком того, что она плохой человек». "Даже вы так думаете?" «Сестра, я совершенно точно не собираюсь ей сочувствовать…» — поклялась Ребекка, подняв руку. Кристин улыбнулась: «Глупо, знаю». «Сестра, почему ты спрашиваешь о моем мнении о Дженнифер Дуглас?» «Поскольку я узнал, что у Дженнифер Дуглас хорошая репутация среди людей, мне хочется узнать, скольким сердцам она покорила сердца». «Что?» — Ребекка была ошеломлена. — «Ты хочешь сказать, что с Дженнифер Дуглас что-то не так?» Кристин сказала: «Изначально мы с Оверски помирились, но из-за того, что Чарльз Дуглас донимал маму, стало известно о «беременности» Дженнифер Дуглас, после чего между Скайлер и мной возникли разногласия по этому поводу…» «Насколько мне известно, Дженнифер не знала о действиях своего отца и даже обвиняла его». «Я давно говорил, что пока неизвестно, будут ли она и ее отец действовать сообща». «Сестра, что ты собираешься делать?» «Я поссорилась с Оверски, потому что мама в тот день ударила Дженнифер Дуглас по лицу, заслужив тем самым сочувствие от Оверски. Но что, если она намеренно позволила Оверски увидеть ее в таком состоянии в тот день?» «Вы хотите сказать, что подозреваете, будто Дженнифер Дуглас использует стратегию отступления, чтобы вызвать сочувствие у своего зятя?» «Сейчас я лишь предполагаю, но у меня есть способ проверить её… Если я докажу, что у неё есть проблемы, то разлад между Оверски и мной может быть улажен». Она твёрдо верила своему первому впечатлению о Дженнифер Дуглас: Дженнифер — невероятно умная женщина, она не могла поверить, что Дженнифер добровольно откажется от Скайлер. Если бы она действительно предпочла тихо уйти, она бы никогда не позволила Чарльзу Дугласу приблизиться к миссис Джеффри! Ребекка кивнула: «Сестра, я тебя поддерживаю, тебе нужна моя помощь?» Кристин сказала: «Не нужно, я уже все спланировала». Кристин решила пригласить Дженнифер Дуглас на свидание. Рано утром Кристин позвонила Дженнифер Дуглас. Дженнифер была весьма удивлена ​​звонку Кристин, но не отказалась от ее приглашения. Час спустя они прибыли в элитный клуб. В этот момент, находясь в отдельной комнате клуба, Кристин пристально смотрела на Дженнифер: «Я не ожидала, что ты так легко согласишься, когда я пригласила тебя на свидание». Не желая быть слабым противником перед Кристин, Дженнифер холодно сказала: «Ты не вернулась в город Y с Оверски, похоже, между вами и Оверски возникли проблемы, но ты проводишь время здесь со мной вместо того, чтобы решать свои проблемы с ним. Тебе это не кажется немного нелепым?» «Разлад между Оверски и мной – разве не из-за тебя?» Кристин нахмурила брови. Дженнифер выглядела озадаченной: «Я не понимаю, что вы имеете в виду». Кристин холодно рассмеялась: «Разве ты не спланировал этот инцидент, когда мы с мамой пришли тебя искать, и мама тебя ударила?» Дженнифер насмешливо рассмеялась: «Вы хотите сказать, что я это разработала? Предъявите доказательства». Кристин прямо сказала: «Ты попросил своего отца позвонить моей свекрови, потому что предположил, что она не расскажет Оверскому, так как хотела, чтобы мы с Оверским были счастливы, и надеялся, что ничего неожиданного не произойдет. Но ты был уверен, что моя свекровь расскажет мне, зная, что она будет бояться, что твой отец придет ко мне, что еще больше выведет ситуацию из-под контроля. Убедившись, что моя свекровь сообщит мне об этом, ты был готов к тому, что мы с ней придем тебя искать… Ты прекрасно знал, что семья моей свекрови была разрушена разрушительницей семей в первой половине ее жизни, поэтому ты был уверен, что моя свекровь будет вести себя агрессивно. И действительно, в тот день моя свекровь потеряла контроль и ударила тебя по лицу, а ты притворился расстроенным, не произнеся ни слова жалобы…» Дженнифер сердито посмотрела на Кристин: «Мисс Куинн, я поняла, насколько богато ваше воображение… Даже если всё так, как вы говорите, и это придумала я, как я могла точно рассчитать время прибытия Оверски в кафе?» «Вам не нужно точно рассчитывать время, вы прекрасно знаете, что Оверски обо мне заботится, он всегда хотел бы знать, где я нахожусь. Вы уже предвидели, что Оверски придет меня искать в тот день, вам просто нужно было продолжать притворяться, пока он не прибудет». Дженнифер спокойно посмотрела на Кристин, покачала головой и спокойно сказала: «Легко обвинять других без причины, мисс Куинн, верите вы этому или нет, я бы сделала все ради счастья Оверски, включая свои чувства к нему. Главное, чтобы он был счастлив. Как только я поняла, что его сердце принадлежит только вам, я уже перестала думать о том, чтобы связываться с ним, потому что я люблю его. Мне нужно лишь наблюдать за его счастливым состоянием издалека, и я буду довольна». «Правда?» — Кристин скептически посмотрела на Дженнифер. — «Женщина, которая при первой встрече оставила след от помады на рубашке мужчины, чтобы спровоцировать его жену, вряд ли легко сдастся». «В то время я не знала, что он тебя любит, знала только, что ваш брак был вынужденным, поэтому я хотела помочь ему заставить тебя сдаться». Кристин насмешливо рассмеялась: «Какая грандиозная причина… Если ты действительно хотел, чтобы Оверски был счастлив, почему ты позволял своему отцу постоянно донимать семью Джеффри? Разве ты не пытался раздуть из этого большую проблему, чтобы не давать Оверски и мне покоя?» «Я уже много раз говорил, что не знал о том, как мой отец обращался со старой миссис Джеффри. Если вы настаиваете на обвинениях в мой адрес, мне не нужно давать дополнительных объяснений». «Хорошо», — Кристина медленно выдохнула. — «Я хочу, чтобы ты поклялась передо мной, что у тебя нет никакого желания к Оверски». Дженнифер подняла руку: «Клянусь, в данный момент у меня нет никакого желания к Скайлер». Кристин внимательно наблюдала за выражением лица Дженнифер, но не нашла никаких существенных недостатков. Она неохотно сказала: «Пока что я вам поверю… Надеюсь, вы будете человеком, который держит обещания. В будущем я не хочу, чтобы вы или Чарльз Дуглас снова беспокоили семью Джеффри». «Я не буду». «Мне нужно еще кое-что сказать, пожалуйста, подождите здесь, я иду в туалет». ---------- Глава 880-454: Дополнительно: Желаю ему только лучшего 2 «Хорошо, я тоже хочу кое-что тебе сказать». Кристин Куинн тут же встала, взяла сумку и вышла из отдельной комнаты. В самом конце коридора Кристин вошла в туалет и тут же достала свой мобильный телефон, набрав номер. В городе Y была ночь, и Скайлер Джонс только что закончила принимать душ и вышла из ванной. Услышав вибрацию телефона, он достал его и увидел, что ему звонит Кристин. С нетерпением он ответил: «Кристин…» «Оверски, ты спишь?» "Еще нет." «Прошу прощения за поздний звонок…» «Всё в порядке, я рада, что ты мне позвонила». Прислонившись к окну, Скайлер, только что принявшая душ, выглядела ещё более нежной и элегантной. «Оверский, я не хочу никаких недоразумений между нами, поэтому хочу кое-что уточнить у тебя…» "Что это такое?" «Дженнифер Дуглас не заслуживает вашей жалости. Эту пощёчину, которую она получила от матери, она сама спланировала; она всё это инсценирует, чтобы вызвать у вас сочувствие». Слушая Кристин, взволнованный взгляд Скайлера слегка потускнел, в его дыхании чувствовалась усталость. "Ты думала об этом вопросе еще с тех пор, как была в Нью-Йорке?" «Если бы не она, между нами не было бы никакой вражды... Она знает, что наши чувства крепки, и разрушить их силой невозможно, поэтому она предпочла отступить, притворяясь доброй перед тобой, чтобы завоевать твою симпатию». «Кристин, тебе больше нечего мне сказать?» «Я больше ничего вам не скажу... Я хочу, чтобы вы сейчас молчали и не клали трубку. Я хочу доказать вам, насколько лицемерна Дженнифер Дуглас». "Кристин..." «Быстрее, не говори...» — поспешно сказала Кристин, затем включила громкую связь и положила свой мобильный телефон в ящик раковины, оставив зазор для записи звука. Дженнифер Дуглас ждала Кристин в отдельной комнате, но больше ждать не могла и направилась в туалет. Войдя в туалет, она тихонько окликнула: «Мисс Куинн…» Внезапно она увидела Кристин, лежащую без сознания на полу в туалете, отчего Дженнифер ахнула. Дженнифер быстро присела на корточки, поддерживая Кристин: «Мисс Куинн, мисс Куинн, вы в порядке?» Кристин прислонилась к Дженнифер и слабо произнесла: «Я… У меня так сильно болит сердце…» Дженнифер знала о болезни сердца Кристин и очень забеспокоилась: «У вас есть лекарства? Или...» Кристин крепко сжала руку в груди и хрипло прошептала: «Позвоните кому-нибудь, отвезите меня в больницу…» «Хорошо, подождите минутку, вам нужно потерпеть». Дженнифер быстро выбежала из туалета, уложив Кристин на пол. После ухода Дженнифер Кристин достала телефон из ящика и, разговаривая со Скайлером на другом конце провода, сказала: «Подожди-ка, Дженнифер Дуглас не вернется, даже если вернется, она не отправит меня на лечение немедленно». На другом конце повисло молчание. Кристин положила телефон обратно в ящик. К удивлению Кристин, вскоре вернулась Дженнифер, но она была одна... Дженнифер продолжала шептать Кристин на ухо: «Мисс Куинн, мисс Куинн… Проснись, ты не можешь заснуть, ты должна держаться…» Кристин не стала немедленно отправлять ее в больницу, а лишь притворялась, звоня по фальшивым номерам, и мысленно выругалась. Как раз в тот момент, когда Кристин собиралась проснуться и разоблачить лицемерие Дженнифер, несколько сотрудников клуба поспешно бросились в туалет с аптечкой первой помощи... Увидев Кристин без сознания, весь персонал был в ужасе... Увидев аптечку, Дженнифер быстро дала всем указание: «Не двигайте её, все отойдите назад». Персонал немедленно отступил назад. Дженнифер открыла аптечку и, найдя внутри кислородную маску, надела её на рот Кристин, сказав: «Я раньше изучала медицину; я знаю, что пострадавших от сердечного приступа нельзя перемещать. Пока не приедут парамедики, давайте будем держать её неподвижно, дадим кислород, будем поддерживать её жизненные показатели...» «К счастью, вы умеете оказывать первую помощь, иначе…» — восхищенно похвалил один из сотрудников. Дженнифер спокойно спросила персонал: «Приехали парамедики?» «Да, они уже в пути». Услышав это, сердце Кристины затрепетало, и она медленно открыла глаза. Увидев, что Кристин проснулась, Дженнифер была вне себя от радости: «Мисс Куинн, вы проснулись?» ---------- Глава 881-454: Дополнительно: Просто желаю ему всего хорошего 2_2 Кристин Куинн безучастно смотрела на радостное выражение лица Дженнифер Дуглас. Она, опираясь на ноги, медленно поднялась. Дженнифер Дуглас тут же испугалась, увидев движения Кристин Куинн: «Мисс Куинн, вам лучше не двигаться…» Кристин Куинн прислонилась к раковине и сказала Дженнифер Дуглас: «Теперь со мной все в порядке…» "С тобой всё в порядке? У тебя всё ещё болит сердце?" Кристин Куинн покачала головой: «Сейчас гораздо лучше». Дженнифер Дуглас наконец вздохнула с облегчением: «Главное, чтобы с тобой всё было в порядке, мы все только что очень испугались…» Сотрудники клуба сказали: «Мисс Куинн, скоро прибудут медицинские работники. Вам все равно следует обратиться в больницу для обследования!» «Не нужно, со мной все в порядке, пусть врачи идут!» Услышав слова Кристин Куинн, сотрудники клуба переглянулись. Дженнифер Дуглас осторожно помогла Кристин Куинн подняться и с беспокойством сказала: «Вам все же лучше поехать в больницу; к проблемам с сердцем нельзя относиться легкомысленно…» «Спасибо за вашу заботу, мне не нужно ехать в больницу». Кристин Куинн осторожно отстранилась от Дженнифер Дуглас. Столкнувшись с отстраненностью Кристин Куинн, Дженнифер Дуглас не стала снова делать шаг вперед, а мягко сказала Кристин Куинн: «У тебя проблемы с сердцем, тебе не следует выходить одной в будущем. Если с тобой что-нибудь случится, что Оверски будет делать одна?» Кристин Куинн внезапно сердито посмотрела на Дженнифер Дуглас: «Если со мной что-нибудь случится, ты сможешь этим воспользоваться, не так ли?» «Мисс Куинн, я люблю Оверски, но это не значит, что я должна искать любые способы завладеть им. Я уже говорила, что хочу, чтобы он был счастлив». «Дженнифер Дуглас, ты можешь только притворяться. Я тебе совершенно не пара». «Мисс Куинн, я не жду от вас благодарности за то, что вы спасли себя несколько минут назад, но надеюсь, вы будете говорить вежливее. Я пришла на ваш прием сегодня благодаря Оверски, и спасла вас по той же причине… Надеюсь, вы не будете сосредотачивать всю свою энергию на мне. На вашем месте, имея рядом такого любящего мужчину, я бы проводила все свое время с тем, кто меня любит». «Вы не имеете права читать мне нотации». «У меня нет права читать вам нотации, но я искренне считаю, что Оверский плохо разбирается в людях. Это моя вина, что я познакомился с Оверским позже, чем вы…» «Довольно, перестань притворяться». «Думайте что хотите, мисс Куинн. Надеюсь, вы позаботитесь о себе и не потеряете Оверскей, дав мне шанс воспользоваться ситуацией». «Не волнуйтесь, вам и в голову не придет отнять у меня Оверскей». Дженнифер Дуглас небрежно пожала плечами: «Ладно, это общественное место. Я не хочу с тобой спорить… Изначально я хотела пожелать тебе всего наилучшего, надеясь, что ты будешь ценить, заботиться и любить Оверски, потому что он любит тебя больше всего на свете. Но теперь я чувствую, что ты недостойна оставаться рядом с Оверски, тебе просто повезло, что он встретил тебя первой». Сказав это, Дженнифер Дуглас вышла из туалета, не оглядываясь. Персонал клуба уже ушел, почувствовав неловкую атмосферу, поэтому в туалете осталась только Кристин Куинн. Телефон всё ещё был подключен… Кристин Куинн потянулась к ящику, чтобы достать телефон, с бледным лицом она приложила трубку к уху и сказала: "Привет…" Скайлер Джонс молчала, но чувствовала, что он все еще на другом конце провода. «Запредельное небо, Запредельное небо…» «Я здесь», — наконец произнес Скайлер Джонс, но его голос был холодным и безразличным. «Оверски, не верь Дженнифер Дуглас, она…» Голос Скайлер Джонс был слегка хриплым: «Кристин, знаешь? Когда ты только что звонила, я надеялся, что ты скажешь, что скучаешь по мне или хочешь, чтобы я немедленно прилетел к тебе, но ничего… ты глупо разыгрывала драму, чтобы я увидел истинное лицо Дженнифер Дуглас. Но знаешь? Мне все равно, хорошая она женщина или нет, потому что она для меня не имеет значения…» «Оверский…» «Ты меня разочаровала, Кристин… может быть, ты действительно изменилась». «Оверски, я договорился о встрече с Дженнифер Дуглас, потому что я…» Не успела Кристин Куинн закончить, как разговор внезапно прервался. Гудок телефона заставил Кристин Куинн бесстрастно прислониться к раковине… Внезапно она широко раскрыла глаза, затуманенные слезами, и рассеянно уставилась вдаль. Особняк Джонса. «Уважаемая госпожа, я только что видел, как госпожа вошла в комнату с растерянным видом». Ребекка Квентин только что вернулась из сада, когда слуги с тревогой доложили ей обо всем. Ребекка Квентин быстро передала маленькую принцессу на руках служанке, нахмурившись: «Вы говорите, что моя сестра выглядела расстроенной?» «Да, хозяйка выглядела неважно. Мы только что с ней поговорили, но она, похоже, ничего не слышала». «Я пойду проверю, как она, а ты присмотри за слабаком». "Хорошо." Ребекка Квентин быстро подошла к двери комнаты Кристин Куинн и, увидев, что она слегка приоткрыта, тихонько постучала: «Сестра…» Изнутри комнаты ответа не последовало. Подождав несколько секунд, Ребекка Квентин осторожно толкнула дверь и тут же увидела Кристин Куинн, рассеянно сидящую на кровати. Ребекка Квентин поспешно села на край кровати и с беспокойством спросила Кристин Куинн: «Сестра, что случилось?» Кристин Куинн не заметила, как Ребекка Квентин вошла в комнату, пока не заговорила, направив свой рассеянный взгляд на сестру: «Бекка…» «Слуга сказал, что вы сразу же пошли в свою комнату по возвращении и выглядели нездоровым. Что-то случилось?» Кристин Куинн слабо облокотилась на изголовье кровати и тихо произнесла: «Я договорилась встретиться с Дженнифер Дуглас сегодня». «Знаю. Ты говорила мне вчера вечером… Боже, неужели Дженнифер Дуглас снова провернула какую-то подлую шутку?» — нервно спросила Ребекка Квентин. Кристин Куинн покачала головой и честно рассказала Ребекке Квентин о конфликте с Дженнифер Дуглас. Ребекка Квентин долго слушала, широко раскрыв рот от изумления: «Как такое могло произойти?» Кристин Куинн растерянно пробормотала: «Бекка, я действительно изменилась?» «Нет…» — Ребекка Квентин крепко сжала руки Кристин Куинн, которые висели вдоль тела. — «Ты не изменилась. Это зять неправильно тебя понял». Кристин Куинн безучастно посмотрела на сестру: «Я действительно думаю, что Дженнифер Дуглас не невинна. Я не преувеличиваю. Я просто хотела, чтобы он увидел истинную сущность Дженнифер Дуглас…» «Сестра, возможно, зять обижен. Вероятно, он считает, что когда в отношениях возникают трудности, важнее ценить друг друга и преодолевать препятствия, чем тратить время на ненужных людей!» ---------- Главы 882–455: Дополнительная история: Давайте больше не расставаться, хорошо? «Неужели Дженнифер Дуглас для него ничего не значит?» «Почему ты так сказала, сестра?» «Бекка, ты знаешь, что это правда, что Дженнифер Дуглас когда-то была беременна от Оверски?» «Что?» — воскликнула Ребекка Квентин. — «Разве это не ложь, придуманная Чарльзом Дугласом?» Кристин Куинн уныло опустила взгляд: «Чарльз Дуглас не лгал. Он искренне хотел добиться справедливости для своей дочери… Это Дженнифер Дуглас держала это дело в секрете». «Неужели зять в тот вечер действительно принял Дженнифер Дуглас за тебя?» «Бекка, мы обе знаем, что пьяный мужчина не способен на такие вещи. Если бы он все-таки сделал это, он был бы в сознании… Даже если Оверски принял Дженнифер Дуглас за меня, если сама Дженнифер совсем не привлекала его, как он мог к ней прикоснуться?» «Вы хотите сказать, что, по-вашему, в глубине души зять испытывает к Дженнифер Дуглас совсем другие чувства?» Кристин Куинн слегка прикусила губу, сдерживая рыдания, пытавшиеся вырваться из горла. Спустя долгое время она наконец слегка приоткрыла губы и сказала: «Его чувства к Дженнифер Дуглас… возможно, даже он сам не знает… Если бы ему было на нее наплевать, то в тот день, когда мама ударила Дженнифер, его первым вопросом не было бы обвинение нас в издевательствах над Дженнифер…» «Но зятю никак не могла нравиться Дженнифер Дуглас… Ты не представляешь, когда он услышал о твоей «смерти» тогда, он был так подавлен и опустошен, что потерял себя, напился до беспамятства и чуть не погиб…» "Вы знаете почему?" Ребекка Квентин безучастно покачала головой. Кристин Куинн тихо ответила: «Потому что, когда со мной произошла авария, у нас ни разу не было по-настоящему дружеского разговора. В глубине души я всё ещё оставалась той женщиной, которая любила его молча, той женщиной, которую он глубоко любил. Он не знал, что я изменилась, что я больше не та Кристин Куинн, что была тринадцать лет назад. Поэтому, когда он нашёл меня, лелея меня всем сердцем, он понял, что я уже изменилась… Во многих вопросах мой подход к решению проблем стал отличаться от того, как он себе представлял. Как и в случае с Дженнифер Дуглас, он думал, что я буду ему полностью доверять, но не ожидал, что я поговорю с Дженнифер Дуглас… Он чувствует, что я уже не такая невинная, какой была раньше». «Это потому, что зять не поставил себя на ваше место. Что плохого в том, чтобы поговорить с Дженнифер Дуглас? Дженнифер ведь действительно пытается испортить ваши отношения с зятем, не так ли?» «Но ваш зять ей доверяет; он верит, что она не совершила ничего гнусного». Честно говоря, Дженнифер Дуглас на самом деле не ведёт себя как плохая женщина… «На самом деле, я разделяю ваше мнение; я тоже часто считаю, что она не плохой человек. Но мне кажется, что вопрос о её беременности не так прост… Оверски такой умный человек; если он действительно прикоснулся к Дженнифер Дуглас, как он мог не помнить, что произошло той ночью? Если только Дженнифер Дуглас тайно не провернула какие-то уловки, даже Оверски об этом не знал». «Проблема в том, что сейчас невозможно выяснить, что произошло той ночью. Кто знает, может быть, Дженнифер Дуглас что-то сделала!» «Я всегда доверяю своей первой интуиции; я никогда не поверю Дженнифер Дуглас. Даже если я умру, я бы не хотела, чтобы Дженнифер была рядом с ним». «Сестра, не говори таких вещей… Я тоже верю в женскую интуицию. Думаю, зять увидит в Дженнифер Дуглас то, кто она есть на самом деле», — утешала Ребекка Квентин. Тук-тук. Эрни постучал в дверь кабинета генерального директора, а затем толкнул её, чтобы войти. Увидев одинокую и унылую фигуру босса, сидящего у окна от пола до потолка, Эрни не смог удержаться и сказал: «Генеральный директор, уже так поздно, все в компании разошлись по домам, вы же не уходите?» «Ты тоже можешь идти. Я выключу свет». Эрни кивнул и тихо вышел из кабинета. Взгляд Скайлер Джонс был прикован к шумному ночному городскому пейзажу за окнами от пола до потолка. Почему он так устал? Разве им с ней не следует жить беззаботной и счастливой жизнью, как Говарду Джеффри и Бекке? Почему он утратил чувство взаимопонимания и сопереживания, которые когда-то испытывал к ней? Любовь и доверие между супругами внезапно исчезли. Его просьба была проста: пока она рядом, они смогут жить в любви, как любая обычная пара… Почему она совсем не чувствовала его мыслей? Тринадцать лет назад она бы ничего не сделала за его спиной и не стала бы подозревать его. Она бы сделала все, чтобы сблизить их, но теперь, кажется, она отдаляет их друг от друга… ---------- Глава 883-455: Дополнительная история: Давайте больше не будем расставаться, хорошо? (2) Ее слова и поступки были совершенно не похожи на ту «Кристин Куинн», которую он помнил… Может быть, прошедшее десятилетие действительно разрушило её прежнюю невинность? Нет, он отказался верить… Схватив пиджак, Скайлер Джонс вышел из своего кабинета. Вернувшись домой и обнаружив Мэрилин Куинн спящей на диване с подушкой в ​​руках, Скайлер положил пиджак, присел на корточки и тихо позвал: «Мари…» Услышав зов отца, Мэрилин открыла сонные глаза и сонно пробормотала: «Папа…» Скайлер откинул чёлку со лба дочери и мягко спросил: «Почему ты спишь на диване?» «Я хотел дождаться твоего возвращения». «Прости, папа так поздно вернулся и заставил мою драгоценную дочку чувствовать себя одинокой». Скайлер нежно погладила маленькую головку Мэрилин. Мэрилин обняла отца за шею: «Папе же нужно работать, правда? Мари не будет его винить». Скайлер не смог удержаться и нежно поцеловал дочь в лоб. «Ты поужинала?» — спросила Скайлер. Мари покачала головой, прислонившись к плечу Скайлер. «Почему ты не ел?» Мари надула губы: «Я не хотела есть одна… Я хочу, чтобы мама вернулась, чтобы, когда папа будет на работе, мама была со мной». Скайлер утешала: «Разве я не говорила, что мама останется в Нью-Йорке еще на несколько дней у твоей тети?» «Я знаю, но я всё ещё очень скучаю по маме…» "Ты позвонил маме?" «Да, мама звонит мне каждый вечер, и только что она мне тоже позвонила». Скайлер слегка опешилась: «Правда? Мама только что звонила?» «Мм, мама даже спросила, почему она не может дотянуться до папиного телефона…» Услышав это, Скайлер поспешно схватил свой телефон, но обнаружил, что батарея разрядилась, и тихо выругался себе под нос. Увидев встревоженное выражение лица отца, Мэрилин не удержалась и спросила: «Папа, что случилось? Можешь просто позвать маму обратно». «Забудь об этом». Скайлер поднял дочь с дивана: «Тетушка-повар ушла, папа приготовит тебе что-нибудь поесть». Мари взволнованно спросила: «Папа, ты умеешь готовить?» «Конечно, папа умеет готовить, и он неплохо стряпит». "Ура, папа — потрясающий…" Увидев, как его дочь сладко заснула, Скайлер вернулся в свою комнату. Увидев пустую комнату и пустую большую кровать, Скайлер вздохнула и опустилась на диван. Он небрежно взял лежавший на диване журнал; это был развлекательный журнал, который обычно читала Кристин Куинн, просматривая его, чтобы скоротать время, когда ей нечем было заняться. Он небрежно открыл страницу журнала, не ожидая увидеть сложенную страницу с репортажем о нем. Речь шла о сообщении, в котором он заявил СМИ во время интервью для компании, что не будет продавать «Оверски». Он даже упомянул её в разговоре с журналистами и поклялся перед ними беречь и оберегать её всю жизнь, о чём и говорилось в статье, отражавшей его глубокую привязанность. Неудивительно, что она аккуратно сложила эту страницу; он почти мог представить ее радость, когда она прочитала статью. У него болело сердце… Он отложил журнал в сторону, а затем подошел к кровати, чтобы достать дневник, который она оставила в ящике прикроватной тумбочки. Откинувшись на спинку дивана, он небрежно открыл страницу дневника. В месяце X и в день ясная погода, настроение, как всегда в эти дни, спокойное. Прошло восемнадцать дней с тех пор, как он уехал в Нью-Йорк. Через четырнадцать дней он вернется, чтобы отпраздновать день рождения Мари, и хотя я знаю, что он, похоже, не хочет меня видеть, я все равно тихонько жду этого дня. Интересно, как у него дела в Нью-Йорке без меня? Разве без меня он живёт лучше? Как у него дела с Дженнифер Дуглас? Он действительно влюбился в неё? Надеюсь, он рассудителен, и надеюсь, он найдет женщину, которая действительно его полюбит… Хотя это и короткая запись в дневнике, она тронула его сердце. Когда-то она любила его так бескорыстно, отдавала ему всё без жалоб, а что он для неё сделал? За тринадцать лет он ни разу не посмотрел ей прямо в глаза, ни разу не сказал с ней ничего доброго, ее сердце было изранено и истерзано, и как он мог винить ее за то, что она изменилась? Она уже столько лет страдала от обид, как он мог позволить ей и дальше оставаться одной? Их чувства друг к другу не должны просто так исчезнуть; он должен выполнить данные ей обещания, он должен позволить ей почувствовать свою любовь, он должен вернуть утраченное счастье. Закрыв дневник, Скайлер принял решение. Из-за невозможности связаться со Скайлер Джонс по телефону в течение дня, Кристин Куинн не могла заснуть ночью. В этот момент, ворочаясь в постели, она села и прислонилась к изголовью кровати. Взяв телефон с прикроватной тумбочки, она быстро просмотрела список звонков, и, увидев знакомую последовательность цифр, несколько раз задумалась о том, чтобы позвонить, но сердце не смогло преодолеть это препятствие, и в конце концов она положила телефон обратно на прикроватную тумбочку. Если он не хотел отвечать на её звонки, какой смысл ей звонить? Она никак не ожидала, что после примирения их отношения перерастут в такой тупик… Была ли она слишком некомпетентна, не догадавшись о настоящих намерениях Дженнифер Дуглас, но разве ему не следовало больше доверять ей и Дженнифер? Однажды он сказал ей, что доверяет Дженнифер, но она не доверяла этой женщине; она просто хотела доказать ему, что он ошибается в своем мнении о Дженнифер, и не желала, чтобы он ей сочувствовал… Она не эгоистка; если бы рядом с ним появилась женщина, которая искренне любила бы его и к которой он испытывал чувства, она бы без колебаний отступила, не позволила бы своему хрупкому телу тратить его время; если бы он обрел счастье, даже в смерти, она бы ушла с улыбкой… Он думает, что она ему не доверяет? Дело не в том, что… она его любит, все ее мысли в этой жизни заняты лишь надеждой на то, что у него и ее дочери все хорошо. Она признает, что ее подозрения в отношении Дженнифер Дуглас как плохой женщины основаны на интуиции, но женская интуиция часто бывает верной, особенно учитывая ее уверенность в том, что Дженнифер не говорит правду о «беременности»… Только она не ожидала, что её желание раскрыть истинную сущность Дженнифер Дуглас, наоборот, позволит Дженнифер взять верх… Если Дженнифер Дуглас и коварная женщина, то её хитрость достигла невообразимых глубин; в любом случае, она никогда бы не поверила, что Дженнифер — простая женщина. ---------- Главы 884–456: Дополнительная история: Счастливые дни Бессонная ночь до рассвета. Рано утром, спускаясь со второго этажа, Джеффри столкнулся с миссис Джеффри в столовой. Слуги готовили завтрак, а миссис Джеффри лично кормила своего послушного внука Эндрю. Увидев Кристин Куинн, миссис Джеффри тепло воскликнула: «Кристин, почему ты так рано встала?» «Тетя». Эндрю также ласково окликнул Кристин. Кристин взяла стакан свежевыжатого сока и подошла к миссис Джеффри и Эндрю: «Я вчера рано легла спать, поэтому и проснулась рано». Она начала подшучивать над своим маленьким племянником: «Эндрю Джеффри, ты больше не можешь позволять бабушке тебя кормить, тебе уже почти три года, тебе нужно научиться есть самостоятельно, хорошо?» Миссис Джеффри, сочувствуя внуку, быстро сказала: «Не спешите, не спешите, он еще маленький, он еще не в том возрасте, чтобы есть самостоятельно… Оверски и Говард тоже раньше меня кормила!» Кристина рассмеялась: «Мама, ты просто слишком балуешь детей, им нужно учиться самостоятельности с раннего возраста!» «Детей нужно баловать, а вдруг Эндрю не захочет бабушку, когда вырастет?» С набитым ртом Эндрю невнятно пробормотал: «Эндрю не бросит бабушку…» Миссис Джеффри с любовью погладила маленькую головку Эндрю: «Молодец». Увидев довольные и счастливые лица миссис Джеффри и Эндрю, Кристина слабо улыбнулась. Заметив задумчивый взгляд Кристин, миссис Джеффри не удержалась и спросила: «Когда вы с Оверски подарите мне еще одного внука?» "А?" Кристин на мгновение замерла, а затем смущенно ответила: "У нас… у нас сейчас нет таких планов". Миссис Джеффри была ошеломлена ответом Кристин и, повернувшись, спросила: «Вы не планируете заводить еще одного ребенка?» Кристин почувствовала, как на лбу выступил холодный пот, и не удержалась, сделав глоток сока, прежде чем ответить: «У меня не очень хорошее здоровье, врач сказал, что я не очень подхожу для того, чтобы иметь больше детей». Услышав это, миссис Джеффри упрекнула себя: «О боже, я всегда поднимаю не те темы… Но ничего страшного, в нашей семье нет предпочтений ни в мальчиках, ни в девочках, в любом случае, у вас с Оверски уже есть Мари, лучше проводить больше времени вместе, если вы не хотите больше детей». Кристин слегка улыбнулась. Чтобы Кристин не слишком задумывалась над предыдущей темой, миссис Джеффри быстро сменила тему: «Кстати, Кристин, Оверски уехал из Нью-Йорка примерно четыре или пять дней назад, верно?» "Да." «Когда он уходил, он просто сказал, что это по делам. Почему он до сих пор не вернулся за тобой, хотя отсутствовал так долго?» Кристин взяла миссис Джеффри за руку: «Мама, ты не против, если я останусь здесь?» Миссис Джеффри с тревогой сказала: «Конечно, нет. Я очень рада, что вы с Оверски приехали в Нью-Йорк, и хотела бы, чтобы вы остались здесь навсегда…» Кристин лукаво улыбнулась: «Знаю, я просто пошутила… Оверскей придет меня найти, как только закончит работу». Миссис Джеффри кивнула: «Пока вы с Оверски счастливы, я тоже счастлива. Через несколько дней я позвоню Оверски, чтобы узнать, когда он приедет в Нью-Йорк». Кристин одобрительно кивнула: «Да». Днём Ребекка Квентин сопровождала Говарда Джеффри на благотворительное мероприятие, а миссис Джеффри отвезла маленькую принцессу в больницу на вакцинацию, оставив Эндрю под присмотром Кристин. В этот момент Кристина держала Эндрю на коленях и читала ему сказку детским голосом. «Жил-был когда-то маленький утёнок, который при рождении был очень уродлив, и другие утята не любили с ним играть…» Эндрю прислонился к Кристин и внимательно слушал. Затем, динь-дон, динь-дон… Раздался звонок в дверь. Дверь открыла служанка, пока Кристина и Андрей не обращали на это внимания. Внезапно к Кристине подошла другая служанка и почтительно обратилась к ней: «Мадам, снаружи разносчик цветов просит вас расписаться за цветы». Кристин прекратила рассказывать, посмотрела в дверной проем и увидела служанку с букетом красных роз. Она слегка нахмурилась: «Хотите, чтобы я подписала?» Слуга кивнул: «Да, курьер сказал, что цветы предназначены специально для вас». «Дорогая, подожди минутку, тётя расскажет тебе эту историю позже». Уложив Эндрю на диван, Кристин встала и пошла к двери. Курьер почти ничего не сказал, лишь спросил: «Вы мисс Кристин Куинн?» Кристина безразлично кивнула. Курьер тут же вручил Кристин букет ярких роз и достал блокнот: «Пожалуйста, распишитесь в правом нижнем углу блокнота». Кристин неохотно взяла букет в руки и, по настоянию курьера, расписалась. ---------- Главы 885–456: Дополнительная история: Счастливые дни (2) После того, как курьер ушёл, Кристин Куинн сначала хотела посмотреть на открытку на цветах, но неожиданно снова зазвонил дверной звонок в её доме. Слуга снова открыл дверь, и кто бы мог подумать, это был еще один работник цветочного магазина с свежим букетом… Кто заваливал дом цветами? После того как она подписала документы, флорист привез целую машину цветов, и ни у одного из букетов не было названия. Дин-дон! Дин-дон! Пока Кристин Куинн недоумевала, прибыл еще один букет. Пока служанка расставляла букеты, Кристин Куинн пришлось лично открывать дверь. Поскольку букетов было слишком много, Кристин Куинн с трудом проложила путь из моря цветов к двери. Кристин Куинн открыла дверь и увидела огромный букет цветов, закрывающий лицо человека. Только когда посетитель отодвинул букет, Кристин Куинн была ошеломлена. Перед ней стояла Скайлер Джонс, человек, которого она никогда не мечтала увидеть. "Кристин… Прости… Мне не следовало вешать трубку…" Скайлер Джонс поставил букет, его лицо было слегка унылым, на нем виднелась невиданная ею щетина. Глаза Кристин Куинн были влажными, взгляд был прикован к месту. Скайлер Джонс сделала быстрый шаг вперед, крепко обняв Кристин Куинн: «Прости меня за то, что я сказала что-то, что тебя задело…» Несмотря на слезы, Кристин Куинн ничего не сказала, но обняла Скайлер Джонс: «Я думала, ты на меня рассердилась и больше не придешь меня искать…» «Как я мог тебя бросить… Ты меня отвергла». Кристин Куинн крепко обняла Скайлер Джонс, закрыла заплаканные глаза от грусти и, с трудом сдерживая слезы, произнесла: «Ты сказал, что я изменилась, что я больше не та Кристин Куинн, которую ты любил…» Скайлер Джонс поцеловал заплаканную щеку Кристин Куинн и искренне извинился ей на ухо: «Я просто немного расстроился… Я знаю, что Кристин Куинн, которую я люблю, никогда не менялась, просто в последнее время произошло слишком много всего, из-за чего мы потеряли рассудительность…» «Вы мне верите, когда я говорю, что Дженнифер Дуглас — нехороший человек?» «Я тебе верю…» — Скайлер Джонс оттащила Кристин Куинн в сторону, нежно вытирая слезы, которые постоянно текли по ее щекам. — «Всему, что ты скажешь, я верю…» Кристин Куинн посмотрела на Скайлер Джонс, словно не веря своим глазам: «Правда?» «Конечно… Именно из-за моей некомпетентности в делах Дженнифер Дуглас вы неправильно поняли мою заботу о ней. Дорогая, клянусь, у меня нет никаких чувств к Дженнифер Дуглас…» «Но я сказал, что месячный срок еще не истек». "Ты действительно сможешь вынести нашу долгосрочную разлуку?" Она сквозь слезы рассмеялась: «Но не присылайте мне так много цветов…» «Женщина, которая всегда молча оставалась рядом со мной и освещала мой темный мир, — я никогда не посылал ей букет цветов. Если бы я мог, я бы отдал тебе весь мир… Обещай мне, что мы больше не будем расставаться, хорошо?» — мягко попросил он. Кристин Куинн прикусила губу и прыгнула ему в объятия. Скайлер Джонс крепко обняла Кристин Куинн. Кристин Куинн вдруг что-то вспомнила и резко оттолкнула его: «Ты сейчас говоришь, что не бросишь меня, но вчера отказался отвечать на мои звонки. Зачем ты меня искал, если не хотел отвечать на мой телефон?» Несмотря на сомнения, в глубине души она знала, что любовь к кому-то делает невозможным искреннюю злость на этого человека, выносить его страдания или смириться с тем, что он её не любит. Скайлер Джонс, с разбитым сердцем, обняла слегка извивающееся тело Кристин Куинн, выслушала ее обиженные жалобы и нежно похлопала по дрожащей от рыданий спине, терпеливо объясняя: «Я не отказалась от вашего звонка, у меня просто разрядилась батарея телефона…» «Кто знает, может, ты сейчас мне лжешь…» «Клянусь, я не лгу… Можешь даже спросить Эрни, в те дни я жил один в городе Y, каждый день работал сверхурочно в офисе до поздней ночи, потому что боялся, что, вернувшись домой, не смогу контролировать свою тоску по тебе… После разговора с тобой в тот день я глубоко пожалел об этом, это был первый раз, когда я почувствовал такую ​​панику, боясь, что ты начнешь меня игнорировать, поэтому в тот же день я улетел из города Y в Нью-Йорк. Не зная, как тебе угодить, я мог только купить цветы…» После того, как он заговорил с ней с нежностью, Кристин Куинн наконец успокоилась. «Тогда никогда больше не говори, что я изменилась. Мне больно это слышать, я думала, ты перестал меня любить…» «Как я мог тебя не любить… Единственный человек, которого я всегда любил, — это ты». "Тогда вы должны относиться ко мне очень, очень хорошо…" «Абсолютно! Без всяких сомнений! Клянусь!» — нежно вытерев её слёзы, он твёрдо пообещал. «Скайлер, любить меня будет непросто, ты ведь не пожалеешь?» — прошептала Кристин Куинн, уткнувшись лицом в шею Скайлер Джонс. «Пока ты будешь рядом со мной, даже если это будет стоить мне жизни, я буду наслаждаться этим с огромной радостью», — страстно поклялся Скайлер Джонс. «У меня нет ничего, ни мягкости Бекки, ни щедрости Дженнифер Дуглас, и я не дебютантка; вы ничего от меня не выиграете». «Ты у меня есть». Он нежно поцеловал её в лоб: «Достаточно». Тебе достаточно. Эта фраза довела Кристин Куинн до слез. «Я очень властный человек, я запрещаю вам когда-либо снова говорить от имени Дженнифер Дуглас и не могу даже упоминать о том, что вы ей „доверяете“». «Ладно, я больше не буду упоминать Дженнифер Дуглас». «По вашему приказу, моя королева». Скайлер Джонс рассмеялась, легонько поцеловав Кристин Куинн в губы, наконец почувствовав облегчение от мрачных дней последних дней. "Так теперь… ты больше на меня не сердишься?" — нежно спросил он, обнимая её стройное, нежное тело. Она застенчиво прижалась к нему в объятиях: «Я больше не буду с тобой спорить…» Скайлер Джонс отвезла Кристин Куинн обратно в Y City… Они перестали упоминать Дженнифер Дуглас, как будто все тучи рассеялись, и разлад, вызванный Дженнифер Дуглас, наоборот, способствовал развитию их отношений, развеяв легкую неуверенность Кристин Куинн по отношению к Скайлер Джонс. Теперь он каждый день возвращается домой сразу после работы и лично готовит еду для нее и Мари… Еда, которую он готовил, выходила за рамки национальных границ, была уникальной и при этом удивительно вкусной, заставляя ее и Мари еще больше привязываться к нему. Конечно, он тоже очень сильно к ней привязан, особенно когда желание каждую ночь не утолить, но он никогда ей не жаловался, даже когда она не может вынести его страданий и предлагает совершить ритуал любви, он сдерживается до предела, не желая обременять ее физически… Сейчас в жизни нет ничего, что могло бы потрясти мир, но это мирное, уютное и теплое время — то, чего она так долго ждала: возможность проводить каждый день и каждую ночь с любимым человеком — вот что значит чувствовать себя как дома! Она его очень любит… Красивый, внимательный, надёжный, нежный, богатый… и самое главное, он тоже её очень любит, как она могла не привязаться к нему? ---------- Главы 886–457: Дополнительная история: Сюрприз для него Она внезапно почувствовала страх оставить его… Она не могла этого вынести. Увидев его, она просто захотела прожить с ним простую и незатейливую жизнь, всю свою жизнь. Она хотела наслаждаться его любовью всю свою жизнь, просто уютно устроившись в его объятиях вот так. Мысль о том, что когда-нибудь рядом с ним могут появиться другие женщины, причиняла ей боль в сердце… Она хотела быть с ним всю мою жизнь, правда хотела… Но… сколько времени у них на самом деле осталось? Стоит ли ей рассказать ему о своем здоровье и испортить этот прекрасный момент? «О чём ты думаешь?» Мужские руки обняли её сзади. Не поворачивая головы, Кристин Куинн почувствовала его неповторимый мужской аромат с нотками одеколона — знакомый запах, знакомый человек — это были те тёплые объятия, о которых она всегда мечтала. Неужели она осмелится испортить этот прекрасный момент сейчас? "Хм?" Он уткнулся головой в её узкую мочку уха и легонько покусал её фарфоровую мочку. «Думаю о тебе». Она застенчиво обернулась, чтобы избежать его поддразниваний: «Щекотно…» «Зачем ты вдруг пришел? Если бы ты сначала позвонил мне, не стал бы так долго ждать». Он только что закончил совещание, когда его секретарь сообщила, что ждет его в офисе. «Я не хотела мешать твоей работе, просто хотела тебя навестить». Она нежно обняла его за крепкую талию. "Когда ты стала такой привязчивой, милая?" Он нежно осыпал ее покрасневшее личико мягкими поцелуями. "Вам это не нравится?" Неужели он начал испытывать к ней неприязнь? «Как я мог…» Он повернул её к себе на колени и крепко обнял. «Я очень счастлив. Ты редко приходишь в офис, чтобы меня найти». Кристин Куинн прижалась к Скайлеру Джонсу, бормоча: «Я больше не хочу терять время, я хочу быть с тобой как можно больше…» «Глупышка, у нас вся жизнь в порядке». Но жизнь Кристины была очень короткой, очень короткой. Кристин Куинн мило улыбнулась, в ее сердце болело, но в то же время она была полна нежности. «Кстати, не могли бы вы завтра выделить один день?» Скайлер Джонс с интересом спросил: «Чем ты хочешь заниматься?» «Пока я это сохраню в секрете, если вы завтра найдете время, то, естественно, узнаете». «Хорошо». Скайлер Джонс с нежностью посмотрел ей в лицо, и его взгляд остановился на внезапно покрасневшем лице. «Я жду твоего сюрприза». «Уже почти пять, мне нужно идти в школу, чтобы забрать Мари». Кристин Куинн хотела встать с колен Скайлера Джонса, но его снова потянуло к нему. Он крепко обнял её, словно испытывая сильное желание, глубоко впитывая аромат её шеи, его магнетический голос был хриплым: «Останься со мной ещё немного…» «Но мне нужно забрать Мари». «Водитель, оставшийся дома, поедет». Кристин Куинн на мгновение заколебалась, но в конце концов послушно откинулась на спинку кресла в объятиях Скайлер Джонс: «О, твоя дочь наверняка снова будет жаловаться, что я постоянно думаю о тебе и не забочусь о ней». «Ни за что, она всегда больше поддерживала наше совместное времяпрепровождение…» И правда! Дочь больше всего ждала момента, когда увидит, как родители любят друг друга, поэтому в последнее время у нее было отличное настроение. Скайлер Джонс нежно поцеловала чувствительную кожу на затылке Кристин Куинн, отчего та сжала плечи, покраснела и сказала: «Не делай этого, мы в компании…» "Пусть смотрят тогда…" «Эй, может, тебе и наплевать на свою репутацию, но мне — да. Я не хочу, чтобы завтрашний заголовок в газете города Y был какой-нибудь непристойной фотографией нас». Горячее дыхание Скайлер Джонс обдало ее шею: "Дорогая, я очень хочу…" Кристин Куинн покраснела. К счастью, прозрачная стеклянная стена кабинета генерального директора пропускала только свет и не позволяла посторонним увидеть, что происходит внутри. Она не могла вынести вида его красивого лица и сочувственно сказала: «Я понимаю, но…» Не успела она договорить, как от основания бедер потянулось твердое ощущение. Она тут же покраснела, как креветка: «Вам бы здесь не хотелось…» «Я вот только что подумал…» В его голосе звучала крайняя сдержанность, он лишь слегка утолил голод, прижавшись к ней. Он внезапно приподнял красивую юбку платья, которое она сегодня носила. Она вздрогнула от неожиданности, тут же схватила его за руку, собираясь исследовать край юбки, и застенчиво спросила: «Что ты пытаешься сделать?» Он легонько укусил её за ухо, его горячее дыхание коснулось её уха: "Я возьму себя в руки…" Кристин Куинн резко вздохнула, смущенная и раздраженная: «Эй… ваша секретарша может войти в любой момент». «Она постучит». Это значит, что без его разрешения никто не осмеливался войти без разрешения. "…" В конце концов, она ничего не смогла сказать, позволив ему воспользоваться ситуацией. ---------- Глава 887-457: Дополнительная история: Сюрприз для него (2) Однако судьба была не на их стороне. Как раз когда Скайлер Джонс собиралась поцеловать её, раздался внезапный стук в дверь. «Босс…» — произнёс снаружи секретарь Эрни. Кристин Куинн вздрогнула от неожиданности и быстро оттолкнула приближающееся к ней тело. «Подождите… Эрни снаружи». «Не обращай на неё внимания…» — его голос был приглушённым, он изо всех сил пытался подавить в тот момент своё желание. Кристин Куинн покраснела и нахмурилась: «Она может войти…» Его голос был предельно сдержан: «Без моего разрешения она этого не сделает». "Но… э-э…" Не успела она договорить, как он уже притянул её голову к себе и начал целовать её языком. Однако снаружи снова раздался непреклонный голос секретаря: «Босс, советник Гибсон здесь. Он хочет поговорить с вами об австрийском проекте». Что? Советник Гибсон… Джонатан!! Кристин Куинн резко оттолкнула Скайлера Джонса, задыхаясь: «Джонатан прямо снаружи, тебе лучше сейчас же его увидеть!» Скайлера Джонса бесцеремонно оттолкнули в сторону, и, увидев, как Кристин Куинн уже отпрыгивает от него и быстро надевает платье, он выругался себе под нос. Как только Кристин Куинн оделась, Скайлер Джонс нетерпеливо ответила секретарю: «Впустите его». Получив разрешение босса, Эрни распахнул дверь кабинета президента и почтительно пригласил Джонатана Гибсона войти. «Джонатан». Джонатан Гибсон никак не ожидал, что, войдя в офис, его встретит улыбка Кристин Куинн. Явно удивленный появлением Кристин Куинн в кабинете Скайлера Джонса, Джонатан Гибсон слегка кивнул: «Я редко вижу вас в компании мистера Джонса». Кристин Куинн честно ответила: «Я редко бываю в его компании… Когда вы приехали в Y City?» Джонатан Гибсон обратился к Скайлеру Джонсу: «Я здесь, чтобы обсудить с мистером Джонсом деловые вопросы, касающиеся австрийского проекта». «Ох». Кристин Куинн взглянула на Скайлер Джонс: «Я оставлю тебя поговорить о делах, а сама пойду заберу Мари из школы». Скайлер Джонс всегда недолюбливал Джонатана Гибсона, особенно после того, как тот только что прервал их нежный момент, заставив его стиснуть зубы от досады. Однако он улыбнулся своей милой жене: «Хм, давай, я скоро вернусь домой». "Хм." Кристин Куинн улыбнулась и кивнула Джонатану Гибсону, попрощавшись и уйдя. После ухода Кристин Куинн Скайлер Джонс откинулся на спинку стула и спросил Джонатана Гибсона: «Мне любопытно, во второй половине года нет никаких значительных проектов, что лично вас могло привести в Y City?» Что за австрийский проект? Это просто чепуха. Джонатан Гибсон спокойно выдержал презрительный взгляд Скайлера Джонса и холодно ответил: «Я здесь из-за Кристин». Скайлер Джонс рассмеялся, но в его взгляде явно читалось раздражение, когда он взглянул на Джонатана Гибсона: «Похоже, советник Гибсон до сих пор не может отпустить мою жену, да?» Джонатан Гибсон, не выказывая страха перед опасностью, отражавшейся в глазах Скайлера Джонса, холодно сказал: «Скайлер Джонс, я сразу перейду к делу». «Хорошо, я также предпочел бы, чтобы советник Гибсон перестал снова и снова приставать к моей жене в городе Y». Джонатан Гибсон презрительно усмехнулся: «Скайлер Джонс, я не понимаю, что Кристин нашла в таком человеке, как ты. Если бы я не хотел расстроить Кристин, я бы без колебаний ударил тебя прямо сейчас». Скайлер Джонс оставался спокойным, откинувшись на спинку стула, его мрачный взгляд устремился на Джонатана Гибсона: «О? Что за ненависть заставляет тебя так поступать со мной?» «Скайлер Джонс, тебе повезло, что Кристина была с тобой всю жизнь, надеюсь, ты будешь её ценить. Если ты когда-нибудь снова причинишь вред Кристине, уверяю тебя, я не отпущу тебя легко. Запомни, что я сказал!» «Ты проделал весь этот путь из Нью-Йорка в город Y только для того, чтобы сказать мне это?» «Есть некоторые вещи, которые я не хочу объяснять слишком прямо… В любом случае, помни, что я только что сказал: всю свою жизнь ты был многим обязан Кристине. Если ты когда-нибудь снова причинишь ей боль, я буду бороться за то, чтобы сделать твою жизнь невыносимой все это время». Джонатан Гибсон сжал кулаки, явно сдерживая гнев. После встречи с Кристин в Нью-Йорке он пожалел, что рассказал Скайлеру Джонсу правду о той ночи с Дженнифер Дуглас. Он боялся, что Кристин не сможет это вынести, но в итоге она простила Скайлера Джонса и вернулась с ним в Нью-Йорк… Он знал, что Кристин не рассказывала об этом Скайлеру Джонсу, потому что она очень его любила и не хотела, чтобы он чувствовал себя виноватым и винил себя… Ему было жаль Кристин, потому что она так сильно переживала за Скайлер Джонс, даже когда такое случилось с Дженнифер Дуглас, она все равно несла бремя ответственности сама… Скайлеру Джонсу невероятно повезло иметь такую ​​женщину, как Кристин, которая так сильно его любила, он никогда больше не позволит Скайлеру Джонсу причинить ей боль, ни за что. Скайлер Джонс усмехнулась: «Хотя мне не нравятся ваши постоянные угрозы, даже если вы не можете по-настоящему угрожать мне, учитывая вашу заботу о Кристин, я не возражаю против вашей грубости… Могу с уверенностью сказать, что никто в мире не ценит Кристин больше, чем я. Мне не нужны ваши «напоминания», я буду беречь её как сокровище и подарю ей счастье, о котором мечтают все женщины». Джонатан Гибсон кивнул: «Лучше делай, как говоришь. Надеюсь, я больше никогда не увижу, как Кристин плачет». Скайлер Джонс наконец слегка приоткрыл губы: «Эрни, выведите советника Гибсона». Эрни вошел с улицы и жестом, означающим «пожалуйста», обратился к Джонатану Гибсону. Джонатан Гибсон несколько секунд сурово смотрел на Скайлера Джонса, после чего отвернулся и ушел. После ухода Джонатана Гибсона Скайлер Джонс нахмурился и долго размышлял. В ту ночь, которая снова быстро закончилась, Кристин Куинн положила голову на грудь Скайлера Джонса и тихо спросила его: «Как тебе тяжело?» Он наклонил голову и поцеловал её в макушку: «По сравнению с твоим здоровьем, всё это — ничто». Кристин Куинн протянула руку, чтобы крепче обнять Скайлер Джонс, и удовлетворенно закрыла глаза: «Я знаю, тебе трудно сдерживаться, но тебе действительно не нужно этого делать, врач сказал, что нам просто нужно делать это нечасто…» Скайлер Джонс тихонько усмехнулся: «Тогда, когда твое здоровье улучшится, ты сможешь загладить свою вину передо мной…» Кристин Куинн медленно открыла глаза, волна грусти поднялась у нее в горле, и тихо произнесла: «Боюсь, я никогда в жизни не оправлюсь от этого…» Скайлер Джонс тут же перевернула Кристин Куинн, слегка коснувшись ее губ: «Глупышка, разве твое состояние сейчас не вполне стабильно? Период наблюдения за Мари длился год, я думаю, после того, как ты пройдешь этот год, я отвезу тебя в больницу на обследование. К тому времени, если твое здоровье будет в порядке, мне больше не придется тебя удерживать…» Кристин Куинн слегка хриплым голосом спросила: «Вы готовы подождать год?» "Глупышка, ничего страшного… К тому же, ты же всё ещё можешь мне помочь, правда?" — игриво прошептал он ей на ухо. "Я тебя ненавижу…" — Кристин Куинн застенчиво уткнулась ему в объятия. ---------- Главы 888–458: Дополнительно: Как он счастливо обнимал её 1 На следующий день. После того как Кристин Куинн лично отвезла Мари в школу, она вернулась в класс. Большой ленивец на кровати все еще спал. Кристин Куинн игриво села на край кровати, пощипывая его заметный нос: «Президент Джонс, пора вставать…» Скайлер Джонс сонно посмотрела на нее и спросила: «Зачем ты встала?» Кристин Куинн ответила: «Я отправила Мари в школу!» Скайлер Джонс протянул свою длинную руку, потянул Кристин Куинн на кровать и быстро прижался к ней всем телом: «Почему ты меня не разбудил?» По утрам его голос был особенно притягательным, отчего она немного растерялась. Она пробормотала: «Ты, ты, не дави на меня так…» "Ты боишься?" Она застенчиво отвернула голову, избегая его взгляда. Он рассмеялся, быстро поцеловал её, а затем отстранился: «Я просто поддразнивал тебя…» Сказав это, Скайлер Джонс встала с кровати. Кристин Куинн внезапно схватила Скайлера Джонса за руку, обняв его за сильную талию: «Знаешь, почему я хотела, чтобы ты взял выходной?» Скайлер Джонс нежно обняла ее и спросила: «Хочешь, я составлю тебе компанию на прогулке?» Кристин Куинн покачала головой: «НЕТ». "Будут ли для меня какие-нибудь сюрпризы?" Кристин Куинн кивнула с улыбкой: «Да, сюрприз». Скайлер Джонс уговаривала: «Какой сюрприз?» Кристин Куинн гордо моргнула ему в ответ: «Поскольку это сюрприз, я не скажу вам сейчас. Вы скоро узнаете». "Ты такая непослушная… Тогда я пойду приму душ." "Вперед, продолжать…" После того как Скайлер Джонс вошла в ванную, Кристин Куинн заперла дверь спальни. У нее бешено колотилось сердце, и она немного нервничала. Достав из шкафа одну из его рубашек, она сняла всю свою одежду и надела его рубашку. Глядя в зеркало на свою соблазнительную фигуру в его рубашке, она невольно почувствовала небольшую неловкость. Да, сюрпризом для него был ее план «сопровождать» его дома в течение всего дня. В последнее время она прекрасно понимала, как много он переживает, и не хотела, чтобы ему приходилось больше сдерживаться. Она хотела, чтобы они оба обрели облегчение и освобождение… Предупреждение врача не было для нее пустяком, но прежде чем рассказать ему о своем здоровье, она хотела хотя бы раз его успокоить. Более того, она планировала сегодня рассказать ему о своей болезни. Раньше она цеплялась за счастье их любви, думая, что лучше не говорить ему ничего. Но мысль о её внезапном уходе в будущем, о том, что он потеряет её без предупреждения, причиняла гораздо больше боли, чем если бы она сказала ему сейчас. По крайней мере, к тому времени он будет морально готов… Поэтому, прежде чем разрушать эти прекрасные моменты, позвольте им насладиться временем, проведенным вместе… Из ванной донесся звук плескающейся воды. Кристин Куинн улыбнулась себе в зеркале, быстро сняла резинку для волос, позволив своим прямым, иссиня-черным волосам свободно ниспадать. Кристин Куинн тихо открыла дверь ванной. Сквозь матовое стекло душевой кабины она отчетливо видела его силуэт во время принятия душа. Нервно почувствовав себя воровкой, она на цыпочках направилась к душевой кабине. Изначально она хотела сделать ему сюрприз, но неожиданно поскользнулась и упала на холодный пол. "Ой…" Она вскрикнула от боли. Скайлер Джонс, принимая душ, заметила, что кто-то вошел некоторое время назад… По ее хитрым, кошачьим шагам он сразу понял, что это она. Предположив, что она пытается подшутить, он сделал вид, что ничего не знает. Кто бы мог подумать, что она упадет в ванной? Скайлер Джонс тут же выскочила из душа, нервно подхватив ее на руки: «Как ты могла быть такой неосторожной? Даже будучи взрослой, ты умудряешься оступиться». Его упрек был продиктован заботой. Кристин Куинн удивилась, как быстро он выскочил из ванной, и спросила: «Вы знали, что я здесь была?» «В душевой кабине есть зеркало с отражающей поверхностью». "Эм-м-м…" Кристин Куинн смутилась: «Я просто хотела сделать тебе сюрприз». Скайлер Джонс с беспокойством спросила: «У вас нигде не болит?» «У меня болит задница». "А где-нибудь ещё?" «Я повредил ногу». Скайлер Джонс посадил Кристин Куинн на раковину в ванной, заметив небольшую припухлость на ее лодыжке. Он нахмурил брови: «Оставайся здесь, я принесу аптечку для снятия припухлости». "Не нужно, это не очень больно…" Кристин Куинн обняла Скайлера Джонса за шею, чарующе глядя на него. Ранее он видел лишь ее расплывчатый силуэт в отражающемся зеркале и, поднимая ее, беспокоился только о ее травме. Только сейчас, под ее чарующим взглядом, он заметил ее наряд. Она была в его рубашке и смотрела прямо на него. ---------- Глава 889-458: Дополнительная история: Он так счастливо обнимал её 1_2 Белая рубашка подчеркивала соблазнительные, неуловимые изгибы ее тела, делая их невероятно притягательными… Тело Скайлера мгновенно отреагировало, к счастью, он схватил полотенце, чтобы прикрыться, когда выбежал наружу, иначе он бы сдался. «Дорогая, ты так простудишься… пойдем, я тебя подержу, и ты сможешь одеться». Проявив невероятное самообладание, Скайлер подняла Кристин с раковины в ванной. Кристин ерзала в объятиях Скайлера. "Эй, Скайлер, разве ты не видишь, что я… ну, ты понимаешь", — поддразнивала она его. Скайлер склонил голову, чтобы поцеловать ее, и с извинением сказал: «Ни за что». «Оверски, я хочу остаться с тобой…» «Твое тело этого не позволяет». Кто бы мог подумать, что именно ему было труднее всего сопротивляться, явно не в силах устоять перед искушением в этот момент, но при этом он проявил невероятную выдержку, чтобы не прикоснуться к ней. «Если мы будем немного осторожнее, это не должно стать большой проблемой». «Но, дорогая…» Кристин прервала беспокойство Скайлер: «Я хорошо знаю свой организм, обещаю тебе, если я почувствую дискомфорт в сердце, я сразу же скажу тебе остановиться, хорошо?» Скайлер пристально смотрел на Кристин, каждая клетка его тела кричала ему, чтобы он прекратил сопротивление в этот момент. «Нет, я все равно боюсь, что не смогу себя контролировать…» — как мог мужчина остановиться вот так просто? Кристин с нежностью посмотрела на Скайлер: «Дорогая, я попросила тебя остаться сегодня дома, чтобы сделать тебе такой сюрприз… Я хочу побыть с тобой как следует, обещаю, только сегодня, а потом я буду тебя слушаться». Влюбленный взгляд Кристин заставил твердый взгляд Скайлер смягчиться. Кристин воспользовалась случаем: «Я так умоляла тебя, может быть, ты…» Голос Скайлер дрожал от сдерживаемых слов: «Дорогая, я не могу… шутить о твоем здоровье». "Ладно, ладно, если тебе это не нужно, забудь об этом… похоже, я тебе больше не интересна… хм…" Кристин притворилась рассерженной, вырываясь из объятий Скайлер. Кристин не понимала, что её неуклюжие движения сводили его с ума, в одно мгновение разрушая все его рассуждения… Как раз когда Кристин подумала, что Скайлер держит ее на руках и выходит из ванной, он неожиданно понес ее к ванне, которая оказалась удивительно большой. Кристин не поняла намерений Скайлер и не могла не спросить: «Зачем ты меня сюда привела?» Он опустил голову и легонько поцеловал её в губы: «Чтобы дать тебе понять, насколько ты мне интересна». А? Щеки Кристин мгновенно покраснели, и она уткнулась лицом в его объятия. Он лукаво улыбнулся и, неся ее к ванне, напомнил: «Пообещай мне, если почувствуешь какой-нибудь дискомфорт, обязательно скажи мне». Кристин прижалась к телу Скайлера, уткнувшись лицом в его впалое плечо, крепко вцепившись в него и задыхаясь. До того, как она совершила с ним подобный поступок, она думала, что отношения между мужчиной и женщиной – это дело лишь для следующего поколения, всего лишь обязанность, но она никак не ожидала, что это окажется таким захватывающим экстазом, особенно в тот момент, когда их сердца соприкоснулись. «Ты в порядке?» — Скайлер нежно обняла её. Кристин кивнула: «Просто немного устала…» Скайлер нежно откинула в сторону влажную от пота прядь волос с виска Кристин, поцеловала ее в щеку: «Прости, что заставила тебя так много страдать раньше…» «Нет, иногда я был неразумен». «С этого момента наша семья из трёх человек не будет беспокоиться о пустяках, мы будем счастливы быть вместе, хорошо?» Его слова, полные надежды, мгновенно вернули её к реальности. Она хрипло выпалила: «Оверски, вообще-то я…» "Хм?" «Я умру». «Ты пытаешься сказать мне, что завтра может и не быть?» — Скайлер улыбнулась и поцеловала грустное лицо Кристин. — «Глупышка, небеса присматривают за нами, так больше не будет». Слова вертелись у нее на языке, но, глядя на его красивое лицо, она все еще не могла их произнести. «Заоблачное небо, я…» «Что случилось, дорогая?» Увидев слегка побледневшее лицо Кристин, Скайлер нахмурилась: «Тебе действительно где-то некомфортно?» Кристин, поторопись, скажи это… поторопись… Если ты не потерпишь этого сейчас, в будущем он будет к тебе еще более жесток, ты не можешь быть такой эгоисткой… Кристин, ты не можешь этого сказать, ты не можешь… У тебя осталось не так много дней, ты хочешь, чтобы он каждый день волновался за тебя и не мог жить нормальной жизнью? Два голоса постоянно крутились у нее в голове, и в конце концов Кристин просто улыбнулась ему: «Мне не некомфортно, перестань волноваться». Только тогда Скайлер вздохнула с облегчением: «Тогда не говори о „смерти“ или „умирании“, это меня пугает». «Я только что подумал, что умру». Умереть посреди радости. Преувеличенное описание Кристин вызвало у Скайлер взрыв смеха. «Ты не умрешь, и я не позволю тебе умереть, как я мог бы смириться с твоей смертью после такой радости?» Кристин прижалась к груди Скайлера, слушая биение его сердца, и на ее лице появилась очаровательная улыбка. «Мне кажется, что смерть в этот момент ничего бы не изменила…» "Если это так…" — Скайлер перевернулась, чтобы накрыть тело Кристин, — "Ты ведь не против полюбить меня еще несколько раз перед смертью, правда?" «Оверский…» Голос Кристин прервал страстный поцелуй Скайлера, что привело к очередному раунду любовных ласк. Сегодняшний день стал для Скайлер настоящим сюрпризом… Самым большим сюрпризом для него стало то, что её тело смогло выдержать его требования и при этом остаться здоровым. Она также была очень довольна сегодняшним днем, потому что во время занятий любовью с ним она совершенно не испытывала дискомфорта в сердце… Изначально она думала, что будет немного некомфортно, как и в прошлый раз, но на этот раз никакого дискомфорта не было. Внезапно ей показалось, что её организм, похоже, не собирается приходить в себя… В машине Мэрилин радостно обняла маму и сказала: «Папа и мама, вы сегодня приехали за мной в школу, это так здорово!» Кристин мягко улыбнулась: «Ты в восторге?» Мэрилин прижалась к плечу Кристин: «Мм, мм, я так рада, что папа и мама пришли за мной, это же первый раз». Скайлер, лично управлявший машиной, сказал: «Пока у папы есть время, он будет приезжать за тобой в школу». «Спасибо, папа». «Дорогая, мама каждый день забирает тебя из школы, почему ты до сих пор не поблагодарила маму?» — сказала Кристин, притворяясь ревнивой. ---------- Главы 890–459: Дополнительно: Как он счастливо обнимает её 2 «Не стоит слишком много думать между матерью и дочерью!» — игриво отмахнулась Мэрилин. Кристин Куинн и Скайлер Джонс одновременно рассмеялись, вся семья из трех человек наслаждалась моментом. Вернувшись домой, Скайлер Джонс сказал, что хочет приготовить еду сам, поэтому Кристин Куинн и Мэрилин сели на диван и начали болтать. «Мама, через несколько дней у меня летние каникулы, мы поедем в Нью-Йорк?» «Ну, это зависит от твоего папы. Если он не будет занят работой, мы поедем в Нью-Йорк навестить твою тетю и бабушку». "Хорошо… Мама, я пойду переоденусь." "Вперед, продолжать." После того как Мари поднялась на второй этаж, Кристин встала и пошла на кухню. На кухне стояли три слуги, которым Скайлер Джонс велела лишь наблюдать со стороны и не помогать. Кристин отмахнулась от слуг, а затем обняла Скайлер Джонс сзади. Почувствовав мягкое тело рядом с собой, Скайлер сразу понял, кто это. Он улыбнулся: «Скоро ты сможешь поесть». Кристин прижалась щекой к его широкой, теплой спине, удовлетворенно закрыв глаза: «Скайлер, это настоящее счастье?» "Конечно, это правда. Я здесь, рядом с тобой, детка." «Я так счастлив, так рад, так благословлен». Поставив еду на тарелку, Скайлер повернулся, обнял её за тонкую талию и с нежностью посмотрел на неё: «Вот так мы и должны жить. С этого момента мы всегда будем такими счастливыми». Кристин пристально посмотрела на Скайлер и вдруг расхохоталась. Скайлер, немного растерянно глядя на ее выражение лица, спросила: «Что случилось?» «Мужчина в рубашке и галстуке, занятый на кухне, выглядит так забавно, особенно с фартуком, украшенным мультяшными рисунками…» Скайлер обнял Кристин и сказал: «А может, с этого момента я буду мыть руки и готовить тебе суп?» Кристин удобно прижалась к груди Скайлер: «Конечно… Но твои кулинарные способности не дотягивают до моих. Тебе нужно подтянуться, потому что у меня очень привередливый вкус». «Неужели ты такой привередливый? Похоже, мне приходится изрядно потрудиться, чтобы угодить жене». Скайлер прищурился и лукаво произнес: «Искренне говорю». Увидев озорной блеск в его глазах, она покраснела: «Эй, о чём ты опять думаешь?..» Скайлер нежно поцеловала Кристин в щеку: «Сегодня вечером давай как следует изучим твою проблему с вкусом». "Ты ужасен…" — Кристин игриво ударила Скайлера, застенчиво прижавшись к нему. Влюблённая пара не знала, что в тот момент Мэрилин и слуги тайком наблюдали за происходящим из дверного проёма кухни, тихонько посмеиваясь. Все сотрудники группы компаний «Оверский» могли заметить, что их босс в последнее время был в хорошем настроении, что заставляло всех работать с дополнительным энтузиазмом. В этот момент в кабинет Скайлера Джонса вошел Эрни и почтительно произнес: «Президент, господин Картер Андерсон прибыл». Скайлер Джонс улыбнулся и сказал: «Впустите его». Эрни кивнул, открыл дверь кабинета президента, и в кабинет Скайлера Джонса вошел высокий американец. Картер тепло поприветствовал, протянув руку: «Мистер Джонс». Скайлер вежливо встала, пожала руку Картеру и улыбнулась: «Давно не виделись». Картер сел и сказал: «С тех пор, как проект в Техасе был завершен, мы не виделись. Прошло уже несколько лет». Когда Эрни принес кофе, Скайлер расслабился в кресле и неторопливо посмотрел на Картера: «Что тебя сюда привело?» Картер отпил глоток кофе и улыбнулся: «Приехал, чтобы вести с вами дела». «О, как президенту ведущей американской компании в сфере недвижимости, для меня большая честь, что вы лично пришли вести со мной дела». «Мистер Джонс, я не буду изливать любезности… Мы оба бизнесмены, давайте сразу перейдем к делу!» Скайлер мягко улыбнулась и сказала: «Хорошо». Картер сказал: «Ситуация такова: у меня есть участок земли в Нью-Йорке, где я планирую построить коммерческое здание. Однако местоположение противоречит строительным нормам Нью-Йорка, что задерживает начало проекта. Позже я узнал, что у Nonta Group есть связи в правительстве Нью-Йорка, поэтому я решил сотрудничать с ними, надеясь, что их связи помогут беспрепятственно освоить землю… Однако недавно Nonta Group внезапно расторгла наше сотрудничество, оставив мою землю снова бездействующей. Суть в том, что я уже вложил крупную сумму денег в начальное строительство. Если Nonta расторгнет договор, я понесу существенные убытки, поэтому я надеюсь, мистер Джонс, вы сможете мне помочь». "Могу я чем-нибудь помочь?" ---------- Глава 891-459: Дополнительно: Как он счастливо обнимал её 2_2 «Я знаю, мистер Джонс, что у вас и вашего брата Говарда Джеффри всегда были прекрасные отношения с правительством Нью-Йорка. Я хочу, чтобы вы использовали эти связи в моих интересах, чтобы я мог беспрепятственно продолжать освоение этой земли. Взамен я не буду учитывать свои первоначальные инвестиции в качестве части наших совместных расходов, и мы будем делить будущую прибыль поровну». Скайлер Джонс улыбнулся: «Я знаю этот участок земли. Если его можно застроить коммерческим зданием, это, безусловно, принесет большую прибыль». Это было действительно заманчивое предложение. «Мистер Джонс, мой друг попал в беду, надеюсь, вы сможете мне помочь. Я верю, что настанет время, когда и вам понадобится моя помощь». «Картер, я не могу дать вам ответ прямо сейчас, но я тщательно все обдумаю, поскольку в бизнесе прибыль всегда стоит на первом месте». «Хорошо, мистер Джонс…» — Картер встал и еще раз пожал руку Скайлеру Джонсу. — «Мне нужно срочно вернуться в Нью-Йорк, позвоните мне». Скайлер Джонс встала, чтобы проводить его: «Хорошо, до свидания». После ухода Картера Эрни подошел к Скайлеру Джонсу и спросил: «Президент, вы собираетесь сотрудничать с Картером?» Скайлер Джонс улыбнулась: «А что вы думаете?» «Я думаю, это хорошая идея… В конце концов, ни один проект не может быть реализован без связей. Если вы поможете Картеру, вы не только получите огромную прибыль, но и будете обязаны Картеру личной услугой». Скайлер Джонс кивнул: «Теперь у меня вопрос: почему компания Nonta, которая также занимается недвижимостью, внезапно отказалась от сотрудничества с компанией Картера после того, как уже достигла соглашения?» Эрни задумался: «Президент, вы подозреваете, что с этой землей что-то не так?» «Хм, пойди и посмотри!» "Да." Во второй половине дня Эрни снова зашёл в кабинет Скайлера Джонса. «Президент». Скайлер Джонс был погружен в работу, не поднимая головы и не говоря: «Говори». «Я выяснил причину, по которой Нонта отказался от этой земли…» «О?» — Скайлер Джонс поднял голову, чтобы посмотреть на свою секретаршу. — «В чём причина?» Эрни положил собранную информацию на стол Скайлера Джонса и объяснил: «Через специальные каналы я узнал, что группа компаний Nonta недавно столкнулась с серьезным финансовым кризисом. Говорят, что доверенный подчиненный Чарльза Дугласа тайно что-то замышлял… Из-за финансового кризиса Чарльзу Дугласу пришлось расторгнуть сотрудничество с Картером, поэтому с землей, принадлежащей Картеру, проблем нет». «Хорошо». Скайлер Джонс тут же уловил информацию о финансовом кризисе Нонты, собранную его секретарем. Эрни продолжил: «Я слышал, что этот инцидент серьезно навредил Нонте, и Чарльз Дуглас в последнее время прилагает все усилия для сбора средств, чтобы обеспечить нормальную работу Нонты». «Понял, можете уходить!» "Да." Неделя пролетела в мгновение ока. Мари была в отпуске, и Скайлер Джонс и Кристин Куинн пообещали отвезти Мари в Нью-Йорк, чтобы провести время с семьей. Всё казалось таким прекрасным, и любовь между Скайлером Джонсом и Кристин Куинн теперь вызывала зависть у окружающих. В один из неспешных послеобеденных часов Скайлер Джонс и Джеффри оттачивали свои навыки игры в гольф на мини-гольф-поле в своем саду, в то время как Кристин Куинн и Ребекка Квентин сидели в тени, наблюдая за ними издалека с нежностью. Ребекка Квентин заговорила первой: «Сестра, у тебя скоро день рождения. Твой муж намекал, как он будет его отмечать?» «Возможно, он забыл, когда у меня день рождения». Ребекка Квентин быстро взглянула на Кристин Куинн: «Как он мог? Твой муж самый внимательный. Даже если он мало говорит, у него в голове прописаны все детали». Кристин Куинн улыбнулась и посетовала: «Ты всегда отзываешься о нем только с похвалой». «Ваш муж — просто замечательный!» «Если он такой замечательный, почему ты не вышла за него замуж сразу? Помню, он сделал тебе предложение…» Ребекка Квентин покраснела: «В тот момент я не знала, что он принял меня за тебя. К счастью, я не ошиблась… Оглядываясь назад, кажется, что судьба уже предопределила такой исход — мы с Джеффри одна пара, а ты и твой муж — другая». Кристин Куинн смотрела на Скайлера Джонса, качающегося вдали, и с тоской произнесла: «Надеюсь, я смогу пройти с ним весь путь до конца». «Не позволяйте себе впадать в пессимизм… Мне кажется, ваше состояние в последнее время довольно хорошее — словно подпитка любовью улучшила ваше самочувствие». Кристин Куинн отвела взгляд и посмотрела на Ребекку Квентин: «Как думаешь, мне стоит сходить в больницу на обследование? В последнее время я чувствую себя довольно хорошо. Даже когда у меня иногда болит сердце, это терпимо. Кажется, это не такая уж большая проблема. Может быть, раньше я была слишком чувствительной. Может быть, боль в сердце не означает ухудшение здоровья, может быть, сердце просто находится в фазе адаптации…» «Конечно, вам следует обратиться в больницу для обследования. Лучше знать результаты, чем беспокойно волноваться». «Но я волнуюсь…» Ребекка Квентин прервала Кристин Куинн: «Перестань волноваться, пусть твой муж будет с тобой… С ним рядом ты будешь чувствовать себя очень спокойно». Кристин Куинн серьезно задумалась и наконец кивнула: «Вы правы, рано или поздно мне придется с этим столкнуться. Вместо того чтобы мучиться, постоянно раздумывая, говорить ему или нет, я лучше схожу в больницу. Каким бы ни был исход, пусть врач ему все расскажет». «Сестра, я верю, что небеса не будут так жестоки; ты обязательно поправишься». «Хм, тогда я поговорю с ним чуть позже, а потом поеду в больницу на обследование». "Хм." «О чём вы, две сестры, так радостно болтаете?» Весёлый мужской голос Джеффри прервал его, когда он уже обнимал свою любимую жену. Скайлер Джонс тоже сидел рядом с Кристин Куинн, обнимая ее за плечо. Ребекка Квентин мягко спросила: «Вы закончили играть в гольф?» Джеффри кивнул: «Да, я проиграл». Кристин Куинн повернулась к Скайлеру Джонсу: «Я не ожидала, что ты так хорошо играешь в гольф. Помню, Джеффри никогда раньше не проигрывал». Скайлер Джонс пристально посмотрела на Кристин Куинн: «Есть много областей, в которых твой муж тебя удивит, тебе нужно будет открывать их постепенно». Кристин Куинн ущипнула Скайлер Джонс за выдающийся нос: «Хвастун…» Джеффри и Ребекка Квентин наблюдали за нынешней возлюбленной Скайлера Джонса и Кристин Куинн, оба слегка улыбаясь. Скайлер Джонс чмокнула Кристин Куинн в губы и сказала: «Я пойду в душ». Кристин Куинн, вставая, обняла Скайлер Джонс за руку: «Я пойду с тобой, мне нужно тебе кое-что сказать». "Хорошо." Скайлер Джонс, обняв Кристин Куинн, тут же ушел. Джеффри и Ребекка Квентин, глядя на свои одинаковые фигуры, уходили, и Ребекка Квентин вздохнула: «Я очень надеюсь, что мы сможем быть вместе как семья каждый день…» «Это желание может исполниться». Ребекка Квентин раздраженно сказала: «Как это может сбыться? Мой зять всегда в городе Y, а на этот раз он приехал всего на несколько дней, чтобы повеселиться с Мари…» Джеффри усмехнулся: «Я только что обсудил с братом возможность переноса штаб-квартиры «Оверски» в Нью-Йорк…» ---------- Главы 892–460: Дополнительно: Его любовь к ней очень глубока Ребекка Квентин удивленно расширила глаза: "Правда?" Говард Джеффри кивнул: «У брата нет возражений… очевидно, он уже согласился проводить время с мамой и с нами вместе». «Это замечательно… теперь мы с сестрой можем быть вместе каждый день». Говард Джеффри указал на свою щеку: «Я исполнил твое желание, не следует ли тебя немного вознаградить?» Ребекка Квентин с радостью поцеловала Говарда Джеффри в щеку, но неожиданно Говард Джеффри воспользовался случаем, обнял Ребекку Квентин за голову и страстно поцеловал ее… Во второй половине дня Кристин Куинн в сопровождении Скайлер Джонс прибыла в самую престижную кардиологическую больницу Нью-Йорка для обследования. Кристин Куинн испытывала тревогу на протяжении всего путешествия, опасаясь неблагоприятного исхода, но, к счастью, она не хотела больше волноваться. Скайлер Джонс была рядом с ней, что давало ей чувство уверенности и безопасности. После встречи с врачом Скайлер Джонс увидела, что лицо Кристин Куинн напряглось от беспокойства, и успокоила ее: «Не волнуйтесь, я подожду вас снаружи… Обещаю, результат будет хорошим». Кристин Куинн прижалась к Скайлеру Джонсу, крепко обнимая его: «Пообещай мне, если результат будет плохим, не сговаривайся с врачом скрывать это от меня». Скайлер Джонс мягко отстранилась от Кристин Куинн: «Обещаю тебе, каким бы ни был результат, мы встретим его вместе». Кристин Куинн встала на цыпочки и поцеловала Скайлер Джонс в щеку, после чего последовала за медсестрой в смотровой кабинет. Скайлер Джонс стояла в коридоре, глядя вдаль. Кто бы мог подумать, что на самом деле его сердце было в наибольшем беспокойстве. Увидев обеспокоенный взгляд Кристин Куинн, он почувствовал вину и раскаяние, потому что, если бы не боль, которую он ей причинил, у её сердца не было бы таких серьёзных проблем… Если с ней что-нибудь случится из-за этого, он никогда не простит себя до конца жизни… "Оверский?" Внезапно из-за его спины раздался мелодичный женский голос. Он обернулся и неожиданно увидел Дженнифер Дуглас. На лице Дженнифер Дуглас, слегка обеспокоенной, внезапно появилась улыбка: «Я не ожидала встретить вас здесь». «Я сопровождаю Кристин в больницу на обследование». Дженнифер Дуглас кивнула с улыбкой: «Я не буду вас беспокоить, у меня другие дела… до свидания». Когда Дженнифер Дуглас повернулась, чтобы уйти, Скайлер Джонс холодно спросила: «Зачем вы здесь?» Дженнифер Дуглас замерла, не оглядываясь, но мягко ответила: «Мой отец здесь в больнице». Скайлер Джонс больше ничего не сказала, и Дженнифер Дуглас ушла. Примерно через час Кристин Куинн вышла из смотрового кабинета. Скайлер Джонс тут же обняла ее и нервно спросила: «Как все прошло?» Кристин Куинн похлопала Скайлер Джонс по плечу: «Не волнуйся так, врач сказал, что результаты мы получим завтра, теперь можем идти домой». Скайлер Джонс держала Кристин Куинн на руках и, идя рядом, спрашивала: «Врач что-нибудь сказал по поводу общей ситуации?» «Врач сказал, что, похоже, ситуация не ухудшилась, но конкретная картина будет зависеть от результатов завтрашнего обследования». "Значит ли это, что результат может быть хорошим?" "Да." Скайлер Джонс внезапно подняла Кристин Куинн на руки: «Дорогая, я так счастлива, я знала, что небеса не будут так жестоки к нам…» Кристин Куинн обняла Скайлера Джонса за шею, не обращая внимания на взгляды проходящих мимо медицинских работников в коридоре, и разделила с ним радость. Скайлер Джонс прибыл в больницу рано утром. В данный момент в кабинете врача обсуждались результаты обследования Кристин Куинн со Скайлером Джонсом. «Мистер Джонс, на основании результатов обследования сердца миссис Джонс, выводы весьма оптимистичны…» Скайлер Джонс слегка нахмурил брови: «Она уже выздоровела?» Доктор улыбнулся и сказал: «Мистер Джонс, не стоит слишком напрягаться… Вы прекрасно осведомлены о состоянии миссис Джонс, её организм не может полностью восстановиться, но, судя по текущим результатам, послеоперационное восстановление миссис Джонс очень благоприятное… Ранее мы предсказывали, что она не выживет после операции, но, похоже, медицинские прогнозы не всегда полностью точны. По крайней мере, в случае миссис Джонс это выздоровление считается медицинским чудом…» "Значит, с состоянием моей жены всё в порядке?" Доктор кивнул: «В настоящий момент все идеально, но крайне важно напомнить мистеру Джонсу о необходимости быть внимательным, учитывая состояние миссис Джонс. Лучше всего поддерживать хорошее психическое состояние, избегать чрезмерного эмоционального стресса, потому что, учитывая нынешнее состояние миссис Джонс, позитивный настрой жизненно важен для ее выздоровления. Мы надеемся, что мистер Джонс сможет обеспечить вашей жене наилучший уход, и, конечно же, мы надеемся, что в следующий раз, когда мистер Джонс приведет миссис Джонс на осмотр, мы сможем сказать ему, что миссис Джонс полностью выздоровела». ---------- Главы 893-460: Дополнительно: Его любовь к ней очень глубока (2) «Хорошо, спасибо, доктор… Кстати, у меня есть еще один вопрос». «Пожалуйста, продолжайте, мистер Джонс». «Ранее врач посоветовал моей жене воздержаться от интенсивных физических упражнений, позвольте мне спросить…» Врач, взрослый человек, естественно, понял, о чем хочет спросить Скайлер Джонс, и с улыбкой ответил: «Мистер Джонс, не стоит слишком беспокоиться. Судя по нынешнему состоянию здоровья миссис Джонс, это не кажется серьезной проблемой, но необходима соблюденная осторожность». Скайлер Джонс улыбнулась и сказала: «Спасибо». Когда Скайлер Джонс вышел из кабинета врача, его ассистент Джастин поспешил к нему. «Мистер Джонс, как себя чувствует ваша жена?» Скайлер Джонс слегка приподнял уголок рта и сказал: «Не беспокойтесь». Джастин вздохнул с облегчением: «Я знал, что с ней все будет в порядке». Взволнованная Скайлер Джонс спросила: «У Кристин день рождения через две недели, и я хочу сделать ей сюрприз. Иди и…» Услышав указания Скайлер Джонс, Джастин кивнул с улыбкой: «Я сам с этим справлюсь». Скайлер Джонс вошел в лифт больницы, держа руки в карманах. "Подожди." Перед тем как двери лифта закрылись, послышался торопливый женский голос. Вскоре после этого в лифт вбежала прекрасная женская фигура. Дженнифер Дуглас стояла в лифте и вдруг обнаружила, что перед ней стоит Скайлер Джонс. В тот момент Дженнифер Дуглас слегка замерла. Скайлер Джонс никак не отреагировала на встречу с Дженнифер Дуглас, всё выглядело так, будто встретились две незнакомки. Как обычно, первой заговорила Дженнифер Дуглас: «Какое совпадение, Оверски, снова встречаемся». Скайлер Джонс равнодушно ответил: «Лучше бы вы не появлялись здесь намеренно». Услышав холодные слова Скайлер Джонс, Дженнифер Дуглас слегка нахмурилась: «Вы хотите сказать, что я намеренно появилась перед вами?» Красивое лицо Скайлера Джонса оставалось бесстрастным, не затронутым ее обиженным выражением. Дженнифер Дуглас глубоко вздохнула и спокойно объяснила: «Верите вы этому или нет, но вчерашняя и сегодняшняя встреча не были преднамеренными с моей стороны. Я также была удивлена, увидев вас здесь…» Сказав это, Дженнифер Дуглас, увидев, что Скайлер Джонс по-прежнему равнодушна и холодна, опустила голову и больше ничего не сказала. Дверь лифта открылась со звуком "динг"… Дженнифер Дуглас, возможно, торопясь, быстро вышла из лифта… Никто не ожидал, что группа людей, окруживших лифт, ошеломит Дженнифер Дуглас. «Мисс, извините, все эти люди развернулись. Они сказали, что если не увидят вас, то заберут все из компании… Поэтому у меня не было другого выбора, кроме как привести их в больницу, чтобы они вас нашли». Робкий сотрудник компании "Нонта" подбежал к Дженнифер Дуглас и испуганно что-то сказал. «Мисс, мы понимаем, что беспокоить вас в это время крайне неэтично, но все в компании говорят о том, что она не может выплатить нам зарплату и годовые премии, которых мы ждем уже много лет. Поэтому мы надеемся, что вы сможете урегулировать этот вопрос с зарплатой сейчас…» «Да, мисс, мы так долго ждали годовой премии, она не может просто так исчезнуть…» «Мисс, пожалуйста, произведите выплату заработной платы от имени председателя…» В ушах Дженнифер Дуглас раздался шквал настойчивых голосов, ее лицо побледнело, но она сохранила дружелюбное выражение лица, сказав: «Пожалуйста, успокойтесь, мои коллеги по компании. Ситуация далеко не так плоха, как вы думаете. Я сейчас же поеду обсуждать это с финансовым отделом, и, если возможно, как можно скорее урегулирую вопросы с зарплатами всех сотрудников. Что касается годовых премий, которые удерживались годами, это политика компании, и претендовать на них могут только уволившиеся сотрудники». Услышав эти слова Дженнифер Дуглас, все расслабились. Затем ассистентка, следовавшая за Дженнифер Дуглас, сказала: «Дама это сказала, все, пожалуйста, разойдитесь…» Все медленно уступили дорогу Дженнифер Дуглас. Но внезапно спокойную обстановку нарушил резкий мужской голос: «Мисс Дуглас, боюсь, вам придётся немного подождать, прежде чем уйти». Все обернулись в сторону источника голоса и увидели молодого человека в костюме в сопровождении нескольких телохранителей, приближающегося к Дженнифер Дуглас. Дженнифер Дуглас нахмурилась, когда он подошел к ней, и строго спросила: «Мисс Дуглас, в какой больничной палате находится мистер Дуглас?» «Мой отец болен. Если у вас возникнут какие-либо проблемы, вы можете поговорить со мной напрямую». «Хорошо, мисс Дуглас, пожалуйста, немедленно верните первоначальные инвестиции, вложенные в ваше сотрудничество с нашей Джиайе в рамках проекта «Нонта»…» «Мы по-прежнему являемся партнерами, зачем платить?» Прибывший усмехнулся: «„Нонта“ вот-вот рухнет. Неужели нашей компании придётся ждать, пока „Нонта“ обанкротится, чтобы вернуть деньги, вложенные в землю?» «Нонта не падет!!» «Похоже, с мисс Дуглас сложно разговаривать, поэтому мы пойдем к мистеру Дугласу». Молодой человек и его телохранители попытались ворваться в лифт, но Дженнифер Дуглас решительно остановила их, холодно заявив: «Никому не позволено беспокоить моего отца». «Мисс Дуглас, если вы не сможете вернуть долг и к тому же не позволите нам увидеться с мистером Дугласом, тогда нам придётся быть с вами невежливыми…» По приказу молодого человека несколько телохранителей шагнули вперед, намереваясь увести Дженнифер Дуглас, но кто бы мог подумать… В этот момент Джастин шагнул вперед, чтобы преградить путь Дженнифер Дуглас: «Сэр, давайте поговорим как следует. Какой смысл нескольким мужчинам издеваться над женщиной?» Молодой человек взглянул на Джастина: «Кто ты?» Джастин посмотрел в сторону своего босса, стоявшего позади него. В одно мгновение взгляды всех присутствующих переключились с Джастина на того необыкновенного мужчину, который находился неподалеку от него. Те, кто узнал Скайлер Джонс, испуганно изменили выражение лица. Скайлер Джонс мельком взглянул на толпу, на его лице не было никаких эмоций. Увидев Скайлера Джонса, молодой человек в панике отшатнулся, слабо заикаясь, пробормотав: «Мистер… Мистер Джонс…» Скайлер Джонс ничего не сказал и ушёл, все инстинктивно расступились перед ним. Джастин поддержал Дженнифер Дуглас и последовал за Скайлер Джонс, и, что забавно, никто не осмелился помешать Дженнифер Дуглас уйти. Толпа начала обсуждать… «Разве это не президент Оверского?» «Он приехал повидаться с Чарльзом Дугласом?» «Разве он не родственник Дженнифер Дуглас?» «Кто знает, но, похоже, Скайлер Джонс собирается защитить Нонту…» В роскошном служебном автомобиле Дженнифер Дуглас с благодарностью сказала Скайлер Джонс, сидевшей рядом с ней: «Спасибо, что только что спасли меня». ---------- Главы 894–461: Дополнительная история: Является ли она женщиной, которая предает других? "Где вы остановились?" «Я еду в компанию, просто высадите меня на следующем перекрестке». Скайлер больше ничего не сказала, лишь велела Джастину сесть за руль. Во время поездки Дженнифер молчала, но слезы текли по ее щекам, и она кусала губу, пытаясь сдержать рыдания. В зеркало заднего вида Джастин увидел, как Дженнифер тихо плачет. Почувствовав укол сострадания, он воздержался от слов. Дженнифер повернула голову к окну; хотя ее тело дрожало от рыданий, она отказывалась плакать вслух. Наконец машина подъехала к следующему перекрестку… Джастин вышел и открыл дверцу машины. Дженнифер села на свое место, ее щеки все еще были в пятнах засохших слез. «Мисс Дуглас, пожалуйста…» — сказал Джастин. Дженнифер долгое время боролась с внутренними противоречиями. Наконец, она повернулась к Скайлер и дрожащим голосом умоляюще спросила: «Оверски, ты можешь мне помочь?» Красивое лицо Скайлера оставалось безразличным, губы плотно сжаты. «Как только они услышали, что у «Нонты» проблемы, все они одновременно бросились требовать выплаты от компании… Мы подсчитали средства компании, и в данный момент мы можем платить только сотрудникам… Я не знаю, что делать, они каждый день устраивают беспорядки в больнице, и я не могу их остановить. Я не хочу, чтобы они беспокоили моего отца. У него проблемы с сердцем, и сейчас критический момент для его операции. Я умоляю вас помочь мне… Oversky…» «Как мистер Дуглас с такими ограниченными способностями мог управлять группой компаний «Нонта»?» — спросил Скайлер, но в его голосе почти не было эмоций. Рыдания Дженнифер вырвались наружу. «У папы всегда было плохое здоровье. Много лет назад у него диагностировали рак легких… Он постоянно уговаривал меня выйти замуж, надеясь увидеть меня с детьми при его жизни… В течение последнего года, если бы он не беспокоился обо мне, он бы не пренебрегал делами компании, давая плохим людям возможность воспользоваться ситуацией…» "Вылезайте из машины!" «Оверский…» «Я вам помогу». Дженнифер недоверчиво спросила: «Правда?» Скайлер спокойно ответил: «Я обещал вам доходы от проекта TSOL, поэтому я вложу средства в вашу компанию, чтобы помочь «Нонте» справиться с неотложным кризисом». Яркие глаза Дженнифер постепенно потускнели. «Спасибо». Оказалось, он лишь помог ей провести четкую линию между ними. «Не нужно меня благодарить. Я вам не помог; я просто выполняю свое предыдущее обещание». "Я понимаю." Сказав это, Дженнифер глубоко вздохнула, вытерла слезы с глаз и вышла из машины. Когда Скайлер вернулась, Кристин все еще мирно спала в постели. Он сидел на краю кровати, молча глядя на ее безмятежное спящее лицо, на его красивом лице читались удовлетворение и умиротворение. Не в силах сдержать своих чувств к ней, он внезапно опустил голову и нежно поцеловал ее в лоб. Кристин уже просыпалась и, чувствуя его прикосновение, тихо пробормотала, постепенно пробуждаясь от сна. "Проснулся?" — спросил он с улыбкой, в его магнетическом голосе слышалась нежность. Кристин, сонные глаза, долго смотрела на него, а затем внезапно обняла его за шею. «Так приятно видеть тебя сразу после пробуждения». Скайлер снисходительно усмехнулся и не смог удержаться, чтобы не поцеловать её ещё раз. Кристина взглянула в окно. Яркое солнце заставило ее понять, что уже довольно поздно, и она поспешно спросила: «Который час?» «Немного после десяти…» «Ах!» — воскликнула Кристин, быстро приподнимаясь на кровати. — «Уже так поздно! Нам нужно ехать в больницу за результатами анализов!» Скайлер обнял Кристин: «Не волнуйся, я уже в больницу». Кристин прислонилась к плечу Скайлер, сердце у нее внезапно замерло в груди. Она слабо спросила: «Что… что сказал доктор?» «Врач сказал, что мы можем любить друг друга до самой старости, идя по жизни рука об руку». Кристин быстро отстранилась от Скайлер: «Ты серьёзно?» Скайлер мягко улыбнулась и сказала: «Да». «Я не могу в это поверить; я хочу увидеть медицинскую карту. Покажите мне медицинскую карту». Скайлер незамедлительно передала медицинскую карту Кристин. Кристин затаила дыхание, просматривая все записи в медицинской карте. Постепенно на ее лице появилась улыбка. Однако, сквозь эйфорию, она с тревогой спросила: «Неужели это врач помогает вам меня обмануть?» «Глупышка, я же обещал, что больше не буду тебя ни в чём обманывать». Кристин отбросила медицинскую карту и радостно бросилась в объятия Скайлер. «Я так счастлива, так счастлива… Оверскай, я не могу поверить, что всё это правда!» ---------- Главы 895–461: Дополнительно: Она — подлая женщина? (Часть 2) Скайлер Джонс нежно обнял Кристин Куинн, закрыл глаза и, вдохнув аромат ее волос, тихо сказал: «Небеса наконец-то были к нам благосклонны». «Оверски, на самом деле, некоторое время назад у меня часто болело сердце. Я думала, что это снова отторжение со стороны организма… Я так волновалась, хотела рассказать тебе, но боялась испортить то с трудом проведенное вместе время. Теперь мне больше не нужно беспокоиться об этом, я могу быть с тобой без всяких забот…» Скайлер Джонс нежно поцеловала мягкие волосы Кристин Куинн: «Глупая девочка, даже если с твоим телом что-нибудь случится, я тебя не брошу». Кристин Куинн с удовольствием прислонилась к плечу Скайлер Джонс, и в ее прекрасных глазах читались слезы умиления. Голос Скайлер Джонс был хриплым: «Пообещай мне, никогда больше не сомневайся в моей любви к тебе…» Кристин Куинн энергично кивнула, встала на цыпочки и предложила поцелуй. В холле особняка Джонса несколько хилых детей играли в углу, а Кристин Куинн и Ребекка Квентин сидели на диване и болтали. «Сестра, врач действительно сказал, что с твоим организмом больше ничего серьезного нет?» Кристин Куинн улыбнулась и кивнула: «Да, разве я не говорила тебе об этом вчера?» «Но я правда не могу в это поверить…» — голос Ребекки Квентин внезапно дрогнул. «Глупышка, я все это время заставлял тебя волноваться». Ребекка Квентин энергично покачала головой: «Я ничего для тебя не сделала…» Кристин Куинн рассмеялась: «Чем вы можете мне помочь?» «Меня там с тобой не было». «Ты беременна и тебе трудно двигаться, как ты можешь оставаться со мной? Если бы ты действительно была рядом, мне пришлось бы о тебе заботиться!» Слова Кристин Куинн развеселили Ребекку Квентин, затем она взяла Кристин Куинн за руку и тихо сказала: «Сестра, наконец-то я могу пожелать тебе и зятю счастья на всю жизнь…» Кристин Куинн застенчиво улыбнулась: «Перестаньте говорить о таких вещах, это слишком банально». «Видеть вас с зятем такими нежными чувствами сейчас — это так здорово… Кстати, сестрёнка, ты слышала о том, что зять перенёс штаб-квартиру в Нью-Йорк?» Кристин Куинн кивнула: «Оверски обсудил это со мной, я думаю, это хорошая идея». «Да, так наша семья сможет жить вместе». "Да." «Последние сообщения указывают на то, что компания Nonta Real Estate Group столкнулась с серьезным финансовым кризисом из-за хищений среди сотрудников. Недавно появились слухи о том, что Чарльз Дуглас, председатель совета директоров Nonta, был госпитализирован из-за сердечного приступа, вызванного шоком от хищений в компании, а его дочь, Дженнифер Дуглас, преследуется за долги несколькими компаниями-партнерами. Однако ходят слухи, что некий влиятельный бизнесмен помог Nonta преодолеть этот финансовый кризис. Хотя достоверной информации о личности этого бизнесмена нет, инсайдеры утверждают, что это бизнесмен Скайлер Джонс, о связи которого с Дженнифер Дуглас ранее ходили слухи…» Новости по телевизору прервали разговор двух сестер. В этот момент взгляды Кристин Куинн и Ребекки Квентин были прикованы к телевизору, и они пришли в себя только после окончания новостей. Ребекка Квентин пробормотала: «Что? Зять разрешил кризис Нонты?» Кристин Куинн слегка нахмурилась: «Вероятно, нет, новости всегда преувеличивают. Я слышала, что у Нонты были проблемы, и она втянула в это Оверски, чтобы попасть в заголовки». Ребекка Квентин кивнула: «Я тоже так думаю… Как зять вообще может помочь Нонте?» Кристин Куинн сосредоточила внимание на Дженнифер Дуглас, окруженной телерепортерами, и фыркнула: «Если он посмеет помочь Дженнифер Дуглас, я его вышвырну!» «Ха-ха…» — рассмеялась Ребекка Квентин. — «Выгнать зятя? Осмелишься? Не боишься бессонных ночей?» "Ты меня раздражаешь… Я с тобой разговаривать не буду, я возвращаюсь в свою комнату, а ты присмотри за двумя детьми." В полдень. Скайлер Джонс вошел в комнату, ослабляя галстук, и тихо позвал: «Кристин…» Хотя он и видел Кристин Куинн, сидящую у постели, он не понимал, почему она ему не отвечает. Тогда Скайлер Джонс подошёл к кровати, сел рядом с Кристин Куинн и мягко спросил: «Почему ты мне не отвечаешь?» Кристин Куинн игнорировала Скайлер Джонс, делая вид, что сосредоточена на журнале. Скайлер Джонс усмехнулась, забрала журнал, приподняла прекрасный подбородок Кристин Куинн и спросила: «Детка, я тебя чем-то обидела?» Кристин Куинн оттолкнула руку Скайлер Джонс: «Вы меня оскорбили, поэтому, пожалуйста, честно признайтесь мне в своих преступлениях сейчас». Скайлер Джонс выглядел озадаченным: «Я даже не знаю, какое преступление совершил, как мне вам признаться?» Кристин Куинн фыркнула: «Вы разве не видели последние новости?» «О? Какая новость так разозлила мою жену?» Кристин Куинн фыркнула: «Всем известно, что у Nonta Group в последнее время большие проблемы, но я слышала, что кто-то помог Nonta решить эту проблему…» "О? Кто?" «Уважаемый мистер Джонс, с вашим огромным богатством, разве спасение бабушки — это не пустяк?!» Скайлер Джонс покачал головой и рассмеялся: «В новостных сообщениях часто преувеличивают. Как вообще можно в это поверить?» Кристин Куинн сердито отвела взгляд: «Должно быть какое-то объяснение этим слухам». Скайлер Джонс развернула разгневанное тело Кристин Куинн и извиняюще улыбнулась: «Ты действительно веришь, что новости правдивы?» «Я прямо спрошу вас, помогали ли вы Дженнифер Дуглас». «Я этого не делал». — Правда? — спросила Кристин Куинн. — Тогда откуда берутся слухи о том, что ты тайно поддерживаешь Нонту? «Эти преувеличенные сообщения — всего лишь попытка привлечь внимание… Но я должен честно сказать вам, что я действительно вложил значительную сумму средств в Нонту». "Что?" Кристин Куинн ударила Скайлер Джонс рукой по телу: "Лжец, ты же говорила, что не помогала Дженнифер Дуглас… Скайлер Джонс, я тебя ненавижу!!" Кристин Куинн нанесла сильный удар по телу Скайлер Джонс. Скайлер Джонс закричала от боли, и только тогда Кристин Куинн в ярости отдернула руку и свирепо посмотрела на Скайлер Джонс: «Негодница!!» Скайлер Джонс попыталась обнять Кристин Куинн. Кристин Куинн перевернулась на другую сторону кровати. Скайлер Джонс вздохнула и объяснила: «Дорогая, даже если ты хочешь меня осудить, ты должна хотя бы дать мне шанс защитить себя!» Кристин Куинн сердито взглянула на него и сказала: «Говори». Скайлер Джонс честно сказал: «Вы должны помнить о проекте TSOL, я обещал поделиться прибылью с Нонтой… Поэтому средства, которые я вложил в Нонту, были лишь для выполнения этого обещания». «Но зачем выполнять это, когда у Нонты кризис?» «Я не выбирал время, я всегда намеревался отдать эти деньги Нонте. Это Чарльз Дуглас раньше их не принимал». ---------- Главы 896–462: Дополнительная история: Братья вступают в драку 1 «Но теперь, когда ты отправила деньги Чарльзу Дугласу, все думают, что ты отправила их Нонте из-за Дженнифер Дуглас!!» Скайлер Джонс успокоила Кристин Куинн: «Почему тебя должно волновать мнение других?» Кристин Куинн, раздраженная, сказала: «Я не хочу, чтобы у вас больше были какие-либо связи с Дженнифер Дуглас!» «У меня с ней никаких связей, детка». Скайлер Джонс нежно поцеловал Кристин Куинн: «Ты мне не доверяешь?» Кристин Куинн опустила взгляд и пробормотала: «Я не знаю, что у тебя на сердце; может быть, ты действительно хочешь ей помочь!» "Кристин!!" «Хорошо, хорошо, я тебе доверяю, но всё же…» — Кристин Куинн пошла на компромисс, но пристально посмотрела на Скайлер Джонс. — «У меня вопрос: даже если ты сейчас отправил деньги Нонте, почему кто-то предположил бы, что это ты?» «Потому что я случайно встретил Дженнифер Дуглас за последние два дня». Глаза Кристин Куинн расширились: «Где?» «Позавчера, когда вы проходили обследование, и вчера, когда я приходил за вашим отчетом». "Вы имеете в виду, что видели её дважды?" "Да." Кристин Куинн нахмурилась: «Почему ты мне не сказала?» Скайлер Джонс обняла Кристин Куинн: «Я посчитала, что встреча с ней совершенно незначительна, поэтому не стала вам об этом рассказывать». «Нет, а зачем Дженнифер Дуглас находиться в этой больнице?» — деликатно спросила Кристин. Скайлер Джонс позволил Кристин прислониться к нему, положив подбородок ей на волосы, и тихо ответил: «Ее отец болен, он тоже в той больнице, я просто случайно встретил ее». Кристин Куинн усмехнулась: «Дженнифер Дуглас действительно очень навязчива, она намеренно пытается сблизиться с тобой!» «Кристин…» — мягко поддразнивала Скайлер Джонс, — «Во-первых, Дженнифер Дуглас никак не могла знать, что ты пойдешь в ту больницу на обследование, а во-вторых, госпитализация ее отца — это факт». «Тогда как же так совпало, что мы встретились?» «Чистое совпадение». Кристин Куинн надула губы: «Я не думаю, что это совпадение, она всегда появляется рядом с тобой, намеренно или ненамеренно, она все еще что-то замышляет против тебя». Скайлер Джонс усмехнулась: «Неужели все женщины такие мелочные?» Кристин Куинн внезапно схватила Скайлера Джонса за воротник рубашки и сказала: «Скажи мне правду, Дженнифер Дуглас просила тебя о помощи в больнице, и поэтому ты вложил деньги в ее компанию?» «Она действительно просила, но помощь ей ​​была оказана не потому, что она просила, а потому, что у Нонты всегда была хорошая репутация в сфере недвижимости. Это одна из редких компаний, которая действует добросовестно, а не паразитирует на чужом богатстве. Проблемы, с которыми сейчас сталкивается Нонта, когда на нее давят многочисленные кредиторы, в основном вызваны завистью к ее твердой решимости и желанием добить ее, когда она и так в трудном положении». «Разве бизнесмены не стремятся только к прибыли? Почему вы вдруг стали вести себя как хороший парень?» В глубине души Кристин Куинн знала о хорошей репутации Нонты как внутри страны, так и за рубежом, и признавала, что было бы жаль, если бы она рухнула. И все же она не хотела, чтобы Скайлер Джонс помогал Дженнифер Дуглас. Скайлер Джонс пристально посмотрел на Кристин Куинн, которую держал на руках: «Если ты не понимаешь, я могу немедленно снять деньги со счета». «Нет…» — Кристин Куинн подняла глаза и встретилась взглядом со Скайлер Джонс, — «Я не говорила серьезно… честно говоря, мне просто не нравятся Чарльз Дуглас и его дочь, но я восхищаюсь Нонтой. Хорошая репутация Нонты на рынке обусловлена ​​тем, что город строит жилые и коммерческие объекты по одним из самых низких цен, завоевывая тем самым расположение общественности». «Ты женщина, которая холодна снаружи, но тепла внутри». Кристин Куинн положила голову на грудь Скайлер Джонс: «Но мне все еще не нравится Дженнифер Дуглас… ей лучше не пытаться с тобой связываться. Если она посмеет, я ей точно не позволю». Скайлер Джонс тихонько усмехнулась: «Главное, чтобы ты не расстраивалась». Днем. После завершения видеоконференции с филиалом Y City Скайлер Джонс находилась в нью-йоркском филиале. Временная секретарша вошла с улицы. "Президент…" Скайлер Джонс уже собирался отправиться домой, чтобы проводить жену, и, надевая костюм, спросил: «Что случилось?» Секретарша, запинаясь, долго не могла договорить: «Ну… э-э… это мисс Дуглас… она…» Скайлер Джонс отложил документы, над которыми работал, и нахмурился, глядя на секретаря: «Просто скажите то, что нужно сказать, не нужно ходить вокруг да около». Секретарша, запуганная авторитетом Скайлер Джонс, тревожно опустила голову и тихо сказала: «Э-э… мисс Дуглас из Нонты здесь; она говорит, что хочет вас видеть». Скайлер Джонс никак не отреагировала на эту новость. ---------- Глава 897-462: Дополнительно: Братья вступают в драку 1_2 Секретарь добавила: «Мисс Дуглас ждала этого очень долго. Я только что узнала, что вы на совещании с несколькими руководителями, поэтому не хотела вас беспокоить…» Однако Скайлер Джонс уже смотрела на имеющиеся документы и без колебаний сказала: «Отправьте её прочь». "Ой." Секретарша уже собиралась попросить Дженнифер Дуглас уйти, но неожиданно в этот момент в кабинет Скайлер Джонс вошла Дженнифер Дуглас. «Мисс Дуглас, вы не можете войти…» Секретарша поспешно шагнула вперед, чтобы остановить ее. Дженнифер Дуглас не испугалась препятствий со стороны секретаря. Она спокойно посмотрела на Скайлер Джонс и медленно произнесла: «Я просто хочу сказать вам несколько слов, и я уйду, как только закончу». Скайлер Джонс нетерпеливо сказала: «Давай!» Секретарь молча ушла. Дженнифер Дуглас долго смотрела на Скайлер Джонс, прежде чем сказать: «Скайлер, я пришла сегодня специально, чтобы поблагодарить тебя за помощь в работе над фильмом «Нонта»…» «Не нужно благодарить. Вы же знаете, что я вам не помог...» "Неужели ты должна быть такой холодной ко мне?" Увидев печальное лицо Дженнифер Дуглас, Скайлер Джонс не выказала ни капли жалости: «Самсон, проводи её». Секретарша подошла к Дженнифер Дуглас и с некоторым трудом посмотрела на нее. Скайлер Джонс больше не обращала внимания на Дженнифер Дуглас и тут же ушла. Однако, как раз когда Скайлер Джонс собиралась уходить, хрупкая фигура Дженнифер Дуглас преградила ему путь. Увидев это, секретарь, оказавшись в затруднительном положении, молча отступила еще раз. Скайлер Джонс в конце концов вынуждена была посмотреть прямо на Дженнифер Дуглас: «Я не хочу, чтобы охрана компании выводила вас наружу». Дженнифер Дуглас умоляюще посмотрела на Скайлер Джонс, ее голос слегка охрип: «Мне нужно всего пять минут вашего времени. Как только я закончу, я уйду одна». Красивое лицо Скайлера Джонса было суровым, а в его темном взгляде, устремленном на Дженнифер Дуглас, смешалась опасность. «Скайлер, ты знаешь, почему компания „Нонта“ внезапно столкнулась с предательством со стороны своих сотрудников?» «Меня не интересуют чужие личные дела». «А что, если это как-то связано с вашей любимой женой, Кристин Куинн?» Скайлер Джонс нахмурил брови: «Что вы имеете в виду?» Дженнифер Дуглас сглотнула горечь в горле и медленно произнесла: «Человек, предавший компанию, — это самый доверенный подчиненный моего отца. Он работает с моим отцом более двадцати лет и всегда был верен компании. Если бы его не соблазняла огромная прибыль, он ни за что не стал бы опустошать финансовые средства компании, чтобы её разрушить. А тот, кто смог его соблазнить, должно быть, очень влиятелен… Я выяснила, что человек, который соблазнил доверенное лицо моего отца предать «Нонту», — это ваша жена, Кристин Куинн». «Дженнифер Дуглас, никто не сможет меня обмануть, и ты не исключение». Дженнифер Дуглас широко раскрыла глаза и спросила: «Вы думаете, я пытаюсь вбить клин между вами и Кристин Куинн? Если бы я действительно хотела так поступить, зачем бы я использовала такую ​​очевидную тактику? Вы можете поговорить с Кристин Куинн о моих обвинениях, и вы сами поймете, пытаюсь ли я посеять раздор». «Вы говорите, что Кристин хочет свергнуть Нонту, почему?» «Потому что мисс Куинн мне никогда не доверяет. Она думает, что я отступаю, чтобы шаг за шагом наступать, разрушить ваши отношения с ней, поэтому она хочет иметь дело со мной», — слегка взволнованно обвинила Дженнифер Дуглас. Скайлер Джонс холодно ответила: «Кристин не из таких людей». Тон Дженнифер Дуглас смягчился: «Скайлер… Я тоже не верю, что человек, которого ты так сильно любишь, может совершать такие подлые поступки. Но факты не оставляют мне выбора, кроме как поверить. Кристин Куинн не в состоянии свергнуть «Нонту»; она попросила помощи у Говарда Джеффри. Именно Говард Джеффри приказал кому-то соблазнить доверенное лицо моего отца, что и привело к предательствам в компании». «Дженнифер Дуглас, ваши уловки ужасны. Если бы это действительно был Говард Джеффри, тайно помогающий Кристин Куинн, используя ваши способности, вы бы не смогли его разоблачить. Он всегда был очень скрупулезен». Дженнифер Дуглас объяснила: «Я прекрасно осведомлена о глубоких знаниях Говарда Джеффри, но у меня есть веские доказательства того, что Кристин Куинн обращалась к Говарду Джеффри за помощью». Скайлер Джонс скептически посмотрела на Дженнифер Дуглас, когда та достала из сумочки документ. Дженнифер Дуглас передала документ Скайлеру Джонсу и сказала: «Это запись телефонного разговора, которую я получила, доказывающая, что Кристин Куинн и Говард Джеффри несколько раз разговаривали по телефону, пока она находилась в городе Y, именно в те дни, когда у «Нонты» начались внутренние проблемы». Глядя на этот документ, Скайлер Джонс еще сильнее нахмурилась. Затем Дженнифер Дуглас положила документ на стол Скайлера Джонса: «Верить этому или нет, смотреть на это или нет, я не буду этим заниматься, потому что с моими способностями я никак не смогу противостоять Кристин Куинн, которую поддерживает Джеффри... Я просто хочу напомнить вам, действительно ли Кристин Куинн — та, кого вы глубоко любите?» Скайлер Джонс отвернулся, его тонкие губы холодно произнесли: «Уходи». Когда Скайлер Джонс вернулась, Кристин Куинн была в гостиной и болтала со своей дочерью. Как только Скайлер Джонс вернулся, дочь тут же прижалась к нему. "Папочка..." "Хм." Скайлер Джонс выглядел как обычно, ласково погладил свою дочь: «Чем вы с мамой занимались дома?» «Сегодня утром мы с бабушкой, мамой и тетей ходили по магазинам в город и только что вернулись». "О, вам понравилось?" «Да, мы купили много всего. Мама даже много чего купила папе». "Действительно?" Кристин Куинн подошла, ласково взяв Скайлер Джонс под руку: «Я выбрала несколько рубашек твоей любимой марки и галстуки. Посмотри, понравятся ли они тебе». Скайлер Джонс кивнул. Мари благоразумно сказала: «Папа, мама, я пойду найду Эндрю, чтобы поиграть». Кристин Куинн сказала: «Хорошо». После того как Мари убежала, Кристин Куинн, взявшись за руки, отвела Скайлер Джонс обратно в комнату. Вернувшись в комнату, Кристин Куинн обняла Скайлер Джонс и кокетливо сказала: «Почему ты выглядишь совсем не взволнованной? Знаешь, у меня хороший глаз». Скайлер Джонс мягко оттолкнул Кристин Куинн, ослабил галстук и направился вглубь комнаты. «Я знаю». Кристин Куинн не обратила должного внимания на перемену настроения Скайлера Джонса сегодня. Она улыбнулась и последовала за ним: «Я покажу тебе рубашки, которые я для тебя выбрала». Скайлер Джонс сел на диван, потирая лоб: «Не нужно, у тебя всегда хороший вкус». Заметив, что Скайлер Джонс выглядит изможденным, Кристин Куинн подошла к дивану сзади и обняла его: «Что случилось? Ты выглядишь довольно уставшим?» "Хм, немного." ---------- Главы 898–463: Дополнительно: Братья вступают в драку 2 Кристин Куинн сказала: «Позвольте мне сделать вам массаж». С этими словами Кристин Куинн начала делать массаж Скайлер Джонс, хотя и несколько неуклюже. Однако спустя несколько мгновений Скайлер Джонс внезапно схватила её за руку и мягко сказала: «Кристин, подойди сюда». Кристин Куинн смущенно сказала: «Мне что, неудобно делать массаж? Э-э, я никогда раньше никому не делала массаж…» Скайлер Джонс покачал головой и посадил Кристин Куинн себе на колени: «Дорогая…» "Хм?" Скайлер Джонс пристально смотрела на потрясающее лицо Кристин Куинн: «Я не пойду сегодня днем ​​в филиал, хорошо? Я останусь дома с тобой». Кристин Куинн нахмурилась: «Почему? Мне не нужна твоя компания. Мама и Бекка дома, мне совсем не скучно». «Боюсь, вы будете сидеть дома и слишком много об этом думать». Кристин Куинн тихонько рассмеялась, игриво пощипав Скайлер Джонс за высокий нос: «Зачем мне так много думать? Мне и так сейчас очень нравится». Кристин Куинн с удовольствием покачала ногами. Скайлер Джонс нежно посмотрела на Кристин Куинн, мягко поглаживая ее гладкие волосы: «Кристин, я не хочу, чтобы ты слишком много думала». Кристин Куинн проворчала: «Эй, я не из тех, кто слишком много думает, понятно? Раньше я волновалась из-за плохого самочувствия, но сейчас мое здоровье значительно улучшилось. Я хочу ценить это время; у меня нет сил ни на что другое». "Хорошо." Скайлер Джонс нежно поцеловала Кристин Куинн в губы. Кристин Куинн спрыгнула с колен Скайлер Джонс: «Посмотри на рубашку, которую я тебе купила…» Полдень. Говард Джеффри только что вошел с улицы, когда слуга почтительно сказал ему: «Мистер Джеффри, мистер Джонс ждет вас в кабинете». «Хорошо». Ответив слуге, Говард Джеффри слегка нахмурил брови. Передав слуге свой портфель и другие вещи, Говард Джеффри направился в кабинет. Дверь кабинета не была закрыта, и Скайлер Джонс ждал Говарда Джеффри. Вошёл Говард Джеффри, нахмурившись, посмотрел на Скайлера Джонса, сидящего за столом, и складка на его лбу углубилась. «Вы смотрите на меня с таким серьёзным выражением лица; полагаю, вы хотите задать мне какой-то серьёзный вопрос?» Скайлер Джонс жестом показал слуге снаружи закрыть дверь, затем застегнул пиджак и встал. Между ними царила напряженная атмосфера, ни один из них не испытывал страха перед другим. Стоя перед Говардом Джеффри, Скайлер Джонс прямо спросил: «Связано ли с вами предательство инсайдера "Нонты"?» Говард Джеффри загадочно прищурился: «Ты всё выяснил?» «Значит, ты действительно это сделал?» Говард Джеффри, облокотившись на стол и скрестив руки, сказал: «Да, это я стал причиной проблем в «Нонте»». Брови Скайлера Джонса нахмурились: «Мистер Джеффри, вы всегда заняты благородными делами, так когда же у вас появлялось свободное время для общения с людьми, совершенно не имеющими к вам отношения?» Говард Джеффри усмехнулся: «Отец и дочь из семьи Дугласов всегда были довольно надоедливыми; я только что преподал им урок». Лицо Скайлер Джонс помрачнело: «Ты никогда не действуешь без причины… Скажи мне, Кристин просила тебя иметь дело с Дженнифер Дуглас?» Улыбка Говарда Джеффри осталась неизменной: «Мне любопытно, какой сейчас укоризненный тон… Вы заступаетесь за Дженнифер Дуглас?» Взгляд Скайлера Джонса стал острым, он стиснул зубы: «Вы прекрасно знаете, что я думаю о Дженнифер Дуглас!» Говард Джеффри перестал улыбаться и серьезно заговорил: «Кристин действительно звонила мне несколько дней назад, и действительно, упомянула что-то о Дженнифер Дуглас. Позже она заняла у меня немного денег… Я только недавно узнал, что она использовала эти деньги, чтобы соблазнить того высокопоставленного руководителя из фильма «Нонта»». Действительно… В порыве гнева Скайлер Джонс ударил кулаком по столу. Увидев потемневшее лицо Скайлер Джонс, Говард Джеффри спокойно сказал: «Я не думаю, что вам стоит так злиться из-за этого… Если вы считаете, что Кристин поступила неподобающе, вы можете спросить её напрямую, и я думаю, Кристин даст вам разумное объяснение». Внезапно Скайлер Джонс обернулась и схватила Говарда Джеффри за воротник: «Каковы ваши отношения с Кристин? Почему, когда она болеет, ты первый, кто её находит, а когда ей нужна помощь, ты тоже первым берёшься за дело? Говард Джеффри, ты помнишь своё положение? Ты мой брат, она твоя невестка. Когда она болеет, она нуждается во мне, а когда ей нужна помощь, я должен её оказать. Что значит для тебя тайно сближаться с ней?» На спокойном лице Говарда Джеффри появилась едва заметная, неуверенная улыбка: «Похоже, вас больше всего волнует не то, как Кристин справляется с Дженнифер Дуглас, а то, что Кристин в первую очередь думает обо мне, когда у нее возникают проблемы». ---------- Глава 899-463: Дополнительная история: Братья вступают в драку 2_2 Скайлер Джонс сердито оттолкнула Говарда Джеффри: «Лучше держись от нее подальше; не забывай, что Бекка тоже чувствительная женщина». Губы Говарда Джеффри все еще слегка улыбались: «Брат, в те годы, когда ты игнорировал Кристин Куинн, я был рядом с ней. Хотя между нами нет романтических отношений, мы как семья, как друзья. Можно с уверенностью сказать, что до того, как ты снова начал ухаживать за Кристин, она привыкла полагаться на меня. Много раз, когда ей нужна была помощь, но она не хотела, чтобы ты знал, она в первую очередь думала обо мне. Не потому, что между нами была какая-то тайная любовь, а из-за доверия, которое сложилось за эти годы». Скайлер Джонс стиснул зубы и сказал: «Ты напоминаешь мне, каким глупцом я был, когда тогда отправил её к тебе?» «К счастью, она была безгранично предана тебе, никогда не изменяя тебе эмоционально». Лицо Скайлера Джонса оставалось холодным и опасным, а его взгляд, устремленный на Говарда Джеффри, был полон леденящей душу ярости: «Ты ее никогда не трогал?» Вопрос Скайлер Джонс вызвал сдержанный взгляд Говарда Джеффри: «Вы всё ещё зациклились на таком вопросе?» Скайлер Джонс пристально посмотрел в глаза Говарду Джеффри: «Только вы двое точно знаете, что между вами произошло». Говард Джеффри холодно рассмеялся: «Так вот почему ты до сих пор отказываешься называть меня братом… ты думаешь, я прикоснулся к Кристин?» Скайлер Джонс в очередной раз с негодованием схватила Говарда Джеффри за воротник: «Ты должен знать, что она моя женщина…» «Похоже, ты не веришь моим объяснениям о том, что между мной и Кристин ничего нет… Твое недоверие к Кристин показывает, насколько поверхностна твоя искренняя любовь к ней». Скайлер Джонс нанесла удар, который сильно пришелся по лицу Говарда Джеффри. Затем Говард Джеффри также нанес удар Скайлеру Джонсу… Шум в кабинете быстро привлёк внимание домашней прислуги. Вскоре в кабинет прибыли миссис Джеффри, Кристин Куинн и Ребекка Квентин… Говард Джеффри и Скайлер Джонс наконец прекратили ссору, и в итоге Кристин Куинн и Ребекка Квентин, ничего не понимая в ситуации, сумели оттащить своих мужей обратно в их номера. В спальне Скайлера Джонса и Кристин Куинн Кристин Куинн поспешно принесла аптечку, обрабатывая ушибленное лицо Скайлера Джонса и тревожно восклицая: «Почему вы, два брата, снова начали драться? Я очень сомневаюсь, что вы братья или враги». Выражение лица Скайлер Джонс оставалось холодным и безмолвным. «Зачем ты это делаешь? Мы все надеемся, что с тобой все в порядке, а ты даже прибегаешь к физической силе — что именно произошло?» После обработки его ран Кристин Куинн села рядом со Скайлером Джонсом, обеспокоенно спросила и мягко поинтересовалась. Скайлер Джонс повернул голову, чтобы посмотреть на Кристин Куинн, его глаза были полны неописуемых эмоций. Кристин Куинн, никогда прежде не испытывавшая такого пристального взгляда со стороны Скайлера Джонса, почувствовала себя немного неловко и не смогла сдержать улыбку: «Эй, а почему ты так на меня смотришь?» Неожиданно, как только Кристин Куинн закончила говорить, Скайлер Джонс уже прижалась к ней на диване и страстно поцеловала. "Хм…" Кристин Куинн едва успела среагировать, как Скайлер Джонс прижала её к земле. Его поцелуи были пылкими, как буря, его губы плотно прижимались к её губам… Он целовал её с невероятной силой, чередуя поцелуи с лизанием, покусыванием, кусанием и сосанием… Она чувствовала в его страстном поцелуе гнев, но не могла понять причину его гнева. Не в силах говорить, она продолжала бить его по щекам, чувствуя боль в губах… Внезапно во рту у обоих появился металлический привкус… Кристин Куинн тогда поняла, насколько он неистовен: он буквально прокусил ей губу. "Скай… Скайлер…" Она изо всех сил пыталась выдавить из себя эти слова, но ее голос быстро заглушила очередная волна неистовых поцелуев. Поняв, что с ним что-то не так, она продолжала похлопывать его по спине, но он схватил ее за руки, не давая ей двигаться… "Скайлер…" Она позвала его, пытаясь привести в чувство, но он не слушал, сосредоточившись только на том, чтобы… "Кристин, Кристин…" Скайлер Джонс встревоженно постучала в дверь ванной. Кристин Куинн не ответила, что очень обеспокоило Скайлер Джонс. Как раз в тот момент, когда Скайлер Джонс собиралась выломать дверь в ванную, она внезапно распахнулась. Кристин Куинн, закончив принимать душ, вышла в пижаме, ее мокрые волосы были распущены. Скайлер Джонс хотел обнять её, но она холодно оттолкнула его. Зная о нынешнем настроении Кристин Куинн, Скайлер Джонс не осмеливалась много говорить, молча наблюдая, как она направляется к кровати. Она легла, мокрыми волосами, и плотно завернулась в одеяло. Скайлер Джонс села у кровати, завернула ее в одеяло и подняла с постели: «Кристин, подожди, пока я высушу тебе волосы, прежде чем ложиться спать…» Кристин Куинн держала глаза закрытыми, полностью игнорируя Скайлер Джонс. Затем Скайлер Джонс встала, принесла фен и начала сушить волосы Кристин Куинн. Когда волосы Кристин Куинн высохли, Скайлер Джонс крепко обнял её, выражая свою любовь, и поцеловал её в волосы: «Прости, Кристин, я…» Кристин Куинн по-прежнему ничего не ответила. «Я волнуюсь, когда ты со мной не разговариваешь, Кристин…» — нежно уговаривал он ее. — «Ты можешь меня ударить или отругать, только не игнорируй меня вот так, хорошо?» «Мне не нужна ваша показная доброта», — наконец ответила Кристин Куинн, ее голос дрожал от волнения. Скайлер Джонс опустил голову, поцеловал холодную щеку Кристин Куинн и несколько раз прошептал извинения: «Прости, детка… прости…» «Ты представляешь, как ты только что выглядел?» — Кристин Куинн внезапно открыла глаза и со слезами на глазах обвинила его. «Я знаю…» — лицо Скайлер Джонс выражало раскаяние и вину, — «Я сошла с ума». Кристин Куинн завернулась в одеяло, встала и сердито вырвалась из его объятий, прикусив губу: «Я тебя ненавижу!!» Скайлер Джонс протянул руку и обнял Кристин Куинн, несмотря на ее сопротивление, он крепко прижал ее к себе: «Я знаю, что был не прав, я обещаю, что это больше не повторится…» Кристин Куинн прислонилась к плечу Скайлера Джонса, чувствуя себя обиженной, но не в силах спорить с ним. Скайлер Джонс нежно похлопала Кристин Куинн по спине, успокаивая ее ласковыми словами и заботливыми жестами. Спустя долгое время Кристин Куинн в гневе замахнулась на него кулаком, чтобы выплеснуть свою злость, и наконец успокоилась: «Если это повторится, я… я… сделаю тебя импотентом». Увидев, как смягчился тон Кристин Куинн, Скайлер Джонс рассмеялся и обнял её: «Ты действительно лишаешь нас счастья?» Кристин Куинн одновременно испытывала стыд и раздражение: «Уходи!» Однако Скайлер Джонс бесстыдно цеплялся за нее: «Ну же, не сердись… Скажи, тебе все еще больно?» Он был уверен, что его прежняя грубость определенно причинила ей боль. ---------- Глава 900–464: Дополнительно: Бороться с огнём огнём «Что ты думаешь?» — настаивал он, она сопротивлялась, и в итоге они оба получили шрамы. "Дайте-ка подумать…" Кристин Куинн, все еще злясь, плотно завернулась в одеяло. «Я не хочу, чтобы ты в это вмешивался, придурок». "Хорошо, тогда ложись спать, а я останусь рядом, ладно?" «Я не сплю. Выходи, мне нужно переодеться». Она не забыла, что пока они наслаждались моментом, кто-то постучал в дверь, и, судя по голосу, это была миссис Джеффри. Миссис Джеффри, должно быть, обеспокоена ссорой между двумя братьями и пришла узнать об этом, поэтому ей нужно было встретиться с миссис Джеффри. «Мы женаты, неужели нам действительно нужно избегать друг друга во время переодевания?» «Я не хочу, чтобы кто-нибудь вдруг снова сошёл с ума!» Скайлер Джонс усмехнулся: «Хорошо, я подожду тебя у двери». «Подожди!» — внезапно крикнула Кристин удаляющейся Скайлер. — «Ты до сих пор не рассказала мне причину своей ссоры с Говардом Джеффри!» «Ничего страшного, я никогда с ним не ладил». Холодно закончив эту фразу, Скайлер вышла из комнаты. Кристин оделась и открыла дверь, увидев Скайлер снаружи. Хотя Кристин всё ещё была недовольна произошедшим, она не могла по-настоящему рассердиться на Скайлер, поэтому раздражённо сказала: «Пообещай мне, что этого больше не повторится». Скайлер мягко ответила: «Хорошо», а затем протянула руку, чтобы обнять Кристин. Супруги спустились на первый этаж, не ожидая увидеть в коридоре миссис Джеффри и супругов Говарда Джеффри, которые их поджидали. Кристин ласково крикнула: «Мама!» Миссис Джеффри жестом пригласила Скайлера и Кристин сесть рядом с ней, а затем сказала: «Почему бы вам, братьям, просто не поговорить? Вы оба взрослые, но ссоритесь дома, как это будет выглядеть? К счастью, дети этого не видели. А что бы они подумали, если бы увидели?» «Да, Говард, почему вы с зятем поссорились?» — пожаловалась Ребекка Квентин, глядя на Говарда. Говард молчал, его лицо оставалось спокойным. Кристин также сказала: «Если возникнет разногласие, просто выскажитесь… Скайлер, ты можешь это сделать». Выражение лица Скайлера было таким же холодным и мрачным, как и у его брата, и он тоже не желал говорить. Миссис Джеффри вздохнула, на ее лице читалась тревога. Кристин, по натуре нетерпеливая, нахмурилась и сказала: «Скайлер, я слышала от слуг, что ты попросил Говарда пойти в кабинет. По какому поводу ты мог бы поссориться с Говардом?» Кристин не знала, но как только она это сказала, выражение лица Скайлер стало еще мрачнее. «Серьезно, вы не можете просто все обсудить? Зачем создавать такую ​​напряженность в отношениях между вами, братьями?» — продолжила Кристин. Никто не ожидал, что в этот момент Скайлер холодно встанет с дивана и направится прямо к входной двери. Кристин быстро встала и последовала за ним: «Эй, Скайлер…» Не оглядываясь, Скайлер вышла прямо из зала. Ребекка и миссис Джеффри растерянно переглянулись, когда Скайлер внезапно ушла, а Говард остался равнодушным, безэмоциональным. Кристин побежала за Скайлером на улицу, пытаясь его остановить. Она нахмурилась и сказала: «Что с тобой происходит? Когда мы приехали в Нью-Йорк, ты обещал мне, что поладишь с мамой и Говардом. Ты даже планируешь перенести штаб-квартиру «Оверски» в Нью-Йорк, а теперь почему-то дуешься на Говарда, ничего не объясняя. Знаешь, это нас очень беспокоит». Скайлер слегка прищурился, бесстрастным тоном спросил: «Обижаешься на Говарда?» "Конечно… Ты всегда была той, кто не хочет мириться с мамой и Говардом. Говарду просто невозможно дуться на тебя." Скайлер внезапно холодно рассмеялась. «Над чем ты смеешься?» Скайлер ничего не ответила, просто смотрела на Кристин. Кристин глубоко вздохнула и сказала: «В будущем перестаньте ссориться с Говардом… вы оба любите друг друга, зачем расстраивать маму?» "Кристин Куинн…" Кристин, совершенно не ожидая, что Скайлер назовет ее полным именем, на секунду опешилась: «Да?» «Ты доверяешь Говарду больше, чем мне, не так ли?» Кристин застыла на месте, но прежде чем она успела что-либо сказать, Скайлер уже отвернулась и холодно ушла. Кристин стояла там в оцепенении, и когда высокая фигура Скайлер скрылась вдали, она наконец пришла в себя, вспомнив, что только что сказала Скайлер. Спустя мгновение Кристин наблюдала, как Скайлер уезжает от особняка Джонса… Когда Кристина обернулась, она увидела обеспокоенные лица Ребекки и миссис Джеффри. «Как всё прошло? Почему Скайлер ушла?» — с тревогой спросила миссис Джеффри. Чтобы успокоить миссис Джеффри, Кристин лишь слегка улыбнулась: «С ним все в порядке, он сказал, что идет в офис». ---------- Глава 901–464: Дополнительная история: Борьба с огнём огнём_2 Миссис Джеффри вздохнула с облегчением. Кристин Куинн, держа миссис Джеффри за руку, спросила: «Бекка, где Говард Джеффри?» «Он пошёл в кабинет один». «О, я пойду с ним поговорю». "Хорошо." Подойдя к двери кабинета, Кристин Куинн осторожно постучала. "Войдите." Услышав голос Говарда Джеффри, Кристин Куинн толкнула дверь и вошла. Высокая фигура Говарда Джеффри уверенно стояла перед окном от пола до потолка в кабинете. Кристин Куинн подошла сзади к Говарду Джеффри и тихо спросила: «Что произошло между вами и Оверски? Почему произошла ссора?» Говард Джеффри, не оборачиваясь, спокойно спросил: «Разве твой брат тебе не говорил?» Кристин Куинн покачала головой: «Он не понимает, что происходит; он необъяснимо зол». "Кристин…" "Да?" Говард Джеффри обернулся и посмотрел на Кристин Куинн: «Скайлер узнала об инциденте с «Нонтой»». Кристин Куинн была ошеломлена и изумлена. «Причина нашего спора в том, что я тебе помогла, но скрыла это от него. Он думает, что ты мне больше доверяешь». Кристин Куинн наконец-то поняла. Неудивительно, что он ранее упоминал проблемы доверия; всё дело было именно в этом. Говард Джеффри добавил: «Он завидует». «Я ему всё объясню подробно». "Хорошо." «Кстати, как Оверски узнал о «Нонте»? Была ли у него какая-либо другая реакция после того, как он узнал об этом?» «Раз уж ты это сделал, скрыть это от брата невозможно. Что касается его реакции, думаю, тебе нужно всё хорошо объяснить». «Почему он не спросил меня об этом прямо сейчас?» «Потому что его что-то разозлило еще больше». «Что это было?» — растерянно спросила Кристин Куинн. «Ничего особенного, просто некоторые проблемы между нами, которые можно решить». Кристин Куинн опустила взгляд и медленно произнесла: «Говард Джеффри, ты считаешь, что я поступила правильно с Дженнифер Дуглас?» «Я знаю ваш характер: импульсивный, но рациональный; у вас есть на то свои причины». Кристин Куинн кивнула: «Спасибо за доверие». Говард Джеффри протянул руку и нежно похлопал Кристин Куинн по чувствительному плечу: «Я просто надеюсь, что у вас обеих все хорошо». «Мама, почему папа до сих пор не вернулся домой?» Когда Кристин Куинн проводила Мари в комнату, Мари наклонила голову и спросила ее. Кристин Куинн небрежно ответила: «Твой папа занят на работе, он может вернуться немного поздно!» Мари с деликатностью нахмурила брови: «Но я видела, как ты звонила папе сегодня днем; он не ответил». «Это потому, что твой папа был на совещании, но позже он перезвонил мне, сказав, что у него сегодня вечером встреча с друзьями и он вернется поздно». «У папы так много работы даже в Нью-Йорке?» "Э-э… Ты, любопытный нытик, зачем тебе еще и взрослые дела решать?" Мари рассмеялась и обняла Кристин Куинн: «Боюсь, вы с папой можете поссориться!» Кристин Куинн потерла нос: «Глупышка, с папой и мамой все в порядке, зачем нам ссориться?» "Ой…" Кристин Куинн поцеловала Мари в лоб: «Ленивая девчонка, скорее ложись спать, иначе завтра встанешь не сможешь». "Хорошо." После душа Кристин Куинн прислонилась к изголовью кровати, поняв, что уже больше десяти вечера. Кристин Куинн взяла трубку и снова набрала номер Скайлера Джонса. Бип, бип ―― Телефон соединился, но ответа не последовало. Кристин Куинн, расстроенная, положила телефон у кровати, легла и приготовилась ко сну, когда вдруг услышала, как поворачивается дверной замок. Кристин Куинн тут же приподнялась, прислонившись к изголовью кровати, и молча наблюдала за тем, кто войдет. И действительно, Скайлер Джонс вернулась. Увидев его, Кристин Куинн тут же встала с кровати и подошла к нему, мягко спросив: «Почему ты так поздно вернулся и не отвечаешь на телефонные звонки?» «Я как раз стоял у двери, когда вы позвонили». Скайлер Джонс, ослабляя галстук, направился в ванную. Кристин Куинн шагнула вперед, чтобы преградить ему путь, и, глядя в его глубокие черные глаза, спросила: «А как же дневной звонок?» Скайлер Джонс больше ничего не ответил, его глубокий взгляд встретился с взглядом Кристин Куинн. Кристин Куинн печально опустила глаза: «Говард Джеффри объяснил мне причину вашего спора». «Сначала я приму душ, потом поговорим». «Нет, давайте сразу проясним: я не вынесу холодной войны с вами». Скайлер Джонс нежно обнял Кристин Куинн за плечи, его магнетический голос мягко произнес: «Я не собираюсь тебя игнорировать…» «Но ты на меня злишься». Пальцы Скайлер Джонс на ее плечах слегка напряглись. Кристин Куинн внезапно обняла Скайлер Джонс, закрыла глаза, и из ее хриплого голоса вырвалось: «Оверски, я никогда не доверяла Говарду Джеффри больше, чем тебе… Мы с Говардом как брат и сестра; он заботился обо мне годами, поэтому, естественно, я на него полагаюсь. Но я понимаю, что моя зависимость от него носит семейный характер; моя любовь к тебе превосходит все». Скайлер Джонс медленно обнял Кристин Куинн, притянув её к себе. "В моём сердце всегда была ты; за все эти годы это нисколько не изменилось." Скайлер Джонс поцеловал Кристин Куинн в макушку: «Прости, я был слишком мелочен…» Кристин Куинн подняла глаза и пристально посмотрела на него: «Это я должна извиняться; я во многом не учитывала твои чувства, но я от природы не очень внимательна к деталям, поэтому, пожалуйста, не держи на меня зла». «Глупышка, как я могу тебя за это винить?» Сказав это, Скайлер Джонс осторожно отпустила Кристин Куинн и направилась к двери. Кристин Куинн не понимала, что делает Скайлер Джонс, но когда он вернулся, она увидела его с прекрасным букетом роз в руках. Кристин Куинн была удивлена. Скайлер Джонс уже держала букет раньше Кристин Куинн: «Дорогая, прости меня за мой тон сегодня днем ​​и за то, что я не отвечала на твои звонки; надеюсь, этот букет поможет мне заслужить твое прощение». Кристин Куинн взяла цветы, на глазах у нее навернулись необъяснимые слезы, она отложила цветы в сторону и бросилась ему в объятия. Скайлер Джонс крепко обняла Кристин Куинн, вдыхая аромат ее шеи и чувствуя себя очень довольной. Спустя долгое время, когда они медленно отпустили друг друга, Кристин Куинн уже улыбнулась сквозь слезы: «Ты ужасен… постоянно заставляешь меня плакать». "Кристин…" "Да?" Кристин Куинн прекратила свой детский жест — вытирание слез, — и посмотрела своими прекрасными, полными слез глазами на Скайлер Джонс. «Почему вы так поступили с Нонтой?» ---------- Глава 902-465: Дополнительная история: Она чувствует себя ужасно Когда он начал говорить, у нее уже возникло предчувствие, что он собирается спросить об этом. Кристин Куинн встретила глубокий взгляд Скайлер Джонс и честно ответила: «Это называется бороться с огнём огнём». Скайлер Джонс прищурился, ожидая, что она продолжит. — Ты знаешь? — Кристин пристально посмотрела на Скайлер. — Тот браслет, который мы выставили на аукцион в благотворительных целях, она купила за восемьдесят миллионов… Она утверждает, что хочет разорвать с тобой все связи и постоянно говорит, что не разрушит наши отношения, но при этом неоднократно, намеренно или ненамеренно, вступает с тобой в связь… Мне кажется, она делает это специально, покупает браслет, чтобы предупредить меня, что не собирается от тебя отказываться, и я не могу с ней бороться. «Ты слишком много об этом думаешь, Кристин…» «Больше ничего не говори. Если продолжишь, мне покажется, что ты на стороне Дженнифер Дуглас, хотя я знаю, что это не так». Скайлер нежно обнял Кристин за талию. «Я просто хочу, чтобы ты подумала об этом рационально». Кристин резко оттолкнула Скайлер. "Ты думаешь, я сошла с ума?" Скайлер шагнула вперед, чтобы снова обнять Кристин. «Сначала послушай меня». Кристин сердито посмотрела на него и в раздражении прикусила губу. Скайлер тихо сказала: «На самом деле, тебе не нужно беспокоиться о Дженнифер Дуглас, потому что в моем сердце она никогда не сравнится с тобой. Зачем тратить на нее время?» «Это она не хочет отпускать; она все это время строила козни». «Кристин, с тех пор как ты рассказала мне о ее намерениях, я следил за ней, и ничего подозрительного не обнаружил». «Это потому, что она слишком коварна». «Вы уверены, что можете судить, полагаясь только на интуицию?» В этот момент Кристин медленно убрала руку Скайлера со своей талии, нахмурила брови, пристально посмотрела на него и, недоверчиво отступив назад, произнесла: «Похоже, я снова оказалась в твоих глазах мелочной и неразумной личностью…» «Я не это имел в виду…» «Это именно то, что ты имела в виду!!» — воскликнула Кристин. «Даже если я веду себя неразумно, ну и что? Теперь перед ним постоянно появляется женщина, у которой были скандалы с моим мужем, и которой он очень доверяет, со своими различными жалобами. Я терпеть не могу ее притворство и хочу, чтобы она полностью держалась подальше от моего мужа. Разве я не права?» «Я не говорю, что вы не правы, но вы могли бы обсудить это со мной… Я сказал, что вы можете на меня рассчитывать, и я помогу вам решить эту проблему». Хрупкое тело Кристин прижалось к холодной стене, она издалека смотрела на нежное и терпеливое выражение лица Скайлер, чувствуя, как в сердце разливается слабая боль. «Скайлер Джонс, признай, ты не можешь полностью отпустить Дженнифер Дуглас… Если бы я сказала тебе, что хочу, чтобы Дженнифер совсем ушла от тебя, ты бы смогла вынести мысль, что она больше никогда не появится перед тобой? Нет, не сможешь…» "Кристин!!" — голос Скайлер стал тяжелым. — "Перестань вести себя неразумно." «Да, я мелочная, я неразумная. В глубине души я уже не та Кристин Куинн, какой была раньше». С этими словами Кристина повернулась и побежала к двери. Но как только Кристин повернула дверную ручку, Скайлер быстро шагнула вперед и крепко обняла Кристин. "Прости…" Кристин изо всех сил пыталась вырваться из объятий Скайлер. "Уходи… Я не хочу тебя видеть… ты плохая девчонка…" Она с силой ударила его кулаком в грудь, слезы обиды неудержимо текли из ее глаз. Скайлер молча наблюдал за Кристин, позволяя ей изливать на него свои чувства, пока она не устала больше сопротивляться. Только тогда он отпустил её и обнял. "Прости…" Увидев её слёзы, он растерялся и мог лишь неоднократно выражать сожаление и целовать её, чтобы успокоить её. Кристин слабо прижалась к Скайлер, рыдая: «Я знаю, что просить Говарда Джеффри помочь мне разобраться с Дженнифер Дуглас было не лучшей идеей, но я никогда не собиралась разрушать «Нонту». Я просто хотела, чтобы кто-то нашел способ занять «Нонту», потому что пока «Нонта» занята, у отца и дочери Дугласов не будет времени на мелкие проделки за нашей спиной… Я никогда не ожидала, что этот человек придумает план, как украсть деньги «Нонты», что чуть не приведет к краху компании из-за проблем с денежным потоком… Я не была настолько злонамеренной; я просто хотела защитить свою семью…» ---------- Главы 903–465: Дополнительно: Она страдает (2) Увидев заплаканное лицо Кристин Куинн, сердце Скайлера Джонса сжалось от боли, он не знал, какие слова могли бы ее утешить, и мысленно винил себя за то, что так ее расстроил. Внезапно Кристин Куинн оттолкнула его, с трудом вытерла слезы с уголков глаз и лица, с трудом сдержала рыдания и сказала: «Я „причинила вред“ Дженнифер Дуглас, но разве ты ей тоже не помог?» Сказав это, Кристин Куинн без малейшего колебания холодно улыбнулась и вышла из комнаты. Кристин Куинн вошла в детскую. Мари крепко спала и не просыпалась от ее движений. Она заперла дверь за собой, крепко прислонилась к ней, ее глаза, блестящие от слез, были полны отчаяния и пустоты. Сзади раздалось несколько стуков в дверь, и ей не нужно было гадать, кто это. Кристин Куинн не открыла дверь, ее тело медленно сползло вниз, прижавшись к ней. Спустя несколько секунд стук прекратился, и весь мир, казалось, снова погрузился в тишину. Она прислонилась к двери, обняв колени, и по ее щекам текли беззвучные слезы. Сердце так мучительно болело… Почему он всегда поддерживает Дженнифер Дуглас? Почему она стала такой неразумной? Она не чувствовала, что сделала что-то не так, она просто хотела защитить свою семью… Дженнифер Дуглас молода, красива, образована и грациозна, но у неё нет ничего… Её внешность и молодость увяли, её образование ничто по сравнению с дипломом Дженнифер Дуглас, полученным в университете XX; ей не хватает грации, в то время как врождённое благородство и уверенность Дженнифер Дуглас, кажется, идеально соответствуют ему… Когда рядом с ним появляется такая замечательная женщина, как она может совсем не волноваться, несмотря на его неоднократные признания в любви? Даже если ему на самом деле было всё равно на эту женщину, он неоднократно говорил ей в её присутствии, что доверяет Дженнифер Дуглас… Если ее доверие к Говарду Джеффри основано на том, что Джеффри заботился о ней как о члене семьи более десяти лет, то откуда у него доверие к Дженнифер Дуглас? Очевидно, это доверие проистекает из его привязанности, которая является подсознательным всплеском эмоций у человека, поэтому, даже если он сдерживается, даже если он не хочет в этом признаваться, привязанность все равно существует… С того самого момента, как он сказал ей: «Она изменилась», она поняла, что больше не та женщина, которую он когда-то любил всем сердцем… Раньше она думала, что даже если он любил её прежнюю, пока она оставалась собой, оставалась рядом с ним, этого было достаточно. Но сегодня она поняла, что, возможно, причина, по которой он считал, что она изменилась, заключалась в том, что его сердце покорила другая женщина… На самом деле, в это время она также думала: если Дженнифер Дуглас скроет тот факт, что она беременна от него, то если он узнает, как он возьмет на себя ответственность за Дженнифер Дуглас? Действительно ли это хороший выбор — снова гулять с ним вместе? Тринадцать лет боли и упущенных возможностей не так-то легко наверстать… Возможно, судьба их любви оборвалась тринадцать лет назад… Когда Кристин Куинн рано утром вышла из детской, она никак не ожидала увидеть Скайлер Джонс за дверью. По всей видимости, он не спал всю ночь и был одет в ту же одежду, что и прошлой ночью. После ночи, проведённой в эмоциональном успокоении, настроение Кристин Куинн значительно улучшилось; она больше не спорила со Скайлер Джонс и сразу же вернулась в их номер. Скайлер Джонс вошла в комнату вслед за Кристин Куинн, очевидно, тоже много размышляя за ночь. Кристин Куинн стояла у кровати, смотрела на него и спокойно сказала: «Я хочу поговорить с тобой по-настоящему». Скайлер Джонс подошла к Кристин Куинн и слегка кивнула. «Скайлер, скажи мне честно, кто я в твоем сердце?» Кристин Куинн пристально смотрела на Скайлера Джонса, наблюдая за каждым едва уловимым выражением его лица. Скайлер Джонс протянула руку, намереваясь обнять Кристин Куинн за плечи, но та отступила назад: «Тебе не нужно учитывать мои чувства, просто скажи это». Скайлер Джонс медленно опустил руку, уставившись на решительное лицо Кристин Куинн. Скайлер Джонс вдруг покачал головой: «Я не могу сказать». «Просто скажи мне правду», — сказала она. Скайлер Джонс усталыми глазами посмотрела на Кристин Куинн: «Она бунтарка, но рассудительна, беззаботна, но вдумчива, невинна, добра, послушна, не строит козней, не обременена заботами, использует смех, чтобы справиться с разочарованиями реальности, стойка, обаятельна». Слова застряли у нее в горле, и она спросила: «И что теперь?» Он не ответил. Она пристально посмотрела на него: «Неужели я сейчас так сильно отличаюсь от себя в прошлом?» «Не хочу врать, Кристин…» — голос Скайлер Джонс был слегка хриплым, — «Мы обе игнорировали изменения, произошедшие со временем». «Значит, когда ты подошла ко мне и сказала, что любишь меня, ты и представить себе не могла, что я буду в таком состоянии сегодня, правда?» Молчаливый ответ Скайлер Джонс явно дал Кристин Куинн ответ. Кристин Куинн смотрела в глаза Скайлер Джонс, которые начали гореть, и слезы тихонько навернулись ей на глаза… К счастью, размышления, проведенные ночью, позволили ей справиться с болью в тот момент; она мягко улыбнулась, прикрыв рот рукой, и засмеялась так, словно плакала. "Кристин…" «Не приходи». Кристин Куинн отвернулась, глядя в прозрачное окно от пола до потолка, с затуманенными слезами глазами. «Спасибо, что сказала правду…» Несмотря на то, что он стоял так близко к ней, у него не хватило смелости подойти ближе; их разделяло небольшое расстояние, и он увидел ее хрупкий силуэт, одинокий и побежденный. Слезы текли ручьем, но слова, произнесенные ею после ночи раздумий, были спокойны: «Мари скоро проснется; я не хочу, чтобы она видела нас такими… иди в компанию, мне нужно немного тишины и покоя». Скайлер Джонс не ответил. Кристин Куинн тоже больше ничего не сказала. Спустя некоторое время Кристин Куинн услышала размеренные шаги удаляющихся людей и тихое закрывание двери. Убедившись, что он ушел, Кристин Куинн наконец обернулась и посмотрела на дверь, через которую он вышел. Ее взгляд был пустым, словно она все еще подавляла боль… Обернувшись, она слабо села на край кровати, слезы одна за другой капали на безупречно чистое одеяло. Скайлер Джонс сидел в машине, и его мысли были заняты хрупкой фигурой Кристин Куинн, стоящей у окна от пола до потолка. "Похоже, это я заставляю тебя чувствовать себя расчетливой… если это так, почему ты до сих пор со мной?" «Похоже, я снова стал в ваших глазах мелочным и неразумным человеком…» ---------- Главы 904–466: Дополнительная история: Провокация Дженнифер Дуглас 1 «Да, я мелочная, я создаю проблемы из ничего. Короче говоря, меня нельзя сравнивать с Дженнифер Дуглас. В ваших сердцах я уже не та Кристин Куинн, что прежде». Её слова эхом отозвались у него в ушах, и он вдруг резко взмахнул кулаком и сильно ударил по рулю. Он не чувствовал боли; он тяжело облокотился на сиденье. Он её любит? Без сомнения. Но почему он больше не может найти в ней эти глубокие, пленительные качества? Он прекрасно понимает, что отчуждение между ними вызвано не присутствием Дженнифер, а тем, что годы, прошедшие с тех пор, сильно изменили их обоих… Однако он думал, что никакие перемены не повлияют на их любовь, потому что, пока они будут хранить свою веру, ничто не сможет помешать им любить друг друга. Но только вчера он понял, что на самом деле они не счастливы вместе… За эти дни, проведенные вместе, им так и не удалось обрести желаемую мирную и комфортную жизнь; чаще всего они проводили время в сомнениях и недоверии… Он чувствует сильную усталость, сильную усталость… Почему они эволюционировали до такого способа взаимодействия, как сегодня? Если и в будущем всё будет так же, то какой смысл им быть вместе? Будущее… Как им пройти через это? Тук-тук. В дверь постучали. Кристин Куинн сдержала эмоции и спокойно сказала: «Входите». Мари заглянула в комнату, увидела Кристин Куинн, сидящую в одиночестве у окна от пола до потолка, и подбежала обнять ее: «Мамочка, почему ты одна в комнате?» Кристин взяла Мари за руку: «Разве мама не говорила тебе сегодня утром? Маме немного нездоровится». Мари прикоснулась к лбу Кристин: «Не жарко, всё ещё так холодно». Кристин тихонько усмехнулась: «Глупышка, плохое самочувствие – это не только температура…» Мари принесла стул и села рядом с Кристин. — Тогда в чем именно ваше недомогание? «Иногда люди не могут точно сказать, где именно они плохо себя чувствуют, но это просто так есть». "О… Тогда почему ты не спишь?" «Мама не хочет спать». «Тогда я позвоню папе, и он отвезет маму в больницу». «Не нужно, с мамой все в порядке… Иди играй!» Мари покачала головой, прижавшись к плечу Кристин: «Мамочка, тебе плохо, я останусь здесь с тобой». Часто говорят, что дочь — это маленькая, уютная, хлопковая стеганая курточка для своей матери, и Кристин наконец-то это чувствует. «Мари, разве мама тебе не говорила, что с мамой все в порядке?..» "Что?" — Мари удивленно посмотрела на Кристин. — "Мамочка, у тебя больше не болит сердце?" Кристин кивнула: «Да, в прошлый раз в больнице врач сказал, что мама уже восстановилась до наилучшего послеоперационного состояния. В будущем я не буду оставлять тебя одну…» Голос Мари дрожал: «Хорошо, что с тобой все в порядке, мамочка… Ты не представляешь, как я раньше за тебя волновалась». Мари крепко обняла Кристин, давая ей понять, как сильно она на нее полагается. «Прости, что заставила тебя волноваться». Кристин поцеловала дочь. Мари также страстно поцеловала Кристин в лицо, по-детски улыбаясь сквозь слезы: «Теперь мне больше не нужно беспокоиться, в будущем наша семья из трех человек сможет быть вместе каждый день». «Мари…» — внезапно глубоко позвала дочь Кристина. Мари посмотрела на Кристин сияющими глазами и спросила: «Хм?» «Мама хочет тебе кое-что сказать, но после того, как ты выслушаешь, ты должен вести себя как взрослый, чтобы мама успокоилась». «Не волнуйся, мамочка, я уже взрослый. Я не дам тебе волноваться… Давай, что случилось?» — рассудительно спросила Мари. Кристин посмотрела на невинное личико дочери и медленно произнесла: «За это время, проведенное с твоим папой, мама поняла, что между нами много неразрешимых проблем, мама очень устала, и она знает, что твой папа тоже устал…» «Мамочка?» — Мари, казалось, почувствовала некоторую неуверенность в словах Кристин и нерешительно спросила: «Устала, потому что у вас не складываются отношения?» Кристин кивнула: «Ты же знаешь, что мама и папа уже много лет не вместе, потому что мы оба сильно изменились, поэтому некоторые вещи еще не совсем приспособились…» «Тогда ничего страшного, если ты будешь приспосабливаться постепенно!» Дети всегда думают, что проблема проста. «Но некоторые изменения нельзя скорректировать…» Мари недоуменно наклонила голову: «Что нельзя отрегулировать?» «Например, твоему папе нравится, когда мама носит белые платья, а теперь мама предпочитает носить футболки и джинсы; например, твоему папе нравится, когда у мамы распущенные волосы, а теперь мама предпочитает их собирать в пучок…» ---------- Главы 905–466: Дополнительно: Раздор Жэнь Цинлэ в Discord 1_2 «Мама, ты хочешь сказать, что папе не нравится, какая ты сейчас?» «Нет, мама хочет сказать тебе, что даже если бы мама носила те же белые платья, что и раньше, распускала волосы или делала то, что папа любил делать, мама больше не может этого делать, потому что она изменилась. Мама иногда может носить белые платья, но теперь она предпочитает повседневную одежду. Мама может распускать волосы, но ей комфортнее с собранными в пучок волосами… Мама имеет в виду, что мама изменилась и, возможно, уже не тот человек, который нравился папе, но мама не может вернуться к тому, кем была раньше, поэтому папе и маме очень тяжело быть вместе…» Хотя ей было всего тринадцать лет, и она была еще недостаточно зрелой, она все же поняла, что хотела сказать ей мать. Мари нежно прикоснулась к доброму лицу матери и мудро сказала: «Мамочка, на самом деле, даже несмотря на то, что вы с папой хорошо ладили, я часто слышала, как ты с ним ссорилась… Прошлой ночью я знала, что ты всю ночь провела в моей комнате». Кристин удивилась: «Мари…» «Мамочка, я никогда не видела, чтобы ты плакала, но прошлой ночью я слышала, как ты громко плакала. Знаю, папа, должно быть, снова тебя расстроил…» Кристин взяла за маленькую ручку Мари: «На самом деле, мама тоже разочаровала и огорчила твоего папу». «Но это папа думает, что мама изменилась, мама не думает, что папа изменился…» Кристин молча опустила голову и, спустя долгое время, сказала: «В любом случае, какой бы путь ни выбрали папа и мама в будущем, Мари, ты должна вести себя как взрослая и понимать решения папы и мамы». Мари послушно кивнула: «Хорошо». Днем. Скайлер Джонс вышел из машины и увидел свою дочь, ожидающую его рядом, неизвестно с какого времени. Скайлер тут же передала машину Джастину и пошла к дочери. «Папа», — ласково позвала Мари. Скайлер обнял дочь за плечо: «Почему ты здесь стоишь?» Мари держалась за руку отца: «Я ждала, когда папа вернется». "А где мама?" «Мама спит в комнате». "Спит?" Скайлер нахмурилась: «Она не выходила всё утро?» «Хм, мама сказала, что плохо себя чувствует». «Она сказала, где именно ей стало плохо?» «Она сказала, что у нее плохое самочувствие из-за проблем с сердцем». Скайлер внезапно остановился и нервно посмотрел на дочь: «У твоей мамы проблемы с сердцем?» Мари покачала головой и указала на свое сердце: «Это у нее сердце болит». Скайлер присел на корточки, обнимая стройное тело дочери: «Твоя мама тебе что-нибудь сказала?» «Мама почти ничего не сказала, только то, что папа чувствует, что мама изменилась». "Что-нибудь еще?" «Мама больше ничего не сказала… Папа, ты больше не хочешь быть с мамой? Ты больше не любишь маму?» Скайлер искренне сказала: «Мари, папа никогда не говорил, что не хочет быть с твоей мамой, и папа не перестал любить твою маму». «Тогда почему вы поссорились вчера вечером?» «Папа и мама не ссорились…» — уговаривала Скайлер. Мари с тревогой посмотрела на него: «Да, мама спала прошлой ночью в моей комнате». Скайлер терпеливо объяснила: «Мари, ссоры между супругами — это нормально, но это не значит, что папа не хочет быть с твоей мамой». "Папа…" — Мари протянула руку, обнимая Скайлер за шею, — "Мама так много работала, заботясь обо мне одна. Даже несмотря на то, что дядя Джеффри был рядом, она часто говорила мне, что не хочет беспокоить дядю Джеффри…" "Я знаю." «Папа, вообще-то, Мари уже повзрослела. Если папа и мама действительно не могут быть вместе, Мари не хочет, чтобы ты заставлял их быть вместе только ради меня. Мари просто надеется, что вы с мамой будете счастливы. Меньше всего мне хочется видеть маму грустной». Мари честно рассказала отцу о своих истинных мыслях. Услышав слова дочери, Скайлер замолчала, долгое время не в силах успокоиться. Напряженность между Кристин и Скайлером Джонсом не распространялась на других. В глазах миссис Джеффри, как и других, отношения Кристин и Скайлера ничем не отличались от обычных. За ужином Кристин по-прежнему хорошо ладила с миссис Джеффри и Ребеккой Квентин, а Скайлер оставалась такой же молчаливой и замкнутой, как и прежде, поэтому посторонние не могли заметить никаких признаков разногласий между ними. Мари также проявила благоразумие, не желая, чтобы миссис Джеффри волновалась, поэтому она не рассказала ей о ситуации с ее родителями. После ужина все разошлись по своим комнатам… Вернувшись в комнату, Кристин не стала разговаривать со Скайлером и не пыталась его избегать. Как только она вошла в комнату, она сразу же направилась в ванную. После душа Кристин увидела Скайлер, сидящую на диване, с сигаретой в руке и смотрящую на нее глубоким взглядом. Кристин подошла к комоду, чтобы высушить волосы. На самом деле ей хотелось ему многое сказать, но она не знала, с чего начать. В ней скверно было чувство гордости, она не хотела говорить первой. Скайлер посмотрела на нее, но тоже ничего не сказала. Наконец, высушив волосы, Кристин, не раздумывая, забралась в постель. Она не позволяла себе слишком много думать, потому что чрезмерное обдумывание только усугубит и без того тревожное состояние… Поскольку он чувствует, что она изменилась, поскольку она больше не та Кристин Куинн, которую он когда-то любил, дальнейший путь — это его выбор… Она однажды его подвела, поэтому не бросит его, если только однажды он сам прямо не скажет ей, что больше не хочет её видеть рядом. Она должна признать, что действительно изменилась и никогда не сможет вернуться в прошлое. Если он почувствует, что именно с этой версией её он сможет провести всю жизнь, она останется такой же непоколебимой, как и прежде. Но если он почувствует, что есть кто-то более подходящий для неё, она не будет настаивать… Дальнейший путь — за ним. Она больше не будет вести себя неразумно и мелочно. Если он хочет полностью ей доверять, то и она будет полностью доверять ему, надеясь, что все нынешние несчастья исчезнут… Они так много работали, чтобы начать все заново, она не хочет вот так сдаваться. Закрыв глаза, Кристин подумала: если он первым заговорит, она ответит… ---------- Глава 906–467: Дополнительная история: Провокация Дженнифер Дуглас 2 Она не хотела, чтобы между ними разгорелась холодная война. Кристин Куинн никак не ожидала, что после того, как Скайлер Джонс выкурит несколько сигарет, он зайдет в ванную. Пока Скайлер Джонс принимала душ в ванной, Кристин Куинн лежала с открытыми глазами, уставившись в потолок. Ее взгляд был несколько растерян, поскольку она не могла понять, о чем думает Скайлер Джонс. Честно говоря, ее сердце переполняла тревога; она боялась, что сегодня все действительно закончится. Наконец, когда Скайлер Джонс закончил принимать душ, Кристин Куинн быстро закрыла глаза, ожидая, что он подойдет и обнимет ее или разрядит напряжение между ними. Неожиданно, после душа, Скайлер Джонс вышла из комнаты. Услышав тихий звук закрывающейся двери, Кристин Куинн внезапно поднялась с кровати. Кристин Куинн долгое время стояла в оцепенении, глядя на уже закрытую дверь. Внезапно Кристин Куинн надела ночную рубашку, встала с постели и открыла дверь, чтобы поискать его. Спросив слугу и узнав, что он находится в кабинете, она немедленно направилась туда. Дверь кабинета была слегка приоткрыта, и она увидела его, откинувшегося на спинку стула с закрытыми глазами и выглядевшего изможденным. Ее сердце сжималось от боли, потому что в ее памяти никогда не было видно его таким уставшим. На самом деле, он был прав. Он сказал, что она изменилась, и это действительно так. Ей не стоит на него злиться; в конце концов, он был с ней честен. Вспоминая последние дни, я понимаю, что она действительно потратила слишком много времени на дела Дженнифер Дуглас… Сейчас, размышляя об этом, я думаю, что если бы она посвятила то время, которое она уделяла Дженнифер, тому, чтобы быть рядом с ним всем сердцем, возможно, они бы не оказались в этой ситуации. Поскольку она любила его, и он любил её, они должны суметь разрешить эти проблемы! Как раз когда Кристин Куинн собиралась войти в кабинет, у Скайлер Джонс внезапно зазвонил телефон. Затем Кристин Куинн вернулась за пределы кабинета. Конечно, Скайлер Джонс не знал, что Кристин Куинн находится совсем рядом. Ответив на звонок, он начал обсуждать рабочие вопросы с подчиненным в городе Y. Зная, что Скайлер Джонс будет занята деловыми переговорами, Кристин Куинн в конце концов вернулась в спальню одна. Она решила подождать его в комнате; она не хотела переносить напряжение на следующий день и не могла вынести холодной войны с ним. Кристин Куинн никак не ожидала, что, лежа прошлой ночью в постели и глядя в потолок в ожидании его возвращения, она в конце концов уснула… Очевидно, ссоры последних нескольких дней тоже ее измотали, поэтому она не смогла дождаться его возвращения. Проснувшись рано утром и не увидев его, она обыскала всю комнату и наконец нашла записку, которую он оставил для нее на прикроватной тумбочке. Она узнала его почерк; это был его собственный почерк. «Кристин, мне очень жаль, что, несмотря на мое обещание подарить тебе самые счастливые дни, я постоянно теряю для тебя чувство безопасности из-за себя… Но с трудом завоеванное новое начало между нами не должно быть разрушено этими мелкими неудачами. В конце концов, пережив такие серьезные бури в прошлом, мы никогда не сдавались, так что теперь нам следует проявить понимание и ценить друг друга, верно?» Я еду в город Y, чтобы заняться переездом штаб-квартиры компании в Нью-Йорк. Это может занять несколько дней, а может и больше месяца. За это время я надеюсь, что мы оба сможем ясно обдумать, как хотим двигаться вперед вместе в будущем — Оверски. Прочитав записку, Кристин Куинн быстро переоделась, привела себя в порядок и поспешила вниз. К утру все еще не проснулись, и только слуги были заняты уборкой виллы. Кристин Куинн срочно спросила дворецкого и узнала, что Скайлер Джонс уехал в Нью-Йорк еще прошлой ночью. Узнав о возвращении Скайлер Джонс в город Y, Кристин Куинн в полубессознательном состоянии вернулась в свою комнату. Она снова взяла записку и мельком взглянула на нее. По словам Скайлер Джонс, она поняла, что он не собирается отказываться от их отношений, но также почувствовала его усталость. Воспоминания о том, как он молча наблюдал за ней прошлой ночью, не говоря ни слова, причиняли ей глубокую боль. Она знала, что он хотел поговорить с ней прошлой ночью, но он понимал её упрямый характер, и, возможно, если бы он заговорил, это не успокоило бы её, а, возможно, ещё больше испортило бы их отношения, поэтому он ушёл спать прошлой ночью в кабинет… Откуда ему было знать, что она никогда не могла на него по-настоящему злиться… Однако, поскольку расставание было связано с его возвращением в город Y для организации переезда штаб-квартиры, возможно, это расставание станет для них поворотным моментом! Она надеялась, что по его возвращении их ждет самое прекрасное будущее. "Что? Зять вернулся в город Y прошлой ночью?" ---------- Главы 907–467: Дополнительная история: Провокация Жэнь Цинлэ 2_2 В полдень Ребекка Квентин была весьма удивлена, узнав, что Скайлер Джонс возвращается в Y City. Кристин Куинн повела себя как обычно: «Да, вы знаете, что в последнее время он занят переездом штаб-квартиры, ему приходится лично ехать в город Y, чтобы этим заняться». «Но ты же раньше об этом не упоминала… Кроме того, почему он так спешит? Разве он не должен взять тебя с собой, когда вернется?» «Он вернется через несколько дней». «Но вы готовы расстаться с ним?» «Мы не молодожены», — пробормотала Кристин Куинн. «Главное, что он готов расстаться, я действительно удивлена…» Кристин Куинн взглянула на сестру: «Эй, не позволяй своим мыслям снова блуждать…» Ребекка Квентин усмехнулась: «Как я смею дразнить тебя и твоего мужа? Я просто подшучиваю над тем, что вы двое расстались!» «Кстати, Бекка, у меня к тебе вопрос». «Давай, какой у тебя вопрос?» «Здесь неудобно разговаривать». С этими словами Кристин Куинн отвела Ребекку Квентин в неприметный уголок коридора. Заинтригованная скрытностью Кристин Куинн, Ребекка Квентин не могла не спросить: «Что это за осторожность?» Кристин Куинн смущенно посмотрела на него, ее лицо слегка покраснело: «Э-э… ​​вы знаете какие-нибудь противозачаточные таблетки, которые сохраняют свою эффективность через сорок восемь часов?» "Хм?" — Ребекка Квентин сначала не совсем поняла слова Кристин Куинн. — "Сестра, о чём ты говоришь, о контрацепции? Ты используешь контрацепцию?" "Да." «Почему вы до сих пор используете контрацептивы? Врач сказал, что с вашим организмом все в порядке, и если вы будете хорошо заботиться о себе, то рождение ребенка не должно стать проблемой!» Кристин Куинн неловко сказала: «Мари уже так выросла, я не могу завести еще одну». «Ваш муж не хочет еще одного ребенка?» «Это решение мы приняли вместе, мы считаем, что Мари достаточно, ведь у Джеффри уже есть Эндрю, который продолжит семейную линию». «Хорошо, тогда решение о рождении детей — это ваше личное дело, решение вашей пары». «Да… Так существуют ли противозачаточные таблетки, эффективные по истечении сорока восьми часов?» «Похоже, что в аптеках за пределами города он есть». «Тогда я пойду и куплю его». "Пусть слуга купит это для тебя!" «Нет, боюсь, слуга расскажет маме, ведь мама всегда хотела, чтобы у нас со Скайлер был ещё один ребёнок». «Сестра…» — Ребекка Квентин внезапно обняла Кристин Куинн, которая уже собиралась уйти, и тихо сказала: «На самом деле, я думаю, что рождение еще одного ребенка может быть хорошим решением для вас и вашего мужа… Подумайте об этом: когда вы были беременны Мари, вашего мужа не было рядом. Он не знает, насколько тяжелой была ваша беременность, и не знает, как легко вам воспитывать ребенка одной. А если бы вы были беременны, и ваш муж был бы рядом, чтобы заботиться о вас, вы бы чувствовали себя по-настоящему счастливой, и он был бы очень доволен тем, что находится рядом с вами. Это помогло бы укрепить ваши чувства». Кристин Куинн печально опустила голову: «Он не говорил со мной о том, что хочет детей». «Конечно, ваш муж об этом не упомянет, ведь ваше здоровье и раньше было неважным!» «Как думаешь, если я забеременею, Скайлер будет счастлива?» «Конечно, достаточно взглянуть на Говарда Джеффри… Каждый день он приходит домой, чтобы подержать на руках свою маленькую дочку, и даже Эндрю ему завидует!» Кристин Куинн усмехнулась, постепенно проявляя некоторые эмоции. «Хорошо, не ходи покупать лекарство, если случится, значит, случится, просто сделай сюрприз для мужа…» "Но…" «Никаких „но“, поверьте, если это действительно произойдёт, ваш муж будет очень счастлив». Город Y. Глубокой ночью, в огромном офисном здании, один остался только Скайлер Джонс. Думая о том, что придется вернуться домой и обнаружить себя в холодном помещении, он предпочел остаться в офисе. Окно от пола до потолка позади него отражало потемневший ночной пейзаж города, отчего он казался еще более одиноким. Внезапно он схватил телефон и наконец набрал ее номер. Он думал, что с её характером она продолжит дуться на него, но, к его удивлению, она быстро откликнулась на его зов. "Привет…" Услышав её голос, он, подавленный, вздрогнул и с радостью поправил позу: «Кристин!» «Должно быть, уже поздно, ты еще не легла спать?» — голос Кристин Куинн был мягким, в нем чувствовалось едва уловимое волнение. «Я всё ещё работаю в этой компании». "Вы всё ещё в компании допоздна? На работе действительно очень много работы?" «Нет, я не хочу домой… Дома только я, мне холодно и пусто». «А разве у вас нет слуг? Вы ведь тоже раньше жили одни!» «Но я уже привык к тому, что ты рядом со мной». Скайлер Джонс выразил свою тоску и хотел передать все свои чувства. Кристин Куинн пробормотала: «И все же ты поехала в город Y одна?» «Я боялась, что вы не захотите меня видеть… Плохие эмоции негативно влияют на здоровье». «Я не не хотела тебя видеть, я намеревалась поговорить с тобой в тот вечер, я не могла вынести разочарования до следующего дня…» «Кристин, ты серьёзно?» — взволнованно спросила Скайлер Джонс, едва веря своим ушам. «Я когда-нибудь тебе лгал?» По телефону Скайлер Джонс был вне себя от радости, на его обычно не улыбающемся лице наконец-то появилась едва заметная улыбка, а его магнетический голос охрип, когда он прошептал: «Мне очень не хватает возможности быть рядом с тобой в этот момент». «Не надо, займись переездом головного офиса компании, а потом возвращайся!» «Я вернусь как можно скорее». "Хорошо." Скайлер Джонс поцеловал её по телефону: «Моя любовь остаётся неизменной». Его обещание, очевидно, затронуло самые глубокие и хрупкие струны её души, и ей потребовалось некоторое время, чтобы ответить: «Если ты не оставишь меня, я не оставлю тебя, ведь в будущем мы состаримся вместе». "Хорошо." «Я буду ждать твоего возвращения». "Хорошо." "Спокойной ночи." "Спокойной ночи." Перед завершением разговора она поцеловала его на прощание по телефону. Он улыбнулся, положив трубку, тень на его лице исчезла, словно все проблемы были решены. Внезапно Скайлер Джонс снова взял телефон и набрал еще одну последовательность цифр. Его голос, как обычно, стал серьезным: «Как продвигается расследование?» Его подчиненный на другом конце провода сказал: «Мы нашли этого человека, он признался, что взял деньги у женщины, а также сказал, что женщина просто хотела, чтобы они доставили небольшие неприятности Чарльзу Дугласу и его дочери, но это не причинило бы особого вреда интересам Нонты…» Скайлер Джонс холодно откинулся на спинку стула, его острые черные глаза сузились в линию. "Раз это всего лишь мелкие неприятности, почему Нонта чуть не упал в обморок?" ---------- Главы 908–468: Дополнительная история – В ожидании вашей любви «Потому что кто-то заплатил этому человеку еще большую сумму, велел ему осуществить идею мадам, но сделать из этого еще более масштабное событие — лучше всего, если это доведет Нонту до грани краха». Брови Скайлера Джонса были нахмурены, а выражение его лица становилось все мрачнее и мрачнее. Когда его подчиненный наконец назвал имя того, кто дергал за нитки, чтобы подставить Нонту и переложить вину на Кристин Куинн, в глазах Скайлера Джонса уже вспыхнула убийственная искорка. В следующую секунду из телефона, который только что соединила Скайлер, раздался тихий женский голос: «Оверски, я никогда не думала, что ты снова мне позвонишь». «Ваш актёрский талант впечатляет, Дженнифер Дуглас. Что же мне с вами делать?» "Что?" — Дженнифер говорила растерянно. — "О чём ты говоришь? Оверскай, я ничего не понимаю…" Скайлер холодно рассмеялась. «Подкупить кого-то, чтобы тот саботировал собственную компанию — даже я не рассматривала такой вариант. Неудивительно, что это не вызвало подозрений… Дженнифер Дуглас, ты действительно сделала большую ставку». Дженнифер явно была застигнута врасплох. "Ты…" «Если вы не хотите, чтобы люди знали, то лучше вообще этого не делать». Не имея больше никаких аргументов, Дженнифер наконец призналась после долгого молчания: «Да, я подкупила доверенное лицо моего отца, чтобы оно помогло мне это сделать… Дядя Ан следил за моим отцом столько лет, как он мог предать Нонту? Он взял деньги Кристин Куинн только потому, что хотел помочь мне обратить ее собственный план против нее…» «Дженнифер Дуглас, вы лучшая актриса, которую я когда-либо встречал. Но у таких женщин, как вы, каждая роль имеет свою цену». Дженнифер твердо ответила на другом конце провода: «Раз уж я это сделала, я не буду это отрицать. Но я не притворяюсь. Кроме этого раза, я никогда не думала о том, чтобы причинить боль Кристин Куинн. А причина, по которой я сделала это на этот раз, в том, что я ее ненавижу. Она постоянно называет меня притворщицей, но кто знает — настоящая притворщица — это она. Она постоянно говорит, как сильно тебя любит, но она… Она совершенно недостойна быть с тобой». Миссис Джеффри ясно чувствовала, что настроение Кристин Куинн заметно улучшилось за последние несколько дней. Рано утром миссис Джеффри попросила Кристин пойти с ней на прогулку в сад. Увидев сияющую, счастливую улыбку на лице Кристин, она почувствовала облегчение. «Оверски уже несколько дней как вернулся в город Y, не так ли?» Кристин кивнула. «Почти неделя». «Когда я увидела, как Оверски так поспешно ушел раньше, я испугалась, что между вами двумя возникла ссора. Теперь же, похоже, я слишком волновалась…» — сказала миссис Джеффри с улыбкой. Кристин искренне успокоила ее: «Мама, мы с Оверски не были вместе так много лет, поэтому, конечно, нам многое нужно пережить. Но мы многое пережили вместе, и мы обе очень ценим друг друга, поэтому, какие бы препятствия или неудачи ни встретятся, отныне мы будем встречать их вместе». Миссис Джеффри похлопала Кристин по руке. «То, что Оверскей вас принимает, — величайшее благословение в его жизни». Кристин покраснела и застенчиво улыбнулась. "Ах да, Кристин, в прошлый раз, когда я слышала, как Оверски упоминал о том, что собирается сыграть с тобой свадьбу. Вы уже определились с датой?" «Э-э, за всё это отвечает Oversky. Я тоже не знаю». "О… Раз он не назвал точную дату, полагаю, он хочет сделать вам сюрприз!" "Сюрприз?" «Да. Посмотри на свой день рождения…» — миссис Джеффри только начала говорить, как поспешно прикрыла рот рукой. — «Послушай, я просто ничего не могу скрывать». Кристин слегка улыбнулась. «Мама, а как же мой день рождения?» Миссис Джеффри с любовью посмотрела на нее. «Если я не ошибаюсь, послезавтра у тебя день рождения, не так ли?» Кристин была ошеломлена. "Мама, ты же понимаешь?" «Я никогда раньше не отмечал с тобой день рождения, поэтому не знал, что послезавтра у тебя день рождения. Я знаю дату, потому что подчиненный Оверски, Джастин, сказал мне об этом заранее. Он сказал, что они хотят использовать особняк Джонсов на один день послезавтра, потому что Оверски приготовил для тебя очень романтический сюрприз на день рождения». Выражение лица Кристин было изумленным, губы слегка приоткрыты. "Сюрприз на день рождения?" «Да, Оверский готовил это уже давно, тайно умоляя нас о сотрудничестве. А я вот взял и разрушил его секрет своим болтливым ртом, который ничего не может скрыть». Значит, он все-таки вспомнил о ее дне рождения… Она думала, что спустя более десяти лет он давно бы всё забыл. Думая о том, как он все это время планировал для нее сюрприз на день рождения, Кристин не могла не почувствовать легкое волнение. Он остался тем же человеком, что и прежде… Не силён в словах, но тихо и незаметно всё организует за кулисами. Кристин слегка улыбнулась, на ее лице читалась радость. «Кристин, теперь, когда ты знаешь, сюрприз исчез. Оверски будет винить меня…» — тревожно спросила миссис Джеффри. Кристин рассмеялась. «Мама, все в порядке. Я притворюсь, что ничего не знаю, и буду сотрудничать с Оверским, чтобы он меня удивил». ---------- Главы 909–468: Дополнительная история: В ожидании твоей любви (2) Миссис Джеффри кивнула: «Да, в тот день нас всех не будет, так что дома останетесь только вы со Скайлер…» "Это нормально…?" «Конечно, это важно. В такой романтический момент мы не хотим быть лишними. Вы со Скайлер должны ценить это чудесное время!» Кристин Куинн застенчиво кивнула. Свекровь и невестка продолжили свою утреннюю прогулку в прекрасное утреннее время. В мгновение ока наступил день рождения Кристин Куинн. В этот день Ребекка Квентин и Кристин Куинн оставили своих детей и вместе отправились за покупками в город. И Ребекка Квентин, и Кристин Куинн были в хорошем настроении, поэтому шопинг доставил им исключительное удовольствие. К счастью, они быстро купили много всего, и их телохранители были рядом, чтобы помочь им донести сумки. Во время перерыва в кафе Ребекка Квентин с улыбкой сказала Кристин Куинн: «Сестрёнка, ты рада романтическому сюрпризу на день рождения, который твой муж для тебя приготовил?» «Как бы романтично это ни было, это не сравнится с твоим Говардом. Он – воплощение идеального мужа». «Правда? Мне кажется, твой муж более внимательный и заботливый, чем Говард… по крайней мере, Говард никогда не устраивал мне сюрпризы на день рождения». "Может, мне напомнить Говарду об этом в следующий раз?" «Ах!» — воскликнула Ребекка Квентин. — «Не нужно, это будет совсем не весело». Кристин Куинн усмехнулась: «Тогда не дразни меня больше…» «Ладно, ладно… давайте поговорим о чём-нибудь серьёзном». «Что случилось?» — Кристин Куинн отпила глоток кофе. Ребекка Квентин наклонилась и прошептала Кристин Куинн на ухо: «Когда твой муж вернется завтра, убедись, что он не торопится, потому что вы оба можете насладиться всей ночью без контрацепции…» Подумав, что Ребекка Квентин говорит серьезно, Кристин, услышав ее слова, покраснела от смущения и сердито посмотрела на сестру: «Ребекка Квентин!!» Ребекка Квентин проигнорировала ее и продолжила грациозно потягивать кофе. В разговоре сестер царила такая радость. Допив кофе, Кристин Куинн и Ребекка Квентин взялись за руки и вышли из кафе. В ожидании водителя сёстры продолжали болтать. Но внезапно Ребекка Квентин прервала разговор и замерла, уставившись на отель через дорогу. Кристин Куинн тоже замолчала, улыбнулась и посмотрела в сторону Ребекки: «Что случилось? Что ты видела?» Ребекка Квентин недоуменно нахмурилась и пробормотала: «Странно…» Не увидев ничего, Кристин Куинн снова обратила внимание на Ребекку: «Что случилось?» Ребекка Квентин сказала: «Мне кажется, я только что видела, как ваш муж выходил из отеля через дорогу…» Услышав слова Ребекки Квентин, Кристин Куинн тут же обернулась: «Вы, должно быть, ошибаетесь. Скайлер должна быть дома завтра…» «Да, если ваш муж вернулся, почему он оказался в отеле?» — Ребекка Квентин была не менее озадачена. «Вы, должно быть, неправильно всё поняли. Если бы он вернулся, он бы мне позвонил». «Возможно, потому что я его лишь мельком увидел, а позже заметил, как кто-то сел в машину, очень похожую на его обычную, поэтому я подумал, что это он…» «Хм, твой муж обязательно позвонит мне, если вернется». "Верно, давайте вернемся!" "Да, пошли!" В ту ночь Кристин Куинн не могла уснуть от волнения. Она никак не ожидала, что будет взволнована, как ребенок, и не сможет уснуть в предвкушении завтрашних сюрпризов… Кристин Куинн ворочалась в постели, очень скучая по Скайлеру, но не хотела ему звонить. Она воздержалась от звонка ему по двум причинам: во-первых, Скайлер был очень занят на работе, и она не хотела его беспокоить; во-вторых, она боялась, что во время сюрприза, который он для нее приготовил, она может случайно ему все рассказать. Поэтому, не давая себе уснуть из-за волнения, Кристин Куинн решила сделать маску для лица… Во время нанесения маски у нее внезапно зазвонил телефон. Думая, что это Скайлер, Кристин Куинн выбежала из ванной, с нетерпением хватая телефон. К сожалению, звонок поступил не от Скайлер, а от Джонатана Гибсона. Несмотря на некоторое разочарование, она все же была рада звонку от Джонатана Гибсона. "Привет…" «Кристин, это я». «Джонатан, я не ожидала, что ты позвонишь мне так поздно». «Через десять минут будет полночь, и я хотел заранее поздравить тебя с днем ​​рождения». Кристин Куинн была слегка удивлена; она не ожидала, что Джонатан Гибсон вспомнит о её дне рождения. Она вспомнила свой первый день рождения, который отмечала вместе с Джонатаном Гибсоном… Она до сих пор помнила милую плюшевую игрушку, которую он ей подарил, и которая тогда очень ее осчастливила. «Спасибо, что вспомнили о моем дне рождения». В голосе Кристин Куинн слышалась нотка эмоции. «Глупышка, между нами нет необходимости в такой формальности…» "Джонатан, у меня всё хорошо…" "Хм?" «Я пошла в больницу на обследование, и врач сказал, что сейчас я здорова и мне больше не нужно беспокоиться о том, что я проснусь завтра». "Я знаю." "Вы знаете?" — Кристин Куинн была ошеломлена. «Я знаю, что небеса позаботятся о тебе». Голос Кристин Куинн был слегка хриплым: «Я все еще хочу поблагодарить вас за то, что вы были со мной в самые тяжелые моменты. Без вашей поддержки и заботы я не представляю, как бы я справилась одна». «Я всегда буду рядом с тобой». "Джонатан, я…" «Ладно, уже поздно. На сегодня всё. Ложись спать пораньше и будь прекрасной именинницей». На самом деле, Джонатан Гибсон знал, что хотела сказать Кристин Куинн, но не дал ей продолжить. Кристин Куинн также знала, что Джонатан понял, что она хотела сказать, но она не могла заставить себя произнести слова отказа, и это усиливало ее чувство вины перед ним. «Хорошо, и ты отдохни». В конце концов, Кристин Куинн смогла сказать это только Джонатану Гибсону. Напомнив Кристин о необходимости беречь себя, Джонатан Гибсон завершил разговор. После того, как Кристин Куинн положила трубку, она долгое время прислонялась к изголовью кровати, испытывая глубокое чувство вины перед Джонатаном. Все, что она могла сделать, это мысленно пожелать ему всего хорошего. ---------- Глава 910-469: Дополнительно: Начало фотоскандала 1 На следующее утро Кристин Куинн проснулась отдохнувшей и в приподнятом настроении. Сегодня она надела белое платье, которое купила вчера во время шоппинга с Ребеккой Квентин, и даже сделала легкий макияж… Обычно она была прекрасна и без макияжа, но на этот раз, немного принарядившись, она выглядела еще более очаровательно. Стоя перед зеркалом, она с удовлетворением посмотрела на себя в зеркало и невольно представила себе прекрасные сцены, которые мы проведем с ним сегодня. «Молодая госпожа». Увидев Кристин Куинн, спускающуюся со второго этажа, дворецкий улыбнулся и сказал: Кристин Куинн была озадачена, обнаружив дома только дворецкого, и быстро спросила: «Куда делись мама и Бекка?» Дворецкий ответил: «Старушка знала, что мистер Джонс сегодня вернется, поэтому все ушли. Они сказали, что вернутся очень поздно, чтобы уделить время мистеру Джонсу и вам, юная госпожа». Кристин Куинн смутилась: «А как же тогда двое детей Мари и Бекки?» Дворецкий сказал: «Дети тоже ушли гулять со старушкой. Мадам сказала, чтобы вы не волновались, просто наслаждайтесь временем, которое вы и мистер Джонс проводите вместе». Кристин Куинн почувствовала себя немного неловко и просто кивнула: «Хорошо». Затем дворецкий удалился. После ухода дворецкого в огромном особняке Джонсов, казалось, осталась только Кристин Куинн, что придавало помещению ощущение безмятежности. Кристин Куинн небрежно взяла журнал и села у окна от пола до потолка в прихожей. Отсюда она могла видеть ворота виллы, и, скорее всего, сразу же увидит машину Скайлер Джонс, как только она въедет. Кристин Куинн была в прекрасном настроении, рассматривая журнал, но в ее воображении крутились мысли о сюрпризах, которые он мог для нее приготовить… Она жаждала его возвращения… Не только чтобы узнать, какие сюрпризы на день рождения он для нее приготовил, но, что еще важнее, просто чтобы увидеть его. Время тянулось медленно, от утра к полудню, затем от полудня к вечеру. Кристин Куинн весь день сидела в коридоре, ожидая возвращения Скайлера Джонса, но до наступления ночи машина Скайлера Джонса так и не въехала в особняк Джонса. Наконец, в восемь часов вечера дворецкий подошел к Кристин Куинн и тихо спросил: «Молодая мадам, мистер Джонс так поздно не вернулся. Не следует ли вам позвать его?» Кристин Куинн закрыла очередной журнал, который дочитала, и взглянула на ворота виллы: «Не нужно». "Но…" Кристин Куинн слегка улыбнулась дворецкому: «Всё в порядке, можете идти!» «Ты весь день сидишь здесь и ждешь, ничего не поев…» Кристин Куинн, все еще с безмятежной улыбкой, сказала: «Я подожду, пока он вернется, и поем с ним». Ужин при свечах — это сюрприз на день рождения, который нельзя упускать, верно? Ради такого ужина стоит проголодаться. «Хорошо, если вам что-нибудь понадобится, просто позвоните мне; я буду прямо у двери». "Хорошо." Когда в зале воцарилась тишина, Кристин Куинн мягко улыбнулась и посмотрела в сторону ворот виллы. Поскольку была ночь, ворота виллы уже были освещены мягким желтым светом. Свет был туманным, а ночь опьяняющей, и Кристин Куинн погрузилась в прекрасные мечтания. Он, должно быть, намеренно возвращается так поздно… Он думал, что она не узнает о его планах на сюрприз на день рождения, поэтому специально возвращался поздно, чтобы она расстроилась и разочаровалась, а когда ее настроение окончательно испортится, он преподнесет цветы и устроит ей грандиозный сюрприз… С этой мыслью Кристин Куинн улыбнулась, взяла лежавший рядом телефон и набрала номер Скайлер Джонс, приложив трубку к уху. Звонок, звонок―― Звонок устанавливался. Однако, несмотря на многочисленные телефонные звонки, на другом конце провода никто не ответил. Кристин Куинн положила трубку, больше не звонила и продолжала нежно улыбаться. Поскольку он хотел устроить такой большой сюрприз, она решила подыграть ему. Кристин Куинн продолжала ждать до одиннадцати часов вечера. Никто не ожидал, что в одиннадцать часов все из семьи Джеффри вернутся, а Скайлер Джонс так и не вернется. Кристин Куинн была благодарна, что успела уйти в свою комнату до возвращения остальных, так как встречаться с ними наедине было бы неловко. Тук-тук. Внезапно послышался звук открывающейся двери. Кристин Куинн, стоя у окна и наблюдая за воротами виллы, сразу поняла, что стучащийся — не Скайлер Джонс. Она улыбнулась и открыла дверь. И действительно, снаружи стояла Ребекка Квентин. "Сестра…" "Хм?" «Я слышала от слуг, что зять до сих пор не вернулся?» — недоверчиво спросила Ребекка Квентин. "Хм." «Почему он до сих пор не вернулся? Уже почти полночь, твой день рождения почти закончился…» Даже после того, как весь день ожидание оказалось тщетным, Кристин Куинн сохранила бодрое настроение: «Еще ничего не кончено, правда?..» ---------- Глава 911 - 469: Дополнительно: Начинается фотоинцидент 1_2 «Даже если это сюрприз, времени слишком мало, не так ли? Я думала, вы будете нежны и нежны друг к другу днем, а вечером нас ждет ужин при свечах, но теперь ни на что нет времени?» "Ладно, ладно, я вижу, ты устал, ложись спать, не переживай из-за моего дня рождения…" «Но мой зять еще не вернулся…» "Я ему сейчас позвоню, хорошо? И скорее ложись спать…" Кристин Куинн вытолкнула Ребекку Квентин из комнаты и закрыла дверь. В этот момент она наконец устало прислонилась к дверной панели. Она ждала весь день, так и не получив его звонка, не зная, когда он вернется. Хотя в глубине души она понимала, что это его попытка сделать ей сюрприз, перед сюрпризом всегда оставалось чувство разочарования. Кристин Куинн еще раз взглянула на настенные часы. Подсознательно уже было полдвенадцатого вечера. Кристин Куинн медленно подошла к краю кровати и села, опустив голову. Честно говоря, если бы она не знала о его особых планах на сегодня, она бы сегодня определенно была очень разочарована… Миссис Джеффри уже подарила ей подарок на день рождения вчера вечером, Бекка и Говард Джеффри тоже подарили ей подарок вместе, даже Мари лично сделала ей поздравительную открытку… На ее дне рождения не было только его. Облокотившись на изголовье кровати, Кристин Куинн начала безучастно смотреть на дверь. Она была уверена, что он обязательно вернется до полуночи; он не пропустит ее день рождения, но момент для сюрприза еще не настал… Сохраняя в памяти эти мысли, Кристин Куинн молча ждала, не зная, сколько времени прошло, пока наконец не услышала тихие шаги за дверью. По размеренным шагам Кристин Куинн сразу узнала Скайлер Джонс… Ее сердце переполнилось радостью, и Кристин Куинн, вскочив с кровати, бросилась к двери. И действительно, дверь открылась, и перед Кристин Куинн появилась высокая фигура Скайлера Джонса. Кристин Куинн улыбнулась Скайлеру Джонсу и внезапно прыгнула ему в объятия. Скайлер Джонс явно не ожидала реакции Кристин Куинн, но инстинктивно её заметила. Она вцепилась в него, обняла за шею и, смеясь, сказала: «Уже почти полночь, я думала, ты не вернешься…» Скайлер Джонс обнял Кристин Куинн, его глубокие черные глаза смотрели на нее. Кристин Куинн лишь почувствовала, что Скайлер Джонс сегодня пристально смотрит на нее, и, не заметив ничего необычного, умоляла его: «Быстро отнеси меня обратно в комнату…» Наконец Скайлер Джонс внесла Кристин Куинн в комнату. Кристин Куинн предполагала, что за этим последует либо бурная страсть, либо долгожданный сюрприз на день рождения… Она никак не ожидала, что он просто уложит ее на кровать, не предпринимая никаких дальнейших действий, ничего удивительного, а лишь небрежно спросит: «Почему ты еще не спишь?» Она ошеломленно лежала на кровати, лишь наблюдая, как он расстегивает рубашку и галстук, даже не взглянув на нее. От глубокого предвкушения до разочарования от ожидания целый день, и вот теперь этот момент… Если в этом действительно был сюрприз, то она не хотела подобных мучений. Кристин Куинн тут же вскочила с кровати, обняла его, когда он снимал часы: «Я закончила играть, Оверскай…» Она посмотрела на его красивое лицо, полное предвкушения. Скайлер Джонс смотрел на нее, восхищаясь своей несравненной красотой, и только тогда заметил, что сегодня она специально нарядилась. С нежным макияжем и белым платьем она уже приложив совсем немного усилий, производила потрясающее впечатление, однако… в этот момент он уже не мог смотреть на нее с той же нежностью, что обычно. Он не обнял её в ответ, только посмотрел на неё, тихим голосом спросил: «Что случилось?» От его безразличного тона её тело слегка напряглось. Он почувствовал изменения в её теле, но, похоже, ему было всё равно. Заметив в его глазах нотку безразличия, она внезапно отпустила его. Он по-прежнему никак не реагировал, лишь смотрел на нее совершенно обычным взглядом. Она пристально вгляделась в его красивое лицо, а затем поняла, что на нем нет того тепла, которое она себе представляла, вместо него — явное отчуждение и безразличие, а в глазах — легкий оттенок негатива. Кристин Куинн в тот момент не могла понять, сколько ему нужно сдать, она беспомощно схватилась за платье, едва сдерживая улыбку: «Ничего страшного… ты же обещал вернуться сегодня, почему так поздно?» Скайлер Джонс отвернулся, расстегнул рукава и равнодушно ответил: «В компании были задержки». Кристин Куинн хотела сказать больше, но внезапно слова застряли у нее в горле, она не смогла ничего произнести. Затем она увидела, как он вошел в ванную; до этого он не стал с ней разговаривать. До тех пор, пока из ванной не донесся шум льющейся воды, она стояла там в оцепенении, ее тело словно застыло, она не могла пошевелиться. Кристин Куинн сидела на краю кровати, ожидая, пока Скайлер Джонс выйдет из ванной. Не зная, сколько времени прошло, она услышала, как в ванной внезапно перестала течь вода. Поднявшись с края кровати, она посмотрела в сторону двери ванной комнаты. Вскоре из ванной комнаты вышла Скайлер Джонс в халате. Кристин Куинн пристально смотрела на Скайлер Джонс, выражение ее лица было мрачным. Скайлер Джонс не смотрел прямо на Кристин Куинн, а лишь сидел на диване в гостиной у окна от пола до потолка, наклонил голову, чтобы закурить сигарету, и спросил: «Почему ты еще не спишь?» Кристин Куинн стояла у окна, не отвечая на вопрос Скайлер Джонс. Скайлер Джонс посмотрел на нее, его взгляд был глубоким и мрачным. Кристин Куинн склонила голову, сделала глубокий вдох, чтобы подавить нарастающее в сердце беспокойство, затем посмотрела на него: «Что случилось? Почему ты вдруг стал таким равнодушным ко мне?» Она была из тех, кто не мог позволить напряженности затянуться до завтра, поэтому ей пришлось объяснить причину прямо сейчас. «Я к тебе не равнодушна, я просто немного устала», — Скайлер Джонс потушила сигарету и подошла к ней. Кристин Куинн слегка приподняла голову, чтобы посмотреть на него. Он подошёл к ней, не прикасаясь, и лишь сказал: «Уже поздно, спи!» Кристин Куинн покачала головой: «Пока ты не объяснишь, я не смогу спать». Скайлер Джонс пристально смотрел на упрямое лицо Кристин Куинн, его выражение лица было глубоким, и лишь спустя долгое время он произнес: «Я просто очень устал; давай поговорим завтра». «Почему ты сегодня не отвечала на мои звонки?» «Я был в самолёте». ---------- Глава 912-470: Дополнительно: Разгорается фотоскандал 2 "А вы знали, что сегодня…" "Что?" Кристин Куинн раздраженно опустила взгляд: «Ничего…» Скайлер Джонс смотрела на нее, но не произнесла ни слова утешения. «Если хочешь спать, пожалуйста. А я пойду в душ». С этими словами Кристин Куинн бросилась в ванную. Она ожидала, что Скайлер Джонс последует за ней, но этого не произошло; в комнате царила невероятная тишина. Кристин Куинн, стоя перед зеркалом у раковины, молча смотрела на себя в зеркало. Внезапно она сняла серьги, небрежно завязала волосы и уныло прислонилась к раковине. По мере того как её раздражение нарастало, а мысли становились всё более хаотичными, у неё пропадало желание принимать душ. Она открыла дверь ванной, намереваясь всё ему прояснить. Но, выйдя из ванной, она увидела, как он разговаривает по телефону у окна. Вероятно, он обсуждал рабочие вопросы со своими подчиненными в городе Y… Увидев, как он издалека нахмурился, обсуждая дела, Кристин Куинн поняла, что у него, возможно, проблемы на работе. Размышляя о том, как ему приходилось в одиночку управлять огромным «Оверским небом», неудивительно, что временами он был в плохом настроении. Может, ей не стоит так много думать… Может, он просто пропустил ее день рождения сегодня вечером из-за работы. При этой мысли Кристин Куинн почувствовала легкое облегчение. Она повернулась и вернулась в ванную. После того как Кристин Куинн приняла душ, она вышла из ванной и обнаружила, что Скайлер Джонс больше нет в комнате. Затем Кристин Куинн сама вышла из комнаты и увидела, что в кабинете горит свет. Она предположила, что в кабинете находится Скайлер Джонс. И действительно, когда она осторожно постучала в дверь кабинета, он ответил: «Входите». Кристин Куинн, в пижаме, вошла в комнату, увидела Скайлера Джонса, листающего документ рядом с собой, и не удержалась от вопроса: «Уже так поздно, вы еще работаете?» Даже не взглянув на Кристин Куинн, Скайлер Джонс спокойно сказала: «У меня возникли обстоятельства, которые нужно уладить. А ты иди и спи!» Увидев его холодный и стальной профиль во время работы, Кристин Куинн не стала его больше беспокоить и мягко сказала: «Тогда я пойду спать первой. Тебе тоже следует ложиться спать пораньше — не работай допоздна». Скайлер Джонс тихо ответила: «Хорошо». Затем Кристин Куинн повернулась и вернулась в свою комнату. Кристин Куинн не знала, вернулся ли Скайлер Джонс в комнату позже, чтобы поспать. Она знала лишь, что, когда проснулась утром, Скайлера Джонса уже не было, и слуга сказал, что он рано ушел к коллегам. Кристин Куинн некоторое время бездельничала в холле, и вскоре увидела, как Ребекка Квентин спускается вниз, чтобы проводить Говарда Джеффри. Ребекка Квентин и Говард Джеффри очень любили друг друга. Каждое утро Ребекка Квентин готовила портфель Говарда Джеффри и провожала его. Кристин Куинн была удовлетворена, увидев такую ​​сцену… Ребекка Квентин поцеловала Говарда Джеффри, вручила ему портфель и напомнила, чтобы он вернулся домой пораньше. В глазах Говарда Джеффри читалась нежность к Ребекке Квентин. Они обнялись и некоторое время целовались, после чего он покинул дом. Кристин Куинн продолжала улыбаться им, пока не подошла Ребекка Квентин. «Сестра». Ребекка Квентин села рядом с Кристин Куинн. Кристин Куинн вернулась к реальности и слабо улыбнулась: «Какая же она преданная жена». Ребекка Квентин застенчиво обняла Кристин Куинн: «Перестань меня дразнить… Где зять?» «Он пошёл работать в компанию». «Так рано?» — удивилась Ребекка Квентин. — «Разве он не вернулся очень поздно прошлой ночью?» Кристин Куинн кивнула: «Да, возможно, в компании произошло что-то важное, поэтому он ушел пораньше». Ребекка Квентин хихикнула: «Я слышала, что зять вернулся вчера перед полуночью… Наверное, он решил сделать тебе сюрприз в последнюю минуту. Ну же, расскажи, какой сюрприз он тебе преподнес вчера вечером?» Кристин Куинн слегка улыбнулась и опустила голову. "Ну же, расскажи мне…" «Почему ты такой любопытный?» «Я просто хочу знать… Пожалуйста, скажите мне!» «О, это сюрприз, поэтому это секрет». На самом деле, она не стеснялась рассказывать, но о событиях прошлой ночи ей действительно нечего было говорить. Все думали, что он сделает ей сюрприз на день рождения, но ничего не произошло… Она не смогла заставить себя рассказать кому-либо о своих вчерашних несбывшихся надеждах. "Какой же он жадный, даже не сказал мне. Похоже, сюрприз от зятя прошлой ночью был грандиозным. И что-то в этом было неловкого?" Кристин Куинн смущенно покраснела: «Перестань строить догадки… Кстати, почему Говард так рано уехал в компанию? Разве он обычно не завтракает с тобой перед тем, как уйти?» «Он сказал, что у него сейчас есть чем заняться…» «Речь идёт о переезде „Оверски“ в Нью-Йорк?» ---------- Главы 913–470: Дополнительная история: Разгорается фотоскандал 2_2 «Не должно быть, я слышал, как он говорил о каком-то проекте…» «Вы слышали о каких-нибудь деловых проблемах, которые могут возникнуть у вашего зятя, Говарда, в последнее время?» «Нет, но переезд штаб-квартиры доставил некоторые неудобства… Что случилось? Ты вдруг так забеспокоился о бизнесе своего зятя; он что, в последнее время тебя игнорирует?» «Ни в коем случае, я просто между делом спросил…» «Верно, твой зять как раз вчера отпраздновал твой день рождения, как он мог тебя игнорировать?» — игриво подмигнула Ребекка Квентин Кристин Куинн. Кристин Куинн улыбнулась, выглядя довольно застенчивой, но не дала Ребекке Квентин заметить ничего необычного. После обеда Кристин Куинн сидела одна в саду, на ее прекрасном лице читалась легкая тревога. С прошлой ночи и до настоящего момента ее сердце было встревожено. По словам Бекки, у него в последнее время не должно быть никаких проблем, связанных с работой, потому что если бы они были, Говард бы об этом не знал. Поэтому то, что он сказал вчера вечером о своей «измотанности», не относилось к работе. Какие личные проблемы могли вызывать у него чувство усталости? Почему его тон был таким холодным, когда он видел её вчера вечером? Еще несколько дней назад они прекрасно общались по телефону; как же вдруг ситуация так накалилась? Если его вчера вечером действительно беспокоила только работа, то почему он ушел в офис, даже не попрощавшись утром? Ей смутно показалось, что когда он вернулся прошлой ночью, он, похоже, не хотел ее видеть. Почему? Подумав, Кристин Куинн позвала находившуюся неподалеку горничную и мягко велела ей: «Пусть водитель подготовит машину, я еду в город». «Да, мэм». Действительно, Кристин Куинн собиралась обратиться в компанию, чтобы найти Скайлер Джонс. Что бы ни случилось, она хотела всё с ним прояснить; ей надоели эти дни взаимной подозрительности. Водитель плавно въехал на машине в нью-йоркский филиал "Оверского". Поскольку Кристин Куинн редко посещала компанию, мало кто ее узнавал; к счастью, секретарь сразу же узнала ее и незамедлительно уведомила секретаря Скайлер Джонс в филиале. Узнав о визите жены президента, секретарь быстро спустилась вниз, чтобы поприветствовать ее, и с энтузиазмом проводила в кабинет президента. Проследовав за секретарем Скайлера Джонса в лифт, Кристин Куинн узнала от секретаря, что Скайлера Джонса в данный момент нет в компании. «Разве он не приходил на работу утром?» — растерянно спросила Кристин Куинн в лифте. Секретарь честно ответила: «Да, президента компании сегодня не было, но он позвонил мне, чтобы обсудить некоторые деловые вопросы». «Тогда я ему позвоню!» "Хм." Секретарша проводила Кристин Куинн в кабинет Скайлер Джонс, а затем вышла, чтобы приготовить ей кофе. Кристин Куинн сидела одна в офисе, с тяжелым сердцем достала телефон и набрала номер Скайлер Джонс. Скайлер Джонс ответил на звонок, и в его тоне снова появилась привычная теплота. «Оверский, где ты?» — спросила она его очень мягким тоном. «Я болтаю с другом о делах… Как дела?» «О, ничего, я был в компании и не видел вас, поэтому позвонил, чтобы уточнить». «Вы пришли в офис?» «Хм, только что». "…Ждите меня в компании, я скоро вернусь." "Хорошо." После окончания разговора вошла секретарь с чашкой кофе. Кристин Куинн взяла кофе, сделала глоток и похвалила: «Джоэл, твой кофе хорош и приятно пахнет». Секретарь радостно ответила: «Правда? Госпожа президент, вчера я приготовила это для Джастина Уолтера, и он тоже сказал, что это очень вкусно!» Джастин Уолтер, о котором говорила секретарь, был водителем и личным телохранителем Скайлера Джонса, который часто сопровождал его. Услышав это, Кристин Куинн, поднеся чашку к губам, медленно поставила ее на стол, нахмурила брови и спросила секретаря: «Вы сказали, что вчера готовили кофе для Джастина?» Секретарь кивнул, не понимая, что это значит. Кристин Куинн, озадаченная, спросила: «Странно, Джастин всегда был с Оверски, а Оверски вернулся в страну только вчера?» «Нет, госпожа президент, президент вернулся в страну три дня назад!» Секретарь, лишенная остроумия Эрни, выпалила все это без всяких ограничений. Что? Он вернулся три дня назад? Кристин Куинн вздрогнула, кофейная чашка упала на журнальный столик. Увидев ситуацию, секретарь была потрясена, поспешно подошла к Кристин Куинн и нервно спросила: «Госпожа президент, вы в порядке? Вас не обжег кофе?» Красная рука Кристин Куинн покраснела от горячей жидкости, но она, казалось, не замечала боли, сжимая в руке секретаря и нерешительно спрашивая: «Неужели Оверски действительно вернулся три дня назад?» Секретарь бездумно кивнул. Кристин Куинн внезапно опустилась на диван, почувствовав слабость. Секретарь заметила, что рука Кристин Куинн опухла, и воскликнула: «Госпожа президент, вы обгорели. Я принесу аптечку…» Как только секретарь повернулась, чтобы покинуть кабинет, снаружи вошла стройная фигура Скайлера Джонса. Секретарь чуть не столкнулся со Скайлером Джонсом и, поняв, что это его начальник, быстро отошёл в сторону, склонив голову и сказав: «Президент». Взгляд Скайлер Джонс уже был прикован к Кристин Куинн, которая сидела на диване в офисе. Секретарша подумала, что Скайлер Джонс смотрит на пролитый кофе, и испуганно произнесла: «Простите, президент, это моя неосторожность стала причиной ожога госпожи президента…» Узнав об ожоге Кристин Куинн, Скайлер Джонс немедленно бросилась в кабинет, схватила ее за руки и спросила: «Где у вас ожог?» Кристин Куинн в шоке вскочила, увидев обеспокоенное выражение лица Скайлер Джонс, отдернула руку и сказала: «Со мной все в порядке». Скайлер Джонс строго приказал своей секретарше: «Быстрее принесите аптечку». Секретарша вздрогнула и быстро обернулась. Пока секретарь принесла аптечку, Скайлер Джонс проводил Кристин Куинн к дивану, нахмурив брови, глядя на ее распухшую руку, и спросил: «Болит?» Кристин Куинн покачала головой. Скайлер Джонс не удержалась и упрекнула: «Как ты можешь быть такой беспечной?» Кристин Куинн пристально посмотрела на обеспокоенное лицо Скайлера Джонса и вдруг крикнула ему: «Оверски…» Скайлер Джонс поднял своё красивое лицо и посмотрел на неё: "Хм?" «Секретарь только что сказала мне, что вы вернулись три дня назад, это правда?» Кристин Куинн внимательно наблюдала за изменением выражения лица Скайлера Джонса и, заметив, что его лицо снова стало суровым, как вчера вечером, снова спросила: «Почему ты вернулся, но не хотел меня видеть?» ---------- Глава 914–471: Дополнительная история: Сердечная боль Скайлер Джонс внезапно встал, повернувшись спиной к Кристин Куинн, и ничего не ответил. Кристин Куинн последовала моему примеру, встала рядом со Скайлер Джонс и тихо спросила: «Ты все еще злишься из-за того, что я плела интриги против Дженнифер Дуглас?» «Этот вопрос не стоит того, чтобы мне о нем рассказывать», — равнодушно ответила Кристин Куинн Скайлер Джонс. «Тогда почему ты вернулся в Нью-Йорк, а не поехал домой?» Неудивительно, что Бекка увидела его выходящим из фешенебельного отеля в тот день; оказалось, что он действительно вернулся в Нью-Йорк, но не поехал домой к ней. Скайлер Джонс медленно обернулась и спокойно посмотрела на Кристин Куинн: «Верно, я действительно не хочу с тобой встречаться». "Почему?" Кристин Куинн недоуменно посмотрела на Скайлер Джонс. Выражение лица Скайлера Джонса было глубоким и холодным, его взгляд, словно острый меч, пронзил Кристин Куинн: «Почему? Тебе нечего мне сказать?» Взгляд Кристин Куинн стал еще более растерянным: «Я не понимаю, о чем вы говорите…» Скайлер Джонс внезапно притянула к себе Кристин Куинн, холодно глядя на нее: «Когда мы расстались, Джонатан Гибсон заботился о тебе, поэтому я понимаю, что после того, как он дарил тебе тепло и заботу, что бы ни случилось между вами... Но мне не нравится, что ты ведешь себя так чисто и невинно передо мной после того, как у тебя явно были отношения с кем-то другим. Ты очень лицемерна, знаешь ли?» Услышав слова Скайлера Джонса, Кристин Куинн отшатнулась на шаг назад, недоверчиво глядя на него: «Ты... что ты сказал?» «Разве я не выразился достаточно ясно?» Очевидно, гнев долгое время кипел в сердце Скайлер Джонс, и в этот момент он наконец выплеснулся наружу, заставив Скайлер Джонс закричать. Кристин Куинн отшатнулась на несколько шагов назад, постоянно качая головой: «Я не… я не… у меня нет никаких отношений с Джонатаном Гибсоном…» «Даже сейчас ты всё ещё не хочешь быть честным?» «Я этого не делала!!» — громко крикнула Кристин Куинн. «Тогда откуда это взялось?» — спросил Скайлер Джонс, с грохотом бросив перед Кристин Куинн стопку фотографий, появившихся ниоткуда. Кристин Куинн безучастно уставилась на разбросанные по земле фотографии и внезапно отступила на несколько шагов. Скайлер Джонс холодно произнесла: «Эти фотографии невозможно подделать... так как же вы ожидаете, что я буду смотреть вам в глаза?» Взгляд Кристин Куинн стал пустым. Скайлер Джонс уже холодно повернулась, чтобы уйти. Секретарь Джоэл поспешно подбежал с коробкой с лекарствами, но никак не ожидал увидеть Скайлер Джонс, холодно покидающую Кристин Куинн. Не понимая, что происходит, секретарь Джоэл мог лишь ошеломленно стоять у двери кабинета. Кристин Куинн вернулась одна. На обратном пути она безучастно откинулась на сиденье, ее взгляд был пустым, когда она смотрела на пейзаж за окном машины. Водитель, заметив растерянное выражение лица Кристин Куинн, не удержался и спросил: «Мадам, вы не видели мистера Джонса в компании?» Кристин Куинн растерянно покачала головой и ничего не ответила. Водитель немного забеспокоился, но не осмелился задать дополнительные вопросы, подумав лишь о том, чтобы упомянуть об этом хозяйке по возвращении. «Дядя Пирс», — внезапно произнесла Кристин Куинн. Водитель сбавил скорость: "Хм?" «Остановитесь пока на обочине; я позвонила, и домой пока не еду», — проинструктировала водителя Кристин Куинн. "Да." После того как водитель остановил машину на обочине, Кристин Куинн достала телефон и безуспешно набрала несколько цифр; вскоре трубка соединилась: "Здравствуйте...". "Кристин." «Джонатан, ты в Нью-Йорке?» "Хм." «Я хочу с вами встретиться, сейчас удобно?» «Удобно, где встретиться?» «В кафе, где мы часто болтаем!» "Хорошо." Закончив разговор с Джонатаном Гибсоном, Кристин Куинн велела водителю направиться в кафе, о котором она договорилась с Джонатаном Гибсоном. Двадцать минут спустя. Когда Кристин Куинн пришла в кафе, Джонатан Гибсон уже был там. Джонатан Гибсон выбрал место у окна, довольно тихое и спокойное. Когда Кристин Куинн увидела Джонатана Гибсона, она замерла, словно колеблясь, но все же нерешительно направилась к нему. Джонатан Гибсон, проявив джентльменский подход, отодвинул стул для Кристин Куинн. Кристин Куинн вежливо ответила: «Спасибо». Лицо Джонатана Гибсона оставалось таким же мягким, как всегда. "Кофе Blue Mountain по-прежнему?" — тихо спросил он. Кристин Куинн покачала головой: «Я ничего не хочу пить». «Что случилось? Ты плохо выглядишь». Джонатан Гибсон нахмурил брови, выражая беспокойство. Кристин Куинн прямо, слегка хриплым голосом, сказала: «Джонатан, мне нужно тебя кое о чём спросить». «Хм, давай». ---------- Глава 915 - 471: Дополнительная история: Сердечная боль_2 «Ночь, когда я готовился покинуть остров Лорана Артура после трех месяцев, проведенных в опасности, совпала с важным праздником на острове. В ту ночь жители острова также пригласили нас потанцевать вокруг костра в честь праздника… Помню, я был очень счастлив в ту ночь, потому что мое состояние улучшилось, и я не смог устоять перед энтузиазмом жителей, поэтому выпил немного фруктового вина…» Кристин Куинн не успела договорить, как Джонатан Гибсон уже догадался, о чём она хочет спросить. «Я уже объяснила тебе, что в ту ночь ничего не произошло. Ты была пьяна, и я просто отвела тебя в твою комнату. Поскольку я тоже изрядно выпила в ту ночь, я уснула на твоей кровати… мы проснулись на одной кровати только на следующий день». «Вы говорите мне правду?» — Кристин Куинн продолжала качать головой, глядя в потускневшие глаза Джонатана Гибсона. «Почему вы задаёте этот вопрос?» «Потому что эти фотографии не могут лгать». В этот момент Кристин Куинн бросила фотографию, которую получила от Скайлер Джонс, перед Джонатаном Гибсоном. Фотография была сделана на кровати… Джонатан Гибсон обнимал Кристин Куинн и наклонился, чтобы поцеловать её… это ничего не доказывало, но его тело было обнажено, и, что особенно важно, её тело было прикрыто лишь простынёй. На первый взгляд, казалось, что они занимаются чем-то по обоюдному согласию, сцена выглядела такой томной и неоднозначной… Джонатан Гибсон уставился на фотографию, нахмурив брови еще сильнее: «Зачем нужны такие фотографии?» Глаза Кристин Куинн уже покраснели, и она со стыдом опустила голову: «Вот что я хочу у вас спросить». Джонатан Гибсон поспешно объяснил: «Я вообще не знал, что такие фотографии существуют…» Кристин Куинн внезапно подняла глаза, ее полные слез глаза с болью смотрели на Джонатана Гибсона: «Меня волнует не сама фотография, а то, показывает ли она правду!» "Кристина, я…" «В ту ночь я спал очень крепко, ничего не помню… так что, пожалуйста, скажите мне, что на самом деле произошло той ночью? Вы что-нибудь от меня скрываете?» Столкнувшись с истеричными вопросами Кристин Куинн, Джонатан Гибсон в конце концов замолчал. Кристин Куинн продолжала качать головой, глядя на Джонатана Гибсона: «Даже в пьяном виде мы не могли бы сделать ничего подобного; я понимаю свой организм… так что же ты со мной сделал, Джонатан Гибсон, я прошу тебя сказать мне правду!!» "Кристин, сначала успокойся…" «Как мне успокоиться?» — кричала Кристин Куинн, из глаз которой текли безудержные слезы. К счастью, они сидели в углу кафе, где было не так много посетителей, поэтому, хотя крики Кристин Куинн привлекли внимание нескольких посетителей издалека, никто не смог услышать, что она говорила. Вглядываясь в обиженное и заплаканное лицо Кристин Куинн, Джонатан Гибсон, в глазах которого читалась боль, наконец прошептал: «Да, да, я сделал кое-что, чтобы тебя подвести». Кристин Куинн недоверчиво посмотрела на Джонатана Гибсона: «Нет, ты бы так не поступил…» Взгляд Джонатана Гибсона был растерянным и опущенным: «Кристин, мне очень жаль…» «Ты бы не стал, не стал, ты лжешь мне, Джонатан Гибсон, ты лжешь мне сейчас… ты сказал, что между нами ничего не было…» Кристин Куинн пристально смотрела на Джонатана Гибсона, пытаясь найти хоть какой-то намек на ложь на его лице. Но Джонатан Гибсон всегда смотрел на неё спокойно и невозмутимо: «Прости, Кристин, это моя вина…» Кристин Куинн внезапно закрыла уши: «Больше ничего не говори, я не верю, я не верю…» «В ту ночь, возможно, из-за алкоголя, я не смог себя контролировать. Изначально я просто хотел тебя поцеловать, я не ожидал, что всё выйдет из-под контроля… После секса я очень пожалел об этом, боялся, что ты меня никогда не простишь, поэтому в ту ночь я тебя одел и лицемерно солгал тебе, что между нами ничего не произошло…» «Больше ничего не говори, больше ничего не говори…» Кристин Куинн встала и выбежала из кафе. Джонатан Гибсон поспешно бросился за ней вслед и у входа в кафе крепко обнял Кристин Куинн. Однако Кристин Куинн яростно оттолкнула Джонатана Гибсона и протянула руку, чтобы дать ему пощёчину. Шлепок — Резкий звук пощёчины привлёк внимание окружающих. Однако Джонатан Гибсон стоял неподвижно, глубоко погружаясь в самообвинение и чувство вины, глядя на нее и готовый принять любое наказание. После того, как Кристин Цинь ударила Джонатана Гибсона по лицу, она повернулась и бросилась в толпу, наблюдая за происходящим… К тому моменту, когда Джонатан Гибсон догнал Кристин Куинн, она уже растворилась в толпе людей. «Мадам, юная госпожа…» — тревожно выкрикнул дядя Пирс с улицы. Миссис Джеффри и Ребекка Квентин играли с Мари, Эндрю и маленькой принцессой в холле. Услышав крик дяди Пирса, миссис Джеффри невольно нахмурилась: «Что случилось, кричать вот так?» Ребекка Квентин сказала: «Эй, дядя Пирс, разве ты не отвёз мою сестру в компанию, чтобы она нашла моего зятя? Почему ты вернулся один?» Дядя Пирс быстро сказал: «Мадам, юная госпожа, это именно то, о чём я собирался поговорить… Днём я отвёз юную госпожу в компанию. Не знаю, видела ли она мистера Джонса или нет, знаю только, что, вернувшись, она была не в настроении. Позже юная госпожа договорилась встретиться с подругой за кофе, и я отвёз её в это кафе. Поскольку парковка там была занята, юная госпожа сказала, что позвонит мне, когда будет уезжать, поэтому я припарковал машину чуть дальше. Но я долго ждал на этой парковке, а юная госпожа так и не позвонила. Наконец, я вернулся в кафе и обнаружил, что юная госпожа уехала, не сообщив мне, когда. Я позвонил юной госпоже, но не смог дозвониться…» Миссис Джеффри и Ребекка Квентин тут же встали с дивана: «Что, Кристин пропала?» Лицо миссис Джеффри побледнело от испуга. «Как это возможно? Моя сестра не из тех, кто уходит, не предупредив; если бы она захотела куда-то пойти одна, она бы обязательно позвонила тебе». Ребекка Квентин недоуменно посмотрела на дядю Пирса. «Тетя, мама забыла дядю Пирса и куда-то ушла одна?» — спросила Мари. Миссис Джеффри уловила важную деталь: «Вы только что упомянули, что Кристин была не в настроении после встречи с Оверски?» Дядя Пирс кивнул: «Мне кажется, молодая любовница могла поссориться с мистером Джонсом…» «Зачем им ссориться?» — с изумлением воскликнула Ребекка Квентин. — «Вчера мой зять даже помогал мне отмечать день рождения сестры!» «Да, Оверски только вчера вечером вернулся; о чём тут спорить?..» — сказала миссис Джеффри. «Но теперь мы не можем дозвониться до моей сестры…» — Ребекка Квентин записала номер телефона Кристин Куинн, на который она только что набрала, но не смогла дозвониться, и забеспокоилась: «Может, с ней что-то случилось?» ---------- Глава 916 - 472: Дополнительная история: Детка, позволишь ли ты мне загладить свою вину? Мари обняла Ребекку Квентин: «Тетя, мне страшно…» Ребекка Квентин нежно утешила свою племянницу: «Не бойся, тётя сразу же пришлёт кого-нибудь, чтобы её найти…» «Позвони в Оверски, может быть, Кристина с ним…» — поспешно сказала миссис Джеффри горничной. «Да, сначала сообщите моему зятю». В то же время. Скайлер Джонс устало прислонился к спинке стула, его глубокие черные глаза довольно уныло смотрели на разбросанные по полу фотографии. Секретарша сказала, что ушла из офиса одна, выглядя очень подавленной. Он признал, что его прямолинейное изложение ситуации, должно быть, ранило её, но в тот момент, стоя перед ней, несмотря на все его попытки сдержаться, он всё равно не смог подавить желание взорваться… В эти дни он изо всех сил пытался найти доказательства того, что фотографии, которые он исследовал, не являются подлинными, он даже лично отправил людей на остров Лорейн Артур для подтверждения этого… Но немало островитян видели, как Кристин Куинн провела с ним ночь и утром они вместе вышли из своей комнаты… Он не мог заставить себя притвориться, что ничего не произошло, хотя на самом деле у него не было возможности расспросить её об этом, ведь когда она была с Джонатаном Гибсоном, они не были вместе. Возможно, ему не стоило так злиться на неё, но то, что она скрывала это от него, было чем-то, с чем он не мог смириться… В тот момент вибрация телефона прервала мысли Скайлера Джонса. Скайлер Джонс поднял трубку и нажал кнопку ответа: «Алло… Что? Обыскал всё?» Как только Скайлер Джонс вошел в особняк Джонса, все окружили его. Ребекка Квентин поспешно спросила: «Зять, ты нашел мою сестру?» "Продолжаем поиски, скоро должны появиться новости." «Оверски, что произошло между вами и Кристиной? Почему она пропала? Разве она не пошла в компанию к вам? Почему она не вернулась с вами?» — миссис Джеффри задала ряд вопросов. Скайлер Джонс не ответил миссис Джеффри и направился прямо в кабинет на первом этаже. Поведение Скайлера Джонса, казалось, подтверждало предположение миссис Джеффри о ссоре, поэтому она с тревогой последовала за ним в кабинет. «Оверски, что такого серьезного, что ты не можешь обсудить это с Кристин? Почему вы снова ссоритесь?» Неизвестно когда именно, но Мари вбежала в кабинет и обняла Скайлера Джонса: «Папа, куда мама делась?» Повернувшись к дочери, Скайлер Джонс смягчил холодное выражение лица. Он погладил дочь по голове и сказал: «Папа ищет, не волнуйся, папа найдет твою маму». «Папа, почему вы с мамой снова поссорились?» Ребенок пристально посмотрел на Скайлер Джонс, в ее глазах читалась недетская боль. Скайлер Джонс не знал, как ответить дочери; он виновато поцеловал её. «Зять, что именно произошло?» — с беспокойством спросила Ребекка Квентин у Скайлера Джонса. "Ничего." «Ничего? Тогда почему моя сестра в плохом настроении? Разве вчера, в день ее рождения, все не было прекрасно?» «День рождения?» — Скайлер Джонс внезапно поднял глаза. "Что это за взгляд? Ты разве не знаешь, что вчера был день рождения моей сестры?" Взгляд Скайлер Джонс постепенно потемнел. Да, вчера был день X месяца X, у неё был день рождения, и он просто забыл… Ребекка Квентин уловила намек по выражению лица Скайлер Джонс: «Ты не знала, что вчера был день рождения твоей сестры?» Неудивительно, что она обняла его, как только увидела, что он возвращается вчера, неудивительно, что она так тщательно оделась… Сюрприз на день рождения, который он подготовил задолго до этого, он не преподнес ей вчера вечером… Взгляд Скайлер Джонс становился все темнее и темнее. В этот момент с улицы вошел Джастин и произнес: «Мистер Джонс». Все с нетерпением расступились, глядя на Джастина. «Нашли её?» — спросила Скайлер Джонс. Джастин ответил: «Найдена, мадам уже вернулась». Все взгляды обратились к холлу виллы, и, конечно же, Кристин Куинн появилась в поле их зрения. Ребекка Квентин выбежала из кабинета и крепко обняла Кристин Куинн: «Сестра, ты меня до смерти напугала, куда ты убежала одна?» «Со мной все в порядке, я просто гуляла одна, и когда попыталась позвонить водителю, обнаружила, что мой телефон разряжен». Тон Кристин Куинн был спокойным, без каких-либо признаков отклонения от нормы. Выйдя из кабинета, миссис Джеффри с облегчением вздохнула: «Хорошо, что вы вернулись, хорошо, что вы вернулись…» «Мама, Мари очень волновалась за тебя». "Глупышка, мама уже взрослая, неужели я могу пропасть без вести?" Мари прижалась к Кристин Куинн. Кристин Куинн поцеловала свою дочь, которая нежно прижималась к ней, и сказала: «Иди поиграй, мама немного устала и хочет вернуться в комнату поспать немного». ---------- Глава 917 - 472: Дополнительно: Детка, позволишь ли ты мне загладить свою вину? (Часть 2) «Хорошо». Мари послушно отпустила мать, почувствовав облегчение от того, что та рядом. Краем глаза Цинь Кристин Куинн увидела Скайлера Джонса в кабинете, но не вошла, чтобы сказать ему ни слова, а сразу поднялась наверх. Любой взрослый по покрасневшим глазам Кристин мог бы понять, что в этот момент она выдавливала из себя улыбку… В кабинете Скайлер Джонс издалека наблюдала за хрупкой фигурой Кристин, поднимающейся по лестнице, и спросила: «Где вы ее нашли?» Джастин Уолтер, стоявший позади Скайлера Джонса, ответил: «У улицы мадам сидела одна». «Вчера был день рождения Кристин, почему ты мне не напомнила?» «Мистер Джонс, я вам напоминал, но тогда вы были рассержены, поэтому я не осмелился напомнить вам снова. Но я думал, вы вернулись вчера вечером, чтобы отпраздновать день рождения госпожи… Только сегодня утром я узнал, что вы не взяли ее на вечеринку-сюрприз в отеле, которую мы подготовили». Скайлер Джонс плотно сжал тонкие губы и больше ничего не сказал. Джастин Уолтер тихо отступил. Вернувшись в свою комнату, Кристин села на кровать, обняв колени. Сила, приобретенная в прошлом, позволяла ей сохранять улыбку перед окружающими, но теперь она не могла контролировать свои эмоции. Хотя она и не позволяла себе плакать вслух, слезы текли из уголков ее глаз, словно порванные жемчужные нити. Внезапно она расслабилась, встала с кровати и бросилась в ванную. Открыв кран с холодной водой, она позволила ледяной воде хлынуть на себя… Ее тело слабо сползло по стене, облицованной стеклянной плиткой, она рыдала и всхлипывала, обнимая колени и кусая руку, чтобы подавить рыдания. "Кристин, Кристин…" Из-за двери ванной комнаты донесся тихий крик. Кристин безучастно прислонилась к холодной кафельной стене, словно ничего не услышала, и ничего не ответила. В следующую секунду Скайлер Джонс резко распахнул дверь ванной и мгновенно увидел Кристин, всю промокшую насквозь, сидящую на полу под струей холодной воды. Он бросился внутрь, немедленно перекрыл кран и поднял Кристин. Только тогда Кристин отреагировала, безучастно глядя на Скайлер Джонс. Скайлер Джонс вынесла Кристин из ванной и усадила ее на диван в комнате. Взгляд Кристин оставался бесстрастным, она слабо прислонилась к дивану. Скайлер Джонс быстро нашел пижаму Кристин и сухое полотенце, нежно помог ей высушить волосы и надеть чистую одежду, а затем крепко обнял ее. "Мне жаль…" Слегка хриплый голос Скайлер раздался над головой Кристин. Кристин, словно потерявшая душу, бездумно прижалась к его груди, не говоря ни слова. Скайлер поцеловал мокрые волосы Кристин, в его глазах читалась нежность. Кристин слегка приоткрыла свои бледные губы и прошептала: «Ты не думаешь, что я грязная, когда держишь меня вот так?» "Кристин…" Ее самоуничижительный голос заставил его сердце сжаться от боли. Кристин оттолкнула Скайлер, медленно поднялась на ноги и направилась к балкону комнаты. Скайлер поспешно последовала за ней, крепко обняв: «Что ты собираешься делать?» Кристин позволила Скайлер обнять себя, безучастно глядя перед собой, с холодной улыбкой на губах: «Ты боишься, что я могу покончить с собой?» "Кристин!" Кристин медленно обернулась, ее полные слез, ясные глаза смотрели на Скайлер: «Не волнуйся, я не покончу с собой. Я не такая слабая, я всегда была сильной, Кристин Куинн…» Во время разговора ее глаза наполнились слезами. Скайлер крепко прижал Кристин к своей груди: «Прости… Я…» Кристин прижалась к груди Скайлер и медленно произнесла: «Я несколько дней не могла понять, почему между нами столько проблем. И сегодня я наконец поняла, нам не стоило быть вместе с самого начала…» "Кристин…" "Послушай меня." "…" «Тринадцать лет назад, возможно, я подходила тебе… Как ты и говорил, я была доброй, невинной, без замыслов, но теперь я давно утратила эти качества. Ты всё ещё заботишься обо мне только потому, что я Кристин Куинн, та самая, которая тебе нравилась тринадцать лет назад. Но если бы мы не встретились тогда и не встретились сейчас, ты бы не влюбился в меня, потому что я ревнивая, подозрительная, не нежная и неразумная — все те качества, которые тебе не нравятся. Вот почему сейчас мы сталкиваемся со многими трудностями, будучи вместе, думая, что можем их решить, но доказывая, что некоторые проблемы просто неразрешимы, например, доверие». Скайлер ничего не сказала, предпочитая молча слушать. «Раньше мы оба пытались игнорировать эту проблему, думая, что дорожим этими с трудом завоеванными отношениями, что, пройдя вместе жизнь и смерть, мы должны ценить друг друга еще больше. Но реальность есть реальность, мы упустили самое прекрасное время, поэтому никогда не вернемся к той первоначальной красоте… Раз уж я больше не чиста, не та непорочная женщина в твоем сердце, и ты больше не любишь меня так, как прежде, зачем нам заставлять себя оставаться вместе…» Скайлер с трудом закрыл глаза, крепко обнимая ее сильными руками. Она медленно отстранилась от его объятий, ее полные слез глаза рассеянно смотрели на него: «Скайлер, давай разведемся…» Тело Скайлера резко вздрогнуло, он решительно посмотрел на нее, его тонкие губы были холодными: "Невозможно". "Почему?" «Я же говорила, что не оставлю тебя одну». "Так ты теперь можешь смириться с тем, что я такой грязный?" «Пусть прошлое останется в прошлом…» — Скайлер поцеловала чистый, холодный лоб Кристин. — «Давай начнём всё сначала, как будто ничего и не произошло». Затуманенные, полные слез глаза Кристин смотрели на Скайлера: "Ты будешь любить меня так же, как раньше?" «Конечно, я тебя люблю». «Я спрашиваю, будешь ли ты любить меня так же, как тринадцать лет назад?» "Кристин…" «Я хочу, чтобы вы честно ответили мне». Скайлер наконец замолчала. Кристин внимательно наблюдала за каждым едва уловимым выражением лица Скайлера, и в конце концов заметила на его красивом лице нотку нерешительности… Его любовь не терпела колебаний. Если предыдущий инцидент с Дженнифер Дуглас лишь показал, что он понял, что она больше не та девушка, которую он глубоко любил, то то, что она перестала быть «идеальной», еще больше отдалило его от себя… ---------- Глава 918-473: Дополнительно: Любовь к тебе нельзя выразить несколькими словами 1 Признают они это или нет, но его любовь к ней постепенно угасает… Кристин Куинн закрыла тяжелые веки, слезы текли по уголкам глаз, она глупо рассмеялась. «Не будь такой, Кристин, мы можем начать все сначала… Во всем виноват я, я не учитывал твои чувства, я не знал, как тебя ценить». Она медленно открыла пустые глаза, сдерживая слезы: «Не бери всю вину на себя, это я должна сказать: „Прости меня“… Я уже предлагала тебе развод, если ты согласен, мы можем завтра пойти в Управление по гражданским делам, чтобы расторгнуть брак…» «Нет, я никогда не разведусь с тобой, я обещал заботиться о тебе всю свою жизнь… Не упоминай больше о разводе, ты устала, позволь мне отнести тебя в постель, чтобы ты поспала?» Кристин Куинн устало закрыла глаза. В этот момент Скайлер Джонс подняла Кристин Куинн с дивана и направилась к кровати. Скайлер Джонс, сидя на краю кровати, молча наблюдала за Кристин Куинн. Она лежала на кровати, скрестив руки, спокойно дышала и, очевидно, крепко спала. Он с тоской вглядывался в ее слегка побледневшее лицо, нежно протягивая руку, чтобы с любовью погладить ее прекрасное лицо. Сколько раз она уже плакала? Он ничего не мог вспомнить… Более десяти лет она упорно отказывалась пролить перед ним хотя бы слезу, но в последнее время он снова и снова причиняет ей боль и грусть… Тот, кто поклялся защищать её, лелеять её, никогда не допускать к ней ни малейшей обиды, что же он натворил? "Кристин…" — он нежно откинул пряди волос у ее щеки и тихо позвал. "Хм…" — тихо пробормотала Кристин Куинн, не просыпаясь. Он больше ничего не сказал, просто молча смотрел на неё. Вспоминая инцидент между ней и Джонатаном Гибсоном, его сердце словно пронзило ножом, но вид ее печального и заплаканного лица наполнил его чувством вины и раскаяния… Мужчина не должен доводить женщину до слез, особенно свою возлюбленную, ведь он когда-то поклялся подарить ей счастье, которым восхитится весь мир. Как он мог допустить, чтобы она была такой грустной и несчастной? Нарушил ночную тишину телефонный звонок. Скайлер Джонс поднялась с края кровати, подошла к окну, чтобы ответить на звонок. Это было его подчиненным призванием. «Мистер Джонс, фотографии, которые получила Дженнифер Дуглас, были отправлены с анонимного электронного письма. Я попросил людей взломать идентификатор этого письма. Если все пойдет хорошо, мы должны найти IP-адрес отправителя фотографий в течение пары дней». После окончания разговора Скайлер Джонс стояла перед окном от пола до потолка и издалека смотрела на спящую Кристин Куинн. Даже во сне она хмурилась, очевидно, ей не было покоя даже в сновидениях. Его сердце сжалось от боли, он никогда прежде не испытывал такой вины и раскаяния, как в этот момент. Тук-тук Снаружи раздался стук. Скайлер Джонс пришёл в себя, осторожно подошёл к двери и открыл её. Посетительницей была миссис Джеффри. «Скайлер». Обращаясь к миссис Джеффри, Скайлер Джонс смягчила свой взгляд: «Что-то случилось?» Миссис Джеффри выразила беспокойство: «Вы с Кристин не спустились на ужин, боюсь, вы голодны, поэтому я попросила кухню приготовить что-нибудь еще, приходите перекусить с Кристин!» «Я не голоден, она уже спит». "Кристин спит?" "Хм." «Кристин не из тех, кому не хватает чувства приличия, сегодня днем ​​никто из нас не мог ее найти, это не могло быть так просто, как то, что она пошла за покупками одна… Скайлер, между вами что-то случилось?» Любящее лицо миссис Джеффри выражало беспокойство. Скайлер Джонс боялся разбудить Кристин Куинн, поэтому он вышел из комнаты и спокойно сказал миссис Джеффри: «Ничего страшного, просто мелочь». Миссис Джеффри засомневалась: «Неужели это всего лишь мелочь?» Миссис Джеффри внимательно наблюдала за Скайлером Джонсом, но не смогла разобрать ни слова по выражению его лица. Скайлер Джонс хранил молчание, не внося никаких дальнейших объяснений миссис Джеффри. Миссис Джеффри продолжила: «Для того, чтобы Кристин исчезла на целый день, это определенно не пустяк, Скайлер, ты издевалась над Кристин?» «Уже поздно, ложись спать». Когда Скайлер Джонс повернулся, чтобы вернуться в комнату, миссис Джеффри внезапно остановила его: «Скайлер, Кристин — хорошая девочка, ты не можешь её подвести». Скайлер Джонс отвернулся от миссис Джеффри и твердо сказал: «Я ее не подведу». «Скайлер, не обращай внимания на нытье матери… вы с Кристин многого добились, Кристин столько всего пережила ради тебя, ей было нелегко выжить, чтобы быть с тобой. Какими бы ни были твои мысли, в этой жизни у тебя есть ответственность перед Кристин, ты должен заботиться о ней… Помнишь те дни, когда Кристин болела и бросила тебя? Ты был подавлен и настроен негативно, никто не мог убедить тебя смириться со «смертью» Кристин. Подумай о том, как сильно ты заботился о ней тогда, и подумай о том, стоит ли эта проблема того, чтобы отказаться от отношений с Кристин?» ---------- Глава 919 - 473: Дополнительная история: Любить тебя — это больше, чем слова (1-2) «Оверский, Кристина любила тебя столько лет, ни о чём не жалея. Знаешь, вокруг неё было много прекрасных женихов, но она всегда была тебе всем сердцем предана… Такую девушку, будь то тринадцать лет назад или тринадцать лет спустя, стоит защищать всю жизнь». «Состояние здоровья Кристин наконец-то улучшилось. Она больше не может терпеть ударов и вреда. Если вы действительно хотите пройти с ней этот жизненный путь, пожалуйста, обеспечьте ей наилучший уход и защиту, чтобы ее здоровье действительно не вызывало никаких опасений». Скайлер Джонс стоял на месте. Хотя он не ответил на слова матери, выражение его лица не было лишено трогательности. Миссис Джеффри подошла к Скайлеру Джонсу и серьезно сказала: «Сынок, я думаю, ты понял, что я сказала. Я просто надеюсь, что у вас обоих все хорошо, чтобы вы не пожалели об этом в будущем». Кристин Куинн спала очень крепко, потому что ей приснился очень страшный сон… Во сне её затянуло в глубокий, тёмный, бездонный морской водоворот. Она изо всех сил пыталась выбраться из него, но чем больше она боролась, тем глубже её затягивало, пока она не увидела, как её поглощает огромный водоворот… Проснувшись, Кристин Куинн, казалось, все еще находилась в состоянии погружения в сон: она быстро дышала, широко раскрыла глаза от шока и оглядывалась по сторонам. Она с облегчением оказалась в комнате, осознав, что всё, что она только что пережила, было всего лишь сном… Дыхание Кристин Куинн постепенно успокоилось, и тут она заметила в комнате два чемодана. Кристин Куинн внезапно поднялась с кровати и безучастно уставилась на два чемодана. Внезапно она прислонилась к изголовью кровати, сердце словно ударило током, и ее охватила сильная боль. Это были её чемоданы, собранные им, верно? Он наконец принял решение… Хотя вчера она морально подготовилась, сейчас, столкнувшись с этим лицом к лицу, она почувствовала горькую боль в сердце. Оглядев комнату, она не увидела его и разочарованно встала с постели. После ночного сна ее настроение значительно улучшилось по сравнению с прошлой ночью, но, глядя в зеркало, она все еще выглядела такой же изможденной. Она умылась и собрала волосы в аккуратный хвостик, чтобы выглядеть бодрее, прежде чем выйти из ванной. Кристин Куинн никак не ожидала столкнуться со Скайлер Джонс, которая как раз входила с улицы, как только она вышла из ванной. Увидев его, Кристин Куинн слегка вздрогнула и замерла на месте. Скайлер Джонс, одетая в повседневную одежду, подошла к Кристин Куинн и тихо спросила: «Проснулась?» При виде Скайлер Джонс у Кристин Куинн в горле поднялась горечь, даже в носу зачесалось от кислого запаха. Чтобы не потерять самообладание перед ним, Кристин Куинн сглотнула горечь в горле, сдержала эмоции и спокойно спросила: «Когда придет адвокат?» "Что?" Скайлер Джонс не расслышал полностью слова Кристин Куинн, слегка нахмурив брови. Кристин Куинн отвернулась от Скайлер Джонс, слабо улыбнувшись: «К счастью, Мари уже взрослая. Она может принять любой выбор, который делаем мы, взрослые». Скайлер Джонс поспешно подошел к Кристин Куинн, положил руку ей на талию и спросил: «Что случилось?» «Разве вы еще не приняли решение?» «Какое решение?» Кристин Куинн посмотрела на два чемодана в комнате: «Вы даже мой багаж собрали, не так ли?» После первоначального напряжения Скайлер Джонс тихонько рассмеялся: «Дурак, это наш багаж для поездки, в нём наша одежда, а не только твоя». Кристин Куинн недоверчиво посмотрела на Скайлер Джонс. Скайлер Джонс с любовью обняла Кристин Куинн: «Я уже говорила, что, несмотря на все трудности, мы можем их преодолеть. Давайте не будем зацикливаться на прошлом. С сегодняшнего дня мы начнем все заново». "Ты…" Кристин Куинн, казалось, немного не поверила решению Скайлер Джонс, "Ты… ты не собираешься со мной разводиться?" «Когда это я говорила, что хочу с тобой развестись?» «Но ты…» Скайлер Джонс обнял Кристин Куинн, его магнетический, хриплый голос мягко произнес: «Мне никогда не приходило в голову отказаться от тебя. Мне никогда не приходило в голову провести всю жизнь с другой женщиной… Кроме тебя, мне больше ничего не нужно». Кристин Куинн ошеломленно подняла глаза, ее заплаканные глаза пристально смотрели на Скайлер Джонс: «Даже несмотря на то, что я больше не тот человек, которого ты себе представлял?» «Ты есть, ты всё ещё есть. Время никогда не сможет изменить сущность человека». "Но теперь я уже…" «Больше не поднимайте этот вопрос…» — Скайлер Джонс с раскаянием посмотрела в прекрасные глаза Кристин Куинн. — «Пожалуйста, простите мою нетактичность, я не имею права задавать вам вопросы». Взгляд Кристин Куинн был растерянным, она не могла подобрать слов. Скайлер Джонс нежно обхватила ладонями изящное лицо Кристин Куинн, испытывая глубокую привязанность: «Неважно, та ли это Кристин тринадцать лет назад или тринадцать лет спустя, ты — тот человек, которого я больше всего хочу беречь всю свою жизнь. Вчера ты спросила меня, влюбился бы я в тебя, если бы встретил тебя сейчас. Мой ответ — да, потому что нам суждено быть связанными на всю жизнь. Без тебя рядом со мной не будет ни совместной старости, ни седых волос». Кристин Куинн прикусила дрожащую губу, слезы тихо текли по уголкам ее глаз… Он нежно вытер ей слезы, утешая: «Прости, что пропустил твой день рождения… дорогая, позволишь ли ты мне наверстать упущенное?» Кристин Куинн шмыгнула носом, в нем уже покалывало от кислого запаха. "Путешествуй со мной, давай начнём по-настоящему, хорошо?" В этот момент Кристин Куинн энергично кивнула и бросилась в объятия Скайлер Джонс. Скайлер Джонс крепко обняла Кристин Куинн, довольная, и поцеловала её в волосы. Скайлер Джонс и Кристин Куинн наконец-то оставили все позади ради прекрасного путешествия. Всю поездку организовал Скайлер Джонс, поэтому Кристин Куинн оставалось лишь с удовольствием расположиться рядом с ним и наслаждаться всем, что он организовал. В частном самолете Кристин Куинн закрыла глаза и удобно прислонилась к широкому плечу Скайлера Джонса. Скайлер Джонс, взяв Кристин Куинн за плечо и увидев, что она закрыла глаза, тихо спросила: "Устала?" «Нет». Кристин Куинн мило улыбнулась. "Что случилось?" Кристин Куинн медленно открыла глаза, мягко улыбнулась и, глядя на него, подумала: «Неужели это происходит на самом деле?» Скайлер Джонс взяла Кристин Куинн за правую руку, переплела их пальцы и мягко сказала: «Конечно». ---------- Глава 920-474: Дополнительная история: Любить тебя — это не просто несколько слов 2 «Но ведь всего несколько часов назад мы спорили». "Мы были?" Он посмотрел на нее с улыбкой. Кристин Куинн резко покачала головой, прижавшись к нему: «Нет». Скайлер Джонс слегка улыбнулась. "Молодец." "Куда мы идём?" «Разве мы не должны были спрашивать?» «Но я хочу знать, куда мы едем». Она широко раскрыла свои прекрасные глаза, с ожиданием глядя на него. Скайлер Джонс ласково постучала себя по носу: «Я тебе пока ничего не скажу». «Это Париж?» — спросила она. Однажды она сказала, что хочет увидеть Эйфелеву башню. Скайлер покачал головой. «Значит, это Флорентийский собор в Италии?» Скайлер Джонс по-прежнему качал головой. "Тогда это…" Кристин предположила, что хочет посетить еще несколько мест, о которых упоминала ранее, но все его ответы были отрицательными. «Тогда я действительно не могу представить, куда ты меня везешь», — тихо пробормотала Кристин. Скайлер нежно посмотрела на нее: «Ты поймешь, когда мы туда доберемся, и я обещаю, ты влюбишься в это место». "Правда?" Кристин хлопнула глазами и выжидающе посмотрела на Скайлер. «Ммм». «Тогда я посплю, разбудите меня, когда мы приедем». «Хорошо». Скайлер нежно поцеловала Кристин в лоб: «Спи спокойно, я здесь, рядом с тобой». "Ммм." Прислонившись к плечу Скайлер, измученная Кристин наконец-то смогла хорошо выспаться и вскоре сладко уснула. Скайлер крепко обнял Кристин, глядя на ее безмятежное и прекрасное спящее лицо, и на его губах появилась довольная улыбка. Кристин проснулась еще до того, как они добрались до места назначения. В первую же секунду, как она открыла глаза, перед ней предстало элегантное, красивое спящее лицо. Кристин открыла сонные глаза и тихо посмотрела на него. Он был таким же красивым, как и при первой встрече. В 40 лет он, казалось, обрел лишь едва уловимое спокойствие и зрелость, но эта дополнительная глубина придавала ему еще больше обаяния и располагающей к себе стороны… Она действительно любила его, и вне зависимости от обстоятельств, он всегда мог ее очаровать. "Вы достаточно пристально смотрели?" Его соблазнительные губы слегка приоткрылись, и он медленно открыл глаза. Услышав его нежный голос и увидев его ленивый взгляд, Кристина покраснела от смущения: «Ты проснулся и ничего мне не сказал». Скайлер обнял Кристин: «Я не спал, просто дремал». Кристин прижалась к груди Скайлер и пробормотала: «Тогда не притворяйся спящей…» «Мне было любопытно, после такого детального изучения моего лица, вы что-нибудь обнаружили?» Кристин протянула руку и ущипнула Скайлера за красивое лицо: «Да, я заметила, что, даже если ты не особо ухаживаешь за кожей, твое лицо все равно такое упругое». «Наконец-то настало время, когда вы не жалуетесь на мой возраст». «Потому что я тоже уже немолода. В любом случае, мужчины в 40 лет находятся в расцвете сил, а женщины в 30 начинают терять свое обаяние». «Не говоря уже о женщине, у которой есть дети». "Эй…" Кристин легонько шлёпнула Скайлер, "Зачем ты так говоришь? Вообще-то, у меня ещё много обаяния, ладно, я…" Скайлер заставила Кристин замолчать поцелуем. После нескольких секунд поцелуя Скайлер медленно отпустила её. Лицо Кристин покраснело: «Эй, на борту несколько человек…» Она всегда стеснялась проявлять нежность на публике. «Я не против». «Но девушки думают…» "Ты больше не девочка…" "Скайлер Джонс!!" Кристин на этот раз приподнялась и сильно ударила его кулаком: "Теперь тебе начинает не нравиться, как я старею и бледнею?" Скайлер усмехнулась, поцеловав ее надутые губы: «Почему тебя так трудно угодить…» Кристин тихо пробормотала: «Это потому, что ты считаешь меня непривлекательной». «Я никогда этого не говорил». «Вы упомянули, что у меня есть дети, и сказали, что я больше не девушка». Скайлер усмехнулась: «Эти факты лишь подтверждают, что ты уже занята, а не комментируют твою привлекательность». Увидев умиротворяющую улыбку Скайлера, Кристин наконец отпустила его, откинулась назад в его объятиях и обняла его: «Это правда, по сравнению с тобой я немного не твоего уровня… Ты богат и красив, зрелый и грациозный, именно такой, какой нравится молодым девушкам в наши дни. Если сравнивать, то, похоже, это я тобой пользуюсь». Скайлер приподнял подбородок Кристин рукой: "Ты что, с ума сошла?" ---------- Глава 921 - 474: Дополнительно: Любовь к тебе нельзя выразить несколькими словами 2_2 «Нет, просто меня немного беспокоят многочисленные соблазны будущего, некоторым людям просто не удаётся им противостоять». — О каких искушениях вы говорите? — многозначительно спросил он. «Конечно, я говорю о маленьких девочках… Мне вдруг пришла в голову мысль: женщины быстро стареют, и через несколько лет, когда я действительно состарюсь и поблекну, вы будете выглядеть так же, как сейчас. Боюсь, тогда вы действительно начнете меня ненавидеть…» Скайлер Джонс слегка нахмурился, словно задумавшись, а затем серьезно ответил: «Будущее действительно трудно предсказать…» Что? "Скайлер Джонс!!" — снова выкрикнула Кристин Куинн его полное имя. — "Как ты смеешь!!" Скайлер рассмеялась: «Я еще не закончила говорить… Хотя будущее трудно предсказать, я довольно странная; я не люблю неприятностей, поэтому предпочитаю постоянство, люблю делать все в одиночестве, спать, обнимая только одного человека, и делиться интимностью только с этим человеком…» От его слов ее щеки покраснели от смущения, и она пробормотала: «Ладно, я тебя прощу…» Скайлер нежно поцеловала её в покрасневшую щёку: «Угодить тебе совсем нелегко». Кристин позабавили его слова: «Разве ты не знал? Женщин всегда трудно удовлетворить». Увидев лучезарную улыбку на ее лице, Скайлер довольно изогнула губы в улыбке. Кристин немного смутилась под его взглядом и, покраснев, сменила тему: «Кстати, мы уже близко к месту назначения?» "Хм." Кристин с любопытством выглянула в окно, но, к сожалению, на улице было кромешная темнота, поэтому она ничего не увидела. «Мне очень любопытно!» Скайлер так и не рассказал Кристин ничего, он лишь погладил ее шелковистые волосы и нежно улыбнулся. Час спустя. «Как я должна ходить с закрытыми глазами!» — нервно спросила Кристин у двери домика, закрыв глаза. «Я тебя понесу». "Хм?" Прежде чем Кристин успела закончить говорить, Скайлер уже поднял её и посадил себе на спину. "Ах!" Кристин вздрогнула, крепко сжимая руками шею Скайлер. Скайлер, держа Кристин за ноги, снова напомнила ей: «Ты ведь не открыла глаза, правда?» Кристин прислонилась к широкой спине Скайлер и честно ответила: «Нет, ты же сказала мне не открывать их!» «Хорошая девочка». Скайлер шаг за шагом вынесла Кристин из двери хижины… Это был первый раз, когда Кристин несла на руках Скайлер… Это чувство было неописуемо приятным, словно она была для него всем миром, и с каждым шагом он нес в себе ее… В какой-то момент она подумала: если бы они могли так состариться вместе, её жизнь была бы полной. Кристин последовала указаниям Скайлер и держала глаза закрытыми, пока не почувствовала, что свет стал ярче, и не поняла, что они в помещении. Затем она спросила: «Мы уже приехали?» "Да." Скайлер внес Кристин в комнату и, только поставив ее на пол, сказал: «Теперь ты можешь открыть глаза». Сердце Кристин бешено колотилось от волнения, она не могла понять, куда он ее привез. Однако, когда Кристин медленно открыла глаза, увиденное на мгновение повергло ее в шок. «Это, это…» Кристин безучастно огляделась вокруг, рассматривая интерьер отеля, освещение, мебель… "Отель?" Кристин недоверчиво посмотрела на Скайлер, широко раскрыв глаза: «Ты заставил меня закрыть глаза, чтобы показать мне этот неизвестный отель?» Скайлер усмехнулась, мягко поддерживая Кристин: «Это отель, где мы остановимся сегодня вечером». Кристин издала одобрительный звук, ее ресницы опустились от разочарования. "В чем дело?" Кристин покачала головой и снова огляделась: «Этот отель неплох». Скайлер обнял Кристин за талию: «Завтра я тебе скажу, где мы будем». Кристина послушно кивнула. Скайлер, конечно же, знала, почему Кристин сейчас была в подавленном состоянии… Она, должно быть, ожидала, что он ее удивит, а не предполагала, что, открыв глаза, увидит обычный отель. "Расстроенный?" "Нет…" Кристин прислонилась к плечу Скайлера, "Мне уже достаточно того, что ты рядом". Она говорила правду, правда, неважно, был ли это сюрприз или нет, самое главное было то, что они вместе, что он рядом, она могла расслабиться и прижаться к нему вот так. «После такого долгого перелета вы устали?» "Немного." «Тогда позволь мне отнести тебя в душ». "Не нужно, я сам пойду!" "Хорошо." Скайлер поцеловала Кристин в щеку, после чего та поискала свою пижаму в чемодане и пошла в ванную. Войдя в ванную, Кристин не стала сразу принимать душ, а встала перед раковиной, тихо осмотрела себя, прежде чем умыться холодной водой. И снова ледяное прикосновение воды подтвердило, что все, что она переживала, было реальностью. Она действительно отправилась в это путешествие со Скайлер, оставив все их проблемы позади… Честно говоря, она не ожидала, что он выберет «прощение»… Вчера она действительно думала, что их отношения подошли к концу, ведь он был так зол… В тот момент она думала, что независимо от исхода, она не будет его винить, потому что, с любой точки зрения, они с ним больше не подходили друг другу… Она никак не ожидала, что он решит забыть прошлое и начать все заново. Она призналась, что когда он заговорил о том, чтобы начать все сначала, она была очень тронута, но в глубине души понимала, что то, что произошло между ней и Джонатаном Гибсоном, если они останутся вместе, даже если он искренне не будет против, всегда будет занозой в ее сердце… Но в тот момент она не могла ему отказать, потому что не могла отпустить его, она любила его, она хотела быть с ним, пока они оба не поседеют… Она продолжит расследование того, что произошло с Джонатаном… Она всё ещё не могла поверить в то, что произошло той ночью, потому что, если бы что-то действительно случилось, она бы ничего не почувствовала, она уже потеряла представление о том, кто такой Джонатан на самом деле, но она всё ещё была готова верить, что Джонатан никогда не причинит ей вреда… Подумав об этом, Кристин выдавила из себя улыбку, глядя в зеркало. Она не должна сдаваться перед трудностями, ей нужно решить это вместе с ним, а пока пусть они спокойно наслаждаются этим путешествием! ---------- Глава 922-475: В этой жизни я люблю только Кристин Куинн Наконец, приведя мысли в порядок, Кристин Куинн направилась в душ, держа в руках ночную рубашку. Кристин вышла из ванной, от нее исходил свежий и приятный аромат. Когда она вышла, Скайлер Джонс разговаривал по телефону у окна от пола до потолка, и она смутно могла разглядеть на его лице суровое выражение. Она слегка нахмурила брови и подошла к нему: «Что случилось?» Он только что закончил разговор и тепло ответил: «Ничего, просто рабочие дела». "Проблемные вещи?" Скайлер тихонько усмехнулся, небрежно отбросил телефон и обнял ее за тонкую талию: «Просто распределяю задачи между подчиненными, в ближайшие несколько дней обсуждать рабочие вопросы не буду». «Ох». Кристин похлопала его по рукам: «Иди прими душ; я приготовила для тебя воду». «Помогите мне достать пижаму». "Хорошо." Кристин повернулась, чтобы взять пижаму Скайлера, но неожиданно, как только она обернулась, длинная рука Скайлера протянулась, притягивая ее обратно в свои объятия. "Кристин…" Его глубокий, чарующий голос коснулся её уха. "Хм?" Она посмотрела на него и только тогда заметила напряженный взгляд в его глазах. «Прежде чем принять душ, позволь мне сначала кое-что сделать…» Не успев произнести эти слова, он уже запрокинул ей голову назад и страстно поцеловал в губы. "Нет…" Кристин инстинктивно увернулась от его поцелуя и оттолкнула его. "Кристин…" Он не ожидал ее сопротивления, крепко обнимая ее, когда она пыталась вырваться, прижимая подбородок к ее лбу. "Что случилось?" Кристин прижала руки к его груди, качая головой: «Я не могу…» "Хм?" "Я…" Кристин медленно опустила голову, слегка прикусив губу. Скайлер осторожно приподнял подбородок Кристин, и ее ясные глаза встретились с его взглядом. "Что случилось?" Кристин с сомнением посмотрела на него: «Тебе всё равно? Я…» Скайлер, естественно, понял, о чем говорила Кристин, и, прижавшись лбом к ее лбу, тихо произнес: «Ты забыла, что я тебе говорил?..» "Но…" "Пока я знаю, что я единственный в твоём сердце…" «Я не объяснила вам, что произошло той ночью…» «Я знаю, это Джонатан Гибсон отнёс тебя в номер той ночью». «В тот вечер жители острова пригласили нас на грандиозный праздник. Я никак не ожидал, что напьюсь после нескольких глотков фруктового вина…» «Больше ничего не говори, детка…» Скайлер нежно обхватила лицо Кристин, полное вины и самообвинения, — «Если бы не этот случай, я бы не понял, как сильно я тебя люблю… Знаешь, как мне было больно, когда я увидел тебя одну под душем, под холодной водой… Я так ненавидел себя, как я мог снова причинить тебе столько боли?» Слезы от горя навернулись на глаза Кристин: «Я не пыталась это от тебя скрывать, потому что даже сейчас я не хочу верить, что Джонатан мог бы…» Скайлер в панике осторожно вытерла слезы с уголков глаз Кристин: «Не плачь, глупышка… ты что, пытаешься заставить меня чувствовать себя еще более виноватой?» Всхлипывая, Кристин прижалась к Скайлер и сказала: «Обещаю, я больше не буду об этом говорить…» "Мм…" Он нежно поцеловал её. Она подняла на него взгляд, внезапно рассмеялась и еще крепче прижалась к нему в объятия. Она молча оставалась прижавшейся к нему в объятиях, словно в этот момент весь мир остановился. После того, что показалось ему вечностью, он тихо предложил женщине в своих объятиях: «Может, мне пойти принять душ?» Кристин отступила от объятий Скайлер и послушно кивнула. Перед тем как войти в ванную, Скайлер не забыла поцеловать Кристин в лоб и напомнила: «Подожди меня». "М-м-м." Только после этого Скайлер вошла в ванную. В этот момент Кристина почувствовала облегчение, избавившись от прежнего бремени, осознав, что какие бы проблемы ни возникли перед ними, она больше не будет бояться, потому что он рядом, он всегда будет защищать её. По лицу Кристин расплылась милая улыбка, она чувствовала, что все, через что они прошли в последнее время, незримо укрепило их связь. Она никогда не чувствовала себя в такой безопасности рядом с ним, как сейчас. "Ах!" Кристин, которая как раз собирала багаж, внезапно опешилась, когда кто-то обнял ее сзади. Этот человек только что вышел из душа, от него исходил свежий, едва уловимый мужской аромат, от которого у нее слегка затрепетало сердце. Кристин отложила складываемое ею белье и повернулась к нему лицом: «Ты закончил принимать душ?» ---------- Главы 923–475: В этой жизни я люблю только Кристин Куинн (Часть 2) Скайлер Джонс обнял Кристин Куинн за тонкую талию и хрипло прошептал: «Я хочу видеть тебя каждую минуту». "Какая банальность." «Но тебе это нравится…» Кристин Куинн застенчиво стукнула его по груди. «Ты, должно быть, устал, да? Ложись спать первым, я приведу в порядок нашу одежду, а потом пойду спать». "Просто поспать?" Скайлер Джонс прищурился и озорно посмотрел на него, явно намекая на что-то другое. Кристин Куинн потянула Скайлер Джонс за халат. «Ты так долго летишь в самолете, не устала?» "Усталый." «Я не такая уж и тяжелая, но ты только что так долго несла меня на спине, это, должно быть, было нелегко». Боль в голосе Кристин Куинн была очевидна. Губы Скайлер Джонс изогнулись в нежной улыбке. «Ты не первая женщина, которую я хотел бы носить на спине, но ты последняя женщина, которую я когда-либо захочу носить». Кристин Куинн мило улыбнулась, а затем внезапно нахмурилась. Только тогда до нее дошло, и она спросила: «Не в первый раз?» «Да, был ещё один до этого…» — поддразнила Скайлер Джонс. Кристин Куинн сильно ударила его кулаком, отвернула лицо и пробормотала себе под нос: «Значит, я не единственная в твоем сердце? Женщина, которую ты носил на спине, должно быть, нравилась тебе и раньше… А ты все еще говоришь, что тебе никогда не нравилась ни одна женщина до встречи со мной. Неудивительно, что ты не можешь принимать слова мужчины за чистую монету». Скайлер Джонс прошептала ей на ухо: «Хочешь знать, кто это был? Она тоже как-то с тобой связана». Кристин Куинн резко ответила: «Откуда мне знать? Президент Джонс, в молодости вы были полны энергии, красивы и богаты. Привлечь внимание молодых девушек, вероятно, можно было за считанные минуты». Он легонько укусил её за мочку уха, слегка наказав её. Она схватила себя за ухо, отпрянула назад и настороженно посмотрела на него. «Ты ревнуешь, и это невероятно приятно». По какой-то причине ему просто нравилось видеть, как сильно она о нём заботится. "Удивительно, да уж… Скорее скажи, кого ты еще несла раньше?" Кристин Куинн крепко сжала халат Скайлер Джонс, притворяясь рассерженной. Опасаясь, что Кристин Куинн может сильно разозлиться, Скайлер Джонс быстро успокоила её: «Глупышка, кроме тебя, мне никогда не нравилась ни одна другая женщина». — Тогда почему вы только что сказали, что носили другую женщину? — Кристин Куинн бросила на него недовольный взгляд искоса. Скайлер Джонс разразился громким смехом. То, как она ревновала… было просто невероятно мило. "Над чем ты смеешься?" Кристин Куинн надула щеки и пристально посмотрела на него. Скайлер Джонс сдержал смех, и его голос перешёл в лёгкую улыбку. "Кристин…" Скайлер Джонс обняла Кристин Куинн за талию. «Уходи». Кристин Куинн пыталась вырваться из его крепких объятий, но так и не смогла освободиться. «Другая женщина, о которой я говорила, — это наша дочь. Она очень ко мне привязана, раньше постоянно приставала ко мне, чтобы я носила её на спине». Лицо Кристин Куинн тут же вспыхнуло ярко-красным. «Если бы ты объяснил раньше, я бы не…» Глаза Скайлер Джонс наполнились смехом. «Но мне просто нравится наблюдать, как ты из-за меня волнуешься». Он украдкой поцеловал её в нежную, румяную щёчку. Увидев, как её лицо покраснело от смущения, взгляд Скайлера Джонса снова разгорелся. "Ты ужасен." «У меня есть ещё более ужасные планы». Услышав, как в его словах сквозит желание, она опустила голову от стыда. "Ты такой грязный". "Грязно? Тогда как насчет этого?" — Длинные пальцы Скайлер Джонс беспорядочно двигались между бедрами Кристин Куинн сквозь ночную рубашку. "Э-э…" — удивленно ахнула Кристин Куинн. "Хочешь?" Лицо Кристин Куинн горело от ярости до самых ушей. «Шторы ещё даже не задернуты…» «Всё в порядке. Это только улучшает настроение». Кристин Куинн в шоке уставилась на него, ее маленькие руки прижались к его широкой груди. «Мне не нужна такая атмосфера… Сначала задерни шторы». Бог знает, в этой комнате две стены были из прозрачных окон от пола до потолка. Даже несмотря на тусклый свет снаружи, если бы кто-нибудь случайно посмотрел в эту сторону, это была бы сцена, практически предназначенная для просмотра несовершеннолетними! Скайлер Джонс внезапно поцеловала Кристин Куинн в губы. «Я просто дразнил тебя». "Ты ужасен!!" Скайлер Джонс поклялся Кристин Куинн: «Как я могу позволить кому-либо еще желать тебя?» Кристин Куинн покраснела, наконец расслабившись. «Тогда иди и задерни шторы». «Но если сквозь эти окна от пола до потолка ничего не видно снаружи, и нет абсолютно никакой возможности, чтобы кто-то еще мог тебя здесь увидеть, то это уже совсем другая история». Ему очень нравился ее застенчивый, смущенный взгляд, поэтому он не мог удержаться от того, чтобы поддразнить ее своими словами. Лицо Кристин Куинн горело, а сердце бешено колотилось. Она не понимала почему, но когда он сказал, что ни один любовник не сможет заглянуть внутрь, она даже немного возбудилась… Такая атмосфера, казалось, дарила совершенно иные ощущения. Боже, неужели он развратил её? Её мысли тоже начали склоняться к непристойным вещам. Она действительно считала, что возможность делать все, что им захочется, в такой, казалось бы, прозрачной обстановке, станет очень свободным и расслабляющим способом отпустить ситуацию. Звучало довольно заманчиво. Кристин Куинн внезапно закрыла лицо руками. Она… она действительно находилась под влиянием Скайлер Джонс, становясь все менее и менее замкнутой. Ей было очень неловко. Скайлер Джонс отдернула руки Кристин Куинн. «Тебе тоже это кажется забавным, не так ли?» «Нет». Кристин Куинн не осмелилась признаться в этом. «Думаю, вам тоже хотелось бы попробовать такую ​​обстановку. В конце концов, мы, кажется, еще ничего подобного не пробовали…» Усиливающийся румянец на ее лице подтвердил его догадку. "Хочешь?" Скайлер Джонс злорадно ухмыльнулся, внезапно схватив Кристин Куинн за руку и направив ее к своему уже гордо стоящему члену. Кристин Куинн резко отдернула руку, словно обожглась. "Кристин…" В голосе Скайлер Джонс слышался оттенок протеста. Кристин Куинн снова оглядела комнату. Неужели из этих окон ничего не видно? «Кристин, я обещаю, никто снаружи не сможет меня увидеть, и самое главное, здесь только мы вдвоём…» Кто бы мог подумать, что прежде чем Скайлер Джонс закончит говорить, Кристин Куинн вдруг сама обнимет его за шею, встанет на цыпочки и страстно поцелует… Романтическая ночь была наполнена затянувшейся нежностью и желанием. Следующим утром сквозь окна от пола до потолка в комнату хлынул приятный солнечный свет. Ресницы Кристин Куинн затрепетали под лучами света, когда она медленно просыпалась. Проснуться в объятиях любимого человека — что может быть прекраснее… Поэтому, когда Кристин Куинн открыла глаза и увидела перед собой красивое лицо Скайлера Джонса, она почувствовала истинное удовлетворение. Кристин Куинн приподняла одеяло повыше, чтобы прикрыть свое обнаженное тело, и села. ---------- Главы 924–476: Дополнительная история: Без пощады для Рен Цинлэ Сначала она немного проголодалась и подумала о том, чтобы посмотреть, нет ли здесь чего-нибудь поесть, и приготовить ему завтрак. Но как только она села на кровати и увидела вид из окна от пола до потолка, она пришла в шок, ее разум опустел. Внезапно она радостно воскликнула, быстро надела простое шифоновое платье и выбежала из отеля… Голубое небо, бескрайнее море, белый песчаный пляж, вдалеке виднеются ветряные мельницы, а на горизонте — восходящее солнце… Вместе они создают поистине великолепный пейзаж… Кристин Куинн добежала до самого пляжа, где море доходило ей только по щиколотку, и с удовольствием любовалась глубоким синим океаном. Ветер развевал ее иссиня-черные волосы, и белое платье колыхалось… Она не знала, что это за место, но ей было совершенно ясно, что это не обычный остров, потому что здешняя красота была настолько нереальной, словно рай, оторванный от суеты окружающего мира, опьяняющей и завораживающей. Две руки обхватили её талию сзади. Знакомая сила, знакомое дыхание, знакомое тепло — ей не нужно было гадать, кто это. Она прижалась к нему, слегка повернула лицо и посмотрела на него: "Скажи, где мы?" В последние дни он одевался очень просто: футболка и белая рубашка. По сравнению с его обычной серьезностью, сейчас он выглядел привлекательным и молодым… Он крепче обнял её, прижимая к себе, и они вместе смотрели на синее море. «Эгейские острова». «Остров в Эгейском море?» — Кристин Куинн была ошеломлена. — «Вы хотите сказать, что мы сейчас в Греции?» Скайлер Джонс кивнул: «Остров, на котором мы находимся, называется Миконос, он известен своими ветряными мельницами и пляжами». «Я знаю Эгейское море, я как-то читал книгу под названием «Проклятие Эгейского моря», там говорилось, что это море находится под защитой Зевса, верховного правителя греческой мифологии, потому что здесь жил человек, которого он любил больше всего». Скайлер Джонс крепче обнял Кристин Куинн, и из его магнетического голоса медленно вырвалось: «Ты знаешь, зачем я привёз тебя сюда в путешествие?» "Неужели это потому, что это "Море Любви"?" Скайлер Джонс покачал головой: «Поскольку каждое обещание, которое я даю тебе здесь, контролируется Зевсом и той, кого он любит больше всего, если я в будущем нарушу его, меня ждет вечное наказание». Кристин Куинн похлопала по красивому лицу Скайлера Джонса, тронутая и одновременно огорченная его клятвой: «Дурак, это всего лишь миф и легенда…» Скайлер Джонс нежно поцеловал тыльную сторону ладони Кристин Куинн и тихо произнес: «Этот поцелуй — мое обещание Зевсу…» В этот момент Скайлер Джонс посмотрел на голубой горизонт и искренне заявил: «Я, Скайлер Джонс, люблю в этой жизни только Кристин Куинн». Кристин Куинн, не моргая, смотрела на красивое лицо Скайлера Джонса, и слезы невольно текли по ее щекам… Ей не нужны были подарки на день рождения, и она не любила вечеринки-сюрпризы. Этой жизни, этих слов достаточно. Спустя полмесяца. В холле особняка Джонсов Кристин Куинн раздавала семье подарки, которые привезла из поездки. «Мама, Бекка, это подарки для вас, Мари, это ваши, Эндрю, это какарон, который тетя купила вам, твой любимый…» Мари и Эндрю были в восторге от полученных подарков и вскоре побежали их разворачивать. Ребекка Квентин с восторгом воскликнула: «Значит, подарки есть и для нас, а не только для детей…» Кристин Куинн ответила с улыбкой: «Конечно, я купила подарки для всех». Ребекка Квентин быстро передала маленькую принцессу на руках стоявшему рядом Говарду Джеффри, с радостью разворачивая подарок. «Ух ты, это новый аромат от бренда XXX, доступный только во Франции…» Кристин Куинн кивнула: «Мы со Скайлер провели три дня во Франции, увидели, что эти духи поступили в продажу, и купили их для вас». Ребекка Квентин обняла Кристин Куинн: «Спасибо, сестрёнка». Говард Джеффри, держа на руках маленькую принцессу, нежно укачивал ее, с обожанием глядя на свою милую жену: «Я должен был знать, что флакон духов может сделать тебя такой счастливой; я бы купил всю коллекцию ароматов этой марки». Ребекка Квентин, прижавшись к Говарду Джеффри, со смехом сказала: «Дорогой, за деньги не всё купишь. Как и эти духи, бренд выпустил всего несколько лимитированных флаконов, и их продажа была запланирована на прошлую неделю. Скажите, мистер Джеффри, при вашем плотном графике, вы обычно обращаете внимание на увлечения вашей жены в мире моды?» Говард Джеффри серьезно ответил: «Жена, я признаю свою ошибку». Ребекку Квентин развеселило серьезное признание Говарда Джеффри, она встала на цыпочки и поцеловала его в щеку: «Ты прощен». ---------- Глава 925-476: Дополнительно: Никакой пощады для Дженнифер Дуглас (2) Толпа разразилась смехом. Миссис Джеффри вдруг сказала: «Кристин, ты так долго летишь на самолёте; не хочешь ли вернуться в свой номер и немного отдохнуть?» Кристин Куинн повернула голову к Скайлер Джонс, которая нежно обнимала ее, и тепло сказала: «Я не очень устала. А ты? Почему бы тебе не вернуться в номер и не отдохнуть?» Скайлер Джонс покачал головой: «У меня есть кое-какие дела в компании». «Но ты же не отдыхал…» Хотя это прозвучало как жалоба, в ней читалась явная забота о нём. «Со мной все в порядке. Скоро вернусь». Скайлер Джонс поцеловала Кристин Куинн в щеку. Кристин Куинн слегка кивнула: «Иди переоденься!» "Хорошо." Кристин Куинн продолжала наблюдать за фигурой Скайлер Джонс, пока кто-то не махнул рукой перед ее глазами: «Все еще наблюдаешь? Не можешь вынести разлуки ни на минуту?» Насмешливый голос Ребекки Квентин вернул Кристин Куинн к реальности. Она покраснела от смущения: «Ты меня раздражаешь». Ребекка Квентин обняла Кристин Куинн за плечо и спросила: «Скажи мне быстро, твой муж преподнес тебе много романтических сюрпризов в этой поездке?» Кристин Куинн покраснела и слабо улыбнулась: «Расскажу позже». «Хорошо, по вашему выражению лица уже видно, что ваши отношения с мужем укрепились за время этой поездки». "Да." «Видя, как вы с Оверски помирились, я теперь спокойна», — с облегчением сказала миссис Джеффри. Кристин Куинн схватила миссис Джеффри за руку и извинилась: «Прости, мама, что заставила тебя волноваться из-за Оверски и меня». Миссис Джеффри с любовью погладила руку Кристин Куинн: «Глупышка, какая пара не ссорится? Хорошо, что вы помирились, действительно хорошо». Кристин Куинн мягко улыбнулась: «Думаю, в будущем мы с Оверски будем ценить друг друга еще больше». Миссис Джеффри кивнула: «Как только Оверски переведет компанию в Нью-Йорк, я попрошу его организовать для вас свадьбу, чтобы вы оба не пожалели о своем решении». "Хорошо." Внутри просторного служебного автомобиля царила холодная и торжественная атмосфера. На бесстрастном лице Скайлер Джонс не было видно никаких эмоций, но в то же время ощущалось необъяснимое чувство опасности. В этот момент его подчиненный Джастин Уолтер подвел Дженнифер Дуглас к передней части машины. Дженнифер Дуглас пристально смотрела на Скайлера Джонса, прекрасно понимая, почему он к ней обратился, но в ее глазах не было и следа страха. «Садитесь в машину, мисс Дуглас», — холодно сказал Джастин Уолтер Дженнифер Дуглас. Дженнифер Дуглас села в машину и расположилась рядом со Скайлер Джонс. Опустив голову, Дженнифер Дуглас медленно произнесла: «Я знаю, почему вы меня ищете… Да, интимные фотографии Джонатана Гибсона и Кристин Куинн были сделаны по моему приказу. Я также анонимно отправила эти фотографии себе». Скайлер Джонс спокойно посмотрела вперед, казалось, почти без каких-либо эмоциональных колебаний: «Зачем ты это сделала?» Дженнифер Дуглас с грустью посмотрела на Скайлер Джонс: «Потому что Кристин Куинн тебя совершенно не заслуживает. Хотя я без зазрения совести фотографировала её и Джонатана Гибсона, это неоспоримый факт, что у них были отношения». «Вы понимаете, к чему приведет причинение ей боли?» — тон Скайлер Джонс оставался спокойным, словно она обсуждала что-то незначительное. Дженнифер Дуглас неотрывно смотрела на привлекательный профиль Скайлера Джонса: «Я знаю, что может произойти, но я не буду об этом жалеть». "Хорошо, выходите из машины!" "Ты собираешься послать кого-нибудь, чтобы причинить мне вред?" "Нет." «Значит, вы намерены уготовить мне участь хуже смерти?» Скайлер Джонс молчал, его тонкие губы были плотно сжаты в линию. Дженнифер Дуглас пристально смотрела на привлекательный профиль Скайлера Джонса и вдруг глупо рассмеялась: «Оверски, я не понимаю, почему я не могу сравниться с Кристин Куинн?» «Нет ничего, с чем это можно было бы сравнить». Безжалостные слова Скайлера Джонса пронзили сердце Дженнифер Дуглас, словно меч. Она схватилась за ноющую грудь и сказала: «Дело не в том, что я ей не дотягиваю; просто я познакомилась с тобой позже, чем она». Скайлер Джонс по-прежнему не отвечал. Слезы текли по щекам Дженнифер Дуглас, словно пытаясь подавить боль в сердце. Она крепко прикусила губу, а затем, спустя долгое время, снова открыла рот: «Я хочу задать вам вопрос. Можете ли вы ответить мне честно?» Выражение лица Скайлер Джонс оставалось безразличным. «Если бы не встреча с Кристин Куинн более десяти лет назад, возникли бы у вас ко мне чувства, когда вы познакомились?» Слезы хлынули из глаз Дженнифер Дуглас, когда она посмотрела на него полными надежды и печали глазами, умоляя дать ей желаемый ответ. Никто не ожидал, что в этот момент Скайлер Джонс спокойно и холодно скажет: «Нет». «Нет, я не верю этому…» — Дженнифер Дуглас начала многократно качать головой, слезы текли из ее глаз от отчаяния. — «Ты лжешь мне… Ты лжешь мне, я знаю, что ты заботишься обо мне; просто у тебя есть обязанности перед Кристин Куинн…» — Вы закончили? — Скайлер Джонс холодно смотрел прямо перед собой. — Выходите из машины. «Нет…» — Дженнифер Дуглас крепко вцепилась в руку Скайлер Джонс, — «Ты сказал, что тебе на меня наплевать, верно? Хорошо…» — Дженнифер Дуглас всхлипнула и решительно произнесла: — «Без тебя жизнь в этом мире для меня бессмысленна… В эту субботу я буду ждать тебя в своей квартире. Если уже за полночь, а ты не придешь, не волнуйся, просто считай это моим искуплением. Я больше не буду появляться в твоем мире. Если ты придешь, мне не нужно будет ничего от тебя делать, мне просто нужно знать, что ты пришел…» Наконец, Дженнифер Дуглас медленно вышла из машины и тихо стояла снаружи, глядя на бесстрастное лицо Скайлер Джонс. В конце концов, автомобиль безжалостно рванул с места прямо перед Дженнифер Дуглас… Находясь в машине, Джастин Уолтер взглянул на Скайлера Джонса в зеркало заднего вида: «Мистер Джонс, вы приедете в эту субботу?» «Когда ты стал таким разговорчивым?» Джастин Уолтер тихо ответил: «Мне кажется, мисс Дуглас слишком настойчива… Она попросила тебя прийти к ней в субботу только ради ответа. Если ты не пойдешь, судя по ее словам, она может принять какие-нибудь крайние меры…» Губы Скайлера Джонса оставались плотно сжатыми; он не произнес ни слова. «Мистер Джонс, на самом деле, я все это время расследовал дело мисс Дуглас… Согласно результатам расследования, мисс Дуглас определенно хорошая женщина как в жизни, так и в работе. У нее нет никаких коварных планов, и то, что она сделала, чтобы причинить боль миссис Джеффри, возможно, было просто потому, что она слишком сильно любила вас, мистер Джонс…» «Я также узнала, что после вашего расставания с мисс Дуглас она планировала уехать из Нью-Йорка, но позже услышала, что вы разочаровались в поисках миссис Джеффри, и в итоге так и не уехала… Думаю, фотографии Джонатана Гибсона с миссис Джеффри, сделанные мисс Дуглас, не были предназначены для того, чтобы позже посеять раздор между вами и миссис Джеффри. Возможно, она просто хотела посмотреть, какой человек миссис Джеффри… Она не ожидала, что сфотографирует миссис Джеффри вместе с Джонатаном Гибсоном, поэтому её мировоззрение начало меняться. Она хотела, чтобы вы знали об этом, но одновременно испытывала внутренний конфликт, потому что знала, что вы очень любите миссис Джеффри. Если бы она рассказала вам об этом опрометчиво, вы бы, конечно, не поверили, подумав, что она злонамеренно сеет раздор, поэтому она продолжала тайно строить козни против миссис Джеффри…» ---------- Глава 926–477: Дополнительно: Тяжелый труд мистера Джонса 1 «К счастью, мисс Дуглас — добросердечная. Она на самом деле ничего плохого не сделала, чтобы навредить мадам. Она просто надеялась, что мадам сдастся, столкнувшись с трудностями. Она не ожидала, что мадам не отступит и будет неоднократно разрешать кризис доверия с вами. Только когда у нее не осталось другого выбора, мисс Дуглас показала фотографии, хотя и знала, что вы узнаете, что именно она была организатором всего этого… Но о вас она нисколько не жалеет». В своей длинной речи Джастин Уолтер подробно проанализировал намерения Дженнифер Дуглас. Но откуда Джастин Уолтер мог знать, о чём думала Дженнифер Дуглас? Как Скайлер Джонс могла не выразить это ясно? На самом деле, с тех пор как разразился скандал с "беременностью" Дженнифер Дуглас, он подозревал, что именно она является закулисным манипулятором. Но он дал Дженнифер Дуглас шанс, доверившись ей. Кто бы мог подумать, что фотоинцидент снова вызовет такой резонанс… На этот раз Дженнифер Дуглас коснулась его прибыли. Если раньше он не был совершенно равнодушен, потому что несколько эгоистично использовал Дженнифер Дуглас, чтобы спровоцировать Кристин Куинн, то скандал с фотографией стал причиной краха самой Дженнифер Дуглас. «Вы так много говорите в её защиту, что я всерьёз сомневаюсь, не подкупила ли она вас». В его словах не было ни намёка на эмоции, холодно заметил Скайлер Джонс. Услышав это, Джастин Уолтер задрожал, его тон стал робким: «Мистер Джонс, пожалуйста, не шутите так со своим подчиненным, я просто констатирую факты». «Тогда садись за руль и перестань болтать». Джастин Уолтер тут же замолчал, не смея сказать ни слова. Скайлер Джонс откинулся на спинку стула и закрыл глаза, чтобы немного отдохнуть. Кристин Куинн напевала мелодию в комнате, убирая вещи, которые привезла из поездки… После долгого перелета она, конечно, устала, но хотела дождаться возвращения Скайлера Джонса и провести с ним ночь. Ей нравилось прижаться к его руке и поспать. Звонок телефона прервал Кристин Куинн, которая складывала одежду. Она начала искать свой телефон, и ее прежде радостное лицо побледнело в тот момент, когда она увидела знакомый номер на экране. Сначала она не хотела отвечать, но поняла, что есть вещи, которых она не может избежать, и ей также нужно было уточнить у этого человека. Наконец, она спокойно нажала кнопку ответа. "Привет…" "Кристин". Голос Джонатана Гибсона был заметно более усталым, чем раньше. «Почему вы все еще звоните?» — недружелюбным тоном спросила Кристин Куинн. «Спасибо, что по-прежнему готовы ответить на мой звонок». «Я ответила на твой звонок, чтобы внести ясность… С этого момента мы больше не друзья, и я не хочу тебя больше видеть». После долгого молчания Джонатан Гибсон наконец заговорил: «Можно увидеться с вами еще раз?» «Я сказал, что мы больше не друзья, и я больше не могу с тобой видеться. Это мой последний звонок тебе сегодня». Джонатан Гибсон медленно, мягко и осторожно произнес: «Если я скажу тебе, что между нами ничего не произошло, и что все, что я тебе сказал в тот день, было лишь проверкой того, насколько сильно Скайлер Джонс тебя любит, ты все равно захочешь встретиться со мной еще раз?» Кристин Куинн недоверчиво расширила глаза: «Что вы сказали? Мы… мы этого не делали…» «Приходи и познакомься. Завтра в полдень я буду ждать тебя в нашем обычном месте, где мы встречаемся за кофе». Кристин Куинн потребовалось некоторое время, чтобы отреагировать, пока Джонатан Гибсон уже не завершил разговор. Когда Скайлер Джонс вернулся домой, он увидел Кристин Куинн, сидящую у окна и погруженную в свои мысли. Он положил пиджак и подошел. Кристин Куинн была погружена в свои мысли и не заметила возвращения Скайлера Джонса, пока он не сел рядом с ней, нежно обнял ее и мягко не спросил: «Почему ты сидишь здесь одна и мечтаешь?» Когда он обнял её, она очнулась от своих мыслей, с восторгом посмотрела на него и спросила: «Когда ты вернулся?..» "Прямо сейчас." «Я даже не услышал, как открылась дверь». «Ты была так погружена в свои мысли». Кристин Куинн почувствовала себя неловко. Скайлер Джонс спросила: «О чём вы так пристально думали?» «О, ничего, просто мечтаю». На самом деле, она думала о том, что ей сказал Джонатан Гибсон, но пока не хотела рассказывать об этом Скайлер Джонс. Расскажет ему после встречи с Джонатаном завтра. «Почему бы тебе не вздремнуть?» — с любовью спросила Скайлер Джонс, поцеловав Кристин Куинн в щеку. Кристин Куинн лениво прислонилась к плечу Скайлера Джонса и обняла его: «Я хочу дождаться твоего возвращения, чтобы мы могли поспать вместе». Он повернул лицо, его выдающийся нос вдохнул легкий аромат ее волос: «Тогда я отнесу тебя в постель, чтобы ты поспала». ---------- Главы 927–477: Дополнительная история: Тяжелая работа президента Джи 1_2 "Хм." Скайлер Джонс с легкостью подхватил Кристин Куинн на руки и крепко держал ее. Кристин обняла Скайлера за шею и с нежностью посмотрела ему в глаза. На большой кровати Скайлер склонился над телом Кристин, обнимая ее нежное, прекрасное лицо; его глаза сияли, как обсидиан, когда он смотрел на нее: «Детка…» "Хм?" «Скажи мне „Я люблю тебя“, чтобы я это услышал». "Зачем мне это говорить?" «Я хочу это услышать». Кристин тихо сказала: «Я люблю тебя». "Добавьте моё имя." «Я люблю тебя, Скайлер». Только тогда, удовлетворившись, Скайлер опустил голову и нежно поцеловал её вишнёво-красные губы. Она закрыла глаза, чтобы ответить на его поцелуй, но внезапно повернула голову, прижалась к его груди и спросила: «Кстати, мне нужно кое-что у тебя спросить…» Глаза Скайлер, полные желания, мечтательно смотрели на нее. "Хм?" «Вы сказали, что расследуете, кто сделал эти фотографии… вам удалось это выяснить?» "Да." «Кто это был?» «Вам не обязательно это знать, но я их не отпущу». «Я просто хочу знать… это был Джонатан?» Кристин затаила дыхание, ожидая ответа Скайлер. "Нет." Кристин наконец выдохнула: «Я так и знала, Джонатан бы так не поступил». Скайлер полузакрыл глаза и взглянул на Кристин: «Ты ему так доверяешь?» Кристин легонько шлёпнула Скайлер: «Ты такая мелочная, я знаю Джонатана много лет и доверяю его характеру». В этот момент Скайлер опустил голову и укусил Кристин за плечо: «Кроме меня, никому нельзя доверять». "А?" — воскликнула Кристина с болью. — "Ты такая мелочная…" Скайлер поцеловала надутые губы Кристин: «Это одержимость». "Ты…" Ребекка Квентин не успела договорить, так как Скайлер уже сняла с Кристин всю одежду… Затем голос Кристины заглушился, и в комнате осталось лишь тихое, прерывистое дыхание мужчины и женщины… На следующий день. В элегантном, тихом кафе. Кристин спокойно посмотрела на Джонатана Гибсона: «Что касается того, что ты мне вчера рассказал, можешь объяснить мне это сейчас?» Джонатан посмотрел на Кристин мягким взглядом: «Как я и говорил по телефону, в ту ночь ничего не произошло». Кристин слегка нахмурилась, казалось, не веря своим глазам, но в то же время обрадованная этим фактом, она покачала головой и сказала: «Я не понимаю… если ничего не случилось, почему ты солгал мне, когда я спросила тебя об этом в тот день?» «Потому что я проверял Скайлера». Кристина нахмурилась еще сильнее, растерянно спросив: «Что ты проверяешь?» «Я должен рассказать вам всё с самого начала». Кристин с готовностью кивнула: «Продолжайте, я слушаю». Джонатан пристально посмотрел на Кристин и медленно произнес: «Полмесяца назад, проходя мимо группы «Оверски», я случайно увидел Дженнифер Дуглас, выходящую из «Оверски»… Дженнифер всегда утверждала мне, что не собирается мешать тебе и Скайлер, поэтому я заподозрил неладное и связался с ней». «Она пошла к Скайлер?» «Да, она показала мне стопку фотографий и рассказала, зачем пошла на встречу со Скайлер». «Фотографии? Какие фотографии?» — растерянно спросила Кристин. Джонатан ответил: «Фотографии, которые видела Скайлер». Кристин была в шоке и откинулась на спинку стула. «Что?» — она недоверчиво покачала головой. — «Ты хочешь сказать, что фотографии, которые видел Скайлер, ему передала Дженнифер?» "Да." Кристин недоверчиво покачала головой: «Откуда она знала, где я тогда находилась? И зачем ей было посылать кого-то тайно фотографировать нас на острове?» «Дженнифер всегда следила за мной, поэтому, когда я связалась с тобой и поехала на остров Лорена, чтобы позаботиться о тебе, Дженнифер уже знала, где ты находишься. Что касается того, почему она послала кого-то тайно сфотографировать тебя… она сказала, что это потому, что Скайлер не мог перестать думать о тебе, и она не могла вынести мысли о том, что Скайлер убит горем. Она никогда не верила, что ты откажешься от Скайлера, поэтому после того, как Скайлер покинул остров один, она тайно поручила кому-то следить за нами. Она надеялась найти доказательства того, что ты не передумал, но не ожидала, что ее люди запечатлеют на фотографиях, как мы с тобой проводим ночь вместе… Дженнифер была глубоко влюблена в Скайлера, и, видя его преданность тебе, но чувствуя твое предательство, она изменила свое первоначальное благосклонное отношение к тебе и Скайлеру…» Кристин безразлично спросила Джонатана: «Она тебе всё это рассказала?» "Да." «Давайте не будем говорить о намерениях Дженнифер… Джонатан, скажи мне, фотографии, которые сделала Дженнифер, как они вообще появились?» В этот момент голос Джонатана стал хриплым и низким: «Мне очень жаль, Кристин, хотя я и не совершил самой ужасной ошибки той ночью, я все равно причинил тебе боль…» Кристин уставилась на Джонатана ошеломленным взглядом, глядя на его извиняющееся лицо. «В ту ночь ты была пьяна, и я отнёс тебя в твою комнату… может быть, это был алкоголь, я не мог себя контролировать… Я страстно целовал тебя, желая большего, но, к счастью, у меня ещё оставалась крупица здравого смысла, я понимал, что причиняю тебе боль, поэтому я… в конце концов я помог тебе одеться и просто обнимал тебя, пока мы спали всю ночь». Кристин повернула лицо в сторону, глубоко вздохнула и снова посмотрела на Джонатана: «Значит, фотографии, которые сделала Дженнифер, были просто недоразумением». "Да." «Зная, что это недоразумение, почему ты не объяснил это Дженнифер? Почему ты не объяснил это мне?» «Я не стал объяснять это Дженнифер, потому что не знал, что у неё есть эти фотографии. К тому времени, как я узнал, Дженнифер уже показала фотографии Скайлеру… Будучи мужчиной, я понимал, как Скайлер отреагирует, увидев эти фотографии, но я не хотел ему ничего объяснять». "Почему?" Кристин прикусила губу, разочарованно глядя на Джонатана. Джонатан твердо сказал: «Потому что я хотел узнать, при тех же обстоятельствах ты решил не держать на него зла из-за Скайлер; а что насчет него?» Кристин на секунду опешилась. Джонатан продолжил: «Ты раньше ничего не держала на Скайлера из-за его отношений с Дженнифер, так что в подобной ситуации, когда ты был пьян, смог бы он проигнорировать ваши отношения со мной?» В этот момент Кристин, ошеломленная, наконец поняла: «Значит, когда я спрашивала тебя о той ночи, ты не сказал мне правду…» ---------- Главы 928–478: Дополнительно: Тяжелая работа мистера Джонса 2 «Да, я просто хочу знать, стоит ли Скайлер Джонс того, чтобы ты его любила». «А что теперь?» — Кристин Куинн устремила взгляд на Джонатана Гибсона, слезы горечи навернулись ей на глаза. — «Стоит ли он того?» Увидев слабый блеск слез в глазах Кристин Куинн, понимая, что его действия уже глубоко ранили ее, Джонатан Гибсон с чувством вины произнес: «Когда я это сделал, я уже знал, что в тот день, когда я все тебе объясню, я обязательно увижу разочарование, которое ты испытываешь ко мне, в своих глазах. Но Кристин, я не жалею об этом… Все, чего я когда-либо хотел в этой жизни, — это видеть тебя счастливой. Скайлер Джонс, на мой взгляд, никогда не был тем, кто мог бы подарить тебе счастье. Но человек, которого ты любишь, — это он, и я знаю, что никогда не смогу изменить твое сердце в этой жизни, поэтому единственное, что я могу сделать, это поверить, что Скайлер Джонс может принести тебе счастье… После всего, что произошло, я наконец могу быть уверен, что твое суждение не было ошибочным. Скайлер Джонс не причинил тебе боли, не поверив тебе. Уже только поэтому он тот, кому ты можешь доверить свою жизнь». Кристальные слезы медленно скатывались по уголкам глаз Кристин Куинн… Неописуемое чувство повергло её в такую ​​грусть. Ещё мгновение назад она ненавидела обман Джонатана Гибсона, но в этот момент она больше не могла заставить себя ненавидеть его… «Прости меня, Кристин… Думаю, сейчас ты меня ненавидишь за то, что я создал эту пропасть между тобой и Скайлер Джонс. Прости меня за эгоизм, но всё, что я делал, было лишь из надежды на твоё счастье». Кристин Куинн слегка покачала головой, и слезы одна за другой хлынули из ее глаз. С болью в сердце Джонатан Гибсон тихо сказал: «Не плачь, Кристин… Сможем ли мы остаться друзьями в будущем, я всегда буду тем, кто окажется рядом с тобой в тот момент, когда тебе понадобится помощь. Искренне желаю тебе и Скайлер Джонс всего наилучшего». Кристин Куинн продолжала качать головой, слезы текли бесшумно. Она крепко прижала руку к рту и безудержно рыдала. Джонатан Гибсон встал, улыбнулся ей и тихо сказал: «Прежде чем мы расстанемся, я хочу сказать тебе еще кое-что… Пару дней назад я случайно встретил Дженнифер Дуглас. Она была в ошеломленном, подавленном состоянии. Думаю, новость о том, что Скайлер Джонс не стала держать обиду и даже взяла тебя с собой за границу в отпуск, тоже застала ее врасплох. Я ожидаю, что в эти дни она обязательно начнет искать Скайлер Джонс. Пора тебе уже позволить Скайлер Джонс полностью вычеркнуть ее из своей жизни». Когда Кристин Куинн вернулась с улицы, она случайно столкнулась с Джастином Уолтером в саду особняка Джонса. «Мадам». Джастин Уолтер поприветствовал её с большим уважением. Кристин Куинн всё ещё пребывала в печальном настроении. Увидев Джастина Уолтера, она выдавила из себя слабую улыбку и слегка кивнула. «Мистер Джонс уже вернулся. Он вас не заметил и искал!» — с улыбкой сказал Джастин Уолтер. Кристин Куинн слабо улыбнулась. «А, хорошо». Затем она направилась к вилле. Однако она не успела далеко отойти, как внезапно остановилась. Она обернулась и крикнула: «Подожди, Джастин!» Услышав, как его зовет Кристин Куинн, Джастин Уолтер обернулся и с недоумением посмотрел на жену своего босса, направляясь к ней. «Мадам, что-то случилось?» Кристин Куинн спокойно посмотрела на Джастина Уолтера и серьезно сказала: «Я хочу тебя кое о чем спросить. Не говори об этом Оверски, и ты должен ответить мне честно». Джастин Уолтер слегка нахмурился. «Мадам, пожалуйста, продолжайте». «Я спросил Оверски, нашел ли он человека, сделавшего эти фотографии. Оверски ответил, что нашел, но не сказал, кто это был. Может быть, это была Дженнифер Дуглас?» "Это…" — Джастин Уолтер замялся, не зная, как ответить. «Не скрывай от меня это. Я и так знаю, что это была Дженнифер Дуглас, но хочу знать, почему Оверски скрыл это от меня». Услышав слова Кристин Куинн, Джастин Уолтер мог лишь беспомощно ответить: «Это действительно была Дженнифер Дуглас. Но мистер Джонс не пытался это от вас скрыть, он просто не хотел, чтобы вас больше беспокоило что-либо, связанное с Дженнифер Дуглас». «Тогда Дженнифер Дуглас приезжала к Оверски в последние пару дней?» «Да, но к мистеру Джонсу пришла не Дженнифер Дуглас, а мистер Джонс… То, что она сделала с фотографиями, чтобы посеять раздор между вами и мистером Джонсом, очень его разозлило». Джастин Уолтер умолчал о том, что Скайлер Джонс пошла к Дженнифер Дуглас, чтобы свести счеты. «Чем закончился их разговор?» «Ничего не вышло, потому что мистер Джонс практически ни о чём не говорил с мисс Дуглас. Мистер Джонс всегда был к ней равнодушен». Будучи подчинённым, Джастин Уолтер, естественно, знал, что следует говорить, а что нет. «Хорошо, спасибо, Джастин». «Ничего страшного. Если вам что-нибудь понадобится, мадам, вы всегда можете мне помочь». «На этом всё. Продолжайте свою работу!» ---------- Главы 929–478: Специальный выпуск: Усилия президента Джи 2_2 «Да». Джастин тут же отступил назад. Кристин издалека наблюдала за удаляющейся фигурой Джастина, слегка нахмурившись. Внезапно: "Мама…" Раздался голос, и Кристин обнял кто-то. Придя в себя, Кристин обернулась и увидела свою дочь, которая обнимала её, и улыбнулась: «Ты напугала маму…» Мари обняла Кристин под руку, и они вместе направились к вилле. Ее невинное и жизнерадостное лицо сияло улыбкой: «Папа вернулся, не заметил тебя, он тебя ищет!» "Ой." «Мама, посмотри, как папа волнуется за тебя…» "Я знаю…" Кристин открыла дверь и тут же оказалась в крепких объятиях. "Куда ты ушел?" У двери Скайлер обняла Кристин, властно, но с нежностью спрашивая. Кристин хотелось обнять его: «Просто ненадолго вышла». Скайлер нежно поцеловал Кристин в красивый лоб, его голос был хриплым, но мягким: «В следующий раз скажи семье перед отъездом, чтобы я не остался в неведении о твоем местонахождении». Кристина послушно кивнула головой. Скайлер, обняв Кристин за талию, вошла в комнату. Кристин спросила: «Разве ты не говорил, что сегодня занят? Почему ты вернулся так рано?» "Я скучаю по тебе…" "Хм?" Прежде чем Кристин поняла, что имела в виду Скайлер, он уже потянул ее на большую кровать в комнате, быстро накрыв ее своим телом. Кристин широко раскрыла глаза, глядя в полные похоти, затуманенные глаза Скайлера, беспокойно прижимая руки к его груди: "Ты…" Он невнятно пробормотал: «Я обнаружил, что теперь не могу нормально работать, я думаю только о том, чтобы быть дома с тобой…» "А?" «Занимаемся тем, что нам нравится делать…» "Что, днём… Уф…" После страсти, когда их тела были укрыты простынями, Скайлер обняла такую ​​же промокшую от пота Кристин, нежно поглаживая ее длинные волосы. Кристин прижалась к груди Скайлер и застенчиво сказала: «Это всё твоя вина, из-за тебя мы снова пропустили обед…» Скайлер поцеловала длинные волосы Кристин: "Голодна?" Кристин кивнула головой. «Тогда давайте встанем и пойдем поедим». "Мм." Скайлер вынесла Кристин из постели и направилась в ванную. Спустя более двадцати минут Кристин помогла уже одетому Скайлеру завязать галстук, попутно спросив: «Ты не ешь?» "Мм." «Ты потратила столько энергии, не голодна ли?» — застенчиво спросила Кристин. Скайлер нежно поцеловала покрасневшую щеку Кристин: «Я уже довольна». Кристин легонько шлёпнула Скайлер: «Какой наглец… Тогда я пойду!» "Мм." Кристин и Скайлер вместе спустились вниз, Кристин проводила Скайлер до выхода, и их нежные чувства вызвали зависть у всех в коридоре. После того как Скайлер ушла, Кристин повернулась и подошла к Ребекке Квентин, которая сидела на диване, обнимала маленькую Нэнси и хихикала. "Эй, малышка Нэнси…" Кристин сидела на диване, обнимая маленькую Нэнси прямо из объятий Ребекки Квентин и игриво поддразнивая ее. Ребекка Квентин моргнула, глядя на Кристин: «С таким „настойчивым“ зятем, скоро у маленькой Нэнси появится младший брат или сестра…» Кристин покраснела и сердито посмотрела на Ребекку Квентин: «Даже ты меня дразнишь?» Ребекка Квентин прижалась к Кристин с улыбкой: «Видеть, как сильно вы с зятем любите друг друга, делает меня очень счастливой». Кристин поддразнила маленькую Нэнси, ответив: «Я еще не сказала Скайлер о том, что хочу еще одного ребенка!» «Не спеши, скажи ему, когда будешь беременна, сделай ему большой сюрприз». "Хм… но твой зять через пару дней уедет в город Y." «Для переезда головного офиса компании?» «Да, он может отсутствовать десять дней или полмесяца, и вернется, как только уладятся вопросы, связанные с переездом компании. Штаб-квартира в Нью-Йорке уже находится на реконструкции». «Ага, значит, вы с зятем будете жить раздельно? Вы сможете это вынести?» — рассмеялась Ребекка Квентин. Кристин в шутку ответила Ребекке Квентин: «Я слышала, что Говард тоже поедет в Ти-Сити в ближайшие несколько дней, тебе лучше сначала позаботиться о том, чтобы не пропустить своего мужа…» «Мм, он едет в Т-Сити, чтобы навестить Честера». «Когда мы были на Эгейском острове, Скайлер мне сказала, что Честер — сводный брат Скайлер и Говарда». Ребекка Квентин кивнула. Кристин с любопытством спросила: «Почему Говард едет в Т-Сити, чтобы повидаться с Честером?» Ребекка Квентин пробормотала: «Не знаю… В Говарде мне не разрешают беспокоиться о Честере». Кристин в шутку посетовала: «Мужчины действительно более ревнивы и мелочны, чем женщины…» Ребекка Квентин улыбнулась: «Я только надеюсь, что Честер уже проснулся… Он тоже несчастен, жаль только, что в будущем у него не будет ничего лучше». «Разве я не слышал, что Алиса помогла ему родить дочь?» "Мм…" Кристин хотела продолжить расспрашивать с любопытством, но вдруг зазвонил телефон. Разговор прервали, Кристин достала телефон и взглянула на него. Сначала она думала, что звонит Скайлер, но неожиданно на экране телефона отобразился номер сериала, который ей не нравился. "Кто звонит?" Ребекка Квентин увидела, что Кристин нерешительно не отвечает, и недоуменно спросила. Кристин с милой улыбкой вернула маленькую Нэнси Ребекке Квентин: «Это Скайлер… Я сейчас отвечу на звонок и возьму что-нибудь поесть в столовой». «Мм, давай, счастливая маленькая леди». Кристин, входя в столовую, держала телефон в руках и, наконец, оставшись одна, нажала кнопку ответа: «Привет…» Голос в трубке действительно принадлежал Дженнифер Дуглас, и его голос звучал как стрекотание зимней цикады, печально сетуя: «Ты победила, Кристин…» Кристин спокойно и безразлично ответила: «Между мной и Скайлером никогда не было никакого вмешательства третьих лиц, так что дело не в победе или поражении». Дженнифер Дуглас вдруг безжизненно рассмеялась: «Ты совершенно недостойна Скайлер, Скайлер так сильно тебя любит, а ты выбрала быть с Джонатаном Гибсоном и предала его… Думаешь, ему это совсем не мешает? Нет, он просто не может тебя обидеть; он тебя жалеет. Если бы ты не родила ему Мари, если бы не твое слабое здоровье, он бы не остался с тобой…» Кристин не выказала слабости и холодно спросила: «Ты думаешь, что эти слова подорвут мои отношения со Скайлер?» Дженнифер Дуглас усмехнулась: «Конечно, я не могу это разрушить, но хочу, чтобы ты знала, что Скайлер тоже обо мне заботится, я в его сердце, он выбрал тебя, а не меня, не потому что ему никогда не было до меня дела, а потому что он чувствует ответственность за тебя… Послезавтра суббота, я сказала Скайлеру, что если он не появится передо мной в тот день, я предпочту покинуть этот мир. Думаешь, он выдержит мою смерть? Могу тебя заверить, в ту ночь он точно проведет со мной всю ночь». ---------- Главы 930–479: Дополнительно: Его жену так легко порадовать После завершения разговора с Дженнифер Дуглас лицо Кристин Куинн слегка побледнело. "Сестра…" Ребекка Квентин внезапно постучала ее сзади: «Разве ты не говорила, что мы собираемся позавтракать? Почему ты просто стоишь здесь и витаешь в облаках?» Кристин Куинн покачала головой и вошла в столовую. Ребекка Квентин почувствовала, что с Кристин Куинн что-то не так, последовала за ней в столовую и с беспокойством спросила: «Что происходит между тобой и твоим зятем?» Кристин Куинн сидела за обеденным столом и, не желая волноваться, ответила: «Ничего страшного, это Дженнифер Дуглас». Услышав это, глаза Ребекки Квентин расширились: «Она снова тебя донимает?» Кристин Куинн слегка улыбнулась Ребекке Квентин: «Всё в порядке… Из-за чего она может меня донимать? Никто не сможет разрушить то, что у нас с Джонатаном есть». Ребекка Квентин села рядом с Кристин Куинн и утешила ее: «Сестра, ты должна поверить в чувства своего зятя к тебе… Он не из тех, кто легко меняет свои чувства. Если бы у него еще оставались какие-то чувства к Дженнифер Дуглас, он бы не разорвал с ней отношения так решительно. Его сердце всегда было с тобой». Кристин Куинн кивнула: «Я знаю». «Давай позавтракаем, а после обеда вместе сходим за покупками». "Хорошо." Ребекка Квентин прогуливалась по оживленным улицам Нью-Йорка под руку с Кристин Куинн, с удовлетворением говоря: «Я действительно довольна жизнью такой, какая она есть сейчас: я обеспечиваю семью, воспитываю детей и живу мирно». "Хм." «Сестра, можно я тебя кое о чём спрошу?» "Хм?" «Когда вы отказались от зятя и сошлись с Джонатаном Гибсоном, вы действительно тогда отпустили зятя?» Кристин Куинн задумчиво посмотрела перед собой и честно ответила: «Я не знала… тогда я знала только то, что мы больше не можем быть вместе». «Зять счастливчик… тебе никогда по-настоящему не приходилось отказываться от любви к нему от начала и до конца». «Разве Говард Джеффри не такой же?» — Кристин Куинн повернулась к сестре. — «Если бы ты в прошлом не была твердо настроена на сторону Говарда Джеффри, он, возможно, никогда бы не очнулся от своей ненависти». Размышляя о прошлом, Ребекка Квентин вздохнула и улыбнулась Кристин Куинн: «Сестра, ненависть, от которой Говард Джеффри пытался избавиться восемь лет, зять даже не упомянул тебе. С этого момента становится ясно, что любовь зятя к тебе превыше всего». Кристин Куинн радостно кивнула: «На самом деле, он сдержанный человек. Многое он делает, но не обсуждает, и я его понимаю». «Хорошо, пусть печаль прошлого останется здесь. Отныне наша семья должна быть счастлива и радостна вместе… Думаю, папа, увидев нас такими счастливыми с небес, был бы в восторге». "Хм." «Пошли, продолжаем покупки». Кристин Куинн и Ребекка Квентин в очередной раз отправились за покупками и вернулись полные наборов… На этот раз все вещи были женскими – одежда и косметика, и весь багажник, когда его загрузили в машину, был ими заполнен. «Шопинг доставляет огромное удовольствие». Оказавшись в машине, Ребекка Квентин с удовлетворением заметила. Кристин Куинн со смехом сказала: «Говорят, что в женском гардеробе всегда не хватает хотя бы одной вещи, поэтому шопинг становится для нас самым приятным занятием». Ребекка Квентин внезапно обняла Кристин Куинн, прижавшись к ней: «Но, сестрёнка, даже когда ты ходишь по магазинам, ты всё равно думаешь о зяте…» "Хм?" «Смотри», — Ребекка Квентин указала на сумку. — «Ты купила бритву для зятя». «О, я заметил, что у вашего зятя сегодня утром сломалась бритва… Он собирается вернуться в город Y, и я видел, что он привёз бритву этой марки, когда приезжал в Нью-Йорк из города Y, поэтому я подумал, что он к ней привык, и купил её ему». «Сестрёнка, ты такая внимательная… ты даже знаешь, какой марки бритва у зятя, он действительно нашёл в тебе сокровище». «Перестань меня хвалить… Я немного проголодалась, давай найдем, где поесть!» В последнее время она почему-то очень быстро проголодалась. Ребекка Квентин предложила: «Хорошо, я знаю кафе неподалеку, где подают очень вкусные десерты…» "Хм." Водитель направился к кафе, о котором говорила Ребекка Квентин. Однако, когда машина остановилась перед кафе, Ребекка Квентин и Кристин Куинн переглянулись, их глаза расширились от удивления. "Сестра…" "Хм?" "Мне кажется? Это мама?" — недоверчиво спросила Ребекка Квентин. Да, когда машина проезжала мимо кафе, сквозь его окна от пола до потолка Ребекка Квентин увидела миссис Джеффри и Дженнифер Дуглас, сидящих вместе и пьющих кофе. Хотя по виду было ясно, что они не просто пьют кофе, а что-то обсуждают, особенно судя по серьезному выражению лица миссис Джеффри, ее присутствие рядом с Дженнифер Дуглас действительно вызывало недоумение. ---------- Главы 931–479: Дополнительно: Его жену так легко угодить (Часть 2) «Да». Кристин Куинн слегка нахмурилась: «Зачем маме встречаться с Дженнифер Дуглас?» «Дженнифер Дуглас опять что-то затевает?» — презрительно сказала Ребекка Квентин. — «Давайте посмотрим!» Кристин Куинн попыталась остановить Ребекку Квентин, когда та выходила из машины: «Мама разговаривает с Дженнифер Дуглас; возможно, нам не стоит ехать туда без предупреждения, правда?» «Это правда... но у мамы нет никаких добрых чувств к Дженнифер Дуглас, так зачем ей устраивать с ней встречу?» Кристин Куинн с сомнением смотрела на миссис Джеффри, которая разговаривала с Дженнифер Дуглас. Ребекка Квентин сказала: «Забудьте об этом, спросим у мамы, когда вернёмся домой!» "Хм." Кристин Куинн и Ребекка Квентин вскоре вернулись домой, и миссис Джеффри тоже приехала. Как только миссис Джеффри вернулась домой, Ребекка Квентин и Кристин Куинн отвели её в кабинет. "Мама..." «Что происходит?» — миссис Джеффри с любовью посмотрела на своих двух невесток. Кристин Куинн начала первой: «Сегодня днем ​​мы с Беккой ходили по магазинам и случайно увидели вас за чашкой кофе с Дженнифер Дуглас в кафе». Ребекка Квентин спросила: «Да, мама, зачем ты встретилась с Дженнифер Дуглас?» Миссис Джеффри, очевидно, не ожидала, что ее встреча с Дженнифер Дуглас будет невольно обнаружена двумя ее невестками. Она на мгновение опешилась, а затем сердито ответила: «Эта женщина замышляет разрушить отношения между Оверски и Кристин, поэтому я пошла к ней, чтобы предупредить ее, чтобы она не сеяла смуту за нашей спиной». «Мама, Дженнифер Дуглас тебе что-нибудь сказала?» — спросила Кристин Куинн. Миссис Джеффри покачала головой и ласково взяла за руку Кристин Куинн: «Кристин, во время каникул, когда Оверски забрал тебя, я поручила Говарду Джеффри расследовать причины предыдущих конфликтов между тобой и Оверски… Тогда я узнала, что за всем этим стояла Дженнифер Дуглас. Эта женщина всегда притворяется великодушной, но на самом деле замышляет разрушить ваши отношения с Оверски, причиняя тебе обиду, что меня очень злит». «Что это за фотография?» — недоуменно спросила Ребекка Квентин. «Бекка, я расскажу тебе про фотографию позже». После разговора с Ребеккой Квентин Кристин Куинн серьезно сжала руку миссис Джеффри: «Мама, пока мы с Оверски верны друг другу, как Дженнифер Дуглас может все испортить? Тебе больше не нужно беспокоиться обо мне и Оверски; твое здоровье неважное, так что тебе действительно следует сосредоточиться на отдыхе…» "Я знаю." К ужину Скайлер Джонс и Говард Джеффри оба вовремя вернулись домой. В этот момент просторный обеденный зал был полон жизни. «У Оверски и Хоуи так редко бывает время пообедать дома. Обычно, если кто-то из вас не приходит домой поздно, то вы оба вообще не приходите. Когда же вы вообще сидите со мной за столом и наслаждаетесь едой?» — пожаловалась миссис Джеффри с улыбкой. Скайлер Джонс обнял Кристин Куинн, снисходительно глядя на нее: «В последнее время я был занят переездом штаб-квартиры. Как только это уладится, я смогу каждый день вовремя возвращаться домой». Кристин Куинн надула губы, глядя на Скайлер Джонс: "Серьезно?" «Конечно». Скайлер Джонс воспользовалась случаем и украдкой поцеловала надутые губы Кристин Куинн: «Обещаю». Увидев нежный взгляд Скайлер Джонс, Ребекка Квентин не удержалась и пожаловалась человеку рядом с ней: «У Говарда Джеффри, моего зятя, будет время побыть с моей сестрой, как только штаб-квартиру перенесут. А как насчет вас?» Говард Джеффри слегка изогнул губы: «Жена, разве не ты хотела, чтобы я вернулся и работал?» Да, во время их многомесячного отпуска на острове Фоум-Айленд Говард Джеффри однажды упомянул Ребекке Квентин о своей идее уйти из делового мира и немного отойти от дел, но Ребекка Квентин тогда убедила его от нее отказаться. «Но кто еще так же занят, как вы, каждый день?» «Сейчас я усердно работаю, чтобы потом освободить время…» «Чтобы освободить время?» — недоуменно спросила Ребекка Квентин. Говард Джеффри легонько постучал Ребекку Квентин по носу: «Чтобы свозить тебя в отпуск… Разве ты не говорила, что мой брат возил твою сестру на острова в Эгейском море, и это было очень романтично, и ты также хотела, чтобы я свозил тебя…» Ребекка Квентин расплакалась: «Я просто упомянула об этом между делом…» «Но я помнил об этом в своем сердце». «Дорогой, ты такой замечательный». Ребекка Квентин бросилась в объятия Говарда Джеффри, совершенно не обращая внимания на его взгляды. Кристин Куинн с завистью сказала: «Дядя Джеффри очень хорошо относится к тете…» Эндрю подбежал к Ребекке Квентин, пожал ей руку и сказал: «Мамочка, я тоже хочу пойти с вами…» Ребекка Квентин подняла Эндрю себе на колени и сказала: «Хорошо, мама возьмет тебя и маленькую Нэнси вместе…» Ужин, принесший тепло и уют, очень порадовал Кристин Куинн. В комнате Кристин Куинн обняла Скайлера Джонса за шею и села ему на колени, ее взгляд был завораживающе соблазнительным, когда она дразнила его: «Скажи мне, если ты и так так занят до переезда штаб-квартиры в Нью-Йорк, как у тебя может быть больше времени, чтобы быть со мной после этого?» Скайлер Джонс обхватил своей большой рукой стройную талию Кристин Куинн, его тонкие губы изогнулись в улыбке: "Ты мне не веришь?" Кристин Куинн ткнула Скайлер Джонс в губы: «Конечно, для многих мужчин работа важнее жены». «Но вы забыли, что это Нью-Йорк... Когда я не работаю, я могу бездельничать, потому что кто-то будет следить за компанией за меня». Кристин Куинн прищурилась, на мгновение задумалась, а затем внезапно поняла, что к чему, и спросила: «Вы имеете в виду Говарда Джеффри?» «Как только компания переедет в Нью-Йорк, мы рассмотрим возможность её слияния. Тогда он займет должность президента, а я останусь просто акционером, получающим дивиденды и зарплату, и буду возить вас по всему миру…» «А что насчет Бекки?» "Тогда мне следует управлять компанией?" "Эм-м-м..." Кристин Куинн и Скайлер Джонс не знали, что в комнате напротив, на кровати, обнимаясь, лежала еще одна пара, которая тоже обсуждала тот же вопрос... Маленькая рука Ребекки Квентин прижалась к груди мужчины, опускаясь вниз: «Неужели ты так и не объяснил мне внятно, что значит для тебя проводить со мной время в будущем? Тебе больше не важна моя компания, когда мы в отпуске?» «Кто-нибудь этим займётся за меня». "ВОЗ?" "Как вы думаете, кто?" Ребекка Квентин с удивлением воскликнула: «Вы имеете в виду зятя? Как такое может быть? Зять только что пообещал моей сестре, что у него будет много времени, чтобы проводить его с ней в будущем…» «Компании „Skytop“ и „Oversky“ позже объединятся. У компании будет только один президент…» "Ты имеешь в виду?" «Если президентский титул будет у моего брата, как ты думаешь, у меня будет много времени, чтобы проводить его с тобой?» «Тогда у зятя не будет времени быть с моей сестрой...» ---------- Главы 932–480: Дополнительная история: Беременность и добровольный уход Дженнифер Дуглас «Тогда пусть у меня не будет времени сопровождать вас…» От ванной до кровати он был подобен ненасытному зверю, забирая все, что попадалось ему под руку… На кровати Кристин Куинн, обессиленная, лежала у него на груди и слабо бормотала: «Так устала». Однако Скайлер Джонс не выказывал никаких признаков усталости. Он обнял гладкую кожу Кристин, с удовольствием целуя ее влажные от пота волосы. Кристина вдруг подняла голову и спросила его: «Ну… Оверски, ты когда-нибудь думал о том, чтобы у нас родился ещё один ребёнок?» Скайлер нежно обнял Кристин, на его красивом лице появилась легкая улыбка: «А ты не думаешь о том, чтобы родить мне еще одного ребенка?» «У меня есть такая идея». Скайлер нежно поцеловала ее в губы: «Глупышка, нам и так достаточно Мари». "Вы не любите детей?" «Нет… просто ваш организм не приспособлен для рождения детей, это было бы слишком опасно». «Но врач сказал, что со мной и так все в порядке…» «Я не могу позволить тебе так рисковать». Кристин лежала на нём, обхватив его красивое лицо ладонями, игриво спрашивая: «Тогда тебе нравятся дети или нет?» Скайлер пристально посмотрел на Кристин, его голос слегка охрип: «Дети не так важны, как ты». «А что, если я забеременею?» «Этого не случится…» Он принял все меры предосторожности, даже сейчас, и оба раза принимал меры предосторожности. «Но может случиться что угодно, а что, если случится?» «Тогда мы это уберём». «Нет… я не хочу… если я забеременею, я рожу». Кристин отшатнулась от Скайлер и сердито повернулась к ней спиной. Скайлер тихонько усмехнулся, повернулся, чтобы обнять свою любимую жену: «Хорошо, пусть будет так, как ты скажешь, главное, чтобы ты была счастлива…» Он не хотел рисковать её здоровьем, но и отвергать её идею он тоже не мог. В конце концов, при таких строгих мерах предосторожности забеременеть было бы сложно. Он решил позволить ей поступить по-своему… «Вот это уже лучше…» Кристин радостно повернулась и обняла его. Она пока ничего ему не говорила, но когда он вернется из города Y после завершения переезда компании, возможно, у него появятся хорошие новости, потому что пока она не была уверена… Скайлер снисходительно улыбнулся. Его возлюбленную было так легко угодить. Кристин вдруг спросила: «Кстати, когда вы вернетесь в город Y?» «Послезавтра». «Послезавтра?» «Послезавтра», — эта деликатная фраза мгновенно напомнила Кристин о неприятном событии: звонке от Дженнифер Дуглас. Упомянутая Дженнифер дата, похоже, пришлась на послезавтра. "Э-э, вы же возвращаетесь в город Y послезавтра, вы уверены?" "Как дела?" "Ничего… не мог бы ты уйти чуть позже?" Кристин обняла Скайлера за крепкую руку, глядя на него прекрасными, но не желающими этого глазами. «Не хочешь ли, чтобы я закончил свою работу пораньше, чтобы провести время с тобой?» Скайлер нежно прижал подбородок ко лбу Кристин. "Да, но я не хочу расставаться с тобой… Можно я поеду с тобой в город Y?" «Дорогая, в этот раз я буду очень занят в городе Y, у меня будет мало времени на тебя… Оставлять тебя одну дома меня беспокоит». Кристин тоже не очень-то хотела возвращаться в город Y. В конце концов, у Скайлера не было бы на неё времени, и она не хотела, чтобы он отвлекался от работы. Однако… Каждый раз, когда Дженнифер что-то провоцировала, Кристин испытывала необъяснимое беспокойство. «Хорошо, просто береги себя в городе Y…» Хотя она чувствовала себя неспокойно, эта тревога не собиралась её сдерживать. В конце концов, они столько всего пережили вместе, что не было ничего, что они не смогли бы преодолеть вместе. Более того, у неё было предчувствие, что Дженнифер появится в их мире в последний раз. "Почему бы тебе не проводить меня в тот день?" "Провожаем тебя в аэропорт?" "Ага." "Хорошо." Скайлер поцеловала Кристин в лоб: «Уже поздно, давай спать…» «Хорошо». Устроившись поудобнее, Кристин прижалась к Скайлер и крепко закрыла глаза. Наблюдая за взлетающим самолетом и его стремительным движением в небо, на губах Кристин появилась легкая улыбка. Тепло его губ осталось от их прощального поцелуя. В тот момент ее сердце наполнилось нежеланием. Пусть эти дни взаимной любви и общения с ним длятся вечно. Вернувшись из частного аэропорта и обнаружив, что дом пуст, Кристин направилась в сад. И действительно, Бекка была в саду с детьми… Мари сидела на лужайке со своим блокнотом для зарисовок, работая над проектом для летних каникул, а Эндрю гонялся за маленькой внучкой дворецкого по лужайке. Бекка наблюдала за детьми издалека, выглядя очень расслабленной и довольной… ---------- Глава 933–480: Дополнительная история: Беременность и добровольный уход Дженнифер Дуглас_2 Кристин Куинн подошла к Бекке Квентин и взяла сок со стола, чтобы сделать глоток. Увидев Кристин Куинн, Бекка Квентин улыбнулась и спросила: «Ваш зять ушел?» Кристин Куинн кивнула. «Вам не хочется с ним расставаться?» "Ага." «Вчера Говард Джеффри вернулся в "Ти-Сити". Я тоже немного волнуюсь». На лице Бекки Квентин читалась легкая грусть. Кристин Куинн повернулась, чтобы посмотреть на унылый вид Бекки Квентин, и улыбнулась: «Глупышка, Говард Джеффри уезжает всего на три-пять дней, а потом вернется». Бекка Квентин нахмурилась и спросила: «Твой зять уезжает надолго?» Кристин Куинн сказала: «Да, он сказал, что если все пойдет гладко, это займет всего полмесяца; если нет, то может занять больше времени». Бекка Квентин выслушала и иронично улыбнулась: «Неудивительно, что ты пребываешь в унынии последние два дня; ты не можешь вынести разлуки со своим зятем так долго!» "Нет." "Хм?" Кристин Куинн отпила глоток сока и раздраженным тоном сказала Бекке Квентин: «Меня кое-что немного беспокоит последние два дня». Бекка Квентин нахмурилась: «Что случилось?» Кристин Куинн медленно ответила: «Помнишь тот звонок, который я получила позавчера?» «Тот, что от твоего зятя?» «Нет, на самом деле звонила Дженнифер Дуглас». При упоминании "Дженнифер Дуглас" глаза Бекки Квентин тут же расширились: "Что эта женщина хочет, звоня тебе?" Кристин Куинн сказала: «В субботу, то есть сегодня, она сказала мне, что угрожала Скайлеру Джонсу, что если он не придет к ней сегодня, она совершит что-нибудь безрассудное. Она сказала мне по телефону, что уверена, что Оверски придет к ней сегодня, потому что Оверски не станет просто стоять и смотреть, как с ней что-то происходит. Она хотела доказать мне, что у Оверски есть к ней чувства». Бекка Квентин сердито воскликнула: «Черт возьми, неужели у Дженнифер Дуглас хватает наглости так открыто тебя провоцировать?» Кристин Куинн посмотрела вдаль и тихо сказала: «Джонатан объяснил мне про Дженнифер Дуглас; он сказал, что Дженнифер Дуглас сама по себе не плохая. Дело в том, что она неправильно поняла мои чувства к Оверски, и поэтому она неоднократно пыталась разрушить мои отношения с Оверски…» «Сестра, ты же не можешь ей сочувствовать, правда?» — недоверчиво спросила Бекка Квентин. Кристин Куинн покачала головой: «Как женщина, я нахожу её просто жалкой. Если она действительно совершит что-то безрассудное ради Оверски, это того не стоит». Бекка Квентин сказала: «Я действительно не считаю Дженнифер Дуглас жалкой; во всем, что она сделала, виновата она сама. Ваш зять никогда не был с ней, и он ясно ей об этом сказал, но она была настойчива и неоднократно создавала проблемы между вами и вашим зятем. Даже если она испортила себе сердце из-за любви, она не заслуживает прощения только за попытку разрушить чужой брак». «А что, если она на самом деле добрая девушка?» «Тогда это всё равно её вина. Сестра, ты надеешься, что твой зять поедет к ней?» «Я боюсь, что она может совершить что-нибудь безрассудное…» «Сестра…» — Бекка Квентин схватила Кристин Куинн за руку, — «Просто игнорируй дела Дженнифер Дуглас… Она позвонила тебе без добрых намерений; зачем ей сочувствовать? В крайнем случае, сообщи ее отцу и пусть он присмотрит за ней». «Да, я могу сделать только это». Несмотря на неприязнь к Дженнифер Дуглас, Кристин Куинн не могла заставить себя наблюдать, как вот так внезапно исчезает молодая жизнь. Никто не ожидал, что ясная погода днем ​​сменится вечером проливным дождем с грозами. Кристин Куинн, оставшись без Скайлер Джонс рядом, плохо спала всю ночь и проснулась от громкого раскатистого грома. Шторы на окне от пола до потолка развевались, сопровождаемые вспышками молний и грома, отчего Кристин Куинн немного испугалась. Она встала, накинула ночную рубашку, встала с кровати и задернула все шторы. Когда все шторы были задернуты, Кристин Куинн наконец почувствовала себя спокойно и вышла из комнаты. Кристин Куинн зашла в детскую комнату, тихо открыла дверь и увидела свою дочь, сладко спящую на кровати. Она довольно улыбнулась. Вернувшись в спальню, она посмотрела на пустую комнату и, казалось, холодную кровать, и нисколько не почувствовала сонливости. Вернувшись в постель и устроившись в одиночестве у изголовья кровати, Кристин Куинн взяла с тумбочки мобильный телефон. Внутри неё зародилось томление, и она набрала его номер. Телефон подключился быстрее, чем она ожидала, и она радостно воскликнула: «Oversky!» Из телефона раздался магнетический и нежный голос Скайлер Джонс: «Я только что сошла с самолета и собиралась вам позвонить». Кристин Куинн была в восторге: «Так, а погода в городе Y хорошая?» "Не хорошо." «Что?» — недоуменно спросила Кристин Куинн. — «Я сегодня проверила погоду в городе Y; там написано, что в ближайшие несколько дней будет солнечно!» Скайлер Джонс тихонько усмехнулась: «Без тебя рядом какая может быть хорошая погода?» «О, ты ужасна». Хотя она и жаловалась, в душе у неё было доброе сердце. «Дорогая, тебе некомфортно без меня рядом?» По какой-то причине он всегда легко чувствовал её внутренние переживания. От его мягкого голоса у нее немного заложило в носу, голос ее казался приглушенным, и она хрипло ответила: «Да, ночью шел сильный дождь и гремел гром. Мне было немного страшно, поэтому я не могла уснуть». Скайлер Джонс не смог сдержать смех. Кристин Куинн проворчала: «Почему ты смеешься?» Скайлер Джонс сказала: «Я смеюсь над тем, что ты боишься грома и дождя в таком возрасте…» Кристин Куинн надула губы и пожаловалась: «Они меня не утешают, а высмеивают». "Хорошо… мы продолжим разговаривать, я составлю тебе компанию, пока ты не уснешь, тебя это устраивает?" "Правда?" Глаза Кристин Куинн заблестели ярким светом. "Да, я тоже немного устала и хочу сначала отдохнуть дома… Я поговорю с тобой, составлю тебе компанию, пока ты спишь, как будто мы сейчас вместе, хорошо?" Кристин Куинн энергично кивнула: «Хорошо». Сказав это, она легла, натянула одеяло, чтобы укрыться, и внезапно весь страх и беспокойство исчезли. Его нежный голос продолжал звучать в телефоне у ее уха: "Как поживает наша дочь?" «Я только что проверила, как она себя чувствует; гром ее не потревожил, и она спокойно спит». "Хорошо." Дни без Скайлер Джонс тянулись медленно, но, к счастью, прошла уже неделя. Два дня назад Говард Джеффри вернулся из «Т-Сити», чтобы побыть с Беккой в ​​Нью-Йорке, и, видя в них любящую пару, Кристин Куинн молча надеялась, что Скайлер Джонс скоро вернется. Утром Кристин Куинн пошла в столовую. Увидев, что даже дети, которые обычно любят поспать подольше, не спят, Кристин Куинн села и несколько неловко сказала миссис Джеффри: «Извини, мама, я проспала». ---------- Глава 934 - 481: Дополнительная история: Это ради ответственности? (1) Миссис Джеффри была как всегда добра: «Всё в порядке, завтракайте!» "Мм." «Мамочка, ты всегда говоришь, что я ленивая дурочка, но ленивая дурочка — это ты. Смотри, все остальные уже встали…» Мари редко удавалось подшутить над матерью. Кристин Куинн немного смутилась: «Ладно, если ты будешь просыпаться рано каждый день, как сегодня, мама больше не будет называть тебя „ленивым жучкой“». «Тетя, дело не в том, что сестра проснулась рано, а в том, что тетя проснулась поздно… В последнее время тетя стала просыпаться поздно», — сказал Эндрю с детской непосредственностью. "Э-э…" Кристин Куинн не знала, как ответить этому хилому мальчишке. Миссис Джеффри улыбнулась и мягко спросила Кристин Куинн: «В последнее время вы плохо выглядите, Кристин. Что-нибудь вас беспокоит?» Ребекка Квентин с улыбкой наклонилась к Кристин Куинн и поддразнила: «Мама, сестричка не больна, она тоскует по любви. Как она может спокойно спать без мужа рядом?» Слова Ребекки Квентин рассмешили детей, и миссис Джеффри продолжила, поддразнивая: «Похоже, мне нужно позвонить Оверски, чтобы он вернулся пораньше, иначе „болезнь“ моей невестки ухудшится…» "Мама, Бекка…" Кристин Куинн посмотрела на них двоих, чувствуя себя крайне смущенной их словами. Миссис Джеффри рассмеялась: «Ладно, ладно, больше ничего не скажу. Давайте поедим…» «Сестра, куда ты сказала, что идёшь?» После завтрака, когда миссис Джеффри вывела детей поиграть, Кристин Куинн отвела Ребекку Квентин в сторону. «Больница». «В больницу?» — Бекка на секунду опешилась, затем нервно схватила Кристин Куинн за руку. — «У тебя проблемы с сердцем?» «Нет, всё в порядке, с моим сердцем всё хорошо». Бекка вздохнула с облегчением: «Ты меня до смерти напугал… Так зачем ты едешь в больницу?» «Мне кажется, я беременна». "А?" — Бекка была вне себя от радости. — "Ты беременна?" Кристин Куинн быстро закрыла рот Бекке и воскликнула: «Говори тише, я пока не уверена!» Бекка понизила голос, поддерживая Кристин Куинн: «Ты собираешься в больницу проверить, не беременна ли?» Кристин Куинн кивнула. «В последние несколько дней я чувствую себя немного неважно… Меня быстро охватывает чувство голода, я сонливая, и иногда меня тошнит. А самое главное, в этом месяце у меня задержка месячных на десять дней». "Что, это уже так долго откладывается?" "Ага." «Почему вы ничего не сказали, когда ваш муж был здесь?» «В тот момент я ещё не был уверен…» "Тогда я поеду с тобой в больницу…" "Хорошо." В больнице. После осмотра Кристин Куинн сидела в кабинете врача, терпеливо ожидая результатов анализов. Внезапно подошел врач с отчетом, слабо улыбнувшись Кристин Куинн. Кристин Куинн очень нервничала, ее пальцы были крепко переплетены. Заметив волнение Кристин, врач не смог удержаться и успокоил её: «Мисс Куинн, не волнуйтесь, это хорошие новости». Услышав слова "хорошие новости", сердце Кристины подскочило к горлу. Врач сел, осторожно держа в руках отчет, и сказал Кристин: «Да, мисс Куинн, вы беременны сорок пять дней». «Правда, доктор?» — Кристина взволнованно сжала руку доктора. «Да, с этого момента вам следует уделять внимание питанию…» "Я знаю…" Кристин радостно вышла из кабинета врача, сжимая в руках отчет, и тут же обняла приближающуюся Бекку. «Бекка, я беременна, я действительно беременна…» Кристин радостно прыгала вокруг, держа Бекку на руках. Бекка крепко обняла Кристин: «Сестрёнка, я так рада за тебя». Кристине потребовалось много времени, чтобы успокоиться, но она не могла скрыть своей радости, с большим удовлетворением глядя на свой живот. Бекка нежно взяла Кристин под руку: «Тебе следует поскорее сообщить мужу эту радостную новость. Он наверняка будет рад…» «Нет, я пока не могу ему позвонить». "Почему нет?" «Я хочу сделать ему сюрприз по возвращении». «Мм, мм». Ни Кристин, ни Ребекка не ожидали, что их хорошее настроение по дороге из больницы будет испорчено встречей с Дженнифер Дуглас. Их машина и машина Дженнифер Дуглас слегка задели друг друга на дороге, но Дженнифер заметила их, и они тоже заметили ее. Позже они попросили водителя остановить машину, и машина Дженнифер тоже остановилась. Затем Кристин Куинн и Дженнифер Дуглас вступили в конфликт друг с другом. ---------- Глава 935-481: Дополнительная история: Это ради ответственности? 1_2 Дженнифер Дуглас выглядела неважно, но она не была такой подавленной и одинокой, как представляла себе Кристин Куинн. «Папа сказал, что это ты звонила ему в прошлую субботу, чтобы предупредить, что я, возможно, совершу что-то экстремальное». Кристин Куинн не ответила, Ребекка Квентин сказала: «Моя сестра тебя не жалеет; она просто не смогла бы, как другая женщина, стоять и смотреть, как ты теряешь жизнь из-за мужчины, который тебя не любит». "Миссис Джонс…" Впервые Дженнифер Дуглас обратилась к Кристин Куинн под именем «миссис Джонс», что стало неожиданностью для самой Кристин Куинн. Дженнифер Дуглас спокойно сказала: «Спасибо за вашу щедрость. Я искренне извиняюсь за все, что я сделала вам в прошлом». Сказав это, Дженнифер Дуглас поклонилась Кристин Куинн на девяносто градусов. Кристин Куинн была весьма шокирована, увидев перед собой Дженнифер Дуглас, которая стояла там, немного растерянная. Дженнифер Дуглас подняла голову и продолжила: «Я уже купила билет, чтобы завтра уехать из Нью-Йорка и преподавать в отдаленном уголке Индии… Я больше не буду вмешиваться в ваши отношения с мистером Джонсом. Я искренне желаю вам обоим счастья». "Ты…" Дженнифер Дуглас слегка улыбнулась Кристин Куинн: «Мистер Джонс — очень добрый, внимательный, заботливый и ответственный человек. Тому, кому посчастливится выйти за него замуж, очень повезет… А миссис Джонс, вам повезло больше всех. Надеюсь, отныне, миссис Джонс, вы будете дорожить своими отношениями с мистером Джонсом. Где бы я ни находилась в мире, я буду молча благословлять вас и мистера Джонса». Услышав искренние слова Дженнифер Дуглас, Кристин Куинн с трудом разглядела правду, но у нее не было причин не принять ее благословение. Кристин Куинн спокойно сказала: «Спасибо за ваше благословение». Дженнифер Дуглас тихо вздохнула и напоследок сказала: «Мне достаточно всего, что у меня есть». Кристин Куинн не поняла, что имела в виду Дженнифер Дуглас, но увидела, что та уже повернулась и села в свою машину. После того, как водитель увез Дженнифер Дуглас, Ребекка Квентин спросила: «Что происходит? Почему Дженнифер Дуглас вдруг заявила, что уезжает из Нью-Йорка, как будто никогда не вернется?» Кристин Куинн покачала головой: «Я тоже не понимаю смысла её слов». Особенно последнего предложения, она совершенно не могла его понять. «Что заставило Дженнифер Дуглас так сильно измениться? По тому, как она говорила, не было и намёка на то, что она лжёт». «Я не заметила в ее глазах обычной враждебности», — сказала Кристин Куинн. Ребекка Квентин с подозрением задумалась: «Может быть, с тех пор как Джеффри уехал в город Y, он полностью игнорировал ее, пробуждая от ее иллюзий?» «Я не знаю». Кристин Куинн продолжала размышлять над последними словами Дженнифер Дуглас. По какой-то причине ей казалось, что, хотя последние слова Дженнифер были печальными, они не были безнадежными, в их тоне чувствовались удовлетворение и облегчение. «Ну ладно, забудьте о ней… Если она хочет поехать в Индию, пусть едет. Судя по всему, она не собирается возвращаться… И это, на самом деле, хорошо. С этого момента вам не придётся о ней беспокоиться!» «Да уж, забудьте о ней…» Не желая больше ни о чём думать, Кристин Куинн опустила голову, глядя на свой живот: «С учётом этих новых событий, кажется, всё налаживается». Кристин Куинн прислонилась к окну, мило улыбаясь, и набрала номер Скайлер Джонс. Как она и ожидала, на звонок ответили после двух гудков. «Дорогой». Его голос по телефону звучал особенно приятно. Кристин Куинн не могла сдержать радости в сердце, но в тот момент она не хотела ему об этом говорить, поэтому поджала губы и тихонько захихикала. "Мед…" "Я здесь." Услышав, что она в хорошем настроении, Скайлер Джонс тихонько усмехнулась: «Есть какие-нибудь хорошие новости, которыми ты хочешь со мной поделиться?» Неожиданно, даже по телефону, он это почувствовал. Кристин Куинн тут же подавила улыбку, сохраняя серьезный тон: «Нет, просто позвонила, чтобы спросить, чем вы сейчас занимаетесь». «Я только что вернулся». "О… Сегодня был очень напряженный день?" «Да, но всё прошло гладко. Возможно, я смогу вернуться домой меньше чем через полмесяца». Казалось, Скайлер Джонс только что вошла в дом, и Кристин смутно слышала почтительные голоса слуг из города Y, разговаривающих по телефону. Глаза Кристин Куинн загорелись от радости: «Правда?» "Ага." "Тогда возвращайся скорее… Я, я очень по тебе скучаю." Довольная Скайлер Джонс поцеловала телефон, выражая ей свою привязанность: «Я тоже по тебе скучаю». В этот момент в дверь постучали. Кристин Куинн быстро сказала Скайлер Джонс: «Мне нужно идти, кто-то стучит в дверь…» "Хорошо." Закончив разговор, Кристин Куинн с довольным видом пошла открывать дверь. Это была Ребекка Квентин, которая игриво посмотрела на Кристин Куинн: «Опять разговариваешь по телефону со своим зятем?» "С этим есть какие-то проблемы?" В комнату вошла Ребекка Квентин, ласково взяв Кристин Куинн под руку: «Ничего страшного… Но тому, кто планирует сюрприз для своего зятя, лучше быть осторожным, чтобы случайно ничего не проболтаться!» «Не волнуйтесь, я наглухо сжимаю губы». «Хорошо, давайте спустимся вниз…» — сказала Ребекка Квентин, взяв Кристин Куинн под руку, когда они выходили из комнаты. Кристин Куинн недоуменно спросила: «Зачем нам спускаться вниз?» Ребекка Квентин строго сказала: «Увидеть маму внизу… Ты, может, и хочешь удивить своего зятя новостью о беременности, но ты не можешь скрывать это от мамы, иначе как она организует уход за тобой?» "Хорошо." Кристин Куинн последовала за Ребеккой Квентин на первый этаж. Миссис Джеффри дразнила свою очаровательную внучку… Увидев издалека, как сильно миссис Джеффри обожает свою внучку, Кристин Куинн не могла не почувствовать легкое волнение. "Мама…" — с улыбкой позвала Ребекка Квентин. Увидев своих двух невесток, миссис Джеффри озарилась нежностью: «Подходите и садитесь… Только посмотрите, какая милая маленькая Нэнси, она уже говорит «бабушка»…» Ребекка Квентин, наклонившись к миссис Джеффри, поддразнила: «Мама, маленькая Нэнси просто просит молока, она еще толком не умеет тебя называть…» «Но мне кажется, она зовет меня… Да, маленькая Нэнси…» Привязанность миссис Джеффри к своей внучке была очевидна. «Мама, мне нужно тебе кое-что важное сказать…» — радостно воскликнула Ребекка Квентин, взяв маленькую Нэнси из рук миссис Джеффри. Увидев неудержимую улыбку на лице Ребекки Квентин, миссис Джеффри спросила: «Что случилось?» Ребекка Квентин перевела взгляд на Кристин Куинн: «Ты заметила что-нибудь необычное в своей сестре?» Миссис Джеффри тут же посмотрела на Кристин Куинн и улыбнулась: «Не понимаю, чем она отличается от обычной?» ---------- Глава 936–482: Дополнительная история: Ради ответственности? (Часть 2) «Да-да, мама, посмотри повнимательнее», — пошутила Бекка с улыбкой. Миссис Джеффри взяла Кристин за руку, заставив ее повернуться по кругу: «Нет, я ничего не вижу…» Кристин, немного смущенная поддразниваниями Бекки, застенчиво сказала: «Мама, Бекка просто шутит с тобой…» «Я не шучу, мама, Кристин сегодня совсем другая, совсем другая». «О?» — миссис Джеффри потянула Кристин сесть рядом с собой, внимательно осматривая ее. — «Неужели что-то изменилось?» Пока миссис Джеффри выглядела озадаченной, Бекка наконец радостно воскликнула: «Мама, Кристин беременна!!» "Что, беременна?" Миссис Джеффри заметно дрожала. Изначально ожидая увидеть удивленное выражение лица миссис Джеффри, Кристин и Бекка были поражены ее нынешним видом. Спустя мгновение Бекка смущенно произнесла: «Мама, ты…» Миссис Джеффри, казалось, пришла в себя и быстро натянула на лицо улыбку: «Кристин, ты беременна?» Увидев улыбку на лице миссис Джеффри, Кристин очнулась от оцепенения и слегка улыбнулась: «Да». Миссис Джеффри ласково обняла Кристин и спросила: «Когда это случилось?» Бекка с энтузиазмом ответила: «Врач сказал, что Кристин беременна уже сорок пять дней…» «Уже сорок пять дней…» Кристин кивнула: «Я и раньше не была уверена, узнала только сегодня, когда пошла в больницу». Бекка прижалась к миссис Джеффри: «Мама, врач сказал, что здоровье Кристин неважное, ей нужно беречь себя, поэтому, как будущая бабушка, ты должна начать действовать…» «Конечно, конечно, беременность Кристин — это поистине замечательное событие…» Миссис Джеффри радостно улыбнулась, но почему-то ее улыбка казалась немного натянутой. Погруженные в радость, Бекка и Кристин не заметили легкой скованности в улыбке миссис Джеффри, после чего она спросила: «Оверскей об этом знает?» Кристина покачала головой с улыбкой: «Я ему еще не сказала, планирую сделать сюрприз, когда он вернется». "Хорошо, хорошо…" Миссис Джеффри продолжала кивать, но не могла сдержать слегка натянутую улыбку. Пять дней спустя. Кристин и Бекка болтали в комнате, когда в середине разговора Кристин внезапно почувствовала тошноту и бросилась в ванную. В последнее время у Кристин участилась утренняя тошнота, появились первые симптомы дискомфорта, характерные для ранней беременности. Выведя Кристин из ванной, Бекка немного волновалась: «Сестрёнка, ты выглядишь очень некомфортно в последнее время, может, нам стоит обратиться к врачу?..» Кристин покачала головой: «Я чувствовала то же самое, когда была беременна Мари, скоро все наладится». "Но тебя так сильно рвет…" «Всё в порядке». Кристина села на диван в комнате и легонько похлопала себя по груди, чтобы подавить тошноту. Бекка помогла Кристин прислониться к дивану и с беспокойством сказала: «Ребенку нужно питание, а тебя рвет каждый раз после еды, ребенок не может усвоить никакие питательные вещества…» «Что же нам тогда делать?» — подумала Кристин, вспомнив, как врач однажды признал Мэрилин истощенной еще в утробе матери. «Пойду спрошу у мамы, есть ли что-нибудь, что поможет от тошноты…» "Хорошо." — сказала Бекка и спустилась вниз. Увидев миссис Джеффри в столовой, Бекка поспешно сказала: «Мама…» Миссис Джеффри, казалось, была в каком-то оцепенении и не слышала, как Бекка звала её. "Мама!!" Когда Бекка подошла к миссис Джеффри и снова позвала её, миссис Джеффри наконец пришла в себя. «Бекка». Бекка обняла миссис Джеффри, тихо посмеиваясь: «О чём ты думаешь, что так заблудилась?» Миссис Джеффри покачала головой: «Ничего». Бекка сказала: «Мама, Кристин в последнее время очень плохо себя чувствует из-за утренней тошноты… Есть ли что-нибудь, что может ей помочь во время беременности?» "Бекка…" — миссис Джеффри внезапно схватила Бекку за руку, ее голос немного охрип. «Что?» — Бекка быстро поддержала миссис Джеффри. — «Мама, ты плохо себя чувствуешь?» «Я не болен, я просто…» "Хм?" «Бекка, я уже несколько дней думаю и до сих пор не знаю, что делать, но Оверскей возвращается завтра, я могу поговорить только с тобой». «Что случилось, мама?» — с обеспокоенным видом помогла миссис Джеффри сесть за обеденный стол. Миссис Джеффри крепко держала Бекку за руку и прошептала: «Бекка, я очень рада, что Кристин беременна, но… но Оверски не хочет ребенка». Слова миссис Джеффри ошеломили Бекку: «Мама, что ты говоришь?» Миссис Джеффри печально покачала головой: «Да, Оверски сейчас не хочет ребенка…» ---------- Глава 937-482: Дополнительная история: Это ради ответственности? (2-2) «Как такое может быть? Мой зять так сильно любит мою сестру», — растерянно сказала Ребекка Квентин. «Оверски, он… его чувства к Кристине совсем не такие, как вы все думаете…» «Что ты имеешь в виду, мама? Можешь сказать по-четкому?» — тревожно спросила Ребекка Квентин. «Как мне это объяснить?» «Мама, ты сказала, что зять не такой, каким мы его себе представляем… что именно ты пытаешься сказать?» Ребекка Квентин чуть не умерла от тревоги. Миссис Джеффри тяжело вздохнула и наконец выпалила на одном дыхании: «Я хочу сказать, что Кристин сейчас не в состоянии быть беременной, потому что Оверски не хочет детей». Лицо Ребекки Квентин исказилось: «Мама, чем больше ты говоришь, тем больше я путаюсь…» Миссис Джеффри взяла Ребекку Квентин за руку и мягко сказала: «Позволь мне объяснить тебе по порядку… Бекка, ты еще помнишь, когда Оверски и Кристин в последний раз поссорились?» Ребекка Квентин кивнула. «Позже я услышала от Говарда Джеффри, что это произошло из-за фотографий». «Тогда вам следует знать, что между Джонатаном Гибсоном и Кристин происходили какие-то неясные вещи, верно?» «Сестра мне все уже объяснила. Это Дженнифер Дуглас подливала масла в огонь за их спинами». «Это правда, что Дженнифер Дуглас тайно подшучивала над ним, но также верно и то, что между Джонатаном Гибсоном и Кристин существовала некая неопределенность». Ребекка Квентин медленно ослабила хватку на руке миссис Джеффри. «Мама, ты тоже не веришь моей сестре?» Миссис Джеффри поспешно крепче сжала руку Ребекки Квентин и поспешила объяснить: «Бекка, я верю Кристин. Я знаю, какой она человек, и знаю, что между ней и Джонатаном Гибсоном нет ничего предосудительного. Я говорю тебе это не потому, что мне это важно; я говорю тебе это потому, что Оверски очень обеспокоен этим делом…» «Но зять уже выяснил, что это сделала Дженнифер Дуглас. Ему следовало бы знать, что сестра и Джонатан Гибсон невиновны…» «Но этот инцидент породил еще больше проблем». Ребекка Квентин покачала головой, ничего не понимая. Миссис Джеффри снова вздохнула и тихо сказала: «Вы знаете, что творилось в голове у Оверски, когда всё это взорвалось?» Ребекка Квентин по-прежнему качала головой. Миссис Джеффри серьезно посмотрела на Ребекку Квентин. «Он подумывал о том, чтобы разорвать отношения с Кристин». Ребекка Квентин вдруг рассмеялась. «Это невозможно. Мама, ты, должно быть, неправильно поняла. Как зять мог бросить сестру? Он же так сильно её любит». «Бекка, сколько ссор было у Оверски и Кристин с тех пор, как они снова сошлись, мы все видели… Они пропустили тринадцать лет; конечно, им многое нужно пережить. Но такой период адаптации очень их утомил. Я не раз видела, как Оверски пил в одиночестве на террасе поздно ночью… Когда в прошлый раз разразился инцидент с фотографиями и Кристин исчезла, можешь себе представить, насколько серьезными были тогда отношения…» Ребекка Квентин с грустью сказала: «Я слышала, как моя сестра говорила об этом. Она сказала, что уже тогда была готова развестись со своим зятем…» Миссис Джеффри сказала: «Это показывает, что в глубине души Кристин тоже понимала, что Оверски может с ней развестись…» «Но факты доказывают, что зять любит мою сестру. Он взял её с собой в отпуск; он решил доказать ей свои чувства». «Но знаете ли вы, что накануне вечером, перед тем как Оверски решил взять Кристин в эту поездку, у нас с ним был долгий разговор… Я сказал ему, чтобы он ценил то, что у него есть с Кристин». Ребекка Квентин погрузилась в долгое оцепенение. Из-за горя голос миссис Джеффри слегка охрип. «Бекка, ты понимаешь, что я говорю? Оверскей чувствует себя обязанным Кристин». Ребекка Квентин безучастно покачала головой. «Я не могу в это поверить. Я не могу поверить, что зять не любит мою сестру… Он определенно не с ней просто из чувства ответственности. Мы все видели, как сильно он о ней заботится». «Мама, ты же говорила, что разговаривала с ним за день до того, как Оверски увез меня в отпуск?» Ни Ребекка Квентин, ни миссис Джеффри не ожидали, что во время их разговора их внезапно прервет тихий, полный эмоций голос. Узнав голос Кристин Куинн, Ребекка Квентин и миссис Джеффри одновременно замерли, безучастно глядя на Кристин Куинн, которая приближалась к ним. Кристин Куинн сидела одна в своей комнате, чувствуя себя душно, поэтому она спустилась вниз, чтобы поискать Ребекку Квентин и миссис Джеффри, совершенно не ожидая случайно подслушать их разговор. Ребекка Квентин заметила, что лицо Кристин Куинн побледнело. Сейчас она просто безучастно смотрела на миссис Джеффри. Миссис Джеффри нервно встала и подошла к Кристин Куинн, голос ее сжался в горле. "Кристин…" Бледные губы Кристин Куинн слегка приоткрылись. «Мама, ты только что сказала, что перед тем, как мы с Оверски уехали в отпуск, ты с ним разговаривала. Это правда?» "Я…" — миссис Джеффри опустила голову. Кристин Куинн протянула руку и крепко обхватила плечи миссис Джеффри, умоляя: «Мама, пожалуйста, скажи мне честно — о чём именно вы с Оверски говорили в тот день?» «Кристин, я… на самом деле я мало что сказала Оверски. Я просто посоветовала ему беречь ваши отношения». «А что ещё?» «Ничего, это всё, что я сказал…» «Значит, причина, по которой Оверски взял меня в отпуск на следующий день, заключалась в том, что вы разговаривали с ним накануне вечером, так?» Тонкий слой влаги внезапно затуманил прекрасные глаза Кристин Куинн, когда она безучастно смотрела на миссис Джеффри. Миссис Джеффри быстро подняла шатающуюся Кристин Куинн и поспешила объяснить: «Кристин, Оверски никогда не был мне близок. Все решения, которые он принимает, — это его собственный выбор. Как я могу его в чем-либо уговорить?» Чем больше она пыталась добавить, тем более пустыми звучали её слова, полностью теряя свою убедительность. Ребекка Квентин также вышла поддержать Кристин Куинн, улыбаясь и утешая ее: «Сестра, не будь такой чувствительной… Если зять действительно хотел принять какое-то важное решение, как мама могла его на это уговорить?» Кристин Куинн больше не могла расслышать объяснение Ребекки Квентин. Она была полностью погружена в свои мысли. Ребекка Квентин поспешно помогла Кристин Куинн сесть на стул и продолжила утешать ее: «Не стоит слишком много об этом думать…» Погруженная в свои мысли, Кристин Куинн внезапно пришла в себя и посмотрела на миссис Джеффри. «Мама… как ты думаешь, почему Оверски не хочет моего ребенка?» "Я…" Взгляд Кристин Куинн был прикован к растерянной миссис Джеффри. «Скажи мне правду». "Кристин…" "Мама…" Миссис Джеффри покачала головой, по-прежнему не решаясь заговорить. Кристин Куинн пристально посмотрела на нее, ее голос хрипло прозвучал: «Если бы ты не была уверена, что Оверски не хочет этого ребенка, ты бы не сказала этого Бекке… Мама, скажи мне, ты что-нибудь знаешь? Умоляю тебя, пожалуйста, скажи мне…» "Кристин…" Кристин Куинн посмотрела на миссис Джеффри душераздирающим взглядом. «Умоляю вас». «Несколько дней назад я случайно подслушал разговор Оверски с Джастином Уолтером. Он сказал, что планирует сделать вазэктомию…» Услышав это, Кристин Куинн широко раскрыла глаза от шока и полного недоверия. Миссис Джеффри сказала: «Я думаю, Оверски не хочет детей, поэтому…» Ребекка Квентин тут же сказала: «Вероятно, зять просто беспокоится о здоровье моей сестры…» ---------- Главы 938–483: Дополнительная история: Нежные объятия в аэропорту Миссис Джеффри хотела согласиться с Ребеккой Квентин, но передумала, потому что Кристин Куинн смотрела ей прямо в глаза. Кристин Куинн разгадала загадку, которую скрывала миссис Джеффри… Миссис Джеффри была очень встревожена. Кристин Куинн снова заговорила: «Мама, я знаю, ты все еще что-то от меня скрываешь… Если ты мне не расскажешь, я спрошу экономку. Я знаю, ты делишься с ним многими своими опасениями». «Кристин…» В отчаянии миссис Джеффри наконец призналась: «Примерно в то время, когда Оверски разговаривал с Джастином Уолтером о вазэктомии, я также услышала, как Джастин Уолтер спрашивал, хочет ли Оверски иметь дело с Дженнифер Дуглас, но ответ Оверски был отрицательным». Кристин Куинн стояла у окна от пола до потолка в комнате, молча глядя на дождь за окном. В последнее время погода в Нью-Йорке ужасная, постоянно резко меняется; утром было ясно, а сейчас идёт непрерывный дождь. "Сестра…" Сзади раздался обеспокоенный голос; это была Ребекка Квентин. Кристин Куинн обернулась и спокойно посмотрела на Ребекку Квентин. Ребекка Квентин обняла Кристин Куинн и сказала: «Пора есть». Кристин Куинн покачала головой: «У меня совсем нет аппетита!» Ребекка Квентин обеспокоенно нахмурила брови: «Сестра, не переживай слишком сильно… Мы с мамой очень за тебя волнуемся». Кристин Куинн выдавила из себя слабую улыбку: «Я в порядке, у меня действительно нет аппетита. Знаешь, в последнее время у меня совсем нет аппетита… Веди себя хорошо, Говард Джеффри вернется в полдень, спускайся и поужинай с ним!» Ребекка Квентин, держа Кристин Куинн за руки и наблюдая за тем, как та изо всех сил пытается скрыть своё подавленное настроение, искренне сказала: «Сестра, я думаю, тебе не стоит обращать внимание на то, что сказала мама. Как её понимание моего зятя может сравниться с твоим? Мама слишком волнуется…» Не желая, чтобы сестра волновалась, Кристин Куинн энергично кивнула: «Я знаю». «Так что не стоит слишком много об этом думать. Если ничего не получится, подожди, пока мой зять вернется, и все ему объясни. Если, если это повлияет на ребенка в твоем животе, и когда мой зять вернется, окажется, что это недоразумение, что, если он обвинит тебя?» Кристин Куинн нерешительно кивнула: «Хорошо». «Хорошо, спускайтесь на ужин… Зять вернется завтра. Что бы ни случилось, подождите его возвращения, прежде чем что-либо обсуждать», — сказала Ребекка Квентин, и, взяв Кристин Куинн под руку, вышла из комнаты. Несмотря на полное отсутствие аппетита, Кристин Куинн, чтобы не беспокоить миссис Джеффри и Ребекку Квентин, все же отправилась в столовую. Увидев Кристин Куинн, миссис Джеффри почувствовала себя очень виноватой: «Кристин…» Но Кристин Куинн слегка улыбнулась миссис Джеффри: «Мама, со мной все в порядке». «Что происходит?» — Говард Джеффри, заметив царящую в доме атмосферу, нахмурился, глядя на трех женщин, находившихся в доме. Ребекка Квентин собиралась поговорить с Говардом Джеффри, но Кристин Куинн опередила её, сказав: «Ничего». Говард Джеффри искоса посмотрел на миссис Джеффри, явно недоумевая по поводу ответа Кристин Куинн. Миссис Джеффри посмотрела на Говарда Джеффри, не зная, с чего начать… Затем Говард Джеффри спросил Ребекку Квентин: «Что-то случилось?» «Э-э…» — Ребекка Квентин с сомнением посмотрела на Кристин Куинн, и под её умоляющим взглядом наконец сказала: «Ничего, просто моя сестра беременна… Мама винит себя за то, что плохо о ней заботилась». Узнав о беременности Кристин Куинн, Говард Джеффри обрадовался: «Это замечательная новость! Поздравляю, Кристин!» Кристин Куинн с трудом выдавила из себя слабую улыбку: «Спасибо». Говард Джеффри с беспокойством сказал: «Неудивительно, что вы в последнее время плохо выглядите…» Кристин Куинн кивнула: «Беременность доставляет некоторый дискомфорт». "Ты звонил моему брату?" «Пока нет, я планирую сказать ему, когда он вернется». «Похоже, моего брата ждет большой сюрприз…» Сказав это, Говард Джеффри нежно обнял Ребекку Квентин: «Дорогая, мой брат и Кристин скоро нас догонят, может, нам стоит завести еще одного?» Дождь усилился, и к вечеру он так и не прекратился. Кристин Куинн сидела на кровати, слушая шелест дождя за окном, и чувствовала себя невероятно одинокой. Она подняла левую руку, глядя на красное бриллиантовое кольцо на безымянном пальце, ее глаза были слегка влажными. Слова, которые он произнес, лично надевая это кольцо ей на палец, все еще отчетливо звучали в ее ушах… Кристин, я хранил это кольцо столько лет, потому что знал, что однажды лично надену его тебе на безымянный палец. Я никогда не был так благодарен небесам за их благосклонность, как сейчас, потому что они дали мне шанс снова быть с тобой. Я люблю тебя, Кристин, и надеюсь, что в будущем мы сможем вместе пережить все бури. Слезы хлынули из уголков ее глаз, медленно стекая по щекам. Она молча смотрела на это ослепительное кольцо с красным бриллиантом, чувствуя резкую боль в кончике носа. ---------- Главы 939–483: Дополнительная история: Нежные объятия в аэропорту (Часть 2) Она не верит, что можно сказать такие трогательные слова без любви; она не верит… Хотя тринадцать лет борьбы оставили болезненные следы на их сердцах, эта боль никогда не сравнится с чистой любовью, глубоко укоренившейся в них… Она ничуть не изменилась, и он, должно быть, тоже… Слова о её «изменении» были всего лишь презрительными, произнесёнными от усталости во время адаптации; он никогда по-настоящему не переставал её любить… Если им действительно двигало лишь чувство ответственности за то, чтобы быть с ней, то как он мог притворяться, проявляя к ней такую ​​привязанность, какую обычно демонстрирует? Нет… Она не поверила бы, что он с ней из чувства ответственности; она считает, что даже без разговора его матери с ним накануне отпуска его выбор остался бы тем же. Его мать сказала, что он не имел дела с Дженнифер Дуглас… Она уверена, что у него есть причины не иметь дела с Дженнифер, и уж точно не потому, что он питает к ней какую-либо милость. «Они прошли долгий и трудный путь, чтобы добраться до этого момента», — говорила она раньше, — «и пока он не скажет, что больше не любит ее, я не откажусь от их отношений». Закрыв глаза, Кристин Куинн взяла с прикроватной тумбочки фотографию Скайлер Джонс, вытерла слезы и с любовью посмотрела на ее жизнерадостный образ на снимке. Внезапный телефонный звонок прервал мысли Кристин. Кристин отложила фотографию и взяла трубку телефона. Увидев на экране надпись «Оверский», Кристина улыбнулась. Если бы ему было на нее наплевать, зачем бы он звонил ей каждый вечер? Ей не стоит сомневаться в его чувствах к ней… Кристин поспешно вытерла слезы с лица и глаз, слегка улыбнулась и нажала кнопку ответа: «Здравствуйте…». "Мед." "Хм?" "Вы спите?" "Ещё нет, я ждал вашего звонка!" «Извините за поздний звонок… Я только что закончил работу». "Я знаю…" «Дорогая, в Нью-Йорке в последнее время идут дожди, может похолодать, помни, что нужно одеваться потеплее». Представив себе нежный нрав Скайлера на другом конце провода, Кристин вдруг почувствовала, как ее сердце наполнилось его любовью. «Я знаю, я же не ребёнок». «Поскольку погода плохая, не приезжайте за мной завтра, я благополучно окажусь перед вами». «Хм, удачной поездки, буду ждать твоего возвращения». "Хороший." Завершив разговор со Скайлер, Кристин не могла не почувствовать, что ее настроение значительно улучшилось. Иногда людям не стоит слишком зацикливаться на мелочах; лучше во всем мыслить позитивно… Доверие — залог сохранения брака, и раз она выбрала его, ей больше не следует сомневаться и нужно ценить ту красоту, которая есть у них сейчас. Кристин наконец смогла закрыть глаза, очистить свой разум от всех мыслей и позволить себе погрузиться в сон. После дня и ночи проливных дождей на следующий день установилась ясная и приятная погода. Кристин встала рано, поэтому, когда миссис Джеффри и Бекка увидели, как она помогает слугам готовить завтрак в столовой, свекровь и невестка были очень удивлены. "Сестра… почему ты так рано встала?" — спросила Бекка, рассеянно глядя на Кристин, которая выглядела бодрой и, казалось, ничуть не обеспокоенной. Мари завтракала за столом, жуя тосты, и ответила от имени матери: «Папа сегодня возвращается, мама сказала, что хочет встать пораньше и отвезти меня в аэропорт за папой». Бекка подошла к Кристин и мягко спросила: «Правда? Сестра, ты едешь в аэропорт за зятем?» Кристин поставила тарелку в руке и кивнула. "Кристин…" "Хм?" — Кристин улыбнулась миссис Джеффри. Миссис Джеффри притянула Кристин к себе и с тревогой спросила: «Ты в порядке?» Кристин обняла миссис Джеффри и искренне ответила: «Мама, я знаю, что вчера тебя беспокоила, но, подумав всю ночь, я понимаю, что не стоило так много думать… Никто не знает Скайлера лучше меня; я чувствую, как искренне он обо мне заботится». «Кристин, вчера я разговаривал с Беккой не для того, чтобы испортить твои отношения со Скайлер, а потому что я волнуюсь…» Кристин перебила ее: «Мама, я знаю, ты переживала, что если Скайлер действительно не хочет детей, моя беременность может вызвать конфликт между нами, ты боишься, что Скайлер снова причинит мне боль, поэтому ты хотела, чтобы Бекка помогла придумать выход…» Миссис Джеффри энергично кивнула, крепко держа Кристин за руку: «Мама больше всех надеется, что вы со Скайлером в порядке…» Кристин обняла миссис Джеффри и тихо сказала: «Мама, не волнуйся, со мной и Скайлером все будет хорошо, мы больше никогда не разлучимся». «Это хорошо, это хорошо…» — миссис Джеффри нежно похлопала Кристин по спине. — «Раз ты так думаешь, мама успокоилась». Увидев это, Бекка тоже вздохнула с облегчением и расслабленно улыбнулась. После завтрака Кристин оделась и отправилась к машине, а водитель отвёз её и Мари в аэропорт. Кристин не была уверена, во сколько сегодня вернется Скайлер, но планировала подождать его в аэропорту, желая сделать ему большой сюрприз и увидеть его, как только он вернется в Нью-Йорк. Сегодня погода была исключительно хорошая, вчерашний сильный дождь, казалось, смыл всю суету Нью-Йорка, сделав все вокруг ясным и прекрасным, даже легкий прохладный ветерок был особенно приятным. В карете Кристина дотронулась до груди, пытаясь подавить тошноту. Увидев поведение Кристин, Мэрилин задумчиво спросила: «Мама, тебе некомфортно?» "Хм." «Следует ли попросить водителя остановиться?» «Не нужно, с мамой все в порядке». Кристин обняла свою понимающую и хорошо воспитанную дочь и поцеловала ее в щеку: «Маме тоже было нехорошо, когда я была беременна тобой». Да, Кристин уже рассказала дочери о своей беременности за завтраком, и дочь была очень рада и знала, как о ней заботиться. «Мамочка, ты так много работаешь». Мэрилин прижалась к Кристин, проявляя большую заботу. «Глупо… Рождение ребенка — непростой процесс, но наблюдать за тем, как малыш растет с каждым днем, — это счастье намного превосходит все трудности родов». «Но когда у тебя родился я, папы не было рядом, ты сама о себе заботилась». ---------- Главы 940–484: Дополнительно: Почему ты не сказал мне сразу? «В тот момент между папой и мамой возникло недопонимание…» Мэрилин Куинн держала Кристин Куинн на руках и, сверкая глазами, смотрела на свою мать: «Я больше не позволю папе оставлять маму одну. Если папа посмеет в будущем издеваться над мамой, я не буду с ним разговаривать». «Хорошая девочка». Не осознавая этого, машина поехала в сторону частного аэропорта Скайлер Джонс, пока мать и дочь болтали… Три часа дня. Мэрилин устало посмотрела на небо: «Мама, когда папа приедет? Разве он не говорил, что будет здесь после обеда? Но папа еще не вернулся». Сохраняя тот же взгляд, устремленный в небо, Кристина отвела глаза, нежно обняла дочь и спросила: «Мари, ты устала?» Мэрилин кивнула: «Мамочка, мы ждали весь день… Я так хочу спать». Кристин поцеловала дочь в лоб: «Молодец, иди поспи немного в машине. Когда папа приедет, я тебя разбужу». Не в силах противостоять зову сна, Мэрилин кивнула. Затем Кристин проводила Мэрилин до машины, где увидела сладко спящую внутри Мари, и наконец снова посмотрела на небо. Разница в четырнадцать дней, не слишком большая и не слишком маленькая, но из-за этого так много всего хочется потерять. Интересно, думал ли он о ней в этот момент? Погруженная в тоскливые мысли, Кристин вдруг услышала звонок телефона. Придя в себя, Кристин достала телефон. Увидев, что звонит Скайлер Джонс, Кристин взволнованно нажала кнопку ответа: «Здравствуйте…» «Дорогая, я приехал в Нью-Йорк». «Знаю». Подняв взгляд на небольшой самолет, только что появившийся в небе, Кристина дрожала от волнения. "Ты знаешь?" «Э-э, я знала, что ты сегодня вернешься». «Мы скоро встретимся, ты доволен?» "Счастливый." По телефону она услышала, как он поцеловал её. «Оставайся дома и жди меня, я скоро вернусь». Кристин продолжала смотреть на постепенно снижающийся самолет и кивала: «Хорошо». Завершив разговор со Скайлер Джонс, Кристин все это время наблюдала за посадкой самолета. Из-за изменений воздушного потока, вызванных посадкой самолета, Кристин переместилась подальше от самолета. Скайлер Джонс и экипаж, естественно, не могли видеть Кристин с высоты, а поскольку Кристин во время посадки отошла далеко от самолета, Скайлер Джонс не знал, что Кристин уже ждет его в аэропорту. Увидев издалека, как Скайлер Джонс выходит из каюты, Кристин почувствовала неприятный запах изо рта и взяла телефон, чтобы набрать его номер. Сегодня он был одет в темный костюм, излучавший спокойствие и безупречный вид, и выглядел необыкновенно. Достав телефон и увидев ее звонок, он слегка улыбнулся, нажал кнопку ответа, засунул одну руку в карман брюк и решил покинуть аэропорт. Позади него следовали Эрни и несколько сопровождающих его телохранителей, державших стопку документов… Даже Эрни был здесь, что указывало на то, что он действительно перенёс штаб-квартиру в Нью-Йорк. «Дорогая, как дела?» — в его голосе звучала нежность. Наблюдая за Скайлер Джонс издалека, Кристин не смогла скрыть своих глубоких эмоций: «Когда ты вернешься домой?» — нарочито спросила она с большим нетерпением. "Скучали по мне?" "Да." Скайлер Джонс посмотрел на часы: «Наверное, буду дома к пяти». «Дорогая, ты скучаешь по мне?» «Как бы я хотел немедленно прилететь к тебе!» Слова Скайлера Джонса были пронизаны сильным чувством привязанности, его тоска была неоспорима. "В прошлый раз ты так меня удивила на Эгейском острове, я тебя тоже удивлю…" "Хм?" Кристин игриво сказала: «Посмотри налево». Скайлер Джонс сделал паузу, приподнял свои красивые брови и настойчиво повернул голову влево, держа в руках телефон. Перед его взором предстала прекрасная стройная фигура в белом. Кристин положила трубку и теперь смотрела на него с улыбкой. Кристин сегодня специально нарядилась… Изысканный макияж, безупречные черты лица, стройная фигура в сочетании с шифоновым платьем… Она выглядела потрясающе красивой. Ветер в аэропорту развевал ее темные волосы и платье, делая сцену еще более реалистичной и красивой. В следующее мгновение перед Кристин предстала высокая и величественная фигура Скайлера Джонса. Кристин пристально смотрела на Скайлер Джонс, чувствуя сильную неприятную запах изо рта. Скайлер Джонс внезапно протянул руку и обнял Кристин, с такой силой, словно она воткнулась ему в кости. Она уткнулась лицом в его грудь, ощущая тепло его тела и неповторимый приятный запах, и крепко закрыла глаза. Он поцеловал ее в щеку, словно не веря своим глазам, и его голос охрип: «Разве я не говорил, чтобы ты не приезжал в аэропорт?» ---------- Глава 941-484: Дополнительно: Почему ты мне не сказал сразу? (2) Она мягко отстранилась от его объятий, глядя на него с глубоким волнением: «Я скучаю по тебе». На его лице отразилась нежность, он быстро обхватил ее голову, его теплые тонкие губы глубоко поцеловали ее. Словно прошло столетие, Скайлер Джонс постепенно освободила Кристин Куинн. Кристин Куинн покраснела и застенчиво посмотрела на Скайлер Джонс. Скайлер Джонс выглядел неудовлетворенным, снова чмокнул Кристин Куинн в ее уже покрасневшие губы, затем довольно обнял ее и тихо сказал: «Дорогая, я так рад тебя видеть». Кристин Куинн пристально посмотрела на красивое лицо Скайлера Джонса и сказала: «Я тоже». Снова нежно поцеловав Кристин Куинн в лоб, Скайлер Джонс сказала: «Давай поговорим дома». «Мм… Подождите, Мари всё ещё спит в машине». "Мари?" Кристин Куинн посмотрела на машину неподалеку: «Мы приехали сегодня утром, она ждала вас весь день, просто измученная уснула в машине». Скайлер Джонс с болью в сердце и чувством вины сказала: «Глупец, разве я не говорила, что приеду после обеда?» Прекрасные глаза Кристин Куинн устремились на бесконечно любящее, красивое лицо Скайлера Джонса, ее голос слегка охрип от волнения: «Я боялась, что пропущу твое возвращение… Я хочу, чтобы ты увидел меня, как только сойдешься с самолета». Слова Кристин Куинн смягчили сердце Скайлера Джонса, в его груди разлилось еще больше нежности и ласки, он крепко обнял Кристин Куинн, прижавшись челюстью к мягким прядям ее волос, и ни разу не испытывал такого удовлетворения. На обратном пути Кристин Куинн уже мирно спала в объятиях Скайлера Джонса, завернутая в его пиджак. Глядя на безмятежное спящее лицо Кристин Куинн, глаза Скайлер Джонс наполнились безграничной нежностью. Джастин Уолтер, за рулём автомобиля, стал свидетелем этой сцены и с завистью сказал: «Вы весь день пробыли в аэропорту, чтобы сделать мистеру Джонсу сюрприз. Мистер Джонс, вам действительно повезло, мадам вас очень любит». «Да, папа. Мама вставала очень рано и даже специально наряжалась». Это говорила Мэрилин Куинн, сидевшая рядом со Скайлер Джонс, на её лице сияла невинная радость. Скайлер Джонс повернул голову, чтобы посмотреть на свою дочь рядом с собой: «Мари, иди сюда, папа тебя поцелует». Дочь наклонилась. Скайлер Джонс поцеловал дочь в щеку и нежно сказал: «Ты много работала». Мари протянула руку, чтобы обнять Скайлера Джонса, и прижалась к отцу: «Это было несложно, я очень скучала по папе». Скайлер Джонс освободил другую руку, чтобы обнять свою дочь: «Молодец». «Папа, мы теперь навсегда останемся в Нью-Йорке?» "Мм." «Ура! Теперь мы будем с бабушкой, дядей Джеффри и тетей каждый день!» Скайлер Джонс тихонько усмехнулся: «Вам не нравится город Y?» Мари честно ответила: «Да, но там только папа и мама, а мне больше нравится жить с бабушкой». Голос Скайлер Джонс, слегка хриплый, был полон чувства вины за прошлые годы: «Прости, папа однажды заставил тебя и маму чувствовать себя одинокими столько лет… Папа больше так не поступит». «Поэтому папа, должно быть, очень хорошо относится к маме, потому что ей было тяжело за мной ухаживать, и все же она ни разу не пожаловалась…» «Папа так и сделает». Он был так доволен тем, что у него такая понимающая и рассудительная дочь. Мари вдруг моргнула, глядя на Скайлера Джонса: «Папа, мама приготовила для тебя еще один сюрприз дома!» «Сюрприз?» — Скайлер Джонс слегка нахмурился. — «Какой сюрприз?» Мари хихикнула: «Только мама может рассказать тебе об этом сюрпризе, ты очень обрадуешься, когда узнаешь…» "Ой?" Перед тем как вернуться домой, Кристин Куинн проснулась. В первую же секунду, как она открыла глаза и увидела знакомое красивое лицо, сердце Кристин Куинн наполнилось теплом, она смотрела на него как в тумане. Легкое движение Кристин Куинн в его объятиях дало Скайлер Джонс понять, что она уже проснулась; он же оставался равнодушным, позволяя ей тайком наблюдать за ним. Внезапно он тихонько усмехнулся, посмотрел на свою милую жену в объятиях и спросил: «Не насмотрелся?» Кристин Куинн вернулась к реальности и, смущенно отведя взгляд, воскликнула: «Какая же она надоедливая!!» Скайлер Джонс нежно поцеловала её в губы: "Больше не спишь?" Кристин Куинн посмотрела в окно: «Скоро доберусь до дома… Мари снова спит?» "Мм." Кристин Куинн тут же сняла с Скайлера Джонса пиджак, села и посмотрела на темнеющее небо за окном: «Последняя погода в Нью-Йорке ужасная, темнеет так рано, сегодня ночью, вероятно, снова пойдет дождь». «Мама знает, что я возвращаюсь?» Кристин Куинн игриво ущипнула Скайлер Джонс за лицо: «Конечно, мама заранее попросила домработницу приготовить сегодня вечером те блюда, которые ты так любишь». В этот момент в воображении Скайлер Джонс возникла трогательная картина. Приглушенный желтый свет, элегантная столовая, стол, полный посуды, и семья, с нетерпением ожидающая его… Все эти годы, каждый раз, возвращаясь из командировки, он видел перед собой лишь холодную и пустую комнату… Никогда прежде не было так, как сейчас: он обнимает любимую женщину и ребенка, идет домой, а семья с нетерпением ждет его. Именно этого семейного тепла он жаждал, но которое, казалось, всегда существовало лишь во снах… Наконец, он перестал чувствовать себя одиноким, подавленным, рядом с ним была женщина, которая его любила, семья, которая его любила. Заметив, что Скайлер Джонс немного растеряна, Кристин Куинн спросила: «Почему вы молчите?» «Я думал, как бы мне хотелось, чтобы каждый день в будущем был таким». "Здесь тепло?" "Мм." Кристин Куинн обняла Скайлера Джонса, словно пытаясь его утешить: «На самом деле, небеса справедливы ко всем… раньше ты чувствовал себя потерянным, потому что мама выбрала Говарда Джеффри вместо тебя, но ты когда-нибудь думал, что если бы мама выбрала тебя, возможно, ты бы меня и не встретил…» Скайлер Джонс кивнула, затем внезапно наклонилась и поцеловала Кристин Куинн в глубоко взволнованное лицо. Да, встреча с ней была для него лучшим подарком небес. Как только Скайлер Джонс и Кристин Куинн вернулись домой, в Нью-Йорке начался проливной дождь. Миссис Джеффри долго ждала на вилле, когда вошли Скайлер Джонс и Кристин Куинн, и ее лицо сияло от радости. Мари подбежала к миссис Джеффри и кокетливо сказала: «Бабушка, я так голодна…» Миссис Джеффри нежно сказала: «Бедняжка… милая, скорее иди поешь, Эндрю уже ждет тебя в столовой». «Спасибо, бабушка». Мари встала на цыпочки, чтобы поцеловать миссис Джеффри, а затем бросилась в столовую. «Оверски, одежда промокла, да? Поднимись сначала наверх и переоденься, а то простудишься», — нежно обратилась миссис Джеффри к Скайлер Джонс. ---------- Глава 942–485: Дополнительно — Его выбор 1 «Всё в порядке». Тон Скайлера Джонса был спокойным, но это было гораздо лучше, чем его обычный молчаливый ответ на опасения миссис Джеффри. Миссис Джеффри чувствовала, что сын становится ей ближе, и это радовало ее сердце: «Давай сначала поедим… Кристин ждала тебя в аэропорту весь день и ужасно голодна». Кристин Куинн улыбнулась и кивнула. Миссис Джеффри поспешно протянула руку, чтобы взять Кристин Куинн за руку, и с тревогой спросила: «Ты попала под дождь? Ты голодна?» "Нет." «Я сварила для тебя суп…» «Спасибо, мама». "Пойдем…" Миссис Джеффри уговаривала сына и невестку сначала пойти в столовую, чтобы подкрепиться, но Скайлер Джонс неожиданно потянула за руку Кристин Куинн и мягко сказала миссис Джеффри: «Мама, иди и ешь. У нас с Кристин есть дела в комнате, мы скоро спустимся». Миссис Джеффри была ошеломлена, увидев, как Скайлер Джонс, держа жену за руку, поднимается наверх в одиночку. «Оверский…» Как только они вошли в комнату, прежде чем Кристин Куинн успела что-либо сказать, Скайлер Джонс уже прижала её к белой стене позади себя. Он прижал ее к стене руками, его пылкие губы, полные страсти, покорили ее. Кристин Куинн не могла сопротивляться, да и не хотела. Она обняла его за шею, изо всех сил стараясь подчиниться… Между ними вспыхнуло сильное влечение… Внезапно он отстранился от ее задыхающегося тела, с нетерпением подхватив ее на руки. «Нет, Оверскей…» Когда он отнёс её к кровати, она в панике закрыла его широкую грудь своими маленькими, смущёнными ручками и застенчиво сказала: «Мама и Бекка все в столовой ждут, когда мы начнём есть…» Он быстро поцеловал её в губы, проигнорировал её сопротивление и пробормотал низким хриплым голосом, едва сдерживая смех: «Сначала ты должна меня покормить». "Хм?" В тот же миг он уже сорвал с неё платье… Они снова пропустили ужин, так как влюбились друг в друга прямо в номере. Взглянув на разбросанную по полу одежду, Кристин Куинн, с оттенком оставшейся застенчивости, игриво легонько ударила Скайлер Джонс в грудь: «Я тебя ненавижу… Мама и Бекка наверняка снова слишком много об этом подумают». Скайлер Джонс улыбнулся, притянул к себе любимую жену и сказал: «Пусть думают что хотят». Кристин Куинн приподнялась и пробормотала: «Ненавижу тебя, тебе не обязательно с ними встречаться, а мне приходится!» «Если мы не можем встретиться с ними лицом к лицу, тогда давайте просто останемся в комнате…» В этот момент Скайлер Джонс уже наполовину приподнялась и начала целовать её под собой… "Эй…" — Кристин Куинн решительно ответила и наконец оттолкнула кого-то, — "Я больше не шучу, я голодна." Глаза Скайлер Джонс горели желанием, явно еще не удовлетворенным. Наконец он поцеловал ее прекрасную ключицу, подавил желание и встал: «Пошли…» Кристин Куинн быстро подняла одежду с пола и быстро оделась. Одевшись, Кристин Куинн увидела Скайлера Джонса, прислонившегося к изголовью кровати с неудовлетворенным желанием, и, потянув его за руку, сказала: «Пойдем… Мама ждет, когда мы поедим». Неожиданно, в следующую секунду, Скайлер Джонс притянула Кристин Куинн к себе для еще одного страстного поцелуя. Кристин Куинн не смогла устоять, и ее внимание лишь вновь было поглощено им… К счастью, его самообладание не позволило ситуации выйти из-под контроля. Наконец он отпустил её, пробормотав себе под нос ругательства с напряженным лицом, а затем встал с постели. Кристин Куинн, тяжело дыша, сидела на краю кровати и, одеваясь, с холодным лицом наблюдала за ним. Внезапно она тихонько хихикнула… Застегивая рубашку, он, увидев ее озорную улыбку, не смог удержаться и наклонился, приподняв ее подбородок: "Смеешь смеяться надо мной?" Кристин Куинн сдержала смех, покачав головой. Скайлер Джонс украла еще один поцелуй у Кристин Куинн, игриво пробормотав: «Сегодня вечером я заставлю тебя заплатить!» Кристин Куинн покраснела, встала, чтобы помочь ему застегнуть рубашку, и попыталась умолять: «Я не смеялась над тобой… Я просто думала о том, что было раньше». "Хм?" Кристин Куинн прислонилась к Скайлер Джонс и застенчиво сказала: «Обычно вы очень тщательно соблюдаете меры предосторожности… но сейчас вы этого не сделали…» «Дорогая, ты что, дразнишь меня за нетерпение?» — Скайлер Джонс опустил голову и бесцеремонно прошептал ей на ухо. Кристин Куинн легонько потянула его за воротник рубашки: «Разве вы обычно не гордитесь тем, что остаетесь спокойным и рассудительным?» Скайлер Джонс протянул руки, обнял ее за стройную талию, прижал к своему лбу и элегантно улыбнулся: «Если я правильно помню, мы все еще находимся в твоем безопасном периоде…» Кристин Куинн была поражена: «Вы это подсчитали?» Скайлер Джонс нежно держала в руках свое очаровательное испуганное личико и сказала: «Я подсчитывала каждый день, пока была в городе Y». ---------- Глава 943-485: Дополнительно: Его выбор 1_2 "А?" Скайлер Джонс усмехнулся, поцеловал Кристин Куинн в губы и вышел из комнаты. Кристин стояла там, краснея, внезапно почувствовав, что ее снова кто-то дразнит. Кристин вошла в столовую, опустив голову. Скайлер Джонс, проявив джентльменский подход, отодвинул стул для Кристин и сел рядом со своей любимой женой. Не увидев детей поблизости, Кристин с любопытством спросила миссис Джеффри: «Где Мари и Эндрю?» Миссис Джеффри с любовью ответила: «Они уже наелись и вернулись в свои комнаты играть…» «Да, сестрёнка, вы со Скайлер так долго „разговаривали“ в комнате, что я могла бы посмотреть целую серию сериала», — поддразнила Бекка Кристин, стоявшая напротив. Говард Джеффри, обнимая свою любимую жену, пошутил: «Обычно я не из тех, кто нетерпелив…» "Но моя сестра самая нетерпеливая…" Что? Лицо Кристин покраснело, как свекла, она сверлила взглядом Бекку и Говарда, хотела что-то объяснить, но не могла, и наконец, под столом яростно наступила на ногу Скайлер Джонс. Неожиданно он сделал вид, что ничего не произошло, подал Кристине еду: «Дорогая, тебе это нравится, ешь ещё…» Бекка и Говард обменялись взглядами и тактично покинули столовую, а миссис Джеффри тихо последовала их примеру. В итоге в столовой остались лишь игривые перепалки между супругами… Миссис Джеффри, стоя у входа в столовую и наблюдая за влюбленной парой издалека, наконец почувствовала облегчение. Бекка, сама того не подозревая, подошла к миссис Джеффри и вдруг крикнула: «Мама, на что ты смотришь?..» Миссис Джеффри была ошеломлена, обернулась и с любовью улыбнулась: «Посмотрите, какие они любящие…» Бекка кивнула: «Хорошо, что ничего не случилось». Миссис Джеффри тихо вздохнула и направилась в холл: «Похоже, я неправильно поняла; Скайлер действительно заботится о Кристин». Бекка поддержала миссис Джеффри и утешила ее: «Мама, не вини себя слишком сильно… Это доказывает, что между моей сестрой и зятем достаточно доверия». "Мм." Заметив слегка нахмуренное лицо миссис Джеффри, Бекка внимательно спросила: «Мама, ты все еще выглядишь обеспокоенной?» «Нет…» Скрывая свои опасения, миссис Джеффри мягко улыбнулась: «Я просто рада за них». «Мм, не стоит слишком много думать. В последнее время у тебя снова обострилась боль в спине; позволь мне помочь тебе вернуться в номер пораньше, чтобы ты отдохнула…» «Не нужно, иди сопровождай Говарда!» «Тогда я попрошу дворецкого вам помочь». "Хорошо." После ухода Бекки к миссис Джеффри подошел дворецкий. Увидев обеспокоенное выражение лица миссис Джеффри, дворецкий не смог удержаться и спросил: «Мадам, вы всё ещё беспокоитесь о мистере Джонсе и молодой мадам?» Миссис Джеффри тихо вздохнула, сидя на диване в прихожей: «Меня беспокоило то, что Дженнифер Дуглас сказала мне в прошлый раз». «Вы имеете в виду ту встречу с Дженнифер?» Миссис Джеффри кивнула: «Я не сказала Кристин и Бекке правду. На самом деле, это Дженнифер сама меня в тот день нашла. Она показала мне фиолетовый бриллиантовый браслет. Знаете, это был браслет, который Скайлер ей раньше подарил… Она сказала, что на самом деле не участвовала в торгах; Скайлер, используя имя своей секретарши, сделал ставку за нее. Она хотела уточнить, что не всегда была безответной…» Дворецкий был ошеломлен. Ночь. Скайлер Джонс вышел из ванной после душа, готовый насладиться теплым моментом со своей женой, но с удивлением обнаружил ее в комнате. Он нахмурился и огляделся, и вдруг его обняли сзади. Скайлер тихонько усмехнулась, нежно держа ее за руку: "Как дела?" «Сначала я хочу, чтобы вы были морально готовы». Вспомнив о сюрпризе, о котором Мари говорила в машине, улыбка Скайлер стала шире: «Хорошо, а какой сюрприз?» Кристин была ошеломлена: «Ты знала, что это будет сюрприз?» Скайлер повернулся, обнял её за тонкую талию и сказал: «Наша дочь сказала мне об этом сегодня днём». Кристин неуверенно посмотрела на Скайлер, нервно прикусив губу, и наконец сказала: "Я…" "Хм?" «Я… я беременна», — выпалила Кристин, мгновенно сбросив напряжение. Красивое, улыбающееся лицо Скайлера на мгновение застыло. Заметив реакцию Скайлер, Кристина была ошеломлена: «Что случилось? Ты разве не счастлива?» Скайлер покачал головой, нежно обняв Кристин: «С каких это пор?» Кристин радостно ответила: «Врач сказал, что это займет почти пятьдесят дней». Скайлер мягко оттолкнула Кристин, обняла ее за хрупкие плечи и тихо спросила: «Дорогая, почему ты не сказала мне сразу, как только узнала о беременности?» Кристин пристально посмотрела в слегка серьезное лицо Скайлер: «Я хотела сделать тебе сюрприз». Скайлер слегка нахмурился, но ничего не сказал. Ожидаемого удивления не последовало, ожидаемой радости не было… Сердце Кристин словно внезапно окунулось в ледяную воду. Внезапно она оттолкнула его и направилась к окну, скрестив руки и глядя на спокойную ночь за окном. Скайлер подошла, повернула ее к себе лицом и сказала: «Дорогая…» Кристин отвернула голову, рассерженная и не желая смотреть на Скайлер. Скайлер попытался обнять Кристин, но Кристин сопротивлялась, вырываясь из его объятий. Наконец, Скайлер могла лишь молча наблюдать, как Кристин снова повернула лицо к окну от пола до потолка. "Кристин…" Скайлер только начал говорить, когда Кристин повернула голову, чтобы посмотреть на него. Ее глаза слегка покраснели, а голос был гнусавым: «Я подумала, что смогу тебя удивить, не ожидала такой реакции». «Я не расстроена твоей беременностью…» — попыталась объяснить Скайлер. «Вы очень недовольны моей беременностью». "Кристин!" Кристин сглотнула горечь в горле и с унынием посмотрела на Скайлер: «С тех пор, как я сказала тебе, что беременна, и до сих пор на твоем лице не было ни малейшего проблеска радости? Нет…» Она несколько раз разочарованно покачала головой. "Кристин…" "Не звони мне!" Избегая Скайлер, которая пыталась подойти к ней, Кристин сама направилась к двери комнаты. Однако, как только она потянулась к двери, ее внезапно обняли сзади. "Кристин…" Кристин отчаянно вырывалась из крепких объятий Скайлер, рыдая: «Раз ты не хочешь, чтобы я была беременна, просто притворись, что это не так. Я сама со всем справлюсь; тебе все равно». «Я не это имел в виду!!» — наконец, Скайлер повернул Кристин к себе, держа за ее заплаканное нежное лицо и заставляя ее посмотреть на него. В ее заплаканных глазах читалась скорбь, а взгляд был полон боли. ---------- Главы 944–486: Дополнительная история: Его выбор 2 «Не плачь…» Скайлер Джонс вытер слезы, текувшие с болью в глазах Кристин Куинн, крепко обнял ее, нежно прижал подбородок к ее лбу и извинился: «Дело не в том, что я не хочу нашего ребенка, а в том, что мы сейчас к этому не готовы…» "Почему?" Кристин посмотрела на Скайлер глазами, полными скорби. Скайлер сказала: «Ты должна знать, что твой организм не приспособлен для беременности…» «Сейчас со мной всё в порядке…» «Но я не могу позволить тебе рисковать». Скайлер оттащила Кристин в сторону, глядя на неё с жалостью. Кристин пристально смотрела на обеспокоенное лицо Скайлер, у которой перехватило дыхание, и она не могла говорить. Скайлер с глубокой нежностью посмотрела на Кристин: «Бог знает, как сильно я хочу еще одного ребенка с тобой, но я не могу игнорировать твое здоровье… Ты помнишь, через что ты прошла, когда рожала Мари? Ты чуть не умерла на операционном столе от сердечного приступа… Как я могу спокойно позволить тебе забеременеть, подвергаясь такому риску?» Длинные, мокрые от слез ресницы Кристин дрожали, когда она безразлично спросила: «Вы беспокоитесь о моем здоровье?» «Если бы я не волновалась, зачем бы я каждый раз принимала такие строгие меры предосторожности? Думаешь, мне приятно это носить каждый раз?» Скайлер была раздражена, ей хотелось крикнуть, но она боялась ее напугать. Кристин шмыгнула носом и слегка прикусила губу. Скайлер с любовью вытерла слезы с глаз и лица Кристин, мягко уговаривая: «Будь хорошей девочкой… сначала послушай меня». Кристин прикусила губу и слегка кивнула. Скайлер обнял хрупкие плечи Кристин и серьезно сказал: «Дорогая… у нас уже есть ребенок, и я очень доволен. Я не хочу, чтобы ты рисковала ради еще одного ребенка. Понимаешь? Если желание иметь еще одного ребенка снова вызовет у тебя проблемы с сердцем, как я смогу с этим справиться? Я не смогу… Кристин…» Скайлер нежно обнял Кристин, поцеловал ее холодное лицо, и хриплым голосом вырвалось: «Я был бы в растерянности, я был бы беспомощен, я не смог бы мыслить рационально, потому что каждую ночь, видя, как ты мирно спишь у меня на руках, я так благодарен небесам за то, что они позволили тебе вернуться ко мне… Знаешь, как я доволен жизнью сейчас? Я не смею надеяться на большее…» У Кристин защипало в носу: "Скайлер…" Скайлер крепко обняла Кристин и хриплым голосом произнесла: «Для меня нет ничего важнее тебя». "Мне жаль…" "Глупышка…" Скайлер нежно поцеловала Кристин в губы, "Пообещай мне, не грусти, у нас и так всего предостаточно". Кристин кивнула, ее печаль была скрыта в его объятиях. Гораздо позже. На кровати Скайлер обнял Кристин, позволив ей прижаться к нему. Эмоции Кристин постепенно утихли, но глаза и нос по-прежнему были красными. «Будь хорошим, выспись…» Глаза Кристин были широко открыты, она была задумчива и не могла уснуть. Не увидев ответа от Кристин, Скайлер слегка повернулся, чтобы посмотреть на нее у себя на руках: «Что случилось?» Кристин лишь безучастно покачала головой, ничего не ответив. Скайлер осторожно откинула прядь волос, закрывавшую прекрасное лицо Кристин, и тихо сказала: «Не бойся… завтра я пойду с тобой в больницу». При упоминании слова «больница» тело Кристин слегка задрожало. Зная о её нынешнем чувстве утраты и беспомощности, он крепче обнял её: «У нас есть Мари, в этой жизни нет места сожалениям… будь хорошей девочкой». Кристин позволила Скайлер обнять себя, выражение ее лица оставалось растерянным. Скайлер продолжал успокаивать её, хотя она так и не ответила ему ни слова… Наконец, она, обессилев, закрыла глаза и погрузилась в глубокий сон в его объятиях. Никто не знал, что в эту ночь именно Скайлер никак не могла заснуть. Спустя долгое время после того, как Кристин уснула, Скайлер встала и подошла к окну от пола до потолка в комнате. В памяти Скайлера мелькнуло унылое, растерянное выражение лица Кристин, и он тихо вздохнул, достал зажигалку и закурил сигарету. На следующий день. Кристин проснулась на руках у Скайлер. Такое теплое и спокойное утро когда-то было любимым у Кристин, но в этот момент, глядя на красивый профиль Скайлера и вспоминая его просьбу прошлой ночью, она почувствовала, как будто ее сердце внезапно сжалось и защемило. Хотя она и понимала, что не может его винить… Потому что она всегда подходила к вопросам эмоционально, а он — рационально. ---------- Глава 945-486: Дополнительная история: Его выбор 2_2 Как и многие другие родители, она знает, что его сердце тоже тревожится… Кристин Куинн встала и не ожидала, что Скайлер Джонс встанет вместе с ней, обнимет ее и спросит: «Почему бы тебе не поспать еще немного?» «Извините, что разбудил вас». Скайлер Джонс покачал головой: «Ещё рано, поспишь ещё немного?» «Нет, сегодня Мари идет в свою новую школу на регистрацию, я хочу пойти с ней». «Я пойду с тобой». Кристин Куинн слегка улыбнулась: «Не нужно… Если тебя узнают в школе, это повлияет на жизнь Мари в новой школе. Я могу пойти одна». "Но…" Кристин Куинн уже надела халат и встала с постели: «Я скоро вернусь». Пока Кристин Куинн умывалась в ванной, Скайлер Джонс тяжело вздохнула. Достав телефон, он набрал номер своего подчиненного Джастина Уолтера. «Кристин отвезет Мари в школу позже, пожалуйста, присмотри за ними…» Завершив разговор, Скайлер Джонс встал. Когда Кристин Куинн вышла из ванной, она увидела Скайлера Джонса, стоящего за дверью, с немного обеспокоенным выражением на красивом лице. Кристин Куинн заставила себя улыбнуться: «Я в порядке…» Она подошла к Скайлеру Джонсу, обняла его красивое лицо руками и улыбнулась: «Мы поедем в больницу, когда я вернусь». «Прости, Кристин…» «Не говори глупостей…» Кристин Куинн на цыпочках подошла, чтобы поцеловать Скайлер Джонс в лицо, — «Я знаю, ты беспокоишься о моем здоровье… Давай поговорим в больнице, хорошо?» "Хорошо." В машине Мари обсудила свои опасения с Кристин Куинн. «Мама, в новой школе все говорят по-английски, но мой английский недостаточно хорош. Боюсь, я не смогу хорошо с ними общаться…» Кристин Куинн не ответила. "Мама…" «Э-э… а?» — Кристин Куинн наконец пришла в себя. — «Что случилось, Мари?» Мэрилин Куинн, сидя на заднем сиденье, слегка нахмурилась: «Мамочка, я с тобой разговаривала, но ты не слышала… Ты о чем-то думаешь?» "Нет… продолжайте, что вас беспокоит?" «Я сказал…» Кристин Куинн понятия не имела, как ей удалось отправить Мари в новую школу. Она была в растерянности, и если бы она заранее не записалась на прием к классному руководителю Мари, возможно, ей бы не удалось справиться с процедурой зачисления. После окончания занятий Кристин Куинн не села за руль сразу, а откинулась на спинку сиденья, погрузившись в размышления. Внезапная тошнота заставила ее выскочить из машины… После того как ее некоторое время рвало на обочине дороги, она наконец-то почувствовала облегчение в животе, прислонившись к кузову машины. Внезапно из уголков её глаз бесшумно потекли слёзы… Но она не позволила себе погрузиться в эту скорбь и боль. Она решительно протянула руку, чтобы стереть их, а затем поехала домой. Войдя в холл виллы, она увидела Ребекку Квентин, которая утешала маленькую Нэнси. Кристин Куинн подошла ближе и тихо спросила: «Что случилось с маленькой Нэнси?» «Она плакала…» «Она голодна?» «Возможно… Обычно, если она голодна, мне достаточно просто успокоить её, и она не плачет, но сегодня утром её необычайно трудно успокоить». «Дай-ка я попробую». Сказав это, Кристин Куинн поставила сумку и осторожно взяла маленькую принцессу из рук Ребекки Квентин, нежно уговаривая: «Маленькая Нэнси, веди себя хорошо, ты голодна? Твоя мама немного рассеянная, она даже не знает, когда ты голодна… правда ведь, маленькая Нэнси…» Возможно, именно нежный голос Кристин Куинн постепенно успокоил маленькую Нэнси, и, наконец, под ее игривым ласком, она даже захихикала. «Сестрёнка, ты просто замечательная… ты мгновенно успокоила этого хилого мальчишку». Кристин Куинн довольно улыбнулась: «Наша маленькая Нэнси действительно очень хорошо себя ведёт…» Ребекка Квентин улыбнулась, взяв Кристин Куинн под руку: «В последнее время ты можешь чаще держать маленькую Нэнси на руках, чтобы попрактиковаться… Через десять месяцев ты будешь уговаривать ребенка каждый день, как это делаю я…» Кристин Куинн ничего не сказала, глядя на очаровательного, неуклюжего малыша у себя на руках и сохраняя нежную улыбку. Ребекка Квентин предположила, что Кристин Куинн стесняется, не заметив ничего необычного. Вернувшись в свою комнату и не увидев Скайлер Джонс, Кристин Куинн села одна на краю кровати. Возможно, кто-то из слуг предупредил Скайлера Джонса, потому что именно он в этот момент открыл дверь. Увидев Скайлер Джонс, Кристин Куинн быстро стряхнула с себя унылое выражение лица, встала с кровати и сказала: «Я тебя не видела, я как раз собиралась тебя искать». Скайлер Джонс поддержала Кристин Куинн, тихо спросив: «Все еще плохо себя чувствуешь?» "Хм?" «Вас рвало уже довольно давно». Выражение лица Кристин Куинн слегка застыло: «Откуда ты знаешь?» Скайлер Джонс честно сказала: «Я беспокоилась, что ты останешься одна, поэтому попросила Джастина составить тебе компанию». «Ох…» — Кристин Куинн покачала головой и слабо улыбнулась: «Со мной все в порядке… Многие беременные женщины так реагируют». "Поедем в больницу?" Мысленно подготовившись, Кристин Куинн кивнула. Всю дорогу Скайлер Джонс и Кристин Куинн молчали, атмосфера была необъяснимо напряженной. Выходя из машины, Скайлер Джонс заботливо обнял Кристин Куинн, нарушив молчание: «Кристин, я знаю, что тебе это неприятно, но, пожалуйста, поверь, что я чувствую себя так же плохо, как и ты». "Я знаю." Скайлер Джонс нежно поцеловал печальное и усталое лицо Кристин Куинн: «Не волнуйся… Я буду рядом». Кристин Куинн кивнула и наконец последовала за Скайлер Джонс в больницу. В кабинете врача доктор, тяжело хмурясь, держал в руках старые медицинские записи Кристин Куинн и новый отчет, не давая ей возможности пройти осмотр. Кристин Куинн поспешно спросила: «Доктор, как насчет этого? С моим нынешним состоянием здоровья, могу ли я иметь ребенка?» Врач записал заключение и честно сказал Кристин Куинн: «Миссис Джонс, вы должны хорошо знать о своем состоянии здоровья… Беременность увеличит нагрузку на ваше сердце, а у вас уже была опасная операция на сердце, поэтому эта беременность может привести к сердечной недостаточности, что серьезно повлияет на вашу жизнь». «Но все результаты анализов показывают, что у моего сердца нет серьезных проблем, поэтому я думаю, что у меня будет нормальная беременность». «Кристин, не волнуйся, дай доктору закончить», — сказала Скайлер Джонс, чтобы успокоить Кристин Куинн. Кристин Куинн глубоко вздохнула и успокоилась. Скайлер Джонс спросила: «Доктор, мы с женой хотим сохранить этого ребенка, насколько это в наших силах. Возможно ли моей жене выносить ребенка, не подвергая свою жизнь риску?» Врач сказал: «Мистер Джонс, как врач, я в первую очередь забочусь о безопасности своих пациентов, поэтому я бы рекомендовал миссис Джонс рассмотреть возможность прерывания беременности, поскольку это самый безопасный вариант для женщины с заболеванием сердца. Однако, откровенно говоря, результаты анализов миссис Джонс показывают, что в настоящее время она здорова, что не исключает того, что ее сердце сможет выдержать нагрузку во время беременности… Мы не можем это предсказать, поэтому я прошу вас и вашу жену тщательно обдумать свой выбор». ---------- Глава 946-487: Дополнительно: Нет ничего важнее тебя 1 Изначально удрученное лицо Кристин Куинн внезапно озарилось радостью, и она поспешно спросила: «Доктор, когда вы это говорите, вы имеете в виду, что моя беременность, возможно, протекает благополучно?» Доктор кивнул. Кристин Куинн с волнением посмотрела на Скайлер Джонс: «Видите, врач сказал, что мы можем оставить этого ребенка». В отличие от радости Кристин Куинн, Скайлер Джонс сохранял спокойствие и самообладание и спокойно сказал: «Доктор, нам не нужно больше раздумывать, мы принимаем решение о прерывании беременности». Улыбка Кристин Куинн, еще полная радости, внезапно застыла на ее лице, и она пробормотала: «Оверски, ты… что ты сказал?» Нежные глаза Скайлера Джонса встретились с растерянным взглядом Кристин Куинн, и он тепло произнес: «Кристин, я не могу позволить тебе рисковать…» «Но врач сказал, что последствий может и не быть». «Но это всего лишь предположение, даже врач не может быть уверен». «Нет…» — Кристин Куинн резко оттолкнула Скайлер Джонс. — «Вы хотите, чтобы я жестоко забрала ребенка? Я не могу этого сделать». "Кристин…" В этот момент Кристин Куинн убежала, словно пытаясь скрыться из кабинета врача. Однако, когда они шли по больничному коридору, Скайлер Джонс догнала ее и схватила за запястье: «Слушай, Кристин». Кристин Куинн вырвалась из хватки Скайлер Джонс и с недопустимым видом спросила: «Оверски, почему мы не можем оставить ребенка? Я готова пойти на такой риск ради ребенка». Скайлер Джонс крепко схватила Кристин Куинн за вырывающееся запястье и вдруг серьезно произнесла: «Но вы не думали, что если этот ребенок родится, он может унаследовать от вас врожденный порок сердца, как и Мари?» От больницы до машины Кристин Куинн не произнесла ни слова. Скайлер Джонс, сидевший за рулем, попытался выйти из сложившейся тупиковой ситуации, но прежде чем он успел что-либо сказать, его прервала Кристин Куинн. «Давайте сначала поедем домой!» — Кристин Куинн откинулась на спинку сиденья, в ее словах звучала усталость. Понимая, что нужно дать Кристин Куинн время спокойно обдумать ситуацию, Скайлер Джонс больше ничего не сказал и уехал из больницы. Как только Скайлер Джонс и Кристин Куинн вошли в дом, они увидели миссис Джеффри и Ребекку Квентин, с тревогой ожидающих у входа в холл. «Оверский…» "Сестра…" Миссис Джеффри и Ребекка Квентин отправились туда по отдельности. Взгляд Скайлера Джонса не отрывался от Кристин Куинн, его лицо слегка потемнело. Миссис Джеффри поспешно спросила: «Слуги сказали, что вы с Кристин рано утром пошли в больницу, что-то случилось?» «Да, сестрёнка, а что вы с зятем делали в больнице? Вы бы не стали…» Ребекка Квентин с тревогой взглянула на живот Кристин Куинн. Кристин Куинн заговорила слегка хриплым голосом: «Мама, Бекка, я в порядке. Я немного устала; сначала хочу отдохнуть в своей комнате». Услышав слова Кристин Куинн, миссис Джеффри и Ребекка Квентин были потрясены. Затем Кристин Куинн поднялась на второй этаж. Увидев, как Кристин Куинн направляется на второй этаж, Скайлер Джонс поспешно бросилась за ней вслед. Однако миссис Джеффри и Ребекка Квентин преградили Скайлер Джонс им на пути. На лицах миссис Джеффри и Ребекки Квентин читалось замешательство. Ребекка Квентин с тревогой спросила: «Зять, зачем ты отвёз мою сестру в больницу так рано утром?» "Да, Оверски, зачем ты пошёл в больницу?" Вопросы миссис Джеффри и Ребекки Квентин остановили Скайлера Джонса, и его красивое лицо помрачнело, когда он холодно спросил миссис Джеффри: «Вы уже знали о беременности Кристин?» Услышав вопрос Скайлер Джонс, миссис Джеффри на секунду замерла, а затем слабо ответила: «Э-э, да…» "Почему ты не сказал мне раньше?" Скайлер Джонс нахмурил брови, голос его вырывался сквозь зубы. Ребекка Квентин ответила за миссис Джеффри: «Потому что сестра хотела сделать вам сюрприз…» Скайлер Джонс была зла, но беспомощна, и наконец, тяжело вздохнув, холодно произнесла: «Разве ты не знаешь, что твоя сестра не может забеременеть?» Ребекка Квентин сказала: «Я думала, что тело сестры уже восстановилось…» Скайлер Джонс строго заявила: «Даже если она поправилась, ее организм подвергается большим рискам во время беременности; самым безопасным решением будет прерывание беременности». "Что…" — Ребекка Квентин застыла на месте. Миссис Джеффри неуверенно спросила: «Значит, вы отвезли Кристин в больницу для…» Скайлер Джонс твердо ответила миссис Джеффри: «Учитывая состояние здоровья Кристин, я не позволю ей оставить ребенка». Миссис Джеффри и Ребекка Квентин обе замерли. Скайлер Джонс в спешке направилась ко второму этажу. Миссис Джеффри и Ребекка Квентин обменялись взглядами, затем Ребекка Квентин сказала: «Зять не хочет иметь ребенка?» «Неудивительно, что Кристина выглядела так плохо, когда вернулась, неужели она уже тогда…» Ребекка Квентин покачала головой: «Сестра будет убита горем». ---------- Глава 947-487: Дополнительно: Нет ничего важнее тебя (1-2) "Кристин, Кристин…" За дверью Скайлер Джонс с тревогой, но терпением постучала. Но, несмотря на долгие стуки Скайлера Джонса, изнутри не доносилось ни звука. Обеспокоенная судьбой Кристин Куинн, находящейся внутри, Скайлер Джонс наконец выломала дверь. Скайлер Джонс тут же бросилась к кровати и обняла Кристин Куинн, которая сидела, ошарашенная, у изголовья кровати. «Дорогая, не веди себя так, мне больно на тебя смотреть…» Кристин Куинн казалась бездушным существом, безразлично прислонившимся к плечу Скайлер Джонс, бесстрастной и молчаливой. «Вы должны понять моё решение…» «Значит, вы боитесь, что я рожу ребенка с генетическим заболеванием, и поэтому не хотите этого ребенка, верно?» Сухие слова Кристин Куинн заставили Скайлер Джонс поспешно отстраниться от нее, нервно объяснив: «Дорогая, я сказала это только для того, чтобы развеять твои мысли о том, чтобы оставить ребенка. Мое решение было основано исключительно на заботе о твоем здоровье… Если бы ты была здорова, я бы сделала все, чтобы оставить ребенка, даже если бы он родился таким же, как Мари…» Всё это время она подавляла свою скорбь, но в этот момент она больше не могла её сдерживать, её эмоции упали до самого низкого уровня, и она с горечью воскликнула: «Почему судьба так жестока к нам?» «Оно всегда было к нам добрым, по крайней мере, мы не скучали друг по другу, правда?» — мягко утешала её Скайлер Джонс. Слёзы текли по щекам Кристин Куинн, она смотрела на Скайлер Джонс, чувствуя себя обиженной: «Но я хочу оставить ребёнка… Оверскай…» «Я знаю, я знаю…» — Скайлер Джонс нежно обнял Кристин Куинн, мягко успокаивая её, — «Но мы не можем так рисковать… Ты думала о том, что я буду делать, если тебе будет угрожать опасность из-за этого ребёнка?» На лице Кристин Куинн, покрытом слезами, мелькнуло какое-то движение. Скайлер Джонс воспользовался своим преимуществом: «Вы бы позволили мне волноваться каждый день в течение этих десяти месяцев? Вы бы позволили мне увидеть вас на грани жизни и смерти в операционной?» Кристин Куинн покачала головой. Скайлер Джонс нежно поцеловал её: «Дорогая, у нас уже так много всего есть. Прости меня, пожалуйста, за то, что я не осмелился попросить большего, потому что для меня нет ничего важнее тебя». В этот момент из глаз Кристин Куинн хлынули новые слезы, тронутые его словами. Внезапно она почувствовала себя эгоисткой… самой собой… Она думала только о себе, о ребёнке, совершенно игнорируя его чувства. Представьте себя на его месте: если бы он рисковал жизнью ради чего-то прекрасного между ними, как бы она могла стоять в стороне и наблюдать за его достижением? Ее выбор, безусловно, был бы таким же, как и его… Скайлер Джонс продолжила говорить об извинениях и чувстве вины: «Кристин, не сердись на меня…» Кристин Куинн покачала головой, протянула руку, чтобы крепко обнять его, и прижалась к его теплому телу. Увидев её реакцию, он понял, что его убеждения возымели эффект… Он наконец вздохнул с облегчением и с удовлетворением обнял её за спину. Она прислонилась к его плечу, голос ее охрип от слез: "Значит, ты хочешь сделать мне вазэктомию?" "Ты знаешь?" «Я получила сообщение от мамы. Она как-то подслушала ваш разговор с Джастином Уолтером». Скайлер Джонс крепко обнял Кристин Куинн: «Ты несколько раз говорила мне о желании иметь детей, и я не мог тебе отказать, но все же не мог удержаться от того, чтобы прикоснуться к тебе… Даже самые лучшие методы контрацепции не могут обеспечить абсолютную безопасность, поэтому самым безопасным и эффективным решением для меня будет вазэктомия». Кристин Куинн сквозь слезы расплылась в улыбке: «Ты такой глупец…» "Хм?" Кристин Куинн крепко обняла Скайлер Джонс: «Есть много способов избежать беременности…» «Даже не думай об этом; я не позволю тебе сделать вазэктомию. Это вредно для женщин…» «Есть и другой способ без вазэктомии…» "Хм?" Кристин Куинн медленно отстранилась от объятия Скайлера Джонса, обхватила его лицо руками и улыбнулась: «Я могу поставить внутриматочную спираль…» «Внутрима?» Кристин Куинн кивнула: «Это мера, которая позволяет продолжать семейную жизнь, предотвращая оплодотворение, и ее главное преимущество заключается в том, что она позволяет избежать использования других методов контрацепции…» Услышав это, глаза Скайлер Джонс загорелись: «Вы имеете в виду, что после установки внутриматочной спирали мне не нужно…» "Да…" «Почему ты не сказал об этом раньше…» «Я не знала, что ты хочешь сделать вазэктомию…» "…" В гостиной виллы, в присутствии всей семьи, Скайлер Джонс объявил всем, что он и Кристин Куинн решили не заводить детей. Решение было печальным, но никто не возражал, потому что никто не хотел, чтобы Кристин Куинн подвергалась какой-либо опасности. В комнате Скайлер Джонс сказала Кристин Куинн: «Я назначила операцию врачу; ее можно провести сегодня днем». Кристин Куинн кивнула, не дав себе ни малейшего повода пожалеть. Скайлер Джонс нежно обняла Кристин Куинн: «Я буду рядом с тобой в это трудное время». «Главный офис только что перевели, и у тебя много дел… Со мной все в порядке; мама и Бекка позаботятся обо мне после операции сегодня вечером». Скайлер Джонс произнесла проникновенно и эмоционально: «Эти дела я оставлю Говарду Джеффри; нет ничего важнее вас». Кристин Куинн слегка улыбнулась: «Хорошо… Я видела, что Эрни принес тебе кучу файлов из Y-Сити, чтобы ты с ними разобралась, а работу с этими файлами нельзя поручить Говарду. Тебе следует сначала заняться своими делами; со мной все в порядке, а в больницу мы поедем после обеда». «Хорошо, не стоит слишком много думать». "Продолжать!" Скайлер Джонс поцеловала Кристин Куинн в лоб, а затем вышла из комнаты. Кристин Куинн наблюдала, как Скайлер Джонс уходит, и как раз когда она собиралась сесть у окна от пола до потолка, она увидела, как вошла Ребекка Квентин. "Сестра…" Кристин Куинн нежно улыбнулась своей сестре. Ребекка Квентин с тревогой подошла к Кристин Куинн и спросила: «Ты в порядке?» Кристин Куинн растерянно покачала головой: «Что случилось?» «Боюсь, вы не понимаете… Зять принял правильное решение». Поняв, что Ребекка Квентин пришла её утешить, Кристин Куинн улыбнулась: «Глупышка, я уже смирилась с этим…» ---------- Глава 948-488: Дополнительно — Ничто не важнее тебя 2 Бекка крепко сжала слегка холодную руку Кристин Куинн: «Ты действительно во всем разобралась?» Кристин Куинн слегка улыбнулась и кивнула: «Это я подумала незрело; мне следовало учесть его чувства». «Во всем виновата я… Если бы я тогда не подтолкнула тебя к рождению ребенка, вы с мужем не оказались бы сейчас перед таким жестоким выбором». Ребекка Квентин винила себя. «Это не твоя вина. Беременность наступила по моему собственному решению. Я думала, что с моим организмом все в порядке… Но мы не можем игнорировать некоторые опасения. Я страдаю врожденным пороком сердца; я должна быть довольна тем, что родила Мари без осложнений». «Несмотря на всё это, я ещё больше уверена, что ваш муж действительно вас любит… Он рационально обдумывал этот вопрос раньше, но не хотел, чтобы вы расстраивались, поэтому подумал о том, чтобы тайно сделать вазэктомию». «Я знаю». В этот момент голос Кристин Куинн был полон самообвинения. «Мне не следовало так его неправильно понять». «Я рада, что ты во всем разобралась…» — Бекка обняла Кристин Куинн. — «Так ты сегодня днем ​​поедешь в больницу с мужем?» "Да." Выйдя из объятий, Бекка нежно поддержала Кристин Куинн за плечи: «Сестрёнка, не волнуйся. Помни, что твой муж рядом с тобой». Кристин Куинн сохранила улыбку и кивнула. В ходе исследования Скайлер Джонс обрабатывала документы, привезенные из города Y. Внезапно его мысли прервал обычный стук в дверь. Не поднимая глаз, он сказал: «Входите». Посетителем был Джастин Уолтер. «Мистер Джонс». «Хм», — равнодушно ответила Скайлер Джонс. Джастин Уолтер стоял перед столом, колеблясь. Скайлер Джонс, похоже, раскусила нерешительность Джастина Уолтера и спросила: «Что делает вас таким нерешительным?» «Я пришел подать в отставку». «Уйти в отставку?» — Скайлер Джонс слегка нахмурился и откинулся на спинку стула. — «Почему вы приняли такое внезапное решение?» «Потому что я чувствую, что подвел тебя, не оправдав твоего доверия ко мне за все эти годы». "Почему вы так говорите?" Джастин Уолтер виновато склонил голову: «Потому что есть кое-что, чего я тебе никогда не говорил… Мне очень жаль тебя». "Тогда скажи мне!" Джастин Уолтер начал говорить медленно. Услышав это, Скайлер Джонс почти не изменил своего выражения лица; он лишь пристально смотрел на Джастина Уолтера. Джастин Уолтер, опустив голову, извинялся: «Я знаю, что мои действия косвенно причинили вред и вам, и вашей жене. Много раз я хотел объяснить вам обоим, но так и не смог набраться смелости. Я боюсь разрушить наши многолетние отношения господина и слуги…» Скайлер Джонс взял со стола сигарету и зажигалку, закурил и медленно выдохнул дым, сказав: «Раз уж ты все это время хотел сохранить это в секрете, почему ты решил быть честным только сейчас?» Голос Джастина Уолтера был хриплым: «Потому что я хочу искупить свою вину». "Как?" Джастин Уолтер поднял голову, на его лице читались самообвинение и вина: «Она должна была быть в отчаянии, но я дал ей надежду. Я думал, это ей на пользу. Но после того, как я поговорил с ее отцом, я узнал, что ей там некомфортно. Только тогда я понял, что все, что я сделал, причинило ей еще больше боли». «Вы действительно умеете ценить красоту». «Прошу прощения, мистер Джонс… Я знаю, что совершил серьёзную ошибку, которая не только причинила вред вам и вашей жене, но и разрушила братские отношения, которые связывали нас столько лет… Поэтому, какое бы наказание вы мне ни назначили, я готов его принять». Скайлер Джонс прищурился, хитро оценивающе глядя на Джастина Уолтера, и холодно произнес: «Ты уверен, что примешь от меня какое-либо наказание за женщину?» «Да». Джастин Уолтер твердо посмотрел на Скайлер Джонс: «С того самого дня, как я решил защитить ее, я знал, что этот день настанет, поэтому я не буду жалеть об этом». «А что, если я захочу заполучить твою жизнь?» Джастин Уолтер с того самого дня, как стал его телохранителем, поклялся служить Скайлеру Джонсу, поэтому, даже если бы Скайлер Джонс хотел завладеть его жизнью, у него не было бы никаких возражений. Скайлер Джонс так сильно доверяла Джастину Уолтеру на протяжении многих лет именно из-за его преданности делу. Джастин Уолтер без малейшего колебания ответил: «Если хочешь, я тебе это дам». Скайлер Джонс спокойно наблюдала за Джастином Уолтером, но в следующую секунду Джастин Уолтер повернулся и вышел из кабинета. "Куда ты идешь?" «Делать то, что от меня хочет мистер Джонс». "Если я действительно хотел твоей смерти, зачем ждать до сих пор?" Губы Скайлер Джонс были холодно и отстраненно сжаты. Тело Джастина Уолтера напряглось, он медленно повернулся назад. Скайлер Джонс усмехнулась: «Думаешь, я не смогу узнать то, что ты от меня скрывал?» ---------- Глава 949-488: Дополнительно: Ничто не важнее тебя 2_2 Джастин Уолтер был поражен: «Мистер Джонс…» Скайлер Джонс искоса взглянул на Джастина Уолтера, его холодные глаза излучали проницательный и острый взгляд, и он холодным тоном произнес: «На самом деле, после того, как произошел инцидент, я заподозрил неладное… Это ты отвез меня туда той ночью, так что если что-то действительно случилось, проблема будет только в тебе». «Тогда почему, мистер Джонс…» «Почему я тебя не разоблачил?» Джастин Уолтер тупо кивнул. «Потому что если я тебя не защищу, тебя постигнет та же участь, что и Чарльза Дугласа, отправившего тебя в тюрьму». Джастин Уолтер недоверчиво посмотрел на Скайлера Джонса: «Значит, мистер Джонс, вы сделали это для меня…» В этот момент Скайлер Джонс поднялся, его внушительная фигура нависла над Джастином Уолтером: «На этот раз я не отниму твою жизнь, но наше братство заканчивается здесь». «Мистер Джонс…» Скайлер Джонс повернулся спиной и легкомысленно произнес: «Уходите, я больше не хочу вас видеть». Глядя на холодную спину Скайлера Джонса, глаза Джастина Уолтера покраснели и наполнились слезами благодарности: «Спасибо… мистер Джонс». Скайлер Джонс не повернула назад. Джастин Уолтер повернулся и медленно вышел из кабинета, но прямо перед тем, как сделать шаг, внезапно произнес: «Найдите ее, я скажу ей правду, независимо от того, примет она ее или нет, я останусь рядом с ней… Я буду присматривать за ней и никогда не позволю ей войти в ваш мир и мир этой женщины, обещаю». Скайлер Джонс продолжал отвечать своим холодным силуэтом. Джастин Уолтер сделал шаги и в конце концов ушёл. Полдень. В машине Кристин Куинн спросила Скайлера Джонса: «Почему ты ничего не говоришь?» Скайлер Джонс, сидя на заднем сиденье и держа на руках Кристин Куинн, покачал головой: «Ничего страшного». «Оверски, я раньше не смотрел на ситуацию с твоей точки зрения, что и привело к недоразумениям… Прошу прощения». Скайлер Джонс склонил голову и нежно поцеловал свою милую жену в губы: «Зачем ты это опять говоришь?» «Мне кажется, я часто веду себя незрело, из-за чего у нас часто возникают проблемы». Скайлер Джонс тихонько усмехнулась: «Глупышка, это не твоя вина…» «Тогда о чём ты думаешь? У тебя нахмурены брови». Кристин Куинн подняла руку и нежно разгладила слегка нахмуренные брови Скайлер Джонс. "Ничего." «Кстати, я весь день не видел Джастина Уолтера… Разве он не ваш личный телохранитель? Почему сегодня за рулем тот, кто приехал из дома?» Скайлер Джонс выглянула в окно и подумала: «Вы его больше никогда не увидите». «Что?» — Кристин Куинн в шоке поднялась с колен Скайлер Джонс. — «Что с ним случилось?» «Не волнуйся…» — Скайлер Джонс обнял Кристин Куинн, — «Он подал в отставку». Ясные глаза Кристин Куинн расширились еще больше, чем прежде: «Как… как это возможно? Он был с тобой столько лет, всегда верен, и ни разу не говорил о желании уйти в отставку, как он мог вдруг уйти в отставку?» «Дождь предопределен, и дочери выйдут замуж, поскольку это нас не касается, пусть будет так!» «Как жаль, я думал, что Джастин Уолтер — хороший человек… Нелегко найти таких доверенных помощников, как вы». «Если ты будешь продолжать так говорить, я подумаю, что ты не хочешь его отпустить». "Ты меня раздражаешь, мне просто тебя жаль… К тому же, разве не ты не хочешь его отпустить?" В этот момент Скайлер Джонс заставила её замолчать поцелуем… Больница. Несмотря на то, что Кристин Куинн сохраняла бодрый настрой, пытаясь развеять любую грусть, перед лицом белых стен больницы и ее неповторимого запаха, в конце концов ей пришлось признать, что она все еще не может смириться с этим решением. Однако она не хотела создавать трудностей для Скайлер Джонс и знала, что это решение будет лучшим для семьи, у нее не было выбора. «Идите, доктор внутри… Я подожду здесь, пока вы выйдете». У Кристин Куинн от грусти защекотало в носу, она слегка кивнула. Скайлер Джонс поцеловала Кристин Куинн в щеку: «Молодец…» Кристин Куинн попыталась широко раскрыть глаза, не давая слезам навернуться на них, улыбнулась и повернулась к кабинету врача. Кто знает, насколько сильно она страдала в этот момент… В её животе процветала маленькая жизнь, но она собиралась жестоко её уничтожить… Она когда-то пережила трудности и родила Мари, но теперь не могла оставить этого ребенка… Дело не в том, что она была неспособна, но теперь на нее легла гораздо большая ответственность, чем прежде. Раньше она была одна, беззаботная, и даже если бы она умерла на операционном столе, никто бы об этом не узнал. Но теперь у нее есть любящая семья, любимый муж и дочь, которая нуждается в ней… Если она несла ответственность за этого ребенка, то не могла нести ответственность за всю свою семью, поэтому у нее не было выбора. Кристин Куинн никак не ожидала, что в своем отчаянном и подавленном эмоциональном состоянии она встретит Джонатана Гибсона в кабинете врача, а не у самого врача. Джонатан Гибсон вышел из-за врачебного стола и встал перед ней. "Кристин." Кристин Куинн была ошеломлена: «Почему вы здесь?» «Вы имеете в виду, почему я нахожусь в кабинете вашего хирурга?» — Джонатан Гибсон слегка улыбнулся. — «Вы забыли, что я говорил вам, что знаю многих врачей, и врач, который будет делать вам операцию, — один из тех, кого я знаю». «Откуда вы знали, что я в этой больнице?» «Ты всегда проходила у него плановые осмотры… Однажды я попросила его позвонить мне, если ты снова попадешь в больницу, поэтому я знала, что сегодня ты приедешь на операцию». "Ты… ты пришел меня найти?" «Я жду тебя здесь…» — Джонатан Гибсон пристально смотрел на удивленное лицо Кристин Куинн. — «Прости, что не сдержал обещание больше не появляться перед тобой, но мне действительно нужно тебе кое-что важное сказать». «Давай, я слушаю». В этот момент Джонатан Гибсон обнял худую Кристин Куинн за плечи и, с сочувствием глядя на нее, сказал: «Я хочу, чтобы ты была морально готова». «Со мной всё в порядке, продолжай». Зная, что Скайлер Джонс находится прямо за дверью, Джонатан Гибсон, не теряя времени, прямо сказал: «Вы ведь должны знать о том, что Дженнифер Дуглас уезжает из Нью-Йорка, верно?» Кристин Куинн кивнула: «В прошлый раз я случайно встретила её на улице… Она сказала мне, что уезжает из Нью-Йорка, а ещё уезжает в отдалённое место в Индии преподавать…» «Да, она уже уехала в Индию». Кристин Куинн была очень удивлена: «Она действительно ушла?» «Да, она ушла вполне довольной». «Довольны?» По какой-то причине слово, использованное Джонатаном Гибсоном, вызвало у Кристин Куинн сильное чувство дискомфорта. ---------- Глава 950–489: Дополнительная история: Кристин Куинн, навсегда сильная «Потому что она получила то, чего хотела». Кристин Куинн нахмурилась от недоумения: «Что вы имеете в виду?» Джонатан Гибсон сказал: «Вы разве не задумывались, почему ее отношение так резко изменилось?» Конечно, она и задумывалась об этом, но не придавала этому особого значения. Вопрос Джонатана явно имел более глубокий смысл, что и вызвало у Кристине дурное предчувствие. Кристин прямо сказала: «Просто говори, что хочешь… Я не хочу тратить время». "Хорошо." В этот момент Джонатан достал из кармана диктофон, нажал кнопку и запустил воспроизведение записи. В офисе стояла такая тишина, что можно было услышать, как падает булавка, и звук диктофона нарушил это молчание. «Я помню, как впервые увидел тебя, я был глубоко очарован. К сожалению, было уже слишком поздно, когда я встретил тебя. Я не могу бросить семью и обязанности ради тебя… Лучше хранить друг друга в сердцах, не встречаясь». Голос из диктофона резко оборвался. Кристин недоверчиво посмотрела на Джонатана: «Это…» «Верно, это голос Скайлер Джонс». «Зачем он мог такое говорить? С кем он разговаривал? И зачем вам эта запись?» «Я украл эту запись с диктофона Дженнифер Дуглас… Диктофон Дженнифер передал Скайлер Джонс, и это была ночь, когда Дженнифер планировала покончить с собой». Кристина растерянно покачала головой: «Я не понимаю, что вы имеете в виду…» «Я так ясно всё объяснил, а ты всё ещё не понимаешь?» — нахмурился Джонатан. Кристин медленно отступила. Джонатан внезапно шагнул вперед, схватив уклоняющуюся от ответа Кристин: «Дженнифер уехала из Нью-Йорка, потому что получила нужный ей ответ от Скайлер…» «Нет… Я не верю, что он сказал это Дженнифер…» Кристин вырвалась из объятий Джонатана: «Это просто невозможно…» Джонатан не стал снова делать шаг вперед, но рассудительно спросил ее: «Может ли голос Скайлер Джонс быть поддельным?» «Я доверяю Оверски, он бы не стал встречаться с Дженнифер…» «Хорошо, вам не обязательно в это верить, но вы можете проверить кое-что ещё». "Что?" «Фиолетовый бриллиантовый браслет». Хрупкое тело Кристины прислонилось к холодной стене, она с трудом смотрела на Джонатана. Джонатан спокойно сказал: «Перед отъездом Дженнифер носила на запястье фиолетовый бриллиантовый браслет… Хорошо известно, что этот браслет ей подарила Скайлер. Я помню, как Дженнифер однажды сказала мне, что вернула браслет Скайлер, а теперь он снова у неё на запястье. Что это говорит?» Кристин с тревогой заявила: «Я отнесла браслет на благотворительный аукцион, но Дженнифер не сдалась и выкупила его обратно. Это никак не связано с Oversky». «Правда?» — холодно рассмеялся Джонатан. — «Ты уверена, что Дженнифер сама его выкупила?» «Что вы имеете в виду?» Джонатан прямо сказал: «Перед уходом Дженнифер сама мне сказала, что Скайлер купила ей браслет от имени своей секретарши… Это знак любви между ней и Скайлер». «Дженнифер несёт чушь… Оверски совершенно наплевать на этот браслет. Как он мог выкупить его и отдать Дженнифер?» «Верите вы этому или нет, Дженнифер сама мне все это рассказала, и я также провел расследование в благотворительной организации XX, подтвердив, что подчиненный Скайлер, Джастин Уолтер, тайно выкупил его на имя секретаря Дженнифер». «Дженнифер лжет, я не верю…» Хрупкое тело Кристин медленно сползло по холодной белой стене кабинета, она обняла колени и беспомощно прошептала от боли. Джонатан присел рядом с ней, осторожно поддерживая Кристин: «Я знаю, что такие факты сильно тебя потрясут, поэтому я долго колебался, прежде чем рассказать тебе всё это, пока не узнал, что Скайлер отвёз тебя в больницу, чтобы прервать беременность… Да, твой организм не приспособлен для беременности, но ты когда-нибудь задумывалась, почему в его стремлении избавиться от ребёнка нет ни капли заботы?» «Прекратите, умоляю вас, пожалуйста, остановитесь…» — Кристина обхватила голову руками и умоляюще прошептала печальным голосом. «Поможет ли, если мы будем избегать этого?» — Джонатан поднял Кристин, обнимая ее дрожащее от рыданий тело, и тихо сказал: «С одной стороны, он мирится с тобой, а с другой — все еще связан с Дженнифер. На первый взгляд кажется, что он берет на себя ответственность за тебя, но на самом деле он делает вещи, которые причиняют тебе боль… Ты действительно думаешь, что сможешь продолжать с ним отношения?» ---------- Глава 951-489: Дополнительная история: Она всегда сильная — Кристин Куинн (2) Оттолкнув Джонатана Гибсона, Кристин Куинн небрежно вытерла слезы с лица, пробормотав: «Это все односторонние слова Дженнифер Дуглас, я им не поверю». Джонатан Гибсон серьезно сказал: «Тогда пойдемте сейчас же допросим Скайлера Джонса, я знаю, что он ждет вас снаружи». С этими словами Джонатан направился к двери кабинета. Однако, как только рука Джонатана коснулась дверной ручки, Кристин Куинн бросилась вперед и схватила его: «Я не хочу, чтобы ты спрашивал его… Мои дела — это мои дела…» «Чего ты боишься?» — Джонатан обернулся и поддержал дрожащее тело Кристин Куинн. — «Разве не лучше спросить его прямо?» «Не хочу, чтобы вы спрашивали, я сам с этим разберусь…» Джонатан крикнул: «Если бы ты действительно могла с этим справиться, ты бы не стала меня сдерживать в этот момент!» Кристин Куинн застыла на месте от страха, услышав крик Джонатана. «Прости…» Поняв, что его тон слишком резкий, Джонатан смягчил голос, извиняясь и искренне говоря: «Я не могу контролировать свои эмоции, потому что не могу смотреть, как ты страдаешь из-за Скайлера Джонса… В прошлый раз Скайлер не бросил тебя из-за недоразумения, это меня очень тронуло. Я рад, что в этой жизни ты встретила мужчину, который так сильно тебя любит и заботится о тебе. Но вскоре он продолжил встречаться с Дженнифер… Хотя он и не выбрал Дженнифер, его сердце уже принадлежит ей. Как такой мужчина может быть достоин твоих глубоких чувств?» Кристин Куинн застыла на месте, ее взгляд по-прежнему был тусклым. "Кристин…" — Джонатан осторожно положил руки ей на дрожащие плечи, — "Позволь мне пойти с тобой на свидание, и ты можешь спросить его напрямую, хорошо?" Голос Кристин, полный скорби, прозвучал хрипло: «Я не хочу…» "Почему?" Кристин ничего не ответила, лишь позволила слезам литься еще сильнее, а рыдания стали громче. Джонатан слегка прищурился и пронзительно произнес: «Даже если ты этого не скажешь, я знаю… Ты не хочешь расспрашивать Скайлера Джонса, потому что боишься такого исхода. Ты боишься, что если все будет так, как я сказал, ваши отношения со Скайлером прекратятся, и ты просто не сможешь его отпустить, верно?» Кристин по-прежнему ничего не отвечала, лишь позволяя слезам течь из ее глаз. «Кристин…» — мягко утешал ее Джонатан. — «Избегать — не выход… Лучший вариант — это чтобы я пошел с тобой и прямо сейчас спросил его…» Кристин молчала, только плакала. Понимая, что Кристина в плохом настроении и ей нужно время подумать, Джонатан замолчал и не стал задавать дальнейших вопросов. Примерно через три минуты Кристин подняла руку, чтобы вытереть слезы с глаз и щек, и ее лицо снова стало спокойным: «Сейчас со мной все в порядке… Спасибо, что рассказали мне все, что знаете, и спасибо за вашу заботу». «Может, проводить тебя?» — мягко спросил Джонатан. "Не нужно…" Кристин извиняющимся взглядом посмотрела на Джонатана: "Прости, Скайлеру не нравится, что я с тобой, я не хочу, чтобы он меня неправильно понял". Зная, что Кристин в очередной раз выбрала силу вместо уязвимости, Джонатан сочувственно покачал головой: «Тебе не нужно этого делать…» Кристин подняла голову, сглотнула горечь в горле и спокойно сказала: «Я пережила столько бурь, нет ничего, чего бы я не смогла выдержать… Не волнуйтесь, я знаю, как со всем справиться». "Кристин…" Перебив Джонатана, Кристин сказала: «Пожалуйста, уходите… Мне нужно сделать операцию, пожалуйста, приведите врача». "Я…" И снова Кристина перебила Джонатана: «Если ты не уйдешь, мне придется вызвать полицию и заявить на тебя за преследование…» Наконец, Джонатан кивнул: «Хорошо, я ухожу». Кристин повернулась спиной к Джонатану, больше не глядя на него. Глядя на хрупкую и нежную фигуру Кристин, он в заключение сказал: «Я не стал сразу обращаться к Скайлер Джонс, потому что надеялся, что вы сами примете решение… Подумайте. Если я вам понадоблюсь, вы знаете, как со мной связаться». В туалете офиса Кристин стояла перед раковиной, безучастно глядя на свое отражение в зеркале. Помню тот первый миг, когда я тебя увидел, я уже был глубоко очарован. К сожалению, к тому времени, как мы встретились, было уже слишком поздно, я не мог бросить семью и обязанности ради тебя… Лучше позволить нашим мыслям друг о друге жить в наших сердцах, не демонстрируя их. Голос Скайлер Джонс с записи снова и снова звучал в голове Кристин… Кристин глубоко вздохнула, подавив рыдания, затем опустила голову и облилась холодной водой. Холодная вода, коснувшаяся ее щек, принесла ей вновь обретенную ясность мысли. Она достала салфетку, чтобы вытереть воду с лица, и заставила себя слегка улыбнуться, глядя на свое отражение. "Мед…" Выйдя из кабинета врача, Кристин окликнула его. Скайлер Джонс, увидев Кристин, тут же бросилась к ней, нервно спрашивая: «Ты в порядке?» "Мм." Скайлер с любовью обняла Кристин, поцеловала ее в лоб и сказала: «Ты много страдала». Кристин покачала головой. Затем Скайлер спросила: «Врач сказал, что вас нужно госпитализировать?» Кристин ответила: «Врач сказал просто хорошо отдохнуть дома, госпитализация не нужна». "Но вы выглядите неважно…" «Ничего страшного, операция была незначительной». «Хорошо, тогда я отвезу тебя домой». "Мм." Как только она закончила говорить, Скайлер уже подняла Кристин на руки. Кристина вздрогнула и инстинктивно обняла его, робко спросив: «Что ты делаешь?» Скайлер поцеловал Кристин в губы: «Тебе только что сделали операцию, тебе нельзя ходить… Я отнесу тебя обратно». "Ах…" По дороге из больницы Скайлер несла Кристин на руках всю дорогу. Не обращая внимания на взгляды прохожих, не обращая внимания на застенчивость Кристин, он не хотел пропускать её. Увидев Скайлера, водитель тут же подъехал на машине и открыл ему дверь. Скайлер осторожно посадил Кристин в машину, снял пиджак, чтобы прикрыть ее, и усадил Кристин себе на колени. Нежные поступки Скайлер заставили дядю Пирса, водителя, молча восхищаться её внимательностью. Когда машина завелась, Скайлер нежно сказал Кристин, которую держал на руках: «Если тебе где-нибудь будет некомфортно, ты должна мне сказать, хорошо?» ---------- Главы 952–490: Дополнительная история: На самом деле всё было под контролем. Кристин, прислонившись к Скайлеру, кивнула и закрыла глаза в его объятиях. Не в силах сопротивляться, Скайлер снова поцеловал Кристин, его лицо выражало нежные чувства. С закрытыми глазами, чувствуя тепло и дыхание Скайлер, кто бы мог подумать, что ее сердце застыло в холодном оцепенении. Скайлер бережно оберегала Кристин на протяжении всего пути, неустанно расспрашивая о ее самочувствии, опасаясь любого дискомфорта, который она могла почувствовать. Вернувшись домой, Скайлер, не обращая внимания на всеобщие взгляды, отнесла Кристин прямо на второй этаж. Осторожно уложив Кристин на кровать, Скайлер задумчиво села у постели. Кристин медленно открыла глаза и посмотрела на Скайлер. Скайлер держала Кристин за руку и тихо спросила: «Проснулась?» Кристин кивнула. Скайлер спросила: «Ты голоден? Может, мама приготовит тебе что-нибудь лёгкое?» "Хорошо." «Хорошо, ложись и пока не вставай, я скажу маме и сейчас вернусь». «Ммм». После ухода Скайлер Кристин безучастно смотрела в потолок своими яркими, прекрасными глазами. В ее голове эхом отдавались голоса. «Вечером перед тем, как Скайлер решил отправиться в отпуск с Кристин, я долго с ним разговаривал… Я попросил его беречь свои отношения с Кристин». «Вы понимаете, что я имею в виду? Скайлер несёт ответственность перед Кристин». "…Джастин спросил Скайлера, хочет ли тот иметь дело с Дженнифер, но Скайлер ответил отрицательно." Кристин закрыла глаза, перевернулась на другой бок спиной к двери. Ее глаза снова горели от предвкушения слезы; она знала, что это прелюдия к слезам… Она крепко зажмурила глаза, пока жжение не утихло, а затем медленно открыла их снова. Вскоре Скайлер вернулась в комнату… Увидев, что она лежит на боку, он лег рядом, обняв ее сзади: «Глупышка, не расстраивайся…» Кристин позволила ему обнять себя, не отворачиваясь, но от его нежного голоса ее глаза невольно покраснели. Ночь. Кристин держала в руках ночную рубашку, готовая войти в ванную. Неожиданно Скайлер преградила ей путь, мягко посоветовав: «В эти несколько дней не стоит принимать ванну, это вредно для здоровья». Кристин безучастно посмотрела на Скайлер: "Откуда ты знаешь?" Скайлер отнесла Кристин обратно в постель, укрыла ее одеялом и сказала: «Вчера я посмотрела в интернете и записала все запреты, которые могут возникнуть после выкидыша». «Почему ты так добр ко мне?» Скайлер тихонько рассмеялась: «Глупышка… ты моя жена, если я не буду хорошо к тебе относиться, то к кому же я буду хорошо относиться?» От его слов у нее заложило в носу неприятное ощущение, хотя она не могла понять, от прикосновения или от грусти. Наконец, она улыбнулась. Скайлер ласково постучала себя по носу: «Приляг немного, я сейчас принесу тебе супа… Мама лично приготовила его для тебя сегодня днем; он очень полезен для здоровья». «Ммм». Скайлер опустил голову, крепко поцеловал Кристин и ушел. Более недели Скайлер практически не отходила от Кристин, оставаясь рядом с ней. Он делал все возможное, чтобы утешить Кристин, заботился о ней, оберегал ее, и все завидовали тому, как хорошо Скайлер обращался с Кристин. Однако на этой неделе Кристина стала очень молчаливой, иногда не произнося ни слова целый день… Все в Джеффри думали, что Кристин расстроена из-за потери ребенка, поэтому они не осмеливались много с ней говорить, опасаясь случайно упомянуть ребенка, что еще больше расстроило бы Кристин. В этот момент в нью-йоркской кофейне Ребекка Квентин, сидевшая напротив Кристин, наконец не смогла удержаться и сказала: «Сестра, перестань грустить… Хотя и жаль терять ребенка, разве не замечательно, что в будущем ты сможешь быть беззаботной со своим зятем?» Кристин, придя в себя, осторожно размешала кофе и слегка улыбнулась Ребекке Квентин: «Глупышка, со мной все в порядке». Ребекка Квентин с грустью вздохнула: «Если бы с тобой всё было в порядке, ты бы не молчала все эти дни…» "Я… правда?" «Сестра…» — Ребекка Квентин протянула руку, чтобы взять Кристин за руку, и нежно утешала ее: «Как мать, я понимаю твои чувства, но у тебя другая ситуация со здоровьем, тебе нужно понять решение, которое принял твой зять… По его любви к Мари ясно, что он очень любит детей, поэтому отсутствие ребенка тоже было для него очень трудным и болезненным выбором. Но он не показал никакой грусти по отношению к тебе, он делает все возможное, чтобы тебя подбодрить… Только подумай, если ты будешь так грустить, как тяжело будет твоему зятю?» ---------- Глава 953-490: Дополнительно: На самом деле, всё было в рамках расчётов_2 "Бекка, вообще-то я…" В этот момент Кристин Куинн замялась, прежде чем произнести хоть слово. "Хм?" "Я…" После некоторого колебания Кристин Куинн в конце концов промолчала. "Ничего страшного… Обещаю, я подстроюсь под себя". Ребекка Квентин наконец удовлетворенно улыбнулась: «Молодец… Даже если ты не думаешь самостоятельно, подумай о своем зяте». "Хм." «Тогда пойдем по магазинам в другое место… Сезон меняется, и некоторые новые вещи выглядят очень неплохо». Поддавшись уговорам Ребекки Квентин, они уже собирались отправиться в магазин брендовой одежды на другой улице, когда у Кристин Куинн зазвонил телефон, когда они выходили из кафе. Кристин Куинн достала телефон и попросила Ребекку Квентин сесть первой в машину. Как только Ребекка Квентин села, Кристин Куинн нажала кнопку ответа. Из телефона раздался глубокий, уважительный мужской голос: «Мисс Куинн, я нашел нужную вам информацию… Согласно регистрации в благотворительной организации XX, человеком, участвовавшим в торгах за фиолетовый бриллиантовый браслет, действительно была секретарь Дженнифер Дуглас, но оплату произвел за кулисами, а не кто иной, как подчиненный мистера Джонса, Джастин Уолтер… Кроме того, я выяснил, что после отъезда из Нью-Йорка мистер Джонс некоторое время отсутствовал в городе Y, а затем уехал во Францию, и, согласно записям о поездках Дженнифер Дуглас, перед отъездом в Индию она также побывала во Франции». Кристин, ты изменилась… Вы изменились… Вы изменились… Его голос снова и снова эхом отдавался в её голове. Это он сказал ей сразу после того, как они снова сошлись, и она никогда этого не забыла. Честно говоря, в тот момент она поняла, что вернуться в прошлое уже невозможно; его чувства к ней, возможно, тоже изменились, но она никогда не хотела сдаваться… Да, после стольких лет любви, как она могла так легко отпустить? Она когда-то поклялась, что если он лично не скажет, что больше не любит её, она не бросит его. Но почему в этот момент такая клятва вызвала у неё такое чувство отчаяния? Она всегда думала, что люди сходятся из-за взаимной любви, но никогда не задумывалась о том, что иногда люди остаются вместе из чувства ответственности, даже с тем, кто им не нравится… Она предпочла не вступать с этим в конфликт, утешая себя, но признаки уже проявились, когда миссис Джеффри разговаривала с ней в последний раз… Из чувства ответственности, хотя он и разорвал отношения с Дженнифер Дуглас без каких-либо проблем, он не мог не беспокоиться о ней. Поэтому, когда Дженнифер Дуглас неоднократно провоцировала его, он не стал ее «наказывать», а когда Дженнифер Дуглас угрожала смертью, он не смог удержаться и записал ее на диктофон, чтобы утешить ее… Удовлетворение и облегчение, которые испытала Дженнифер Дуглас, уезжая, были вызваны тем, что она достигла того, чего больше всего желала в жизни, — его сердца. Даже находясь в самом отдаленном уголке мира, она не боялась, потому что сердце Скайлера Джонса всегда было с ней. Она проиграла… Она полностью проиграла… Неудивительно, что Дженнифер Дуглас была так уверена в себе, когда позвонила, чтобы спровоцировать ее… Она была так наивна, думая, что Дженнифер Дуглас просто пытается испортить их брак, но она не понимала, что у этой женщины на самом деле все было спланировано… С тяжелым сердцем она закрыла глаза, скрывая жжение, и Кристин Куинн вдруг глупо рассмеялась. Оказалось, любовь давно ушла, оставив после себя лишь воспоминания. Кристин Куинн не могла не восхищаться актёрским мастерством Скайлера Джонса; если бы она не нашла таких реальных доказательств, она бы не поверила, что нежный и заботливый мужчина перед ней действительно думает о другой женщине. «Кристин, выпей еще немного, это питательный суп, который тетя Хелен по указанию моей матери приготовила для тебя». Скайлер Джонс поднесла ложку коричневого супа к губам Кристин Куинн. Кристин Куинн отвернула голову. Скайлер Джонс отложила ложку и тихо спросила: «Что случилось?» Кристин Куинн опустила голову и тихо сказала: «Я не хочу пить». Она не выносила его нежности и мягкости, которые напоминали ей, что в этот момент все сводилось к ответственности, и когда она смотрела на него, в ее сознании возникали образы того, как он беспомощно уезжает во Францию ​​с Дженнифер Дуглас под видом деловой поездки, чтобы в последний раз обняться. «Как ты можешь не пить?» — Скайлер Джонс поставила миску, помогая себе опереться на изголовье кровати и поддерживая хрупкое тело. — «Мама сказала, что тебе нужно восстанавливаться хотя бы месяц». Кристин Куинн оттолкнула руку Скайлер Джонс: «Со мной все в порядке, мне не нужна такая дополнительная поддержка». Скайлер Джонс подумал, что холодное поведение Кристин Куинн было вызвано ее раздражением из-за необходимости так расточительно кормить ее каждый день, и тихонько усмехнулся: «Я же сказал, даже если ты будешь кормить меня до размеров поросенка, я все равно захочу тебя…» Обычно его слова звучали так снисходительно, но сейчас у нее слегка сжималось сердце. Внезапно она подняла взгляд и пристально посмотрела на него. Бесчисленные клетки её тела кричали ей, требуя рассказать ему всё прямо сейчас, но её сердце колебалось… Действительно ли ей нужно это уточнять? Результатом прояснения ситуации неизбежно станет лишь один… Оба окажутся в неловкой ситуации, и все хорошее, что их ждет, рухнет. Однако, если бы она сделала вид, что ничего не произошло, учитывая его чувство ответственности, он предпочел бы скрывать это от нее всю жизнь; у нее мог бы появиться шанс состариться с ним… Но могла ли она действительно притвориться ничего не знающей, сыграть дурочку и провести с ним всю жизнь? "Кристин, Кристин…" Его звонок вернул её к реальности. Она неловко произнесла: "Извините…" Он тихо спросил: «О чём ты так пристально думаешь?» Она покачала головой с улыбкой: «Ничего». Он чутко уловил в ее глазах проблеск разочарования, увидел, как она скрывает его за улыбкой, и не стал показывать этого. Скайлер Джонс легонько поцеловала Кристин Куинн в слегка побледневшие губы: «Тебе еще нужно выпить суп… Он уже остыл, я попрошу тетю Хелен разогреть его». Внезапно Кристин Куинн протянула руку и схватила его: «Скайлер…» Скайлер Джонс обернулась, взяла ее за руку, снова села на край кровати и тихо спросила: «Что случилось?» Кристин Куинн слабо улыбнулась: «У меня есть вопрос, который я хочу вам задать». Скайлер Джонс снисходительно улыбнулась: «Давай». Кристин Куинн прикусила губу и медленно произнесла: «Если бы раньше… то есть за те годы, что мы пропустили, если бы ты знал, что у меня есть твой ребенок, что я родила тебе Мари, ты бы решил начать все сначала со мной? Даже если бы ты тогда меня глубоко ненавидел». ---------- Главы 954–491: Дополнительно: Счастье хотя бы одного человека можно гарантировать Скайлер Джонс обхватила лицо Кристин Куинн ладонями. «Почему ты вдруг задала мне этот вопрос?» «Ничего особенного, просто вдруг захотелось спросить тебя». Скайлер Джонс слабо улыбнулся, его голос был хриплым от нежности. «Если бы я знал тогда, я бы вернул тебя к себе во что бы то ни стало». "Даже если ты меня ненавидишь?" «Даже тогда». "Почему? Ты же меня тогда так сильно ненавидел. Тебе не стоило просто игнорировать меня?" Скайлер Джонс, все еще улыбаясь, сел у изголовья кровати и обнял Ребекку Квентин. «Как мужчина, как я могу игнорировать женщину, которая родила мне ребенка? Даже если была ненависть, ответственность все равно остается… Я не собираюсь поступать как мой отец и позволять своему ребенку расти в неполной семье». Несчастливое детство закалило в нем это сильное чувство семейной ответственности, поэтому, даже если тогда она так устала от него, он все равно мог бы вернуть ее к себе, не оглядываясь назад… Это объясняло, почему он не выбрал Дженнифер Дуглас… Всё было именно так, как и предсказывала Дженнифер Дуглас. Дженнифер проиграла не ей, а лишь времени. Если бы Дженнифер познакомилась со Скайлером Джонсом раньше, или если бы Скайлер Джонс никогда не узнал, что она тайно родила ему Мари, возможно, сегодня они бы никогда больше не пересеклись… Ради ответственности можно было пожертвовать всем… В переносице у Кристин Куинн появилась неприятная боль, а глаза слегка покраснели. "Что случилось, детка?" — тихо спросил он, заметив едва заметное изменение в ее выражении лица. Кристин Куинн покачала головой. «Ничего. Я просто подумала, что если бы я сказала тебе раньше, что Мари — твоя дочь, мы бы не упустили все эти годы…» Скайлер Джонс с сочувствием поцеловала Кристин Куинн в губы. «Это не твоя вина… Это я тогда не знал, как тебя ценить». Кристин Куинн улыбнулась и больше ничего не сказала. В данный момент перед Кристин Куинн оставалось всего две дороги… Первый вариант — выложить всё начистоту перед Скайлер Джонс, а затем им двоим придётся признать, что в его сердце уже есть другая женщина… Другой вариант — скрыть это, притвориться ничего не понимающим и всю жизнь так с ним мириться. Она прекрасно понимала, что ради всеобщего блага именно второй путь был «правильным», и ей следовало его выбрать… Пока с ними все было в порядке, семья будет спокойна, и Мари больше не придется беспокоиться о проблемах своих родителей. Но… Она не могла по-настоящему притвориться сумасшедшей и глупой по этому поводу. Как бы сильно она ни любила мужчину, она всё равно не хотела, чтобы он заставлял себя оставаться с ней до конца… Она была женщиной, которая проводила четкую грань между любовью и ненавистью. Любовь была любовью, а не любовь — не любовью. Если у него действительно уже была другая женщина в сердце, какой смысл ей оберегать этого опустошенного человека? Ради семьи — со временем они это примут… Поэтому, даже если она решит рассказать ему все как есть, это не будет большой проблемой. В конце концов, Мари уже взрослая, ребенок, который понимает, как уважать взрослый мир. Но это было легко сказать; как она могла без колебаний рассказать ему всё как есть? После того, как эти слова были произнесены, перед ними встал выбор: остаться вместе или расстаться… Если бы они остались вместе, отношения между ними стали бы неловкими, и ей постоянно напоминали бы о том, что в его сердце есть кто-то другой… Если они расстались, как она могла быть готова с этим смириться? Она любила его столько лет, отдала ему всю свою молодость. Она мечтала состариться вместе с ним. Теперь, когда это наконец могло сбыться, ей самой пришлось отступить в последний момент — как она могла быть готова? Больше всего она не могла смириться с мыслью о том, чтобы отпустить его… Если бы они действительно расстались, в конце концов он бы обязательно стал искать Дженнифер Дуглас… В конце концов, он и Дженнифер будут счастливы вместе, а она будет жить в одиночестве и унынии где-нибудь в этом уголке мира, наблюдая издалека за тем, как он обретает свое счастье. Дело было не в том, что она была эгоисткой… Если бы ему нравилась другая женщина, она могла бы отпустить его. Просто в мире без него какой смысл оставался бы у её мира? Почему истории любви других людей, прошедших через столько испытаний, находили свой счастливый конец, а она не смогла удержать даже первую крупицу любви, которую он ей подарил? Почему небеса были так жестоки к ней? Она никогда многого не просила… В кабинете Скайлер Джонс тихо стоял перед окном от пола до потолка, держа в руке бокал красного вина, слегка нахмурив брови, словно погруженный в глубокие размышления. Внезапно в дверь постучали. Он ровным голосом произнес: «Входите». В следующую секунду дверь кабинета открылась, и вошла Ребекка Квентин. Она спросила: «Скайлер, тётя Хелен сказала, что ты меня ищешь?» Скайлер Джонс не отрывал глаз от вида за окном, и его спокойный, ровный голос звучал так: «Вы много времени проводили со своей сестрой последние два дня. Вы заметили что-нибудь странное в ней?» ---------- Глава 955-491: Дополнительная история: Как минимум, обеспечить счастье хотя бы одного человека_2 Когда Скайлер Джонс задал этот вопрос, Ребекка Квентин внезапно напряглась и поспешно подошла к нему: «Что случилось с моей сестрой?» «С ней все в порядке, я просто почувствовала, что в последнее время она подавлена, и хотела спросить вас об этом». Только тогда Ребекка Квентин успокоилась и честно объяснила: «После того, как моя сестра сделала аборт, она чувствовала себя очень подавленной… Недавно, когда я просила ее пойти с нами по магазинам, она казалась рассеянной и невнимательной. Но я видела, что вы все время были с моей сестрой, поэтому я не волновалась». Скайлер Джонс внезапно спросила: «Что-нибудь случилось, пока я была в городе Y?» "Нет, просто сестра забеременела, но…" Скайлер Джонс слегка нахмурилась: «Но что?» «Вообще-то, ничего особенного…» Скайлер Джонс обернулся, его острые черные глаза пристально смотрели на нерешительное выражение лица Ребекки Квентин, а тонкие губы были холодными. "Скажи мне." Испугавшись сурового лица Скайлер Джонс, Ребекка Квентин медленно произнесла: «Просто на следующий день после того, как сестра узнала о своей беременности, она случайно подслушала разговор мамы со мной…» "Продолжать." В ходе тщательного расследования Скайлера Джонса Ребекка Квентин сообщила ему о том, что миссис Джеффри сказала в тот день. Выражение лица Скайлера Джонса мгновенно помрачнело, оно стало пугающе мрачным. Ребекка Квентин поспешно объяснила: «Мама просто волновалась за вас обоих, поэтому и рассказала мне об этом. Мама не хотела испортить ваши отношения с моей сестрой…» «Какова была реакция вашей сестры в тот момент?» Ребекка Квентин ответила: «В тот момент моя сестра была очень расстроена, но после ночи ее настроение улучшилось… Я подумала, что ничего страшного, поэтому не стала рассказывать вам об этом после вашего возвращения». "Хорошо, Бекка, теперь можешь идти!" Ребекка Квентин с тревогой спросила: «Зять… ты вдруг задаешь эти вопросы, потому что ты и моя сестра…» Выражение лица Скайлера Джонса оставалось спокойным, когда он мягко произнес: «У нас ничего не происходит, идите за мамой и приведите ее». Ребекка Квентин, нахмурившись, замялась: «Зять, ты же не собираешься ругать маму за болтливость, правда?» «Я не буду её винить, я просто хочу поговорить с ней кое о чём». Услышав эти слова Скайлер Джонс, Ребекка Квентин наконец почувствовала облегчение, кивнула и сказала: «Я ей позвоню». Вскоре после этого вошла миссис Джеффри. Ребекка Квентин, должно быть, сообщила миссис Джеффри о ситуации, поэтому, когда миссис Джеффри вошла, она выглядела очень серьезной. В этот момент миссис Джеффри робко посмотрела на Скайлера Джонса, сидевшего за столом, и извиняющимся тоном сказала: «Скайлер, мама не хотела сказать ничего неуместного перед Кристин, просто когда Кристин была беременна, мама очень волновалась…» Скайлер Джонс долго и пристально смотрел на миссис Джеффри, прежде чем тихо произнести: «Вы хотите помириться?» "Хм?" Миссис Джеффри была совершенно удивлена ​​и обрадована тем, что сын не обвиняет её. После реакции она быстро сказала: "Расскажи мне". «Есть кое-что, что можешь сделать только ты для меня… Мне нужно, чтобы ты поехал во Францию». Уважаемый мистер Джонс, я проверил записи звонков этой дамы за последние несколько дней, она часто звонила на номер мобильного телефона, заканчивающийся на 618. После моего расследования выяснилось, что это номер частного детективного агентства… Вечером Скайлер Джонс сидела на диване в комнате и пила красное вино в одиночестве. В комнате было холодно, потому что Кристин Куинн не было, повсюду было холодно и пусто. Он молча размышлял, ожидая Кристин Куинн. Он не знал, сколько времени прошло, когда дверь открылась, и Кристин Куинн вошла с улицы. Случайно увидев Скайлера Джонса в халате, сидящего на диване и пьющего, Кристин Куинн слегка замерла, немного удивившись, и подошла к нему. Она подошла к нему и спросила: «Уже почти час дня, ты ещё не спишь?» Скайлер Джонс поставил бокал с вином, его магнетический голос звучал тихо и нежно: «Я не могу уснуть, не дождавшись твоего возвращения». Его слова, как обычно, были полны нежности и ласки, но от них у нее в горле защемило от горечи. Наверное, каждую ночь, засыпая рядом с ней, он чувствует себя совершенно беспомощным? Каждый день произнося такие трогательные слова, неужели он втайне представляет её в образе другой женщины? Кристин Куинн мысленно горько усмехнулась. Чтобы сдержать горечь, подступающую к горлу, она быстро улыбнулась и, направляясь к шкафу в комнате, сказала: «Во всем виновата ваша дочь, в последнее время она постоянно меня тянет поболтать… Может, она немного непривычна, ведь она только что приехала учиться в Нью-Йорк». Скайлер Джонс ничего не сказала, просто наблюдала за ней издалека. Кристин Куинн достала из шкафа чистый комплект пижамы, повернулась к нему и сказала: «Я пойду в душ… не жди меня, ложись спать первым, я хочу хорошенько понежиться в воде». В последнее время они практически не проводят время вместе… Днём он занят организацией нового офиса, а ночью она сопровождает Мари или миссис Джеффри, поэтому время, проведённое вместе, постоянно упускается, и, конечно же, она делает это намеренно. Несмотря на то, что находиться с ним в таком состоянии очень некомфортно, она всё ещё колеблется, стоит ли принимать его «сострадание»… Да, она не может сразу же рассказать ему всё, и не может принять его заботливый подход, настолько она подавлена, что может лишь временно избегать его… Она подумала, может быть, завтра она сможет принять решение… Пока Кристин Куинн держала в руках пижаму и направлялась в ванную, неожиданно к ней прижалось теплое тело. Она замерла на месте, позволяя ему обнимать ее сзади. Его сильные руки обняли ее, его горячее дыхание коснулось ее уха. Она почувствовала щекотку, слегка попыталась вырваться: "Скайлер…" Но он наклонился к ее уху и сказал: «Составь мне компанию…» «Я не хочу…» Инстинктивно произнеся эту фразу, она хотела вырваться, но, к несчастью, он крепко держал ее. Его руки сжались так крепко, что она не могла пошевелиться; казалось, он не хотел этого делать, когда прошептал ей на ухо: «Прошло уже больше десяти дней…» «Я… я всё ещё нездоров». «Я знаю, значит, вы можете мне помочь». Его голос был невнятным, словно его захлестнуло желание. Она боялась, что такое поведение выйдет из-под контроля, и в этот момент, собрав все силы, вырвалась из его объятий и отпрыгнула далеко. Внезапно утратив эту теплую мягкость, он нахмурился, наблюдая за ее подавленным выражением лица, явно выражающим недовольство. Кристин Куинн сказала: «Сегодня у меня нет настроения». Его темные глаза внезапно сузились в линию, и из уст вырвался слегка холодный голос: «Тогда когда же у тебя будет настроение?» "Я…" Кристин Куинн замерла на месте, чувствуя себя немного беспомощной. В этот момент Скайлер Джонс сделала два шага и крепко обхватила слегка дрожащее тело Кристин Куинн: «Ты меня избегаешь?» "Нет, я…" Увы, она не знала, как ему это объяснить. ---------- Главы 956–492: Дополнительная история: Подготовка свадебного сюрприза? 1 Совершенно неожиданно он поднял ее, на мгновение оказавшуюся в беспомощном состоянии, и взял на руки. "Ах…" Она вздрогнула и закричала. Держа её на руках, он направился прямо к большой кровати в комнате. Она увидела алый цвет в его глазах, затененный желанием, почувствовала легкий страх, но не смогла найти причину, чтобы сопротивляться ему. Однако в данных обстоятельствах она действительно не могла вступать с ним в столь интимные отношения… Мужчина может быть способен на секс без любви, но женщина — нет… Он бросил её на кровать, она изо всех сил сопротивлялась, но в конечном итоге её силы оказались бессильны против его. Под его напором и руководством её сопротивление постепенно угасло… Кристин Куинн провела ночь, спя в объятиях Скайлер Джонс. Просыпаясь так близко к нему, она чувствовала себя настолько хорошо, что боялась даже пошевелиться, желая лишь оставаться приклеенной к нему вот так. В ее ушах отдавалось эхом его сердцебиение, такое сильное, его телосложение невероятно крепкое, каждый сантиметр его кожи такой упругий… Она молча смотрела на него, в ее сердце все еще ощущалось это волнующее чувство влечения. Во сне суровые и решительные черты его лица смягчились, придав ему легкий оттенок юношеского обаяния. Почему-то в этот момент ей не хотелось думать ни о чём другом; она просто хотела прижаться к нему и продолжить спать… Закрыв глаза, она нашла удобное местечко, прижалась к нему и снова погрузилась в глубокий сон. Когда Кристин Куинн снова открыла глаза, Скайлер Джонс уже не была рядом с ней. Кристин Куинн инстинктивно схватила одеяло и села, лихорадочно оглядываясь в поисках Скайлер Джонс. Внезапно она услышала шум воды, доносящийся из ванной, и, поняв, что он принимает душ, вздохнула с облегчением, прислонившись к изголовью кровати. Когда сердце постепенно успокоилось, она поняла, что только что испытывала такой страх. Она не знала, когда это началось, но привыкла просыпаться рядом с ним… Ее напряженная реакция подчеркнула ее привычки и привязанность… Да, она не могла полностью исключить себя из его жизни, потому что и так уже неразлучна с ним… Однако, когда ты глубоко любишь человека, который рядом с тобой из чувства долга, эта глубокая любовь кажется такой жалкой… И правда, она жалкая… Она прекрасно понимала, что продолжение в том же духе принесет лишь нарастающую боль, но при этом не могла расстаться со счастьем, которое испытывала, хотя это счастье было лишь фасадом… Что ей следует сделать? Почему она до сих пор не могла принять решение? По мере того как дни тянутся, не становится ли ее эгоизм все более очевидным? Верно, если ты действительно любишь кого-то, как можно заманить его в ловушку, чтобы он навсегда остался рядом с тобой? Отпустив его, можно хотя бы обрести хоть какое-то счастье, что предотвратит истощающее воздействие одного и того же поступка на протяжении всей их жизни… Кристин Куинн с трудом закрыла глаза, и в них уже заблестели слезы. Внезапно вспомнилась вчерашняя ночь… Сначала это был короткий момент, но неожиданно ему захотелось большего… Когда он двигался внутри неё, она чувствовала каждый его толчок с такой силой, словно он выплескивал свой гнев… Она не понимала, почему он злится, возможно, потому что в последнее время она избегала его и отвергала… Даже с такой силой она почти не чувствовала боли, потому что больше болело сердце. Кто бы мог подумать, что во время его поездки она на секунду представила его с Дженнифер Дуглас… Да, на самом деле он понятия не имел о той ночи, которую, возможно, провел с Дженнифер Дуглас, это всегда не давало ей покоя. Дженнифер Дуглас однажды лично призналась, что беременна от него. Если бы слова Джонатана Гибсона о порядочности Дженнифер Дуглас были правдой, то Дженнифер Дуглас не стала бы лгать… Всё это время она избегала этого вопроса, не желая признавать, что, возможно, подсознательно он хранит в себе образ другого человека. Но теперь ей, наконец, некуда было бежать… Любить кого-то не следует из чувства долга. Отношения, поддерживаемые чувством долга, приводят лишь к несчастью для обеих сторон… При этой мысли Кристин Куинн внезапно вздохнула с облегчением. Слезы неудержимо подступали к ее глазам, она приняла решение. Звук открывающейся двери ванной комнаты испугал ее, и она поспешно вытерла слезы с уголков глаз… Он вышел из ванной, от него исходил свежий аромат ванны. Увидев, что она не спит, он подошел к ней и осторожно сел на край кровати. ---------- Глава 957 - 492: Дополнительная история: Отправляетесь готовить свадебный сюрприз? (1_2) "Бодрствующий?" «Мм». Она кивнула, намеренно опустив голову, чтобы он не увидел ее слегка покрасневших глаз. Он нежно поцеловал её в щёку: «Вставай, я присоединюсь к тебе на завтрак внизу». Увидев, как он встал и подошел к зеркалу в полный рост, чтобы надеть рубашку и костюм, она посмотрела на него и спросила: «Почему ты сегодня так рано встал?» «У меня сегодня запланировано несколько встреч, и, возможно, у меня не будет времени вернуться к обеду». "Ой." «Кроме того… сегодня днем ​​я не вернусь; вечером я уезжаю в командировку». Кристин Куинн уже собиралась встать с постели, когда услышала, как он упомянул «деловую поездку». Она замерла на мгновение, села на край кровати и пробормотала: «Ты… ты едешь в командировку!» Скайлер Джонс, стоя перед зеркалом в полный рост, застегивая манжеты рубашки, ровным тоном ответил: «В последний момент возникли непредвиденные обстоятельства; мне нужно ехать во Францию». "Ой…" «Меня не будет от трех до пяти дней. Если вам что-нибудь понадобится, просто позвоните мне». Кристин Куинн ошеломленно поднялась с края кровати, ее стройная фигура предстала перед ним. Она небрежно взяла галстук, который он завязывал, и равнодушно спросила: «Вы едете во Францию, чтобы обсудить проект?» "Мм." Она снова спросила: «Разве не говорили, что в этом году не было крупных проектов?» «Это новый крупный проект, о котором правительство еще публично не объявило». "Ой." Хотя обычно она умело помогала ему завязывать галстук, в этот раз она оказалась на удивление неуклюжей и смогла сделать это правильно лишь с некоторым трудом. Он надел костюм, выглядя энергичным и уверенным в себе. Она смотрела на него, чувствуя легкую боль в сердце. Она не была глупой. Даже Говард Джеффри упомянул, что во второй половине года не было крупных проектов, так как же у правительства вдруг появился какой-то проект? Если бы такой проект действительно существовал, почему Говард не поборолся за него? Она не слышала, чтобы Бекка упоминала, что Говард собирается во Францию ​​в эти дни… так что, очевидно, его оправдание было явно ошибочным. Зачем ему вдруг захотелось поехать во Францию? Это было для Дженнифер Дуглас? Его предыдущие свидания с Дженнифер Дуглас проходили во Франции; может ли быть так же и на этот раз? Поскольку было еще рано и все еще не проснулись, в столовой находились только Скайлер Джонс и Кристин Куинн. Скайлер Джонс был в хорошем настроении, о чем свидетельствовала легкая улыбка на его лице на протяжении всего обеда. У Кристин Куинн не было особого аппетита, но она заставила себя доесть всю еду на тарелке, чтобы составить компанию Скайлер. После завтрака экономка принесла Скайлеру его портфель. Скайлер Джонс поцеловал Кристин Куинн в щеку и собирался уйти. Однако у входной двери виллы Кристин Куинн внезапно крикнула, чтобы остановить Скайлера Джонса. Скайлер Джонс остановился, обернулся и взглянул на свою милую жену. Кристин Куинн подбежала к Скайлеру Джонсу и внезапно протянула руку, чтобы крепко обнять его. Скайлер Джонс поставил портфель, протянул руку, чтобы обнять ее, тихо и снисходительно посмеиваясь: «Что случилось?» Кристин Куинн подняла голову из объятий Скайлер Джонс, ее ясные, прекрасные глаза блестели от едва заметных слез: «Я не могу тебя отпустить…» Скайлер Джонс нежно обхватила ладонями нежное личико Кристин Куинн, поцеловала слезы на ее длинных ресницах и ласково утешила: «Глупышка, я вернусь через три-пять дней; это ненадолго». Кристин Куинн рассеянно смотрела на Скайлер Джонс, слезы текли по ее щекам, словно порванные нити жемчуга. Казалось, он не мог этого вынести, торопливо вытирая слезы с уголков ее глаз и лица, с болью в сердце говоря: «Хорошо, хорошо, хорошо… Если ты не хочешь, чтобы я ушел, я не возьмусь за этот проект… Я останусь дома с тобой, хорошо?» Даже если ты останешься дома со мной, твое сердце не здесь. Какой смысл пытаться тебя удержать? Из глубины души вырвался голос скорби, и Кристин Куинн почувствовала, как обливается кровью её сердце. Тринадцать лет бесплодной любви, плюс больше года совместной жизни, всегда проведённой в недопонимании и разногласиях… Счастье никогда не казалось по-настоящему близким. Если этот момент – это указания небес, которые подсказывают мне сделать выбор, то за что мне держаться? Кристин Куинн внезапно протянула руку, чтобы вытереть непроизвольно подступившие к глазам слезы, и, выдавив из себя улыбку, сказала: «Я совершенно бесполезна, все еще как ребенок. Со мной все в порядке, вам не нужно меня утешать… Я подожду, пока вы вернетесь домой». Полдень. Ребекка Квентин шла под руку с Кристин Куинн под тенистыми деревьями в саду. «В последнее время Говард был очень занят, мама ездила в Ти-Сити навестить старых друзей, а мой зять отправился в командировку во Францию; дома так тихо и спокойно, ведь мы одни!» — сказала Ребекка Квентин. "Мм." Увидев унылое настроение Кристин Куинн, Ребекка Квентин невольно остановилась, положила руки ей на плечи и мягко спросила: «Сестрёнка, почему ты сегодня такая безжизненная?» «Я не такой». «С тех пор, как зять уехал вчера, и до сегодняшнего дня вы почти не разговаривали. Вы расстроены из-за зятя?» — с беспокойством спросила Ребекка Квентин. Кристин Куинн подняла взгляд на сестру: «Как ты думаешь, почему я расстроена из-за твоего зятя?» Ребекка Квентин сделала паузу и сказала: «Э-э…» Кристин Куинн снова спросила: «В ваших пародиях вам всегда кажется, что я ссорюсь с вашим зятем?» Ребекка Квентин тут же занервничала: «Нет, сестрёнка… Я просто боюсь, что ты расстроишься, поэтому и спросила как бы между прочим». Кристин Куинн тихо вздохнула, села на деревянную скамейку у дороги и мягко сказала: «Вообще-то, я знаю, что иногда твой зять мной недоволен». Ребекка Квентин поспешно села рядом с ней, держа Кристин за руку: «Сестра, ты опять слишком много об этом думаешь… Как может зять быть тобой недоволен?» Кристин Куинн мягко улыбнулась: «Я просто говорю это между прочим, не задумываясь». «Сестра…» — Ребекка Квентин крепко сжала руку Кристин, утешая ее. — «Вы с зятем так много лет не понимали друг друга; я знаю, что вам не хватает уверенности, но вы должны верить в чувства зятя к вам. Последние десять с лишним лет он всегда смотрел только на вас». Только один для него? Да, действительно, только для одного… Жаль, что он искренне любит семнадцатилетнюю Кристин Куинн. Как он и сказал, она изменилась, и она больше не та Кристин Куинн, которая ему когда-то нравилась… Черты характера, которые были у нее в семнадцать лет, давно исчезли с течением лет. Он смотрит только на неё, но он никогда не сможет полюбить её так, как любил раньше… Его нынешняя доброта по отношению к ней продиктована лишь чувством ответственности. Ради ответственности он добровольно отказался от женщины, которая тронула его сердце, но он всё ещё не может перестать думать о ней, поэтому и едет во Францию, чтобы встретиться с ней… Она не хочет, чтобы он мучился и страдал вот так… «Счастье», получаемое от жалости, — это не то счастье, которого она в конечном итоге желает. ---------- Главы 958–493: Дополнительная история: Отправляетесь готовить свадебный сюрприз? (2) Кристин Куинн по-прежнему легко улыбалась, но в этот момент никто не мог разглядеть скрытую за ее улыбкой крайнюю грусть. «Хорошо, не волнуйся, я просто хотела сказать, что я не сентиментальный человек», — сказала Кристин Куинн с улыбкой. Ребекка Квентин вздохнула с облегчением. «Хорошо, что с тобой все в порядке. Я очень боялась, что ты слишком много думаешь…» Кристин Куинн подняла Ребекку Квентин: «Пойдем, пока Анна спит, пойдем со мной на более долгую прогулку в сад…» "Хорошо." Сегодняшний ужин был приготовлен лично Кристин Куинн. Несмотря на то, что Кристин Куинн давно не готовила, она продолжала совершенствовать свои кулинарные навыки, чем заслужила похвалу от Ребекки Квентин и Мари. «Мамочка, еда, которую ты приготовила, такая вкусная, я так давно не ела твоей стряпни…» Кристин Куинн протянула Мари миску супа: «Тогда съешь еще супа, мама варила его весь день». «Тетя, мне тоже очень понравился суп, который ты приготовила», — сказал Эндрю, стоя рядом. Кристин Куинн довольно кивнула: «Наш маленький Энди самый послушный из всех». Ребекка Квентин погладила Эндрю по маленькой головке, повернулась к Кристин Куинн и спросила: «Сестрёнка, что натолкнуло тебя на мысль сегодня готовить?» Кристин Куинн ответила: «Я всегда хотела готовить для вас всех, но мама мне этого не разрешает. Теперь, когда её нет, у меня есть такая возможность». «Правда, мама очень о тебе заботится. Недавно, когда твое здоровье ухудшилось, перед отъездом мама поручила тете Хелен вспомнить, как ухаживать за тобой вместе с диетологом. Мама сказала, что хочет сделать тебя здоровым и упитанным». Кристин Куинн усмехнулась: «Я знаю, что мама хорошо ко мне относится». «Жаль, что Говарда сегодня нет дома на званом ужине, иначе он бы наверняка бесконечно расхваливал твою стряпню, ты же знаешь, он всегда такой привередливый», — сказала Ребекка Квентин, наслаждаясь супом. «Тебе следует научиться готовить у мамы и как-нибудь удивить его, устроив за столом настоящий пир из вкусных блюд». «Сестрёнка, на самом деле мои кулинарные способности тоже неплохи, почти такие же, как у мамы, просто далеко не твои… Если бы я и училась, то не у мамы, а у тебя», — льстиво поддразнила Ребекка Квентин. Кристин Куинн усмехнулась, ничего не ответив. Она боялась, что теперь у нее не будет возможности научить сестру готовить, ведь та решила уехать сегодня вечером. Пока миссис Джеффри и Скайлер Джонс были вне дома, а Говард ушел на ужин, дома оставалась только Ребекка Квентин. Это было самое подходящее время для ее ухода… Она больше не хотела откладывать, ведь рано или поздно ей предстояло принять решение, поэтому решила сделать это заранее… Уезжая, Мари волновала только одна вещь, но, к счастью, она была зрелым и понимающим ребенком, и Мари знала, что она поймет ее решение… Ночью. Кристин Куинн сидела на краю кровати, перебирая одежду, которую достала из шкафа. Она еще не решила, куда ехать, но хотела как можно быстрее добраться до аэропорта… Оказавшись в аэропорту, независимо от того, куда был выписан билет, она просто хотела как можно скорее отсюда уехать. Она понимала, что если останется в этом доме дольше, её привязанность только усилится, поэтому не оставляла места для колебаний. Кристин Куинн, запихивая одежду в чемодан по частям, невольно вспотела. Этот уход будет означать, что они с ней полностью расстанутся в этой жизни… Хотя ей было совершенно ясно, что этот выбор был правильным, мысль о том, что после ее ухода он будет любить кого-то другого, причиняла ей боль в сердце… Она была эгоисткой, ей было невыносимо видеть, как любимый человек встречается с другой женщиной, но какой у нее был выбор? Принуждение не принесет счастья, если она будет держаться за него всю жизнь, даже если внешне она будет казаться счастливой, какое чувство вины и раскаяния она будет испытывать внутри? Она не имела права винить его в том, что он влюбился в другую, ведь именно она разрушила прекрасные отношения, которые у них когда-то были. После стольких лет было вполне естественно, что он влюбился в другую… Она лишь надеялась, что в будущем женщина, которую он любил, сможет по-настоящему принести ему счастье. Собрав вещи, Кристин Куинн достала свой обычный дневник и на последней странице оставила строчку… Спасибо тебе за заботу и внимание, которые ты мне уделял в эти дни, но любовь не знает ответственности или жалости, я не буду тебя винить… Я ухожу, надеюсь, ты найдешь того, кого любишь, и будешь искать собственное счастье. Она коротко закончила эту фразу, и слезы уже увлажнили глаза Кристин Куинн. Она решительно вытерла слезы с уголков глаз, не позволяя себе ни колебания, ни грусти. Как раз в тот момент, когда Кристин Куинн тянула свой чемодан к двери, у нее внезапно зазвонил телефон. ---------- Глава 959-493: Дополнительная история – Пошли готовить свадебный сюрприз? (2) Почувствовав, кто это, Кристин Куинн остановилась, уходя. Немного поколебавшись, она достала телефон из сумки. Кристин, безучастно уставившись на экран, где мелькало имя «Оверский», всхлипнула, собралась с духом и нажала кнопку ответа. «Привет…» «Дорогая, ты уже уснула?» «Пока нет, я читаю книгу». «Извини, у меня сегодня было столько дел, что я смог позвонить тебе только сейчас». Кристин сглотнула горечь в горле, слабо улыбнулась: «Всё в порядке… Я знаю, что ты „занята“». Занята свиданиями с другими женщинами, занята тем, что лжешь ей. «Проект должен быть утвержден не позднее послезавтра…» "Правда?" — улыбка Кристины была полна боли. — "Это действительно повод для радости…" "Дорогая, ты же не спросишь, когда я вернусь?" «Разве вы не говорили, что вернетесь через три-пять дней?» "Не хотите ли, чтобы я вернулся поскорее?" Нет. Если ты вернешься сейчас, я, возможно, все еще смогу почувствовать на тебе запах духов другой женщины. "Малышка…" — снова крикнул он, когда она не ответила. Кристин вернулась к реальности и притворилась, что надула губы: «Я хочу, чтобы ты поскорее вернулась, но ты не можешь вернуться ко мне прямо сейчас…» «Прости, детка… „Оверский“ только что переехал в Нью-Йорк, и без новых проектов посторонние подумают, что у нашего „Оверского“ проблемы… Обещаю тебе, после того как я получу этот проект, я постепенно передам компанию Говарду, а в будущем буду посвящать тебе всё своё время». «Давай обсудим это, когда вернёшься…» "Хорошо." «Я устал, Оверскай, я хочу лечь спать пораньше». "Хорошо, спокойной ночи, малышка." "Спокойной ночи." Кристин послала воздушный поцелуй человеку на другом конце провода. Только после этого Скайлер Джонс с удовлетворением завершил разговор. Убрав телефон обратно в сумку, Кристин почувствовала укол в носу. Его голос был таким же нежным, как всегда, но ее сердце сильно болело… Если бы он не притворялся, и всё, что происходило перед ней, было бы по-настоящему, как это было бы прекрасно? К сожалению, вероятно, он обнимал другую женщину, когда произносил эти нежные слова… Вытащив свой багаж из комнаты, Кристин направилась в детскую. Оставив багаж, Кристин тихо стояла у кровати, глядя на спящую Мэрилин Куинн. Если и было что-то, с чем она ни за что не могла расстаться, так это со своей дочерью… Она и представить себе не могла, как сильно расстроится и разочаруется ее дочь, когда проснется и обнаружит, что ее больше нет в доме Джеффри… Но она не могла забрать дочь с собой, поскольку ей нужно было расти в теплой атмосфере семьи Джеффри. С большой неохотой Кристин, собрав багаж, шаг за шагом покинула особняк Джонсов. Покидание особняка Джонсов прошло гладко, потому что она заранее, в течение дня, дала указание слугам, чтобы никто не увидел ее уход ночью. Заранее заказанное такси уже ждало у ворот виллы. После того как водитель загрузил ее багаж, Кристин села в машину. Такси ни секунды не медлило и направилось прямо в международный аэропорт Нью-Йорка… Кристин не оглядывалась назад, опасаясь, что если она это сделает, то может передумать, поскольку в глубине души ей совсем не хотелось уезжать. Такси неожиданно подъехало к аэропорту. Оплатив проезд, Кристин, потащив багаж, вошла в аэропорт одна. У билетной кассы Кристин передала свои документы сотруднику аэропорта и сказала: «Здравствуйте, пожалуйста, купите мне билет на следующий вылетающий рейс». Сотрудники были удивлены, что Кристин купила билет, не спросив о пункте назначения, и не удержались от вопроса: «Мисс Куинн, вы не хотите куда-нибудь поехать?» Кристин ответила: «Я просто хочу уехать отсюда как можно скорее, поэтому купите мне билет на следующий рейс». Сотрудники безучастно кивнули, а затем помогли Кристин проверить билеты. Кристин терпеливо ждала. Внезапно сотрудники почтительно посмотрели на Кристин и сказали: «Мисс Куинн, следующий рейс во Францию, вылет в час ночи. Вы хотите им воспользоваться?» «Летим во Францию?» Кристин на секунду замерла. Скайлер Джонс, похоже, была во Франции… так что, конечно, нет. «Я не хочу ехать во Францию. Есть другие варианты? Можно поехать позже». Сотрудники еще несколько раз постучали по компьютеру и извинились: «Прошу прощения, мисс Куинн, до 10 утра завтрашнего дня это единственный рейс… Если вы не торопитесь, можете выбрать рейс в течение дня завтра». Завтра рейсы только до 10 утра? Кристин была ошеломлена. Она определенно не могла ждать до 10 утра завтрашнего дня, ведь все заметят, что ее больше нет дома… «Мисс Куинн, вам нужен этот билет?» — настойчиво спросили сотрудники. После недолгих раздумий Кристина наконец кивнула: «Хорошо, я куплю билет во Францию». В 2 часа ночи Кристин уже сидела в самолете, направлявшемся во Францию. Время не позволяло ей ждать, поэтому ей оставалось только воспользоваться этим рейсом… Хотя Франция была не тем местом, куда она хотела попасть, она была настолько огромной, что ей не нужно было беспокоиться о том, что она может случайно встретить его на улице… Даже если бы она случайно встретила его на улице, она представляла, что встретит двух разных людей, поэтому ей не пришлось бы ничего объяснять… Стюардесса подошла и спросила, не хочет ли она сок или какой-нибудь напиток, и в итоге она заказала стакан теплой воды. Теплая вода обычно не имела вкуса, но как только она попадала ей в горло, ее охватывала волна горечи. Она знала, что это горечь, застрявшая у нее в горле… Затем она отставила теплую воду в сторону, опустила голову и погладила живот. Да, в тот день в больнице ей не сделали операцию. Она оставила ребенка себе, и это никак не было связано с появлением Джонатана Гибсона в тот день, а скорее с тем, что она никогда не собиралась отказываться от этого ребенка. На самом деле, когда она в тот день поехала в больницу со Скайлером Джонсом, она просто хотела успокоить его и всю семью. Она знала, что все беспокоятся о её здоровье, и только «изъяв» ребёнка, она сможет их успокоить… поэтому она поехала в больницу со Скайлером Джонсом. Но она уже спланировала, что в больнице обсудит ситуацию с врачом, проводящим операцию, и если врач не будет сотрудничать, ей придётся всё рассказать Скайлер Джонс… Она не могла вынести вида того, как врач использует холодные инструменты, чтобы извлечь ребенка из ее утробы… потому что это был ребенок ее и Скайлера Джонса, результат их любви, и она очень хотела родить этого ребенка, и она была уверена, что ее тело сможет выдержать тяготы десятимесячной беременности. Она никак не ожидала встретить Джонатана Гибсона в больнице… Несмотря на все эти слова Джонатана, она все равно решила не забирать ребенка, поскольку в то время всегда считала, что это были лишь односторонние слова Джонатана. ---------- Глава 960–494: Дополнительно: Изучение всего 1 Но она никак не ожидала, что то, что ей сказал Джонатан Гибсон, окажется правдой; всё подтвердилось… Наконец, ей пришлось смириться со словами Джонатана, с его твердым решением не хотеть детей, что, вероятно, объяснялось тем, что он не очень-то ждал появления этого ребенка. Она была такой глупой… Она отчаянно хотела родить от него ребенка, но ему было совершенно все равно… Ее попытки завести ребенка вдруг показались ей неуклюжими и смешными. Слезы наполнили ее глаза, Кристин Куинн крепко зажмурила их, отказываясь показывать свою уязвимость перед другими. Один из городов Лиона во Франции, утопающий в цветущей вишне. Хотя сейчас не сезон цветения сакуры, прогуливаясь по этому романтичному городку, Кристин Куинн чувствовала себя особенно комфортно и непринужденно. По сравнению с предыдущими днями, её сердце было гораздо спокойнее. Сидя на длинной скамейке под цветущей сакурой, Кристин Куинн достала телефон и включила его после того, как он был выключен несколько дней. Она включила его впервые за несколько дней. Она давно ожидала, что, включив его, получит множество сообщений, и действительно… Ее телефон завалили сообщениями одно за другим, всего около сотни. Она просмотрела их один за другим… Большинство этих сообщений было от Бекки, а некоторые — от Мари… В каждом сообщении выражалась надежда на её возвращение… Прочитав эти сообщения, она очень расстроилась; однако среди всех сообщений и уведомлений о звонках она не нашла ни одного от Скайлера Джонса… Это свидетельствует о том, что за эти несколько дней Скайлер не отправила ей ни сообщения, ни звонка. Казалось, все, кроме него, заботились о ней. Ее сердце сжалось, словно тяжело упало в бездну… Она медленно положила телефон и глупо улыбнулась. Он, должно быть, видел слова, которые она оставила ему в дневнике… Она уже могла догадаться о его реакции. Сначала удивление, затем самообвинение и чувство вины, но в конце концов он согласился с ее решением… Ее уход был лучшим решением как для нее, так и для него. Она давно представляла, что он смирится с таким исходом, просто не ожидала, что он даже не позвонит… Зная, насколько печальным будет финал, она всё равно не смогла этого вынести. Он не знал, что женщины — противоречивые существа… Она поклялась уйти, но втайне надеялась, что он сможет уговорить ее остаться… Но это еще раз подтвердило правильность ее решения: его забота и доброта были продиктованы лишь чувством ответственности, а без ответственности ему не стоило продолжать играть. Не желая, чтобы сестра волновалась за нее, Кристин Куинн достала телефон и набрала номер Ребекки Квентин. Ребекка тут же ответила на звонок, с тревогой выпалив: «Слава богу, сестрёнка, ты наконец-то позвонила. Ты представляешь, как я за тебя волнуюсь?» Кристин Куинн ответила напряжённым голосом: «Я знаю… Прости, Бекка, что заставила вас всех поволноваться». «Где вы сейчас находитесь?» «Я нахожусь в очень тихом городке во Франции». «Я знаю… Говард Джеффри проверил ваши иммиграционные данные, но он смог лишь подтвердить, что вы находитесь во Франции, не указав точное местонахождение». Разумеется, они не смогли её найти, потому что она не пользовалась транспортом, требующим регистрации имени, и не использовала телефон, поэтому они не смогли отследить её точное местоположение. «Неважно, где я нахожусь… Важно то, что у меня всё хорошо, так что не беспокойтесь обо мне, я просто вышел подышать свежим воздухом». «Когда вы вернетесь?» "Я не знаю…" «Сестра, ты поссорилась с мужем?» Кристин Куинн глубоко вздохнула, подавляя боль в груди: «Бекка, я не ссорюсь с ним, я смотрю правде в глаза». «Какие у вас между вами есть разногласия?» «Я не хочу об этом говорить, Бекка… Иногда чувства невозможно заставить». «Неудивительно, что ваш муж до сих пор не вернулся из командировки…» "Он… не вернулся?" «Да, он до сих пор не вернулся, и мы не можем с ним связаться». «Возможно, ему нужно заняться чем-то важным». «Что тут важно? Важно, что он лжет и говорит, что был в командировке во Франции? Я спросил Говарда Джеффри, и во второй половине года новых проектов нет, так что ваш муж точно не ездил во Францию ​​по работе… Думаю, причина вашего отъезда, скорее всего, в том, что ваш муж что-то от вас скрывает». ---------- Глава 961–494: Дополнительно: Изучение всего, что касается Duo Matters 1_2 «Ладно, Бекка, перестань делать поспешные выводы… Мой телефон вот-вот разрядится, давай пока оставим это». "Сестрёнка, сестрёнка…" Закончив разговор, Кристин Куинн откинулась на спинку стула, пребывая в оцепенении. Ее разум был хаотичным и загроможденным, наполненным словами, которые сказала Ребекка Квентин… Он до сих пор не вернулся в Нью-Йорк. Ранее он говорил, что вернется максимум через три-пять дней, но вот уже шестой день, а он до сих пор не вернулся домой… Похоже, он хочет остаться во Франции и не намерен возвращаться… Поскольку он не вернулся домой и не знает, что она «сбежала», что означает тот факт, что он не связывался с ней последние два дня? Могло ли с ним что-то случиться? Внезапно сердце Кристин Куинн охватило зловещее предчувствие… Кристин тут же схватила телефон и набрала номер Скайлер Джонс. Извините, набранный вами номер временно недоступен, пожалуйста, попробуйте позже… И действительно, до телефона Скайлер не удалось дозвониться. Зловещее предчувствие усиливалось, и Кристин немедленно позвонила Говарду Джеффри. Как только звонок соединился, Кристин срочно спросила: «Говард, тебе не удавалось связаться со Скайлер последние два дня?» «Кристин, где ты?» — в голосе Говарда слышалась нотка грусти. «Говард, не беспокойся о том, где я сейчас… Тебе удалось связаться со Скайлер?» «О, брат только что вернулся». «Он дома?» Кристин вздохнула с облегчением: «О, это хорошо, значит, всё в порядке…» «Брат тебя ищет». "Хм?" «Брат сказал, что намеренно не связывался с тобой последние два дня, чтобы сделать тебе сюрприз». «Я не понимаю, что вы говорите…» «Позвольте мне сказать так… Брат действительно был занят во Франции последние несколько дней, но не рабочими проектами. Он был занят подготовкой романтической свадьбы для вас. Он намеренно не связывался с вами несколько дней, чтобы сделать сюрприз… Мама сказала, что ездила в Т-Сити навестить старых друзей, но на самом деле она уехала во Францию ​​раньше, чтобы заниматься подготовкой к свадьбе». Глаза Кристин Куинн расширились от шока, она долгое время не могла отреагировать. «Брат только что узнал, что ты уехала, и увидел дневник, который ты ему оставила… Он немного расстроен». Кристин внезапно почувствовала, как у нее сжалось горло, словно что-то забило, и она не могла говорить. В этот момент телефон Кристины снова издал звуковой сигнал. Ей звонил кто-то другой, пока она была на линии. Увидев, что звонила Ребекка Квентин, Кристин тут же ответила: «Здравствуйте…» Ребекка взволнованно сказала: «Сестра, зять вернулся, оказывается, он поехал во Францию ​​не по делам, а чтобы подготовиться к твоей свадьбе… Мама раньше говорила, что ездила в Т-Сити к друзьям, а на самом деле зять попросил ее заняться некоторыми свадебными делами во Франции. Мама вернулась сегодня с зятем…» Тук-тук. "Войдите." Получив разрешение изнутри, Ребекка осторожно повернула ручку двери кабинета и вошла. Скайлер Джонс сидел за столом, его лицо потемнело, в руке он держал бокал какого-то неизвестного вина. Ребекка слегка нахмурилась, в ее глазах читалась тревога: «Ты весь день провела в кабинете; тебя что-то беспокоит?» Скайлер отпил глоток вина и легким тоном произнес: «Я в порядке». Ребекка снова спросила: «Ты сердишься на мою сестру?» Скайлер сжал губы в тонкую линию, его суровое выражение лица подчеркивало его сдержанность в тот момент. «Зять…» — Ребекка замялась, — «Я знаю, ты сейчас расстроен, потому что моя сестра тебе не доверяет… Но ты должен понять, ей всегда не хватало чувства защищенности, когда она была с тобой. Я прекрасно знаю о ее внутренней неуверенности; она чувствует, что недостаточно хороша для тебя, особенно после тринадцати лет разлуки. После того, как ты сказал ей несколько гневных слов, она всегда чувствовала, что ты больше не любишь ее так, как раньше, поэтому она стала чувствительна к твоим отношениям с Дженнифер Дуглас. К тому же, ты «одобрял» Дженнифер, поэтому моя сестра неправильно поняла…» Если бы Говард не узнал об отношениях Джастина Уолтера и Дженнифер Дуглас, она бы неправильно поняла и Скайлер. Скайлер медленно поставил бокал с вином, его темные глаза устремились на Ребекку, губы безразлично сжались: «Знаешь, Бекка… Я заметил, что она вела себя необычно в прошлый раз, когда я вернулся, но не хотел слишком много об этом думать. Я думал, что после всего, что мы пережили, мы научились быть честными и доверять друг другу… Если она думает, что со мной что-то не так, пусть спросит напрямую, а не будет делать вид, что ничего не произошло, и просто уйдет…» «Зять, ты не понимаешь женщин. Иногда нам просто не хочется так позорно проиграть… С точки зрения моей сестры, все указывало на то, что у тебя есть чувства к Дженнифер Дуглас. Представь, если бы моя сестра сказала тебе об этом, она бы столкнулась с тем фактом, что ты любишь Дженнифер, и насколько это было бы унизительно? После всех этих лет трудностей, которые она пережила, воспитывая Мари в одиночку, видно, что моя сестра горда собой и никогда не хочет, чтобы другие видели ее уязвимость, не говоря уже о ее унижении». Выражение лица Скайлера немного смягчилось, морщины на его лице постепенно стали менее заметными. Ребекка продолжила: «Поскольку это недоразумение, вам следует поехать во Францию ​​и привезти мою сестру обратно… Она сейчас тоже чувствует себя ужасно». «У меня есть право принимать решения самостоятельно». С этими словами Скайлер встала и вышла из кабинета. Ребекка, наблюдая за удаляющейся фигурой Скайлер, тяжело вздохнула. Миссис Джеффри вошла с улицы и нервно спросила: «Как всё прошло? Что сказала Скайлер?» Ребекка ответила: «Зять, кажется, очень зол. Я сказала ему пойти за моей сестрой, а он лишь ответил: „У меня есть право выбора“». "Ах, эти двое… Почему у них всегда столько проблем?" «Я верю, что зять хорошо справится с ситуацией… Я знаю, что он искренне любит мою сестру». «Да… я тоже неправильно понял Скайлера. Оказывается, Скайлер планировал провести свадьбу с Кристин во Франции… Он тайно готовился больше месяца, сам продумывал каждую деталь свадьбы, стараясь устроить Кристин самую грандиозную и романтичную свадьбу». Ребекка кивнула: «Вот почему зять так расстроился, когда вернулся и не увидел мою сестру…» «До поездки во Францию ​​Скайлер, возможно, уже знал, что Кристин что-то скрывает… Думаю, поездка во Францию ​​была отчасти связана с окончательным согласованием деталей свадьбы, а отчасти с подтверждением его подозрений. Он не ожидал, что Кристин действительно покинет Нью-Йорк, никому ничего не сказав», — сказала миссис Джеффри. ---------- Глава 962–495: Дополнительно: Узнаем больше об истине 2 Ребекка Квентин с тревогой спросила: «Как думаешь, они действительно расстанутся из-за этого?» Миссис Джеффри несколько раз быстро плюнула, заверив: «Конечно, нет… Я доверяю Оверскай». Франция. Кристин Куинн, сидя в одиночестве у окна, молча смотрела на ночь за окном. Ночь в маленьком городке была мирной и безмятежной, идеально подходящей для размышлений. Но мысли Кристин были в полном беспорядке, наполненном словами, которые Говард Джеффри сказал ей в течение дня… Оказалось, он уехал во Францию, чтобы подготовить для нее свадьбу, а его отсутствие на связи в течение нескольких дней объяснялось желанием сделать ей сюрприз… Однако ее сюрпризом для него стал неожиданный отъезд из дома. Она не знала, что он сейчас чувствует, но, судя по тому, что он не звонил ей весь день, он, должно быть, расстроен. Она хотела позвонить ему и всё объяснить, но почему-то не смогла набраться смелости… Даже если на этот раз у него не получилось организовать свадьбу во Франции, это не значит, что покупка браслета и отправка записи Дженнифер Дуглас были немыслимы… Если он считает, что ее решение расстаться было импульсивным, ей остается лишь сказать, что это расставание — именно то, чего она хотела… Она не могла каждый день встречаться с этим человеком, постоянно гадая, осталась ли она в его сердце, она была совершенно измотана этими отношениями… Несмотря на усталость, Кристин, даже прилегнув к постели, крепко держала телефон в руке. Да, она ждала его звонка… Проблему можно решить только путем разговора… Кристин прождала всю ночь и в конце концов уснула, не отрывая от себя телефон. Проснувшись, Кристин первым делом проверила свой телефон, однако на экране не было записи о пропущенных звонках… Испытывая некоторое разочарование, Кристин набрала его номер, но звонок прервался прямо перед тем, как прошёл. Гордость и упрямство, которые она обычно с трудом поддерживала, теперь заставляли ее неохотно кланяться ему… Как бы то ни было, факт остается фактом: он отпустил Дженнифер Дуглас. Если бы у него не было жалости и привязанности, с его характером, почему он так легко бы ее отпустил? Следовательно, он сам должен все объяснить… Собравшись с мыслями, Кристин встала и пошла в ванную, чтобы освежиться. Во время процедуры ухода за собой в дверь ее комнаты внезапно постучали. Услышав слабый стук из ванной, Кристина почувствовала прилив волнения, поспешно прополоскала рот и выбежала наружу. Прежде чем открыть дверь, она ожидала увидеть только мистера Джонса… Она подумала, что он пришел ее найти, не в силах сдержать волнение, но, открыв дверь, она увидела человека, стоявшего перед ней, и на мгновение опешила. Удивительно, но это оказался Джастин Уолтер, подчиненный Скайлера Джонса. Хотя она и была разочарована тем, что он сам не пришел, присутствие Джастина успокоило ее встревоженные мысли. "Мадам." Джастин позвонил уважительно. Кристин слегка улыбнулась Джастину: «Джастин, давно не виделись». Джастин оглядел номер Кристин в отеле, слегка нахмурив брови: «Ты останавливаешься в таком отеле?» Джастину показалось, что выбранный Кристиной отель слишком уж дешёвый. Кристин ответила: «Мне здесь очень нравится… Хотя здесь нет обслуживания, как в звездном отеле, интерьер уютный, а окрестности прекрасные». «Но оставаться здесь мистеру Джонсу было бы тревожно». «Так он тебя сегодня послал?» — спросила Кристин. Джастин покачал головой: «Мистер Джонс меня не посылал; я сам приехал, чтобы найти вас, но перед приездом я позвонил мистеру Джонсу». Кристин была слегка озадачена. Джастина не было дома, чтобы забрать её? Тогда… В следующую секунду Джастин развеял сомнения Кристин: «Я пришел, потому что мне нужно кое-что с тобой обсудить». Кристин кивнула: «Тогда давайте поговорим внутри…» "Хорошо." Кристин налила Джастину стакан воды, а затем села на диван. Джастин отставил стакан с водой и спокойно начал: «Мадам, если бы мисс Квентин не позвонила мне, я бы не узнал, что у вас сейчас конфликт с мистером Джонсом». Кристин опустила голову, явно смущенная: «Простите, что заставила вас это увидеть». «Простите, мадам, это всё моя вина». "А?" — Кристин растерянно подняла взгляд на Джастина. Джастин встал с дивана, поклонился Кристин и медленно произнес: «Если бы не я, вы бы не неправильно поняли мистера Джонса… Это всё моя вина». Кристин последовала за ним и встала: «Джастин, не веди себя так. Что бы это ни было, расскажи мне ясно…» ---------- Глава 963-495: Дополнительная история: Узнать больше 2_2 Джастин медленно поднял голову, извиняющимся взглядом глядя на Кристин Куинн: «Мадам, на самом деле между мистером Джонсом и Дженнифер Дуглас нет абсолютно никакой связи, недоразумение возникло по моей вине». «Какое недоразумение?» — нахмурилась Кристин. — «Объясните ясно». Джастин с чувством вины признался: «На самом деле, с самого начала сердце мистера Джонса всегда принадлежало только тебе… Он и Дженнифер Дуглас всегда просто использовали потребности друг друга, и к тому времени, когда мистер Джонс начал добиваться тебя, его отношения с Дженнифер Дуглас уже были полностью разорваны». «Не думаю, что это так, правда?» Словно вспомнив что-то болезненное, Кристин опустила голову и тихо сказала: «Ты лучше всех знаешь, испытывал ли он когда-либо чувства к Дженнифер Дуглас». «Конечно, я знаю лучше всех… потому что в ту ночь с Дженнифер Дуглас была я, и я же тайно сфотографировал браслет и сделал эту запись…» Услышав слова Джастина, Кристин внезапно подняла глаза, застыв на месте от изумления. Джастин честно объяснил: «В ночь дня рождения мистера Джонса он много выпил, а потом попросил меня отвезти его к Дженнифер Дуглас… В машине я уже понял, что мистер Джонс сильно пьян, он всё время звал вас по имени, мадам. Но он никак не хотел признать, что ему не всё равно на вас, поэтому пошёл к Дженнифер Дуглас, он просто упрямо боролся со своими чувствами, желая доказать себе, что может желать другую женщину помимо вас, но в ту ночь мистер Джонс в итоге не прикоснулся к Дженнифер Дуглас… Я помог мистеру Джонсу уйти из квартиры Дженнифер Дуглас в ту ночь, но поскольку телефон мистера Джонса остался там, я вернулся в её квартиру, чтобы забрать его для него… Я никак не ожидал, что, постучав в дверь, пьяная и убитая горем Дженнифер Дуглас примет меня за мистера Джонса, она была ласковой и нежной, а потом…» Джастин стыдливо опустил голову: «Значит, это у меня были отношения с Дженнифер В ту ночь… На следующий день я ужасно боялась, что Дженнифер Дуглас расскажет об этом мистеру Джонсу, поэтому я солгала ему, сказав, что Дженнифер Дуглас настояла на том, чтобы отправить его обратно и оставить на ночь у него дома… Услышав это, Кристин несколько раз покачала головой: «Неудивительно, что Скайлер сказал, что ничего не помнит о той ночи. Оказывается, это ты его ввела в заблуждение. Из-за тебя он поверил, что у него были отношения с Дженнифер Дуглас, но на самом деле ничего не помнил об этом, поэтому и настаивал, что никогда не прикасался к Дженнифер Дуглас. А поскольку у Дженнифер Дуглас были отношения с тобой, но она неправильно поняла это, приняв за Скайлера, она почувствовала себя обиженной. Я доверяла Скайлеру, верила, что он никогда не прикасался к Дженнифер Дуглас, поэтому считала ее коварной… и все из-за тебя». «Прошу прощения, мадам, все ошибки были допущены по моей вине, я готов принять ваше наказание». «Стоит ли теперь тебя наказывать?» — обиженно, с покрасневшими глазами, Кристин хрипло крикнула Джастину: «Ты знаешь, сколько раз я спорила со Скайлер из-за этого? Знаешь, каждый раз, когда я думала об отношениях Скайлер с Дженнифер Дуглас, мне было больно, словно заноза пронзила мое сердце?» "Мне жаль…" «А браслет?» — всхлипнула Кристин, с нетерпением спрашивая. Джастин ответил: «Браслет был куплен на все мои сбережения, я выдал себя за секретаря Дженнифер Дуглас. После интимной связи с Дженнифер Дуглас и того, как я узнал, что она когда-то была беременна, но потеряла девственность, я всегда чувствовал себя виноватым, видя, как она живет в отчаянии и боли из-за мистера Джонса, и хотел придать ей смелости продолжать жить…» Кристин пробормотала: «Знаешь, как только Дженнифер Дуглас получит браслет, она начнет выяснять, кто его ей купил, и, узнав, что это ты, ошибочно примет его за Скайлер… Вот на что ты ее надеялась». Джастин склонил голову еще ниже: "Да…" «Значит, вы тоже подделали запись?» Джастин кивнул: «Я тайно записал обычные разговоры с мистером Джонсом и, используя современные компьютерные технологии, вырезал и смонтировал слова мистера Джонса… Так и получилась убедительная запись». Кристин недоверчиво посмотрела на Джастина: «Ты понимаешь, что твои действия причиняют вред мне и Скайлер?» Джастин с чувством вины признался: «Я знаю, но я не мог сдержать своих чувств к Дженнифер Дуглас, потому что я люблю её…» Кристин вдруг холодно рассмеялась: «Наконец-то я понимаю, почему Дженнифер Дуглас все это время донимала Скайлер, оказывается, все это было подстроено тобой…» «Прошу прощения, мадам…» Слезы навернулись на глаза Кристин, и она недоверчиво пробормотала: «Значит, я неправильно поняла Скайлер?» Увидев печальное лицо Кристин, Джастин виновато признался: «Мадам, во всем виноват я, я готов взять на себя полную ответственность за то, что сделал. Пожалуйста, поверьте в чувства мистера Джонса к вам, он действительно никогда не ценил других женщин». «У меня есть вопрос…» — внезапно произнесла Кристин. "Вперед, продолжать." «Скайлер знала обо всем, что вы делали за кулисами?» Джастин кивнул. Кристин крикнула: «Если он знал, почему он не уточнил это у меня?» «Потому что после того, как мистер Джонс узнал, что на самом деле с Дженнифер Дуглас состояла в отношениях я, если бы он тогда же это раскрыл, Чарльз Дуглас не пощадил бы меня…» «Неужели он предпочтет недопонимания между нами только для того, чтобы защитить тебя?» «Дело не в этом…» — поспешно объяснил Джастин. — «Мадам, если бы мистер Джонс рассказал вам, как я причинил боль Дженнифер Дуглас, что бы вы сделали?» «Конечно, я бы поговорил с Дженнифер Дуглас». «Мистер Джонс прекрасно знал, что вы собираетесь найти Дженнифер Дуглас, поэтому он никогда вам об этом не рассказывал…» "Почему?" «Потому что мистер Джонс прекрасно понимал, что если он передаст меня Чарльзу Дугласу, используя средства Чарльза Дугласа, меня ждет недобрый конец… Я много лет жил с мистером Джонсом, он всегда относился ко мне как к брату, поэтому он не хотел, чтобы меня ждал такой конец». Для Скайлера Джонса, который столько лет был одинок, именно Джастин всегда был рядом в трудные времена, как он мог смотреть, как Джастин идет навстречу смерти? Слова Джастина наконец убедили Кристин. Потому что Кристин понимала Скайлер Джонс лучше, чем кто-либо другой… На самом деле, единственное различие между Скайлером Джонсом и Говардом Джеффри заключается в том, что у Скайлера Джонса сердце мягче… Говарду Джеффри потребовалось много лет, чтобы избавиться от обиды на Бекку, хотя он глубоко любил её, он всё ещё отказывался поддаваться чувствам… Но Скайлер другой, когда он влюблялся в кого-то, он отказывался от ненависти, его мир часто становился миром эмоций, подавляющих разум… ---------- Главы 964–496: Дополнительная история: Он пришел ее найти 1 Таким образом, для Скайлера Джонса Джастин — не просто подчинённый, но и брат... Даже когда они с ней уже уладили недоразумение, он решил защитить Джастина, и это было продиктовано его эмоциями в тот момент... Кристин Куинн долго думала и наконец решила позвонить Скайлер Джонс. В час ночи во Франции было ровно восемь утра в Цветочном королевстве. Изначально она не хотела беспокоить его так рано, но ей не терпелось, и она хотела как можно скорее все прояснить. Телефон Скайлер Джонс зазвонил, но после нескольких гудков никто не ответил. Кристин Куинн позвонила еще раз, но ответа по-прежнему не было. Кристин Куинн решила попробовать в последний раз... И, к всеобщему удивлению, на этот раз кто-то ответил. Внезапно у Кристин Куинн заложило в нос неприятное ощущение, в горле словно что-то перехватило, не давая ей произнести ни слова: "Оверски..." Скайлер Джонс не ответил. Кристин Куинн не возражала и продолжила говорить то, что хотела сказать. «Сегодня ко мне приходил Джастин Уолтер». Кристин Куинн сделала паузу. «Он рассказал мне о себе и Дженнифер Дуглас… Простите, что я вас так неправильно поняла, но что бы вы ни думали сейчас, я хочу все прояснить…» "Сестра..." Внезапный звонок прервал слова Кристин Куинн. Кристин Куинн сделала паузу: "Бекка?" «Это я, сестрёнка... Моего зятя сейчас нет; слуга сказал, что у него постоянно звонит телефон, поэтому я ответила». «Ваш зять здесь отсутствует?» «Он не вернулся вчера вечером; должно быть, забыл взять телефон». «О... ничего страшного, когда он вернется, попроси его позвонить мне». «Хорошо...» — с беспокойством спросила Ребекка Квентин. — «Сестра, как у тебя дела во Франции?» «У меня всё хорошо... А как Мари?» Ребекка Квентин сказала: «Я сказала Мари, что ты просто ездила во Францию ​​навестить подругу и вернешься через несколько дней, так что с ней все в порядке». "Мама злится?" «Мама не сердится, она просто волнуется за тебя и зятя…» «У мамы проблемы со здоровьем, скажи ей, чтобы не волновалась, с нами с моим зятем все в порядке». «Значит, сестрёнка, ты уже знаешь о Джастине Уолтере и Дженнифер Дуглас?» "Да." «Ваш зять вам об этом рассказал?» Не желая, чтобы Ребекка Квентин слишком много думала, Кристин Куинн кивнула: «Мм, он звонил мне вчера, чтобы все объяснить». «Это хорошо, я знал, что зять не будет долго на тебя злиться... И не сердись на него, ты же знаешь, как важна для него братская связь». «Знаю, я на него не злюсь... Когда увидишь его, пусть позвонит мне». "Мм, я попрошу зятя тебя забрать." "Хорошо." Закончив разговор с Ребеккой Квентин, Кристин Куинн оцепенела, прислонившись к изголовью кровати. Внезапно ее глаза слегка увлажнились. Она поняла, что неправильно его поняла, он не имел никакого отношения к Дженнифер Дуглас; именно ее придирчивость, ее погоня за призраками привели к нынешней неловкой ситуации между ними... Но этот инцидент также высветил для нее еще одну проблему. Между ней и Скайлером Джонсом, с самого начала их отношений и до настоящего времени, как бы глубоко они ни любили друг друга, казалось, что вернуться к прежнему состоянию невозможно, потому что прошло тринадцать лет, и оба сильно изменились. Помимо понимания сердец друг друга, казалось, что многое в каждом из них они больше не знают. Например, его решение скрыть этот факт, чтобы защитить Джастина Уолтера... Если бы он с самого начала сказал ей правду, как бы всё дошло до такого состояния? Конечно, она не стала бы винить его, она могла бы винить только течение времени, ведь изменились оба... Он больше не понимал её и не доверял ей так, как раньше, и ей всегда было не по себе рядом с ним, отсюда и недопонимание... На самом деле, ее шокировало то, что Джастин Уолтер сказал ей вчера, не то, что это правда, что у него был роман с Дженнифер Дуглас, а скорее вопрос, который он ей задал... Джастин Уолтер спросил ее, что бы она сделала, если бы рассказала ей о том, что причинила боль Дженнифер Дуглас? На самом деле, Джастин Уолтер не знал, что в тот момент она задумалась, потому что никак не ожидала, что Джастин Уолтер задаст ей этот вопрос. А нужно ли было вообще задавать этот вопрос? Прожив с Скайлер Джонс столько лет, она знала, что Скайлер Джонс всегда относилась к Джастину Уолтеру как к брату; если бы Скайлер Джонс сказала ей правду, конечно же, она бы безоговорочно помогла Джастину Уолтеру скрыть это? Но Джастин Уолтер спросил её... Джастин Уолтер — самый способный подчиненный Скайлер Джонс, он прекрасно знает, что у Скайлер Джонс на уме... это, должно быть, означает, что Скайлер Джонс тоже испытывает к ней некоторое недоверие, поэтому Джастин Уолтер и задал этот вопрос. ---------- Главы 965-496: Дополнительно: Он приходит её найти 1_2 В тот момент она быстро ответила на вопрос Джастина Уолтера, не понимая, что делает это из вредности… Она задавалась вопросом, не злобная ли она женщина; в вопросах человеческих отношений она не совсем некомпетентна. Однако Скайлер Джонс всегда скрывал это от нее, никогда ей ничего не рассказывая, что явно указывало на его недоверие к ней… Скайлер Джонс считал её эгоистичной и импульсивной, поэтому и скрывал этот факт. Зная Скайлер Джонс столько лет, я понимаю, что за тринадцать лет многие её качества изменились, но характер человека остаётся неизменным. Если бы она и так не казалась ему ограниченной и невежественной, зачем бы он скрывал это от неё? Ей очень хотелось спросить его, какой же человек Кристин Куинн в его сердце сейчас? Последние два дня Кристин Куинн ждала звонка от Скайлера Джонса, но Скайлер Джонс так и не перезвонил. Первоначальное ожидание Кристин Куинн постепенно сменилось разочарованием. В конце концов, чувство, что он ей не позвонит, стало еще сильнее… К третьему дню Кристин Куинн смирилась с тем, что Скайлер Джонс ей не перезвонит. Она позвонила домой, чтобы спросить у Бекки, и Бекка сказала, что его давно не было дома, и никто не может с ним связаться… Она знала, что он, должно быть, куда-то ушел, чтобы побыть один. Столкнувшись с досадными и неразрешимыми проблемами, он обычно предпочитает побыть в одиночестве… Например, когда он узнал, что Мари — его дочь. Узнав об этом, он исчез на несколько месяцев, и никто не смог его найти или связаться с ним. На этот раз его, должно быть, снова постигли неприятности… О чём он думает? Он задумывается, подходят ли они друг другу? На самом деле, даже если он об этом не задумывается, их несовместимость уже очевидна… После примирения они оба твердо верили, что смогут наверстать упущенное за эти тринадцать лет, довериться друг другу и терпеть друг друга… Но оказывается, что всё легче сказать, чем сделать. Несмотря на то, что они неоднократно нарушали доверие, возникавшее ранее, каждый раз, сталкиваясь с подобными проблемами, они оказываются изрядно измотанными… За время наших длительных отношений они в основном устали друг от друга. Она считает, что он чувствует то же самое. Дело не в том, что они перестали любить друг друга, а в том, что время действительно сильно изменило… Как и всё, что происходило в этот период… Если бы он ей доверял и говорил прямо, не было бы столько недоразумений, но она тоже ошиблась. Если бы она могла довериться его любви, не будучи такой осторожной, не боясь потерять его, и прямо спросила бы его, ситуация не дошла бы до нынешнего состояния… Хорошо, что он думает в одиночестве, потому что если бы он пришел найти ее сейчас, она тоже могла бы не знать, как ему ответить. Месяц пролетел в мгновение ока. В это время она еще находилась во Франции, но каждый день звонила своей семье. Семья и так была уверена в её безопасности, но исчезновение Скайлер Джонс заставило их беспокоиться об их отношениях. Она уже рассказала миссис Джеффри… После всего произошедшего им со Скайлером Джонсом нужно пересмотреть свои отношения. В отношениях они надеются на радость и счастье, но, похоже, они с ней много времени проводят в ссорах… Их счастье и радость всегда так мимолетны. Каждый раз, когда им кажется, что они смогут состариться вместе, они в итоге ссорятся из-за различных недоразумений. На самом деле, ни один из них не ошибается; ошибка заключалась в том, что они упустили самые прекрасные моменты прошлого. Слезы беззвучно текли по щекам Кристин Куинн, ее разум наполнился воспоминаниями о прошлом… Улыбка Скайлер Джонс, нежность Скайлер Джонс, страсть Скайлер Джонс, властность Скайлер Джонс, всё в Скайлер Джонс… В семнадцать лет она потеряла своё сердце. Даже когда он презирал её, она никогда не думала сдаваться, всё потому, что очень сильно его любила. Воссоединение с ним было тем, о чем она никогда не смела мечтать на протяжении многих лет. Когда он предложил примирение, несмотря на ее сомнения, она почувствовала внутреннюю радость… Однако в действительности они уже не подходили. Кристин Куинн перевела взгляд и молча наблюдала за закатом через панорамное окно отеля, пока солнце не село. Наконец, Кристин Куинн взяла трубку и набрала несколько цифр. Она сглотнула горечь, застрявшую в горле, и в этот момент ее глаза покраснели. Вытерев слезы с щек, она сказала: «Доктор, меня зовут Кристин Куинн. Я хочу назначить… я хочу назначить время для операции». Кристин Куинн прибыла в больницу в оговоренное с врачом время. Врач сразу заметил тревогу Кристин Куинн и спросил: «Мисс Куинн, вы уверены, что хотите сделать аборт?» Кристин Куинн, сидевшая напротив доктора, была с покрасневшими глазами и явно подавленным настроением. После долгих внутренних раздумий она кивнула доктору. Врач спросил: «Если это не инвазивная процедура, мисс Куинн, вы решили не рожать ребенка по состоянию здоровья?» Кристин Куинн покачала головой. Врач продолжил: «Судя по результатам моего предыдущего обследования, плод развивается хорошо и не оказывает существенной нагрузки на ваш организм. Учитывая сложившиеся обстоятельства, если мисс Куинн захочет оставить ребенка, я не предвижу никаких серьезных проблем». Услышав слова доктора, Кристин Куинн резко подняла голову: «Доктор… что вы сказали?» Врач серьезно ответил: «Мисс Куинн, я изучил вашу медицинскую карту; у вас в анамнезе сердечное заболевание, и вы перенесли две операции на сердце. Учитывая ваше физическое состояние, беременность нежелательна… Однако, к счастью, ребенок, похоже, идеально подходит вашему организму и не создает дополнительной нагрузки на ваше сердце, что редко встречается в случаях с сердечно-сосудистыми заболеваниями в анамнезе… Поэтому я надеюсь, вы серьезно рассмотрите этот вопрос». Кристин Куинн выглядела несколько недоверчивой, ее голос слегка дрожал: «Доктор… вы говорите, что я могу продолжить беременность?» ---------- Главы 966–497: Дополнительная история: Он пришел ее найти 2 Врач улыбнулся: «Похоже, беременность протекает хорошо, можете попробовать… Думаю, серьёзных проблем не будет». «Но мой предыдущий кардиолог сказал, что я не подхожу для беременности…» «Однако, судя по вашей ситуации с беременностью за последний месяц, всё в порядке. С моим многолетним опытом ведения беременностей я не вижу особых проблем… Конечно, если речь идёт исключительно о безопасности, то лучше не беременеть. Но если мисс Куинн хочет иметь этого ребёнка, я думаю, что с учётом вашего нынешнего хорошего физического состояния, не беременеть было бы жаль. В конце концов, людям с сердечными заболеваниями не всегда везёт, и такие проблемы возникают во время каждой беременности». Выслушав врача, Кристин Куинн впала в затяжное оцепенение. «Мисс Куинн, подумайте… Мне нужно провести операцию пациенту; как только вы примете решение, можете сообщить моему ассистенту. Если потребуется операция, ее можно будет провести сегодня». Кристин Куинн безучастно посмотрела на доктора и слегка кивнула головой. Выйдя из больницы, Кристин Куинн была дезориентирована. Она сидела на скамейке у улицы, пребывая в оцепенении. Внезапно ее рука нежно коснулась живота, и в носу появилась резкая кислинка. Зачем говорить ей сейчас, что она может оставить ребенка себе? Раньше она очень хотела этого ребенка; даже когда врач сказал, что она может оставить ребенка себе, она была настолько счастлива, что ей хотелось немедленно схватить телефон и позвонить ему… Но после этого мгновения счастья она вдруг поняла, что их отношения, похоже, застряли в подвешенном состоянии… Он ещё не знал о существовании ребёнка; как только узнает, обязательно придёт её искать… Если он придёт, им придётся взять на себя ответственность за этого ребёнка, а это значит, что они снова окажутся запертыми вместе. Но что значит это единение? Честно говоря, за последний месяц, проведенный в этом городе, она много о чем думала… Она вспоминала каждую мелочь, связанную с временем, проведенным со Скайлер Джонс… Она вдруг осознала, что с тех пор, как они снова сошлись, настоящие моменты нежности стали очень редкими… Они постоянно сталкивались с проблемами доверия, постоянно решали проблемы, у них никогда не было ни минуты беззаботного времяпрепровождения вместе… Простое счастье, как тринадцать лет назад, уже никогда не могло быть возвращено; напротив, каждое столкновение с проблемами доверия истощало их силы. В конце концов она пришла к выводу: они не подходят друг другу… Принудительное совместное проживание не принесет счастья, и поскольку они не подходят друг другу, им не следует ограничивать друг друга… Поэтому она решила забрать ребенка. Но она не ожидала, что поворотный момент наступит без всякой подготовки… Врач внезапно сказал ей, что она может оставить ребенка себе, что действительно застало ее врасплох. Ранее решение об изъятии ребенка принималось с учетом заботы о ее собственном здоровье, но теперь, если нет никаких физических препятствий, она может родить от него ребенка, если будет на то воля. Так почему же именно сейчас? В тот день Кристин Куинн не вернулась в город, где остановилась. Вместо этого она предпочла остановиться в отеле в Лионе. Она планировала использовать одну ночь, чтобы принять решение. Однако Кристин Куинн не ожидала, что ей вообще не придётся принимать решение, поскольку Скайлер Джонс уже сделала это за неё. В десять часов вечера Кристин Куинн получила текстовое сообщение от Скайлера Джонса. Она увидела сообщение после того, как приняла душ… Полученное им сообщение наполнило её волнением, но, прочитав его содержание, она постепенно потеряла интерес к происходящему. Завтра я приду к вам… нам нужно обсудить соглашение. Прочитав сообщение, Кристин Куинн невольно расплакалась… Спустя месяц она наконец дождалась его ответа. Какое соглашение им предстоит обсудить? Осталось обсудить только соглашение о разводе… После месяца раздумий он наконец принял это решение… Несмотря на то, что она подготовилась психологически, её сердце всё ещё было тяжело от печали. Даже несмотря на это решение, она не выразила никакой обиды… она не из тех, кого легко сломить, она знает, что значит расстаться мирно. На следующий день. Кристин Куинн встала очень рано… Не желая, чтобы ее лицо выглядело таким бесцветным, она намеренно нанесла легкий макияж. Она не знала, когда он приедет, но надеялась, что сможет продолжать улыбаться перед ним, ведь раньше она никогда не проявляла такой хрупкости на людях. ---------- Глава 967-497: Дополнительно: Он пришел ее найти 2_2 Кристин Куинн тихо сидела в гостиничном номере, ожидая приезда Скайлер Джонс. В десять часов у нее внезапно зазвонил телефон. Думая, что это Скайлер, она тут же ответила, но на другом конце провода услышала голос Джонатана Гибсона. "Кристин." На лице Кристин Куинн мелькнуло разочарование, но она все же вежливо ответила: «Джонатан». «Я зашёл в заведение Джеффри, и мне сказали, что я не в Нью-Йорке». «Да, я во Франции». «Ты ушла внезапно из-за ссоры со Скайлер?» Кристин прислонилась к окну от пола до потолка и легкомысленно ответила: «У меня с ним не было никаких разногласий». В её голосе читалось молчаливое безразличие. «Кристин, мне очень жаль. Думаю, мои слова вызвали недопонимание между тобой и Скайлером… Несколько дней назад со мной связалась Дженнифер Дуглас». Кристин не ответила. «Дженнифер сказала мне, что всему научилась у Джастина Уолтера. Она очень расстроена… Я спросила ее, вернется ли она в Нью-Йорк, и она ответила, что больше никогда не хочет туда возвращаться…» «Какое бы решение она ни приняла, это меня не касается». «Кристин, мне так жаль, что каждый раз, когда я желаю тебе счастья, я каким-то образом его разрушаю…» Услышав в голосе Джонатана чувство вины, Кристин не смогла не утешить его: «Джонатан, я никогда тебя не винила. Я знаю, как сильно ты обо мне заботишься». «Через пару дней я уезжаю в командировку в Южную Африку… Возможно, я пробуду там несколько лет, так что мы, вероятно, будем видеться нечасто. Надеюсь, у вас всё будет хорошо, пока меня не будет». «Не волнуйтесь, со мной всё будет в порядке». Джонатан тихонько усмехнулся: «Помню, когда вы только начали встречаться со Скайлером, я спросил, уверена ли ты в своих отношениях с ним, и ты сказала, что всё будет хорошо… Прежде чем уйти, я найду Скайлера и всё тебе объясню. Думаю, только он сможет о тебе позаботиться». «Не нужно, Джонатан», — быстро вмешалась Кристин. — «У нас просто небольшая ссора, ничего серьезного… Езжай в Южную Африку спокойно. Обещаю, со мной все будет в порядке». "Хорошо тогда… Кристин, я не знаю, когда мы снова встретимся, но помни мои слова: если тебе когда-нибудь понадобится моя помощь, просто позвони." Кристин слегка кивнула: «Хорошо». «Прощай, Кристин…» "До свидания…" После завершения разговора с Джонатаном Гибсоном Кристин Куинн охватила волна грусти. Вчера, смотря телевизор, она узнала, что Джонатан обратился к правительству США с просьбой разрешить ему работать в Южной Африке… Всем известно, что Южная Африка находится далеко от США; должно быть, он выбрал работу там, чтобы от чего-то сбежать… Только что получив его звонок и услышав его полный чувства вины тон, она поняла, что он пытается избежать чувства вины, которое испытывал к ней. В прошлый раз, из-за того что Джонатан скрыл правду о некоторых фотографиях, она сказала ему кое-что важное… На самом деле, потом она пожалела об этом, потому что Джонатан был ее хорошим другом более десяти лет, и он заботился о ней, а она винила его. Она как никто другой знала, что, помимо семьи, Джонатан был тем человеком, который больше всех заботился о ней в этом мире… И теперь Джонатан уходил, потому что чувствовал себя виноватым в том, что стал причиной недоразумения между ней и Скайлер. На самом деле, виноватой должна была быть она сама… Когда Скайлер причинила ей боль, именно Джонатан остался рядом, утешая её… Когда она переживала опасный период после операции на острове Лорелай в одиночестве, рядом с ней оставался и Джонатан… В её памяти осталось так много тяжёлых моментов, и всегда рядом с ней был Джонатан, но она никогда ничего не давала ему взамен… Он всегда молча заботился о ней, оставаясь неизменным. На самом деле, больше всех задолжала она… В этот момент Кристин отправила сообщение Джонатану. Джонатан, где бы ты ни был в мире, пожалуйста, помни, я всегда буду думать о тебе. После отправки сообщения Кристин все еще была охвачена грустью, когда внезапно в дверь раздалось несколько ритмичных стуков. Она тут же очнулась от грусти и посмотрела на дверь, сердце у нее словно замерло. Она знала, как он стучит; она знала, что человек, стоящий снаружи, — это Скайлер. Сделав глубокий вдох, она слегка прикусила губу и медленно направилась к двери. Стоя за дверью, она успокоила свое нервное состояние, делая вид, что встречает его с максимальным спокойствием. Она открыла дверь, и действительно… Это был он. Она не подняла глаз, чтобы встретиться с ним взглядом, лишь слегка улыбнулась и сказала: «Входите». Скайлер вошел снаружи, его высокий и широкоплечий рост произвел еще более сильное впечатление, чем обычно. Кристина закрыла дверь и спокойно последовала за ним. Внезапно он обернулся, его глубокие, нечитаемые глаза уставились прямо на нее. Кристин по-прежнему не смотрела Скайлер в глаза и просто сказала: «Хочешь что-нибудь выпить? Я тебе принесу». Скайлер легкомысленно ответила: «В этом нет необходимости». "Э-э… тогда…" Атмосфера внезапно стала немного неловкой, и Кристин не знала, о чем говорить со Скайлер. Заметив, возможно, нервозность Кристин, Скайлер отвел взгляд и сел на диван в ее комнате. Кристин стояла там в растерянности, по-прежнему не смея взглянуть на него. «Адвокат скоро придет; нам нужно кое-что обсудить». Кристин молча кивнула, чувствуя покалывание в носу. "Кристин…" "Хм?" «Подойди сюда и сядь». Скайлер осторожно похлопал по сиденью рядом с собой. Кристин, несколько секунд мучаясь внутренними сомнениями, сидела напротив Скайлер. Скайлер не возражала и тихо сказала: «Кристин, я много думала об этом в течение последнего месяца. Мне кажется, в наших отношениях возникло много проблем». Кристин слегка улыбнулась и непрерывно кивала: «Да, да, я знаю». "Кристин, на самом деле это твоя вина…" Скайлер не успела договорить, как Кристин перебила её, улыбаясь: «Я знаю, какой я человек… На самом деле, я знаю, что с тех пор, как мы снова сошлись, многие проблемы исходят от меня. Я люблю сомневаться, я недостаточно тебе доверяю и не слушаю советов… поэтому нам всегда так тяжело быть вместе». "Кристин…" Кристин продолжала перебивать Скайлера: «Ты много думал в этом месяце, и я тоже… На самом деле, даже если бы ты не пришел поговорить со мной, я бы все равно пришла поговорить с тобой… Скайлер, это правда, что мы не подходим друг другу…» ---------- Главы 968–498: Дополнительная история: Я пришел забрать тебя домой Кристин Куинн, даже не взглянув на него, сказала себе: «На самом деле, если бы не Мари, наша судьба, возможно, уже бы закончилась… За все годы разлуки я ни разу не думала о том, чтобы снова быть с тобой, поэтому, когда мы были вместе, я искренне хотела верить, что мы сможем вернуться к тому, какими были раньше. Но дело в том, что я уже не та Кристин Куинн, что была тогда, и ты тоже уже не тот Скайлер Джонс, что был тогда… Чувства — такие странные вещи, они могут меняться со временем, поэтому мы проиграли не из-за недостатков друг друга, а из-за времени…» Скайлер Джонс больше ничего не сказала, просто молча наблюдала, как та изо всех сил пыталась сохранить улыбку, объясняя ситуацию. Кристин Куинн, наконец, не выдержав, покраснела, голос ее слегка дрожал: «Оверски, когда приедет адвокат, я надеюсь, мы сможем улыбнуться и уладить наши дела». Сказав это, Кристин Куинн встала и сказала Скайлер Джонс: «Извините, мне сначала нужно в туалет». Кристин Куинн не смотрела на Скайлера Джонса, но краем глаза заметила его спокойное поведение. Развернувшись и войдя в ванную, Кристин Куинн наконец неудержимо расплакалась. Она должна была признать, что отношения с ним делали её всё менее сильной… Войдя в туалет и поспешно закрыв дверь, Кристин Куинн прислонилась к дверному полотну, и слезы, словно обломки жемчужин, потекли по ее щекам. Она не хотела так смущаться, не хотела, чтобы он говорил о расставании с ней… Она не обижалась на него и не винила его… Хотя такой исход был несколько невыносим, ​​это был и лучший финал. Вытерев слезы, умывшись и убедившись, что на ее лице нет никаких признаков патологии, Кристин Куинн вышла из туалета с легкой улыбкой. Скайлер Джонс все еще находился в комнате, держа в руке телефон. Кристин Куинн была ошеломлена. Скайлер Джонс спокойно поднялся с дивана, подошел к ней и мягко сказал: «Ты не слышала в туалете, поэтому я ответил за тебя… Это был звонок из больницы, врач спросил, решила ли ты, делать ли аборт?» Кристин Куинн была ошеломлена, ее лицо побледнело, она долго молчала и сказала: «Простите, в прошлый раз в больнице я не избавилась от ребенка… Я солгала вам». Скайлер Джонс пристально посмотрел на Кристин Куинн и хриплым голосом произнес: «Так если бы я не пришел к вам сегодня, вы бы пошли на прием для аборта?» Кристин Куинн разочарованно сказала: «Вы и так не хотели этого ребенка, так какая разница, если я сделаю аборт?» «Я не хочу этого ребенка, потому что твой организм этого не выдержит!» Скайлер Джонс был явно зол, но сдержал голос, не желая быть с ней резким. Кристин Куинн отвернулась и посмотрела боком на Скайлера Джонса. Глаза ее горели, но она продолжала убеждать себя, что не может плакать, с трудом широко раскрыв глаза, и хрипло произнесла: «Мое тело это выдержит, но ты все еще хочешь этого ребенка?» Скайлер Джонс не расслышал, что сказала Кристин Куинн, и спросил: «Что вы говорите?» Кристин Куинн покачала головой, глубоко вздохнула, сохраняя спокойный тон: «Ничего… На самом деле я тогда и не планировала избавляться от ребенка, но боялась, что вы будете настаивать, поэтому я вступила в сговор с врачом, чтобы обмануть вас…» «Почему ты мне не доверяешь?» — внезапно спросила Скайлер Джонс. "Что?" Величественная фигура Скайлер Джонс повернулась лицом к Кристин Куинн и спросила: «Когда другие говорили тебе, что у меня были неоднозначные отношения с другими женщинами, почему ты не доверяла нашим отношениям?» Его вопросы немного оскорбили её, и слёзы невольно навернулись ей на глаза. Зрение было настолько размытым, что она не могла его четко разглядеть… Она выдавила из себя: «Когда ты был в командировке в городе Y, я случайно услышала, как мама упомянула, что Дженнифер Дуглас сказала ей, что она не безответно влюблена в тебя, а получила от тебя ответную реакцию… В то время я не хотела в это верить, хотя ты и не вызвал у Дженнифер Дуглас никаких эмоций из-за этих фотографий, я всегда предпочитала верить тебе… Но в тот день в больнице, где делали аборт, я встретила Джонатана, он рассказал мне о том, что ты фотографировал и снимал для Дженнифер Дуглас… Признаюсь, я не из тех, кто щедр, но, услышав это, я больше не могла оставаться спокойной, поэтому я тайно расследовала эти дела, и все они действительно были связаны с тобой, хотя я и не ожидала, что все это дело рук Джастина Уолтера, он делал это не для тебя…» «У вас было предостаточно возможностей спросить меня». Голос Скайлера Джонса был крайне хриплым. ---------- Главы 969–498: Дополнительная история: Я пришел забрать тебя домой_2 Кристин Куинн пристально смотрела на Скайлер Джонс, ее голос становился все хриплее: «У меня не хватает смелости спросить тебя… потому что я не хочу слышать, как ты признаешься, что тебе нравится другая женщина». «Значит, ты ушла одна, бросив ребенка и игнорируя все?» Кристин рыдала, вытирая слезы с щек и яростно качая головой: «Я не игнорировала все происходящее… Я просто хотела побыть одна, потому что в тот момент я действительно не могла смотреть тебе в глаза, и я знала, что мама и Бекка хорошо позаботятся о Мари…» Скайлер Джонс больше не произнес ни слова, но его суровое выражение лица источало ощущение надвигающейся опасности. Атмосфера стала тяжелой, как свинец. Кристин не смела поднять глаза, чтобы посмотреть на него, чувствуя холод в его взгляде. Как раз в тот момент, когда атмосфера замерла, раздался стук в дверь. Было очевидно, что адвокат, которого пригласил Скайлер Джонс, находится здесь. Кристин шмыгнула носом, вытирая слезы с уголков глаз и щек, пытаясь выглядеть такой же сильной, как и прежде. Скайлер Джонс перевел взгляд, подошел к двери и открыл ее. И действительно, пришел именно адвокат. «Мистер Джонс». Скайлер Джонс слегка кивнула, почти ничего не сказав адвокату. Адвокат вошел в комнату, тихо сел на край дивана и молча ждал. Когда Скайлер Джонс вернулась к Кристин, та уже пришла в себя. Она выглядела совершенно нормально, за исключением легкого покраснения вокруг глаз и носа, выдававшего ее недавнюю печаль. «Адвокат здесь… тогда начнём!» Кристин взяла инициативу в свои руки и собиралась подойти к дивану. Однако, как только она обернулась, Скайлер Джонс внезапно протянула руку, чтобы схватить ее. Тело Кристин напряглось, она почувствовала его знакомую, властную силу, а в носу покалало от горечи. Сзади раздался мягкий голос Скайлер Джонс: «Не принимай все ошибки на себя; многое из того, что я сделала недостаточно хорошо, я не сделала». Эти слова казались утешительными, но больше походили на прощание… Кристин закрыла глаза от боли, а когда наконец взяла себя в руки, медленно открыла их снова. Она больше не стала с ним разговаривать, тихонько отошла и направилась к адвокату. Скайлер Джонс молча стояла на месте, больше не останавливая Кристин. Сделав несколько шагов, Кристина внезапно остановилась, словно ей хотелось сказать ему что-то еще. Она прохрипела: «Оверски, я также хочу кое-что с тобой прояснить…» Скайлер Джонс внимательно слушала. Кристин безучастно смотрела перед собой и тихо произнесла: «Я понимаю, что ваши отношения с Джастином Уолтером — это отношения господина и слуги, но скорее как братьев… поэтому, если бы вы с самого начала сказали мне, что хотите защитить Джастина Уолтера, я бы поддержала вас без колебаний… Но вы меня не поняли; вы думали, что я обязательно буду добиваться Дженнифер Дуглас из вредности, потому что вы уже решили, что я ограниченная, импульсивная женщина… Я знаю, что сейчас нет смысла вам это говорить, но я все же хочу сказать, что даже если время может изменить человека, его сущность не меняется; хотя время сделало меня менее наивной, чем прежде, я никогда не была эгоисткой». Сказав это, Кристин уже безудержно рыдала. "Кристин…" Его голос был хриплым, казалось, он винил себя за то, что причинил ей столько горя и боли. Но Кристин не позволила ему сказать ни одного утешительного слова, вместо этого поспешно вытерла с лица упрямые слезы с улыбкой и сказала: «Хорошо… мы сказали все, что хотели, давайте перейдем к делу!» Сказав это, Кристин, не обращая внимания на два испепеляющих взгляда, направленных на нее сзади, направилась прямо к дивану и села. Впоследствии Скайлер Джонс тоже села на диван. Адвокат сказал: «Мистер Джонс, миссис Джонс, соглашение готово… как только вы оба подпишете соглашение, оно вступит в силу». Кристин, разглядывая лежащий перед ней документ, с затуманенным зрением почувствовала сильную боль в сердце. Она вспомнила тот момент на Эгейском море, когда он поклялся, что никогда больше ее не покинет, но всего за несколько месяцев эта клятва осталась в прошлом… Адвокат с уважением передал Кристине соглашение, сказав: «Миссис Джонс, вам нужно лишь подписать его в правом нижнем углу». Заплаканные глаза Кристин не могли ясно разглядеть содержание соглашения… Но ей не нужно было смотреть, потому что она знала, что после развода единственным спорным вопросом останется ребенок, но ребенок уже вырос, и они смогут позволить ему самому сделать выбор. «Мистер Джонс, пожалуйста, подпишите», — снова обратился адвокат к Скайлеру Джонсу. Скайлер Джонс несколько секунд молчал, а затем внезапно схватил ручку и без колебаний подписал соглашение. Краем глаза Кристин увидела, как Скайлер Джонс без труда подписывает соглашение, и ее сердце наполнилось горечью и дискомфортом. Он разве не колебался? Тринадцать лет любви, больше года примирения — всё это вот-вот должно было раствориться в воздухе… Он совсем не скучал по этому? Несмотря на эти мысли, Кристин не позволила себе проявить слабость перед ним, глубоко вздохнула, чтобы подавить горечь в горле, взяла ручку и подписала соглашение, словно безжизненное тело. Адвокат убрал соглашение и молча отошел в сторону, ожидая, пока Скайлер Джонс уйдет. Кристин медленно поднялась, вытирая неудержимо льющиеся слезы, и спокойно сказала Скайлер Джонс: «Я немного устала, хочу отдохнуть… Я не буду тебя провожать». Скайлер Джонс посмотрела на неё, но ничего не сказала. Кристин повернулась к нему спиной, молча ожидая, когда он уйдет. Сначала она услышала шаги уходящего адвоката, и сердце у нее уже сжалось от отчаяния… Она знала, что в следующую секунду он обернется и уйдет, и их отношения в этой жизни действительно подходили к концу… К сожалению, даже соглашение о разводе было подписано, и все было безнадежно испорчено. Затем Кристин услышала шаги, направляющиеся к двери. Она узнала его удаляющиеся шаги и, прикусив губу, сдержала крик отчаяния. В следующее мгновение послышался звук закрывающейся двери… Сердце сжалось от нежелания, глаза наполнились слезами, и она внезапно обернулась, но тут же застыла на месте от размытого видения происходящего. Она никак не ожидала, что в затуманенном поле зрения предстанет его высокая и стройная фигура… Он излучал ауру привлекательности и обаяния, стоя прямо перед ней в этот момент. ---------- Главы 970–499: Дополнительная история: Неожиданное начало и конец 1 Кристин Куинн выглядела немного неверящей; она поспешно вытерла слезы и устремила на него взгляд. В руке у него был только что подписанный ими договор, и он смотрел на нее нежными глазами. Кристин была ошеломлена: «Ты, ты… не собираешься уходить?» Скайлер Джонс отложил подписанное соглашение, его голос охрип от нежной боли: «Моя жена здесь, куда же мне еще идти?» Его слова внезапно повергли её в оцепенение, она потеряла способность мыслить. Она понятия не имела, как он оказался перед ней, зная лишь, что, когда пришла в себя, он стоял перед ней и смотрел на нее с нежной, изящной любовью. Кристина растерялась: "Ты…" «Я забыл, у нас еще остались „долги“». «Долги?» — Кристина была озадачена. — «Вы говорите о моей беременности?» Скайлер кивнула. Кристин быстро добавила: «Я найду время, чтобы съездить в больницу и заняться этим…» "Вы уверены, что сделаете это?" "Я… я сделаю это." Она запнулась, явно лгая. Раньше она не хотела отпускать ребенка, когда его нельзя было оставить; теперь, когда это возможно, как она могла так жестоко отнять эту маленькую жизнь? «Ты лжешь». Услышав упрямый тон Скайлера, Кристина пришла в ярость: «Тогда чего ты хочешь? Сопроводить меня в больницу, чтобы я там этим занялась? Боишься, что после развода я буду цепляться за тебя без остатка? Можешь быть уверен, что нет; я не такой человек!» Ее гнев сделал ее тон враждебным, а слезы, хлынувшие из глаз, были единственным признаком ее душевной боли. «Хорошо, давай забудем про этот „долг“…» — его тон был легким, но внезапно стал обвинительным. — «Тогда как же все эти годы, что я тосковал по тебе, был верен тебе, заботился о тебе, даже был так увлечен тобой, что не мог смотреть на других женщин? Не следует ли нам погасить этот „долг“?» "Эй…" Его слова ещё больше огорчили Кристин, слёзы потекли ещё быстрее. "Как ты можешь так ко мне относиться? Я ещё не просила у тебя компенсации…" Во время разговора Кристин внезапно остановилась, ошеломленная. Подождите, что он имеет в виду? Высокая фигура Скайлер внезапно нависла над ней, нежно обняв ее дрожащие плечи и пристально глядя на нее: «И я уже привык обнимать тебя перед сном каждую ночь. Без тебя в моих объятиях я не могу уснуть. Не должна ли ты компенсировать мне и это?» Кристин была совершенно озадачена словами Скайлера: «Что ты говоришь… Я…» Скайлер тихо вздохнул, притянул Кристин к себе и крепко обнял. «Теперь я без тебя не могу обойтись, так что же мне делать?» «Оверски, ты…» Кристина растерянно покачала головой: «Ты…» Скайлер нежно поцеловал заплаканные глаза Кристин, его нежные чувства отразились в дрожащих руках и пылающем взгляде: «Я хочу, чтобы ты осталась рядом со мной и отплатила мне счастьем на всю жизнь». «Не говори так, мы уже в разводе…» Кристин изо всех сил пыталась вырваться из объятий Скайлер. Однако Скайлер крепко держала её, не оставляя ей ни единого шанса на побег, а затем освободила одну руку, чтобы достать только что подписанное ими соглашение о «разводе». Кристина была ошеломлена, получив соглашение о «разводе». Низкий, нежный голос Скайлер эхом разнесся в ухе Кристин: «Глупышка, ты даже не читала условия соглашения, когда подписывала его. А вдруг тебя продадут?» Кристина обиженно ответила: «Вы бы меня не продали…» «А что, если я напишу там, что ты будешь мне должен десять миллиардов, если мы разведемся?» Кристина вдруг встревожилась: «Ты ведь на самом деле этого не писала?» Скайлер усмехнулась: «Почему бы тебе не взглянуть?» Кристин быстро открыла соглашение, ее ресницы слегка дрожали, когда ее заплаканные глаза пробежались по словам, и увиденное заставило ее тело сильно задрожать, заставив ее долгое время стоять неподвижно. В соглашении были четко напечатаны следующие слова: Дополнительное соглашение между Скайлером Джонсом и Кристин Куинн как мужем и женой. Сторона А: Скайлер Джонс (муж). Сторона Б: Кристин Куинн (жена). После обсуждения между Стороной А и Стороной Б было достигнуто следующее соглашение: Исходя из того, что Сторона А слишком много должна Стороне Б, Сторона А будет безоговорочно баловать Сторону Б в будущем… Все будущие условия, предложенные Стороной Б, должны быть согласованы Стороной А, и если Сторона А этого не сделает, все имущество и дети будут переданы Стороне Б. (Примечание: Развод, предложенный Стороной Б, не входит в число условий, предусматривающих предоставление льгот). ---------- Главы 971–499: Дополнительная история: Неожиданное начало и конец 1_2 Кроме того, отныне и муж, и жена должны безоговорочно доверять друг другу, никогда больше не раздумывать и не делать необдуманных предположений. Если одна из сторон нарушит это правило, другая сторона примет на себя «жестокое» наказание. Прочитав дополнительные пункты соглашения, Кристин Куинн долго стояла, не в силах прийти в себя. Слезы в глазах Кристин уже высохли; она недоверчиво смотрела на Скайлер Джонс. В глазах Оверски вспыхнул яркий, пылающий свет. Он обхватил её руки своими и крепко сжал их. «Я узнал, что ты хочешь свести счёты между нами, но понял, что как бы я ни старался, у меня ничего не получится… Так что забудь о счётах. То, что ты мне должна, ты можешь отплатить мне всей своей жизнью, отдав себя мне». Глаза Кристины снова расширились; она смотрела на него с полным недоверием. Столкнувшись с таким внезапным и полным разворотом событий, она даже не успела среагировать! Что он только что сказал? Он имел в виду, что они собираются продолжить отношения вместе? "Ты…" «Да, я давно решила держаться за тебя. Ты забыла?» Она смотрела на него, из её глаз хлынули рыдания. Она устремила взгляд на его красивое лицо и увидела в его глазах любовь и нежность. Она так сильно его любила. Если бы она действительно потеряла его, насколько отчаянной и мучительной она бы стала. Он был ей так нужен… «Значит, ты пришла сегодня не подписывать со мной документы о разводе, а…» Он тихонько усмехнулся, поглаживая её длинные волосы. «Я пришёл отвезти тебя домой, детка». Кристин безучастно смотрела на привлекательное лицо Оверски, все еще не в силах поверить в эту внезапную перемену. Оверски нежно обнял Кристин и большой, тёплой рукой ласково погладил её тонкую спину. «Поскольку это было недоразумение, нам просто нужно всё прояснить… После всего, что мы пережили, в предстоящие дни мы будем ценить друг друга ещё больше». Прижавшись к теплой, крепкой груди Оверски, Кристин совсем не хотела отпускать его… Однако необъяснимая щемящая боль в сердце постепенно заставила её оттолкнуть его. Он немного удивился, что она оттолкнула его, и нахмурился, глядя на нее. Кристин опустила голову, сглотнула ком в горле и заговорила с ним серьезным тоном: «Оверски, ты действительно все обдумал?» "Кристин…" Оверски протянул руку, желая обнять Кристин, но она отступила назад. Кристин увеличила расстояние между собой и Оверски. Ее покрасневшие глаза печально смотрели на него. «Ты уверен, что все еще хочешь идти по этой дороге со мной?» "Конечно!" «Но мы всё равно столкнёмся с огромным количеством проблем…» «Мы можем решить любую проблему», — пообещала компания Oversky. «Но Оверски, ты когда-нибудь задумывался… что после того, как мы снова будем вместе, по-настоящему счастливых дней будет немного? Большую часть времени мы будем чувствовать лишь усталость». Слова Кристин заставили Оверски на мгновение замереть. Кристин повернулась к нему спиной, больше не глядя на Оверски, и заговорила сама: «Оверски… после того, как ты снова сошёлся со мной, многие твои чувства изменились… Как ты и говорил мне раньше: я больше не чистая, больше не добрая. Я глубокая, я строю козни. Я совершенно другая, чем была в семнадцать лет…» Оверскай тихо вздохнул. «Кристин, признаю, ты сильно изменилась с семнадцати лет… Но с годами изменилась не только ты. Я тоже. Мне не стоило так однозначно винить тебя в этих изменениях. Прости, что я был таким незрелым тогда… Я прожил так долго, и эмоции всегда были моей самой слабой стороной». Кристин покачала головой. «Я тебя очень хорошо знаю… На самом деле, с самого начала, когда мы только начали ладить, ты уже понял, что быть со мной не так счастливо, как ты себе представлял. Ты докопался до сути и, наконец, понял, что с течением времени мы оба сильно изменились… Хотя мы по-прежнему глубоко любили друг друга, когда были вместе, мы больше не могли найти того чувства, которое испытывали раньше». «Кристин, мои чувства к тебе не изменились…» — хрипло признался Оверски. «Ты не изменилась… но ты также должна признать, что не испытываешь особых чувств к той Кристин Куинн, которая стоит перед тобой сейчас». Слова Кристин в очередной раз ошеломили Оверски. Кристин медленно повернулась лицом к серьезному лицу Оверски и хрипло произнесла: «Оверски, давай просто отпустим друг друга…» Оверски покачал головой. Кристин сквозь щемящую боль в груди произнесла: «Пожалуйста, не оставайся со мной больше только из чувства ответственности…» Выражение лица Оверски становилось все мрачнее и мрачнее; его взгляд, устремленный на нее, был глубоким и затененным. Встретившись взглядом с его угольно-черными, глубокими, как пруд, глазами, Кристин медленно произнесла: «Хотя я неправильно поняла ваши отношения с Дженнифер Дуглас, женская интуиция не ошибается… Вы всегда надеялись найти во мне то старое чувство, что было тогда. Но еще в самом начале наших отношений вы поняли, что я, стоящая перед вами, уже не та девушка, которая вам нравилась тогда, и что вы никогда не сможете вернуть то прекрасное чувство из тех дней… Но вы очень ответственный человек. Будь то Мари или все страдания, которые я пережила ради вас за эти годы, вы прекрасно понимаете, что обязаны мне. Вы не можете бросить меня, потому что все несчастья в моей жизни исходят от вас, и ваша семья и друзья тоже не позволят вам меня бросить». «Почему ты так думаешь?» Оверски попытался подойти к Кристин, но она уже отступила назад, держась от него на расстоянии. Кристин продолжала качать головой и отступать, пока не прижалась всем телом к ​​стене. «Оверски, умоляю тебя, не жалей меня, не притворяйся, что глубоко любишь меня такой, какая я есть сейчас, и не притворяйся, что очень счастлив быть со мной… Я знаю, ты делаешь все это ради меня, но знаешь ли ты, что пока я притворяюсь, что наслаждаюсь твоей заботой, на самом деле я тоже не живу счастливо…» Оверски наконец остановился. Тяжесть на его лице выдавала нарастающую тревогу. Кристин безучастно смотрела на Оверски и сквозь боль в сердце произнесла: «Иди и ищи своего собственного счастья… Не трать больше на меня время. Я никогда не винила тебя в прошлом и никогда не просила тебя брать на себя ответственность. Все, что я делала, я делала для тебя от всего сердца. Тебе действительно не нужно чувствовать себя виноватой передо мной». «С этого момента мы можем вместе противостоять всем нашим проблемам и решать их…» Голос Оверски был хриплым. Он признался… Наконец-то он признался. То, что любовь и нежность, которые он ей дарил, на самом деле были скорее проявлением ответственности. В этой жизни он ни за что не смог бы плохо с ней поступить. Он был именно таким преданным и верным человеком. Ее сердце болело так, словно его разрезали ножом… Кристина чуть не потеряла дар речи, но всё же повернулась к нему, сохраняя максимально сильную решимость. «Если бы мы действительно умели решать проблемы вместе, у нас бы и так не было столько споров…» ---------- Главы 972–500: Дополнительная история: Неожиданное начало и конец 2 «Это всего лишь период адаптации, в будущем мы будем ладить более гармонично…» «Перестань себя обманывать!!» Наконец, потекли слезы. С тех пор, как она снова сошлась с ним, она всегда была такой бесполезной, плакала из-за малейшей мелочи. «Ты меня больше не любишь, Оверски». Она прикусила губу, с болью произнося правду. С того самого момента, как он впервые сказал ей: «Ты изменилась, ты уже не та Кристин Куинн, что прежде», она сразу почувствовала, что его любовь к ней теперь ослабла… Но она всегда не хотела в этом признаваться, потому что боялась потерять его. Однако, после более чем месяца раздумий, она наконец поняла… Принуждение не принесет счастья, вся ее осторожность, избегание и отказ признать это были всего лишь самообманом. Истинные, искренние чувства свободны от всякой примеси… Как и та любовь, которая была у них более десяти лет назад, когда они так доверяли друг другу, полностью понимали сердца друг друга, без каких-либо споров или трений, даже если они и возникали, то это были приятные разногласия, никогда не бывавшие такими изнурительными… Честно говоря, устал не только он, но и она. Скайлер Джонс молча слушала объяснение Кристин Куинн. «Оверски, на самом деле, с тех пор как фотографии меня и Джонатана Гибсона стали достоянием общественности, ты намеревался развестись со мной, но здравый смысл взял верх над эмоциями, и в конце концов ты решил прислушаться к словам миссис Джеффри, совершив со мной поступок, который длился всю жизнь… Не отрицай, что твое решение остаться со мной связано с разговором миссис Джеффри с тобой в тот вечер, потому что любовь нельзя подделать…» Скайлер Джонс больше ничего не сказала, молчаливо подтвердив сказанное. В этот момент Кристин Куинн медленно подошла к Скайлеру Джонсу, с трудом сдерживая слезы, и спросила: «Можно я воспользуюсь вашим телефоном на минутку?» После секундной паузы Скайлер Джонс все же передал телефон. Взяв телефон, Кристин Куинн открыла сообщения внутри. Как она и ожидала, телефон был полон сообщений от миссис Джеффри и Ребекки Квентин. Она наугад открыла одну из открыток, подаренных миссис Джеффри. Оверскай, забери Кристин, это всего лишь недоразумение, вызвавшее небольшую проблему, не стоит на нее злиться. Кристин Куинн открыла еще одну, также от миссис Джеффри. Оверскай, что бы ты ни думал, ты не можешь бросить Кристин… Она столько всего пережила ради тебя, ты не можешь подвести её всю свою жизнь. Прочитав это сообщение, Кристин Куинн почувствовала резкую боль в носу, а затем открыла сообщение, которое Ребекка Квентин отправила Скайлер Джонс. По стечению обстоятельств, она открыла важное сообщение. Зять, я уже придумал способ успокоить мою сестру… Если ты сейчас безрассудно пойдешь искать мою сестру, она точно не обратит на тебя внимания, потому что будет злиться из-за того, что ты пропал больше месяца. Но если ты сделаешь, как я говорю, я гарантирую, что моя сестра тебя простит. А именно: найди юриста, чтобы он составил дополнительное соглашение о браке, я уже продумал для тебя его содержание… Прочитав сообщение, Кристин Куинн поднесла подсвеченный экран к Скайлеру Джонсу и хрипло произнесла: «Я угадала…» Скайлер Джонс не смотрела на телефон, а вместо этого подошла к окну от пола до потолка в комнате. Время словно остановилось. Кристин Куинн крепко прикусила губу, не давая вырваться наружу рыданиям. Затуманенные слезами глаза смотрели на высокую спину Скайлера Джонса, и на сердце у нее стояла горькая боль. Скайлер Джонс спокойно наблюдала за шумным городом за окном и тихо произнесла: «Кристин… что касается Дженнифер Дуглас, я никогда по-настоящему не испытывал к ней сильных эмоций, но должна признать, что с тобой я больше не чувствую тех же волнений, что раньше». Кристин Куинн прикрыла рот рукой, отказываясь сейчас проявлять слабость перед ним. Словно боясь встретиться лицом к лицу с Кристин Куинн, Скайлер Джонс тихо продолжила: «Я не знаю точно, что заставило меня потерять это чувство, может быть, время изменило что-то или что-то еще, но после того, как я притворилась парализованной и вернула тебя к себе, наше общение заставило меня все больше осознавать, что мы утратили то взаимопонимание, которое было тогда, ты даже казалась мне чем-то незнакомым… Иногда я даже задаюсь вопросом, осталась ли Кристин Куинн, лежащая рядом со мной, той самой, которая тогда тронула мое сердце?» Она знала, что всё, что она сейчас слышит, — это его истинные чувства… Он наконец признался ей в своих истинных чувствах… «Кристин, я не могу от тебя спрятаться… Мое доверие к тебе не так велико, как я себе представлял. Например, когда появились эти неоднозначные фотографии тебя и Джонатана Гибсона, я очень разозлился, потому что тогда я действительно поверил в это, я подумал, что ты снова меня «предала»…» ---------- Главы 973–500: Дополнительная история: Неожиданное начало и конец 2_2 «Я никогда тебя не предавала. Мы с Джонатаном были чисты и невиновны от начала до конца…» "Я знаю…" Голос Кристин Куинн был немного хриплым. «Я никогда ни с кем не делала ничего такого, что могло бы тебя подвести». Скайлер Джонс внезапно спросила: «Знаете, почему за несколько дней до того, как разразился тот фотоскандал, у меня возник конфликт с Говардом Джеффри?» Кристин растерянно покачала головой. Она вспомнила, что тогда Скайлер и Говард поссорились, и это всех до смерти напугало… «Потому что то, как Говард заботился о тебе, вызывало у меня ревность. Я даже подозревал, что твои отношения с ним раньше были не такими уж невинными…» Кристин поспешила объяснить: «Это было недоразумение… Говард сказал мне, что тогда все эти интимные действия с моей стороны были вызваны тем, что он знал, что ты за нами наблюдаешь. Он хотел заставить тебя признать, что ты заботишься обо мне… В то время он не знал, что тобой управляет М». Она внезапно поняла, почему он в тот день "потерял контроль над собой, как зверь" — значит, всё дело было в этом… Неудивительно, что в тот день, как бы она ни сопротивлялась, он продолжал издеваться над ней, словно наказывая ее… В глазах Кристин навернулись горькие, полные боли слезы. Она глубоко вздохнула и вытерла слезы с щек. «Значит, после того как мы снова сошлись, твое доверие ко мне уже исчезло, и ты больше не испытывал ко мне прежней страсти». Скайлер обернулась и посмотрела на нее темными, глубокими глазами. На лице Кристины все еще оставались следы слез, но выражение ее лица оставалось таким же решительным. Она никогда не привыкла показывать свою слабость перед другими; сейчас она этого делать не будет, и тем более в будущем. Скайлер шаг за шагом приближался к Кристин… В комнате было так тихо, что слышались только его шаги. Наконец, он подошел к ней и пристально посмотрел на нее. «Кристин, хотя между нами еще много проблем, я не хочу, чтобы мы расстались вот так. Я твердо верю, что все эти проблемы разрешатся сами собой в будущем… Поехали со мной в Париж. Мы устроим свадьбу, о которой всегда мечтали, дадим нашим отношениям восстановиться и начнем все заново». Кристин посмотрела на Скайлер. Этот мужчина стоит перед ней, кажется, так близко, но в то же время так далеко. Лишь в этот момент она поняла, что его мышление на самом деле очень зрелое. Именно потому, что он так глубоко размышлял, он постоянно выбирал ответственность, снова и снова терпел её. Он был хорошим человеком — просто больше не принадлежал ей. «Я не поеду с тобой в Париж, поэтому свадьбы не будет». Кристин посмотрела на Скайлер, ее тон был одновременно горьким и твердым. «Пожалуйста, позволь мне сделать выбор самой хотя бы раз». Скайлер опустил глаза и посмотрел на Кристин. «Когда я говорю, что свадьбы не будет, я имею в виду, что наш брак тоже закончится». Кристин затаила дыхание и заставила себя произнести это четко. Между ними внезапно воцарилась долгая тишина. «Я знаю, ты почувствуешь себя виноватым и останешься в долгу передо мной», — первой нарушила молчание Кристин. «Но я действительно долго об этом думала. Мы больше не подходим друг другу. Любовь давно нас покинула. Если мы будем заставлять себя оставаться вместе, единственное, что будет между нами, — это семейная привязанность; никакой любви между влюбленными и речи не будет… Думаю, если я сейчас устрою с тобой свадьбу, в будущем мы оба будем жалеть друг о друге…» Скайлер перебил ее, его лицо было холодным и суровым. «Это всего лишь твои несбыточные мечты, Кристин. Я всегда верил, что мы можем начать все сначала… Я не весь этот месяц колебался, стоит ли продолжать отношения с тобой. Я думал о том, как нам следует ладить в будущем, чтобы все шло лучше. Мы уже разрешили тринадцать лет недоразумений — какая проблема осталась, которую мы не можем решить?» Всё, что вы видите в реальном мире, можно решить. Но как решить проблему, когда она кроется в сердце? Она больше не вызывала у него никаких чувств — как он мог заставить себя провести с ней всю свою жизнь? Кристина подумала об этом с кислым оттенком, но не высказала своих мыслей. «Не стоит слишком много об этом думать…» — Скайлер пристально посмотрела на Кристин и спокойно сказала: «Мы проведем свадьбу, как и планировалось». Даже после того, как он закончил говорить, сердце Кристин все еще болело, словно его пронзили ножом. Он совершенно её не понимал… Он думал, что, оставаясь рядом с ней, он оказывает ей наилучшую компенсацию. Но он не знал, что то, чего она хотела, никогда не было компенсацией — это было просто сердце, которое глубоко любило её. «Ты слышала, что я сказала?» — спросила Скайлер, глядя в пустой взгляд Кристин. Кристин ответила: «Я вас слышала, но не согласна с вашим решением». Она пробормотала: «Вы думаете, что хорошо ко мне относитесь, но совершенно не учли мои чувства». Скайлер молча смотрела на неё. «Я тронута тем, что ты для меня делаешь, но любви не нужны жалость или сочувствие». Кристин подняла на него глаза. «Ты действительно думаешь, что сможешь играть всю мою жизнь и не устать?» Скайлер молчал, выражение его лица становилось все мрачнее и мрачнее. Кристин продолжила: «Нежность и сочувствие — это две разные вещи, и мне сочувствие не нужно». "Кристин…" «Иди… Пусть адвокат составит соглашение о разводе». Кристин опустила глаза и сказала с унынием. «Почему ты так настаиваешь?» — в голосе Скайлер звучало беспомощность. «Потому что любовь уже прошла, и у нас с тобой больше нет выбора». Кристин выдавила эти слова из себя, несмотря на боль в сердце. Скайлер больше ничего не сказала, лишь молча смотрела на Кристин. Они снова замолчали. Спустя долгое время Скайлер тихо сказала Кристин: «Я всё ещё надеюсь, что ты хорошенько всё обдумаешь…» В гостиничном номере осталась только Кристин. Скайлер уже ушёл, но в воздухе всё ещё оставался слабый след его присутствия. Кристин сидела у изголовья кровати, поджав колени, и безучастно смотрела на красное бриллиантовое кольцо на левой руке. Внезапно она протянула руку и осторожно попыталась снять кольцо. Но кольцо было словно вставлено ей в безымянный палец; оно никак не снималось. Поэтому она встала с постели и пошла в ванную. Она вымыла руки водой и, после немалых усилий, наконец-то сняла кольцо. Глядя на кольцо, сверкающее на свету, Кристин почувствовала укол в носу. Она поняла, что снова проявляет слабость, поэтому сделала несколько глубоких вдохов подряд, подавила боль в груди, затем взяла кольцо и вышла из ванной. Она нашла в комнате подходящую коробочку и положила кольцо внутрь. Подойдя к окну, она увидела, что машина Скайлер все еще припаркована внизу, перед отелем. Во Франции был филиал "Оверского", поэтому ему было очень удобно заходить и выходить. ---------- Главы 974–501: Дополнительная история: Неожиданное начало и конец 3 Он беспокоится о ней? Поэтому он до сих пор не уехал? Ей не нужно, чтобы он волновался. Она пережила и более трудные времена и давно научилась быть сильной. В темном вагоне Скайлер Джонс устало прислонилась к спинке сиденья. Водитель уважительно спросил Скайлера Джонса: «Мистер Джонс, не хотели бы вы вернуться в отель, чтобы немного отдохнуть?» «Нет, я останусь здесь на некоторое время». "Хорошо." За тихим вагоном-рестораном по улице непрерывно двигались транспорт и пешеходы. Скайлер Джонс посмотрела в сторону окна. Ночной Лион обладал неповторимым французским романтическим очарованием, но он заставлял тех, кто был одинок, чувствовать себя еще более одинокими. Кристин Куинн тихонько прислонилась к изголовью кровати, чувствуя себя уже не так неуютно, как раньше. Ее разум был пуст; она не хотела думать ни о настоящем, ни о будущем, ей хотелось просто спокойно остаться здесь. Внезапный стук прервал мысли Кристин Куинн. Предположив, что это сотрудники отеля, Кристин Куинн встала, чтобы открыть дверь… Она чувствовала себя подавленной, но замерла в тот момент, когда открыла дверь. "Ты…" Это был Скайлер Джонс. В конце концов, он никуда не уехал. Скайлер Джонс спокойно посмотрел на Кристин Куинн, слегка приоткрыв тонкие губы: «Уже слишком поздно искать другой отель; я хочу остаться здесь на ночь с тобой. Ты не против?» Слишком поздно? Отели в Лионе должны работать круглосуточно, верно? Его доводы были несколько надуманными. Однако она не стала его осуждать. Она распахнула дверь шире, впуская его. Скайлер Джонс снял пиджак, ослабил галстук и сел на диван. Кристин Куинн стояла неподалеку и вдруг сказала: «Вы боитесь, что я буду слишком много думать в одиночестве?» Скайлер Джонс встала и подошла к Кристин Куинн: «Я волнуюсь за тебя, но я также не знаю, куда мне идти одной». Кристин Куинн кивнула, ничего не говоря. Возможно, предыдущая тема сделала их общение неловким, поэтому Кристин Куинн нарушила молчание: «Хотите что-нибудь выпить?» Скайлер Джонс ответил: «Я сам это возьму». «Ладно, я иду спать. Можете пользоваться, если вам что-нибудь понадобится». "Хорошо." Кристин Куинн повернулась и направилась к большой кровати в спальне. Скайлер Джонс спокойно наблюдала за спиной Кристин Куинн, пока та не легла в постель и не накрылась одеялом. Не желая беспокоить Кристин Куинн, Скайлер Джонс приглушила свет в комнате и села одна на диван. Кристин Куинн на самом деле не хотела спать. Чтобы избежать неловкости, она придумала такое оправдание. Медленно она открыла глаза. Приглушенный свет позволил ей увидеть, как он курит на диване. По какой-то причине в этот момент ей показалось, что и у него плохое настроение. На следующий день. Когда Кристин Куинн проснулась, комната уже была залита светом. Скайлер Джонс спал на диване, его высокое тело было тесновато на слишком коротком диване, и казалось, что он спит беспокойно. Кристин Куинн принесла из комнаты одеяло, аккуратно укрыла его и направилась в ванную, чтобы освежиться. Когда Кристин Куинн вышла из кухни, она увидела, что Скайлер Джонс, лежавшая на диване, больше не там. Она поставила свежеприготовленный фруктовый салат на обеденный стол и, нахмурившись, стала осматриваться. В следующее мгновение из ванной вышла Скайлер Джонс. Он выглядел отдохнувшим, было очевидно, что он только что умылся. Кристин Куинн мягко улыбнулась ему: «Ты проснулся…» «Да». Пока он говорил, Скайлер Джонс вывернул шею. Увидев движения Скайлер Джонс, Кристин Куинн с беспокойством спросила: «Вы потянули шею?» Скайлер Джонс кивнула: «Плохо спала прошлой ночью; возможно, что-то перепутала». «Диван слишком короткий для сна; вы могли бы прийти в постель. Я имею в виду, что кровать в отеле достаточно большая, чтобы мы могли спать на противоположных концах, не мешая друг другу», — быстро объяснила Кристин Куинн, поняв, что ее слова могли быть неправильно истолкованы. Скайлер Джонс ничего не сказала, лишь спросила: «Ты так рано встала?» Кристин Куинн ответила с улыбкой: «В отеле не так уж много всего, но я увидела в холодильнике фрукты и заправку для салата, поэтому приготовила фруктовый салат. Хотите присоединиться ко мне?» "Конечно!" Затем Кристин Куинн разделила фруктовый салат на две порции и передала одну Скайлер Джонс, сидевшей напротив. Хотя приготовление фруктового салата не требует особых навыков, салат Кристин Куинн оказался лучшим из всех, что Скайлер Джонс когда-либо пробовала. В ресторане раздавался лишь едва слышный звон тарелок. Кристин Куинн выступила первой: «Я планирую вернуться в Нью-Йорк сегодня вечером». Скайлер Джонс отложил столовые приборы, его тон и выражение лица были серьезными: «Вы действительно не планируете свадьбу?» Кристин Куинн знала, что он искренне спрашивает её; сильное чувство ответственности мешало ему принять такую ​​реальность. «Если я уже приняла решение, мне не стоит легко от него отказываться…» — ответила Кристин Куинн. Взгляд Скайлера Джонса постепенно помрачнел, но он ничего не сказал. Днём Кристин Куинн отправилась за покупками в супермаркет в Лионе. Скайлер Джонс покинул квартиру еще с утра, но она не знала, куда он ушел. Купив подарки для детей и ингредиенты для сегодняшнего ужина, Кристин Куинн выкатила тележку из супермаркета. На кассе, как раз когда Кристин собиралась расплатиться, ее внезапно накрыла волна тошноты, и она выбежала из супермаркета, ее вырвало прямо на обочине дороги. Ее утренняя тошнота все еще была очень сильной… Поскольку утром она съела лишь немного салата, рвоты у нее было немного, но тошнота была сильнее обычного. "Как вы?" Неожиданно рядом с ней появилась Скайлер Джонс и нежно похлопала её по спине. Услышав его голос, Кристин заметно задрожала. Скайлер передала Кристин бутылку воды. Кристин взяла воду, прополоскала рот, затем посмотрела на Скайлер и спросила: «Что ты здесь делаешь?» «Я не видела тебя в отеле». «О, я зашла в супермаркет, чтобы купить кое-что». Скайлер мягко поддержала Кристин: «Ты плохо выглядишь». «После рвоты всегда так, ничего особенного». Скайлер серьёзно сказала: «Нет, я не могу отпустить тебя одну обратно в Нью-Йорк… Я поеду с тобой». «Не нужно, я уже купил билет». Скайлер нахмурилась: «Но ваше состояние не позволяет вам летать». Он беспокоился о ребенке у нее в животе? Какая же она глупость, несмотря на любовь, это все равно его ребенок, конечно, он заботится о нем. «Но я так долго был вдали от дома… Мари так давно меня не видела, она будет волноваться». «Я вернусь». "Хм?" "Раз ты не хочешь, чтобы я тебя принимал обратно, позволь мне вернуться…" Кристин была ошеломлена: «Как ты это объяснишь Мари?» Скайлер ответила: «Я могу её убедить, не волнуйся». Кристин долго молчала, наконец кивнув: «Хорошо… я подожду, пока мне станет лучше, прежде чем возвращаться». Честно говоря, последние пару дней она чувствовала себя неважно, возможно, из-за того, что плохо высыпалась. "Тогда я отвезу тебя обратно в отель…" «Подождите секунду…» "Неужели ты даже не позволишь мне отвезти тебя обратно в отель?" «Нет, я имею в виду, что у меня еще остались неоплаченные покупки на кассе… Я купила кое-что для детей, не могли бы вы забрать это домой?» "Хорошо… подожди меня здесь, я пойду заплачу." После того, как Скайлер дала указания Кристин, она вошла в супермаркет. Два дня спустя, в Нью-Йорке. В особняке Джеффри царила гнетущая атмосфера. Все смотрели на Скайлера, совершенно не ожидая, что он вернется в Нью-Йорк один. Миссис Джеффри с тревогой спросила: «Скайлер, почему ты не вернул Кристин?» «Да, зять, разве ты не использовал тот метод, которому я тебя научил?» «Что значит вернуться одному?» В ответ на вопросы миссис Джеффри и Бекки Квентин Скайлер ничего не ответила, лишь сказав: «Я объясню позже», после чего встала и покинула холл особняка. Миссис Джеффри и Бекка Квентин бросились за ним в погоню, готовые допросить Скайлер, но Говард Джеффри остановил их. Говард покачал головой, а затем сказал миссис Джеффри и Бекке: «Позвольте мне поговорить с ним». Только после этого миссис Джеффри и Бекка прекратили расспросы. Как только Скайлер вернулся в свою комнату, в дверь постучали. Догадавшись, кто это, Скайлер спокойно сказала: «Входите». Посетителем был Говард Джеффри. Он посмотрел на Скайлер с серьезным выражением лица: «Так что же значит, что ты не вернула Кристин?» Скайлер холодно ответила: «Мои дела не нуждаются в вашем вмешательстве». Увидев, как Скайлер снимает часы и готовится отдохнуть, Говард строго спросил: «Ты действительно оставляешь Кристин одну в Нью-Йорке?» «Она умеет о себе позаботиться». Более того, у него был человек, который тайно за ней присматривал. Говард внимательно заметил Скайлер: «Вы с Кристин пришли к какому-то решению?» Скайлер ослабил галстук и расстегнул две пуговицы на рубашке. "Развод." «Развод?» Услышав слова Скайлер, Говард широко раскрыл глаза от редкого для него удивления: «Ты хочешь развестись с Кристин?» «Это было обоюдное решение». «Ты что, с ума сошла?» — упрекнул Говард. — «Как ты могла так поступить с Кристин?» В этот момент Скайлер резко отбросил в сторону часы, которые держал в руках. Дорогие и качественные часы мгновенно разлетелись на куски. Скайлер свирепо посмотрела на Говарда: «Довольно… в вопросе между мной и Кристин нет места твоим комментариям!» Говард не был импульсивным человеком, поэтому он просто молчал. Скайлер подошел к шкафчику с алкоголем, налил себе стакан крепкого спиртного и, выпив его залпом, сердито возразил: «Не смей мне снова говорить, что я должен быть перед ней ответственным, с меня хватит!!!» Говард хранил молчание. Лицо Скайлера было спокойным, но гнев был очевиден. Когда эмоции Скайлер постепенно улеглись, Говард наконец заговорил: «Брат, когда мы с Беккой переживали самый тяжелый период в наших отношениях, я тоже был растерян и нерешителен, как и ты сейчас, сомневаясь, люблю ли я еще Бекку и хочу ли я продолжать с ней отношения… Но каждый раз, когда я сдавался, мое сердце не давало покоя, казалось, что весь мир опустел. Я верю, что если ты решишь разорвать эти отношения, единственным результатом будет — сожаление». «Я так устал, ужасно устал…» Скайлер поставил стакан, болезненно сжимая переносицу. «Это не та жизнь, которую я хочу прожить…» ---------- Глава 975-502: Дополнительно: Отпускание, улыбка, надежда на теплую весну 1 «Ты действительно думаешь, что несчастлив с Кристин?» «Я не чувствую себя несчастным… но часто спрашиваю себя: я с ней из-за семейных уз или из-за любви?» «Не стоит сомневаться в своей любви к Кристин». «Боюсь, у меня не получится, понимаешь?» — Скайлер Джонс прищурился, глядя прямо на Говарда Джеффри. — «Часто я не могу понять, по-настоящему ли я счастлив или просто притворяюсь… Боюсь, однажды меня разоблачат, я причиню ей боль, и мне станет еще хуже». «Брат, твоя любовь к Кристин определенно не ограничивается семейными узами…» «Я не знаю, я правда не знаю…» — Скайлер Джонс хотел взревести в своем смятении, — «Теперь Кристин уже не та Кристин Куинн, которой я когда-то был очарован…» «Если ты обвиняешь Кристин в том, что она тебе не доверяет и уходит из дома одна, я думаю, тебе следует ее понять, она…» Скайлер Джонс прервала Говарда Джеффри: «Дело не только в этом, есть много вещей из прошлого… Столько всего заставляет меня чувствовать, что продолжать с ней отношения будет только утомительно». Ребекка Квентин стояла за дверью и отчётливо слышала разговор между Скайлером Джонсом и Говардом Джеффри. Миссис Джеффри подошла и тихо спросила: «Как дела? Что Оверски сказал Говарду?» Ребекка Квентин была в оцепенении, и только услышав вопрос миссис Джеффри, она пришла в себя, сказав: «Зять сказал, что не знает, любит ли он еще мою сестру». "Что?" — миссис Джеффри широко раскрыла глаза от шока. «Она сказала, что моя сестра уже подняла с ним вопрос о разводе… Сейчас они рассматривают этот вариант». Возможно, это была судьба. На четвертый день после отъезда Скайлер Джонс у Кристин Куинн пошла кровь… Врач сказал ей, что ребенка спасти невозможно. Врач провел процедуру расширения и выскабливания и предложил ей остаться в больнице еще на несколько дней. Она предпочла не оставаться в больнице и ушла оттуда, словно ходячий труп. Выписавшись из больницы, она не проронила ни слезинки, но так и не поняла, как вернулась в отель. В этот момент она рассеянно сидела, прислонившись к изголовью кровати, рядом с ней стояла чашка с уже остывшей кипяченой водой. Она постоянно напоминала себе не плакать, в тридцать лет, как могут ее слезные железы все еще быть такими активными… Но слезы все равно неудержимо текли из ее глаз. В конце концов, она уткнулась головой в колени, вскрикнув от боли. Скайлеру Джонсу позвонил подчиненный, когда тот был в дороге, чтобы отвезти Мари в школу. Мари по-прежнему, как и в последние несколько дней, спрашивала, когда вернется ее мама… После возвращения из Франции он так и не смог дать Мари ответ. Когда ему позвонили, он почувствовал облегчение от того, что кто-то избавил его от этого вопроса, иначе он действительно не знал бы, как ответить дочери, но он никак не ожидал, что звонок принесет такие неприятные новости. Да, это были неприятные новости… Услышав это, он резко свернул за руль, едва не сбив пешехода. Мари была встревожена и неоднократно спрашивала, что случилось… Он не осмелился сказать дочери, по телефону приказал подчиненному немедленно лететь во Францию ​​и как можно быстрее отправил дочь домой… После более чем десятичасового полета Скайлер Джонс прибыл в Лион, Франция. Кристин Куинн уже находилась в реанимации, к ее телу были подсоединены различные трубки, лицо ее было бледным, без единого проблеска цвета. Скайлер Джонс отчитал подчиненного, которого послал позаботиться о Кристин Куинн, но на самом деле это была не вина подчиненного… Он был обязан заботиться о Кристин Куинн, но как он мог предотвратить выкидыш? Врач, зная о прибытии мужа пациентки, первым делом спросил Скайлера Джонса: «Как вы заботитесь о своей жене?» Впервые Скайлер Джонс охотно приняла выговор и потеряла дар речи. Врач упрекнул: «Разве вы не знали, что у вашей жены в анамнезе две операции на сердце, что беременность и вынашивание ребенка — это непросто, а вы оставили ее одну во Франции? Вы понимаете, насколько опасно для беременной женщины с сердечно-сосудистыми заболеваниями оставаться без ухода?» Голос Скайлера Джонса уже охрип, глаза покраснели: «Доктор, можно мне войти и осмотреть её?» «Теперь ты понимаешь, как важно её ценить? Ты знал, что она чуть не умерла?» Услышав слово «умер»… тело Скайлера Джонса сильно задрожало, ему было трудно в это поверить, эта душераздирающая боль охватила его. Врач сказал: «Вы не можете сейчас её навестить… Она всё ещё находится в критическом состоянии, вам лучше молиться за её жизнь!» Независимо от состояния Скайлера Джонса, после выговора доктор снял маску, вздохнул и вышел из коридора. ---------- Глава 976–502: Дополнительная история: Облегчение, улыбка, надежда на цветение весны (Часть 1) После того как врач ненадолго ушел, Скайлер Джонс все еще стоял в оцепенении на том же месте. Подчиненный подошел к нему и сказал: «Мистер Джонс, когда у вашей жены случился выкидыш, врач посоветовал ей остаться в больнице еще на несколько дней, но она отказалась. Она вернулась в отель одна. Из-за того, что у нее только что случился выкидыш, ее организм был очень слаб. Она упала в ванной и впала в кому. Я немедленно отвез ее в больницу, и врач оказал ей экстренную помощь. Врач сказал, что у нее несколько раз случался шок, но, к счастью, она выжила, хотя ее пульс очень-очень медленный. Врач сказал, что это признак проблем с сердцем. Врач сказал, что за ней нужно наблюдать в течение двадцати четырех часов. Если после этого время ее сердечная функция постепенно улучшится, с ней все будет в порядке. Но если она продолжит ослабевать, у нее может развиться сердечная недостаточность. Кроме того, врач сказал, что люди в ее состоянии, если у них слабая воля к жизни, могут не прийти в себя…» Поздней ночью, стоя перед прозрачным стеклянным окном, Скайлер Джонс молча смотрел на лежащую внутри Кристин Куинн; его глаза были налиты кровью и покрыты венами. Он трижды просил врача пустить его к ней на прием, но врач каждый раз ему отказывала. В прошлый раз, когда ему отказали, врач сказал ему: «Вы не заботились о ней, когда она была здорова. Теперь, когда случилось что-то, какой смысл в вашей заботе?» Когда врач так обвинил Скайлер Джонс, он не стал ничего опровергать. Он просто молча смотрел на Кристин Куинн сквозь стекло, спокойно выслушивая выговор врача. Он заслужил выговор. Никогда прежде он так сильно не сожалел о своих решениях, как сейчас, никогда прежде не испытывал такой ненависти к самому себе. Возможно, увидев, как Скайлер Джонс всю ночь стоял у стеклянного окна, не двигаясь ни на дюйм, врач наконец разрешил ему переодеться в стерильную одежду и войти в отделение интенсивной терапии. В холодной, белой больничной палате Кристин Куинн лежала тихо и в одиночестве… Если бы не лёгкое запотевание трубки у неё в носу, он бы подумал, что она вообще не дышит. Потому что она была очень слаба… Ее лицо было призрачно бледным, длинные ресницы без тени прикрывали эти прекрасные, живые глаза… Когда он взял её за руку, его поразила холодность её тела. Её тело было лишено тепла, в нём не было никаких признаков жизни. Скайлер Джонс крепко держал её за руку, впервые охваченный страхом, и слёзы навернулись ему на глаза. "Кристин…" Он позвал её по имени, но она не ответила, и её рука выскользнула бы из его руки, если бы он не держал её так крепко. "Кристин, Кристин…" Он окликнул ее еще несколько раз, но она по-прежнему оставалась неподвижной, словно бездыханной. Впервые он оказался в растерянности… Казалось, мир состоял только из него и нее, и безграничное сожаление разрывало его сердце. Экран рядом с кроватью непрерывно тикал, отображая частоту её сердечных сокращений… Сердцебиение было настолько слабым, что едва ощущалось… Скайлер Джонс с трудом закрыл глаза, они начали наполняться слезами от жара. Он был виновником; он косвенно стал причиной смерти собственного ребенка. Перед тем как войти в комнату, врач сказал ему, что ему очень повезло стать отцом, потому что такая женщина, как Кристин Куинн, страдавшая врожденным пороком сердца, смогла выносить беременность, не подвергая свой организм стрессу, — это благословение небес… Но он не знал… Он даже бросил ее, оставив одну во Франции на месяц… Он был плохим человеком… Он её не заслуживал… Он когда-то обещал подарить ей счастье, которым мог бы восхищаться весь мир, но не сдержал своего обещания и причинил ей лишь ужасный физический и эмоциональный вред… «Кристин, проснись… открой глаза и посмотри на меня, пожалуйста?» — хрипло звала Скайлер Джонс у ее постели. — «Врач сказал, что ты должна пережить эти двадцать четыре часа критического периода… Это все моя вина; проснись, кричи на меня, бей меня, делай что угодно, только не лежи здесь молча, хорошо?» "Кристин… пожалуйста, проснись, умоляю тебя, просто посмотри на меня… Кристин…" — мучительный голос Скайлер Джонс разнесся по всей реанимации. Тик-так… В комнате царила тишина, нарушаемая лишь звуком работающих механизмов. Кристин Куинн тихо лежала на кровати, чувствуя шум снаружи… Она хотела пошевелить пальцами, но чувствовала себя слишком слабой… Она хотела заговорить, но горло так пересохло, что она не могла издать ни звука… До нее едва доносились голоса снаружи… За пределами реанимации. Ребекка Квентин, с покрасневшими глазами, свирепо посмотрела на стоящую перед ней Скайлер Джонс: «Если с моей сестрой что-нибудь случится… я тебя не прощу». Скайлер Джонс не ответил; его лицо потемнело, что ясно свидетельствовало о его подавленном настроении. «Моя сестра так сильно тебя любит, что ты ей дал? Я всегда была рядом с тобой, потому что искренне верила, что ты сможешь принести моей сестре счастье, но каждый раз ты причинял ей глубокую боль… Что же моя сестра сделала не так? Она всего лишь влюбилась в кого-то; она ничего плохого не сделала…» — пробормотала Ребекка Квентин, плача. Говард Джеффри крепко обнял Ребекку Квентин, предлагая ей утешение и защиту. Миссис Джеффри тяжело вздохнула: «Как до этого дошло?» Рыдая, Ребекка Квентин подошла к стеклянному окну и увидела Кристин Куинн, лежащую на кровати безжизненной, и смогла лишь прикрыть рот рукой, чтобы сдержать рыдания. Все обратили взгляды к стеклу, на их лицах читалась тревога. В этот момент подбежали двое врачей и медсестра… Увидев торопливо появившихся врачей и медсестру, Скайлер Джонс быстро перехватила их: «Что происходит?» Врач поспешно ответил: «Рука пациента пошевелилась, демонстрируя признаки пробуждения…» "Что…" Все мгновенно охвачены радостью. Врач проводил медсестру в комнату… Через полчаса из комнаты вышел врач. Семья Джеффри тут же окружила их. Увидев их полные ожидания лица, доктор улыбнулся: «Поздравляю. Я только что осмотрел мисс Куинн; ее сердечный ритм постепенно стабилизировался… Похоже, она успешно пережила критические двадцать четыре часа. Ее семье не стоит слишком беспокоиться». Слова доктора вызвали у миссис Джеффри и Ребекки Квентин бурные аплодисменты, и даже на лице Говарда Джеффри отразилось явное облегчение… Скайлер Джонс с огромным облегчением вздохнула и быстро спросила врача: «Можно мне зайти и навестить её?» ---------- Глава 977–503: Дополнительная история: Облегчение, улыбка, надежда на расцветающую весну 2 Врач сказал: «Да, но лучше, чтобы одновременно не было слишком много людей. Пациенту необходим спокойный отдых». "Хорошо." У Ребекки Квентин и миссис Джеффри на глазах выступили слезы радости… Скайлер Джонс тут же сказала миссис Джеффри: «Мама, Мари одна в отеле. Не могла бы ты сходить и проверить, как она там…» Миссис Джеффри кивнула: «Хорошо». «Не заходи к моей сестре… Если она проснётся, и ты скажешь ей что-нибудь жестокое, она этого не вынесёт». Вырвавшись из объятий Говарда Джеффри, Ребекка Квентин попыталась остановить Скайлера Джонса, не дав ему войти в палату, и саркастически сказала: Сарказм Ребекки Квентин заставил Скайлера Джонса остановиться. "Бекка…" — Говард Джеффри обнял жену и покачал головой. Ребекка Квентин яростно вырвалась из рук Говарда Джеффри: «Ты только и делаешь, что защищаешь его, ты когда-нибудь думал о моей сестре? Что для него значат годы, которые она ему посвятила?» Слова Ребекки Квентин заставили всех замолчать. Даже Говард Джеффри был бессилен, когда дело касалось эмоциональных проблем других людей. Шаги Скайлера Джонса остановились на пороге палаты. Ребекка Квентин оттолкнула Скайлер Джонс и осторожно вошла в палату. Сидя у кровати и держа холодную руку Кристин Куинн, Ребекка Квентин роняла слезы, словно осколки разбитых жемчужин. Она продолжала винить себя: «Прости, сестрёнка… Это потому, что я постоянно подталкивала тебя к тому, чтобы ты была с ним, ты сейчас столько всего терпишь…» «Я всегда думала, что он сможет о тебе позаботиться, но я не предполагала, что он будет причинять тебе боль снова и снова…» "Сестра… пожалуйста, проснись скорее… Мне очень страшно… сестра… ты моя единственная семья в этом мире, я не могу без тебя…" Слабые рыдания Ребекки Квентин донеслись до ушей Кристин Куинн. Губы Кристин Куинн слегка шевельнулись, она пыталась издать звук. Ребекка Квентин, которая все это время смотрела на бледное лицо Кристин, заметила, что у нее слегка дрожат губы, тут же вытерла слезы и радостно сказала: «Сестра, ты же меня слышишь, правда? Сестра… проснись скорее…» "Ты такая шумная, Бекка…" Хриплый голос вырвался из бледных, сухих губ Кристин Куинн. Ребекка Квентин, не веря своим ушам, крепко держала Кристин за руку: «Сестрёнка, сестрёнка… это ты со мной разговариваешь? Сестрёнка… ты проснулась…» Дрожащие ресницы Кристин Куинн медленно приоткрылись. Хотя цвет лица у нее все еще был бледным, к ней вернулось немного сил: «Бекка…» Услышав искренний звонок от Кристин Куинн, радость Ребекки Квентин переполнилась слезами… Она взволнованно воскликнула: «Мама, Говард, сестрёнка проснулась…» Увидев эту сцену через стеклянное окно, миссис Джеффри и Говард Джеффри немедленно бросились внутрь… Вскоре прибыли врач и медсестра, и все с облегчением вздохнули, узнав, что Кристин Куинн пришла в себя… Никто не заметил высокую фигуру, стоявшую за стеклянным окном, которая так и не вошла в палату. Он просто стоял вдали, наблюдая за ней, с красивым лицом, полным радости, но также самообвинения и вины, словно не в силах взглянуть ей в глаза. Кристин Куинн проснулась, и все были так счастливы. В этот момент рядом сидела Ребекка Квентин, чистя яблоко для Кристин Куинн. Миссис Джеффри с любовью стояла неподалеку, а Мари уютно устроилась на руках у Кристин и болтала с ней. «Мамочка, слава богу, ты проснулась, иначе я бы совсем пропала…» «Глупышка, как мама могла тебя бросить?» Краска почти вернулась к ней, Кристин Куинн без зазрения совести поцеловала Мари: «Мама просто уехала во Францию ​​в отпуск». Мари надула губы: «Мамочка, перестань врать… Я и так знаю, ты приехала во Францию ​​одна из-за того, что рассердилась на папу… Из-за папы тебе стало плохо, и ты попала в больницу, поэтому я игнорирую папу и не хочу с ним разговаривать». "Глупый…" Кристин Куинн с любовью погладила дочь, после чего ее взгляд обвел палату. Ребекка Квентин заметила вдумчивый взгляд Кристин Куинн и не удержалась спросить: «Сестра, кого ты ищешь?» Кристин Куинн спросила: «Вы все здесь… так где же Говард и Оверски?» Ребекка Квентин сказала: «Говард снаружи разговаривает по телефону, а что касается него…» Тон Ребекки Квентин внезапно стал презрительным: «Не знаю, кажется, медсестра сказала, что он спрашивает врача о вашем состоянии!» Заметив тон Ребекки Квентин, Кристин Куинн слегка нахмурила брови: «Что с вами не так? Зачем вы выбрали его своей мишенью?» Мари, прямолинейная и наивная, выпалила: «Потому что папа стал причиной того, что мама попала в больницу… Я тоже не хочу разговаривать с папой». ---------- Глава 978-503: Дополнительно: Отпуская, улыбаясь и надеясь на теплую весну 2_2 Услышав слова Мари, Кристин Куинн еще сильнее нахмурила брови. Ребекка Квентин не удержалась и спросила: «Сестра, ты действительно собираешься простить своего зятя за такое отношение к тебе?» Кристин Куинн покачала головой: «Вы все неправильно поняли…» Ребекка Квентин нахмурилась, ничего не понимая. Кристин Куинн подняла глаза и сказала миссис Джеффри: «Мама, не могли бы вы, пожалуйста, позвать Оверски за меня… Я хочу с ним поговорить». Услышав, как Кристин Куинн сказала, что хочет увидеть Скайлер Джонс, Ребекка Квентин бурно отреагировала, отложила яблоко в руке и с раздражением сказала: «Сестра, твой зять оставил тебя одну во Франции, и это вызвало такой большой скандал; а ты до сих пор говоришь от его имени?» «Бекка, всё не так, как ты думаешь… Я всё тебе позже объясню». «Когда зять вернулся в Нью-Йорк, он уже рассказал Говарду… Он сказал, что не знает, как с тобой поступить, и что он очень устал. Если он действительно так устал, зачем он вообще тебя беспокоил? И… врач сказал мне, что ты потеряла сознание из-за слабости после выкидыша. Зять явно знал, что ты не прерывала беременность, но всё равно сказал тебе эти резкие слова. Сестра… я не позволю тебе простить его!!» Увидев покрасневшие глаза Ребекки Квентин, Кристин Куинн почувствовала боль в сердце и взяла Ребекку Квентин за руку: «Бекка, всё не так, как ты думаешь… Я же сказала, что объясню тебе позже…» Ребекка Квентин поджала губы: «Я просто не хочу, чтобы тебе было больно… Мой зять тебя совсем не ценит». К концу своих слов Ребекка Квентин уже тихо плакала, испытывая глубокое сострадание к Кристин Куинн. Миссис Джеффри тоже вытерла слезы: «Кристин, я пойду попрошу Оверски прийти…» Кристин Куинн кивнула. Под влиянием Кристин Куинн Ребекка Квентин и Мари также покинули больничную палату. Примерно через десять минут Скайлер Джонс вошла с улицы. Скайлер Джонс впервые появилась в больничной палате с тех пор, как Кристин Куинн очнулась. Кристин Куинн мягко улыбнулась Скайлеру Джонсу, но заметила усталость на его лице. В этот момент он уже не был таким уверенным и энергичным, как обычно, и его мучили чувство вины и раскаяния. Появилось небритое лицо с легкой щетиной, резко контрастирующее с его обычно аккуратным и привлекательным обликом. «Подойди сюда и сядь», — сказала Кристин Куинн Скайлеру Джонсу. Скайлер Джонс мягко кивнул головой и сел рядом с кроватью Кристин Куинн. Кристин Куинн заговорила первой: «Прошу прощения за то, что моя семья вас неправильно поняла. Я все им объясню позже… С вами все в порядке?» Скайлер Джонс никак не ожидал, что первыми словами Кристин Куинн после пробуждения будут слова утешения. Он посмотрел на неё, и сердце его сжалось от боли. «Мы уже говорили об этом в прошлый раз. На самом деле, со мной все в порядке… Я действительно не знала, что мое состояние настолько плохое. Я думала, это просто небольшой дискомфорт, и что после двух дней отдыха я поправлюсь. Я никак не ожидала, что ребенок…» «Не говори этого, Кристин. Во всем виноват я…» Голос Скайлера Джонса был хриплым и сухим, словно он впервые заговорил после нескольких дней молчания. Кристин Куинн покачала головой: «Это не имеет к вам никакого отношения… Это была моя собственная халатность, из-за которой я не позаботилась о себе, что привело к инциденту в отеле. К счастью, у вас были люди, которые вовремя отвезли меня в больницу…» Скайлер Джонс пристально смотрел на снисходительное и великодушное выражение лица Кристин Куинн, чувствуя, как сжимается его сердце. Кристин Куинн сказала: «Последние несколько дней, пока я была без сознания, я постоянно думала о том, что причина нашей усталости в отношениях в том, что мы избегали проблем… Ты давно понял, что не можешь найти утешения в прошлых чувствах со мной, и я тоже знала о твоих изменениях, но мы оба предпочли избегать этого… Ты избегал этого, потому что чувствовал ответственность за меня, а я избегала этого, потому что боялась потерять эти отношения…» Столкнувшись со спокойным поведением Кристин Куинн, сердце Скайлер Джонс сжалось еще сильнее. Он молчал, не зная, что сказать, поскольку чувство вины и раскаяния захлестнули его. Кристин Куинн спокойно взяла Скайлер Джонс за руку: «Оверски, со мной все в порядке… Нам следовало поговорить об этом давным-давно, не стоит форсировать события. Тебе не стоит винить себя или чувствовать себя виноватым, я много раз вела себя неразумно и упрямо. Состояние наших отношений сегодня – это не только твоя ответственность, я тоже в этом виновата». Скайлер Джонс тихо произнесла: «Я никогда не думала, что это твоя вина». Кристин Куинн улыбнулась: «Это очень великодушно с вашей стороны, я знаю, у меня тоже есть свои недостатки… Никто из нас не хотел, чтобы это случилось, но, возможно, это судьба…» Сказав это, Кристин Куинн опустила голову и улыбнулась: «Может быть, нам и не суждено было иметь этого ребенка…» "Кристин, мы…" Кристин Куинн обхватила руку Скайлера Джонса, прервав его слова: «После всего этого я вдруг смирилась с этим… В последние дни я была очень уставшей, постоянно осторожничала, постоянно боялась потерять эти отношения. Иногда мне казалось, что я больше не та, что прежде, но теперь я наконец могу спокойно взглянуть правде в глаза, наконец могу отпустить ситуацию, и теперь я чувствую себя хорошо…» Скайлер Джонс покачал головой; казалось, что у него что-то задушило, из-за чего он не мог говорить. Кристин Куинн нежно погладила руку Скайлер Джонс: «Не вини себя, не чувствуй себя виноватой… Семья тебя не понимает, потому что они не знают о наших отношениях, но я их убежу». "Кристин…" Скайлер Джонс хотел что-то сказать, но Кристин Куинн уже перебила его. «В больничной палате ужасный запах…» Кристин Куинн потянулась и улыбнулась Скайлеру Джонсу: «Вы можете организовать мою выписку? Я не хочу здесь оставаться, здесь так душно…» Скайлер Джонс кивнула: «Я только что спросила врача, и он сказал, что ваше состояние довольно хорошее… Вас могут выписать, но вам нужно будет пройти тест на частоту сердечных сокращений». «Проверку частоты сердечных сокращений можно провести в отеле», — сказала Кристин Куинн. "Хм." Кристин Куинн легонько подтолкнула Скайлер Джонс: «Поторопитесь и организуйте мою выписку, я лежу здесь уже два дня, и мне кажется, что мои кости разваливаются…» "Хорошо." Как только Скайлер Джонс вышла из больничной палаты, миссис Джеффри и Ребекка Квентин тут же подбежали к ней. «Как всё прошло? О чём вы говорили с сестрой?» Вид улыбающихся Кристин Куинн и Скайлер Джонс, разговаривающих через стеклянное окно, значительно успокоил Ребекку Квентин. «Она сказала, что хочет, чтобы ее выписали из больницы», — сказал Скайлер Джонс. ---------- Глава 979-504: Дополнительная история: Ты существуешь глубоко в моем сознании «Врач разрешил выписать мою сестру?» — нахмурившись, спросила Бекка. Скайлер Джонс ответила: «Я спросила врача, и если ей сейчас регулярно контролируют пульс, то все должно быть в порядке…» «Тогда давайте выпишем Кристину… Мы можем организовать для нее лучших врачей и сиделок в отеле». «Если моя сестра хочет, чтобы ее выписали, пусть выпишут. В конце концов, больницы — не самые комфортные места», — согласилась Бекка. Скайлер Джонс кивнула: «Я пойду займусь оформлением документов». Наблюдая за уходящей фигурой Скайлер Джонс, миссис Джеффри вздохнула: «У меня очень плохое предчувствие… Думаю, между Оверски и Кристин возникнут большие проблемы». Бекка спокойно сказала: «Сейчас меня волнует только здоровье моей сестры… Пока с ней все в порядке, я больше никогда не буду вмешиваться в ее решения». В больничной палате Кристин Куинн молча смотрела в окно, ее сердце было необычайно спокойным. Солнечный свет лился в комнату, падая на маленький желтый цветок на подоконнике, легкий ветерок приподнимал светло-голубые занавески, нежно опуская маленький желтый цветок… В ее памяти прокручивалось столько моментов, проведенных с ним. Изначально это должно было быть немного грустно, но, возможно, из-за пережитых тяжелых испытаний, человек становится равнодушным ко многим вещам… она уже может вспоминать их без грусти или радости. Прошлое рассеялось, как ветер, потому что я тогда слишком к нему привязался, что и привело к сегодняшней трагедии для нас обоих… К счастью, она наконец-то одумалась, осознав, что величайшая печаль в жизни — это привязанность к вещам, к которым не следует быть привязанной. Она надеялась, что будущие дни будут похожи на нынешние, когда весна расцветает во всей красе. Взглянув на свой живот, она улыбнулась и сказала «прости» маленькой жизни, которая уже ушла из жизни, затем подняла взгляд вдаль, умиротворенно улыбаясь. Кристин Куинн изменилась. После выздоровления и возвращения из Франции Кристин Куинн стала гораздо жизнерадостнее. В отличие от прежних времен, когда на ее лице всегда читалась легкая грусть, теперь она всегда спокойна и довольна, что заставило миссис Джеффри и Бекку, которые изначально за нее волновались, вздохнуть с облегчением. За исключением ночных снов, когда Кристин Куинн спала с Мари, общение между ней и Скайлер Джонс не было таким напряженным. Наоборот, оно стало гораздо более расслабленным, чем раньше, хотя они и не проводили много времени вместе, поскольку Скайлер Джонс больше сосредоточилась на работе, а Кристин большую часть времени проводила дома с миссис Джеффри и Беккой. В этот момент Кристин Куинн забирала Мари из школы. По дороге домой, чтобы дать родителям шанс помириться, Мари озорно сказала: «Мама, сегодня День свободы Америки, и учительница сказала, что у нас семидневные каникулы… неделя — это не слишком долго и не слишком мало, давай поедем в семейный отпуск!» За рулём Кристин Куинн была в отличном настроении. "Отпуск?" «Да, недельный отпуск — это просто идеально». Кристин Куинн кивнула: «Хорошо, давай поедем в отпуск… Мама тоже в последнее время мало с тобой проводит». Недавно, проводя больше времени с Мари, она поняла, что в прошлом слишком много времени уделяла вещам, к которым не следовало быть привязанной, слишком сильно пренебрегая дочерью. «Мама, а мы можем пойти с папой?» — неуверенно спросила Мари. Кристин Куинн ответила очень спокойным тоном, улыбаясь: «Дорогая, у твоего папы работа, он занят… К тому же, маме сейчас неудобно ехать с ним в отпуск». Она больше не хотела скрывать от дочери некоторые вещи, зная, что ей рано или поздно придется столкнуться с этими проблемами. Голос Мари внезапно понизился, и она тихо спросила: «Мамочка, ты ведь не собираешься уходить от папы, правда?» Кристин Куинн покачала головой: «Как мама могла бросить тебя и папу? Для мамы вы с папой — семья, и мама никогда не расстанется с вами. Но Мари, ты же знаешь, что произошло между мамой и папой, мы больше не подходим друг другу». Мари с болью в сердце сказала: «Но я не хочу, чтобы вы расставались…» «Мари, ты выросла, больше не плачь, помнишь, что мама тебе говорила раньше?» Увидев покрасневшие глаза Мэрилин Куинн в зеркале заднего вида, Кристин Куинн улыбнулась, чтобы утешить дочь: «Будь хорошей девочкой, даже если мама и папа расстанутся, мы оба будем любить тебя одинаково… Мы всегда будем рядом с тобой». Мари вытерла свой уставший нос и кивнула: «Какая рассудительная девочка». Ночь. Кристин Куинн собирала вещи для поездки Мари. Мари наблюдала, как Кристин Куинн аккуратно складывала одежду в чемодан, и ее настроение все еще было подавленным. ---------- Глава 980-504: Дополнительная история: Ты существуешь глубоко в моем сознании (2) «Что случилось, глупышка, о чём ты опять думаешь?» — тихо спросила Кристин Куинн, заметив выражение лица дочери. Мари взяла Кристин Куинн за руку, глядя на нее милыми, полными слез глазами: «Мама, бабушка и тетя не хотят, чтобы мы ехали в отпуск. Думаю, папа тоже… тоже не хочет, чтобы мы ехали». Кристин Куинн нежно погладила руку дочери: «Так ты хочешь поехать с мамой в отпуск?» Мари твердо кивнула. «Тогда тебе не стоит расстраиваться из-за того, что ты уходишь от папы…» «Не я не хочу уходить от папы, это папа не хочет нас покидать…» Кристин Куинн улыбнулась, обняла дочь и сказала: «Ты опять забыла, что мама тебе сегодня сказала? Мама и папа…» Мари перебила Кристин Куинн: «Я знаю, вы больше не подходите друг другу…» Мари опустила голову и с горечью пробормотала: «Но я думаю, папе будет все равно на маму». Понимая, что никогда не сможет убедить дочь, Кристин Куинн просто сменила тему: «О, малышка, перестань беспокоиться о делах взрослых… быстро собери вещи, которые хочешь взять в поездку, иначе потом не говори, что забыла что-то взять». Размышляя о несчастье, которое ее родители испытывали, прожив так долго вместе, Мари испытывала сожаление, но в то же время уважала их решение. Не сказав матери ни слова, Мари уже собиралась собирать вещи в поездку, когда вдруг в дверь раздался ритмичный стук. Судя по стуку, было ясно, что это Скайлер Джонс. Мари подошла, чтобы открыть дверь, и, конечно же, Скайлер Джонс стояла снаружи. "Папочка…" Мари прижалась к нему. Скайлер Джонс погладил Мари по голове, его взгляд обратился к Кристин Куинн, находившейся внутри. Взгляд Кристин Куинн также встретился со взглядом Скайлер Джонс, и она слегка улыбнулась: «Почему вы стоите снаружи? Заходите и садитесь!» Скайлер Джонс вошла и села напротив Кристин Куинн. Наблюдая за тем, как Кристин Куинн приводит в порядок одежду, Скайлер Джонс с глубоким умом спросила: «Мама сказала мне, что вы с Мари планируете отправиться в путешествие, верно?» «Да, у Мари неделя отпуска… Я давно с ней не встречалась, поэтому хочу свозить ее за границу на несколько дней». Хотя Кристин Куинн говорила со Скайлер Джонс, ее взгляд казался отстраненным, в нем уже не было той близости, которая была раньше. «Могу ли я чем-нибудь помочь?» «Папа, ты можешь отвезти нас в аэропорт», — тут же ответила Мари. «Не беспокой папу…» — мягко возразила Кристин Куинн дочери, затем посмотрела на Скайлер Джонс: «Я знаю, что ты задерживаешься из-за множества деловых дел и в последнее время очень занята… поэтому мы с Мари сами организуем поездку. Можешь быть уверена, я позабочусь о том, чтобы твоя драгоценная дочь хорошо провела каникулы». Скайлер Джонс ничего не сказал, просто кивнул: «Позвоните мне, если что-нибудь случится». "Хорошо." После того как Кристин Куинн собрала вещи Мари, она приступила к сбору своего собственного багажа. Скайлер Джонс долго молча наблюдал за тем, как она собирает вещи, затем встал и сказал Кристин Куинн: «Ты продолжай, а я пойду в кабинет, чтобы разобраться с делами». Из-за занятости Кристин Куинн даже не взглянула на Скайлер Джонс и просто кивнула. Затем Скайлер Джонс вышла из детской комнаты. Скайлер Джонс, сидя в одиночестве в просторном кабинете, тихонько облокотилась на спинку стула. Скайлер, я больше никогда тебя не брошу… Прости, если бы не я, тебе бы не было так больно… Ты должна поправиться, я всегда буду рядом с тобой… В его памяти всплыл образ того, как он «притворился парализованным», а она бросилась к нему, и внезапно его сердце словно замерло. Чувство вины вызвало удушающую боль, причинив ему сильное беспокойство. Время тянулось медленно… Никто не знает, сколько времени прошло с тех пор, как в дверь кабинета тихо постучали. Скайлер Джонс поправил позу и безразлично произнес: «Входите». Это была Кристин Куинн. Он не ожидал увидеть именно её, поэтому, когда увидел, на его лице читалось некоторое удивление. Кристин Куинн по-прежнему улыбалась, как обычно. Она подошла к Скайлер Джонс и мягко сказала: «Я хочу, чтобы мы хорошо поговорили, когда я вернусь из поездки, но прежде мне нужно кое-что тебе вернуть…» — сказала она, передавая Скайлер Джонс хрупкую коробочку. Скайлер Джонс нахмурилась и открыла коробку: «Что это?» Когда шкатулка открылась, перед ним предстало кольцо с красным бриллиантом, которое он когда-то лично надел ей на палец. Кристин Куинн слегка улыбнулась: «Я планировала вернуть его вам во Францию, но всё время забывала…» Морщины на лбу Скайлер Джонс стали глубже, он поднял глаза, чтобы посмотреть на нее, и его голос, казалось, дрогнул: "Кристин…" Кристин Куинн по-прежнему мягко улыбалась: «Это очень ценная вещь, если бы это была обычная вещь, я бы не вернула её вам… Уже поздно, не задерживайтесь на работе допоздна, я пойду спать». Прежде чем Скайлер Джонс успела что-либо сказать, Кристин Куинн повернулась и ушла. В кабинете снова воцарилась тишина, и лишь красное бриллиантовое кольцо в коробочке ярко сверкало. Скайлер Джонс почувствовал в сердце странное, неописуемое чувство, но понимал, что сейчас говорить ей что-либо бесполезно. На следующий день Кристин Куинн взяла Мари и улетела на райский остров Бали. Пока самолет парил в небе, Скайлер Джонс молча стоял перед окном от пола до потолка в кабинете президента в новой штаб-квартире «Оверски» и наблюдал за происходящим. Эрни постучал в дверь и вошел, принеся документы, которые ему были необходимы сегодня. Он обернулся, взглянул на стопку документов и приступил к своей работе. В мгновение ока пролетело утро, и он разобрался с большей частью толстой стопки документов. Эрни вошел с улицы и, увидев, что тот все еще работает, не удержался и уважительно спросил: «Президент, вам нужно заказать для вас обед?» Инстинктивно ответив своему подчиненному во время работы: «Нет, я пойду домой на обед». Эрни кивнул и вышел из кабинета. Выполнив текущие задачи, Скайлер Джонс сделал разминку… Взяв костюм и надев его, он уже собирался покинуть офис, когда внезапно замер на стуле. Вспоминая прошлое… Она часто торопила его по телефону: «Скайлер, когда ты вернешься? Я так голодна и жду, когда ты вернешься к ужину…» Когда он вернется домой, она первой возьмет его портфель, а затем обнимет его, когда они направятся в столовую, ведь все остальные уже поели и ушли, ожидая только тебя… Образы в его сознании на мгновение замерли, он поставил портфель в руке и снова сел в кресло. ---------- Главы 981–505: Дополнительная история: Мы пообещали быть вместе навсегда После нескольких секунд раздумий он нажал на стационарный телефон компании. «Президент». «Эрни, пожалуйста, помоги мне заказать обед... Сегодня днем ​​я останусь в компании». Эрни подсознательно спросил: «Президент, разве вы не собираетесь домой к своей жене в полдень?» «У меня сегодня днем ​​кое-какие дела». Впервые перед подчиненным Скайлер Джонс поспешно придумал отговорку, а затем повесил трубку. Просматривая документы, Скайлер устало пощипал переносицу. Последние два дня он совсем плохо спал... Особенно прошлой ночью, он вообще не спал всю ночь. Он вернулся домой очень поздно ночью, и когда это произошло, все в Джеффри уже спали. Он повернул дверь и вошел в комнату, где его встретил не теплый свет и она, сидящая на кровати и читающая, а холодная пустота повсюду. Он ослабил галстук и расстегнул рубашку, после чего вошел в ванную... Прохладная вода смыла всю его усталость, и, закрыв вентиль, он инстинктивно потянулся за пижамой, но обнаружил, что снова забыл ее надеть... "Кристин, Кристин..." Он позвал её по имени, как всегда делал, когда забывал взять пижаму, но... В ответ комната окутана пустотой. Голос резко оборвался, оставив его в недоумении надолго... Наконец, он завернулся в полотенце и вышел из ванной, выглядя растрепанным. Холод в комнате окутал его всё тело. Он сел на диван и молча прикурил сигарету. В комнате было темно, и в тот момент, когда зажигалка вспыхнула, она осветила его красивые, выразительные черты лица. Внезапно он поднял лежащую рядом коробку и открыл её. Редкий красный алмаз сиял ослепительным блеском даже в условиях недостаточного освещения. Кристин... Я подарю тебе счастье, на которое будет смотреть весь мир. Слова, которые он произнес, все еще отчетливо звучали у нее в ухе. Вспоминая былую красоту, он невольно расплылся в милой улыбке. Однако впоследствии ему в голову пришла одна фраза — Кристин... Я утратил те чувства, которые испытывал к тебе тогда. Слова, которые он ей сказал, промелькнули у него в голове, и лишь в этот момент он осознал, насколько жестоким он был тогда. Сердце словно разрезали ножом, боль затрудняла дыхание. Скайлер Джонс в сердцах захлопнул коробку, и в тот момент ему хотелось разорвать себя на куски. Той ночью Скайлер все еще плохо спал, и на рассвете он получил текстовое сообщение от Мари, своей дочери, которая сообщила ему, что они прибыли на остров Бали. Скайлер не позавтракал дома, и, когда он собирался отправиться в компанию, он встретил миссис Джеффри, которая ждала его в холле. С тех пор как Кристин Куинн попала в аварию во Франции, едва не угрожавшую её жизни, отношение миссис Джеффри к отношениям между Скайлером Джонсом и Кристин Куинн также изменилось... «Скайлер, Кристин перед отъездом сказала, что по возвращении она займется бракоразводными процедурами вместе с тобой». Скайлер молчал, его лицо было таким же мрачным, как сегодняшняя погода за окном. Глаза миссис Джеффри покраснели, голос дрожал: «Сынок, виновата в том, что вы с Кристин дошли до этого, мама… Если бы не мама, которая неправильно тебя поняла, считая, что твоя любовь к Кристин не так глубока, как любовь Кристин к тебе, и постоянно проявляя чрезмерную осторожность, когда дело касалось проявления чувств перед Кристин, это привело к недопониманию со стороны Кристин и заставило её уехать во Францию ​​с разбитым сердцем… Если бы она не уехала во Францию, ситуация не дошла бы до того, что есть сегодня. Во всём виновата мама…» Скайлер хранила молчание. Миссис Джеффри продолжила: «Мама не знает, о чём вы с Кристин говорили во Франции, настолько, что после возвращения Кристин она казалась совсем другим человеком, словно уже перестала обращать на вас внимание. Но мама знает, что Кристин всё ещё заботится о вас… Однако мама больше не будет уговаривать вас быть с Кристин, потому что то, чего вы хотите, должно быть реализовано вами самими, а не под моим давлением… Надеюсь, до возвращения Кристин вы сможете во всём разобраться, потому что на этот раз пути назад может уже не быть». Силуэт Скайлера Джонса, стоявшего перед панорамным окном офиса, был одинок и уныл. В его видениях мир был серым и белым, словно лишенным всякой жизненной силы. Вибрация телефона прервала его размышления. Он подошёл к столу, взял телефон... Увидев число на экране, он обрадовался и с нетерпением нажал кнопку ответа: «Здравствуйте...». К сожалению... "Папочка!" Это была его дочь. "Мм." В его улыбке появилась нотка нежности, но уже не было прежнего трепета. «На острове Бали так весело, здесь отличная атмосфера, мама сводила меня на пляж, мы...» ---------- Главы 982–505: Дополнительная история: Мы пообещали быть вместе всю жизнь_2 Слушая, как дочь рассказывает о счастливых моментах, проведенных с матерью, Скайлер Джонс невольно представил себе ее радостный вид в этот момент… У него на душе было как-то грустно, и он не понимал, почему чувствует себя таким потерянным. В этот момент в его памяти промелькнули все ее выражения лица и улыбки… И вдруг он осознал, что в его сознании теперь все внимание сосредоточено на ней… Ее сердитый взгляд, ее радостный взгляд, ее кокетливый взгляд, ее заплаканное лицо… все эти образы запечатлелись в его памяти за последний год. Он понял, что уже не может четко вспомнить ее прошлое, но ее нынешний образ отчетливо запечатлелся в его памяти… Он наконец понял, что та привязанность, по которой он так тосковал, существовала всегда… Он был слишком зациклен на прошлом и пренебрегал настоящим… не подозревая, что за прошедший год она заставила его забыть прошлое, и ее образ глубоко запечатлелся в его сердце. В этот момент Скайлер Джонс закрыл глаза от боли. Остров Бали. Кристин Куинн думала, что сможет заснуть, но, оставшись одна глубокой ночью, она все равно думала о прошлом и обо всем, что ей пришлось пережить за эти дни, и в конце концов сон ей никак не удавался. Ночной вид острова Бали был прекрасен… Кристин Куинн тихо сидела у панорамного окна отеля, любуясь прекрасным ночным видом на остров Бали. Мари не заметила, как проснулась и подошла к ней, сонно спросив: «Мамочка, почему ты не спишь?» Кристин Куинн обняла дочь: «Мама привыкла поспать подольше, дорогая… ложись спать». Мари сонно кивнула и снова забралась в постель. Только увидев, что Мари снова спит, Кристин Куинн тяжело вздохнула. Внезапно она вспомнила, как он ездил с ней в отпуск на Эгейское море… Тогда это произошло на похожем романтическом острове любви, где он обнял ее и сказал, что они никогда не расстанутся… До этого оставалось всего несколько дней, но казалось, что это совсем другой мир. Не позволив себе больше думать, Кристин Куинн вернулась к кровати, чтобы помочь дочери уснуть. Один день, два дня, три дня… Прошла целая неделя, и его тоска становилась все сильнее. Скайлер Джонс сидела на диване в комнате, безучастно глядя в большое, холодное и тихое пространство. Усталость и одиночество на его лице больше нельзя было скрыть, а накопившаяся, подавленная тоска исказила его обычную суровую холодность до неузнаваемости. Оглядев комнату, где её не было, он впервые за много лет почувствовал себя таким одиноким. Внезапно в его сознании возникли образы, на которых она все еще находилась в комнате… Перед шкафом она помогала ему доставать одежду для душа… Перед кроватью она встала на цыпочки и нежно обняла его… Она стояла перед окном и улыбалась ему… Последние образы в его сознании вернулись к реальности пустоты, и его взгляд наконец упал на маленькую бутылочку с цветами у окна от пола до потолка. К этому моменту цветы в вазе уже завяли. Он впервые увидел, как цветы вянут в вазе. Каждый день, возвращаясь домой, он неизменно видел в комнате свежие цветы… Иногда это были розы, иногда ромашки… и каждый раз цветы были прекрасны. Эти цветы были похожи на ее ежедневное настроение: постоянно меняющееся, но чаще всего прекрасное. Но в конце концов он позволил этим цветам засохнуть у него на глазах, оставив ее лежать перед ним, измученную. Он, сам того не осознавая, не мог жить без неё… Не ради ответственности, не ради прошлого, а ради настоящего. Даже если бы не связь, которая была тринадцать лет назад, даже если бы он знал её нынешнюю, он всё равно влюбился бы в неё так же сильно, как и в прошлом… Он слишком поздно это осознал… Но можно ли всё ещё спасти? Поскольку Мари нужно было ходить в школу, Кристин Куинн вернулась в Нью-Йорк вместе с Мари, как и было запланировано. После отпуска Кристин Куинн выглядела еще более сияющей, чем перед отъездом, и казалась моложе и красивее, чем обычно. Скайлер Джонс знал, что Кристин Куинн сегодня вернется, поэтому он не пошел в офис раньше. Встреча с Кристин Куинн состоялась в гостиной этого дома… Казалось, все члены семьи молчаливо договорились, зная, что давно не виделись, и тут же ушли, включая Мари, исчезнув у них на глазах, оставив в большой гостиной только его и ее. Кристин Куинн по сегодняшней повседневной одежде Скайлера Джонса поняла, что он намеренно ждал ее возвращения дома. Кристин Куинн слегка улыбнулась Скайлер Джонс. Они прогуливались по уединенной тропинке в саду, и Кристин Куинн радостно сказала Скайлеру Джонсу: «Остров Бали поистине прекрасен; мы с Мари отлично провели время…» Скайлер Джонс молча слушала рассказ Кристин Куинн о радости, которую она испытала с Мари на острове Бали, но, по правде говоря, ничего из услышанного она не поняла. Когда Кристин Куинн спросила, почему Скайлер Джонс не произнес ни слова, он внезапно остановился, пристально посмотрел Кристин Куинн в глаза и с извинением произнес: «Прости, Кристин…» Кристин Куинн была озадачена внезапными извинениями Скайлера Джонса и улыбнулась: «Что случилось?» «Я тебе слишком многим обязан». Кристин Куинн успокаивающе сказала: «Дурак… Я тебя никогда не винила; я уже говорила, что ситуация, дошедшая до этого, — это не вина только одной из сторон… Раз уж это уже в прошлом, давай не будем снова об этом говорить». «Кристин, ты теперь на меня злишься?» — хрипло спросила Скайлер Джонс. Кристин Куинн торжественно ответила: «Оверски, ты меня совсем неправильно понял… Я на тебя не злюсь, правда…» Скайлер Джонс прищурилась и спросила: «Тогда какой смысл отправлять документы о разводе в мой офис вместе с адвокатом?» Кристин Куинн мирно улыбнулась: «На данном этапе мы с тобой оба понимаем, что дальше продолжать нельзя… Решение, которое я принимаю сейчас, — это консенсус, к которому мы пришли во Франции». «Но я не хочу развода». Скайлер Джонс внезапно схватила Кристин Куинн за плечи и серьезно сказала: «Кристин… в те дни, когда тебя не было, я много о чем думала…» Кристин Куинн молча посмотрела на него. Его голос был хриплым: «Без тебя рядом я ни к чему не привык… Когда я принимаю душ, а ты не приносишь мне одежду, я всегда забываю взять ее с собой в ванную; ночью, без тебя рядом, я ворочаюсь и не могу уснуть; днем, думая о том, что тебя нет дома, у меня даже нет желания возвращаться домой…» ---------- Главы 983–506: Дополнительная история: Жена издевается над президентом Джи 1 Кристин Куинн мягко оттолкнула руку Скайлер Джонс, лежавшую у нее на плече, и спокойно сказала: «Оверски, ты уже говорила мне эти слова раньше, помнишь?» Да, подобные слова были сказаны во время его последнего визита во Францию… а впоследствии выяснилось, что эти слова ему кто-то другой рассказал. Боль от того момента все еще оставалась в ее сердце, но в этот момент она притупилась. Увидев её игру на расстоянии, Скайлер Джонс на мгновение растерялась. Кристин Куинн продолжала улыбаться, обращаясь к Скайлеру Джонсу: «Оверски, никто не говорил, что ты должен нести передо мной ответственность за свою жизнь… ты прекрасно знаешь, что я всегда была человеком, который любит сильно и ненавидит открыто. Если бы ты сказал мне раньше, что твои чувства ко мне изменились, я бы совсем не обижалась на тебя, потому что всё, что я делала для тебя в прошлом, я делала добровольно и никогда ничего не просила взамен…» Скайлер Джонс хриплым голосом с нетерпением произнесла: «Кристин, никакой ответственности, никакого прошлого… у нас есть только настоящее». Кристин Куинн посмотрела на Скайлер Джонс, ничего не понимая. Скайлер Джонс искренне встретил взгляд Кристин Куинн: «Пожалуйста, прости меня за то, что я все еще остаюсь незрелым ребенком в любви…» Опустив голову, он хриплым голосом произнес: «До встречи с тобой у меня было много женщин, но ни одна из них не покорила мое сердце. Это была ты… твоя внешность изменила мою жизнь, показала мне, что значит любить кого-то, помогла отпустить ненависть, открыла красоту этого мира… Но как раз когда я рисовал прекрасное будущее с тобой, я получил самый сильный удар… ты никогда не поймешь, как сильно я тебя ненавидел тогда, но я просто не мог быть бессердечным по отношению к тебе, потому что ты уже занимала самое нежное место в моем сердце. Причинение тебе боли только усиливало мою душевную боль… эта любовь длилась у меня более десяти лет, я боролся с тобой, каждый раз видя, как тебе больно, но ты притворяешься сильной, хотя я был доволен, ты просто не знала, что мое сердце на самом деле болело сильнее твоего…» Кристин Куинн медленно протянула руку и коснулась красивого лица Скайлера Джонса, слегка дрожа от волнения. «Не говори этого, я понимаю…» — тихо сказала она. Скайлер Джонс накрыл руку Кристин Куинн своей большой ладонью, его голос становился все более хриплым: «Кристин, время, когда ты ушла после операции, было самым низким моментом в моей жизни, я жил как ходячий труп. Потеряв тебя, я почувствовал, что мой мир потерял смысл… но небеса действительно благоволили мне, они вернули тебя ко мне, поэтому я поклялся посвятить всю свою жизнь заботе о тебе, но… когда я вернул тебя, когда мы действительно жили вместе как муж и жена, я понял, что после пятнадцати лет разлуки все не так просто, как сказать, что мы помирились… многое, мы потеряли наше негласное взаимопонимание, у нас было много вариантов, у нас были разногласия, и иногда мне даже казалось, что ты больше не та Кристин Куинн, которую я когда-то любил…» Кристин Куинн нежно погладила красивое лицо Скайлера Джонса, и, заметив влажные слезы в его глазах, она задохнулась и не смогла произнести ни слова: «Я знаю, я понимаю…» Скайлер Джонс крепко обнял Кристин Куинн: «Чтобы сгладить этот тупик в наших отношениях и яснее увидеть наши взаимоотношения, я решил тайно устроить нашу свадьбу во Франции… Я хотел сделать тебе сюрприз, я надеялся, что эта свадьба сможет укрепить наши чувства, но…» «Прости, Оверски, я подвела тебя и свадьбу, которую ты для меня устроил», — сказала Кристин Куинн, и ее глаза покраснели от извинений. Скайлер Джонс покачал головой и хриплым голосом ответил: «На самом деле, вся эта история не имеет к тебе никакого отношения, это целиком моя вина… На самом деле, задолго до того, как я уехал во Францию ​​готовиться к свадьбе, я уже заметил твою странность, я попросил Бекку и маму дать мне несколько подсказок, я даже обнаружил, что ты тайно послала кого-то расследовать дело с браслетом… Тогда я мог бы все тебе объяснить, но не хотел, потому что не хотел ничего тебе объяснять, я считал, что доверие между парой важнее всего, поэтому я уехал во Францию ​​в порыве гнева…» Слова Скайлер Джонс повергли Кристин Куинн в шок. Оказалось, он давно знал, что она неправильно поняла ситуацию между ним и Дженнифер Дуглас… Кристин Куинн недоверчиво покачала головой. Сейчас, вспоминая об этом, она понимает, что его грубость в тот вечер, его ярость и одержимость действительно были вызваны гневом… ---------- Главы 984-506: Дополнительная история: Жена подшучивает над президентом Джи 1_2 Скайлер Джонс продолжила: «После моего приезда во Францию ​​меня, честно говоря, беспокоило, что ты останешься одна в Нью-Йорке, потому что я предполагала, что ты можешь принять определённые решения. Поэтому я поручила кому-то присматривать за тобой, делая ставки на то, какие решения ты примешь… и, конечно же, как я и ожидала, ты импульсивно решила оставить меня и Мари и ушла одна…» В этот момент Скайлер Джонс замолчал, на его губах мелькнули нотки беспомощности и растерянности. «Я была очень зла. Я думала, что после всего, что мы пережили, ты должна была мне доверять. Но ты даже не поговорила со мной, не дала мне даже шанса объясниться… Несмотря на это, мне все еще было некомфортно от того, что ты уезжаешь одна, поэтому я организовала твой приезд во Францию. На самом деле, ты не знала, но в течение того времени, что ты провела одна в городе сакуры, я жила в отеле в Лионе, в том же городе, что и ты…» Неудивительно, что в ту ночь был только один рейс во Францию… Неудивительно, что Говард Джеффри не смог её найти, а Джастин Уолтер смог… Оказалось, он всегда был неподалеку от нее. Глаза Кристин Куинн наконец покраснели, и на них навернулись слабые слезы. Скайлер Джонс хриплым, тихим голосом произнес: «Ты представляешь, как сильно я был расстроен, когда вернулся из Франции и не увидел тебя?» «Говард Джеффри сказал, что вы искали меня повсюду…» «На самом деле, я тебя не искал, потому что в тот момент я точно знал, где ты во Франции. Я просто сидел в Нью-Йорке и дулся». «Говард Джеффри сказал, что ты не связывалась со мной два дня, потому что хотела сделать мне сюрприз, но на самом деле…» «Я с тобой действительно не связывался». Он явно знал, где она находится, поэтому в гневе не стал проявлять инициативу и не пытался с ней связаться. Кристин Куинн безразлично спросила: «Значит, ты и не планировал приезжать за мной…» «Я не приехал за тобой, потому что хотел успокоиться и спокойно обдумать, что на самом деле происходит между нами. Я всё пытался разобраться, но и мама, и Бекка возлагали на меня ответственность за то, чтобы не подвести тебя, что меня очень расстраивало…» «Но ты всё равно пришла…» «Да, потому что я никогда не хотел разочаровать свою маму». Длинные ресницы Кристин Куинн слегка опустились, и рука, ласкавшая щеку Скайлер Джонс, постепенно ослабела, но Скайлер Джонс крепко держала ее, не позволяя ей отстраниться. Он продолжил: «После встречи с вами я хотел поговорить о наших проблемах, но потом обнаружил, что вы до сих пор не отказались от ребенка… Из-за ребенка, из-за давления со стороны семьи я не мог заставить себя поговорить с вами, потому что боялся, что вы не сможете вынести того, что я могу сказать. Но я не ожидал, что вы окажетесь более чуткими, чем я думал. Вы сразу заметили мою нерешительность…» Взгляд Кристин Куинн устремился вдаль: «Человеческие эмоции — поистине загадочная вещь, но когда между тобой и любимым человеком возникает преграда, ты это отчетливо чувствуешь». «Когда я говорил тебе это тогда, должен признать, во мне еще оставалась некоторая доля упрямства. Многие вещи действительно были незрелыми представлениями о любви… Но, Кристин, как бы я ни был упрям, я никогда не думал о разводе с тобой», — честно сказала Скайлер Джонс. Кристин Куинн пристально смотрела на Скайлер Джонс, ее голос был тихим и хриплым: «Почему ты не сказала мне об этом раньше?» «Поскольку я тогда согласился, что нам нужно некоторое время побыть порознь… я чувствовал, что между нами много проблем, которые нужно решить, и много чувств, которые нам нужно понять. Но я никак не ожидал, что с тобой что-то случится после моего возвращения домой…» С этими словами сердце Скайлера Джонса наполнилось чувством вины и самообвинения. Впервые он умолял Кристин Куинн, словно раскаявшийся ребенок: «Прости меня, Кристин… Не игнорируй меня… Ты не представляешь, как мне тяжело без тебя рядом». Думая о том, как тяжело мне сейчас есть, спать и работать в одиночестве, он мечтал разорвать свою жестокую натуру на куски. В дни, когда её не было рядом, он очень сильно по ней скучал… Он очень боялся, что она никогда не вернется, никогда больше не будет рядом с ним. Отсутствующий взгляд Кристин Куинн был устремлен на Скайлер Джонс. Скайлер Джонс нежно взял в свои руки холодное лицо Кристин Куинн, его голос становился все тише и осторожнее: «Ты права… Это не односторонняя проблема между нами. Как ты и сказала, когда ты неправильно поняла мои отношения с Дженнифер Дуглас, я мог бы все тебе объяснить, но, чтобы защитить Джастина Уолтера, я этого не сделал. Потому что я недостаточно хорошо тебя знал, недостаточно тебе доверял… Так что проблема была не только в тебе, самая большая ошибка была моей…» Взгляд Кристин Куинн постепенно снова сфокусировался, но свет внутри был заслонен слезами. «Кристин, я люблю тебя… После этих дней я яснее понимаю, что люблю не только тебя в прошлом, но и тебя в настоящем… Я даже забыл прошлое, теперь мой разум полон твоего образа…» Скайлер Джонс посмотрел на нее с тоской: «Я не разведусь с тобой, Кристин, мы уже пообещали быть вместе всю мою жизнь». "Мы всё ещё можем быть вместе, Оверскай…" Кристин Куинн покачала головой, слёзы безутешной боли текли из её глаз. «Кристин, не плачь. Позволь мне обеспечить тебе достаточную уверенность в будущем, хорошо?» Скайлер Джонс поднял её на длинную скамейку у садовой дорожки и, несмотря на её сопротивление, прижал её лицо к своей шее. «У тебя и так нет ко мне чувств, чего ты еще от меня хочешь?» Вспомнив его слова, она все еще злилась, хотела оттолкнуть его, но поняла, что это так же трудно, как взобраться на небо. Хотя её тон был резким, он показывал, что она всё ещё заботится о нём. Губы Скайлера Джонса изогнулись в лёгкой улыбке, и его сердце тоже наполнилось радостью. «Тогда я был в плохом настроении… Кроме того, я уже объяснил, что мне не хватает зрелости в любви, поэтому, пожалуйста, не воспринимайте мои слова всерьез. Более того, если бы у меня действительно не было к тебе никаких чувств, зачем бы мне было проводить с тобой каждую ночь…» Слова Скайлер Джонс заставили щеки Кристин Куинн вспыхнуть: «Убирайся от меня…» Скайлер Джонс крепко обнимала Кристин Куинн, не желая отпускать, наслаждаясь видом ее застенчивого и одновременно сердитого милого выражения лица. К сожалению… В тот момент Кристин Куинн была совершенно неспособна поддаться уговорам Скайлер Джонс. «Отпустите меня!!» — строго сказала Кристин Куинн. «Я уже умоляла тебя об этом, а ты все еще хочешь, чтобы я отпустила? Ты собираешься ненавидеть меня всю жизнь и никогда не дать мне еще одного шанса?» Зная, что Кристин Куинн легче всего смягчить, Скайлер Джонс намеренно говорила жалким тоном. «Я никогда тебя не ненавидел». Черт возьми, — нахмурился он, и она не смогла сдержаться. «Тогда почему ты не откроешь мне своё сердце и не дашь ещё один шанс?» «Чтобы стать твоей женой, я должна быть идеальной… Признаю, я не могу вернуться к той невинности и совершенству, которые были семнадцать лет назад, поэтому я не могу снова играть эту роль». Многочисленные ссоры истощили её морально и физически. Она искренне хотела сохранить чувства в своём сердце, держась от него подальше, вместо того чтобы жить в браке, где они постоянно были несчастливы. ---------- Главы 985-507: Дополнительно: Жена подшучивает над президентом Джи 2 Он знает, как сильно она его любит, она просто не может заставить себя ненавидеть его. «Ты всё ещё расстроена из-за того, что я сказал? Я же тебе говорил, что теперь в моём сознании есть только твои выражения лица… прошлое действительно больше не имеет значения». «Нет! Ты по-настоящему любишь только Кристин Куинн из прошлого…» «Кристин, кроме тебя, никто другой в этом мире мне не подходит, никто не может терпеть мою грубость и скверный характер… В те дни, когда ты была в отпуске с Мари, я все думал, как бы мне вернуть тебя, потому что я действительно боялся, что ты меня бросишь… Так что, Кристин, если мне сейчас действительно все равно на тебя, почему я должен так бояться? Я очень надеюсь, что ты дашь мне еще один шанс завоевать твою любовь». «Я хочу кое-что вам сказать». Кристин Куинн замялась. «Давай, я слушаю!» Скайлер Джонс крепко обнял Кристин Куинн, положив подбородок ей на лоб, вдыхая нежный аромат ее волос и напоминая себе, что не должен отпускать ее из своих объятий. «На самом деле, в каждом браке, когда он подходит к концу, первоначальная любовь превращается в семейную привязанность, потому что семейная привязанность — это чувство, которое превосходит всё в этом мире. Даже если она превращается в семейную привязанность, это не значит, что они больше не любят друг друга; это просто означает, что они достигли взаимного доверия и поддержки». «Эмоции всегда были моей самой уязвимой стороной, пожалуйста, простите меня за мою прежнюю незрелость», — глубоко сокрушалась Скайлер Джонс, утверждая, что их неоднократные попытки расстаться были вызваны неправильным обращением с эмоциями. «Я могу смириться с тем, что ты со мной из-за семейных уз, это заставляет меня чувствовать, что ты просто превратил свою любовь ко мне в семейные узы, но я не могу смириться с тем, что ты со мной из чувства долга… Когда я узнала о том, что ты сделал для Дженнифер Дуглас, я подумала о твоей морали… ты из тех мужчин, которые готовы пожертвовать счастьем ради обязательств, я не хочу использовать брак, чтобы сдерживать твое сердце, поэтому я отпустила тебя, решив уйти одной… Причина, по которой я не попрощалась со всеми перед уходом, заключалась в том, что я не хотела слушать их уговоры, я боялась, что нарушу свое решение…» Она так сильно любила его. «Поскольку вы знаете, что у меня твердые моральные принципы, вы должны понимать, что для меня недопустимы неясные отношения с третьим лицом в браке». «Но вы ведь не раз говорили мне, что считаете Дженнифер Дуглас лучше меня». «Вы уверены, что я говорил такие вещи?» — Скайлер Джонс нахмурил брови, выглядя совершенно невинно. Кристин Куинн начала запинаться: «Вы, по крайней мере, имели в виду что-то похожее». «Я никогда ничего не чувствовал к Дженнифер Дуглас ни с начала, ни до конца. Ты думаешь, что я испытываю к ней чувства, это твое подсознательное убеждение… Признаю, что сначала я пытался заинтересоваться Дженнифер Дуглас, потому что в то время изо всех сил старался исключить тебя из своей жизни, но позже я понял, что чем больше я пытался притворяться, что мне нравится кто-то другой, тем больше я не мог забыть о тебе… Я люблю тебя! Кристин, я решил это тринадцать лет назад, и тринадцать лет спустя все по-прежнему… Это моя вина, что я не дал тебе чувства защищенности, что привело к все большему количеству ссор между нами. Хочешь дать нам еще один шанс, позволь мне доказать тебе, что я научился любить?» Искренние глаза Скайлер Джонс оставили Кристин Куинн беззащитной. Она рыдала, всё ещё колеблясь. Скайлер Джонс внезапно склонил голову, ища ее губы, лаская ее нежность… Он нежно держал ее лицо, его отпечатки пальцев легко касались ее нежных щек, лишая ее возможности сосредоточиться… Постепенно его близость вернула ей чувство защищенности. Представляете, какие дни ей предстоят после его потери? Одиночество, опустошение, пустота, словно ходячий мертвец… Нет… Она хочет снова ему доверять, потому что в этой жизни она его ужасно любит. Думая об этом, Кристин Куинн не сопротивлялась, но и не отвечала ему взаимностью, позволяя ему приблизиться к своей нежной шее, оставляя за собой густую полосу следов от поцелуев… После долгого поцелуя Кристин Куинн оказалась в объятиях Скайлер Джонс. Хотя Кристин Куинн не сопротивлялась, она все же не согласилась дать Скайлер Джонс шанс. Скайлер Джонс крепко обнял Кристин Куинн и прошептал: «Пока ты готова дать мне еще один шанс, я сделаю все, что ты попросишь». Кристин Куинн не ответила Скайлеру Джонсу напрямую, но спросила: «Будет ли Джастин Уолтер по-прежнему рядом с тобой и поможет тебе в будущем?» ---------- Главы 986-507: Дополнительная история: Жена подшучивает над генеральным директором Джи 2_2 Скайлер Джонс поцеловала Кристин Куинн в лоб: «Почему ты вдруг задала этот вопрос?» «Я просто считаю его таким глупцом… Он отдал всё ради Дженнифер Дуглас». «Но я думаю, что он не заслуживает сочувствия». «Не заслуживаете сочувствия?» — Кристин Куинн отвернула лицо и растерянно посмотрела на него. — «Вы так хорошо к нему относитесь, я думала, вы очень ему сочувствуете». Скайлер Джонс серьезно сказала: «Я хорошо к нему отношусь из-за братской привязанности. В самые трудные для меня времена Джастин Уолтер поддерживал меня на каждом шагу… Я прощаю ему обман своей любимой женщины от моего имени, потому что знаю, что у него нет никаких дурных намерений. Он просто слишком наивен в сердечных делах, поэтому им и пользуются…» "Ими воспользовались?" — глаза Кристин Куинн расширились, на лице появилось недоумение. «Дженнифер Дуглас — умная женщина. Возможно, один или два раза Джастин Уолтер, используя моё имя, выражал ей свои тайные чувства, и она этого не замечала. Но когда Джастин Уолтер купил ей браслет, используя моё имя, она бы точно поняла, что с Джастином Уолтером что-то не так, потому что…» Кристин Куинн замерла: «Вы хотите сказать, что Дженнифер Дуглас встречается с Джастином Уолтером?» «Если она разоблачила Джастина Уолтера, как она сможет и дальше использовать его, чтобы вбить клин между нами?» "Хм?" «Я провела расследование, и оказалось, что Джастин Уолтер несколько раз разговаривал с мамой… Мама считала, что я недостаточно тебя люблю, потому что Джастин Уолтер постоянно внушал маме, что я неравнодушна к Дженнифер Дуглас… Дженнифер Дуглас использовала сострадание и заботу Джастина Уолтера, заставляя его искать способы помочь нам разрушиться…» Кристин Куинн недоверчиво посмотрела на Дженнифер Дуглас, широко раскрыв глаза: «Я думала, что совершенно неправильно ее поняла…» Скайлер Джонс нежно держала Кристин Куинн за руку: «На самом деле, каждый раз, когда тебе казалось, что Дженнифер Дуглас что-то замышляет, я шла её расследовать. Но Джастин Уолтер никогда не говорил о ней ничего плохого… Я доверяла Джастину Уолтеру, поэтому никогда не расспрашивала его об этом слишком тщательно, думая, что вы, женщины, просто слишком чувствительны». Кристин Куинн взмахнула кулаком и ударила Скайлер Джонс в грудь: «Теперь ты веришь в женскую интуицию, верно? Я наконец поняла, что ее претензии, которые она высказывала мне, были направлены не против меня, а против Джастина Уолтера». «Приношу свои извинения». «Мне не нужны твои извинения…» Воспользовавшись тем, что Скайлер Джонс отвлекся, Кристин Куинн слезла с его колен: «Ударить кого-то, а потом дать конфету – мне это не нужно». Скайлер Джонс встал, на его губах играла игривая улыбка: «Тогда чего ты хочешь?» «Скажите, почему вы отпустили Дженнифер Дуглас? Что бы ни случилось, она манипулировала Джастином Уолтером и мамой, чтобы разрушить наши отношения, а это отвратительное поведение». «Я её отпустила?» — Скайлер Джонс подняла бровь. «Разве нет?» — пробормотала Кристин Куинн. — «Сейчас она свободно живёт в Индии…» Скайлер Джонс тихонько усмехнулся. Увидев многозначительную улыбку Скайлера Джонса, Кристин Куинн нахмурилась и подошла к нему ближе: «Что означает эта улыбка?» Скайлер Джонс слегка улыбнулась: «Не думаю, что Дженнифер Дуглас когда-нибудь вернется из Индии». Кристин Куинн была ошеломлена: «Что?» Скайлер Джонс, заметив настороженную позу Кристин Куинн, лукаво улыбнулась: «Подойди сюда, и я тебе все расскажу». «Тогда я не буду слушать». С этими словами Кристин Куинн повернулась, чтобы уйти. Внезапный уход Кристин Куинн застал Скайлера Джонса врасплох, он на мгновение опешился и тут же бросился вслед за своей возлюбленной, «Кристин…». Кристин Куинн с улыбкой выбежала из сада в гостиную, не ожидая увидеть там серьезные лица членов семьи. Говард Джеффри, Ребекка Квентин, миссис Джеффри — все они выглядели очень сурово. Улыбка на лице Кристин Куинн постепенно исчезла, когда она увидела мужчину в костюме, сидящего на диване. Мужчина почтительно поприветствовал Кристин Куинн, улыбнулся и, вставая, сказал: «Здравствуйте, мисс Куинн, я тот адвокат, которого вы наняли». Тело Кристин Куинн внезапно напряглось. Она чуть не забыла, что несколько дней назад наняла адвоката через интернет… Не ожидал, что адвокат придет сегодня. Кристин Куинн сухо улыбнулась: «О, здравствуйте, адвокат Синь». Никто не ожидал, что, когда адвокат приблизился к Кристин Куинн, Скайлер Джонс тоже вошла снаружи. Взгляд Скайлера Джонса явно был прикован к Кристин Куинн, и, увидев её, он вздохнул с облегчением. Однако неожиданная гостья в гостиной заставила Скайлера Джонса нахмуриться. В данный момент никто не обращал внимания на выражение лица Скайлер Джонс; все взгляды были прикованы к Кристин Куинн и адвокату по имени Синь. Семья Джеффри прекрасно знала, почему Кристин Куинн наняла адвоката, но никто не выступил с предложением вмешаться, не желая вмешиваться в решения Кристин Куинн. Адвокат заметил присутствие Скайлер Джонс и, с юридическим тоном, сказал Кристин Куинн: «Поскольку обе стороны присутствуют, мисс Куинн, мы можем начать обсуждение». "Э-э, это…" — внезапно начала заикаться Кристин Куинн. Скайлер Джонс каким-то образом подошёл к ней, властно обнял Кристин Куинн за талию и мягко сказал: «Извини, несколько дней назад моя жена была на меня обижена. Сейчас у нас всё хорошо…» Услышав это от Скайлера Джонса, адвокат застыл в изумлении: «Это…» Под пристальным взглядом всей семьи, устремленным на руку, которой Скайлер Джонс держал Кристин Куинн, она смущенно вырвалась из его объятий: «Кто сказал, что у нас все в порядке… Адвокат Синь, давайте продолжим, как мы договорились раньше… Адвокат Синь, пожалуйста, пойдемте со мной». «Мисс Куинн, это…» Хотя адвокат Синь был нанят Кристин Куинн, он прекрасно понимал, кого в этом браке он не может себе позволить обидеть, поэтому нервно посмотрел на Скайлер Джонс. Кристин Куинн испепеляющим взглядом посмотрела на Скайлер Джонс. Скайлер Джонс, как всегда, сохранял спокойствие и уверенно заявил адвокату: «Уходите через три минуты, если ваша юридическая фирма намерена остаться на плаву». Увидев его серьезное выражение лица, адвокат Синь в страхе как можно быстрее сбежал из дома Джеффри… Вся семья Джеффри была потрясена увиденным. Кристин Куинн поспешила вслед за адвокатом, но ее подхватила на руки Скайлер Джонс. "Отпусти меня, отпусти…" Кристин Куинн продолжала колотить кулаками по Скайлеру Джонсу, но в итоге оказалась поднятой горизонтально в его объятиях. Только в этот момент вся семья Джеффри поняла, что происходит… Затем они с широко раскрытыми глазами наблюдали, как Скайлер Джонс отнесла Кристин Куинн в комнату на втором этаже. Он распахнул дверь ногой и решительно понес Кристин Куинн к кровати… В следующее мгновение она оказалась прижатой к нему на их кровати. Кристин Куинн изо всех сил пыталась отбить его наступление, сердито и робко восклицая: «Что… что ты хочешь сделать?» Скайлер Джонс тепло улыбнулась: «Знаете, мои мысли просты…» ---------- Главы 987–508: Дополнительная история: Президенту Джи нужно больше заниматься спортом Кристин Куинн мгновенно пришла в ярость, ее лицо покраснело еще сильнее. «Скайлер Джонс, извращенец… Я еще даже не сказала, что собираюсь тебя простить, а ты уже хочешь… хочешь…» Кристин была так взбешена, что ее лицо горело. Она не могла обругать его, поэтому вместо этого принялась бить, размахивая своими маленькими кулачками и оказывая постоянное сопротивление. Скайлер Джонс внезапно схватил беспокойные руки Кристин Куинн, наклонился так, что его прямой нос почти коснулся её носа. Его чистый, мужественный аромат окутал её, и он очень серьёзным тоном сказал: «Куда ты думаешь?.. Я хочу, чтобы ты простила меня, чтобы мы могли снова быть вместе». Увидев эту коварную усмешку в уголке губ Скайлера Джонса, Кристин наконец поняла, что попала в его ловушку. Ее лицо еще больше покраснело от смущения и гнева. «Отпусти меня, отпусти…» Скайлер Джонс надавил еще сильнее, прижав руки Кристин Куинн, и опустил губы так, что они почти коснулись ее губ… Она замолчала, не смея пошевелиться, боясь, что если она хоть немного пошевелится, то коснется его губ… Он посмотрел на ее мягкие, слегка приоткрытые, соблазнительно красные губы, отстраненные от долгого ожидания, и тихо, искренне спросил: «Жена, что должно произойти, чтобы ты меня простила?» Чтобы случайно не прикоснуться к нему, Кристин Куинн не смело пошевелить губами и лишь прошептала: «Если ты сейчас же отпустишь меня и скажешь: „Я люблю тебя“, я тебя прощу». «Вы серьёзно?» — спросил проницательный мужчина. Кристин Куинн очень серьезно кивнула. Довольная Скайлер Джонс поцеловала Кристин Куинн в лоб, а затем отпустила её. Кристин поправила одежду и встала с постели. Скайлэр Джонс, полный нежности, обнял Кристин Куинн, собираясь произнести самые трогательные слова любви на свете… Кто бы мог подумать, что Кристин вдруг отскочит и со скоростью света бросится к двери. Она фыркнула и скривила лицо, глядя на Скайлера Джонса. «Я могу тебя простить… при условии, что ты больше никогда в жизни меня не тронешь, и мы поговорим о настоящих чувствах». Лицо Скайлер Джонс потемнело. "…" Тук-тук. «Мама, это точно папа». «На кровати», — сказала Мари Кристин Куинн, которая спокойно прислонилась к изголовью и читала журнал. Кристин даже не приподняла веки, лениво ответив: «Тогда иди открой дверь!» "Хорошо!" — Мари, в своей пижаме с мультяшным рисунком, спрыгнула с кровати и подбежала. Мари быстро открыла дверь, и, конечно же, снаружи стоял ее блестящий, могущественный отец. «Папа», — ласково позвала Мари. Скайлер Джонс бросила на Мари многозначительный взгляд. Мари благоразумно кивнула, затем повернула голову и сказала Кристин Куинн: «Мамочка, я сегодня сплю с бабушкой…» Не дожидаясь ответа Кристин, она выскочила из комнаты. Кристин Куинн отложила журнал в руке, намереваясь позвать дочь обратно, но высокая фигура, преграждавшая дверной проем, заставила ее с трудом произнести слова. Скайлер Джонс закрыла дверь спальни и подошла к Кристин. Кристин Куинн слегка нахмурилась. «Разве я не говорила тебе, что сегодня ночью буду спать с Мари? Зачем ты ее прогнала?» Скайлер Джонс взял журнал из рук Кристин и, взяв жену за руку, уговаривал: «Жена, ты ведь не всерьез собираешься держать меня в целибате всю жизнь, правда?» Кристин Куинн отдернула руку, которую Скайлер нежно поглаживала, и торжественно сказала: «Разве мы не договорились, что говорим о настоящих чувствах?» Скайлер Джонс тоже прислонился к изголовью кровати, протянул руку, чтобы обнять Кристин Куинн, и, посмеиваясь, сказал: «Жена, я докажу тебе, насколько реальны мои чувства к тебе, но нам не обязательно поступать таким образом. Знаешь, если тебя нет рядом ночью, я не могу уснуть…» Кристин Куинн оттолкнула его, чтобы увеличить расстояние между ними. "Эй, слезь с кровати… Кто разрешил тебе подняться?" "Я просто сяду здесь, у изголовья кровати, и поговорю с тобой, хорошо?" "Это неприемлемо!" Кристин говорила праведно. Не посмеивая еще больше разозлить жену, Скайлер Джонс беспомощно поднялся и вылез из постели. Только тогда Кристин Куинн осталась довольна. Ровным, неторопливым тоном она сказала: «Возвращайся в свою комнату и спи; я готовлюсь ко сну… А когда вернешься спать, приведи Мари. Здоровье мамы в последнее время неважное, и Мари беспокойно спит. Боюсь, она помешает маме отдохнуть». Не желая сдаваться, Скайлер Джонс снова наклонилась к нему. «Жена…» Кристин Куинн тут же подняла руку, чтобы заслонить его приближающиеся губы. «Скайлер Джонс, повторю еще раз, совершенно серьезно: я не шучу… Если вы не можете этого сделать, тогда мы вызовем адвокатов!» Это было словно на него вылили ведро холодной воды. Скайлер Джонс тут же отступил. «Хорошо, хорошо, хорошо. Главное, чтобы ты не поднимал тему развода и начала всего сначала, я буду делать все, что ты скажешь». Услышав сладкие слова Скайлера Джонса, Кристин Куинн почти никак не отреагировала. Она даже не взглянула на него. «Убирайся, и не забудь отправить Мари обратно спать сюда». ---------- Глава 988-508: Дополнительно: Мистеру Джонсу нужно больше заниматься спортом_2 Скайлер Джонс вздохнула и обернулась. Увидев спину Скайлера Джонса, когда тот повернулся, чтобы уйти, Кристин Куинн наконец-то улыбнулась. Всю мою жизнь он полностью держал её в своих руках; она ни за что не позволила бы ему оставаться на вершине вечно… Конечно, она не собиралась запрещать ему заниматься сексом всю жизнь, но она точно собиралась до смерти его напугать. Кто ему раньше советовал разбивать ей сердце? Если Кристин думала, что Скайлер просто уйдёт сама, то она глубоко ошибалась, потому что, как только Скайлер подошла к двери, свет в комнате внезапно погас. Кристин даже не успела отреагировать на происходящее, как мужчина, только что выключивший свет, с молниеносной скоростью бросился на кровать и быстро прижал жену к себе. "Ах…" — вскрикнула Кристин в шоке. Но он уже прижал к себе беспомощно размахивающие руки Кристин, прижавшись вплотную к своей милой жене, так что между ними не было никакого расстояния. Почувствовав жар его дыхания, Кристина с трудом выдержала волнение. Она посмотрела на него своими большими невинными глазами, даже не осмеливаясь громко дышать, и прошептала: «Ты… что ты пытаешься сделать?» Скайлер прижал руки Кристин к изголовью кровати. В темноте его хитрые, зловещие глаза необычайно ярко сияли, и из его магнетического голоса вырвалось: «Не позволяешь мне тебя поцеловать, да?» Кристин замерла. Скайлер уже опустил голову и страстно поцеловал Кристин в губы. Его тонкие губы были такими обжигающе горячими, словно обжигали ее нежные, розовые губы. Кристин была в ярости и смущена. "Эй…" В тусклом свете она видела лишь это красивое лицо, ведущее себя совершенно бесстыдно и без каких-либо джентльменских манер. Скайлер снова уткнулся лицом в шею Кристин и начал нежно целовать её… Именно этого Кристине было терпеть больше всего — Скайлер так близко подходит к ней… Потому что благодаря своему мастерству он каждый раз мог заставить её потерять всякую решимость. Кристин ссутулилась, пытаясь увернуться от его прикосновения, но его тонкие губы, источающие жгучее дыхание, легко коснулись ее шеи, отчего и ее сердце забилось быстрее… Он продолжал её дразнить… От шеи до ключицы, а затем еще ниже… Даже если ей очень нравились его поцелуи, она все равно не могла просто поддаться ему… Ни за что… В её сердце звучал голос решимости. Кристин, собрав все силы, неожиданно вырвала из хватки Скайлера, который так крепко сжимал её руки, и с силой оттолкнула его… Скайлер явно не ожидал, что эта маленькая штучка вдруг взорвётся с такой силой; его чуть не сбросило с кровати… Поправив свою растрепанную одежду, Кристин фыркнула мужчине, который собирался снова приблизиться: «Если вы подойдете ближе, я закричу!» Сидя на кровати и слушая слова Кристин, Скайлер скрестил руки на груди и лениво протянул: «Кричи, давай… Семья просто подумает, что мы любящая пара. Никто не придет тебя спасать». Неужели это был тот же спокойный и серьезный президент Джонс, каким он обычно был на публике? В данный момент он явно был волком, причем бесстыжим и нечестным волком. Кристина отпрянула к изголовью кровати и лишь пристально посмотрела на него. "Ты ужасен!!" Губы Скайлера изогнулись в улыбке. Он протянул руку, подхватил Кристин на руки, прислонил подбородок к ее гладкому лбу, и из его тихих уст вырвалось: «Детка, ты можешь наказывать меня как хочешь, только не этим…» Кристин внезапно начала рыдать от горя. Скайлер, совершенно не ожидавший, что Кристин заплачет, мгновенно вздрогнул. Он поспешно обхватил ее нежное, красивое лицо ладонями. «Что случилось, малышка?» Кристин намеренно всхлипнула, притворившись, что задыхается от слов, и произнесла: «Ты говорил, что хочешь, чтобы я тебя простила, но ты совсем не проявляешь искренности… Если бы ты действительно любил меня, то даже если бы я не могла исполнять свои супружеские обязанности, ты все равно любил бы меня так же сильно…» Скайлер нежно поцеловал Кристин в лоб и тихо сказал: «Жена, если бы ты действительно не могла выполнять свои супружеские обязанности, конечно, я бы все равно любил тебя так же, как и сейчас. Но сейчас мы можем…» «Нет, мы не можем!!» — настаивала Кристин. «Я никогда не говорила, что прощаю тебя, поэтому ты не можешь этого сделать». Больше всего Скайлеру было невыносимо видеть, как глаза Кристин наполнились слезами, как она выглядела жалкой, потому что от этого у него бешено сжималось сердце. В конце концов, Скайлер оставалось только пойти на компромисс. «Хорошо… Я обещаю, я подожду, пока ты меня простишь, ладно?» Кристин шмыгнула носом, давая понять, что ее настроение немного улучшилось, а затем кивнула. Только тогда Скайлер наконец выдохнул, улыбнулся и обнял Кристин. «Тогда я останусь здесь и посплю с тобой сегодня ночью!» "Нет!" "Почему нет?" «Кто знает, будешь ли ты хорошо себя вести посреди ночи». Скайлер тут же поднял руку, словно давал клятву. «Клянусь, я точно не подниму на тебя руку». «Ни за что!!» — Кристин по-прежнему отказывалась. Она прекрасно знала, как хорошо он умеет играть нечестно… Если она действительно позволит ему остаться, то может забыть о спокойном сне! "Кристин…" «Просто уходи уже… Я так хочу спать, мне так хочется». Кристин продолжала отталкивать мужчину, крепко обнимавшего её. Острый ум этого человека быстро взвесил все за и против… Учитывая вспыльчивый характер этой женщины, если бы он остался и попытался что-нибудь предпринять, она бы определенно возненавидела его. Но если бы он просто обнял ее и уснул, то, скорее всего, страдал бы он сам… Так… Скайлер уже придумала идеальный способ решения этой проблемы. Ему оставалось только навредить себе и "поголодать" пару дней… «Хорошо тогда…» — Скайлер пошла на компромисс. «Раз уж я тебе пообещала, я сдержу своё слово…» Кристин кивнула, как маленький клюющий цыпленок. "Мм, мм, мм." Скайлер легонько поцеловала Кристин в макушку и жалобным тоном сказала: «Пойду-ка я вернусь в свою комнату и посплю… Вздох, завтра у меня точно снова будет болеть шея». Кристин намеренно совсем не утешала его, не дав ему ни единого шанса отказаться от своего слова. Скайлер раздраженно спрыгнула с кровати, схватила ее за затылок, украдкой поцеловала еще раз, и только потом отпустила и вышла из комнаты. Когда Скайлер, угрюмо ушедшая, увидела, как на лице Кристин расцвела улыбка. На следующий день. Кристин умывалась в ванной, когда внезапно раздался стук в дверь. По настойчивому стуку она поняла, что это не Скайлер. Не отрывая зубной щетки от рта, Кристин пошла открывать дверь. И действительно, у двери стояла не Скайлер, а Ребекка Квентин. Кристин на мгновение замерла, бормоча сквозь зубную щетку во рту, ее слова были приглушенными: «Бекка, что случилось?» Ребекка Квентин вбежала в комнату и тут же захлопнула дверь. «Сестра, мне нужна услуга». "Что это такое?" ---------- Глава 989-509: Дополнительно — Ребенок непослушен в утробе матери «Сначала прополощи рот!» — Бекка втолкнула Кристин в ванную. Кристин ополоснулась и вышла, увидев Бекку с обеспокоенным, по-видимому, напряженным видом. Кристин с беспокойством спросила: «Что случилось?» Бекка сказала: «Я хочу познакомиться с кем-нибудь, но мне нужна твоя помощь». Кристина была озадачена: «С кем именно вы хотите встретиться, кто нуждается в моей помощи?» Бекка взяла Кристин за руку: «Не беспокойся о том, с кем я хочу встретиться… Позже представь, что ты идешь со мной по магазинам, чтобы Говард не отправил за мной телохранителей». Слова Бекки еще больше озадачили Кристин: «С кем ты встречаешься, что тебе нужно скрываться от Говарда?» «Я вам всё расскажу по дороге…» "…" За завтраком все были на месте. Миссис Джеффри сидела посередине, остальные — по бокам. У Скайлера Джонса действительно сегодня утром затекла шея, в тот момент он поддерживал ее, поворачивая голову. Миссис Джеффри заметила движения Скайлер и с беспокойством спросила: «Скайлер, что случилось? Плохо спала прошлой ночью?» Скайлер равнодушно ответила: «Мм». Миссис Джеффри спросила: «Хотите пойти в больницу и пройти обследование?» Взгляд Скайлер обратился к Кристин, она надеялась увидеть в ее глазах хоть каплю сочувствия, но Кристин небрежно удивила ее словами: «Мама, не волнуйся за него, это просто потому, что он стареет, у него постоянно возникают мелкие проблемы со здоровьем». Слова Кристин омрачили лицо Скайлер, а Бекка, которая пила суп, поперхнулась. Говард нежно похлопал свою милую жену, которая поперхнулась супом, и с улыбкой наблюдал за своим братом и невесткой. Холодный взгляд Скайлер скользнул по Кристин. Что значит "стареть"? Что значит "постоянно испытывать мелкие физические проблемы"? Значит, она считает, что он стареет, теряет силы, и поэтому использует воздержание как способ его наказать? Эта проблема была серьёзной… Ему нужно было найти время, чтобы как следует уладить этот вопрос с ней. Кристин сделала вид, что не замечает взгляда Скайлера, и всерьез напомнила ему: «Тебе нужно следить за своим здоровьем, ты думаешь, тебе все еще семнадцать или восемнадцать лет!» Скайлер стиснул зубы, не выдержав больше, и сквозь стиснутые стиснутые зубы произнес: «После завтрака ты пойдешь со мной в компанию!» Кристин была ошеломлена: «Почему?» Скайлер обняла Кристин и торжественно сказала: «Раз уж ты не в лучшем состоянии здоровья, тебе нужно больше заниматься спортом… В компании есть тренажерный зал, пойдем со мной «позанимаемся спортом», мне нужна хорошая «тренировка». Лицо Кристин покраснело: "Ты…" К счастью, миссис Джеффри и дети не поняли смысла этих слов, только Говард и Бекка втайне смеялись. «Ты ведь не откажешься сопровождать меня на „тренировке“, правда?» — Скайлер притворился невинным, обращаясь к своей милой жене. Кристин наконец поняла, что значит выстрелить себе в ногу… Кристин бросила на Скайлер взгляд типа «выгони свою большеголовую дурочку», затем убрала руку Скайлер со своей талии и серьезно сказала: «Я не могу пойти с тобой сегодня, я иду за покупками с Беккой сегодня днем». Услышав это, Бекка тут же вмешалась: «Да-да… Зять, я уже сказала сестре, что мы сегодня днем ​​пойдем по магазинам». Скайлер кивнул, упрямо обнял Кристин за талию и с улыбкой сказал: «Не беспокойся, я могу „позаниматься спортом“ позже, не спеша». Кристин закончила завтрак с покрасневшим лицом. Полдень. Кристин лично отвезла Бекку в центр города. Бекка не говорила Кристин, с кем собирается встретиться, пока не попросила Кристин припарковать машину перед больницей. Кристин с подозрением последовала за Беккой в ​​больницу. Невероятное, такое совпадение, что в больничном коридоре Бекка столкнулась с человеком, с которым хотела познакомиться. Кристин долгое время была ошеломлена, увидев этого человека. Это был Честер Робинсон. Он только что закончил операцию и обсуждал состояние пациента с его семьей. Бекка и Кристин молча стояли на своих местах, пока взгляд Честера не остановился на них. Увидев Бекку, взгляд Честера заметно остановился, но он по-прежнему послушно обращался к семье пациентки. После того как семья пациента ушла, Честер повернулся и посмотрел на Бекку и Кристин. Бекка и Кристин направились в сторону Честера. Кристин не испытывала особых чувств к Честеру, у нее сложилось впечатление, что в то время Честер очень хорошо относился к Бекке, и она даже посоветовала Бекке выбрать Честера. Кристин всегда хорошо относилась к Честеру, даже несмотря на то, что Честер раньше конфликтовал с Говардом и Скайлер, все знали, что эти недоразумения были организованы М. «Бекка». Знакомый голос Честера звучал в ушах Бекки, но казалось, что это было целую вечность назад. ---------- Глава 990-509: Дополнительно: Ребенок очень непослушный в животе (2) Голос Ребекки Квентин слегка дрожал: «Давно не виделись, Честер… У меня никогда не было возможности сказать тебе, как я рада, что ты проснулся». Честер Робинсон слегка прищурился: «Говард Джеффри, вероятно, не позволит тебе прийти ко мне». Ребекка Квентин честно ответила: «Мне помогала сестра, Говард об этом не знает». Кристин Куинн молча стояла в стороне, украдкой поглядывая на Честера. Она не была уверена, что это было первое впечатление, которое она о нем получила, но ей показалось, что он выглядит довольно хорошо. Он был совершенно другим типом, нежели Говард Джеффри и Скайлер Джонс… Если Говард Джеффри и Скайлер Джонс производили первое впечатление сильных и неприступных личностей, то Честер был человеком грациозным и дружелюбным. Если бы она не знала, что Говард Джеффри и Скайлер Джонс когда-то конфликтовали с Честером, ей было бы трудно поверить, что такой элегантный человек, как Честер, был того же типажа, что и Говард Джеффри со Скайлер Джонс. «Давай выпьем вон там!» — предложил Честер. Ребекка Квентин покачала головой: «Я пришла к вам не просто навестить, мне нужно кое-что вам сказать…» "Вперед, продолжать." «Где Алиса?» Вопрос Ребекки Квентин, похоже, задел запретную тему для Честера, и он не ответил. Ребекка Квентин пристально смотрела на Честера, в ее голосе читалась печаль: «Я слышала, что она вернулась во Францию, вы давно не виделись… Я не знаю, какие чувства между вами и ней существуют, но я знаю, что во время вашей комы она всегда была рядом, заботилась о вас… Как вы можете позволить ей оставаться одной с ребенком во Франции? Вы должны понимать, что после смерти ее отца и семейных споров о наследстве она отвернулась от всей своей семьи. Кроме вас, у нее ничего не осталось…» На обратном пути, когда Кристин Куинн вела машину и заметила, что Ребекка Квентин молчит, она не могла не спросить: «Почему такая тишина?» Ребекка Квентин пришла в себя и тихо вздохнула: «Я думала о Честере и Элис». «Когда ты только что уговаривал Честера, ты явно пытался свести его с Алисой, не так ли?» Ребекка Квентин кивнула: «Вообще-то, когда Честер проснулся, я подумала, что он наверняка будет с Элис. Я не ожидала, что они расстанутся…» Кристин Куинн проанализировала ситуацию: «На самом деле, я думаю, что их расставание вполне нормально… Честеру ты всегда нравилась, а Элис была глубоко увлечена Говардом Джеффри, они никогда не были по-настоящему нормальной парой…» «Но у Элис был от него ребенок», — сказала Ребекка Квентин. «Так вы считаете, что Честер должен взять на себя ответственность за Алису?» — возразила Кристин Куинн. Ребекка Квентин покачала головой: «Я не знаю, в конце концов, только они сами могут разобраться в своих чувствах… Но, выбрав расставание, я думаю, что, несомненно, больше всего жертвой оказывается ребенок». «Я бы посоветовал вам не слишком об этом задумываться. Помните, вы тайком сбежали к Честеру, и если Говард Джеффри узнает об этом, он наверняка снова начнет ревновать. Вы же знаете, какими мелочными могут быть эти люди». Ребекка Квентин сказала: «Я знаю… Я просто пришла к нему один раз, больше я его не увижу». «По взгляду Честера видно, что он не отпускает тебя… Но теперь ты жена Говарда Джеффри, а Говард — его брат. Сомневаюсь, что у него останутся какие-либо иллюзии относительно тебя». «Я очень надеюсь, что он примет мои слова близко к сердцу… На самом деле, проведя некоторое время с Алисой, можно почувствовать, что Алиса просто избалованный ребенок в семье, у нее не плохой характер, и после несчастного случая с Честером она постепенно многое поняла, я думаю, ей нравится Честер…» Кристин Куинн слегка улыбнулась: «Пусть они сами разбираются со своими проблемами в отношениях, я верю, что судьба уже предрешена». Ребекка Квентин вдруг наклонила голову и спросила: «Сестра, когда это ты вдруг стала экспертом в философии? Похоже, эти долгие отношения с моим зятем дали тебе много жизненных уроков…» Кристин Куинн, не спуская глаз с улыбки, спокойно ответила: «Я просто устала, мне кажется, отношения не должны быть такими сложными… как с Оверскай, если бы мы смогли раньше всё прояснить, вместе мы или нет, мы бы не были так измотаны». «Это правда…» Вспоминая свои отношения с Говардом Джеффри, Ребекка Квентин тоже вздохнула: «В сердечных делах лучше не усложнять». Кристин Куинн сказала: «На самом деле, начало отношений у Честера и Элис было лучше, чем у нас, потому что у них не было таких сложных семейных распрей…». Ребекка Квентин кивнула: «Надеюсь, Честер меня послушает и внимательно обдумает свою ситуацию с Элис». Кристин Куинн и Ребекка Квентин вошли на виллу, смеясь и разговаривая, и тут же были ошеломлены, увидев в холле высокую, серьезную фигуру. Кристин Куинн была ошеломлена, а Ребекка Квентин хитро отпустила руку Кристин и быстро ускользнула. «Куда ты делся?» — спросил Скайлер Джонс с легкой надменностью в голосе. Кристин Куинн передала купленные вещи горничной и серьезно ответила: «Покупки, разве я не говорила вам об этом сегодня утром?» "Правда?" — Скайлер Джонс прищурился, явно сомневаясь. Словно насквозь замеченная, Кристин Куинн замялась: «Да… да, а какая тебе вообще разница, куда я иду?» Пока она говорила, Кристин Куинн направилась на второй этаж, но ее стройное тело внезапно схватила сильная хватка. Кристин Куинн оказалась в объятиях Скайлер Джонс. Находясь так близко к нему, Кристин Куинн, стоя на виду у всех в холле, испытывала одновременно стыд и гнев: «Что ты делаешь?» Скайлер Джонс серьезно спросил: «Куда вы ушли?» «Я сказала, что ходила по магазинам». «Но мои люди мне этого не говорили, они сказали, что вы провели в больнице XX больше часа». Услышав слова Скайлер Джонс, Кристин Куинн в шоке открыла рот: «Ты… ты приказала следить за мной?» Скайлер Джонс без зазрения совести призналась: «Да…». «Зачем вы приказали за мной следить?» — Кристин Куинн отчаянно сопротивлялась, очень рассерженная. Скайлер Джонс крепко сжала её беспокойные руки, пристально глядя ей в глаза: "Неужели ты думаешь, я всё ещё позволю тебе сбежать?" Глубокая нежность в его глазах смягчила её сердце. Она постепенно перестала сопротивляться и откровенно призналась: «Да, я была в больнице XX». «Кого вы видели?» — с деликатностью спросила Скайлер Джонс. Кристин Куинн тут же ответила: «Я вам расскажу, но вы ни в коем случае не говорите об этом Говарду Джеффри, иначе он точно взорвется». «Это как-то связано с Говардом Джеффри?» ---------- Глава 991-510: Дополнительно: Его доброта тронула её (1) «Я поехал к Честеру». "Честер?" Кристин Куинн кивнула: «Это Бекка хотела его увидеть… Она боялась, что Говард Джеффри узнает, поэтому попросила меня ее подменить». Скайлер Джонс вздохнул с облегчением, обнял Кристин Куинн за талию и сказал: «Пойдем обратно в номер». "Эй, я разве разрешила тебе меня трогать?" Кристин Куинн убрала руку Скайлер Джонс со своей талии и самостоятельно направилась на второй этаж. Скайлер Джонс покачал головой с улыбкой и последовал за ней. Войдя в комнату, Кристин Куинн обернулась, чтобы предупредить мужчину, стоявшего позади нее, прежде чем он успел подойти: «Не трогай меня, иначе я уйду из этой комнаты». Скайлер Джонс поднял руки, раскинув их в стороны: «Хорошо, я не буду подходить к вам близко. Может, я просто постою здесь и поговорю с вами?» «Не нужно быть такими формальными; давайте просто поговорим, сидя на диване». Скайлер Джонс кивнул. Затем Кристин Куинн села на диван, и Скайлер Джонс послушно сел напротив нее. Скайлер Джонс заговорила первой: «Как долго вы собираетесь меня наказывать?» «Я же говорил, что это будет на всю жизнь». "Кристин…" Кристин Куинн опустила голову и пробормотала в сторону: «Но я также понимаю, что это невозможно…» Услышав это, Скайлер Джонс улыбнулась, проигнорировав предупреждение Кристин Куинн, и, придвинувшись, обняла ее за талию: «Тогда я…» Кто бы мог подумать, что Кристин Куинн все-таки оттолкнула Скайлер Джонс, твердо заявив: «Конечно, это невозможно, но время еще не пришло». Скайлер Джонс снова разочаровалась, сохраняя дистанцию ​​в пятьдесят сантиметров от Кристин Куинн и признавая: «Нет необходимости быть так далеко… Я уже обещала тебе, что не буду плохо себя вести». «Кто знает, может, ты…» — пробормотала Кристин Куинн. Скайлер Джонс тут же снова наклонился, обняв свою любимую жену: «С этого момента, уверяю вас, я сдержу свои обещания». На этот раз Кристин Куинн не сопротивлялась; она позволила ему обнять себя. Она спросила: «Почему вы вернулись из компании так рано сегодня днем?» Скайлер Джонс честно ответила: «Делать особо нечего; я просто хотела вернуться и быть с тобой». Кристин Куинн прижалась к Скайлеру Джонсу, играя с его полосатым галстуком, и тихо сказала: «Ты так и не объяснил мне, почему Дженнифер Дуглас никогда не вернется». «Потому что она боится». "Хм?" «На самом деле, прежде чем Дженнифер Дуглас уехала в Индию, она приехала во Францию, чтобы найти меня». Кристин Куинн подняла кулак и легонько ударила Скайлера Джонса: «Сколько ещё ты от меня скрываешь?» Она чуть не забыла, что уже расследовала это раньше; когда он был во Франции, там же находилась и Дженнифер Дуглас. Тогда она ошибочно полагала, что они возобновляют свои отношения во Франции, поэтому и подумывала о том, чтобы покинуть Нью-Йорк. «Дорогая, сначала послушай меня…» «Хорошо, давайте». «Она пришла меня найти из-за своего отца». "Что? Какое отношение это имеет к Чарльзу Дугласу?" Скайлер Джонс улыбнулась, затем взяла лежавший рядом журнал и открыла страницу. Кристин Куинн взяла журнал, мельком взглянула на него и внезапно была ошеломлена. Председатель правления Nonta Group Чарльз Дуглас оказался замешан в мафиозной вендетте, полиция вмешалась в расследование… Кристин Куинн была озадачена: «Мафия вендетта?» Скайлер Джонс улыбнулась: «Ты такая умная, попробуй угадать». Кристин Куинн проанализировала ситуацию: «Чарльз Дуглас всегда был законопослушным человеком в этой индустрии; он не смог бы спровоцировать мафию, если бы кто-то его не подставил…» Кристин Куинн вдруг посмотрела на Скайлер Джонс: «Это как-то связано с тобой?» Скайлер Джонс едва заметно улыбнулся: «Раз уж я могу распространять слухи, связывающие Чарльза Дугласа с мафией, то, естественно, я могу и опровергать эти слухи… Так что сейчас Чарльз Дуглас — как кузнечик на веревочке; я могу заставить его жить или умереть по своему желанию». «Я понимаю… Дженнифер Дуглас поехала во Францию, чтобы умолять вас пощадить её отца, потому что она уже знала, что вы обо всём осведомлены». "Умница." Скайлер Джонс легонько постучал по милому носику своей очаровательной жены. «Поэтому ее поездка в Индию была не ее выбором; вы заставили ее поехать, и ради безопасности ее отца она никогда не вернется». «Моя жена с каждым днем ​​становится умнее». Скайлер Джонс не смог удержаться и поцеловал свою любимую жену. Кристин Куинн внезапно опустила голову и пробормотала: «На самом деле, это я дура». "В чем дело?" Кристин Куинн пробормотала: «На самом деле, до того, как Дженнифер Дуглас уехала в Индию, я тоже с ней встречалась… В то время она вела себя очень непринужденно в моем присутствии, даже говорила, что довольна своей жизнью… Сейчас, оглядываясь назад, я понимаю, что ее вынудили поехать в Индию, и она на самом деле не смирилась с этим, поэтому она намеренно появлялась передо мной, говорила вещи, чтобы ввести меня в заблуждение, специально пытаясь вызвать у меня подозрения в отношении вас…» ---------- Глава 992-510: Дополнительная история: Его доброта трогает её (1) Скайлер Джонс тихо вздохнула: «Это потому, что я потакала Джастину Уолтеру, из-за чего ты постоянно страдала». «Кстати, где Джастин Уолтер?» — с любопытством спросила Кристин Куинн. «Я больше не могу держать его рядом с собой. Отпустить его было уже величайшим проявлением моей доброты по отношению к нему». «Неужели он до сих пор не знает истинной натуры Дженнифер Дуглас?» «Как человек, погрязший в эмоциях, может увидеть истинную природу другого человека?» Кристин Куинн вздохнула: «Жаль, что вы потеряли способного помощника…» Скайлер Джонс поцеловал Кристин Куинн в висок, его голос слегка охрип: «Дорогая, ты не будешь меня винить за то, что я отпустил Джастина?» Кристин Куинн обняла красивое лицо Скайлера Джонса и покачала головой: «Я знаю, что ты дорожишь братскими узами с Джастином Уолтером, потому что, когда ты боролся в одиночку, Джастин всегда был рядом… Ты очень ценишь эти братские узы». «Пусть будет так, пусть уходит…» Кристин Куинн кивнула, держа Скайлер Джонс за лицо, и серьезно сказала: «Скайлер, отныне давай будем доверять друг другу и никогда не сомневаться друг в друге, хорошо?» Скайлер Джонс крепко держал Кристин Куинн за руку, его голос, охрипший от волнения, звучал: «Конечно!» Затем Кристин Куинн прижалась к Скайлер Джонс. В этот момент время словно остановилось, и теплота и нежность наполнили всю комнату. В ту ночь Кристин Куинн не пошла спать в комнату Мари. Он сдержал своё обещание и не прикоснулся к ней. Среди ночи Кристин Куинн проснулась в полубессознательном состоянии… Место рядом с ней было пустым, и, охваченная потрясением, она тут же села. Она оглядела комнату; в тусклом свете она увидела Скайлер Джонс, сидящую в одиночестве на балконе и курящую. Ночь была слегка прохладной. Он выглядел обеспокоенным и употреблял никотин, чтобы заглушить свои чувства. Кристин Куинн надела халат, встала с постели и принесла ему предмет одежды. Ее движения были не бесшумными, но он, казалось, был погружен в свои мысли, не слыша ее, поэтому, когда она обняла его сзади, он вздрогнул. Он редко теряет бдительность… "Кристин." Узнав, что это она, он взял ее за руку и поцеловал тыльную сторону ладони. Кристин Куинн обняла его за шею сзади и спросила: «Почему ты до сих пор не спишь так поздно? Сидишь здесь и куришь в одиночестве?» Скайлер Джонс потушил окурок в руке и посадил Кристин Куинн себе на колени. «Я не могу уснуть». "Что случилось?" — Кристин Куинн искоса посмотрела на Скайлер Джонс, слегка обеспокоенная. Скайлер Джонс внезапно крепко обнял Кристин Куинн, словно хотел вплести ее в свои кости, его голос, полный гнусавых звуков, произнес: «Ничего… Я просто хочу вот так тебя обнять». "Что случилось, Скайлер?" Кристин Куинн была очень обеспокоена, держа в руках красивое лицо Скайлера Джонса и пристально глядя на него. Скайлер Джонс пристально смотрел в ясные глаза Кристин Куинн, его голос становился все более хриплым: «Прости… Это моя вина, что я не защитил тебя…» "Зачем это говорить?" «Хотя я знала, что тебе плохо, я оставила тебя одну во Франции… Если бы я тогда была более рассудительной, возможно, ребенок не ушел бы от нас». Ребенок… Кристин Куинн на мгновение опешилась. Оказалось, он не мог уснуть сегодня ночью из-за ребенка, которого они потеряли… Даже в темноте Кристин Куинн могла разглядеть едва заметные слезы в глазах Скайлер Джонс. "Кристин…" — его голос дрожал от чувства вины, — "Ты знаешь, как сильно я забочусь о ребёнке?" В этот момент Кристин Куинн молчала. Скайлер Джонс покачал головой, словно погружаясь в боль, и хриплым голосом произнес: «Раньше, когда ты спрашивала меня, хочу ли я ребенка, я всегда категорически отказывал. Но знаешь, на самом деле я хотел сказать, что был бы рад, если бы у нас были дети, я надеялся, что у нас будет большая семья…» Слова Скайлер Джонс слегка покраснели у Кристин Куинн: «Я всегда думала, что тебе всё равно». «Это потому, что мне было все равно… Между тобой и ребенком я мог выбрать только тебя. Если бы я не был тверд, как бы я мог тебя убедить?» Скайлер Джонс говорил с трудом, пока горечь в горле не помешала ему говорить плавно. «Но когда вы услышали во Франции, что я не сделала аборт, у вас не было особой реакции», — с горечью спросила Кристин Куинн. «Если бы мне было все равно, я бы не оставила людей во Франции заботиться о тебе. Я просто боялась, что ты не сможешь позаботиться о себе и ребенке в одиночку». «Скайлер, знаешь, во Франции я была в таком подавленном состоянии, что подумывала об аборте, но врач посоветовал сохранить ребенка, потому что, как у меня, с историей сердечных заболеваний, забеременеть без последствий для сердца – большая редкость… Мои шансы на успешную беременность высоки, он сказал мне не сдаваться…» «Почему ты не сказала мне раньше?» — Скайлер Джонс крепко обхватила плечи Кристин Куинн. Слезы затуманили зрение Кристин Куинн: «Я боялась, что тебе все равно…» Скайлеру Джонсу отчаянно хотелось закричать, он был так подавлен, что ему хотелось смеяться, его некогда яростные эмоции сменились беспомощностью, отразившейся на его лице. Скайлер Джонс беспомощно рухнул, прислонившись к спинке стула. Он уткнулся лицом в ладони, позволяя этому пронзительному чувству беспомощности терзать его. "Во всем виновата я…" — хриплый голос Скайлера Джонса был пронизан глубокой болью. Кристин Куинн подняла голову Скайлера Джонса, уткнувшуюся ему в ладони, и заставила его посмотреть на нее: «Скайлер…» Ее голос дрожал, когда она крепко обнимала его: «Ребенок все еще здесь…» Скайлер Джонс внезапно поднял глаза и недоверчиво уставился на нее. Столкнувшись с таким внезапным поворотом событий, он просто не смог среагировать. Ребенок все еще здесь? Боже мой, ребенок все еще здесь? "Ты…" Кристин Куинн взяла Скайлер Джонс за руку и направила ее к своему животу: «Ты чувствуешь? Внутри малыш шалит…» Учитывая, что Кристин Куинн еще не на том сроке беременности, Скайлер Джонс, естественно, не чувствовал движений ребенка внутри, но почему-то, когда его рука коснулась ее живота, возникло ощущение связи, как будто ребенок реагировал на него через кожу… "Это…" — Скайлер Джонс всё ещё не могла поверить своим глазам. Увидев радость и восторг на лице Скайлер Джонс, Кристин Куинн сквозь слезы расхохоталась: «Вам бы следовало спросить Говарда Джеффри… Он нам помог…» Рано утром Ребекка Квентин проводила Говарда Джеффри у входа на виллу. Каждое утро, когда Говард Джеффри уходил на работу, Ребекка Квентин целовала его, как делала это сейчас, а затем напоминала ему вернуться домой пораньше. ---------- Глава 993-511: Дополнительная история: Его доброта тронула её (2) В этот момент Ребекка Квентин на цыпочках подкралась и легонько поцеловала Говарда Джеффри в щеку, но Говард Джеффри притянул ее к себе для страстного поцелуя… В тот момент, когда они страстно целовались, их внезапно прервал легкий кашель. Увидев Скайлер Джонс, Ребекка Квентин, застенчиво оттолкнула Говарда Джеффри и сильно покраснела. Говард Джеффри сохранял спокойствие, держа на руках Ребекку Квентин, и хмурился, глядя на Скайлер Джонс. Скайлер Джонс был в хорошем настроении, его тон был бодрым: «Извините, что прерываю ваш разговор… Джеффри, мне нужно с вами поговорить». Впервые Скайлер Джонс проявила инициативу и пообщалась с Говардом Джеффри. Говард Джеффри кивнул, обменялся несколькими нежными словами с Ребеккой Квентин, а затем сел в машину Скайлер Джонс. Этим двум братьям редко выпадала такая возможность сидеть вместе в одной машине; это был первый раз. Как только они сели в машину, Скайлер Джонс сказала: «Спасибо». Благодаря своему уму, Говард Джеффри, естественно, догадался, за что Скайлер Джонс его благодарит. Он спокойно сказал: «Это сопряжено с риском… Если бы ты не осталась с Кристин, я бы причинил ей вред, но события показали, что Кристин не ошиблась в твоих словах». Да, ребенка Кристин Куинн "спас" Говард Джеффри. Когда Кристин Куинн уехала из Нью-Йорка одна, Ребекка Квентин очень за неё волновалась; к тому времени Говард Джеффри уже отследил местонахождение Кристин Куинн… Говард Джеффри сообщил Ребекке Квентин о местонахождении Кристин Куинн, но не позволил ей поехать во Францию, чтобы найти её, поскольку надеялся, что Скайлер Джонс и Кристин Куинн смогут сами разрешить свои проблемы. Однако, чтобы успокоить Ребекку Квентин, Говард Джеффри также отправил людей во Францию ​​для защиты Кристин Куинн. Кристин Куинн попала в больницу из-за проблем со здоровьем, и к тому моменту уже вмешался Говард Джеффри… Когда у Кристин Куинн появились признаки кровотечения, врач сообщил ей, что её ребёнок может не выжить, но на самом деле врач, следуя указаниям Говарда Джеффри, обманул Кристин Куинн… Врач не делал Кристин Куинн аборт, а воспользовался ее сном, чтобы сделать ей профилактическую инъекцию для поддержания беременности. Врач попросил Кристин Куинн остаться под наблюдением, что фактически было сделано для усиления мер по сохранению беременности, но Кристин Куинн настояла на выписке из больницы… Неожиданно с Кристин Куинн произошёл инцидент сразу после выписки из больницы… К счастью, люди Говарда Джеффри и Скайлер Джонс немедленно доставили Кристин Куинн в больницу, и ребенок, проявив удивительную стойкость, остался в ее утробе. Кристин Куинн потеряла сознание из-за эмоционального потрясения, усугубленного физической слабостью; её сердце не сильно пострадало, но Говард Джеффри воспользовался этой возможностью, чтобы продолжать создавать шансы для Скайлера Джонса и Кристин Куинн быть вместе… Врач намеренно преувеличил состояние Кристин Куинн, заставив Скайлера Джонса осознать, что он может потерять Кристин Куинн… Испытывая глубокое раскаяние и душевную боль, Скайлер Джонс наконец-то осознал свои истинные чувства… К сожалению, Кристин Куинн, потеряв ребенка, полностью утратила свои иллюзии относительно Скайлер Джонс, но вскоре почувствовала что-то неладное со своим телом, ведь мать может чувствовать, находится ли ребенок еще внутри нее. В этот момент Говард Джеффри открыл Кристин Куинн правду: она не потеряла ребенка. Кристин Куинн была очень рада, но огорчена тем, что у нее не будет будущего со Скайлером Джонсом. Однако Говард Джеффри показал Кристин Куинн видео. Это видео было снято человеком, которого нанял Говард Джеффри, и на нем видно, как Скайлер Джонс неустанно дежурит у двери своей палаты интенсивной терапии днями и ночами, ни на минуту не отходя от нее. Вид Скайлер Джонс, стоящей в отчаянии у двери больничной палаты, причинил Кристин Куинн невыносимую боль… Но Кристин Куинн не планировала возобновлять отношения со Скайлером Джонсом именно по этой причине. Скайлер Джонс считал, что им нужен перерыв, и он ни разу не упомянул Кристин Куинн о начале новых отношений… Поэтому, вернувшись в Нью-Йорк, Кристин Куинн собрала вещи и решила отправиться на остров Бали вместе с Мэрилин Куинн в отпуск. Отпуск Кристин Куинн преследовал две цели: во-первых, она хотела воспользоваться поездкой, чтобы хорошо восстановиться на острове Бали и пройти медицинское обследование, а во-вторых, Кристин Куинн чувствовала, что ей и Скайлеру Джонсу нужно успокоиться и поразмышлять. На самом деле, Кристин Куинн не нанимала адвоката для подачи заявления на развод со Скайлер Джонс; адвоката нанял Говард Джеффри, и идея развода тоже исходила от него… Кристин Куинн никак не ожидала, что в первый же день после возвращения в страну Скайлер Джонс расскажет ей обо всех своих истинных чувствах, умоляя дать им обоим еще один шанс восстановить доверие. Кристин Куинн была очень тронутой… особенно учитывая её глубокую любовь к Скайлеру Джонсу, поэтому, когда Скайлер Джонс страстно умолял её дать ему ещё один шанс, Кристин Куинн не смогла отказать… ---------- Глава 994-511: Дополнительный эпизод: Его доброта коснулась её (2) Однако Кристин Куинн приняла Скайлера Джонса не только по этой причине. Она все еще хотела убедиться, что Скайлер находится с ней из чувства ответственности. Поэтому она не сказала ему, что ребенок все еще там. В последнее время Кристин намеренно избегала разговоров о ребенке со Скайлером. Она хотела посмотреть на его реакцию… Видя, как Скайлер наслаждается радостью примирения с ней, Кристина почувствовала некоторое разочарование, потому что подумала, что Скайлер наплевать на ребенка… Однако правда показала, что Скайлеру было не всё равно. Он был полон чувства вины и самообвинения и не осмеливался упомянуть о ребёнке Кристин. Если бы Кристин не узнала прошлой ночью о боли, которую Скайлер переживал в одиночестве из-за потери ребёнка, он бы никогда не затронул эту тему… К счастью… Всё начало налаживаться. После вчерашнего вечера Кристин наконец поняла чувства Скайлера и осознала, что он выбрал быть с ней не из чувства ответственности. Она наконец простила Скайлера. Вот почему Скайлер в этот момент благодарила Говарда Джеффри. Знаете, с самого детства и до взрослой жизни это был первый раз, когда Скайлер отбросил свою холодность и искренне поблагодарил брата. Скайлер еще раз сказал: «Спасибо». Хотя ему было немного неловко это говорить, его искренность была неоспорима. Он просто не привык к такой близости с Говардом, поскольку за эти годы они никогда по-настоящему не ладили. «Мы братья; нет необходимости говорить такие вещи». «Я имею в виду не только дело ребенка, но и прошлое», — голос Скайлер был немного хриплым. Говард молча слушал. Скайлер тихо сказала: «Я всегда хотела поблагодарить тебя за заботу о Кристин… Если бы не ты, я знаю, она бы не дожила до сегодняшнего дня». Говард покачал головой: «Брат, ты ошибаешься… Тот, кто поддержал Кристин в рождении Мари и помог ей жить полной жизнью, был не я, а ты». В глазах Скайлер мелькнуло удивление. Говард сказал: «Она никогда тебя не ненавидела; она любит тебя больше, чем себя». Взгляд Скайлер, полный извинений, отвелся: «Я слишком поздно понял… Я больше не позволю ей меня бросить». Говард кивнул: «Брат, я знаю, что человек, которого ты ценишь, не будет плохим, поэтому с того момента, как ты уговорил меня позаботиться о Кристин, я уже считал её своей невесткой, членом семьи». Скайлер впервые осознала, что Говард всё это время понимал её мысли… Тогда Скайлер подтолкнула Кристин к Говарду, отчасти чтобы угодить М, а отчасти чтобы убедиться, что о Кристин позаботятся, и Говард все это понимал… В сердце Скайлера вновь зародилось давно подавленное чувство привязанности и братской любви… В этот момент Скайлер легонько ударил Говарда кулаком: «Молодец, брат». Говард также в шутку ударил Скайлер кулаком: «Добро пожаловать обратно». Когда Кристин проснулась после дневного сна, она увидела Скайлер, сидящую у кровати и нежно и ласково смотрящую на нее. С тех пор как она вчера вечером рассказала ему о своей беременности, он смотрел на нее с таким выражением лица… Она немного смутилась от его взгляда. "Почему ты так на меня смотришь?" Вчера вечером, когда она сказала ему, что не потеряла ребенка, он сначала промолчал, а потом внезапно поднял ее на руки, радостно крича по всей комнате… и с тех пор смотрел на нее вот так. «Глупышка, если бы мне было действительно все равно на ребенка, ты бы собиралась родить его одна?» Скайлер помогла Кристин подняться и подложила ей подушку под спину. Кристин помолчала некоторое время, а затем, стиснув зубы, сказала: «Если бы тебе было действительно все равно, я бы пошла в больницу, чтобы избавиться от ребенка…» Конечно, она лгала. Ребенок был для нее лучшим даром небес. Что бы ни случилось между ней и Скайлер, она никогда не бросила бы ребенка; она никогда не смогла бы быть жестокой к ребенку. Выражение лица Скайлера помрачнело, когда он сердито посмотрел на нее и тихо произнес два слова, которые втайне обрадовали Кристин: «Только посмей!» «Тогда чего ты хочешь от меня? Ты хочешь, чтобы я родила во Франции, а потом привезла ребенка обратно, чтобы бесконечно с тобой возиться?» Кристин намеренно произнесла резкие слова, выглядя очень обиженной: «Ты пользуешься моей любовью к тебе, игнорируя меня и ребенка; у тебя нет никакой совести». Вспоминая его слова, она была искренне разгневана, и ее голос стал бессвязным. Скайлер слышал, что у беременных женщин бывают перепады настроения, но не ожидал, что у его жены это произойдёт так быстро. Он нежно вытер слезы обиды с глаз Кристин и с улыбкой сказал: «Если бы я действительно злоупотреблял твоей любовью ко мне, я бы не так старался заслужить твоё прощение в эти дни». «Возможно, пока меня не было в Нью-Йорке, твоя мама убедила тебя взять на себя ответственность за меня!» Кристин намеренно подняла тему прошлого, чтобы спровоцировать его. Видя его теперь самодовольный вид и вспоминая его прошлые проступки, Кристин все еще испытывала затаенный страх. Она отвернула голову, чтобы не смотреть на него, но он силой повернул ее лицо обратно. Она раздраженно фыркнула, сверля его взглядом, но он остался невозмутимым, лишь улыбаясь. Внезапно он наклонился и прижал ее к себе, прижав к изголовью кровати, нежно положив одну руку на ее все еще плоский живот и мягко поглаживая его. Она раздраженно убрала его руку. Однако он схватил её за руку, его глаза заблестели: «А может, свадьбу проведём сейчас?» Кристин была немного ошеломлена и несколько секунд безучастно смотрела на Скайлер. Ее сердце переполнялось волнением и тронутостью, но в то же время и некоторым разочарованием. Она отдернула руку и пробормотала: «Ты предлагаешь свадьбу только из-за ребенка». Скайлер рассмеялась: «Жена, пусть небеса и земля свидетельствуют, я всегда хотел исправить это сожаление». Кристин возразила: «Но я же решила не выходить замуж. Разве это неприемлемо?» Улыбка Скайлера стала шире, когда он взглянул на живот Кристин: «Даже если ты не выйдешь за меня замуж, у ребенка в твоем животе уже фамилия Джонс, и наше свидетельство о браке все еще там». Что это означало? Он словно загнал ее в угол? Кристин недовольно фыркнула и оттолкнула его: «Уходи, я не хочу сейчас с тобой разговаривать». Увидев, что Кристин действительно рассердилась, Скайлер перестала её дразнить, села рядом с кроватью, взяла её за руку и сказала: «Я сегодня разговаривала с Говардом». Кристин удивилась: «Ты ведь снова не спорила с Говардом, правда?» «Нет, я поделилась с ним некоторыми искренними мыслями… Я очень благодарна ему за то, что он заботился о тебе все эти годы», — искренне сказала Скайлер, держа Кристин за руку. Кристин с сомнением посмотрела на Скайлера: «Ты действительно мог сказать такое Скайлеру?» Учитывая его обычный нарциссизм и высокомерие, как он мог опуститься до того, чтобы сказать такое своему брату? ---------- Глава 995-512: Дополнительная история: Его доброта тронула её (3) «Ради тебя я постараюсь измениться». "Действительно?" Скайлер кивнула. «Вот это уже лучше… Иначе, с твоим характером, очень трудно ладить с людьми». «Поэтому мне нужна твоя поддержка, чтобы ты направлял меня и помог мне влиться в эту семью». «Не используй эти слова, чтобы соблазнить меня… Я тебя простила, но ты всё ещё на испытательном сроке. Прежде чем я соглашусь на свадьбу с тобой, ты не можешь меня трогать». Скайлер быстро кивнула: «Хорошо, хорошо… Врач сказал, что у тебя двенадцать недель беременности, еще ранняя стадия. Тебе нужно быть особенно осторожной, оставаться в хорошем настроении, больше есть, хорошо отдыхать. Пока ты счастлива, я сделаю все, что ты захочешь». «Я делаю это и ради ребенка. Ты же знаешь, я все еще пытаюсь защитить малыша, поэтому сейчас мне нужно быть особенно осторожным…» Кристин сделала паузу, глядя ему в глаза: «Ты только что сказал, что пока я счастлива, ты будешь делать все, что я захочу. Если я захочу, чтобы ты сто раз сказал «Я люблю тебя» по телевизору прямо сейчас, ты сделаешь это?» Идея Кристин показалась Скайлер очаровательной и трогательной: «Я бы…» После этого Скайлер достал телефон и набрал номер своей секретарши Эрни. Кристин не могла поверить, что высокомерие Скайлера позволило ему совершить такое… Но она была поражена, когда его телефон наконец-то соединился, и он сказал секретарше на другом конце провода: «Эрни, организуй для меня пресс-конференцию…» Услышав это, Кристин выхватила телефон из уха Скайлера, прежде чем он успел договорить: «Ты что, с ума сошла? Я просто пошутила». В этот момент Скайлер крепко, несколько напористо, сжал руку Кристин, словно боясь потерять ее: «Не говори сто раз, даже тысячу, десять тысяч раз, сколько захочешь, я буду говорить это, пока тебе не надоест». Эти слова напомнили ей об их прошлом, полном любви, и одновременно огорчили и тронули ее, слезы навернулись на глаза. «Не плачь, беременным женщинам не следует часто плакать, это вредит глазам…» Скайлер вытерла слезы Кристин, подняла ее лицо и нежно поцеловала, от лба до глаз, до самых губ. Такой нежный, ласковый поцелуй погрузил Кристин в момент счастья… Поцелуй стал более страстным, и она протянула руку и обняла его за шею… Поскольку Кристин требовался особый уход, миссис Джеффри попросила Скайлер назначить свадьбу после того, как Кристин родит ребенка. Кристин, в общем-то, было все равно. Они со Скайлером уже были женаты; свадьба была всего лишь формальностью. Однако, как женщина, она все еще мечтала о моменте, когда войдет в церковь в белом платье, поэтому не возражала против свадьбы. Скайлер согласилась с решением матери: «Как только ты родишь, я обязательно устрою тебе незабываемую свадьбу». Кристин радостно улыбнулась: «А потом я хочу отправиться в свадебное путешествие». «Хорошо», — улыбнулась Скайлер и погладила живот Кристин. — «С этого момента ты будешь главной в нашем доме». Думая о том, как она в одночасье стала начальницей благодаря ребенку, Кристина почувствовала огромную гордость. Проголодавшись, она попросила его принести ей что-нибудь поесть. Когда он принес еду, она вдруг упомянула, что хочет фруктов. Когда он принес фрукты, она сказала, что хочет только определенный вид… Наблюдая за его суетой, она втайне довольно улыбнулась про себя. На пятом месяце беременности Скайлер больше не ходила в компанию. Врач-ординатор навещал ее каждый день, опасаясь, что ребенок может оказать стрессовое воздействие на ее организм. Скайлер каждый день оставалась дома, чтобы ухаживать за ней, даже купила кучу книг о здоровом питании для беременных и следила за тем, чтобы прислуга готовила для нее вкусные блюда разными способами. Он также каждый день сопровождал ее на прогулках в саду, где она загорала, любовалась цветами и следила за тем, чтобы она умеренно занималась спортом. Как раз на этом этапе беременности она стала очень сонливой и нуждалась в сне более десяти часов в сутки. Она считала, что его сон с ней — пустая трата времени, поэтому часто отправляла его в компанию. В конце концов он согласился пойти в компанию, но никогда не забывал уходить пораньше каждый день, чтобы вернуться и быть с ней… Хотя, когда он возвращался, она часто еще спала. Сегодня днем, как обычно, Скайлер закончила работу в компании раньше и поспешила домой. Он вернулся домой, побежал на второй этаж… и увидел ее лежащей на плетеном кресле на террасе сада второго этажа, загорающей на солнце, с книгой о беременности, лежащей на ее вздутом животе. Он тихо подошел, наклонился, чтобы посмотреть на нее; она сладко спала, как ребенок, даже пускала слюни, что вызвало у него усмешку. ---------- Глава 996-512: Дополнительная история: Его доброта тронула её (3-2) Осень подходила к концу, солнечный свет сиял, но в воздухе все еще чувствовалась прохлада, и на ней была только одежда для беременных, она даже не укрылась одеялом. Он прижался лицом к ее лицу, почувствовав, что оно немного прохладное, и, не желая будить ее, просто поднял ее с плетеного кресла. Несмотря на то, что она была на пятом месяце беременности, её тело не было очень тяжёлым… Он легко поднял её на руки, не удержавшись от поцелуя в щёку. Отнеся её в комнату, он осторожно уложил на кровать, заметив, как затрепетали её ресницы. Он не смог удержаться от смеха, пощипал её за нос и сказал: «Всё ещё притворяешься». Кристин Куинн действительно открыла глаза и с улыбкой посмотрела на Скайлер Джонс: «Ты такая сильная, даже несмотря на мой вес, ты можешь меня поднять». Скайлер Джонс помог Кристин Куинн сесть, а сам тоже сел на кровать, позволив им обоим опереться на изголовье… Он прижал её к своей груди, обняв сзади одной рукой, а другой нежно поглаживая её округлившийся животик. "Хорошо ли сегодня вела себя эта слабачка?" Кристин Куинн покачала головой: «Он очень непослушный, постоянно шевелится у меня в животе, довольно буйный». Скайлер Джонс нежно прикоснулась к ее животу и спросила: «Когда вы были беременны Мари, она была такой озорной?» «Нет, он более озорной. Тогда Мари была вполне послушной». Скайлер Джонс приложил ухо к животу Кристин Куинн и тихо обратился к ребенку внутри: «Эй, маленький проказник, маме тяжело тебя носить, тебе нужно вести себя по-хорошему, хорошо?» Услышав детский голос Скайлера Джонса, Кристин Куинн не смогла сдержать смех в его объятиях. Внезапно Кристин Куинн взяла журнал с прикроватной тумбочки и показала его Скайлер Джонс: «Дорогая, смотри, здесь так много детской одежды… Детская одежда такая милая, есть даже с животными, я бы хотела купить костюм зайчика, чтобы его могли носить и мальчики, и девочки… Это мой любимый комплект, а ты как думаешь?» «Хм, если тебе это нравится. Кстати, ты ничего не чувствовала некомфортно в последние два дня?» Несколько дней назад она упомянула о болях в животе, он отвёз её в больницу на обследование, врач сказал, что ничего серьёзного нет, но всё же немного волновался. «Не волнуйся, у меня всё хорошо». Кристин Куинн погладила свой вздутый живот и вдруг сказала: «Мама сегодня сама приготовила куриный суп, она сказала, что тебе тоже нужно его попробовать. Я попрошу кого-нибудь принести его тебе, хорошо?» «Не нужно, я выпью позже». Скайлер Джонс посмотрел на очаровательную женщину в своих объятиях, слегка растроганный. После их первой разлуки он много раз видел ее во сне по ночам, в пустоте рядом с собой, и всегда надеялся, что она немедленно появится перед ним, как будто ничего и не произошло, он сможет обнять ее и лелеять, в то время все это было роскошью. После примирения между ними возникло множество конфликтов из-за разлуки, длившейся более десяти лет. Каждый раз, когда он обнимал её, ему казалось, что прекрасное чувство угасает, оставаясь лишь в воспоминаниях… Но в этот момент, когда все между ними прояснилось, когда им больше не нужно было идти на компромиссы или спорить, она прижалась к нему, и к ней вернулось давно утраченное чувство счастья и удовлетворения… Ее знакомый запах, знакомое мягкое тело, знакомое тепло вызвали у него некоторое замешательство, словно он увидел сон дежавю… Как бы то ни было, в конце концов они сошлись, как и тринадцать лет назад: она нежно лежала в его объятиях, улыбаясь, и говорила с ним, а он слушал тихо, испытывая неописуемое удовлетворение. Он слишком сильно наслаждался этой красотой, настолько, что никогда больше не хотел её потерять… Он не мог понять, почему не мог простить её тогда, из-за чего они потеряли столько лет, и почему после примирения возникло столько конфликтов… Теперь он хотел лишь насладиться этим теплом, подарив ей самые крепкие и нежные объятия. Подумав об этом, Скайлер Джонс невольно крепче обнял его. Кристин Куинн заметила это, повернув голову и с некоторым недоумением посмотрев на Скайлер Джонс: «Что случилось?» Скайлер Джонс покачал головой, воспользовавшись случаем, чтобы нежно поцеловать ее вишнево-красные губы, затем постепенно переместился к ее бледной мочке уха и тихо прошептал ей на ухо: «Я люблю тебя». Кристин Куинн радостно улыбнулась: «Я тоже». В последнее время из-за такой сонливости у нее почти не оставалось времени на общение со Скайлер Джонс… Кристин Куинн чувствовала себя немного виноватой, поэтому сегодня, преодолев сонливость, она сопроводила Скайлер Джонс в компанию. Вся компания наблюдала, как Скайлер Джонс с осторожностью и завистью смотрела на неё… Кристин Куинн не могла не почувствовать удовлетворение от своего тщеславия и решила чаще посещать компанию, когда у нее будет время. В этот момент Скайлер Джонс ушла на совещание, а Кристин Куинн скучала на диване в его кабинете, поедая свежие фрукты, купленные его секретаршей Эрни… Опасаясь, что ей будет скучно одной, он намеренно оставил Эрни поболтать с ней. Эрни уже успел познакомиться с Кристин Куинн, поскольку приехал в Нью-Йорк из Y City вместе со Скайлер Джонс, и теперь непринужденно болтал с ней… Будучи взрослыми, разговор невольно затронул некоторые деликатные темы. «Госпожа Президент, президент действительно очень хорошо к вам относится… Я никогда не думал, что президент может быть таким внимательным. Вы пьете воду, и он говорит, что она должна быть теплой, на 60% от необходимой температуры, вы едите фрукты, он говорит, что иногда вам может понадобиться свежевыжатый сок, поэтому мне приходится готовить соковыжималку, даже диван, на котором вы сидите, президент поручил подготовить очень толстую подушку, иначе вашей спине будет неудобно… Госпожа Президент, вы редко посещали компанию раньше, наши знания о вас ограничивались поисками президента в газетах по всему миру, теперь мы знаем, что президент действительно вас обожает». Кристин Куинн по-прежнему не могла сдержать улыбку; теперь, когда кто-то хвалил Скайлер Джонс, ей всегда становилось тепло на душе. «Госпожа президент, говорят, что на ранних и поздних стадиях беременности необходимо воздержание. Сможет ли президент это выдержать?» Услышав вопрос Эрни, Кристин Куинн чуть не подавилась соком, который пила. Лицо Кристин Куинн мгновенно покраснело, и ей захотелось спрятать его в чашке. Как… как ей следует отреагировать? «Госпожа президент, возможно, вы не знаете… самый высокий процент измен среди мужчин приходится на период беременности женщин, поэтому иногда вам не следует слишком сильно терпеть президента, вы должны помнить, что вокруг него много женщин, которые стремятся завоевать его расположение…» Кристин Куинн кивнула в сторону соломинки, ее лицо было ярко-красным. Скайлер Джонс не стал бы изменять, она знала это, потому что он сам ей говорил, что, кроме нее, за последние десять с лишним лет он не прикасался ни к какой другой женщине. Но он переносил это с большим трудом, она это знала. С тех пор как она попросила его воздержаться от половых отношений, у них не было никакой близости… Раньше он пытался сделать вид, что ничего не произошло, но, узнав о ее беременности, стал вести себя исключительно хорошо. Она вспомнила, как однажды ночью, будучи на третьем месяце беременности, она не могла уснуть, а он, обняв подушку, уснул на диване. ---------- Глава 997–513: Дополнительная история: Уморительная фарса с родами 1 Если это совсем не поможет, он просто примет холодный душ… Ей действительно его очень жаль. «Я слышал от коллеги из Нью-Йорка, что когда она была беременна, чтобы предотвратить измену мужа, она завела дома надувную куклу или помогала мужу с этим…» Эрни, будучи молодым, немного стеснялся упоминать об этом, но все же серьезно напомнил об этом Кристин Куинн. Лицо Кристин Куинн всё сильнее краснело, она вся вспотела… Она, конечно, понимала, что Эрни имел в виду под "этим", но чувствовала, что обсуждение таких тем в присутствии ещё не родившегося ребёнка действительно напугает малыша. По стечению обстоятельств, Скайлер Джонс закончил совещание и вернулся в офис, нечаянно подслушав разговор двух женщин… Эрни покраснел и тут же убежал, оставив Кристин Куинн сидеть там, покраснев и не зная, куда смотреть. Скайлер Джонс налил себе бокал красного вина и спросил: «Ты мне уже давно в этом не помог, не так ли?» Говоря это, он поднял бокал с вином и посмотрел на нее глазами, полными очарования. Кристин Куинн сердито посмотрела на Скайлера Джонса, покраснела и напомнила ему: «Мистер Джонс, уделите больше внимания дородовому образованию». Слова Эрни, сказанные Кристин Куинн, Кристин Куинн в итоге запомнила. По вечерам Кристин Куинн прижалась к Скайлеру Джонсу и не могла удержаться от желания обсудить эту тему со Скайлером Джонсом. В тишине ночи они были мужем и женой, и обсуждать это не было чем-то стесняющимся. Прикусив губу, Кристин Куинн мягко спросила: «Скайлер, ты… ты…» Кристин Куинн прикусила губу и не смогла произнести это вслух, даже ее уши покраснели. "Что?" Скайлер Джонс, по сути, уже догадался, о чём думает эта невысокая женщина, но намеренно сделал вид, что не понимает, играя с её тонкими пальчиками. «Ты так долго сдерживалась, тебе не… неловко?» — наконец, с трудом произнесла это Кристин Куинн. Скайлер Джонс замерла, отпустила руку, подняла свое нежное лицо и посмотрела на него: «Похоже, вы хотите серьезно обсудить эту тему?» Честно говоря, даже если она не поднимет этот вопрос сегодня вечером, он все равно обсудит его с ней, потому что их дневной разговор вызывал у него большой интерес. Кристин Куинн опустила голову. Хотя близость не была чем-то застенчивым, но из-за долгого отсутствия интимных отношений внезапное упоминание этой темы все равно немного смутило ее. Поэтому она сказала хриплым голосом: «Я слышала, что когда жены беременны, мужчины чаще всего изменяют… Ты, хочешь, я помогу?..» Кристин Куинн не ожидала, что, прежде чем она закончила свою фразу, свет в комнате уже погас. К тому моменту, когда она это осознала, кто-то уже сбросил последний слой ткани и, тяжело вздохнув, сказал: «Спасибо, дорогая». Кристин Куинн, "…" Кто-то ждал, когда она это скажет. Благодаря заботливому уходу Скайлер Джонс, Кристин Куинн наконец достигла поздней стадии беременности, шестого месяца. У Кристин Куинн больше не наблюдалось никаких реакций, характерных для беременности, но ее аппетит по сравнению с тем, что было раньше, увеличился. Скайлер Джонс поручил миссис Джеффри и Ребекке Квентин хорошо позаботиться о Кристин Куинн, пока его не будет, поэтому миссис Джеффри и Ребекка Квентин наняли разных хозяев со стороны… Китайские повара и европейские кондитеры волшебным образом готовили для Кристин Куинн восхитительные блюда… Даже когда Ребекка Квентин была беременна, Говард Джеффри никогда не заботился о ней так внимательно, поэтому Ребекка Квентин немного завидовала Кристин Куинн и искренне радовалась за то, что та наконец-то преодолела трудности. В этот момент Кристин Куинн беседовала с миссис Джеффри и Ребеккой Квентин о ребенке, который был у нее в животе. «Мне кажется, он должен быть похож на моего зятя… Мари в основном похожа на вас, поэтому этот ребенок должен быть похож на моего зятя», — сказала Ребекка Квентин. Миссис Джеффри радостно сказала: «У меня такое чувство, что у маленькой Кристин точно будет мальчик… Сейчас она беременна точно так же, как я, когда рожала Скайлера и Говарда, у нее очень заостренный живот». Ребекка Квентин вторила: «Я тоже думаю, что это мальчик, посмотрите, какой он озорной, до сих пор двигается…» Кристин Куинн откинулась на диван, нежно погладила малыша через живот и довольно улыбнулась: «И мальчик, и девочка, мы со Скайлер будем этому рады». Девочки, как и Мари, вдумчивы, послушны и рассудительны, мальчики озорны, но если они умны, как Эндрю, и успешно перенимают мудрость отца, это тоже неплохо. Пришла служанка с Анной Джеффри, которая обмочилась во сне. Миссис Джеффри и Ребекка Квентин немедленно принялись за дело, наблюдая издалека, как Ребекка Квентин помогала маленькой Нэнси переодеться. Кристин Куинн невольно представила себе, как Скайлер Джонс помогает слабаку сменить подгузник… ---------- Главы 998–513: Дополнительная история: Уморительная фарса с родами (Часть 1) Вспоминая эту забавную сцену, Кристин Куинн не смогла сдержать смех, и тут же раздался звонок от Скайлер Джонс. Кристин Куинн нажала кнопку ответа на своем телефоне: «Привет...» «Что ты делаешь?» — раздался нежный голос Скайлер. Кристин Куинн улыбнулась: «Ничего особенного, просто болтаю с мамой и Беккой». Она, конечно, не стала бы говорить ему, что представляет, как он меняет подгузники малышу; она не хотела пока его отпугивать, ведь в будущем она планировала сделать из него суперпапу. «Всё ли хорошо ведёт себя ребёнок?» «Ребенок лишь слегка пнул меня». «Это было тяжело? Болит?» — с беспокойством спросил Скайлер, услышав это, явно волнуясь. «Не больно, малыш пинается очень легко, как будто он дает мне понять, что проснулся». Кристин Куинн мягко улыбнулась, излучая материнскую любовь. «Ну, малышка, должно быть, совсем как я, заботится о тебе, не хочет, чтобы мама слишком страдала», — Скайлер усмехнулся в трубку, желая прямо сейчас обнять ее и почувствовать это крошечное движение. Кристин Куинн рассмеялась в ответ на его слова. Скайлер сказала: «Я заберу Мари из школы, буду хорошей девочкой и подожду меня дома». Кристин Куинн кивнула: «Я хочу съесть пирожное из магазина XX, пожалуйста, купите его для меня…» "Хорошо..." Забрав Мари из школы, Скайлер тут же преподнес торт своей любимой жене... Миссис Джеффри и Ребекка Квентин не могли сдержать улыбки, глядя на то, как Скайлер любила Кристин Куинн. Однако никто не заметил, как Мари молча поднялась наверх после звонка Кристин. Скайлер и Ребекка одновременно заметили одинокую фигуру своей дочери. Когда торт остался нетронутым, Ребекка и Скайлер вместе пошли в детскую комнату. Мари тихо сидела за столом и делала домашнее задание. Ребекка тихо позвала: "Мари..." Мари повернула кресло, чтобы увидеть своих родителей, и ласково позвала: «Папа, мама». Кристин Куинн притянула Мари к себе и мягко спросила: «Почему ты пошла в свою комнату одна?» Мари опустила взгляд, прикусила губу и ничего не сказала. Скайлер присел на корточки, нежно держа дочь на руках: «Что случилось, малышка?» Мари прикусила губу и тихо произнесла: «Папа, мама, вы всегда будете меня любить?» Из-за беременности Кристин Куинн не могла свободно передвигаться, иначе она бы сейчас обняла свою дочь... Она нежно потрепала дочь по волосам и ласково сказала: «Глупышка, как же папа и мама могут тебя не любить?» Мари медленно подняла глаза, слезы уже навернулись на глаза, ее прекрасные глаза были устремлены на отца: «Но бабушка сказала, что у мамы в животе маленький братик… Если у мамы будет маленький братик, папа, мама, бабушка, тетя и дядя Джеффри не будут любить меня так сильно, как раньше…» «Мари…» — ласково сказал Скайлер, как отец, — «Во-первых, бабушка просто догадывается, что у твоей мамы в животе есть младший братик, и даже если у мамы действительно есть младший братик, папа и мама не будут отдавать ему предпочтение перед тобой… Мари, ты самый любимый ребенок папы и мамы, сейчас и навсегда». Услышав это, Мари прислонилась к плечу отца и, с трудом сдерживая слезы, сказала: «Я видела, как все радовались появлению младшего брата у мамы. Мне так страшно, что ты больше не будешь меня любить…» Скайлер поднял Мари на руки, позволив ей опереться на его плечо: «Глупышка... Папа всегда будет любить тебя больше всех». Кристин Куинн также ласково утешила ее: «Мама тоже больше всего любит Мари». Мари лежала на плече Скайлера, и сквозь слезы на ее лице расплылась улыбка: «Я тоже буду очень-очень сильно любить своего младшего брата». В Нью-Йорке снова был дождливый день. Кристин Куинн стояла у окна от пола до потолка, тихо наблюдая за дождем за окном, прислушиваясь к его звуку, чувствуя себя очень спокойно и умиротворенно. Рука Скайлер обняла её сзади... Из-за того, что беременность длилась уже более семи месяцев, он не мог обнимать ее так, как раньше, поэтому мог лишь нежно прижимать к себе. Кристин Куинн повернулась к нему и спросила: «Закончил принимать душ?» Скайлер кивнула. Кристин Куинн наклонилась к нему поближе, чтобы понюхать: «Хм, пахнет замечательно». Скайлер поцеловала Кристин Куинн в щеку: «На что ты смотришь?» Кристин снова посмотрела на окно от пола до потолка, откинулась назад в его объятиях и удовлетворенно вздохнула: «Тебе не кажется, что сидеть дома, когда за окном идет дождь, приносит чувство счастья?» Скайлер проследила за взглядом Кристин и увидела, как дождь образует завесу, омывает окно, а затем постепенно исчезает. Такое чувство, необъяснимо успокаивающее. "Это из-за этого чувства?" «Да», — тихо ответила Скайлер. В этот момент Кристин, казалось, что-то вспомнила и взволнованно повернулась к Скайлер: «Дорогая, мне вдруг пришло в голову имя для нашей дочери…» Скайлер обнял жену, пристально глядя на нее: "Скажи мне". Кристин с восторгом посмотрела на Скайлер: «Что ты думаешь о том, чтобы дать нашей дочери имя со словом „Дождь“?» "'Дождь'?" Кристин кивнула: «Мы пока не знаем пол ребенка, поэтому нам нужно придумать имена как для мальчика, так и для девочки... Думаю, если это будет девочка, то нужно дать ей имя со словом «Дождь»». Скайлер ничего не сказал, лишь слегка улыбнулся, наблюдая за восторженным выражением лица Кристин, его взгляд стал несколько растерянным. «Дорогая, почему ты молчишь? Тебе не нравится слово „дождь“?» — разочарованно спросила Кристин. Скайлер нежно погладил шелковистые черные волосы Кристин, мягко поцеловав ее в лоб: «Что бы ты ни выбрала, мне это нравится». А сейчас он был очарован ее мягкой улыбкой, словно во сне. «Неважно…» — Кристин внезапно передумала. — «Я назвала ребенка Мари, так что пусть ты дашь ему имя…» Скайлер тихонько усмехнулась: «Неважно, кто даст имя, к тому же, имя Мари звучит прекрасно». Кристин с восторгом подняла взгляд: "Правда?" Скайлер легонько постучала по милому носику Кристин: «Моя жена очень талантлива». Кристин прижалась к Скайлер: «Тогда придумай и имя. Если это девочка, включи в список „Рейн“; если это мальчик?» Скайлер на мгновение задумалась, а затем внезапно произнесла: «Глубоко?» «„Глубокий“? Что это значит?» — с любопытством спросила Кристин. Скайлер пристально посмотрел на Кристин, и его магнетический голос прошептал: «Глубокая любовь между мужем и женой». Кристин на мгновение опешилась, а затем покраснела. "Непослушная..." Скайлер осторожно приподняла красивый подбородок Кристин и тихо спросила: «А как насчет Дориана Джонса?» ---------- Главы 999–514: Дополнительная история: Забавный фиаско с родами 2 Дориан Джонс? Это имя хорошо сочетается с именем Мэрилин Джонс, и оно передает тот смысл, который он вкладывал в него… Довольно приятное. «Звучит неплохо, мне нравится», — честно сказала Кристин Куинн, прислонившись к Скайлер Джонс. Скайлер Джонс тихонько усмехнулся и обнял Кристин Куинн. Поразмыслив, Кристин Куинн вдруг почувствовала что-то неладное и подняла взгляд на мужа: «Подожди, почему ты уже выбрал имя для мальчика, когда я спросила? Ты надеешься, что у меня родится сын?» Скайлер Джонс улыбнулась, не подтверждая и не опровергая своих слов. Кристин Куинн раздраженно упрекнула: «Скайлер Джонс, ты предвзято относишься к мальчикам, а не к девочкам! А если у меня в животе будет еще одна дочь, ты ее не полюбишь? Хм…» «Кристин, на самом деле я хочу дочь, такую ​​же милую и любящую, как Мари, но с точки зрения традиционных представлений жителей Цветочного Королевства, родословную продолжают мальчики… Поэтому иметь и мальчика, и девочку — это идеальный вариант. Учитывая мой возраст, лучше всего было бы сначала родить дочь, а потом сына». Кристин Куинн озорно обняла Скайлера Джонса за шею и поддразнила: «В конце концов, мистер Джонс, у вас все еще старомодные взгляды… Похоже, у нас большая разница поколений!» Скайлер Джонс, обняв Кристин Куинн за талию, равнодушно подняла бровь и спросила: «Что ты имеешь в виду?» Кристин Куинн игриво заметила: «А вы знаете о Weibo и WeChat?» Скайлер Джонс нахмурился и покачал головой: «А текстовые сообщения считаются?» Кристин Куинн не могла перестать смеяться, прикрыв рот рукой: «А вы знаете, кто такие любители кошек и собак?» Скайлер Джонс нахмурилась еще сильнее: «Они что, с другой планеты?» Кристин Куинн так сильно рассмеялась, что наклонилась, держась за живот… Увидев это, Скайлер Джонс поспешно поддержал жену: «Не шути… будь осторожна, чтобы не навредить ребенку». Кристин Куинн снова обняла Скайлер Джонс за шею, изо всех сил стараясь сдержать смех: «Теперь я понимаю, ты — старый пережиток прошлого». Скайлер Джонс не стал это отрицать, он просто сказал: «Разница в поколениях не имеет значения, если нет разницы в некоторых вещах». Глаза Кристин Куинн расширились от любопытства: «Что такого, что не имеет разрыва между поколениями?» В этот момент в темных глазах Скайлера Джонса мелькнул озорной блеск, и он слегка приподнял уголки губ: «Способ передачи семейной линии, от древних времен до наших дней, не имеет разрывов между поколениями». Кристин Куинн внимательно слушала Скайлера Джонса, когда он внезапно переключился на такую ​​деликатную и застенчивую тему, отчего ее лицо покраснело. Она игриво ударила его кулаком по груди: «Извращенец». Скайлер Джонс обнял Кристин Куинн, прижался челюстью к ее лбу и тихо прошептал: «Кристин…» Когда он приблизился, его тело источало тепло, и он заговорил с ней пылким тоном, она уже догадалась, что у него на уме в тот момент… Лицо Кристин Куинн покраснело еще сильнее, и она пробормотала, словно комар: «Разве врач не сказал, что интимная близость запрещена?..» «Так было в первые три месяца, и последние три месяца, а сейчас уже средний триместр». «Но мое здоровье не такое хорошее, как у других…» «Поэтому я буду очень осторожна, я не причиню вреда ни тебе, ни ребенку», — без стеснения заявила Скайлер Джонс. Лицо Кристин Куинн так покраснело, что она не могла поднять его и просто уткнулась лицом в объятия Скайлер Джонс. Эта застенчивая манера поведения Кристин Куинн явно дала Скайлер Джонс разрешение… Скайлер Джонс почувствовал прилив радости в сердце и поднял Кристин Куинн, которая уткнулась ему в грудь, боясь показать лицо… Дождь за окном усиливался, но в комнате становилось все жарче. После того, как их давно утраченная страсть закончилась, Скайлер Джонс обнял Кристин Куинн сбоку, чувствуя себя совершенно удовлетворенным и умиротворенным. Румянец на лице Кристин Куинн не сошел, и она слегка дышала. Скайлер Джонс наклонилась ближе: "Хочешь, я отнесу тебя в ванну?" Кристин Куинн покачала головой. «Вы только что почувствовали себя некомфортно?» Кристин Куинн снова покачала головой, медленно повернулась, посмотрела на него и обняла. Скайлер Джонс снисходительно улыбнулась и поцеловала её в лоб. В этот момент Кристин Куинн закрыла глаза, ей просто хотелось вот так обнять его. На следующий день. Перед воротами виллы Скайлер Джонс мягко напомнила Кристин Куинн. «Помните, будьте осторожны при ходьбе, смотрите под ноги… одевайтесь потеплее, погода сегодня может измениться». Кристин Куинн послушно кивнула. Скайлер Джонс поцеловала Кристин Куинн в лоб, внезапно вспомнив что-то еще, и сказала: "А еще…" Ребекка Квентин больше не могла это терпеть и шагнула вперед, встав между Кристин Куинн и Скайлер Джонс, поддразнивая: «Зять, ты почти так же ворчишь, как мама… Не волнуйся, я обязательно верну свою сестру целой и невредимой». Скайлер Джонс выглядела немного смущенной. Кристин Куинн прикрыла рот рукой, украдкой рассмеявшись. ---------- Глава 1000 - 514: Дополнительно: Забавный фиаско с родами 2_2 Ребекка Квентин протянула руку и взяла Кристин Куинн за руку: «Сестра, пошли!» Кристин кивнула и помахала на прощание Скайлер Джонс. Скайлер с беспокойством смотрел, как Кристин уходит, но его уши смутно уловили тихий смех двух телохранителей позади него. С помрачневшим лицом Скайлер сурово обернулся. Двое телохранителей тут же выпрямились, вновь приняв свой обычный серьезный вид. Сквозь холодный тон Скайлер приказала: «Следуйте за Кристин… если с ней что-нибудь случится, я привлеку вас к ответственности». Двое телохранителей тут же бросились догонять Кристин… Тревожный вид Скайлер заставил Говарда Джеффри, который молча стоял, скрестив руки, тихонько усмехнуться. Мрачный взгляд Скайлер скользнул по Говарду. Говард легонько ударил Скайлера по руке: «Брат, я понял, я понял». Прежде чем Скайлер успела что-либо сказать, Говард уже смеялся и выходил за дверь. Действительно, кто бы мог подумать, что Скайлер, всегда представлявший собой серьёзного и холодного человека в семье Джеффри, станет таким привередливым по отношению к Кристин, что даже заставит Говарда подшучивать над ним. Но Скайлер не боялась, что над ней будут смеяться, забота о Кристин была для нее совершенно естественной. Сидя в машине, Ребекка не удержалась и поддразнила: «Сестра, твой муж тебя очень оберегает. Ты всего лишь едешь в центр города, одной горничной было бы достаточно, а он прислал двух телохранителей… Боже мой, он обращается с тобой как с канарейкой!» Кристин погладила свой живот и улыбнулась: «Он становится старше, склонен к капризам». Ребекку позабавили слова Кристин: «Не позволяй мужу услышать, как ты это говоришь». «Всё в порядке, он не против… он всегда утверждает, что зрелые мужчины очаровательны», — сказала Кристин с радостным выражением лица. Ребекка хихикнула и наклонилась, чтобы прошептать: «Похоже, твой муж тебя во всем устраивает, да?» Кристин легонько шлёпнула Ребекку: «Девочка, куда ты деваешься?» «Сестра, ты краснеешь…» "Уходите…" Ребекка рассмеялась и слегка толкнула Кристин в плечо: «Ты беременная женщина, за которой присматривают по ключам, не забудь сказать мужу, чтобы он был осторожнее…» "Ребекка Квентин!!" Увидев покрасневшее лицо Кристин, Ребекка тут же сдалась: «Ладно, ладно, я не буду этого говорить… Но эти следы от поцелуев на твоей шее заставили меня подумать иначе». "Следы от поцелуев?" Кристин была ошеломлена и прикоснулась к шее. Ребекка принесла зеркало, чтобы Кристин могла посмотреть. Кристин мгновенно смутилась, прикрыла шею руками и пожалела, что не может найти, где спрятаться. О, нет… На ее шее действительно было несколько заметных следов от поцелуев… Неудивительно, что люди начинают обсуждать это… Ей это ужасно не нравилось; как она сможет потом смотреть людям в глаза в больнице? Ребекка с трудом сдержала смех: «Ладно, ладно… ничего особенного, это просто показывает вашу привязанность друг к другу, свидетельствует о том, что твой муж тебя очень любит». Лицо Кристин покраснело, как вареная креветка, и она быстро сменила тему: «Мы уже почти в больнице?» Ребекка взглянула на дорогу: «Почти… Кстати, сестра, ты сегодня пришла на осмотр, почему ты не взяла с собой мужа?» Кристин, желая избежать предыдущей темы, ответила: «Он слишком волнуется, если врач скажет что-нибудь плохое, он не сможет спать по ночам. Я не хочу, чтобы он волновался… Кроме того, сегодня я хочу, чтобы врач определил пол ребенка». «Ты до сих пор не знаешь пол ребенка?» — воскликнула Ребекка. «Нет, на последних нескольких дородовых осмотрах мы не спрашивали, и врач ничего не говорил». «О, вам следует спросить. Хорошо, что одежду и вещи для малыша можно подготовить заранее». Кристин кивнула, поглаживая рукой свой большой округлый живот: «Неважно, мальчик это или девочка, они точно будут маленькими проказниками, они такие активные!» Ребекка рассмеялась: «Уверена, он озорной мальчик. Когда Эндрю был у меня в животе, он тоже был беспокойным». Лицо Кристин сияло от счастья, она молча предвкушала это событие. Кристин пришла на плановый осмотр в ту же больницу, где в прошлый раз работал Честер Робинсон. По пути в кабинет врача Кристин с любопытством спросила стоявшую рядом с ней Ребекку: «Бекка, Честер все еще в этой больнице?» Ребекка честно ответила: «Я не знаю, после нашей последней встречи я не следила за его местонахождением». Кристин сказала: «Он мой друг, раз уж мы в больнице, нам стоит поздороваться. Я спрошу, жив ли он еще…» Ребекка не возражала. Затем Кристина вежливо спросила проходившую мимо медсестру: «Извините, доктор Робинсон еще здесь?» Когда медсестра поняла, что Кристин спрашивает о Честере, она сначала посмотрела на Кристин недружелюбно. Увидев потрясающую красоту Кристин, выражение ее лица стало еще более мрачным, но затем смягчилось, когда она заметила ее беременный живот: «Вы пришли к доктору Робинсону, верно?» Кристин кивнула, согласившись с предположением медсестры. Медсестра ответила с оттенком разочарования: «Извините, доктор Робинсон уехал в Т-Сити… На самом деле, он больше не работает врачом на полную ставку. Если бы не опасный случай разрыва матки во время беременности, и директор лично не позвонил ему с просьбой о помощи, он, вероятно, не остался бы в Нью-Йорке на столько дней…» "Спасибо." «Доктор Робинсон привлекателен и обладает прекрасным характером, многие пациенты хотят, чтобы именно он был их лечащим врачом, но не каждый может рассчитывать на него…» — гордо сказала медсестра, явно питая нежные чувства к Честеру. После того как медсестра ушла, Кристин спросила Ребекку: «Как ты думаешь, после разговора с Честером он уехал во Францию, чтобы найти Алису?» Ребекка ответила: «Будем надеяться…» В кабинете врача Кристин проходила плановый осмотр. Как и прежде, беременность Кристин протекала нормально, и врач отметил, что ребенок очень активный и здоровый. На этот раз Кристин не забыла спросить врача о поле ребенка… Врач предположил, что Кристин уже знает, но, узнав, что это не так, удивился и сказал ей, что у нее будет озорной мальчик… Услышав от врача, что у нее будет мальчик, Кристин очень обрадовалась. Конечно, она не отдавала предпочтение сыновьям перед дочерьми, но, как сказала Скайлер, поскольку у них уже была дочь, естественно, они надеялись на мальчика… Самым важным было то, что ее организм не был приспособлен для беременности, поэтому это был бы последний ребенок для нее и Скайлера. Она чувствовала себя невероятно счастливой, что смогла подарить ему сына. ---------- Глава 1001–515: Дополнительная история: Забавный фиаско с родами 3 «Раз ты такая счастливая, значит ли это, что Джеффри предпочитает мальчика?» — поддразнила Ребекка Квентин. Кристин Куинн кивнула в ответ: «Мы как раз обсуждали эту тему вчера вечером…» Ребекка нежно погладила свой живот: «Я же давно говорила, это озорной маленький мальчик…» В тот самый момент, когда они разговаривали, раздался телефонный звонок от Скайлер Джонс. Кристин быстро жестом попросила Ребекку замолчать, а затем спокойно ответила на звонок: «Здравствуйте…» «Дорогая, ты закончила обследование?» Кристина уныло ответила: «Да». «С ребенком все в порядке?» «Да, врач сказал, что ребенок совершенно здоров, все в норме». "А вы?" «У меня тоже все хорошо, ребенок меня не беспокоит». Скайлер вздохнула с облегчением: «Я рада, что с тобой и малышом все в порядке…» «Но, дорогая…» — перебила Кристин Скайлер, — «я сегодня спросила врача о поле ребенка». "Хм?" «Это девочка». Скайлер сделала паузу на другом конце провода: «Дочь — это хорошо, я больше всего люблю дочерей». Кристин игриво моргнула: "Правда?" «Я сказала, пусть родится мальчик или девочка, пусть все произойдет естественно… Мне все равно нравятся дочери». Кристин с трудом сдержала смех: «Хорошо, я не буду мешать твоей работе, поговорим, когда ты вернешься домой». "Хорошо." Кристин весело закончила разговор, а Ребекка тут же поддразнила: «Ты непослушный, обманываешь Джеффри». Кристин ответила: «Не говори ни семье, ни Джеффри, я сделаю ему сюрприз позже». Ребекка сделала жест одобрения, поддерживая Кристин: «Пойдем домой, беременная миссис». Кристин тихонько усмехнулась. Кристин только что вернулась в свою комнату, готовая отдохнуть, когда неожиданно дверь распахнулась. Кристин на мгновение вздрогнула, увидев, как Скайлер бросилась к ней, словно выпущенная стрела. "Дорогая!!" Скайлер явно волновался, спеша домой, на его лбу выступила легкая испарина. «Оверски, что случилось? Ты разве не в офисе?» — недоуменно спросила Кристин, поддерживая Скайлер. Скайлер протянула руку и крепко обняла Кристин. Застигнутая врасплох в этих удушающих объятиях, Кристин оттолкнула его: «Дорогой, ты давишь на ребенка…» Услышав это, Скайлер быстро отпустила Кристин, нервно положив руку ей на живот: «Все в порядке?» Кристин покачала головой с улыбкой: «Всё в порядке». Скайлер нежно обняла хрупкие плечи Кристин и тихо сказала: «Дорогая, я люблю обоих, мальчик это или девочка, так что не переживай». «Ты…» Кристина была ошеломлена. «Ты вернулась только для того, чтобы сказать мне это?» Скайлер невольно крепче обнял Кристин и нервно произнес: «Я боялся, что ты слишком много думаешь». Кристин слегка улыбнулась: «А это для тебя важно?» «Я не против…» — призналась Скайлер. — «Я сказала, что это уже огромное благословение свыше, что у нас будет еще один ребенок, я уже очень довольна». Кристин опустила голову и вздохнула: «Но если они все дочери, то никто не унаследует твой бизнес». Скайлер быстро обняла Кристин и прошептала: «Дочери тоже могут унаследовать бизнес». Кристин пробормотала: «А какие девушки идут в бизнес!» «Им не обязательно заниматься бизнесом, пусть занимаются тем, что им нравится…» «Вы действительно не жалеете? Знаете, я, возможно, не смогу подарить вам больше детей в будущем…» Врач сказал, что в её ситуации роды сопряжены с большими рисками; даже если эта беременность протекает благополучно, это не гарантирует, что следующая будет такой же, поэтому врач посоветовал остановиться на этой беременности. «Это не имеет значения…» — Скайлер нежно поцеловала печальное лицо Кристин, — «Я больше люблю дочерей». "Да." В этот момент Скайлер опустился на колени и приложил ухо к животу Кристин. Кристин опустила взгляд, пристально глядя на него. Скайлер нежно обратилась к маленькой проказнице внутри Кристин: «Милая дочка, ты такая озорная, постоянно дразнишь маму… Мама нездорова, тебе нужно вести себя хорошо, ладно? Иначе, когда ты будешь гулять, папа отшлёпает тебя по попке…» Увидев эту сцену, Кристин была очень тронута. Зная, что это дочь, он по-прежнему больше всего беспокоился о ней… Он так боялся, что она начнет слишком много думать, что тут же поспешил домой с работы. "Мед…" Держа его за голову, она ласково позвала его. "Хм?" Скайлер поднялся, обнял её за талию, которая заметно окрепла из-за беременности. "Как дела?" ---------- Глава 1002 - 515: Дополнительная история: Забавный фиаско с родами 3_2 Кристин Куинн пристально смотрела на красивое лицо Скайлера Джонса, не моргая, и ее голос охрип. «Я очень благодарна вам за то, как тщательно вы обо мне заботились все это время». "Глупышка, о чём ты говоришь?" — Скайлер Джонс нежно погладила гладкие, шелковистые волосы Кристин Куинн. «Честно говоря, я никогда не представляла, что настанет такой день, когда я стану центром твоей жизни, и ты будешь уделять мне всё своё внимание…» «Идиот, ты думал, что ты единственный здесь влюбленный?» — голос Скайлера Джонса был хриплым. В глазах Кристин Куинн едва заметно блестели слезы. «Я всегда думала, что буду любить тебя чуть сильнее, чем ты меня…» «Я тоже хотел бы, чтобы это было правдой, но, дорогая, ты постепенно проникала в мое сердце, и теперь, что бы я ни делал, я думаю только о тебе. Кажется, будто это я безнадежно влюблен в тебя…» Скайлер Джонс вытер слезы, скатившиеся с уголков глаз Кристин Куинн, его сердце сжималось от боли. Кристин Куинн сквозь слезы расплылась в улыбке, пристально глядя на него. «Спасибо, дорогой». Скайлер Джонс наклонил голову и страстно поцеловал Кристин Куинн. В мгновение ока Кристин Куинн приблизилась к предполагаемой дате родов. Скайлер Джонс не мог расслабиться, поэтому временно передал управление компанией Говарду Джеффри и стал заботливым мужем, планируя сопровождать Кристин Куинн во всех делах. В последнее время Скайлер Джонс стала ещё более осторожна и внимательна к Кристин Куинн… Он не позволял Кристин Куинн ничего делать самостоятельно; даже если это было просто что-то принести, он лично шел и приносил ей это. Даже когда она шла в туалет, он должен был идти с ней… Всё, что делал Скайлер Джонс, Кристин Куинн видела и хранила в своём сердце, молча ожидая, когда родится ребёнок, чтобы отплатить ему той же любовью. В ночь предполагаемой даты родов Скайлер Джонс очень нервничала и расхаживала взад-вперед по спальне. Кристин Куинн почувствовала головокружение от его постоянной хождения взад-вперед и невольно воскликнула: «Муж, перестань ходить туда-сюда. Сначала я не нервничала, но с твоей походкой я начинаю нервничать». Скайлер Джонс поспешно села на кровать. «Кристин, как ты? Ты чувствуешь боль в животе? Тебе нигде не больно?» Кристин Куинн покачала головой. «Я в порядке. Послушайте, я сижу здесь совершенно нормально». «Но сегодня у вас предполагаемая дата родов…» Кристин Куинн обняла красивое лицо Скайлера Джонса, улыбаясь. «Дурак, предполагаемая дата родов — это не дата самих родов… Многие рожают раньше или позже. Не волнуйся так сильно». "Но…" Не успел Скайлер Джонс договорить, как Кристин Куинн перебила его: «Иди прими душ… После душа сделай мне массаж. У меня так распухли ноги». Да, на поздних сроках беременности ноги Кристин Куинн всё больше отекали, и ходить становилось всё труднее. К счастью, Скайлер Джонс часто делала ей массаж по вечерам, поэтому отёк не был настолько сильным, чтобы она не могла ходить, как другие беременные женщины. "Хорошо." Скайлер Джонс поцеловала Кристин Куинн в щеку, а затем бросилась в ванную. В середине ночи, когда Кристин Куинн спала, она внезапно почувствовала, как из области между ног хлынула теплая жидкость. Она находилась в полусонном состоянии, но ее глаза мгновенно распахнулись, и она полностью проснулась. Когда Кристин Куинн родила Мари, у нее тоже сначала отошли воды, поэтому она сразу поняла, что происходит сейчас… Сердце у неё замерло в груди, и она быстро толкнула Скайлер Джонс, стоявшую рядом. "Мужик, мужик…" Поскольку Скайлеру Джонсу приходилось делать массаж Кристин Куинн каждую ночь, он страдал от сильного недосыпа. В этот момент он лишь сонно пробормотал в ответ: «Мм, детка…» «Муж, поторопись, вставай…» Голос Кристин Куинн уже начинал дрожать. Кристин Куинн уже чувствовала явные схватки в животе. Она не смела двигаться; она просто сильно тужилась руками, подталкивая Скайлер Джонс. «Вставай… муж… я вот-вот рожу…» "Мм, вот-вот рожу…" Скайлер Джонс, всё ещё пребывая во сне, не сразу полностью проснулся. Но через несколько секунд он внезапно вскочил. «Ты вот-вот родишь?» К этому моменту лоб Кристин Куинн был весь мокрый от пота, она крепко вцепилась руками в простыню, стонала от боли и тяжело кивала головой. Только тогда Скайлер Джонс окончательно очнулась… Увидев пятно околоплодной жидкости, пропитавшее простыни, Скайлер Джонс напрягся всем телом. Он поспешно сказал: «Не бойся, не бойся… У тебя отошли воды, ты не можешь двигаться, нам нужно немедленно ехать в больницу…» Скайлер Джонс даже не понимал, утешает ли он себя или Кристин Куинн, потому что выглядел еще более нервным и растерянным, чем она. Регулярные схватки постепенно истощали силы Кристин Куинн; у нее больше не было сил говорить. Скайлер Джонс, быстро натягивая рубашку, вдруг выругался: «Черт возьми, почему эта рубашка вдруг стала такой тесной…» В разгар боли Кристин Куинн смутно заметила небрежно застегнутую рубашку Скайлера Джонса. Ей хотелось рассмеяться, но боль не позволяла, поэтому она смогла лишь выдавить из себя последние силы: «Она не обтягивает, дорогой… ты неправильно застегнул…» Только тогда Скайлер Джонс понял, что застегнул рубашку не на те пуговицы, что сверху, а снизу — наоборот. Неудивительно, что она сидела тесно… "Кристин, не бойся… Я здесь…" Скайлер Джонс, застегивая рубашку, не забыл утешить Кристин Куинн, хотя даже сейчас было непонятно, успокаивает ли он ее или себя. Кристин Куинн чувствовала, как схватки становятся все сильнее и сильнее, и уже не могла вымолвить ни слова… Но, к счастью, имея опыт предыдущих родов, она знала, как дышать так, чтобы боль стала немного терпимее. Наконец одевшись, Скайлер Джонс осторожно подняла Кристин Куинн с кровати… Не было времени предупредить остальных членов семьи. Скайлер Джонс велел слугам подготовить машину, затем, взяв на руки Кристин Куинн, выбежал из виллы… Машина еще не приехала; Скайлер Джонс стоял там, держа на руках Кристин Куинн, но он ужасно волновался. «Этот проклятый водитель, как он может быть таким медлительным? Я его точно уволю». Прошло всего несколько секунд, а водитель так и не появился, и Скайлер Джонс уже был в ярости. Кристин Куинн была еще в сознании. Услышав ругательства Скайлер Джонс, она слабо спросила: «Муж, ты принес сумку?» "Сумка? Какая сумка?" Скайлер Джонс тут же напряглась. "Сумка для родов с бутылочками и одеждой для малыша… Она в спальне, иди и возьми ее…" "Но…" «Со мной всё будет в порядке. Посадите меня в машину и попросите подождать; я смогу продержаться». Зная, насколько важна была сумка с посылкой, Скайлер Джонс осторожно поставил Кристин Куинн на землю. Увидев, что она еще не сдаётся, он поцеловал её в лоб, а затем помчался обратно к особняку Джонса. Наконец, всю семью Джеффри разбудили от сна… Когда Говард Джеффри и Ребекка Квентин вышли из своей комнаты, они увидели лишь Скайлер Джонс, сжимающую в руках сумку с доставкой и выбегающую из особняка Джонсов. Говард Джеффри и Ребекка Квентин мгновенно поняли, что произошло, и поспешили обратно в свою комнату переодеться… ---------- Главы 1003–516: Дополнительные материалы: Различные неловкие моменты мистера Джонса за пределами родильного отделения Когда водитель подъехал к Кристин Куинн, Скайлер Джонс тоже только что приехала. Он положил сумку в машину и вытащил водителя, решив лично отвезти Кристин Куинн в больницу. Однако Скайлер Джонс не услышал звонка Кристин Куинн. Он лишь утешал Кристин Куинн, нажал на газ и выбежал из особняка Джонса. Поступки Скайлера Джонса совершенно ошеломили водителя. "Мед…" Кристин Куинн смотрела на отъезжающую машину, держась за живот от невыносимой боли. Водитель поспешил на помощь Кристин Куинн и уже собирался позвонить семье Джеффри, когда Говард Джеффри и Бекка уже приехали. «Сестра…» — тут же поддержала Кристин Куинн, нервно спросив: «Как дела?» Лицо Кристин Куинн уже покрылось потом, сильные схватки исказили ее гримасу. Хрипло пробормотав, она сказала: «Я вот-вот рожу, скорее… отвезите меня в больницу…» «Где наш зять?» — растерянно спросила Бекка. Она отчетливо видела, как Скайлер Джонс вышла из особняка Джонсов с сумкой для беременных… У Кристин Куинн уже не было сил ответить Бекке. К счастью, рядом был Говард Джеффри. Он осторожно поднял Кристин Куинн и тут же побежал к припаркованной машине Джеффри. Скайлер Джонс, нервно потея, постоянно успокаивал Кристин Куинн, стоявшую позади него: «Дорогая, не бойся. Скоро мы будем в больнице, ты должна держаться…» "Ло…" В этот момент Скайлер Джонс, глядя в зеркало заднего вида, внезапно поняла, что Кристин Куинн нет на заднем сиденье; там была только большая сумка. Машина резко остановилась, сработав ручной тормоз. Тут Скайлер Джонс вспомнил, что в панике он не посадил Кристин Куинн в машину… Скайлер Джонс, всегда известный своим спокойствием и уравновешенностью в бизнесе, в такой напряженный момент потерял самообладание. Он внезапно резко дернул руль и тут же развернулся. По дороге Скайлер Джонс наткнулся на машину своей семьи. На этот раз он сохранил самообладание и не стал перехватывать машину, а вместо этого последовал за ней. Когда машина, в которой ехала Кристин Куинн, остановилась перед больницей, Скайлер Джонс уже выскочил из своей машины… Говард Джеффри и Бекка бросились в больницу, чтобы найти врача, в то время как Скайлер Джонс обнимала Кристин Куинн сзади… «Прости, дорогая…» — извинился Скайлер Джонс за свою нервную ошибку. Несмотря на сильную боль в животе, увидев Скайлер Джонс, всю покрытую потом, Кристин Куинн не смогла сдержать смех: «Дорогая, ты такая глупая…» «Да, я глупый… тебе лучше поберечь силы и перестать говорить». Кристин Куинн мирно покоилась на руках у Скайлера Джонса, хотя он так нервничал, что забыл взять ее с собой. Врач и медсестры выбежали с носилками, и Скайлер Джонс быстро и осторожно уложила на них Кристин Куинн… По дороге в родильную палату Скайлер Джонс крепко держала Кристин Куинн за руку: «Детка, я знаю, ты сильная. Ты должна держаться, я всегда буду рядом с тобой…» «Извините, мистер Джонс, дальше вы идти не можете». Когда носилки подвезли к двери родильного отделения, врач остановил Скайлер Джонс. Скайлер Джонс, все еще держа Кристин Куинн за руку, вдруг подняла голову и спросила: «Почему?» Врач ответил: «Это была просьба вашей жены». Скайлер Джонс была поражена и посмотрела сверху вниз на Кристин Куинн. Выражение лица Кристин Куинн было болезненным, ее бледные губы едва приоткрылись: «Нет… милый, я не хочу, чтобы ты был со мной…» "А почему, дорогая?" «Роды — это так ужасно, так отвратительно…» «Я не против, я не буду тебя презирать». Скайлер Джонс опустил голову и поцеловал Кристин Куинн. Кристин Куинн оставалась непреклонной, качая головой: «Нет… дорогой… я справлюсь сама…» Она не хотела, чтобы он видел это ужасное зрелище во время родов или стал свидетелем этой пугающей сцены. И самое главное, она не хотела, чтобы он волновался за нее в родильной палате. "Кристин…" Раздался спокойный голос доктора: «Мистер Джонс, вы можете спокойно подождать снаружи. Уверяю вас, что и мать, и ребенок благополучно выйдут». Скайлер Джонс колебался. «Дорогая, веди себя хорошо…» Слабая рука Кристин Куинн с беспокойством коснулась напряженного лица Скайлер Джонс, выдавив из себя натянутую улыбку: «Поверь мне…» «Если мы будем медлить еще больше, ребенок может испытывать кислородное голодание в утробе матери. Мистер Джонс, пожалуйста, доверьте нам миссис Джонс!» — с тревогой просил врач. Под настойчивыми просьбами доктора и решительным взглядом Кристин Куинн, Скайлер Джонс медленно отпустил руку Кристин Куинн… Когда Кристин Куинн ввозили в родильную палату, она продолжала изображать натянутую улыбку. Скайлер Джонс крепко сжал кулаки, и казалось, что он хотел бы взять на себя всю боль за Кристин Куинн. ---------- Глава 1004 - 516: Дополнительная история: Еще больше неловких моментов за пределами родильного отделения (2) Дверь родильного отделения наконец закрылась, снаружи загорелся красный индикатор, сигнализирующий о том, что «все в порядке». Скайлер Джонс тревожно расхаживала взад-вперед у входа в родильную палату. Увидев встревоженное состояние Скайлера, миссис Джеффри не удержалась и подошла, чтобы утешить его: «Всё в порядке, Оверски, здесь так много врачей, не волнуйся слишком сильно…» «У нее плохое здоровье, она чудом избежала смерти, когда рожала Мари». Скайлер сжал кулаки, очень обеспокоенный. «Это показывает силу духа Кристин… Она пережила такие трудные времена, и на этот раз, благодаря заверениям врачей, ничего страшного не случится…» — сказал Говард Джеффри, также утешая Скайлер. «Да-да, зять, моя сестра не хочет, чтобы ты ехал с ней, потому что не хочет, чтобы ты волновался, расслабься и терпеливо жди…» — вмешалась Ребекка Квентин. Скайлер уткнулся лицом в ладони, впервые почувствовав себя беспомощным и неадекватным, его ладони покрылись нервным потом. Медсестра подошла к Скайлер и мягко произнесла: «Мистер Джонс, пожалуйста, подпишите эту форму согласия». "Подписать что?" — выражение лица Скайлер стало холодным. Медсестра вздрогнула от леденящего душу голоса Скайлер, которая дрожащим голосом сказала: «Э-э, это форма согласия на хирургическое вмешательство… она обязательна для всех семей будущих матерей». Скайлер схватил бланк согласия, взглянул на него и тут же нахмурил свое красивое лицо: «Что это? Если во время родов произойдет что-то неожиданное, не связанное с некомпетентностью медицинского персонала или больничных условий, врач не несет никакой ответственности?!» «Да, мистер Джонс…» Скайлер внезапно схватила медсестру за воротник: «Что за несчастный случай? Я запрещаю любые несчастные случаи, вы меня слышите? Если во время операции произойдет несчастный случай, я сравняю с землей всю вашу больницу…» Медсестра побледнела от предупреждающего взгляда и мрачного выражения лица Скайлер. "Брат…" Говард шагнул вперед и, ободряюще схватив Скайлер, сказал: «Форму согласия на операцию должны подписать все семьи; это не означает, что что-то обязательно произойдет… Не нервничайте, не волнуйтесь, отпустите молодую леди». Под влиянием Говарда Скайлер неохотно отпустила медсестру. Медсестра так испугалась, что чуть не упала в обморок. Ребекка сказала медсестре: «Здравствуйте, я сестра пациентки… Я подпишу». Медсестра кивнула, по-прежнему настороженно наблюдая за Скайлер. Ребекка подписала форму согласия на операцию и слабо улыбнулась медсестре. Медсестра взяла бланк и поспешно вышла из коридора. Скайлер ударила кулаком по белой стене больницы, чувствуя сильное напряжение и беспокойство. Ребекка, прижавшись к Говарду и наблюдая за нервно расхаживающей Скайлер, невольно усмехнулась: «Впервые вижу, чтобы зять так потерял самообладание…» Говард мягко сказал: «Это потому, что он беспокоится о твоей сестре». Ребекка кивнула: «После всего этого зять наконец-то понял, как важно ценить мою сестру». Говард притянул Ребекку к себе, улыбаясь: «Теперь ты не можешь винить меня за то, что я тебя несколько дней мучил, правда?» Действительно, в те дни, когда Кристин исчезла, Ребекка очень волновалась. Даже узнав, где находится Кристин, Говард не сообщил об этом Ребекке, на что она постоянно жаловалась. Ребекка легонько ударила Говарда кулаком, пробормотав: «В этот раз ты хорошо справился… но больше никогда ничего от меня не скрывай». Говард ласково поцеловал Ребекку и нежно ответил: «Как повелишь, моя дорогая жена». Медсестра объяснила, что если с матерью что-нибудь случится во время родов, свет над дверью загорится желтым. Поэтому, пока семья видит красный свет, им следует терпеливо ждать. Когда загорится зеленый свет, это будет означать, что мать успешно родила. В этот раз Кристин выбрала естественные роды. Хотя, учитывая состояние здоровья Кристин, кесарево сечение было относительно менее рискованным, она выбрала естественные роды, поскольку это приносит пользу как матери, так и ребенку во многих аспектах. Скайлер сидела на стуле в коридоре, словно муравей на раскаленной сковородке, постоянно глядя на красный свет над дверью родильного отделения, сгорая от тревоги. И Говард, и миссис Джеффри молча молились в своих сердцах о выздоровлении Кристин. Время шло; те, кто находился внутри, усердно трудились, а те, кто снаружи, молились… Окончательно… Через три часа после того, как мы вошли в родильную палату, над дверью загорелся зеленый свет. Этот зеленый свет подтолкнул Скайлер броситься к двери родильного отделения… Говард и остальные последовали его примеру. В этот момент появилась медсестра, держа на руках новорожденного, завернутого в одеяло… "Кристин…" Скайлер окликнула родильную палату, едва сдерживая слезы радости, не потому что ребенок родился здоровым, а потому что Кристин наконец-то преодолела это препятствие. «Поздравляем, у нас родился мальчик, весом три килограмма и шестьсот граммов», — объявила медсестра. Миссис Джеффри и Говард были вне себя от радости, услышав эту новость, и миссис Джеффри с нетерпением подошла, чтобы обнять своего внука. Скайлер, переполненная радостью и благодарностью, внезапно замерла на месте. Мальчик? Взволнованное выражение лица Скайлера сменилось на другое, когда он подошел к медсестре: «Простите, что вы сказали? Мальчик родился?» Медсестра улыбнулась и кивнула: «Да, маленький мальчик». Скайлер на мгновение опешилась и пробормотала: «Как это может быть мальчик? Медсестра, вы ошибаетесь? У моей жены должна была быть дочь, верно?» Медсестра, озадаченная вопросом Скайлер, ответила: «Мистер Джонс, миссис Джонс была единственной пациенткой в ​​родильном зале, как мы можем ошибиться?» "Этот…" Скайлер была совершенно растеряна. Внимательный взгляд Говарда подметил, что Ребекка тихонько смеется. Хотя он и не знал пола ребенка, по веселому выражению лица Ребекки он, вероятно, догадался, что произошло. Говард хранил молчание, сдерживая улыбку, и ничего не говорил. Миссис Джеффри отругала Скайлера: «Ребенок здесь, как могла быть ошибка…» Она нежно проворковала, обращаясь к малышу, которого взяла у няни: «Вот так, дорогой внук… ты так похож на своего отца, с этим широким лбом и высоким носом… Прямо как твой отец в детстве». Услышав описание миссис Джеффри, все собрались вокруг… Скайлер всё ещё сомневался, но сейчас для него было первостепенной задачей быть со своей любимой женой в родильной палате. В этот момент он бросился внутрь… ---------- Главы 1005–517: Дополнительная история: Навсегда счастливая семья из четырех человек 1 Скайлер Джонс, увидев издалека ослабленное и истощенное состояние Кристин Куинн после родов, бросилась к ней, словно порыв ветра. Кристин Куинн услышала тихий шум и медленно открыла глаза… Первое, что она увидела, было красивое лицо Скайлера Джонса, которое она видела этим утром. Роды лишили Кристин Куинн всех сил; глядя на него, ей хотелось что-то сказать, но ей было трудно. Скайлер Джонс крепко держал Кристин за руку, в его голосе звучала боль: «Не говори ничего, Кристин… ты была великолепна, ты справилась». Кристин Куинн почувствовала легкое покалывание в носу, и, побледнев, с трудом открыла губы: «Муж… муж». Скайлер Джонс склонил голову и поцеловал Кристин Куинн: «Я здесь…» "Я сейчас выгляжу… ужасно?" Кристин Куинн с большим трудом произнесла эту фразу целиком. Скайлер Джонс быстро покачал головой: «Нет, ты прекрасна… ты сейчас прекраснее, чем когда-либо». С нежностью он откинул несколько прядей волос, закрывавших глаза Кристин, и снова поцеловал её. "Ты лжешь… Наверное, я сейчас ужасно выгляжу…" «Глупышка, ты только что совершила самое невероятное в этом мире, и от тебя исходит красота». Кристин Куинн подняла руку и нежно погладила лицо Скайлер Джонс: «Я хочу услышать от тебя „Я люблю тебя“…» Скайлер Джонс прислонился к Кристин, пристально глядя на нее: «Я люблю тебя, я люблю тебя… Кристин Куинн, я люблю тебя… ты единственная, кого я когда-либо полюблю в этой жизни… Я люблю тебя…» Доведенная до слез, Кристин Куинн не смогла сдержать слез. Все трудности, которые она только что пережила, стоили того в этот момент. «А что насчёт ребёнка?» — внезапно спросила Кристин. «Она… она на улице». «Не могли бы вы привести ребенка, чтобы я могла его увидеть?» "Хорошо, но…" "Хм?" Скайлер Джонс раздраженно опустил голову и сказал: «Возможно, медсестра ошиблась, они вывели мальчика… но у нас явно дочь». Услышав это, Кристин, на удивление, расплылась в улыбке, её слабое лицо озарилось улыбкой. "Ты такой глупый…" "Хм?" «Я тебя обманывала… муж, у нас мальчик…» Что? Глаза Скайлер Джонс расширились. Мальчик? Кристин рассмеялась. Ее мужа действительно было легко обмануть. «Сестра, ты не видела, выражение лица зятя только что было просто уморительным. Он даже не осмелился узнать собственного сына…» Пока все навещали Кристин в палате, Ребекка Квентин подшучивала над Скайлером Джонсом, который крепко держал на руках сына, не желая его отпускать. Благодаря внутривенному питанию, к Кристине частично вернулся румянец, и она с трудом сдержала смех. «Муж, как ты думаешь, почему шурин стал таким доверчивым?» — Ребекка так сильно рассмеялась, что у нее перехватило дыхание, и повернулась, чтобы спросить своего любящего мужа, стоявшего рядом с ней. «Разве я когда-либо был мудр с тех пор, как встретил тебя?» Слова Говарда Джеффри прозвучали как жалоба, но больше походили на проявление привязанности. По сравнению с Кристин, Ребекка была более озорной, часто «издевалась» над Говардом и «обманывала» его. Но Говард просто повелся на ее глупости… Похоже, что в этом мире одно действительно побеждает другое. Ребекка гордо подняла подбородок: «Что, ты хочешь что-нибудь сказать?» "Ни за что…" Пока Говард и Ребекка флиртовали, Скайлер Джонс, ничего не подозревая, держал на руках своего второго ребенка… Когда он взял ребенка из рук матери, его глаза заблестели от переполняющих его слез. Это чудо, которого Кристин Куинн добилась с большим трудом, вынашивая и взращивая в условиях опасности в течение десяти месяцев. Это её сын, сын Кристин. «Жена, ты видела? У него очень похожие на твои глаза», — радостно показал Скайлер Джонс ребёнку своей жене. У Кристин Куинн не было сил разглядывать лицо ребёнка; она лишь смотрела на восторженный взгляд Скайлер Джонс и удовлетворенно заснула. Той ночью Кристин Куинн внезапно проснулась. Сначала она была ошеломлена и пребывала в состоянии затуманенного сознания, ей потребовалось несколько секунд, чтобы прийти в себя и убедиться, что она услышала слабый плач младенца. Это был её ребёнок? Кристин Куинн, чье тело все еще не полностью восстановилось после родов, медленно поднялась с кровати. Крики ребенка затихли, и снова воцарилась тишина. Кристин огляделась… В просторной палате у стены был уголок, освещенный тусклым прикроватным светильником, который мягко подсвечивал силуэт мужчины, сидящего у колыбели. Это Oversky! Он не заметил, что она не спит, нежно покачивает колыбель и внимательно осматривает своего ребенка. Он смотрел на младенца с такой нежностью, его глаза были полны отцовской любви и ласки, даже несмотря на легкую улыбку на губах. ---------- Глава 1006 - 517: Дополнительная история: Вечно счастливая семья из четырех человек 1_2 Кристин Куинн хранила молчание, не желая нарушать этот момент. Она молча смотрела на него, чувствуя, как к горлу подступает волна эмоций. От любви до разлуки, затем воссоединения и примирения… Они вместе пережили столько трудностей. Раньше она жаловалась, что судьба особенно сурова к ней, но сегодня она наконец поняла, что судьба вовсе не была к ней неблагосклонна… Судьба одарила ее не только рассудительной и послушной дочерью, но и маленьким ребенком, который был точь-в-точь как он… И он больше никогда не оставит ее одну. Кристин внезапно почувствовала жар в глазах, в ней захлестнула неописуемая волна эмоций. Этот поток был настолько сильным, что, прежде чем она успела его остановить, слезы хлынули потоком. Она сама не понимала, почему так расплакалась… Она была очень довольна его присутствием рядом, особенно видя, как сильно он заботится о ней и ребенке. «Кристин», — заметил он ее и хрипло окликнул. Кристин улыбнулась ему, но слезы продолжали литься непроизвольно. Скайлер Джонс вздрогнула и быстро бросилась к ней, обняв: «Что случилось? Почему ты плачешь?» Тело Кристин было слабым после недавних родов, и она мягко прижалась к его объятиям. «Что случилось? Ты плохо себя чувствуешь?» — обеспокоенно спросила Скайлер. Кристин покачала головой, подняла глаза и пристально посмотрела на него; на ее лице блестели слезы. «Почему ты плачешь?» Скайлер нежно вытер слезы с глаз Кристин, его действия были полны нежности. Кристин улыбнулась, ее заплаканное лицо слабо озарилось благоговейным сиянием, и он не мог отвести взгляд. Скайлер обнял Кристин, держа ее слегка остывшую руку после того, как она отошла от одеял, положил подбородок ей на лоб и спросил: «Что случилось?» Кристин подняла взгляд на Скайлер, ее голос был невероятно хриплым: «Я просто не могу поверить… что я наконец вышла за тебя замуж, родила тебе детей и буду просто и счастливо жить с тобой». Она не понимала почему; раньше она никогда так сильно не плакала… но перед ним она всегда чувствовала себя уязвимой. "Глупышка…" Скайлер крепко сжал руку Кристин, прижатую к его груди, "Это милость судьбы, что я встретил тебя в этой жизни… Ты исполнил мое желание держать тебя за руку и состариться вместе с тобой". Голос Кристин был слишком хриплым, чтобы говорить… Скайлер нежно поцеловала её в губы. Они нежно обнялись в мире и красоте. Спустя долгое время в комнате возобновился разговор: «Ребенок только что плакал?» «Мм, ты слышала?» — улыбнулась Скайлер. «Этот малыш так громко плачет, может, он голоден, хочет, чтобы мама его покормила, но я его несколько раз укачала, и он снова уснул…» «У меня до сих пор нет молока, лучше приготовь ему смесь… Когда проснётся, наверняка захочется есть». "Мм…" В комнате продолжали разноситься их радостные голоса, но их счастье никогда не угасало. После того, как Кристин вернулась из больницы… В соответствии с традиционными обычаями Цветочного Королевства, миссис Джеффри настаивала на том, чтобы Кристина во время родов должна была полноценно отдыхать, ей разрешалось только лежать и ничего не делать. Скайлер тоже очень волновался, опасаясь, что Кристина не выздоровеет должным образом, поэтому он сразу же взял отпуск и не пошел в компанию. Эрни, секретарь Скайлер, естественно, знала, что у босса только что родился ребенок, и он будет праздновать это еще долгое время, но для решения дел компании все равно нужны были люди, поэтому звонки боссу продолжали поступать… К сожалению, нынешний Скайлер был вполне доволен своим сыном, игнорируя все звонки от компании, что настолько встревожило Эрни, что он решил обратиться к семье Джеффри… Кто бы мог подумать, что, добравшись до дома Джеффри, Скайлер лишь сказала Эрни, что если проблему не удастся решить самостоятельно, следует передать дело заместителю руководителя компании, а если и заместитель не справится, то нужно обратиться напрямую к Говарду Джеффри, президенту Skytop Group, расположенной через дорогу… Говард Джеффри уже спланировал отпуск со своей женой Ребеккой Квентин, ведь Ребекка всегда завидовала романтическому путешествию президента Джонса к Эгейскому морю с его любимой женой. Джеффри держал это в уме, тайно планируя удивить свою любимую жену романтическим отдыхом. Как только у него появилось свободное время для подготовки сюрприза, к нему поспешно прибыл заместитель шерифа из Оверски… Заместитель Оверски принес стопки документов, либо для того, чтобы Говард проверил решения, либо чтобы тот их подписал… Увидев все эти документы, Говард был ошеломлен, но вспомнил о недавнем рождении ребенка у своего брата и решил пойти ему навстречу. Поэтому Говард, используя свой проницательный и мудрый ум, потратил два дня на решение всех существующих проблем и вопросов, связанных с компанией Oversky… Уладив эти вопросы, Говард отложил работу и объявил секретарю, что уходит в отпуск, но, неожиданно, как раз в тот день, когда он подал заявление на отпуск секретарю, к нему снова пришел заместитель из Оверски… Дело не в том, что заместитель из Оверски был некомпетентен, просто огромная группа компаний Оверски ежедневно сталкивалась с бесчисленными проблемами; они решали то, что могли, но некоторые вопросы действительно требовали непосредственного участия лица, принимающего решения. Поэтому заместителю пришлось снова обратиться к Говарду, поскольку его собственный босс слишком увлекся радостями отцовства, пренебрегая даже заботами о крупной компании. Однако сегодня Говард пришёл в ярость… Помогать Оверски один или два раза не составляло труда, но многочисленные случаи, особенно когда он нарушал свой прекрасный отпуск с любимой женой, были уже слишком. Говард подумал: если Скайлер хочет использовать это как возможность передать ему Оверски, то ни за что! Он давно планировал слияние Оверски и Скайтопа, и главной фигурой в этом процессе должен стать его старший брат. В этот день Говард вернулся домой в приступе гнева… Ребекка только что уложила девочку спать и учила Эндрю, когда вдруг увидела редкое для нее сердитое лицо мужа, пылающее от ярости. Она быстро подошла, чтобы утешить его: «Дорогой, что случилось?» Говард бросил свой портфель на диван, сердито ослабил галстук и направился прямиком в комнату брата. В комнате брата царила непрекращающаяся тишина. На большой кровати кто-то держал на руках свою любимую жену, мирно и безмятежно спящую. Рядом с ними, в колыбели, маленький розовый малыш, сжав крошечные кулачки, сладко спал в позе подчинения. ---------- Глава 1007 - 518: Дополнительная история: Вечно счастливая семья из четырех человек (2) Шаги неожиданного гостя разбудили Скайлера Джонса, который только что заснул. И действительно, в дверь постучали. Скайлер, опасаясь, что человек снаружи может разбудить его милую жену, которая только что покормила ребенка и уснула, тихо встал и на цыпочках направился к ставням. Как только он открыл дверь, Скайлер жестом показал человеку снаружи, чтобы тот замолчал. Говард Джеффри увидел, что его невестка и племянник спят, поэтому он понизил голос и крикнул: «Не позволяйте вашему заместителю генерального директора снова меня беспокоить, разбирайтесь со своими делами сами!!» Скайлер прищурился, совершенно не стесняясь: «Вы можете понять чувства человека, ставшего отцом двоих детей?» «Тогда вы можете понять чувства мужа? Мой отпуск чуть не испорчен вашими пустяковыми делами!» Он так долго готовился, но все отведенное время ушло на «Оверского». «Я думал, что уже говорил вам, что старею, и планирую передать вам управление компанией…» Что? Глаза Говарда Джеффри расширились: «Скайлер Джеффри, не веди себя как старик!!» Оказывается, он не так уж и стар, правда? О, теперь он стал серьёзным, даже назвал себя полным именем! Скайлер, продолжая неторопливо говорить, смотрела на Говарда Джеффри: «Учитывая ваше неуважение, я не буду с вами спорить, но вы все равно должны сделать подарок моему сыну. Как насчет того, чтобы взять в качестве поздравительного подарка «Оверски» по случаю рождения моего сына? Я искренне его приму…» "Мечтай дальше!!" — крикнул Говард Джеффри. Кристин Куинн, лежа в постели, смутно слышала за окном звуки спора… Она сонно проснулась и, не увидев спящего рядом с собой возлюбленного, приподнялась, чтобы посмотреть в сторону двери. Острым взглядом Скайлер уже увидел тень своей любимой жены, пробуждающуюся от взгляда Говарда Джеффри… Он почти сразу же повысил голос: «Что? Говард, ты хочешь сказать, что планируешь помочь мне управлять «Оверским», чтобы я мог лучше заботиться о Кристин? Отлично, отлично… это именно то, что мне было нужно!» Лицо Говарда Джеффри помрачнело, и он уже собирался сердито ответить Скайлер, когда увидел Кристин, уже стоящую рядом с ней. Прежде чем Говард успел что-либо сказать, Скайлер уже обнял свою любимую жену и спросил: «Дорогая, что тебя разбудило?» Кристина слабо улыбнулась: «Вы так громко разговариваете, как же я могла не проснуться?» «Прости, что разбудила тебя, дорогая», — Скайлер нежно поцеловала Кристин. Кристин покраснела: «Так о чём вы двое говорили?» Говард поспешно добавил: «Мы говорили о…» Неожиданно Скайлер перехватила инициативу в разговоре: «Эм, мы говорили о делах компании… Говард сказал, что я уделяю тебе слишком мало времени, а поскольку ты так много работаешь и родила мне сына, он сказал, что планирует какое-то время помогать управлять компанией, чтобы у меня было больше времени с тобой…» Услышав слова Скайлер, глаза Говарда расширились, а кулаки сжались. Кристин мягко улыбнулась и повернулась к Говарду: "Правда?" "Конечно, нет. Не успел Скайлер закончить последние два слова, как тот снова перехватил инициативу: «Видишь, Говард так хорошо относится к своему брату и невестке…» — сказал он, провожая Кристин обратно в комнату, — «Пойдем, дорогая, вернемся спать…» Говард впервые уставился на своего старшего брата, стиснув зубы, совершенно беспомощный. Вспомнив выражение лица Говарда, Кристин нахмурилась: «Дорогой, Говард действительно пришел тебе это сказать?» "Да…" Кристин с подозрением добавила: «Но он выглядел не очень счастливым, как будто…» «Он не недоволен, он очень расположен к этому». "Действительно?" "Конечно, разве он только что так не сказал?" "Ой…" Пока супруги разговаривали, в колыбели вдруг закричала от досады маленькая розовая крошка… Кристин быстро вырвалась из объятий мужа и поспешила к колыбели, чтобы проверить, как дела у сына. Она увидела, как ее сын надулся, его темные глаза наполнились слезами, как же это жалко… Кристин быстро подняла сына из колыбели и успокоила его, когда он плакал: «Ой-ой… Дориан, почему ты плачешь? Ты не видел папу и маму?» Скайлер внимательно проверил подгузник сына и обнаружил, что тот не писал, и удивился: «Подгузник не мокрый, он только что поел, почему он плачет?» Кристин осторожно покачала Дориана Джонса: «Может, он всё ещё голоден…» Скайлер нахмурилась: «Разве он только что не поел?» Кристин смущенно сказала: «Может, он еще не наелся». Скайлер Джонс молчала. Кристин Куинн тут же взяла Дориан Джонс на край кровати, приподняла ее одежду и начала кормить грудью. Скайлер Джонс сидела неподалеку и наблюдала… Увидев очаровательного малыша, сосущего грудь, Скайлер Джонс не смог сдержать улыбку: «Он, конечно, очень голоден…» Кристина смотрела на малыша у себя на руках, прищурившись, поскольку он, казалось, получал огромное удовольствие от кормления грудью, чувствуя себя довольной, но при этом жалуясь: «Дети всегда такие голодные… Это потому, что ты никогда не ухаживала за Мари, поэтому ты и не знаешь». Скайлер Джонс прижался к Кристин, нежно обнимая ее: «Прости, что меня тогда не было рядом, чтобы позаботиться о тебе». Вспоминая трудности прошлого, Кристин почувствовала легкую грусть, но, думая обо всем, что у нее есть сейчас, ее сердце наполнилось счастьем. «Забудь об этом, я не буду тебя винить… Ребенок намочил подгузник, иди принеси новый». "Хорошо…" Скайлер Джонс послушно пошла за подгузником. Спустя некоторое время Кристин накормила Дориана, пока он не наелся, и передала его Скайлер Джонс. Благодаря тому, что Скайлер Джонс в последние дни внимательно ухаживал за Кристин, он стал настоящим опытным отцом, и помощь Кристин ему больше не требовалась. Наблюдая, как Скайлер Джонс умело меняет подгузник Дориану на кровати, Кристин не могла сдержать внутренней улыбки; кто бы мог подумать, что обычно невозмутимый и сдержанный Скайлер Джонс превратится в суперпапу… Это напомнило Кристин о том, как Скайлер Джонс впервые поменяла подгузник Дориану. Когда Скайлер впервые попытался поменять подгузник Дориану, у него это совсем не получилось. В то время Кристин только что родила и не могла встать с постели, наблюдая издалека за тем, как Скайлер барахтается. Однако он слишком любил Дориана, чтобы нуждаться в помощи слуги, поэтому… Скайлер держала подгузник, глядя на Дориана и не зная, с чего начать. Миссис Джеффри была невероятно удивлена ​​и в конце концов подошла, чтобы шаг за шагом научить Скайлера, но ему потребовалось несколько попыток, чтобы освоить даже самое простое действие — поднятие ножек младенца. Он никак не мог контролировать свою силу, и к тому времени, как он наконец-то последовал указаниям миссис Джеффри по смене подгузника, его лоб был покрыт потом. Кто бы мог подумать, что после того, как Скайлер закончила менять ему подгузник, малыш скривил губы, словно обвиняя в этом неумение пеленать ребенка, почувствовав себя неловко, а затем разрыдался. Пока она смеялась, малыш жалобно плакал, а Скайлер стояла рядом с кроватью в растерянности, в силах лишь обнять его и успокоить тихим, ласковым голосом… С того дня Скайлер постепенно превратился в умелого отца. Он избегал ходить в офис, опасаясь, что Кристина слишком устанет после родов, а грудное вскармливание сильно мешало сну, поэтому Скайлер взял на себя все обязанности по уходу за ребенком, кроме кормления. Смена подгузников, купание, одевание — всему этому он научился у миссис Джеффри и систематически практиковался, быстро став профессионалом. Однако Дориана было действительно трудно угодить. Всякий раз, когда уход со стороны Скайлер хоть немного не устраивал или вызывал недовольство, Дориан протестовал громкими криками. Малыш был практически двумя разными существами днем ​​и ночью… Днём он ел и спал, а ночью плакал и капризничал; чтобы не беспокоить Кристин, Скайлер часто вставал сам, укачивал малыша и бродил по комнате, чтобы убаюкать его. Даже в руках отца малыш проявил себя настоящим знатоком: перестал плакать и крепко спал. Часто, просыпаясь ночью, Кристин видела, как Скайлер ходит по комнате, держа на руках малыша… Честно говоря, она была очень тронута… В этот момент Скайлер ловко закончила менять подгузник Дориану, но кто бы мог подумать, малыш лишь прищурился, глядя на отца, нахмурил брови и что-то проворчал, словно показывая, что навыки Скайлер едва ли можно назвать приемлемыми. Скайлер тоже прищурился, глядя на сына. Малыш снова широко зевнул, выглядя так, будто хотел спать, и полностью игнорировал отца. Малышка была поразительно похожа на Скайлер: нос и брови на восемьдесят процентов совпадали, особенно эти поджатые губы, идентичные губам Скайлер, если их нарисовать тонкой линией. Поэтому миссис Джеффри всегда несколько раз восклицала, как сильно он похож на Скайлер в детстве, всякий раз, когда видела малышку… В какой-то момент Скайлер снова услышал, как миссис Джеффри упомянула об этом, и нахмурился — нет, как он мог быть таким в детстве? Этот парень любил чистоту, был привередливым и отчужденным, он определенно таким не был… Но подождите, разве он сейчас не точно такой же? После того как Скайлер убаюкал Кристин, он забрался в постель и обнял её… Кристин уже проснулась и, широко раскрыв глаза, смеялась над гордым пренебрежением малыша к отцу. "Мед…" "Хм?" Кристин проявила инициативу и поцеловала Скайлер в щеку: «Я так счастлива». "Ты дурак…" Скайлер опустил голову и нежно поцеловал Кристин в губы. ---------- Глава 1008–519: Дополнительно: Не спрашивай маму, кто такой «папа». В день празднования полнолуния в честь Дориана Джонса семья Джеффри пригласила многочисленных родственников и друзей… На протяжении всего банкета царила оживленная атмосфера. После того, как вечером закончился прием в честь полнолуния, все рвались обнять Дориана Джонса, но только Мэрилин сидела одна на диване. Именно Эндрю Джеффри заметил Мэрилин, которая была совсем одна. «Мари, почему ты сидишь здесь одна?» — Энди, словно взрослый, сел рядом с Мари и утешил её. Мари опустила голову, держа в руке незнакомую пригласительную карточку, и кисло произнесла: «Папа и мама меня не хотят, теперь им нужен только мой брат…» «Ни за что, дядя и тетя точно этого не делают…» — быстро ответил Энди. Мари надула губы и, задыхаясь, произнесла: «У меня сегодня вечером конкурс скрипачей-солистов. Я давно сказала об этом папе и маме, но они помнят только празднование полнолуния в честь моего брата, а не мой сегодняшний конкурс. Им уже на меня наплевать…» «Мари…» Час спустя Мэрилин разочарованно вышла из виллы семьи Джеффри. Водитель уже припарковал машину на обочине, придерживая дверь открытой и ожидая Мэрилин. Сегодня вечером Мэрилин была в прекрасном белом платье, ее красота, несомненно, передалась по наследству от матери… Это было выступление скрипачки в кампусе, но это был важный конкурс в её жизни. Она очень дорожила им, но… Мэрилин оглянулась, и сегодня вечером ее никто не сопровождал, потому что сегодня было полнолуние в день рождения ее брата Дориана Джонса. Она не завидовала брату за то, что он отнял у нее любовь родителей, потому что сама тоже очень любила его, но надеялась, что родители смогут любить ее так же, как раньше… Если бы это было раньше, папа и мама обязательно бы сопровождали её на сегодняшние соревнования. С чувством обиды в сердце Мэрилин подошла к машине. Водитель помог ей с дверцей автомобиля… Мэрилин опустила голову, пока не услышала спокойный и приятный мужской голос из-за руля: «Дорогая, сам конкурс не важен, важен сам процесс. Не дави на себя слишком сильно». Услышав голос, Мэрилин внезапно подняла глаза. На ее глазах отец сидел за рулем, а мать — на пассажирском сиденье… В этот момент они улыбались ей. Мэрилин была поражена: «Папа, мама, зачем вы здесь…» Скайлер Джонс со смехом спросила: «Как папа мог пропустить первый в жизни конкурс моей возлюбленной?» «Да, Мари, видишь ли, мама даже переоделась в большую школьную форму твоей школы, готовая болеть за тебя прямо на месте…» Слёзы тут же хлынули из глаз Мэрилин. Скайлер Джонс поспешно вышел из машины, открыл дверь и, обняв дочь, спросил: «Что случилось, дорогая?» Со слезами на глазах Мэрилин сказала: «Я думала, ты помнишь только о празднике в честь моего брата…» Скайлер Джонс нежно поцеловал свою дочь: «Глупышка, как папа мог помнить только твоего брата? Папа сказал, что ты для него самая дорогая». Кристин Куинн тоже протянула руку и обняла Мэрилин: «Ты тоже забыла слова мамы?» "Но…" «Мари, дядя Джеффри может доказать, что твои папа и мама действительно тебя любят… Потому что несколько дней назад, когда ты рассказала папе и маме о том, что идёшь сегодня на конкурс, они уже пригласили меня, твою бабушку и тётю, и даже маленьких Энди и Анну посмотреть на твой конкурс…» «Да, мы тоже можем это доказать…» В этот момент заговорили миссис Джеффри и Ребекка Квентин, одетые в ту же школьную форму, что и Мэрилин, явно готовые наблюдать за конкурсом. В этот момент лицо Мэрилин уже было покрыто следами слез… Она боялась, что впервые почувствует, что значит быть тронутой. Бросившись в объятия Скайлер Джонс и Кристин Куинн, Мэрилин крепко прижала их к себе. Скайлер Джонс и Кристин Куинн с удовольствием прислонили головы к Мэрилин… Все присутствующие были глубоко тронуты этим зрелищем. Спустя долгое время Мэрилин подняла голову из объятий Скайлера Джонса: «Папа, я вела себя неразумно…» Скайлер Джонс присела на корточки, встретилась взглядом с Мэрилин и тихонько усмехнулась: «Глупышка, наша Мари всегда была очень рассудительной». "Но…" Кристин Куинн тоже присела на корточки, нежно вытирая слезы с глаз дочери и мягко утешая: «Мари, твой брат только что родился, поэтому папа и мама в последнее время уделяют ему немного больше времени, но это не значит, что папа и мама любят его больше… Ты — самое ценное сокровище мамы. Мама всегда будет тебя любить». Слезы быстро потекли по щекам Мэрилин, она, задыхаясь, прошептала: «Мама, я тоже тебя люблю…» ---------- Глава 1009 - 519: Дополнительная история: Не спрашивай маму, кто такой «папа»_2 Скайлер Джонс уговаривала: «Ладно, ладно, хватит плакать… Не унаследуй от матери склонность легко плакать, иначе превратишься в плаксу». Кристин Куинн сердито посмотрела на нее и спросила: «Когда это я легко плакала?» Скайлер Джонс подняла бровь: «Ты хочешь сказать, что я плакса?» "Ты…" Игривые подшучивания между ее родителями заставили Мэрилин Джонс улыбнуться. Увидев радостную улыбку Мэрилин, Скайлер Джонс и Кристин Куинн обменялись взглядами и пощекотали Мэрилин за талию… Больше всего Мэрилин боялась щекотки, тут же начинала безудержно смеяться и умоляла родителей о пощаде. На втором этаже виллы, где крепко спал Дориан Джонс, казалось, он чувствовал радость, царившую внизу, в компании родителей и сестры, поскольку его улыбка во сне становилась все шире. Что касается истории любви Скайлера Джонса и Кристин Куинн, она никогда не угаснет; их любовь будет длиться бесконечно… С этого момента мы будем держаться за руки, стареть вместе. Франция, Париж. Вилла Робинсонов, напоминающая замок. "Скучать." Увидев возвращение Элис Робинсон, служанка, стоявшая у входной двери виллы, вежливо поприветствовала ее. Элис Робинсон кивнула и передала сумку служанке, после чего устало вошла в виллу. Слуга тихо шел следом за Алисой Робинсон, обеспокоенно спрашивая: «Мисс, вы поужинали? Может, мне поручить персоналу приготовить вам еду?» Элис Робинсон покачала головой, прислонив лоб к спине, сидя на огромном диване в гостиной, и в ее голосе слышалась усталость: «Я не голодна… Где Коннор?» «Этот малыш как раз искал тебя. Когда я сказала, что ты работаешь на улице, он немного поел и послушно уснул». Услышав это, Алиса постепенно смягчила хмурое выражение лица, и на ее губах появилась нежная улыбка: «Какая же ты хорошенькая малышка». В последние дни она была погружена в тревоги, но лишь при упоминании дочери ей удавалось на время забыть о своих проблемах. «Да, ей легко угодить, и она очень рассудительна», — сказал слуга. Алиса продолжала улыбаться, но у нее немного болела голова, из-за чего ей приходилось надавливать на виски. Увидев усталый вид Алисы, слуга тихо спросил: «Мисс, как прошел сегодняшний день в юридической фирме?» С закрытыми глазами Алиса устало ответила: «Не очень-то оптимистично… Я наняла самую сильную юридическую команду, но все равно они не совсем уверены в победе». Действительно, за последние два года дело о наследстве Робинсонов вновь вызвало споры. Состояние семьи Робинсонов, первоначально присужденное братьям и сестрам после смерти Дэвида Робинсона, не полностью управлялось Дэвидом лично при жизни. Это вызвало недовольство среди родственников, которые когда-то поддерживали его, что привело к возобновлению оспаривания решения судьи, вынесенного два года назад, о передаче наследства братьям и сестрам. Недавно выяснилось, что Дэвид Робинсон не является истинным наследником семьи по крови, и они потребовали вернуть себе состояние, что теперь серьезно беспокоит Элис Робинсон, управляющую огромным имением… «Мисс, я заметил, что вы плохо едите и спите в последние несколько дней, вы заметно похудели. Не хотели бы вы отдохнуть дома пару дней? До судебного заседания еще больше месяца…» — обеспокоенно сказала служанка, наблюдавшая за взрослением Алисы. Алиса тихо вздохнула и медленно открыла глаза: «Если бы только папа был жив… С папой рядом мне не пришлось бы беспокоиться обо всем этом». Она наконец поняла поговорку из Цветочного Королевства: когда кто-то умирает, чай остывает. После смерти отца вся семья Робинсонов изменилась. Когда-то это была любящая семья, но смерть отца выявила их жадную натуру. В наши дни богатство Робинсонов подобно сочному куску мяса, на который смотрят хищные звери с хищными зубами, а она осталась одна перед ними. Слуга посмотрел на измученный вид Алисы, которая стояла неподвижно, не решаясь заговорить. Алиса вздохнула, затем встала: «Забудьте об этом, я справлюсь, как получится; волнения не помогут». Служанка была убита горем из-за притворной силы Алисы, зная лучше всех, что Алиса, избалованная с детства, никогда не сталкивалась с такими трудностями. Столкнуться с этой огромной неудачей будет для неё невероятно сложно. Наблюдая, как Алиса поднимается по лестнице, демонстрируя свою хрупкую фигуру, служанка наконец не удержалась и спросила: «Мисс, почему бы вам не обратиться к мистеру Честеру?» Слова слуги заставили худощавую Алису остановиться на лестнице. «Мисс, с мистером Честером рядом эти люди не посмеют вести себя так нагло, и мистер Честер, безусловно, сможет разрешить сложившуюся ситуацию», — сказал слуга. ---------- Глава 1010 - 519: Дополнительная история: Не спрашивай маму, кто такой «папа»_3 Алиса опустила голову и слегка улыбнулась: «Тетя П.А., в будущем я больше не смогу полагаться на своего брата». Слуга растерянно спросил: «Почему?» Алиса покачала головой и ничего не сказала. Слуга продолжил: «Мисс, я действительно не могу понять мистера Честера… С тех пор, как умер хозяин, он редко приходит домой. Он явно знает, что именно он отвечает за семью, но игнорирует семейные дела, оставляя огромную нагрузку по ведению семейного бизнеса только на вас. Это хорошо, но даже в таких важных вопросах, как споры о наследстве, ему все равно… есть ли у него вообще какие-либо чувства к этой семье?» Он никогда не испытывал никаких чувств к этой семье, да и к людям, которые в ней состоят. Алиса, конечно же, не произносила эти слова вслух, она лишь думала о них про себя. «Тётя ПА, пожалуйста, прекратите… Я выросла, я уже мать двухлетнего ребёнка, и я научилась решать проблемы по-взрослому». «Мисс, мне следует позвать мистера Честера?» «Не надо!!» — с некоторым волнением воскликнула Алиса. — «Не звони ему, я сама разберусь с проблемой». "Но…" "Тетя ПА…" Не в силах сопротивляться настойчивости Алисы и не смея ослушаться ее приказов, слуга наконец кивнул: «Хорошо, я не буду звонить». Алиса слегка улыбнулась слуге: «Поверь мне». Слуга тихо вздохнул: «Просто следи за собой, не перенапрягайся». "Я буду." "Хм." «Тётя ПА, я сейчас поднимусь наверх». «Хорошо, я приготовлю тебе что-нибудь поесть». "Спасибо." Вернувшись в свою комнату, Алиса поставила снятое пальто и поспешила к колыбели, стоявшей в комнате. Ее дочери, Рейчел, уже было два года, она была послушной и милой, но у нее была плохая привычка – в два года она все еще хотела спать в колыбели. Она сама была матерью, привыкшей баловать своего ребенка, поэтому, даже когда ребенок уже был таким большим и все еще хотел спать в колыбели, она просто потакала ему… Так, каждую ночь она качала колыбель, разговаривала с ребенком, наблюдала за его сном. Только в это время она не чувствовала себя одинокой, ее сердце было наполнено счастьем и удовлетворением. В последнее время из-за споров о наследстве у нее стало меньше времени на общение с ребенком, и она часто испытывала чувство вины. Глядя на очаровательное спящее личико своей маленькой любимицы, Алиса не смогла удержаться и поцеловала пухлую щечку своего малыша. Она особенно любила свою дочь, благодарная небесам за то, что они подарили ей такую ​​прекрасную и очаровательную малышку… Она надеялась, что ее дочь будет любима всеми так же, как маленькая принцесса, подобно тому, как ее саму любили в детстве. Долгое время любуясь спящим личиком дочери у колыбели, Алиса наконец встала, чтобы принять ванну. Цветочное королевство, город Т. На террасе Честер сидел один, потягивая не слишком крепкий бренди и спокойно наблюдая за сверкающим ночным городским пейзажем района Т-Сити. По сравнению с такими крупными городами, как Нью-Йорк и Париж, с их романтическими и всемирно известными ночными пейзажами, ночной вид Т-Сити был так себе, но у Честера была особая привязанность к Т-Сити. Когда он размышлял о чем-либо, ему всегда нравилось сидеть в одиночестве в месте, где он мог чувствовать ветер, и спокойно думать. В какой-то момент за спиной Честера появился Кит Энтони, которого все называли «Босс». Честер это заметил, поставил стакан и слегка хриплым голосом спросил: «Что тебя сюда привело?» «Мне нужно кое-что с вами обсудить», — ответил Кит Энтони. «Садись и выпей со мной сначала!» — Честер налил напиток Киту Энтони. Кит Энтони сел и взял стакан. Честер чокнулся бокалами с Китом Энтони, залпом выпил свой напиток и спросил: «Что это?» Кит Энтони осторожно поставил стакан, выпрямился и с оттенком осторожности произнес: «Мисс Элис в последнее время чувствует себя неважно». ---------- Глава 1011 - 520: Дополнительная история: Кажется, я тебя в прошлом испортил 1 "Ой?" Кит Энтони ответил: «Робинсон и Роуз Робинсон всегда мечтали завладеть имуществом Дэвида Робинсона. Теперь они обнаружили родственную связь с Дэвидом Робинсоном и недавно подали в суд на Элис Робинсон, пытаясь отстоять свои права на собственность Дэвида Робинсона». Честер Робинсон никак не отреагировал и равнодушно заметил: «Они действительно наглые». «Это потому, что тебя там нет». Кейт Энтони неуверенно посмотрел на Честера Робинсона: «Если бы ты был во Франции, они бы не посмел так издеваться над мисс Элис». «Как она с этим справляется?» «Мисс Элис наняла команду адвокатов, располагающих значительной суммой денег, но эти адвокаты не очень уверены в своих силах… Главная проблема в том, что доказательства, имеющиеся у Робинсона, трудно опровергнуть». "Хм." Честер Робинсон лишь тихо ответил Киту Энтони одним словом и больше ничего не сказал. Увидев равнодушную реакцию Честера Робинсона, Кит Энтони повторил: «Босс, ситуация очень серьёзная… Если Робинсон и остальные действительно победят, у мисс Элис ничего не останется». «Мне казалось, я уже говорил, что её дела меня не касаются», — сказал Честер Робинсон с почти холодным безразличием. «Но если мисс Элис действительно потеряет всё, тогда Рейчел…» — Кит Энтони не осмелился продолжить, лишь украдкой наблюдая за выражением лица Честера Робинсона. Хотя выражение лица Честера Робинсона было холодным, а в глазах даже мелькнула ненависть, английское имя «Рэйчел», казалось, немного смягчило холод в его взгляде. В следующее мгновение Честер Робинсон холодно поднялся и сказал: «Вы испортили мне настроение». С этими словами он по собственной воле отошел от балкона. Лишь увидев, как Честер Робинсон уходит, Кит Энтони наконец вздохнул с облегчением. Элис Робинсон получила звонок от Кейта Энтони, когда играла с Рэйчел в комнате. Увидев входящий звонок от Кейта Энтони, Элис Робинсон едва поверила своим глазам. Отпустив Рейчел, чтобы она могла самостоятельно ходить и играть в комнате, Элис Робинсон медленно нажала кнопку ответа на телефоне и тихо произнесла: «Привет…» «Мисс Элис». «Кит Энтони». «Завтра босс будет во Франции». Элис Робинсон широко раскрыла глаза: «Он… он возвращается?» Кит Энтони честно сказал: «Это я сообщил начальнику о вашей недавней ситуации». Элис Робинсон по-прежнему пребывала в состоянии полного недоверия. Прошло уже больше полугода с тех пор, как она в последний раз видела его или вообще с ним общалась. Она и представить не могла, что он вдруг приедет во Францию, чтобы найти её. Она даже думала, что они больше никогда не пересекутся в этой жизни. «Зачем он пришел?» Она знала, что он точно не вернется, чтобы помочь ей, она даже не рассматривала такой вариант. "Конечно, чтобы помочь вам…" Элис Робинсон спокойно ответила: «Я в это не верю». «Может быть, стоит подождать, пока приедет начальник, чтобы это выяснить?» «Спасибо, Кит Энтони». В течение последних шести месяцев, пока Честер Робинсон был разлучен, Кит Энтони часто звонил, чтобы выразить ей свою заботу. Она, конечно, знала, что эта забота исходит не от Честера Робинсона, поэтому всегда была очень благодарна Киту Энтони. «Не нужно меня благодарить. Я просто надеюсь сделать что-нибудь для вас и для начальника». Завершив разговор, Элис Робинсон на мгновение погрузилась в размышления. Увидев, как Рейчел, пошатываясь, направляется к двери, Элис Робинсон подбежала, чтобы поднять ее: «Эй, снаружи лестница, разве мама не говорила тебе, что нельзя ходить сюда одной?» Рейчел была одета в розовое платье, прижимала к себе плюшевого мишку и выглядела просто очаровательно. Ее маленькие пальчики, похожие на зеленые луковицы, указывали на ступеньки: «Вниз… вниз… мамочка…» Она хотела, чтобы Элис Робинсон отнесла её вниз поиграть. Элис Робинсон улыбнулась и поцеловала дочь: «Хорошо, мама отнесет тебя вниз поиграть». Спустив дочь вниз, Элис Робинсон поиграла с ней в гостиной. Рейчел, неуверенно волоча своего плюшевого медведя по гостиной, рассмешила Элис Робинсон. Наконец, Рейчел устала, уронила своего плюшевого медведя, подошла к Алисе Робинсон и, обняв её за ногу, сказала: «Мамочка…» Понимая, что дочери нужны объятия, Элис Робинсон улыбнулась, подняла дочь и посадила её себе на колени. Дочь играла с тканью на груди Алисы Робинсон, радостно хихикая. Алиса Робинсон смотрела на черты лица дочери, которые напоминали кое-кого, и вдруг почувствовала боль в сердце. Внезапно Элис Робинсон поставила Рейчел на диван и тихо сказала: «Рейчел, завтра к нам кто-то придет, ты знаешь, кто это?» Рейчел нежно смотрела на свою маму, ее длинные ресницы трепетали. «Это твой папа, но ты не можешь называть его папой, ты можешь называть его только дядей…» Услышав слова Элис Робинсон, растерянная Рейчел лишь широко раскрыла свои прекрасные глаза, ее выражение лица было невинным и непонимающим. Элис Робинсон продолжила: «Мама упомянет об этом только один раз, после этого она больше не будет говорить о слове „папа“… Дорогая моя, когда ты вырастешь, никогда не спрашивай маму об этом, ведь мама уже тебе ответила, поняла?» Рейчел посмотрела на Элис Робинсон растерянным взглядом, не понимая смысла сказанного, но послушно кивнула головой. ---------- Глава 1012 - 520: Дополнительно: Кажется, я тебя в прошлом испортил 1_2 Элис Робинсон легонько поцеловала Рейчел в лоб, ее глаза были необъяснимо влажными. Рейчел обняла Алису: «Мамочка, поиграй…» Алиса кивнула: «Мм, мама с тобой поиграет». На следующий день. Тетя П.А. услышала от Элис, что Честер Робинсон возвращается, и она очень обрадовалась. "Правда? Мисс…" — тётя ПА не могла поверить своим ушам и продолжала спрашивать Алису. Элис сидела на диване в гостиной и тихонько произнесла: «Рэйчел сейчас спит. Позже, когда приедет Честер, отведи её наверх». Тётя П.А. сказала: «Мистер Честер вернулся, не стоит ли мне немного прибраться?» Элис покачала головой: «Он не останется дома, а даже если и останется, то не на несколько ночей». Услышав это, тётя П.А. замерла: «Мисс… Что именно происходит между вами и мистером Честером? Вы никогда раньше не были так отстранены…» «Тётя ПА, могу сказать вам только одно: всё изменилось…» «Но, мисс, ваши отношения с мистером Честером всегда были…» Не успела тетя П.А. договорить, как снаружи поспешно вбежал слуга: «Мисс, мисс, мистер Честер вернулся…» Алиса не обрадовалась и сказала тёте ПА: «Иди наверх и позаботься о Рейчел!» Тётя ПА кивнула и повернулась, чтобы уйти. Когда Честер Робинсон вошел с улицы, он увидел, что в вилле осталась только Алиса. Алиса сидела на диване на вилле, спокойно пила кофе, а перед ней стояла еще одна чашка кофе, явно приготовленная давно и ожидавшая его. После полугода разлуки, когда она подняла глаза, чтобы увидеть Честера, несмотря на невыразимый в её сердце порыв эмоций, на лице Алисы не осталось и следа. «Меня действительно удивляет, что у вас еще есть время выпить кофе в данный момент». Честер сел напротив Алисы, его взгляд спокойно остановился на ней. Первое впечатление, которое у него сложилось, было такое: она похудела по сравнению с тем, что было полгода назад, и выглядела более зрелой, но при этом оставалась очень красивой. Взгляд Алисы задержался на красивом лице Честера. На первый взгляд, он все еще казался тем Честером, которого она когда-то знала: зрелым, утонченным и необычайно грациозным. Но нежность в его глазах исчезла, а мягкий тон сменился презрением и холодом. Казалось, с тех пор как он проснулся, его взгляд оставался прикован к ней… Поначалу было немного трудно привыкнуть, поскольку раньше он всегда потакал ей, даже несмотря на то, что она была влюблена в другого и никогда не ценила его заботу. Но таковы уж люди: они принимают вещи как должное, когда они у них есть, и скучают по ним, когда их не становится… К счастью, он не слышал того, что она говорила, пока он был без сознания, иначе ей бы сейчас было определенно неловко перед ним. Алиса сделала глоток кофе: «Это всего лишь спор о собственности… Я уже однажды выиграла, и на этот раз, я думаю, я не проиграю!» Честер удобно откинулся на диване, прищурившись на Алису, с улыбкой, тронувшей уголок его губ: «Зачем притворяться крутым передо мной?» «Неважно, притворяюсь я или нет, это дело моей семьи… Мне очень любопытно, что вы здесь сегодня делаете?» "Не хотите ли, чтобы я вернулся и помог вам?" «Честно говоря, я не очень-то верю, что ты мне поможешь, ведь мы уже разошлись, не так ли?» «Но формально я по-прежнему твой брат, и для посторонних наши отношения не изменились». «Почему бы тебе просто не сказать мне, чтобы получить твою помощь, от чего мне нужно отказаться?» «Элис, за последние два года ты, кажется, сильно поумнела…» Глядя на спокойное лицо Элис, Честер изогнул губы в улыбке, внезапно огляделся и спросил: «Где моя дочь?» Элис замерла, отпивая кофе, и, подняв глаза, взглянула на Честера: «Какая дочь? Она моя дочь». Честер усмехнулся: «Ты уверен, что она только твоя дочь?» Алиса спокойно поставила кофе и сказала: «Конечно!!» Загадочные глаза Честера слегка прищурились, и в этот момент, застегнув костюм, он элегантно направился к Алисе. Сердце Алисы сжалось, и она в панике вскочила, потому что он уже стоял перед ней. Он был всего на голову выше её ростом, теперь наклонился и смотрел на её слегка испуганное лицо. Близкое дыхание Алисы, которая давно не находилась так близко к нему, немного смутило. Алиса подавила тревогу в сердце, изо всех сил стараясь сохранять спокойствие, и, нервничая, подняла глаза, чтобы посмотреть на него, ее грудь слегка вздымалась. Честер, приподняв красивый подбородок Алисы, зацепил пальцем: "Ты на меня сердишься?" Алиса холодно посмотрела на него, молча. Честер тихонько усмехнулся, но в его взгляде, устремленном на Алису, мелькнула холодная нотка, а губы медленно скользнули по губам: «Ты не имеешь права злиться на меня, потому что злиться должен я сам». Раньше она видела в нём лишь брата, способного согреть и поддержать её. Всякий раз, когда она сталкивалась с трудностями, она думала о том, чтобы положиться на него. Но, узнав о его истинной личности, она поняла, что к такому человеку она не сможет приблизиться, потому что он никогда не был для неё любящим братом-врачом. Он был мудрым, вдумчивым и даже немного мрачным человеком. Несмотря на то, что они провели вместе более десяти лет, она никогда не замечала в нём никаких признаков этого, поэтому ей пришлось быстро очнуться от своих заблуждений. Взгляд Честера вызвал у Алисы чувство опасности; она настороженно смотрела на него, больше ничего не говоря. В этот момент Честер медленно отпустил подбородок Алисы и повернулся к стоявшему рядом с ним Киту Энтони: «Позови тетю П.А. ко мне». Кит Энтони кивнул головой и отвернулся. Лицо Алисы побледнело еще больше, тон стал безразличным: «Что ты хочешь делать?» Честер поднял бровь: «А ты что думаешь?» «Я не знаю, но я не позволю тебе причинить вред Рейчел». Честер усмехнулся и улыбнулся, его глубокие, загадочные черные глаза встретились со взглядом Алисы: «Алиса, Рейчел тоже моя дочь. Даже тигр не ест своих детенышей; зачем мне причинять ей вред?» Алиса прикусила губу, понимая, что если он действительно чего-то хочет, она не сможет ему сопротивляться. ---------- Глава 1013 - 521: Сиси, похоже, я тебя избаловал в прошлом 2 В этот момент с второго этажа спустилась тетя П.А., неся на руках Рейчел, а за ней — Кит Энтони. Тетя П.А. выглядела взволнованной, но в то же время несколько недоверчивой, увидев Честера Робинсона. «Мистер Честер?» Взгляд Честера переключился на тетю П.А., но в итоге остановился на маленькой девочке на руках у тети П.А. Девочка, кажется, тоже заметила Честера. Она посмотрела на него своими большими, любопытными глазами, очаровательно моргая ресницами. Прошло полгода с тех пор, как Честер в последний раз видел Рэйчел… Однако это была уже вторая встреча Честера с Рейчел с момента ее рождения. На этот раз черты лица Рейчел были еще более изысканными по сравнению с тем, что было полгода назад, очень напоминая ее мать, но в ее лбу все же прослеживались черты отца. Сердце Элис Робинсон сжалось от необъяснимого страха — страха, что Честер может причинить вред Рейчел. «Мистер Честер, вы наконец-то вернулись…» — взволнованный голос помощника оператора начал разноситься эхом. Однако взгляд Честера был несколько холодным. Маленькая девочка продолжала смотреть на Честера, с любопытством разглядывая этого незнакомца, которого она видела всего один раз, но о котором ничего не знала. Она выпалила: «Папа…» Одно-единственное слово «папа», произнесенное маленькой девочкой, заставило Элис Робинсон удивленно ахнуть, а тело Честера слегка напряглось. К счастью, ПА быстро разрешила тупиковую ситуацию: «Рэйчел, он не „папочка“, его зовут „дядя“… тебе следует называть его дядей». Девочка была очень послушной, и, услышав указания тети ПА, тут же изменила свой ласковый голос: «Дядя…» Выражение лица Честера стало холоднее, в нем отразилось редкое для него недовольство на глазах у окружающих. ПА не заметила выражения лица Честера и подвела Рейчел ближе к нему: «Рейчел, быстро позвони дяде…» Рейчел снова произнесла, с невнятной дикцией: "Дядя…" Однако в этот момент взгляд Честера скользнул мимо красивого лица Рейчел. Отвращение, безразличие — вот что Алиса увидела в глазах Честера, когда он посмотрел на Рейчел. Рейчел, похоже, почувствовала, что этот «дядя» её недолюбливает, и неловко осталась в объятиях тёти П.А., чувствуя себя немного растерянной. Элис шагнула вперед, взяла Рейчел из рук тети ПА, отстранилась от Честера, ничего не сказала, но ее лицо побледнело. Тетя П.А. почувствовала скрытое отчуждение между Алисой и Честером и быстро объяснила: «Мистер Честер, не вините мисс Алису, это тот негодяй издевался над ней и не брал на себя ответственность, поэтому она не могла расстаться с ребенком, вот почему родилась Рейчел». В большой семье Робинсонов все знали, что Честер больше всех обожал Алису, поэтому тетя ПА предположила, что Честер рассердился на то, что Алиса плохо себя защитила. Слова тёти П.А. вызвали лёгкую улыбку у Кейта Энтони, стоявшего позади Честера. Лицо Честера слегка застыло, он повернулся и поднялся на второй этаж. Элис обняла Рейчел, не глядя на Честера, и просто с любовью поцеловала свою дочь. Тетя П.А., увидев, как Честер направляется наверх, поспешно сказала: «Мистер Честер, я каждый день убираю вашу комнату… Оставайтесь дома еще немного!» Честер не ответил, оставив после себя лишь холодный силуэт. Лишь когда Честер исчез из зала, Алиса вздохнула с облегчением и села на диван рядом с Рейчел. Кит Энтони улыбнулся и, почтительно подойдя к Алисе, сказал: «Мисс Алиса, хозяин купил много подарков для Рейчел; я приказал слугам принести их в вашу комнату…» Упоминание о «подарках» заставило Рейчел широко раскрыть глаза. В этот момент Кит Энтони, словно из ниоткуда, наколдовал куклу Барби и вручил её Рэйчел… Рейчел радостно хлопала в ладоши, выглядя просто очаровательно. Алиса обняла Рейчел, сглотнула горькое чувство в горле и сказала: «Эти подарки, должно быть, купила ты, правда?» Кит Энтони замолчал. Алиса холодно рассмеялась: «Спасибо, но больше так для него не делай; это слишком неестественно». Кит Энтони попытался объяснить Честеру: «Мисс Элис, на самом деле, босс просто…» «Больше ничего не говори, Кит Энтони… Пожалуйста, скажи мне прямо, почему он здесь?» — умоляюще сказала Элис, глядя на Кита Энтони. Кит Энтони покачал головой и серьезно и правдиво ответил: «Я тоже не могу догадаться, что думает босс, но думаю, он обсудит это с вами». Алиса слегка прикусила губу, чувствуя, как в ней зарождается зловещее предчувствие. Тетя П.А. была явно очень рада возвращению Честера во Францию… За ужином тетя П.А. постоянно повторяла: «Я знала, что мистер Честер не оставит тебя одну… Мистер Честер больше всего заботится о мисс Элис; с таким тяжелым бременем дома мистер Честер, конечно же, не позволит мисс Элис нести его». ---------- Глава 1014 - 521: Сиси, кажется, я тебя в прошлом баловал 2_2 Пока тётя П.А. говорила, Элис Робинсон делала вид, что не слышит, сосредоточившись только на кормлении Рейчел. Рейчел была просто очаровательна: держала ложку, настаивала на том, чтобы есть сама, и в итоге вся ее рот оказалась в соусе карри… Увидев милое поведение Рейчел, Элис Робинсон внезапно забыла обо всех своих проблемах. Тётя П.А. вдруг снова спросила: «Мисс, не хотите ли позвать мистера Честера на ужин?» Элис Робинсон осторожно вытерла уголок рта Рейчел и безразлично сказала: «Как угодно… Но даже если ты его позовешь, он не спустится». «Почему?» — спросила тетя ПА и направилась на второй этаж. Пока Элис Робинсон кормила Рэйчел, ее мысли уже уносились вдаль. Как он вообще мог спуститься с ними пообедать? И к ней, и к Рейчел он испытывал отвращение, а она и не надеялась, что он еще хотя бы несколько раз взглянет на Рейчел. Вскоре после этого тетя П.А. вернулась в столовую в унынии, недоумевая, и воскликнула: «Как же это странно, мистер Честер раньше никогда так на вас не злился, мисс…» Элис Робинсон молчала, но ее сердце необъяснимо наполнилось тревогой. Вечером Элис Робинсон сидела у колыбели и рассказывала Рейчел сказку. «Белоснежка подошла к маленькой хижине, осторожно открыла дверь и увидела внутри очень большой стол с семью стульями и семью комплектами столовых приборов…» Произнося эту часть речи, Элис Робинсон украдкой взглянула на маленькую крошку рядом с колыбелью и обнаружила, что малышка уже спит. Элис Робинсон слегка улыбнулась, закрыла книгу, наклонилась и поцеловала невинное и милое личико Рейчел. Завтра ей нужно будет встретиться с адвокатом, и Элис Робинсон решила лечь спать пораньше. Схватив из шкафа пижаму, Элис Робинсон вошла в ванную комнату. После душа Элис Робинсон уже собиралась лечь спать, когда вдруг снаружи раздался тихий стук в дверь. Элис Робинсон, одетая в пижаму, пошла открыть дверь и обнаружила там слугу. «Мисс, мистер Честер просит вас пройти в его комнату». Элис Робинсон слегка нахмурилась: «Он сказал, о чём идёт речь?» Слуга ответил: «Мистер Честер только что сказал, что хочет с вами поговорить». О чём он хочет поговорить? Он планирует ей помочь? Нет… у него наверняка есть свои планы. Но чего же он мог от нее хотеть? Во что бы то ни стало, она должна выяснить цель его возвращения на этот раз; иначе она не сможет чувствовать себя спокойно. После раздумий Элис Робинсон ответила: «Скажите ему, что я приду, как только переоденусь». Слуга кивнул и удалился. Комната Честера Робинсона раньше была одним из тех мест в этом доме, которые были наиболее знакомы Алисе Робинсон. В детстве, когда она сталкивалась с проблемой, которую не могла решить самостоятельно и нуждалась в его помощи, она задерживалась в его комнате, умоляя его, пока он не соглашался. Тогда, хотя он и не очень-то заботился о ней, он все равно в конце концов помогал ей… Позже он очень привязался к ней и почти всегда исполнял ее просьбы. Впоследствии она узнала, что он не ее родной брат, что полностью изменило их отношения… Но с тех пор она больше никогда не заходила в эту комнату, потому что он всегда уходил к ней. Сделав глубокий вдох, Элис Робинсон осторожно постучала в дверь. "Войдите." Из комнаты доносился чистый и элегантный голос Честера Робинсона. Элис Робинсон несколько секунд колебалась перед дверью, наконец, толкнула ее и вошла. Честер Робинсон удобно развалился на диване в комнате, скрестив ноги, сняв костюм и расстегнув две пуговицы на рубашке, что придавало ему томный и обаятельный вид. Элис Робинсон стояла в трех метрах от Честера Робинсона и тихо произнесла: «Скажите, что именно вы собираетесь делать?» Честер Робинсон похлопал по сиденью рядом с собой: «Садитесь». «Не нужно, мы можем поговорить прямо здесь». Узкие глаза Честера Робинсона сузились в линию, губы изогнулись в заинтересованной гримасе: "Боишься меня?" Элис Робинсон бросила на него косой взгляд: «Чего мне тебя бояться?» «Тогда садись сюда». «Мы можем поговорить отсюда», — заметила она краем глаза, что его комната за эти годы почти не изменилась, что указывало на его нелюбовь к переменам и говорило о его сентиментальности. В голосе Честера Робинсона послышалась нотка опасности: «А что, если я настояю, чтобы ты пришла?» «Тогда я уйду». С этими словами Элис Робинсон обернулась. Но когда Элис Робинсон обернулась, сзади раздался неторопливый голос Честера Робинсона: «Не хотите ли вы уладить нынешний имущественный спор? Я могу гарантировать, что завтра он вас не будет беспокоить». Элис Робинсон замерла на месте, стиснув зубы, наконец повернулась и пошла к нему. «Присаживайтесь». Элис Робинсон просто стояла, заставляя Честера Робинсона повторить свою команду. Элис Робинсон угрюмо села, но при этом держалась на расстоянии от Честера Робинсона. В этот момент никто не ожидал, что Честер Робинсон обхватит ее руками с обеих сторон, прижимая к подлокотнику дивана. Подобные действия были для них не в новинку… Элис Робинсон вздрогнула и, прижав руки к его крепкой груди, спросила: «Что вы собираетесь делать?» Он схватил ее руки, прижатые к нему, оттолкнул их в сторону, его дыхание было совсем близко к ее, в его губах читалось искушение: «После всего этого времени, разве ты не подумала вернуться к старым мечтам?» Элис Робинсон не выказала страха, пристально глядя на него: «Разве я вам не не нравлюсь?» Честер Робинсон наклонился к ее шее, вдохнул аромат ее тела после купания и лениво прошептал ей на ухо: «Мужчинам иногда не обязательно нравиться женщина; достаточно, чтобы она была красивой и с хорошей фигурой». «Правда?» — Элис Робинсон не стала возражать, а лишь спокойно рассмеялась. — «Или, может быть, она сможет заменить кого-нибудь другого!» Горячее дыхание Честера Робинсона на мгновение коснулось ее шеи: «Ты также могла бы рассматривать меня как замену одному человеку; ты же знаешь, что мои возможности превосходят его». "Засранец!" Элис Робинсон резко оттолкнула Честера Робинсона и потянулась, чтобы ударить его по лицу. Но Честер Робинсон знал ее слишком хорошо, предвидя ее ход, и крепко схватил ее за тонкое запястье. Элис Робинсон отчаянно сопротивлялась, но он держался крепче. Пока Алиса Робинсон не почувствовала сильную боль и не смогла пошевелиться, а ее запястье слегка ушиблено, он спокойно, без тени гнева, медленно произнес: «Кто позволил вам иметь этого ребенка? А?» Элис Робинсон, с трудом сдерживая слезы, нахмурила брови, губы слегка побледнели: «Мои дела никогда не требовали вмешательства других!» ---------- Главы 1015-522: Дополнительная история: Он так сильно на неё смотрел свысока "Это так?" Его хватка была настолько сильной, что она вот-вот должна была сломать ей запястье. "Ах..." В конце концов, она не смогла сдержать крика от боли. Но он не собирался отпускать её. Он пристально смотрел на её страдальческое выражение лица и холодно выплюнул: «Ты недостойна, Элис Робинсон». Элис Робинсон, терпя боль, стиснула зубы и выдавила из себя: «Это ты не заслуживаешь быть отцом моего ребенка». Глаза Честера Робинсона потемнели еще сильнее и стали холоднее. У Алисы так сильно болело запястье, что слезы вот-вот должны были потечь из глаз... Честер наконец отпустил Алису, но у неё так сильно болело запястье, что она даже поднять его не могла. Он встал, самостоятельно расстегнул рубашку и ледяным голосом сказал: «Ложись на кровать». Алиса встала, схватившись за ноющее запястье. Ее глаза уже слегка поблескивали от влаги, когда она твердо и спокойно произнесла: «Ты думаешь, я все еще та же старая Алиса Робинсон?» Тогда она умела только цепляться за него, поэтому большую часть времени она могла позволить ему брать все, что он хотел. Честер резко потянул Алису к себе, его сильная рука крепко сжала ее болезненное запястье. Брови Алисы снова нахмурились от боли. Честер схватил Алису за лицо, которое она повернула в сторону, и силой заставил ее повернуться к нему лицом. Он изогнул губы в холодной улыбке. «Алиса, похоже, я слишком тебя баловал в прошлом, заставил забыть, какой я на самом деле мужчина». На его знакомом лице читались безжалостность и решительность, которых она не узнала. Она попыталась вырваться из его объятий, но он крепко прижал её к себе. Ее подбородок ударился о его крепкую грудь, отчего она вскрикнула от боли... Он крепко обнял её, прижавшись подбородком к её лбу, и снова, легко и равнодушно, спросил: «Мы идём в постель или нет?» "Иди к черту..." Она выругалась вслух. В следующую секунду он уже подхватил её на руки... Она брыкалась, царапалась и сопротивлялась изо всех сил, но он все равно швырнул ее на большую кровать в комнате... В воздухе всё ещё витал развратный, непристойный запах угасшего желания... Как всегда, он встал, чтобы принять душ, а она завернулась в одеяло и тихонько прислонилась к изголовью кровати. Беспорядочно разбросанная по полу одежда, распущенные волосы, неглубокие и глубокие следы укусов и засосы на ключице и груди, а также тупая боль между ног — всё это свидетельствовало о том, насколько напряжённой была только что произошедшая сцена... Он всегда был таким... Даже тогда, когда он обожал и баловал её, он никогда не позволял ей поступать по-своему. В конце концов, она всегда в гневе сильно кусала его за руку, оставляя следы от зубов. Но он даже не стонал от боли; вместо этого он каждый раз потакал ей, будучи совершенно довольным, позволяя ей делать все, что ей заблагорассудится. И каждый раз, когда она кусала его, она делала это с большой силой, но в конце концов ей никогда не удавалось укусить достаточно сильно, чтобы пошла кровь. Но сегодня, когда он отстранился от нее, выплеснув все свои эмоции, она, которая должна была схватить его за руку и впиться в нее зубами, ничего не сделала... Она широко раскрытыми глазами наблюдала, как он вошел в ванную комнату совершенно голый. Если бы это было раньше, она никогда не была бы такой добродушной... Даже укусив его, она все равно устраивала скандал, и в конце концов он всегда садился и очень терпеливо, невероятно терпеливо уговаривал ее, а потом она засыпала у него на руках, и когда просыпалась, всегда была прижата к его груди. Почему сегодня у неё больше не было сил устраивать истерики и капризничать перед ним, как раньше? Потому что он больше не был её «старшим братом». Он больше никогда не будет потакать ей, как прежде, позволяя ей быть такой непослушной и неразумной, какой ей вздумается... Так называемая «глубокая любовь» прошлого на самом деле никогда не существовала. Она была лишь заменой другой женщины. Теперь, когда она это поняла, она знала, что больше не может быть своенравной перед ним, больше не может вести себя высокомерно. Если она его спровоцирует, ее дни превратятся в сущий ад. Он мог в любой момент отправить ее на самое дно. Честер вышел из ванной, обмотав бедра лишь банным полотенцем. Он регулярно занимался спортом, у него был пресс и V-образная линия живота; у него было превосходное тело. Неудивительно, что медсестры в больнице всегда тайком поглядывали на него, пуская слюни, глядя на его внешность. В этот момент его волосы еще были мокрыми, капли воды прилипли к его загорелой груди, которая еще не высохла, что делало его еще более соблазнительным, чем обычно. Она смотрела, как он подходит, сохраняя спокойствие на лице. Он не подошёл к ней ближе, а вместо этого сел на диван в комнате и закурил сигарету. Когда он щелкнул зажигалкой и наклонил голову, чтобы прикурить сигарету, пламя еще более четко и выразительно вырисовало его профиль. Она молча наблюдала за ним, не произнося ни слова. Внезапно она прижала одеяло к груди, чтобы оно не сползло, наклонилась и подняла разбросанную по полу одежду. Одевшись, она встала с кровати и направилась прямо к двери. "Куда ты идешь?" За ее худой спиной раздался спокойный, ни теплый, ни холодный голос. Шаги Алисы остановились. Она выпрямилась и ответила: «Обратно в свою комнату». ---------- Глава 1016 - 522: Дополнительно: Он так сильно на неё смотрел свысока (2) «Я думал, что разговор ещё не закончен». «Сейчас у меня нет настроения», — голос Алисы постепенно дрожал. Честер потушил сигарету, встал и направился к ней. Она слышала его шаги, все еще знакомые, как у «старшего брата», которого она когда-то знала, но аура высокомерия и безразличия, которую он излучал, делала его таким незнакомым. Он остановился перед ней, слегка опустил голову и посмотрел прямо на неё. Больше всего она боялась таких взглядов, когда чувствовала себя обиженной, поэтому ее притворная сила мгновенно рухнула, и потекли слезы. Однако она заботилась о внешнем виде, всегда сохраняя гордость перед ним, и не позволяла ему видеть, как она плачет. Она повернула голову в сторону, изо всех сил стараясь подавить сдавленное горло и отказываясь рыдать вслух. Он посмотрел на неё с необъяснимым раздражением: «Почему ты плачешь?» Она сохранила свою обычную надменность, шмыгнула носом и сказала: «Я не плачу». Он повернул ее лицо обратно и ясно увидел, как слезы медленно стекают по щекам из уголков ее глаз. Она редко плакала… потому что раньше никто не осмеливался довести её до слёз. Ее положение в семье Робинсонов было безупречным. До своего «возвращения» к Робинсонам Дэвид Робинсон горячо любил ее. Даже после его возвращения любовь Дэвида к ней не ослабела, и он также проявлял к ней огромную привязанность… Она всегда была для него драгоценным сокровищем, бережно хранимым и оберегаемым от любой опасности, даже от него. Раньше он не смел доводить её до слёз, за ​​исключением тех редких случаев, когда её сердце разрывалось из-за Говарда Джеффри. Он редко видел её в слезах. Он вытер слезы с уголков ее глаз рукой, и его тонкие губы произнесли: «Бесполезная». И всё же она плакала, слёзы лились ещё обильнее. "Мы ведь уже делали это раньше, я тебя только что обидел?" Разгневанная и пристыженная, она оттолкнула его и выбежала из комнаты. Он вовремя протянул руку, чтобы поймать ее убегающее тело, и тихо спросил: «Не хочешь поговорить?» Повернувшись к нему спиной, она сказала: «Ты умеешь только запугивать меня». «Если бы я действительно тебя запугивал, ты бы все еще стояла передо мной и продолжала говорить?» Отпустив ее, Честер подошел к винному шкафу и налил им обоим по бокалу. Алиса обернулась и молча наблюдала за ним. Он подошел к ней с двумя бокалами красного вина. При виде его загорелой, мускулистой груди ее щеки покраснели, и она отвела взгляд. Подав ей бокал вина, он сказал: «Ваш любимый Каберне Совиньон». Алиса отказалась от вина, отвернув лицо. Раньше, когда она злилась, она игнорировала его, ожидая, что он её уговорит. Однако на этот раз глаза Честера лишь потемнели. Алиса почувствовала холод в его взгляде и медленно повернулась, чтобы посмотреть на него. Честер взглянул на нее, затем на вино в своей руке. Алиса долго колебалась, но в конце концов приняла предложенное им вино. Честер чокнулся с ней бокалами, сделал глоток и посмотрел на нее. И без того раздраженная, она была вынуждена встретиться с ним лицом к лицу. Из чувства злости она залпом выпила бокал вина. Она была из тех, у кого лицо быстро краснело после выпивки. Когда вино стекало по горлу, ее щеки становились румяными. Он наблюдал, как покраснели её щёки, и улыбнулся. Раньше он любил выпить с ней. После бокала ее раскрасневшееся лицо выглядело очаровательно. Алиса любила красное вино, но переносимость его была невысокой. После этого бокала у нее уже немного закружилась голова. Его рука обняла ее за талию, так же нежно и интимно, как и прежде. Он повел ее к кровати. При виде кровати у нее всплыли воспоминания о его прежних буйствах. Ноги все еще немного подкашивались, и она боялась подойти к кровати, остановившись примерно в метре от нее. Она посмотрела на него и спросила: «Мы можем поговорить?» "Ждать." Он попытался поднять её. Но она решительно оттолкнула его, держась от него подальше после предыдущего урока. «Даже не думай об этом…» Он с усмешкой посмотрел на ее напряженную, настороженную позу и сказал: «За кого ты меня принимаешь? Я всего лишь хотел уложить тебя спать… только что потратил много энергии, ты думала, я все еще хочу…» «Сдохни!» — выругалась Алиса. Он продолжал улыбаться, неторопливо сидя на краю кровати и наблюдая за ней. В конце концов терпение Алисы иссякло: «Ты скажешь это или нет? Что должно произойти, чтобы ты мне помог?» Она призналась, что больше не может изображать из себя стойкую, особенно учитывая, что привыкла на него полагаться. Честер снял полотенце и лег в постель. Алиса сердито подошла, но неожиданно оказалась в его объятиях. Ее нос ударился о его крепкую грудь, отчего она вскрикнула от боли. Она ударила его кулаком в грудь: «Ублюдок». Честер потянул её на кровать, обнял сзади и сказал: «Нет ничего лучше, чем спать в компании. Останься со мной сегодня ночью!» «Я не хочу». «За Рейчел присматривают горничные». "И всё же нет." Он сделал вид, что не слышит ее отказов, крепко обнял ее за тонкую талию и закрыл глаза. "Джефф…" Она неосознанно назвала его тем же ласковым именем, которое использовала и раньше. «Хм», — сонно ответил он, явно всё ещё уставший после недавней нагрузки. «Ты до сих пор не сказал мне, что нужно сделать, чтобы помочь мне?» «Поговорим завтра». "Привет…" Она попыталась отцепить его руку от своей талии, но даже во сне он крепко держал ее, не давая ей ни единого шанса вырваться. В конце концов, она перестала сопротивляться, и прежняя усталость в сочетании с нынешней утомленностью тоже погрузила ее в сон. На следующий день. Алиса крепко проспала всю ночь, ни разу не проснувшись. В последние два года такой крепкий ночной сон был для неё редкостью. Поэтому, проснувшись, она с комфортом потянулась, чувствуя себя очень довольной. Однако, полностью проснувшись, она поняла, что это не её комната. Внезапно вспомнив события прошлой ночи, она быстро огляделась. Ее внимание привлекла высокая фигура перед ванной комнатой. Он также выглядел так, будто только что проснулся, застегивая пуговицы рубашки, когда входил в ванную. Не сумев вовремя позвать его, она поспешно встала с постели и стала ждать его у двери ванной. Вскоре он вышел из ванной. Ее миниатюрная фигура тут же преградила ему путь. От него приятно пахло чистотой, ведь он только что принял душ, воспользовавшись своим мужским гелем для душа. ---------- Глава 1017 - 523: Дополнительно: Что означала вчерашняя ночь? Он остановился и небрежно взглянул на неё. Элис Робинсон спросила: «Вы сказали… что можете мне помочь, верно?» Честер Робинсон кивнул. Алиса была очень взволнована, привычно протянула руку, чтобы взять его за руку: «Точно, мне нужно в юридическую фирму. Ты меня пойдешь!» Честер ничего не сказал. Алиса осознала свой поступок только после того, как закончила говорить. Она замерла на мгновение и медленно отпустила Честера. Честер снова шагнул вперед, спокойно сказав: «Моя помощь предоставляется с условиями». Алиса растерянно стояла на месте. Какие условия? Казалось, ему ничего не недоставало; даже денег, она знала, что у него их было столько же, сколько у Говарда Джеффри и Скайлер Джонс. Чего же ему тогда не хватало? Честер надел часы, его тонкие губы смягчились: «Если ты сможешь это сделать, я обещаю, что наследство Робинсонов будет полностью и целиком оформлено на твое имя». Алиса шагнула вперед и спросила: «Что ты хочешь, чтобы я сделала?» Честер взглянул на Элис: «Отдай опеку над Рейчел». "Что ты сказала?" — глаза Алисы расширились от недоверия. Честер повторил своим приятным мужским голосом: «Откажитесь от опеки над Рейчел». Стройное тело Алисы внезапно немного отступило назад, ее глаза еще больше расширились, и она пробормотала: «Ты хочешь, чтобы я отказалась от опеки над Рейчел?» "Да." «Невозможно!!» — яростно воскликнула Элис, категорически отвергая это: «Никто не может отнять у меня опеку над Рейчел; она моя дочь». Честер спокойно заявил: «Возможно, мне стоит напомнить вам — я отец этого ребенка». Алиса крикнула: «Но ты же даже детей не любишь!!» Она до сих пор помнила их ссору в городе Т… как он ненавидел её и ребёнка. «Я же тебе давно говорила, нравится мне это или нет, моя дочь в конце концов вернется ко мне». «Невозможно…» — Алиса энергично покачала головой. — «Я родила ребенка, и опека над ним моя. Никто не сможет отнять ее у меня». Действительно, когда Алиса родила Рейчел, графа, указывающая на отца Рейчел, была пуста, поэтому, за исключением тех, кто знал истинные родственные связи между Честером и Алисой, никто не мог знать, что Честер был отцом Рейчел. Естественно, Честер не имел бы законной опеки над Рейчел, если бы не был готов раскрыть свои родственные связи с Алисой. Честер спокойно произнес: «Надеюсь, вы тщательно все обдумаете… между вашей дочерью и огромным наследством Робинсонов вам суждено выбрать только одно». Его слова были ясны: если она согласится отказаться от опеки над Рейчел, он поможет ей сохранить наследство Робинсонов. «Мне не нужно ничего обдумывать. Даже если у меня ничего не будет, я не откажусь от опеки над Рэйчел». Ответ Алисы слегка удивил Честера. Он прищурился, внимательно разглядывая её: «Ты уверена?» «Тысячу раз, миллион раз, конечно же!!» — голос Алисы был хриплым от волнения. — «С того самого дня, как я решила родить Рейчел, она стала для меня всем, и что бы ни случилось, я никогда не откажусь от нее». «Если у тебя ничего нет, как ты можешь её содержать?» «У меня есть руки и ноги. Я найду работу. Даже если я буду морить себя голодом, я не позволю голодать Рахили». Она призналась, что когда-то была наивной. Тогда он был без сознания и ещё не пришёл в себя. Тогда, подумала она, когда он придет в себя и узнает, что она родила ему дочь, он наверняка обрадуется, и тогда, благодаря ребенку, у них будет другой финал… Но когда он проснулся, она поняла, что ошибалась… На самом деле, после пробуждения его отношение к известию о рождении дочери сильно отличалось от того, что она себе представляла… В его поведении не было ни очарования, ни красоты семьи из трёх человек, только его неприязнь к ней и ребёнку… Оказалось, он оттолкнул её любой ценой не потому, что ему было до неё дело, а просто потому, что она была беременна, и, будучи врачом, он не мог смириться с тем, что маленькая жизнь уходит из жизни, поэтому он её и оттолкнул… Иными словами, если бы она в тот момент не была беременна от него, возможно, ему было бы все равно на ее жизнь или смерть… Его чувства к ней всегда подразумевали отношение к ней как к другой женщине… поэтому он никогда не мог принять её и своего ребёнка. Для него она была всего лишь средством для удовлетворения телесных потребностей, как и прошлой ночью. «Только с тобой?» — холодно усмехнулся Честер, презрительно оценивая её взглядом. — «Упрямая, избалованная, неразумная и бездарная, ты думаешь, сможешь выжить в этом обществе?» ---------- Глава 1018 - 523: Дополнительно: Что это было прошлой ночью? (Часть 2) «Какими бы людьми я ни был, вас это не касается, но даже такой человек, как я, не позволит своей дочери ни капли страдать!» Со слезами на глазах Алиса повернулась и выбежала из комнаты. Она побежала обратно в свою комнату, плотно прикрывая рот рукой, чтобы не разрыдаться. Она слабо прислонилась к дверной панели, слезы лились потоком, вырываясь из берегов… "Папочка…" Она беспомощно звала отца, отчаянно желая, чтобы он был рядом с ней в этот момент, чтобы утешил и позаботился о ней. Она избалованная, высокомерная и неразумная — какое это имеет отношение к нему? Какое право он имеет судить её? Какое право? Даже если у неё действительно ничего нет, она не передаст ему опеку над дочерью, потому что он совсем не любит ребёнка; он делает это просто из чувства долга… Хотя у Алисы, возможно, и много недостатков, о которых он упомянул, она, по крайней мере, знает, что в одном она не ошибается, а именно – в любви к собственному ребенку… Ему лучше даже не думать о том, чтобы забрать ребенка! Кит Энтони увидел, как Элис в слезах убегает обратно в свою комнату. «Босс, мисс Элис выглядит очень расстроенной… не слишком ли это жестоко по отношению к ней?» В тот момент, когда Кит Энтони это сказал, Честер Робинсон завтракал, спокойно нарезая еду на тарелке и легкомысленно отвечая: «У меня есть собственное усмотрение». Кит Энтони тихо пробормотал: «На самом деле, мисс Элис была рядом с тобой, ухаживала за тобой, пока ты был в коме… Я видел, как сильно она изменилась за последние два года; она уже не та избалованная, высокомерная принцесса, какой была раньше». «Похоже, в последнее время тебе нравится заступаться за неё», — равнодушно сказал Честер Робинсон, отправляя еду в рот и изящно пережевывая. Кит Энтони испуганно опустил голову: «Я бы не посмел, я просто говорю правду. На самом деле, у мисс Элис нет серьезных недостатков, только немного своенравный характер, но в вашем присутствии она всегда вела себя послушно…» Тон Честера Робинсона оставался безразличным: «Ей всё ещё нужно, чтобы ты мне это объяснял?» Кит Энтони опустил голову еще ниже. Честер Робинсон тихо сказал: «После небольшого поражения она тут же расплакалась. Неужели она думает, что мир будет вращаться вокруг нее вечно?» В его словах явно звучал укоризненный выпад, но по необъяснимым причинам в них отражались совершенно иные эмоции. Кит Энтони не осмелился продолжить разговор. Честер Робинсон продолжил завтракать, а через некоторое время приказал Киту Энтони: «Поднимись наверх и проверь, как она там». "Да." На втором этаже. Элис помогала Рейчел, которая только что проснулась, одеваться. Рейчел всегда была самой энергичной по утрам, в данный момент она прыгала вверх и вниз на кровати Алисы… За исключением покрасневших глаз, Алиса никак не выражала признаков беспокойства. Тетя П.А. стояла у кровати, помогая Алисе, и говорила: «Мисс, вам следует спуститься вниз и позавтракать с мистером Честером; я одену Рейчел…» Алиса спокойно ответила: «Я не голодна». Говоря это, она подняла Рейчел себе на колени и одела её в штанишки. Тетя П.А. нахмурила брови от беспокойства: «Мисс, вы поссорились с мистером Честером? Вы никогда еще не были такими отстраненными». «Тетя ПА, на этот раз мой брат останется всего на одну-две ночи, он уедет через пару дней». «Разве он не вернулся, чтобы помочь тебе?» — недоуменно спросила тетя П.А. Алиса легкомысленно ответила: «Я же тебе говорила, после смерти папы у нас возникли разногласия, и мы больше не брат и сестра. В будущем он пойдет по своей солнечной дороге, а я — по своей одинокой; мы безразличны друг к другу». Алиса всегда использовала это оправдание, чтобы отмахнуться от домашнего персонала, объясняя безразличие Честера к семье Робинсонов. «Мисс, вы с мистером Честером были очень близки раньше, и он вас очень любил. Как могло случиться, что какой-то простой спор привел к такому безразличию?» — выразила свою обеспокоенность тетя П.А. «Больше ничего не говори, тётя П.А. Отведи Рейчел умыться, а я переоденусь, чтобы отвести её на завтрак». "Хорошо!" Пока тётя ПА несла Рейчел умыться, прибыл Кит Энтони. Элис открыла дверь и увидела, что это был Кит Энтони, слегка улыбающийся. Кит Энтони сказал: «Мисс Элис, босс хочет, чтобы я позвал вас вниз позавтракать». Алиса улыбнулась и покачала головой: «Ты снова меня обманываешь». Вряд ли он будет обедать с ней за одним столом, так как она ему не нравится. Кит Энтони усмехнулся: «Начальник попросил меня проверить, как у тебя дела». Элис глубоко вздохнула: «Я в порядке». Ей не нужна его крокодилья «фальшивая сострадание». Кит Энтони заметил, что глаза Алисы все еще опухли, но ее эмоциональное состояние настолько улучшилось, что никаких признаков беспокойства не было видно. Она научилась быть сильной. Кит Энтони тихо вздохнул: «Мисс Элис, босс всё ещё заботится о вас… Я сказал ему, что у вас дела во Франции, и он тут же прилетел из Т-Сити, хотя у него и так много дел, связанных с отделом контроля качества и больницей». Алиса усмехнулась: «Он так хочет воспользоваться этой возможностью, чтобы мне угрожать, да?» Кит Энтони растерянно покачал головой, показывая, что ничего не понимает. Улыбка Элис похолодела: «Он сказал, что поможет мне, если я передам ему опеку над Рейчел, а он поможет сохранить наследство семьи Робинсонов». Глаза Кейта Энтони расширились от шока. Алиса прищурилась, в ее глазах сквозил сарказм: «Ты все еще думаешь, что он обо мне заботится?» Кит Энтони не знал, что сказать, и замолчал. Элис сказала: «Извините, помощник Энтони, мне нужно переодеться и подготовиться к походу в юридическую фирму, давайте не будем больше это обсуждать». "Хорошо." Когда Алиса пришла в юридическую фирму, она взяла с собой Рейчел. Очевидно, она боялась, что Честер заберет Рэйчел, когда она будет на свободе, хотя Честер этого бы не сделал. С юридической точки зрения, у Честера нет никаких отношений с Рейчел, он не имеет права забирать её, Честер это прекрасно знает и никогда не забирал Рейчел силой. Он ждал момента, когда Алиса добровольно откажется от опеки над ребенком, и на этот раз ему представилась наилучшая возможность. «Босс, вы сейчас возвращаетесь в Нью-Йорк?» Неся это сиденье, Кит Энтони осторожно спросил у Честера Робинсона, сидевшего на заднем сиденье, с пассажирского места. Честер Робинсон, закрыв глаза, сказал: «Да». «Не хотите ждать, пока мисс Элис примет решение?» ---------- Глава 1019 - 524: Дополнительная история: Бросившись ему в объятия 1 «Она очень упрямая; она не отдаст опеку до последнего момента». «Значит, мы уходим, не попрощавшись с мисс Алисой?» «С каких это пор ты стал таким робким?» "Э-э…" Опасаясь разозлить начальника, Кит Энтони не осмелился продолжить разговор. После недолгой паузы в машине Честер Робинсон внезапно заговорил: «Чтобы она быстрее приняла решение, нужно на нее немного надавить». «Босс, что вы имеете в виду?» «Устройте ужин с теми адвокатами, которых наняла Элис. Я хочу, чтобы у нее не было никаких шансов на победу». На лице Кейта Энтони читалась боль, но у него не было другого выбора, кроме как подчиниться приказу босса, кивнув в знак согласия. Элис Робинсон вернулась из юридической фирмы и узнала, что Честер уехал. Хотя она и вздохнула с облегчением, в душе она безжалостно проклинала Честера Робинсона. Он приехал сюда за опекой над Рэйчел; а что же произошло прошлой ночью? Они не любовники, так почему он так с ней обращается? Даже если раньше у них были такие отношения, теперь они расстались. Какое право он имеет так с ней обращаться? Действительно ли он видит в ней женщину, которую может использовать по своему усмотрению? Сволочь!! Голос Алисы, ругающейся на всех, донесся до стоявшей неподалеку тети П.А. Тетя П.А. не могла не сказать: «Мисс, я всегда говорила, что если вы будете вежливо разговаривать с мистером Честером… Мистер Честер очень о вас заботится; если вы немного уступите, он согласится на все ваши просьбы. Видите ли, Честер приехал на день и уехал; очевидно, он сердится на то, что вы его игнорируете». Тетя П.А. понятия не имела о настроении Алисы; ей хотелось так сильно пнуть Честера Робинсона, чтобы он никогда больше не стал мужчиной. Хотя в ее голове проносились бесчисленные способы помучить Честера, об одном она точно не забыла. Отправив тетю ПА поиграть с Рейчел, Алиса вернулась в свою комнату одна. В потайном отделении прикроватной тумбочки она нашла флакон с белыми таблетками, которые являлись эффективными средствами экстренной контрацепции длительного действия. Они с Честером всегда были братом и сестрой, но кто знал, что уже в шестнадцать лет они перестали быть обычными братом и сестрой. Он всегда говорил, что нарушение табу в тот день было её соблазнением; на самом деле всё было совсем не так, как он себе представлял… Но теперь всё это больше не имеет значения. Для него Алиса — всего лишь замена, не более того. С этими мыслями Алиса вытряхнула из баночки белую таблетку и проглотила ее, не запивая водой. Горечь таблетки ощущалась в горле, из-за чего было непонятно, что именно вызвало горечь: горло или сама таблетка. Если подождать семьдесят два часа после полового акта, это должно предотвратить любые неприятные ситуации. Впрочем, кто может сказать, что зачатие Рейчел не было случайностью? Они с Честером поддерживали эти отношения много лет, но она никогда не задумывалась о том, чтобы родить от него ребенка, и он никогда не позволял ей забеременеть. Этот флакончик с таблетками он купил для нее, у них не было побочных эффектов, они не причинили бы вреда ее организму. Тогда он сказал, что это ради ее здоровья, потому что их отношениям не суждено было закончиться счастливым концом, и он не хотел, чтобы ее организм пострадал. Он так сильно любил её; помимо звёзд, если бы он мог чего-то для неё сделать, он бы это осуществил. Однако тогда она не могла его оценить по достоинству. Конечно, он так и думал, не понимая, что она никогда не презирала его, а просто знала, что он не сможет остаться с ней навсегда, поэтому она и была очарована Говардом Джеффри… Но теперь говорить об этом бессмысленно, будь то разговоры о ней и о нем, или о ней и Говарде Джеффри, — все это уже в прошлом. После отъезда Честера из Франции дело о наследстве между Алисой и Робинсонами вступило в критическую стадию… Если раньше у нанятых Алисой адвокатов были хоть какие-то шансы на успех, то после двух поражений в суде против адвокатов Робинсонов Алиса потеряла всякую надежду и впала в панику… Ситуация действительно принимает критический оборот… Она прекрасно понимает, что если это продолжится, то на третьем судебном процессе она, несомненно, окажется в проигрыше. Однако она не может позволить себе проиграть… Выросшая в избалованной семье, неспособная выжить в этом суровом мире без денег, особенно учитывая, что ей приходилось заботиться о Рэйчел, она пообещала обеспечить Рэйчел лучшую жизнь. Кроме того, даже если не ради себя, она не может проиграть… Благополучие семьи Робинсонов во Франции на протяжении многих лет всегда поддерживалось ее отцом, который однажды сказал ей, что хочет, чтобы Честером управлял имением Робинсонов… ---------- Глава 1020 - 524: Дополнительная история: Бросившись ему в объятия 1_2 К сожалению, в то время Честер Робинсон был полон решимости сделать карьеру в медицине и не собирался унаследовать огромное семейное имущество Робинсонов. Однако их отец настаивал на том, чтобы Честер унаследовал его, поэтому он никогда не позволял никому другому помогать ему… Их отец говорил, что в семье Робинсонов в каждом поколении у власти может быть только один человек, поэтому ее дяди не могли возглавить семейный бизнес, и одному из них, ей и Честеру, приходилось руководить… Теперь, когда Честер перестал обращать внимание на дела семьи Робинсонов, ей пришлось справляться со всем в одиночку… Несмотря на то, что она ничего не знала об управлении семейным бизнесом, ей все равно предстояло в первую очередь защитить наследие своего отца. Если она действительно проиграет на этот раз, у неё действительно ничего не останется… Она не могла проиграть. Она должна была победить. С такой непоколебимой решимостью Элис Робинсон собрала команду юристов. Она консультировалась с этими юристами днем ​​и ночью, обсуждая их шансы на победу, но, как они и предвидели, исход дела все равно был плачевным. За всю свою жизнь Алиса никогда не сталкивалась с таким масштабным потрясением, которое заставило ее почувствовать себя беспомощной, тревожной и обеспокоенной. Она надеялась, что найдется кто-нибудь, кто сможет ей помочь, как и раньше, когда у нее возникали проблемы, и папа с братом всегда были рядом, чтобы развеять ее тревоги и невзгоды. Но, поразмыслив, она поняла, что у нее не осталось ни друзей, ни семьи. В прошлом и настоящем единственными, на кого она могла положиться, были отец и брат. Теперь, когда отца больше нет, единственным, к кому она может обратиться, остается ее «брат»… Лишь сейчас она поняла, что прежняя снисходительность отца и брата отдалила её от общества… Без них у неё действительно не было возможности выжить в этом мире; они лишь научили её зависеть от других… Но теперь, когда отца нет, а «брат» перестал быть тем «братом», каким был раньше, на кого еще она могла положиться? В тихую ночь Алиса сидела у колыбели, наблюдая за спящей дочерью, и слезы текли по ее щекам. Она была очень напугана, совершенно беспомощна… Жить в этом мире без семьи и друзей было поистине трудно. Она скучала по отцу, скучала по своему "брату"… Впервые в жизни ей показалось, что весь мир погрузился во тьму, она была настолько подавлена, что, казалось, больше не могла держаться. Но даже несмотря на это, она всё равно не стала бы уступать Честеру. Она все еще изо всех сил пыталась выиграть этот судебный процесс, но за день до третьего окончательного решения суда Робинсон позвонил ей и сказал, чтобы она прекратила бороться за огромное наследство, потому что она никогда не победит. Она прокляла своего дядю, который когда-то ложно любил ее, но нечаянно уговорил его раскрыть… оказалось, что кто-то тайно помогал Робинсону получить наследство. Она тут же поняла, кто этот человек, тайно помогавший Робинсону… Она была очень расстроена и разочарована, наконец осознав правду: он действительно оставит ее ни с чем… Как он мог быть таким безжалостным по отношению к ней? Может быть, в прошлых чувствах не было ни капли искренности? «Тетя П.А., пока меня нет дома, я попрошу тебя позаботиться о Рейчел». В комнате Алиса обняла Рейчел, которая прижималась к своему плюшевому мишке, и неохотно заговорила с тетей П.А. Тетя П.А. кивнула: «Не волнуйтесь, я хорошо позабочусь о Рейчел». "Рэйчел, иди сюда, поцелуй маму…" Рейчел послушно поцеловала Алису в щеку. Алиса была очень довольна, крепко обняла дочь и сказала: «Рэйчел, маме нужно уехать на несколько дней… в это время ты должна хорошо себя вести и слушаться тети ПА, хорошо?» Рейчел, похоже, поняла слово «уходи», которое произнесла Алиса, и тут же бросила плюшевого медведя, которого держала в руке, крепко обнимая Алису: «Мамочка… я… иду, иду…» Рейчел говорила Алисе, что тоже хочет пойти с ней. Алиса покачала головой и успокаивающе сказала: «Мама не будет играть, поэтому я не могу тебя взять… веди себя хорошо, мама скоро вернется». Услышав это, прекрасные глаза Рейчел тут же наполнились слезами… Увидев надутое и заплаканное лицо Рейчел, Алиса тоже почувствовала неловкость и несколько раз поцеловала её в лоб. Тетя ПА напомнила Алисе: «Мисс, уже почти время, не пропустите рейс… Я позабочусь о Рейчел!» Алиса кивнула, передала Рейчел тете П.А. и со слезами на глазах вышла из комнаты. В машине по дороге в аэропорт у Алисы был потерянный и печальный вид. С момента рождения Рейчел она почти не расставалась с ней, и теперь, когда ей внезапно пришлось с ней расстаться, она действительно не могла этого вынести, но, к счастью, это длилось всего несколько дней. Подавив тревогу и тоску в сердце, Алиса достала телефон и набрала несколько цифр. Раньше эти номера были ей наиболее знакомы, но в какой-то момент она больше не могла их набрать. Поскольку она знала, что не сможет до него дозвониться, Алиса не расстроилась. Она набрала еще несколько цифр. Вскоре на зов ответил Кит Энтони: «Мисс Элис». Кит был как всегда уважителен. «Ассистент Энтони, не могли бы вы сказать мне, где сейчас мой брат?» «Начальник в Нью-Йорке». Нью-Йорк? Элис была ошеломлена: «Его нет в Т-Сити?» Кит ответил: «Босс сейчас в Нью-Йорке, занимается некоторыми вопросами, связанными с контролем качества». Черт возьми, у нее был билет на самолет в Т-Сити, а его сейчас там нет, так что же ей делать? "Тогда… мой брат надолго пробудет в Нью-Йорке?" Кит сказал: «Нет, босс скоро вернется в Т-Сити». "Правда?" — Алиса тут же пришла в восторг. Кит на мгновение замолчал: «Мисс Элис, вы хотите встретиться с боссом?» «Да, я сейчас в пути в аэропорт, скоро лечу в Т-Сити». «Хорошо, я сообщу начальнику». «Нет, помощник Энтони, пожалуйста, не говорите моему брату, я не хочу, чтобы он сейчас об этом знал». "Понял." Завершив разговор, Алиса вздохнула с облегчением. Да, ей нужно было увидеться с Честером. Ей нужно было отомстить ему за то, что он помог Робинсону довести ее до отчаяния, и ей нужно было обратиться к нему за помощью. Она не могла шутить с огромным наследством семьи Робинсонов, поэтому, нравилось ей это или нет, ей нужно было найти его. Она не могла поверить, что он не будет помнить о прошлых чувствах; он наверняка не станет стоять в стороне и смотреть, как она теряет всё. ---------- Глава 1021–525: Дополнительно: Броситься ему в объятия 2 Спустя более десяти часов, Т-Сити. Как и каждый предыдущий визит, внезапное появление Алисы Робинсон вызвало ту же реакцию: слуги на вилле Честера Робинсона сочли ее незваной гостьей, но все же не посмели оставить ее без внимания. «Мисс Элис, что привело вас сюда?» Алиса бросила взгляд на служанку позади себя: «Можно мне пройти?» Слуга тут же замолчал. Алиса сказала: «Поставь мой багаж в комнату на втором этаже…» «Но, мисс, мистера Робинсона сейчас здесь нет». Алиса села на диван в прихожей и холодно ответила: «Разве то, что моего брата нет рядом, не означает, что я не могу ждать его возвращения?» Слуга быстро опустил голову, сказал «да» и потащил скромный багаж Алисы на второй этаж. Длительный перелет сильно измотал Алису, и она откинулась на диван. Она скучающе оглядела комнату, впервые обратив внимание на декор виллы и осознав, насколько он элегантен. Во время всех своих предыдущих визитов она никогда не обращала внимания на декор, что вызвало у нее любопытство, и она спросила: «Это место спроектировал сам мой брат?» Стоявший рядом слуга кивнул: «Да, мистер Робинсон спроектировал его лично». Взгляд Алисы упал на изысканную хрустальную люстру с кисточками в холле, и она спросила: «Он тоже выбрал эту люстру?» "Да." «У него отличный вкус». Она тоже любила кисточки и сразу же была очарована роскошной хрустальной люстрой. Она часто приходила в спешке и уходила второпях, даже не замечая, насколько уютным на самом деле был интерьер. «Мой брат часто здесь останавливается?» — снова спросила Алиса. Слуга ответил: «Пока мистер Робинсон не будет занят делами больницы, он останется здесь». «Он ведь не привёз с собой друзей, правда?» «Действительно, их было очень мало; я помню, что мистер Робинсон принёс только одного». «Кто?» — Алиса повернулась к слуге. — «Мужчина или женщина?» «Это была мисс Квентин». "Ребекка Квентин?" «Да», — честно ответил слуга. — «Когда мистер Робинсон был очень счастлив, ему показалось, что он получил какую-то награду в области медицины, и он пригласил мисс Квентин в гости на виллу». В ее глазах мелькнула нотка меланхолии, и Алиса тихо спросила: «Значит, мой брат никого больше в тот вечер не пригласил?» «Нет, только мисс Квентин». Алиса опустила голову: «Что… как они праздновали в тот вечер?» Слуга ответил: «Мистеру Робинсону, похоже, очень понравилась мисс Квентин, он пил с ней красное вино, они танцевали и много с ней разговаривали». "Они танцевали?" «Да… они танцевали прямо там, это было очень красиво». Алиса посмотрела на место, указанное слугой, под роскошной хрустальной люстрой. Просторный зал, элегантный классический европейский декор, мелодичная музыка, прекрасная хрустальная люстра, красивый мужчина и красивая женщина… Уже само представление этих образов в ее воображении создавало очень изящную картину. У Алисы возникло ощущение, будто что-то заблокировало ее сердце, и она замолчала. Увидев, что Алиса больше не задает вопросов, слуга тихо удалился. В голове Алисы все еще крутились образы Честера Робинсона и Ребекки Квентин, грациозно танцующих под хрустальной люстрой… Она могла предположить, что в тот момент он, должно быть, признавался в своих чувствах Ребекке Квентин. Теперь исход дела, по всей видимости, был очевиден: признание было отвергнуто, но в тот момент он, должно быть, надеялся, что она его примет. Она знала о медицинской премии — Международной премии Фонда Гайрднера, второй по величине медицинской премии в мире после Нобелевской премии. Он всегда мечтал получить эту награду, поскольку стремился добиться успеха в медицинской сфере, и, неожиданно, ему это действительно удалось… К сожалению, она узнала об этом только позже; она всегда хотела его поздравить, но к тому времени он уже лежал в больничной койке без сознания. Получение награды было таким радостным событием, но он никогда не делился им с ней, только с женщиной, которую любил больше всего. Ребекке Квентин действительно очень повезло, и она была очень счастлива; у нее был не только муж Говард Джеффри, президент Skytop Group, обожаемый бесчисленными молодыми женщинами, но и Скайлер Джонс и Честер Робинсон, которые были от нее без ума — ей можно было только позавидовать. Элис завидовала, ревновала, но знала, что никогда не сможет сравниться с Ребеккой Квентин. Неважно, кто говорил об этом — Говард Джеффри или Честер Робинсон, — все они утверждали, что доброта и невинность Ребекки Квентин были несравненны, и эти качества были совершенно ей не свойственны, ведь она выросла в привилегированной семье. Поэтому ей было суждено проиграть Ребекке Квентин в этой жизни. Вздохнув, Алиса встала и поднялась на второй этаж. Наступила ночь. Автомобиль поддерживал постоянную скорость на городских дорогах. Кит Энтони украдкой взглянул на своего хозяина, сидевшего на заднем сиденье, и тихо спросил: «Босс, мне вас отвезти домой?» ---------- Глава 1022 - 525: Дополнительная история: Бросаясь ему в объятия 2_2 Честер Робинсон откинулся на спинку стула, закрыл глаза, словно спал, и тихо сказал: «Я не вернусь. Завтра в больнице операция, которая требует моего внимания, поэтому я остановлюсь в ближайшей гостинице». «Но я забыл забронировать для вас отель, когда сошел с самолета, и боюсь, что некоторые отели уже заняты…» "Тогда пойдём домой!" "Хорошо." Кит Энтони слегка улыбнулся, осторожно нажал на педаль газа и помчался обратно к вилле Честера Робинсона в пригороде. Когда Элис Робинсон вышла из ванной после принятия ванны, она нечаянно увидела два светящих в сад фара автомобиля. Она подбежала к окну от пола до потолка и увидела белый автомобиль, въезжающий в сад виллы. Она смутно увидела внушительную фигуру на заднем сиденье машины, и ее сердце невольно затрепетало. Вскоре она увидела, как Кит Энтони уезжает с виллы. Зная, что он в этот момент находится внизу, Элис Робинсон невольно почувствовала некоторое волнение. Она быстро переоделась в шелковую пижаму, которую привезла из Франции, и тихо ждала в комнате. Она намеренно выключила свет, чтобы успокоить нервы, и спряталась за дверью. Вскоре по коридору раздались размеренные мужские шаги. Затаив дыхание, она прижалась всем телом к ​​стене. Внезапно, когда он вошел снаружи, дверь комнаты со скрипом открылась. Он вошел, не включив свет, выглядя немного уставшим, и ослабил галстук на шее. В темноте она молча наблюдала за ним. Он был высоким, крепкого телосложения, и его спина выглядела очень внушительно. В детстве она часто играла с ним в прятки вот так, но тогда он всегда легко ее находил… Он и она сами того не осознавая, превратили отношения в прошлое, в воспоминания. Возможно, погруженная в свои мысли и расслабившись, она невольно двинулась. Насторожившись, он мгновенно услышал звук в комнате, но, повернувшись, чтобы выяснить, что происходит, внезапно увидел, как его обняли сзади. Элис Робинсон крепко закрыла глаза, обняла его и тихо прошептала: «Брат…» Тело Честера Робинсона напряглось, он уже узнал едва уловимый, уникальный для неё запах. Она крепко сжала его в руках, как и всегда, когда просила его об услуге… Честер Робинсон на несколько секунд замер, затем отстранил руки Элис Робинсон от своей талии. "Зачем ты здесь?" У него был тихий голос, словно ее приезд не принес ему особой радости, а может быть, даже вызвал равнодушие. Отпустив его, она молча стояла, долгое время не произнося ни слова. Его, как всегда, ничуть не смущало ее присутствие в комнате; он расстегнул рубашку, входя в ванную. Однако прямо перед тем, как Честер Робинсон вошел в ванную, она внезапно бросилась ему перед собой, преградив ему путь распростертыми объятиями. В темноте взгляд Честера Робинсона стал глубже и опаснее, теперь он был устремлен на встревоженное лицо Алисы Робинсон. Элис Робинсон подняла глаза и, используя тусклый свет, встретилась с его взглядом: «Пожалуйста». В полумраке красивое лицо Честера Робинсона оставалось без выражения, лишь слегка изогнулись губы: «Что вам от меня нужно?» Элис Робинсон прижалась к нему, обняла его и сказала: «Пожалуйста, помогите мне сохранить наследие семьи Робинсон». Ее тело слегка дрожало, явно от беспокойства. Честер Робинсон остался равнодушен к ее объятиям, лишь глядя на нее сверху вниз: «Вы наконец-то пришли к соглашению?» Элис Робинсон быстро подняла глаза от его объятий: «Выбор, который ты хочешь, чтобы я сделала, я не могу сделать, потому что я никогда не смогу отказаться от Рэйчел…» Честер Робинсон нахмурил брови: «Значит, вы до сих пор не пришли к соглашению?» Элис Робинсон крепко держала Честера Робинсона за руку, ее печальные глаза умоляюще смотрели на него: «Брат… скажи мне, почему ты борешься со мной за опеку над Рейчел?» Взгляд Честера Робинсона был проницательным, но тон его мягким: «Что вы думаете?» Элис Робинсон в темноте разглядывала его все более выразительные и привлекательные черты лица: «Ты боишься, что я использую Рейчел, чтобы повлиять на наши отношения в будущем?» Честер Робинсон ничего не сказал. Элис Робинсон, задыхаясь, сказала: «Брат, моя беременность была случайностью, и даже когда ты оттолкнул меня, я не знала, что беременна, поэтому у меня никогда не было плохих намерений… Решение оставить Рэйчел было принято только потому, что этот ребенок чуть не был принесен в жертву ради тебя, и я не могла допустить, чтобы причинить вред молодой жизни, у меня действительно не было других намерений…» Честер Робинсон молча слушал ее объяснение, не произнося ни слова. Элис Робинсон, рыдая, продолжила: «Брат… я потеряла отца, потеряла семью, и даже тебе больше нет до меня дела, у меня ничего не осталось, только Рэйчел, я не могу ее потерять… Клянусь тебе, пока ты помогаешь мне сохранить наследие семьи Робинсонов, я могу забрать Рэйчел и никогда не появляться перед тобой, и никогда не позволю Рэйчел узнать о своих отношениях с тобой, ты можешь вести себя так, будто у тебя никогда не было этой дочери…» Ее заплаканный вид был настолько душераздирающим. Раньше он, конечно, не позволил бы ей пролить столько слез, он бы выполнил любую ее просьбу, но теперь она не могла быть уверена… Глаза ее были полны слез, и она смотрела на него с тоской. Словно прошла целая вечность, его рука легла на ее дрожащую, стройную спину, и он тихо произнес: «Алиса, ты знаешь?» Элис Робинсон широко раскрыла влажные глаза и посмотрела на него: "Хм?" Другой рукой он нежно погладил ее заплаканное лицо: «Я не могу доверять твоим словам». «Почему?» — прохрипела Элис Робинсон. — «Я что, заставляю тебя так мне не доверять?» Честер Робинсон слегка усмехнулся: «Ты совершила столько позорных и бесстыдных поступков, чтобы быть с Говардом Джеффри, а теперь хочешь, чтобы я поверил, что ты не из тех женщин, которые прибегают к нечестным методам?» Слова Честера Робинсона заставили тело Элис Робинсон сильно содрогнуться. Она прекрасно понимала, о чём он говорит… Однажды она симулировала беременность, чтобы завоевать любовь Говарда Джеффри… Всё, что она делала, было ему ясно. В тот момент Элис Робинсон почувствовала лишь сильную пощёчину, от которой у неё жгло лицо. Голос застрял у нее в горле, она слегка прикусила губу. Честер Робинсон внимательно наблюдал за ней, замечая каждое едва уловимое выражение на ее лице, и по-прежнему говорил бесстрастным тоном: «Почему вы молчите?» Взгляд Элис Робинсон потускнел, она перестала смотреть ему в лицо. Честер Робинсон нежно вытер большим пальцем непрекращающиеся слезы с уголков глаз Алисы Робинсон: «Девочка, я помню, как говорил тебе, что слезы ничего не решают, будь хорошей девочкой, перестань плакать… Вернись и подумай хорошенько, еще есть время». ---------- Глава 1023 - 526: Дополнительно: Я не верю, что ты не пожалеешь (1) Конечно, он знал, что она сможет приехать сюда, потому что подала судье ходатайство о переносе судебного заседания. Она никогда прежде так не унижалась перед ним… Если бы это соответствовало её прежнему характеру, она бы просто оттолкнула его, ушла бы, не оглядываясь, и ждала бы, пока он сам догонит её и скажет, что сделает это ради неё… Но… Его нынешнее выражение лица, его нынешние слова уже не были словами того «брата», который когда-то так её любил. Она понимала, что, отвернувшись, у неё может даже не остаться шанса умолять его. Ради Рейчел, ради своего отца, она не могла просто отвернуться… "Брат…" Элис Робинсон снова бросилась в объятия Честера Робинсона, крепко прижимая его к себе, "умоляю тебя, не усложняй мне жизнь, помоги мне, хорошо?" Впервые она отбросила гордость, которую всегда питала перед ним, и смиренно умоляла его. "Уходите." Не отвечая на инициативные объятия Элис Робинсон, Честер Робинсон равнодушно произнес: Алиса изо всех сил крепко обняла его, ее голос, хриплый от рыданий, звучал так: «Нет, если ты не согласен, я не уйду». Слегка строгий тон указывал на то, что терпение Честера на исходе: «Завтра мне предстоит операция». Алиса по-прежнему отказывалась отпускать. Брови Честера покрылись холодом: "Элис!!" Почувствовав опасность в его голосе, Алиса медленно ослабила хватку. Честер, не бросив на нее больше взгляда, расстегнул незаконченные ранее пуговицы на рубашке и вошел в ванную один. Когда он холодно прошел мимо нее, она напряглась и невольно отступила назад. Когда из ванной послышался шум льющейся воды, ее тело постепенно ослабело, и она медленно присела на корточки. Она никогда не чувствовала себя такой обиженной, никогда не была такой смиренной, она в отчаянии закричала… Она не хотела, чтобы он так с ней обращался; он никогда ей не отказывал… Он говорил, что будет защищать её всю жизнь, и что никогда не откажет ей в её просьбах; хотя эти слова были сказаны давно, она хранила их в своём сердце… А может быть, ему на самом деле было на нее наплевать? Слезы одна за другой текли по ее щекам, Алиса крепко обнимала себя, не в силах сдержать рыдания. Когда Честер вышел из ванной, Алиса уже лежала на его кровати. Честер вытер влажные волосы и тихо сказал: «Спи в соседней комнате». Алиса сделала вид, что не слышит его, не подчинилась и не произнесла ни слова. Честер снял халат и лёг на кровать, закрыв глаза и продолжая диктовать: «Убирайся». Алиса по-прежнему игнорировала его. Честер внезапно открыл глаза и тихо произнес: «Хочешь, чтобы я лично тебя вытащил?..» Прежде чем Честер закончил свою фразу, его тонкие губы прикрыли две мягкие губы. Она приподнялась, соблазнительно поцеловав его… Честер попытался оттолкнуть ее, но она крепко вцепилась ему в плечи, не позволяя ему это сделать. Он научил ее этим интимным вопросам, поэтому она знала, как его соблазнить. Сначала она поцеловала его в губы, ее маленький язык проник в его рот, переплетаясь с его языком, он не мог сопротивляться ее искушению, его тело постепенно напрягалось. Увидев его реакцию, она медленно спустилась на поцелуи, к его кадыку… Его кадык заметно сжался, и дыхание постепенно стало тяжелым. Она исчерпала все свои навыки, чтобы соблазнить его, и наконец ее губы нежно коснулись его тонких губ… Его глаза постепенно затуманились, взгляд был устремлен на ее безупречное обнаженное тело, едва заметно обнажаемое соблазнительной ночной рубашкой, которую она намеренно надела сегодня… Её глубокие поцелуи пытались пробудить в нём все подавленные желания… Однако, как только она почувствовала, что его тело постепенно нагревается, он внезапно резко оттолкнул ее. Она испугалась, не двинулась с места, но и не отступила. Его голос был несколько напряжённым, исключительно тихим и хриплым: «Чёрт возьми, кто позволил тебе это сделать?» Алиса не послушала, опустила голову и снова поцеловала его. Но на этот раз, как только ее губы коснулись его губ, ее резко отдернули. На этот раз Алиса побледнела от страха, потому что его взгляд был холодным, словно он хотел ее убить. «Убирайся отсюда, ты слышал?» — в голосе Честера наконец прозвучала нотка предупреждения, опасность вспыхнула в глубине его пронзительных глаз. Алиса немного испугалась, потому что за эти годы она редко видела, чтобы он злился на нее, и ее тело начало непроизвольно дрожать. Честер холодно оттащил её, снова закрыл глаза и перестал обращать на неё внимание. Алиса молча смотрела на спящее лицо Честера, затем внезапно откинула одеяло и легла сверху. ---------- Глава 1024–526: Дополнительная история: Я не верю, что ты не сожалеешь 1_2 Честер медленно открыл глаза и посмотрел на нее, когда она поцеловала его в грудь; в его глазах горел гнев. Элис Робинсон, казалось, почувствовала на себе пронзительный, как нож, взгляд Честера. Она робко подняла глаза и встретилась с ним взглядом. В его глазах горел яростный огонь, и она не могла понять, гнев это или желание. «Я останусь с тобой…» — тихо прошептала она, словно умоляя его. Её слова заставили огонь в его глазах разгореться ещё сильнее. Она постепенно перестала сметь ​​смотреть ему в глаза, опустила голову, боясь, что он в следующую секунду вышвырнет ее из комнаты. Сверху раздался хриплый голос Честера: «Я же тебя предупреждал». Ее тело дрожало еще сильнее, она знала, насколько ужасным он может быть, когда злится. Наконец, охваченная крайним страхом, она медленно отпустила простыни и скатилась с него. Она больше не смела смотреть на него; она знала лишь одно: ей нужно уйти… Повернувшись к нему спиной, она встала, села на край кровати и поправила слегка растрепанные пижамные штаны. Она и не подозревала, что, пока она приводила в порядок свою пижаму, взгляд за ее спиной постепенно стал обжигающе горячим, а пламя в его глазах становилось все более яростным. Она шмыгнула носом и встала. Она уже собиралась уйти, не оглядываясь, но никто не ожидал, что в тот момент, когда она встанет, ее тело с силой оттащат назад сзади… Прежде чем она успела отреагировать, его прижало к земле. В тусклом свете комнаты она увидела его глаза, горячие, как у хищного зверя… Сердце у нее подскочило к горлу, разум мгновенно опустел. Совершенно неожиданно он сорвал с неё пижаму и страстно поцеловал её… Услышав ровное дыхание позади себя, Элис Робинсон медленно открыла глаза. Они только что завершили самый первобытный акт близости между мужчиной и женщиной; он быстро уснул от изнеможения, но она никак не могла заснуть. Ее тело было измождено, словно разваливалось на части, покрытое следами его требований… Она хотела обернуться, чтобы посмотреть на него, но обнаружила, что совершенно бессильна. Иногда ей действительно любопытно, как женщина, просто лежа и не двигаясь, может так устать, в то время как постоянно двигающийся мужчина может продержаться несколько часов, это действительно невероятно. Наконец, Алиса медленно повернулась к нему лицом. В слабом свете за окном она отчетливо видела его выразительные, красивые черты лица. Он хорошо выглядел; она знала это с детства. Она до сих пор помнила, как отец впервые привёл его к ней и сказал, что он её брат; она была по-настоящему счастлива… Потому что в то время она уже считала своего брата очень симпатичным. Годы пролетели незаметно, они оба повзрослели, и их отношения постепенно, с возрастом, стали искажаться. Она и представить себе не могла, что настанет день, когда он будет относиться к ней так холодно… Почувствовав, как человек рядом с ней зашевелился, Алиса, которая не спала всю ночь, притворилась спящей. Он приподнялся, нахмурился и взглянул на неё, стоявшую рядом. Она почувствовала, как его взгляд остановился на ней, когда она стояла к нему спиной, и почему-то немного занервничала. Каким-то образом он понял, что она притворяется, и, приподнимая одеяло, чтобы встать с кровати, сказал: «Не забудь принять лекарство». Элис вздрогнула, поняв, что он раскусил ее притворное сонливость, и медленно повернулась, чтобы посмотреть на него. На нем не было ничего, что демонстрировало его безупречную фигуру во всей красе. Ее взгляд невольно следил за его тонкой талией, вспоминая о силе, которую она ощутила прошлой ночью. Он направился прямо в ванную, как обычно, по утрам принимая душ. Она крепко закуталась в одеяло, села и тихо прислушивалась к плеску воды в ванной. Внезапно она подняла с пола слегка порванную пижаму, чтобы прикрыться, и встала с кровати. Она по привычке подошла к окну, открыла шторы и обнаружила, что сегодня плохая погода. На улице было пасмурно, небо словно давило сверху, что предвещало сильный дождь. Алиса подошла к шкафу в комнате и открыла его. И действительно, в его шкафу всё ещё лежала её одежда, понятия не имею, когда она её там оставила. Она нашла шифоновое платье, быстро надела его и немного привела в порядок волосы. Как только Честер вышел из ванной, Элис стояла у зеркала, расчесывая свои слегка спутанные волосы… Он подошел и, естественно, помог ей распутать этот узел, сказав: «Почему бы тебе не поспать еще немного?» На таком близком расстоянии она могла почувствовать приятный запах его свежевымытого тела. Она не удержалась, подошла на цыпочках и поцеловала его в губы: «Сегодня я пойду с тобой». Честер распустила свои шелковистые, гладкие волосы, ниспадающие водопадом, слегка нахмурилась и сказала: «Нет, сегодня я иду в больницу». Элис обняла его за талию, надувшись: «Я знаю, что ты едешь в больницу, я не буду мешать твоей операции, я просто подожду снаружи операционной… а потом мы вместе поужинаем, когда ты закончишь». «Как хочешь». С этими словами Честер открыл шкаф и тут же оделся. Затем Алиса вошла в ванную и быстро привела себя в порядок. Полчаса спустя. В машине Элис сидела, пока Честер вез ее в больницу. Элис молчала всю дорогу, и как раз когда они приближались к больнице, она наконец нарушила молчание: "Брат…" «Хм», — слабо ответил он. Алиса слегка прикусила губу: «Э-э… я не взяла с собой никаких лекарств, не могли бы вы забрать их для меня, когда приедете в больницу?» Честер ответил спокойно и больше ничего не сказал. Оказавшись внутри больницы и надев белый врачебный халат, Честер мгновенно принял серьезный вид своего лица. Элис молча следовала за Честером, заметив, что многим женщинам-врачам и медсестрам в больнице он очень нравился. Женщины очень чувствительны, и когда эти женщины-врачи и медсестры приветствовали Честера, она уже могла видеть в их глазах влюбленность и влечение к нему. В сердце Алисы возникло необъяснимое чувство дискомфорта, особенно когда она увидела, как Честер улыбается в ответ на приветствия женщин. Во время предоперационных приготовлений Честера в кабинете врача, наконец, один из врачей заметил Алису, которая тихо следила за Честером… ---------- Глава 1025–527: Дополнительно: Я не верю, что ты не сожалеешь 2 Доктор в шутку спросил: «Доктор Робинсон, неплохо, правда? Наконец-то вы положили конец своей холостяцкой жизни. Ваша девушка симпатичная, сколько ей лет?» Честер, в хирургических перчатках, даже не взглянул на Алису и лишь сказал: «Вы неправильно поняли, это моя сестра, которая сейчас живет со мной, поэтому я привез ее в больницу на осмотр». Врач был весьма удивлен, услышав объяснение Честера: «О, она ваша сестра? Она совсем на нее не похожа…» Честер слабо улыбнулся и больше ничего не сказал. Алиса надула губы, стоя там, и невольно пробормотала про себя: «Сестра? Если она сестра, то вчерашний роман — это инцест? Хм». Честер вышел из кабинета, и Алиса поспешно последовала за ним. "Бро, бро…" Алиса окликнула его, но шаги Честера не остановились. Элис быстро опередила Честера, протянув руку, чтобы перехватить его. Честер слегка нахмурился, глядя на нее. «Сколько часов займет ваша операция?» — спросила она. Честер ответил: «Четыре часа». Алиса нахмурилась: «Так долго, да?» Честер прошел мимо Алисы и двинулся прямо вперед: «Вам не нужно ждать». Алиса больше ничего не сказала и молча продолжила. Когда загорелся красный свет операционной, Алиса тихо сидела в семейном кресле за дверью операционной. Из-за усталости после вчерашних физических нагрузок она очень вымоталась и прислонила лоб к спинке стула. Иногда она просто не может его понять: с его огромным состоянием (это она поняла, когда он поссорился с Говардом Джеффри и Скайлер Джонс), он всё равно настаивает на том, чтобы быть врачом. Работа врача настолько изнурительна, с частыми операциями и дежурствами, что она не понимает, почему он продолжает быть врачом. Ужасно заскучав, Алиса достала телефон и позвонила своей дочери, которая жила далеко во Франции. Тетя П.А. ответила на звонок и передала телефон Рейчел. Рейчел что-то бормотала в трубку, что-то не совсем понимала Элис, но та смогла разобрать одну фразу, которая умоляла ее поскорее вернуться. Услышав голос дочери, сердце Алисы сжалось от боли. Она крепко сжала телефон и терпеливо уговаривала дочь: «Дорогая, ты должна хорошо себя вести, мама скоро вернется домой, тебе нужно хорошо поесть и хорошо выспаться, хорошо?» Закончив разговор с дочерью, Элис невольно посмотрела на свет на двери операционной. Семья пациента только что обратилась с просьбой, а до конца операции оставалось еще три часа. Алиса зевнула, не в силах побороть сонливость, наконец откинулась назад и заснула. Не зная, сколько времени прошло, Алиса смутно услышала знакомый приятный мужской голос… Она тут же проснулась и увидела, как Честер объясняет семье пациента ситуацию с операцией. Алиса встала и молча наблюдала за происходящим. Впервые она сочла его необычайно красивым в белом медицинском халате. Вскоре он закончил разговор с членами семьи и направился к ней. Элис помахала Честеру рукой с легкой улыбкой, но на лице Честера почти не было видно никаких эмоций. Когда Честер подошел к ней, Алиса тут же протянула руку и обняла его: «Брат, я так голодна, давай поедим!» Пока Алиса нежно обнимала Честера, их видели многие проходившие мимо врачи и медсестры. Поскольку они не могли подслушать разговор Честера и Алисы, все они шепотом обсуждали их отношения… Честер позволил Алисе держать его на руках и направился к кабинету врача, все это время ничего не говоря. К тому времени, как Элис удержала Честера и покинула больницу, было уже час дня. Желудок Алисы давно уже урчал от голода… Честер отвел Алису в дорогой ресторан неподалеку от больницы, и Алиса тут же заказала много еды. Прежде чем принесли еду, Честер попросил официанта принести стакан теплой воды и вручил Алисе белую таблетку. Увидев таблетку, Алиса замерла, но в конце концов проглотила ее, запив теплой водой. Когда принесли еду, Алиса, словно жадный ребенок, наелась до отвала. Несмотря на голод, Честер ел с предельной учтивостью и выглядел очень спокойным. Доев десерт, Алиса почувствовала себя очень сытой, она с удовольствием посмотрела на Честера, но обнаружила, что тот уже закончил есть и молча наблюдает за ней, куря сигарету. Алиса спросила: «Брат, у тебя есть какие-нибудь планы на сегодня после обеда?» Честер покачал головой. Алиса взволнованно сказала: «Тогда куда ты хочешь пойти сегодня днем? Я пойду с тобой». В этот момент у Честера зазвонил телефон, и он ответил на звонок. Элис с ожиданием смотрела на него, но услышала, как Честер спокойно сказал человеку на другом конце провода: «Забронируйте ей билет на сегодня, желательно сегодня днем». ---------- Глава 1026 - 527: Дополнительная история: Я отказываюсь верить, что ты не чувствуешь боли 2_2 Его властный голос мгновенно заставил Алису догадаться, что он разговаривает с Китом Энтони… После того как Честер Робинсон закончил разговор с Китом Энтони, Элис Робинсон с суровым выражением лица прямо заявила: «Я туда не вернусь». Честер Робинсон откинулся на спинку стула, небрежно стряхнул пепел в пепельницу и пристально посмотрел на нее: «Ты ведь не думала, что вчерашний вечер что-то изменит, правда?» Слова Честера обрушились на Алису словно ведро холодной воды, заставив ее и без того разгоряченное сердце содрогнуться. Она раздраженно опустила голову: «Если вы со мной не согласны, я ни за что не уйду». «Как хочешь… но я должен напомнить тебе, что тебе больше не разрешается свободно приходить и уходить из моего дома». С этими словами он потушил окурок, выпрямился и вышел из столовой. Наблюдая за холодной и безразличной спиной Честера, когда тот уходил, Алиса почувствовала укол в носу, прикусила губу и снова бросилась за ним. Он расплачивался с официантом, а она молча стояла рядом и ждала. После того как официант ушел, она снова нежно прижалась к нему, заявив: «Мне все равно… Если ты со мной не согласен, я просто буду держаться за тебя вот так». В этот момент прибыл Кит Энтони, случайно стал свидетелем её действий и услышал, что она сказала Честеру Робинсону. Алиса немного смутилась, но все равно не отпустила Честера. Честер бросил на Кейта многозначительный взгляд, и Кейт тут же шагнул вперед, чтобы поддержать Алису, сказав: «Мисс Алиса, я отправил ваш багаж в аэропорт… Рейс через два часа, и я могу отвезти вас в аэропорт прямо сейчас». Элис крепко держала Честера, холодно отвергая предложение Кейта Энтони: «Я не уйду». Кит Энтони с трудом посмотрел на Честера Робинсона. Неожиданно Честер тут же отдернул руку Алисы и вышел из ресторана. Её не волновала боль в запястье; она отчаянно хотела догнать его, но Кит Энтони вовремя схватил её. «Мисс Элис, позвольте мне отвезти вас в аэропорт!» «Нет!!» — Элис с тревогой наблюдала, как спина Честера медленно исчезает из виду. — «Помощник Энтони, уступите мне дорогу». Кит покачал головой: «Простите, мисс Элис, я не смею ослушаться приказов босса». Алиса невольно воскликнула: "Джеффри…" Честер не обернулся; его фигура уже исчезла из поля зрения Алисы. «Мисс Алиса, пошли!» Элис, сдавленно шмыгая носом, смотрела, как Честер исчезает из виду: «Тебе не нужно меня брать, я сама пойду». "Но…" Не дождавшись, пока Кит Энтони закончит говорить, Элис уже принялась уходить. К тому времени, как Кит бросился за ней в погоню, Элис уже убежала далеко. Кит Энтони думал, что Элис пошла искать Честера Робинсона; добравшись до парковки, он обнаружил, что Элис не побежала за ним. Кит Энтони поспешил к машине Честера, почтительно наклонился к Честеру, сидевшему за рулем, и нервно произнес: «Босс, мисс Элис не хочет, чтобы я вез ее в аэропорт, и пока я не обращал внимания, она убежала…» Честер, прислонившись к стулу, небрежно заметил: «Если она побежит, значит, побежит, и всё такое». «Но разве мисс Алиса не окажется в опасности одна?» «Она взрослая, какая может быть опасность?» — Честер завел двигатель и приготовился уехать. В тот момент никто не ожидал, что внезапно хлынет проливной дождь… Промокший под дождем Кит Энтони взмолился: «Босс, пожалуйста, позвоните мисс Элис, боюсь, она не ответит на мои звонки… идет сильный дождь, она одна, боюсь…» Ледяной взгляд Честера скользнул по Киту: «Ты, кажется, беспокоишься о ней больше, чем я?» «Я…» — Кит Энтони тут же замолчал. Проливной дождь промочил Кейта с головы до ног, и когда он уже собирался повернуться и уйти, внезапно зазвонил его телефон. Увидев номер на экране телефона, Кит Энтони поспешно нажал кнопку ответа: «Здравствуйте, мисс Элис». "Вы с моим братом?" "Да." «Передайте телефон моему брату». «Хорошо, хорошо». Кит Энтони тут же передал телефон Честеру, поспешно сказав: «Это мисс Элис, она хочет с вами поговорить». Честер на несколько секунд замер, взял телефон и приложил трубку к уху. "Брат…" Изнутри донесся хриплый голос Алисы. Честер ничего не сказал. «Я нахожусь в вашей позиции на три часа…» Честер оглянулся. Под проливным дождем на улице никого не было, ее бледная, хрупкая фигура неподвижно стояла на пустом месте перед рестораном. Дождь промочил ее шифоновое платье; она и так была хрупкой, а теперь выглядела еще более слабой… Кейт Энтони тоже заметил Алису, широко раскрыв глаза. Брови Честера, отличавшиеся красотой, постепенно нахмурились, а темные глаза сузились в единую линию. «Брат, если ты со мной не согласен, я просто постою здесь…» Честер холодно фыркнул: «Думаешь, меня это волнует?» «Мне всё равно, волнует тебя это или нет; я буду стоять здесь и ждать, пока ты согласишься… Брат, я знаю, что потеря Ребекки Квентин из-за Говарда Джеффри была самой большой болью в твоей жизни, но я хочу сказать тебе, что Ребекка Квентин уже вышла замуж за Говарда Джеффри, и больше всего она любит Говарда Джеффри, у неё никогда не было бы идеального финала с тобой; даже если бы ты не проиграл Говарду Джеффри, чтобы спасти меня, ты бы не смог завоевать сердце Ребекки Квентин… Поэтому я умоляю тебя не ненавидеть меня и не презирать Рейчел, подумай о наших долгих годах как брата и сестры, и, пожалуйста, помоги мне на этот раз… Клянусь, если ты поможешь мне, я больше никогда не буду приводить Рейчел к тебе, обещаю…» С расстояния в несколько десятков метров она, с покрасневшими от слез глазами, смотрела на него. Даже под таким сильным ливнем он все еще мог видеть ее лицо, залитое слезами. Кит сказал: «Босс, если мисс Элис будет продолжать промокать, она заболеет…» Честер бросил на Алису резкий взгляд, а затем отбросил телефон в сторону. Кейт больше не мог этого выносить; он бросился к Алисе и снял пиджак, чтобы прикрыть ей голову. Телефон медленно выскользнул из ее руки; она продолжала смотреть на Честера, в ее глазах читалась мольба. Кит постоянно уговаривал Элис уйти, но она оставалась непреклонной. Дождь усиливался, постепенно затуманивая ей обзор и не позволяя четко его разглядеть… В следующее мгновение машина Честера без колебаний выехала с парковки и умчалась прочь. Сквозь размытую завесу дождя Алиса наблюдала, как машина Честера стремительно удаляется… ---------- Глава 1027–528: Дополнительно: Я хочу выйти за тебя замуж 1 Алиса изо всех сил пыталась сдержать рыдания, но не могла остановить удушье в горле. «Мисс Элис, моя машина уже впереди, позвольте мне помочь вам сесть…» Как бы Кит ни пытался убедить Элис, она оставалась неподвижной, стоя на месте. Дождь усилился, и машина, ехавшая на большой скорости, внезапно остановилась на обочине. Дворники с бешеной скоростью смахивали дождь, лицо Честера было холодным и безжизненным. Внезапно он развернул машину и нажал на педаль газа. Машина мчалась сквозь сильный дождь, и постепенно в поле зрения появилась эта хрупкая белая фигура. Она все еще стояла в пустом пространстве ресторана, а дождь нещадно лил на нее… Костюм Кейт был насквозь промок, и даже накинув на голову, она не смогла защититься от сильного дождя. Честер прищурился, его лицо уже побледнело. Кит заметил машину Честера и тут же подбежал… Кит продолжал стучать в окно машины, умоляя: «Босс… Если вы не согласитесь, мисс Элис действительно будет стоять здесь… Сегодня не просто сильный дождь, позже будет предупреждение о тайфуне… Вы сможете вытерпеть, если мисс Элис будет стоять здесь и промокать насквозь?» Честер оставался равнодушным, его глубокие глаза пристально смотрели на нее. Ее зрение постепенно затуманивалось, тело становилось все более неустойчивым… Честер резко распахнул дверцу машины и вышел. Кит был вне себя от радости и поспешно прикрыл Честера одеждой от дождя… Честер подошел к Алисе, его лицо было темнее утреннего неба. Алиса, пребывая в оцепенении, увидела Честера, слегка изогнула губы и слабо произнесла: «Брат…» Холодные губы Честера сжались в тонкую линию, и он не произнес ни слова. В конце концов, Алиса не выдержала и упала прямо перед ним… К счастью, Честер вовремя протянул руку, чтобы застать её… Алиса проснулась в комнате Честера. Проснувшись, она обнаружила, что уже стемнело, и в большой комнате не было никаких следов Честера. Она попыталась встать, и слуга поспешил ей на помощь: «Мисс Алиса, вы проснулись?» Алиса убрала влажное полотенце со лба и спросила: «Где мой брат?» Слуга ответил: «Мистера Робинсона нет дома…» "Куда он делся?" «Я не знаю… Мистер Робинсон только что привёз вас обратно, у вас температура, мистер Робинсон попросил меня хорошо о вас позаботиться». Алиса поспешно схватила телефон с прикроватной тумбочки и быстро набрала номер Кейта. В тот самый момент, когда Алиса с нетерпением ждала соединения, слуга внезапно сказал: «Мисс Алиса, мистер Робинсон вернулся». Элис резко подняла глаза и встретилась взглядом с Честером, когда он вошел в комнату. Алиса медленно положила трубку и тихо произнесла: "Брат…" Честер жестом показал слуге, чтобы тот ушел, а затем сел у кровати. Элис бросилась в объятия Честера, крепко прижала его к себе и безудержно рыдала. Честер позволил ей обнять его, пока ее рыдания постепенно не утихли, затем мягко оттолкнул ее и сказал: "Ты действительно думаешь, что я не справлюсь с тобой?" Алиса энергично покачала головой. Честер протянул руку, нежно погладил заплаканное нежное личико Алисы и пристально посмотрел на нее: "Как я могу тебе доверять?" "Хм?" «Ты же говорил, что будешь держаться от меня подальше и никогда больше не предстанешь передо мной». Алиса вдруг улыбнулась: «Брат, ты теперь со мной согласен?» Честер слабо улыбнулся: «Может быть, я действительно не справлюсь с тобой». Элис прыгнула в объятия Честера и крепко обняла его от волнения: «Я так и знала, я так и знала… Брат, ты не оставишь меня одну». Вечером температура у Алисы спала. В этот момент она сидела на диване в холле виллы, ожидая Честера. Честер ушел после обеда и до сих пор не вернулся, а Кит помог ей купить билет на рейс во Францию ​​на завтрашнее утро в восемь часов. Поскольку завтра было еще слишком рано уезжать, она боялась, что не сможет попрощаться с ним, поэтому решила попрощаться сегодня вечером. Прижавшись к подушке, она откинулась на диван, не отрывая взгляда от двери. Служанка заметила, что после того, как спала температура, она плохо отдохнула, и не могла не выразить беспокойство: «Мисс Алиса, почему бы вам не вернуться в свою комнату и не отдохнуть? Когда мистер Робинсон вернется, я вам сообщу». Алиса слегка улыбнулась слуге: «Не нужно, я подожду его здесь». Слуга, увидев решительность Алисы, ничего больше не сказал и тихо удалился. Алиса, скучая, откинулась на диване, и ее взгляд внезапно остановился на хрустальной лампе. Неосознанно в ее сознании мелькнул образ Честера, приглашающего Ребекку Квентин потанцевать под хрустальной лампой, и ее сердце необъяснимо заболело. ---------- Глава 1028 - 528: Дополнительная история: Я хочу быть с тобой мужем и женой 1_2 Как бы близки они ни были, он никогда не приглашал её потанцевать с ним… Когда-то у них были самые близкие отношения, но такого романтического момента у них никогда не было… Причина была проста: они никогда не были любовниками. В сердце зародилась легкая грусть, и вдруг снаружи виллы послышались размеренные мужские шаги. Элис тут же отбросила подушку и встала с дивана, встретившись взглядом с Честером Робинсоном как раз в тот момент, когда он вошел. Честер, видимо, не ожидая, что Алиса будет ждать его в коридоре, на мгновение замер. Алиса подбежала и ласково взяла его за руку: «Брат». Честер ослабил галстук и сел на диван, легкомысленно спросив: «Уже так поздно, почему ты еще не спишь?» Алиса села рядом с ним и сказала: «Я ждала твоего возвращения». "О?" — глубокий взгляд Честера Робинсона задержался на лице Алисы. Алиса улыбнулась и сказала: «Завтра утром я рано уезжаю во Францию, и боюсь, у меня не будет возможности попрощаться». Честер пристально посмотрел на Алису: «Между нами нет необходимости в таких формальностях». В потускневших глазах Алисы мелькнула нотка разочарования: «Но с этим отъездом мы, возможно, больше никогда не встретимся». "Вы не хотите?" «Я…» — Алиса опустила голову, — «Дело не в этом… Я просто беспокоюсь о том, что ты останешься одна». «О чём тебе беспокоиться за меня?» — тихо рассмеялся Честер. — «Это тебе стоит беспокоиться… забота о ребёнке — непростая задача, и раз ты выбрал Рэйчел, ты должна взять на себя ответственность быть матерью». "Я буду." «Ты должен сдержать данное мне обещание». «Хорошо». Элис спокойно посмотрела на Честера: «Мы с Рейчел больше никогда не будем тебя беспокоить, я буду хорошо заботиться о Рейчел». «Хорошо». Честер поцеловал Алису в щеку: «Веди себя хорошо, ложись спать, завтра тебе нужно успеть на рейс». Элис кивнула, медленно отпуская руку Честера. Честер тут же встал и направился наверх. Элис наблюдала за спиной Честера, заметив, что он ни разу не посмотрел на нее. Алиса молча опустила голову, чувствуя, как необъяснимо горят глаза. В конце концов, она улыбнулась, как ни в чем не бывало, и последовала за ним наверх. В ту ночь Алиса не осталась ночевать в комнате Честера. Оставшись одна, не в силах уснуть, она наконец села, прислонилась к изголовью кровати и, не включая свет, тихо задумалась. В её голове промелькнула картинка… Вскоре после того, как он очнулся от комы, она впервые упомянула ему о Рэйчел. Он вспомнил, что тогда душил её, и воскликнул: «Кто позволил тебе родить её?!» Она была очень удивлена ​​в тот момент, потому что никогда не думала, что он так отреагирует… Он думал, что она будет очень счастлива, думал, что сможет обнять и поцеловать свою дочь Рейчел, но… он был так зол, и его глаза были полны отвращения и ненависти по этому поводу, что он даже посмотрел на нее убийственным взглядом. В тот момент она дрожала, желая сказать многое из того, что таилось у нее в сердце, но в одно мгновение подавила эти мысли… Затем она смиренно спросила: "Вы… счастливы?" Она вспомнила, что как только она это сказала, хватка его руки на ее шее усилилась, он холодно посмотрел на нее и, стиснув зубы, произнес: «Ты недостойна». Те же самые слова он произнес во время их последней встречи во Франции… Она была недостойна. С того самого дня, как он произнес эти слова, она поняла, что переоценила свое место в его сердце… Раньше она прекрасно понимала, что его доброта объяснялась её сходством с кем-то другим, но думала, что даже в качестве замены он её хоть как-то привлекает. Однако в тот день она увидела в его глазах презрение, пренебрежение и крайнее отвращение… Она и представить не могла, насколько сильно он её ненавидит. Она была удивлена, но и очень обижена. Поэтому слова, которые она хотела ему сказать в тот день, она в конце концов проглотила. Позже она вернулась во Францию ​​одна и полгода с ним не связывалась. При мысли об этом сердце Алисы захлестнула волна печали… Дружба, длившаяся более десяти лет, между мужчиной и женщиной, братом и сестрой, неожиданно, в момент окончательного расставания, горевала лишь она сама. Судя по его реакции в тот вечер, после ее ухода он не выказал ни малейшего колебания или беспокойства… Его безразличие всегда было настолько очевидным. Алиса проснулась в пять утра. Встав, собрав багаж и умывшись, она оказалась в половине десятого. Она взяла с собой совсем немного вещей и пробыла здесь всего две ночи, поэтому, уезжая, ей нужно было собрать совсем немного багажа. Пока она спускала свой багаж вниз, Кит Энтони уже ждал ее в холле. Кит Энтони почтительно принял ее багаж и сказал: «Мисс Элис, машина уже ждет снаружи». Алиса кивнула и обернулась, чтобы взглянуть на него. Спустя долгое время она обернулась, слегка улыбнувшись Киту Энтони: «Спасибо, что проводили меня… пошли!» "Хорошо." Кит Энтони положил багаж в багажник и открыл дверцу машины для Алисы. Алиса сидела в машине и невольно обернулась, чтобы еще раз взглянуть на виллу. Кит Энтони заметил поступок Алисы, завел двигатель, улыбнулся и сказал: «Босс беспокоится только о твоей безопасности, поэтому он специально попросил меня отвезти тебя в аэропорт. Босс действительно заботится о тебе». Алиса недоверчиво повернула голову и сказала: «Ты сказала… что он обо мне заботится?» «Конечно, начальник заботится о тебе… если бы это было не так, как бы он мог лично отнести тебя обратно под дождем, увидеть, что у тебя жар, и лично измерить температуру…» «Он это сделал?» — глаза Алисы расширились от изумления. Кит Энтони кивнул с улыбкой: «Я сам был свидетелем, не буду вам врать». В одиноком сердце Алисы произошли перемены, внутри неё разлилась лёгкая сладость. Кит Энтони добавил: «Понимаете, когда вы просите начальника о чем-то, он в конечном итоге не может вам отказать… если бы начальнику действительно было на вас наплевать, как он мог бы быть неспособен с вами общаться?» Благодаря словам Кейта Энтони настроение Алисы необъяснимым образом значительно улучшилось. ---------- Главы 1029–529: Дополнительная история: Я хочу быть с тобой мужем и женой 2 Она улыбнулась Киту Энтони: «Ассистент Энтони, спасибо вам за то, что вы всегда говорите от имени моего брата, хотя на самом деле вам и не нужно так много говорить за него». Кит Энтони взглянул на Элис Робинсон в зеркало заднего вида: «Мисс Элис, я очень надеюсь, что у вас что-нибудь получится наладить с боссом…» «Ассистент Энтони, вы меня неправильно поняли… Я никогда не думала о том, чтобы заводить такие отношения со своим братом; наш финал был предрешен давным-давно», — поспешно сказала Алиса. Кит Энтони тихо вздохнул: «Я не могу много сказать о сердечных делах… Надеюсь, мисс Элис хорошо себя чувствует во Франции». «Спасибо, я так и сделаю». В аэропорту, непосредственно перед прохождением контроля безопасности, Алиса нарисовала ручкой на листе бумаги смайлик. Закончив, Элис передала смайлик Киту Энтони, попросив его передать его Честеру Робинсону. Кит Энтони не понял смысла смайлика, который Элис отправила Честеру, но кивнул и пообещал передать его Элис. Перед тем как отправиться к охране, Элис сказала Киту Энтони напоследок: «Пожалуйста, передай ему от меня… Я надеюсь, он сможет отпустить ситуацию и однажды сам разорвет эту улыбающуюся рожицу». "Хорошо." Два часа спустя. В кабинете Кит Энтони передал рисунок Честеру Робинсону: «Босс, я уже видел, как мисс Элис села в самолет. Это то, что она попросила меня передать вам перед прохождением контроля безопасности». Честер взял рисунок и молча, молча, смотрел на изображенную на нем улыбающуюся мордочку. Кит Энтони продолжил: «Мисс Элис также попросила меня передать сообщение… она сказала, что надеется, что однажды вы сможете отпустить ситуацию и лично разорвать этот смайлик». Разорвать это означало бы перестать зацикливаться на этом и символизировало бы полное избавление от этого чувства. Честер почувствовал неописуемое волнение в сердце, но ничего не сказал и просто продолжал смотреть на улыбающееся лицо на рисунке. Увидев, что Честер никак не отреагировал, Кит Энтони не смог удержаться и сказал: «Босс, на самом деле я считаю мисс Элис довольно хорошей. За эти два года она сильно изменилась и повзрослела… Раньше все её недостатки объяснялись тем, что она жила в привилегированной и престижной среде, но эти качества, взращенные в привилегированной среде, не отражают её истинную природу. Думаю, вам стоит хорошенько всё обдумать. В конце концов, у вас с мисс Элис уже есть ребёнок, может быть, вы могли бы…» В этот момент Честер поднял глаза и бросил холодный взгляд на Кейта Энтони. Кит Энтони тут же замолчал, склонив голову и не осмеливаясь сказать больше. Честер встал и спокойно сказал: «Добейтесь того, чтобы мой адвокат помог Элис в этом судебном процессе… убедитесь, что мы выиграем». "Да." Честер больше ничего не сказал и сам вышел из кабинета. После более чем десятичасового перелета Алиса наконец вернулась в Париж. Увидев, как к ней приближается Рейчел, она с радостью осыпала ее поцелуями и объятиями. Рейчел прижалась к ней, ее пухленькие ручки обхватили шею Алисы: «Мамочка… скучаю по тебе…» Ее дочь сказала, что скучает по ней. Элис не удержалась и еще раз поцеловала дочь в лицо, отнесла ее к дивану и сказала: «Мама тоже по тебе скучала». Тетя П.А. заметила, что на этот раз Элис вернулась, не нахмурившись, вероятно, догадавшись, что ей удалось убедить Честера помочь ей. Тетя П.А. с улыбкой спросила: «Мисс, а судебный процесс не станет проблемой?» Во время игры с Рейчел Алиса ответила тёте П.А.: «Хм, ничего страшного, мой брат сказал, что он с этим справится». Услышав это, тетя П.А. была вне себя от радости: «Я знала, что мистер Честер сможет решить эту проблему… Мисс, мистер Честер все еще заботится о вас». Алиса весело смеялась, играя с Рейчел, но только она знала, что за ее улыбкой скрывалась пустота в сердце. Ночь. Алиса сидела перед колыбелью и нежно укачивала дочь, убаюкивая её. Она давно заметила, что, когда дочь спит, та похожа на него, с героическим выражением лица. Только в эти тихие, поздние ночные минуты она могла смотреть на свою дочь и спокойно думать о нем. Она не хотела в этом признаваться, но должна была — она не могла сказать, когда это началось, но она начала испытывать к нему чувства… Возможно, всё началось, когда он лежал в коме на больничной койке. Она всегда будет помнить день, когда он впал в кому, защищая её от пули; когда она узнала, что он может стать вегетативным животным и никогда больше не прийти в себя, её сердце так сильно болело, что она не могла дышать, и слёзы не переставали литься. Она не понимала, что это за чувство, пока врач не сказал ей — она беременна. Узнав о беременности, она первой же реакцией решила прервать беременность, потому что не хотела иметь с ним ребенка… Они были братом и сестрой; у него была любимая, и у неё тоже была любимая, как же они могли быть вместе? И самое главное, он ей просто не нравился… ---------- Глава 1030 - 529: Дополнительно: Я хочу быть с тобой мужем и женой 2_2 Но когда она лежала на операционном столе, ожидая, пока врач проведет операцию, ее сердце, по необъяснимым причинам, замерло… Она сама не понимала почему, но в последний момент ей удалось сбежать с операционного стола… Она побежала до палаты, где находился Честер, и, глядя на него в коме, плакала изо всех сил… В тот день она ясно кое-что поняла. После этого она каждый день разговаривала с ним у его постели, рассказывая о ребенке, который рос у нее внутри, и надеясь, что он скоро проснется. Начиная с того времени, мысли о нем стали для нее самым частым занятием в бессонные ночи. "Скучать…" Тётя П.А. каким-то образом вошла и тихонько окликнула. Элис Робинсон вернулась к реальности: «Тетя ПА». Мать Алисы умерла, когда она родилась, поэтому она всегда считала свою няню, тетю ПА, самым близким человеком после отца. «Почему ты до сих пор не спишь?» — спросила тетя ПА. «Рэйчел только что уснула, а я как раз собиралась принять душ». Тетя П.А. села на край кровати: «Мисс, мистер Честер обещал помочь вам разобраться с судебным иском?» Алиса кивнула: «Мой брат мне обещал, и он обязательно это сделает». В этот момент тётя П.А. тяжело вздохнула. Увидев вздох тёти П.А., Алиса не удержалась и спросила: «Тётя П.А., что с вами не так?» Тетя П.А. пристально посмотрела на Алису, словно долгое время мучилась внутренними переживаниями, прежде чем наконец неуверенно произнесла: «Мисс, на самом деле я всегда знала о ваших отношениях с мистером Честером». Что? Глаза Алисы расширились от недоверия. Тетя П.А. медленно произнесла: «Я наблюдала, как ты рос, я заботилась о твоей повседневной жизни, как я могла не знать, что мистер Честер часто оставался у тебя на ночь…» "Тетя ПА…" Тетя П.А. слегка улыбнулась, глядя на мирно спящую Рейчел в колыбели: «Когда мистер Дэвид вернул мистера Честера, я поняла, что он не его биологический сын, потому что мистер Честер совсем на него не похож. Говорят, что мистер Честер похож на твою мать, но это только потому, что никто не смеет сомневаться в его происхождении… Видишь ли, моя дорогая, она так похожа на мистера Честера, ее рот и нос точно такие же, как у мистера Честера, даже интеллект у нее как у мистера Честера». Элис медленно опустила голову, ее голос был несколько хриплым: «Тетя П.А., ребенок появился на свет случайно, я сама выбрала его… это никак не связано с ним». "Ты просто позволишь ему так с тобой обращаться?" Алиса быстро покачала головой: «Он со мной не обижался». «Игнорировать тебя и Рэйчел — это плохо с тобой обращаться!» Элис встала, села рядом с тетей П.А., обняла ее и умоляюще сказала: «Тетя П.А., пожалуйста, никому об этом не рассказывай… мы с ним договорились, Рейчел — моя дочь, мы просто брат и сестра, и в будущем мы не будем общаться». Тетя П.А. протянула руку и взяла Алису за руку: «Мисс, почему вы не подумали о создании семьи с мистером Честером? Какая разница, что вы брат и сестра? Вы могли бы официально расторгнуть родственные отношения, а затем уехать в страну, где вас никто не знает, зарегистрироваться как пара… вы могли бы стать мужем и женой!» Алиса упрямо покачала головой: «Это невозможно…» Тетя П.А. крепко схватила Алису за плечи и серьезно сказала: «Мисс, поверьте мне, наблюдая за мистером Честером все эти годы, я чувствую, что его любовь к вам определенно не просто братско-сестриная любовь… Видите ли, вы на этот раз обратились к нему за помощью в Т-Сити, и в конце концов он согласился уладить этот вопрос за вас, что показывает, что он по-прежнему заботится о вас, как и прежде… Почему бы вам не поговорить с мистером Честером? Возможно, он просто еще не разобрался в своих чувствах… Вы должны знать, что мужчины всегда медленнее реагируют на эмоции, чем женщины…» P.S.: Поедет ли Алиса к Честеру, чтобы прояснить ситуацию? Как отреагирует Честер? Это станет ясно в следующей главе, она стоит того, чтобы ее прочитать. Адвокат Честера напрямую взялся за дело Алисы. На третьем судебном заседании адвокат Честера успешно оспорил отцовство Дэвида, обвинив Робинсона и других в фальсификации, что привело к очередной задержке в судебном процессе. Окончательное судебное разбирательство состоится на следующей неделе, где будут рассмотрены доказательства обеих сторон для вынесения окончательного вердикта. Получив такой результат, Алиса была вне себя от радости, почувствовав, как наконец-то рассеялись давние тревоги на ее лице, и ощутив полное расслабление. Адвокату Честера ее участие было совершенно не нужно, ей нужно было просто дождаться результата, адвокат Честера возьмет на себя весь процесс, и они заверили ее, что обязательно выиграют дело. Честер сдержал своё обещание… Её прекрасная жизнь наконец-то станет беззаботной. Теперь, когда у Алисы появилось свободное время, у нее наконец-то появилась возможность побыть с Рейчел. В последнее время она мало времени проводила с дочерью из-за судебного процесса, и в её сердце постоянно присутствовало чувство вины. Сейчас Рейчел играет с куклами Барби в гостиной, а Элис наблюдает за ней. Все эти куклы Барби остались у Кита Энтони с тех пор, как он их привёз, и, по словам Кита Энтони, это были подарки от Честера, но кто знает, правда ли это. «Мама, я хочу… одеть Барби в этот наряд…» Рейчел очень любила этих кукол Барби и даже поручала Алисе переодевать Барби. "Хорошо." Будучи ребенком, который сам когда-то обожал кукол Барби, Алиса умело переодевала их. Увидев, как Алиса переодевает куклу Барби, Рейчел радостно захлопала в ладоши: ​​«Мамочка… потрясающе!» Алиса с удовлетворением погладила маленькую головку своей дочери. «Мама, мне нравится дядя…» «Что?» — внезапно произнесённые слова ребёнка ошеломили Алису. — «Что ты сказала? Тебе нравится дядя?» Рейчел кивнула, взяла куклу Барби и невнятно произнесла: «Дядя ей её подарил». Алиса мягко улыбнулась и кивнула: «Да, твой дядя тебе это подарил». Рейчел моргнула, полная надежды, и спросила: «Дядя снова придет?» «Э-э…» Лицо Алисы слегка напряглось. «Рэйчел, дядя очень занят, он придет, когда у него будет время». «Ох». Рейчел продолжала играть с куклами Барби, и вдруг ей в голову пришел вопрос. Она подняла большие глаза и посмотрела на Алису: «Мама, а дядя папа?» «Что?» Совершенно не готовая к вопросу дочери, Алиса опешилась на месте. «Э-э, нет, как дядя может быть папой?» Прекрасное личико Рейчел тут же сморщилось: «Но мама сказала, что дядя — это папа…» ---------- Главы 1031–530: Дополнительная история: Я хочу быть с тобой парой 3 Элис Робинсон тихо сказала: «Мама… когда это мама такое говорила?» Рейчел наклонила голову и сказала: «В тот день… в тот день, когда дядя… дядя пришел…» Рейчел, еще только учившаяся говорить, испытывала трудности со многими словами, но в этот момент она могла говорить так четко. В этот момент Элис Робинсон поставила куклу Барби, которую держала в руках Рейчел, взяла Рейчел к себе на колени и серьезно объяснила ей: «Дорогая, ты все неправильно поняла… Мама никогда не говорила тебе, что дядя — это папа… Дядя — это просто дядя, он мамин брат, он не папа…» Рейчел протяжно произнесла «О» и молча опустила взгляд. "Что случилось?" Рейчел приподняла свои длинные, веерообразные ресницы, непоколебимо посмотрела на Элис Робинсон и наивно сказала: «Мамочка… мне нравится… дядя…» Элис Робинсон была весьма озадачена: «Почему?» Разве этот слабак и Честер Робинсон не встречались всего дважды? Рейчел покачала головой, не в силах что-либо объяснить. Элис Робинсон спросила: «Твой дядя тебе что-нибудь сказал?» Рейчел по-прежнему качала головой. Элис Робинсон была еще больше смущена. В это время к Алисе Робинсон подошла тетя П.А., доброжелательно улыбаясь: «Рейчел, должно быть, покорили игрушки мистера Честера, поэтому она и говорит, что ей нравится мистер Честер». Элис Робинсон кивнула и поцеловала Рейчел: «Ей всегда было легко найти удовлетворение». Тетя ПА добавила: «Однако это также может быть связано с естественным кровным родством, между отцом и дочерью всегда существует естественная близость…» Элис Робинсон опустила голову и слегка улыбнулась, больше ничего не сказав. Днём, пока Рейчел дремала, Элис Робинсон пошла в комнату Честера Робинсона. Комната всегда предназначалась для Честера Робинсона, поэтому ее убирали каждый день, и в ней всегда было очень чисто. Элис Робинсон замерла в комнате, и спустя долгое время велела служанке, стоявшей позади нее: «Уберите отсюда!» "Да." Затем две горничные подошли и начали собирать вещи в комнате. Элис Робинсон молча сидела на краю кровати, наблюдая, как горничные складывают все его вещи в картонные коробки. Однако, когда горничные открыли шкаф и собирались положить костюмы и рубашки Честера Робинсона в коробки, Алиса Робинсон внезапно крикнула: «Подождите». Служанки тут же прекратили свою работу и отошли в сторону. Элис Робинсон подошла к шкафу, ее взгляд был прикован к галстуку в ящике. После нескольких секунд колебания она достала галстук из ящика. Это был полосатый галстук, и среди всех галстуков в этом ящике он ничем особенным не выделялся, тем не менее, он лежал отдельно в квадратном отделении. Элис Робинсон молча посмотрела на этот галстук, и на мгновение в ее памяти всплыло давно забытое воспоминание. «Почему тебе вдруг пришло в голову подарить мне галстук?» Рано утром, перед зеркалом в полный рост, он спросил, завязывая галстук. Она, в пижаме, встала с постели и сказала: «Вчера, кажется, был твой день рождения, я вдруг вспомнила, подумала, что этот галстук тебе нравится, поэтому купила его». Он внезапно протянул свои длинные руки и обнял её. Она вздрогнула и похлопала его по плечу: «Что ты делаешь?» Честер Робинсон обнял её за талию, прислонил подбородок к её лбу и тихонько усмехнулся: «Жена же дарит галстук мужу, не так ли?» «Эй, не стоит слишком много об этом думать… Я просто подарила тебе это спонтанно». Она резко оттолкнула его, ей не понравился блеск в его глазах. «Даже если это было спонтанно, я все равно буду бережно хранить это всю жизнь, может быть, однажды ты лично завяжешь его для меня?» Она скривила лицо и сказала: «Ты мечтаешь. Я буду завязывать галстук только для своего будущего мужа». В этот момент воспоминание прервалось, и Алиса Робинсон поняла, что все служанки пристально смотрят на нее. Затем она положила галстук обратно в ящик, сказав: «Не трогай вещи в этом ящике, собери все остальное». "Да." Элис Робинсон продолжала сидеть на краю кровати, наблюдая, как горничные по крупицам упаковывают его вещи в коробки. В данный момент настроение Алисы Робинсон было действительно ужасным; ей казалось, что с каждой вещью, которую служанки клали в коробку, часть ее сердца опустошается. В конце концов, когда все его вещи были упакованы в коробки, оставив комнату пустой и опустошенной, сердце Элис Робинсон чувствовало то же самое — пустоту и сильное чувство дискомфорта. Служанки вынесли все коробки, а Элис Робинсон, все еще ошеломленно сидя на краю кровати, смотрела в никуда. Вечером. Рейчел капризничала и настаивала, чтобы Элис Робинсон уложила ее спать. У Элис Робинсон не оставалось иного выбора, кроме как взять Рейчел на руки и ходить по комнате, пока Рейчел сладко не уснула у нее на руках. Испытывая огромное удовлетворение, глядя на спящего у себя на руках ребенка, Элис Робинсон не смогла удержаться и поцеловала Рейчел. ---------- Глава 1032 - 530: Дополнительно: Я хочу быть с тобой мужем и женой 3_2 Когда Алиса укладывала Рейчел в колыбель, она вдруг вспомнила, что Рейчел сказала ей ранее в тот день. Рейчел видела Честера всего дважды с момента своего рождения, но чувствовала с ним сильную связь. Неужели это действительно кровная связь между отцом и дочерью? Что ей следует сделать? Она еще может обмануть ребенка, но как ей ответить, когда Рейчел вырастет и спросит об отце? Алиса вздохнула и села рядом с колыбелью. Она невольно снова вспомнила о Честере. Вспоминаю сцены под дождем, которые произошли несколько дней назад... В конце концов, он не оставил ее одну под дождем; он не только отнес ее домой, но и лично измерил ей температуру... Он по-прежнему заботился о ней, как и прежде. При мысли об этом по ее сердцу пробежал теплый гребень, и на губах появилась легкая улыбка. Внезапно ей в голову пришла мысль... Он ведь всё ещё неравнодушен к ней, не так ли? Если ему действительно было все равно, почему он не позволил ей остаться под дождем? По сей день он не отказал ни в одной из её просьб, что, по-видимому, также свидетельствует о его заботе... Может быть, как сказала тётя П.А., он просто не видит своё собственное сердце ясно? Подумав об этом, Алиса энергично покачала головой. Почему она думала всё дальше и дальше? На следующий день. Алиса еще не проснулась, когда услышала шум внизу. Она приподнялась в постели, смутно слыша голоса внизу, принадлежавшие ее дяде Робинсону и тете Миранде Робинсон. Раздраженная, она защипнула нос, прежде чем слуга постучал в дверь... Одевшись и освежившись, Алиса спустилась на первый этаж. Ее дядя и тетя уже сидели на диване в гостиной, демонстрируя властный вид. Алиса вежливо поприветствовала их, как и прежде: «Дядя, тётя». Робинсон усмехнулся: «Ты всё ещё помнишь, что нужно называть меня дядей, да?» Миранда нетерпеливо сказала: «Брат, перестань тратить на нее время, просто скажи это...» Алиса спокойно посмотрела на своих бывших родственников, увидев в их глазах лишь хищников. «Алиса, ты вполне способна. Нанятый тобой адвокат легко опроверг имеющиеся у нас доказательства, перевернув дело с проигравшей стороны на сторону победителя... Похоже, ты хорошо подготовилась к финальному судебному процессу, не так ли?» Элис легкомысленно ответила: «Дядя, я уже обсуждала это с вами раньше... Если бы вы согласились принять тридцать процентов активов семьи Робинсонов, нам не пришлось бы решать этот вопрос в суде». «Тридцать процентов?» — фыркнула Миранда недовольно. — «Элис, учитывая, сколько людей в семье Робинсонов, ты собираешься уволить нас, получив всего лишь тридцать процентов акций? Какая же ты щедрая!!» «Тетя, вы должны хорошо знать, что доход семьи Робинсонов поступает от нескольких виноделен, которыми мы управляем во Франции, а винодельня Paris Jones — наша старейшая и самая прибыльная, составляющая семьдесят процентов активов нашей семьи... Папа однажды сказал, что эту винодельню следует унаследовать и сохранить, чтобы право собственности перешло к нашему поколению, а остальные тридцать процентов активов, которые я вам предлагаю, — это справедливо и разумно; даже если бы отец был жив, он бы поступил так же». «Не используй своего папу, чтобы давить на меня…» — рассердился Робинсон, — «Твой папа даже не был членом семьи Робинсонов!!» Алиса холодно рассмеялась: «Дядя, вы действительно верите, что выдуманная вами ложь может стать реальностью?» «Вы…» Робинсон мгновенно потерял дар речи. Элис холодно рассмеялась: «Дядя, тётя, вы сговорились выдумывать ложь о том, что папа не является членом семьи, чтобы завладеть всем имуществом Робинсонов. Считаете ли вы, что имеете право так поступать со своей собственной кровью?» Миранда усмехнулась: «Элис, даже если мы сфабриковали ложь, похоже, семейное имущество и тебе не достанется!» Алиса была ошеломлена. Робинсон тут же вмешался: «Верно, даже если это наследство, наследником имущества Робинсонов, похоже, является твой брат, Честер, не так ли?» «Я прекрасно понимаю... Мой брат возьмет на себя управление семейным бизнесом». Робинсон и Миранда обменялись взглядами, и наконец Миранда заговорила: «Элис, если мое расследование верно, то, похоже, Честер возвращался домой только один раз за последние два года, не так ли?» «Мой брат был занят делами больницы». Робинсон скептически прищурился: «Правда? Почему мне кажется, что Честер полностью отдалился от семьи Робинсонов?» «Ты несёшь чушь». «Если я несу чушь, то как вы объясните безразличие Честера к вам за последние два года, и почему Честер недавно послал людей, чтобы тайно помочь нам получить права наследования на имущество Робинсонов?» Элис изо всех сил старалась подавить смятение в сердце, объясняя с абсолютным спокойствием: «Мой брат не был ко мне равнодушен; я всего несколько дней назад ездила в Т-Сити, чтобы обсудить с ним судебный процесс. Что касается тайной помощи в получении активов, это чистая выдумка…» «Тебе не стыдно произносить эти слова?» Робинсон злобно посмотрел на Алису. «Алиса, есть кое-что, чего я не хотел говорить, но раз уж мы уже сорвали маски, мне придётся это сказать… Всегда ходили слухи, что Честер не был биологическим сыном моего брата, и я всегда подозревал это, но пока мой брат был жив, все его боялись, поэтому никто не смел об этом говорить. Но после его смерти я заметил некоторые следы…» Алиса почувствовала, как её тело дрожит, и нерешительно спросила: «Что... что ты заметила?» Робинсон сказал: «Элис, ваши отношения с Честером далеки от отношений просто брата и сестры!» Элис тут же пришла в ярость: «Робинсон, не говори глупостей!!» — Чепуха? — Робинсон усмехнулся. — Элис, когда вы с Честером жили совсем рядом, все думали, что это просто братско-сестринская привязанность. Но после смерти моего брата ваша близость стала более очевидной... Если я правильно помню, в то время, когда умер мой брат, вы постоянно были в Т-Сити с Честером; вы везде ходили вместе, ели и спали вместе, скорее как влюбленные, чем как брат и сестра... Элис знала, о каком времени говорил Робинсон: это было время, когда Честер имел дело с Говардом Джеффри и Скайлером Джонсом, и в тот период она действительно была рядом с Честером. ---------- Главы 1033–531: Дополнительная история: Я хочу выйти за тебя замуж 4 «Робинсон, не порочи меня и моего брата; мы всегда были близки с детства и никогда не состояли в таких отношениях, как ты предполагаешь». «Элис, ты боишься, что мы затронем тему твоего романа с Честером?» — в этот момент заговорила Миранда. Элис стиснула зубы: «Я не хочу слушать твою чушь… Тётя ПА, выгони их отсюда». "Да." Тётя ПА выступила вперёд. Однако в этот момент Миранда встала: «Вам не нужно нас сопровождать, мы можем уйти сами». Робинсон тоже встал, сохраняя холодную усмешку: «Элис, мы не можем быть уверены, что Честер действительно Робинсон, но твоя дочь Рейчел… она очень похожа на Честера, не правда ли? Ты говоришь, что бесконечно и безуспешно пыталась завоевать Говарда Джеффри, никогда не любя другого мужчину, тогда как же у тебя вдруг появилась дочь? Чем больше я смотрю, тем больше Рейчел похожа на Честера… скажи мне, может быть, ваши отношения с Честером изменились, и поэтому Честер бросил тебя и Рейчел, оставив тебя одну у Робинсонов?» Лицо Алисы уже побледнело; она изо всех сил старалась сохранять спокойствие, стиснув зубы, и ответила: «Робинсон, вы знаете, что клевета — это серьезное преступление?» Невозмутимый Робинсон сказал: «Ты знаешь, порочу я тебя или нет… Элис, я просто хочу сказать тебе, что если ты готова отказаться от активов семьи Робинсонов, я сохраню репутацию семьи. Независимо от того, Робинсон ты или нет, твой роман с Честером — это скандал, и я не хочу, чтобы столетняя репутация семьи Робинсонов была разрушена. Я могу даже предложить тебе десять процентов активов семьи Робинсонов, но если ты не хочешь или считаешь, что тебе нечего скрывать, то приготовься к тому, что я передам это дело судьям. Судья неизбежно потребует ДНК-теста, чтобы подтвердить права Честера на наследство от моего покойного брата… Представь, Честер, всемирно известный врач и, как говорят, тайный президент «QCS», если он действительно сын моего брата, твой роман с Честером станет всемирным скандалом. Но если он не сын моего брата, тогда ты будешь посмешищем… Подумай хорошенько, будешь ли ты оберегать это богатство или защищать и свое, и свое собственное?» А что насчет шаткой репутации Честера? «Что нам делать?» — тётя П.А. нервно расхаживала по вилле, обращаясь к Алисе: «Мисс, если Робинсон это раскроет, пострадает не только ваша репутация и репутация мистера Честера, но Робинсон также может завладеть семейным имуществом». Согласно многовековой семейной традиции Робинсонов, семейное имение всегда переходит к старшему законному сыну; если Честер не является биологическим сыном Дэвида Робинсона, то имение должно быть передано в управление Робинсона, оставляя Алисе лишь небольшую его часть. «Тетя ПА, перестань ходить взад-вперед, это только усиливает мое беспокойство». Элис сидела на диване, прикрывая лоб рукой, и говорила это. Тетя П.А. быстро кивнула: «Мисс, я просто волнуюсь за вас». «Не волнуйтесь, я найду решение», — успокоила Алиса. Тетя П.А. продолжила: «Мисс, почему бы нам не сообщить мистеру Честеру? Ваш дядя нацелился на семейное имение, потому что мистера Честера нет рядом… если бы мистер Честер был здесь, он бы не посмел вас запугивать, и у мистера Честера наверняка был бы способ решить текущие проблемы». Алиса выпрямилась, спокойно посмотрела на тетю П.А. и сказала: «Тетя П.А., я же тебе говорила, я больше не могу на него полагаться, я больше не с ним». Тетя П.А. нахмурила брови: «Даже если адвокат, нанятый мистером Честером, поможет вам выиграть судебный процесс, если Робинсон раскроет происхождение мистера Честера и преувеличит ваши родственные связи с ним, судебный процесс в конечном итоге проиграется, и ваша репутация пострадает… это дело касается не только вас, это также касается и мистера Честера, вам следует сообщить ему об этом». «Но я не хочу ему звонить…» — Алиса медленно опустила голову, — «Ты не понимаешь, он не хочет, чтобы у меня были какие-либо отношения с ним». «Ты так думаешь…» — тут же ответила тетя П.А. — «Мне показалось, что в глазах мистера Честера все еще читалась забота, когда он приезжал в прошлый раз». Элис покачала головой: «Вообще-то, в последний раз он приходил по поводу опеки над Рейчел. Он сказал, что может помочь мне выиграть дело против моего дяди, если я откажусь от прав на опеку над Рейчел». Тётя П.А. в шоке широко раскрыла глаза: «Неужели мистер Честер согласился помочь вам выиграть судебный процесс, потому что вы отказались от опеки над Рейчел…?» Прежде чем тётя ПА успела закончить, Алиса перебила: «Нет, я с ним не согласна. Я поехала в Т-Сити только для того, чтобы в последний раз попросить его о помощи». ---------- Глава 1034 - 531: Дополнительная история: Я хочу выйти за тебя замуж 4_2 Тетя П.А. вздохнула с облегчением, услышав: «Я же говорила тебе, мистер Честер все равно о тебе заботится». «Я не знаю… Я уже договорился с ним, что если он поможет мне выиграть этот судебный процесс, я больше никогда перед ним не предстану». «Мисс…» — тётя П.А. села рядом с Алисой. — «Можно задать вам вопрос?» "Мм." «Вы уже высказали свои чувства мистеру Честеру?» «Чувства?» — Алиса на мгновение опешилась, а затем сказала: «Тетя П.А., о чем вы говорите? У меня нет никаких чувств». Выражение лица тёти П.А. помрачнело: «Ты всё ещё от меня прячешься?» "Я…" «Я наблюдала, как ты росла. Думаешь, я не знаю, нравится ли тебе мистер Честер?» Алиса замолчала. Спустя долгое время она наконец сказала: «Нравится он мне или нет, но в его сердце уже есть тот, кого он любит. Между нами невозможно быть». «А что, если человек, которого он любит всем сердцем, — это ты?» — серьезно спросила тетя ПА. Алиса тут же покачала головой: «Невозможно… Я лучше всех знаю, насколько сильно ему нравится этот человек». «Но и забота, которую мистер Честер проявлял к вам на протяжении многих лет, тоже была искренней». «Это потому, что у меня есть определенные качества, которые напоминают женщину, которая ему нравится… все эти годы он просто относился ко мне как к этому человеку». Тетя П.А. сказала: «Я не верю, что мистер Честер видит в тебе просто замену… если бы это было так, почему он звал бы тебя по имени и был бы с тобой каждую ночь?» Слова тёти П.А. заставили Алису резко поднять взгляд, её лицо неловко покраснело: «Тётя П.А., вы…» Тетя П.А. неловко произнесла: «Простите, мисс… В тот вечер, когда я пошла вас искать, я обнаружила, что вас нет в комнате. Позже я проходила мимо комнаты мистера Честера и случайно услышала внутри какие-то звуки, поэтому я приложила ухо к стене и прислушалась на мгновение…» Лицо Алисы так покраснело, что она не могла поднять голову: «Перестань говорить, тётя П.А.». Тетя П.А. протянула руку, чтобы взять Алису за руку, и торжественно сказала: «Если у мистера Честера действительно нет к тебе никаких чувств, почему он с тобой? Я считаю, что мужчина совершенно не заинтересован в женщине, которая ему безразлична». "Но…" «Никаких «но», мисс… Вы даже не признались мистеру Честеру в своих чувствах, что заставляет вас быть такой уверенной, что он не испытывает к вам никаких чувств? А что, если мистер Честер отдалился от вас, потому что думает, что вы были так увлечены Говардом Джеффри, и считает, что у вас нет к нему никаких чувств?» Вопросы тети ПА лишили Алису дара речи. Тетя П.А. продолжала уговаривать: «Мисс, воспользуйтесь тем, что Робинсон на этот раз устраивает неприятности, снова поезжайте в Т-Сити… Расскажите мистеру Честеру все ясно, независимо от результата, вы не будете ни о чем жалеть всю жизнь. Но если вы будете хранить свои слова в сердце и никогда их не произнесете, вы никогда не узнаете, что на самом деле чувствует мистер Честер, и, возможно, вы двое упустите шанс на судьбоносную встречу». По ночам Алиса прислонялась к изголовью кровати, снова и снова вспоминая слова тети П.А. Тётя П.А., очевидно, заметила, что Рейчел будет тяжело справляться с заботой в одиночку, поэтому она всегда старалась свести её с мистером Честером… Но ей никогда не приходило в голову признаться мистеру Честеру в своих чувствах. Как же ей признаться? Одна мысль о том, чтобы встать перед ним и раскрыть свои сокровенные мысли, лишила её смелости… Она никогда не была такой нерешительной, но перед ним она не могла сохранять спокойствие и самообладание. В конечном итоге, это произошло потому, что она поняла, что не уверена в себе перед ним. Она уже давно знала, как он к ней относится… В глубине души она была высокомерной и капризной, с эксцентричным характером, лишенной всякой доброты; она просто не могла сравниться с богиней в его представлении… Но действительно ли он понимает её характер? Нет, он её не очень хорошо понимает… Он не знает некоторых вещей, но если бы она ему рассказала, он бы понял, что она не такая, какой он её себе представляет; просто зачастую она не хочет меняться… потому что не хочет по-настоящему стать заменой этому человеку. Однако слова тети П.А., казалось, пробудили ее. Да, ей следует объяснить ему свои чувства… Если тебе кто-то нравится, и этот человек тоже к тебе неравнодушен, почему бы не попробовать признаться ему в своих чувствах? Как сказала тетя П.А., когда он был с ней, он называл ее по имени, что показывало, что он не воспринимал ее как замену, а был в здравом уме… Кроме того, если бы ему действительно было все равно на нее, он мог бы смотреть на нее под дождем, не моргнув глазом, но почему он почувствовал себя обязанным позже вернуться? Когда он увидел, что она больна, он наконец смягчился и согласился на ее просьбу; это, кажется, демонстрирует его заботу… Действительно, ей не следует подавлять чувства, которые она хочет выразить в глубине души… Она должна прямо рассказать ему обо всех своих чувствах, она должна произнести все слова, которые глубоко запрятаны в её сердце… Как только она это произнесёт, её и его концовка могут поменяться местами, или же её ждёт полное поражение, но по крайней мере она попытается; а если она не скажет, то потерпит полное поражение… Она больше не может этого избегать, ей нужно набраться смелости ради себя и своей дочери, она должна сказать ему своими словами, что он ей нравится, что она хочет стать его женой. После ночи раздумий Алиса наконец приняла решение. Тётя ПА обрадовалась её решению и быстро помогла ей купить билет до T City. Перед тем как отправиться в Т-Сити, Элис, конечно же, собиралась сначала позвонить Киту Энтони. Кит, очевидно, был удивлен, когда ему позвонила Алиса, но очень обрадовался: «Мисс Алиса». Алиса, сидя на диване, тепло спросила: «Ассистент Энтони, где мистер Честер?» Кит ответил: «Босс всё ещё в Т-Сити, на этой неделе он занят несколькими операциями, и как только в больнице через несколько дней не будет большой загруженности, он поедет в Нью-Йорк». "Ой…" «Что случилось? Мисс Элис, вы хотите позвать босса по какому-то вопросу?» «Я… я хочу поехать в Т-Сити, чтобы снова увидеть мистера Честера». Услышав слова Алисы, Кит был несколько ошеломлен и медленно произнес: «Мисс Алиса, вы не забыли, что вам сказал босс?» "Я…" Кит поспешно сказал: «Мисс Элис, вы же знаете характер босса, он может и не захотеть вас видеть… Если вам понадобится помощь, я постараюсь сделать все возможное; конечно, если вы настаиваете на встрече с боссом, я не буду вам препятствовать, я просто беспокоюсь, что босс…» «Ассистент Энтони, я не буду безрассудно ехать к мистеру Честеру, есть проблема с судебным иском, я хочу четко объяснить ее мистеру Честеру». Кит с беспокойством спросил: «Есть ли какие-либо проблемы с этим судебным иском?» Элис тут же объяснила Киту ситуацию с тем, что Робинсон к ней подошел. Услышав это, Кит сердито стиснул зубы: «Этот проклятый Робинсон напрашивается на неприятности». ---------- Главы 1035-532: Дополнительно: Когда дочь нежно обнимает его Элис сказала: «Кит, вот в чем дело, надеюсь, ты сможешь объяснить это моему брату…» «Это касается вашей репутации и репутации вашего начальника. Думаю, лучшее решение — встретиться с начальником, а затем подумать над решением… Если вы не обсудите это лично, боюсь, во время судебного разбирательства Робинсон обнаружит несоответствия». «Да, пожалуйста, передайте моему брату… если он захочет со мной увидеться, я готова прилететь в Т-Сити, чтобы обсудить это с ним. Если он не захочет со мной встречаться, пожалуйста, найдите способ решить эту проблему. Я уже в отчаянии, не знаю, что делать», — сказала Элис. «Хорошо, мисс Элис, я сейчас же пойду поговорю с боссом». Элис только что закончила разговор с Китом Энтони, когда подошла тетя А.А. и держала на руках Рэйчел. «Мисс, вы ещё не решили, ехать ли в Т-Сити!» Элис забрала Рейчел у тети ПА, поцеловала дочь и сказала: «После того, как он пообещал помочь мне с судебным процессом, я не буду опрометчиво появляться перед ним… Я уже попросила помощника Энтони рассказать ему о текущей ситуации. Если он захочет со мной договориться, я поеду в Т-Сити, чтобы встретиться с ним. Если он не захочет, я подожду его решения в Париже». Тетя П.А. нахмурилась: «Если мистер Честер не хочет тебя видеть, ты не собираешься ехать в Т-Сити, чтобы повидаться с ним и сказать ему свои искренние слова?» "Да." Тётя П.А. недоверчиво покачала головой: «Ты пожалеешь об этом». Алиса тоже покачала головой, а затем слабо улыбнулась тете П.А.: «Честно говоря, у меня есть предчувствие, что шансы быть с ним очень малы. Но я не трусиха, я готова бороться за себя. Поэтому, если он захочет увидеть меня на этот раз, я обязательно скажу ему то, что хочу сказать в глубине души. Но если он не захочет меня видеть, тогда пусть я сохраню последние остатки своей гордости перед ним». Тетя П.А. тихо вздохнула: «Ну и что? Если мистер Честер действительно не хочет тебя видеть, это значит лишь то, что я ошибалась насчет него…» Кит почтительно открыл дверцу машины для Честера Робинсона. Честер сидел в машине, слегка нахмурив брови: «Разве я не говорил, чтобы не приезжали в больницу?» Личность Кита была раскрыта много лет назад, когда Честер помогал Ребекке Квентин, поэтому, если бы кто-то увидел Кита, работающего на Честера, весь мир узнал бы, что Честер — босс «QCS». Тогда у Честера не было бы возможности продолжать работать в больнице. «Босс, у меня срочное дело», — поспешно сказал Кит, садясь за руль. Честер откинулся на спинку сиденья, чувствуя некоторую усталость после только что закончившейся операции. «Без колебаний расскажи мне, что происходит», — тихо сказал он. Кит поспешно сказал: «Вот в чём дело, босс… Мне только что позвонила мисс Элис. Она сказала…» Кит рассказал Честеру всё, что ему объяснила Элис. Выслушав это, Честер, нахмурив брови, сказал: «Если бы у Робинсона были доказательства, он бы давно их представил судье. Его угрозы в адрес Элис сейчас лишь доказывают, что у Робинсона нет доказательств того, что я не принадлежу к семье Робинсонов… Без доказательств Робинсон не посмел бы говорить опрометчиво». «Босс, вы хотите, чтобы мисс Элис осталась с вами на некоторое время? Боюсь, Робинсон может доставить неприятности мисс Элис и мисс Рейчел в это время. Как вы знаете, Робинсон очень зловещий и коварный. А если он попытается заполучить ДНК Рейчел, то…» Выражение лица Честера изменилось с глубокого на ледяное: «Алиса просила тебя это сказать?» Кит тут же занервничал: «Нет, нет… Босс, это я попросил мисс Элис приехать в Т-Сити, чтобы встретиться с вами, но мисс Элис отказалась. Она сказала, что не нарушит своего обещания, если вы сами не захотите ее увидеть». «Мама, я хочу печенье в форме медвежат…» "Хорошо." «Мама, я тоже хочу желе, которое можно сосать…» "Мм." "Мама…" В супермаркете Алиса толкала тележку, а Рейчел сидела внутри и неспешно делала покупки. Хотя проблемы Робинсона беспокоили Элис, она не хотела упускать возможность провести время с Рэйчел. Сегодня утром, когда Рейчел настояла на том, чтобы выйти за закусками, Элис вывела ее на улицу. Спустя некоторое время у матери и дочери уже была полная тележка покупок. «Маленькая обжора, если будешь так много есть, можешь вырасти в пухленькую девочку». Вынося сумки с покупками из супермаркета, Алиса игриво упрекнула дочь. Рейчел держала Алису за руку и радостно подпрыгивала. Водитель припарковал машину на обочине дороги, тетя ПА уже ждала у двери. Служанка рядом с ними взяла сумки с покупками из рук Алисы. Как раз когда Алиса собиралась отнести Рейчел к тете П.А., Рейчел неожиданно вырвалась из рук Алисы и радостно побежала к тете П.А. Тётя ПА присела на корточки, готовая принять Рейчел… Алиса улыбнулась, наблюдая за неуверенной походкой дочери, и на мгновение забыла обо всех своих заботах. Но никто не ожидал, что в тот момент, когда Рейчел побежала к тете ПА, внезапно промелькнула темная фигура и похитила Рейчел… Прежде чем Элис и все остальные успели отреагировать, Рэйчел уже похитили и затолкали в служебный автомобиль… Машина пронеслась мимо глаз Алисы… Алиса, бросившись за ними, крикнула: «Рэйчел!!» Тетя П.А. и другие тоже бросились в погоню, когда пришли в себя, но машина уже скрылась из виду. Никто не ожидал, что кто-то дерзко похитит Рейчел средь бела дня. Внезапно ситуация вышла из-под контроля, одни вызвали полицию, другие бросились в погоню… Тетя П.А. и слуги семьи Робинсонов следовали за ними, обыскивая окрестности, словно муравьи на раскаленной сковороде… Ранее, преследуя Рейчел, Элис вывихнула лодыжку и теперь слабо присела на корточки. "Рэйчел, Рэйчел…" — пробормотала Элис, и слезы уже навернулись ей на глаза. Неподалеку тетя П.А. увидела, как Алиса безудержно рыдает, и бросилась ей на помощь: «Мисс…» «Не обращайте на меня внимания, идите скорее найдите Рейчел…» Таким образом, тётя ПА отпустила Алису и побежала к перекрёстку, чтобы спросить прохожих. Многие видели, как Рейчел увозили на машине, но никто не знал, куда в итоге направилась эта машина… Вскоре водитель, преследовавший машину, тоже вернулся на своей машине, потому что потерял из виду автомобиль, в котором уехала Рэйчел… Когда водитель сказал Алисе, что Рейчел увезли на машине, Алиса окончательно сломалась, игнорируя все уговоры слуг, и отчаянно закричала, желая найти Рейчел… В этот момент перед Алисой появился Кит, держа на руках Рейчел. Рейчел все еще сжимала в руках только что купленный леденец, но теперь она явно была в ужасе, и ее бледное лицо звало Алису: «Мамочка…» Увидев Рэйчел, Элис бросилась вперед, выхватила ее из рук Кита и крепко обняла. "Рэйчел…" Элис крепко обняла Рейчел, и слезы потекли еще ручьем. Кит сказал: «Всё в порядке, мисс Элис, мы здесь». Алиса больше ни о чём не заботилась; она целовалась и смеялась, обнимая Рейчел, погруженная в радость воссоединения. Спустя долгое время Элис села на заднее сиденье вместе с Рейчел, которая уснула, и Китом. Размышляя о недавней опасности, Элис с благодарностью сказала Киту: «Спасибо, что спас Рэйчел. Если бы не ты, я бы действительно не знала, что делать…» Кит ответил с улыбкой: «Не нужно быть со мной такими вежливыми, мисс Элис…» Алиса фыркнула и спросила: «Кстати, а зачем ты здесь?» «Я здесь, чтобы защитить тебя». "Хм?" — Алиса растерянно покачала головой. Кит серьезно объяснил: «В тот день, когда ты позвонила, чтобы рассказать мне об угрозах Робинсона, я сообщил боссу о ситуации… Тогда босс отправил меня в Париж, чтобы защитить тебя». "Ты хочешь сказать… мой брат попросил тебя прийти и защитить нас?" Кит кивнул: «Да… Босс прекрасно знает, что Робинсон способен на любые зловещие поступки. Он опасается, что Робинсон может причинить вред тебе и девушке, чтобы завладеть наследством, поэтому он послал меня защитить вас… Я не ожидал, что, как только я выследил вас и девушку в этом месте, я наткнулся на кого-то, уезжающего на машине. К счастью, моя команда быстро среагировала, заблокировала машину в двух перекрестках от нас и арестовала находившихся внутри людей». Алиса недоверчиво спросила: «Ты хочешь сказать, что Рейчел похитил мой дядя?» Кит ответил: «Да… Мы давно подозреваем, что у Робинсона могут быть злые намерения… В настоящее время у него нет доказательств того, что Рейчел — дочь босса, поэтому он, вероятно, попытается получить ДНК Рейчел, а затем и ДНК босса, хотя получить ДНК босса может быть сложно, поэтому его худший план — угрожать вам и боссу Рейчел…» Алиса прикусила губу, наклонила голову, чтобы поцеловать спящую малышку, и, с трудом сдерживая слезы, произнесла: «Должно быть, она была в ужасе». Кит тепло сказал: «Пока здесь босс, будьте уверены, мисс Элис, вы и мисс будете в безопасности». Алиса слегка улыбнулась: «Спасибо, помощник Энтони…» Кит сказал: «Сначала я отвезу тебя обратно на виллу, и там мы поговорим обо всем остальном». "Хорошо." После недавней опасности Элис ни на минуту не хотела отпускать Рейчел из виду. Сейчас она все еще держала на руках сладко спящую Рейчел, нервно сидящую на диване в прихожей. Кит сел напротив Элис и сказал: «Мисс Элис, я только что позвонил боссу… Он хочет, чтобы я отвёз вас с Рэйчел в Т-Сити». Слова Кейта повергли Элис в недоумение: «Что ты говоришь? Ты имеешь в виду… мой брат хочет, чтобы ты отвез меня и Рэйчел в Т-Сити?» Кит кивнул с улыбкой: «Да, мисс Элис, боссу не нравится ваше присутствие с Рэйчел в Париже. Он хочет, чтобы я на время отвёз вас с Рэйчел в Т-Сити, пока не закончится судебное разбирательство по делу, после чего я вас верну». После недавнего инцидента Алиса совсем не чувствовала себя в безопасности… Она никак не ожидала, что ее дядя и тетя, стремясь получить наследство, пойдут на такой жестокий поступок, как похищение… С разбитым сердцем Алиса посмотрела на Рейчел и с грустью произнесла: «Он лично сказал, что хочет, чтобы нас туда отвезли?» Кит кивнул: «Да, это действительно была личная просьба босса, иначе я бы не осмелился ослушаться его приказов». Алиса прикусила губу: «Когда мы уезжаем?» Кит сказал: «Сегодня днем… Чем раньше, тем лучше, у Робинсона есть определенное влияние здесь, чем дольше мы ждем, тем больше риск». Алиса кивнула: «Хорошо… я попрошу тетю ПА помочь мне собрать вещи». ---------- Главы 1036–533: Дополнительная история: Признание 1 "Хм." После того как Элис отнесла Рейчел наверх, один из подчиненных подошел к Киту Энтони и прошептал: «Помощник Энтони, похоже, босс послал нас сюда только присмотреть за Робинсоном, а не отвезти мисс Элис в Т-Сити. Не расстроится ли босс из-за вашего решения?» Кит Энтони бросил взгляд на своего подчиненного и сказал: «Чего ты боишься? Если начальник кого-то обвинит, я возьму ответственность на себя». Услышав это, подчиненный быстро замолчал, не смея сказать ничего больше. Днём Алиса одевала Рейчел, которая только что проснулась и находилась в состоянии оцепенения. Проснувшись, Рейчел уже забыла о событиях утра. Она встала на кровать, обняла Алису и кокетливо сказала: «Мамочка, я хочу немного сосать желе…» Алиса сказала: «Я дам тебе немного поесть позже, когда мы будем в машине». "В машине?" «Да». Приведя в порядок одежду Рейчел, Алиса обняла её хрупкое тело и серьёзно спросила: «Рейчел, разве ты не говорила в прошлый раз, что тебе нравится дядя?» Рейчел энергично кивнула: «Да». «Тогда мама хочет отвезти тебя к дяде. Можешь пообещать не говорить глупостей?» Рейчел наклонила голову, ее глаза широко раскрылись от невинности: "Глупышка?" «Как ты уже говорил в прошлый раз, насчет папы и дяди… Помни, дядя — это просто дядя, а не папа. Когда видишь дядю, не стоит окликнуть его неправильно, понял?» Рейчел очаровательно надула губки и пробормотала: «Но мама сказала, что дядя — это папа…» «О боже…» — Алиса хлопнула себя по лбу. — «Когда это мама сказала?» "Только…" «Хорошо, хорошо…» — Алиса успокоилась и терпеливо сказала: «Я повторю тебе ещё раз… Мама оговорилась; дядя — это просто дядя, а не папа… Помнишь, если ты будешь звать кого-то неправильно, мама отшлёпает тебя по попе, понял?» "Ой." «Хорошо, такая послушная». Элис поцеловала Рейчел в лицо, подняла дочь на руки и направилась к двери. «Мама сейчас отведет тебя к дяде…» "Мы летим?" "Да." "Вы принесёте печенье в форме медведей и сосочное желе?" «Конечно, я маленький гурман». Когда Элис и Рейчел прибыли на виллу Честера Робинсона, уже был вечер. Теплый свет в вилле вселял в Алису чувство уверенности. Страхи, которые она испытывала во Франции, здесь исчезли, и она почувствовала себя намного лучше. Слуги виллы разместили багаж Алисы и Рейчел на втором этаже, а Алиса осталась на первом, чтобы поиграть с Рейчел. Рейчел спала в самолете, поэтому теперь она оживилась. Элис дала Рейчел несколько игрушек, которые привезла из Франции, чтобы та могла поиграть на диване, а затем подошла к Киту Энтони и спросила: «Мой брат не дома?» Кит Энтони ответил: «Сегодня босс в больнице на операции; он может вернуться домой поздно». «О, он в последнее время был занят?» «Да, начальнику нужно провести несколько операций… После их завершения начальник отправится в Нью-Йорк, чтобы заняться делами компании; скорее всего, он пробудет в Нью-Йорке до конца года». "Ой…" «Мисс Алиса, вы голодны? Я попрошу слугу приготовить ужин для вас и вашей дочки». «Хорошо, спасибо». Затем Кит Энтони отступил. Элис вернулась к Рейчел и начала играть с ней на диване. Рейчел никогда раньше здесь не была, но не проявляла никаких признаков незнакомости; вскоре ей наскучили игрушки, и она захотела, чтобы Алиса погуляла с ней по вилле. Элис не смогла устоять перед любопытством дочери и решила показать Рейчел виллу. Элис не знала, что во время осмотра виллы вместе с Рэйчел на территорию въехал белый автомобиль. «Мистер Робинсон». Водитель почтительно поздоровался с Честером, а затем забрал у него ключи от машины. Честер невольно заметил яркий свет внутри виллы и, слегка нахмурив брови, спросил: «Кто-то приехал?» Водитель, дядя Смит, уже собирался ответить, когда откуда-то появился Кит Энтони и поклонился Честеру: «Босс». Честер посмотрел на огни виллы и спросил: «Что происходит?» Кит Энтони поклонился еще ниже: «Босс, пожалуйста, обвините меня!» Честер усмехнулся: «Что же ты на этот раз вытворил такого бунтарского?» С этими словами Честер направился к вилле. Кит Энтони быстро шагнул вперед, чтобы перехватить Честера, умоляя: «Босс, извините, я действовал по собственной воле…» В серьёзных ситуациях отношения между Честером и Китом Энтони были строго подчиненными, а в обычных — как между братьями и друзьями… Таким образом, Кит Энтони просил милостыню как друг. Честер остановился, его проницательный черный взгляд остановился на напряженном лице Кейта Энтони: «Говори». «Я…» — Кит Энтони склонил голову и тихо сказал: «Я привёл сюда мисс Элис и Рейчел». В этот момент выражение лица Честера заметно изменилось. Кит Энтони слегка приподнял голову, чтобы взглянуть на Честера, и увидел, что лицо Честера холодное и мрачное. Кит Энтони быстро опустил голову: «Вы поручили мне отправить людей во Францию, чтобы защитить мисс Элис, но я не чувствовал себя в безопасности, поэтому сам отправился во Францию… Неожиданно, как только я прибыл, люди Робинсона силой забрали Рейчел. К счастью, мои люди вовремя их догнали… Я очень боялся, что Робинсон создаст мисс Элис ещё больше проблем перед последним судом, поэтому я принял решение привезти мисс Элис сюда, в Т-Сити; я подумал, что здесь будет безопаснее всего…» Неудивительно, что вилла так ярко освещена… Честер направился к вилле, холодно усмехнувшись: «Похоже, ты устал жить». Кит Энтони молча следовал за Честером, бормоча: «Босс, это никак не связано с Элис, это мое решение привести ее сюда… Если хочешь кого-то обвинить, обвини меня!» «Похоже, вы очень о ней заботитесь!» «Это потому, что я раньше заботился о ней от твоего имени…» — тихо пробормотал Кит Энтони. Честер остановился: «Что ты сказал?» Кит Энтони быстро поправил себя: «Ничего, ничего не сказал». Честер с холодным лицом вошел в виллу. «Рэйчел, не бегай, будь осторожна, чтобы не упасть…» Элис Робинсон бросилась в погоню за озорной Рейчел, выбежав из холла и неожиданно увидев красивую фигуру, направляющуюся к вилле. Элис Робинсон была ошеломлена, она уже собиралась поднять Рэйчел, и в следующую секунду Рэйчел столкнулась с бедром посетительницы. Рейчел тут же потерла ноющий нос и подняла взгляд на посетительницу. "Дядя…" Когда Рейчел произнесла это название, все присутствующие на мгновение опешились. Элис Робинсон долго колебалась, стоит ли уводить Рэйчел, но в итоге предпочла молча стоять в стороне. Кейт Энтони тоже ахнул, не осмеливаясь сделать шаг вперед… В этот момент все взгляды были прикованы к лицу Честера, им было трудно представить, какой будет его реакция. В конце концов, Честер никогда не был близок с Рейчел. В тот момент, когда все затаили дыхание, Рейчел посмотрела на Честера своими большими круглыми глазами и кокетливо произнесла: «Дядя, обними меня…» Честер посмотрел на Рэйчел, которая теперь лежала прямо у него на бедре, с несколько сложным выражением лица, но не наклонился, чтобы обнять ее. Алиса отошла в сторону, крепко сжимая бедро рукой, и в ее сердце читалась легкая горечь. С момента рождения Рейчел и до настоящего времени, кажется, это был первый раз, когда Рейчел была так близка к нему… Они были биологическими отцом и дочерью, но, похоже, он никогда не ценил Рейчел в своих глазах. Он никогда прямо не говорил о желании увидеться с Рэйчел, и никогда не обнимал её, когда встречался с ней… Она всегда чувствовала, что он недолюбливает Рэйчел. В разгар всех ожиданий Честер, наконец, отстранил пухлые ручки Рейчел от своего бедра и легкомысленно сказал: «Элис, пойдем со мной наверх». Не взглянув больше на Рейчел, Честер направился ко второму этажу. Кит Энтони поспешно поднял Рейчел, и в невинных глазах девочки можно было заметить нотку боли. Только тогда Элис Робинсон отреагировала, быстро подбежала к Киту Энтони, выхватила Рейчел из его объятий и крепко обняла её. Рейчел прислонилась головой к плечу Элис Робинсон и по-детски спросила: «Мама… Дядя не любит Рейчел?» Элис Робинсон почувствовала неприятный запах в носу и покачала головой: «Дядя не недолюбливает Рейчел, просто у него такой характер». "Ой." Элис Робинсон поцеловала разочарованное личико дочери и успокаивающе сказала: «Ты останешься здесь с дядей Энтони ненадолго, мама поднимется наверх и поговорит с дядей пару слов, а потом я спущусь к тебе на ужин, хорошо?» Рейчел послушно кивнула. Честер ждал ее в кабинете. Слуга проводил её в кабинет и тихо удалился. Она вошла в кабинет и увидела, как он пристально смотрит на ЖК-экран своего компьютера, бегло говорит по-английски и, судя по всему, участвует в видеозвонке с подчиненными в Нью-Йорке. Она затаила дыхание, нервно стоя в углу, не смея его потревожить. Примерно через пять минут он внезапно встал из-за компьютера. «Похоже, вы не восприняли мои слова всерьез». Элис Робинсон удивленно посмотрела на него, слегка покачав головой, давая понять, что не понимает. «Ты обычно умный, почему же на этот раз такой глупый, или притворяешься, что ничего не понимаешь?» В голосе Честера звучал явный сарказм. «Мы только что пришли к согласию, а через два дня вы его нарушили. Неужели вы действительно думаете, что можете действовать здесь со мной безрассудно?» Элис Робинсон подняла голову, чтобы посмотреть на него, не в силах произнести ни слова, ее тело слегка дрожало. «Кит Энтони сказал мне, что привёз тебя в Т-Сити по собственной воле, но ты уверена, что не говорила ему о своём желании приехать в Т-Сити?» Он посмотрел на неё, выражение его лица было холоднее льда. "Я…" Губы Элис Робинсон дрожали, в горле словно перекрывалось дыхание, она не могла издать ни звука. "Что случилось, не могу говорить?" Честер стоял перед массивным столом, скрестив руки, и холодно смотрел на нее. «Я… я приехал сюда, потому что… помощник Энтони сказал мне, что вы хотите нас сюда привести». «Элис, с твоим острым умом, разве ты не можешь понять, действовал ли Кит Энтони самостоятельно?» "Я…" Голос Элис Робинсон дрожал, был отрывистым, глаза ее были затуманены, она не могла встретиться с ним взглядом. Как он и сказал, до приезда сюда она действительно подозревала, что Кит Энтони действовал независимо… Учитывая его характер, он ни за что не нарушил бы своего слова, вероятность того, что он послал бы Кейта Энтони за ней, была практически ничтожной. Но она всё ещё верила в эту ничтожную вероятность, потому что действительно хотела кое-что сказать ему лично… Итак, она притворилась, что ничего не понимает, последовала за Китом Энтони и приехала в Т-Сити. ---------- Глава 1037–534: Дополнительно: Признание 2 Она никак не ожидала, что он так легко расшифрует её мысли. «Хочешь объяснить, но не можешь подобрать слова?» Он холодно посмотрел на нее, его непривычный взгляд заставил ее почувствовать холодок. «Женщине, которая неустанно работает над достижением своих целей, и вдруг ее разоблачают, должно быть, очень неприятно, не так ли?» «Я не знаю, о чём вы говорите… Рейчел чуть не похитили люди, посланные Робинсоном из Парижа. Я волновался за Рейчел, поэтому и приехал в Т-Сити с помощником Энтони». Ей оставалось только терпеть, ведь в данный момент она не могла сказать ему то, что у неё на сердце. Внезапно она осознала, что ей не следовало приезжать в Т-Сити. Его крайнее безразличие и презрение, блестевшие в его глазах, казалось, уже дали ей ответ. "Притворяешься дураком?" Честер Робинсон усмехнулся, его красивое лицо исказилось: «Элис, ты забываешь, что я всегда умел тебя видеть насквозь». Выражение его лица было суровым, и у нее больше не было возможности говорить. «Полагаю, вы считаете, что можете вести себя здесь со мной безрассудно, верно?» Он подошел к ней, поднял ее подбородок и посмотрел на нее с ничего не выражающим лицом: «Скажите, зачем вы здесь появились?» Несмотря на мягкий тон голоса, в его мрачном взгляде не было ни малейшего выражения эмоций. "Я…" У нее перехватило дыхание, она не могла издать ни звука. «Честно говоря, у меня больше нет терпения разоблачать вашу ложь». Его тон был презрительным, а пальцы, жестоко сжимавшие ее подбородок, усиливали давление, вызывая волну боли в челюсти. «Я… я хочу кое-что сказать тебе лично». Она сжала воротник рубашки, прислушиваясь к своему голосу. «Говори, я слушаю». Он отпустил её, его несилие лишь слегка задело её кожу. «Есть вещи, которые я давно хотела тебе рассказать… Я…» Не обращая внимания на причиненную им обиду, она дрожащим голосом продолжила: «Я думала… может быть, мы могли бы что-то создать вместе». «Брат, за все эти годы, помимо папы, ты для меня самый лучший человек, я давно привык относиться к тебе как к самому надёжному человеку…» «В самый опасный момент ты своим телом защитил меня от пули, я бесконечно благодарен тебе за это и глубоко тронут этим. Именно тогда, когда ты был в коме, защищая меня, я понял, что человек, о котором я больше всего забочусь… это ты». «Во время твоей годичной комы я был так беспомощен в этом мире, я очень хотел, чтобы ты проснулся… Я разговаривал с тобой у твоей постели каждый день, надеясь, что ты услышишь мои слова». Она собрала всю свою смелость, чтобы произнести слова, которые хранила в сердце, но на его лице не было того трогательного удивления, которого она ожидала; вместо этого оно становилось все более холодным. Она подавилась и остановилась, почувствовав горькое чувство в сердце. Его безразличие застало её врасплох. «Поскольку вы беспомощны, вы хотите найти кого-нибудь, на кого можно опереться?» Он холодно смотрел на нее, слово за словом, вглядываясь в нее с такой интенсивностью, что казалось, будто из нее вытекает кровь. «Нет». Она покачала головой, желая уточнить: «Я ищу человека, на которого можно положиться, не потому что я беспомощна, а потому что ты мне нравишься…» "Нравиться?" Он усмехнулся. «Благородная мисс Робинсон, всегда настаивавшая на замужестве с Говардом Джеффри, генеральным директором группы компаний «Скайтоп», теперь вдруг обращается к «брату», на которого всегда смотрела свысока?» «Я не смотрел на тебя свысока». «Думаешь, я этого не видела? Элис Робинсон, я точно знаю, какой у тебя характер… С детства, живя как паразит в богатой семье, ты привыкла эксплуатировать и владеть, поэтому, когда твоей богатой жизни угрожает опасность, когда никто не льстит, не защищает и не командует тобой, ты думаешь о самозащите… поэтому ты «опускаешься», невзирая на достоинство, чтобы прийти ко мне, надеясь, что мы сможем вернуться к тому, как было раньше, когда мой мир вращался вокруг тебя, ты руководила мной, человеком, готовым выполнить любой твой приказ… Но увы, Элис, неужели ты до сих пор не поняла некоторых вещей?» Элис Робинсон безучастно смотрела на него. Он холодно рассмеялся: «В шестнадцать лет ты был очарован Говардом Джеффри, ты думал, что встреча с ним на аукционе — это судьба, но задумывался ли ты когда-нибудь о том, что такую ​​судьбу можно считать и искусственной?» События разворачиваются совершенно неожиданно, словно из прошлого, шестнадцать лет назад… В то время, поскольку она была еще молода, отец не хотел, чтобы она посещала общественные мероприятия, поэтому запретил ей присутствовать на том благотворительном банкете… Она не собиралась идти, но ее брат внезапно сказал, что у него нет пары, и попросил ее неохотно пойти с ним, предложив ей прийти в качестве его спутницы. ---------- Глава 1038 - 534: Дополнительно: Признание 2_2 Отец всегда прислушивался к мнению брата, поэтому в конце концов она пошла на тот благотворительный банкет, и именно там она познакомилась с Говардом Джеффри. "Ты имеешь в виду…" "Ты до сих пор не понимаешь? Для меня ты всегда была всего лишь пешкой, которую можно использовать. Ты думала, что командуешь мной, но на самом деле все это время ты была под моим контролем…" "Почему?" «Я хотел, чтобы вы были очарованы Говардом Джеффри. Таким образом, когда мне придётся иметь дело с ним, у меня будет ещё один козырь в рукаве». "Пешка?" — спросила она, дрожа, в голове у нее все помутнело. «Оказалось, что ваше обаяние — всего лишь обаяние: несмотря на все ваши попытки заполучить Говарда Джеффри в свою постель, он вас не захотел. Это превзошло все мои ожидания. И всё же ваша бесстыдная настойчивость была поистине впечатляющей… Поэтому, когда все ваши позорные поступки в прошлом предстали передо мной во всей красе, ваша так называемая „привязанность“ стала для меня дешёвой шуткой». Его жестокий вывод. Ее сердце разбилось вдребезги, перед ней предстало все. Оказалось, он никогда не воспринимал её доброту всерьёз… Раньше он лишь направлял её, чтобы она стала его пешкой. Неудивительно, что она познакомилась с Говардом Джеффри, неудивительно, что он всегда помогал ей добиваться Говарда Джеффри… Вся та забота, которую он ей проявлял, была всего лишь иллюзией, сном. "В ту ночь…" — прохрипела она, спрашивая, — "В ту ночь ты слишком много выпил… ты был трезв?" Он понял, что она говорила о событиях восьмилетней давности, той ночи. В ту ночь он лишил её девственности… Он был пьян, и она пошла позаботиться о нём… В оцепенении он принял ее за одну из своих спутниц, и она не сопротивлялась, у нее не хватило сил сопротивляться… потому что тогда он ей очень нравился. Его холодный взгляд уже дал ей ответ. «Значит, в тот вечер ты совсем не был пьян…» — пробормотала она, опустив голову. Он всегда использовал её, никогда не испытывая угрызений совести. На протяжении многих лет его доброта объяснялась лишь тем, что он мог использовать её как пешку, а не желанием компенсировать ей причинённую боль. «Ты винишь себя за свою нетерпеливость… такая очаровательная женщина, как она может быть неопытной в романтических отношениях? Как твой наставник в этом вопросе, я должен был тебя этому научить, но ты так искусно играешь в игру отступления и преследования, всегда нуждаясь в моем руководстве. В этом отношении это противоречит твоей натуре». Её характер… Элис Робинсон смотрела на него, слезы медленно стекали по щекам из уголков глаз. Он никогда не узнает, ведь, проснувшись на следующий день рядом с ним, она, несмотря на ужасное самочувствие, не чувствовала себя обиженной… Знал ли он, насколько сильно он ей тогда нравился… Но однажды она случайно увидела дневник, который он вел… Только тогда она поняла, что его доброта к ней объяснялась тем «смайликом», который она нарисовала, а в глубине души он всегда что-то скрывал… В тот момент она чувствовала разочарование и уныние, но так и не сказала ему, что он ей нравится. Она заставила себя отказаться от своих чувств к нему и понимала, что он никогда не останется с семьей Робинсонов навсегда, поэтому позволила себе влюбиться в другого человека… Она полностью отдалась этому, очарованная мужчиной, о котором мечтает каждая женщина, используя все средства, отдавая все свои силы… Она больше не сближалась с ним, увеличила расстояние между ними, ей не нравились его прикосновения… Она позволила себе полностью влюбиться в другого человека. Эти… Он не знал, потому что всё это было скрыто глубоко в её сердце. «Ты всё ещё достаточно умен, чтобы понимать, что нужно найти большое дерево, за которое можно ухватиться, когда ты остаёшься без опоры…» Он саркастически насмехался. Сердце у нее похолодело, кровь потеряла тепло. В этот момент она больше не хотела оставаться перед ним ни секунды… Она прикрыла рот рукой и отвернулась, чтобы скрыться от его взгляда… "Раз уж вы здесь, зачем спешить уходить?" Он схватил её за руку, сила его удара едва не сломала её стройную фигуру: «Разве ты не хотела чего-то со мной развить? Тогда доставь мне удовольствие, позволь мне увидеть, сможешь ли ты сегодня вечером заставить меня удержать тебя здесь». "Нет…" Она отчаянно сопротивлялась, но не могла противостоять его мужской силе. Он был подобен зверю, прижимая ее к столу и грубо сжимая ей руки. «Не надо… умоляю вас…» Слёзы горя текли ручьём, она отчаянно умоляла его. Он усмехнулся: «Разве ты не говорила, что я тебе „нравлюсь“, что хочешь завязать со мной отношения?» Она прикусила губу, слезы одна за другой текли по ее щекам, ее переполняла горькая печаль… Его глаза были темными, глубокими, как черная дыра. «Если вам не хватает смелости, не играйте в такие игры; возможно, вы потеряете не только тело, но и и без того ничтожное достоинство». Произнеся эти слова, он отпустил её, а в уголке его рта повисла презрительная улыбка. Она посмотрела на презрение в уголке его рта, воспоминания о его доброте на протяжении многих лет снова и снова прокручивались в ее голове… Внезапно эти образы разлетелись в ее сознании, словно осколки стекла, и вонзились ей в сердце, причиняя молчаливую боль… Он поправил одежду и нажал кнопку связи на столе. «Мистер Робинсон». "Пригласите Кита Энтони." "Да." Когда вошёл Кит Энтони, она успела лишь поспешно поправить растрёпанную одежду, на её лице всё ещё оставались следы слёз. «Босс». Кейт Энтони вошел, постучав, и нечаянно увидел ее. Кит Энтони нахмурился, поклонился и шагнул вперед: «Босс…» «Прикажите юристам, направленным во Францию, прекратить заниматься делом Элис Робинсон и отозвать их всех обратно». Услышав это, Кит Энтони был потрясен: «Босс, это…» "Разве ты не слышал, что я сказал?" Лицо Честера Робинсона помрачнело, его побледнение свидетельствовало о нарастающем гневе. «Но босс…» «Я ещё не отчитался за то, что вы мне должны». Взгляд Честера Робинсона похолодел; Кит Энтони не осмелился произнести ни слова дальше. «Перезваниваю адвокатам…» Сердце Элис Робинсон сжалось от боли, она понимала, что не должна быть слабой. «Вы хотите перезвонить адвокатам?» — услышала она свой собственный, хрупкий голос, словно молящий. "Вы не можете им перезвонить…" Честер Робинсон усмехнулся, окинув её леденящим взглядом: «Возможно, я был слишком снисходителен… Пора вывести тебя из этого идеального мира». ---------- Главы 1039–535: Дополнительно: Не живу с тобой Его ледяной взгляд был полон жестокости. Кровь словно застыла в жилах, она смотрела безучастно перед собой, словно мертвая, без каких-либо чувств. Кит Энтони заступился за нее: «Босс… на самом деле мисс Элис не хотела сюда приезжать, это было мое решение привести ее сюда, пожалуйста, не вините мисс Элис, любую ошибку позвольте мне взять на себя». Даже к самому доверенному подчиненному он относился эмоционально холодно: «Мне не нужны подчиненные, которые действуют самостоятельно… сообщите Картеру о своих текущих задачах, вам больше не нужно оставаться рядом со мной». Слова Честера Робинсона заставили Элис Робинсон резко поднять голову и посмотреть на него с недоверием. Кит Энтони хранил молчание, словно предвидел такой исход в тот момент, когда Честер разозлится. Честер вышел из кабинета, не выдав ни капли эмоций. Она наконец поняла, что значит жестокость… Кит Энтони был невиновен, она не могла просто наблюдать за его страданиями из-за своей причастности. Она шагнула вперед, протянула руку, чтобы остановить его. «Вы знали, что это я заманил сюда Кита, можете меня прогнать, нет необходимости втягивать Кита в это дело». «Если бы у тебя была хоть капля самосознания, тебе бы не понадобилось мое напоминание». Он холодно посмотрел на нее и безжалостно произнес это. Она стояла там ошеломлённая, ноги словно приросли к месту, она стояла перед ним, совершенно потеряв дар речи… Он прошёл мимо неё, наконец, скрывшись из её поля зрения. Если бы у вас была хоть капля самосознания, вам бы не понадобилось мое напоминание… Оказалось, он ждал, пока она уйдет сама. В конечном счете… Она получила желаемый ответ. Мечта, которая ей снилась, так и осталась всего лишь мечтой… Убита горем. Жизнь должна быть ориентирована на будущее. За ночь Элис покинула виллу Честера вместе с Рейчел, остановившись в отеле в Т-Сити, а на следующий день отвезла Рейчел обратно в Париж. Тётя ПА не заметила на её спокойном лице никаких эмоций, поэтому она неоднократно спрашивала о результатах встречи с ним в городе Т… В этот момент она глубоко вздохнула, улыбнулась и ответила тете ПА: «Мы с ним больше никогда не будем общаться». Тетя П.А. была ошеломлена на месте, а затем долгое время испытывала чувство вины. Она утешила тетю П.А. и сказала ей, что в будущем она станет сильнее. Её сила никогда не смогла бы победить его жестокость. После того как его адвокат отказался от дела, нанятый ею адвокат, находясь в полном отчаянии, взял дело на себя, по-прежнему не зная, как его выиграть. Он ушел, не оставив никаких записок нанятому ею адвокату, видимо, довольный тем, что она проиграла в этом судебном процессе. У нее временно не было времени беспокоиться о победе или поражении в этом деле, потому что сейчас самым важным было обеспечить безопасность себе и Рэйчел. Она оставалась дома, но всё ещё беспокоилась, что Робинсон и другие скрываются поблизости, готовые нанести удар… Она всегда жила в роскоши, не знала, как защитить себя и как реагировать на опасность, поэтому, прежде чем научиться справляться с ней, ей пришлось обратиться за помощью… Отец, брат… Эти два человека, которые были ей ближе всего и о которых она больше всего заботилась, полностью отдалились от нее. Она и так осталась одна, и единственным человеком, к которому она могла обратиться за помощью, была та жизнерадостная женщина, которая когда-то позвонила, чтобы узнать, как у нее дела. Поступил звонок, на другом конце провода тут же ответили… Она смутно слышала гармоничный, теплый гул большой семьи с другого конца… «Привет, Алиса». Голос счастливой женщины тоже был полон радости. Она чувствовала себя немного неловко, потому что никогда прежде не опускалась до того, чтобы просить кого-то о помощи, особенно учитывая, как сильно она раньше ненавидела эту жизнерадостную женщину. «Мисс Квентин». "Почему ты опять так отдалилась? Разве я не говорила тебе называть меня Бекка…?" «Будь… Беккой». "Хм… Вы вдруг меня позвали, вам что-нибудь нужно?" На другом конце провода воцарилась тишина; она поняла, что счастливая женщина, вероятно, переместилась в уединенное место, чтобы ответить на звонок. Она слегка кивнула и медленно произнесла: "Могу я… попросить вас об услуге?" «Конечно, пожалуйста». «Вы, наверное, слышали, что меня недавно беспокоил семейный судебный процесс… Мой дядя и тетя жаждут завладеть семейным имуществом и готовы причинить вред мне и Рейчел, чтобы заставить меня отдать им эти активы. Несколько дней назад мой дядя чуть не добился того, чтобы у меня забрали Рейчел. Я очень волнуюсь, поэтому хочу попросить вас сказать Говарду Джеффри, может ли он прислать кого-нибудь ко мне? Я действительно очень обеспокоен, боюсь, что они снова попытаются причинить вред Рейчел». Счастливая женщина была ошеломлена: «Что, Честера с вами нет?» Не желая терять последние остатки достоинства, она обманула счастливую женщину, сказав: «Я не ходила его искать». «Но ведь именно он должен вести ваше дело в суде!» «Почему ты так сказала?» — недоуменно спросила Алиса. "Потому что я…" Счастливая женщина вдруг замолчала, изменила слова: «Ничего, просто предположение». Алиса чутко поняла это и спросила: "Ты ему звонила?" Счастливая женщина замялась: «Я… я звонила несколько дней назад». "Когда?" «Я не помню…» «Это было в полдень 6-го числа?» Счастливая женщина замолчала, услышав это: «Похоже, это было примерно в то время в городе Т…» Выслушав всё это, Алиса погрузилась в долгое оцепенение. Ее глаза слегка увлажнились. Она попыталась широко открыть их, чтобы слезы не навернулись на глаза, и наконец глупо рассмеялась. Она была такой глупой… Очень глупо… Ей давно следовало понять, что последние полгода ему было на нее наплевать. Почему он должен был испытывать хоть малейшее сочувствие, видя ее промокшей под дождем?.. Оказалось, ему позвонила та счастливая женщина, которая, должно быть, попросила его о помощи, и поэтому он позже вернулся, чтобы её найти… Она действительно была самым глупым, самым бестолковым человеком на свете… В шестнадцать лет она уже знала, что ему было на нее наплевать, но восемь лет спустя она все еще мечтала об этом… Она поступила слишком глупо, унизив себя. "Алиса, Алиса…" — продолжала звать её счастливая женщина на другом конце провода. Она наконец пришла в себя, со слезами на глазах, но с самоиронией улыбнулась: "Хм?" "Как там дела у Честера?" Эта счастливая женщина была поистине безупречна, неудивительно, что именно ее он не мог забыть. Даже к ней, некогда «сопернице в любви», она всегда была готова протянуть руку сочувствия. Её доброта и щедрость заставили её почувствовать стыд. "Алиса…" «Э-э, я… я больше не буду с ним контактировать». Счастливая женщина была потрясена: «Почему?» «Потому что нам нет необходимости поддерживать связь… полгода назад мы с ним уже решили жить своей жизнью». «Я знаю, но как мог Честер оставить тебя одного во Франции, он…» «Бекка…» — перебила она счастливую женщину, — «Он мне не нравится». "Что?" Не желая, чтобы счастливая женщина беспокоила этого человека, она солгала: «Честно говоря, в последнее время я подумываю о свиданиях по договоренности». «Как ты мог…» Она ответила с легкой улыбкой: «Когда я родила Рейчел, это было не потому, что он мне нравился, а потому, что я не могла отпустить эту маленькую жизнь… Как женщина, вы должны понимать мои чувства в то время. Это было не потому, что я хотела быть со своим братом». Счастливая женщина замерла на другом конце провода. «Спасибо вам за заботу, которую вы проявляли ко мне последние два года, и за добрые слова обо мне в присутствии моего брата… Я искренне благодарен вам от всего сердца». "Ты… ты правда не любишь Честера?" — недоверчиво спросила счастливая женщина. "Да." "Тогда…" Счастливая женщина не знала, что сказать. Она разрядила неловкую обстановку: «Я знаю, ты желаешь мне счастья… не волнуйся, я буду счастлива». «Хорошо… насчет того, о чем вы говорили ранее, я попрошу Говарда помочь вам с этим». "Спасибо." «Кстати, вам нужна наша помощь в вашем судебном процессе?» «Не нужно, то, что Говард мне помог, уже само по себе наилучшая помощь, спасибо вам всем». Она не осмелилась просить у других дополнительной помощи, потому что почему она должна заслуживать их помощи? Если бы не эта жизнерадостная женщина, её бы давно все забыли… Она вообще не была частью их мира, и просьба к этой жизнерадостной женщине помочь защитить Рэйчел уже была для неё пределом терпения. Счастливая женщина вспомнила предыдущий судебный процесс, в котором Алиса одержала убедительную победу, поэтому она не слишком волновалась за Алису и сказала: «Хорошо… будь осторожна в эти дни». "Хм." Закончив разговор с Ребеккой Квентин, тётя П.А. подошла сбоку. Тётя П.А. спросила: «Мисс Квентин согласна?» Она кивнула головой. «А что насчёт судебного иска…?» «Я не просила её о помощи в этом вопросе». Тетя ПА с тревогой сказала: «Но судебное заседание состоится в ближайшие два дня, это последний этап, если ты проиграешь…» Тетя ПА не смела думать дальше. Элис поднялась с дивана и спокойно сказала тете ПА: «Даже если я сейчас попрошу Бекку о помощи, уже слишком поздно… Судебное заседание состоится на этой неделе. Даже если Бекка наймет адвоката, чтобы помочь мне, он все равно не сможет быстро разобраться в ключевых моментах и ​​выиграть дело. И даже если она сможет мне помочь, я все равно не смогу ее беспокоить…» "Почему?" Элис осторожно взяла тетю П.А. за плечо: «Потому что Бекка мне ничего не должна; ее забота обо мне обусловлена ​​заботой о Честере. Теперь, когда у нас с Честером нет никаких отношений, как я могу просить ее помочь мне в борьбе за имущество?» "Но…" Алиса слабо улыбнулась тете П.А.: «В будущем проблемы могут быть еще хуже, я не могу постоянно просить о помощи…» Тётя ПА кивнула. Алиса решительно заявила: «В будущем мне придётся полагаться на себя». Тетя П.А. поддалась уговорам Алисы: «Хорошо, что бы ни случилось в будущем, тетя П.А. тебя поддержит». Алиса игриво спросила: «Тогда, если я проиграю это дело и останусь ни с чем, ты все равно будешь со мной?» "Конечно." Алиса закрыла глаза и обняла тетю ПА: «Я не одна, по крайней мере, у меня есть ты». Благодаря защите людей Говарда, Элис действительно обрела покой в ​​последние несколько дней. Возможно, сторона Робинсон уже знала, что Честер отозвал своего адвоката, поэтому они не стали упоминать о раскрытии отношений Честера с ней… После пережитых событий Алиса казалась более собранной и спокойной, чем прежде. ---------- Глава 1040-536: Дополнительная история: Желание быть с ней Однако природа человека должна меняться, тогда как в реальности ничего нельзя изменить по собственному желанию… Наконец-то состоялось заключительное слушание по делу о наследстве… Элис Робинсон заранее обдумала множество возможных сценариев развития событий, поэтому даже самый худший исход не мог застать её врасплох. В суде Робинсон действительно утверждала, что, будучи женщиной, она не соответствует наследственным критериям семьи Робинсонов, и потребовала, чтобы Элис отказалась от всего имущества семьи Робинсонов… Естественно, адвокат Алисы вступил в словесную перепалку с Робинсоном в суде, но в конечном итоге сторона Алисы оказалась в невыгодном положении, поскольку у нее на самом деле не было законных прав на наследство, эти права принадлежали Честеру Робинсону. Только Честер Робинсон обладал прямыми правами наследования в семье Робинсонов; если бы он претендовал на семейное имущество, даже Робинсон не смог бы возразить. По всей видимости, Робинсон был уверен, что Честера не волнует имущество семьи Робинсонов, и хотел, чтобы судья присудил ему активы в соответствии с наследственной системой семьи. Судья не мог легко вынести такое решение, поэтому он потребовал явиться в суд вместе с Честером. Если бы Честер явился на судебное заседание и потребовал отдать имущество семьи Робинсонов, Робинсон потерпел бы поражение. Но когда судебное разбирательство достигло своего апогея, Честер так и не появился… Элис знала, что Честер не появится, поскольку с учетом рыночной стоимости его компании "QCS" активы семьи Робинсонов были незначительными, и он никогда не оставался с семьей ради этих активов… Лицо Робинсона озарилось торжествующей улыбкой, он с нетерпением ждал вердикта судьи. Судья, долго ожидая Честера, но безуспешно, наконец поднял торжественный молоток… Неожиданно, и вопреки ожиданиям Алисы, как раз в тот момент, когда судья собирался огласить вердикт, в суде появился Честер… Появление Честера всех удивило… Со стороны казалось, что Честер был всего лишь врачом, не заинтересованным в управлении семейным бизнесом, и никогда не собирался его унаследовать. Его отсутствие на многочисленных слушаниях сделало его внезапное появление шокирующим для родственников, которые жаждали завладеть активами семьи Робинсонов… «Мясо», которое собирались съесть, выскользнуло из рук Робинсона, разозлив и унизив его. В ярости он представил новые доказательства — Честер не был Робинсоном. В деле против Робинсона, если бы не было необходимости являться на суд, Честеру не пришлось бы там появляться, поскольку все доказательства Робинсона были опровергнуты адвокатом, сопровождавшим Честера в суд… В итоге Робинсон потерпел поражение, и, согласно наследственной системе семьи Робинсонов, активы были переданы Честеру. После выхода из зала суда Элис подтолкнули к Честеру многочисленные представители СМИ, присутствовавшие на заседании… Со стороны они с Честером были братом и сестрой, и после победы им, естественно, следовало бы давать интервью вместе… К сожалению, ни она, ни Честер ничего не сказали; они даже не улыбнулись и просто покинули зал суда… То ли из-за опасений искажения информации в СМИ, то ли покинув здание суда, он затащил ее в припаркованную на обочине машину. За рулём был Кит Энтони. Ее разумный уход дал Киту Энтони возможность остаться рядом с ним. Автомобиль медленно скрылся из виду, окруженный журналистами, в разгар погони… В домике было невероятно тихо. Он все еще крепко держал ее за запястье. Она почувствовала легкую боль и, разжимая его руку, медленно вырвалась из его хватки. Его взгляд был устремлен прямо перед собой, он ничего не говорил, а выражение его лица редко демонстрировало холодное безразличие перед всем миром. Она спросила: «Куда ты меня ведёшь?» Он холодно ответил: «Остановите машину». Кит Энтони не посмел больше ослушаться, немедленно затормозил и остановил машину на обочине дороги. Это была довольно пустынная улица, машин было немного, поэтому в машине было еще тише. «Убирайтесь вон», — холодно приказал он. Она на мгновение растерялась, затем схватила сумку и вышла из машины. Она даже не успела удержать равновесие, как машина на большой скорости тронулась с места позади нее. Она застыла на месте, надолго погрузившись в размышления. Ей потребовалось некоторое время, чтобы поймать такси и добраться домой, и она никак не ожидала встретить у дверей Кейта Энтони. Она инстинктивно посмотрела в сторону виллы и обнаружила, что приехал только Кит Энтони. Она всегда хотела извиниться перед Китом Энтони за неприятности, которые доставила в прошлый раз, и теперь у нее наконец появилась такая возможность: «Помощник Энтони, я прошу прощения за то, что чуть не подставила вас в прошлый раз». ---------- Глава 1041 - 536: Дополнительная история: Желание быть с ней_2 Кит Энтони покачал головой, как всегда мягко: «Это не твоя вина, я действовал по собственной воле и втянул тебя в неприятности». Она слегка улыбнулась ему: «Я не ожидала, что он придет». Кит Энтони сказал: «Босс — благоразумный человек; что бы ни случилось, он не позволит, чтобы имение Робинсона захватил кто-то столь презренный, как Робинсон». Она кивнула. Внезапно Кит Энтони сказал: «Мисс Элис, босс пробудет здесь несколько дней». «А?» — Элис Робинсон была ошеломлена. — «Вы хотите сказать, что он останется здесь?» «Да, есть проблемы во французском филиале, которые требуют личного внимания босса, поэтому…» — в голосе Кейта Энтони прозвучала некоторая неуверенность, — «Мисс Элис, вы же знаете отношение босса, он, вероятно, не захочет вас здесь видеть…» Алиса торжественно произнесла: «Это мой дом». «Но на момент вынесения судом решения семьдесят процентов этого имущества принадлежали боссу…» «Понимаю». Элис кивнула и спокойно сказала Киту Энтони: «Я могу отвезти Рейчел в отель на несколько дней». Кит Энтони очень извиняюще опустил взгляд: «Простите, мисс Элис, я не смог вам помочь…» Алиса слегка улыбнулась: «Не говори так, ты мне уже очень помог… Я соберу вещи и перееду в отель до его приезда». Кит Энтони сказал: «Дело о наследстве закрыто; даже если Робинсон захочет отменить решение, у него нет шансов, так что вам больше нечего бояться. Робинсон больше не будет вести себя вызывающе, тем более что босс послал кого-то предупредить его». «Хорошо, спасибо». "Без проблем." В холле отеля Рейчел, держа Алису за руку, с любопытством спросила: «Мама, почему мы здесь остановились?» Элис взяла Рейчел на руки и вошла в лифт, ответив: «Потому что мама хочет отвезти Рейчел повеселиться на два дня… Разве Рейчел это не понравится?» "Мне это нравится." Элис поцеловала миленькую щечку Рейчел. Рейчел также сказала: «Но, мама… здесь нет колыбели…» Под колыбелью Рейчел подразумевается та самая колыбель, в которой она спит по ночам. «Всё в порядке, мама уложит тебя спать сегодня ночью». "Хорошо." Рейчел прижалась к Алисе, ведя себя очень хорошо. Войдя в комнату, Алиса позволила Рейчел поиграть одной, пока сама разбирала привезенные с собой вещи… Рейчел редко выходила на улицу, поэтому она очень интересовалась новыми вещами. Когда Алиса развешивала одежду в шкафу, внезапно раздался "грохот". Алиса вздрогнула и быстро стала искать Рейчел… Она нашла Рэйчел перед низким шкафом. В тот момент Рейчел была в ужасе, застыв на месте, потому что разбила в комнате стеклянное украшение. Алиса подбежала, подхватила испуганную Рейчел и тревожно спросила: «Рейчел, ты в порядке?» Рейчел так испугалась, что побледнела, ее пухлый пальчик указывал на разбитую стеклянную игрушку: «Мамочка…» «Всё в порядке, мама попросит женщину убрать осколки стекла позже… но ты больше не можешь трогать вещи в комнате, это очень опасно, понял?» Рейчел послушно кивнула. Алиса нежно прикоснулась к крошечной головке своей дочери, затем положила Рейчел на кровать и велела: «Милая, поиграй немного на кровати, мама позовет уборщицу…» "Хорошо." Вскоре вошла горничная отеля. Уборщицы намеревались навести порядок, но, увидев осколки стекла на полу, она нахмурилась. Алиса все еще разбирала свои вещи и не заметила выражения лица уборщицы, пока не услышала, как та позвала управляющего отелем. Алиса спросила уборщиц: «Что случилось?» Уборщица ответила: «Мисс, вы разбили самого дорогого в нашем отеле итальянского хрустального лебедя ручной работы KKJ, поэтому мы должны потребовать от вас компенсацию». Алиса улыбнулась: «Всё в порядке… Просто скажите, сколько, и я заплачу при оплате». «Но… этот хрустальный лебедь очень дорогой». Алиса нахмурилась: «Сколько?» Уборщики сказали: «В прошлый раз, когда гость случайно разбил этого хрустального лебедя, они выплатили компенсацию в размере десяти тысяч долларов». "Десять тысяч?" Хотя в детстве у Алисы никогда не было недостатка в деньгах, она знала, что такое десять тысяч долларов. Номер в отеле стоит всего несколько тысяч долларов за ночь, а на его оформление ушло десять тысяч… Это было явное использование людей в своих целях! Алиса серьёзно сказала: «Хорошо, я подожду вашего менеджера». Как только Алиса закончила говорить, в комнату уже вошел управляющий отелем. Взгляд менеджера сначала остановился на разбитом хрустальном лебеде в комнате, а затем переключился на Алису. Уборщики начали объяснять ситуацию своему менеджеру. Менеджер улыбнулся Алисе: «Мисс Робинсон, вы недовольны этой оплатой?» Алиса спокойно сказала: «Менеджер, наличие в номере отеля предмета декора стоимостью в десять тысяч долларов — это не редкость, но в таком отеле, где ночь стоит всего несколько тысяч, я не думаю, что разбитое стеклянное украшение стоит десять тысяч». «Но мисс, это ручная работа итальянской компании KKJ…» «Я не знаю, какой это бренд, но если вы хотите, чтобы я заплатила десять тысяч, пожалуйста, покажите оригинальный счет-фактуру вашего отеля на покупку этого товара». Она признала, что десять тысяч долларов для нее — это не так уж много, и раньше, вероятно, ее бы не волновали такие небольшие суммы, но после рождения Рейчел и пережив семейные споры о наследстве, она по-новому взглянула на финансы. На прежде мягком лице менеджера появилось некоторое нетерпение, и он выдавил из себя улыбку: «Мисс, значит ли это, что вы не желаете компенсировать ущерб?» «Я готов, но эту цену я не принимаю». В коридоре пара красивых бровей слегка приподняла брови: «Что происходит?» Генеральный менеджер отеля, следовавший за начальником, быстро сказал подчиненному: «Иди проверь». После того как подчиненный убежал, генеральный директор тут же вышел вперед и, запинаясь, сказал начальнику: «Генерал Лоуренс, ничего страшного, наверное, просто какая-то мелочь». Мужчина ответил простым «Хм», больше ничего не сказав. Спустя мгновение подчиненный вернулся к генеральному директору, что-то пробормотав. Генеральный менеджер, опасаясь любых неприятностей на глазах у начальника в управляемом им отеле, поручил подчиненному решить проблему. Неожиданно, прежде чем подчиненный успел что-либо предпринять, шум снова усилился. ---------- Глава 1042 - 537: Дополнительно: Останься со мной 1 Первоначально шаги мужчины указывали на запад, но, услышав звук, он остановился, нахмурившись еще сильнее. Генеральный директор поспешно сказал: «Генерал Лоуренс, видите ли, вон там находится отель…» Выражение лица мужчины было безразличным и бесстрастным, и в этот момент из номера, расположенного к востоку, вышли двое сотрудников отеля. Мужчина, стоявший в углу, случайно стал свидетелем этой сцены. Мужчина уже собирался уходить, в конце концов, случайные конфликты между персоналом отеля и гостями не заслуживали его внимания, но его взгляд привлекла стройная фигура, следовавшая за двумя сотрудниками отеля. Бледно-фиолетовое платье, изысканное лицо смешанной расы с восточными чертами, светлая кожа, длинные ноги… Красота этой женщины была очевидна с первого взгляда и трогала до глубины души. «Если вы сможете показать мне оригинал чека, я готов компенсировать ущерб, но если ваш отель просто завышает цены, боюсь, я не смогу заплатить». Голос женщины был спокойным и невозмутимым, словно она обладала врожденным благородством, излучая элегантность в каждом жесте. «Мисс, это действительно создает нам трудности. Нам нужно получить чек о покупке от нашего генерального директора, но наш менеджер не хочет даже утруждать себя его получением из-за такой мелочи». Спор продолжался, но взгляд мужчины, когда она говорила, остановился на тонких губах женщины. У нее были прекрасные губы, и когда она говорила, они казались очаровательными и нежными. «Генерал Лоуренс, это всего лишь мелочь… Гость случайно разбил хрустальную фигурку лебедя в номере, самое дорогое украшение в номере, стоимостью восемь тысяч, но гость отказывается возмещать ущерб, отсюда и возник спор…» Генеральный директор поспешно объяснил ситуацию, опасаясь возникновения каких-либо проблем в отеле, поскольку начальник еще не сдвинулся с места. «Отмените ее компенсацию!» "А?" Генеральный директор на мгновение замолчал: «О, хорошо, я сейчас же отдам приказ». Мужчина наконец шагнул вперед и ушел. Элис Робинсон никак не ожидала, что генеральный менеджер отеля лично придет и извинится перед ней. «Простите, мисс Робинсон? Именно моя халатность привела к необоснованным претензиям персонала к вам. Поскольку мы нарушили ваш ночной сон, мы решили не требовать от вас компенсацию и надеемся, что вы хорошо проведете ночь в отеле». Услышав это, Алиса на мгновение опешилась: «Нет… никакой компенсации?» Генеральный менеджер отеля кивнул с улыбкой: «Да, я поручу персоналу быстро убрать ваш номер, чтобы вы могли скоро отдохнуть». Алиса все еще хотела что-то сказать, но генеральный директор в сопровождении управляющего уже покинули коридор. Алиса была озадачена, но смутно услышала, как менеджер спросил генерального директора: «Почему нет необходимости в компенсации?» «Это прямой приказ главного босса, вы собираетесь ему противостоять?» «Большой босс?» — менеджер был ошеломлен, его глаза внезапно расширились. — «Вы имеете в виду генерала Лоуренса?» В недоумении Алиса повернулась обратно в свою комнату, вспоминая разговор между управляющим отеля и генеральным менеджером; в ее памяти мелькнула смутная сцена. Пока она пыталась договориться с управляющим отеля, она случайно заметила высокую фигуру в углу здания… Черный костюм, высокий рост, благородство с головы до ног — даже не видя лица, она уже понимала, что этот мужчина должен быть выдающейся личностью. Может ли это быть тот самый «генерал Лоуренс», о котором говорил генеральный директор? Но зачем этому мужчине было ей помогать? Для Алисы произошедшее той ночью не стоило того, чтобы о нем задумываться; ее мысли были полны тревог, не оставляющих места для подобных незначительных размышлений. Она нежно укачивала Рейчел до десяти часов, пока девочка наконец не уснула. Она не знала, не была ли она недостаточно добра в прошлой жизни, чтобы родить в этой такого требовательного и слабака… Держать ее на руках было невозможно, ей приходилось самой передвигаться по комнате, из-за чего у нее болели руки от того, что она носила ее. Уложив хилого ребенка на кровать, она посмотрела на мирно спящее личико дочери и довольно улыбнулась. Но после улыбки у нее в горле застряла горьковатая нотка. Она сидела на краю кровати, молча наблюдая за Рейчел, и нос у нее все сильнее болел. Сейчас ребёнок ничего не понимает, но когда она немного повзрослеет, будет ли ей важно жить в неполной семье? Как ей следует быть матерью, чтобы обеспечить ребенку прекрасное детство, даже если он не растет в полноценной семье? Опустив голову, она поцеловала спящую румяную щечку дочери и мысленно сказала ей: «Рэйчел, ради тебя мама будет очень сильной, очень сильной. Мама никогда больше не позволит никому смотреть на нас свысока». ---------- Глава 1043 - 537: Дополнительная история: Останься со мной 1_2 В то же время. Честер вошел в виллу снаружи. Кит шел рядом с ним, храня молчание. Честер наконец заметил, что его обычно разговорчивый подчиненный сегодня необычно тих, и не удержался от вопроса: «Что случилось? Ты обычно не такой тихий». Кит ответил: «Ничего страшного, босс. Вам нравится тишина и покой, поэтому я меньше говорю». «Похоже, вы недовольны тем, что произошло в прошлый раз». Кит опустил голову: «Я бы не посмел». На втором этаже Честер, как обычно, вошел в свою комнату, но когда он ослаблял галстук и собирался пойти в ванную принять душ, его движения внезапно остановились. Он включил свет, и пустота перед его глазами заставила его слегка нахмуриться. Кроме дивана и шкафа, в комнате больше ничего не было. Все его вещи бесследно исчезли, даже бутылки вина, которые он так ценил, пропали. Он подошёл к шкафу, открыл его и обнаружил, что там нет никакой его одежды. В следующее мгновение его лицо побледнело, и он нажал на кнопку телефона в комнате. Приехали Кит и тётя ПА. В этот момент тётя П.А. осторожно встала перед Честером и почтительно сказала: «Мистер Честер, я не знаю, зачем вы меня позвали». Честер сидел на единственном диване в комнате, глубоко нахмурив брови: «Что здесь происходит?» Тетя ПА опустила голову и тихо ответила: «Это мисс Алиса приказала нам убраться… После вашего прошлого возвращения в Цветочное Королевство мисс сказала, что вы больше не вернетесь, поэтому она попросила нас навести порядок в вашей комнате…» И без того бледное лицо Честера слегка рассердилось, и в следующее мгновение он холодно встал и вышел прямо из комнаты. Тетя П.А. и Кит молча последовали за Честером, заметив, что он пошел в комнату Алисы. Увидев Алису, тетя П.А. поспешно открыла для Честера дверь ее комнаты. Изначально Честер планировал провести ночь в комнате Алисы, но, обнаружив там никаких следов Алисы, он ничего не нашел. Уставившись на пустую большую кровать, Честер нахмурился: «Где она?» Тётя П.А. нервно ответила: «Мисс и Рейчел сегодня вечером остановились в отеле». "Отель?" «Да, мисс сказала, что останется в отеле на несколько дней». Честер ослабил галстук и вошел в комнату Алисы, холодно спросив: «Кто заставил ее пойти в отель?» Услышав это, тётя П.А. молча посмотрела на Кейта. Кит благоразумно шагнул вперед, опустил голову и тихо сказал: «Босс, это я сказал мисс Элис, что вы пробудете здесь несколько дней… В прошлый раз, когда вы сказали мне, что больше не хотите видеть мисс Элис, я боялся, что ее присутствие на вилле повлияет на ваше настроение, поэтому я договорился, чтобы мисс Элис на несколько дней остановилась в отеле». Тётя П.А. отчётливо видела, как лицо Честера мгновенно изменило цвет с пепельного на тёмный. Кит сохранил спокойствие и спросил: «Босс, мне позвонить и попросить мисс Элис вернуться?» Честер прекрасно понимал хитрую идею, зародившуюся в наивной голове Кита. Он махнул рукой и сказал: «Забудь об этом, если ей нравится останавливаться в отеле, пусть остается. А я здесь получу покой и тишину». Кит сказал: «Тогда я уйду». Тётя П.А. тоже молча удалилась вместе с Китом. Когда в комнате остался только Честер, он сел на диван, закурил сигарету и погрузился в размышления. Честер, пока ты был без сознания, рядом с тобой всегда была Элис, она заботилась о тебе, она действительно многое пережила… Разве вы не можете дать себе и Алисе шанс снова узнать друг друга? Вы действительно готовы позволить Алисе жить одной с Рейчел? Слова Ребекки Квентин снова и снова эхом звучали в его голове. Он внезапно потушил сигарету и направился к окну от пола до потолка в комнате. В тихой ночи его фигура казалась особенно высокой и одинокой. Почему она настаивает, чтобы он дал шанс ему и другой женщине? Почему она не хочет рассматривать его кандидатуру? Он задавался вопросом: он ни в коем случае не уступал Говарду Джеффри, но почему она выбрала именно его? Самым счастливым моментом в его жизни стало получение диплома врача с отличием… Знала ли она, насколько счастливым он чувствовал себя, разделив этот момент с ней…? Обнимая её и танцуя под хрустальной люстрой, как же он хотел, чтобы этот момент навсегда остался между ними… Бекка… Неужели у него действительно нет шанса снова завладеть ею в этой жизни? Он мог бы снова бросить вызов всему, чтобы противостоять Говарду Джеффри, если бы она была готова следовать за ним… Но почему, глядя на Говарда Джеффри, она всегда медленно и радостно улыбается? Неужели только Говард Джеффри может подарить ей счастье? «Брат, помоги мне, брат…» Алиса проснулась от кошмара, в котором ее преследовал Робинсон, и резко поднялась с кровати. Осмотрев окрестности отеля… она постепенно пришла в себя. Включив прикроватную лампу, она увидела Рейчел, сладко спящую рядом с собой. Она невольно вытерла холодный пот, выступивший на ее теле после кошмара, и тихонько прислонилась к изголовью кровати. Алиса, моя самая большая радость в этой жизни – видеть тебя счастливой. Его слова всё ещё звучали у неё в ушах. Не в силах это контролировать, она снова и снова прокручивала в голове каждый миг, проведенный с ним… Его теплота по отношению к ней на самом деле была продиктована скрытыми мотивами. Он никогда по-настоящему не открывал ей своё сердце и не испытывал к ней никаких искренних чувств. В прошлом она была для него всего лишь пешкой, а также средством для выражения его внутренних переживаний. Она всегда это знала, но всё же позволяла сердцу ослеплять её, мешая видеть реальность. Давайте на этом закончим… В будущем она больше никогда не позволит себе быть такой глупой и не позволит себе больше мечтать о подобных вещах. Когда я просыпаюсь рядом с тобой со слезами на глазах, это тот момент, когда я полностью исключаю тебя из своей жизни. На четвёртый день пребывания в отеле тётя ПА наконец позвонила, чтобы сообщить Алисе, что она может вернуться домой, потому что он уже уехал. Алисе изначально не нравилось останавливаться в этом отеле. Как только она услышала, что он уехал, она немедленно выписалась из отеля и сразу же отправилась домой. В этот момент Алиса удобно устроилась на диване в холле виллы, закрыла глаза и с удовлетворением сказала: «Дома по-прежнему лучше всего, я никак не могу привыкнуть к проживанию в отелях». ---------- Глава 1044–538: Дополнительно: Останься со мной 2 «Мамочка, я хочу спать», — Рейчел потирала глаза руками. «Ты, маленький проказник, так поздно лег спать прошлой ночью, конечно же, теперь тебе хочется спать… Ладно, мама отнесет тебя наверх, чтобы ты поспал». "Хорошо." Рейчел протянула руки и вцепилась в Алису, как коала. Алиса отнесла Рейчел наверх. Как только Алиса поднялась наверх, она заметила, что в комнате что-то не так, но у нее не было времени разбираться с этим сразу, и она сосредоточилась на том, чтобы сначала уложить Рейчел в колыбель. В своей любимой колыбели Рейчел мгновенно уснула. Когда Рейчел уснула, Алиса наконец огляделась. Задернутые шторы, бокал для бренди на низком шкафчике, мужской халат на диване и lingering запах кого-то… Этот… Внезапно ее внимание привлек черный телефон на прикроватной тумбочке. Она подошла и увидела, что телефон принадлежит ему. Ее брови слегка нахмурились, как раз в тот момент, когда в комнату вошла тетя ПА. "Скучать." "Хм?" — Она вернулась к реальности. "Рэйчел спит?" "Да." Тетя ПА заметила телефон в руке Алисы и спросила: «Это…» Алиса повернулась к тете П.А.: «Брат в последнее время здесь спит?» Тетя П.А. кивнула: «Простите, мисс, я не смогла остановить мистера Робинсона». После того как Элис объявила, что больше не хочет иметь ничего общего с Честером, тетя П.А. перестала обращаться к нему с прежней фамильярностью. "Я знаю." Тетя П.А. продолжила: «В ту ночь мистер Робинсон вернулся и обнаружил, что все его вещи исчезли из комнаты. Он пошел искать тебя, но когда пришел в твою комнату и обнаружил, что тебя там нет, он очень рассердился». «Он рассердился, что я выбросила его вещи?» «Я не знаю, но мистер Робинсон спит в вашей комнате с той ночи, и так продолжается уже несколько ночей подряд». "Ой." «Мисс, телефон мистера Робинсона остался здесь, что нам делать?» «Позвоню помощнику Энтони позже!» "Хорошо." Чтобы не разбудить Рэйчел, Элис подошла к окну и набрала номер Кейта Энтони. «Мисс Элис». «Ассистент Антоний, вы все уехали из Франции?» "Еще нет…" Алиса вздохнула с облегчением: «Хорошо, он оставил здесь свой телефон…» "Левый?" "Да, вы же только что ушли?" Кит Энтони неловко ответил: «Простите, мисс Элис, я ошибся… Начальник велел мне позвонить в Нью-Йорк сегодня утром и сказать, что он будет там завтра утром, поэтому я подумал, что он планирует поехать в Нью-Йорк, но он только что сказал мне, что планирует вернуться в Нью-Йорк завтра». Алиса на мгновение опешилась, а затем поняла: «Вы хотите сказать, что он останется во Франции еще на одну ночь?» "Да." "Но я уже вернулась…" "Что?" "Где вы сейчас?" «Я паркуюсь, босс уже поднялся наверх». "Наверху?" «Да, босс вернулся на виллу». "Что?" Прежде чем Алиса успела отреагировать, она услышала, как повернулась дверная ручка. Алиса внезапно подняла глаза, и ее взгляд невольно встретился с взглядом Честера, который как раз входил в комнату. Алиса была ошеломлена, и телефон выскользнул у нее из рук. Честер тоже удивился, увидев Алису в комнате. Его взгляд стал более глубоким, и он тихо произнес: «Да ты же видишь меня, как призрака?» Алиса покачала головой и промолчала. Заметив, что Рейчел мирно спит в колыбели, Честер тихо подошел к Алисе. Алиса чувствовала некоторое напряжение, ее лицо слегка побледнело, а руки были крепко сжаты. Честер взял Алису за руку. Когда его рука коснулась её руки, она инстинктивно отпрянула. Честер нахмурился, увидев её реакцию. Алисе хотелось выскочить из комнаты, но он схватил ее за талию за секунду до того, как она успела вырваться. Резко повернувшись, он обнял ее. Знакомый запах, приятный аромат, властная хватка… Она в панике посмотрела на него: "Ты… что ты хочешь сделать?" Он пристально посмотрел на нее, а затем внезапно поднял ее руку и забрал телефон, который она крепко сжимала. Алиса вздрогнула, осознав, что нервно сжимала в руках его телефон. Убрав телефон в карман, он не отпустил её сразу, а крепче обнял за тонкую талию, притянув к себе. Его тело было немного теплым, его дыхание обжигало ее… Она почувствовала его губы у своего носа и подумала, что если она слегка пошевелится, он поцелует ее. Она не смело пошевелиться ни на дюйм, подняла на него взгляд и сказала: «Отпусти». Он слегка усмехнулся, словно наслаждаясь ее яростью в данный момент, не отвечая ей и не отпуская ее. "Отпустите меня!" — она не стала повышать голос, не желая будить Рэйчел. Он внезапно опустил голову и чмокнул ее в губы: "Останься со мной, а?" "Я не…" Не успела Алиса договорить, как он уже склонил голову и поцеловал её. Она отчаянно сопротивлялась, кончики ее пальцев даже впивались в его кожу, но он продолжал крепко прижиматься к ее губам. Его вторжение было основательным, лишенным всякой мягкости, словно им двигало лишь чувство одержимости. "М-м-м…" Она сильно ущипнула его, но поняла, что все ее усилия были тщетны. Тётя П.А. и Кит Энтони ворвались внутрь и стали свидетелями шокирующей сцены. Оба застыли на месте. "Скучать…" "Босс…" "Убирайся!!" В этот момент он оторвался от ее губ и холодно приказал ошеломленной паре у двери: «Убирайтесь!» Элис Робинсон тяжело дышала, стуча кулаками по его груди. Тётя П.А. хотела выступить вперёд, но Кит Энтони быстро оттащил её. С громким «бабахом» дверь закрылась, и он крепко схватил за рассерженные руки Элис Робинсон. «Что ты делаешь?..» — отчаянно пыталась она вырваться. Но неожиданно он толкнул её на большую кровать позади них… У неё не было времени сопротивляться; его тело уже лежало на ней, прижимаясь губами к её губам… Алиса Робинсон, безучастно уставившись в потолок, смотрела в глаза, полные слез. Она крепко вцепилась в простыни, губы были прикусаны до посинения. Внезапно она обняла одеяло и села. Однако в тот момент, когда она встала, ее схватили за запястье. Он не спал; он открыл глаза и пристально посмотрел на нее: «Куда ты идешь?» Она холодно сказала: «Отпустите меня». Он тоже приподнялся, обхватив её тонкую талию. Она изо всех сил пыталась раздвинуть руки, обхватившие её за талию, но безуспешно. Она подняла руку и сильно ударила его по щеке: «Ублюдок!!» Но его рука крепко сжимала её руку, он понимал каждое её движение. Он крепко сжал её беспокойные руки, голос его охрип от напряжения: «Отнести тебя в душ?» «Мне не нужна ваша лицемерие». Она резко оттолкнула его, плотно завернулась в одеяло и жалобно закричала. «Ты разбудишь Рейчел вот так». "Не ваше дело!!" "Это не в первый раз. Зачем плакать?" Она обняла колени и заплакала еще громче. Он почувствовал некоторое раздражение и повернул к себе ее лицо: «Разве тебе не нравилось, когда мы это только что делали?» Она была в ярости и смущена, и начала колотить его кулаками. Он дал ей выговориться, успокаивая её: "Ладно, ладно, это моя вина…" Она била его сильно, пока у нее не устали руки, затем постепенно перестала бить и продолжила рыдать. Он сказал: «Перестань плакать». Она всё ещё не остановилась. Он откинул волосы назад и сказал: «Я же сказал, перестань плакать!!» Наконец она подняла заплаканные глаза, посмотрела на него с болью и хрипло спросила: "За кого вы меня принимаете?" На его красивом лице не было ни капли вины: «Взрослые, которые удовлетворяют потребности друг друга». "Ты ублюдок!" Он надел штаны, откинул одеяло и встал с кровати. Она крепко вцепилась в одеяло, прислонившись к изголовью кровати, наблюдала, как он вошел в ванную, и с силой ударила кулаком по кровати. Когда он вышел из ванной после душа, она все еще стояла в оцепенении, прислонившись к изголовью кровати. Он сел на край кровати и поставил стакан с водой на прикроватную тумбочку. «Прими лекарство», — сказал он ей. Она проигнорировала его, словно не слыша его голоса. Он открыл ящик, достал из отделения белый флакончик с лекарством и высыпал одну таблетку. Взял воду и протянул ей таблетку: «Или ты хочешь подарить мне еще одного ребенка?» Услышав это, она тут же обернулась, взяла у него из рук таблетку и стакан воды и залпом выпила все содержимое. Таблетка оказалась довольно горькой, отчего она нахмурилась. Он посмотрел на нее, слегка улыбнулся и протянул руку, чтобы погладить ее лицо. Но она отвела лицо в сторону, не желая проявлять к нему даже малейшего желания. Его рука замерла в воздухе, затем опустилась, улыбка осталась неизменной. Он тихо прошептал: «Я вдруг передумал… возможно, нам стоит подумать о сохранении таких отношений». Она покраснела и свирепо посмотрела на него: «Убирайся отсюда». Он легонько поцеловал её в губы, поднимаясь: «Я вернусь очень поздно сегодня вечером, не нужно меня ждать». Подождите? Проклятие… Элис Робинсон схватила подушку и с силой бросила ее в него, к сожалению, попав в закрытую дверь. Элис Робинсон вышла из ванной после душа как раз вовремя, чтобы увидеть, как Рейчел протирает глаза в колыбели. Рейчел только что проснулась и, увидев Элис Робинсон, ласково позвала: «Мамочка». Глаза Элис Робинсон все еще были красными, но она не выказала ни малейшего намека на негативные эмоции перед дочерью. «Проснись, дорогая». Рейчел протянула руку и обняла Элис Робинсон за шею. Элис Робинсон подняла Рейчел из колыбели и сказала: «Ты голодна? Мама отнесет тебя вниз поесть». Рейчел лениво прислонилась к плечу Элис Робинсон и спросила: «Мамочка… с кем ты разговаривала…» "Хм?" Рейчел пробормотала: «Пока я спала, мне показалось, что я слышала, как мама с кем-то разговаривает…» "Что… что ты услышал?" "Это… просто голос дяди." «Невозможно». Элис Робинсон крепко обняла Рейчел: «Твоего дяди здесь нет». Рейчел огляделась, так и не увидев фигуру дяди, и воскликнула: «О!» ---------- Глава 1045-539: Дополнительная история: Её жизнь обрела смысл Элис Робинсон взяла Рейчел на руки и тут же спустилась вниз. Пока Рейчел наслаждалась отдыхом в столовой под присмотром прислуги, Алиса, с унылым видом, прислонилась к дивану в прихожей. В какой-то момент подошла тетя П.А., прервав ее размышления: «Мисс». Алиса резко ответила: "Что?" Тетя П.А. сказала: «Ты и в полдень ничего не ел, хочешь что-нибудь поесть?» Алиса покачала головой: «Я не голодна». Тётя П.А. прикусила губу: «То, как мистер Робинсон с тобой обращается, это просто недопустимо…» Алиса не ответила. После долгой паузы она спокойно сказала тете П.А.: «Тетя П.А., я хочу отсюда съехать». "А?" «Этот дом больше не мой прежний дом…» "Но…" "Тетя П.А…." — Алиса протянула руку и взяла тетю П.А. за руку, — "Я больше не хочу здесь оставаться; я не хочу снова с ним столкнуться…" «Но если вы уедете отсюда, куда вы сможете пойти? Кроме того, все деньги семьи Робинсонов теперь контролируются мистером Робинсоном. Как вы будете жить после отъезда?» «Я могу снять квартиру в Париже, а потом найти работу…» «Но…» — тётя П.А. замялась, — «мисс, похоже, вы никогда раньше не работали на улице. Может, попросим мистера Робинсона отдать вам принадлежащие вам тридцать процентов активов, а потом мы сможем съехать, хорошо?» «Я больше не хочу ждать…» Слезы навернулись на покрасневшие глаза Алисы, когда она, задыхаясь, сказала: «Рано или поздно мне придется научиться самостоятельно справляться с трудностями в этом обществе, не полагаясь на семью… Надеюсь, это последний раз, когда я плачу». В ту ночь Элис съехала из особняка Робинсонов. Перед отъездом Алиса и представить себе не могла, что ему будет все равно, и факты подтвердили, что ему действительно было все равно. Через несколько дней после того, как она съехала из дома семьи Робинсонов, она получила известие от слуги Робинсонов о том, что он на следующий день уезжает из Парижа в Нью-Йорк. Очевидно, ее уход никак на него не повлиял. Она не грустила и не расстраивалась, потому что давно знала, что всё так и закончится. К счастью, она не позволила себе опуститься на самое дно без всяких ограничений. Два месяца спустя. Она взяла такси от отеля, где работала, и вернулась в свою квартиру. Покинув дом Робинсонов, она нашла эту квартиру, увидев объявление об аренде в газете. Конечно, квартира не могла сравниться с роскошью дома Робинсонов, но она была тихой и элегантной, поэтому она платила арендную плату за два года, чтобы здесь жить. Днём она оставалась дома с Рейчел; по вечерам она ходила в пятизвёздочный отель, где работала уже больше полумесяца, чтобы играть на пианино. Говоря об этой работе, могу сказать, что она действительно непростая. В то время, когда она только съехала из дома Робинсонов, она была в растерянности, не зная, как ей выжить в этом обществе. Единственное, что она знала, это то, что ей нужно найти работу, чтобы по-настоящему стать независимой и сильной, а не паразитировать на обществе. Более месяца она пыталась устроиться на работу в разные компании. Несмотря на наличие высшего образования, у нее не было опыта работы, поэтому компании ей отказывали. Позже она рассматривала работу в сфере услуг. Хотя для поступления в эту отрасль существовал определенный порог, к сожалению, она оказалась слишком утомительной и оставляла ей почти совсем мало времени на общение с Рэйчел, поэтому она начала искать работу, требующую только вечерних часов. В конце концов, она нашла работу, которая сейчас её очень устраивает. Работа не очень утомительная и оставляет много времени дома — она пианистка. Она занималась игрой на фортепиано с детства, поэтому чувствовала себя уверенно, подавая заявку на должность пианистки. Как и ожидалось, управляющий этого пятизвездочного отеля принял ее, позволив ей стать компетентным сотрудником. Ее работа заключалась в том, чтобы каждый вечер играть на пианино в вестибюле для гостей отеля, входящих и выходящих из него. Отель создал эту должность для того, чтобы способствовать созданию элегантной атмосферы. Она была очень благодарна за эту работу, потому что, по крайней мере на данный момент, вполне довольна ею. «Рэйчел, иди обними маму, маме пора на работу. Ты должна хорошо себя вести и слушаться тетю по телефону дома, хорошо?» В шесть тридцать вечера Алиса поцеловала Рейчел, неохотно прощаясь с дочерью. Рейчел послушно кивнула, а девочка, чья речь становилась все более беглой, серьезно приказала: «Мамочка, ты должна вернуться пораньше…» «Мм, иди сюда, поцелуй маму». После того как Рейчел чмокнула ее в щеку, Элис радостно помахала Рейчел на прощание, отвернулась от дома и оставила Рейчел с тетей П.А., которая переехала с ней из дома Робинсонов. В семь часов вечера Алиса, одетая в белое вечернее платье, вовремя села за пианино в вестибюле. Ей очень нравилась здешняя обстановка, поэтому работать до десяти часов она не чувствовала усталости. Иногда, играя на пианино, она чувствовала, как успокаивается ее сердце. ---------- Глава 1046–539: Дополнительно: Её жизнь обретает смысл_2 Нежные звуки фортепиано мелодично разносились по элегантному белому вестибюлю отеля… Элис Робинсон была полностью поглощена прекрасной музыкой фортепиано, не подозревая, что в этот самый момент из лифта отеля вышел высокий мужчина в черном костюме, излучающий безразличие с головы до ног. Генеральный менеджер отеля подобострастно следовал рядом с равнодушным мужчиной, уважительно говоря: «Генерал Лоуренс, это последний проект оформления лобби отеля. Он выполнен в основном в классическом, простом европейском стиле… Многие гости говорят, что им нравится элегантная обстановка, и заполняемость номеров выросла на тридцать процентов по сравнению с предыдущим периодом». Клод Лоранс, владелец шестидесяти процентов пятизвездочных отелей Парижа, чьи объекты недвижимости пользовались огромной известностью во многих странах. Его проницательность и деловой ум долгое время были предметом обсуждения в индустрии, но он держался в тени и редко появлялся на публике, поэтому был малоизвестен внешнему миру. "Мм." «Генерал Лоуренс, позвольте мне показать вам специально спроектированные номера для молодоженов в отеле…» Генеральный директор шел вперед, указывая путь и почтительно приветствуя своего начальника. Однако в этот момент шаги Клода Лоуренса слегка замедлились. Его взгляд невольно упал на прекрасную женщину за пианино в холле отеля. Ее профиль… показался ему странно знакомым. Глаза Клода Лоуренса невольно слегка прищурились. Генеральный менеджер отеля нервно спросил: «Генерал Лоуренс, где-то возникла какая-то проблема?..» Секретарша, следовавшая за Клодом Лоуренсом, тоже не могла понять, почему его босс вдруг остановился. Клод внезапно заговорил: «Кто она?» Только тогда генеральный директор заметил, что взгляд его босса упал на сотрудницу, сидящую за пианино. Он тут же вздохнул с облегчением и сказал: «Сотрудники отдела кадров сказали мне, что ее фамилия Робинсон. Она недавно принята на работу пианисткой. Она хорошо выглядит и хорошо играет, соответствует нашим стандартам найма, поэтому мы ее приняли». Клод Лоуренс больше ничего не сказал, лишь слегка склонил голову. По пути к другому лифту Клод прошел прямо мимо Элис Робинсон, которая все еще играла на пианино. Его взгляд, естественно, упал на это прекрасное лицо, сосредоточенно устремленное на клавиши. Это лицо было захватывающим дух. Алиса не была уверена, почувствовала ли она чей-то взгляд. Во время игры она подняла глаза и посмотрела прямо перед собой. Невольно её взгляд столкнулся с другим взглядом. Алиса на секунду замерла. Она вспомнила, что менеджер напомнил ей не отводить взгляд во время игры, чтобы не смущать гостей, поэтому она быстро опустила голову, даже не успев разглядеть лицо человека, который только что встретился с ней взглядом. Однако ее легкая паника бросилась прямо в глаза Клоду Лоуренсу. На этот раз уголок его рта слегка изогнулся, когда он вошел в лифт. В десять часов вечера Алиса встала из-за пианино. Она уже собиралась закончить работу, когда нечаянно заметила на диване неподалеку, прямо перед собой, мужчину в черном костюме. Он выглядел представительно, излучая ауру благородства. Красивый мужчина всегда привлекает внимание женщины; Алиса не была исключением. Она лишь взглянула на него из-за базового инстинктивного влечения к противоположному полу, никак не ожидая, что его взгляд тоже будет прикован к ней. Алиса была немного озадачена, потому что в взгляде этого мужчины было что-то смутно знакомое… Однако в мире было не так много красивых и богатых мужчин, но благодаря своему привилегированному воспитанию она видела их немало. Поэтому, хотя в этом незнакомце и чувствовалась некая знакомость, особого любопытства она к нему не испытывала. Она спокойно отвела взгляд, взяла сумку и направилась в офис, чтобы отметиться об окончании смены. Однако, когда она шла к комнате с часами, к ней подошел мужчина в черном костюме, который только что стоял позади того симпатичного мужчины и выглядел как его помощник или телохранитель. «Мисс Робинсон, здравствуйте». Алиса остановилась. "Э-э, привет." Мужчина почтительно сказал: «Тот джентльмен, который сидит вон там, — мой начальник. Он слушал вашу игру на пианино… Он сказал, что ваша игра так же прекрасна, как и вы сами, и он хотел бы узнать, не выпадет ли ему честь познакомиться с вами». «Извините, это неудобно». Хотя мужчина выглядел весьма представительно, она никогда не была готова принять подобное предложение. Подчиненный больше ничего не сказал, лишь вежливо отошел в сторону, чтобы пропустить Алису. Элис не бросила на Клода Лоуренса ни единого взгляда и направилась прямо в комнату с часами. Пока Алиса направлялась в комнату с часами, ассистент вернулся к Клоду. «Генерал Лоуренс». Клод держал в руках бокал красного вина, его взгляд холодно остановился на стройной фигуре Алисы, когда она уходила. «Она мне отказала». Клод ответил тихим «Мм» и ничего не сказал. Помощница спросила: «Следует ли мне запросить у отдела кадров информацию о ней и ее номер телефона?» Клод покачал головой. "Не нужно." "Затем…" Клод отпил глоток красного вина и лишь сказал: «Сяоянь, перенеси сроки проверки. Я хочу остаться здесь на несколько ночей». «Да, генерал Лоуренс». Секретарь, тихо стоявший позади Клода, слегка кивнул. В десять тридцать вечера Алиса, измученная, с трудом добралась до квартиры. Тетя П.А. еще не легла спать и приготовила ей сладкий суп в качестве позднего перекуса. Алиса вошла в комнату, чтобы взглянуть на спящую Рейчел. Только успокоившись, она вышла, чтобы выпить сладкий суп. Увидев, как устало выглядела Алиса, когда пила, тетя П.А. не удержалась и сказала: «Мисс, почему бы нам не вернуться в главный дом…» Рука Алисы, державшая чашу, на мгновение замерла. Она не подняла глаз, лишь сказала: «Я не хочу возвращаться». «На самом деле, мистер Робинсон редко возвращается в главный дом в течение года. Даже если он это сделает, мы можем попросить помощника Энтони сообщить нам об этом заранее…» Алиса осторожно поставила миску и спокойно сказала тете П.А.: «Тетя П.А., мой переезд из родительского дома был не только попыткой избежать его… Я хочу найти работу, получить образование, научиться самостоятельно справляться с трудностями в этом обществе, чтобы мне больше никогда не приходилось ни от кого зависеть». «Но вам действительно не нужно так сильно напрягаться. Даже тридцати процентов активов семьи Робинсонов будет достаточно, чтобы покрыть ваши расходы на всю жизнь…» Элис покачала головой. «Я не могу просить у него эти деньги… Если бы я это сделала, семья Робинсонов была бы полностью разделена. Пока ситуация не достигнет критической точки, я не хочу, чтобы семейное имущество было разделено». «Мисс, я понимаю ваши чувства… но мне очень больно видеть, как вы так усердно работаете». ---------- Главы 1047–540: Дополнительная история: Она идёт другим путём, нежели он Элис Робинсон слегка улыбнулась тете П.А.: «Не волнуйтесь, тетя П.А., я не чувствую усталости. Наоборот, мне кажется, что моя жизнь только начинает обретать смысл». Алиса обнаружила нечто очень странное. Каждый вечер, когда она играла на пианино, красивый и спокойный мужчина всегда садился на диван напротив. С юных лет она видела много богатых людей и с первой же встречи поняла, что этот мужчина обладает глубокими качествами и не испытывает недостатка в богатстве. Однако он, должно быть, очень скромен, ведь человек с такой исключительной внешностью, если он действительно богат, не стал бы оставаться таким анонимным в деловом мире. Поддавшись этим мыслям, Алиса завершила свое последнее выступление за день. Выходя из карточного зала, она невольно взглянула на мужчину, который сидел там и слушал ее игру с семи до десяти часов. Какова могла быть цель этого мужчины? Зачем он приходил каждый вечер послушать, как она играет на пианино? Она не верила, что богатый, предприимчивый мужчина стал бы использовать такой легкомысленный способ флирта. Как и на прошлой неделе, Алиса не подошла к мужчине, чтобы сказать ему ни слова, а он просто сидел на диване; она не могла разглядеть, какое у него выражение лица. После того как Алиса вошла в карточную комнату, ассистент подошел к Клоду Лоуренсу и тихо произнес: «Генерал Лоуренс, я проверил ее записи…» Клод Лоуренс махнул рукой. Ассистент перестал говорить. Клод Лоуренс тихо приоткрыл тонкие губы: «Неважно». Помощник тут же кивнул и сказал: «Генерал Лоуренс, если вы не предпримете срочных мер, то сегодня ночью вам придётся покинуть Париж, не так ли?..» Клод Лоуренс больше ничего не сказал, молча наблюдая, как стройная фигура выходит из карточной комнаты и направляется прямо из отеля. Увидев, что Алиса уже уходит, помощник забеспокоился: «Босс, может, мне пойти и попросить мисс Робинсон подойти…» "Незачем." В этот момент Клод Лоуренс достал из кармана пиджака ручку, вытащил со стола в отеле листок бумаги и написал на нем несколько слов. Как раз когда Алиса собиралась покинуть отель, Клод Лоуренс передал записку помощнику. Помощница сразу всё поняла, получила записку и побежала вслед за Алисой. Внезапно остановившись, Алиса испугалась. «Здравствуйте, мисс Робинсон». Мужчина, запыхавшись, почтительно поприветствовал её. Алиса вспомнила этого мужчину, слегка нахмурив брови. Мужчина успокоился и серьезно сказал Алисе: «Мисс Робинсон, это от моего начальника». Увидев записку, которую передавал мужчина, Алиса на мгновение опешилась. Мужчина незаметно сунул записку в ладонь Алисы, не забыв добавить: «Наш босс пользуется популярностью у многих женщин». Мужчина не осмелился много чего рассказать, в последний раз поклонился Алисе и затем ушел. Алиса безучастно уставилась на записку в своей руке, движимая инстинктивным любопытством, и открыла ее. Она никак не ожидала, что в записке будет всего три слова – Клод Лоуренс. Клод Лоуренс? Увидев эти слова, Алиса почувствовала необъяснимое волнение в сердце. Этого человека зовут Клод Лоуренс, и это имя очень подходит к его характеру. Но разве этот мужчина не слишком высокомерен? Даже если это был флирт, оставлять только имя — нетипично. Алиса подняла глаза в сторону мужчины и обнаружила, что он уже ушел. Она огляделась и нашла его фигуру у VIP-лифта отеля. Его спина была прямой и вытянутой, темный костюм подчеркивал его необычную осанку. Что значило для него оставить ей эту записку? Алиса должна была признать, что этот мужчина выбил ее из колеи, из-за чего она по ошибке назвала таксисту неверное местоположение и в итоге добралась до дома только в одиннадцать тридцать. Тетя П.А. уже ждала ее у двери, расслабившись лишь тогда, когда увидела, что та вошла в дом. «Мисс, почему вы так поздно вернулись сегодня?» «Ой, я назвал водителю неверный адрес». «Вы выглядите обеспокоенным… что случилось, проблемы на работе?» Алиса покачала головой, переобулась в тапочки и сказала: «Ничего страшного, Рейчел спала?» Тетя П.А. сказала: «Еще нет, она настаивала, чтобы ты рассказал ей сказку, даже будучи очень сонной, она не могла держать глаза открытыми, отказывалась спать…» Алиса передала свою сумку тете ПА и с улыбкой вошла в комнату. Рейчел действительно еще не спала, и как только она увидела Алису, она протянула руки, чтобы обнять ее. У Рейчел в сердце сжалось необъяснимое чувство, Элис подняла ее на руки, поцеловала и сказала: «Почему ты опять не спишь? Разве мама не говорила тебе слушаться тетю П.А.?» ---------- Главы 1048–540: Дополнительно: Она и он идут разными путями_2 Рейчел крепко обняла Элис Робинсон и сказала: «Я хочу, чтобы мама рассказала мне сказку». «Хорошо, но сегодня ночью ты должен спать в маминой кровати, а не в колыбели». Рейчел укусила свой милый мизинец, выражая некоторое нежелание. «Это нормально?» — Элис Робинсон с любовью посмотрела на свою дочь. Рейчел наконец кивнула: «Хорошо!» Элис Робинсон поцеловала Рэйчел в лоб, а затем отнесла ее в постель. Сидя у постели, Алиса Робинсон открыла книгу сказок и начала рассказывать своей дочери самую старую сказку… Эта слабачка уже так хотела спать, что ее веки изо всех сил пытались остаться открытыми, и она уснула, не дослушав сказку, крепко обнимая Алису Робинсон своими пухлыми локтями… Элис Робинсон осторожно положила книжку с картинками рядом с собой и молча наблюдала за спящим лицом своей дочери. Эта слабенькая девочка тоже скучала по маме, даже во сне она крепко прижималась к ней… Она была искренне благодарна за такую ​​милую малышку и надеялась, что её дочь сможет жить так же беззаботно, как и она сама в детстве. Выйдя из комнаты, тетя ПА уже приготовила сладкий суп. Алиса Робинсон действительно была голодна и съела всю миску сладкого супа за один раз. Увидев это, тётя П.А. с беспокойством сказала: «Давай я принесу тебе ещё одну миску…» Элис Робинсон быстро остановила тётю П.А., сказав: «Я наелась, тётя П.А. Если будешь продолжать так меня кормить, я стану маленькой поросёнком!» Тётя П.А. с улыбкой села рядом с Элис Робинсон: «Даже если будешь много пить сладкого супа, не потолстеешь». «Это не точно, я не хочу превратиться в маленького поросёнка». Тетя П.А. была удивлена ​​словами Элис Робинсон: «Похоже, у тебя сегодня хорошее настроение». «Хм, мне кажется, эти насыщенные дни довольно приятны». «Мисс, вы меня по-настоящему тронули…» "Хм?" «С детства ты почти не страдал, но ты способен принять нынешнюю обстановку и адаптироваться к работе. Твоя стойкость меня очень воодушевляет». Элис Робинсон улыбнулась и сказала: «У меня нет причин позволять кому-либо вечно смотреть на меня свысока, не так ли?» В глазах Элис Робинсон читалась сила, но они не могли скрыть глубоко засевшую в них боль. Тетя П.А. поняла, о ком говорила Элис Робинсон, и ее утешило то, что она могла такое сказать. Она кивнула и сказала: «Мисс, вы действительно повзрослели». Элис Робинсон наконец-то получила свою первую в жизни зарплату… Она чувствовала себя уверенно и счастливо, заработав деньги собственными силами. Хотя сумма была небольшой — меньше, чем она раньше платила за кошелек, — тем не менее, ощущение прочности она испытала впервые в жизни. Чтобы отблагодарить себя за то, что наконец-то обрела опору в обществе, перед тем как отправиться домой отпраздновать это событие с тетей П.А. и Рэйчел, Элис Робинсон решила сначала угостить своего босса ужином. Ее начальницей была элегантная женщина лет сорока, занимавшая должность на одну ступень ниже управляющего вестибюлем и работавшая его помощницей. В отличие от управляющего, который часто говорил холодно и резко, она всегда была доброй и приветливой, что очень нравилось Алисе Робинсон. В полдень Элис Робинсон договорилась встретиться с помощницей в отеле, где та работала, и решила угостить ее обедом по льготному тарифу для сотрудников. К сожалению, в полдень ассистентка позвонила и сказала, что у нее не будет времени. Она уже заказала еду, и просить коллег отменить заказ было бы неуместно, поэтому она решила съесть все сама, чтобы избежать лишних продуктов. Войдя в отель, Клод Лоуренс сразу же заметил Элис Робинсон, сидящую у окна и пьющую кофе в одиночестве. Он думал, что увидит её снова во время вечера, проведённого за игрой на пианино… Взгляд Клода Лоуренса задержался на ней, его глаза становились все более глубокими по мере того, как он смотрел на нее. Помощница, следовавшая за Клодом Лоуренсом и генеральным менеджером отеля, не понимала, почему босс остановился. Им потребовалось несколько секунд, чтобы заметить Элис Робинсон, сидящую у окна и пьющую кофе в одиночестве. Помощник тут же шагнул вперед и спросил: «Генерал Лоуренс, вы хотите…» На этот раз Клод Лоуренс не отказался. Помощник тихо сказал несколько слов генеральному директору, но тот наивно ответил: «Генерал Лоуренс, обедать здесь может быть для вас слишком… компромиссным решением. Для вас есть специально отведенное место на двадцать шестом этаже…» Не успел генеральный менеджер закончить свою речь, как Клод Лоуренс уже направился к ресторану на первом этаже. Помощник слегка похлопал генерального директора по голове, и тот наконец понял, в чем дело. Привлеченная едой, Элис Робинсон не заметила небольшого переполоха, вызванного появлением неподалеку какого-то джентльмена. Даже будучи голодной, Элис Робинсон не могла с аппетитом поглощать еду; она с юных лет научилась тонкому вкусу. Во время еды, с достоинством принимая пищу, она начала замечать, что окружающие ее люди постепенно расходятся. Это самый обычный ресторан отеля, поэтому именно здесь обычно обедают гости. Но поскольку это пятизвездочный отель, даже в обычном обеденном зале царила спокойная и элегантная атмосфера, просто было многолюдно. Когда посетители ресторана разошлись через минуту, Элис Робинсон почувствовала, что что-то не так, и растерянно огляделась. Внезапно в поле ее зрения появилась необычайно заметная фигура. Впервые она увидела его спереди. Его вид спереди был действительно таким же спокойным и элегантным, как и его профиль и спина — красивым и необыкновенным. Сердце Элис Робинсон замерло, и она поняла, что в огромном холле отеля остались только она и он. В отеле тихо играла классическая европейская легкая музыка… Он лишь мельком взглянул на нее, не делая лишних взглядов и жестов, просто посмотрел на нее. Она на мгновение замерла, а затем быстро отвела взгляд. По какой-то причине ей показалось, что его взгляд глубокий, словно обладает магией, способной притягивать. Она продолжала есть, игнорируя все вокруг. Краем глаза она заметила, что он тоже обедает; его осанка явно выдавала манеры хорошо воспитанного человека. Элис Робинсон должна была признать, что этот мужчина по имени Клод Лоуренс, несомненно, привлек ее внимание. С самого детства она встречала множество мужчин, которые пытались с ней флиртовать, но мало кто был таким же галантным и уравновешенным, как он. Это неизбежно напомнило Элис Робинсон о чувствах, которые она испытала при первой встрече с Честером Робинсоном… С детства ее везде искали, и лишь встречи с Честером Робинсоном становились для нее препятствием. Она помнила, как ей очень нравился этот брат, когда Честер Робинсон только приехал; она всегда цеплялась за него, а он постоянно держался отстраненно, почти никогда с ней не разговаривал… ---------- Главы 1049–541: Дополнительная история – Влюбиться в тебя случайно Но он ей просто нравился, даже если он ее игнорировал, она всегда вела себя с ним кокетливо... В то время, хотя ее немного раздражало, что брат игнорировал ее, чувства, которые тогда переполняли ее сердце, были скорее ностальгическими, чем его более поздняя доброта. Воспоминания Алисы Робинсон заставили ее забыть обо всем остальном. Она позвонила коллеге по отелю, чтобы оплатить счет, а затем покинула отель. Элис Робинсон не знала, что, хотя Клод Лоуренс и не смотрел на нее, он следил за каждым ее движением. Когда Алиса вышла из отеля, как раз в тот момент, когда она собиралась остановить такси на углу, в ее поле зрения внезапно появился белый Maybach. Через окно машины Алиса уже могла разглядеть необычное мужское лицо внутри автомобиля. Кит Энтони вышел из машины, открыл заднюю дверь и уважительно сказал: «Мисс Элис, босс хочет, чтобы вы сели в машину». «Я не собираюсь идти с ним в одном направлении», — ответила Алиса легкомысленно, словно встреча с ним спустя два месяца не вызвала у неё никаких эмоций. Кейт Энтони был очень обеспокоен. В этот момент к Алисе подъехало такси. Алиса без колебаний махнула рукой, села в такси и спокойно уехала. Алиса никак не ожидала, что, когда она садилась в такси и ехала к своему съемному дому, белый Maybach уже стоял припаркованный внизу. Сквозь лобовое стекло она смутно различала суровое и красивое лицо в машине на противоположной стороне. Сделав глубокий вдох, она оплатила проезд и наконец вышла из такси. Кит Энтони снова подошел к ней, выглядя обеспокоенным: «Мисс Элис…» Не желая беспокоить Кейта, Элис наконец подошла к белому автомобилю. Спустя более чем два месяца, когда они встретились снова, она уже могла сохранять спокойствие. «Садись в машину», — слабо произнес он. Алиса прикусила губу и наклонилась, чтобы сесть в машину. Салон был просторным, но, находясь с ним в одном помещении, машина казалась необъяснимо тесной. Она не смотрела ему прямо в глаза; оказавшись в машине, она перевела взгляд вперед, даже не задерживая его суровый профиль на периферии своего зрения. «Переезд из роскошной виллы в замке в пригороде в эту маленькую квартиру, похоже, не соответствует благородному образу жизни, который вы обычно ведете, мисс Алиса». Даже после столь долгого перерыва в общении его первые слова по-прежнему были саркастическими. Если бы это произошло раньше, она бы очень расстроилась, но если сердце уже мертво, оно не чувствует боли. За более чем два месяца она не только научилась держаться на этой социальной сцене, но и научилась забывать и справляться с трудностями. В его сердце она была никем. Почему её это должно волновать? «Просто скажи мне цель», — ее голос был ровным, ее ничуть не смущал его сарказм, словно ей было совершенно все равно. «Почему ты так холодно ко мне относишься? Мы же брат и сестра, нам не нужно так разговаривать». «Я не твой брат, мы не родственники». Честер Робинсон тихонько усмехнулся: «Ты так стремишься провести со мной черту». Алиса спокойно ответила: «Это именно тот результат, которого ты хотела». «Хорошо, отлично». Честер не выказал никакого недовольства, посчитав это ребячеством, и серьезным тоном добавил: «Мне нужно, чтобы ты пошел со мной на благотворительный ужин сегодня вечером». «Я не пойду». "Вы должны." "Почему?" «Потому что я собираюсь продать все виноградники Робинсонов и обсудить сделку. Как моя сестра, у вас нет причин не поддержать мою сделку на банкете». «Что?» — Алиса была потрясена, нахмурив брови. — «Вы собираетесь продать виноградники?» Честер легкомысленно заметил: «Мне принадлежит 70% акций компании Robinson, и я имею право распорядиться всей собственностью Robinson». Алиса внезапно повернула лицо к бессердечному лицу Честера и недоверчиво покачала головой: «Зачем ты это делаешь? Ты же знаешь, что наша семья из поколения в поколение занималась виноградарством, и это дело передавалось из поколения в поколение. А теперь ты хочешь продать все семейные виноградники?» Честер повернул голову, его темные глаза уставились на ее встревоженное и нежное лицо: «Теперь ты готова смотреть прямо на меня?» "Ты..." Честер отвел взгляд от ее лица и мягко сказал: «За исключением виноградника Салли в Париже, виноградники Робинсонов почти не приносят прибыли, работая в ноль на средства Салли. Если так будет продолжаться, семья Робинсонов в конце концов не сможет покрыть убытки и медленно будет двигаться к разорению». ---------- Глава 1050-541: Дополнительная история: Влюбилась в тебя, даже не осознавая этого_2 «Что вы имеете в виду?» «Как старшая дочь в семье Робинсонов, вы умеете лишь цепляться за это наследство. Если вы не умеете им распоряжаться, как вы сможете сохранить многолетнюю славу семьи Робинсонов?» "Что?" Почему она не понимала его слов? «Если мы сможем превратить все убыточные винодельни в прибыльные, семья Робинсонов не окажется на грани разорения. Поэтому сегодня вечером на благотворительном ужине я заключу сделку для семьи Робинсонов, найду инвестора для виноделен Робинсонов и обеспечу каналы сбыта». Сказав это, Элис Робинсон наконец-то начала понимать… «Вы имеете в виду, что сегодняшний благотворительный ужин — это, по сути, переговоры о деловой сделке для семьи Робинсонов?» «А о чём ещё ты думала?» — Честер Робинсон повернул лицо, его взгляд был мягким. Она посмотрела на него пустым взглядом и лишь спустя некоторое время отреагировала: «Значит, ты лгал мне о своих планах продать винодельни?» «Необходимо всегда учиться смотреть людям прямо в глаза». "Ты…" Она была так напугана, а он сделал это лишь для того, чтобы проучить ее за то, что она не смотрела ему прямо в глаза. Он действительно часто смотрит ей прямо в глаза? «Хорошо, Кит Энтони заберет тебя в восемь тридцать…» — Он снова принял свой безразличный тон. Элис Робинсон спросила: «Мне действительно нужно идти?» «Если, конечно, вы не считаете, что семье Робинсонов не нужно вести переговоры по этой сделке». Элис Робинсон внезапно смутилась. «Тогда… кто знает, может, вы что-то замышляете?» «Тогда ты просто не пойдешь и не попробуешь». "Я…" «Выходи из машины. Если хочешь пойти на ужин, будь готов, не ставь меня в неловкое положение». Элис Робинсон прикусила губу, сердито посмотрела на него, а затем вышла из машины. Когда она выходила из машины, Кит Энтони тихо подошел к ней и прошептал: «Босс действительно намерен помочь семье Робинсонов, можете быть уверены!» Элис Робинсон удивленно замерла. Машина отъехала прочь под ошеломленным взглядом Элис Робинсон. Она собиралась поехать домой и отпраздновать свою первую в жизни зарплату с тетей ПА и Рэйчел, но после встречи с Честером Робинсоном у нее пропало всякое желание. "Скучать…" Тётя П.А. увидела Элис Робинсон и подошла к ней с Рейчел на руках. "Мамочка…" Рейчел раскрыла объятия и наклонилась к Элис Робинсон. Элис Робинсон протянула руку, обняла Рейчел и нежно поцеловала её. Тётя П.А. спросила: «Мисс, куда мы сегодня поведём Рейчел поиграть?» Элис Робинсон сказала: «Тетя П.А., нам, возможно, придется остаться дома сегодня днем». "Хм?" Элис Робинсон сказала: «Он придёт». Маленькая невинная головка Рейчел не понимала, о ком идет речь, зная лишь, что ее планы на вторую половину дня были нарушены этим человеком. Рейчел не могла не спросить: «Мама, кто это?» «Он… он друг мамы, он сегодня придет к маме». «О, а он мог бы завтра навестить маму?» — наивно спросила Рейчел, моргнув своими длинными, завитыми ресницами. Элис Робинсон ответила ребёнку по-детски: «Но мама уже согласилась с ним встретиться». Рейчел разочарованно опустила голову и надула губы: «Но Рейчел хочет покататься на карусели…» Элис Робинсон поцеловала разочарованное лицо дочери: «Мама возьмет выходной, чтобы завтра побыть с тобой, как тебе это?» Услышав, что она все еще может играть завтра, глаза Рейчел мгновенно загорелись: «Хорошо, спасибо, мама». «Хорошая девочка». «Мама, я хочу поиграть с куклами Барби…» «Хорошо, давай!» — Элис Робинсон опустила Рейчел на пол и с радостью наблюдала, как та бежит в свою комнату за куклами Барби. Когда Рейчел вошла в свою комнату, тётя П.А. спросила: «Мисс, зачем мистер Робинсон сюда пришёл?» Элис Робинсон тут же пересказала тете П.А. то, что ей рассказал Честер Робинсон. Тётя П.А. была вне себя от радости: «Значит, мистер Робинсон намерен помочь семье Робинсонов?» Элис Робинсон покачала головой: «Я тоже не знаю его мотивов, но он прав, что винодельням Робинсона нужно заново управлять». «Он планирует вернуть вам всю собственность Робинсона?» «Думаю, им никогда не интересовались наследства Робинсона». Тетя П.А. кивнула: «Это правда… Мисс, вы упомянули, что мистер Робинсон на самом деле довольно богат». "Да." «Тогда иди… может быть, мистер Робинсон не такой уж и холодный, как мы себе представляли». В восемь тридцать вечера белый Maybach вовремя подъехал к дому, где жила Элис Робинсон. Прожив всю жизнь в высшем обществе, Элис Робинсон уже хорошо знала, что такое посещать подобные мероприятия. Однако вместо того, чтобы, как обычно, надеть платье от люксового бренда, она выбрала уже ношенное платье из коллекции одежды, которую привезла с виллы. У нее была прекрасная фигура, и любое платье ей бы подошло, но раньше она требовала самого лучшего и самого модного, а теперь считала, что многое не имеет значения. Она понимала, что это признак её постепенного взросления. Приподняв юбку, Элис Робинсон села в машину. Честер Робинсон всегда носил форменный костюм, и сейчас на нем был элегантный черный костюм, подчеркивающий его энергичный характер. «Я просила тебя одеться элегантно, что это за наряд?» Как только Элис Робинсон вошла, кто-то уже недовольно нахмурился. Элис Робинсон озадаченно посмотрела на себя в зеркало: «Что… что это за наряд?» Разве она не одета как обычно? Белое вечернее платье без бретелей, элегантное и в то же время достойное, в сочетании с туфлями на 30-сантиметровых каблуках, которые идеально подчеркивали ее длинные и красивые ноги. Взгляд Честера Робинсона был прикован к спинке платья Алисы Робинсон, которое представляло собой кружевную отделку, подчеркивающую соблазнительные изгибы ее спины… Честер Робинсон отвел взгляд, его лицо было холодным: «Ты мать, и все же не обращаешь внимания на свою одежду». «А где я об этом не подумала?» — сердито парировала Элис Робинсон. — «Ты ведёшь себя неразумно, это ты попросила меня красиво одеться». "Ты…" Впервые Честер Робинсон потерял дар речи, услышав слова Элис Робинсон. Элис Робинсон отвернула голову в сторону, ей было лень дальше с ним возиться. ---------- Глава 1051-542: Дополнительно — Злость на него Автомобиль медленно двигался по оживленным улицам Парижа. За окном машины доносились громкие звуки большого Парижа, но внутри было так тихо, что можно было услышать даже падение булавки. Она не знала, когда молчание стало для них общим языком. Наконец, Элис пошевелила губами и медленно открыла рот: "Ну… почему вы хотите помочь семье Робинсонов?" «О каком вопросе вы говорите?» «Завоевать расположение дяди, обеспечить сохранность собственности Робинсона, а сегодня помочь Робинсону обсудить деловые вопросы». Честер фыркнул и сказал: «Ты считаешь меня бессердечным и неверным человеком?» Алиса медленно повернула голову, пристально разглядывая его красивый профиль. «Что бы ни случилось, Дэвид Робинсон никогда не относился ко мне плохо, и сохранение его собственности — это способ отплатить ему за доброту». Он до сих пор помнит свои дни, проведенные в семье Робинсонов… Её брат никогда не был по-настоящему жестоким и холодным человеком. В его характере всегда жило сострадательное сердце целителя. Его безразличие к ней объяснялось тем, что ему никогда не было до неё дела, более того, он так относился ко всем, кто ему был безразличен, просто она никогда не хотела в это верить. Алиса замолчала и повернулась, чтобы посмотреть в окно. «Как поживает Рейчел в последнее время?» Он вдруг спросил. Ее тело слегка напряглось, она, немного не повернув голову, спросила его: «Ты… что ты только что спросил?» «Как там Рейчел в последнее время?» — повторил он слегка хриплым голосом. Это был первый раз с момента рождения Рейчел, когда он спросил её о ней… Она была в оцепенении, ошеломлена, не могла поверить в происходящее. Он заботился о Рэйчел? Спустя несколько секунд Алиса очнулась от своих мыслей и ответила: «Она хорошая… очень послушная и рассудительная, говорит гораздо беглее, чем раньше, иногда немного озорная». Честер слегка кивнул и больше ничего не сказал. Краем глаза Алисы долго задерживался на бесстрастном красивом лице Честера, пока машина внезапно не остановилась; только тогда она пришла в себя. Машина уже остановилась перед входом в отель. Шестизвездочный отель выглядел исключительно роскошным и величественным. Сотрудник отеля подошел, чтобы открыть дверь машины Честеру, пока Кит ехал на машине на парковку. Элис никогда не думала, что Честер протянет ей руку и возьмет ее за руку. Раньше, всякий раз, когда они появлялись вместе на публике, он никогда не забывал удерживать ее, когда она выходила из машины. Раньше подобные действия не казались чем-то необычным, но в этот момент она заколебалась. Он всегда был таким властным, не дожидаясь, пока она примет решение, он уже держал ее за руку. Его ладонь была такой же тёплой, как и прежде. Естественно, она не могла отказать, поэтому схватила его за руку, одной рукой приподняла юбку и вышла из машины. Перед входом в отель уже собралась толпа журналистов… Она давно не появлялась с ним на публике и немного нервничала. Честер крепко держал Алису за руку и направился в другую часть отеля. Сотрудник отеля проводил их наверх через VIP-коридор. Следуя за ним всю дорогу, она опустила голову, глядя на их соединенные руки. Она не понимала почему, но в этот момент ей вдруг вспомнилась сцена, где он танцует с Ребеккой Квентин под хрустальной люстрой… Но в момент вращения в танце, возьмет ли он также руку Ребекки Квентин, а затем обнимет ее? Подумав об этом, Алиса внезапно отпустила руку Честера. Честер остановился, посмотрел на нее и спросил: "Что случилось?" Алиса слегка опустила голову, длинные ресницы скрывали мрак в ее глазах: «Я могу идти сама». Лицо Честера слегка помрачнело, но он не выказал никаких эмоций и продолжил путь к отелю. Алиса молча последовала за Честером, сделав два глубоких вдоха. В этот момент она мысленно напомнила себе… Алиса, не позволяй зажившим шрамам заставить тебя забыть боль… Если вы продолжите позволять себе тонуть в этом состоянии, вы, возможно, никогда не сможете избавиться от этих воспоминаний. После более чем десяти лет совместной жизни он видел в тебе лишь пешку, рассматривал тебя только как объект для игр и удовлетворения физических потребностей, когда ему вздумается. Почему ты до сих пор питаешь эти нереалистичные фантазии? Даже если это трудно, даже если это больно, ты всегда должен оставаться гордым перед Ним. Алиса не знала, что белый Maybach остановился перед отелем, а за ним по пятам следовал черный Bentley. Клод Лоуренс сидел на заднем сиденье черного «Бентли», наблюдая за тем, как Честер, держа Элис за руку, выходит из машины. «Генерал Лоуренс, не хотите ли подняться и поприветствовать мисс Робинсон…» — быстро спросили помощник и телохранитель. ---------- Глава 1052 - 542: Дополнительно: Всё ещё злюсь на него_2 Клод Лоуренс молча наблюдал, как Элис Робинсон оттолкнула руку Честера Робинсона и в одиночестве направилась к отелю. Спустя некоторое время Клод Лоуренс сказал: «Проведите для меня расследование в отношении Честера Робинсона». «Что известно о прошлом Честера Робинсона?» — спросил помощник, удивленно ответив: «Босс, неужели нам действительно нужно выяснять прошлое Честера Робинсона? Он — наследник седьмого поколения семьи Робинсонов, три месяца назад выиграл судебный процесс по делу о наследстве и теперь владеет семьюдесятью процентами акций семьи Робинсонов, а оставшиеся тридцать процентов принадлежат мисс Робинсон. Кроме того, он — известный акушер-гинеколог в медицинской сфере и, кажется, несколько лет назад получил какую-то престижную медицинскую награду». "Неужели?" Темные глаза Клода Лоуренса слегка сузились, образуя четкую линию, его взгляд был настолько глубоким, что его невозможно было понять. Элис Робинсон… Что с тобой не так? Почему ты теряешь самообладание всякий раз, когда его видишь? Куда делась обещанная вами стойкость? Элис Робинсон мысленно снова и снова предупреждала себя, когда вдруг — «Бах!» Её лоб ударился о стену из плоти. Она потерла лоб от боли, обвиняюще глядя на мужчину, который резко остановился перед ней: «Что вы делаете?» Честер Робинсон слегка нахмурился, в его взгляде не было ни капли сочувствия: «Ты что, ходишь, не глядя?» Элис Робинсон с негодованием опустила голову. Честер Робинсон внезапно схватил Элис Робинсон за правую руку. Элис Робинсон на мгновение опешила, а затем быстро отдернула руку: «Что ты делаешь?» "Вы хотите, чтобы все увидели, что мы не ладим?" "Эм-м-м…" «Держись за меня», — приказал Честер Робинсон. Элис Робинсон сердито надула губы, но в конце концов послушно удержала Честера Робинсона. Раньше она вот так обнимала его на банкетах, но теперь чувствовала себя несколько неловко. Раньше они были братом и сестрой, поэтому, куда бы они ни пошли, она могла свободно обнимать его вот так. Теперь же их отношения напоминали отношения бывшей пары, которые больше не допускали интимных жестов. Хуже всего было то, что, держась за него, она по-прежнему чувствовала умиротворение, как и раньше… Они вместе вышли из лифта, и когда приблизились к банкетному залу, лицо Честера Робинсона уже вновь обрело утонченную осанку джентльмена. Наблюдая за его профилем краем глаза, Элис Робинсон невольно мысленно упрекнула себя: он просто демонстрировал смертельно холодное выражение лица, а теперь выглядит таким утонченным и грациозным. Совпадают ли актерские способности и интеллект мужчин? Элис Робинсон элегантно улыбнулась и вместе с Честером Робинсоном вошла в банкетный зал. Их появление вызвало небольшой переполох в нынешней обстановке… В конце концов, со стороны эта пара брата и сестры долгое время не появлялась на публике, и ходили слухи об их разладе, а их появление теперь развеяло эти слухи, не требуя никаких опровержений. «Дядя Шорк…» Как только она вошла в банкетный зал, Элис Робинсон в сопровождении Честера Робинсона направилась к одному из старейшин. Увидев Честера Робинсона и Алису, пожилой мужчина тут же доброжелательно улыбнулся: «Честер, Алиса». «Дядя Шорк, прошло много времени». «Да, прошло уже больше двух лет, не так ли?.. После смерти отца ты редко посещал подобные мероприятия». Упомянув своего отца, Элис Робинсон неизбежно выразила грусть: «Я до сих пор не могу смириться со смертью папы». Старший мягко похлопал Алису Робинсон по плечу: «Мои соболезнования… я также сожалею о смерти старого друга». Элис Робинсон кивнула. Взгляд старейшины упал на Честера Робинсона: «Честер…» "Хм." "Вас редко можно увидеть… Вы по-прежнему заняты врачебной деятельностью последние два года?" Честер Робинсон слабо улыбнулся: «Дядя Шорк, вы же знаете, что меня больше ничего не интересует». Старейшина вздохнул: «Ах, когда Дэвид был жив, он всегда говорил мне, что из всей семьи Робинсонов у тебя самый острый ум. Если бы ты мог использовать свой ум в бизнесе, семья Робинсонов непременно процветала бы вечно…» Честер Робинсон продолжал улыбаться, его голос с уважением относился к старшему: «Элис больше интересует семейный бизнес, поэтому я надеюсь немного помочь ей. Возможно, она лучше справится с семьей Робинсонов». Слова Честера Робинсона повергли Элис Робинсон в шок. Когда она вообще говорила, что интересуется семейным бизнесом? Старейшина подбодрил: «Алиса, продолжай в том же духе, дядя Шорк в тебя верит!» Чувствуя, что отступление уже не за горами, Элис Робинсон могла лишь выдавить из себя улыбку и сказать: «Э-э… Спасибо, дядя Шорк». Идя вместе с Честером Робинсоном к центру банкетного зала, Элис Робинсон сохраняла элегантную улыбку, но сквозь стиснутые зубы прошептала: «Зачем вы сказали дяде Шорку, что меня интересует семейный бизнес? Я ничего не смыслю в коммерции». На утонченном лице Честера Робинсона лишь слегка шевельнулись тонкие губы: «Или вы хотите, чтобы этим управляла семья Робинсонов?» Элис Робинсон была ошеломлена, после долгой паузы ее голос слегка охрип, когда она спросила: «Вы… вы планируете оставить дела Робинсона в покое, больше не заниматься ими?» Он не ответил, что подразумевало «да». Внезапно в её сердце нахлынула печаль, рука, сжимавшая его, слегка дрожала. "Честер…" К ним подошли двое элегантных джентльменов, прервав размышления Алисы Робинсон. В отличие от своего замкнутого, мрачного молчания, Честер Робинсон слабо улыбнулся: «Джонни, Коуз». «Ты, сопляк, ты еще помнишь, как вернуться в Париж, а?» — один из них игриво ударил Честера Робинсона, явно хорошо его зная. Элис Робинсон узнала их двоих; это были друзья Честера Робинсона по колледжу. Элис Робинсон вежливо поприветствовала их: «Брат Джонни, брат Коуз». Двое джентльменов тут же сосредоточили взгляд на Элис Робинсон. "Ух ты, Алиса, ты становишься всё красивее…" «Да, Алиса, я всегда просил Честера познакомить меня с тобой, но он был таким молчаливым парнем, который ни за что не хотел идти на контакт… то, что я не начал ухаживать за тобой, — моё самое большое сожаление в жизни!» Зная, что эти двое джентльменов всегда любили пошутить, Элис Робинсон застенчиво улыбнулась. «Честер, давно не виделись. Давай поболтаем вон там…» — предложил Джонни. "Конечно." Понимая, что ей не место в разговорах на мужские темы, Элис Робинсон отпустила Честера Робинсона и сказала троим джентльменам: «Давайте поболтаем, я вижу там вкусную еду, я пойду возьму себе что-нибудь поесть». ---------- Глава 1053-543: Дополнительная история: Он постоянно заставляет её подчиняться 1 "Продолжать!" Наблюдая, как трое джентльменов направляются в угол банкетного зала, Элис Робинсон скучающе вздохнула. Обернувшись, она направилась к длинному столу, заставленному изысканными деликатесами. Она никогда не любила посещать светские банкеты… Она чувствовала, что все, кто приходил на банкет, были лицемерами, потому что даже в плохом настроении им приходилось сохранять элегантность и улыбку, точно так же, как и ей сейчас. Она подошла к длинному столу от скуки, и, глядя на эти изысканные блюда, совсем потеряла аппетит. Не в силах сдержаться, она повернулась, чтобы найти Честера Робинсона, но обнаружила, что он все еще общается с друзьями. В глазах друзей он казался простым врачом… Она искренне восхищалась тем, как он безупречно исполнял свою роль на протяжении стольких лет; с таким человеком, как он, она должна была давно понять, что он не простодушен. Если бы она сейчас выбежала и рассказала всему миру, что он — тайный генеральный директор компании "QCS", она считала, что мало кто бы ей поверил? Погруженная в свои мысли, она вдруг увидела в поле зрения высокую, стройную фигуру. Казалось, он обладал природной аурой, притягивавшей взгляды многих присутствующих женщин. Элис слегка приоткрыла рот и безучастно уставилась на Клода Лоуренса, который направлялся к Честеру и остальным. Джонни и Коуз встали, чтобы поприветствовать Клода Лоуренса, проявив при этом уважение… Клод Лоуренс пожал руку Честеру и постепенно вступил в разговор. Алиса бездельничала в тихом уголке банкетного зала, потягивая неприятное на вкус шампанское. Внезапно свет погас, и гости начали выходить на танцпол в центре банкетного зала… Когда Алиса повернула голову, намереваясь увидеть фигуру Честера, она обнаружила, что он беседует с молодой женщиной элегантной внешности. Женщина выглядела весьма привлекательно, возможно, лет двадцати шести или семи, и каждым своим жестом излучала безмятежное очарование. Казалось, Честер приятно беседовал с ней, время от времени чокаясь бокалами с шампанским. Чувствуя необъяснимую духоту, Алиса уже собиралась встать и пойти в сторону Честера, но тут… Поднявшись, она невольно обратила свой взгляд на высокую фигуру. Клод Лоуренс… Он стоял прямо перед ней, его взгляд был мягким, бесстрастным и открытым, он смотрел прямо на неё. Алиса замерла на мгновение, не ожидая его появления перед ней. Хотя между ними был всего метр, она чувствовала скрытую в нем высокомерие и гордость… Человек с таким нравом, несомненно, был непростым. Алиса чувствовала себя несколько растерянной. Он посмотрел на нее и вдруг, словно джентльмен, протянул руку: «Можно?» Он приглашал её на танец. Хотя она с ним не разговаривала, несколько встреч пробудили в ней любопытство… Однако она и представить себе не могла, что его голос окажется таким приятным на слух. Элис вежливо сказала Клоду Лоуренсу: «Извините, у меня есть напарник…» Клод Лоуренс посмотрел на нее и медленно ответил: «Возможно, у вашего партнера уже появился новый партнер». Услышав слова Клода Лоуренса, Алиса повернулась в ту сторону, где находился Честер. Однако Честера там уже не было… Алиса осмотрелась и наконец нашла его в центре танцпола. Она и представить себе не могла, что он будет танцевать с этой безмятежной молодой женщиной… Ее взгляд долго задерживался на руке Честера, обнимавшей женщину за талию. Волна разочарования захлестнула сердце Алисы, и она медленно отвела взгляд, слегка прикусив губу. Алиса и не подозревала, что все ее взгляды были прикованы к глазам Клода Лоуренса; в этот момент он взял ее за руку и повел на танцпол… Когда Клод Лоуренс обнял её за талию, Алиса была глубоко удивлена. Кроме Честера, ни один мужчина никогда не обнимал её так. Алиса чувствовала себя несколько неловко, но её воспитание не позволяло ей отказать Клоду Лоуренсу в этот момент… Её рука, прерванная нерешительностью, легла на плечо Клода Лоуренса. Клод Лоуренс вел себя очень галантно, не подходил слишком близко, чтобы она не почувствовала ни малейшего дискомфорта. Опасаясь, что её неловкость и нервозность могут заставить её потерять самообладание перед Клодом Лоуренсом, Алиса извинилась перед ним: «Извините, я не очень хорошо танцую…» Клод Лоуренс посмотрел на нее и тихо сказал: «Все в порядке, я тоже впервые танцую с девушкой». Элис медленно подняла взгляд на Клода Лоуренса. Если раньше она просто считала Клода Лоуренса симпатичным, то сейчас ее по-настоящему поразило, насколько красивы его выразительные черты лица. Лицо, выточенное как скульптура, густые брови, темные глаза, высокая переносица, тонкие губы… ---------- Главы 1054–543: Дополнительная история: Он постоянно заставляет её подчиняться (Часть 1 из 2) Он был поразительно красив. Посмотрев на него несколько секунд, она поняла, что довольно неловко так пристально смотреть на кого-то, поэтому быстро опустила голову. Он заметил её смущение, словно пытаясь смягчить неловкость, и на его лице появилась нежная улыбка. «Ты сегодня выглядишь прекрасно». "Спасибо." Они больше ничего не сказали. Классическая романтическая мелодия привела их в движение, и они, неспешно двигаясь по танцполу… Она уже была в полубессознательном состоянии, различая лишь его приятный аромат, витающий у нее перед носом. В тот вечер джентльменские манеры мистера Лоуренса произвели на Алису глубокое впечатление… Когда музыка стихла, мистер Лоуренс медленно отпустил Алису. Элис слегка улыбнулась мистеру Лоуренсу, повернулась и покинула танцпол. Мистер Лоуренс долгое время не мог оторвать глаз от мимолетной улыбки Алисы. В холле банкетного зала Алиса нашла Честера. Он всё ещё разговаривал с той женщиной, и, похоже, у них много общего. Элис подошла, сердито потянув за собой Честера: «Пойдем со мной». Честер сказал: «Алиса, где твои манеры? Здесь же есть и другие друзья». Алиса сердито посмотрела на женщину: «Вы подруга моего брата?» Женщина, очень грациозная и элегантная, встала с дивана, по-видимому, немного испугавшись. Лицо Честера помрачнело, он холодно посмотрел на Алису: «Алиса, тебя так воспитывали с самого детства?» Он редко ругал её в присутствии посторонних; единственное воспоминание об этом связано с Ребеккой Квентин. Тело Алисы напряглось, она внезапно отпустила Честера и покинула банкет в одиночестве. Выбегая из банкетного зала, она смутно услышала, как он извинился перед женщиной: «Извините, моя сестра ведёт себя незрело…» Элис выбежала из отеля, и Кит Энтони уже догнал её. "Мисс Элис…" Алиса, стоя у обочины дороги, безучастно смотрела перед собой и говорила: «Ассистент Энтони, я хочу побыть одна немного». Кит Энтони не осмелился подойти к ней ближе, лишь молча стоял позади Алисы. Глаза Алисы уже покраснели, и слезы навернулись ей на глаза. Больше всего её огорчала собственная бесполезность… Увидев его с другой девушкой, она безумно, до боли ревновала, желая лишь одного — разлучить их… Но только после того, как он ее отругал, она поняла, что не имеет права вмешиваться в его дела… У них никогда не было таких отношений, даже прежние братско-сестринские отношения не были настоящими, не говоря уже о нынешнем, когда они даже не друзья… Какое право она имела контролировать его? По щекам Алисы тихо текли слезы; она глубоко вздохнула и решительно вытерла их. Обернувшись, Алиса спокойно сказала: «Помощник Энтони, пожалуйста, подвезите машину, я бы хотела немного посидеть в ней». Кит Энтони несколько раз кивнул и побежал к парковке. В ожидании, пока Кит Энтони привезет машину, Элис встретила мистера Лоуренса. В этот момент он тоже покидал отель в сопровождении своего помощника и телохранителей. Увидев Алису, он подошел издалека. Алиса почувствовала облегчение от того, что её уязвимую сторону не увидел её возлюбленный. К тому моменту, когда мистер Лоуренс добрался до Алисы, на ее лице уже появилась легкая улыбка. "Нет машины?" «Нет, там машина. Я жду брата». Она улыбнулась ему, не подозревая, что он уже заметил покрасневшие глаза и нос. Мистер Лоуренс не обратил на это внимания, а сказал: «Тогда я подожду здесь с вами некоторое время. Если ваш брат не придет, позвольте мне отвезти вас домой». «Э-э, не нужно, мой брат здесь…» Алиса уже собиралась направиться в сторону Честера, когда заметила женщину, стоящую рядом с Честером. Шаги Алисы внезапно замедлились, она издалека наблюдала, как Честер накинул свой пиджак на плечи женщины. В этот момент Кит Энтони подъехал на машине… Честер лично открыл женщине дверцу машины, впустив ее, и только тогда его взгляд переключился на Алису. Но взгляд Алисы уже остановился на мистере Лоуренсе, стоявшем перед ней, и она сказала: «Мистер Лоуренс, я побеспокою вас и попрошу подвезти меня». "Не за что." Водитель мистера Лоуренса уже подъехал к дому, и помощник быстро открыл дверь машины. Алиса без колебаний спустилась в машину. Мистер Лоуренс сел следом за ней, заняв место рядом с Алисой. Когда машина постепенно отъехала от отеля, выражение лица Алисы показалось несколько растерянным и дезориентированным. «Похоже, сегодня у вас неважное настроение», — тихо раздался в машине голос мистера Лоуренса. Алиса вернулась к реальности, покачала головой и сказала: «Ничего особенного, просто какие-то мысли». «Я заметил, что ты только что не разговаривал со своим братом… у вас с ним плохие отношения?» Алиса опустила голову и ответила: «Когда мы были моложе, все было хорошо, но с возрастом многое изменилось. Я больше не могу на него полагаться, как раньше». «Хотите ли вы, чтобы он всегда был рядом и защищал вас?» Алиса вздохнула, подняв взгляд и глядя вдаль: «Он мой брат, он не сможет защищать меня вечно». Мистер Лоуренс пристально посмотрел на нее: «Возможно, вам стоит подумать о том, чтобы доверить эту роль кому-нибудь другому… например, вашему будущему мужу». Алиса покачала головой: «Я об этом еще не думала». Мистер Лоуренс вышел из машины и лично открыл дверцу для Алисы. Алиса немного смутилась, но, выйдя из машины, благодарно сказала: «Мистер Лоуренс, спасибо, что привели меня сегодня вечером». «Пожалуйста». Мистер Лоуренс всегда говорил очень уместно, никогда не заставляя Алису чувствовать себя неловко. Алиса кивнула: «Тогда… спасибо, я сейчас пойду». "Хорошо." Обернувшись, Алиса направилась к особняку семьи Робинсонов. Мистер Лоуренс долго наблюдал за спиной Алисы, прежде чем уйти. "Скучать…" Слуги семьи Робинсонов очень обрадовались ее появлению и тут же окружили ее. Алиса слегка улыбнулась им, не в силах отрицать, что дом всегда был лучшим местом. Несколько слуг суетливо подавали ей чай и воду, но Алиса молча сидела на диване в прихожей, ожидая кого-нибудь. Один из слуг спросил: «Мисс, вы останетесь здесь на ночь?» ---------- Глава 1055-544: Дополнительно: Он постоянно заставляет её подчиняться 2 Алиса покачала головой: «Нет, я вернусь в квартиру позже». Слуга выглядел разочарованным: «Мисс, почему вы съезжаете? Без вас в доме так пусто». «Надеюсь получить некоторый опыт на открытом воздухе». «Но я слышала от тети П.А., что ты многое пережила…» «Всё в порядке». Пока слуга и Алиса разговаривали, в виллу проникли два луча автомобильных фар. Зная, что он вернулся, Алиса поставила чашку кофе и встала. Честер вошел с улицы и с удивлением увидел, что Алиса уже ждет его дома. Слуги заметили, что в глазах Алисы, когда она посмотрела на Честера, читалась обида, и тактично отступили. «Что случилось? Почему ты так на меня смотришь?» Честер направился на второй этаж, не собираясь останавливаться и разговаривать с ней. Алиса шагнула вперед, преградив Честеру путь. Темные глаза Честера были непроницаемы, его безразличие скрывалось за глубоким взглядом. «Ты говорил, что хочешь, чтобы я пошла с тобой на банкет, чтобы помочь семье в переговорах, но все это время ты меня игнорировал. Какой смысл был меня туда приглашать?» Алиса сердито посмотрела на него, и ее раздражение едва сдерживалось в его присутствии. Длинные черные глаза Честера слегка сузились: «Я думал, вы уже хорошо знакомы с будущим партнером семьи Робинсонов». Алиса была ошеломлена: «Что значит „знакомый“?» «Клод Лоуренс, будущий партнер винодельни Робинсон». Глаза Алисы расширились от изумления: «Вы имеете в виду мистера Лоуренса?» «Разве он не упомянул об этом, когда танцевал с тобой?» Танцуем вместе… Значит, он видел, как она танцевала с Клодом Лоуренсом. Честер прошел мимо нее и продолжил подниматься по лестнице. Алиса на несколько секунд опешилась, прежде чем догнать его. К тому времени, как она дошла, он уже вошел в свою комнату. Собираясь войти в комнату, она внезапно остановилась у его двери. На самом деле, комната принадлежала не ему, а ей. Она никак не ожидала, что после её отъезда он просто займёт её комнату. Не оборачиваясь, он ослабил галстук, но, похоже, заметил, что она остановилась у двери, и спросил: «Что, ты не смеешь войти?» Алиса прикусила губу. Честер уже обернулся и мягко улыбнулся ей. Она увидела две расстегнутые пуговицы на его рубашке, слегка обнажив его мускулистую грудь, и ее лицо слегка покраснело, когда она отвела взгляд. «Вы сказали, что Клод Лоуренс — партнер нашей винодельни. Я хочу знать, кто он на самом деле?» «Владелец 70% акций роскошных отелей во Франции, имеет объекты недвижимости по всему миру, занимает тридцать второе место в списке миллиардеров Forbes, в настоящее время ему тридцать три года, он не женат». Алиса была ошеломлена. Честер подошел к Алисе, потрогал ее голову и сказал: «Теперь ты понимаешь, почему я хотел, чтобы он стал твоим партнером?» Алиса всё ещё не оправилась. Честер тихонько усмехнулся: «Потому что он может принести семье Робинсонов неограниченную выгоду». Алиса опустила голову и сказала: «Значит, ты договорился, чтобы я пришла сегодня вечером и познакомилась с ним». «Конечно, женщины всегда играют ведущую роль в социальных взаимодействиях… Кроме того, он, кажется, весьма вами заинтересован». Честер повернулся и прошел дальше в комнату. «Я не из тех, кто любит общаться с людьми». С этими словами Алиса обернулась. Необъяснимая злость в тот момент заставила её почувствовать себя крайне некомфортно. «Подожди», — внезапно окликнул её Честер. "Что случилось?" Она остановилась и вернулась в комнату. Он вышел из комнаты, подошел к ней, держа в руке красную квадратную шкатулку для украшений. Она отказалась смотреть на него, отвернув лицо. «У вас, женщины, вероятно, схожий вкус; посмотрите на этот браслет и решите, подойдет ли он в качестве подарка на первое свидание». Алиса резко подняла глаза, глядя на коробку в его руке: «Свидание? С кем… с кем ты собираешься встречаться?» Честер лишь тихонько хмыкнул. Алиса вдруг вспомнила, что сегодня вечером на банкете он был необычайно близок с одной женщиной. Она не могла не спросить: «Это та пожилая женщина на вечеринке?» Честер нахмурился: «Какая же она пожилая женщина, ей всего двадцать семь». «Он всё ещё старше меня». «Конечно, ты же ещё ребёнок». "Ты же тот ребёнок…" Честер рассмеялся и покачал головой: «Ты никогда не повзрослеешь». «Тебе не нужно беспокоиться о том, вырасту я или нет…» С этими словами она выхватила шкатулку с украшениями из рук Честера и достала оттуда браслет. Это был очень простой и элегантный платиновый браслет, дорогой из-за ряда маленьких красных бриллиантов, вставленных в него. Браслет был прекрасен и отлично подходил для подарка. Алиса положила браслет обратно в коробку и спросила: «Разве ты всегда не был без ума от Ребекки Квентин? Почему ты сейчас думаешь о том, чтобы встречаться с другой женщиной?» ---------- Глава 1056 - 544: Дополнительно: Он всегда заставляет её подчиняться (2_2) Честер сказал: «Нравиться женщине и жениться на женщине — это две разные вещи… Найти ту единственную, то есть вступить в брак, — это решение, которое должен принять каждый зрелый мужчина». Элис Робинсон была совершенно не готова к тому, что Честер упомянет ей слово «жениться». Она с недоверием спросила: «Вы собираетесь выйти замуж?» Честер этого не отрицал. Хрупкое и худое тело Алисы заметно дрожало: «Но ты же познакомился с ней только сегодня вечером». «Одного взгляда достаточно, чтобы увидеть человека». "Но…" — голос Алисы внезапно застрял в горле, и она больше не могла говорить. Честер не заметил выражения лица Алисы и уже повернулся, чтобы войти в комнату: «Раз ты ничего не сказала, похоже, этот браслет идеально подойдет в качестве подарка». Она долго молча смотрела ему в спину. Было непонятно, сколько времени прошло, прежде чем она, оцепенело, начала отходить в сторону. В саду виллы она случайно встретила Кейта Энтони. Увидев её бледное лицо, Кит Энтони не мог не выразить свою обеспокоенность: «Мисс Элис, с вами всё в порядке?» Алиса покачала головой, посмотрела на небо и пробормотала: «Я просто хочу домой». «Я отвезу тебя домой». Алиса покачала головой и отказалась: «Водитель меня подвезет». Она с улыбкой помахала на прощание Киту Энтони, а затем медленно скрылась из его поля зрения. Когда с неба начал моросить дождь, на ее лице появились капли дождя… и слезы тоже. Эти неудержимые слезы были вызваны не Китом Энтони, а скорбью… скорбью по самой прекрасной первой любви, которую она когда-то испытывала. Алиса заболела, у нее была сильная высокая температура, что очень встревожило тетю П.А. «Мисс, может быть, нам стоит поехать в больницу. Сидеть дома только усугубит болезнь…» Алиса плотно завернулась в одеяло, держа в руках чашку с теплой водой, и слабым, дрожащим голосом произнесла: «Я не хочу в больницу…» Тетя П.А. сидела у постели Алисы, протянула руку, чтобы потрогать ее лоб: «Боже мой, как ты вернулась с вечеринки такой больной, и все еще вела себя как ребенок, отказываясь ехать в больницу…» «Я боюсь иголок». «Конечно, раньше, когда вы болели, мистер Робинсон делал вам уколы. Теперь вам придётся ехать в больницу; нет врача, который был бы так же бережен, как мистер Робинсон». «Не упоминай его… Тётя П.А., со мной всё в порядке». Хотя её тело было раскалённым до неузнаваемости, ей было очень холодно. «Ни в коем случае, сегодня днем ​​я снова помогу тебе с холодным компрессом. Если температура не спадет, у меня не останется другого выбора, кроме как отвезти тебя в больницу», — сказала тетя П.А. Алиса была слишком слаба, чтобы говорить, и неудобно прислонилась к кровати. "Мама, тебе очень плохо?" Рейчел неуклюже забралась на кровать, ее маленькая пухлая ручка нежно коснулась лба Алисы. Алиса слегка кивнула, закрыв глаза. «Мама, укол совсем не больно делать; не бойся…» «Рэйчел, уколы совсем не болят?» Элис слегка приоткрыла глаза, глядя на понимающую дочь. Рейчел кивнула: «В прошлый раз, когда я болела, врач сделал мне укол, и мне совсем не показалось больно. Врач даже сказал, что я очень храбрая». «Но мама не такая храбрая, как Рейчел…» Рейчел обняла Алису: «Мамочка, я должна быть храбрее тебя, чтобы я могла заботиться о тебе, когда вырасту». Слезы навернулись на глаза Алисы, она никак не ожидала, что такая юная Рейчел окажется настолько понимающей. Не в силах сопротивляться, она склонила голову, чтобы поцеловать Рейчел, и, с трудом сдерживая слезы, произнесла: «Мама будет такой же храброй, как Рейчел». Вдохновленная смелостью своей дочери, Алиса решила поехать в больницу. Однако, как раз когда тетя П.А. собирала вещи, готовясь к поездке в больницу, у Алисы внезапно зазвонил телефон. Рейчел взяла трубку и, увидев Алису, слабо откинувшуюся на диване, нажала кнопку ответа: «Здравствуйте…» Человек на другом конце провода явно не ожидал ответа от Рэйчел, и, немного поколебавшись, спросил: "Рэйчел?" «Да, это я». «Где твоя мама?» "Вы… дядя?" Человек на другом конце провода снова сделал паузу, а затем ответил: «Да». Рейчел взяла телефон и подошла к Алисе: «Мамочка, звонит дядя». Алиса с трудом открыла свои усталые глаза. "Дядя?" Рейчел кивнула: «Он говорит, что он дядя». Алиса взяла телефон, нажала кнопку ответа: «Здравствуйте…» И действительно, это был его голос: «Спускайтесь вниз». "За что?" «Чтобы отвезти вас к Клоду Лоуренсу». Голос Алисы был слабым: "А я могу не идти?" «Назовите мне причину». "Я…" Она ещё даже не успела произнести ни слова, как он холодно прервал её: «Теперь речь идёт о делах семьи Робинсонов. Если ты всё ещё считаешь себя старой принцессой, которая может всё игнорировать, можешь лениться сколько угодно». Алиса закрыла глаза: «Хорошо… Дайте мне минутку». «Тётя П.А., я больше не поеду в больницу…» С трудом выпрямившись, Алиса сказала тете П.А., которая упаковывала вещи в комнате. Тётя П.А. подбежала и спросила: «Мисс, что случилось?» Алиса сказала: «Мне нужно выйти из дома». "Но ты всё ещё болен…" "Я справлюсь…" — Алиса прислонилась к стене и вошла в комнату. Тетя П.А. поспешно последовала за ней: «Что же такого важного?» «Я вам сообщу, когда вернусь». «Но у вас очень высокая температура…» В лифте Алиса молча смотрела на себя в зеркало. Бледно-голубое платье, нежный макияж… В этот момент она выглядела совершенно иначе. Когда двери лифта открылись, Кит Энтони уже ждал снаружи. «Мисс Элис, вы выглядите неважно». Кейт Энтони всегда заботился о ней, всегда мог понять, что с ней что-то не так, просто взглянув на ее лицо. «Со мной всё в порядке, просто плохо спал прошлой ночью». «О… босс уже ждёт вас в машине». "Мм." Перед многоквартирным домом Кит Энтони открыл дверцу машины для Алисы. Алиса села в машину и откинулась на спинку сиденья. Честер протянул ей документ: «Посмотрите на этот контракт и скажите мне позже, если в нем есть какие-либо недостатки». "Зачем мне на это смотреть?" Голос Алисы был слегка слабым, к сожалению, он этого не заметил. ---------- Глава 1057–545: Дополнительная история: Мой первый шаг к силе «В бизнесе первое, чему нужно научиться, — это анализировать договор, потому что договор определяет конечные интересы». "Я не могу…" «Если не можешь, то учись». Его голос был резким, и она, уже будучи пациенткой, почувствовала волну обиды. Но… В конце концов, она взяла себя в руки и не показала перед ним своей уязвимости. Взяв переданный им контракт, она изо всех сил выпрямилась, а затем открыла его. Алиса Робинсон, никогда прежде не занимавшаяся деловыми вопросами, сочла контракт сложным для понимания, поэтому в итоге она не смогла найти в нем недостаток. Увидев её удручённый вид, он не стал её ругать, а наклонился к ней и терпеливо объяснил: «Посмотри на 23-й пункт этого контракта, там говорится, что сотрудничество выгодно обеим сторонам…» Когда он наклонился ближе, приятный аромат донесся до ее ноздрей. У него был очень приятный голос, он терпеливо объяснял ей недостаток в контракте… Но ее взгляд был прикован не к контракту; она продолжала разглядывать его красивый профиль. Жар её тела сжёг её рассудок, заставив постепенно забыть реальность, а глаза всё больше затуманивались… Внезапно она протянула руку и обняла его… Он был явно ошеломлен, и объяснение прервалось. Она лежала на боку, прислонившись к его спине, крепко обнимая его и шепча: «Брат… я не хочу быть одна…» Когда её обжигающее тело прижалось к его, только тогда он почувствовал её ненормальность. Он внезапно отстранил её, его рука коснулась её лба: "Чёрт…" Она встала с кровати, и хотя голова все еще кружилась, дискомфорт значительно уменьшился. Элис Робинсон огляделась и поняла, что находится в собственной квартире. Тётя ПА увидела, что она проснулась, принесла стакан воды и спросила: «Мисс, вы хотите пить?..» Алиса кивнула и залпом выпила весь стакан воды. По мере того, как мысли постепенно прояснялись, Алиса спросила: «Как я оказалась дома?..» В её памяти оставались только воспоминания о ней и о нём в машине… Тётя П.А. сидела у постели и сказала: «Мистер Робинсон поднял тебя на руки…» Алиса вздрогнула: «Он пришёл?» «Да, помощник Энтони сказал, что вы потеряли сознание в машине, поэтому мистер Робинсон поднял вас наверх». «А где же он?» "Кого вы имеете в виду?" «Брат». Она всё ещё привыкла так его называть, потому что не знала, как ещё к нему обращаться. Тетя П.А. ответила: «Пришел доктор, которого пригласил мистер Робинсон, и он ушел, увидев, как доктор вас лечит…» Неудивительно, что ей стало намного лучше… Алиса снова спросила: «Он что-нибудь сказал?» Тетя П.А. ответила: «Мистер Робинсон мало что сказал… но перед уходом он приказал мне собрать ваши вещи и сказал, что приедет за вами завтра, чтобы вы вернулись на виллу». Алиса прислонилась к изголовью кровати, ее голос все еще был слегка слабым: «Я не хочу его видеть, и я не вернусь». «Но, мисс, вы, вероятно, не сможете отказать мистеру Робинсону». Тетя П.А. нахмурилась, на ее лице отразилось беспомощное выражение. Алиса слегка нахмурилась: «Что случилось?» Тётя П.А. сказала: «Мистер Робинсон привёз Рейчел домой». "Что?" Кит Энтони вышел из машины, держа на руках Рейчел. Взгляд Рейчел был прикован к Честеру Робинсону, стоявшему впереди. Она выглядела немного подавленной, ее маленькие ручки крепко сжимали Кейта Энтони: «Дядя Энтони, дядя меня не любит?» Кит Энтони на мгновение замолчал, а затем спросил: «Почему Рейчел могла так подумать?» Рейчел опустила голову и пробормотала: «Похоже, дядя не хочет со мной разговаривать». «Твой дядя точно такой же; он не испытывает неприязни к Рейчел». "Ох… дядя Энтони, когда мама приедет за мной?" Кит Энтони внес Рэйчел на виллу, сказав: «Это должно произойти скоро». "Я скучаю по маме…" — голос Рейчел дрожал от слез. «Будь хорошим, твоя мама скоро приедет…» — мягко утешал Кит Энтони. "Но я скучаю по маме…" — надула губы Рейчел, выглядя жалкой. «Дядя Энтони сейчас позвонит твоей маме и попросит её поскорее приехать за тобой, хорошо?» "Хорошо." Кит Энтони поцеловал Рэйчел в лицо, затем достал телефон и позвонил Элис Робинсон, но, к сожалению, ее телефон был недоступен. Чтобы успокоить ребёнка, Киту Энтони пришлось притвориться, что он звонит ей, разговаривая в пустоту в телефонной трубке. Только тогда Рейчел перестала капризничать. Честер Робинсон никак не ожидал, что Рейчел наткнется на кабинет, пока он занимался работой из Нью-Йорка. "Дядя…" Рейчел держала в руках кучу строительных блоков и, спотыкаясь, шла к нему. Честер Робинсон нахмурился: «Кит Энтони, Кит Энтони…» Он окликнул подчиненного по имени, но того в этот момент не было. Честер почувствовал некоторое раздражение и встал. Честер приготовился выйти из кабинета, но внезапно его нога запуталась во что-то, и он не смог продолжить движение. Он нахмурился и посмотрел вниз, и, конечно же, Рейчел поставила свою игрушку на пол рядом с ним и крепко обнимала его за бедро, глядя на него снизу вверх и хихикая. "Дядя… научи меня играть…" — сладко позвала Рейчел. По какой-то причине ей очень нравилось цепляться за Честера. «Уходите». Голос Честера не был особенно строгим, но в нём не было ни капли нежности. «Дядя, научи меня…» «Я же сказала, отойди». Честер хотел вытащить ногу, но Рейчел крепко обхватила её, как осьминог, не в силах отцепиться. "Кит Энтони? Миссис Чен?" Честер огляделся, никого не увидев. "Черт возьми…" Что происходит? Куда все делись? Честер в отчаянии решил пойти на компромисс и, наклонившись, начал торговаться: «Если ты меня отпустишь, я помогу тебе построить твои блоки, хорошо?» Рейчел послушно кивнула: «Хорошо». Заговорив, Рейчел наконец отпустила Честера своими пухлыми ручками. Честер должен был сразу выйти из кабинета, но невинный, полный ожидания взгляд Рейчел заставил его остановиться. "Дядя…" Нежный, щебечущий голосок маленькой девочки необъяснимо смягчил черствое сердце Честера, и он поднял лежавшие на земле кубики и начал строить для Рейчел. Рейчел стояла рядом с ногой Честера, серьезно наблюдая за ним. Честер впервые так внимательно рассматривал Рейчел… Только тогда он понял, какая она очаровательная. Днём золотистый солнечный свет проникал сквозь окно позади неё, создавая ослепительный ореол на кончиках её мягких волос. Если бы у неё были крылья, она была бы похожа на милого маленького ангела с западных картин. У нее было пухлое, белое и нежное личико, щечки румяные, как яблоки, а маленький ротик, похожий на вишенку, кусал палец. Она действительно была похожа на Элис Робинсон… Увидев, что Честер наконец закончил строить из кубиков, Рейчел обняла их и одарила Честера милой улыбкой. Увидев ангельскую и милую улыбку Рейчел, Честер инстинктивно улыбнулся в ответ. Ему почти хотелось обнять мягкое, пухлое тельце Рейчел, но внезапно его разбудили торопливые шаги. "Рэйчел…" Тревожный голос Алисы раздался в голосе. "Мама…" — выбежала Рейчел. "Рэйчел…" Элис подняла Рэйчел на руки и крепко обняла. Рейчел не понимала взаимоотношений между взрослыми, она просто радостно спросила Алису: «Мамочка, посмотри… дядя хорошо построил кубики?» Алиса на мгновение замерла, уставившись на кубики в руке Рейчел. «Дядя такой умный… он знает, как построить дом, даже не глядя в инструкцию…» Хотя девочке было почти три года, ее речь была не очень разборчивой; она называла «инструкцию» «Мин Мин Шу». Алиса никак не отреагировала, лишь мягко отчитала дочь: «Разве мама не говорила тебе, что без разрешения мамы ты не можешь уйти ни с кем?» В невинных глазах Рейчел читалось замешательство: "Но ведь он дядя…" Слова ребёнка лишили Алису дара речи. Да, он — «дядя» этого ребёнка… «Мисс Элис, не волнуйтесь… босс ничего не сделает с этой маленькой девочкой». Кейт Энтони каким-то образом оказался рядом с Элис и утешал её. Но Элис это не успокоило. Она передала Рейчел Киту и спокойно сказала: «Пожалуйста, позаботьтесь о ней за меня». Кит кивнул. Затем Алиса направилась в кабинет. «Почему ты позволяешь тете ПА собирать мои вещи и даже использовать Рейчел, чтобы угрожать мне и заставить меня вернуться?» Как только она вошла, Элис сразу же задала вопрос Честеру, который сидел за столом, уставившись в документы. Честер, не поднимая головы, равнодушно сказал: «Старая квартира вам не подходит, вам нужно вернуться». «Место, где я живу, вас не касается, вы не имеете права заставлять меня возвращаться». Ее твердый тон заставил его нахмуриться, он поднял взгляд, отложил документы, и их едва заметный взгляд встретился с ее взглядом: «Как будущему главе семьи Робинсонов, жить в такой дешевой квартире неприемлемо!» «Это мой выбор, мне не нужно, чтобы ты его контролировал». «Тебе не нужно, чтобы я это контролировал, или ты просто боишься жить со мной под одной крышей?» Честер холодно поднялся, его высокая фигура предстала перед ней, в его глазах не было ни капли тепла. Алиса была ошеломлена. Взгляд Честера был пронзительным: «Как старшая дочь Робинсонов, ты никогда не воспринимала семейные обязанности всерьез и не действовала под влиянием эмоций. Думаешь, это делает тебя независимой?» У Алисы заложило нос от его выговора: «Я не хочу, чтобы ты вмешивалась». «Если бы не Дэвид Робинсон, который меня воспитал, я бы, естественно, не стал вмешиваться». «Мне не нужно, чтобы ты лицемерно выставляла напоказ благородство семьи Робинсонов. Ты помогаешь мне ради Рейчел, боясь, что я не смогу позаботиться о ней в будущем». Она знала, что, хотя он и не любил Рэйчел, он испытывал к ней отеческую любовь… Ему не нравилась Рэйчел только потому, что она ему не нравилась. «Что ж, раз уж вы поняли, вам следует послушно вернуться. В течение следующего месяца я научу вас управлять винодельней семьи Робинсон». «Мне не нужно, чтобы ты меня учил…» Алиса пристально смотрела на него. Честер прищурился: «Что ты сказал?» ---------- Главы 1058–546: Дополнительная история: Требования Клода Лоуренса Алиса глубоко вздохнула и сказала: «Я хочу сказать… мне не нужно, чтобы ты меня учил, и мне не нужна твоя помощь». Честер холодно рассмеялся. "Ты уверен, что сейчас говоришь именно со мной?" "Я уверен." В темных глубинах глаз Честера мелькнула искорка гнева, но постепенно ее сменило глубокое, тяжелое спокойствие. Честер кивнул, его тон был мягким, словно лишенным каких-либо эмоций. «Повтори это еще раз». «Я сказал, что мне не нужно ваше вмешательство и ваша помощь». «Ты думаешь, сейчас самое время устраивать мне истерику?» — процедил Честер сквозь зубы. Алиса подавила резкую боль в груди. «Я не устраиваю тебе истерику. Я говорю тебе именно то, что хотела сказать в глубине души… Мы с тобой не друзья, мы не брат и сестра, и уж точно не любовники. Какое право ты имеешь вмешиваться в дела моей семьи?» Честер долго молчал. Их взгляды встретились; выражение его лица было напряжённым, ледяным. Она понимала, что разозлила его. И всё же выражение её лица оставалось неизменным. Между ними воцарилась тяжелая, как свинец, тишина. В конце концов Говард Джеффри издал зловещий смех, и его насмешливый голос заполнил весь кабинет. «Хорошо. Отлично. Я восхищаюсь твоей смелостью». Он подошел к окну от пола до потолка в кабинете и с силой ударил кулаком по белой стене. Она ничего не сказала. Наблюдая за тем, как он выходит из себя, она немного испугалась, но не пожалела, что сказала ему эти слова. Он схватил бутылку спиртного со стола, залпом выпил ее, затем разбил стакан и холодно посмотрел на нее. «Элис Робинсон, теперь ты сама по себе». Его взгляд был настолько безразличен, что пробрал ее до костей. В следующую секунду он выбежал прямо из кабинета. Элис безучастно смотрела вслед уходящему Честеру, из ее глаз хлынули слезы. Всё произошло именно так, как она и предполагала. В ту ночь Честер Робинсон навсегда покинул её мир. Стоя у окна и наблюдая, как уезжает белый автомобиль, Алиса невольно проронила слезы. Тук-тук… В дверь постучали. Алиса быстро вытерла слезы с глаз, так как человек уже входил. Это была тётя П.А. «Мисс, вы внезапно вернулись, вы меня до смерти напугали…» «Со мной все в порядке, температура спала». Тетя П.А. протянула руку и коснулась лба Алисы. Убедившись, что температура спала, она наконец вздохнула с облегчением. «Даже если мистер Робинсон вернул Рейчел, тебе не стоило так спешить… Мистер Робинсон — не плохой человек. Что бы ни случилось, он все равно отец Рейчел». Элис глубоко вздохнула. «Прости, тётя П.А. Я хочу умыться…» «Подождите, мисс, почему вы плачете… Мистер Робинсон вас запугивал?» Алиса покачала головой, но слезы по-прежнему неумолимо текли ручьем. Тётя П.А. испугалась и поспешила ей на помощь. "Мисс…" Элис крепко обняла тетю П.А. и разрыдалась от боли. «Тетя П.А.… Мне так ужасно… Я не хочу его жалости или сочувствия, поэтому я полностью оттолкнула его…» Поскольку она уже предчувствовала это, когда на следующий день к Алисе пришел адвокат, она не удивилась. «Мисс Робинсон, я адвокат мистера Робинсона». Алиса спокойно села на диван и кивнула. "Привет." Адвокат достал из портфеля документ и передал его Алисе. «Этот дарственный акт был составлен по указанию г-на Робинсона. Пожалуйста, ознакомьтесь с ним. Если у вас возникнут вопросы, вы можете задать их мне». Алиса взяла документ и сосредоточенно пробежала по нему взглядом. Содержимое примерно соответствовало ее предыдущим предположениям: он дарил ей семьдесят процентов акций Robinson Group. Иными словами, если она подпишет это соглашение своей рукой, всё имущество семьи Робинсонов перейдёт к ней, и он больше не будет иметь к нему никакого отношения. Адвокат спросил: «Мисс Робинсон, вы видите какие-либо проблемы?» Придя в себя, Алиса покачала головой. "Без проблем". «Тогда, пожалуйста, подпишите этот документ…» Алиса растерянно кивнула, а затем приняла перьевую ручку, которую ей передал адвокат. Приложив кончик к бумаге, она заколебалась. Подписание этого соглашения означало, что они с ней больше никогда не пересекутся… Перо дрожало под ее пальцами. Наконец, она впилась ногтями в бедро и подписала документ в правом нижнем углу. После ухода адвоката Алиса неподвижно сидела на диване. Спустя долгое время голос Рейчел прервал ее мысли. "Мама…" "Мм." Рейчел похлопала себя по плоскому животику и жалобно сказала: «Мой животик ужасно голоден». Алиса встала и подняла Рейчел на руки. "А может, мама испечет тебе торт?" "А мама придет?" — на лице Рейчел читался глубокий скептицизм. Алиса сказала: «Если мама не знает, как это делать, она может научиться… Мама точно не позволит Рейчел голодать». Рейчел с детской непосредственностью спросила Алису: «А мама не может просто попросить бабушку П.А. приготовить это?» Элис поцеловала нежную, светлую щеку Рейчел и серьезно сказала: «Мама не может во всем полагаться на других. Мама должна научиться заботиться о себе и о Рейчел». Рейчел сидела на стуле в столовой, болтая ногами, и наблюдала, как ее мать готовит торт. Алиса готовила торт, полагаясь исключительно на свою память… Она вспомнила, что в детстве однажды ей очень захотелось съесть пирожное, но было уже поздно, и нигде ничего не работало, поэтому ей ничего не оставалось, как пойти и попросить Честера Робинсона… В те времена Честер Робинсон не обращал на неё особого внимания, но он не смог устоять перед её мольбами, поэтому в конце концов ему пришлось уйти на кухню. В тот момент она была точно такой же, как и сейчас Рейчел: сидела на стуле у обеденного стола, свободно болтая ногами, ожидая, пока он закончит готовить торт… Тогда она считала его самым совершенным человеком на свете, потому что казалось, что нет такой проблемы в этом мире, которую он не смог бы решить… Она наблюдала, как он взбивает яйца, замешивает тесто… Он должен был быть джентльменом, держащимся подальше от кухни, и все же то, как он бережно приготовил для нее торт, было настолько восхитительно, что она влюбилась в него. Очень скоро пирог, похожий на тарт, вынули из духовки… Она вспомнила, что это был самый вкусный торт, который она когда-либо ела в своей жизни. «Мама, ты уже закончила? Рейчел так голодна…» Наконец, девочка потеряла терпение. Она слезла со стула, подошла к Алисе Робинсон и посмотрела на нее с надеждой в глазах. Алиса превратила кухню в полный беспорядок — повсюду была мука и яичная скорлупа, и даже ее мордочка напоминала маленькую кошечку в белых пятнах… "Ладно, ладно, почти готово…" Она понятия не имела, получится ли у них эта партия. Алиса подошла к духовке и, в спешке вынимая пирог, забыла надеть перчатки… "Ах!" Раскаленная сковорода заставила Алису уронить все пирожные… "Ах, мамочка!!" Рейчел тоже испугалась, к счастью, она переместилась в прошлое. Элис присела на корточки и тут же обняла дочь. «Рэйчел, ты в порядке?..» Рейчел так испугалась, что ее лицо побледнело, но она просто смотрела пустым взглядом и качала головой. Элис крепко обняла Рейчел и, задыхаясь, прошептала: «Неужели мама такая бесполезная, она ничего толком не умеет?» Рейчел тихо покачала головой, но ее взгляд упал на лежащие на полу пирожные, все они были подгоревшие. Это была уже третья партия, которую она изготовила, и все же они были далеки от золотистого цвета. Алиса неловко сказала: «Всё… всё в порядке, мама испечёт ещё одну партию… Но Рейчел, наверное, уже умирает от голода, правда?» Рейчел кивнула. Алиса тут же подняла Рейчел на руки. «Пойдем, мама в следующий раз научится как следует. А пока давай сначала накормим Рейчел». Когда дело доходит до общения с другими людьми, нет никакой необходимости всё так усложнять. Если вам кто-то нравится, будьте вместе; если нет, не нужно ничего форсировать. Зачем тратить полжизни на размышления о том, стоит ли вам быть вместе или нет? Она была даже благодарна, что спустя полмесяца наконец-то во всем этом разобралась. Рано утром Алиса сидела в кабинете с богатой отделкой, но наполненном запахом книг. Это был кабинет, где когда-то ее отец занимался семейными делами. Раньше она редко туда заходила; теперь же она сидела в кресле за столом. Она до сих пор помнила, как ее отец работал именно в этом кресле, и это воспоминание все еще вызывало тупую боль в сердце. Она открыла давно запечатанный ящик и достала рабочий дневник, который когда-то вел ее отец. Даты в дневнике заканчивались днем ​​смерти ее отца. Его почерк был таким четким и выразительным, как и сам человек, словно он навсегда останется в сердцах людей. К счастью, ее отец вел дневник, иначе она понятия не имела бы, как управлять огромным семейным бизнесом Робинсонов… "Скучать…" В какой-то момент вошла тетя П.А., неся чашку кофе. Алиса отложила дневник, который держала в руке. "Мм." «Выпейте кофе, чтобы взбодриться… Хозяину всегда нравился кофе, который я варил». Алиса слегка кивнула, взяла теплый кофе и сделала небольшой глоток. Тетя П.А. спросила: «Мисс, вы планируете официально возглавить семейный бизнес?» Элис поставила кофе и глубоко вздохнула. «Жаль, что я совершенно не понимаю семейного бизнеса… Я даже не знаю, насколько масштабны предприятия Робинсонов, сколько у нас виноделен, какие из них приносят прибыль, а какие убыток — я ничего об этом не знаю». «Мисс, не торопитесь… Когда хозяин принял управление семьей Робинсонов, он тоже не освоил все тонкости за несколько дней». "Я знаю." «Отдохните немного, когда устанете…» "Мм." Допив кофе, Алиса уже собиралась продолжить свою борьбу, когда внезапно зазвонил ее телефон. Ее телефон давно не звонил, потому что с ней связывалось очень мало людей. Лишь недавно она осознала, насколько одинокой была её жизнь… Будучи старшей дочерью в семье Робинсонов, она раньше не хотела заводить друзей, опасаясь, что это повредит её статусу, поэтому всегда ставила себя выше всех остальных, и в результате у неё никогда не было ни одного друга рядом. Раньше она не считала отсутствие друзей большой проблемой, но только после того, как от неё ушла вся семья, она поняла, что, когда ей грустно, ей даже некого пригласить на чашку кофе. Незнакомое число продолжало мелькать на экране, пока Алиса не очнулась и не нажала кнопку ответа. "Привет…" "Это я." Голос Клод Лоуренс был таким, что его запоминали с первого же услышания, поэтому она на мгновение замерла. "Мистер Лоуренс?" «Я довольно резко с вами связался. Не испугал, правда?» «Нет». Просто немного неожиданно. "Вы свободны?" "Хм?" «Я хотел бы пригласить вас на ужин». После нескольких секунд раздумий Алиса кивнула. «Хорошо. Куда?» Местом, которое Клод Лоуренс выбрал для встречи с Алисой, оказался тот самый отель, где она раньше работала. Официант проводил ее прямо к VIP-лифту отеля, который поднялся на самый верхний этаж — шестьдесят шестой этаж. ---------- Главы 1059–547: Дополнительная история: Нельзя полагаться, можно только отпустить Я раньше слышала, что шестьдесят шестой этаж был эксклюзивным для генерального директора отеля, а коллеги также упоминали, что президент отеля очень молод и красив. Она была несколько любопытна, но никогда не связывала его с Клодом Лоуренсом. Сейчас, обдумав это, она поняла, что была не очень наблюдательна. Каждый раз, когда он появлялся, за ним, казалось, следило несколько человек, включая управляющего отелем. Более того, всякий раз, когда он сидел в вестибюле, слушая, как она играет на пианино, казалось, никто никогда не нарушал тишину в холле. «Мисс Робинсон, пожалуйста». Официант почтительно открыл ей дверь. Элис Робинсон кивнула и, подняв взгляд, увидела Клода Лоуренса. Он сидел по одну сторону прямоугольного стола, положив руку на бокал красного вина, и, судя по всему, ждал ее уже некоторое время. Мягкое свечение хрустальной люстры создавало вокруг них туманную атмосферу… Его лицо было окутано тонким ореолом от света люстры, из-за чего его профиль казался еще более мягким, чем обычно. Она подошла и вежливо поздоровалась: «Мистер Лоуренс». Клод Лоуренс слегка улыбнулся ей: «Не нужно соблюдать формальности, пожалуйста, садитесь». Официант отодвинул ей стул, и она села напротив него. Прямоугольный стол создавал достаточно большое расстояние между ними, что помогало Алисе Робинсон чувствовать себя менее напряженной. Официант начал наливать красное вино для Алисы Робинсон… Хотя она мало что знала о красном вине, часто наблюдая за тем, как ее отец и Честер его пьют, она узнала в аромате винодельню Sally Vineyard, лучшую винодельню их семьи. Аромат этого вина был даже насыщеннее, чем тот, который она обычно ощущала дома. Элис Робинсон невольно воскликнула: «Это Салли урожая 1963 года!» «Да, это верно». Элис Робинсон с удивлением посмотрела на Клода Лоуренса: «Даже в моей семье есть только одна бутылка вина «Салли» 1963 года. Как ты её раздобыл?» По словам ее отца, в 1963 году урожай винограда был не очень хорошим, поэтому вина в том году было произведено мало… до наших дней сохранилось лишь несколько бутылок. Клод Лоуренс посмотрел на Элис Робинсон с едва заметной улыбкой на губах: «С таким намерением найти бутылку вина не должно быть сложно, не так ли?» Элис Робинсон неловко улыбнулась. Клод Лоуренс взял свой стакан. Увидев это, Элис Робинсон поспешно взяла свой бокал с вином и произнесла тост. Клод Лоуренс отпил глоток вина и поставил бокал. «Мисс Робинсон, спасибо вам за оказанную мне сегодня честь своим присутствием». «Мистер Лоуренс… о нет… Генерал Лоуренс, вы слишком добры. На самом деле, это мне повезло». Клод Лоуренс посмотрел на нее с улыбкой, его глаза заблестели: «Почему ваша позиция так внезапно изменилась?» Элис Робинсон неловко ответила: «Я и раньше не знала, кто вы, генерал Лоуренс». «Но нет необходимости быть со мной таким формальным. В будущем можете называть меня Клодом». «Я не из тех, кто быстро заводит знакомства… поэтому пока буду называть вас генералом Лоуренсом!» "Ладно… давайте поедим!" Внезапно Элис Робинсон встала и извинилась: «Простите, генерал Лоуренс… на самом деле, я пришла сегодня не для того, чтобы принять ваше приглашение на ужин. Мне нужно кое-что с вами обсудить». Клод Лоуренс поднял взгляд на Элис Робинсон, в его глазах по-прежнему читалась нежность: «Давайте сначала поедим, а деловые вопросы обсудим потом». Не в силах отказаться, Элис Робинсон медленно снова села. Клод Лоуренс попросил официанта подать стейк, который он лично нарезал. Элис Робинсон немного смутилась и сказала: «Спасибо». Казалось, Клод Лоуренс от природы обладал джентльменскими манерами, излучая очаровательную ауру каждым своим жестом. У Элис Робинсон всё переворачивалось с ног на голову, ей совсем не хотелось есть, она лишь хотела поскорее перейти к главной теме разговора с Клодом Лоуренсом. Тишину в комнате нарушал лишь звон столовых приборов, пока Клод Лоуренс медленно не произнес: «Учитывая происхождение и положение мисс Робинсон, почему вы решили работать в отеле?» Элис Робинсон медленно отложила столовые приборы: «Я никогда раньше не работала, поэтому хотела попробовать…» Клод Лоуренс пристально посмотрел на Элис Робинсон: «Я восхищаюсь вашей смелостью… знаете, немногие богатые девушки готовы опуститься до такого уровня, как вы». «Генерал Лоуренс, вы меня толком не знаете. Я не настолько уж и достойный восхищения человек». Она улыбалась, говоря это, скрывая печаль в своем сердце. Клод Лоуренс лишь улыбнулся в ответ, давая понять, что не видит её внутренней печали. «Хорошо, мисс Робинсон, давайте теперь поговорим о делах». Элис Робинсон кивнула: «Генерал Лоуренс, я полагаю, мой брат уже говорил с вами на банкете в прошлый раз?» "Да." «Мой брат — врач, и бизнес его не интересует, поэтому по поводу предстоящего сотрудничества вы можете поговорить со мной». Клод Лоуренс слегка прищурился: «Такой большой семейный бизнес, неужели твой брат намерен поручить тебе управлять им одному?» ---------- Глава 1060 - 547: Дополнительно: Нельзя полагаться, можно только отпустить_2 «На самом деле, меня всегда очень интересовал бизнес, — сказала Элис Робинсон. — В юности мой отец намеревался воспитать меня как наследницу семьи, но поскольку в наших семьях всегда главой были мужчины, я никогда не вмешивалась в семейные дела. После смерти отца семья разделилась из-за имущественных споров, и поскольку мой брат не заинтересован в управлении семейным бизнесом, мне пришлось взять на себя эту ответственность и управлять семейным наследием за него». «Я никогда не думал, что у человека, казавшегося таким хрупким, как ты, может быть такая решимость». «Надеюсь, у меня будет приятное сотрудничество с генералом Лоуренсом». «Но бизнес есть бизнес. Как я могу доверять способностям мисс Робинсон?» Элис быстро сказала: «Генерал Лоуренс, можете быть уверены. Хотя мои способности пока не соответствуют требованиям, рядом со мной есть старшие, которые раньше работали с моим отцом. Они научат меня управлять этим делом, и я не позволю генералу Лоуренсу брать на себя какой-либо риск». «О, — сказал Клод Лоуренс с беззаботной улыбкой, — мисс Робинсон, деловые отношения нельзя заключить одними лишь словами. Мне, пожалуй, нужна более веская причина…» В сердце Алисы повисла дрожь. Она как никто другой понимала природу бизнеса: усилия должны приносить результат. Клод Лоуренс обладал врождённым талантом читать людей. Увидев выражение её лица, он слабо улыбнулся: «Что, вы боитесь?» Элис подняла глаза, в ее голосе не было ни капли эмоций: «Боюсь, генерал Лоуренс, что то, чего вы хотите, я не могу вам дать». Сказав это, Алиса взяла свою сумочку и холодно ушла. Когда она выходила из отеля, водитель уже подъехал к ней. Не оглядываясь, Алиса села в машину. Алиса, сердито прислонившись к сиденью, была бледна. Водитель заметил изменение цвета лица Алисы и с беспокойством спросил: «Мисс, с вами все в порядке?» Алиса глубоко вздохнула, покачала головой и прислонилась ею к спинке сиденья. Водитель воздержался от дальнейших вопросов и завел двигатель. Автомобиль медленно ехал по улицам Парижа… Наблюдая, как за окном исчезает оживленная обстановка, Алиса была в полном замешательстве. Клод Лоуренс… Она действительно недооценила природу людей… То, что она считала изяществом и грацией, оказалось всего лишь ложным фасадом. Она слишком легко верила другим. Когда он впервые представился, отправив записку, ей следовало понять, что Клод Лоуренс — не обычный человек… Став взрослой, она прекрасно понимала, что означал тонкий намёк Клода Лоуренса… Она никак не ожидала, что мир так сильно погрязнет в скверне… Как бы она ни старалась, ей не удалось в одночасье взять на себя все семейные дела. Однако, взяв на себя эту ответственность, пути назад уже нет. В кабинете несколько старейшин семьи сидели с серьезным видом, их взгляды были прикованы к бледному лицу Алисы. «Элис, возможно, лучше, чтобы Честер вернулся… Ты же всего лишь девушка, как ты можешь управлять таким большим семейным бизнесом для Робинсонов?» «Да, Элис, во что бы то ни стало, позвони Честеру, чтобы он вернулся… Как бы то ни было, он не может просто игнорировать семейный бизнес!» «Вздох, Честер по натуре такой — он с головой погружается в медицину. При жизни Дэвида он бесчисленное количество раз пытался его уговорить, но тот всегда был поглощен медицинскими исследованиями…» «Но теперь во главе семьи никто не стоит, и Алиса, будучи женщиной, может не знать, как управлять семейным бизнесом…» «Так не скажешь, Алиса была умной и способной с самого детства. Справляться со всем ей не составит труда…» «Да, даже если Честер вернется, его сердце может перестать тянуть к семейному бизнесу, что негативно скажется на будущем развитии семьи здесь…» Старейшины, которые много лет следовали за Дэвидом Робинсоном, обсуждали выбор будущего лидера для семьи Робинсонов… После того, как старейшины закончили говорить, Алиса наконец произнесла: «Дядя Харви, дядя Грант, дядя Герберт… мы очень благодарны вам за ваш вклад в нашу семью на протяжении многих лет и за то, что вы остались помогать Робинсонам после смерти моего отца… Действительно, как женщина, я не обладаю деловой хваткой и навыками. Мне не следовало брать на себя это тяжелое бремя, но вы все знаете ситуацию моего брата. Он предан медицине и не желает брать на себя семейный бизнес. Я думала, что он может передумать после смерти отца, но за последние два года он не вернулся к Робинсонам и не заботился о нашем бизнесе… Если бы не попытка моего дяди конфисковать все активы Робинсонов в прошлый раз, мой брат не вернулся бы, даже после всех моих уговоров… Мы больше не можем на него рассчитывать». Только таким образом ей удавалось развеять иллюзии старейшин семьи. Честер Робинсон не вернется, чтобы помочь Робинсонам! Услышав слова Алисы, старейшины покачали головами… Алиса спокойно обратилась к старейшинам: «Я знаю, что после смерти отца все семейные предприятия пришли в упадок. Без вашей твердой поддержки Робинсоны, возможно, не продержались бы до сегодняшнего дня… Но я надеюсь, вы поверите в меня. Хотя мне не хватает исключительной деловой хваткости, я изучала экономику в колледже. У меня есть решимость и уверенность, что с вашей помощью я смогу успешно управлять всеми семейными предприятиями». «Хорошо, Алиса… Дядя Грант голосует за тебя. Дядя Грант верит в тебя». «Спасибо, дядя Грант». «Поскольку Честер не желает брать на себя управление, единственное решение — положиться на Алису… Дядя Герберт тоже голосует за тебя, Алиса». Элис пригласила старейшин остаться на ужин и обсудила с ними текущую структуру семейного бизнеса Робинсонов. Основная деятельность семьи Робинсонов связана с виноградарством, и многие из них в настоящее время терпят убытки. С точки зрения старейшин, прежде чем обсуждать дальнейшие действия, необходимо срочно найти партнера для сохранения виноградников. Однако, если не будет найдено инвестора для виноградников Робинсонов, им грозит закрытие… и столетний бизнес Робинсонов постепенно сократится, в конечном итоге будучи поглощен конкурентами. Совершенно очевидно, что Честер Робинсон предвидел эту серьезную проблему, с которой столкнулись Робинсоны, задолго до этого. Алиса думала, что у нее еще есть время найти партнера, но когда старейшины показали ей все финансовые отчеты винодельни, дефицит в этих отчетах ее ошеломил. В настоящее время все виноградники семьи Робинсон, за исключением виноградника Салли, приносят убытки, что приводит к ежедневному сокращению семейных активов на 3%… Если в ближайшее время не удастся найти партнера, эти убытки будут постепенно расти, в конечном итоге подтолкнув Робинсонов к грани банкротства… ---------- Главы 1061–548: Дополнительная история: Требования Ли Чэнъяо 1 Поэтому поиск партнера для инвестиций уже стал неотложной задачей. На улице небо было мрачным, словно в любой момент мог обрушиться ливень. Надвигался ливень… Элис Робинсон раздраженно подумала, откинув голову на спинку стула. Вглядываясь в слегка пожелтевший потолок и осознавая, насколько все здесь старо, она вдруг поняла, что время незаметно пролетело мимо нее. Она до сих пор помнила, как в детстве обожала, когда отец поднимал её на руки… Однажды её отец был в кабинете, и она настойчиво просила его взять её на руки, поэтому он поднял её повыше, позволив её маленькой ручке коснуться белоснежного потолка… Тогда у нее в руке был карандаш; будучи озорной, она нарисовала им цветок на потолке, и этот цветок с тех пор там и остался… Только сейчас пожелтевший потолок постепенно поглотил цвет карандаша, и все вокруг казалось принадлежащим другой жизни. Алиса молча наблюдала за происходящим, как вдруг зазвонил телефон на столе. Услышав пронзительный звонок, Алиса почувствовала легкий страх, потому что в последнее время все новости, которые она слышала, казались ей очень плохими. В конце концов, она все-таки взяла трубку. «Мисс, это дядя Грант», — ответила тетя П.А. в коридоре, а затем перевела звонок в кабинет. «Мм, пропусти». Голос дяди Гранта звучал немного устало. «Мисс, у нас беда…» Алиса почувствовала, будто внезапно попала в темный вихрь, тьма поглотила все в одно мгновение… Ее тело слегка дрожало, и даже телефон в руке ей было трудно держать неподвижно. «Мисс, банк изучил все отчеты о прибылях и убытках нашего виноградника и все равно отказался одобрить кредит… И сегодня виноградники Goldsmith Vineyard на западе, Kyro Vineyard, Haehlen Vineyard на юге и Corolla Vineyard на севере — все четыре виноградника остро нуждаются в средствах. В противном случае, в течение одного рабочего дня им придется остановить производство из-за нехватки нового капитала. Даже после продажи оставшегося красного вина его все равно не хватит на погашение кредитов, которые мы ранее брали в банке…» Алиса чувствовала, как ее ладони насквозь пропитаны потом… За всю свою жизнь она впервые испытала такой страх. Огромное состояние семьи Робинсонов теперь находилось исключительно в её руках; её решения касались всех, кто трудился не покладая рук на благо Робинсонов… Она едва могла удержать трубку пальцами. С трудом подавив страх, она как можно спокойнее произнесла: «У нас всего один рабочий день?» На другом конце провода дядя Грант кивнул. «Времени больше нет». В его голосе звучали усталость и печаль. «Элис, я слежу за Дэвидом уже более двадцати лет, и как бы тяжело ни было, он ни разу не подумал бросить виноградник. Я действительно не хочу, чтобы он вот так пришел в упадок…» Несмотря на то, что ее рука дрожала на трубке, несмотря на то, что она понятия не имела, что делать, несмотря на то, что ей совсем не хотелось со всем этим сталкиваться, Элис глубоко вздохнула и спокойно заговорила со старшим на другом конце провода: «Дядя Грант, не волнуйтесь. На этой неделе я обязательно найду партнера по инвестициям. Я не позволю бизнесу семьи Робинсонов рухнуть в моих руках». Рейчел вбежала с улицы. "Мама…" Тётя П.А. вошла вслед за Рейчел, тихо напомнив ей: «Рейчел, ты не можешь беспокоить маму, хорошо? Твоя мама работает…» Ход мыслей Алисы прервали два голоса. Она подняла голову со спинки стула; она уже собиралась обнять дочь, когда малышка уже бросилась ей на колени, обхватив их руками. "Мамочка…" Сколько бы тревог её ни одолевали, перед дочерью она могла лишь на время отложить их в сторону. "Мм?" Алиса выпрямилась на стуле и посадила дочь себе на колени. «Мама, поиграй со мной в прятки, хорошо?» Долгое время проведённое без матери рядом, Рейчел была полна надежды в глазах. Прекрасно понимая, что отказ разочарует дочь, но в тот момент, когда у неё действительно не было времени составить ей компанию, она мягко сказала: «Почему бы тебе не поиграть с бабушкой П.А.?» И действительно, голова девочки опустилась, она надула губки и пробормотала: «Я не хочу… я хочу поиграть с мамой». «Будь хорошим, у мамы работа…» Рейчел не сдавалась; она еще ниже опустила голову, выглядя совершенно обиженной. Тётя П.А. сказала: «Рэйчел, посмотри, что это?» Тётя ПА принесла куклу Барби, пытаясь отвлечь внимание Рейчел. «Может, переоденем Барби?» — постоянно уговаривала её тётя П.А. Однако даже любимая Барби не смогла отвлечь Рейчел в такой момент… Рейчел хотела, чтобы Элис осталась только с ней. В конце концов, не выдержав жалкого вида своего ребенка, Алиса решила на время забыть обо всех своих заботах и ​​сказала: «Хорошо, тогда мама поиграет с тобой в прятки…» ---------- Главы 1062–548: Дополнительная история: Требования Ли Чэнъяо (1-2) Рейчел тут же расхохоталась и энергично закивала. Алиса нежно поцеловала милое личико Рейчел и, подражая детскому голосу, сказала: «Быстрее прячься, мама идёт тебя искать…» Рейчел с восторгом сползла с колен Алисы… Детям всегда легко угодить. После того как она немного поиграла с ней, ребенок начал капризничать, что хочет спать, затем свернулся калачиком у нее на руках и уснул сладким сном… «Мисс, я отведу Рейчел наверх спать!» «Не нужно, я подержу её, пока она спит… Я почти не была с ней последние несколько дней, позволь мне подержать её ещё немного». Опустив голову, она поцеловала покрасневшее спящее личико ребёнка. На этот раз тревоги, которые читались на лице Алисы, отступили, и на их лице появился слабый оттенок удовлетворения. Тетя П.А. спросила: «Мисс, на винодельне по-прежнему много проблем?» Элис кивнула. «Мне позвонил дядя Грант. Он сказал, что если мы на этой неделе так и не найдем совместного инвестора, то нескольким винодельням, возможно, придется остановить производство». Тетя П.А. смотрела в шоке. «И что же нам теперь делать?» Алиса подняла глаза и глубоко вздохнула. «Тележка сама найдет дорогу вокруг холма, когда доберется туда; ведь еще больше недели осталось, правда? Я что-нибудь придумаю». «Не могли бы вы попросить помощи у кого-нибудь из друзей старого мастера, с которыми он дружил при жизни?» Алиса покачала головой. «Папа не умел общаться с людьми. Всеми семейными мероприятиями и делами занимался мой дядя… Теперь, когда папы нет, мой дядя, чтобы завладеть имуществом, отобрал у него всех доверенных лиц и связи. Что касается старого окружения папы, то там действительно некому нам помочь…» «Что же нам тогда делать?..» Тетя П.А. была встревожена, как муравей на раскаленной сковородке. Элис твердо заявила: «Что бы ни случилось, я не позволю винодельням Робинсонов обанкротиться». Проливной дождь, ливший весь день, к вечеру наконец стих, превратившись в легкую морось… Алиса, в пижаме, прислонилась к изголовью кровати, держа в руке бокал красного вина. Она глубоко вздохнула, подняла бокал с вином и сделала глоток. Алкоголь в вине постепенно притупил нервные окончания в ее мозгу, на мгновение разделив ее тревоги пополам, но мысли при этом оставались ясными. Что ей следует сделать? Оставалась всего одна неделя… Слова, которые она сказала тете П.А. днем, не смогли утешить даже ее саму. Она сказала их только потому, что не хотела, чтобы еще один человек волновался. К кому еще она могла обратиться за помощью? Друзья ее отца, с которыми он дружил при жизни, — за исключением Шорка, — давно уже приняли взятки Робинсона во время дела о наследстве и все были на стороне Робинсона. Шорк был единственным, кто еще поддерживал связь с семьей Робинсонов, но со своими активами он просто не мог предоставить столько капитала для вложения в винодельни Робинсонов; не говоря уже о том, что инвестиции в винодельню сопряжены со своими рисками… Родственники — ее дядя и тетя — окончательно порвали с ней отношения в борьбе за наследство. В этот момент они, вероятно, желали, чтобы семья Робинсонов рухнула в ее руках. У неё не было ни друзей, ни родственников. На кого ещё она могла рассчитывать в поисках помощи? Тук-тук Стук в дверь прервал мысли Алисы. Алиса поставила бокал с вином. "Входите." Тётя П.А. вошла с улицы и сказала: «Мисс, я заметила, что вы мало ели в последние несколько дней. Я сварила вам суп». "Спасибо." Тетя П.А. поставила суп на тумбочку и одновременно заметила бокал красного вина. «Мисс, вы выпили?» «Мм, немного вина помогает мне заснуть». Тётя П.А. тихо вздохнула. «Мисс, только что звонил помощник Энтони». "Когда?" «Только что. Он не смог дозвониться до вашего мобильного, поэтому позвонил домой». Элис взяла телефон, чтобы посмотреть; и действительно, там был пропущенный звонок от Кейта Энтони. «Я, наверное, только что принимал душ…» Тётя П.А. сказала: «Помощник Энтони спросил меня, как у вас с Рейчел дела…» «Ох». Кейт Энтони звонил ей почти раз в месяц, демонстрируя свою заботу о ней. «Я…» — вдруг начала заикаться тётя ПА, — «Я…» "Мм?" Тетя П.А. собралась с духом и подняла глаза, чтобы посмотреть на Алису. «Мисс, когда позвонил помощник Энтони, я сначала не хотела ничего говорить. Но, видя, как вы в последнее время каждый день беспокоитесь о винодельне, почти ничего не едите, почти не спите, иногда даже запираетесь в кабинете и отказываетесь выходить, я очень испугалась, что с вами может что-то случиться, поэтому… поэтому я рассказала помощнику Энтони о ситуации в семье Робинсонов». Алиса замолчала, глядя на тетю П.А. «Мисс, я знаю, вы не хотите идти к мистеру Робинсону, но ситуация и так уже очень серьёзная… В прошлый раз, когда мистер Робинсон приходил, он хотел помочь вам уладить дела Робинсонов, а вы отказались. Думаю, мистер Робинсон просто разозлился; он не собирается стоять в стороне и смотреть, как вы мучаетесь». Алиса по-прежнему молчала, ее голова покоилась на изголовье кровати, она была очень спокойна. Увидев молчание Алисы, тетя П.А. не удержалась и спросила: «Мисс, я опять вмешалась?» Элис покачала головой, прислонившись к изголовью кровати, ее взгляд был слегка пустым, а тон — медленным и спокойным. «Причина, по которой я не хотела, чтобы он учил меня управлять бизнесом Робинсонов, заключается в том, что я знаю: если он будет рядом, единственное, чему я научусь, — это зависимости… Причина, по которой я не хочу просить его о помощи сейчас, — это не гордость или вспышка гнева, а то, что я знаю, что он больше мне не поможет». Когда ей позвонил Кит Энтони и начал мямлить, она уже поняла, что он не принес хороших новостей. Возможно, потому что в глубине души она давно знала, что всё так и закончится, поэтому, услышав этот ответ, её сердце почти не затрепетало. «Мисс Элис, извините. Боюсь, на этот раз я ничем не могу вам помочь. Начальник…» Она не стала слушать дальше то, что говорил Кит Энтони. Она лишь слегка улыбнулась и спокойно сказала ему по телефону: «Я понимаю… В любом случае, помощник Энтони, спасибо». «Простите…» — Кит Энтони глубоко корил себя за то, что ничего не мог сделать. Алиса успокоила его: «Не беспокойся обо мне. Я обязательно решу эту проблему, не волнуйся!» "Но…" «Давайте не будем об этом говорить, помощник Энтони. Мне еще нужно позвонить одному из моих старших дядей, так что пока на этом остановлюсь…» ---------- Глава 1063–549: Дополнительно: Требования Клода Лоуренса 2 Прежде чем Кит Энтони успел ответить, Элис Робинсон уже повесила трубку. Ее тело медленно откинулось на спинку стула, в сердце пробежала слабая боль. Она глубоко вздохнула, чтобы облегчить боль, и взяла телефон, чтобы набрать несколько цифр. «Дядя Грант, как сейчас дела на винограднике? Есть ли у нас какие-нибудь варианты?» Дядя Грант устало вздохнул на другом конце провода: «Элис, боюсь, мы не продержимся дольше этой недели… Многие работники услышали, что виноградник может прекратить свою работу, и начали бездельничать, даже требуя повышения зарплаты». «Понимаю, дядя Грант. Я что-нибудь придумаю». «Хорошо, я буду присматривать за этими несколькими виноградниками и постараюсь отложить это как можно дольше». «Спасибо, дядя Грант». Закончив разговор со старейшиной, Элис Робинсон села в кресло и некоторое время размышляла, наконец, подняв трубку. Она позвонила женщине-начальнице со своего рабочего места. Элис перепробовала все, начиная со своего начальника и заканчивая управляющим отеля, затем управляющим и генеральным директором, и наконец узнала, что Клод Лоуренс находится в Париже. Ранее она услышала, что Клод приехал в Париж, чтобы проверить работу отелей, поэтому Алиса проверила все пятизвездочные отели Парижа… В конце концов, она сузила выбор до одного отеля. Она вспомнила, как в начале своей работы в отеле ее начальник между делом упомянул, что президент компании любит гольф и обычно останавливается в отелях с полями для гольфа. Но на этот раз он неожиданно остановился именно в их отеле. Она никак не ожидала, что вспомнит слова своего начальника… В Париже единственным пятизвездочным отелем со своим собственным полем для гольфа является отель «Йорна», расположенный в оживленном центре города, где находится самое большое поле для гольфа. Элис рано утром отправилась в отель, забронировала номер и переоделась в спортивную одежду, чтобы посетить поле для гольфа. Свои навыки игры в гольф она освоила благодаря Честеру Робинсону, поэтому играла неплохо; часто тренировалась вместе с отцом и Честером. В 8 утра она увидела, как на парковку въехал серебристо-серый автомобиль Lincoln. В прошлый раз, когда он подвозил ее обратно, она вспомнила его машину. Ее сердце бешено колотилось, когда она наблюдала, как помощник выходит из-за руля и открывает ему заднюю дверь. Она хотела подойти, но увидела, как из машины вместе с ним вышла грациозная женщина. Она не ожидала, что у него будет спутница, но, судя по их не слишком интимному поведению, они, скорее всего, не были парой. Она заставила себя подойти и произнесла: «Генерал Лоуренс». Клод Лоуренс, казалось, был слегка удивлен ее появлением, приподняв бровь, с несколько безразличным выражением лица. Тем не менее, будучи всегда джентльменом и учтивым, он улыбнулся ей: «Мисс Робинсон, вы тоже пришли поиграть в гольф?» После этих слов Клод Лоуренс приготовился отправиться с женщиной играть в гольф, но Элис быстро подошла к нему: «Генерал Лоуренс, я хотела бы с вами поговорить». Клод Лоуренс пожал плечами, слегка нахмурив брови: «Вы бы видели, что у меня сейчас нет времени». Элис посмотрела прямо в глаза Клоду: «Я уделю тебе всего пять минут своего времени». Клод Лоуренс усмехнулся и сказал женщине рядом с ним: «Закажите завтрак, я сейчас же подойду». Элис прикусила губу, с трудом подбирая слова: «Генерал Лоуренс, вы бизнесмен; вы должны знать, что наше винодельческое поместье Робинсонов имеет столетнюю историю, безупречную репутацию и прочное положение на рынке. Нынешняя ситуация сложилась из-за смерти моего отца и того, что мы с братом плохо управляем поместьем… Если вы готовы помочь семье Робинсонов, вложив капитал в виноградник для поддержания его работы, я могу пообещать бесплатно поставлять тридцать процентов всех вин в ваши отели после того, как виноградник начнет приносить прибыль… Что вы думаете по этому поводу?» Клод Лоуренс лишь снова усмехнулся: «Мне действительно нужна такая семья, как Робинсоны, с виноградником, которому уже сто лет, чтобы поставлять мне вино высочайшего качества. Предложенные вами условия, безусловно, заманчивы, но в прошлый раз, когда мы ужинали вместе, наше общение было не очень приятным, что заставило меня потерять интерес к инвестициям в виноградник Робинсонов». «Генерал Лоуренс, в прошлый раз я был невежлив. Если вы не возражаете, я хотел бы перед вами извиниться». Клод Лоуренс взглянул на свои наручные часы: «Мисс Робинсон, извините, я не хочу, чтобы мой друг слишком долго ждал…» «Генерал Лоуренс…» Клод Лоуренс прервал Алису: «Мисс Робинсон, я сочувствую вашей семье в сложившейся ситуации, но я не милосердный спаситель; мне нравится заниматься только тем, что меня интересует». ---------- Глава 1064–549: Дополнительно: Требования Клода Лоуренса 2_2 Элис Робинсон подняла глаза, чтобы посмотреть на него; в ее взгляде уже воцарилось мертвое спокойствие. «Генерал Лоуренс, я прекрасно понимаю, что в этом мире ничто не дается бесплатно без усилий. Я также знаю, что вы превосходный бизнесмен, поэтому я могу объяснить вам причину, которую вы хотели услышать в прошлый раз». Клод Лоуренс слегка прищурился, глядя на нее с улыбкой, непроницаемой в своей глубине. «Похоже, мисс Робинсон, вы все еще не совсем меня понимаете… Я не очень терпеливый человек и склонен быстро терять интерес, особенно после того, как вы уже израсходовали немало моего внимания». С этими словами Клод Лоуренс начал уходить. «Генерал Лоуренс!» — Элис прикусила губу. — «Может быть, если ты дашь нам еще немного времени вместе, я обязательно вновь пробудю в тебе интерес». Эти слова она уже заранее подготовила в своем сердце, когда пришла. В тот момент, когда она начала умолять его, она уже потеряла лицо. Клод Лоуренс обернулся и, улыбаясь, сказал: «Мисс Робинсон, похоже, вы испытываете мое терпение…» Он на мгновение замолчал. Алиса смотрела на него широко раскрытыми глазами, сердце замирало в груди, а в ее сознании возникали образы нежного и любящего лица отца… Элис, семья Робинсонов управляет этим виноградником из поколения в поколение. Твой отец не может допустить, чтобы что-то пошло не так… Он надеется, что наследие Робинсонов будет передаваться из поколения в поколение на протяжении веков. Слова отца эхом звучали у нее в ушах… Его голос прервал её мысли: «Завтра я уезжаю в Токио по личным делам. Мисс Робинсон, увидимся в Токио». Сидя в кабинете, она огляделась, увидев знакомое окружение. Ей казалось, что присутствие отца все еще ощущается в этом старом кабинете, даря ей необъяснимое чувство покоя. Тетя П.А. принесла паспорт и, недоумевая, спросила: «Мисс, куда вы едете?» «Я еду в Японию». «Япония?» — с беспокойством спросила тетя ПА. — «Почему вы так внезапно поехали в Японию?» Алиса откинулась на спинку стула и спокойно произнесла: «Я нашла партнера. Мне нужно поехать в Японию, чтобы обсудить с ним все». Тетя П.А. вздохнула с облегчением: «Вот и все…» Тетя П.А. радостно сказала: «Я знала, что небеса не будут стоять в стороне и смотреть, как рушится семья Робинсонов… Старый хозяин был таким хорошим человеком. С хорошими людьми случаются хорошие вещи». «Да, тётя П.А., где Рейчел?» «Рэйчел играет в гостиной. Может, мне её привести?» "Да." Издалека Рейчел ласково крикнула: «Мамочка…» Элис встала, взяв Рейчел из рук тети П.А. — Дорогой, ты сегодня хорошо себя вел дома? — Она часто называла Рейчел так, когда та была маленькой, потому что тогда еще не дала ей имени и всегда думала о том, когда он проснется… Рейчел обняла Алису за шею и кивнула: «Мамочка, я сегодня хорошо себя вела. Хорошо поела и хорошо поспала». Алиса нежно поцеловала дочь: «Маме, возможно, придётся уехать на несколько дней. Пока ты гостишь у тёти ПА, можешь ли ты так же хорошо себя вести дома, как сегодня?» Глаза Рейчел тут же наполнились слезами, она крепче обняла Алису: «Я не хочу… мамочка… я не хочу, чтобы ты уходила…» «Рэйчел, веди себя хорошо. Мама уезжает всего на несколько дней и скоро вернется…» — мягко уговаривала Рэйчел тетя ПА. "Мамочка…" Рейчел крепко прижалась к Алисе, не желая отпускать. «Хорошо, мама сегодня весь день будет дома с Рейчел, а вечером расскажет ей сказку и поспит с ней, ладно?» В ночной тишине Алиса смотрела на свою уже крепко спящую дочь у себя на руках и сладко улыбалась. Она была так довольна тем, что у нее такая понимающая и хорошо воспитанная дочь… За всю свою жизнь она никогда не делала ничего, чем могла бы гордиться; рождение Рейчел было для неё величайшей гордостью. Осторожно уложив ребенка на кровать, укрывшись одеялом, она села у кровати и долго-долго наблюдала за ним. Ее мысли расплывались в тумане… Она никогда не знала, что такое ответственность, пока у нее не родилась Рэйчел и она не взяла на себя управление семьей Робинсонов, осознав, что зачастую жизнь сводится к ответственности. Без ответственности люди часто не понимают смысла жизни в этом мире… Как и она, у нее не было ни родственников, ни друзей, и она мало интересовалась этим миром. Если бы не Рейчел и семья Робинсонов, какой смысл был бы в ее существовании? Единственное, что она поняла за это время, это то, что ей нужно стремиться создать для Рэйчел наилучшие условия, чтобы та могла расти здоровой и счастливой. Ей нужно помочь семье Робинсонов вновь занять прочное место в деловом мире, чтобы её покойный отец мог покоиться с миром… В этом смысл её жизни, и всё остальное больше не имеет значения. В международном аэропорту Ханэда в Токио помощник Клода Лоуренса лично приехал встретить ее. Помощник Клода Лоуренса казался похожим на Кейта Энтони: у обоих на лице читались покорность и преданность своему боссу. Однако все они были очень приятными в общении людьми. «Мисс Робинсон, меня зовут Робин. Генерал Лоуренс попросил меня вас забрать». После нескольких встреч помощнику наконец-то представилась возможность представиться ей. "Спасибо." «Пожалуйста. Я помогу вам с багажом». Пока Робин доставала свой багаж, у Алисы зазвонил телефон. Это звонил Клод Лоуренс. «Как прошла ваша поездка? ​​Всё прошло гладко?» "Да." «Робин отвезет тебя в отель. Я буду ждать тебя в ресторане наверху». "Хорошо." Положив трубку, Алиса посмотрела на небо над Токио. Погода была приятная, прекрасный день. Легкий ветерок приподнимал ее белое платье, слегка развевая подол. Было замечено, что при выборе цветовой гаммы женской одежды мужчины в семидесяти процентах случаев отдают предпочтение белому цвету, поскольку белый напоминает им об их невинной первой любви. Она выбрала такое подходящее белое платье, учитывая предпочтения мужчин. Да, она знала, что цель её поездки — очаровать Клода Лоуренса. Ее мир больше не мог пересекаться с этим человеком. Когда она вошла в ресторан, ее сердце было необычайно спокойно. Клод Лоуренс, как всегда, вел себя как джентльмен, встал, чтобы отодвинуть стул, а затем вернулся на свое место. ---------- Глава 1065-550: Дополнительная история: Хорошая девочка, ты теперь знаешь, как мне угодить? Элис Робинсон сказала «Спасибо», но затем заметила, что он оценивающе смотрит на нее. Она посмотрела на себя в зеркало и растерянно спросила: «В моем наряде нет ничего неуместного?» Он усмехнулся: «Откуда ты знаешь, что мой любимый цвет — белый?» Алиса на мгновение опешилась, не зная, как объяснить, что она угадала его предпочтения по результатам онлайн-опроса… Она тут же присоединилась к смеху: «Потому что белый — мой любимый цвет». Это было правдой, белый был её любимым цветом, хотя она не любила носить белую одежду, потому что она всегда напоминала ей о ком-то. Бекка… Да, любимым цветом Бекки был белый, и она выглядела по-настоящему красиво в белых платьях. «Жаль, что этот наряд не похож на твой… Мне больше нравится, когда ты выглядишь непринужденно, естественно и без макияжа. Я люблю природу». Она тихонько рассмеялась: «Возможно, вы пожалеете, увидев меня без макияжа… женщины боятся быть без косметики». Он улыбнулся и подозвал официанта, чтобы сделать заказ. Во время обеда он ни разу не затронул тему бизнеса, и она тактично избегала этой темы, не желая портить ему настроение, поэтому спокойно беседовала о местах, которые стоит посетить в Токио. Допив кофе, он сказал: «Знаете, почему мне нравится останавливаться в этом отеле, когда я приезжаю в Токио?» Алиса покачала головой. Он посмотрел в сторону окна от пола до потолка справа: «Подойди и посмотри». Алиса поставила чашку с кофе и подошла. Захватывающая дух картина, развернувшаяся под ее изумленной Алисой… Из окна каждая улица представляла собой романтичный вид на цветущую сакуру… На улицах не было машин, только пешеходы, неспешно прогуливающиеся по дорогам, увитым розовыми цветами сакуры… Большинство из них были парами, державшимися за руки или обнимавшимися, демонстрируя безграничную нежность… Наблюдая за тем, как лепестки вишневых деревьев опускаются с верхушек, она вдруг почувствовала себя одним из тех цветов на вишневом дереве… Потеряв опору, оно могло лишь унестись ветром. В какой-то момент подошел Клод Лоуренс и, естественно, обнял ее за талию: «Люди любят гулять среди цветущих вишен на улицах, но я предпочитаю стоять здесь, высоко в небе, потому что только отсюда я могу наслаждаться всей этой красотой наедине с собой». Алиса вздрогнула, непривычная к его прикосновениям. Он не возражал и отпустил её. Она повернулась к нему и сказала: «Генерал Лоуренс, вы же знаете, что мне нужны деньги. Можем сначала обсудить дела?» Клод Лоуренс слегка улыбнулся и отошел, не позволив ей продолжить разговор на эту тему. «Я училась в Токио. Здесь прекрасная атмосфера, поэтому я возвращаюсь сюда каждый год, чтобы немного отдохнуть… Завтра я покажу тебе несколько мест в окрестностях Токио. Я верю, что ты влюбишься в Токио так же, как и я». Алиса больше ничего не сказала, понимая, что сейчас не время затрагивать деловые темы. Она должна была признать, что это было лишь попыткой разрядить неловкую обстановку и снять напряжение, возникшее после его объятий. Она согласилась пойти с ним на свидание на один день. На следующий день он не взял с собой ни водителя, ни помощника, только себя и её. Он возил ее по различным живописным местам Токио, рассказывая об истории каждого из них во время остановок. Из его рассказов было ясно, что ему это место действительно понравилось. Позже, из любопытства, она спросила его, и только тогда узнала, что его мать была японкой по происхождению. Неудивительно, что он питал особую привязанность к этому месту. Проведя весь день вне дома, по дороге обратно она села на пассажирское сиденье и глубоко вздохнула. Он каким-то образом заметил ее глубокое дыхание, взглянул на нее и сказал: «Ты все еще выглядишь нервной, словно боишься меня». Алиса не ответила словами, молчаливо приняв его замечание. Она вдруг нашла его пугающим, потому что он всегда умел распознавать ее мысли по едва заметным поступкам. Способность разбираться в мельчайших деталях может привести к большим достижениям, поэтому, должно быть, он сейчас так успешен. «Что за человек твой парень?» Резкая смена темы застала Алису врасплох. Осознав это, она слегка дрожащим голосом произнесла: «Э-э, у меня нет парня». «Я имел в виду отца вашей дочери». Его голос был приятен на слух, и при разговоре не было ни малейшего напряжения. Алиса откинулась на спинку сиденья и молча смотрела перед собой: «Он уехал в очень далекое место и не вернется». «Простите, мне не стоило об этом говорить». «Всё в порядке, дело не в том, что его больше нет в этом мире; он просто далеко от меня». Когда-то так близко, а теперь так далеко. ---------- Глава 1066–550: Дополнительная история: Хорошая девочка, ты теперь знаешь, как мне угодить? (Часть 2) «Три-четыре года назад все думали, что ты выйдешь замуж за Говарда Джеффри…» «Хе-хе… Отношения часто зависят от судьбы. Нам с Говардом суждено, но не предопределено… В то время мой отец устроил этот брак в основном ради выгоды. С способностями Говарда семья Робинсонов, безусловно, будет процветать». «Похоже, вы очень восхищаетесь Говардом…» «Да, я согласилась выйти за него замуж просто потому, что он мне нравился… К сожалению, его сердце давно принадлежало другой». «Похоже, и ваша личная жизнь не совсем чиста». «Я удивлен, что генерала Лоуренса заинтересовала моя личная жизнь…» Клод Лоуренс улыбнулся: «Я же говорил, меня интересуют только те люди или вещи, которые мне нравятся». В его словах звучала нотка признания. Она не привыкла к такой неопределенности и повернула голову, чтобы посмотреть на вид за окном. «Ты устал?» — спросил он. Она кивнула. Он сказал: «Тогда ложись спать, я разбужу тебя, когда мы приедем». "Хорошо." Она была совершенно измотана… Как только она закрыла глаза, ее охватила сонливость. В последнее время она плохо спала… Так устал. В последующие дни Элис Робинсон жила в постоянном напряжении, но она и Клод Лоуренс мирно сосуществовали без происшествий. Однако чем дольше она проводила время с Клодом Лоуренсом, тем больше боялась его. Клод Лоуренс, казалось, всегда легко разгадывал её мысли, заставляя её чувствовать себя уязвимой, точно так же, как перед Честером Робинсоном. В последние дни Клод Лоуренс не заходил в ее гостиничный номер и не делал никаких непристойных попыток сблизиться с ней. В течение дня он водил ее по разным достопримечательностям Токио, а после ужина вечером они вместе ходили на прогулку. Он неизменно демонстрировал свои джентльменские манеры и поведение. За день до отъезда из Токио, который, как ей сообщил дядя Грант по телефону, был также последним днем ​​их пребывания, она не могла не заподозрить, что Клод Лоуренс играет в игру "недоступен". Однако у нее не было времени тратить его на него. В тот вечер Алиса выпила еще несколько бокалов красного вина и не могла избавиться от легкого головокружения… Клод Лоуренс проводил её до комнаты, и она, стоя перед дверью, тихо спросила: «Не хотите ли зайти и немного посидеть?» Клод Лоуренс улыбнулся: «Не боитесь ли вы, что я передумаю?» Ее затуманенные глаза смотрели в его глубокие глаза: «Я не боюсь… потому что я тебе доверяю». Только она знала, насколько ложны были эти слова, но она должна была их произнести, потому что именно она просила его о помощи. «Это первый раз, когда девушка пригласила меня в свою комнату. Обычно это я приглашаю девушку». Он что, дразнил её? Алиса сердито покраснела, повернулась, чтобы открыть дверь, и уже собиралась захлопнуть ее, когда, к ее удивлению, он уже проскользнул внутрь. В сердцах Алиса преградила ему путь у входа, выпалив: «Что ты делаешь?!» Он удивленно поднял брови: «Вы только что пригласили меня войти!» Ее грудь тяжело вздымалась, когда она поняла, что он очень коварен и постоянно расставляет ловушки, в которые она может попасть. И действительно, он улыбнулся и протянул руку, чтобы погладить её по лицу: «Знаешь, ты очень красива, когда злишься?» По лицу Алисы разлился более глубокий румянец. «Кем ты меня себе представляешь? Использовать уязвимое положение другого человека — это не мой подход к ухаживанию за девушкой». Он обхватил ее лицо руками, голос был нежным, дружелюбным, без тени опасности: «Если бы я хотел прикоснуться к тебе, зачем бы я играл в такие игры, изображая недоступность?» Алиса уставилась на него с легким удивлением. Он улыбнулся: «Но я воспользовался уязвимым моментом; иначе ты бы не поехала со мной в Токио». Она посмотрела ему в глаза, почувствовав странное волнение. «Я, Клод Лоуренс, мог бы встречаться с любой женщиной, но ты меня заинтересовала… Моя мама однажды сказала мне, что если я когда-нибудь встречу женщину, которую обожаю, то должен привезти её в Токио, чтобы она посмотрела на меня, потому что мама похоронена здесь, её душа здесь. Она сможет увидеть, какая девушка нравится её сыну». Алиса слегка приоткрыла рот, удивленная всем, что он говорил в этот момент. Она всегда считала, что он пользуется ее уязвимым положением, значительно ухудшая ее мнение о нем, но в этот момент ее сердце тронулось. «Я хочу, чтобы ты стала моей женщиной. Я подарю тебе самое завидное счастье в мире… Я знаю, что в прошлом, возможно, был кто-то, кто причинил тебе глубокую боль, и твое сердце болит каждый раз, когда ты вспоминаешь об этом. Я хочу, чтобы ты навсегда забыла это чувство, когда будешь со мной. В будущем я наполню твое израненное сердце добром, и я хочу, чтобы однажды ты была со мной по собственной воле… Ради тебя у меня хватит терпения». Сказав это, он улыбнулся, его улыбка была такой теплой и солнечной, словно освещая самые темные уголки ее сердца. «Я…» — она посмотрела на него, не зная, что сказать. Он поцеловал её в лоб, нежно погладил по голове: «Ты устала за это время, правда? Ложись спать пораньше; завтра, когда проснёшься, наверняка будет прекрасный солнечный день». На следующий день перед посадкой на самолет дядя Грант позвонил и сказал, что присланные ею деньги решили финансовые проблемы виноградника, и теперь он работает в обычном режиме. Она очень удивилась, когда отправила деньги на виноградник, и ее изумленный взгляд упал на Клода Лоуренса, стоявшего рядом с ней. Он разговаривал по телефону, по всей видимости, обсуждая деловые вопросы. Он выглядел очень занятым; скорее всего, приехав в Токио, он решил отдохнуть от своего напряженного графика. Она молча ждала его. Он заметил её взгляд, закончил разговор и мягко посмотрел на неё: "Что случилось?" Естественно, он обнял её за талию. "Спасибо." Это была искренняя благодарность. Он улыбнулся: «Если ты меня поцелуешь, я буду ещё больше готов ради тебя работать на износ». Она покраснела и опустила голову. Она не привыкла быть так близко с кем-то, хотя в будущем ей придётся считать его своим парнем. «Я же говорил, что у меня есть терпение…» Он поцеловал ее в щеку, жестом попросил водителя взять ее сумочку, а затем обнял ее, когда они садились в машину. ---------- Глава 1067-551: Дополнительная история: Мой парень приехал за мной. Серебристо-серый Bentley остановился перед замковой виллой семьи Робинсонов. Робин почтительно открыла ей дверцу машины. Она вышла из машины, и кто-то уже позаботился о её багаже. «У меня есть дела… Сегодня я не буду вас сопровождать. Вы, должно быть, устали после прилета, поэтому хорошо отдохните дома», — мягко посоветовал Клод Лоуренс. Элис Робинсон слегка кивнула. Он притянул её голову к себе и быстро поцеловал в губы, словно стрекоза, коснувшаяся воды: «Позвони мне, если что-нибудь понадобится». «Мм». У неё был его номер телефона? «Уезжай сейчас же!» — приказал он Робину. Машина медленно скрылась из виду. "Мама…" Рейчел, не видевшая её несколько дней, расплакалась при виде её. Она уронила сумочку и наклонилась, чтобы поприветствовать ребенка, бросившегося ей на руки. Почувствовав мягкость тела своего ребенка в объятиях, она тоже не смогла сдержать слез. "Малыш, ты скучал по маме?" "Да." Рейчел прикусила губу, словно желая обвинить мать в том, что та оставила ее одну дома, но в то же время не желая отпускать ее. Элис Робинсон взяла Рейчел на руки и поцеловала ее: «Мама тоже очень по тебе скучала». Тётя П.А. подошла вперёд, зорко заметив дорогую машину, которая только что привезла Элис Робинсон, и с любопытством спросила: «Мисс, кто это только что был… Это он вас привёз?» «Э-э, он… он деловой партнер виноградника». «Деловой партнер, значит…» — усмехнулась тетя П.А. — «Я не видела его в машине, но издалека смутно различала его силуэт, он казался довольно молодым и обаятельным…» «Хм, с ним всё в порядке». Тридцать четыре года — это считается молодым возрастом? Возможно, очень привлекательным. Тётя П.А. действительно видела, как Клод Лоуренс притянул Элис Робинсон к себе, чтобы поцеловать, но она не стала расспрашивать дальше, потому что, если бы что-то действительно происходило, она бы, естественно, узнала об этом позже. Элис Робинсон подарила Рейчел игрушку "Теру-Теру Бозу", которую купила в Японии, и Рейчел тут же была очарована ею, послушно усевшись на колени к Элис Робинсон, ее маленькие ножки беззаботно покачивались, и она совершенно забыла, что мама оставила ее одну дома. Элис Робинсон спросила: «Тетя П.А., что-нибудь случилось дома за последние два дня?» Тётя П.А. вспомнила и сказала: «Да, кто-то из Джеффри прислал пригласительную открытку». Пригласительная карточка? Элис Робинсон на мгновение опешилась. Тетя П.А. тут же передала пригласительную карточку Алисе Робинсон. Элис Робинсон взглянула на приглашение и тут же улыбнулась. В итоге это оказалось великолепным событием… Скайлер Джонс и Кристин Куинн собирались сыграть свадьбу. В приглашении указывалось, что свадьба состоится под Эйфелевой башней в Париже, и Элис Робинсон искренне приглашалась в качестве подружки невесты. Раньше она не понимала смысла счастья, но постепенно, наблюдая за счастьем Говарда Джеффри и Ребекки Квентин, Скайлер Джонс и Кристин Куинн, она постепенно поняла, что такое счастье, и начала ему завидовать. Элис Робинсон слышала историю любви Скайлера Джонса и Кристин Куинн. Хотя она знала обо всех взлетах и ​​падениях, которые им пришлось пережить, она всегда завидовала им за одно: за их глубокую и взаимную любовь и заботу друг о друге. «Мисс, вы собираетесь присутствовать на свадьбе?» Элис Робинсон кивнула: «Я несколько раз встречалась с Кристин Куинн, она очень добрая, такая же полная энтузиазма, как и Бекка, конечно, я приду». «Но…» — тётя П.А. замялась в своих словах. «Что случилось?» — Элис Робинсон слегка нахмурила брови. «Боюсь… боюсь, что мистер Робинсон может присутствовать на свадьбе в тот день!» — сказала тетя ПА. Да, Честер Робинсон был сводным братом Скайлера Джонса. Говорили, что связь между братьями крепла с каждым днем, может быть, Честер Робинсон отпустит прошлые обиды и придет на свадьбу брата… «Ну и что, если он придёт?» — Элис Робинсон глубоко вздохнула, её тон был спокоен, словно она обсуждала пустяковое дело. — «Он — это он, я — это я, он идёт своим путём, а я — своим». На следующий день Элис Робинсон прибыла в виноградник Киро на западе. Благодаря вливанию капитала, виноградник Kyro Vineyard быстро превратился из испытывающего трудности и находящегося на грани банкротства виноградника в предприятие, полное жизненной энергии. Управляющий виноградником, Клейд, провел для нее экскурсию по винограднику и объяснил все этапы производства вина. Хотя ей и удалось найти средства для решения временных проблем виноградника, только грамотное управление могло обеспечить его устойчивое развитие, поэтому в последующие дни она часто посещала виноградник, чтобы понять все аспекты виноделия и стремилась освоить все тонкости этого дела. «Мисс Робинсон, пожалуйста, попробуйте… Это свежесброженное, необработанное вино, но уже очень мягкое…» Хотя она еще не была хорошо знакома с процессом виноделия, она умела определять качество вина. Элис Робинсон подняла бокал и сделала небольшой глоток, и сразу же аромат наполнил ее рот. «Это очень вкусно». «Наш виноградник всегда давал превосходное вино…» "Мм." «Мисс Робинсон, позвольте мне показать вам винный погреб…» "Хорошо…" Выйдя из винного погреба, Элис Робинсон достала телефон и набрала номер Клода Лоуренса. Телефон звонил долго. Она подумала, что он, возможно, занят, и уже собиралась повесить трубку, когда звонок соединился. "Это я." Он усмехнулся: «Я ждал твоего звонка уже два дня, думал, что крольчиха получила морковку от крольчихи и ей уже будет все равно на крольчиху…» Она усмехнулась: «Я думала, ты занят». "Тогда зачем вы позвонили?" «Боюсь, вы меня забудете». Клод Лоуренс тихонько напевал: «Молодец, теперь ты знаешь, как меня порадовать». «Конечно, мы еще не закончили обсуждать наши дела!» Он вложил средства в виноградник Робинсонов, но детальный контракт еще не обсуждался. Робинсонам было недостаточно полагаться только на средства; ей нужен был опытный бизнесмен, который бы ею руководил. «Вы очень прямолинейны». «Разве вы, мужчины, не больше всего ненавидите женские лестные речи?» Да, вот переведённый текст: «`html Клод Лоуренс от души рассмеялся: «Это действительно странно, чем больше времени я провожу с тобой, тем больше сюрпризов ты мне преподносишь… Когда мы общаемся, из десяти предложений обычно девять произношу я, но по телефону ты становишься таким остроумным и находчивым». Она последовала за ним с улыбкой. По телефону он понял, что у неё, должно быть, прекрасная улыбка. «Можете не сомневаться, ваш образ навсегда остался в моей памяти». Алиса наконец-то убедилась, насколько искусными могут быть мужчины в умении красиво говорить. После небольшой паузы он сказал: «Давайте встретимся…» "Конечно, а когда?" «Через пару дней я буду в Нью-Йорке и вернусь не раньше 2-го числа». "Второй?" "Да." «Это может не сработать…» "Почему нет?" «У меня подруга выходит замуж 2-го числа, и я буду её подружкой невесты, поэтому, возможно, я не смогу встретиться с тобой в этот день». "Хорошо." 2-го числа, ясное небо и солнечная погода. Под Эйфелевой башней ковер из белых лепестков роз ведет прямо к самому священному алтарю свадебного торжества. Белые занавески нежно развеваются по обе стороны розового ковра… Официанты снуют сквозь толпу… Гости, одетые в парадную одежду, общаются в соответствии с правилами этикета высшего общества, в то время как жених окружен семьей и друзьями… В гримерной Алиса, уже с легким макияжем и в платье подружки невесты, стояла рядом с невестой. Невеста, Кристин Куинн, сидела на стуле, нервно глядя в зеркало: «Не слишком ли много макияжа? Мне кажется, это перебор…» «Нет, Кристин, ты невеста, макияж не может быть небрежным…» Элис обняла Кристин Куинн за плечи: «Смотри, ты сегодня такая красивая…» Кристин Куинн немного смутилась: «Я сказала, что не хочу устраивать свадьбу, но Оверски настоял…» «Кристин, свадьба необходима; это обещание мистера Джонса тебе». "Мм." «Я немного нервничаю…» «Не волнуйтесь, мистер Джонс всегда был рядом с вами!» "Мед…" Голос Скайлер Джонс прервал их разговор. Кристин Куинн обернулась, мило улыбаясь: «Дорогая…» Скайлер Джонс в черном фраке выглядел исключительно элегантно и привлекательно; он кивнул Алисе: «Мисс Робинсон». Алиса застенчиво стояла в стороне: «Мистер Джонс, никаких формальностей, просто зовите меня Алисой». «Элис, ты сегодня выглядишь просто великолепно», — искренне похвалила Скайлер Джонс. Алиса действительно выглядела прекрасно… Платье цвета лотоса было элегантным и достойным, но при этом не затмевало невесту. Ее прическа была собрана в высокую прическу, а макияж был преимущественно нежным, добавляя нотку женственности и изысканности. «Спасибо, я не буду вас беспокоить, я выйду на улицу, чтобы проверить, как продвигается работа…» Элис тактично вышла из гримерной, оставив время и пространство для влюбленной пары. «Дорогая, мой макияж не слишком тяжелый…» «Нет, выглядит отлично». «А что касается свадебного платья, мне кажется, что моя талия в последнее время стала толще…» "Совсем не толстая, талия по-прежнему стройная." "О, ты меня раздражаешь…" Их радость заразила Алису, и она слабо улыбнулась, выходя из гримерной. Она прибыла к месту проведения свадьбы и, глядя на гостей в нарядных платьях, почувствовала необъяснимое одиночество, зародившееся в сердце Алисы. Ребекка Квентин, держа Говарда Джеффри за руку, подошла к ней. Глядя на Говарда Джеффри, Алиса вспомнила прошлое, и хотя в ее взгляде чувствовалась некоторая неловкость, она была очень спокойна. "Алиса…" Ребекка Квентин поприветствовала ее оживлённую. Она мягко улыбнулась: «Бекка… Говард». Говард Джеффри улыбнулся ей: «Давно не виделись». "Мм." «Ты повзрослел, ты больше не похож на ребенка». Алиса все еще улыбалась: «Всем нужно повзрослеть!» «У меня там несколько друзей, я пойду поздороваюсь, а ты с Беккой поболтаешь». "Хорошо." Ребекка Квентин сказала: «Элис, я очень рада, что ты сегодня подружка невесты на свадьбе моей сестры…» «Для меня это большая честь». «Изначально мы хотели пригласить Честера Робинсона в качестве шафера, но он отказался, поэтому… позже, возможно, придётся объединиться с сорокалетним холостяком». «Всё в порядке». «Кстати, Честер еще не приехал?» — Ребекка Квентин огляделась. Алиса покачала головой: «Я не заметила». Ребекка Квентин вздохнула: «Вчера, когда я позвонила Честеру, ответила женщина… Сначала я подумала, что это ошиблись номером, но позже выяснила, что эта женщина — девушка Честера». "Ой." Лицо Алисы оставалось спокойным, не вызывая никаких волнений. Ребекка Квентин взяла Элис за руку и прошептала: «Я не знаю, что происходит между тобой и Честером, но мне кажется, если еще есть шанс на примирение, вам стоит поговорить еще раз, может быть…» ---------- Глава 1068–552: Дополнительная история: Элис Робинсон, та, которую он испортил «Больше не будет никаких „возможно“…» В этот момент Элис Робинсон увидела Честера Робинсона. Он только что вышел из машины, держа за руку элегантную даму, находившуюся внутри. Женщина стояла рядом с ним, словно маленькая птичка, нежно обнимая его. Ребекка Квентин проследила за взглядом Алисы и тоже сосредоточила внимание на грациозной женщине рядом с Честером. У Честера был хороший вкус; эта женщина выглядела нежной и добродетельной, красивой и уравновешенной. Стоя рядом с Честером, они казались идеально гармонирующими друг с другом. Элис узнала эту женщину; это была та, которая оживленно беседовала с Честером на банкете, а позже Честер лично отвез ее домой. Когда Алиса уже собиралась отвести взгляд, она нечаянно встретилась взглядом с Честером… Его взгляд не был намеренно холодным, но и особых эмоций в нём не выражалось. Элис уже отвела взгляд и сказала: «Я пойду спрошу священника, когда примерно состоится свадебная церемония, чтобы мистер Джонс мог подготовиться…» "…Хм." Ребекке хотелось что-то сказать, но в итоге она промолчала. Алиса ушла. Честер и его девушка направились к Ребекке… Через полчаса началась свадебная церемония… Кристин Куинн шла под руку со Скайлер Джонс по красной дорожке… Мэрилин Куинн и Эндрю Джеффри, изображая «детей цветов», разбрасывали лепестки роз в воздух… Лепестки роз кружились в небе, а Алиса сопровождала шаферов, следуя за молодоженами по красной ковровой дорожке… Друзья и родственники с обеих сторон аплодировали в знак поздравления, а многочисленные представители СМИ издалека активно поддерживали связь… Свадьба Скайлера и Кристин, хотя и не была чем-то выдающимся, была скромной и искренней, что сделало её ещё более завидной… Как женщина, кто бы не захотел идти навстречу священнику в белоснежном свадебном платье, под руку с тем, кто приносит мир в её сердце? Алиса рассеянно размышляла, но даже если она намеренно старалась не замечать его присутствия, она все равно остро ощущала его. Она заметила, что сегодня на нем был хорошо сшитый черный костюм… Он редко одевался так формально; обычно наиболее яркое впечатление производил его белый наряд, который безоговорочно излучал манеры врача. Когда он был одет в костюм, его никак нельзя было связать с привычным образом врача, потому что он выглядел благородным, холодно высокомерным, полным энергии и с чувством превосходства. Подобное поведение можно было заметить и у Скайлера, и у Говарда Джеффри, потому что они были похожими людьми — гордыми, высокомерными, но при этом обладали достаточным капиталом, чтобы это подтвердить. В данный момент он вел беседу с Говардом Джеффри… Похоже, им действительно удалось превратить враждебность в дружбу. Министр торжественно произнес свадебные клятвы, а Алиса стояла внизу и молча наблюдала. Когда Скайлер и Кристин посмотрели друг другу в глаза и произнесли «да», глаза Элис покраснели, наполнившись слезами. Их любовь была такой сложной и полной испытаний, но в конце концов они все равно держались за руки, чтобы состариться вместе… Глубокая любовь в их глазах тронула всех присутствующих. Скайлер крепко поцеловал Кристин под дождем из цветов; под Эйфелевой башней он дал ей обещание на всю жизнь. «Сюда, сюда…» Когда невеста бросила букет, все присутствующие женщины с нетерпением бросились к ней… То ли это было намерением Кристин, то ли судьбой, но букет попал прямо в руки Алисы, которую подтолкнула Ребекка. Держа в руках букет, Алиса несколько секунд стояла в оцепенении. Кристина спустилась с платформы и лично сказала ей: «Поздравляю… Алиса, говорят, что та, кто поймает букет невесты, вскоре сама станет невестой. Желаю тебе счастья». «С-спасибо, Кристин». Свадебная церемония завершилась… Все должны были сразу отправиться в банкетный зал, но дядя Грант позвонил Алисе. Дядя Грант упомянул о некоторых проблемах на северном винограднике и попросил Алису лично туда съездить, подчеркнув, что это крайне срочно. Элис знала, что уходить в качестве подружки невесты неприлично, и намеревалась немного задержать свадьбу, но Ребекка случайно подслушала ее разговор с дядей Грантом и поняла серьезность ситуации, поэтому она взяла инициативу в свои руки и сообщила об этом Кристине, позволив Элис уйти пораньше, чтобы уладить этот вопрос. Алиса чувствовала себя довольно виноватой и в знак извинения выпила с молодоженами. Выпив, Элис собиралась уйти первой, но, обернувшись, неожиданно столкнулась с Честером и его девушкой, которые подошли поднять тост за Скайлер. В тот момент Алиса была ошеломлена. Взгляд Честера упал на ее внезапно побледневшее лицо. «Мисс Робинсон». Девушка Честера приветливо и вежливо поздоровалась с Алисой. Заметив, что все гости вокруг наблюдают за ними, Алиса сухо приоткрыла губы и выкрикнула: «Брат». ---------- Глава 1069–552: Дополнительная история: Элис Робинсон — женщина, которую он испортил (Часть 2) Честер слегка кивнул и ничего с ней не сказал. «Мне нужно идти, у меня есть дела», — взволнованно сказала Алиса. «Мисс Робинсон, подождите… У вас есть машина? Почему бы не попросить Честера отвезти вас?» Добрая женщина, заметив, что Алиса очень волнуется, сказала ласково. Честер… Они и так были очень близки, даже использовали прозвища. «Э-э, не нужно, здесь легко поймать такси…» Добрая женщина хотела сказать что-то еще, но в этот момент зазвонил телефон Алисы. Подумав, что это дядя Грант, Алиса поспешно ответила: «Здравствуйте…» "Это я." Голос Клода Лоуренса всегда отличался успокаивающим теплом. Сердце Алисы, пребывавшее в смятении, успокоилось после этих слов: «Мм». «Я вернулся, давайте встретимся!» — Разве ты не должен был вернуться сегодня вечером? — удивленно спросила Алиса. Клод усмехнулся: «А нельзя ли мне вернуться пораньше, чтобы быть с тобой?» Алиса слегка покраснела. «Я приеду за тобой». «Я не могу… Я всё ещё на месте проведения свадьбы, и дядя Грант только что позвонил и сказал, что на винодельне возникла проблема, мне нужно это проверить». «Я отвезу тебя на винодельню». «Времени нет, мне нужно идти прямо сейчас…» «А что, если я сейчас окажусь прямо у вас на виду?» Слова Клода заставили Алису остановиться, она подняла взгляд и быстро огляделась. Серебристо-серый Bentley был припаркован у обочины дороги возле места проведения свадебной церемонии. Робин уже вышла из машины и открыла ей дверь. Элис закончила разговор, взглянула на элегантный профиль внутри серебристо-серого «Бентли», повернулась ко всем и сказала: «Извините, у меня срочное дело, я должна уйти… Мистер Джонс, Кристин, желаю вам ста лет гармонии и вечного единства». Кристин Куинн прижалась к Скайлер Джонс и сказала: «Спасибо». «Мисс Робинсон, вы уверены, что вам не нужно, чтобы ваш брат послал кого-нибудь за вами домой?» "Незачем…" «Но сегодня после обеда час пик, найти такси непросто…» «Всё в порядке, мой… мой парень меня заберёт». Когда Алиса упомянула слово «бойфренд», все присутствующие были удивлены и поражены. Элис извинилась перед Скайлер и Кристин, а затем ушла. Все заметили, что Алиса направилась к серебристо-серому «Бентли», припаркованному у обочины дороги. Честер слегка прищурился. Клод Лоуренс вышел из машины и, естественно, обнял ее за талию, наклонившись, чтобы поцеловать ее в губы. Тело Алисы слегка напряглось, она также заметила взгляд, окружавший её, и осторожно вырвалась из его объятий… Клод Лоуренс сказал: «Пошли». Лицо Алисы слегка покраснело, "Мм." Клод обнял Алису и сел в машину. Увидев это, Ребекка Квентин была удивлена ​​и широко раскрыла рот. Под пристальным взглядом всех присутствующих серебристо-серый Bentley медленно отъехал. В толпе вокруг разгорелись дискуссии: «Эй, это же старшая дочь семьи Робинсонов, Элис? Это её парень?» «Вы имеете в виду ту богатую девушку, о которой ходили слухи, что она играла с кем-то и бросила, и у которой была дочь?» "Да…" «Но кто этот мужчина, он такой красавец…» Дискуссии гостей то начинались, то заканчивались… Никто не заметил, что темные глаза Честера были глубже обычного. Алиса прислонила голову к окну машины и молчала. Клод Лоуренс обнял Алису за плечо сзади: «Что случилось?» Алиса покачала головой: «Ничего». «Вам сегодня понравилось?» «Мм, видеть их счастливыми делает меня тоже счастливым». Клод крепче обнял Алису, притянув ее ближе к своему плечу: «Ты сама не думала о том, чтобы провести такой день?» "А?" Клод пристально посмотрел на нее: «Выходишь замуж». Она посмотрела на него, его глаза сверкали светом. Ее тело постепенно напряглось, и после долгой паузы она выдавила из себя фразу: «Э-э, я об этом не думала». Клод хорошо разбирался в людях, он усмехнулся: «Я просто между делом спросил, а ты, кажется, испугался». "Я… я не был." Клод поцеловал Алису в лоб: «Весь день стояла, устала?» "Мм." «Хочешь пойти домой и отдохнуть?» «Я не могу… Дядя Грант сказал, что у северной винодельни проблемы с сырьем, мне нужно поехать и убедиться самому». Клод погладил Алису по голове: «Оставь проблему с винодельней мне… Я отвезу тебя домой, отдыхай спокойно, у тебя темные круги под глазами». «Не хочу вас беспокоить, вы только что сошли с самолета, вы, должно быть, тоже устали…» «Я не устала, глядя на тебя, как я могу устать?» Его слова, словно мед, наполняли сердце сладостью. «Что ж, раз уж ты акционер винодельни, тебе следует помочь и в решении её проблем», — игриво сказала Алиса. Клод рассмеялся: «Ладно… ленивые косточки». Алиса улыбнулась. Он обнял её. «Я голоден, не хочешь сначала пойти поесть со мной?» «Но вопрос о винодельне…» «Сначала я поручу кому-нибудь этим заняться». "Хорошо!" В восемь часов вечера Алиса стояла рядом с машиной и махала Клоду на прощание. Серебристо-серый «Бентли» въехал в темноту ночи на глазах у Алисы… После того как машина скрылась из виду, Алиса повернулась и вернулась на виллу. Тетя П.А. поприветствовала ее сразу по возвращении: «Мисс, вы вернулись…» Алиса кивнула: «А где Рейчел?» Тётя П.А. ответила: «Рэйчел уже спит». "Мм." «Мисс, я сейчас разогрею вам суп…» «Не нужно, тётя ПА, я не голоден… Я просто хочу отдохнуть». "Хорошо." Вернувшись в свою комнату и проверив, как дела у Рэйчел, Элис наконец сняла свои туфли на 30-сантиметровых каблуках, которые носила весь день, отбросила сумку в сторону и легла на кровать. Необъяснимое чувство усталости, желание лишь закрыть глаза и хорошо выспаться… Честер… Это ласковое прозвище заставило Алису внезапно открыть глаза. Она безучастно смотрела в потолок, ее взгляд был тусклым, в голове промелькнула мысль о женщине, которая называла его "Честером" и прижималась к нему, словно хрупкая птичка. ---------- Глава 1070 - 553: Дополнительно: Сегодня вечером он останется дома 1 Это очень неприятно, у меня немного тяжело на сердце… У неё возникает импульс, но она изо всех сил пытается его подавить. Движущаяся между импульсом и сдерживанием, она наконец вырвалась из-под контроля… Внезапно поднявшись с кровати, она взяла из комнаты планшет, обняла его, садясь на диван, и набрала слова "подруга Честера Робинсона". Вскоре на экране компьютера появилось объявление о девушке Честера Робинсона… Оказывается, его девушку можно найти даже в Google… Шарлотте Юл двадцать восемь лет. Ее отец — директор посольства Королевства Цветов во Франции, а мать — сестра премьер-министра Франции. Она на три четверти состоит из крови Королевства Цветов и на одну четверть — из французской. В двадцать лет она окончила Колумбийский университет по специальности «право». Благодаря своим знаниям, образованности и темпераменту она была названа самой элегантной дебютанткой Франции. У нее широкий круг интересов, и она виртуозно владеет фортепиано и скрипкой… Уставившись от этого вступления, Элис Робинсон откинулась на диване, пребывая в оцепенении. Закрыв компьютер, Алиса побледнела. У него действительно хороший вкус, его девушка просто восхитительна, неудивительно, что между ними нет никакого диссонанса. Да, врач и юрист, красивый мужчина и прекрасная женщина, с одинаково схожим семейным происхождением — они действительно идеально подходят друг другу… В этот момент зазвонил телефон, прервав ее размышления. Она взяла трубку, взглянула на номер на экране, откинулась на диван, чтобы ответить на звонок: "Здравствуйте…" «Вы спите?» — голос Клода Лоуренса был мягким. «Хм, вот-вот усну». «Вам не нужно беспокоиться о винограднике, я уже послал человека, который им займется…» "Спасибо." «Заеду завтра в полдень за тобой». "Хм?" «Завтра у меня как раз будет время, приходи и проведи его со мной!» Алиса оказалась в затруднительном положении: «Боюсь, нет… хотя ты и решила для меня вопрос с виноградниками, мне все равно нужно завтра посетить несколько виноградников, а еще я мало времени провожу с дочерью, хочу побыть с ней дома». «Затем завтра вечером». "Хм?" «Заеду за тобой завтра вечером». В его тоне звучала властность, он не собирался отказывать. "Но…" «Спокойной ночи, дорогая». Алиса на мгновение опешилась и потеряла дар речи. Клод Лоуренс завершил разговор. Алиса медленно положила трубку и слабо облокотилась на диван. Ночь была глубокой и тихой. На полумраке террасы отеля Честер Робинсон спокойно пил красное вино. В какой-то момент к нему подошел Кит Энтони и сказал: «Босс, я уже отправил мисс Юл домой». Честер ответил тихим «хм». Кит молча отступил за спину Честера, пристально глядя на его силуэт. Неожиданно Кит почувствовал в силуэте Честера одиночество и грусть. "Босс…" — не смог сдержаться Кейт. "Хм." «Есть кое-что, о чём я не уверен, стоит ли говорить…» «Скажи это». «Несколько дней назад журналисты сфотографировали мисс Элис и Клода Лоуренса на отдыхе в Токио…» Честер поднял бровь: «И что?» — спросил он, отпивая глоток из бокала с вином. Кит поклонился, осмеливаясь заговорить: «Босс, неужели вы не можете просто наблюдать за мисс Элис с Клодом Лоуренсом? Простите за мою смелость, но, босс, вы действительно можете вынести, что мисс Элис влюбится в кого-то другого? После более чем десяти лет, проведенных вместе, ваша забота о мисс Элис, не была ли она просто попыткой использовать ее?» Лицо Честера помрачнело, он поставил бокал с вином и холодно спросил: «Когда ты стал таким разговорчивым?» «Босс, вам действительно не нравится характер мисс Алисы? Но разве вы не испортили всю её прошлую своенравность и высокомерие? Если бы вы не решили все её проблемы, стала бы она действовать по прихоти, когда что-то идёт не по её плану? Если бы вы не давали ей всего самого лучшего, стала бы она высокомерной? Вы формировали её ценности, вы потакали её характеру, как же вам может не нравиться её характер? Ваша забота о ней всегда была неотъемлемой частью её личности». Лицо Честера было холодным и суровым, он тяжело поставил бокал с вином, его тонкие губы застыли в холоде: «Кит Энтони, ты забыл о последнем инциденте?» Кит поклонился еще ниже: «Босс, даже если вы уволите меня сегодня, я должен сказать… вы явно заботитесь о мисс Элис, почему же вы отталкиваете ее? Если бы вам было все равно, вы бы не бросились к ней, когда она осталась одна против Робинсонов, если бы вам было все равно, вы бы не стали вести переговоры о недвижимости для нее, даже после того, как она вас разозлила. А мисс Элис не умеет управлять семейным бизнесом, и все же вы работали в Нью-Йорке более десяти дней, чтобы освободить месяц для обучения ее в Париже… Я слежу за вами столько лет, я понимаю ваши чувства к мисс Элис лучше, чем кто-либо другой… Босс, пока не поздно, верните мисс Элис к себе… Вы любили ее, я знаю, вы поняли это, когда приняли пулю за нее, я не понимаю, почему вы избегаете этого; ведя себя так, вы окончательно потеряете мисс Элис…» "Достаточно!!" Словно холодный упрек, Честер яростно швырнул бокал с вином на пол. Кит дрожал от страха, но закрыл глаза, решительно стоя неподвижно, готовый принять наказание от своего начальника. Честер поднялся, суровый и холодный. Кит крепко зажмурил глаза, мысленно готовясь к любому наказанию. Острый взгляд Честера пронзил Кейта, словно меч… Кит почувствовал, что переступил черту в отношениях с боссом, и даже с расстояния метра он ощущал, что этот ледяной взгляд смертельно опасен… Однако Честер в итоге не стал делать выговор Киту, а просто ушел, холодный и отстраненный. Прошло много времени, прежде чем Кит открыл глаза, тяжело вздохнул, всё ещё мучимый страхом… Машина мчалась по улицам, где ночью было мало машин… Задние фонари вытянулись в линию света, подчеркивая невероятную скорость автомобиля, с элегантным контуром, лишенным всякого выражения в зеркале заднего вида. В конце концов, машина остановилась в одном месте. Рядом с машиной находилась старинная вилла-замок Робинсонов. Ночь была глубокой, и в огромной вилле оставался только один светильник на втором этаже. Он откинулся на спинку стула, его взгляд остановился на окне второго этажа, излучающем теплый желтый свет. Она уже мать, но всё ещё боится темноты и нуждается в включенном свете, чтобы заснуть. Удерживая руки на руле, Честер откинулся на спинку кресла. Возможно, дело в том, что больше некуда обратиться, и вы хотите найти того, на кого можно положиться? Нет… Я не беззащитна и не ищу поддержки… скорее, ты мне нравишься… Нравиться? Когда все твои бесстыдные поступки, совершенные в прошлом, предстают передо мной во всей своей неприглядности, твое слово «нравится» кажется мне настолько дешевым, что звучит как шутка… Ее глаза были полны слез. Закрыв глаза, а затем медленно открыв их, он краем глаза остановился на теплом желтом свете окна; наконец, он завел двигатель и умчался прочь. Алиса не могла уснуть, ворочалась с боку на бок, и наконец не смогла удержаться от того, чтобы встать с кровати. По привычке подходя к окну, чтобы открыть шторы и полюбоваться ночным небом, полным звезд, она нечаянно заметила два мелькающих красных автомобильных фонаря… Свет фар автомобилей не будил Алису, потому что на просторной дороге проезжающие машины — обычное явление… Алиса прислонилась к окну, глядя на звезды на небе. Они сверкали, словно улыбаясь ей. Она посмотрела на одного из них, несколько ошеломленная, воспоминания нахлынули на нее. Я размышляю… можем ли мы продолжить развитие? Когда все твои бесстыдные поступки, совершенные в прошлом, предстают передо мной во всей своей неприглядности, твое слово «нравится» кажется мне настолько дешевым, что звучит как шутка… С трудом закрыв глаза, Алиса глубоко вздохнула. Задернув шторы, она подошла к колыбели. Рейчел крепко спала, но ее маленькие ручки были высунуты из-под одеяла… Чтобы Рейчел не замерзла, Алиса поправила одеяло. Рейчел тихонько всхлипнула, перевернулась и уснула на боку, как маленькая взрослая. Алиса нашла эту сцену очень милой, не смогла удержаться и поцеловала румяные щечки дочери, мысленно говоря ей: «Рэйчел, это ты научила маму быть сильной, и ты также поддержала маму в начале новой жизни… Завтра мама поведет тебя знакомиться с дядей, надеюсь, он тебе понравится…» Рано утром Шарлотта Юл прибыла в отель, где остановился Честер. У входа в отель Шарлотта Юл встретила Кейта Энтони. «Помощник Энтони…» — улыбнулась Шарлотта Юл, приветствуя Кейта Энтони. «Мисс Юл». "Не будьте такими формальными, зовите меня Шарлотта… а где Честер?" «Босс внутри». "О… я пойду и найду Честера." Кит Энтони кивнул. Шарлотта Юл вошла в комнату и увидела, как Честер поправляет манжету рубашки. Шарлотта Юл улыбнулась и подошла: «Честер…» «Вы здесь». «Я пришла пригласить вас на завтрак…» Честер улыбнулся: «Мисс Юл очень воодушевлена». «Ничего особенного… зная, что ты сегодня вечером уезжаешь в Нью-Йорк, давай позавтракаем на прощание!» С этими словами Шарлотта Юл взяла Честера за руку. Честер ухмыльнулся: «Пошли!» VIP-ресторан отеля. Шарлотта Юл заказала целую гору еды и с удовольствием принялась за трапезу. Честер ничего не ел, только закуривал сигарету. Шарлотта Юл сказала: «Здесь хороший завтрак…» "Мм." «Э-э, почему ты не ешь?» — Шарлотта Юл, с едой во рту, посмотрела на Честера. Честер покачал головой: «У меня нет привычки завтракать». Шарлотта Юл сглотнула застрявшую в горле еду: «По-видимому, доктор Робинсон, вы просто пришли составить мне компанию за завтраком?» «Больше делать нечего». Шарлотта Юл отложила столовые приборы, с невозмутимым лицом сказала: «Эй, разве врачи не должны обращать внимание на принципы здорового питания? Почему вы даже не завтракаете? Разве вы не знаете, что пропускать завтрак вредно для желудка?» Честер затянулся сигаретой и тихо выдохнул: «Я знаю». Шарлотта Юл пробормотала: «Ладно, признаю, я ворчунья, но есть один вопрос, который я действительно хочу тебе задать…» "Просить." Шарлотта Юл хитро заметила: «Будь честной, каковы твои истинные намерения?» ---------- Глава 1071–554: Дополнительная история: Он останется на ночь 2 Честер прищурился: «Что ты имеешь в виду?» Шарлотта рассмеялась: «На последнем благотворительном банкете ты пригласил меня потанцевать, а потом отвез домой… На этот раз в Париже ты не только пригласил меня на ужин и игру в гольф, но и на свадьбу своего друга, создав впечатление, будто мы пара… Ты должен знать, что я видела, как несколько репортеров прятались и тайно фотографировали нас на днях, а после того, как ты отвез меня на свадьбу своего друга, в нескольких журналах появились сообщения о том, что мы пара…» «Не кажется ли вам, что я пытаюсь за вами ухаживать?» Шарлотта фыркнула: «Доктор Робинсон, мы знакомы десять лет, если бы между нами и была искра, она бы вспыхнула еще в школе, зачем ждать до сегодняшнего дня? Кроме того, доктор Робинсон, у вас всегда был кто-то в сердце, и вы знаете, что я никогда не выйду замуж ни за кого, кроме этого человека, как вы вообще можете добиваться меня?» «Мой умный младший коллега действительно оправдывает ожидания, связанные с изучением права, и, как всегда, очень наблюдателен». «Спасибо, старший, но вам нужно признаться… Скажите, почему вы выставляете нас парой? Не думайте, что я не заметила в тот день, когда мы встретились с репортерами, вы намеренно вели себя интимно во время ужина… Вы же хотели, чтобы люди знали о том, что мы пара, верно?» Честер стряхнул пепел с сигареты и рассмеялся: «Не стоит так много об этом думать, девочка». Шарлотта надула губы: «Эй, хватит уже называть меня маленькой девочкой, я и так грациозная, элегантная, зрелая и утонченная женщина». "Да-да-да… Мисс Юл." Шарлотта наконец довольно улыбнулась: «Ну же, скажи мне… Зачем заставлять людей нас неправильно понимать?» «Ты слишком много об этом думаешь…» Честер потушил сигарету и взял столовые приборы, чтобы начать есть. Шарлотта подозрительно посмотрела на Честера и, цокнув языком, добавила: «Доктор Робинсон… вы уклоняетесь от темы». «Разговорчивый». Шарлотта подперла подбородок рукой: «Нет, доктор Робинсон, я вижу сегодня с вами что-то странное». Честер мягко улыбнулся: «Что тебе показалось странным?» Шарлотта, подражая его прищуренному взгляду, которым он оценивал людей, и искоса посмотрела на него: «Сегодня я вижу в твоей улыбке нотку меланхолии… Хотя раньше ты был угрюмым и немногословным, когда был в хорошем настроении, ты немного шутил со мной, но посмотри на себя сегодня: после нескольких слов ты говоришь, что я болтливый и надоедливый… Это говорит о том, что ты чем-то обеспокоен». Честер положил еду в рот и ничего не сказал. Шарлотта усмехнулась: «Я угадала, у тебя действительно что-то на уме». Честер молчал, безвкусно пережевывая пищу. Шарлотта сказала: «Ты определенно привел меня сюда, чтобы я сыграла роль его девушки, иначе, с твоей хладнокровной натурой, ты бы не стал со мной связываться… Полагаю, твоя возлюбленная вышла замуж, и женихом был не ты, что сильно тебя задело, поэтому ты привел меня, чтобы я сыграла роль пары, с целью спровоцировать твою бывшую возлюбленную. Какая же у меня была хорошая игра в тот день… Если я правильно догадалась, на свадьбе Скайлер Джонс ты наверняка видел свою бывшую возлюбленную, дай угадаю…» «Э-э, на той свадьбе, помимо невесты, вы общались только с двумя другими женщинами: одной из них была жена Говарда Джеффри, Ребекка Квентин, а другой — ваша сестра…» «Хотя вы так и не сказали мне, кто тот человек, который занимает особое место в вашем сердце, женщина, которую предпочитает доктор Робинсон, безусловно, первоклассная… Думаю, это жена Говарда Джеффри, Ребекка Квентин, та самая, с которой вы здоровались». Честер всегда оставался невозмутимым, поэтому, когда он говорил, выражение его лица почти не менялось, и он спокойно произносил: «Прекратите нести чушь». Шарлотта внимательно вгляделась в выражение лица Честера: «Нет, Ребекка Квентин не должна быть той, о ком я говорю, потому что я не заметила ничего необычного в твоих глазах, когда упомянула её, но когда я заговорила о твоей сестре, я заметила, что твои глаза потемнели…» Упомянув снова Элис Робинсон, Честер немного углубил свой взгляд. «Видишь, когда я упомянула твою сестру, твои глаза действительно выглядели по-другому…» «Не говори глупостей». «Конечно, я несу чушь, как может объектом вашего интереса быть ваша собственная сестра… Но я нахожу вашу сестру очень милой. Когда я видела, как вы весело болтали со мной на банкете, она сердито убежала… Если бы я не знала, что вы брат и сестра, я бы подумала, что она ревнует…» — сказала Шарлотта без всяких ограничений, совершенно не так, как обычно, демонстрируя свою грациозность. ---------- Глава 1072 - 554: Дополнительная история: Сегодня вечером он останется дома 2_2 Честер Робинсон равнодушно сказал: «Она привязалась ко мне с самого детства». Шарлотта Юл ответила: «Но, похоже, ты не очень-то её любишь… Ты приехал в Париж, но не остаёшься дома, а на свадьбе твоё общение с сестрой было почти безразличным, как будто вы не брат и сестра…» Честер взял бутылку красного вина с края обеденного стола и сделал небольшой глоток: «Она злится на меня за то, что я оставил её, чтобы сосредоточиться на своих делах…» "Тогда почему бы тебе не позаботиться о ней?" Честер сделал паузу, а затем сказал: «Я всего лишь её брат; я не могу заботиться о ней вечно. Ей нужно научиться самостоятельности, развить свои способности, чтобы выжить в этом обществе». Шарлотта Юл вздохнула: «Но, Честер, у младших сестер часто бывает комплекс брата. Ты просто не можешь игнорировать ее… Ты же знаешь, что твоего отца больше нет, и твоя сестра одна. Она, должно быть, чувствует себя одинокой. Даже если ей нужно повзрослеть, ты можешь научить ее этому, оставаясь рядом с ней…» Честер снова замолчал. Шарлотта Юл, заметив выражение лица Честера, сказала: «Но твоя сестра, кажется, ничего. Ее парень довольно симпатичный, не хуже тебя. У нее действительно хороший вкус». "Правда?" — голос Честера необъяснимо похолодел. Шарлотта Юл восхищенно воскликнула: «Да, поистине красавец… Глядя на его машину и силуэт, сразу видно, что этот мужчина — первоклассный парень». Честер молча потягивал вино. Шарлотта Юл вдруг сказала: «Подождите, кстати… у вашей сестры, кажется, есть дочь, верно? Я слышала, что она была влюблена в Говарда Джеффри, но после его свадьбы у неё каким-то образом тоже родился ребёнок… Одни говорят, что ребёнок от Говарда, другие — что ваша сестра так сильно пострадала от брака Говарда, что закрутила роман с каким-то парнем и попалась на удочку. Существует так много версий этой истории… Может, вы немного посплетничаете со мной, тайно расскажете, кто этот мужчина вашей сестры?» Лицо Честера помрачнело: «Шарлотта!» Шарлотта быстро подняла руки в знак капитуляции: «Ладно, ладно, притворись, что я не спрашивала… Действительно, такие личные дела не следует разглашать посторонним, мне просто было любопытно… Какой бессердечный ублюдок посмел так издеваться над молодой девушкой? Его нужно подвергнуть химической кастрации». На лбу Честера появилась черная линия. Шарлотта Юл продолжала разговаривать сама с собой: «Этот мир становится все более коварным… К счастью, человек, которого я люблю, не такой уж плохой…» Элис Робинсон всё утро была занята на винограднике… Благодаря знакомству со своим наставником, она получила некоторое представление о процессе виноделия, от брожения до розлива в бутылки, она изучила все этапы. Теперь она серьезно изучала эти вещи, стремясь в кратчайшие сроки освоить все дела на винограднике… После напряженного утра Алиса немного устала и откинулась на спинку кресла в офисе на винограднике. Как только она откинулась на спинку стула, чтобы отдохнуть, с улицы вошел дядя Грант. Она тут же выпрямилась и крикнула: «Дядя Грант!» Дядя Грант сказал: «Элис, к счастью, ты вчера послала кого-нибудь решить проблему с виноградником, иначе последствия были бы серьёзными…» «Ах да, дядя Грант, проблема решена?» Дядя Грант кивнул: «Не знаешь, партию винограда, которая вчера бродила, доставили самолетом из города X Цветочного Королевства, весь высшего качества… но почему-то вчера половина его сгнила при хранении, и я не знал, как с этим поступить. Учитывая, что этот виноград был доставлен из города X за большие деньги, если бы мы выбросили его весь, виноградник понес бы огромные убытки. Но если бы мы использовали эту партию винограда, вино не соответствовало бы требуемой насыщенности. Поэтому я срочно вызвал тебя, чтобы узнать, как с этим поступить… Затем позвонил генерал Лоуренс; я рассказал ему о проблеме, и он сказал, что нужно выбросить эту партию винограда, чтобы гниение не повлияло на новый. Он сказал, что покроет убытки, и затем его деньги были переведены на виноградник…» «Что?» — Алиса была поражена. — «Он снова положил деньги?» «Да, генерал Лоуренс — партнер в винограднике. Я подумал об этом, почувствовав, что это инвестиция с его стороны, поэтому и принял деньги». «Но ему не нужно было вкладывать даже предварительное финансирование…» — Алиса откинулась на спинку стула, чувствуя себя немного виноватой. Дядя Грант сказал: «Элис… разве это не нормально? В конце концов, генерал Лоуренс — твой парень; вполне справедливо, что он тебе помогает». Алиса была ошеломлена: "Парень?" «Да…» — серьёзно сказал дядя Грант. — «Разве вы не видели газеты на днях? О вашей поездке с генералом Лоуренсом в Токио уже сообщалось…» Алиса взяла со стола журнал и поспешно перевернула страницу. Действительно, были сделаны фотографии Клода Лоуренса и её выступления в Токио, в том числе момент, когда Клод Лоуренс вышел из машины, чтобы поцеловать её на свадьбе Скайлер Джонс… Самое главное, что стало известно о прошлом всегда сдержанного Клода Лоуренса. Президент глобальной сети отелей "Yorna"… и ряд других профессий. Алиса медленно отложила журнал, нахмурив свои элегантные брови. Дядя Грант сказал: «Элис, у тебя действительно талант к выбору, генерал Лоуренс — поистине исключительный человек». Элис неловко произнесла: «Дядя Грант, точнее, генерал Лоуренс…» «На самом деле, ваши отношения — это хорошо. Это принесет пользу только семье Робинсонов, никакого вреда нет». "Но…" Слова Алисы прервал внезапный телефонный звонок. «Извините…» Сказав это дяде Гранту, Алиса нажала кнопку ответа: «Мистер Далтон, не могли бы вы дать мне еще немного времени? Я уже работаю над решением». Хотя Клод Лоуренс вложил средства в возрождение нескольких почти обанкротившихся виноградников, долги этих виноградников перед банком так и не были погашены… Банк в последнее время занимался взысканием долга, и, естественно, Алиса не могла позволить Клоду Лоуренсу заниматься этим; в конце концов, инвесторы не обязаны погашать такие долги за нее, поэтому она тянула время. «Я понимаю». На удивление, мистер Далтон был на удивление любезен: «Девочка, не волнуйся, я понимаю твои трудности, не торопись». Алиса подумала, что ей показалось, и опешила: «Мистер Далтон, вы только что сказали, что я могу не торопиться?» «Да, девочка, я немного общался с твоим отцом. После инцидента с твоим отцом я мало чем мог тебе помочь… Давай как-нибудь встретимся за обедом!» Алиса была польщена: «Конечно, мистер Далтон, вы сами установите время!» «Вы согласуете время, желательно такое, когда Клод тоже сможет встретиться. Я бы тоже хотел воспользоваться этой возможностью, чтобы встретиться с Клодом…» ---------- Глава 1073 - 555: Дополнительно: Брат, можем ли мы снова быть братьями и сестрами? "Клод?" «Да, наш банк в последнее время рассматривает возможность сотрудничества с крупным клиентом. Интересно, заинтересует ли генерала Лоуренса…» — Мистер Далтон лукаво улыбнулся. — «Генерал Лоуренс, будучи таким молодым и способным, обладающим столь точным пониманием инвестиций, заслуживает нашего пристального внимания, и мы с нетерпением ждём сотрудничества с такими крупными клиентами, как он…» В голове у Элис Робинсон царил хаос. Она и представить себе не могла, что её имя теперь будет официально связано с Клодом Лоуренсом. Она не смогла разобрать остальную часть того, что говорил мистер Далтон… После того, как Алиса провела день, играя с Рейчел дома, вечером ей позвонил Клод Лоуренс. В комнате Алиса одела Рейчел в белоснежное прекрасное платье, отчего Рейчел стала похожа на маленькую принцессу… Рейчел вцепилась в шею Алисы и спросила: «Мамочка, с кем мы поедем встречаться?» Алиса надела на Рейчел белые носки и сказала: «Мама везет тебя знакомиться с дядей». «Дядя?» — Рейчел наклонила голову. — «Это мой дядя?» «Дядя есть дядя, и дядя есть дядя». "Ой." «Нужно быть немного лучше, быть вежливым с людьми». "О… Мама, дядя твой хороший друг?" "Да." «Но мы не можем выходить на улицу ночью…» "Почему?" — Алиса внезапно подняла взгляд. Рейчел смотрела на него своими невинными большими глазами: «Раз дядя вернется домой вечером, разве маме не нужно будет пойти с ним?» «Дядя?» — вздрогнула Алиса. — «Кто сказал, что дядя вернется сегодня вечером?» «Тетя ПА так сказала… Я спросила тетю ПА, почему дядя никогда не приходит ко мне домой, и тетя ПА сказала, что дядя в последнее время придет, потому что завтра годовщина смерти дедушки. Тетя ПА сказала, что дядя был дома в прошлом году…» Совершенно верно, завтра — День памяти моего отца. Алиса, надевая носки на Рейчел, прервала этот процесс: «Мама в последнее время так занята, что чуть не забыла…» «Дядя вернется сегодня вечером?» По какой-то причине Рейчел всегда возлагала особые надежды на Честера Робинсона. Вопреки ожиданиям ребенка относительно Честера, тот никогда не испытывал никаких чувств к Рейчел. Алиса перестала надевать носки на Рейчел и посадила её себе на колени, сказав: «Рейчел, ты правда любишь дядю?» «Мама, почему ты всегда меня об этом спрашиваешь?» «Потому что ты мало времени проводил со своим дядей!» «Но мне просто нравится дядя…» «Наверное, тебе понравились игрушки, которые дядя купил тебе в прошлый раз, правда?» На самом деле, их выбрал Кит Энтони. Когда ее застали врасплох, Рейчел опустила голову. Алиса поцеловала Рейчел и сказала: «Малышка, какие бы игрушки ты ни захотела, мама может тебе их купить, не только дядя, который может достать тебе забавные игрушки… дядя сейчас живет далеко от нас, тебе не стоит постоянно о нем думать». Он не стоит того, чтобы дочь так о нем мечтала. Рейчел сказала: «О». Элис обняла Рейчел и встала ей на колени: «Малышка, мама сегодня вечером не выйдет, я останусь дома с тобой… завтра мы пойдем к дедушке пораньше, хорошо?» "Хорошо." Элис поцеловала Рейчел и мило улыбнулась. «Генерал Лоуренс, извините… Возможно, я не смогу с вами встретиться… Эм… Завтра день памяти моего отца, я хочу поехать на кладбище пораньше… Эм, давайте встретимся через пару дней!» Элис немного смутилась, отказывая Клоду Лоуренсу. Хотя Клод Лоуренс был властным, он отнесся к этому с пониманием и даже предложил ей принести букет цветов для отца от его имени. Клод Лоуренс очень хорош, по крайней мере, пока, кажется, с ним все в порядке. Она чувствовала себя очень счастливой. Уложив Рейчел спать, Элис приняла душ и вышла из ванной, прислонившись к изголовью кровати. Ее мысли унеслись куда-то вдаль… Завтра день памяти папы, она, правда, забыла из-за занятости… Она действительно чувствует себя неблагодарной, ведь она почти забыла и о прошлом году в это же время… Помните, в прошлом году, день памяти ее отца был вскоре после того, как он проснулся? Тогда она была в подавленном настроении и почти забыла об этом. Позже он отвез ее в Париж, чтобы почтить память отца… Он был внимателен к отцу, по крайней мере, он не забывал о той заботливой доброте, которую тот ему дарил. Но приедет ли он в этом году на День памяти отца? Тук-тук… В дверь раздался настойчивый стук. Мысли Алисы прервались, она надела халат и вышла. Открыв дверь, тетя ПА тут же раздался задыхающийся голос: «Мисс… Мисс… Мистер Робинсон… он… он здесь…» Алиса всегда хотела найти возможность извиниться перед Честером. На самом деле, в прошлый раз, когда она сказала ему эти слова, она очень сильно об этом пожалела… Как бы то ни было, он хотел ей помочь, но она сознательно отвергла его помощь… В тот момент она считала, что в таком поведении нет ничего плохого, ведь она не могла полагаться на него всю жизнь, да и его показная помощь ей ​​тоже не была нужна… Сейчас, оглядываясь назад, я понимаю, насколько незрелыми были её тогдашние мысли. Как можно путать эмоциональные вопросы с семейными делами? Их отношения могут быть напряженными, но они брат и сестра, выросли вместе и хранят множество воспоминаний из прошлого. Им следует любить друг друга… Зачем быть врагами, если нельзя быть возлюбленными? Зачем доводить ситуацию до того, что даже просто поздороваться становится неловко? У них не так много родственников, каждый из них ближе всех к другому, и пока оба согласны, они могут оставаться близкими братьями и сестрами… Она по-прежнему хочет заботиться о нем, быть ему самой близкой сестрой. Сделав глубокий вдох, Элис Робинсон наконец протянула руку и осторожно постучала в дверь. Через несколько секунд она услышала приближающиеся ровные шаги. Ее сердце забилось быстрее, и она могла только задержать дыхание. Честер Робинсон открыл дверь и, казалось, слегка удивился, увидев её, слегка приподняв брови. Она очень нервничала, когда не видела его, но, когда встретилась с ним лицом к лицу, ее сердце успокоилось. "Брат." Она активно кричала. Честер проигнорировал её, повернулся и вошёл в комнату. Когда он повернулся, она почувствовала свежий запах его только что принятого душа. Честер, одетый в халат, подошел к шкафчику со спиртными напитками в комнате и налил себе стакан виски. Алиса чувствовала себя виноватой, потому что его комната была пуста, за исключением кровати и неподвижного шкафчика со спиртными напитками; здесь почти ничего больше не было. С её стороны было незрело выгонять его из комнаты. «Я не выбросила твои вещи, я сказала тёте ПА упаковать их и положить в кладовку внизу. Если ты не против, я могу попросить тётю ПА вернуть всё на свои места завтра». Честер выпил виски, чувствуя жжение в горле. Он слушал, что она говорила, но не отвечал. Элис подошла к Честеру и спокойно сказала: «Брат, я прошу прощения за то, что сказала тебе в прошлый раз». «Вам не нужно извиняться», — голос Честера был холодным, без тени тепла. Она думала, что он больше с ней не заговорит… «Именно моя упрямость и невежество заставили меня отказаться от вашей помощи», — Алиса открыто признала свою ошибку. Честер равнодушно взглянул на Алису: «Ты передо мной извиняешься?» «Да, я приношу вам свои извинения». Взгляд Честера слегка смягчился, остановившись на её прекрасном лице. Элис склонила голову и тихо сказала: «Семья Робинсонов уже распалась, остались только мы… Думаю, наш отец тоже не хотел бы видеть наш распад… Мне кажется, нам следует относиться ко всему прошлому так, будто его никогда и не было, ведь все эти годы ты любил меня больше, чем использовал… Так что давайте позволим всем прошлым событиям закончиться сегодня, я надеюсь, мы по-прежнему будем самыми близкими людьми друг к другу». Она не знала, как он отреагирует на ее слова, сердце у нее сжималось от волнения, но, независимо от исхода, она была морально готова. Честер посмотрел на Алису глубоким взглядом, который в конце концов сменился чувством облегчения. «Брат, семья Робинсонов нуждается в тебе, и я нуждаюсь в тебе… Я надеюсь, что когда я столкнусь с трудностями, которые не смогу решить самостоятельно, я смогу положиться на своего брата». Она постоянно подчеркивала слово «брат», словно проводя более четкую границу между ними. Честер лишь посмотрел на неё, ничего не ответив. Из-за его молчания атмосфера стала несколько неловкой. Алиса тихонько рассмеялась, чтобы разрядить неловкую обстановку: «Ну… уже поздно, я пойду спать… Брат, спокойной ночи». Обернувшись, Алиса, сохраняя натянутую улыбку, вышла из его комнаты. Вернувшись в свою комнату, она заперла дверь, и напряженное тело Алисы наконец расслабилось. Сделав глубокий вдох, Алиса спокойно прислонилась к дверной панели. Она действительно почувствовала, что повзрослела. Раньше она никогда бы не сказала ему этих слов, но теперь, с возрастом, она стала более зрелой и обдумывает многие вещи… Она просто не может не нуждаться в нём… В будущем ей предстоит столкнуться со многими проблемами в семье Робинсонов, с которыми она не сможет справиться в одиночку, ей нужна его помощь. Раньше она думала только о себе, никогда не рассматривая ситуацию с точки зрения семьи Робинсонов. Только сейчас она понимает, что её прежние мысли были слишком незрелыми… Возможно, им обоим стоит повнимательнее присмотреться к семье Робинсонов. Тот факт, что он вернулся в семью Робинсонов за день до смерти их отца, говорит о том, что в глубине души он всё ещё надеется на процветание семьи Робинсонов на протяжении ста лет… Поскольку оба они стремились к лучшему для семьи Робинсонов, почему они не могли жить в гармонии друг с другом? Прошлые события должны быть забыты с течением времени; отныне они просто брат и сестра, оба стремящиеся защитить семью Робинсонов. На следующий день. Рейчел спустилась вниз по лестнице, держа Элис за руку. «Мама, почему мы надеваем чёрное, когда идём к дедушке?» «Поскольку черный цвет символизирует торжественность и достоинство, это сделано из уважения к дедушке». "Ой…" «Мама, дядя тоже в чёрном!» — внезапно сказала Рейчел. Элис проследила за взглядом Рейчел и увидела Честера, сидящего в коридоре. Он был одет в черный костюм и выглядел очень привлекательно. Тётя П.А. подошла к Алисе и сказала: «Мисс, мистер Робинсон ждал вас довольно долго». "Ой." В этот момент Честер надел солнцезащитные очки и самостоятельно поднялся. ---------- Глава 1074–556: Дополнительно: Раскрыта отцовская любовь к Рейчел Элис поспешно подхватила Рейчел на руки и последовала за Честером. Честер и Элис приехали на разных машинах, поэтому они прибыли на кладбище один за другим. Когда Алиса подошла к надгробию своего отца, там уже стоял Честер с букетом желтых хризантем. Алиса держала в одной руке два букета желтых хризантем, ведя Рейчел, которая держала одну хризантему, к надгробному камню. Алиса положила цветы и закрыла глаза, погрузившись в безмолвную скорбь. Рейчел, подражая маме, положила цветок перед надгробием дедушки и закрыла глаза точно так же, как мама. Алиса закрыла глаза, вспоминая голос и улыбку отца, и ее охватила глубокая печаль, от которой на глаза навернулись слезы. Честер спрятал лицо за темными солнцезащитными очками, и в этот момент никто не мог разглядеть его эмоций. Папа, я так по тебе скучаю… Алиса молча выражала свою тоску по отцу, в ее сознании промелькнули образы нежной отцовской любви к ней. Когда Алиса покидала кладбище, ее глаза все еще были красными. Рейчел держала Алису за руку, радостно подпрыгивая, не подозревая о значении этого печального дня. Выйдя за ворота кладбища, Элис заметила, что машина Честера не направляется обратно к вилле Робинсонов… Вчера она слышала, как Кит сказал, что сегодня вернется в Нью-Йорк, и, судя по направлению движения его машины, она ехала в сторону аэропорта… Она так и не получила ответа на то, что сказала ему вчера, поэтому ей нужно было получить ответ до его отъезда. Передав Рейчел сопровождавшей её помощнице по телефону, Элис подошла к машине Честера: «Брат…» Он был в солнцезащитных очках, из-за чего она не могла определить его настроение. Алиса неуверенно спросила: «Вы подумали над тем, что я сказала вчера?» «Я вернусь в Париж через неделю… Тогда приведу вашу невестку познакомиться с вами». Он опустил взгляд на документ, который, казалось, требовал его внимания, и равнодушно ответил ей. Его первое заявление обрадовало Алису, поскольку означало, что их отчуждение подходит к концу, но его последующее замечание заставило её задуматься. Золовка… Она никогда не представляла, что ей когда-нибудь придётся использовать этот титул… Похоже, он имел в виду Шарлотту Юл. Она не ожидала, что их отношения будут развиваться так быстро, и он открыто признался ей в личности Шарлотты… Алиса думала, что в этот момент она не расстроится, но резкая боль в сердце заставила ее пошатнуться… Служанка, стоявшая рядом, быстро подошла, чтобы поддержать ее: «Мисс, вы в порядке?» Алиса взяла себя в руки и покачала головой: «Я… я в порядке, давайте вернемся!» Пока помощница по дому сопровождала Рейчел, игравшую внизу, Алиса вернулась в свою комнату и одна прислонилась к изголовью кровати. Погруженная в свои мысли, она вдруг услышала звонок телефона. В последнее время ей чаще всего звонил Клод Лоуренс, поэтому она взяла трубку, даже не взглянув на номер на экране, и, растерянно поднесла телефон к уху: "Здравствуйте…" «Подготовьте мне комнату, в следующем месяце я буду жить дома». Знакомый нежный голосок у нее в ухе заставил Алису тут же выпрямиться: "…Брат." Честер подтвердил разговор, произнеся «мм», и затем завершил звонок. Алиса, безучастно глядя в телефон, чувствовала внутри себя некий хаос. В этот момент ее телефон снова зазвонил… На этот раз на экране телефона появилось имя «Клод Лоуренс». По какой-то причине в этот момент она не хотела отвечать на звонок Клода Лоуренса; ей просто хотелось помолчать… Нажав кнопку отключения звука на звонящем телефоне, она небрежно положила его на прикроватную тумбочку и, погруженная в размышления, безучастно уставилась в панорамные окна комнаты. Отель "Йорна". «Прости, вчера я забыл взять с собой телефон. Когда вечером увидел твой звонок, испугался, что потревожу твой сон, поэтому не перезвонил». За обеденным столом Алиса извинилась перед Клодом Лоуренсом. Клод Лоуренс посмотрел на Алису, его обычная легкая улыбка нисколько не выдавала его мыслей. "Ты сердишься?" Алиса посмотрела на него невинными глазами, украдкой бросив на него взгляд. Клод Лоуренс покачал головой: «Вчера был день памяти твоего отца; я беспокоился, что ты можешь быть не в настроении, поэтому позвонил, чтобы узнать, как у тебя дела». По какой-то причине его взгляд казался таким нежным, но в то же время у нее возникло ощущение, будто он давно разгадал ее ложь. Ее взгляд слегка дрогнул, но она сделала вид, что непреклонна. «Опять… Мне не нравится, когда ты не отвечаешь на мои звонки», — небрежно заметил Клод Лоуренс, помешивая кофе рядом с собой. ---------- Главы 1075–556: Дополнительно: Раскрытие отцовской любви к Рейчел (Часть 2) Элис Робинсон тихо пробормотала: «Ты действительно на меня злишься?» Она сама не понимала, когда начала обсуждать это с Клодом Лоуренсом. Клод Лоуренс поднял глаза, посмотрел на нее и улыбнулся: «Почему я должен на тебя злиться? Я за тебя волнуюсь». Его слова всегда были нежными и успокаивающими, словно теплый поток, пронизывающий ее сердце. Невольно возникло чувство вины, и Алиса прикусила губу, опустила голову и тихо сказала: «Прости, вчера я была не в настроении, поэтому не ответила на твой звонок». "Скучаешь по отцу?" "Да." Клод Лоуренс сказал: «У меня есть готовое средство от всех болезней… сходите в магазин и купите кучу одежды, и тогда вы больше не будете скучать по отцу». Алиса проворчала: «Неужели ты не можешь придумать что-нибудь новенькое?» «Почему бы и нет? Пользуйтесь моей картой как хотите, покупайте столько одежды, сколько захотите, и, когда вы подумаете о том, как тратите мои деньги, вы будете счастливее». Алиса расхохоталась, почувствовав, что в его словах есть некая магия, которая очень ее радует. В результате, в тот же день после обеда Алиса действительно отправилась за покупками. Она еще не совсем привыкла к общению с Клодом Лоуренсом, поэтому, когда он сказал, что у него встреча во второй половине дня и он не сможет ее сопровождать, она почувствовала огромное облегчение. Последние два года были очень напряженными, времени на покупки почти не оставалось; большая часть ее одежды устарела. Действительно, пришло время обновить гардероб. Будучи главой семьи Робинсонов, она была обязана иметь стильные платья и вечерние наряды, но чаще всего ей требовалось несколько комплектов официальной офисной одежды. Алиса решила сначала купить платья. Хотя в будущем она может стать бизнесвумен, в глубине души она по-прежнему остается девушкой, питающей слабость к красоте. Войдя в первый попавшийся фирменный бутик, Алиса сразу же обратила внимание на маленькое платье, которое там продавалось. После примерки продавщица похвалила ее, и она согласилась, что платье ей очень идет. Затем она упаковала платье и попросила продавщицу принести другие платья для примерки. Будучи человеком, не любящим суету, она быстро выбрала пять или шесть вещей, намереваясь оплатить покупку, когда продавец улыбнется и скажет: «Мисс Робинсон, ваш счет оплачен. Мы доставим одежду к вам домой». Алиса была ошеломлена. Когда же она заплатила? Улыбка ассистента стала шире: «Мистер Лоуренс сказал, что за любую одежду, которая вам понравится, он заплатит». Алиса это поняла, но не знала, что сказать, и неловко держала карточку в руках. Продавец сказал: «Мистер Лоуренс так любезен с мисс Робинсон… в следующий раз пусть он составит вам компанию в магазине!» Почему её постоянно связывают с Клодом Лоуренсом, куда бы она ни пошла? Вежливо улыбнувшись продавщице, Алиса повернулась и вышла из магазина. Позади нее она смутно слышала, как двое сотрудников обсуждали: «Как же я вам завидую! Как было бы здорово иметь такого красивого и богатого парня…» «Действительно, менеджер ранее заявил, что секретарь генерала Лоуренса сегодня уведомил все магазины класса люкс: любую одежду, которая понравится мисс Робинсон, оплатит генерал Лоуренс, если мисс Робинсон будет довольна». "Ух ты, я тебе искренне завидую…" Выйдя из бутика, Алиса достала телефон и набрала номер Клода Лоуренса. После недолгого ожидания ответа Элис предположила, что Клод Лоуренс находится на совещании и собирается повесить трубку, когда звонок соединится. "Это я." Клод Лоуренс рассмеялся: «Ты позвонил мне сразу после того, как мы расстались сегодня утром? Что, ты скучаешь по мне?» "Скучаю по тебе, моя нога… Я же говорила, что не хочу, чтобы ты за меня платила. Хотя наша семья действительно испытывает некоторые финансовые трудности, покупка нескольких новых вещей для нас не проблема. Зачем ты за меня платила?" "Хорошо, что ты шутишь со мной, похоже, твое настроение улучшилось…" Она усмехнулась, признав, что ее настроение действительно значительно улучшилось. «Хорошо, в следующий раз я дам тебе деньги за одежду». По какой-то причине она хотела, чтобы между ними все было ясно, и не хотела быть ему слишком должна. «Ты действительно хочешь уладить это со мной?» "Да." «Тогда нам предстоит решить ещё много вопросов… Ах, дайте подумать». Он задумался: «Наша поездка в Токио, перелёты, проживание, развлечения… мы потратили немало, а в последнее время я угощал тебя едой…» Алиса нахмурилась: «Ты хочешь уладить и эти вопросы?» «Это вы предложили договориться, не так ли?» "Хорошо!" «Я приблизительно подсчитал, что не меньше ста тысяч…» "Сто тысяч?" — глаза Алисы расширились от шока. Боже, учитывая, что в последнее время семейные финансы стеснены, потратить сто тысяч сейчас будет действительно непросто… Клод Лоуренс догадался о мыслях Алисы и серьезно сказал: «Учитывая нынешнее положение Робинсон, эти сто тысяч — немаленькая сумма для мисс Робинсон…» Алиса смущенно опустила голову и проворчала: «Ты жадный». Клод Лоуренс сделал вид, что не слышит похожий на голос комара голос Алисы, и сказал: «Полагаю, мисс Робинсон в последнее время не может платить, поэтому остается только одно решение…» Алиса надула губы: «Что случилось?» «Предложите себя взамен». Его голос был магнетическим и соблазнительным, отчего лицо Алисы мгновенно покраснело. «Ты меня раздражаешь, я больше с тобой не разговариваю…» Он от души рассмеялся. «Я не буду это возвращать…» На той неделе Элис подписала совместный контракт с Клодом Лоуренсом. Затруднительное положение семьи Робинсонов наконец-то разрешилось… Благодаря поддержке Клода Лоуренса все прежние проблемы были успешно решены. Банковский кредит был одобрен, все винодельни возобновили нормальную работу, и все шло по плану. На этой неделе у Алисы не было никаких забот, и время пролетело незаметно. Поэтому, когда она вернулась домой и увидела, как Честер Робинсон играет с Рейчел, она была потрясена. На диване Честер и Рейчел сидели друг напротив друга, окруженные грудой недавно купленных строительных блоков. Честер, одетый в повседневную домашнюю одежду, выглядел утонченным и элегантным, совершенно не похожим на делового человека, не говоря уже о том, чтобы быть человеком, обладающим глубокими стратегическими способностями и проницательностью. «Дядя, куда ведет этот квартал?» ---------- Глава 1076-557: Дополнительно: Его острый язык "Поместите это сюда… Посмотрите, белый край должен совпадать с белыми краями других блоков, затем посмотрите, чего не хватает в плане формы, и выровняйте это…" «О, дядя, я поняла…» — Рейчел с радостью поставила кубик на место, как учил Честер, и, конечно же, он идеально подошел. Рейчел была очень счастлива, хлопая в ладоши своими пухлыми ручками: «Дядя — потрясающий…» Честер улыбнулся. Рейчел сказала: «Дядя, я хочу снова поиграть…» «Хорошо, но не забудь потом помыть руки… Игрушки же грязные, знаешь ли?» — мягко напомнил ей Честер. «Знаю, мама мне тоже так говорит». «Хм, молодец». Честер поцеловал пухлое, невинное личико Рейчел и погладил её по маленькой головке. Как раз когда Рейчел собиралась собрать все кубики, она заметила Алису, которая все это время стояла в дверном проеме. "Мама!" Рейчел взволнованно встала с дивана. Алиса на мгновение вздрогнула, а затем подошла. Рейчел радостно протянула руки, чтобы обнять Алису: «Мамочка…» Элис помогла Рейчел подняться с дивана. Честер встал и теперь стоял лицом к лицу с Алисой. Взгляд Алисы был прикован к нему, словно она не могла поверить своим глазам, и спустя некоторое время она наконец сказала: «Брат, ты вернулся…» Честер слегка кивнул. Рейчел не могла сдержать своего восторга и сказала Алисе: «Мама, смотри, дядя купил мне много игрушек… Дядя даже научил меня с ними играть, дядя такой замечательный!» В глазах Алисы читалось некоторое удивление. Честер спросил: «У тебя ведь сегодня вечером нет планов встречаться с друзьями?» Алиса на несколько секунд растерялась, а затем резко вернулась к реальности: «Нет». «Оставайся дома и поужинай со мной!» "Хорошо." Ничего больше не говоря, Честер повернулся и направился наверх. Алиса застыла, уставившись в высокую спину Честера, пока пухленькая ручка Рейчел не помахала ей перед глазами: «Мамочка, почему ты смотришь на дядю?» «Я не такой». Рейчел обняла Алису за шею и невинно спросила: «Мамочка, дядя только что обнял и поцеловал меня… Неужели дядя больше не недолюбливает Рейчел?» «Малышка, когда мама говорила, что дядя тебя не любит?» «Но дядя никогда раньше не разговаривал с Рейчел…» "Это потому что… потому что…" Алиса не могла ответить Рейчел, потому что ответ был у нее в сердце, и она не могла ему сказать. Во время ужина Алиса помогала тете П.А. наводить порядок среди столовых приборов в столовой. «Мисс, я же вам говорила, что с таким количеством прислуги в доме вам не нужно этого делать…» Тетя П.А. быстро выхватила тарелку из рук Алисы. Элис восприняла слова всерьез: «Тетя П.А., это потому что вы с папой меня слишком баловали раньше, поэтому я сейчас ничего не умею… Я говорила, что хочу научиться самостоятельно справляться с жизненными трудностями, поэтому теперь мне нужно всему научиться, даже работе по дому, я должна ее делать. Мне нужно подавать хороший пример Рейчел». Тётя ПА улыбнулась: «Ладно, ладно… Только не пораньше себя». «Я не буду». «Кстати, мисс… Вы с мистером Робинсоном полностью помирились, не так ли?» Алиса кивнула: «Это моя незрелость в прошлом привела меня к таким мыслям… Но на самом деле, мы с братом — самые близкие люди на свете, нам не следовало отдаляться друг от друга». Тётя П.А. извинилась: «Это всё моя вина, если бы только я не уговорила тебя поговорить с мистером Робинсоном тогда…» «Тётя П.А.!» — перебила Элис тётю П.А. — «Не поднимай эти темы в будущем, что было, то было… В будущем он просто мой брат, дядя Рейчел, и я больше ни о чём не буду думать». Тетя П.А. кивнула: «Я слышала по телевизору, что у мистера Робинсона теперь есть девушка… Действительно, многое изменилось». Алиса улыбнулась и сказала: «На этой неделе мой брат, возможно, приведёт свою девушку на ужин… Тётя ПА, пожалуйста, подготовься». «А что насчет вас?» "А что я?" Тетя П.А. рассмеялась, глядя на Алису: «Мисс, не думайте, что я не знаю… Я видела, как он вас несколько раз подвозил». "Перестань гадать, это просто… просто…" Хм, ей следовало бы называть Клода Лоуренса своим парнем, но она не могла заставить себя произнести эти три слова. Тетя П.А. сказала: «Мисс, генерал Лоуренс кажется приятным человеком, очень галантным, красивым, и в новостях говорят, что он довольно богат… Когда вы пригласите генерала Лоуренса домой на ужин? Я слышала, что генерал Лоуренс нечасто бывает в Париже, не очень хорошо постоянно останавливаться в гостинице, пусть он остается здесь, дома». Тетя П.А. не знала, что в тот момент, когда она это говорила, в столовую как раз вошел Честер. ---------- Глава 1077 - 557: Дополнительно: Его ядовитый язык_2 Слова тёти П.А. дошли до ушей Честера Робинсона, не пропустив ни одного человека. Когда она обернулась и увидела Честера Робинсона, лицо тети П.А. побледнело от страха. Элис Робинсон тоже на мгновение опешилась, увидев Честера Робинсона. Тётя П.А. опустила голову и тихо удалилась. Алиса воскликнула: «Брат!» Выражение лица Честера Робинсона было несколько мрачным, но его эмоции оставались непостижимыми. Его взгляд скользнул по ней: «У меня есть несколько вопросов к вам». "Ой." Честер Робинсон повернулся и вышел из столовой. Элис слегка нахмурилась, но послушно последовала за Честером Робинсоном. Они вошли в кабинет, которым пользовался Дэвид Робинсон при жизни. Честер Робинсон подошел к столу, взял стопку папок и повернулся к Алисе: «Это твой почерк и тот контракт, который ты подписала с Клодом Лоуренсом?» Алиса слегка кивнула. Честер Робинсон сказал: «Идите сюда». Алиса сделала шаг вперед. Честер Робинсон нахмурился: «Почему ты так далеко от меня? Боишься, что на мне микробы?» "Я…" Я просто не хочу быть слишком близко к тебе, потому что на расстоянии нам будет комфортнее. Конечно, Алиса ничего подобного не говорила. Она подошла к нему, но намеренно держалась на расстоянии нескольких десятков сантиметров. Честер Робинсон был человеком дотошным; он просто не мог не заметить отчужденность Алисы. Он слегка нахмурился, но ничего не сказал. Алиса серьезно посмотрела на документы в его руке и спросила: «Есть ли какие-то проблемы с моим почерком и контрактом?» Честер Робинсон открыл дневник, зажатый между документами, и холодно произнес: «Нет никакого подобия приличного почерка… Почерк неразборчивый, две трети нечитаемы». Алиса взяла свой дневник, наивно утверждая: «Где он беспорядок… Я все прекрасно понимаю». — А через некоторое время? — Честер Робинсон серьезно прищурился и холодно посмотрел на нее. — Когда вы захотите найти предыдущие записи, вы можете быть уверены, на какой странице и в каком разделе они находятся? «Я…» — Алиса опустила голову, — «я буду разбираться с ними постепенно». «И этот документ…» Честер Робинсон бросил на стол подписанный ею с Клодом Лоуренсом контракт: «Вы уверены, что прочитали его полностью, без каких-либо недочетов?» Алиса подняла на него взгляд: «Я пригласила юриста подписать со мной контракт, абсолютно без каких-либо упущений». "Действительно?" Взгляд Честера Робинсона стал острее, словно два ножа: «Внимательно прочтите последнюю часть…» Алиса взяла контракт и бегло взглянула на него. «Если после завершения сотрудничества возникает спор и одна из сторон предлагает расторгнуть соглашение, обе стороны должны прийти к согласию; в противном случае ни одна из сторон не может предлагать расторжение соглашения». "В чём проблема?" «Вы вообще обдумываете все до мелочей?» — лицо Честера Робинсона похолодело. — «Робинсоны — это семейный бизнес. Сотрудничество с любовником — временное. Через несколько лет, когда все винодельни Робинсонов начнут работать как часы, любовника следует исключить… И вы заключаете такой контракт, что если в будущем Клод Лоуренс не захочет вывести свои акции, вы планируете разделить с ним акции Робинсона?» Алиса опустила голову: «Я об этом особо не думала». «Либо вы недостаточно об этом задумываетесь, либо уже считаете Клода Лоуренса членом семьи и планируете в будущем передать ему все акции компании Robinson?» Он резко отчитал ее, не оставив места для возражений. Алиса не вынесла несправедливости, сердито подняла голову и сказала: «Почему вы так свирепствуете? Я не разбираюсь в деловых отношениях, и контракт несколько раз проверялся с юристом перед окончательным утверждением, возможно, есть какие-то недочеты, но это всего лишь мелочь, почему вы так враждебно настроены по отношению ко мне?» Честер Робинсон холодно посмотрел на нее: «Так ты со мной разговариваешь?» Алиса отвела взгляд: «Это ты слишком строга…» «Я сказал что-нибудь неверное?» Элис упрямо заявила: «Да, Клод Лоуренс — мой парень, так что же плохого в том, чтобы в будущем передать ему долю Робинсона? Я не могу управлять таким огромным имением одна». Честер Робинсон усмехнулся: «Зная мужчину всего месяц-два, и уже называя его своим парнем, ты демонстрируешь поразительную поверхностность моральных принципов!» Алиса так разозлилась, что ее лицо позеленело: «Почему я такая поверхностная в моральном плане? Разве это морально — просто иметь парня, найти кого-то, на кого можно положиться в будущем?» «В том, чтобы иметь парня, нет ничего плохого, но, не понимая его досконально, ты ставишь под угрозу семейный бизнес. Ты уверена, что выйдешь за него замуж в будущем?» «Я ему доверяю», — твердо сказала Алиса. Честер Робинсон фыркнул: «Неужели три дня и две ночи в Токио принесли тебе его тело и душу?» И по сей день, когда он с ней разговаривал, в его словах всегда присутствовал сарказм. Неужели в глубине души она действительно настолько этически поверхностна? Элис глубоко вздохнула, чтобы облегчить боль в сердце, и, долго сверля его взглядом, сказала: «Я не хочу с тобой спорить… Ты мой брат, я знаю, что у тебя гораздо больше жизненного опыта, чем у меня, может быть, всё, что ты говоришь, правда, но я доверяю Клоду Лоуренсу, и я знаю, что с его статусом и происхождением ему будет всё равно на акции Робинсона, так что ты слишком много об этом думаешь. Даже если я не выйду за него замуж, я верю, что он не будет тратить своё драгоценное время на эти ограниченные акции Робинсона». Сказав это, Алиса сердито повернулась и вышла из кабинета, совершенно не испугавшись его темного и зловещего взгляда. Выйдя из кабинета, Алиса побежала на террасу второго этажа. Стоя перед перилами террасы, Алиса прикусила губы, чувствуя себя обиженной. Почему его слова всегда такие резкие? Неужели в глубине души она действительно такая бедная? Она хочет хорошо с ним ладить, потому что они семья, он бы тоже чувствовал себя одиноким, а если бы была эта семья, возможно, он не был бы так одинок. Но почему он постоянно так сильно осложняет их отношения? Неужели он действительно так сильно её ненавидит? Или, может быть, ей вообще не стоит рассчитывать на мирное сосуществование с ним. Она закрыла глаза, сдерживая боль в глазах, не желая, чтобы влага из глаз вылилась в слезы. В этот момент у нее в кармане зазвонил телефон… Алиса нахмурила нос, подавляя боль в кончике носа, и достала телефон. ---------- Глава 1078 - 558: Дополнительная история: Те годы, когда я так безумно тебя любила 1 "Привет…" «Что случилось? У тебя какой-то странный голос». «Ничего… может, просто простуда». Она нарочито шмыгнула носом, притворяясь, что у нее действительно простуда. «Вы плохо себя чувствуете?» «Ничего страшного, я уже принял лекарство от простуды». «Хорошо, берегите себя, и если станет хуже, не забудьте обратиться к врачу». Голос Клода Лоуренса был подобен теплому ветерку, успокаивающему ее замерзшее сердце. "Я знаю". «У вас есть время сегодня вечером?» Нет, она не хотела выходить сегодня вечером. Но… В ее памяти мелькнуло безразличное и безжалостное лицо Честера Робинсона. Элис Робинсон передумала и ответила: «Да». «Хорошо, я заеду за тобой в шесть». «Хорошо, увидимся сегодня вечером». "Я скучаю по тебе." Перед завершением разговора Клод Лоуренс не забыл ей сказать. Элис Робинсон покраснела: «Не будь такой сентиментальной… давай поговорим позже вечером». "Мм." Завершив разговор, возможно, из-за того, что отвлеклась, Элис Робинсон почувствовала себя намного лучше, чем только что. Она глубоко вздохнула и посмотрела вдаль, не замечая высокой фигуры, стоящей прямо за ней. Он долгое время молча сидел в кабинете и наконец последовал за ней сюда. Он приехал как раз в тот момент, когда она отвечала на звонок Клода Лоуренса. Он видел нежное выражение на ее лице, когда она разговаривала с Клодом Лоуренсом, и он видел игривую перепалку между ними. Та застенчивость, которую она раньше проявляла, теперь была свойственна другому человеку. Элис Робинсон почувствовала, что за ней наблюдают два глаза, но когда она обернулась, никого не было видно. В воздухе едва уловим был его запах… Элис Робинсон энергично покачала головой, внутренне ругая себя. Она действительно витала в облаках; как он мог прийти ее искать? В глубине души она для него никогда не имела значения… Красота прошлого, когда перед ней открылась суровая реальность, заставила ее осознать, насколько глупой и наивной она была. Она больше никогда не будет такой глупой… никогда не будет тосковать по тому, чего у неё никогда по-настоящему не было. Взглянув на небо, Элис Робинсон обратилась к своему отцу на небесах… Папа, как бы ни был труден предстоящий путь, я буду упорно идти вперед… будь уверен, твоя дочь обязательно найдет счастье. Вернувшись в свою комнату, она увидела, как тетя ПА помогает Рейчел одеваться. Маленькая принцесса только что проснулась и была в очень хорошем настроении. "Мама…" Как только она увидела Элис Робинсон, она тут же протянула руку, чтобы обнять её. Элис Робинсон подняла с кровати только что одетую Рейчел и нежно поцеловала ее нежное личико: «Моя маленькая дорогая проснулась…» "Мм." Рейчел огляделась и спросила: «Мама… где дядя?» «Почему ты ищешь его, как только просыпаешься?» «Потому что дядя рассказывает действительно хорошие истории». «Он рассказывает истории?» «Да… Дядя даже не пользовался книгой и рассказал мне историю про маленького поросёнка, который не любит купаться». Элис Робинсон почувствовала легкую зависть и слегка фыркнула: «Он умеет рассказывать истории?» «Конечно, сказки дяди намного лучше тех, что ты рассказываешь, мама». "Да-да… маленький проказник, ты думаешь, что раз кто-то покупает тебе игрушки, проводит с тобой немного времени, играя, и рассказывает сказку на ночь, то он лучше мамы, да?" «Мама, он же дядя, почему ты говоришь, что он кто-то другой?» В наивном представлении Рейчел «дядя» был фамилией, очень близкой к роду. "Эм-м-м…" «Мама, тебе не нравится дядя?» Это могли увидеть даже дети. Элис Робинсон не знала, как ответить. К счастью, тетя П.А. вовремя пришла на помощь: «Рэйчел, ты не можешь использовать слово „нравится“ в отношении своей мамы и дяди, потому что они брат и сестра, поэтому это просто семейная любовь». "Значит ли это, что мама любит дядю, и дядя тоже любит маму?" Тётя П.А. была озадачена озорным вопросом Рейчел. «Почему у маленьких детей так много вопросов…» "Это правда, мамочка?.." «Посмотри на себя, сегодня днём играешь, как маленький цветочный котенок… Мама отведет тебя умыться». Элис Робинсон успешно сменила тему разговора. Небо постепенно темнело. В просторной комнате Честер Робинсон откинулся на темном кожаном диване, держа в руке свеженалитый бокал красного вина. Брат… ты такой непослушный, сегодня больше не хочешь открывать глаза… Брат… Сегодня я была на пренатальном осмотре, врач сказал, что у меня в животе два ребенка… Брат… врач сказал, что у меня поперечная матка, и посоветовал мне отказаться от одного ребенка, чтобы защитить другого… Брат… Сегодня я чувствую себя таким несчастным, потому что сделал выбор… Брат… можешь поскорее проснуться? Мне очень страшно одному… Брат… посмотри на нашу дочку… разве она не очаровательна? Я планирую назвать её Рейчел, потому что по-французски Рейчел означает здоровую и жизнерадостную девочку. Надеюсь, она вырастет здоровой… когда проснёшься, сможешь дать ей имя. Я придумал много имён… как думаешь, Жоэль звучит хорошо? Мне кажется, девочки должны быть элегантными и грациозными… Его мысли прервал стук в дверь. Раздался голос тёти П.А.: «Мистер Робинсон, ужин готов». "Мм." В ответ Честер Робинсон тихо поставил бокал с вином и встал. В ресторане уже был накрыт восхитительный ужин в западном стиле. Честер сидел за обеденным столом, но, слегка нахмурившись, оглядел пустое пространство и спросил: «Где Элис Робинсон?» Тётя П.А., которая с тех пор, как узнала истинную личность Честера Робинсона, испытывала страх перед его авторитетом, почтительно ответила, опустив голову: «Мисс пригласила Рейчел пообедать». "Вне?" «Да, генерал Лоуренс лично приехал за ней». Честер откинулся на спинку стула, его лицо было мрачным и неприступным. Тетя П.А. слегка вздрогнула, глубоко испугавшись, что Честер рассердится. Однако… Успокоившись, Честер лишь махнул рукой немногочисленным слугам в ресторане, включая тётю П.А.: «Все уходите!» Тетя П.А. быстро покинула столовую, словно спасаясь бегством. После ухода всех слуг в огромной столовой остался только Честер Робинсон. Ужин был довольно вкусным, но Честер съел всего несколько кусочков, после чего взял салфетку, чтобы вытереть рот, и встал, чтобы покинуть ресторан. Его удаляющаяся фигура была необъяснимо одинока. Он пошёл в кабинет, сел за стол и прислонил голову к спинке стула. В тихом кабинете внезапная вибрация телефона прозвучала особенно громко. Честер выпрямился и взял трубку. Бросив взгляд на номер на экране телефона, он спокойно нажал кнопку ответа: «Мистер Робинсон…» "Мм." «Прошу прощения за позднее звонок, но я очень волнуюсь… Вы не приезжали в этом месяце, примерно когда вы приедете?» «Возможно, это произойдёт немного позже». «Хорошо, мистер Робинсон, я буду ждать вас в больнице». Закончив разговор, Честер небрежно отбросил телефон в сторону. Это был первый раз, когда Элис Робинсон привела Рейчел на встречу с Клодом Лоуренсом. В этот момент Рейчел сидела на коленях у Алисы, немного застенчиво глядя на Клода Лоуренса напротив, и сказала: «Дядя, меня зовут Рейчел». Клод Лоуренс, имитируя невинное самопредставление ребенка, сказал: «Дядю зовут Клод Лоуренс, можете отныне называть меня дядей Лоуренсом». «Дядя Лоуренс». «Хорошая девочка». "Ты такой милый." «Спасибо, дядя». Приведя Рейчел на встречу с Клодом Лоуренсом, Элис чувствовала себя несколько неловко, но не была уверена, что сможет оставить Рейчел дома. «Мама, я хочу это…» «Мм, мама тебе это достанет…» «Спасибо, мамочка». Элис помогла Рейчел салфеткой, а затем принесла десерт, который Рейчел хотела съесть… Пока Рейчел ела торт, Элис неловко сказала Клоду Лоуренсу: «Извини, я пришла сегодня вечером со своей дочерью и не сказала тебе». Клод Лоуренс наблюдал за Рейчел, его взгляд был очень мягким: «Она действительно на тебя похожа». Элис склонила голову, чтобы поцеловать Рейчел, которая ела торт, и, улыбаясь, сказала: «Все так говорят». «Если бы я знала, что ты привезешь этого малыша, я бы приготовила подарки». "В этом нет необходимости…" Клод Лоуренс посмотрел на Алису. Элис быстро добавила: «В конце концов, нам не стоит делать это так официально». «Вы думаете, я дарю подарок Рейчел из-за этикета?» Алиса моргнула, глядя на Клода Лоуренса. Клод Лоуренс улыбнулся, протянул руку, чтобы погладить маленькую головку Рейчел: «Я думал о том, как завоевать ее расположение… Я не знаю, как угодить детям». «Ее невозможно избаловать… Дома и тетя П.А., и я ее очень балуем, она почти донельзя избалована». «Девочек созданы для того, чтобы баловать». «Так не пойдёт, если она вырастет такой же капризной, как я, это будет ужасно…» Клод Лоуренс от души рассмеялся. В девять часов вечера. Перед виллой-замком Робинсонов остановился серебристо-серый Bentley. Клод Лоуренс вышел из машины первым и помог спящей Рейчел выбраться из объятий Элис. Алиса последовала его примеру, взяв у него Рейчел и сказав: «Спасибо». Клод Лоуренс поддерживал Алису за спину: «Мне нужна помощь, чтобы отнести её домой?» Алиса тут же покачала головой: «Нет… в этом нет необходимости». Клод Лоуренс улыбнулся: «Что, боишься, что я приду к тебе?» «Нет, дело не в этом, я…» "Скучать." Внезапное появление тёти П.А. помогло Алисе. Элис передала Рейчел тете П.А., улыбнулась и сказала Клоду Лоуренсу: «Я просто не хочу вас беспокоить». Клод Лоуренс шагнул вперед, не обращая внимания на удивленный взгляд тети ПА, обнял Алису за талию и поцеловал ее в лоб: «У меня хватит терпения, я жду, когда ты пригласишь меня к себе». «Сегодня уже слишком поздно, я…» Объяснение Алисы было поглощено губами Клода Лоуренса. Алиса удивленно уставилась на его красивые черты лица, разглядывая их так близко… Клод Лоуренс не стал углубляться в прикосновение губ, лишь нежно коснулся ее губ своими тонкими губами. Алиса замерла на несколько секунд, пока он не отпустил её. Его пылающий взгляд был необычайно ярким в темноте, она почувствовала, как от его взгляда покраснели ее щеки. Увидев её застенчивый вид, Клод Лоуренс улыбнулся, снова поцеловал её в лоб и сказал: «Спокойной ночи, дорогая». ---------- Глава 1079 - 559: Дополнительно: Те годы, безумная любовь к тебе 2 "Спокойной ночи." Клод повернулся и скрылся в машине. Сердце Алисы, которое все это время бешено колотилось, наконец успокоилось, когда его машина отъехала. Тётя П.А. взволнованно подбежала к Алисе, увидев, как машина уезжает, и воскликнула: «Мисс, мисс… это был генерал Лоуренс?» Алиса мягко кивнула головой. Тетя П.А., словно пораженная его величием, сказала: «Он действительно очарователен… Просто взглянув на него, можно понять, что он из тех, кто искренне заботится о других, такой грациозный, настоящий джентльмен, и, самое главное, красивый». Элис, держа Рейчел на руках у тети ПА, сказала: «Пойдем домой!» Алиса не ожидала, что свет в кабинете все еще будет включен. Проходя мимо кабинета, Алиса спросила стоявшую рядом с ней тетю ПА: «Мой брат еще не спит?» Тетя П.А. кивнула: «Мистер Робинсон поужинал и с тех пор находится в кабинете, не выходит, наверное, занимается делами?» «Деловые вопросы?» Тетя П.А. кивнула: «Да, когда я проходила мимо кабинета, мне показалось, что я слышала, как мистер Робинсон разговаривал по видеосвязи на английском языке о делах компании…» "Ой." Тетя П.А. сказала: «Мисс, вы планировали поужинать дома сегодня днем, почему вы вышли позже? Мистер Робинсон выглядел не слишком довольным во время ужина». Размышляя о том, что он сказал сегодня днем, Алиса почувствовала прилив гнева, но затем решила, что не стоит воспринимать его слова слишком серьезно. С тех пор как он проснулся больше года назад, его тон в разговорах с ней всегда был таким — каждое предложение, обращенное к ней, каждое слово было саркастическим. Почему её это так волнует? Подумав ещё раз, я понял, что он был прав; подписание контракта действительно требует осторожности. Если с контрактом что-то пойдёт не так, последствия будут невообразимыми. Он просто сосредоточен на деталях, а не на человеке, и в любом случае он рассматривает семью Робинсонов. Элис остановилась: «Э-э, тётя П.А., отведите Рейчел обратно в её комнату». "Хорошо." После ухода тети П.А. Алиса повернулась и направилась в кабинет. Стоя перед кабинетом, Алиса заметила, что дверь не закрыта до конца. Сквозь щель она видела Честера, стоящего перед компьютером и разговаривающего со своими подчиненными. Все упомянутые ими вопросы, похоже, касались исключительно "контроля качества"… Алиса прислонилась к белой стене у двери, внимательно наблюдая за ним сквозь щель. Она впервые увидела его за делами. Выражение его лица, тон его разговора с подчиненными были неожиданно серьезными, полными авторитета. Раньше, когда он ещё был её братом, она не знала, что он был тайным президентом, стоящим за «QCS», и что он противостоял Говарду Джеффри и Скайлер Джонс. Она не могла представить, что настоящий он такой холодный и замкнутый… Он всегда носил маску, но теперь это он настоящий. "Как долго вы ещё будете смотреть?" Ледяной голос испугал Алису. Она не думала, что он заметит, что она стоит за дверью; он даже не посмотрел в её сторону. Алиса медленно толкнула дверь кабинета и вошла. Честер уже закрыл свой блокнот, встретившись с ней взглядом своими темными, глубокими глазами. Алиса отвела взгляд от него и, опустив голову, пробормотала: «Я только что увидела, что ты еще не спишь так поздно…» Честер встал и сразу же вышел из комнаты. Поняв, что он намерен ее проигнорировать, Алиса последовала за ним, не сказав ему больше ни слова. В тихом коридоре на втором этаже были слышны только их шаги. Алиса намеренно держалась от него на расстоянии, опасаясь, что он может внезапно остановиться. Неожиданно его шаги внезапно остановились. К счастью, Алиса с ним не столкнулась. "Идите сюда." Его голос звучал так же властно, как и при отдаче приказов подчиненным ранее. Алиса с нерешительностью спросила: «Что… тебе нужно?» Честер, явно нетерпеливо, шагнул вперед и схватил ее за запястье. "Да ну и что…" Честер уже тащил Алису в свою комнату. "Отпусти меня, отпусти…" Дверь распахнулась, и Честер втащил сопротивляющуюся Алису в комнату. Честер, ударив себя лодыжкой, с силой захлопнул дверь. "Ты делаешь мне больно…" Алиса пыталась вырваться из хватки Честера; боль исказила ее прекрасное лицо. Честер, наконец, с удвоенной силой отпустил Алису, холодно глядя на нее. В темной комнате, полагаясь лишь на тусклый свет, проникающий из сада за окном от пола до потолка, Алиса увидела, что лицо Честера ужасно замерзло. Его темные глаза сверкали на нее, словно два меча. Алиса потерла больное запястье, с досадой жалуясь: «Чего ты хочешь… ах…» ---------- Глава 1080 - 559: Дополнительная история: Те годы, та бурная любовь к тебе (2-2) Внезапно поднявшись на руки, Алиса вскрикнула от неожиданности. Он держал её так, словно это не требовало никаких усилий, легко сдерживая её отчаянные попытки вырваться. "Честер, отпусти меня, отпусти…" Лишь в моменты сильного гнева она произносила его имя, включая и имя, и фамилию. Громкий "хлопок"… Они оба упали на кровать… К тому моменту, когда она отреагировала, он уже был над ней, его сильное тело плотно прижималось к ней. В ярости она ударила его кулаком в грудь… Но он резко схватил ее за руки, прижав их к бокам. Она не могла пошевелить ни одной частью тела и беспомощно смотрела на него, крича: "Ублюдок…" Он смотрел на ее бормотание и страстно поцеловал ее. "Мммф…" Его губы обжигающе пылали, плотно прижавшись к её вишнёвым губам. Когда она двинулась, он поцеловал ее еще страстнее. "Мммф… ммф…" Она отчаянно повернула голову, изо всех сил пытаясь оттолкнуть его, но как раз в тот момент, когда ее рука уже собиралась вырваться из его хватки, он разжал пальцы и переплел их с ее, еще крепче сжимая ее. Она больше не могла двигаться, не в силах произнести ни звука… "Мммф…" Спустя долгое время, когда она перестала сопротивляться, он медленно отпустил её. Алиса больше не сопротивлялась, и сквозь свет окна в ее глазах едва заметно виднелись слезы… Каждый раз, когда он видел её слёзы, его сердце начинало тревожиться. "Почему ты плачешь?" Его лицо было мрачным, но голос совсем не звучал свирепо. Яростно глядя на него, она почувствовала, как в её сердце закипает обида, и, вырвавшись из его объятий, сильно ударила его кулаком: «Ублюдок, ублюдок, ублюдок…» Она непрерывно проклинала его, изо всех сил избивая его. "Достаточно." Он внезапно, с крайним нетерпением, схватил ее за руку. Ее руки устали от ударов, и слезы текли по уголкам глаз. Он нахмурился, протянул руку, чтобы вытереть слезы с уголка ее глаза: «Я никогда не видел женщины, которая бы так много плакала, как ты». Алиса отвернула лицо, решив бросить ему вызов и игнорируя его. Честер долго смотрел на нее, прежде чем наконец отпустить ее руку и сесть. Алиса тут же свернулась калачиком у изголовья кровати, крепко прижавшись к себе, как испуганный кролик. Честер сидел на краю кровати спиной к ней, держась за лоб. "Убирайся!" Его голос прозвучал холодно. Алиса обиженно прикусила губу и пробормотала: «Кто сказал, что можно?» «Я же тебе вон велел убираться!» «Какое право ты имеешь так со мной обращаться?» — кричала Элис, слезы текли ручьем в темной ночи. — «Честер, независимо от прошлого или настоящего, что я на самом деле значу для тебя в твоем сердце?» В этот момент из ее горла вырвались все годы обид и душевной боли… «В детстве я была единственной дочерью в семье и всегда мечтала о старшем брате. Наконец, ты появился в моем мире… Я не понимала, почему ты меня не любил, но ты мне нравился, поэтому я всегда следовала за тобой, держалась рядом, даже несмотря на то, что ты меня не любил… Не знаю, когда это началось, но ты вдруг перестал быть холодным ко мне, перестал быть надоедливым, начал хорошо ко мне относиться, выполнял все мои просьбы, стал баловать меня больше, чем папа… Однажды, когда я зашла в твой кабинет, я тайком спряталась под столом, чтобы тебя напугать, но случайно подслушала твой разговор с женщиной. Тогда я не знала, что это был М, но из этого разговора я узнала, что ты не родной сын папы…» «В тот момент я плакал под столом, потому что не мог поверить, что мой брат не мой родной брат, но ты вытащил меня из-под стола, поцеловал и сказал, что даже если ты не мой родной брат, ты все равно будешь заботиться обо мне как о брате всю свою жизнь… Я не мог устоять перед твоей нежностью; это был первый раз, когда я почувствовал, что значит быть тронутым». «В шестнадцать лет я позволила той ночи случиться, отдавшись тебе. Я думала… может быть, мы сможем быть вместе, но когда однажды я хотела сказать тебе, что хочу выйти за тебя замуж, когда вырасту, я случайно обнаружила, что ты собрал все мои детские рисунки улыбающихся лиц, на которые ты часто долго и задумчиво смотрел. Однажды ты даже нарисовал карандашом маленькую девочку… С того дня я поняла, что в твоем сердце есть кто-то, кто тебе нравится, и ты видишь во мне только сестру; ты никогда не сможешь быть со мной…» Элис протянула руку, чтобы вытереть слезы, и печально рассмеялась: «Я начала избегать тебя, ненавидеть тебя, презирать тебя… Я начала отчаянно добиваться Говарда, потому что хотела полюбить кого-то другого и больше никогда не думать о тебе». «Я планировала выйти замуж за Говарда без колебаний. Я настаивала на том, что люблю Говарда, и поэтому позволяла себе безрассудные поступки, потому что верила, что вы с папой всё исправите за меня… Я думала, что моя жизнь будет связана только с Говардом, но я не понимала, что между вами и Говардом существовала вражда, и эта неприязнь привела вас в самый трудный момент вашей жизни к тому, что вы оттолкнули меня от той роковой пули…» «Когда я очнулся в больнице, я услышал, что ты почти умираешь; мне стало ужасно… Воспоминания из прошлого нахлынули на меня, и хотя я не хотел в этом признаваться, я не смог победить истинные чувства в своем сердце; я просто не мог забыть тебя…» «Итак, с того дня, как ты впала в кому, я каждый день ждал, когда ты проснёшься… Я нисколько не ревную к Ребекке Квентин, потому что в последний момент жизни ты выбрала меня… Я решил ждать, пока ты проснёшься, даже если это означало бы стареть, я думал, что как только ты проснёшься, мы сможем быть вместе, но с того дня, как ты пришла в себя, всё, что ты для меня имеешь, — это холодные насмешки…» Сказав это, Алиса, охваченная слезами, посмотрела на него с унынием: «Я не могла вынести твоего безразличия и отвращения ко мне, поэтому я забрала Рейчел и вернулась во Францию ​​одна… Я думала, если бы ты был готов приехать и найти меня, я бы все равно выбрала быть с тобой, несмотря ни на что… Ты наконец приехал, но не ради меня; я боролась за опеку над Рейчел… Мне было ужасно, я не верила, что ты ничего ко мне не чувствуешь, поэтому я бросилась в город Т, чтобы найти тебя. Я сказала тебе те слова, которые всегда боялась произнести, надеясь, что они изменят нашу судьбу, но… твои жестокие слова разрушили все мои фантазии, а также заставили меня осознать всю глупость того, что ты использовал меня все эти годы, не зная об этом…» ---------- Глава 1081-560: Дополнительная история: Держа Клода Лоуренса за руку перед собой "Честер…" Алиса слезла с кровати, ее глаза затуманились от слез, когда она посмотрела на него: «Я не твоя игрушка, ты не имеешь права ничего от меня требовать…» «Если до сегодняшнего дня я еще дорожил нашей братско-сестринской связью, возможно, мы могли бы вместе управлять этой семьей… но с этого момента ты окончательно уничтожил последние остатки братской привязанности между нами…» Лицо Алисы побледнело, она непрерывно качала головой: «Я нищая, высокомерная и своенравная, я не могу сравниться с тобой, но я не ничтожная и не падшая, я не буду унижаться, чтобы цепляться за тебя, даже если у меня не будет никакой поддержки на протяжении всей жизни…» «Мои последние слова… Больше всего в жизни я сожалею о том, что не раскрыл правду, когда узнал, что ты не мой родной брат. В будущем я никогда больше не буду таким глупцом, никогда…» Произнеся эти последние слова, Алиса прикрыла рот рукой и выбежала из комнаты. "Алиса…" Когда Честер погнался за ней, Алиса уже скрылась в коридоре, и тут же раздался громкий хлопок, когда захлопнулась дверь в ее комнату. Честер остановился перед ее дверью, но так и не протянул руку, чтобы постучать. Сквозь дверь он услышал, как она, прислонившись к дверному полотну, безудержно рыдала… Рука, которой он собирался постучать, наконец, опустилась. Алиса прислонилась к дверной панели, постепенно слабо опускаясь на нее. Она плакала, плакала, пока голос не охрип, пока не разбудила Рейчел… Рейчел потерла сонные глаза и поднялась с колыбели, глядя на мать заплаканными щеками. Она была в ужасе: «Мамочка…» Никогда прежде не проронив ни слезинки перед дочерью, Элис наконец не смогла сдержаться, крепко обняла Рейчел и зарыдала вслух: «Малышка… прости… прости…» Утро. В столовой виллы Робинсонов Честер сидел один за обеденным столом. Перед ним стояли изысканно приготовленные слугами блюда западной кухни. Выражение лица Честера, как обычно, оставалось спокойным. Тётя П.А. вошла с улицы, её тон был немного робким: «Э-э, мистер Робинсон, мисс… она сказала, что не хочет вас видеть». Честер махнул рукой, и тётя П.А. быстро отступила. Честер, не выражая никаких эмоций на лице, взял столовые приборы и спокойно ел в одиночестве. Кит Энтони молча стоял позади Честера; после того, как тетя П.А. ушла, он тихо подошел и спросил: «Босс, мне следует позвать мисс Элис…» "Незачем." Голос Честера был спокойным, почти таким, как будто он ничего не говорил. Кит Энтони не посмел ослушаться Честера и молча отступил назад, за его спину. В комнате наверху Элис держала Рейчел на руках, готовясь спуститься вниз. Рейчел была одета в очень милое платьице и выглядела невероятно очаровательно. "Мама… Мы куда-нибудь пойдем?" "Да." Рейчел нахмурилась: «Но разве дядя не ждёт, когда мы вместе позавтракаем?» «Сегодня мы не будем завтракать с дядей, а пойдем куда-нибудь поесть». "Ой." Элис поцеловала Рейчел в щеку: «Пойдем». Держа на руках Рейчел и спускаясь вниз, Алиса случайно встретила тетю П.А. Тетя П.А., озадаченная нарядом Алисы для выхода в свет, спросила: «Мисс, вы собираетесь куда-то выйти?» Алиса кивнула; краем глаза она увидела, как Честер обедает в одиночестве в столовой. Тётя П.А. прошептала: «Мистер Робинсон ждал вас…» Алиса спокойно сказала: «Я записалась на прием к Клоду». "Ой." «Я ухожу, тётя ПА». «Хорошо, я попрошу водителя отвезти вас». "Хорошо." Со стороны Честера также виднелась фигура Алисы, держащей на руках Рейчел и выходящей из дверей виллы. Честер отложил столовые приборы и вытер рот салфеткой. Бровь Кейта Энтони нахмурилась, он был обеспокоен ситуацией между Честером и Элис. Честер спокойно встал и вышел из столовой. Кит Энтони молча следовал за Честером, не в силах удержаться и сказав: «Босс, почему бы… почему бы не уговорить мисс Элис?» Честер, похоже, не послушал Кита Энтони, и, поднимаясь по лестнице, сказал: «Я пойду переоденусь… встречаюсь с Джобсом через час». Джобс — самый известный французский архитектор-проектировщик, и недавно компания «QCS» взялась за государственный проект, для которого требовался выдающийся дизайнер. Поскольку нескольким высокопоставленным чиновникам «QCS» не удалось убедить Джобса, по совпадению Честер оказался во Франции и отправился туда для личных переговоров. Кит Энтони не ожидал, что его босс в этот момент будет еще в настроении заниматься делами; он очень волновался за своего начальника, но не осмелился идти против его воли. Клод Лоуренс был удивлен звонку от Алисы с приглашением на завтрак, но в то же время очень обрадовался, потому что это был первый раз, когда Алиса добровольно пригласила его пообедать вне дома. В отеле «Йорна», где раньше работала Элис Робинсон, Клод Лоуренс уже ждал ее в ресторане. Увидев Клода Лоуренса в белой повседневной одежде, Алиса вспомнила, что Клод обычно играл в гольф по утрам. Поэтому, сев, она несколько неловко спросила: «Э-э, раз вы в таком виде, я что, прервала вашу утреннюю игру в гольф?» Клод рассмеялся, его глаза заблестели, когда он посмотрел на Алису: «Игра в гольф — не очень-то и хобби, но, мисс Робинсон, то, что вы почтили меня своим присутствием за завтраком, — это настоящее удовольствие». «Ой, перестань шутить со мной…» Её часто поддразнивают в разговоре с ним, но это всегда поднимает ей настроение. «Рэйчел, быстро поздоровайся с дядей Лоуренсом». Рейчел послушно сказала: «Дядя Лоуренс». «Хорошая девочка». "Вы голодны?" Рейчел кивнула. Клод Лоуренс обмакнул кусочек тоста в соус и протянул его Рейчел: «Это клубничный вкус, специально для детей». «Спасибо, дядя». Алиса передала тост Рейчел и с любопытством спросила: «Почему я не помню, чтобы Йорна предлагала завтраки, подходящие для детей?» Клод взял еще один кусочек тоста, обмакнул его в соус и сказал: «Я только что дал указание кухне его приготовить». «Какая морока, но спасибо за вашу внимательность». Клод передал Алисе тост с трюфелем, грациозно улыбаясь: «Угождать ей — значит угождать тебе, а я могу быть внимательнее?» Лицо Алисы слегка покраснело, когда она взяла тост, и она вдруг с удивлением воскликнула: «Да это же со вкусом трюфеля!» Клод кивнул: «Что, тебе это не нравится?» «Нет, мне очень нравится… но откуда ты знаешь, что я люблю вкус трюфелей?» Клод слабо улыбнулся: «В те дни в Токио ты мало ел, когда мы вместе обедали. Единственным исключением был рис с трюфелями, у тебя был довольно хороший аппетит, поэтому я предположил, что ты, должно быть, любишь трюфели». Слова Клода заставили Алису на несколько секунд замереть. "В чем дело?" Алиса вернулась к реальности, покачав головой: «Ты такая внимательная». Клод посмотрел на нее, его улыбка была непринужденной и теплой в уголках губ: «Алиса… Я, может быть, обычно слишком занят, у меня не так много времени, чтобы держаться за руки и гулять, как это делают молодые пары, но всякий раз, когда мы вместе, я хочу, чтобы ты чувствовала тепло в каждый момент». Элис рассеянно посмотрела на Клода, и спустя долгое время улыбнулась. Ее голос слегка охрип, когда она заговорила с ним: «Клод, в последние дни у меня было не очень хорошее настроение, но каждый раз, когда я слышу, как ты со мной разговариваешь, мое сердце согревается, и я так рада, что познакомилась с тобой… Должна признаться, я согласилась стать твоей девушкой из-за твоих инвестиций в винодельню семьи Робинсон, но за эти дни нашего общения твои джентльменские манеры, твое обаяние, твоя внимательность, твоя доброта, все твои заботливые поступки глубоко тронули меня… Спасибо тебе за то, что ты не обращал внимания на мой вспыльчивый характер, и спасибо тебе за то, что тебе все равно, что у меня есть Рейчел. Если тебя это не беспокоит, то с этого момента я хотела бы официально стать твоей девушкой и начать с тобой настоящие отношения». Она посмотрела на него, в ее глазах не было ничего, что отвлекало бы ее, как на страницах журнальных страниц. Он улыбнулся, его взгляд был глубоким, как чистый источник: «Я думал, мне придется долго ждать». Алиса покачала головой: «Нет, это ты меня привлек». В самый уязвимый для меня момент. Клод Лоуренс лично отвёз Алису и Рейчел домой. На этот раз Клод не ушел сразу; Алиса пригласила его войти выпить чашечку кофе. Как только они вошли в дом, Рейчел убежала и исчезла… Алиса проводила Клода до дивана в прихожей и представила его: «Этот дом — родовое имение семьи Робинсонов. Мой отец говорит, что ему больше ста лет… Несмотря на это, он до сих пор сохраняет свое деревенское очарование и элегантность, не так ли?» Клод огляделся и кивнул: «Я и не знал, что в Париже есть такой очаровательный европейский замок». Элис помогла Клоду с кофе и сказала: «Интересно, не связано ли это с тем, что я выросла в западной среде, из-за чего, несмотря на то, что три четверти моих корней — в районе Флоуэри Кингдом, я предпочитаю все европейское?» Клод небрежно обнял Алису за талию и нежно спросил: «Тогда мне не стоит подумать о покупке такого замка в будущем, чтобы мы с тобой могли жить скромно с нашими детьми?» Алиса отвернулась, покраснев. Клод крепко обнял Алису и поцеловал ее в щеку. "Мама…" "Хм?" Алиса раскинула руки, чтобы обнять своего маленького возлюбленного, который бежал к ней навстречу. Рейчел прислонилась к ногам Алисы, чувствуя себя немного подавленной: «Дяди здесь нет». "Ты что, только что ходил искать дядю?" Рейчел кивнула: «Но дяди здесь нет». Алиса посадила Рейчел себе на колени и спросила: «Ты проверила исследование?» "Да." В этот момент тётя П.А. шагнула вперёд и сказала: «Мисс, мистер Честер только что вышел». В присутствии возлюбленного тётя П.А. не называла Честера Робинсона «мистером Робинсоном». "Ой." Рейчел обняла Алису, изображая избалованность: «Мамочка, я хочу к дяде…» «Дядя вышел…» Глаза Рейчел быстро наполнились слезами, она надула губы: «Дядя опять уехал?..» "Нет…" «Похоже, Рейчел очень привязана к Честеру», — сказал Клод Лоуренс. Алиса сухо рассмеялась: «Поскольку мой брат редко бывает дома, каждый раз, когда он возвращается, он покупает ей много подарков, так что она им покорилась». Клод Лоуренс взял Рейчел с колен Алисы и спросил: «Милая малышка, хочешь, чтобы твой дядя поиграл с тобой?» ---------- Глава 1082–561: Дополнительная история: Клод Лоуренс делает предложение Алисе Робинсон Рейчел кивнула: «Дядя собирается построить очень высокий дом…» Элис Робинсон добавила: «Используя эти строительные блоки». «А как насчет того, чтобы дядя Лоуренс помог вам строить?» Рейчел невинно посмотрела на Клода Лоуренса: «А ты умеешь?» Клод Лоуренс поднял Рейчел на руки: «Дядя Лоуренс попытается... построить тебе очень-очень высокий дом, хорошо?» "Хорошо." "Пойдем!" Элис Робинсон и представить себе не могла, что Клод Лоуренс так легко поладит с Рейчел. Важно отметить, что Рейчел очень застенчива и всегда стеснялась Клода Лоуренса, но теперь она не только позволила ему обнять себя, но даже согласилась поиграть с ним… Похоже, обаяние Клода Лоуренса заразительно для Рейчел. Пока Клод Лоуренс нёс Рейчел в комнату за строительными кубиками, тётя ПА подошла к Элис Робинсон. «Мисс…» Взгляд Элис Робинсон проследил за Клодом Лоуренсом: "Хм?" «Похоже, Рейчел очень нравится генерал Лоуренс…» "Хм." «Тогда это хорошо. Если Рейчел нравится генерал Лоуренс, она сможет принять его и в будущем…» Элис улыбнулась Рейчел, которая махала ей кубиками: «Он хорошо ладит с детьми…» «Да, я вижу, что генерал Лоуренс тоже очень любит Рейчел, но...» "Что?" «Если мистер Робинсон это увидит, он...» Элис тихо вздохнула: «Ему будет всё равно, так же как ему никогда не было дела до Рэйчел». Клод Лоуренс – поистине прирожденный лидер среди детей. Он провел целое утро, играя с Рейчел, заставляя ее крепко прижиматься к себе... "Ладно, Рейчел, посмотри, какая ты неряшливая, как маленький котенок. Если мама тебя увидит, она расстроится... Может, дядя Лоуренс отведет тебя помыть руки?" "Хорошо." Элис Робинсон была на кухне, помогая тете П.А. мыть посуду, и ее радовала близость Рейчел и Клода Лоуренса. Тетя П.А. сказала: «Мисс, мне позвонить мистеру Робинсону и узнать, вернется ли он к обеду?» Улыбка Алисы исчезла, как только заговорили о Честере Робинсоне: «Не нужно, давайте готовиться к обеду!» Тётя ПА кивнула. Когда тётя П.А. повернулась, чтобы сообщить об этом на кухне, она внезапно замерла и быстро крикнула: «Мистер Робинсон!» Алиса подняла голову из-за звонка тети П.А. Она встретилась взглядом с Честером Робинсоном, когда он вошел в холл. В тот же миг разум Алисы наполнился воспоминаниями о прошлой ночи... Честер Робинсон, похоже, воспринял вчерашний вечер как нечто незначительное, подойдя к Элис с Шарлоттой Юл под руку. Шарлотта Юл вела себя с родителями и Честером Робинсоном так, как подобает дебютантке, но в остальном была нежной и грациозной. Она слегка улыбнулась Алисе: «Привет, Алиса». Алиса помолчала несколько секунд, прежде чем ответить немного напряженным голосом: «Привет, невестка». Взгляд Честера Робинсона остановился на слегка побледневшем лице Алисы, и он спросил: «У нас дома гости?» "Дядя..." Взволнованный голос прервал ответ Алисы. Взгляд Честера Робинсона переместился, и он увидел Клода Лоуренса. Клод Лоуренс также заметил Честера Робинсона, слегка прищурившегося. Тётя П.А. быстро забрала Рейчел из рук Клода Лоуренса... Элис спокойно подошла к Клоду Лоуренсу, взяв его под руку: «Клод, мой брат только что вернулся... Позволь мне представить тебе моего брата и мою будущую невестку». "Конечно!" Клод Лоуренс улыбнулся, подходя к Честеру Робинсону: «Доктор Робинсон, здравствуйте». Честер Робинсон не остался равнодушным и тоже ответил на теплую улыбку Клода Лоуренса: «Здравствуйте, я давно хотел, чтобы моя сестра привела своего парня на обед. Раз уж Шарлотта сегодня тоже здесь… Давайте все познакомимся. Надеюсь, генерал Лоуренс почувствует себя у нас как дома!» Тетя П.А. наблюдала за тем, как четверо ужинают вместе, испытывая тревогу и постоянно ощущая, что в этой обстановке есть что-то неладное. Но, как оказалось, атмосфера в столовой была гораздо более расслабленной, чем предполагала тетя П.А. «Мама, я хочу съесть вот это…» "Хорошо, мама тебе это достанет..." Элис сидела рядом с Клодом Лоуренсом, ухаживая за Рейчел, которая находилась рядом с ней. Шарлотта Юл, заметив внимательность Алисы, не могла не похвалить ее: «Алиса, я не ожидала, что такая юная девушка сможет так хорошо заботиться о ребенке». Элис подняла глаза и, улыбаясь Шарлотте Юл, сказала: «Тетя П.А. научила меня, большую часть времени тетя П.А. присматривает за Рейчел». Элис и Шарлотта Юл болтали о Рейчел, а Честер Робинсон и Клод Лоуренс общались по другую сторону стены. «Моя сестра довольно медленно набирает обороты. Я и представить себе не мог, что, встретившись всего один раз на вечеринке, генерал Лоуренс уже покорит ее сердце. Похоже, в тот вечер я невольно стал свахой». ---------- Глава 1083-561: Дополнительная история: Клод Лоуренс делает предложение Честеру Робинсону для Элис Робинсон_2 Клод Лоуренс взглянул на Элис Робинсон, которая разговаривала с Шарлоттой Юл, сидевшей рядом с ним, и тихо сказал: «Доктор Робинсон, на самом деле, мы с вашей сестрой были знакомы еще до вечеринки. Как вы уже упомянули, она действительно не очень дружелюбна, но, к счастью, наши общие друзья познакомили нас и предложили сотрудничать на винограднике, что позволило нам лучше узнать друг друга». «Мою сестру баловали в нашей семье с самого детства, поэтому, если в будущем она устроит истерику, я надеюсь, генерал Лоуренс отнесется к этому с пониманием», — сказал Честер Робинсон, поднимая бокал с вином. Клод Лоуренс последовал его примеру, взяв бокал с вином. «Доктор Робинсон, вы слишком скромны. Элис — самая добрая и замечательная девушка, которую я когда-либо встречал, и я искренне буду о ней заботиться». Честер Робинсон улыбнулся и тихонько чокнулся бокалами с Клодом Лоуренсом. «Честер, тебе не стоит беспокоиться о том, чтобы передать Элис генералу Лоуренсу. Любой может убедиться, что он знает, как хорошо обращаться с девушками». Клод Лоуренс крепко обнял Элис Робинсон, повернув к ней лицо. Элис Робинсон ещё не поняла, что происходит, и ошеломлённо уставилась на Клода Лоуренса. "Что случилось?" Шарлотта Юл сказала: «Я сказала, что генерал Лоуренс явно знает, как хорошо обращаться с девушкой, верно? С Элис». «Что вы думаете?» — Клод Лоуренс улыбнулся, его сверкающие глаза были прикованы к Элис Робинсон. Элис Робинсон невольно покраснела и слегка приподняла подбородок. «Хотите, чтобы я похвалила вас перед моим братом и будущей невесткой?» «Мм-м, скажите обо мне что-нибудь хорошее». «Какой самодовольный…» — Элис Робинсон повернула голову и игриво поддразнила: «Я не буду сейчас тебя хвалить… кто знает, будешь ли ты хорошо ко мне относиться в будущем». «Верно, поэтому я планирую всю жизнь стараться тебе угодить…» Сказав это, Клод Лоуренс поцеловал Элис Робинсон в щеку. Шарлотта Юл рассмеялась: «Генерал Лоуренс, Честер так заботится об Алисе; если вы будете плохо с ней обращаться, Честер вас не простит». Клод Лоуренс повернул голову, чтобы посмотреть на Честера Робинсона, который молча улыбался, потягивая красное вино, и вдруг сказал: «Доктор Робинсон… Я знаю, что вы не проводили много времени в Париже в последние пару лет. Боюсь, что когда я захочу принять это решение в будущем, вас может не быть в Париже, поэтому я хотел сказать вам об этом сейчас…» Честер Робинсон любезно ответил: «Пожалуйста, продолжайте, генерал Лоуренс». «Я хочу обручиться с Алисой». "Помолвлен?" Этим изумленным словом произнесла не кто иная, как Элис Робинсон, одна из заинтересованных сторон. Никто не заметил, как взгляд Честера Робинсона слегка потускнел, и что на его лице не было никаких видимых отклонений. «Да, Алиса, я прошу прощения за то, что не спросил вашего согласия, прежде чем обращаться с такой просьбой к вашему брату, но уверяю вас, что в данный момент я обращаюсь к вам искренне и после тщательного обдумывания». Лицо Элис Робинсон слегка застыло, и в тот же миг свет в ее глазах обратился к Честеру Робинсону. Все думали, что Элис Робинсон хотела узнать мнение Честера Робинсона, но, сами того не зная, это была инстинктивная реакция Элис в тот момент. Однако Честер Робинсон, казалось, не замечал взгляда Элис Робинсон. Он мягко улыбнулся Клоду Лоуренсу: «Генерал Лоуренс, в такой формальности нет необходимости… Когда мужчины взрослеют, им следует жениться, а когда женщины становятся более зрелыми, им следует найти того, кому они смогут доверить свою жизнь. Я рад, что вы приняли такое решение, но в конечном итоге все зависит от Элис…» Скрытый смысл слов Честера Робинсона заключался в том, что он не возражал против помолвки Алисы Робинсон и Клода Лоуренса. Элис Робинсон не могла поверить своим глазам, ее взгляд был прикован к Честеру Робинсону. Но, увидев жизнерадостную улыбку Честера Робинсона, недоверие в ее глазах постепенно угасло… В тот миг только она и он поняли смысл обмена взглядами. В глубине души она все еще испытывала легкую боль, но в тот момент улыбнулась, глядя на Клода Лоуренса с такой застенчивой скромностью. Шарлотта Юл хихикнула: «Смотри, Элис покраснела; похоже, у нее нет никаких возражений. Генерал Лоуренс, кажется, вы выбрали подходящий момент». Честер Робинсон, смеясь, следил за Шарлоттой Юл, ни разу не взглянув на Элис Робинсон. Клод Лоуренс притянул к себе Элис Робинсон и быстро поцеловал ее в застенчивую щеку. После обеда Честер Робинсон проводил Шарлотту Юл домой. Клоду Лоуренсу пришлось уехать по неотложным делам, и он не смог продолжить сопровождать Элис Робинсон. Элис Робинсон сопроводила Клода Лоуренса до входа на виллу, где Робин уже припарковал машину у ворот. Лицо Элис Робинсон было слегка бледным, что Клод Лоуренс внимательно заметил. «Что случилось? Ты плохо выглядишь». Прежде чем сесть в машину, Клод Лоуренс нежно обхватил лицо Элис Робинсон руками и спросил… Элис Робинсон подняла взгляд на Клода Лоуренса, покачала головой и промолчала. Клод Лоуренс обнял Элис Робинсон за тонкую талию, положив подбородок ей на лоб: «Тебя напугала помолвка?» Элис Робинсон внезапно подняла глаза и встретилась взглядом с ярко-черными глазами Клода Лоуренса. У него был глубокий взгляд, такой же глубокий, какой она уже видела, глядя на Говарда Джеффри. Она понимала, что люди с таким взглядом обладают глубиной мыслей, которую никто не может постичь. И всё же она мало что знала о таких людях, как Клод Лоуренс… Однако она ясно видела его искренность в его глазах. Клод Лоуренс осторожно приподнял красивый подбородок Элис Робинсон и мягко улыбнулся: «Ты действительно испугалась?» Элис Робинсон снова покачала головой, долго смотрела на Клода Лоуренса, прежде чем наконец ответить: «Я не ожидала, что все так быстро произойдет, но я не испугалась… Я просто хотела спросить тебя об одном: что именно тебя во мне привлекло?» "Ты прекрасна…" «Красота не гарантирует пропитание… а с вашим положением, генерал Лоуренс, вы легко могли бы найти женщин красивее меня, не говоря уже о том, что я мать-одиночка с ребенком». «Это правда, но за все эти годы была только одна красавица, которая по-настоящему тронула мое сердце, и это ты». "Это тронуло ваше сердце? Когда вы впервые увидели меня играющим на пианино в отеле?" «Нет… это было в другом отеле». "Где?" «В коридоре отеля». «В коридоре отеля?» В следующую секунду глаза Элис Робинсон расширились: «Значит, это я видела тебя, ту, которая отказалась от компенсации». Клод Лоуренс крепче обнял ее, притянув к себе, положив подбородок ей на голову и вдыхая нежный аромат ее волос. «Ни одна другая девушка не привлекала моего внимания с первого взгляда настолько, чтобы я не мог отвести от нее взгляд. Судьба свела нас во второй раз, и, увидев, как ты играешь на пианино в отеле «Йорна», я не мог не остаться на несколько дней, просто чтобы спокойно наблюдать за твоей игрой…» ---------- Глава 1084-562: Дополнительно: Твою скорбь я не могу выбрать, что ценить. Он крепко обнял её, отчего ей стало немного не по себе… Она инстинктивно хотела вырваться из его объятий, но его слова, словно теплый электрический ток, наполнили каждую клетку ее тела, жаждущую сопротивления. Постепенно она прижалась к Клоду Лоуренсу, тихо прошептав: «Помолвка? Ты действительно тщательно обдумал это решение?» "Да." «Но я…» Клод Лоуренс поцеловал Алису, проглотив слова, вырвавшиеся у нее изо рта. Она хотела сбежать, но он обнял ее и страстно поцеловал. Она не могла дышать, ей казалось, что все ее тело находится под его контролем… Он попытался исследовать ее рот, но ее тело было напряжено, зубы крепко сжаты… Он крепко держал её, несколько раз пытаясь, но так и не смог разжать ей зубы. В конце концов, он медленно отпустил её. После того, как он отпустил ее, ее напряженное тело постепенно расслабилось, но она не смела поднять на него взгляд. Он нежно взял её за плечи и спросил: «Что случилось?» Она подняла взгляд на его доброе лицо и извиняющимся тоном сказала: «Прости… я ещё не готова». Он тихонько усмехнулся: «Глупышка, сегодня это моя вина…» Он пообещал ей, что никогда не будет её принуждать. "Это не твоя вина, это моя вина… Я…" «Хорошо, у меня есть дела, сегодня днем ​​я не смогу с вами встретиться… позвоните мне, если вам что-нибудь понадобится». "Хорошо." Клод Лоуренс поцеловал Алису в лоб, а затем повернулся, чтобы уйти. Алиса долго стояла, погруженная в свои мысли. Как только они сели в машину, Шарлотта Юл не удержалась и спросила: «Честер, можешь теперь объяснить причину?» Честер Робинсон просматривал лежащий перед ним документ и легкомысленно заметил: «Для этого нет никаких оснований». «Если нет причин, зачем ты пригласил меня к себе домой на ужин? Если раньше, когда мы притворялись парой на публике, это было сделано, чтобы спровоцировать твоего возлюбленного, почему ты все еще хочешь, чтобы я притворялась твоей девушкой у тебя дома, перед твоей сестрой?» Тон Честера был абсолютно спокойным, без каких-либо колебаний: «Разве ты не говорил, что поможешь как друг, не спрашивая почему?» «Хотя бы дайте мне знать, для кого я притворяюсь, верно?» "Разве ты этого ещё не знаешь?" "Знаешь что? Когда ты позвонила, я думала, мы поедем знакомиться с твоей возлюбленной, и я с нетерпением поехала, желая увидеть, кто твоя возлюбленная, но в итоге просто поужинала с твоей сестрой и ее будущим мужем. Я… подожди, почему это всегда твоя сестра?" Шарлотта Юл вдруг что-то поняла, подозрительно взглянув на Честера Робинсона: «В первый раз, когда ты пригласил меня на тот благотворительный банкет, там была твоя сестра. Потом ты взял меня на свадьбу Говарда Джеффри, там тоже была твоя сестра, а теперь сегодня… О боже…» Шарлотта Юл внезапно прикрыла рот рукой, недоверчиво глядя на Честера Робинсона: «Черт возьми, тебе не нравится твоя сестра, да?» Честер не ответил. Шарлотта Юл посмотрела на лицо Честера и тут же возразила: «Нет, это невозможно, вы же брат и сестра…» «Хотите посетить Цветочное Королевство?» Честер внезапно прервал ход мыслей Алисы. "Хм?" Честер спокойно сказал: «В Королевстве Цветов есть город под названием Т-Сити, это правительственный, экономический и культурный центр Королевства Цветов… ты родом из Королевства Цветов, но вырос во Франции. Ты как-то говорил мне, что хочешь посетить Королевство Цветов, как насчет того, чтобы пойти со мной в Т-Сити?» «Конечно, конечно, в последнее время в офисе довольно много свободного времени…» "Значит, всё решено…" "Хм… Я отчитаюсь перед родителями, соберу простой багаж и буду готов." Честер ответил: «Хм». Шарлотта Юл сказала Киту Энтони: «Помощник Энтони, пожалуйста, езжай быстрее, я хочу поехать домой и собрать вещи…» Кит Энтони смущенно сказал: «Мисс Юл, боюсь, у вас не будет времени поехать домой и собрать багаж». "Почему?" «Потому что мы уже едем в аэропорт». "Хм?" Днём, когда Алиса просто сидела в удобном плетёном кресле у окна от пола до потолка, ей пришло текстовое сообщение. Сообщение было от Кейта Энтони. Мисс Элис, босс возвращается в Т-Сити на две операции, он вернется через пару дней. Словно вчерашние события и не происходили. Слёзы, которые она пролила всю ночь перед ним, казались ей печальным монологом в одиночестве, а он был лишь зрителем. Уйти было бы неплохо, это дало бы ей время посидеть в этом тихом уголке и посмеяться над собой. Есть ли на свете кто-нибудь глупее её? Несмотря на свою крайнюю ненависть, она все равно беспомощно проливала перед ним эти дешевые слезы, которые не смогли вызвать у него ни капли сочувствия. ---------- Глава 1085 - 562: Дополнительно: Я не могу выбрать, лелеять ли твою скорбь (2) К счастью… Душевная боль притупилась. Даже самую жестокую боль, после вздоха, наконец-то можно отбросить в сторону, посмеявшись. На лице Элис Робинсон появилась слабая улыбка, но боль все еще отражалась в ее глазах. Запретив себе зацикливаться на вещах, из-за которых не стоило бы грустить, Элис взяла телефон и набрала номер Клода Лоуренса. Звонок соединился. "Это я." Клод Лоуренс рассмеялся: «Мы только что расстались, зачем ты снова звонишь?» Тон Алисы был слегка кокетливым: «Тебе не нравится, когда я тебя зову?» «Конечно, думаю… это доказывает, что ты тоже обо мне думаешь». Алиса выглядела немного смущенной, но ее слова были смелыми: «Конечно, я думаю о тебе». "Как дела?" "Хм?" "Ты действительно позвонила просто потому, что скучаешь по мне?" Даже по телефону ей не удавалось от него спрятаться; он всегда всё раскусил. Она решила сказать ему прямо: «Я думала о нашей помолвке, и я считаю, что это правильное решение». «Почему ты не сказал об этом раньше?» Алиса посмотрела на небо за окном и мягко улыбнулась: «Когда мы были в Токио, я помню, как ты говорила мне, что в моем сердце, возможно, есть кто-то, словно заноза, которая каждый раз, когда я влюбляюсь, вонзается все глубже, делая боль все сильнее… Да, такой человек действительно есть в моем сердце, он как заноза, пронзающая меня насквозь… Я никогда не хотела отпускать прошлое и начинать все заново, потому что все еще жила в иллюзии быть с ним, но недавно эта иллюзия окончательно рухнула. Теперь мы идем разными путями, которые больше никогда не пересекутся… Я говорю тебе это, потому что надеюсь, ты поймешь. Возможно, я не могу забыть его на сто процентов прямо сейчас, но раз уж я согласилась быть с тобой, я больше никогда не позволю себе скучать по нему. Отныне в моем мире будет только ты». Она долго ждала, но Клод Лоуренс молчал. «Клод, ты еще здесь?» "Да." «Почему ты ничего не говоришь?» Клод немного поколебался, а затем сказал: «Я счастлив». "Хм?" «Я думала, мне придётся долго ждать, чтобы услышать эти слова, но ты преподнесла мне огромный сюрприз… Алиса». Алиса опустила голову, чувствуя себя немного виноватой: "Прости…" "Глупая девочка, зачем ты мне это говоришь?" Голос Алисы слегка дрогнул: «Я просто чувствую… что встреча с тобой — это самое большое счастье в моей жизни». Клод улыбнулась: «Глупышка… Если я не буду тебя запугивать сейчас, разве ты не боишься, что я буду запугивать тебя в будущем?» Глаза Алисы заблестели от слез: «Ты бы не… Ты отвез меня в Токио. Если ты будешь меня обижать, твоя мама тебе этого не простит». Клод снова почувствовал тепло в сердце: «Значит, ты помнишь, что я тебе сказал в Токио?» «Конечно, помню… Надеюсь, мы сможем вспомнить об этом, когда состаримся». «Алиса, подними голову и посмотри на меня». "Что?" — Алиса инстинктивно подняла глаза и увидела Клода Лоуренса через большое окно от пола до потолка. Она была удивлена, встала и держала в руке телефон. Он только что вышел из машины, и даже с расстояния в сотни метров его взгляд встретился с ее взглядом, не отрываясь. Она медленно положила трубку, и он слегка улыбнулся. Она повернулась и выбежала на улицу… Казалось, она преодолела расстояние в несколько сотен метров с невероятной скоростью. В следующую секунду она уже была в его объятиях. Казалось, Клод уже был готов встретить ее, крепко обнимая. Его тёплое дыхание окутало её тело… Она подняла на него взгляд. В ее глазах читались горечь, осязаемость и обида… Он нежно вытер слезы, застывшие в уголках ее глаз, затем наклонил голову и страстно поцеловал ее. Ее тело слегка дрожало от тепла его холодных губ. Его рука, обхватившая её талию, крепче притянула её к себе… Ее разум опустел, руки растерялись… Наконец, они медленно легли на него. Его ловкие губы и язык проникли внутрь, раздвигая ее зубы… На этот раз, несмотря на свою неопытность, она полностью впустила его в свою жизнь. Его приятный аромат еще оставался у нее в носу, и, сначала растерявшись, она обняла его за шею… В пылу страсти ее тонкие пальцы глубоко заплелись в его темные волосы. Я бесцелен, своенравн и безрассуден, я действительно недостоин тебя, но я не ничтожен, я не падший, и я не упаду, чтобы цепляться за тебя, даже если мне не на кого положиться в этой жизни… Больше всего в этой жизни я жалею о том, что не разоблачил тебя, когда узнал, что ты не мой родной брат. В будущем я больше никогда не буду таким глупцом… Сон, который реальность внушила Честеру Робинсону, резко разбудил его. На его лбу выступили капельки пота, когда он устало поднялся: «Кит Энтони…» "Здесь." Кит Энтони, сидевший на сиденье позади Честера Робинсона, тут же встал и обратился к Честеру: «Босс». «Принесите мне стакан воды». "Да." Когда Кит повернулся, чтобы взять воды, Шарлотта Юл, сидевшая рядом с Честером, тихонько рассмеялась: «Видите, разве это не правда? Слишком много греховных поступков приводят к кошмарам?» Честер тихонько усмехнулся: «Почему ты всё тот ​​же, ни единого доброго слова не сказал?» «Только с тобой я так не общаюсь… В основном потому, что это напоминает мне времена, когда мы учились в школе, и у меня была хорошая подруга, которая очень тебя любила. Она написала тебе пятьсот двадцать любовных писем. Ты хранил все письма, и я думала, что у вас что-то есть. Кто бы мог подумать, что когда моя подруга наконец призналась тебе в любви в тот день, когда отправила 520-е письмо, ты сказал ей, что думал, что это просто школьные объявления, что ты ничего не читал, и выбросил их все в мусор… С тех пор эта подруга меня игнорировала, потому что я всегда говорила ей, что у тебя безупречный характер, а потом…» ---------- Глава 1086–563: Дополнительно: Она и Он, теперь расставшиеся. Честер Робинсон взял чашу, которую ему протянул Кит Энтони, и, склонив голову, чтобы выпить, сказал: «Вы всё ещё помните кое-что из столь давних времён». Шарлотта Юл ударила Честера в спину: «Конечно, помню… Тогда ты был таким мрачным, а твои слова — беспощадными, почти хладнокровными. Позже я услышала, что ты стал врачом, и это меня поразило. Я не могла представить, чтобы такой хладнокровный человек, как ты, был связан с врачами…» Честер вернул кубок Киту Энтони, и на уголке его рта появилась легкая улыбка: «Значит, именно такой образ у меня был в твоем воображении тогда». "О, безусловно. Каждый день ты выглядел мрачным, словно кто-то был тебе должен миллионы… Если бы не я, сомневаюсь, что у тебя был бы хоть один друг в колледже." Честер тихонько усмехнулся, издав при этом звук "хм". «Кстати, я хотел спросить тебя, когда ты только что спал…» "Что?" «Очень ли прибыльно быть врачом?» "Хм?" Шарлотта преувеличенно оглядела салон: «Я и не подозревала, насколько богатым может быть такой врач, как вы, даже имея частный самолет. Этот самолет — самая роскошная и дорогая версия Boeing 877. Даже мой отец, который называет себя богатым человеком, видел его только на фотографиях. И вот вы здесь с этим самолетом?» Честер встал и подошел к окну, выходящему на высокогорье, тихо сказав: «Деньги никогда не были самым важным в жизни; ну и что, если они у вас есть?» Шарлотта с восторгом подбежала к Честеру: «Значит, ты действительно богат?» Честер повернул лицо и взглянул на Шарлотту: «Разве врач не может быть богатым?» «Дело не в этом… Просто у вас, кажется, много секретов. Например, ваше богатство, наверняка, не связано только с тем, что вы врач». Взгляд Честера снова устремился к бескрайним облакам за окном: «У меня нет секретов». «Все еще твердишь, что никаких секретов? Ты даже не хочешь сказать мне, кто та женщина, которая тебе нравится, хотя я бесплатно подыгрываю тебе». Честер ничего не сказал, лишь смотрел в небо, его взгляд стал более глубоким. Город Т. Рано утром. В отеле Честер застегивает последнюю пуговицу на рубашке, прежде чем пойти открыть дверь. Открыв дверь, он увидел Шарлотту Юл, уже одетую в повседневную одежду. "Честер… Я готов. Куда ты меня сегодня везешь?" Честер вошёл в комнату и сказал: «Сегодня мне нужно в больницу на операцию. Пусть тебя сопровождает Кит Энтони». "Хм?" Шарлотта вбежала в комнату, прижавшись к Честеру: «Ты не будешь со мной?» «У меня есть дела…» «Это совсем не весело!» — надула губы Шарлотта, сидя на краю кровати. — «Ты пригласил меня в Т-Сити, даже сказал, что будешь сопровождать меня повсюду, а теперь говоришь, что занят… хм». Честер тихонько усмехнулся: «Не сердись… Я попрошу Кита Энтони составить тебе компанию; он гораздо интереснее меня». Шарлотта надул губу, встала и сказала: «Хорошо… Займитесь своими важными делами. Я попрошу Кейта Энтони меня показать». "Хорошо." Честер вручил Шарлотте карточку: «Купи всё, что захочешь!» Шарлотта взяла карточку Честера и, подняв её, сказала: «Тогда я не буду сдерживаться!» Честер покачал головой с улыбкой. Честер лично поехал в больницу, направившись прямо в хирургическое отделение, где уже собралась семья пациента… «Доктор Робинсон, вы должны спасти мою жену. Врачи говорят, что у моей жены рудиментарная внутриматочная беременность; это внематочная беременность, очень опасная, и у нее гестационный диабет… Другие врачи не хотят ее оперировать; директор говорит, что только вы можете это гарантировать. Вы должны спасти ее…» Честер мягко успокоил пациента: «Не волнуйтесь… Больница уже сообщила мне о состоянии вашей жены; я сделаю все возможное». «Спасибо, доктор Робинсон, спасибо…» После пяти-шести часов операции беременная женщина наконец-то миновала опасный период. Когда Честер вышел из операционной, он был совершенно измотан, но, увидев мужа, обнимающего жену в постели и со слезами на глазах ликующего от радости, Честер не мог не улыбнуться. Директор уже ждал снаружи палаты, как обычно, рассыпаясь в похвалах при виде Честера. «Доктор Робинсон…» «Режиссер». «Благодарю вас за то, что вы лично приехали и помогли мне провести эту операцию. От имени пациента и его семьи я искренне вас благодарю». Честер снял маску, слегка улыбнувшись: «Директор, вы мне льстите. Спасать жизни — это долг врача». Директор несколько раз кивнул: «Кстати, доктор Робинсон, директор Тернер несколько раз спрашивал, когда вы вернетесь домой… Боюсь, директору Тернеру нужно кое-что с вами обсудить». ---------- Глава 1087-563: Дополнительная история: Она и он уже разошлись (Часть 2) "Мм." «Тогда я не буду вас беспокоить… Доктор Робинсон, спасибо вам за вашу усердную работу». После ухода декана Честер Робинсон намеревался вернуться в свой кабинет, но директор Тернер перехватил его в коридоре. Честер не остановился, заметив присутствие директора Тернера, но тот поспешно подошел, тихо выкрикивая: «Мистер Робинсон…» Честер бесстрастно заявил: «Давайте поговорим у меня в кабинете!» "Хорошо." «Элис, первая партия вина из винного погреба Салли будет представлена ​​в ближайшие два дня. По традиции, Робинсоны проведут пресс-конференцию, чтобы объявить об этом. Что вы думаете о том, чтобы запланировать это мероприятие на ближайшее время?» В кабинете Салли Виньярд дядя Грант отчитывался перед Элис Робинсон. Алиса, с собранными в пучок волосами и одетая в белый офисный костюм, выглядела гораздо более зрелой, чем обычно, когда носила грациозные девичьи наряды. «Хорошо, дядя Грант, ты займись организацией». «Хорошо, я сейчас этим займусь». "Ждать…" «Есть ещё что-нибудь, Алиса?» — дядя Грант обернулся. Элис покачала головой с улыбкой: «Я просто чувствую себя очень виноватой… Ты уже в преклонном возрасте, а мне все равно приходится тебя всем этим обременять, дядя Грант». Дядя Грант вздохнул: «С тех пор, как умер твой отец, я чувствую себя виноватым за то, что не смог помочь тебе и твоему брату в борьбе за наследство. К счастью, Честер, несмотря на свое равнодушие к винодельческому бизнесу Робинсонов, сумел сохранить это имущество… Как старый друг и бывший подчиненный твоего отца, я всю жизнь служу Робинсонам, но я старею и не всегда могу быть рядом, чтобы помочь тебе, поэтому в будущем тебе придется больше полагаться на себя!» «Не волнуйтесь, дядя Грант, я обязательно буду усердно работать… Я планирую официально взять на себя все дела винодельни Робинсона после этого года». «Но Алиса…» "Хм?" Дядя Грант выглядел несколько обеспокоенным: «Боюсь, я не смогу вам помочь до конца года…» Алиса была ошеломлена: "Почему?" Дядя Грант сказал: «Вы знаете, у меня неважное здоровье, у меня диабет. Врач несколько раз советовал мне лечь в больницу, но я отказывался. Однако в последний раз врач сказал, что если я не попаду в больницу, мое состояние может ухудшиться… Я уже решил уйти на пенсию после этого месяца, после того как Салли проведет презентацию нового продукта». Алиса удивленно встала: "Дядя Грант…" Дядя Грант махнул рукой и сказал: «Элис, я знаю, что ты хочешь сказать, но после всех этих лет работы я действительно устал, и я надеюсь, ты исполнишь это мое желание». Увидев усталое выражение на стареющем лице дяди Гранта, Алиса застряла в горле, и все слова, которые она хотела сказать. Дядя Грант с извинениями сказал: «Элис, понаблюдав за этими днями, я понял, что ваше решение возглавить бизнес Робинсонов — правильное… Вы очень талантливы в бизнесе и трудолюбивы. Я верю, что под вашим руководством бизнес Робинсонов обязательно будет процветать». Элис глубоко вздохнула: «Здоровье — самое главное, и, честно говоря, мне не стоит больше вас беспокоить, дядя Грант…» Элис кивнула и решительно сказала ему: «Будьте уверены, я буду усердно работать». Дядя Грант с любовью улыбнулся: «Даже если я больше не смогу помочь Робинсонам, я всегда буду хранить в своем сердце самые наилучшие пожелания семье Робинсонов». «Спасибо, дядя Грант… В знак признательности за ваш вклад в семью Робинсонов на протяжении многих лет, я обязательно позабочусь о том, чтобы у вас было достаточно сбережений на пенсию». "Спасибо…" «Ты этого заслужил». «Что ж, Алиса, я пойду займусь вопросами пресс-конференции…» "Мм, хорошо." После ухода дяди Гранта Элис прикусила губу и с тревогой села на стул. Она вздохнула, откинулась на спинку стула и безучастно уставилась в потолок кабинета. Звонок нарушил тишину в комнате. Подняв трубку, Алиса поднесла телефон к уху и ответила: «Здравствуйте…» «Вы закончили свою работу?» «Пока нет, мне еще нужно сегодня просмотреть несколько отчетов по винодельням». "Вы выглядите очень уставшим?" Элис тут же выпрямилась: «Всё в порядке… просто начинать работать в менеджменте всегда немного сложно». «Сталкивались ли вы с какими-либо неразрешимыми проблемами?» «На данный момент нет… Под моим руководством на винодельне пока относительно спокойно». Клод Лоуренс наконец тихонько усмехнулся. Алиса была недовольна: «Над чем ты смеешься?» "Ничего." «Ты ничего не говоришь… Я слышал, как ты смеялся». "Вы действительно хотите, чтобы я это сказал?" "Мм." «Боюсь, мои инвестиции могут оказаться неудачными». "Эй, ты не очень-то веришь в мои способности?" Клод снова рассмеялся: «Ладно, ладно, я в тебя верю… Но если когда-нибудь столкнешься с проблемой, которую не сможешь решить, обязательно скажи мне, хорошо?» "Мм." «Я приеду за тобой в шесть». Алиса взглянула на наручные часы: «Ладно, я должна закончить к шести». "Увидимся позже." "Увидимся позже." После того, как Шарлотту Юл отправили обратно в особняк Юла, было уже 8 часов вечера. Кит Энтони посмотрел на Честера Робинсона, который сидел на заднем сиденье с закрытыми глазами, не смея его беспокоить, но все же спросил: «Босс, мне отвезти вас в отель или домой?» С тех пор как он без разрешения отвёз Алису в Т-Сити и чуть не был уволен, Кит больше не смел бездумно гадать о мыслях своего босса. Он думал, что у босса есть чувства к мисс Элис, но никак не ожидал, что причинит ей такую ​​боль. С тех пор он не осмеливался действовать самостоятельно. «Дома», — небрежно ответил Честер, не открывая глаз. "Да." Кит развернул машину и поехал в сторону старинного особняка Робинсонов. Они прибыли в особняк Робинсонов в 9 часов вечера. Фары автомобиля осветили дорогу впереди. Внезапно, когда машина повернула к воротам особняка Робинсонов, Кит сбавил скорость. «Что случилось?» — спросил Честер. "Сэр…" — Кит замялся. Честер медленно открыл глаза, и в его глубоких, темных зрачках отразилось то, что происходило перед лобовым стеклом. ---------- Глава 1088–564: Дополнительная история: Забота, скрытая в сердце 1 Клод Лоуренс наклонился, чтобы поцеловать её… Ее тело было слегка напряжено, она не тянулась к нему, чтобы ответить, но то, что она стояла на цыпочках, доказывало, что она не отвергает его… Фары автомобиля отбрасывают лишь слабый свет… Страстные мужчина и женщина не заметили этих темных глаз в тени. Кит Энтони, наблюдая за этой сценой, был несколько поражен, но, по его мнению, после всего пережитого, этот момент не был совсем неожиданным. Затем он украдкой взглянул на выражение лица Честера Робинсона в зеркале заднего вида. Глубокие карие глаза Честера слегка потускнели. Клод Лоуренс уже повернулся, чтобы сесть в машину… Элис Робинсон стояла у обочины дороги, улыбаясь и довольная, наблюдая, как он уезжает. Машина тихо припарковалась в тени, и Кит Энтони не знал, стоит ли ему подъезжать, его сердце колотилось как барабан. После ухода Клода Лоуренса Элис наконец повернулась и вошла в виллу. Кит Энтони с нерешительностью произнес: «Босс…» "Пойдем!" "Да." Две яркие фары позади нее заставили Алису замереть на месте. Подумав, что это Клод Лоуренс, она улыбнулась и повернула голову, и увидела перед собой знакомый белый Maybach. В тот момент, когда Алиса увидела Честера, сидящего на заднем сиденье, ее сердце замерло, а тело застыло на месте. Она видела лишь его профиль, бесстрастный, но необъяснимо суровый. Лицо Алисы слегка побледнело. Он вернулся… Она думала, что слова Кейта Энтони о двух днях могут затянуться на неделю или даже дольше, но на самом деле это оказалось всего лишь три или четыре дня… Он только что вернулся? А что насчет нее и Клода Лоуренса только что произошло…? Алиса невольно крепче сжала сумку, ее тело слегка напряглось. Спустя долгое время она наконец пришла в себя, и ее бледное лицо обрело свой обычный цвет. Почему она все еще боялась? Они больше никак не были связаны… Про себя Алиса, насмехаясь, опустила голову и вошла в виллу. Алиса не ожидала, что он вернется домой раньше нее… Когда она вошла в холл виллы, Честер уже был там. Он стоял к ней спиной, излучая холодную надменность. Алиса замерла в дверном проеме, спокойно наблюдая за ним. Кит Энтони, как обычно, тепло подошел и спросил: «Мисс Элис…» Алиса слегка кивнула: «Только что сошла с самолета?» "Хм." «Я попрошу тётю ПА приготовить тебе что-нибудь поесть», — сказала Алиса. Кит Энтони покачал головой, взглянул в сторону Честера, подал знак Алисе и сказал: «Мисс Алиса, я не голоден, я пойду первым…» Элис не поняла намерений Кита и тупо кивнула. В просторном и тихом зале остались только они двое. От спины Честера исходила леденящая душу аура. Раньше, независимо от того, насколько ожесточенными были их предыдущие ссоры, она всегда проявляла инициативу, извинялась и разговаривала с ним… Но на этот раз, по какой-то причине, увидев его, она ничего не почувствовала, ощутив спокойствие, которое даже ей самой показалось немного невероятным. Она не знала, ждет ли он, когда она заговорит, но и не хотела этого. У нее пересохло и щипало в горле, и ей не хотелось говорить ему ни слова. Повернув голову, Алиса направилась к лифту на вилле, намеренно избегая винтовой лестницы дома, лишь бы не оказаться с ним на одном пути. По пути к лифту она невольно прислушивалась к движениям позади себя… Отсутствие движения было не тем, чего она ожидала, но, войдя в лифт, она повернулась к нему и посмотрела на него. В тот момент ее сердце пронзила острая боль. Его сильная и привлекательная фигура уже стояла на винтовой лестнице, он даже не обернулся и направился прямо на второй этаж. Алиса безучастно смотрела, пока его фигура не исчезла, затем, словно очнувшись, повернулась и вошла в лифт. Лифт издал характерный звонок, закрываясь, а Алиса рассеянно наблюдала за номерами этажей, поднимающихся вверх. Юный господин Робинсон, владелец винодельни Century Vineyard, и наследница Юла вместе осматривали достопримечательности в Т-Сити… Скоро появятся хорошие новости и подтверждения. Элис мысленно усмехнулась: поездка в Т-Сити, чтобы сделать операцию пациенту? Его медицинские навыки действительно впечатляли: он провел две операции за четыре дня и при этом успел сходить с попутчиком за покупками… Жизнь так часто подшучивает над тобой: когда стараешься избегать кого-то, встречаешь его повсюду. Она выходила из лифта, а он спускался по лестнице… Лицом к лицу, взгляды прикованы друг к другу. Она остановилась, и его темный, глубокий взгляд упал на нее. Ни один из них не проявил инициативу и не заговорил, но оба замолчали из-за другого. Практически одновременно зазвонили их телефоны… Она первой опустила голову и достала телефон — звонил Клод Лоуренс. Обычно, вернувшись домой, он сам звонил ей. Алиса достала телефон и нажала кнопку ответа: «Привет…» Он тоже ответил на звонок: "Шарлотта…" Услышав его нежный звонок Шарлотте Юл, Элис на мгновение замешкалась с телефоном, а затем шагнула вперед и поговорила с Клодом Лоуренсом. Они разошлись в противоположных направлениях, пройдя мимо друг друга. Алиса ответила Клоду Лоуренсу, но на самом деле не поняла, что он ей говорит; в тот момент, когда они проходили мимо друг друга, в ее голове царила пустота. Расстояние между ними неуклонно увеличивалось, до такой степени, что они едва могли слышать голоса друг друга. Элис, разговаривая с Клодом Лоуренсом, резко распахнула дверь и краем глаза заметила, как Честер направляется в кабинет. С расстояния в несколько десятков метров Алисе, казалось, все еще доносились тихие бормотания Честера Шарлотте Юл… Войдя в комнату, Алиса с силой захлопнула дверь, телефон непроизвольно выскользнул из ее рук и упал на пол. "Алиса…" Алиса поспешно подняла телефон с пола и поднесла его к уху: «Извини, я случайно уронила телефон…» "Вы слышали, что я только что сказал?" "Что? Что?" «Ты, рассеянная дурочка, я же тебе только что сказал… Я сказал, что через пару дней банкет, и я хочу, чтобы ты пошла со мной, чтобы я мог официально представить тебя миру как свою девушку». Ночью было так тихо, что за окном слышалось только стрекотание насекомых. Честер сидел на диване в кабинете, рядом с ним стоял янтарный стакан виски. На его лице не было никакого выражения, но повторяющиеся действия — брать стакан и выпивать напиток — выдавали его нынешнее состояние. В такую ​​тихую ночь он пил в одиночестве, чувствуя себя таким одиноким, словно остался единственным человеком на свете. На следующий день. «Дядя, дядя…» Рано утром он услышал голос Рэйчел у себя в ухе… Он сонно открыл глаза и увидел, как Рейчел пытается забраться на кровать. После бессонной ночи он никогда раньше не испытывал такой боли, но сегодня у него так сильно болела голова, что казалось, она вот-вот расколется… Действительно, к совету доктора Тернера следует прислушаться. Держась за ноющую голову, он сел, изо всех сил стараясь выглядеть невозмутимым, и поднял Рейчел с кровати и уложил её на кровать… «Дорогая, зачем ты здесь?» Пухленькие, очаровательные ручки Рейчел обхватили шею Честера и словно говорили: «Мама меня вырастила… но маме нужно было чем-то себя занять». «Она так рано ушла с работы?» "Да." Честер поднял Рейчел и встал с кровати. «Дядя умытся и почистят зубы, а ты подожди здесь немного». "Хорошо." Честер усадил Рейчел на край кровати и ласково погладил ее по маленькой головке. Рейчел послушно сидела на краю кровати, терпеливо ожидая Честера. Когда Честер снова вышел, он был отдохнувшим… Он поднял Рейчел с края кровати, поцеловал её и сказал: «Дядя отвезёт тебя на поиски твоей мамы». Рейчел покачала головой: «Нет, дядя… Мама сказала, что я не должна ей мешать, когда она работает, иначе она рассердится». «Ты проголодался? Дядя отведет тебя вниз на завтрак». "Голодный." "Пойдем…" В столовой Рейчел училась пользоваться столовыми приборами. Честер сидел рядом с Рейчел и, улыбаясь, наблюдал, как она неуклюже ест. Каждый раз, когда у Рейчел пачкался рот, Честер вытирал её салфеткой. "Дядя…" "Хм?" Рейчел, с набитым ртом и раздутыми щеками, невнятно спросила: «Ты можешь быть дома каждый день?» "Рэйчел хочет, чтобы дядя был дома?" «Да… Мама так занята, у неё нет времени быть с Рейчел, а Рейчел не хочет оставаться дома одна». Честер нежно погладил маленькую головку Рейчел: «Твоя мама будет занята некоторое время, но как только все дела с виноградником уладятся, у нее будет больше времени для тебя». «Но даже когда у мамы есть время, она всегда с дядей Лоуренсом…» "Твоя мама часто встречается с дядей Лоуренсом?" «Да… Дядя Лоуренс каждый день приглашает маму куда-нибудь сходить, и мама всегда красиво одевается, чтобы увидеться с ним». Честер кивнул: «Взрослые не всегда могут быть с детьми, иногда у них есть свои дела». «Но дядя и тётя ПА сказали, что мама и дядя Лоуренс поженятся в будущем. После свадьбы дядя Лоуренс будет жить с мамой каждый день, и тогда у мамы останется ещё меньше времени на Рейчел…» «Глупышка, почему ты так думаешь? Твоя мама всегда будет любить тебя больше всех». "Правда? Даже если у мамы и дяди Лоуренса в будущем родится ребенок, она все равно будет любить меня больше всех?" Честер на секунду замолчал: «Конечно, твоя мама всегда будет любить тебя больше всех». "Рэйчел…" Послышался звонок от тети П.А. Рейчел быстро подняла голову: «Тетя П.А., я здесь…» Тетя П.А. вбежала в столовую и, увидев Рейчел, вздохнула с облегчением: «Рейчел, ты напугала тетю П.А. Твоя мама попросила меня привести тебя на завтрак, но ты исчезла в мгновение ока. Тетя П.А. искала тебя повсюду…» Рейчел извинилась: «Прости, тётя П.А., я пошла искать дядю». Затем тётя П.А. заметила Честера, сидящего рядом с Рейчел, и тут же почтительно кивнула: «Мистер Робинсон». Честер, как обычно, сохранял безразличие: «Где Алиса?» Тетя П.А. честно ответила: «Мисс в кабинете, она сказала, что будет занята все утро, и велела мне не беспокоить ее». Лицо Честера помрачнело: «Чем она занята, что у нее даже нет времени позавтракать с дочерью?» Тётя ПА не осмелилась высказаться. ---------- Глава 1089-565: Дополнительно: Существует особый вид заботы, который хранится только в сердце 2 С приближением полудня Элис Робинсон спустилась со второго этажа… "Рэйчел, Рэйчел…" Служанка, увидев Алису, ищущую свою дочь, бросилась вперед: «Мисс, тетя П.А. отвела мисс поиграть в сад…» Услышав это, Алиса вздохнула с облегчением: «Когда тётя ПА вернётся, скажи ей, что я поведу Рейчел на обед». «Хорошо, мисс». Алиса обернулась, намереваясь уйти, когда до ее ушей донесся довольно недружелюбный, безразличный голос: «Неужели вы так заняты, что не уделили ребенку ни минуты с самого утра?» Когда Алиса спускалась вниз, она заметила Честера Робинсона, сидящего на диване и читающего финансовую газету… Она думала, что они оба проигнорируют друг друга, но никак не ожидала, что он заговорит с ней. Она больше не будет пытаться ему угодить, но и намеренно не станет наживать ему врагов. Однако он всегда говорил так резко. Ей следовало бы резко ответить ему, но по какой-то причине у нее не возникло желания спорить с ним, и она чувствовала себя спокойно, словно ее сердце никогда и не было потревожено. Обернувшись и посмотрев на него, она спокойно и невозмутимо сказала: «Нам с Рейчел не нужно ваше беспокойство. Она моя дочь; я от природы знаю, как о ней позаботиться». Она никогда прежде не разговаривала с ним так спокойно, словно ей было все равно. «Это самый лучший вариант». Алиса повернулась, чтобы уйти. "Ждать." Честер внезапно окликнул её. Алиса остановилась. Честер спросил: «Тебя в последнее время что-нибудь беспокоит? Ты так занят?» Он проявлял к ней заботу или смеялся над ней? Отвернувшись от него, Алиса безэмоционально ответила: «У меня нет никаких проблем, я в порядке». «Я твой брат… Если у тебя возникнут какие-нибудь проблемы, ты можешь поговорить со мной». Его мягкость казалась искренней заботой о ней. Но она больше не была той глупой женщиной, которая не возражала бы после пощечины и угощения конфетой. Она научилась защищать себя. «Дворяне всегда заняты, поэтому я не буду вас беспокоить… Если возникнут проблемы, Клод мне поможет». Своими словами и поступками она уже тогда считала Клода Лоуренса самым близким и надежным человеком. Честер больше ничего не ответил Алисе; казалось, он был равнодушен к ее словам, но никто не заметил легкой напряженности на его красивом лице. Алиса направилась ко второму этажу. Честер уже отложил финансовый журнал, его губы были сжаты в холодную линию. В полдень. «Почему ты не взял с собой Рэйчел?» В ресторане Клод Лоуренс, вежливо отодвигая стул для Алисы, спросил: «Алисе?» Алиса села и сказала: «Мой брат вернулся, и она настаивает на том, чтобы остаться с ним, поэтому мне пришлось оставить ее дома». Клод налил Алисе бокал красного вина, осторожно покрутив его, чтобы вино «подышалось», и сказал: «Кажется, у Рейчел особые чувства к твоему брату». «Э-э… ну, он же её дядя!» — Алиса сменила тему. — «Извини, Клод, я, наверное, смогу составить тебе компанию только ненадолго сегодня днем…» "Что случилось?" «Мне нужно будет позже съездить в винодельческое поместье». "Так сильно торопишься?" «Да, в последнее время в поместье происходит много всего…» Алиса отпила глоток красного вина, нахмурив брови от беспокойства. Клод Лоуренс взял Алису за руку: «Что случилось? Тебе нужна моя помощь?» Алиса покачала головой: «Вы ничем не сможете мне помочь…» «Скажите мне, я хочу услышать». «Я должен был вам сказать, что в последние несколько месяцев мне удавалось поддерживать нормальную работу винодельческого хозяйства благодаря помощи нескольких хороших друзей моего отца, семьи Робинсонов… Но недавно дядя Герберт и дядя Харви подали заявления об увольнении, а вчера дядя Грант сказал, что хочет уйти в отставку в следующем месяце…» Клод Лоуренс прищурился: «Что-то не так?» Алиса покачала головой: «Не знаю… Но все они ссылаются на проблемы со здоровьем как на причину своего увольнения, так что я не могу отказать». «Они важны для Робинсонов?» «Конечно, они важны… Если бы они могли продолжать помогать еще год, я бы точно справился со всем в доме Робинсонов. Но теперь они все уезжают одновременно, и огромный дом Робинсонов внезапно оказывается в моих руках. Боюсь, я не справлюсь…» «Тогда пусть они вернутся». «Боюсь, они приняли окончательное решение, потому что перед отставкой все они попросили вернуть им их доли в винодельческом хозяйстве Робинсонов… Хотя их доли невелики, их отказ свидетельствует о том, что они больше не хотят иметь никаких связей с Робинсонами». «Это то, что вас в последнее время беспокоит?» Элис выдернула руку из хватки Клода Лоуренса, чувствуя тревогу и подперев подбородок рукой: «Да… я звонила им обоим сегодня утром, но их позиция была твердой, и они не желают оставаться в компании Робинсонов еще несколько месяцев». ---------- Глава 1090 - 565: Дополнительно: Забота, хранящаяся в сердце (2-2) «Тебе следовало рассказать мне об этом раньше…» «Я не хочу говорить с вами о таких пустяках, как кадровые изменения в семье Робинсонов… В любом случае, не беспокойтесь об этом, я сам со всем разберусь. Я не хочу во всем полагаться на вас». «Вы уверены, что вам не нужна моя помощь?» Элис нежно обняла лицо Клода Лоуренса: «Я уверена… Дорогой, ты можешь постоять рядом и позволить мне справиться с кризисом самостоятельно, хотя бы раз?» Клод Лоуренс наклонился и украдкой поцеловал Элис в щеку: «Хорошо… Я дам тебе неделю». "Вздох…" Алиса откинулась на спинку стула, на ее лице читалась тревога. Когда вошла тетя П.А., она увидела, что Алиса вздыхает, поставила кофе на стол и с беспокойством спросила: «Мисс, что случилось?» Элис выпрямилась, отпила кофе и обеспокоенно сказала: «Все по-прежнему из-за дяди Гранта и остальных». Тетя П.А. была озадачена: «Мисс, разве вы не сказали генералу Лоуренсу?» Алиса поставила чашку кофе в руке и покачала головой: «Я не просила его о помощи». Тётя ПА удивилась: "Почему?" Элис сказала: «Тетя П.А., я не могу во всем полагаться на Клода». «Мисс, генерал Лоуренс — ваш парень, поэтому вполне естественно обращаться к нему за помощью, когда у вас возникает проблема…» Алиса ничего не ответила, просто тихо откинулась на спинку стула. Тетя П.А. слегка нахмурилась: «Мисс, у вас есть еще какие-нибудь заботы?» Алиса покачала головой: «Я просто думаю, как решить текущую проблему». «Попросите помощи у генерала Лоуренса… Мисс, вам не нужно изнурять себя. Если вы в будущем выйдете замуж за генерала Лоуренса, семейные дела обязательно будут ему доверены». «Тётя ПА, я немного устала, пожалуйста, спуститесь вниз… Я хочу немного отдохнуть здесь». «Хорошо… Мисс, если действительно нет другого выхода, тогда спросите генерала Лоуренса!» "Я знаю." "Тогда я пойду проведаю Рейчел…" "Хм." После ухода тети ПА Алиса закрыла глаза, откинулась на спинку стула и безучастно уставилась в потолок. Почему ей не нужна помощь Клода Лоуренса? На самом деле, даже она сама не знает… Она знает лишь одно: она не хочет быть слишком обязанной Клоду Лоуренсу; она не хочет зависеть от него во всем… Премьер-министр. Честер Робинсон только что вернулся с улицы. «Кит Энтони, ты едешь в Нью-Йорк в ближайшие два дня. Сделай то, что сможешь, а то, что не сможешь, отправь мне по факсу». «Босс, вы же не собираетесь в Нью-Йорк?» — неуверенно спросил Кит Энтони. «Я немного устала, хочу еще немного пожить в Париже». «Хорошо, босс». «Кстати, пусть завтра со мной встретится адвокат Андерсон…» "Понятно." «Если больше ничего нет, можете уходить…» "Да." Когда Кит Энтони повернулся, чтобы уйти, он внезапно замер: «Босс…» Честер Робинсон остановился как вкопанный и проследил за взглядом Кейта Энтони, заметив слегка приоткрытую дверь кабинета в левом коридоре. Это исследование было проведено Дэвидом Робинсоном при его жизни, и Элис использует его с тех пор. Сквозь щель в приоткрытой двери отчетливо виднелась Алиса, подперевшая голову столом и выглядевшая очень уставшей. Алиса, всегда любившая красоту, теперь выглядела так, будто не спала несколько дней и ночей; у нее были заметны не только темные круги под глазами, но и цвет лица стал гораздо более изможденным. Честер спросил: «У нее в последнее время были какие-нибудь тревожные проблемы?» Она поздно ложилась спать и почти не проводила время с Рейчел по ночам. Кит Энтони склонил голову: «Э-э, похоже, мисс Элис недавно столкнулась с некоторыми неприятными событиями…» Честер что-то пробормотал. Кит Энтони продолжил: «Я слышал от тети П.А., что старейшины семьи Робинсон, такие как Эрик Грант и Адамс Герберт, уходят из дома Элис под предлогом проблем со здоровьем в течение последних одного-двух месяцев… Все дела, которыми изначально занимались эти старейшины, внезапно перешли к мисс Элис, и она боится, что не сможет с ними справиться, в последнее время она чувствует себя очень напряженной и тревожной…» В кабинете, освещенном лишь тусклым желтым светом, Алиса выглядела очень измученной. Она потирала лоб, словно пытаясь хоть как-то взбодриться. В ее руках была стопка тяжелых документов, предположительно, управленческие отчеты, переданные Адамсом Гербертом и остальными после их отставки. Вероятно, в тот момент она не могла придумать ничего лучше и решила запомнить все эти отчеты, планируя взять на себя задачи, которые ранее принадлежали этим бывшим старейшинам. Однако старшие сотрудники компании Grant and Lewis, которые десятилетиями служили семье Робинсонов, унесли с собой свои связи и опыт, которые Элис просто не смогла компенсировать за один-два месяца, особенно учитывая, что она совсем недавно возглавила семейный бизнес Робинсонов. Брови красивого Честера слегка нахмурились: «Почему ты не сказал мне раньше?» Кит Энтони смущенно ответил: «Босс, разве не вы мне говорили больше не упоминать вам о делах мисс Элис?» "Ты…" Кит Энтони невинно опустил голову. Честер, сохраняя невозмутимое выражение лица, продолжил свой путь к своей комнате. Рано следующим утром Алиса вышла из кабинета, зевая. Она не спала всю ночь, едва могла открыть глаза, но не могла вздремнуть, потому что утром ей нужно было идти на виноградник. Выйдя из кабинета, Алиса была ошеломлена, и ее взгляд не фокусировался; повернувшись, чтобы вернуться в свою комнату, она случайно столкнулась с кем-то в коридоре. Сегодня кто-то был одет в костюм, судя по всему, направляясь по деловым вопросам. Не ожидая, что она случайно толкнёт его в объятия, он инстинктивно поддержал её. Его широкая грудь вызвала у Алисы приступ боли; как раз когда она собиралась пожаловаться, его запах, упругость груди и приятный аромат его тела заставили ее на мгновение замереть. Честер уже заметил, что Алиса не выспалась прошлой ночью; он помог ей прийти в себя и слегка нахмурил брови. Сознание Алисы мгновенно прояснилось, она почувствовала его руку на спине и осторожно высвободилась. Честер почувствовал отстраненность Алисы, был несколько тронут, но выражение его лица ничуть не изменилось. ---------- Глава 1091-566: Дополнительная история – Забота, хранящаяся глубоко в сердце 3 Элис Робинсон даже не хотела поднимать глаза, чтобы посмотреть на него, она просто тихо сказала: «Спасибо». Затем она наклонилась, чтобы поднять документы, разбросанные по полу после того, как она столкнулась с ним. Честер Робинсон молчал, просто молча наблюдая за ней. Ее настороженность ясно давала понять, что она отчаянно хотела отдалиться от него. С холодным и невозмутимым видом Честер двинул ногами и ушел. Собрав все документы, Алиса слегка побледнела. Она не сразу вернулась в свою комнату, а несколько секунд стояла неподвижно. Краем глаза она заметила его элегантную фигуру, спускающуюся по лестнице, и его безразличие, казалось, охлаждало воздух вокруг них, из-за чего температура в коридоре упала на несколько градусов. По сравнению с тем, как он относился к ней, словно она была невидимкой при каждой встрече, ее слова благодарности, хоть и звучали равнодушно, уже были весьма вежливыми. Возможно, между ними подобные формальности были совершенно не нужны… Он не смотрел ей в глаза, и ей не нужно было льстить тому, кто был к ней холоден. В традиционно элегантном и изысканном отдельном зале официант заваривал чай, а Честер, держа в руках чашку, спокойно наслаждался ароматом чая. Напротив Честера сидели трое старейшин — Эрик Грант, Адамс Герберт и Гэвин Харви, все они тепло улыбались. «Дядя Грант, приятного чаепития!» Насладившись ароматом чая, Честер обратился к старейшинам. Эрик Грант отпил глоток из своей чашки и сказал: «Честер, мы давно тебя не видели. Мы не ожидали, что ты пригласишь нас на чай сразу после возвращения в деревню…» «Дядя Грант, все вы когда-то с огромным рвением помогали моему отцу. Теперь, когда моего отца нет с нами, для меня будет правильным сохранить дружбу, которую вы завязали с предыдущим поколением…» Услышав слова Честера, Эрик Грант догадался о цели его сегодняшнего приглашения. Он вздохнул, поставил чашку и сказал: «Честер, мы, наверное, можем догадаться, почему ты пригласил нас сегодня на чай. Но нам очень жаль, Честер, что даже если ты лично придешь и попытаешься нас уговорить, боимся, мы не сможем выполнить твою просьбу!» Честер слабо улыбнулся и не стал перебивать Эрика Гранта. Адамс Герберт тут же ответил: «Честер, ты же знаешь, что мы служили семье Робинсонов десятилетиями. Мы действительно устали и просто хотим пораньше уйти на пенсию…» Гэвин Харви добавил: «Следует признать, что за последние пару лет наше здоровье значительно ухудшилось…». «По состоянию здоровья? Или потому, что вы, дядя Харви, зарегистрировали новый винный бренд и планируете начать собственное дело?» — Кит Энтони со строгим выражением лица попал в точку, раскрыв правду. Гэвин Харви и остальные на мгновение опешились. "Что… что… Помощник Тан, не выдумывайте факты…" Бессвязный ответ Адамса Герберта выдал их вину. Эрик Грант изо всех сил старался сохранять спокойствие: «Ассистент Танг, мы разговариваем с Честером, вам не следует вмешиваться!» Кит Энтони стиснул зубы: «Вы все…» Честер махнул рукой, давая Киту знак отступить. Дядя Грант сердито посмотрел на Кейта и сказал: «Честер, тебе действительно следует держать своего телохранителя под контролем… Кажется, ему не хватает чувства приличия и манер». Честер улыбнулся: «Дядя Грант прав, действительно, проявлять неуважение к старшим неуместно. Я обязательно дам своему телохранителю соответствующие указания… Однако, что вы думаете о словах Кейта Энтони?» Эрик Грант, рассердившись, ответил: «Какое мнение? Честер, не поддавайся слухам о том, что мы пытаемся открыть независимый бизнес где-нибудь в другом месте. Мы действительно отходим от дел из-за проблем со здоровьем…» Честер слегка прищурился: «Неужели?» «Конечно… Мы служили семье Робинсонов десятилетиями. Как мы могли предать семью Робинсонов?» Честер тихо рассмеялся и бросил документы, переданные Китом, на стол перед Эриком Грантом. После прочтения документов Эрик Грант и остальные побледнели. Выяснилось, что документы, переданные им Честером, содержали информацию о регистрации ими винодельческой компании в торговом бюро… Адамс Герберт, разгневанный, воскликнул: «Честер, как ты смеешь нас расследовать?» Честер, сохраняя спокойствие и забавляясь, отпил чаю: «Я просто хотел понять, почему ты вдруг поставил Алису в такое положение, каковы были твои намерения?» «Каковы намерения?» — прямо заявил Гэвин Харви, человек прямолинейный. — «Честер, у меня нет такого терпения, как у Эрика Гранта, поэтому скажу прямо… После смерти твоего отца дела у Робинсонов пошли на спад. Ты полностью сосредоточен на врачебной карьере, а Элис проводит время, размышляя о романтике. Огромное имение Робинсонов приходит в упадок, и мы, которые десятилетиями следовали за твоим отцом, не можем смириться с тем, что у руля стоит молодая девушка. Вот почему мы больше не хотим служить Робинсонам…» ---------- Глава 1092-566: Дополнительная история: Забота, скрытая в сердце (Часть 3_2) «Раньше вы все утверждали, что поддерживаете мисс Элис, а теперь говорите, что не выносите того, как мисс Элис вами командует. Думаю, вы давно собирались предать Робинсонов, но боялись обидеть мисс Элис и отказывались от акций, которые она от вас требовала. Теперь, когда вы получили акции от мисс Элис, ваше мятежное сердце наконец-то проявилось…» — усмехнулся Кит Энтони. «Даже если это так, что из этого?» — наконец показал свое истинное лицо Эрик Грант. — «Да, мы действительно намерены основать собственное предприятие… После смерти Дэвида Робинсона мы уже довольно давно помогаем Алисе, и это уже достаточная благодарность семье Робинсонов». «Вы вообще можете говорить о „доброте“? Вы знаете, что мисс Элис только что приняла управление поместьем Робинсонов и не знакома с винодельней, и все же вы бросаете ее вот так… Ваши действия явно направлены на то, чтобы довести мисс Элис до отчаяния, что в конечном итоге приведет винодельню Робинсонов к упадку…» Гэвин Харви рассмеялся: «А если это правда? В деловом мире обман и хитрость — обычное дело. Наши козни против Алисы послужат ей уроком…» Честер Робинсон откинулся на спинку стула, лениво наблюдая за Эриком Грантом и остальными, слегка приоткрыв тонкие губы: «Боюсь, я не позволю себе такого урока». Адамс Герберт презрительно взглянул на Честера Робинсона: «Честер… Мне весьма любопытно, что дает вам право так говорить с нами, старейшинами? Вы всего лишь мелкий врач, никчемный единственный сын в семье Робинсонов. Даже если мы уйдем и заберем все связи и опыт винодельни, что вы можете нам сделать? Раньше я заботился о Дэвиде, не желая лезть вам, братьям и сестрам. Теперь, похоже, нам не нужно оказывать Дэвиду никаких поблажек». «Да, Честер, мы не можем допить этот чай сегодня… Вы, братья и сестры, берегите себя!» Эрик Грант и двое других встали с холодными выражениями лиц. Честер Робинсон откинулся на спинку стула и посмотрел на них с легкой улыбкой. Эрик Грант и остальные подошли к двери, но внезапно обнаружили, что им преграждает путь шеренга мужчин в черных костюмах. Эрик Грант и остальные повернулись к Честеру Робинсону: «Честер, что это значит?» Честер Робинсон поднял чашку с чаем и тихо произнес: «Я просто хочу приятно пообщаться с вами, господа». Эрик Грант усмехнулся: «Честер, ты думаешь, сможешь угрожать нам всего лишь несколькими телохранителями? Тебе не хватает хитрости, чтобы противостоять нам, опытным тактикам…» Честер Робинсон, даже не взглянув на Эрика Гранта, вдохнул аромат чая: «Неужели?» Эрик Грант тут же захлопал в ладоши. В этот момент телохранители, которые должны были окружить Эрика Гранта, внезапно исчезли… Эрик Грант и остальные обменялись недоуменными взглядами. В следующее мгновение телохранители, преграждавшие путь Эрику Гранту и остальным, отошли в сторону, и еще несколько человек в черных костюмах потащили перед глазами Эрика Гранта шестерых или семерых раненых и истекающих кровью мужчин, стонущих от боли… Увидев, что все его телохранители расстреляны, Эрик Грант побледнел… Адамс Герберт дрожал всем телом: "Это… это…" Гэвин Харви испуганно посмотрел на Честера Робинсона: «Ты… ты… смеешь убивать людей?» Честер Робинсон откинулся на спинку кресла, его взгляд был расслабленным и спокойным: «Мои телохранители умеют попадать пулями в самые болезненные места, не причиняя вреда жизни. А самое главное, они умеют заставить некоторых пожалеть о своей смерти». Эрик Грант с изумлением и недоверием уставился на Честера Робинсона… Честер Робинсон продолжал слабо улыбаться, а его темные глаза заставляли дрожать ноги троих старейшин. В этот момент Честер Робинсон застегнул костюм, встал и сказал: «Подумайте хорошенько, и, надеюсь, вы дадите мне удовлетворительный ответ…» Трое старейшин проводили Честера Робинсона взглядом, не смея произнести ни слова. Только когда Честер Робинсон ушел, Гэвин Харви тихо спросил Эрика Гранта: «Тот, кого мы только что видели, действительно… был Честером Робинсоном?» «Боже, его взгляд был ужасающим…» Офис винодельни Салли. Элис Робинсон переживала различные трудности, когда внезапно раздался внутренний телефонный звонок. Элис Робинсон раздраженно отложила документы в руке и взяла трубку: «Здравствуйте…» «Это мисс Робинсон?» "Да, это я… Вы что-нибудь нашли?" Другая сторона ответила: «Да, мисс Робинсон. Оказывается, у Эрика Гранта и других действительно есть скрытые мотивы. Они тайно зарегистрировали винодельческую компанию, когда вы приняли поместье Робинсонов. Их предварительная лесть была направлена ​​на то, чтобы обеспечить себе долю в Робинсонах». «Черт возьми, Робинсоны никогда не были к ним грубы». Элис Робинсон в раздражении откинулась назад, явно разочарованная. «Мисс Робинсон, кроме того… я сегодня следил за ними и случайно узнал, что ваш брат, доктор Робинсон, встречался с ними сегодня днем ​​в элитном китайском клубе. Поскольку для входа в это место требуется членство в престижном клубе, я не знаю, о чем говорил с ними доктор Робинсон, но они болтали и смеялись, когда входили. Меня беспокоит, что это может быть связано с причиной вашего расследования их отчуждения от Робинсонов…» «Мистер Робинсон, вы не хотите пересмотреть свое решение? Возможно, вам не придется принимать его так скоро…» «В этом нет необходимости, адвокат Андерсон, действуйте так, как я вам указал!» "Хорошо…" В кабинете Честер Робинсон только что закончил разговор с адвокатом Андерсоном, когда с улицы вошла Элис. Увидев Элис, Честер Робинсон махнул рукой, давая понять адвокату Андерсону, чтобы тот ушёл. Адвокат Андерсон вежливо кивнул Алисе и ушел. Честер Робинсон сидел за своим столом, слегка приподняв брови: «Что случилось?» Элис Робинсон холодно посмотрела на Честера Робинсона. Честер Робинсон сохранял спокойствие и самообладание, безмятежно наблюдая за ней. Элис Робинсон повернулась и закрыла дверь кабинета, после чего холодно и отстраненно обратилась к нему: «Зачем вы это делаете?» "Что ты делаешь?" Взгляд Элис Робинсон был пронзительным, как лед: «Вам доставляет особое удовольствие видеть меня в таком затруднительном положении?» Прежде спокойное лицо Честера Робинсона помрачнело в ответ на вопросы Элис. Элис Робинсон ледяным взглядом посмотрела на Честера Робинсона: «Я знаю таких, как ты, которые идут на любые средства ради достижения своих целей… Ты устроил мне этот кризис, чтобы доказать свои способности, показать мне последствия перехода тебе дорогу… Но, Честер Робинсон, позволь мне сказать тебе, ты ошибаешься. Даже если ты сегодня уволишь всех сотрудников Робинсона, я не сломаюсь и не буду молить о твоей милости. Ты действительно не прав, я, Элис Робинсон, не перевернусь с ног на голову только потому, что на меня обрушилась огромная волна!» Честер Робинсон встал, его глубокие темные глаза слегка прищурились, тон его был несколько недовольным: «Что вы хотите сказать?» ---------- Глава 1093-567: Особое дополнение – Забота, хранящаяся в сердце 4 Элис Робинсон холодно подошла к Честеру Робинсону, подняла на него взгляд и усмехнулась: «Ты что, не понимаешь, о чём я говорю?» Мягкое выражение лица Честера Робинсона постепенно стало напряженным. Элис фыркнула и сказала: «Ты думаешь, что, убрав дядю Гранта и остальных, ты сможешь заставить меня подчиниться и потом молить тебя о пощаде? Честер, ты меня сильно недооцениваешь». Выражение лица Честера уже стало ледяным: «Если нет доказательств, не кричи здесь». Таким образом, Честер намеревался обойти Алису и покинуть кабинет. Неожиданно Алиса протянула руку, чтобы преградить путь Честеру, и, стиснув зубы, сказала: «Мне все еще нужно излагать доказательства? Ты же знаешь, в глубине души… Чего я не понимаю, так это почему ты так со мной обращаешься?» Честер замер на месте и равнодушно посмотрел на Алису. Голос Алисы дрожал: «Что касается прошлого, я сказала, чтобы мы относились ко всему так, будто ничего не произошло, давайте теперь пойдем каждый своим путем… Я думала, между нами будет взаимопонимание, ведь мы когда-то были братом и сестрой… Но зачем ты причиняешь боль Робинсонам? Если ты меня ненавидишь, почему ты помогал мне бороться за имущество Робинсонов тогда? Ты мог бы просто наблюдать, как у меня ничего не остается. Раз уж ты однажды проявил милосердие, почему теперь пытаешься меня подставить? Ты просто хочешь доказать мне, что я всего лишь муравей, которого можно раздавить по своему желанию?» Обвинения Элис пронзили сердце Честера, словно кинжалы. Он никак не ожидал, что однажды она заговорит с ним вот так. Горло Честера слегка шевельнулось, словно он что-то подавлял, его утонченные черты лица стали ледяными, морщины – резкими. Алиса не испугалась нынешней холодности Честера и сердито сказала: «Отбрось свою надменность. Даже если ты оставишь меня ни с чем, я не склонюсь перед тобой». Алиса холодно смотрела на Честера, выпрямившись и держась прямо. После долгого молчания Честер посмотрел на ее сердитое, бледное лицо и спокойно спросил: «Договорились?» Словно нож пронзил сердце, боль распространилась по всему телу. Да… Она до сих пор чувствует себя ужасно, потому что когда-то ей было очень не всё равно. Она всегда надеялась, что даже если они не смогут стать любовниками, они смогут остаться друзьями. Если не друзьями, то просто родственниками. Если даже не просто родственниками, то совершенно незнакомыми людьми… Но он этого не хотел… Ему не нравилось видеть, что у неё всё хорошо; он её так ненавидел, желая, чтобы она каждый день жила в мучениях. Она не знала, что его так обидело… Если бы это произошло из-за того, что она родила Рейчел против его воли, он мог бы ей об этом прямо сказать… Она не была неразумным человеком, она бы не стала использовать Рэйчел, чтобы угрожать ему… Почему он не может смириться с её счастьем? Почему он причиняет ей такую ​​боль? Боль сделала Алису еще сильнее… Она не позволила слабым слезам навернуться на глаза, бросила на Честера гневный взгляд и холодно сказала: «Помни, я больше не позволю тебе издеваться надо мной, и я никогда не потеряю свою волю». Честер остался на месте, наблюдая, как она сердито повернулась, с силой распахнула дверь кабинета и вышла, не оглядываясь. Когда Кит Энтони пришел найти Честера, он случайно увидел, как Алиса выходит из кабинета Честера; ее глаза были покрасневшие, слегка блестящие от слез. Кит был ошеломлен в течение нескольких секунд, прежде чем войти в кабинет. Увидев, как босс ударил кулаком по офисному столу, Кит на долгое время замер в оцепенении. Он знал, что, наблюдая за Честером столько лет, ни разу не видел, чтобы тот злился, потому что ничто никогда не вызывало у его босса никаких эмоций. Его начальник всегда разрабатывал стратегии и уверенно решал вопросы, поэтому ничто в этом мире не могло его расстроить или разозлить… Впервые он видел своего начальника таким злым. Кит молча стоял за дверью, не смея издать ни звука. Честер холодно вышел из кабинета. На следующий день после ссоры Элис с Честером Грант, Льюис и Харви позвонили Элис по отдельности, сказав, что их не покидают опасения за нее, и они решили продолжать поддерживать ее в управлении бизнесом Робинсонов. Для Алисы это должна была быть отличная новость, но она не могла радоваться, услышав её, потому что внезапное возвращение старейшин точно доказывало, что зачинщиком был именно Честер. Именно её непокорность перед ним заставила Гранта, Льюиса и Харви вернуться… В конце концов, он не выполнил свое решение решительно. Однако ему не следует думать, что это решит все проблемы. Она не будет притворяться, что ничего не произошло, и навсегда запомнит его жестокость. Днём Алиса играла с Рейчел в саду, когда ей позвонил Клод Лоуренс. После вчерашней ссоры с Честером она не сомкнула глаз всю ночь, не понимая почему, и просто хотела спокойно побыть в своей комнате. Поэтому она прервала разговор с Клодом Лоуренсом, сказав, что плохо себя чувствует и хочет пораннее отдохнуть. "Привет…" "Чувствуешь себя лучше?" "Мм, теперь со мной все в порядке…" «В последнее время вы плохо себя чувствуете, может, я сопроводу вас в больницу?» «Я не пойду; это всего лишь небольшая простуда, и к тому же, сегодня мне уже намного лучше». «Алиса, не заставляй меня волноваться». «Клод, я не ребёнок. Я умею о себе позаботиться. Не волнуйся обо мне, хорошо?» "Ты…" "Хорошо…" "Я хочу тебя увидеть." "Сейчас?" "Да." Алиса взглянула на Рейчел, которая сажала цветы маленькой лопаткой, и сказала: «Ни за что… Я хочу остаться дома с Рейчел». «Я не успокоюсь, пока не увижу тебя». «Ну же… У тебя сегодня вечеринка, и ты хотела, чтобы я пошла с тобой, верно? К тому времени ты наверняка увидишь меня, такую ​​жизнерадостную и прекрасную», — сказала Алиса с улыбкой. Клод Лоуренс тихонько усмехнулся. «Алиса…» — внезапно глубоко воскликнул Клод. "Хм?" «Мне очень нравится слышать твой смех…» Ее смех был мелодичен, как серебряные колокольчики. Элис Робинсон немного смутилась: «Ты всегда говоришь такие сентиментальные вещи…» «Каждое слово, которое я тебе говорю, идет от всего сердца…» "Я знаю…" «Представление о твоей улыбке успокаивает меня». Слова Клода ощущались как теплый поток, проникающий в самые опустошенные уголки сердца Алисы. Она посмотрела вдаль, крепко сжимая телефон, голос ее был слегка хриплым: «Как было бы замечательно, если бы я встретила тебя раньше». Семь часов вечера. Алиса переоделась в платье, которое ей прислал Клод Лоуренс. Это было белое платье с открытыми плечами, ниспадающее до пола, простое, но элегантное и красивое. У Алисы была великолепная фигура, и это платье мгновенно возвысило ее до уровня богини. Прическа, нежный макияж, красивые светлые плечи, соблазнительные ключицы… ее красота была захватывающей. Служанка, поправляя подол платья Алисы, восхищенно сказала: «Мисс, у генерала Лоуренса действительно есть вкус… Платье, которое он выбрал, сидит на вас так, словно сшито на заказ, оно просто великолепно». Элис никогда особо не любила белый цвет, но на ней он определенно выглядел потрясающе, чем любой другой. Главное, что Клоду Лоуренсу тоже нравилось видеть её в белом. «Хорошо, не могли бы вы помочь мне проверить, нужно ли еще что-нибудь отрегулировать…» Горничная сообщила Алисе, что машина Клода Лоуренса уже припаркована перед воротами виллы. Алиса, опираясь на горничную, приподняла юбку и медленно спустилась по лестнице. Тетя П.А. держала Рейчел на руках в коридоре, и, увидев Алису, Рейчел радостно захлопала в ладоши: ​​«Мамочка, ты сегодня такая красивая…» Алиса подошла к дочери, поцеловала её нежное личико и сказала: «Малышка… будь хорошей девочкой и слушай тётю ПА дома, хорошо? Мама постарается вернуться пораньше…» Рейчел послушно кивнула. Алиса должна была повернуться и уйти, но по какой-то причине она замешкалась перед тетей ПА. Тетя П.А. чутко заметила выражение лица Алисы и спросила: «Мисс, что случилось?» "Э-э… я вот хотел спросить… мой брат уехал?" После вчерашней ссоры она больше его не видела. Когда он был дома, он обычно находился в кабинете, но сегодня она не видела его там весь день. Тётя П.А. сказала: «Я тоже сегодня не видела мистера Робинсона, он, возможно, вернулся в Т-Сити!» "Ой." «Что случилось, мисс? Вам нужен мистер Робинсон?» «Нет, просто спрашиваю между делом». «Мамочка, дядя еще не уехал…» — вдруг подала Рейчел своим детским голосом. Алиса удивилась: «Откуда ты знаешь?» Рейчел невинно ответила: «Потому что дядя мне сказал, что сообщит, когда уедет». Алиса надула губы, как ребенок: «С каких это пор ты так сблизилась со своим дядей?» Рейчел невинно спросила: «Мама, тебе это не нравится?» Алиса, "…" Клод Лоуренс лично вышел из машины, чтобы встретиться с Элис. Алиса улыбнулась: «Клод…» Клод обхватил Алису своей большой рукой: «Что тебя так задержало?» «Мне же нужно было нарядиться, правда?» Клод наклонился и нежно поцеловал ее: «Ты и так прекрасна, даже не наряжаясь». Алиса покраснела и легонько подтолкнула его: «Садись в машину!» Клод тут же подхватил её на руки и посадил в машину. Алиса была поражена; она никак не ожидала, что он возьмет ее на руки… Она обнаружила, что совершенно к этому не привыкла, ее тело тут же напряглось. Клод последовал за ней в машину, притянул к себе и тихо спросил: «Что случилось? Почему ты такая скованная?» "Н-нет, я просто немного нервничаю." Клод взял Алису за руку: «Чего ты боишься?» «Мне кажется, я никогда раньше не присутствовал с вами на таком торжественном мероприятии». Клод усмехнулся: «Глупышка, чего тут бояться?» Алиса застенчиво улыбнулась. Клод крепко обнял Алису: «Я с нетерпением жду возможности взять тебя с собой на такие мероприятия, потому что хочу, чтобы весь мир знал, что ты моя женщина». Алиса прислонилась к плечу Клода, и, как ни странно, ее сердце забилось немного беспокойно. Клод крепко держал руку Алисы, нежно целуя тыльную сторону ее ладони: «Я не позволю тебе думать ни о чем другом сегодня вечером, ты должна думать только обо мне». ---------- Глава 1094-568: Дополнительная история: Забота, хранящаяся только в сердце 5 Казалось, у него был природный талант разгадывать загадки человеческих сердец… Элис Робинсон на мгновение заколебалась, закрыла глаза и кивнула. На банкете звенели бокалы, обменивались напитками… Элис Робинсон в сопровождении Клода Лоуренса появилась на публике. Репортеры снаружи уже вовсю фотографировали; теперь, когда все гости обратили на нее внимание, Элис почувствовала некоторое волнение и крепко сжала руку Клода Лоуренса. Клод Лоуренс всегда был скромным человеком, но многие его узнавали. Многие подходили, чтобы польстить ему, и Клод, в редком для него хорошем настроении, отвечал им взаимностью, щедро представляя Элис Робинсон. Звуки благословений непрерывно эхом отдавались в ушах Алисы; она не снимала улыбку и следовала за Клодом Лоуренсом, как послушная птица. После обхода у Алисы болели ноги. Клод Лоуренс уже это заметил, поэтому он обменялся краткими вежливыми замечаниями с друзьями, прежде чем отвести Алису в незаметное место в банкетном зале. Алиса тут же нашла место и села, выдохнув: «К счастью, мои ноги почти ломаются…» Клод Лоуренс присел рядом с ней на корточки: «Сегодняшний вечер действительно выдался для тебя непростым. Я просто хотел познакомить тебя со всеми своими друзьями». Элис покачала головой, обняв Клода: «Я не чувствовала себя сложной, просто сегодня вечером надела обувь, которая мне не подходит». Клод Лоуренс наклонился, намереваясь поцеловать ее, когда внезапно раздался голос: «Алиса…» Алиса резко подняла голову и увидела Шарлотту Юл. Клод Лоуренс отступил назад и помог Алисе встать. Шарлотта Юл неловко спросила: «Извините, я вам мешаю?» Клод Лоуренс широко улыбался, обнимая Алису за талию. Алиса слегка покраснела: «Невестка». Шарлотта Юл спросила: «Вы видели Честера?» "Мой брат?" Шарлотта Юл кивнула: «Да… я попросила Честера пойти со мной сегодня вечером на этот благотворительный банкет, но он исчез, как только я пошла в туалет». Алиса сказала: «Он, наверное, болтает с друзьями!» «Возможно… Генерал Лоуренс, Элис, я сейчас пойду найду Честера, а вы продолжайте». Шарлотта Юл элегантно повернулась и ушла. Клод Лоуренс тихонько усмехнулся, заметив, как Алиса покраснела от поддразнивания, а затем спросил Клода: «Кстати, что это за банкет сегодня вечером? Почему здесь мисс Юл?» «Благотворительный аукцион ювелирных изделий…» "О… Вы ведь редко бываете на таких банкетах, правда?" «Действительно, очень редко, но для вас посещение таких банкетов становится незаменимым». "Почему?" "Женщины любят украшения, не так ли?" Алиса на мгновение заколебалась, прежде чем сказать: «Ты ведь не собираешься мне что-нибудь дать, правда?» "Что вы думаете?" Элис слегка нахмурилась: «Не нужно, Клод, ты же знаешь, что меня это совсем не интересует… Отец при жизни подарил мне много украшений, и я их почти не ношу». «Но есть одно украшение, которое вы обязательно должны носить». "Что?" Клод Лоуренс взял левую руку Алисы и указал на безымянный палец: «Сегодняшняя тема ювелирных украшений — обручальные кольца… Думаю, пора выбрать пару бриллиантовых колец, прежде чем обручаться». Элис увидела Честера в начале аукциона ювелирных изделий. Он сидел с Шарлоттой Юл, их поведение было очевидным: Шарлотта держала его за руку, и они время от времени разговаривали и смеялись. Мысли Алисы блуждали, она вспоминала вчерашние события. На самом деле, после того, как она рассказала ему об этом вчера, она немного пожалела об этом… Вчера, услышав слова частного детектива, она в ярости бросилась к нему, чтобы выяснить отношения… Хотя на самом деле у нее не было никаких доказательств того, что он руководил действиями дяди Гранта и остальных. Тогда она объяснила это тем, что он хотел заставить её признать поражение, поэтому он подстрекал дядю Гранта и других… Но, обдумывая всё это прошлой ночью и вспоминая его реакцию, когда она его об этом спросила, Элис почувствовала, что правда может быть не такой… Такой гордый и высокомерный человек, как он, если бы действительно что-то сделал, ни за что бы не стал ходить вокруг да около. И она пошла к нему, даже не проведя расследования, что кажется слишком импульсивным… Она уже попросила частного детектива продолжить расследование сегодня утром… Почему-то у нее было плохое предчувствие. "О чём ты думаешь?" Тихий голос Клода Лоуренса прервал мысли Алисы. Алиса очнулась от оцепенения и покачала головой: «Ничего». "Давайте посмотрим, какой фасон обручального кольца вам понравится…" "Хорошо…" Клод Лоуренс приобрел на аукционе самый дорогой комплект обручальных колец за тридцать миллионов, что быстро превратило Алису в центр внимания всего мероприятия. Поскольку это был благотворительный банкет, организаторы взяли интервью у Клода Лоуренса… ---------- Глава 1095 - 568: Дополнительная история: Своеобразная забота, скрытая в сердце 5_2 Клод Лоуренс признался, что купил обручальные кольца, потому что они понравились Элис Робинсон, и воспользовался этой возможностью, чтобы объявить о своей помолвке с Элис. В тот момент разум Алисы опустел, она помнила лишь, что все взгляды в комнате были прикованы к ней, когда Клод Лоуренс лично надел ей кольцо на правый палец, на безымянный палец, символизирующий помолвку… Все были свидетелями ее счастья, окруженные голосами, полными благословений… Клод Лоуренс поцеловал её в губы, и, когда она закрыла глаза, в её сознании мелькнул образ другого красивого лица. Сегодня вечером сердце Алисы было в особенно смятении. Она уже морально подготовилась к помолвке с Клодом Лоуренсом, но когда тот официально объявил об этом, она запаниковала. Оказалось, что она была морально не готова, она не могла сразу смириться с тем, что стала невестой Клода Лоуренса… Чтобы Клод Лоуренс не заметил ее рассеянности, она нашла предлог, чтобы сходить в туалет. Оставшись одна в туалете, Алиса слабо прислонилась к дверной панели. Она понимала, что быть с Клодом Лоуренсом, продолжая думать о нём, несправедливо по отношению к нему, и всё же она искренне и от всего сердца состояла с ним в отношениях, но всё же не могла забыть этого человека… Она так старалась, но все равно не могла забыть… В этот момент Алиса изо всех сил пыталась вспомнить те болезненные моменты… Его безразличие, если вспомнить о нём, было подобно ножу, вонзающемуся ей в сердце. Она резко покачала головой, наконец вычеркнув его фигуру из своей памяти… Сделав глубокий вдох, она успокоилась, затем подошла к раковине, чтобы умыться. Как раз когда Алиса собиралась выйти из туалета, у нее внезапно зазвонил телефон. Достав телефон из сумки, она увидела, что звонит частный детектив, и нажала кнопку ответа: «Здравствуйте…» «Мисс Робинсон». "Да." «Извините, я не смог найти то, что вам нужно… Персонал клуба был профессионально подготовлен и не стал бы легко разглашать личную информацию клиентов. Однако, хотя я и не смог узнать содержание разговора доктора Робинсона и Эрика Гранта, я видел, как Эрик Грант и его спутники покидали клуб, выглядя бледными, словно чего-то испуганными…» «Вы говорите, что Эрик Грант и остальные выглядели бледными, когда уходили?» «Да… мисс Робинсон, мне кажется, разговор между доктором Робинсоном и Эриком Грантом был неприятным…» Закончив разговор с частным детективом, Алиса бездумно положила телефон. Если именно он подстрекал Эрика Гранта, как могла их встреча закончиться так неприятно? Возможно, она его неправильно поняла? Но если он не имел никакого отношения к отставке Эрика Гранта и остальных, то зачем ему было с ними встречаться? Может быть… Алиса внезапно подняла голову, что-то поняв. Рано утром Эрик Грант и остальные позвонили и сказали, что решили вернуться к Робинсонам и продолжить их обслуживать… Может ли их внезапное решение быть связано со встречей с ними вчера Честером Робинсоном? И если после встречи с Честером они отбросили идею ухода от Робинсонов, то вчерашняя встреча Честера с Эриком Грантом и остальными была исключительно попыткой «убедить» их… Невозможный! Алиса энергично покачала головой, не в силах поверить своим ушам. Он ей помогает? Он действительно ей помогает? Это невозможно… Как он может ей помочь, если он её так недолюбливает… Когда рассеянная Алиса вышла из туалета, Клод Лоуренс уже ждал ее снаружи. Подойдя к ней, чтобы обнять, Клод Лоуренс мягко сказал: «Потанцуй со мной, как насчет этого?» В голове у Алисы царил хаос; сейчас она не могла ясно мыслить. Извиняясь, она сказала Клоду Лоуренсу: «Прости, Клод, я не привыкла к чувству внимания… Я хочу сначала вернуться». Клод Лоуренс нежно взял Алису за плечи и спросил: «Ты плохо себя чувствуешь?» Алиса покачала головой: «Я просто не привыкла к взглядам окружающих». Клод Лоуренс нежно обнял Алису: «Прости… Мне не следовало объявлять об этом без твоего согласия». Элис прислонилась к плечу Клода Лоуренса: «Это не твоя вина… Мы уже обсудили помолвку». Клод Лоуренс поцеловал волосы Алисы, от которых исходил легкий аромат шампуня: «Я так счастлив сегодня вечером…» Алиса закрыла глаза и медленно протянула руку, чтобы обнять его в ответ. Спустя некоторое время Клод Лоуренс отпустил Алису, поцеловал её в лоб и сказал: «Пошли, я отвезу тебя домой». Алиса кивнула, и, взявшись за руку с Клодом Лоуренсом, они вышли из банкетного зала. В машине Клод Лоуренс держал Алису за руку и спросил: «Почему у тебя такие холодные руки?» «Они всегда были такими… тёплыми зимой, ледяными летом». Клод Лоуренс снял куртку и накинул ее на плечи Алисы: «Как бы мне хотелось, чтобы твои руки всегда были в тепле». "Спасибо." Клод Лоуренс крепко держал руку Алисы, нежно поглаживая ее и пытаясь передать ей свое тепло. Всю поездку они почти ничего не говорили. Машина наконец остановилась перед виллой Робинсонов, водитель тут же выскочил, чтобы открыть дверь на заднее сиденье. Элис приподняла платье, готовясь выйти из машины, но как только она собиралась выйти, Клод Лоуренс внезапно схватил ее за руку. Алиса замерла, обернулась и улыбнулась: «Что случилось?» Одной рукой Клод Лоуренс притянул Алису к себе в объятия. Алиса вздрогнула, оказавшись уже у него на руках. В этот момент она повернулась к нему лицом, их дыхание слилось воедино. Он пристально смотрел ей в глаза, дыхание на ее губах было слегка обжигающим… Тело Алисы слегка напряглось, потому что в его глазах она увидела пылающее пламя мужского желания. "Клод…" — пробормотала она, непривычная к такому взгляду с его стороны. Он опустил голову и поцеловал её сочные красные губы, издав хриплый голос: "Не уходи сегодня вечером домой, хорошо?" Алиса резко подняла глаза, широко раскрыв их. Рука Клода Лоуренса обнимала Алису за талию, и он постепенно опустил голову… Она чувствовала, как его дыхание распространяется сверху вниз, постепенно достигая ее шеи. ---------- Глава 1096–569: Дополнительная история: Я хочу побыть с тобой наедине Как только она почувствовала, что его теплые губы почти коснулись ее шеи, она внезапно оттолкнула его: «Прости, Клод… Я… я не готова». Сказав это, Алиса убежала, как испуганный кролик, приподняв подол платья и выскочив из машины… Алиса добежала до самого холла виллы, крепко прислонившись к колонне перед ним. Тетя П.А. некоторое время наблюдала, как Клод Лоуренс возвращал Алису, но она никак не ожидала, что Алиса побежит домой, словно испугавшись… "Скучать…" Увидев тётю П.А., Алиса немного успокоилась и сказала: «Мм». Тётя П. подошла, чтобы помочь: «Что случилось?» Элис покачала головой и повернулась в сторону машины Клода Лоуренса. Машина Клода Лоуренса уже завелась и в данный момент выезжала с виллы Робинсонов. Алиса раздраженно вздохнула, приподняла подол платья и вошла в виллу. Тетя П.А. шла следом за Алисой, обеспокоенно спрашивая: «Мисс, вы поссорились с генералом Лоуренсом?» Алиса покачала головой. "Тогда что не так?" «Тётя ПА, пожалуйста, не спрашивайте меня… Я так устала, хочу вернуться в свою комнату и поспать». «Хорошо, хорошо… Я не буду спрашивать, главное, чтобы вы не дрались с генералом Лоуренсом, это хорошо. А я пойду спать». «Где Рейчел?» "Рэйчел уже спит…" «Мм, иди отдохни!» "Да." После ухода тети П.А. Алиса осталась одна на диване в прихожей. Она сняла туфли на высоком каблуке и устало облокотилась на диван. Ее мысли были очень сумбурными… В ее сознании постоянно мелькали образы Честера Робинсона и Клода Лоуренса, и наконец, они застыли на Честере Робинсоне. Да, она хотела его увидеть. "Тетя ПА…" Алиса по привычке окликнула его. Когда мы уже собирались отдохнуть, к нам поспешно подошла тетя П.А.: «Да, мисс». Алиса встала с дивана и спокойно спросила: «Мой брат вернулся?» Сегодня вечером, кроме того, что она видела его сидящим в зале во время аукциона ювелирных изделий, она его вообще не видела… Она была нетерпеливым человеком. Если что-то её беспокоило, она не могла позволить этому оставаться в голове вечно, поэтому ей нужно было прямо спросить его, зачем он пошёл на встречу с Эриком Грантом и другими. Может быть, она права, что он на самом деле ей помогает? Если еще секунду назад у Алисы и были какие-либо иллюзии, то в этот момент, когда тетя ПА открыла рот, иллюзия в сознании Алисы внезапно рассыпалась, как падающий кристалл. «Мистер Робинсон… Он вернулся на несколько минут раньше вас, но вместе с мисс Юл». "Мисс Юл? Шарлотта Юл?" Тётя ПА кивнула. Алиса была ошеломлена и долгое время не могла прийти в себя. «Вы хотите сказать, что он сейчас отдыхает наверху с Шарлоттой Юл?» Тётя ПА снова кивнула. Алиса слегка отступила назад, и ее взгляд внезапно стал пустым. «Мисс, мисс…» "А?" "В чем дело?" «Что со мной не так? Ничего… Я просто устал, пойду в свою комнату спать». "Ой." Алиса приподняла подол своего платья и в одиночестве направилась ко второму этажу. Увидев, как тетя П.А. вернулась в комнату для прислуги отдохнуть, Алиса замедлила шаг, ее тело, казалось, внезапно ослабло, она прислонилась к перилам лестницы и надолго погрузилась в размышления. Спустя очень долгое время Алиса медленно направилась ко второму этажу. В этот момент, идя по коридору комнат на втором этаже, Алиса была несколько подавлена. Проходя мимо комнаты Честера Робинсона, Алиса замедлила шаг. В коридоре было так тихо, что слышалось только дыхание Алисы… и звуки из комнаты Честера Робинсона. Кровать в его комнате двигалась, скрипела… Она смутно слышала тяжелое, хриплое дыхание Шарлотты Юл… В этот момент Алиса прикусила губу, невыразимая печаль заставила ее глаза гореть от боли… В следующую секунду она приподняла подол своего платья и бросилась в свою комнату. Рейчел крепко спала в колыбели и выглядела очень мило… Алиса сидела ошеломлённая на краю кровати, её глаза начали расплываться. Она поступила совершенно глупо. Из-за одной фразы частного детектива ее душевное состояние было нарушено на весь вечер… Она хотела прямо спросить, почему он ей помогает, хотела понять, по-прежнему ли он о ней заботится… Да, до сих пор её сердце не умерло… Она всегда сомневалась, что его прежняя забота о ней была лишена чувств, она не верила, что он никогда не держал её в своём сердце, она всегда цеплялась за эту слабую надежду в глубине души, надеясь, что всё может вернуться на круги своя… Но… Мечты, всегда лишь мечты, он и она… никогда не смогут вернуться в прошлое. Устало прислонившись к изголовью кровати, Алиса изо всех сил старалась не открывать глаза, не давая слезам хлынуть наружу. Она так ненавидела себя, ненавидела то, что и сегодня дрожала, пытаясь удержать эту надежду… Даже если он ей помог, ну и что? Он однажды сказал, что помог ей вернуть семейное имущество Робинсонов только ради воспитания своего отца, а не ради неё… Именно её глупость до сих пор причиняет ей боль из-за него. Он способен принять Шарлотту Юл, а это значит, что даже если он в глубине души любит Ребекку Квентин, он всё равно может принять и других женщин… Но даже если он женился на ком-то только для того, чтобы продолжить род, он никогда не рассматривал её кандидатуру… В его глазах она ничего не заслуживает. Так что, даже если она его неправильно поняла, ей нет необходимости объяснять, потому что ему просто всё равно… Брат, почему ты так добр ко мне? Ваше счастье — моя самая большая радость в жизни. Брат, ты проснёшься? Если проснёшься, мы сразу же поженимся и будем самой счастливой парой на свете, хорошо? Брат, я люблю тебя… Ты знаешь? Рано утром Рейчел мило вела себя в объятиях Элис Робинсон. «Мамочка, я хочу пойти к дяде…» Элис Робинсон помогла Рейчел одеться, сказав: «Нет, дядя еще спит…» «Дядя не будет сердиться». «Но мама рассердится». Элис Робинсон остановилась, серьезно глядя на Рейчел. Рейчел, подпрыгивая на кровати, цеплялась за Элис Робинсон и умоляюще кричала: «Мамочка, пожалуйста? Мамочка…» "Ни за что…" "Мамочка…" — взмолилась Рейчел. Элис Робинсон наконец приняла суровое выражение лица, отпустила дочь и холодно спросила: «Рэйчел, почему ты такая непослушная?» Рейчел не испугалась, обняла Элис Робинсон и продолжала умолять: «Мамочка…» Элис Робинсон оттащила дочь, сердито крича: «Если ты будешь продолжать настаивать, мама с тобой разговаривать не будет!» "Вау…" Рейчел, которую Элис Робинсон никогда раньше так не ругала, расплакалась. Элис Робинсон никогда не была строгой матерью. Видя, как плачет ее дочь, ее сердце смягчилось. Она подняла ее с кровати и нежно успокоила: «Ох, ох… Рейчел, мама тебя не ругала… Ты просто не слушалась маму…» Рейчел обняла Элис Робинсон за шею: «Мамочка…» «Хорошо, хорошо… Мама отведет тебя в комнату дяди». Рейчел тут же перестала плакать. Элис Робинсон вытерла слезы с лица Рейчел, одела ее, а затем вынесла из комнаты. В коридоре Элис Робинсон сказала Рейчел, которая лежала у нее на плече: «Малышка, постучи в дверь через минуту. Если дядя откроет, мама разрешит тебе остаться в комнате дяди поиграть, а если откроет кто-то другой, тебе придется спуститься вниз с мамой на завтрак, хорошо?» Рейчел была очень смущена: «Мама, почему дверь открыл кто-то другой?» "Ты забыл, что у дяди есть девушка…" "Это тётя Шарлотта?" С Шарлоттой Юл было легко ладить. В тот день, когда Честер Робинсон привёл её на ужин, она лишь немного поиграла с Рейчел, а Рейчел уже ласково называла её «тётя Шарлотта». "Да." "Ой." Когда они подошли к двери Честера, Элис Робинсон сказала Рейчел: «Ты сама постучи в дверь, хорошо?» «Хорошо». Сказав это, Рейчел протянула руку, чтобы постучать в дверь. «Дядя, дядя…» Элис Робинсон обнимала Рейчел, тихо ожидая, ее мысли были немного рассеяны. Дверь открылась… это была Шарлотта Юл. Элис Робинсон сразу же обратила внимание на белую мужскую рубашку, которую носила Шарлотта Юл. Он очень высокий, поэтому рубашка доходит до колен Шарлотты Юл. Длинные кудрявые волосы Шарлотты Юл ниспадали на нее, она выглядела так, словно только что проснулась, очень томной… Свободный вырез ее белой рубашки обнажал ее прекрасные ключицы, а стройные, светлые ноги делали ее сексуальной и соблазнительной. Уже одна эта сцена способна воссоздать то, что произошло в этой комнате прошлой ночью… Увидев Элис Робинсон у двери, Шарлотта Юл не смутилась: «Элис». "Тетя Шарлотта…" — ласково позвала Рейчел. Элис Робинсон улыбнулась: «Извините, что беспокою вас и отдых моего брата… Рейчел настояла на том, чтобы найти моего брата, и я не смогла ее остановить…» «Всё в порядке, Честер проснулся, он принимает душ». "Ой." «Иди сюда, Рейчел, пусть тётя тебя обнимет…» — Шарлотта Юл тепло протянула руку. Рейчел раскрыла объятия и прижалась к Шарлотте Юл. Элис Робинсон продолжала улыбаться, наблюдая, как Рейчел прижимается к Шарлотте Юл. Шарлотта Юл, похоже, очень любила детей: как только она взяла Рейчел на руки, она нежно поцеловала её. Элис Робинсон сказала: «Невестка, пожалуйста, присмотри за Рейчел на минутку, я спущусь вниз и поручу слугам приготовить завтрак…» "Конечно." Элис Робинсон повернулась и ушла. Шарлотта Юл внесла Рейчел в комнату как раз в тот момент, когда Честер вышел из ванной после душа. "Честер…" Увидев Рэйчел, Честер остановился. "Дядя…" — ласково позвала Рейчел. Шарлотта Юл привела Рейчел в Честер, улыбаясь: «Ваша племянница хотела увидеть вас первым делом с утра…» Честер взял Рейчел из объятий Шарлотты Юл, нежно прижался подбородком к мягкой щеке Рейчел и мягко спросил: «Почему ты так рано встала?» Рейчел обняла Честера за шею: «Мама сказала, что мне нужно встать». Шарлотта Юл держала пухленькую ручку Рейчел: «Да, это Алиса привела Рейчел сюда…» Честер слегка нахмурился: «Она пришла?» Шарлотта Юл кивнула. ---------- Глава 1097-570: Дополнительно: Ты прибежала, когда я пострадал, оставив Клода Лоуренса одного? (Часть 1) Рейчел тоже следовала за ними: «Мама не разрешила мне пойти найти дядю, сказала, что это помешает дядю и тете Шарлотте отдохнуть…» Шарлотта Юл наклонилась и поцеловала Рейчел в щеку: «Это совсем не мешает, тете Шарлотте очень нравится Рейчел… Рейчел такая милая!» Лицо Честера Робинсона стало немного серьезным. Элис Робинсон сидела одна в столовой, тихо ожидая. Вокруг неё раздался смех Рейчел… это были Шарлотта Юл и Честер Робинсон, утешавшие Рейчел. Рейчел они очень нравились, она постоянно хихикала, наслаждаясь их вниманием. Если бы не Робинсоны, люди со стороны могли бы подумать, что это семья из трёх человек. К счастью, дочь по-прежнему любит её больше всего… Как только она её увидела, она с восторгом закричала: «Мамочка!!» Она встала из-за обеденного стола, подошла к Честеру Робинсону и, не встречая его взгляда, мягко улыбнулась, взяв Рейчел из рук Честера. «Алиса, я тебе очень завидую, что у тебя такая очаровательная дочка… Если бы у меня в будущем тоже была такая милая дочка, это было бы чудесно». Как только Шарлотта Юл села, она не смогла сдержать зависти. Элис Робинсон посадила Рейчел себе на колени и сказала: «У тебя будет один… если вы с моим братом приложите усилия». "Эй, не поймите меня неправильно, я…" Инстинктивные слова Шарлотты Юл прервал внезапный голос Честера Робинсона: «Давай поедим… Овсяный блинчик с яйцом, который мы готовим, очень вкусный». С этими словами Честер положил на тарелку Шарлотты Юл кусочек отрезанного овсяного блинчика. Взгляд Элис Робинсон неизбежно остановился на этой сцене. "После еды я отвезу тебя обратно… Разве ты не говорил, что тебе сегодня нужно идти в офис?" Тема разговора Шарлотты Юл была переключена на другую тему: «Ммм… сегодня мне нужно заняться делом». «Тогда ешьте больше… не теряйте силы в суде и не проиграйте дело». Шарлотта Юл игриво ответила: «Не буду… с начала своей карьеры я проиграла не так уж много дел!» В тот момент Элис Робинсон казалось, что Шарлотта Юл и Честер Робинсон флиртуют. Элис Робинсон молча завтракала, не присоединяясь к их разговору. "О, я чуть не забыла… Алиса…" "А?" Элис Робинсон оторвалась от своих мыслей. Шарлотта Юл извинилась: «Я чуть не забыла вас поздравить… Генерал Лоуренс вчера объявил о помолвке, подарив пару колец, чем вызвал зависть у всех присутствующих женщин. Поздравляю!» Элис Робинсон на секунду замолчала, а затем ответила милой улыбкой: «Спасибо». «Три миллиона долларов за кольца, и это всего лишь обручальные кольца… так искренне», — выразила свою зависть Шарлотта Юл. Элис Робинсон взглянула на обручальное кольцо на безымянном пальце правой руки, наконец вспомнив о Клоде Лоуренсе. Рейчел вдруг спросила: «Мама, ты собираешься выйти замуж за дядю Лоуренса?» Элис Робинсон не знала, как ответить, лишь издала "Хм". Рейчел радостно захлопала в ладоши: ​​«Дядя Лоуренс такой добрый…» Пока Шарлотта Юл поздравляла Элис Робинсон, никто не заметил, что лицо Честера Робинсона постоянно было потемневшим. После завтрака Робинсоны внезапно замолчали… Честер Робинсон отвел Шарлотту Юл в юридическую фирму, Рейчел пошла поиграть в сад с тетей ПА, а Элис Робинсон сидела одна на диване в гостиной. Элис Робинсон была полностью погружена в свои мысли… Изначально она хотела найти повод извиниться за недоразумение, но теперь, похоже, он был не в плохом настроении. Ему было совершенно всё равно, если она его неправильно поняла. Людям безразлично чье-либо мнение только тогда, когда им действительно совершенно безразличен этот человек. Похоже, между ними больше ничего не нужно. Звонок телефона прервал размышления Элис Робинсон. Подняв трубку, она растерянно уставилась на цифру на экране, затем нажала кнопку ответа, хриплым голосом произнесла: «Здравствуйте…» «Элис… Мне срочно нужно ехать в Нью-Йорк». Может, это потому, что он вчера вечером был зол? «На сколько дней вас не будет?» «Это не займет много времени, примерно десять дней». Примерно десять дней? Раньше я не слышал, что он будет путешествовать так долго. Похоже, он действительно зол. «Клод, насчет вчерашнего дня, я…» «Я понимаю, это моя вина, я обещал тебе, что больше не буду так на тебя давить…» "Но…" «Хорошо, не думай слишком много… Подожди, пока я вернусь». "Хорошо." «Не забывай скучать по мне, дорогая». "Хорошо." Клод Лоуренс завершил разговор. Элис Робинсон ошеломленно положила трубку, устало прислонившись к дивану… Она не должна быть такой… Она уже с Клодом Лоуренсом, ей не стоит думать ни о ком другом, это несправедливо по отношению к Клоду Лоуренсу. Человек, о котором она думала, полностью исчез из ее мира, их отношения уже подошли к концу. ---------- Глава 1098 - 570: Дополнительно: Ты бросил Клода Лоуренса и пришел, потому что мне было больно? (1_2) Возможно, она создала для себя слишком много путей отступления, и поэтому снова и снова оказывалась не в состоянии контролировать свою судьбу… Возможно, ей не стоило оставлять себе такой путь к отступлению. Ей следует понимать, что встреча с Клодом Лоуренсом стала величайшей удачей в её жизни. Час спустя. Элис Робинсон стояла перед отелем «Йорна» со своим багажом. Клод Лоуренс вышел из отеля в сопровождении телохранителей, а рядом с ним шел его помощник Робин… В этот момент Клод Лоуренс что-то объяснял Робину, направляясь к припаркованному у входа в отель автомобилю Bentley… Закончив инструкции, Клод Лоуренс уже собирался наклониться и сесть в машину, когда внезапно остановился, и его взгляд идеально встретился со взглядом Элис Робинсон. Сегодня на Элис было надето повседневное богемное длинное платье, которое сильно отличалось от ее недавних строгих офисных нарядов. Она мягко улыбалась Клоду Лоуренсу. Клод Лоуренс слегка прищурился, словно не веря своим глазам… Алиса бросила чемодан и побежала к Клоду Лоуренсу. Клод Лоуренс тоже подошел к Алисе, и в следующее мгновение он крепко обнял ее, а та бросилась ему в объятия. Алиса встала на цыпочки и прислонилась к плечу Клода Лоуренса. Клод Лоуренс крепче обнял Алису, нежно целуя ее волосы, источающие легкий аромат, и хриплым голосом спросил: «Детка, что тебя сюда привело?» Элис крепко обняла Клода Лоуренса и сказала: «Я позвонила Робину, и он сказал, что ты все еще в отеле, поэтому я поспешила к тебе…» «Он мне ничего не сказал». «Я попросила его вам ничего не говорить». В этот момент Клод Лоуренс отстранил Алису и страстно поцеловал ее. Спустя долгое время Клод Лоуренс шел, держа Алису под руку, и спросил: «Ты уверена, что хочешь поехать со мной в Нью-Йорк?» Элис прижалась к Клоду Лоуренсу: «Проблема, о которой я говорила в прошлый раз, решена. Дядя Грант и остальные вернулись, чтобы помочь мне… У меня сейчас мало дел, так что я могу взять несколько выходных». "Ты сможешь расстаться с Рейчел?" «Я только что ей сказала, и она рада, что я еду с тобой в отпуск… Она сказала, что будет послушно ждать моего возвращения». Клод Лоуренс пристально посмотрел на Алису, в его темных глазах заиграл огонек: «Детка, ты меня сильно удивила». «Тебя слишком легко угодить… потому что в будущем меня ждет еще больше сюрпризов». В следующую секунду: "Ах!" Алиса закричала, потому что Клод Лоуренс поднял её на руки. Внезапно поднявшись в воздух, Алиса крепко вцепилась в крепкую шею Клода Лоуренса. Взгляды всех окружающих обратились к ним. Алиса покраснела: «Что ты делаешь?..» Клод Лоуренс опустил голову и поцеловал Алису: «Я хочу, чтобы в этом мире были только мы вдвоём». В жизни всегда случаются неожиданные события. Как и в этот момент, Элис никак не ожидала, что, сидя в машине Клода Лоуренса по дороге в аэропорт, ей позвонит Кит Энтони. Она мельком взглянула на номер, доставая телефон и нерешительно раздумывая. Кит Энтони обычно не звонил ей по утрам, если только не было чего-то важного. Клод Лоуренс заметил её колебание и спросил: «Кто это? Почему бы тебе не ответить?» Алиса сказала: «Это помощник моего брата». "Ах… тогда почему бы не взять?" Алиса на мгновение замерла, затем нажала кнопку ответа: «Привет…» Из телефонной трубки раздался редкий для Кейта Энтони встревоженный голос: «Мисс Элис, где вы?» Алиса спокойно сказала: «Я со своим парнем… Что-то не так?» «Я сейчас в больнице Виктории, мисс Элис, вам лучше приехать…» "Что случилось?" «У босса проблемы…» "Что?" Восклицание Алисы привлекло внимание Клода Лоуренса, который держал ее на руках: «Что случилось?» Лицо Алисы побледнело: «Помощник Энтони сказал, что мой брат в беде и сейчас в больнице». "Что случилось?" Элис покачала головой: «Помощник Энтони не сказал мне подробностей, просто попросил пойти в больницу». Клод Лоуренс мягко сказал: «Я попрошу водителя отвезти вас обратно». Пока Клод Лоуренс говорил, его некогда сияющий взгляд потускнел. Алиса несколько секунд молча размышляла. Он попал в аварию и попал в больницу? Эта новость показалась ей почти нереальной… Что могло с ним случиться? Рядом с ним всегда был Кит Энтони, и в его распоряжении всегда находилось от трех до пяти телохранителей, поэтому автомобильная авария была исключена… Может быть, он болен? Это казалось еще менее вероятным… прошлой ночью он всю ночь был страстно увлечен красавицей, а сегодня утром, завтракая со своей спутницей, он был в отличном настроении, совсем не похож на больного человека. Так… Она не могла до конца поверить тому, что сказал Кит Энтони. «Это не имеет значения… с моим братом все будет в порядке, он сам врач, он знает, как о себе позаботиться, к тому же моя невестка рядом с ним». Клод Лоуренс обнял Алису и сказал: «Тогда я пришлю кого-нибудь в больницу, чтобы навестить твоего брата». "Хорошо." Человек, которого Клод Лоуренс отправил в больницу, перезвонил и подтвердил, что Честер Робинсон действительно находится в больнице. Сердце Алисы уже успокоилось, но, услышав, что Честер действительно в больнице, она утратила прежнюю уверенность. Клод Лоуренс заметил беспокойство Алисы и внезапно дал водителю указание: «В больницу Виктории». Алиса была ошеломлена, оторвав взгляд от объятий Клода Лоуренса: «Почему?..» Клод Лоуренс легонько поцеловал Алису в губы: «Я вижу, ты очень волнуешься за своего брата». "Я…" «Я отвезу тебя в больницу». «Но там вас ждет встреча. Ваше сопровождение в больницу задержит эту встречу». «Задержек не будет, сначала я отвезу вас в больницу, а потом вовремя доберусь до аэропорта». "Но…" Клод Лоуренс нежно поцеловал тыльную сторону ладони Алисы: «Ты уже преподнесла мне сегодня большой сюрприз, детка, тебе больше ничего не нужно доказывать». Он с первого взгляда разгадал ее мысли. «Клод, я очень хочу поехать с тобой в Нью-Йорк». Клод Лоуренс, глядя в искренние глаза Алисы, мягко произнес: «Несколько дней не имеют значения… в будущем у тебя вся моя жизнь, которую ты можешь провести со мной». ---------- Глава 1099 - 571: Дополнительная история: Ты бросил Клода Лоуренса и прибежал, потому что мне было больно? (Часть 2) У Элис Робинсон мурашки бежали по коже от каждого проявления терпимости и привязанности со стороны Клода Лоуренса. «Хорошо... Я буду послушно ждать тебя дома». "Мм." Элис проявила инициативу и поцеловала Клода Лоуренса в щеку. Как только она вышла из машины и увидела, как уезжает Клод Лоуренс, Элис повернулась и бросилась в больницу Виктории. Увидев Кейта Энтони, Элис поспешно подошла и спросила: «Где мой брат?» Выражение лица Кейта Энтони было несколько неловким, и он взглянул в сторону палаты. Алиса повернула голову, чтобы посмотреть на палату, и на мгновение замерла в изумлении. Она увидела Честера Робинсона, сидящего на стуле в палате, которому врач перевязывал правую руку. По всей видимости, он повредил правую руку, хотя травма была несерьезной, поскольку он все еще мог ею двигать, а врач использовал лишь простое дезинфицирующее средство. Нервничая, Элис постепенно ослабила хватку на руке Кейта Энтони и посмотрела на него укоризненным взглядом. Кит Энтони опустил голову, словно боялся встретиться лицом к лицу с Элис. Алиса раздраженно вздохнула: «Помощник Энтони…» Ей хотелось отругать его, но она сдержалась. Голова Кейта Энтони опустилась еще ниже. Элис достала телефон, чтобы проверить время, и обнаружила, что еще достаточно рано. Она уже собиралась позвонить Клоду Лоуренсу и попросить его приехать за ней, когда вдруг сзади раздался тихий голос: «Раз уж ты приехала, почему ты так спешишь уезжать?» Тело Алисы напряглось, она почувствовала два пристальных взгляда позади себя, но не обернулась. Его шаги приближались к ней. В следующее мгновение он предстал перед ней во всей своей внушительной красе. Она любила его, потому что он был на целую голову выше ее, и это постоянно давало ему ощущение превосходства, когда он смотрел ей в лицо. Элис не подняла на него глаз, лишь холодно произнесла: «Кит Энтони позвонил и сказал, что ты в больнице, и, похоже, всё серьёзно… Но, судя по всему, словам Кита нельзя полностью доверять». Телохранители не позволяли посторонним проходить по коридору, а Кит Энтони уже тихо удалился, поэтому в не очень просторном больничном коридоре остались только Честер Робинсон и Элис. Благодаря ограждению, установленному телохранителями, их разговоры в данный момент не могли быть подслушаны ни одним из их возлюбленных. Честер улыбнулся, нежно приподняв красивый подбородок Алисы: «Я слышал, что я пострадал, и ты оставил Клода Лоуренса прийти?» Он лучезарно улыбнулся, явно очень довольный этим. Но Алиса сочла его улыбку высокомерной, что её раздражало. «Я просто не хотела, чтобы Клод что-либо заподозрил… Если с моим братом что-нибудь случится, у сестры не будет причин не прийти и посмотреть». "Это так?" Он пристально смотрел на нее, словно пытаясь разглядеть ее мысли. Элис оттолкнула его, достала телефон и набрала номер Клода Лоуренса, направляясь к лифту. Но как раз в тот момент, когда она собиралась связаться с Клодом Лоуренсом, у нее внезапно выхватили телефон. Элис нахмурилась и обернулась, увидев телефон в руке Честера, а его лицо было мрачным, как у дьявола в ночи. Элис редко видела Честера в таком виде. Три года назад она даже не знала, что у ее всегда доброго брата есть такая темная сторона. Она немного испугалась, не понимая, чего он хочет, делая такое лицо. «Верните мне мой телефон», — сердито сказала она. Честер небрежно выбросил телефон в мусорный бак возле палаты: «Наверное, его уже разобрали». Алиса сердито шагнула вперед: «О каком безумии ты говоришь?» Честер схватил Алису за сжатый кулак, направленный ему в грудь, и, пристально глядя на нее, добавил: «Разлучена с Клодом Лоуренсом всего на несколько дней, а ты этого не можешь вынести». "Да." Честер усмехнулся, отпуская Алису: «Женщинам следует научиться быть сдержанными, а не бросаться на кого попало, как это делаешь ты». Его слова всегда были резкими. К счастью, она больше не могла злиться. Обернувшись холодно, Алиса решила больше не обращать на него внимания. Она бросилась к стойке регистрации в больнице, нашла общедоступный телефон и быстро набрала номер Клода Лоуренса, но обнаружила, что его телефон выключен. Элис раздраженно повесила трубку, бросив укоризненный взгляд на Кейта Энтони. Кит Энтони держался низко, молча следуя за Честером Робинсоном. Все разочарование и фрустрация Алисы отразились в глубоких, темных глазах Честера. Алиса уныло села на стул, принадлежавший одному из членов семьи, беспомощно кусая губу. "Хотите пойти его найти?" Честер вышел перед Алисой, его голос был гораздо тише, чем прежде. Алиса отвернула лицо, не желая смотреть на него. «Теперь пусть Кит отвезет тебя туда, может, ты еще успеешь встретиться с ним в аэропорту». Алиса встала с суровым выражением лица: «Мне не нужна твоя лицемерие». Честер ничего не сказал и повернулся, чтобы уйти. ---------- Глава 1100 - 571: Дополнительная история: Ты получил травму, поэтому оставил Ли Чэнъяо и поспешил сюда? (2) Увидев удаляющуюся фигуру Честера, Элис Робинсон сердито крикнула: «Ты должен мне телефон!» Это был телефон, который сопровождал ее много лет, и даже несмотря на то, что кнопки на нем были неудобны в использовании, она никогда не думала о его замене. Честер, застыв на месте, замер: «Знаешь, мне не нужно ничего компенсировать». Слова Честера на мгновение заставили Алису замереть в коридоре. В тот же миг в их сознании всплыли воспоминания… Этот телефон он подарил ей на восемнадцатый день рождения. В то время это был телефон, выпущенный ограниченным тиражом по всему миру, во Франции был только один экземпляр, и он уже был куплен… Она лишь однажды с сожалением упомянула об этом, никак не ожидая, что на свой день рождения он подарит ей именно этот телефон. Она до сих пор помнила, как была счастлива в тот день, прыгала от радости и обнимала его, и с тех пор постоянно пользовалась этим телефоном. Это был телефон, который он ей подарил, поэтому, конечно, ему не нужно было ей ничего компенсировать. Произнеся слова с просьбой о компенсации, Алиса поняла, что инстинктивно произнесла совершенно неуместные слова. Выйдя из больницы, Честер уже увидел машину, которая ждала его у главных ворот. Кит Энтони придерживал дверь, очевидно, ожидая ее. Алиса намеренно проигнорировала его и потянулась, чтобы поймать такси. Кит шагнул вперед, чтобы убедить ее: «Мисс Элис, уже полдень, и солнце палит нещадно. Такси найти сложно…» Элис бросила на Кейта раздраженный взгляд, отказалась с ним разговаривать и продолжила попытки поймать такси. Как и предсказывал Кит, наступило полдень, и ни одно такси не остановилось. "Мисс Элис…" «Не лезь не в своё дело!» Кит понял, что Элис дуется, и опустил голову, не осмеливаясь сказать больше. В этот момент сильная рука внезапно схватила Алису за запястье и потянула ее к машине. Честер, которому каким-то образом удалось выбраться из машины, вел ее туда. Алиса вырывалась: «Отпусти, отпусти меня…» Лицо Честера было холодным, он не произнес ни слова и не ослабил хватку. Затем Алиса ударила его по раненой правой руке… но тут же поняла, что он, похоже, не чувствует боли и продолжает крепко держать ее. В конце концов, она не смогла устоять и её затащили в машину… С глухим хлопком захлопнулась дверца машины, и Алиса сердито выругалась: «Ублюдок». Честер оставался невозмутимым, не обращая внимания на ее непрекращающиеся выговоры, и прямо приказал водителю начинать движение. После долгой поездки Алиса наконец успокоилась. Она упрямо смотрела в окно, отказываясь произнести хоть слово. Краем глаза она смутно разглядела его с закрытыми глазами, словно он дремал. Внутри себя она негодовала, никогда прежде не видя такого властного, высокомерного человека, виновного в стольких преступлениях, и при этом спящего так крепко и без зазрения совести. Алиса откинулась на спинку кресла и пробормотала: «Ассистент Энтони, в следующий раз не шути со мной так». Сидя на переднем сиденье, Кит был с неописуемо обиженным выражением лица, но смог лишь сказать Алисе: «Простите, мисс Алиса». «Всё в порядке… Кстати, почему я не видела мисс Юл?» «О, босс получил травму, когда отправлял мисс Юл обратно». «А вы не позвонили мисс Юл?» "Да… да…" — пробормотал Кит, лгая. Конечно, он не звонил, потому что первым делом подумал об Элис. Элис нахмурилась: «Тогда почему она не пришла?» Даже если парень получил травму, он заслуживает визита! Кит ответил: «Э-э… мисс Юл… ей нужно заняться делом». Элис инстинктивно выпалила: «Похоже, ей наплевать на своего парня… дело для неё важнее, чем собственный парень». «Остановите машину». Человек, который до этого отдыхал с закрытыми глазами, вдруг заговорил. Водитель поспешно остановил машину, прервав разговор Элис и Кита. Кит внимательно спросил: «Босс, что-то случилось?» Честер открыл глаза, холодно посмотрел на Алису и сказал: «Убирайся». Элис не поняла, что Честер отдает ей приказы, пока ледяной взгляд, устремленный ей в спину, не заставил ее с недоумением повернуть голову и посмотреть на него. В его холодных глазах она увидела безразличие. Кит недоверчиво воскликнул: «Босс, вы… вы просите мисс Элис выйти из машины?» Похоже, это босс затащил мисс Элис в машину раньше, а теперь… Холодный взгляд Честера, устремленный на Алису, передал всё происходящее всем, кто находился в машине. "Ты что, злишься, что я упомянула Шарлотту Юл?" Честер не ответил. Алиса кивнула: «Хорошо, я выхожу… Я всё равно не хотела ехать в твоей машине». С этими словами Алиса открыла дверцу машины и вышла. "Мисс Элис…" Кит пытался уговорить ее остаться. Но Честер уже холодно дал водителю указание: «Езжай…» Водитель не посмел медлить и быстро уехал. Алиса стояла на обочине дороги, наблюдая, как машина в мгновение ока исчезла. Ее грудь сжимало от отчаяния, а сердце словно крепко сжимало, неописуемая боль распространялась по всей груди. Казалось, что Шарлотта Юл, пусть и не из любви, по крайней мере, чувствовала с его стороны нежную заботу и защиту. На самом деле, она не хотела критиковать Шарлотту Юл; она просто считала, что девушка должна уделять больше внимания своему парню. После того, как машина отъехала, Кит не смог удержаться и сказал: «Босс, такое обращение с мисс Элис выглядит…» Кит едва закончил фразу, как вдруг заметил, что на лбу босса выступили капельки пота. В следующую секунду Честер крепко сжал лоб, его лицо побледнело и побледнело. Кит был в ужасе: «Босс…» К тому времени, как Кит перескочил с переднего сиденья на заднее, Честер уже уснул. Центральная больница Парижа. Честер откинулся на спинку стула и легонько потер лоб. Три эксперта, а также директор Тернер, прилетевший в Париж двумя днями ранее, с беспокойством наблюдали за Честером. Лицо Кейта уже побледнело, услышанное на некоторое время повергло его в оцепенение. Директор Тернер сказал: «Мистер Робинсон, откладывать это больше нельзя. Операция необходима в ближайшее время… иначе ситуация только ухудшится». ---------- Глава 1101 - 572: Дополнительная история: Любовь глубоко укоренилась в костях, но я не хочу, чтобы ты об этом знала. «Да, мистер Робинсон, судя по только что сделанной компьютерной томографии, кровь постепенно распространяется. Если вы не сделаете операцию, ваши обмороки станут чаще». «Ты уже дважды сегодня терял сознание, кто знает, сколько раз это повторится завтра…» Честер Робинсон опустил руку, перестав потирать виски, и равнодушно произнес: «Больше никаких разговоров, выпишите мне еще две упаковки обезболивающего XX». Всемирно известный специалист по заболеваниям головного мозга, директор Тернер, сказал: «Нет, мистер Робинсон, вы лишь временно облегчаете обморок. В конечном итоге это только ухудшит состояние». "Неужели никто не слышал, что я сказал?" Все трое экспертов, а также директор Тернер, опустили головы. Честер продолжил: «Вы все знаете, насколько рискованна эта операция… У меня еще есть дела, которые нужно уладить. Как только я со всем разберусь, обещаю вам, я сделаю операцию». Выйдя из больницы, Кит Энтони молча последовал за Честером. Для Кита было редкостью быть таким тихим, что побудило Честера спросить: «Что с тобой не так?» У Кейта не было ни слова: "Бо… Босс…" «Я ещё жив, не нужно делать вид, что я скорблю, это мне неприятно». «Но, босс, директор Тернер говорит, что вам нужна операция как можно скорее…» «Я врач, и у меня есть право принимать собственные решения». Кит, рискуя жизнью, бросился к Честеру, его голос, охрипший от хрипоты, звучал так: «Босс, это не шутка… Директор Тернер сказал, что операцию нужно было сделать давным-давно, но вы все откладывали». Честер нахмурился: «Ты тоже повторяешь слова директора Тернера?» Кит покачал головой: «Я бы не посмел… Но, босс, если вы будете продолжать медлить, боюсь, как говорит директор Тернер, ситуация только ухудшится… Черт возьми, я так долго за вами слежу, а вы даже не замечаете моего дискомфорта». Кит с силой ударил себя по голове, стиснув зубы и ненавидя себя. Честер вздохнул: «Ладно, ты же знаешь, что врачи часто преувеличивают». «Но директор Тернер не стал бы преувеличивать, босс». Честер сердито посмотрел на Кейта: "Со мной что, не так?" Кит тихо сказал: «Ты сегодня дважды падал в обморок…» «Кстати, я еще не свел с вами счеты…» "Хм?" Честер снова пошёл, равнодушно спросив: «Кто тебе сказал сообщить Алисе?» "Я… я видел, что ты плохо себя чувствуешь, поэтому я…" — Кит не осмелился продолжить. Неожиданно, после того как Честер спросил о сообщении от Кейта, он перестал обвинять его. Кит так испугался, что дрожал, и поспешно открыл дверцу машины для Честера. После того как Честер сел в машину, возможно, у него все еще болела голова, он потер виски и спросил: «Где она?» Кит ответил: «Персонал сказал мне, что мисс Элис взяла такси домой…» Честер кивнул: «Пойдем домой!» "Да." Ни наверху, ни внизу он не видел Алису, Честер стоял в коридоре, хмурясь. В самый последний момент Кит подбежал, чтобы доложить Честеру: «Босс, я видел тетю П.А., она сказала мне, что мисс Элис в саду». Издалека Честер наблюдал за Алисой, сидящей на лужайке в саду, обняв себя за колени, а сам остановился. В четыре часа дня солнце светило не ярко и не слабо. Однако тень от дерева позади нее заслоняла солнечный свет, из-за чего в этот момент она выглядела особенно одинокой. Рейчел играла перед ней, но та молча наблюдала, ее взгляд был пустым. Его сердце безудержно болело от его холодного отношения к ней в машине ранее. Рейчел внезапно упала на траву и разрыдалась… Она отреагировала лишь спустя несколько секунд после того, как погрузилась в свои мысли. К тому времени, как она подбежала к Рейчел, он уже поднял её с травы. Она замерла на месте, видимо, не ожидая его появления в этот момент. Рука Рейчел была исцарапана камнями на земле, она теперь всхлипывала и звала: "Дядя…" Он присел на корточки, держа Рейчел на руках, и внимательно осмотрел царапины на ее ладони. Она уже бросилась вперед с сердцем, полным боли, на мгновение забыв о напряжении между ними. «Рэйчел, дай маме посмотреть…» — с болью произнесла она, раздвинув ладонь дочери и увидев большую кровоточащую рану. Она была в отчаянии. Во всем виновата она, отвлекшись, когда присматривала за ребенком, и из-за этого дочь получила травму. «Мамочка, мне больно…» — надула губы Рейчел, и слезы навернулись на глаза. Алиса сказала: «Молодец, не больно, не больно, мама подует тебе…» Сказав это, Алиса время от времени дула на ладонь Рейчел, чтобы облегчить боль. Честер уже дал указание слуге, подбежавшему издалека: «Принеси аптечку». «Мамочка, мне всё ещё больно…» "Иди сюда, мама тебя обнимет…" Элис протянула руку и забрала Рейчел из рук Честера. Рейчел легла на плечо Алисы, наконец-то успокоившись. Алиса нежно похлопала Рейчел по спине и повернулась, чтобы покинуть сад. «У нее довольно глубокие царапины; перед поездкой в ​​больницу необходима простая дезинфекция», — сказал Честер, стоя позади нее. Алиса продолжала идти, не сдвинувшись с места, и несла Рейчел вперед. В объятиях Алисы Рейчел заерзала: «Мамочка, я не хочу в больницу…» «Если мы не поедем в больницу, у тебя очень сильно будет болеть рука», — успокаивала Элис. «Но я не хочу делать укол…» «Просто перевяжите, никаких уколов». "Нет… Мама, ты всегда мне врёшь… В прошлый раз ты сказала, что в больницу не понадобится укол, но всё равно помогла врачу сделать мне укол…" Алиса была смущена, не ожидая, что ее авторитет перед ребенком окажется настолько низким. Она изо всех сил пыталась убедить его: «На этот раз мама обещает, что никаких прививок не будет». Рейчел изо всех сил пыталась вырваться: «Я не хочу слушать маму…» «Рэйчел, ты опять не слушаешь маму?» — Элис сделала строгое лицо. Рейчел расплакалась от обиды: «Плохая мама…» Элис одновременно забавлялась и чувствовала себя беспомощной из-за Рейчел. Рейчел не могла вырваться из рук Алисы и наконец обратилась за помощью к Честеру: «Дядя, спаси меня…» Честер, забавляясь увиденным, шагнул вперед. Рейчел резко повернулась и бросилась в объятия Честера. Алиса неохотно отпускала Алису и мягко сказала: «Я воспитываю свою дочь». Скрытый смысл: ты, отойди в сторону! Взгляд Честера стал более пристальным, когда он посмотрел на упрямое лицо Алисы, а в уголках его губ расплылась легкая улыбка. Она восприняла это по его взгляду, словно он говорил ей, что Рейчел тоже его дочь. «Рэйчел, перестань дурачиться, мама отвезет тебя в больницу…» "Я не хочу… Дядя, спаси меня…" Рейчел крепко держалась за Честера. В итоге Элис ничего не смогла сделать с Рейчел и наблюдала, как её дочь бросилась в объятия Честера. Честер нежно обнял Рейчел, успокаивая ее теплым голосом. В это время прибежал слуга с коробочкой лекарств. Честер мягко сказал Рейчел: «Эй, моя милая… позволь маме подержать тебя, а дядя намажет тебе меркурохром, хорошо?» Рейчел вцепилась в грудь Честера и не отпускала: «Я не хочу, мама хочет отвезти меня в больницу на прививки». «Дядя обещает, если ты будешь использовать меркурохром, Рейчел не придётся ехать в больницу на уколы…» Рейчел медленно подняла голову из объятий Честера и невинно спросила его: «Дядя, ты будешь мне лгать, как мама?» Честер покачал головой: «Дядя тебе не соврёт… А когда дядя тебе когда-либо соврал?» Рейчел подняла свою болящую ладонь и указала пальцем: «Меркурохром причинит боль?» «Это не больно… это как укус муравья». Рейчел всерьез задумалась о том, каково это — быть укушенной муравьем, и наконец послушно кивнула, протянув руку к Алисе: «Мамочка…» Алиса взяла Рейчел, чувствуя внутреннее раздражение. Дочери действительно являются возлюбленными своих отцов из прошлых жизней! Честер взял аптечку, которую ему передал слуга, и усадил Алису вместе с Рейчел на стул рядом с ними. Присев на корточки, Честер раздвинул ладонь Рейчел и осторожно протер ее ватным тампоном, смоченным спиртом. Честер был врачом и точно знал, как обработать рану, чтобы минимизировать боль пациента. И действительно, Рейчел не издала ни звука и даже посмотрела на Честера с благоговейным взглядом. Алиса сидела на стуле, намеренно откинувшись назад, чтобы держаться от него на расстоянии, но она все еще чувствовала его приятный мужской запах. Его лицо было повернуто в сторону, подчеркивая его точеные черты… Двойные веки, высокая переносица, тонкие губы, красивый подбородок… Она не могла подобрать слов, чтобы описать это, он был просто красив. Он и не подозревал, что уже закончил обрабатывать ладонь Рейчел: «Всё готово…» Рейчел послушно ответила: «Спасибо, дядя». Только тогда она пришла в себя и встала, держа Рейчел на руках. Он посмотрел на нее и сказал: «Рэйчел нужно отвезти в больницу, чтобы перевязать рану; это предотвратит инфицирование». Алиса хранила молчание. Рейчел протянула руку к Честеру: «Дядя, я хочу, чтобы ты меня обнял…» Маленькая принцесса не доверяла Алисе. "Хорошо." На этот раз Элис не стала настаивать и позволила Рейчел самой броситься в объятия Честера. В объятиях Честера Рейчел вела себя особенно тихо, лежа на его плече и не издавая ни звука. Честер сказал: «Пойдем, в больницу». С этими словами он двинулся в путь. Алиса долго колебалась, но в конце концов молча последовала за ним. В больницу лично поехал Честер, а Элис держала Рейчел на переднем пассажирском сиденье. Никто не ожидал, что Рейчел уснет, как только сядет в машину, из-за чего внутри стало особенно тихо. Естественно, Алиса не собиралась разговаривать с Честером и не отрывала глаз от окна. "Тебе холодно?" — спросил Честер. Алиса не ответила. Честер протянул руку и по собственной воле взял Алису за руку. Даже летом у Алисы мерзли руки и ноги, а из-за кондиционера в машине на руках уже появились мурашки. Ее ледяная рука коснулась его теплой ладони, отчего она слегка вздрогнула. Эта сцена так напомнила мне о прошлом… Когда ей было холодно, он всегда протягивал руку, чтобы взять ее за руку. Но в тот момент это было далеко от прошлого. Он всегда сильно бил её пощёчиной, а потом угощал сладкой финиковой лепешкой. ---------- Глава 1102 - 573: Дополнительная история: Он совершенно точно не лучший Ей не нравилась подобная нежность. Отстранившись от его руки, она упрямо сказала: «Не холодно». Его не смутила её холодность, и он снял свой пиджак. «Прикройся!» — сказал он. "Необязательно!" «Я хотела, чтобы ты накрыла этим Рейчел». "…" Он постоянно ставил её в неловкие ситуации. После этого они не обменялись ни словом, пока машина не подъехала к входу в больницу. Честер вышел первым, открыл дверцу машины для Алисы: «Позволь мне подержать её…» Алиса посмотрела на Честера, немного помедлила и передала ему Рейчел. После этих изменений Рейчел тихонько пискнула и сладко уснула на плече Честера. Элис держала пиджак Честера и последовала за ним в больницу. Почти все в больнице знали Честера, и он перекинулся парой слов с медсестрой, прежде чем врач-травматолог лично оказал им помощь. Приехал врач, и Рейчел проснулась, чувствуя себя крайне неуверенно в объятиях Алисы. «Мама, а где дядя?» — спросила маленькая прелесть, как только открыла глаза. Алиса ответила: «У дяди были дела, он скоро приедет. Веди себя хорошо, пусть доктор перевяжет твою рану». "Ой." Взгляд Рейчел метался по сторонам, в поисках фигуры Честера. В тот момент Честер находился в больничном коридоре, и у него снова обострилась головная боль. Приняв две таблетки для временного облегчения боли, он наконец-то вошел в кабинет врача. Врач уже перевязал рану Рейчел, но боль от повязки заставила маленькую прелесть сильно нахмуриться. Честер подошел, погладил маленькую головку Рейчел: «Молодец!» Затем его взгляд невольно упал на лицо Алисы. Она молчала, ее лицо было слегка бледным, она держала Рейчел одной рукой, а другой крепко сжимала собственное бедро. Честер слегка нахмурился, и голоса, эхом разносившиеся в его ушах, тут же дали ему ответ. «Да, похоже, эта женщина — та самая Алиса, которая несколько дней назад присутствовала на банкете с Клодом Лоуренсом…» «Удивительно, как Клод Лоуренс, такой красивый и богатый, мог заинтересоваться Алисой?» "Она симпатичная, правда?.." «На самом деле нет, я думаю, я красивее её… К тому же, она таскает за собой небольшую ношу, кто знает, чей это ребёнок!» «Именно так, я просто не понимаю, зачем такому выдающемуся человеку, как Клод Лоуренс, нужны подержанные вещи?» «У Элис и так плохая репутация… Знаете, она упрямо настаивала на замужестве с Говардом Джеффри, открыто обручилась с ним, но позже, к всеобщему стыду, на свадьбе у него родился внебрачный ребенок. Она потеряла всякое лицо, но все еще цеплялась за Говарда… а теперь это Клод Лоуренс, кто знает, повезет ли ей снова выйти замуж за богатого человека!» Палата, отделенная занавеской, плохо звукоизолировалась, и Алиса отчетливо слышала праздный разговор двух медсестер, находившихся внутри. Выражение лица Алисы оставалось спокойным, но кончики пальцев, сжимавшие бедро, побледнели. «Пошли домой!» — сказал Честер. Алиса безразлично кивнула, взяла Рейчел на руки и сказала: «Можешь немного присмотреть за Рейчел? Я хочу в туалет». "Мм." В туалете Алиса умылась холодной водой. Наконец успокоившись, она безучастно уставилась в зеркало на свое лицо, покрытое каплями воды. Она никогда многого не хотела… Почему все в мире считают, что она не заслуживает счастья? Неужели она действительно настолько неприятна? Придя в себя и выйдя из туалета, она не выказала ни малейшего признака чего-либо необычного на своем лице. Честер даже не взглянул на Алису, просто сказал: «Пошли!» Алиса замерла на месте, наблюдая, как он уносит Рейчел, не оборачиваясь. Очевидно, он также слышал разговор между медсестрами в кабинете врача, но ему было все равно… Верно, а почему его это должно волновать? Сделав глубокий вдох, Алиса молча последовала за ним. Алиса не знала, что в тот момент в кабинете директора две медсестры тихо рыдали, не понимая, почему их внезапно отстранили от работы в больнице. На обратном пути Алиса намеренно выбрала для поездки заднее сиденье место рядом с Рейчел. Честер не возражал. Рейчел немного поиграла в машине, а затем снова заснула, и Элис укрыла ее пиджаком Честера. В домике несколько минут царила тишина, прежде чем у Честера зазвонил телефон. Bluetooth-соединение обеспечило прямое подключение к звонку. "Честер…" "Да." "Ты можешь приехать и забрать меня сейчас же…" "В чем дело?" "Я… я плохо себя чувствую… можешь пойти со мной в больницу?" «В какой области вы чувствуете себя плохо?» «Похоже, в этом месяце у меня не было месячных… Мне так страшно…» В этот момент лицо Честера слегка помрачнело: «Где ты сейчас?» «Я в своей квартире». «Хорошо, я сейчас же приду за тобой». "Хорошо…" Не в силах сдержаться, услышав по телефону от Шарлотты упоминание о «задержке месячных», Элис резко посмотрела на Честера, ее тело тяжело вздрогнуло. Честер, естественно, не замечая реакции Алисы, спокойно сказал: «Я сначала отвезу тебя обратно». В тот момент у Алисы, казалось, что-то заперло в горле, и после долгого молчания она смогла произнести лишь «хм». Два дня спустя газета опубликовала статью о том, как Честер сопровождал Шарлотту в больницу на гинекологический осмотр. В обществе ходили слухи, что Шарлотта уже беременна, и предсказывали скорые хорошие новости. Честер и Шарлотта не сообщали публично о своей беременности, что привело к предположению о неявном подтверждении этого факта. Эти два дня Алиса провела спокойно, но весьма плодотворно… После переезда в Нью-Йорк и сокращения числа свиданий, Клод сосредоточила свою жизнь на работе… В последнее время идет подготовка к запуску нового вина Салли, и пресс-конференция не за горами. Дядя Грант сказал, что лучше подождать возвращения Клода из Нью-Йорка, прежде чем проводить эту конференцию, потому что, если Клод придет, это будет наилучшей рекламой для винодельни Sally Vineyard. Она уже позвонила Клоду, и он от души рассмеялся в трубку, спросив, не означает ли приглашение его на презентацию семейного вина, что он уже является частью семьи Робинсонов? Клоду всегда удавалось поднять ей настроение, превратив его из унылой пессимистки в близорукую особу, благодаря чему каждая беседа с ним казалась легкой, беззаботной и свободной. Последние два дня Честер, казалось, был занят, сопровождая Шарлотту, и не возвращался домой уже две ночи. Рейчел постоянно звала своего дядю, что немного беспокоило Алису, поэтому она оставалась на винограднике в течение дня, чтобы временно избежать вопросов Рейчел. Вернувшись домой в полдень, она изначально планировала пообедать с Рэйчел, но неожиданно застала Честера дома. Она мельком увидела Честера, проходя мимо кабинета, где он, откинувшись на спинку стула, разговаривал по телефону. Она так давно не видела его в таком хорошем настроении; его острые брови и сияющие глаза излучали радость, словно она даже слышала его нежные слова на другом конце провода. Шарлотте повезло. Беременность и присутствие рядом бойфренда, заботящегося о ней, — это счастье, которым обладают далеко не все. Его настроение, казалось, было действительно хорошим, на губах играла легкая улыбка, и он выглядел особенно приятным. Похоже, беременность Шарлотты сделала его очень счастливым. Элис повернулась, чтобы уйти, но случайно столкнулась с Рэйчел. "Мама…" Рейчел явно искала Честера и случайно наткнулась на Алису, которая с волнением бежала к ней навстречу. Она присела на корточки, чтобы поприветствовать Рейчел, и, подняв её на руки, сказала: «Дорогая…» «Мама, дядя…» — Рейчел указала на кабинет, явно желая, чтобы Алиса отнесла её в Честер. «Твой дядя звонит, мы можем пойти и найти его позже, хорошо?» "Нет…" — Рейчел извивалась в ее объятиях, не желая этого. Элис не справлялась с Рейчел, поэтому ей ничего не оставалось, как вернуться в кабинет. Неожиданно, как только она обернулась, из кабинета вышел Честер. Они встретились у двери кабинета. Увидев её, Честер едва заметно улыбнулся, и его лицо снова стало бесстрастным. Рейчел ласково позвала: «Дядя…», нетерпеливо протягивая руку, чтобы Честер обнял её. Честер обнял Рэйчел, нежно поцеловал ее мягкие волосы и выглядел очень трогательно. Алиса молча стояла в стороне, наблюдая за нежной сценой с участием Рейчел и Честера, и вдруг погрузилась в свои мысли. Если у Шарлотты родится ребенок, будет ли он по-прежнему осыпать Рейчел такой же любовью? Наступил полдень, а Честер так и не ушел, он остался дома с ними на обед. Честер проявил большое терпение, обучая в тот момент Рейчел пользоваться палочками для еды из Цветочного Королевства. Рейчел быстро научилась, хотя еще не могла брать еду руками, но уже умела держать палочки для еды с некоторым мастерством. Алиса молчала, не вступая с ними в разговор, желая лишь поскорее закончить трапезу и как можно скорее покинуть дом. В машине Алиса откинулась на спинку сиденья, держась за лоб, чувствуя сильную усталость. По какой-то причине последние две ночи она плохо спала, из-за чего в течение дня пребывала в плохом настроении. Заметив её усталость, водитель не удержался и спросил: «Мисс, вы выглядите довольно уставшей… Если вы плохо себя чувствуете, может быть, лучше пропустите сегодня поездку на виноградник и отдохните дома!» Сделав глубокий вдох, Алиса покачала головой: «Я в порядке, на винограднике меня еще много чего ждет!» Она боялась возвращаться домой, сама не понимая почему, боясь встретить его там. «Хорошо… Если почувствуете какой-либо дискомфорт, не продолжайте, ваше здоровье важнее всего». "Я понимаю." «Эй, это же мисс Юл вон там?» Алиса мельком взглянула на него, тут же нахмурив брови. Водитель был ошеломлен: «Разве я не ошибся? Почему мисс Юл села в машину к мужчине… мужчина даже нес ее сумку, они выглядели довольно близкими». «Неужели это брат мисс Юл?» «Нет, насколько мне известно, мисс Юл — единственный ребенок в своей семье, она поистине аристократическая наследница». Услышав слова водителя, Алиса замерла. ---------- Глава 1103-574: Дополнительно: Он абсолютно точно не гей Водитель снова сказал: «Мисс, посмотрите, мисс Юл прислонилась к плечу мужчины и плачет…» «Я это видел…» Водитель в ярости воскликнул: «Разве мисс Юл не девушка молодого господина? Почему она так близка с другим мужчиной…» Элис Робинсон покачала головой, погруженная в свои мысли. Весь день Алиса не могла сосредоточиться на работе. Сцена, где она увидела Шарлотту Юл с другим мужчиной в полдень, не давала ей покоя. Не устояв, она зашла в интернет, чтобы найти всю информацию о Шарлотте Юл. Она в основном искала информацию о Шарлотте Юл, но все отзывы о ней в интернете были положительными, и у Шарлотты Юл даже не было никакой романтической истории, за исключением слухов о романе с Честером Робинсоном. Однако, обладая женской интуицией, она не ошибется… Мужчина, который сегодня был с Шарлоттой Юл, определенно не был просто обычным знакомым; иначе он не нес бы сумку Шарлотты Юл, и Шарлотта Юл не плакала бы у него на плече… Итак, каковы же на самом деле отношения между Шарлоттой Юл и этим мужчиной? Достав телефон, Алиса набрала ряд цифр. «Здравствуйте, детективное агентство Джорджа? Это Элис Робинсон… Мне нужно, чтобы вы снова провели для меня расследование в отношении одной женщины. Ее зовут Шарлотта Юл, и я хочу узнать ее прошлое, включая ее личную жизнь…» Расследование частного детектива заняло бы как минимум день, и Элис не стала бы опрометчиво рассказывать кому-либо об этом деле, не получив результатов. Однако ей хотелось поговорить с Честером Робинсоном. Вечером Алиса вышла на террасу. Она давно знала о его привычке часто сидеть в одиночестве на террасе и спокойно пить красное вино. Вероятно, все такие люди, склонные к глубоким размышлениям, предпочитают уединение, поскольку это помогает им думать. Она еще не подошла к нему близко, но он уже догадался по шагам, что это она. «Я думал, ты больше никогда в жизни не будешь со мной разговаривать по-настоящему». Алиса спокойно подошла к передней части террасы, обернулась, прислонилась к перилам и посмотрела на него: «Я никогда не хотела с тобой ссориться… В этом доме лучше быть друзьями, чем враждовать». «Выпей со мной…» Честер Робинсон налил Алисе бокал вина и подал ей. Алиса на секунду заколебалась и взяла красное вино. Сделав глоток, она сказала: «Я вас еще не поздравила». Честер встал, подошел к ней и искоса посмотрел на нее: "Ты такая щедрая?" «Я твоя сестра, и моя невестка беременна. Мне обязательно нужно поздравить брата». Элис сама подняла свой бокал и чокнулась с Честером. Честер слегка улыбнулся, наблюдал, как она отпила глоток вина, и неторопливо сказал: «Вам с Клодом Лоуренсом тоже следует усердно работать». Произнося эти слова, он допил вино, которое она подняла за него тост. Она улыбнулась и сказала: «Я сделаю это». Он больше ничего не сказал, его взгляд был устремлен вдаль. Она проследила за его взглядом, устремленным вдаль, и мягко спросила: «Что вы думаете о Клоде Лоуренсе?» «Он идеально вам подходит. Он знающий, обходительный и понимающий, прекрасно компенсирующий ваши недостатки во всех отношениях». «Такую похвалу редко можно услышать…» Она повернулась к нему и слегка улыбнулась. Он слабо улыбнулся ей в ответ: «Действительно… это показывает, что он довольно хорош». «Как ты думаешь, замужество с ним сделает меня всегда счастливой?» «Конечно, если вы доверяете моему мнению, я верю, что он обязательно подарит вам счастье, о котором мечтают другие». Алиса улыбнулась, ничего не ответив, и ее взгляд устремился вдаль. Он сказал: «Уже поздно, ложись спать…» Алиса поставила бокал с вином и сказала: «Тебе тоже нужно поспать…» Он ответил тихим «Мм». Частный детектив дал Алисе ответ на следующий день. Мужчина, сопровождавший Шарлотту Юл вчера… как оказалось, когда-то был старше её по возрасту, и он женат. Кроме того, в ходе расследования этого дела частный детектив также обнаружил, что Честер Робинсон был однокурсником этого женатого мужчины в университете. Иными словами, Честер был старше Шарлотты Юл. На самом деле, информация о Шарлотте Юл была найдена раньше, но тогда на её образование не обратили внимания. Никто не думал, что она и Честер хорошо знали друг друга раньше. Неудивительно, что Честер, недолго думая, завязал романтические отношения с Шарлоттой Юл. По всей видимости, они были хорошо знакомы. Известно ли Честеру, есть ли у Шарлотты Юл какие-либо неясные связи с этой бывшей старшекурсницей? Женская интуиция очень точна; она не поверит, что пожилой мужчина просто случайно столкнулся с Шарлоттой Юл на улице и предложил ей подвезти… Вам следует знать, что Шарлотта Юл и тот старшекурсник вчера выписались из больницы. ---------- Глава 1104–574: Дополнительная история: Он абсолютно точно не гей. Сцена выглядела так, будто этот старшекурсник сопровождал Шарлотту Юл в больницу на обследование… Подобные отношения отнюдь не сводятся к простой неопределенности. Если подумать о радостном настроении Честера Робинсона в последние два дня, то, вероятно, он все еще пребывает в эйфории от беременности Шарлотты Юл… Однако внешний вид этой старшекурсницы заставляет предположить, что беременность Шарлотты Юл может быть несколько подозрительной. Следует понимать, что Шарлотта и Честер встречаются чуть больше месяца, но такая быстрая беременность кажется несколько поспешной… Что делать? Она чувствовала, что Шарлотта очень подозрительна… В полдень Элис Робинсон договорилась о встрече с Шарлоттой Юл. Шарлотта Юл, очевидно, не знала, почему Алиса пригласила ее, и пришла на встречу с большой радостью. "Алиса…" Шарлотта тепло позвала её. Алиса продолжала улыбаться: «Пригласить тебя на обед так неожиданно, я тебе мешаю?» Шарлотта покачала головой с улыбкой: «Я собиралась поесть одна, так что компания — это как раз то, что нужно». «Невестка, ты оказалась гораздо более энергичной, чем я себе представляла». «О, правда?» — Шарлотта отпила глоток свежевыжатого сока и сказала: «Может, потому что ты всегда видишь меня с братом… Ты же знаешь, какой он мрачный, поэтому я никак не могу вести себя оживленно». Алиса усмехнулась, отпила глоток кофе и небрежно спросила: «Кстати, невестка…» «Подожди, Алиса…» "Хм?" Шарлотта сказала: «Больше не называй меня „невесткой“. Когда ты так меня называешь, я чувствую себя такой же старой, как твой брат… Просто называй меня Шарлоттой с этого момента. Хотя я на несколько лет старше тебя, мой образ мышления находится на том же уровне, что и твой». Алиса была ошеломлена: «Разве это не неприлично…» «В этом нет ничего предосудительного, не беспокойся о своем брате». «Нет, я буду и дальше называть тебя „невесткой“!» «О, я терпеть не могу это прозвище… Элис, я не твоя „невестка“. Пожалуйста, больше так меня не называй». Услышав слова Шарлотты, Алиса на мгновение опешилась: «Почему?..» Шарлотта отпила глоток сока и сказала: «Я правда не понимаю, почему твой брат хочет устраивать для тебя представление!» "Хм?" Шарлотта отпустила соломинку и сказала: «Мы с твоим братом на самом деле не пара». Что? Алиса покачала головой, не в силах поверить своим ушам. Шарлотта прошептала: «Элис, твой брат когда-нибудь получал эмоциональную травму?» Алиса была озадачена: «Невестка, зачем вы спрашиваете?» «Я же тебе уже говорила, чтобы ты не называл меня „невесткой“, называй меня Шарлоттой…» «Э-э, сестра Шарлотта». "Хорошо, тогда пусть будет сестра, раз уж я старше… Точно, о чём ты меня спрашивала? Ах, ты спрашивала, почему я подозреваю твоего брата в эмоциональной травме, верно?" Алиса безразлично кивнула головой. Шарлотта сказала: «Я правда не понимаю, почему твой брат хочет, чтобы я притворялась его девушкой, чтобы помочь ему в актерской игре…» "Действовать?" «Да, каждый раз, когда я бываю на публичных мероприятиях с твоим братом, я, по сути, подыгрываю ему, хотя и не знаю, для кого твой брат хочет, чтобы я играла, но это не может быть кто-то другой, кроме того, кто ему дорог…» Откровения Шарлотты шокировали Алису и надолго оставили ее в недоумении. Шарлотта наклонилась к Алисе и тихо спросила: «Эй, Алиса… Ты хоть представляешь, для кого выступает твой брат?» Алиса еще не собралась с мыслями и лишь тупо покачала головой. Шарлотта подперла подбородок и пробормотала про себя: «Каждый раз, когда я спрашиваю твоего брата, он мне ничего не говорит. Мне так любопытно, кто эта женщина… Еще больше меня удивляет, почему твой брат вовлек меня в эту пьесу у тебя на глазах? Ты же его сестра, неужели он играет для тебя… Черт, неужели твой брат гей?» Восклицание Шарлотты вернуло Алису к реальности: «Что?» Шарлотта поспешно выпалила: «Я заметила, что каждый раз, когда я подыгрываю твоему брату, это всегда происходит перед тобой и Клодом Лоуренсом… И ты не можешь быть тем, за кого играет твой брат, неужели это твой парень Клод Лоуренс? Боже мой…» Шарлотта вдруг хлопнула себя по лбу. Алиса смутилась: «Как такое могло случиться?» «Как иначе? Ты знала? Твоему брату нравилось множество девушек во время учебы в университете. Одних только любовных писем, которые я помогла ему систематизировать, хватило бы на несколько коробок. Конечно, он ни на одно из них не смотрел… Некоторые были просто посредственными, но, дорогая подруга, понимаешь? Моя дорогая подруга тогда была красавицей кампуса, даже названа журналом Time самой красивой азиаткой. Она написала ему 520 любовных писем, а твой брат был равнодушен… Как мужчина может устоять перед красотой? Особенно перед такой потрясающей красотой, поэтому я уже тогда заподозрила, что с твоим братом что-то не так. И действительно, за эти годы твой брат преуспел в медицине, но его романтическая история практически отсутствует. Единственный скандал, который у него был, всплыл три года назад, якобы с женой Говарда Джеффри, Ребеккой Квентин, но он исчез, и Ребекка Квентин в итоге вышла замуж за Говарда Джеффри. Так что это определенно был фальшивый скандал… Поэтому я говорю, что твой брат может быть геем. Подумай об этом, мужчина в своем…» В тридцать с лишним лет у него наверняка возникают какие-то физиологические потребности, верно? Как он мог так долго оставаться холостым? Я очень сомневаюсь, что у него что-то не в порядке с органами… Чем больше Шарлотта говорила, тем больше воодушевлялась, но лицо Алисы становилось все более и более смущенным. Наверное, никто лучше неё не знает, гей Честер или нет… Он на 100% определенно интересуется женщинами, и его "интимные части" абсолютно нормальные, а иногда даже исключительные. «Алиса, ты думаешь, я прав?» Элис сухо усмехнулась: «Не знаю, мой брат на самом деле ни с кем не встречался… Но уверяю вас, Клоду точно не нравятся мужчины». Шарлотта неловко рассмеялась: «Я также точно знаю, что генерал Лоуренс точно не гей. Я не могла этого понять и просто предположила…» Элис рассмеялась и, воспользовавшись моментом, спросила: «Сестра Шарлотта, вы с моим братом на самом деле не состоите в романтических отношениях?» "Конечно, нет… твой брат совсем не в моем вкусе. Он всегда угрюмый и не любит разговаривать. Если бы я была с кем-то подобным, мне бы было ужасно скучно!" "А потом… потом ребёнок у тебя в животе?" Шарлотта вздохнула: «Ты увидел газету и предположил, что я беременна от твоего брата, верно?» «Нет. В тот день ты разговаривала по телефону с моим братом, и так получилось, что он вез нас с Рэйчел домой. Я слышала ваш разговор в машине». ---------- Глава 1105 - 575: Дополнительно: Брат, позволь мне остаться рядом с тобой, хорошо? (1) «Да…» — Шарлотта Юл опустила голову и погладила живот, — «Честер отвел меня к врачу, и подтвердилось, что я беременна уже больше месяца». "Это не братский?" «Конечно, нет… Мы с твоим братом просто хорошие приятели, хорошие друзья. Как я вообще могу поддерживать с ним такие отношения?» «Но тем утром я увидел тебя в пижаме моего брата, ты…» Шарлотта неловко рассмеялась, услышав это: «Немного неловко об этом рассказывать… В тот вечер я пошла на благотворительный банкет с твоим братом, но у меня было плохое настроение, потому что вечером мне позвонил мужчина, который мне нравится. Он сказал, что очень мне должен и отдаст все, чтобы отплатить, но то, что я хотела, он не мог мне дать… В тот вечер я была очень расстроена, поэтому много выпила и совсем напилась. Честер хотел отвезти меня домой, но моя семья очень строгая, и родители никогда не позволят мне прийти домой пьяной. Я также боялась, что они спросят, почему я пьяна, поэтому Честер отвез меня к тебе домой… Я не помню, что произошло в тот вечер, но твой брат спал в гостевой комнате, потому что я видела, как он утром заходил в комнату с подушкой… Позже я спросила твоего брата, что случилось прошлой ночью. Он сказал, что я была пьяна и прыгала по всей кровати. Я спросила его, как он меня потом успокоил, и он сказал, что не успокаивал меня Дайте мне наконец-то вымотаться и рухнуть на кровать! Хладнокровный, хладнокровный!!" Элис Робинсон широко раскрыла глаза: «Значит, в ту ночь вы с моим братом… просто были пьяны?» "Да… На следующий день у меня не было одежды, поэтому я одолжил у твоего брата одну из новых рубашек…" Алиса покачала головой и рассмеялась. Так вот что произошло. "Ух ты, я так много болтала… Я чуть не забыла спросить тебя, Алиса, почему ты пригласила меня сегодня на свидание?" «Ничего особенного, я собирался поздравить тебя и моего брата, но не ожидал, что история окажется настолько запутанной… Так что, похоже, вы с моим братом не поженитесь, верно?» "Я не знаю…" "Хм?" Шарлотта серьезно сказала: «Честно говоря, Элис… мужчина, который мне нравится, — мой бывший старший коллега и начальник юридической фирмы, в которой я сейчас работаю. Он мне всегда нравился, еще со студенческих лет, но он давно женат на женщине, которую любит… Я работаю в его юридической фирме, просто надеясь видеть его каждый день, но я не ожидала, что на торжественном ужине фирмы два месяца назад я случайно проведу с ним ночь… Он очень семейный человек, а я не из тех женщин, которые хотят к нему привязываться, поэтому я отказалась от всей его компенсации, делая вид, что ничего не произошло. Я перешла в другую юридическую фирму, решив разорвать с ним отношения… Но я не ожидала, что в этом месяце у меня задержка менструации. У меня уже было предчувствие, что я могу быть беременна, поэтому в тот день я очень волновалась. Я не знала, что делать. Я не хотела ему звонить, поэтому позвонила Честеру… Я хочу оставить ребенка, потому что я действительно, по-настоящему люблю этого человека. Честер уважил мое решение. Мы обсудили, как прояснить ситуацию…» «Ходили слухи, но Честер сказал, что мне не нужно их развеивать, потому что, по его словам, если я не хочу в будущем выходить замуж за кого-либо другого, то я должна выйти замуж за него вместе с ребенком…» Алиса удивилась: «Он действительно тебе это сказал?» Шарлотта кивнула: «Я до сих пор помню, как Честер говорил мне, что ему нужна жена, но он не может подарить ей счастье… а у нас обоих, как оказалось, было то, что нужно другому». «Ты всерьёз об этом думаешь?» — спросила Алиса. Шарлотта честно сказала: «Думаю, всё довольно хорошо… Твой брат хочет жену, а я хочу мужа, чтобы прекратить сплетни, и мы сразу нашли общий язык. Я также могу остановить сплетни от родителей и окружающих». «Но разве можно относиться к браку легкомысленно?» «Я чувствую то же самое, поэтому вчера я пошла к этому мужчине. Я рассказала ему о своих мыслях, и он не возражал. Он просто сказал, что компенсирует мне ущерб… Так что я уже решила, что если Честер захочет на мне жениться, я выйду за него замуж, и мы сможем быть официально женатой парой, оставаясь хорошими друзьями на всю жизнь». Элис поспешно поехала домой. Она не увидела Честера ни наверху, ни внизу, поэтому Алиса немедленно позвонила ему. Она узнала от Кейта Энтони, что Честер готовится отправиться в Нью-Йорк, поэтому Элис поспешила вслед за ним в аэропорт. ---------- Глава 1106 - 575: Дополнительно: Брат, позволь мне остаться рядом с тобой, хорошо? (1-2) Частный аэропорт с обширным открытым пространством, где дует особенно сильный ветер. Стройная фигура Алисы выглядит хрупкой под сильным ветром в аэропорту. Честер нахмурил брови, его голос, как обычно, был тихим: «Зачем ты здесь?» Алиса шла к нему против ветра. Ветер развевал ее прямые волосы, позволяя им колыхаться на ветру. Она спросила его: «Ты едешь в Нью-Йорк?» Честер спросил: «Когда это вы начали спрашивать, где я нахожусь?» Элис смотрела на его бесстрастное лицо, ее голос был слегка хриплым: «Ты спешишь в Нью-Йорк, чтобы увидеть Бекку?» Честер слегка прищурился, в его взгляде читалась холодность. Элис сглотнула горечь в горле и спросила: «Ты так сильно любишь Бекку?» Честер хранил молчание. В глазах Алисы появились слезы: «Брат… Бекка уже замужем за Говардом Джеффри. Она очень любит Говарда; ей невозможно быть с тобой всю жизнь…» «Меня это не касается». Слова Алисы, казалось, задели за живое Честера, и он холодно шагнул вперед. Алиса бросилась за ним вслед, пытаясь перехватить высокую и гордую фигуру Честера: «Шарлотта Юл уже всё мне рассказала…» "Ну и что?" «Вы действительно собираетесь жениться на Шарлотте Юл?» «У нас с ней свои потребности, в этом нет ничего плохого». Тон Честера был легким, словно он обсуждал что-то совершенно не относящееся к делу. «Почему ты хочешь жениться на Шарлотте Юл?» — с болью произнесла Элис. «Я же тебе говорил, мне нужна жена». "Даже если это без любви?" "Да." Элис холодно рассмеялась, ветер заставил ее пошатнуться, она едва могла устоять на ногах, но продолжала смотреть на Честера. "Это из-за того, что однажды сказала Бекка?" Лицо Честера потемнело. Алиса знала, что угадала правильно… В тот раз он только что очнулся от комы, и Бекка пришла его навестить… Она до сих пор помнит, что Бекка ему сказала. Доктор Робинсон, я все еще хочу так вас называть… В общем, вы в итоге сделали мне операцию, исполнив мое и Говарда желание. Я знала, что ты проснёшься, ты точно проснёшься, потому что ты не оставишь Алису и не оставишь ребёнка… Но знаете, чего я больше всего жду, так это того, что, проснувшись, вы сможете забыть всё прошлое… Никакого мрачного детства, никакого М, никакой встречи со мной… Я хочу, чтобы ты начала новую жизнь, чтобы у тебя были гармоничные отношения с Алисой, чтобы ты вела простую жизнь, чтобы однажды ты пригласила меня, Говарда, мою сестру и мистера Джонса на свою свадьбу… Всех нас вместе. Я очень хочу, чтобы ты был счастлив, Честер… Если из-за меня ты несчастна в этой жизни, я буду чувствовать себя виноватым всю свою жизнь. Надеюсь, у вас будет хорошая жизнь, желаю вам и Алисе счастья. «Она хочет, чтобы ты был счастлив, ты не хочешь, чтобы она чувствовала себя виноватой, поэтому ты женишься на Шарлотте Юл, чтобы избавить её от этого чувства вины и позволить ей жить чисто и счастливо до конца своих дней, верно?» — прохрипела Элис, её голос стал настолько хриплым, что его почти невозможно было расслышать. Кадык Честера слегка шевельнулся, а тонкие губы сжались в тонкую линию. Элис хрипло произнесла: «Почему ты вдруг принял такое решение? Если ты хочешь защитить её, есть бесчисленное множество способов, зачем же ты решил жениться на той, кого не любишь?» Из-за сильного ветра в аэропорту ее слезы сдуло, и они тяжело упали на землю. Она смотрела на него пустым взглядом, зрение у нее уже затуманилось. С невозмутимым лицом, сжатыми в тонкую линию тонкими губами, он молчал. После хриплого крика ее голос действительно стал хриплым, казалось, он ослабел, и она слабо произнесла: «Брат, этот мир — это не только Ребекка Квентин… Возможно, до сих пор никто не может заменить Бекку в твоем сердце, но я верю, что скоро ты встретишь другую половину, которая действительно принадлежит тебе в жизни…» Знает ли он, что они с Беккой одинаковые, и все желают ему счастья? Она посмотрела на него умоляющим взглядом. Он долго молчал, а затем произнес: «Вернись!» Она твердо посмотрела на него: «Я не вернусь!!» Он перестал отвечать ей, повернулся и направился прямо к трапу самолета. Ее тело ослабло, и она рухнула на землю. «Мисс Элис…» — с тревогой поддержал её Кит Энтони. Она бесстрастно смотрела в спину Честера, слезы текли по ее щекам. Честер остановился и сказал: «Кит, останься и отведи её обратно». "Да." К тому моменту, когда самолет взмыл в воздух, Элис уже сидела в машине и ехала домой. Слезы высохли на ветру, все ее лицо было безжизненным, она прислонилась к спинке сиденья. Кит постоянно оглядывался на нее, испытывая сочувствие, но не зная, как ее утешить. Наконец, Кит не смог удержаться и сказал: «Мисс Элис… Мне кажется, вы не совсем понимаете, что мисс Квентин значит для босса… Всё детство босса было мрачным, мисс Квентин можно назвать первым лучом солнца в его жизни, первым улыбающимся лицом, которое он увидел, тем теплом, которое может подарить только мисс Квентин… Босс жил в одиночестве все эти годы, чтобы найти мисс Квентин, и вы говорите, что такие тяжёлые чувства нельзя забыть за одну ночь?» Алиса ничего не сказала, она просто тихо прислонилась к спинке сиденья, ее лицо было бледным, без единого следа крови. «Мисс Алиса, есть еще один вопрос, я его обдумал и решил вам рассказать…» Алиса по-прежнему хранила мертвую тишину. Кит неуверенно произнес: «На самом деле, босс… он нездоров, у него очень плохое здоровье». Это была настолько тяжелая правда, что даже Кит почувствовал себя обязанным упомянуть об этом. У Алисы приподнялись уставшие веки, она в шоке уставилась на Кита: "Ты что… что говоришь?" Кит тяжело вздохнул, остановил машину и тихо произнес: «В голову босса пролетела пуля, когда он спасал тебя, в результате чего в мозге образовались тромбы, из-за чего он провел в коме больше года… На самом деле, когда босс очнулся, врач проверил его и обнаружил, что тромбы все еще находятся в его мозге; ему немедленно необходима операция, иначе он постоянно находится в опасности для жизни». Алиса внезапно вскочила с сиденья, недоверчиво глядя на Кейта: «Как такое могло случиться?..» Кит кивнул: «Мисс Элис, я бы не стал шутить с вами на такие темы…» «Не могу поверить, не могу поверить… с ним всегда всё было в порядке…» Кит с грустью сказал: «Я тоже не хочу верить в такую ​​правду; еще два дня назад я даже не думал, что у босса проблемы со здоровьем… до того дня, когда я позвонил тебе». ---------- Глава 1107 - 576: Дополнительная история: Брат, позволь мне остаться рядом с тобой, хорошо? 2 Элис смотрела на Кейта Энтони как в тумане. «На самом деле, в тот день босс действительно потерял сознание и попал в больницу… В тот момент я был ужасно напуган, меня охватила паника, поэтому я быстро набрал ваш номер…» «Вы сказали, что он потерял сознание?» Кит Энтони закрыл глаза от боли: «Да… босс потерял сознание от головной боли». «Но разве в тот день он не получил лишь незначительную травму?» Кит Энтони покачал головой: «После прибытия в больницу под наблюдение врачей босс вскоре очнулся… Проснувшись, он обнаружил, что я вас уведомил, поэтому попросил врача инсценировать травму руки, на самом деле не желая, чтобы вы знали о его состоянии». Алиса нахмурила брови: «Почему ты не сказал мне, когда я была в твоей больнице…» Кит Энтони невинно сказал: «В то время я тоже не знал причины обморока босса, я думал, что он просто слишком устал… Позже босс отвёз тебя домой, и на полпути он вдруг попросил тебя выйти из машины. Я был озадачен его действиями, не понимая, почему изменилось его выражение лица, но, размышляя, я обнаружил, что босс уже упал в обморок прямо на сиденье…» Алиса продолжала качать головой, широко раскрыв глаза, не в силах поверить в такую ​​правду. Кит Энтони продолжил: «Я снова отвёз босса в больницу, на этот раз узнав о его физическом состоянии, и позвонил его бывшему лечащему врачу, директору Тёрнеру… Директор Тёрнер был в Париже и поспешил к боссу, приведя с собой трёх всемирно известных специалистов по заболеваниям головного мозга… Они немедленно провели обследование, и когда я увидел их серьёзные выражения лиц через стеклянное окно, я понял, что состояние босса очень серьёзное». В этот момент голос Кейта Энтони дрогнул, он всхлипнул: «Я слышал их разговор с боссом… Они сказали, что боссу скоро потребуется операция, потому что кровотечение распространяется; если ему не сделают краниотомию для удаления тромбов, он будет чаще терять сознание…» — Тогда почему бы не организовать операцию? — с тревогой спросила Алиса. Кит Энтони ответил: «Если операция могла вылечить босса, как он мог отказаться от неё? Ключевой вопрос — огромный риск операции. Я слышал, как директор Тернер сказал, что краниотомия несложна, но удаление тромбов из мозга босса — чрезвычайно трудная задача. Видите ли, человеческий мозг содержит бесчисленное количество нервов и кровеносных сосудов, это самая хрупкая часть человеческого тела, и малейшие неполадки могут означать, что босс может никогда не проснуться… Когда босс впервые очнулся, директор Тернер уже запросил операцию, потому что, независимо от рисков, если босс не согласится на неё, то по мере распространения кровотечения операция станет ещё сложнее. Но босс тогда не согласился, потому что он лучше всех осознавал опасность… Босс сказал, что в таких случаях, как его, во всём мире выживает только двадцать процентов после операции, а восемьдесят процентов умирают под наркозом во время операции…» Услышав это, Алиса тяжело откинулась на спинку стула и погрузилась в долгое оцепенение. Кит Энтони глубоко вздохнул и сказал: «Мисс Элис, изначально я не планировал рассказывать вам о состоянии босса, потому что знал, что вы будете волноваться, но если я не проясню этот вопрос сейчас, боюсь, что позже, когда я вам расскажу, у вас возникнут сомнения». Элис смотрела на Кейта Энтони рассеянным взглядом. Кит Энтони серьезно сказал: «Мисс Элис, хотя босс, возможно, и не может проявлять к вам такую ​​привязанность, его забота о вас остается… Я никогда не понимал, почему босс остался в Париже, вместо того чтобы вернуться в Т-Сити. Он хотел научить вас управлять семейным бизнесом, но когда вы поссорились с ним, он в гневе уехал из Парижа, хотя всегда тайно заботился о вас… Возможно, вы не видите, что делает босс, но я вижу это ясно… Возьмем, к примеру, ваш роман с генералом Лоуренсом — это, по сути, тайная договоренность босса!» Алиса потеряла дар речи. «Мисс Элис, попробуйте вспомнить, где вы впервые встретили Клода Лоуренса?» Отель «Йорна». «Верно, отель «Йорна»… В тот момент девушка разбила стеклянную статую, и вы спорили с персоналом отеля, что привлекло внимание генерала Лоуренса… Но знаете ли вы, что управляющий отелем, ведший генерала Лоуренса по коридору в тот день, на самом деле получил от меня деньги, я поручил ему создать для генерала Лоуренса возможность обратить на вас внимание, поэтому управляющий намеренно усложнил вам задачу, чтобы генерал Лоуренс вас заметил… Кроме того, когда вы позже подали заявку на работу пианистом в отеле «Йорна», если бы не мои договоренности, как бы хорошо вы ни играли на пианино, вряд ли кого-то без опыта работы взяли бы на работу в пятизвездочный отель? Также босс взял вас на тот банкет, сказав, что хочет познакомить вас с инвесторами, но на самом деле он хотел, чтобы вы познакомились с генералом Лоуренсом…» ---------- Глава 1108 - 576: Дополнительно: Брат, могу ли я остаться рядом с тобой? (2-2) "Зачем он это сделал?" — Алиса прикусила губу, голос ее дрожал. «Потому что, по мнению начальника, генерал Лоуренс — человек, который подходит вам во всех отношениях… Кроме того, начальник лучше всех знает характер генерала Лоуренса». «Откуда он это знает?» «Вы узнаете об этом позже, мисс Алиса…» «Значит, он всё это сделал, чтобы познакомить меня с Клодом Лоуренсом?» «Начальник беспокоится о вас, он хочет найти кого-нибудь на ваше место… На самом деле, начальник вас очень ценит». В этот момент Алиса рассмеялась. Её смех был очень печальным, очень грустным. Она и представить себе не могла, что жизнь, которую она так упорно пыталась изменить, по-прежнему полностью находится под его контролем. «Почему он должен быть таким лицемером?» — смех Алисы был мрачным. — «Ему на меня совершенно наплевать…» «Мисс Элис, вы ошибаетесь… Босс заботится о вас, он действительно заботится о вас…» — взволнованно сказал Кит Энтони. — «Босс просто не может отпустить мисс Квентин, но на самом деле вы уже заняли место в его сердце… Если бы боссу было все равно на вас, он бы не боролся за то, чтобы заполучить для вас имущество Робинсонов, он бы не приезжал снова и снова в Париж, чтобы молча делать для вас столько всего… И да, разве вы не волновались на днях по поводу Эрика Гранта и его внезапной отставки? На самом деле, они планировали открыть свой собственный бизнес и конкурировать с Робинсоном за эту работу, это босс тайно вмешался и отпугнул их, заставив этих стариков вернуться верными Робинсону… Босс сделал все это для вас молча, но вы неправильно поняли, что босс был зачинщиком в тот момент, но босс не держал на вас зла, он не мог на вас злиться… Разве все это не доказывает, что босс заботится о вас?» «Стоп, помощник Энтони, я не хочу это слышать, я ничего не хочу слышать…» — внезапно Алиса резко распахнула дверцу машины и выскочила наружу. Глубокой ночью Алиса, прислонившись к изголовью кровати, чувствовала себя немного спокойнее, чем днем. В комнате едва слышно отдавалось тихое похрапывание спящей Рейчел, это было очень успокаивающе. Однако Алиса не могла уснуть: хотя веки её отяжелели от усталости, она ничуть не чувствовала сонливости. Сейчас ее больше не волновало, что сказал ей Кит Энтони днем, для нее важнее всего было то, не остались ли у него в памяти последствия огнестрельного ранения. Она не могла смириться с такими фактами… Потому что, как ни посмотри на Честера Робинсона, он не был нездоровым человеком. Но, поразмыслив, она поняла, что у него действительно случались странные моменты, однако ей никогда не приходило в голову, что это может быть связано с его физическим дискомфортом. Почему это произошло? Разве врач не сказал, что с ним все в порядке? Почему до сих пор ощущаются последствия? Самое ужасное было то, почему ей показалось, что небо рушится, мир внезапно погрузился во тьму, когда она услышала эту новость… Нет… Утром Алиса проснулась, и по ее лицу текли слезы. Она вспомнила этот сон лишь после долгого пребывания в состоянии оглушения… Во сне она стояла перед надгробным камнем Честера Робинсона и плакала, пока ее лицо не покрылось слезами. Она наконец поняла, откуда взялись слезы в уголках глаз и на лице – ей это снилось… Она встала, быстро привела себя в порядок и направилась в столовую. Тётя П.А. завтракала с Рейчел, и всё казалось таким же, как всегда. «Мисс, я заметил, что вы еще спали, поэтому не стал вас будить…» "Ой." Элис протянула руку и обняла Рейчел. Рейчел наклонила голову и улыбнулась: «Мамочка, ты всегда называешь меня сонной поросёнкой, сегодня ты и есть сонная поросёнка!» Алиса мягко улыбнулась. В это время с улицы вошла служанка, «госпожа». "Хм?" «Генерал Лоуренс вам позвонил». "Ой." Алиса взяла добавочный номер домашнего телефона и подошла к французскому окну в прихожей. "Клод…" «У тебя сломался телефон, не мог бы ты купить другой, чтобы мне звонить?» «В последнее время я был очень занят…» «Что с твоим голосом? Он такой хриплый? Ты опять простудился?» "Нет." «Алиса, я хочу кое-что с тобой обсудить…» "Хм?" «Я уже наняла дизайнера в Нью-Йорке для создания вашего свадебного платья, этот дизайнер — креативный директор Victoria's Secret, платье должно вас удивить». Алиса опустила голову: «О… Возьми всё в свои руки». «Я решила назначить дату помолвки на следующую субботу… На следующий день после пресс-конференции вашей винодельни, посвященной новым винам». "Хорошо!" «Я хочу официально появиться рядом с тобой в качестве твоего жениха». "Хм." "Алиса…" "Хм?" «Если это возможно, я бы хотел отказаться от помолвки…» "Ой." «Алиса… Ты понимаешь, что я имею в виду?» "Я…" В этот момент рука Алисы, сжимавшая телефон, постепенно ослабела, перед глазами потемнело, и она рухнула на землю. "Ах, мисс упала в обморок…" Слуга вскрикнул, и все бросились в комнату из гостиной. Алиса очнулась в больнице. Открыв глаза, она увидела обеспокоенное лицо тети П.А. Алиса, подперев руки, попыталась сесть… Тётя П.А. поспешила поддержать: «Мисс, доктор говорит, что вам нужно хорошо отдохнуть… Вам следует лечь!» Алиса действительно почувствовала слабость, в конце концов просто облокотилась на подушку у изголовья кровати и спросила: «Что со мной случилось?» Тётя П.А. сказала: «Ты потерял сознание, разговаривая по телефону с генералом Лоуренсом дома… К счастью, врач сказал, что ты просто мало отдыхаешь в последнее время, хорошо отдохни дома несколько дней, и всё будет хорошо… Ты чуть меня до смерти не напугал!» «Где Рейчел?» «Я переживала, что в больнице нездоровый воздух, поэтому попросила тетю Мэдж отвести ее поиграть немного в больничный сад, не волнуйся!» "Ой." «Мисс, врач сказал, что ваше здоровье очень плохое, это связано с хроническим недостатком сна… Он сказал, что вам нужно хорошо отдохнуть некоторое время, нельзя так сильно переутомляться, как раньше». Алиса послушно кивнула. ---------- Глава 1109 - 577: Дополнительно: Никогда тебя не отпущу!!! «Я уже позвонил генералу Лоуренсу… Он очень забеспокоился, когда услышал, что вы потеряли сознание, и спешит обратно из Нью-Йорка». «Тётя ПА, не могли бы вы одолжить мне свой телефон на минутку?» "Конечно…" — тётя ПА достала телефон и передала его Элис Робинсон. — "Ты собираешься позвонить генералу Лоуренсу?" Элис Робинсон не ответила, а просто взяла телефон и, опустив голову, набрала несколько цифр. Тетя П.А. замерла на мгновение, увидев последовательность цифр, которые набрала Элис Робинсон. Когда она поднесла телефон к уху, глаза Элис Робинсон внезапно наполнились слезами. «Мисс Робинсон, почему вы плачете?..» — тревожно спросила тетя П.А. Элис Робинсон всхлипнула, сдерживая слезы, и сказала тете П.А.: «Со мной все в порядке… Не могли бы вы ненадолго уйти?» «Но мисс Робинсон…» «Пожалуйста, уходите!» Тётя П.А. в тревоге покинула больничную палату. Когда Элис Робинсон наконец осталась одна в комнате, она дала волю слезам. Звонок проходил, но никто не отвечал на другом конце провода… Как раз когда Элис Робинсон уже собиралась сдаться, на звонок наконец ответили. «Это я». Ее голос был крайне хриплым. Он едва слышно хмыкнул. «Вы заняты?» Она слышала, как он перелистывал файлы, явно занятый работой в Нью-Йорке. "Хм." «Не могли бы вы на минутку отложить работу и выслушать меня?» Она услышала, как он перестал листать файлы. Она знала, что он ждет, когда она заговорит в этот момент. Она сделала несколько глубоких вдохов и медленно начала: «Я хочу прийти к тебе и позаботиться о тебе». На другом конце провода он долго молчал, явно уже догадав причину ее внезапного решения. «Со мной всё в порядке, мне не нужна ваша забота». «Это то, что я тебе должен». "Ерунда!" Не в силах сдержаться, она разрыдалась: «Я не веду себя неразумно… Брат, пожалуйста, позволь мне остаться рядом с тобой, хорошо?» Он снова долго молчал. Она безудержно рыдала, задыхаясь от слез. «Не плачь, ты же взрослый, зачем ты ведёшь себя как ребёнок?» "Я…" «Я ещё жив». «Я не хочу, чтобы ты умер…» "Что случилось? Почему у тебя такой хриплый голос?" «Я в больнице». Он нахмурился: «Ты болен?» Элис Робинсон покачала головой: «Я скучаю по тебе… Я так сильно скучаю по тебе… Я волнуюсь за тебя…» "Глупая девочка…" "Брат… Позволь мне подойти к тебе, хорошо?" Он ничего не сказал. Она выдавила из себя: «Мне всё равно, согласны вы или нет. Если вы не вернётесь в Париж, я поеду в Нью-Йорк, в T City, чтобы найти вас. Если вы будете меня избегать, я пойду на край света, чтобы найти вас…» "Вы с ума сошли?" «Я сумасшедшая… если бы я не была такой, я бы не влюбилась в тебя…» «Смирно оставайтесь в больнице… Я скоро вернусь в Париж!» «Хорошо, я тебя жду». Закончив разговор, Элис Робинсон подняла глаза и увидела тетю П.А. «Мисс Робинсон, вы вообще понимаете, что делаете?» — тётя П.А. печально покачала головой. — «Так вы испортите отношения с генералом Лоуренсом…» «Я всё объясню Клоду». «Мисс Робинсон… Вы действительно уверены в этом? Приняв это решение, вы губите себя!» «Мне уже всё равно, мне всё равно на всё…» Элис Робинсон крепко спала. Образы во сне были такими прекрасными… В поле подсолнухов Рейчел бегала и бродила среди цветов… Он обнял её, глядя вдаль. Ветер развевал ее волосы, легко покачиваясь в воздухе. Она мило улыбнулась ему, прислонившись к его плечу. Он нежно обнял ее, наклонил голову и поцеловал между прядями ее волос. "Брат…" Резкий крик испугал спящую рядом с ней тетю П.А. Тетя П.А. поспешно включила прикроватную лампу и нервно подошла: «Мисс Робинсон, что случилось? Вам приснился кошмар?» Элис Робинсон несколько раз покачала головой, схватив тетю П.А. за руку: «Где мой брат? Он пришел?» Тетя П.А. выглядела мрачной, покачала головой и сказала: «Мисс Робинсон, еще не рассвет». Элис Робинсон огляделась и поняла, что все еще находится среди холодных белых стен больницы, затем медленно отпустила руку тети П.А. и откинулась на изголовье кровати. «Мисс Робинсон, вы хотите пить? Я принесу вам стакан воды?» Элис Робинсон рассеянно кивнула. Вскоре тётя ПА принесла воду Алисе Робинсон. Элис Робинсон отпила воды, ее тон стал чуть спокойнее: «Который час?» Тетя ПА взглянула на часы и сказала: «Уже больше пяти, скоро рассвет». «Тётя ПА, не могли бы вы принести мне зеркало?» "В чем дело?" «Я ужасно выгляжу в таком виде?» Тётя ПА рассмеялась: «Мисс прекрасна; она никогда не выглядит ужасно». «Нет, я сейчас ужасно выгляжу. Если мой брат меня увидит, он подумает, что я ужасно выгляжу… Мне нужно умыться, накраситься, надеть красивое платье…» Элис Робинсон с трудом поднялась с постели. Тётя П.А. поспешила поддержать Элис Робинсон, твёрдо крикнув: «Мисс…» Только тогда Алиса Робинсон остановилась, ошеломленная и глядя на тетю П.А. Тетя П.А. помогла Алисе Робинсон снова удобно устроиться у изголовья кровати, чувствуя себя расстроенной: «Зачем ты себя этим мучаешь?» Элис Робинсон торопливо произнесла: «Тетя П.А., вы не понимаете. Мой брат сказал, что немедленно возвращается в Нью-Йорк… Он обязательно появится передо мной к рассвету». Тетя П.А. сидела на краю кровати и глубоко вздохнула: «Мисс… почему вы не можете отпустить ситуацию? Вы и мистер Робинсон — невыносимая пара…» "Почему?" «Всем известно, что мистер Робинсон — ваш брат. Если вы будете вместе, посторонние наверняка воспримут это как инцест, что нанесет ущерб доброй репутации семьи Робинсонов, строившейся на протяжении столетия. И самое главное, ваш дядя и эти люди всегда жаждут завладеть семейным бизнесом Робинсонов. Если бы мистер Робинсон не был Робинсоном, каким бы способным он ни был, семейный бизнес Робинсонов перешел бы в руки Робинсонов, и у вас не осталось бы ничего, кроме мистера Робинсона…» «Мне достаточно того, что он есть». «Но сердце мистера Робинсона не принадлежит вам…» «Нет, он заботится обо мне. Все видят, что он заботится обо мне». «Он испытывает к тебе только братские чувства… Он всегда относился к тебе как к сестре». «Нет, нет, тётя П.А., вы не понимаете… Мой брат видит во мне не просто сестру. Его привязанность ко мне — это привязанность мужчины к женщине…» «Это потому, что каждый раз, когда мистер Робинсон думает о мисс Квентин, он видит в вас мисс Квентин. Он просто использует вас как замену мисс Квентин…» «Ты несёшь чушь». Глядя на наивное лицо Элис Робинсон, не желающей признавать реальность, тётя П.А. с болью произнесла: «Мисс, никто не знает мистера Робинсона лучше вас… Неужели вы не видите, есть ли в его сердце мисс Квентин?» «Мне всё равно…» — Элис Робинсон сглотнула горечь в горле и наивно улыбнулась. — «Главное, чтобы он был рядом со мной». "Скучать…" «Тётя ПА, быстро выключите свет, мне нужно хорошо отдохнуть… Когда позже придёт мой брат, я хочу видеть его полным энергии». "Скучать…" Элис Робинсон уже натянула одеяло, закрыла глаза и погрузилась в свои мечты. Тетя П.А. беспомощно покачала головой и вздохнула, осознавая свою неспособность это остановить. Когда Элис Робинсон снова проснулась, было уже девять утра. В тот самый момент, когда она открыла глаза и увидела, как солнечный свет льется в комнату, Элис Робинсон резко села: «Тетя П.А.…» Тётя ПА вбежала с улицы: «Мисс…» «Который час?» «Сейчас девять часов». Элис Робинсон раздраженно воскликнула: «Почему ты не разбудил меня, хотя уже так поздно?..» «Я увидел, что мисс спит, и не смог заставить себя разбудить вас…» «Мой брат приехал?» — с тревогой спросила Элис Робинсон. Тётя П.А. сказала: «Ещё нет… но помощник Энтони только что заходил к вам, сказав, что мистер Робинсон уже приземлился». Элис Робинсон была взволнована: «Он приземлился?» Тётя ПА кивнула. Элис Робинсон была вне себя от радости, быстро спрыгнула с больничной койки и бросилась в ванную комнату больничной палаты. Пока Элис Робинсон принимала душ в ванной, приехал Кит Энтони. В тот момент, когда вошел Кит Энтони, тетя П.А. почувствовала холодную ауру в комнате. И действительно, после того как Кит Энтони вошел в больничную палату, он отошел в сторону, и позади него в комнату вошла высокая, холодная фигура. Увидев Честера Робинсона, тетя П.А. слегка задрожала, склонила голову и воскликнула: «Мистер Робинсон». Взгляд Честера Робинсона уже упал на больничную койку, он слегка нахмурился: «Где она?» Тётя П.А. тихо ответила: «Мисс принимает душ». Пока тётя П.А. говорила, Честер Робинсон услышал шум льющейся из ванной воды. Честер Робинсон жестом махнул рукой тете П.А.: «Уходите первыми!» Тетя П.А. с трудом посмотрела на Честера Робинсона, а Кит Энтони быстро бросил на нее многозначительный взгляд. Затем тетя П.А. последовала за Китом Энтони из больничной палаты. В просторной, тихой больничной палате слышался лишь шум льющейся из душа воды в ванной. Честер Робинсон сидел на единственном диване в больничной палате и закуривал сигарету. В обществе доктор Робинсон воспринимается как человек, который никогда не курит, поэтому, когда он курит, это обычно самый искренний момент в его жизни. Его длинные пальцы стряхнули пепел в пепельницу, а взгляд был прикован к двери ванной комнаты с необычайно глубоким выражением. Элис Робинсон понятия не имела, что Честер Робинсон уже находится за дверью… Она чувствовала себя отдохнувшей и благоухающей, ее настроение было приподнятым. Открыв дверь, она изначально собиралась привести себя в порядок, но вместо этого увидела его, сидящего на диване… Его лицо было бесстрастным, взгляд — напряженным, а темные глаза — казалось безграничными. Она боялась его взгляда, потому что такой взгляд в данный момент означал его гнев… Однако в этот момент её волнение от его присутствия намного перевесило страх, царивший в её сердце. Она подбежала к нему, села ему на колени и крепко обняла: «Брат…» Он докурил сигарету, обхватил ее бедра, его взгляд был строгим: "Ложись". «Я не хочу…» Она надула губы, прислонилась к его плечу и крепко обняла. Его холодный голос эхом разнесся у нее в ухе: «Клод Лоуренс скоро приедет, ты действительно хочешь, чтобы он увидел нас в таком виде?» ---------- Глава 1110 - 578: Дополнительная история: Бесстыжие 1 «Тогда воспользуйтесь этой возможностью, чтобы ясно ему это объяснить». "Нелепый!!" Он очень разозлился и оттолкнул её от себя. Она по-прежнему отказывалась отпускать руки, крепко обхватившие его шею, бормоча: «Я не говорю глупости, все, что я сказала, идет от сердца». Его лицо стало холодным и суровым: «Я сделаю вид, что ничего не слышал из того, что ты говорил с прошлой ночи до сегодняшнего дня… Больше не доставай мне хлопот!» "Хм…" — кокетливо ответила Алиса, полностью игнорируя его серьезность и на цыпочках приближаясь к нему, прикрывая рот вишнево-красными губами. Однако, как только ее губы почти коснулись его, он отстранил ее, его лицо было холодным, словно зимний иней, а тонкие губы холодно произнесли: «Ты собираешься погубить себя?» До этого момента она была погружена в свои фантазии, пока его железные руки крепко не схватили ее за запястья, не давая приблизиться. Только тогда ее мечты рухнули, счастье на ее лице медленно исчезло, оставив лишь опустошение и печаль, когда она с болью посмотрела на него: «Ты уже погубил меня, не так ли?» Его лицо слегка напряглось, решительные линии лица слегка дрогнули. Она прижалась к нему, обняв его: «Мне всё равно, кем ты меня считаешь… Сейчас я просто хочу быть рядом с тобой». "Алиса!!" Она подняла голову из его объятий, ярко улыбаясь: «Независимо от того, удастся ли тебе сделать операцию или позволит ли она нам состариться вместе, я просто хочу насладиться этим моментом». Он стиснул зубы: «Ты с ума сошёл!!» Она пристально смотрела на его красивое лицо, глупо улыбаясь: «Я давно уже сошла с ума». "Ты…" Тук-тук. Стук в дверь прервал их разговор. Голос Кейта Энтони был намеренно сделан громче, чтобы его могли услышать те, кто находился в больничной палате. «Генерал Лоуренс, вы здесь, мисс Элис внутри…» «Клод Лоуренс здесь». "Я знаю." "Отпусти!" Лицо Честера Робинсона побледнело, его терпение было на грани срыва. «Я не отпущу… Даже если войдет Клод Лоуренс, я не отпущу!!» Сказав это, она крепче обняла его за талию, прижавшись головой к его крепкой, сильной груди. Кит Энтони толкнул дверь больничной палаты, и в этот момент в комнату вошел Клод Лоуренс. Перед всеми предстала картина: Алиса уютно устроилась в объятиях Честера, крепко обнимая его. Взгляд Клода Лоуренса помрачнел. Алиса чувствовала, как взгляды устремляются на нее со всех сторон, но она по-прежнему оставалась в объятиях Честера. И Кит Энтони, и тётя ПА вспотели, осматривая место происшествия… «Хорошо, ты теперь взрослый, почему ты всё ещё ведёшь себя как ребёнок? Врач говорит, что тебе нужно остаться в больнице ещё на сутки; тебя пока нельзя выписывать». Мягкий голос Честера донесся до всех. Алиса подняла глаза и пристально посмотрела на него. Честер, поняв намек, отвел Алису в сторону и, улыбаясь, сказал Клоду Лоуренсу: «Простите, генерал Лоуренс… Моя сестра всегда была очень привязана ко мне. Я не согласился выписать ее сегодня, а теперь она ведет себя как избалованная… Вздох… Думаю, я не справлюсь со своей сестрой, лучше оставлю это вам. Вам следует уговорить ее остаться в больнице еще на один день». "Брат…" Честер слегка улыбнулся Алисе, нежно погладил ее по щеке: «Перестань дурачиться, веди себя хорошо… Генерал Лоуренс здесь, не веди себя как ребенок, иначе ты станешь для него посмешищем». Алиса замерла в оцепенении и замолчала. Честер отпустил Алису, повернулся и направился к Клоду Лоуренсу, извиняясь и говоря: «Генерал Лоуренс, моя сестра по-прежнему ведёт себя как избалованная девчонка… Надеюсь, в будущем вы сможете её больше терпеть!» Клод Лоуренс вежливо ответил на улыбку Честера: «Хорошо». «Тогда я больше не буду беспокоить тебя и мою сестру. У меня есть дела, я пойду первой». "Хм." Не оглядываясь, Честер вышел прямо из больничной палаты. Алиса долго стояла как вкопанная, пока Клод Лоуренс не обнял ее крепко: «Что случилось? Как ты вдруг потеряла сознание? Тебе что-нибудь еще неприятнее?» Алиса оцепенела и покачала головой. Тетя П.А. опасалась, что реакция Алисы вызовет у Клод Лоуренс чувствительность, и быстро выступила с бодрым ответом: «Генерал Лоуренс, с молодой леди все в порядке, врач сказал, что она просто переутомилась, и ее организм не смог справиться с раком поджелудочной железы… Я советовала ей обращаться к генералу Лоуренсу, когда у нее возникали проблемы, но она упряма и настаивает на том, чтобы все делать самой, видите ли, теперь она измотала себя до болезни!» Клод Лоуренс усадил Алису на диван, нежно поцеловал ее в лоб и сказал: «Глупышка… Даже если ты хочешь добиться результатов, не стремись к быстрому успеху и мгновенной выгоде, действуй постепенно». ---------- Глава 1111 - 578: Дополнительно: Бесстыжие 1_2 Нежные слова Клода Лоуренса еще долго звучали в ушах Элис Робинсон… Алиса медленно пришла в себя и безучастно уставилась на Клода Лоуренса. Клод Лоуренс крепко обнял её, его голос был хриплым: «Всё дело в мне, что я был слишком занят в последнее время и не уделял тебе достаточно времени, из-за чего тебе одной так тяжело… Обещаю, после помолвки я делегирую тебе большую часть своих рабочих обязанностей, а потом возьму тебя в свадебное путешествие куда ты захочешь, хорошо?» Глядя на нежное выражение лица Клода Лоуренса, у Алисы словно перехватило дыхание, и она внезапно потеряла дар речи. «Дорогая, ты слышала, что я сказала?» Алиса слегка прикусила губу. Клод Лоуренс нежно обнял хрупкое личико Алисы, глядя на нее с глубоким волнением: «Ты расстроена, потому что я так опоздал?» Алиса покачала головой. Клод Лоуренс нежно поцеловал ее в губы, прижимая к себе: «Я примчался сюда так быстро, как только мог…» Элис прислонилась к Клоду Лоуренсу, ее взгляд был рассеянным, и наконец она слегка приоткрыла губы: "Клод…" "Хм?" «Я не идеален, я недостоин вашего отношения». Клод Лоуренс тепло улыбнулся: «Глупышка, неужели ты до сих пор говоришь такие вещи? В моем сердце ты безупречна». «Но вы ничего не знаете о моем прошлом». «Мне всё равно… Я хочу получить подарок». Алиса покачала головой, повторяя это снова и снова, и пробормотала: «Тебе будет не всё равно… тебе точно будет не всё равно… если ты узнаешь о моём прошлом». Клод Лоуренс помог Алисе подняться со своих колен, спокойно глядя на нее: «Алиса, теперь посмотри мне в глаза». Алиса медленно подняла взгляд и встретилась с его глубокими карими глазами. Клод Лоуренс тихо произнес: «Я верю в Бога, и я верю, что Бог вездесущ, поэтому Бог должен быть сейчас рядом с нами… В этот момент я хочу дать нерушимую клятву перед Богом: я, Клод Лоуренс, никогда не буду вмешиваться в прошлое Алисы Робинсон в этой жизни и буду хранить ее как сокровище до конца своих дней…» Внезапно она сжала его губы, пристально глядя на него: «Пожалуйста… больше ничего не говори». Это лишь усилило бы чувство вины и самообвинения. Он замолчал, увидев в ее глазах вину и печаль. Она медленно произнесла: «Позвольте мне сначала рассказать вам историю?» Его голос был слегка хриплым: «Хорошо». Она слабо улыбнулась ему, но в её улыбке скрывались грусть и тоска. Обернувшись, она направилась к окну больничной палаты. Клод Лоуренс не подошел, а лишь наблюдал за ней издалека. Она посмотрела вдаль и хрипло начала: «Жила-была маленькая девочка, которая родилась в привилегированной семье, потому что у неё не было матери, отец особенно её любил, но у неё не было братьев и сестёр, и каждый раз, когда она видела других с братьями или сёстрами, она всегда чувствовала себя очень одинокой… Но небеса, казалось, особенно благоволили этой девочке. Когда девочка собиралась пойти в школу, отец привёл домой старшего брата и представил его ей, сказав, что он её настоящий брат, его звали Честер Робинсон. С того дня в семье появился ещё один человек, который будет её любить. Девочка была очень счастлива в тот момент, она смотрела на своего брата, в своём наивном уме она впервые открыла для себя, насколько красивыми могут быть люди…» Алиса тихонько пересказывала эти глубоко запрятанные воспоминания… Когда она говорила об эмоциональных моментах, она ярко улыбалась, ее лицо сияло нежностью, а когда речь заходила о печали, она задыхалась от боли, слезы текли по ее щекам… Клод Лоуренс уже сидел на диване в больничной палате и закуривал сигарету. Дым скрывал перед его глазами его привлекательные черты лица. Вытерев слезы, Алиса медленно повернулась и увидела Клода Лоуренса, впервые курящего перед ней. Чувство вины на мгновение лишило ее дара речи. Он долго молчал, а тяжелый стук сигаретного пепла лишь намекал на его эмоции. "Клод…" — прохрипела Элис, — "Я знаю, ты очень-очень хороший, но… я тебя не заслуживаю…" На нее смотрел холодный взгляд Клода Лоуренса. Впервые она увидела в его глазах такой равнодушный взгляд. Алиса подошла к нему хриплым голосом: «Ну что, тебя по-прежнему не волнует мое прошлое?» У Клода Лоуренса не было никакого выражения лица, из-за чего Алисе было трудно понять, что он чувствует в данный момент. В следующее мгновение Клод Лоуренс потушил сигарету в руке и холодно поднялся. Она смотрела на него, в ее глазах читалось извинение. Взгляд Клода Лоуренса сузился до одной линии, из которой исходил холодный свет. Время тянулось молча, пока они смотрели друг на друга. В ее глазах читалось извинение, в его — неописуемые эмоции. Ей казалось, что она стоит на небесном суде, ожидая Божьего приговора… Она почувствовала, что вся его энергия была направлена ​​на подавление эмоций, даже его брови не нахмурились, он использовал сильную волю, чтобы контролировать свои чувства. Она боялась, но не собиралась отступать… она действительно была ему обязана. Чего она никак не ожидала, так это того, что, несмотря на ее тревогу и страх, он не выказал никаких эмоций, а просто повернулся и безразлично направился к двери. Она на мгновение опешилась, а затем воскликнула: «Клод…» Он остановился, направляясь к двери. Она произнесла с глубокой скорбью в сердце: «Простите…» Он усмехнулся, отвернувшись от неё. "Мне жаль…" Он медленно начал: «Вы помните тот день, когда сопровождали Честера на благотворительный банкет?» Она кивнула. Он улыбнулся и сказал: «Когда вы с Честером приехали в отель, я был прямо за вами обоими… в тот день он, как обычно, держал тебя за руку, ты отказалась и сердито отдалилась от него… тогда ты была зла и упряма, но твой взгляд все равно неотрывно следил за его фигурой». В этот момент она почувствовала, как будто ей в горло вонзил холодный воздух, и ее тело застыло на месте. После долгой паузы он продолжил: «Честер, всемирно известный акушер-гинеколог, первый иностранный гражданин «Цветочного королевства», получивший Международную медицинскую премию Гэрднера, один из десяти медицинских обозревателей журнала Time, главный руководитель проекта «QCS», человек, о котором он больше всего заботится в этой жизни — Элис Робинсон». Глаза Алисы постепенно расширились, она недоверчиво покачала головой. Его холодная и гордая фигура бесшумно исчезла под ее ошеломленным взглядом. ---------- Глава 1112 - 579: Дополнительно: Бесстыжие 2 Когда тётя П.А. вбежала в палату, она увидела Элис Робинсон, лежащую на полу без сознания, слёзы текли по её лицу ручьём. "Скучать…" Тётя П.А. поспешно помогла Алисе подняться. Алиса села на диван, все еще пребывая в оцепенении. Тётя П.А. с тревогой спросила: «Мисс, почему генерал Лоуренс просто так ушёл? Вы с ним поссорились?» Алиса медленно пришла в себя и сказала: "Он… ушёл?" Тётя П.А. кивнула. «Когда генерал Лоуренс уехал, он велел мне хорошо о вас позаботиться». Слёзы Алисы полились ещё сильнее. «Мисс… что же, черт возьми, случилось? Не плачьте…» Рыдая, Алиса наконец осознала, что быть кому-то в долгу может так сильно ранить. Тетя П.А. так волновалась, что чуть не расплакалась. "Мисс… не пугайте меня…" В тот же миг Алиса глубоко вздохнула, решительно вытерла слезы в уголках глаз и спокойно покачала головой. «Со мной все в порядке». Только тогда тётя П.А. вздохнула с облегчением. «Мисс, вы и генерал Лоуренс…» «Мы уже расстались». Тётя П.А. была поражена, её лицо побледнело. "Мисс…" Алиса вытерла оставшиеся слезы с лица и уголков глаз и спросила: «Куда делся мой брат?» Тетя П.А. покачала головой. «Я не знаю… Местонахождение мистера Робинсона всегда было известно только помощнику Энтони». «Хорошо, тогда давайте соберем вещи и поедем домой». «Мисс, генерал Лоуренс так хорошо к вам относится, зачем бы вы…» С позиции старшего поколения тетя П.А. не могла понять решения Алисы. Элис не ответила тете П.А. Вместо этого она взяла телефон тети П.А. и набрала номер Честера Робинсона. Но до телефона Честера не удалось дозвониться. Тётя П.А. выхватила телефон из рук Алисы. «Мисс!!! Умоляю вас, пожалуйста, проснитесь. Мистер Робинсон не стоит того, чтобы вы это для него делали…» Алиса слабо улыбнулась. «Мне всё равно, стоит он того или нет». «Но мне не всё равно… Я больше не хочу, чтобы из-за мистера Робинсона вам было больно и вы чувствовали себя несчастными». «Я не буду… Я больше не буду страдать и жалеть его, потому что я больше не буду жадничать и ничего не буду получать взамен». «Мисс, зачем вы себя этим подвергаете?» "Тетя ПА…" — Алиса нежно обняла мягкую плечо тети ПА, в ее глазах играла мрачная улыбка, когда она говорила с легкой усмешкой: — "Пожалуйста, позволь мне еще раз быть эгоисткой, еще раз быть своенравной, и позволь мне провести оставшиеся дни рядом с моим братом…" «Мисс, я не понимаю, что вы говорите… сколько осталось дней? Что случилось с мистером Робинсоном?» Алиса шмыгнула носом и сказала: «У моего брата остались последствия укола, который он сделал мне. Врач сказал, что ему нужно сделать операцию как можно скорее, но результат операции может быть не очень хорошим…» "Что?" Резиденция Робинсонов. «Мама, куда мы поедем, когда закончим собирать вещи?» Рейчел подняла голову и с любопытством посмотрела на Алису, которая стояла перед шкафом и упаковывала одежду. Алиса положила одежду на кровать, затем подняла Рейчел на руки и мягко ответила: «Мы поедем к твоему дяде». "Ох… но если мы собираемся навестить дядю, зачем нам брать с собой столько одежды?" «Потому что мы переезжаем жить к дяде». «Это в Цветочном Королевстве?» Алиса покачала головой. «Мама тоже не знает. Мама везет тебя на поиски дяди. Где бы ни жил дядя, там будем жить и мы». "Ой… но разве маме не не нравится быть с дядей?" Алиса усадила Рейчел на кровать, присела на корточки так, чтобы они были на одном уровне глаз, и торжественно сказала: «Рейчел… Мама никогда не недолюбливала твоего дядю. Просто раньше мама была не очень рассудительной». «Взрослые тоже могут быть неразумными?» Алису позабавили детские слова дочери. Она погладила маленькую головку дочери и сказала: «Иногда взрослые бывают даже менее разумными, чем дети…» Упаковав багаж, Алиса попросила тетю ПА отвести Рейчел вниз поиграть. Оставшись одна в комнате, она снова набрала номер Честера. Извините, набранный вами номер временно недоступен. Пожалуйста, попробуйте позже… Положив трубку, Алиса, ошеломлённая, села на край кровати. Она больше не могла до него дозвониться… Звонки Кейта Энтони оставались без ответа; это определенно было по его приказу, а недоступность его собственного телефона ясно означала, что он намеренно избегал ее. Если он думал, что она просто сдастся из-за этого, то он ошибался. Снова взяв телефон, Элис отправила Киту текстовое сообщение. Если он не захочет приехать ко мне, я сделаю наши отношения достоянием общественности. Он может попробовать; я обязательно сделаю, как скажу. Кит, только что получивший текстовое сообщение, поспешил в кабинет. Это был президентский люкс, который Джеффри арендовал в отеле на длительный срок. Всякий раз, когда он не останавливался в резиденции Робинсонов, он приезжал сюда, чтобы остановиться на ночлег и поработать. В этот момент Джеффри участвовал в видеоконференции со своими подчиненными в Нью-Йорке. ---------- Глава 1113 - 579: Дополнительно: Бесстыдство 2_2 Кит Энтони не осмеливался его беспокоить, но испытывал тревогу. Лишь когда Честер Робинсон закончил совещание со своими подчиненными, Кит Энтони, словно стрела, бросился к столу: «Бо… босс…» "Что случилось?" «Мисс Элис прислала мне текстовое сообщение». Честер Робинсон открыл лежащий перед ним документ и тихо сказал: «Оставьте её в покое». «Но, босс, мисс Элис сказала… она сказала…» Честер Робинсон нахмурился и холодно посмотрел на Кейта Энтони: «Что ты тут бормочешь?» Кит Энтони неуверенно ответил: «Мисс Элис сказала… сказала, что если вы откажетесь с ней видеться, она публично раскроет ваши отношения и выведает из-под стражи прошлое Рейчел…» «Она что, сошла с ума?» Кит Энтони испуганно опустил голову, не смея громко дышать. Честер Робинсон закрыл лежавший перед ним документ и холодно встал. Когда Честер Робинсон вошел в дом, Элис была в хорошем настроении и играла на диване с Рейчел. Рейчел первой увидела Честера Робинсона и радостно воскликнула: «Дядя…!» Честер Робинсон холодно посмотрел на Алису и легкомысленно сказал: «Пойдем со мной». Слуги испугались холода Честера Робинсона, и Рейчел тоже испуганно уткнулась в объятия Алисы, слабо спрашивая: «Мамочка, что случилось с дядей?» Элис поцеловала Рейчел в лицо: «Не бойся… Дяде нужно кое-что обсудить с мамой, ты сначала вернись в свою комнату». "Хорошо…" Элис последовала за Честером Робинсоном в кабинет. Он повернулся к ней спиной, излучая яростную и жестокую ауру. Алиса посмотрела ему вслед, сохраняя необычайное спокойствие. Он ослабил галстук и внезапно обернулся: «Как думаешь, это весело?» «Я вам говорю, я не шучу». Честер Робинсон подошел к Алисе, его зловещий взгляд был прикован к ней: «У меня есть тысячи способов остановить твои нынешние мысли, так что тебе лучше вести себя хорошо и не создавать проблем». «Какие методы? Использовать наследство семьи Робинсонов, чтобы угрожать мне, или использовать опеку над Рейчел, чтобы шантажировать меня?» Казалось, она раскусила его, ее взгляд был еще более устремлен на него. «Ты думаешь, меня это все еще волнует?» Лицо Честера Робинсона побледнело, как бронза, а голос стал ледяным, как металл: «Попробуй меня». «Тогда давай, заставь меня потерять всё, забери наследство Робинсонов, забери Рейчел, тогда я смогу быть с тобой всем сердцем». Конечно, её волновало наследство Робинсонов и Рейчел, она сказала это лишь для того, чтобы придать себе смелости. «Хорошо, очень хорошо…» — Честер Робинсон прищурился, его глаза были полны сдерживаемого гнева из-за ее провокации. — «Вы намерены так себя унизить?» «Если я унижаю себя, а у тебя в сердце есть человек, которого ты искренне любишь, но ты всё равно не можешь устоять перед соблазном переспать со мной, разве ты сам не унижаешь себя?» "Ты…" Её острый язык всегда брал над ним верх. В ярости он повернулся и ударил кулаком по столу. Видя его гнев, ее сердце сжалось… Медленно идя позади него, она протянула руку и обняла его: «Не сердись… гнев вреден для здоровья». Он холодно отдернул ее мягкие руки, повернулся, его лицо побледнело: "Думаешь, у меня закончились способы с тобой справиться?" Из-за того, что он слишком сильно оттолкнул ее руки, она пошатнулась и чуть не упала, к счастью, ухватившись за стул рядом с собой. Она не злилась, совсем не злилась, потому что знала, что он пытается оттолкнуть её. «Какие бы методы вы ни использовали, это не поколеблет мою решимость оставаться рядом с вами, если только в этом мире не будет ни вас, ни меня». Она смотрела на него с решимостью, не боясь в этот момент его холодного лица. Он поднял её на руки, его взгляд был таким, словно он хотел её убить. Но она воспользовалась случаем, обняла его за шею и поцеловала. На этот раз она коснулась его губ, и это не было тем теплом, которое она себе представляла, но оно её очень возбудило. Как и ожидалось, он силой оттащил ее, его глаза были налиты кровью, как у разъяренного зверя. Не смутившись, она крепко обняла его и снова поцеловала. На этот раз он попытался оттолкнуть ее, но она вцепилась в него, как осьминог, обвив лапами и крепко прижавшись к его губам. "Блин…" Он сердито выругался. Она сделала вид, что не слышит, пытаясь высунуть язык, чтобы задеть его. И снова он силой оттащил её. Она упала на землю, ягодицы болели так сильно, что ей хотелось закричать. Он холодно посмотрел на неё сверху вниз, не собираясь помогать ей подняться, и холодно сказал: «Разве твоя нынешняя бесстыдность чтит отца, который когда-то возлагал на тебя большие надежды?» Несмотря на сильную боль, из-за которой ей было трудно встать, она все же опиралась на руки, чтобы удержаться на ногах, и медленно поднялась. Она выпрямилась, встретившись с его ледяным взглядом, и холодно улыбнулась: «Ты теперь собираешься использовать папочку, чтобы оказывать на меня давление?» Честер Робинсон, прищурившись и стиснув зубы, сказал: «Если в вашем уме осталась хоть капля здравого смысла, вам следует подумать о семье Робинсонов, подумать о себе». «Не делай вид, что ты всё за меня обдумываешь, Честер Робинсон, у тебя нет на это права!!» — крикнула Элис. Он замер, заметив, как у нее начали краснеть нос и глаза, а глаза наполнились слезами. Ее некогда сильное и прямое тело медленно ослабело, она посмотрела на него заплаканным лицом и с горечью произнесла: «Из-за тебя я утратила рассудок, ты разрушил мою жизнь… ты обманул меня, использовал меня, но при этом намеренно хорошо ко мне относился, вознес меня на небеса, а в самые невежественные годы, как дура, продал меня, но все равно глупо считал для него деньги… Так ты разрушил мою жизнь, какое право теперь ты имеешь ее спасать?» Она нежно обхватила его красивое лицо ладонями и хрипло прошептала: «Ты думал, что, подстроив мне отношения с Клодом Лоуренсом, ты обнулишь все?» ---------- Глава 1114 - 580: Дополнительно: Шелковистое проникновение Слезы текли из уголков ее глаз, стекая по щекам, образуя две чистые струйки. Она рыдала вслух: «Вы можете вознаградить меня богатством и роскошью, можете подарить мне совершенно замечательного мужчину, но как вы можете вознаградить мое сердце?» Она прикусила губу, пристально глядя в его бездонные темные глаза, изо всех сил стараясь подавить ком в горле, и захихикала, как сумасшедшая: «Знаешь, все эти годы ты был как иголка, воткнутая в мое сердце, и когда я скучаю по тебе, мне так больно, но когда я пытаюсь вытащить иголку, я обнаруживаю, что она уже приросла к моей плоти… Скажи мне, что мне теперь делать? Как мне вытащить эту иголку, не почувствовав боли?» "Ты с ума сошла!!" Он прищурился, теряя терпение, и грубо попытался оттащить её. Она отшатнулась на шаг назад, всё ещё с печальной улыбкой: «Я прекрасно понимаю, что делаю… Я нисколько не жалею о принятом решении». Она крепко держалась за него, пытаясь вырваться, ее одежда была в беспорядке. "Отпустить!!" Он взревел и грубо оттащил ее в сторону. Она снова упала на землю, словно кости были раздроблены от боли, одежда сползла с ее плеча, обнажив белоснежное плечо и едва различив нижнее белье. Она отказалась проявлять слабость… Стиснув зубы, она снова поднялась, дрожа, стоя перед ним. Пусть он снова оттолкнет ее, если сможет!! Он холодно смотрел на нее, намеренно избегая едва заметного нижнего белья, направляя свой безразличный взгляд лишь на то, чтобы задеть ее чувства. «Тебе действительно нужно так себя унижать, не так ли?» Он сердито посмотрел на меня и хрипло прорычал: «Хорошо, тогда оставайся в этом безумии совсем один!» Честер во второй раз отвернулся, но она крепко обняла его сзади, и в разгар их борьбы и попыток удержать его, они оба упали на пол. «Ты лжец…» — воскликнула она. — «Ты заботишься обо мне, но не смеешь признаться в этом, поэтому используешь Ребекку Квентин как щит…» Она, словно демон, обвила его талию ногами, настойчиво опутывая его. Он испепеляющим взглядом посмотрел на неё, глаза его были налиты кровью: "Чёрт возьми!!" Он выругался себе под нос, пытаясь силой оттолкнуть ее, но она крепко вцепилась в него, и его руки, упиравшиеся в землю, нечаянно надавили ей на грудь, заставив ее вздрогнуть от боли. Несмотря на это, она по-прежнему отказывалась отпускать. Он наконец остановился, ядовито сверля её взглядом: "Ты действительно так сильно хочешь быть со мной? А?" Она кивнула, и на глазах у нее выступили слезы. Он насмешливо рассмеялся: «Хорошо, тогда снимай одежду». Она замерла на мгновение. Он грубо стянул с нее одежду с правого плеча, отчего ее грудь выпятилась. Стыд внезапно накрыл ее, словно приливная волна, она извивалась, желая отвести ноги, переплетенные с его ногами, но неожиданно тот, кто еще несколько мгновений назад жаждал избавиться от нее, схватил ее за руку. Она резко оттолкнулась… Он схватил её за руку, сила его удара чуть не разорвала кости её кисти: «Разве ты не этого хотела — быть со мной? Тогда разденься полностью и позволь мне забрать тебя сюда!» Его грубые слова наполнили ее сердце еще большим стыдом. Она изо всех сил пыталась вырваться из его объятий… Он приказал: «Снимите это!!» Но как бы она ни старалась, у неё ничего не получалось… «Что случилось? Разве ты не хотела быть со мной? А теперь ты такая застенчивая и стеснительная?» — его тон был тихим, полным сарказма, несмотря на кажущуюся глубину эмоций. Ее тело замерло, инстинктивно желая прикрыться под его равнодушным взглядом. Он прищурился, словно подавляя сильный гнев, а затем взмахнул рукой, чтобы она могла встать. Она сидела, ошеломленная, на полу, наблюдая, как его напряженная спина исчезает в кабинете… В тот день Честер уехал. Он даже не взял с собой Кейта Энтони, поэтому никто больше не знал, где он находится. Он оставил Кейта Энтони, по-видимому, чтобы следить за ее местонахождением, но она почувствовала, что он беспокоится о том, что она одна, поэтому он остался в Париже, чтобы присматривать за ней. В течение трёх дней она бесчисленное количество раз звонила ему; хотя ни один звонок не доходил до адресата, она неустанно продолжала звонить. Тетя П.А. не останавливала ее с тех пор, как выписали из больницы. Наблюдая за тем, как та без конца звонит, словно сумасшедшая, тетя П.А. чувствовала себя бессильной остановить ее и просто звонила Киту Энтони. Увидев, как она без конца звонит, Кит Энтони наконец потерял терпение, выхватил телефон у нее из рук и закричал: «Мисс Элис, очнитесь, вы не застанете босса за этим!» Голос Кейта Энтони резко ударил ей в уши, выведя из оцепенения, и она безучастно уставилась на обеспокоенное лицо Кейта Энтони. Кит Энтони передал телефон тете ПА, присел на корточки, чтобы заглянуть в рассеянный взгляд Алисы, и мягко посоветовал: «Мисс Алиса, послушайте меня… таким образом вы не найдете начальника, и это только еще больше обеспокоит тех, кто вас любит. Успокойте свой разум, и давайте пересмотрим этот вопрос, хорошо?» Элис, казалось, не могла понять слов Кейта Энтони, она вдруг крепко схватила его и глупо улыбнулась: «Ассистент Энтони, ты мне лжешь, не так ли? Ты же знаешь, где находится мой брат, ты специально мне не сказал…» Кит Энтони тяжело вздохнул, осторожно помог Алисе прислониться к дивану вместе с тетей П.А. и тихо сказал: «Мисс Алиса, если бы я действительно знал, где находится босс, разве я не сказал бы вам, видя, как вам больно?» Алиса была поражена и непрерывно качала головой. Кит Энтони честно сказал: «На этот раз даже я не знаю, где находится босс, я вас не обманул…» Элис безучастно смотрела на Кейта Энтони, медленно ослабила хватку и опустилась на диван. Кит Энтони встал, нахмурив брови и выразив беспокойство, мягко успокаивающе произнес: «Мисс Элис, возможно, это действительно была моя ошибка…» Взгляд Алисы потускнел, она потеряла фокус. Кит виновато склонил голову: «Во всем виноват я… Если бы я не рассказал тебе о боссе, из тебя бы ничего не вышло…» Тетя П.А., стоявшая рядом, вмешалась: «А зачем сейчас это говорить?!» «Простите, простите…» Элис Робинсон никак не отреагировала, всё ещё погруженная в свои мысли. «Мисс Элис, пожалуйста, не будьте такими. Вы только усиливаете мое чувство вины… Мне не следовало рассказывать вам о боссе. Может быть, я его совсем не понимала, может быть, я все это время причиняла вам боль». Тетя П.А. посмотрела на Элис Робинсон, чьи глаза казались пустыми, словно мертвая тишина, и с болезненным выражением лица вытерла слезы с уголков глаз: «Мисс, не будьте такими… Я очень за вас волнуюсь». "Во всем виноват я…" — продолжал винить себя Кит. «Это твоя вина… Если бы ты не рассказала мисс эти безумные вещи, она бы сейчас не была такой… Мистер Робинсон совершенно равнодушен к мисс. Если бы он был неравнодушен, он бы не позволил ей страдать здесь в одиночестве…» Тетя П.А., сочувствуя Алисе, начала обвинять Кита. "Мама…" Внезапно раздался тихий и слабый детский голос. Увидев Рейчел, тетя П.А. вздрогнула и быстро присела на корточки, чтобы спросить: «Дорогая, зачем ты здесь?» Опасаясь, что Рейчел увидит Алису в таком плачевном состоянии, тетя П.А. всегда поручала слугам присматривать за Рейчел наверху. Рейчел осторожно вырвалась из объятий тети П.А. и неуверенными шагами подошла к Алисе: «Мамочка…» Рейчел потрясла Элис за руку, видимо, испугавшись ее вида. Наконец, зов ребёнка вернул Алису к здравому смыслу… Взгляд Алисы медленно сфокусировался на невинных глазах Рейчел, и она постепенно протянула руку, чтобы притянуть Рейчел к себе, спрашивая: «Милая девочка, что случилось?» Рейчел забралась на диван и прижалась к Элис: «Мне страшно…» Элис медленно выпрямилась, притянув Рейчел к себе и спросив: «Глупышка, чего ты боишься?» Рейчел осторожно протянула руку, чтобы вытереть непролитые слезы с глаз Алисы: «Ты плачешь…» Алиса мягко улыбнулась: «Нет, я не плачу… Мама не плачет, просто ей в глаз попала песчинка… Смотри, мама не плачет». Она широко улыбнулась, чтобы успокоить встревоженное сердце ребенка. Рейчел действительно почувствовала облегчение, увидев улыбку на лице Алисы: «Это хорошо…» Элис погладила маленькую головку Рейчел: «Молодец… Ты спустилась к маме, потому что проголодалась?» Рейчел кивнула: «Мамочка, я хочу, чтобы ты поела со мной…» "Хорошо…" Элис подняла Рейчел на руки и встала с дивана. Рейчел нежно поцеловала Элис в щеку. Тетя П.А. и Кит вздохнули с облегчением, увидев происходящее, и были благодарны Рейчел за ее своевременное появление. Алиса, держа на руках Рейчел, пошла в столовую, делая вид, будто ничего не произошло. «Мама, я хочу это съесть…» "Хм, мама тебе это достанет…" «Спасибо, мамочка». "Пожалуйста…" Тетя П.А. и Кит наблюдали за происходящим, и хотя в этот момент Элис, казалось, чувствовала себя хорошо, беспокойство не покидало их лиц. С набитым ртом Рейчел внезапно повернула голову и спросила Алису: «Мамочка, разве ты не говорила, что мы пойдем искать дядю? Когда мы пойдем?» Никто не ожидал, что Рейчел затронет такой деликатный вопрос именно в этот момент; тетя П.А. и Кит ахнули от шока. Все они боялись, что эта тема неожиданно вызовет у Алисы сильные эмоции… Алиса на мгновение опешилась, а затем спокойно сказала: «Дядя на несколько дней уехал обратно в Цветочное Королевство, он вернется и немного нас приютит». "Ой." "Поторопись и ешь… Э-э, палочками для еды так не пользуются, дорогая… Держать их нужно вот так, как тебя учил дядя в прошлый раз…" Возле комнаты Алисы тетя П.А. и Кит выглядели встревоженными. Тётя П.А. спросила: «Как ты думаешь, с мисс всё в порядке?» Кит покачал головой: «Не знаю, но, судя по её виду, кажется, с ней всё в порядке». «Может, мисс просто притворяется перед Рейчел?» «Я тоже волнуюсь…» «Как вы думаете, мисс, возможно, захочет еще раз что-нибудь сделать в комнате?» Лицо Кейта внезапно побледнело, и он резко посмотрел на дверь. Тетя ПА несколько раз цокнула языком: «Ах, мисс не из таких людей…» Кит бросил на тетю П. взгляд: «Ты меня до смерти напугала». Тетя П.А. посмотрела на дверь: «Я очень волнуюсь за мисс. Как думаешь, после того, как она закончит уговаривать Рейчел, она снова начнет слишком много думать?» Кит вздохнул и протянул руку, чтобы постучать в дверь. ---------- Глава 1115 - 581: Дополнительно: Шелковистое «проникновение» 2 Она никак не ожидала, что дверь откроется изнутри именно в этот момент. Рука Кейта Энтони застыла в воздухе. Увидев Элис Робинсон, он поспешно опустил её и тревожно крикнул: «Мисс Элис…» Тётя П.А. вздохнула с облегчением, а затем увидела, что Алиса приняла душ, собрала волосы в аккуратный конский хвост и была одета в элегантный офисный костюм. «Мисс, вы… вы собираетесь куда-то выйти?» Элис кивнула. «Помоги мне хорошо позаботиться о Рейчел. Я иду на винодельню». «Вы собираетесь заниматься делами винодельни?» «Мм, через пару дней на винодельне состоится презентация новой продукции. Дяде Гранту и остальным нужно многое со мной обсудить». Услышав это, тётя ПА была вне себя от радости. «Да-да… на винодельне ещё столько всего ждёт, чтобы ты этим занялась!» Кит Энтони тоже снова и снова кивал, втайне радуясь тому, что Элис берет себя в руки. Однако то, что Алиса сказала дальше, повергло тетю ПА и Кейта Энтони в шок… Элис спокойно сказала: «Как только я закончу все дела, связанные с запуском нового красного вина, я временно передам винодельню дяде Гранту и остальным… А я позабочусь о своем брате». Голос тёти П.А. прозвучал хрипло. "Мисс…" Кит Энтони уже собирался что-то сказать, но Элис перебила его. «Я знаю, что беспокоила вас эти три дня, но мой разум ясен. Каждое мое решение тщательно обдумано». «Но, мисс, вы сейчас даже не знаете, где находится мистер Робинсон…» «Когда я улажу дела винодельни, я его найду». Тетя П.А. беспомощно покачала головой и не смогла удержаться от того, чтобы снова обвинить Кита. «Это все твоя вина, ты виновата в том, что с этой девушкой стало так…» Кит Энтони опустил голову, испытывая сильное чувство вины. Элис спокойно сказала: «Это не вина помощника Энтони. На самом деле, я должна поблагодарить помощника Энтони… Если бы он не рассказал мне о ситуации с моим братом, я бы не поняла, что на самом деле не могу его отпустить. И я не могла забыть его, но выбрала быть с Клодом Лоуренсом — это причиняло боль не только мне, но и Клоду Лоуренсу. Отпустить Клода Лоуренса — самое правильное решение, которое я приняла». «Мисс, вы задумывались о том, что у мистера Робинсона есть кто-то в сердце? Быть с ним… для вас ничего не получится…» — сказала тетя П.А. с болью в сердце. Элис глубоко вздохнула, и на её лице появилась лёгкая улыбка. «Раньше меня слишком волновали „результаты“. Вот почему я упустила столько времени, которое могла бы провести с ним… В самом деле, что такого важного в финале? Важно то, что я могу быть рядом с ним». «Значит, даже если мистер Робинсон тебя не любит, ты всё равно готова остаться с ним?» Элис твердо кивнула. «Любит он меня или нет — неважно. Важно то, что я люблю его… Я должна быть с ним в самые трудные дни, которые еще предстоят». Услышав это, Кит Энтони был глубоко тронут. Чаша весов в глубине его сердца наконец склонилась в сторону поддержки Элис. «Мисс Элис, я, возможно, и не могу угадать мысли босса, но я следил за ним столько лет, и могу сказать, что его чувства к вам определенно не ограничиваются братско-сестринскими… Я верю, что если вы будете настойчивы, однажды он это признает». Элис улыбнулась. "Спасибо, Кит…" Кейт Энтони улыбнулся вместе с ней. «Ах да, помощник Энтони, я хочу попросить вас об услуге…» "Вперед, продолжать." «Я хочу, чтобы вы использовали все возможные средства, чтобы связаться с моим братом. Я хочу, чтобы вы сообщили ему, что презентация новой продукции винодельни состоится через два дня. Я не могу справиться со всем в одиночку. Надеюсь, он приедет. Что бы ни случилось, он все равно «единственный сын» семьи Робинсонов». Кит Энтони быстро ответил: «Я сделаю все возможное, чтобы связаться с боссом». Тетя П.А. в замешательстве спросила: «Мисс, почему вы „одна и беспомощная“? Разве генерал Лоуренс тоже не приедет?» Элис горько усмехнулась. «Он, наверное, больше не придет…» Она так сильно его ранила. По дороге на винодельню Алиса была очень спокойна. Она отбросила все тревоги и полностью сосредоточилась на решении деловых вопросов. Водитель опасался, что Алисе будет скучно, поэтому вежливо спросил: «Мисс, не хотели бы вы послушать новости?» Как раз вовремя — прослушивание новостей могло отвлечь её и помочь успокоить сердце. "Хорошо." Водитель тут же включил автомобильное радио… Алиса закрыла глаза, позволяя себе погрузиться в приятный голос ведущей новостей. Но после нескольких подряд сообщений из мира социальных сетей ведущий вдруг заговорил радостным тоном: «Далее – восхитительная новость… Человек, пользующийся безупречной репутацией в медицинском мире и прозванный самым красивым в мире, а также единственный сын французской семьи владельцев винодельни Robinson Manor – Честер Робинсон – наконец-то час назад объявил, что он и его девушка, Шарлотта Юл, проведут церемонию помолвки во Франции через неделю… Все мы знаем, что не так давно президент группы компаний «Jorna», Клод Лоуренс, объявил о скорой помолвке со своей девушкой, Элис Робинсон, а теперь об этом объявил и ее брат… Я верю, что для винодельни Robinson Winery этот год будет годом триумфа, ведь у нее уже два таких грандиозных и радостных события…» ---------- Глава 1116 - 581: Дополнительно: Шелковистое проникновение 2_2 Алиса уже открыла глаза, ее взгляд был слегка отсутствующим. Водитель ничего не знал и, услышав новость, радостно воскликнул: «Мисс, молодой господин тоже обручается? Какая замечательная новость…» Ему следовало знать, что она была человеком с упрямым характером, и если она приняла решение, то уже не сдавалась. Если он думал, что объявление о помолвке с Шарлоттой Юл отпугнет ее, то это лишь доказывало, что он недостаточно хорошо ее понимал, ведь она оказалась сильнее, чем он себе представлял. Занимаясь делами на винодельне весь день, она в основном завершила подготовку к запуску нового вина, что позволило ей немного отдохнуть в течение следующих нескольких дней. Как только она вошла в дом, Рейчел радостно побежала к ней навстречу. "Мама..." Она передала сумку служанке и наклонилась, чтобы поднять Рейчел: «Милая…» Рейчел поцеловала Алису в щеку: «Мамочка, ты устала?» "Немного." «Я сделаю тебе массаж спины». "Хорошо!" Элис отнесла Рейчел к дивану и села. Рейчел стояла позади Алисы, нежно поглаживая ее плечи своим маленьким кулачком: «Мамочка, тебе удобно?» "Мм." «Мама, когда ты устанешь, я помогу тебе помассировать спину». Нежные слова дочери согрели сердце Алисы, и она невольно обернулась, посадила Рейчел себе на колени и ласково поцеловала её: «Какая хорошая девочка». "Мисс Элис..." В этот момент перед Алисой появился Кит Энтони. Элис подняла глаза и увидела не только Кейта Энтони, но и тетю ПА с обеспокоенным выражением лица. Алиса спросила: «Что случилось?» Кит Энтони взглянул на Рейчел на руках у Элис, колеблясь, прежде чем что-либо сказать. Алиса тут же сказала Рейчел, которая была у нее на руках: «Милая, маме нужно кое-что обсудить с дядей Энтони. Можешь пойти поиграть с тетей ПА?» Рейчел послушно кивнула. Затем тётя ПА увела Рейчел. Только тогда Кит Энтони заговорил: «Мисс Элис, полагаю, вы видели сегодняшние новости…» Алиса спокойно встала и кивнула: «Он публично объявил о своей помолвке с мисс Юл». Кит Энтони нахмурил брови: «Что ты планируешь делать? Босс уже объявил, что помолвка состоится на следующей неделе, а времени осталось совсем мало». «Я совсем не волнуюсь». "Почему нет?" Алиса небрежно ответила: «У меня есть способ это остановить». Кит Энтони был не так оптимистичен, как Элис; он нахмурился: «Если бы вы знали, где босс и мисс Юл собираются обручиться, возможно, вы могли бы вмешаться. Но сейчас мы даже не знаем, где находится босс; как вы можете это остановить?» Элис сказала: «Мне не нужно знать, где он собирается обручиться, мне нужно знать только, когда». «У вас есть план?» — спросил Кит Энтони. Алиса тихонько усмехнулась: «Пока это секрет». Она не хотела рассказывать об этом Киту Энтони, потому что, если бы он узнал о её плане, он бы наверняка попытался её остановить. Кит Энтони кивнул: «Что ж... если вам понадобится моя помощь, просто дайте мне знать». "Мм." Уложив Рейчел спать и приняв ванну, Алиса села на диван в комнате и начала сушить волосы. По неосторожности кольцо на безымянном пальце правой руки зацепило волосы, причинив ей боль и заставив нахмуриться. Именно тогда она заметила, что на правой руке у нее все еще красуется обручальное кольцо, подаренное ей Клодом Лоуренсом. Отложив полотенце, она, погруженная в размышления, посмотрела на кольцо. Впервые в жизни, думая о ком-то, она испытывала чувство вины. Тем не менее, это решение было наилучшим для него. Он был таким исключительным; он заслуживал найти чистую и прекрасную женщину, с которой мог бы провести свою жизнь, а не кого-то с таким проблемным прошлым, как у нее. Тихо вздохнув, она лишь от всего сердца пожелала ему счастья. В то же время, в номере пятизвездочного отеля в Париже. Мисс Юл вышла из своей комнаты и нечаянно увидела Честера Робинсона, сидящего в одиночестве на диване и пьющего. Честер сидел в затененном углу, рядом с панорамными окнами от пола до потолка, и перед ним открывался вид на весь ночной Париж. Однако обширная обстановка создавала впечатление, что Честер особенно одинок и отчужден. "Честер..." Мисс Юл села напротив Честера, положив ноги на диван, и выглядела при этом необычайно расслабленной. Честер взглянул на мисс Юл: «Почему вы не спите?» "Ты тоже не спишь!" Честер не ответил. Мисс Юл удрученно сказала: «Я не могу уснуть». Честер продолжал пить вино. Мисс Юл прислонилась к дивану и тихо сказала: «Я думаю, было ли наше решение действительно правильным». Честер взглянул на мисс Юл: «Вы сожалеете?» Мисс Юл покачала головой: «С того момента, как я решила родить этого ребенка, у меня был только один путь, и у меня нет выхода... по правде говоря, я спрашиваю вас о том, почему я ставлю под сомнение это решение». Честер слегка прищурился: «Что ты имеешь в виду?» В этот момент мисс Юл пристально посмотрела на Честера: «Неудивительно, что я никогда не могла догадаться; кто бы мог подумать, что брат притворился так, чтобы сестра это увидела». Рука Честера, державшая бокал с вином, слегка замерла. Мисс Юл тихонько усмехнулась: «Возможно, меня сочтут недальновидной, раз я несколько раз сомневалась. И все же ситуация всегда казалась безнадежной, но реальность часто нас удивляет». Честер сохранял спокойствие, взял свой бокал с вином и подошел к окну. Перед окном стояла высокая фигура, необычайно прямая и красивая. Мисс Юл встала с дивана и подошла к нему, глядя на его мрачный профиль, и тихо сказала: «Я давно слышала, что тебя нашел твой отец и вернул в семью Робинсонов в восемнадцать лет. Но теперь, похоже, твой отец так и не нашел своего настоящего сына…» Честер продолжал потягивать вино, не говоря ни слова. Мисс Юл отвела взгляд в сторону и медленно пробормотала: «Честер, знаешь, как я догадалась о связи между тобой и Алисой?» С улыбкой мисс Юл ответила себе: «Ты когда-нибудь замечал, что Рейчел очень на тебя похожа…» Честер равнодушно ответил: «Она похожа на свою мать». ---------- Глава 1117 - 582: Дополнительная история: Прорыв 1 «Нет…» — Шарлотта Юл покачала головой и улыбнулась Честеру Робинсону. — «На первый взгляд, когда вы видите Рейчел, вам может показаться, что она очень похожа на Элис Робинсон. Но если присмотритесь внимательнее, особенно когда Рейчел рядом с вами, вы обнаружите, что брови Рейчел точно такие же, как ваши… Я и раньше так чувствовала, но тогда думала, что это просто потому, что ребенок похож на своего дядю, пока однажды Элис не пришла меня найти…» «Ты рассказала ей об актерской карьере?» «Да, — призналась Шарлотта. — Она пришла ко мне в тот день, я была совершенно не готова, и я начала болтать о нашей игре. В тот момент ее реакция не показала ничего необычного, но после того, как я закончила говорить, я поняла, что когда я упомянула о возможности выйти за тебя замуж, ее лицо побледнело, и она сказала «извини», после чего быстро покинула ресторан. Я чутко что-то почувствовала, поэтому побежала за ней из ресторана… Я поехала за ней и, наконец, обнаружила, что она отправилась на твой частный аэродром, и там я услышала весь ваш разговор…» Шарлотта посмотрела на холодное, леденящее лицо Честера и тихо вздохнула: «Почему ты отверг Алису? Я вижу, она тебя очень любит». «Я всего лишь её брат». «Это причина? Вы же не родные брат и сестра». «У меня есть свои причины». "Ты не любишь её из-за этого?" Честер на секунду замолчал, а затем сказал: «Да». Шарлотта громко рассмеялась: «Ты колебалась, а это значит, что даже ты чувствуешь себя виноватой за свой ответ». Честер поставил бокал с вином и повернулся, чтобы направиться в свою комнату: «Уже поздно, давай спать!» Шарлотта смотрела Честеру вслед и сказала: «Если вы можете искренне любить друг друга, зачем выбирать отвержение? Вы знаете, как больно тем, кто любит друг друга, но не может быть вместе?» Фигура Честера остановилась, но его тело слегка покачнулось, а рука тяжело уперлась в стоящий рядом шкаф. Тело Честера медленно наклонялось… Шарлотта на мгновение опешилась, но затем, нервно обняв Честера, бросилась к нему: «Честер, что с тобой?» Лоб Честера был покрыт потом, он с трудом удерживал рукой шкаф, но все еще не мог удержать на ногах свое шатающееся тело; к счастью, Шарлотта крепко поддерживала его. "Честер…" «Помогите мне… добраться до дивана». Голос Честера внезапно стал слабым и хриплым. "Хорошо, хорошо…" Шарлотта поспешно помогла Честеру добраться до дивана, шаг за шагом, что было очень непросто. Наконец, Честер прислонился к дивану, все его тело было покрыто с трудом сдерживаемым потом. Шарлотта с тревогой спросила: «Честер, не пугай меня, что с тобой не так?» Головная боль заставила Честера сильно сжать зубы, от давления зубы треснули… "Честер, что тебя беспокоит? Расскажи мне скорее… о боже…" «Помогите мне… достать лекарства из моей комнаты». «Лекарство?» — Шарлотта вздрогнула. — «Какое лекарство? Где оно?» "Прикроватный столик…" Шарлотта тут же бросилась в комнату. Десять минут спустя Честер медленно открыл глаза, выйдя из кратковременной комы. В затуманенном поле зрения он увидел, как Шарлотта в срочном порядке набирает номер телефона… "Шар… Шарлотта…" Его речь после того, как он пришел в себя, все еще звучала несколько неловко. Шарлотта, которая набирала номер, увидела, что Честер просыпается, быстро положила трубку и бросилась к нему: "Честер…" Честер постепенно пришёл в себя, но его голос оставался несколько слабым: «Я в порядке…» Шарлотта сказала: «Почему это происходит? Ты… ты напугал меня до смерти». Она чуть не расплакалась от страха. Честер сказал: «Не могли бы вы принести мне стакан воды…» Шарлотта тут же убежала. После того как Честер выпил целый стакан воды, боль наконец полностью утихла. Он нахмурил брови и тихо сказал: «Не волнуйся, со мной все в порядке». Шарлотта присела на корточки рядом с диваном, ее лицо побледнело от страха. "Честер, что с тобой? Я проверила лекарство, которое тебе дала, там написано, что оно от головной боли… Что с твоей головой?" Честер отпустил бровь и легкомысленно сказал: «Я уже получал травму, остались некоторые последствия». Увидев, как к Честеру вернулся здоровый цвет лица, Шарлотта вздохнула с облегчением: «Но ты выглядел очень серьёзным, когда упал в обморок…» "Разве теперь всё не так уж и хорошо?" «Ни в коем случае, вам нужно обратиться в больницу для обследования, ваше состояние раньше было ужасающим». ---------- Глава 1118 - 582: Дополнительная история: Прорыв 1_2 «Я сам врач». «Тогда скажите, что именно с вами не так?» «Принесите мне медицинские карты с прикроватной тумбочки в палате…» "Хорошо." Когда Шарлотта Юл вышла из палаты с медицинскими документами в руках, она была совершенно ошеломлена. Глядя на Честера Робинсона, сидящего на диване, она недоверчиво спросила: «Честер, ты… ты умираешь?» Состояние Честера Робинсона уже не было серьёзным. Он посмотрел вперёд и спокойно ответил: «Пока нет». Два дня пролетели быстро, и Элис Робинсон предстоял первый запуск продукта с тех пор, как она возглавила винодельню семьи Робинсон. Презентация состоялась в самой престижной винодельне семьи Робинсон, «Салли». Помимо журналистов, заполнивших сцену, мероприятие привлекло также многочисленных представителей политической и деловой элиты, интересующихся виноделием. Сегодняшний наряд Элис Робинсон был очень элегантным… Длинное светло-фиолетовое платье с V-образным вырезом, слегка обнажающее ее соблазнительную линию декольте, но не слишком откровенное. Ее волосы были уложены в высокую прическу, открывающую стройную шею и красивые ключицы, а на шее красовалось бриллиантовое колье из бесчисленных мелких бриллиантов, еще больше подчеркивающее ее благородный темперамент… Это бриллиантовое ожерелье досталось ей от матери, и она надела его впервые. Красота Алисы привлекла бесчисленное количество репортеров, которые пытались ее сфотографировать, но, к счастью, порядок поддерживали охранники… Запуск нового продукта прошёл в упорядоченном порядке. В этот момент на сцене стояли Элис и Эрик Грант, представляя новое вино винодельни семьи Робинсон, выпущенное в этом году. Эрик работал изо всех сил, почти теряя голос, но, казалось, все присутствующие были сосредоточены на Алисе. Внезапно репортер спросил Алису: «Мисс Робинсон, мы заметили, что вы всегда носили обручальное кольцо, почему вы не носите его сегодня?» Сначала Алиса подумала, что вопросы репортера будут о вине. Она улыбнулась репортеру, но, услышав вопрос, ее лицо застыло. Эрик быстро вмешался, чтобы спасти ситуацию, и, пройдя перед Алисой с улыбкой, сказал: «Дамы и господа представители прессы, сегодня состоится презентация нового вина винодельни семьи Робинсон. Пожалуйста, сосредоточьтесь на вине… Позже мы пригласим каждого представителя прессы на дегустацию нашего нового вина, и каждый получит винный подарок». Однако слова Эрика не смогли освободить Алису, и всё больше репортеров стали спрашивать: «Мисс Робинсон, мистер Грант ранее упоминал, что генерал Лоуренс будет сопровождать вас на сегодняшней презентации вина, почему мы его сегодня не видели?» «Да, мисс Робинсон, изменились ли ваши отношения с генералом Лоуренсом?» Лицо Алисы слегка побледнело, и она несколько растерялась. Эрик снова попытался вмешаться: «Приносим свои извинения, но если наши друзья из прессы продолжат сосредотачиваться на личной жизни мисс Робинсон, боюсь, сегодняшняя презентация вина может не состояться…» Выслушав слова Эрика, репортеры сдержались и перевели вопросы обратно на тему вина. Алиса постепенно вздохнула с облегчением, сохраняя при этом свою изящную улыбку. Пока сотрудники приглашали репортеров на дегустацию вина, Эрик подошел к Алисе и прошептал: «Алиса, ты сообщила мистеру Робинсону?» Эрик и остальные раньше называли Честера «Честером», но внезапное проявление уважения застало Алису врасплох: «Э-э, да». Эрик нахмурился: «Если мистер Робинсон скоро не приедет, боюсь, эти репортеры нас просто сожрут заживо. Они будут продолжать расспрашивать о ваших отношениях с генералом Лоуренсом, а поскольку вы уже расстались с ним, если репортеры это узнают, это повлияет не только на сегодняшнюю презентацию, но и на будущие продажи вина… Вы должны понимать, что все, кто здесь поддерживает Робинсонов, собрались здесь из-за генерала Лоуренса». Алиса кивнула: «Я знаю, но что теперь можно сделать?..» «Придет ли мистер Робинсон?» Он придёт? Она не знала… У неё совсем не было уверенности в себе, и она даже чувствовала, что он точно не придёт. Она позволила Киту Энтони уведомить его, не желая терять надежду. "Скучать…" "Хм?" «Быстро придумайте что-нибудь… Что вы скажете, если репортеры снова спросят о ваших отношениях с генералом Лоуренсом?» "Я…" Как только Эрик закончил говорить, на месте происшествия разразилась небольшая суматоха. Пока репортеры дегустировали вино, Робинсон вышел из толпы со зловещей ухмылкой. «Алиса, такое важное событие, а ты даже дядю не пригласила. Разве это не неуважение к старшим?» Голос Робинсона мгновенно привлек внимание всех присутствующих, и камеры репортеров были направлены на Робинсона и его группу. Элис явно не была готова к появлению Робинсона; на ее и без того бледном лице читалась паника. Эрик улыбнулся, пытаясь сгладить ситуацию для Алисы: «Мистер Робинсон, конечно, мисс не могла забыть пригласить вас. В конце концов, вы ее дядя, но после того последнего судебного разбирательства вы были не очень довольны. Мисс беспокоилась, что вы все еще расстроены, поэтому не осмеливалась вас беспокоить. Надеемся, вы сможете ее простить, мистер Робинсон!» Робинсон от души рассмеялся: «Я слишком стар, чтобы держать обиду на Алису. Я пришел сегодня, чтобы поздравить «Салли» с ее процветанием под руководством Алисы…» Слова Робинсона мгновенно вызвали ажиотаж среди аудитории. Лицо Алисы стало еще бледнее, чем прежде. Следуя примеру Робинсон, кто-то из толпы задал вопрос: «Мисс Робинсон, винодельня Робинсонов — семейное предприятие, и согласно правилам вашей семьи, главой винодельни должен быть мистер Честер Робинсон. Почему мистер Робинсон говорит, что винодельня находится под вашим руководством? И почему мы сегодня не видели мистера Честера Робинсона? Его отсутствие, как единственного наследника семьи Робинсонов, кажется странным…» Кто-то согласно вмешался: «Да-да… Мисс Робинсон, судя по тону мистера Робинсона, похоже, что теперь вы руководите винодельней семьи Робинсон, но это, кажется, не соответствует правилам вашей семьи…» Родственник со стороны семьи Робинсонов сказал: «Элис, Честер еще не приехал? В такой важный день, как он может опоздать?» Это замечание, казалось, давало Элис возможность выкрутиться, но на самом деле ставило ее в затруднительное положение. ---------- Глава 1119 - 583: Дополнительная история: Прорыв 2 Фонарики горели без остановки, и все репортеры ждали ответа от Элис Робинсон. Эрик Грант заменил Элис Робинсон в своем ответе: «Все, должно быть, неправильно поняли… Вы все прекрасно знаете, что Честер Робинсон — врач и часто путешествует по миру, поэтому, когда Честера нет в Нью-Йорке, мисс Робинсон временно занимается семейными делами. Конечно, полномочия всегда принадлежат Честеру…» «Тем не менее, в такой важный день Честер отсутствует, что кажется немного несправедливым, не так ли?» — Робинсон в очередной раз накалил обстановку. Эрик Грант уже чувствовал себя беспомощным в сложившейся ситуации и начал энергично вытирать пот со лба. Элис Робинсон стояла под сценой, не слыша ничего, кроме бесконечных вопросов репортеров, и видя на лицах Робинсон и других хищные взгляды. Элис Робинсон невольно вздрогнула, перестала что-либо слышать, в голове у нее все помутнело… «Элис, почему мы сегодня не видели твоего парня, Клода Лоуренса?» — Робинсон в очередной раз начала свою коварную атаку. Репортеры ждали подходящего момента, чтобы затронуть эту тему, и вот, когда Робинсон затронула ее, репортеры начали задавать один за другим вопросы: «Мисс Робинсон, ходят слухи, что вы расстались с генералом Лоуренсом. Не могли бы вы подтвердить, правда ли это?» Элис Робинсон внезапно оказалась в безлюдной местности, где негде было спрятаться и не на кого было положиться. Она безучастно смотрела на всех этих хищных людей под сценой, чувствуя, будто впала в отчаяние. Она ни в коем случае не могла сейчас объявлять о своих проблемах с Клодом Лоуренсом, как сказал дядя Грант, семья Робинсонов сможет возродиться только благодаря Клоду Лоуренсу. Если бы она сейчас объявила всему миру, что у нее нет отношений с Клодом Лоуренсом, это было бы равносильно тому, чтобы обречь семью Робинсонов на гибель… Учитывая сложившуюся ситуацию, что она могла сделать? «Мисс Робинсон, пожалуйста, дайте нам ответ…» «Мисс Робинсон…» Множество голосов жужжало в ушах Алисы Робинсон, раздражая ее барабанные перепонки, и она была на грани безумия. В этот момент среди гостей снова поднялась суматоха… «Генерал Лоуренс…» «Доктор Робинсон…» Едва слышные крики, доносившиеся из толпы, привлекли всеобщее внимание к месту происшествия. В следующую секунду все присутствующие замолчали. Элис Робинсон была ошеломлена, не в силах скрыть своего волнения и удивления. Никто не ожидал, что Честер Робинсон приедет вместе с Клодом Лоуренсом… Они разговаривали и шли к этому месту, как очень хорошие друзья, и вся картина выглядела такой естественной. Сегодня оба были одеты в строгие темные костюмы: Клод Лоуренс надел галстук в ковбойском стиле, излучая замечательную харизму, а Честер — темный галстук, который придавал ему солидный и сдержанный вид, но при этом делал его необычайно привлекательным. Все присутствующие пришли в восторг, увидев это зрелище, и репортеры непрерывно направляли на них свои магниевые лампы и фонарики… Телохранители Клода Лоуренса, действовавшие в неформальной обстановке, поддерживали порядок, поэтому ситуация не переросла в хаос… Эрик Грант и остальные значительно расслабились. Взгляд Элис Робинсон неотрывно смотрел на Честера Робинсона, она ни на секунду не двигалась, но когда Шарлотта Юл, стоявшая рядом с Честером, улыбнулась камерам репортеров, тело Элис Робинсон внезапно сильно задрожало… Оказалось, Честер пришел не один… В этот момент Шарлотта Юл, одетая в красивое и элегантное платье, нежно держала его за руку. В данный момент все внимание было приковано к Честеру Робинсону и Клоду Лоуренсу, и никто не обратил внимания на бледное лицо Элис Робинсон. Наконец, на сцену вышли Честер Робинсон и Клод Лоуренс, и, естественно, Шарлотта Юл осталась рядом с Честером Робинсоном… Эрик Грант быстро отреагировал, неоднократно повторяя Честеру Робинсону и Клоду Лоуренсу: «Вы наконец-то здесь. Меня чуть не проглотили вместе с этим старым телом…» Слова Эрика Гранта вызвали взрыв смеха в толпе, за исключением Робинсона и остальных, которые уже позеленели от злости. Честер Робинсон относился к Шарлотте Юл с предельной нежностью, часто напоминая ей о тропинке под ногами, что вызывало очередную вспышку света от фонариков. «Если вы продолжите следить за ним, завтрашние заголовки могут стать поводом для серьезных публикаций». Клод Лоуренс каким-то образом обнял Элис Робинсон за талию, слегка наклонил голову и тихо прошептал ей на ухо. Со стороны казалось, что Клод Лоуренс просто перешептывается с Элис Робинсон, и между ними царила очень нежная атмосфера. Элис Робинсон пришла в себя. Прикосновение Клода Лоуренса слегка напрягло её тело, она подняла взгляд и безучастно уставилась на Клода Лоуренса. Клод Лоуренс тихонько усмехнулся: «Я же сказал, что обязательно пойду с вами на сегодняшнюю пресс-конференцию». Элис Робинсон уже собиралась что-то сказать, когда вдруг услышала знакомый голос. Это был Честер Робинсон. Он подошел к микрофону и выступил от имени наследника семьи Робинсонов. ---------- Глава 1120 - 583: Дополнительная история: Прорыв 2_2 «Прежде всего, приношу свои извинения за сегодняшнее опоздание. Женщине действительно непросто выходить из дома, и я не мог не взять её на это семейное мероприятие, поэтому надеюсь, все поймут…» Честер Робинсон произнес эти слова нежно, глядя на Шарлотту Юл с ласковым взглядом. Шарлотта застенчиво улыбнулась в ответ, чем не только развеселила присутствующих гостей, но и вызвала у них зависть к их любви. Затем Честер перевел разговор на главную тему: «Я очень благодарен всем, кто пришел на 132-ю презентацию нового вина винодельни Robinson. Я до сих пор помню, как три года назад именно мой отец привел меня и Алису сюда, чтобы мы могли разделить этот момент. Но в мгновение ока моего отца уже нет с нами три года…» Честер — прирождённый актёр… Когда он упомянул «отца», его искренние эмоции тронули всех присутствующих, что сделало сегодняшнюю презентацию вина еще более значимой. «Моя страсть к медицине никогда не помешает моей преданности семье. Мы с Алисой сделаем все возможное, чтобы управлять всеми семейными делами… Более того, этот год также является самым важным в нашей жизни. В будущем за компанию Robinson будем бороться не только мы с Алисой, но и Шарлотта, и мой будущий зять, Клод Лоуренс… Я верю, что благодаря нашим усилиям компания Robinson добьется больших успехов, а производимое ею вино будет передаваться из поколения в поколение!» Слова Честера вызвали бурные аплодисменты. Честер наконец посмотрел на Алису, но его взгляд не задержался на ней ни на секунду; вместо этого он с предельной учтивостью обратился к Клоду Лоуренсу: «Далее попросим генерала Лоуренса сказать несколько слов. Мы очень благодарны генералу Лоуренсу за его присутствие сегодня…» Клод Лоуренс улыбнулся всем, затем посмотрел на Алису и сказал: «В этот момент тебе следует быть рядом со мной». Напоминание Клода вывело Алису из оцепенения; она безучастно уставилась на Клода. Чтобы никто не увидел растерянного выражения лица Алисы в тот момент, Клод нежно поцеловал её в щёку, скрывая её неловкость… Затем Клод подвел Алису к микрофону. «Я очень рада присутствовать сегодня на презентации нового вина от компании Robinson's. Меня всегда интересовало вино, поэтому на одном из винных банкетов в этом году мне посчастливилось познакомиться с Алисой…» Мероприятие по запуску новой продукции винодельни Robinson успешно завершилось. Вечеринка была назначена на вечер… В этот момент Алиса, под руку с Клодом, вошла в отель. Снаружи отеля собралось множество репортеров, которым в тот момент преграждали путь телохранители Клода, и они могли лишь наблюдать, как Алиса и Клод вошли в VIP-вход… Когда позади не осталось ни одного репортера, и в коридоре остались только она и Клод, она наконец медленно отпустила руку Клода. Похоже, Клод ожидал этого от Алисы, поскольку выражение его лица оставалось очень спокойным. Она подошла к нему, пристально глядя ему в глаза. Он посмотрел ей в глаза, где ни малейшая рябь не нарушала спокойствия. Голос Алисы слегка дрогнул: «Я… я не ожидала, что ты придёшь». Клод долго смотрел на Алису, затем улыбнулся: «Ты думала, я буду злиться на тебя вечно?» "Я…" Клод осторожно положил руку на худую спину Алисы: «То, что я тебе обещал, я обязательно сделаю». Он обещал ей прийти, и он, конечно же, придет. Алиса покачала головой, ее извиняющийся голос дрожал от рыданий: «Не надо… Клод, не будь так добр ко мне… Я этого не достойна…» «Я же тебе уже говорила, стоит ты того или нет — решать мне». «Но то, что я тебе должен, я не могу отплатить…» "Дурак…" В этот момент Клод прижал худую спину Алисы к себе, обнимая ее: «Я не прошу тебя ничего возвращать…» Элис разрыдалась в объятиях Клода: «Почему ты такой глупый, почему? С самого начала ты знал о моих отношениях с Честером, почему же ты все равно выбрал быть со мной?» Клод закрыл глаза, глубоко вдыхая аромат волос Алисы, и хриплым голосом произнес: «Потому что я не могу контролировать свои чувства к тебе». "Но я ничего не могу тебе дать…" «Всё в порядке, не всегда нужно отвечать взаимностью», — с болью произнес он, подавляя душевную боль. "Ура…" Она заплакала еще сильнее, не в силах смириться с чувством вины перед Клодом. "Дурак, не плачь больше…" Клод нежно обхватил заплаканное лицо Алисы ладонями, и его сердце сжималось от боли, когда он говорил: «Я уже говорил тебе раньше, мой самый большой страх — увидеть женские слезы». Он нежно вытер слезы большим пальцем с уголков ее глаз и щек, сохраняя при этом ту же нежную улыбку, что и всегда: «Посмотри на себя, плачешь, как большая неряшливая кошка…» Он пытался её рассмешить, но она не смогла выдавить из себя улыбку. Несмотря на то, что она знала, что выглядит ужасно, когда плачет, она всё равно не смогла сдержать слёз… Клод лишь вытирала ее слезы и продолжала утешать ее вслух. Ее рыдания наконец утихли, когда она поняла, что ее слезы и сопли испачкали его костюм… "Мне жаль…" Она опустила голову, сдерживая рыдания, и застенчиво произнесла: Клод тихонько усмехнулся: «Главное, чтобы ты перестала плакать… иначе прохожие могут подумать, что я издевался над своей „девушкой“». Она прикусила губу и пробормотала: «Здесь больше никого нет…» Клод взъерошила ей волосы: «Иди поправь макияж… даже если здесь никто не проходит, если кто-нибудь увидит тебя на вечеринке позже, они могут подумать, что я тебя запугивала». Алиса кивнула. Выйдя из туалета, Клод все еще ждал в коридоре. Алиса уже успокоилась, взяла Клода за руку и сказала: «Что бы ни случилось… спасибо, что пришел сегодня, я никак не могу тебе отплатить». По дороге Клод сказал: «Возможно, тебе следует отплатить кому-то другому». Элис покачала головой: «Не забывай, рядом с ним Шарлотта Юл». Клод сказал: «Но он всё равно пришёл… Если бы я не пришёл сегодня, он бы всё равно спас тебя от беды». Элис ничего не сказала, лишь холодное безразличие Честера, который даже не взглянул на нее, когда пришел, запечатлелось в ее памяти. «Он и Шарлотта Юл скоро обручатся; что ты планируешь делать?» — тихо спросила Клод. Элис медленно остановилась, спокойно глядя на Клода: «Он и Шарлотта Юл не обручатся». «Вы уверены, что сможете это остановить?» Элис глубоко вздохнула и уверенно произнесла: «Он мой брат; я знаю его лучше, чем кто-либо другой… Он не позволит мне быть обиженной, поэтому сегодня вечером я позабочусь о том, чтобы он пришел ко мне». ---------- Главы 1121–584: Дополнительная история – Он наконец признался ей: «Я люблю тебя» Клод Лоуренс слегка нахмурил брови: «Даже если так, ваши дни с ним могут оказаться недолгими…» Элис Робинсон решительно ответила: «Я не боюсь… Даже если ему останется всего один день, я проживу этот день так, словно это целая жизнь… На этот раз я хочу быть с ним до самого конца». Клод Лоуренс тихо вздохнул, взъерошив ей волосы: «Глупая женщина…» Элис Робинсон слегка улыбнулась: «Однажды вы тоже встретите такую ​​глупую женщину…» "Возможно…" «Я буду молча желать тебе всего наилучшего в своём сердце». «Если вам понадобится моя помощь, звоните мне в любое время». "Я буду…" "Пойдем…" "Мм." Никто из посторонних, присутствовавших на банкете, не заметил ничего необычного. Клод Лоуренс всё время был рядом с Элис Робинсон, а Честер Робинсон постоянно находился в сопровождении Шарлотты Юл… Все четверо были названы идеальной парой и обречены стать героями завтрашних газет. Честер Робинсон недолго задержался на банкете, уйдя пораньше вместе с Шарлоттой Юл из-за плохого самочувствия. Элис Робинсон, казалось, ничего не заметила и продолжала изображать самую гармоничную пару с Клодом Лоуренсом… Сегодня вечером она выпила немало, и Клод Лоуренс не стал ей мешать, сопровождая ее всю дорогу. Все думали, что она празднует запуск нового вина от этой винодельни, поэтому, несмотря на то, что она была пьяна, никто ничего не заподозрил… После окончания вечеринки она, будучи в нетрезвом состоянии, села в машину Клода Лоуренса… «Я отвезу тебя домой». Она прижалась к груди Клода Лоуренса, пробормотав: «Нет… я не пьяна, отведите меня куда-нибудь…» "Скажи мне." «Я хочу поехать в отель «Венера»… да… «Венера»…» Ее брат всегда останавливался в этом отеле, когда приезжал в Париж, потому что никто не понимал его лучше, чем она. Отель «Венера». «Клод… спасибо». «Вы уверены, что справитесь?» Клод Лоуренс поддержал потрясенную, все еще пребывающую в беспокойстве Элис Робинсон. Элис Робинсон прищурилась, глядя на Клода Лоуренса, ее голос был хриплым от опьянения: «Вы думаете, я пьяна?» Она подняла два пальца и, хихикая, добавила: «Это два, верно?..» Клод Лоуренс кивнул. Элис Робинсон осторожно высвободилась из объятий Клода Лоуренса, держась за дверной косяк: «Не волнуйся… я в ясном уме». «Мне нужно постучать?» "Нет… не нужно, я сам это сделаю…" «Хорошо… надеюсь, всё пройдёт хорошо». "Спасибо." Клод Лоуренс бросил последний взгляд на Элис Робинсон, а затем повернулся, чтобы уйти. Клод Лоуренс не был по-настоящему успокоен; он оставил двух своих телохранителей присматривать за ней. Хлопнуть— Элис Робинсон протянула руку, чтобы постучать в дверь. Изнутри ответа не последовало. Борясь с притупляющим действием алкоголя на мозг, она подняла свою менее подвижную руку и снова постучала в дверь. Вскоре из комнаты послышались шаги. Элис Робинсон уже бессильно прислонилась к двери. Шарлотта Юл никак не ожидала, что, открыв дверь, она увидит перед собой стройную фигуру. К счастью, она вовремя подхватила её, чтобы та не упала на землю. Узнав человека, Шарлотта Юл удивилась: «Элис?» Элис Робинсон, упершись в дверной косяк, медленно выпрямилась и холодно посмотрела на Шарлотту Юл: «Уходите…» Шарлотта Юл не ожидала увидеть пьяную Элис Робинсон, она испугалась и попыталась выразить беспокойство: «Элис, что происходит?» Но Элис Робинсон не оценила беспокойство Шарлотты Юл и внезапно сильно толкнула её. Беременная Шарлотта Юл пошатнулась от потуг Элис Робинсон, а затем схватилась за живот. Шарлотта Юл, с явным дискомфортом прислонившись к шкафу, постепенно возвращала Элис Робинсон к трезвому состоянию… Она осознала свою ошибку и уже собиралась подойти, когда к ней подбежала высокая фигура: «Шарлотта… ты в порядке?» Лоб Шарлотты Юл был покрыт капельками пота, она покачала головой: «Я… в порядке». Взгляд Честера Робинсона устремился на Элис Робинсон, словно холодные стрелы. Лицо Элис Робинсон побледнело. «Я отвезу тебя в больницу…» — Честер Робинсон попытался поднять Шарлотту Юл. Шарлотта Юл пренебрежительно махнула рукой: «Ничего серьезного… Элис… она пьяна». Честер Робинсон отнес Шарлотту Юл к дивану, и только убедившись, что с ней все в порядке, подошел к Элис Робинсон. Элис Робинсон, слегка притупив трезвость, безучастно смотрела в его свирепый взгляд. Всю ночь она ждала этого момента, когда он по-настоящему посмотрит на неё. Даже такого холодного взгляда ей было недостаточно. ---------- Глава 1122 - 584: Дополнительно: Он наконец-то лично сказал ей: «Я люблю тебя» (2) "Джеффри…" Она бросилась к нему, крепко обняв его крепкое тело: «Я очень скучала по тебе…» Он оттащил её, неохотно обняв за дрожащее тело, и раздраженно прорычал: «Кто позволил тебе так много выпить?» Он почувствовал запах алкоголя, исходящий от неё, и нахмурился. «Я не пьян, я в полном порядке, я просто… немного неустойчив и… уф…» Алкоголь наконец-то подействовал на её организм. Ее вырвало, она чуть не вырвала прямо на него. "Черт возьми!" — он сердито посмотрел на нее, бормоча ругательства. Затем она обнаружила, что её грубо подняли в воздух. В просторной гостиной номера все исчезло из ее поля зрения. Она была бессильна сопротивляться и могла лишь закрыть глаза, пытаясь подавить очередную тошноту… Он отвел ее в ванную, включил душ и оставил стоять под холодной водой. Холодная вода коснулась ее разогретой кожи головы, стимулируя нервы в головном мозге, постепенно пробуждая ее, и она медленно присела на корточки… Она вырвала все содержимое желудка, и только после этого почувствовала себя немного лучше… Он стоял рядом, наблюдая за ее дискомфортом, невозмутимый. Лишь гораздо позже она, прислонившись к стене, медленно поднялась. Его взгляд был полон безразличия: «Теперь ты проснулась?» Она безразлично кивнула. Он отвернулся, написав: «Я попрошу Кейта Энтони отвезти вас обратно». Когда он обернулся, она выскочила из душа, крепко обняв его сзади: «Я не хочу возвращаться…» Его тело на мгновение напряглось. Она обняла его крепко, без промедления, и сказала: «Я хочу быть с тобой…» «Я попрошу Кейта Энтони отвезти тебя обратно». Он намеренно избегал этой темы, пытаясь отвлечь её. Однако она держалась за него очень крепко, настолько, что если бы он попытался силой оттолкнуть ее, она бы непременно пострадала. "Отпустить!" «Я не отпущу тебя… Я сказала себе, что после сегодняшней ночи я больше никогда не хочу расставаться с тобой». "Элис Робинсон!!" Он впервые назвал её полным именем, и в тот момент он разозлился. "Джеффри… не отталкивай меня, позволь мне остаться с тобой, хорошо?" — умоляюще прошептала она с закрытыми глазами, крепко прижавшись к его спине. Он не хотел причинить ей боль, но и не собирался потакать её беспорядку. В этот момент он внезапно оттолкнул ее, опасаясь, что она может упасть, и его рука легла ей на талию. Она посмотрела на него, подумав, что он передумал, и глупо улыбнулась: «Джеффри…» Он стиснул зубы: «Алиса, сколько раз я должен тебе повторять? Мы с тобой несовместимы!» Она наивно улыбнулась: "Почему?" Его лицо побледнело, как истерзанные войной бронзовые статуи: «Я тебя не люблю». «Ты мне лжешь…» — она весело рассмеялась, — «Ты мне снова лжешь…» «Сколько раз мне нужно это повторить, чтобы ты поняла?» — яростно воскликнул он, стиснув зубы. Она рухнула ему в объятия, глупо хихикая: «Я не пойму, потому что не верю тебе… ты же мастер актерского мастерства». Он был беспомощен, разъярен: "Ты что, с ума сошел?" Она смотрела на него невозмутимо. Он внезапно подхватил её на руки и вышел из ванной. Она не могла понять его намерений, но в глубине души у нее уже было плохое предчувствие. И действительно, он попросил Шарлотту Юл открыть ему дверь. Шарлотта, не подозревая о его намерениях, послушно открыла ему дверь. Он вынес ее из комнаты, и она подумала, что он куда-то ее ведет, но обнаружила, что он затащил ее в лифт и безжалостно бросил внутрь. Ее локти и ягодицы ударялись о холодный металл лифта, и она вскрикнула от боли. Он стоял у двери лифта, наблюдая, как она закрывается, и как её спускает вниз лифт. Шарлотта выскочила как раз в тот момент, когда Элис оказалась в лифте; она подбежала к Честеру Робинсону, недоверчиво восклицая: «Ты… как ты мог бросить её одну в лифт?» Раздраженный Честер ушел: «С ней все будет в порядке». Он давно заметил двух телохранителей, стоявших в коридоре, и знал, что это люди Клода Лоуренса. Эти телохранители ответственно доставили бы её к Клоду Лоуренсу. Шарлотта последовала за ним: «Но…» Двери лифта открылись, а внутри все еще сидела, сгорбившись. Гости, собиравшиеся войти в лифт, были шокированы, увидев её, но, к счастью, двое телохранителей Клода Лоуренса быстро встали перед ней, не позволив гостям отеля узнать её. После того как гостья немного отклонилась от маршрута, двое телохранителей помогли ей подняться, почтительно обращаясь: «Мисс Робинсон…». Глаза Алисы уже наполнились слезами; она не могла поверить, что он может быть таким бессердечным, казалось, ему было на нее совершенно наплевать. «Мисс Робинсон, позвольте мне отвезти вас домой…» — сказал один из телохранителей. Алиса ничего не сказала, ее мысли словно были в тумане, но слезы продолжали течь из ее глаз. Один телохранитель осторожно вывел ее из отеля, а другой пошел за машиной. Алиса оставалась в оцепенении. Ни за что… Он не бросит её… Он просто не хотел в этом признаваться, он думал только о ней… Она ни за что не сдастся вот так, ни за что… Телохранитель уже подъехал к ней на машине, и, проявляя поддержку, осторожно помог ей сесть в автомобиль. Она внезапно оттолкнула двух ничего не подозревающих телохранителей и села за руль. Под оглушительные крики телохранителей она нажала на газ и покинула отель. Двое телохранителей поспешно позвали Клода Лоуренса… На не слишком загруженной дороге машина разогналась до ста восьмидесяти километров в час. Это была крайне опасная скорость, но она ничего не подозревала, ее разум был занят лишь видениями Честера… Наконец, машина остановилась на краю пляжа самого большого искусственного моря в Париже. Она резко остановила машину, ошеломленно глядя на бескрайнее море, озаренное парижской ночью. Неужели ему действительно наплевать на неё? Неужели он действительно её не любит? Тогда хорошо… Она вышла из машины, глядя на море перед собой. ---------- Глава 1123–585: Дополнительная история: Ярко пылающая любовь 1 На побережье была не только она; неподалеку находилось несколько молодых пар. Она призналась, что в данный момент заставляла его раскрыть свои истинные чувства, это была ее последняя надежда… Молодые пары заметили ее, но не обратили внимания на ее странность, просто подумав, что она — человек, в одиночестве любующийся морем ночью. Она рассеянно смотрела на море, залитое звездным светом Парижа, и медленно делала шаги вперед. "Алиса…" Внезапный оклик сзади заставил ее замереть на месте. Это был Клод Лоуренс. Обернувшись, она поняла, что вода доходит ей до груди. "Нет…" — Клод Лоуренс был в ужасе. Впервые она увидела Клода Лоуренса бледным, совсем не таким, каким он обычно был — спокойным и невозмутимым. «Вернись, послушай меня, вернись…» Клод Лоуренс не осмеливался безрассудно приближаться к ней, потому что, испугавшись, она могла пойти дальше, что привело бы к невообразимым последствиям. Она безучастно посмотрела на Клода Лоуренса, наконец осознав, что ей трудно дышать. Однако в этот момент она, к своему удивлению, не испытывала никакого страха. «Алиса, пожалуйста, не делай ничего настолько глупого… Алиса…» Она чувствовала себя виноватой, потому что никогда не хотела, чтобы кто-либо за нее волновался, особенно Клод Лоуренс, который был к ней безупречно добр. Немногочисленные пары, находившиеся на пляже, бросились к месту происшествия, предчувствуя опасность. Морская вода погрузила ей грудь в воду, из-за чего ей и так стало трудно дышать. Она стояла неподвижно, дрожа от ударов моря, и хрипло обратилась к Клоду Лоуренсу: «Помоги мне сообщить ему… скажи ему, что я буду ждать его здесь». "Хорошо, хорошо… не двигайтесь, я сейчас же позвоню." Он наконец прибыл. Погруженная в ледяную воду, она побледнела, ее тело едва держалось на плаву. Шарлотта Юл, следовавшая за ним, уже побледнела от страха: «Элис… пожалуйста, не делай ничего глупого…» «Она в воде уже полчаса; она не сможет так долго продержаться…» — сказал ему Клод Лоуренс с мрачным видом. Он смотрел на неё издалека, его взгляд был холодным. «Честер, скорее войди, приведи Алису… так слишком опасно», — с тревогой звала Шарлотта Юл. Он холодно посмотрел на нее: «Ты уверена, что это даст тебе желаемый результат?» Элис Робинсон покачала головой: «Я не уверена… но знаю, что вы бы не вынесли мысли о моей смерти». «Чего ты хочешь?» — спросил он её. Собрав последние силы, она сказала: «Я хочу, чтобы ты громко сказал мне: „Ты меня любишь“…» "Не будь упрямым!" «Это ты потакал моему своеволию». «Алиса!!!» [Кашель…] Внезапно она подавилась морской водой, и ее тело отшатнулось на два шага назад. Эти шаги были неожиданны даже для неё, но, отступая, она наконец увидела его обеспокоенное лицо. "Алиса…" Он бросился в море, громко крича. Вода погрузила ей шею в воду, она смотрела на него, продолжая настаивать: «Скажи мне, что ты меня любишь…» "Блин!!" Она никогда не видела его таким неуправляемым. Он сорвал с себя рубашку, сорвал галстук и прыгнул в воду. Она отступила, позволив морю покрыть ей рот, не в силах говорить, но доводя его до предела. Он подплыл к ней на расстояние двух метров, не смея приблизиться дальше: «Алиса, пожалуйста… не двигайся, позволь мне подойти и забрать тебя…» Она покачала головой, продолжая отступать назад. «Нет, Алиса…» Она продолжала двигаться назад. «Я люблю тебя, Алиса, я люблю тебя…» Наконец она остановилась, и по ее щекам потекли слезы. «Иди сюда, веди себя хорошо, иди сюда…» Он осторожно протянул к ней руку, опасаясь, что она может отступить еще дальше. Она медленно протянула руку… Он бросился вперед, протягивая руку, чтобы схватить ее, но набрал лишь горсть воды. Оказалось, она слишком устала, и ее тело начало подгибаться… "Нет-" Зрачки Честера Робинсона расширились от страха, он беспомощно наблюдал, как она погружается в воду… Элис Робинсон проснулась и обнаружила себя в больнице. Ее тело было окутано теплыми объятиями, и, открыв глаза, она увидела красивое лицо, о котором мечтала. Он обнял её, прижавшись челюстью к её лицу. "Ты слишком крепко меня обнимаешь…" Она слегка пошевелилась. Он проснулся от утомительного сна, увидел, как она борется с собой, и нежно поцеловал её в лицо: «Ты проснулась…» «Как долго я спал?» ---------- Глава 1124 - 585: Дополнительно: Переполняющая любовь 1_2 «Пять часов». "Ещё ночь?" «Да, рассвет приближается». Она уловила от него запах еще влажной морской воды и спросила: «Ты все это время был рядом со мной». «Я ничего не могу с собой поделать рядом с тобой». Он устало произнес эти слова, но при этом нежно обнял ее и поцеловал в шею. Его аура полностью окутала её, его тёплые губы коснулись её шеи, когда она повернулась, чтобы обнять его за голову и страстно поцеловать. Он сменил позу, прижал ее к себе и страстно поцеловал. Они не сопротивлялись, не колебались, стремясь друг к другу, их языки переплетались… Её влечение к нему было настолько сильным, что она помогла ему снять всю верхнюю одежду… Внезапный стук медсестры заставил их резко остановиться. Она быстро оттолкнула его: "Кто-то…" Он пробормотал: «Дверь заперта». «Но здесь может веться слежка…» "Нет…" "Но…" "Почему ты так много говоришь?" "Хм?" Он резко толкнулся, отчего ее спина ударилась о изголовье кровати. "Это больно…" У неё болела не только спина. Он был слишком напорист, а она была к этому не готова. Глава 429 «Пылающей любви» Ее тело было не готово, и она нахмурилась от боли. "Джеффри…" Она крепко обняла его, ее тело слегка дрожало. Он замолчал, держа ее нахмуренное лицо: "Было больно?" Она кивнула. "Прости меня…" — он с безмерной нежностью поцеловал её в лоб. Увидев его нежный взгляд, она растопила сердце: "Всё в порядке…" Он опустил голову и страстно поцеловал её. Ее руки обхватили его шею, с готовностью подстраиваясь под его ритм… Подобно двум людям в пустыне, готовой иссохнуть, они отчаянно пили друг другу воду, словно из оазиса, дарующего свежесть… Жар от его тела был настолько сильным, что обжигал каждый нерв на её теле, разжигая пламя внутри неё, дискомфорт постепенно утихал, она была достаточно влажной… Когда её голос, полный негодования, раздался эхом, он начал совершать сильные толчки… Ее тело поднималось и опускалось с каждым его движением; его интенсивность была ошеломляющей, но наслаждение, переполнявшее ее, делало его непреодолимым, и она гналась за ним, поднимаясь все выше и выше… Она вся в поту, лежала у него на руке, слишком уставшая, чтобы открыть глаза. Он обнял её, целуя её вспотевшие волосы. Обнажённые, они крепко обнимали друг друга. Она медленно подняла голову из его объятий, посмотрела на него покрасневшими щеками и не смогла скрыть своей застенчивости. Она задумалась, насколько хороша звукоизоляция в больнице, ведь пациенты, которые сегодня ночью будут находиться в соседней комнате, могли уже проснуться от шума. "Вы устали?" У него был хриплый голос; по сравнению с её усталостью он казался совершенно здоровым. Она покачала головой, прислонившись к его крепкой груди, желая в этот момент лишь крепко обнять его. Он поцеловал ее в щеку, откинул одеяло и приготовился встать с кровати. Она нервно обняла его: «Куда ты идёшь?» Он повернулся к ней, с любовью глядя на нее, и сказал: «Я сейчас пойду в душ». Она слегка прикусила губу. "В чем дело?" Она опустила голову. Он тихонько усмехнулся, нежно погладив её по щеке: «Я просто пойду в душ». Она медленно подняла глаза, и ее прекрасные глаза встретились с его глубоким взглядом: «Боюсь, если ты отвернешься, я могу тебя больше не найти». «Глупышка…» — он нежно коснулся её нежной щеки, — «Я больше никогда тебя не оставлю». "Ты серьезно?" Она притянула его к себе, крепко обняв: "Ты не лжешь мне?" Он тихо рассмеялся: «Когда я тебе когда-либо лгал?» Она радостно забралась ему на плечи: «Тогда я хочу, чтобы ты отвел меня в душ вместе со мной». «Ванная комната слишком маленькая». «Мне всё равно». Она прислонилась к его плечу, изображая избалованность. Он не смог удержаться, завернул ее в простыню и поднял с больничной койки. Она весело рассмеялась, обняла его за шею, как игривый ребенок, и продолжала целовать его в губы. «Прекратите дурачиться…» "Я хочу поцеловаться…" "…" После душа он отнёс её обратно в постель. Она была озорной, постоянно цеплялась за его шею и не хотела отпускать. Ему пришлось наклониться пониже, и он серьезно обратился к ней: «Перестань дурачиться, рассвет уже близко, давай переоденемся». «Тогда помоги мне одеться». Он выглядел крайне раздраженным. Она сделала вид, что ей все досталось: «Пожалуйста, помоги мне одеться?» "Хорошо…" — он никогда не смог бы ей отказать. Она довольно хихикнула и отпустила его. Он встал, на нём были брюки и рубашка. Она сидела, завернувшись в простыню, у изголовья кровати, с восхищением разглядывая его мускулистую спину и стройную талию. Лишь когда он полностью оделся, она застенчиво отвела взгляд. Он повернулся, сел на кровать и притянул ее к себе, тихо сказав: «Сначала надень больничную одежду, я попрошу тетю ПА принести твою на рассвете». Она послушно кивнула, обняла его и помогла одеться. Его движения были умелыми, он без труда помогал ей надеть нижнее белье, очевидно, тщательно изучив технику его снятия в прошлом. Пока он был сосредоточен на застегивании пуговиц на ее больничной рубашке, она заметила, что он отвлекся и допустил несколько ошибок. Она недоумевала, а затем поняла, что его взгляд задержался на ее выдающихся достоинствах… Больше всего она гордилась тем, что, несмотря на свою худощавую фигуру, обладала соблазнительными изгибами в нужных местах — желанной и завидной фигурой среди женщин. Говорили, что она унаследовала это от матери. Поэтому ее грудь была пышной, и даже в одежде она выглядела так, словно вот-вот расцветет… Она не стеснялась его взгляда, наоборот, полностью одевшись, она обняла его и прошептала ему на ухо: «Джеффри, ты такой похотливый…» Честер Робинсон был смущен. Она хихикнула, поцеловала его слегка приоткрытые губы и соблазнительно сказала: «Когда мы вернемся домой, я снова буду с тобой». Она была прирожденной чародейкой, мгновенно приводившей его в ярость. Он схватил её непокорную руку, случайно задев свой пах, и, жестоко прижав к кровати, наказал её… ---------- Главы 1125–586: Дополнительная история: Пылающая любовь 2 Утро. «Мисс, вы вчера слишком долго пробыли в морской воде. Пейте больше супа, это поможет избавиться от простуды…» Тетя П.А. стояла рядом, наблюдая за Алисой Робинсон и подбадривая ее. Алиса прислонилась к изголовью кровати, держа в руках миску с супом и нахмурившись. «Он немного горьковатый на вкус». Тётя П.А. сказала: «Я добавила немного китайской медицины. Будет немного горьковато, но это поможет твоему организму быстро восстановиться». Алиса пробормотала: «Но со мной все в порядке…» «Даже если вы чувствуете себя хорошо, пить эту воду все равно нужно. Врач сказал, что морская вода должна избавить вас от простуды, иначе вас не выпишут». Алиса надула губы. "Но оно такое горькое". «Оно лишь немного горьковатое. Зажми нос, и сможешь выпить всё за один раз». Тётя П.А. изо всех сил пыталась её уговорить. Алиса бросила умоляющий взгляд на стоявшего рядом с ней Честера Робинсона. В присутствии возлюбленной он явно снова стал тем серьезным старшим братом. Он мягко сказал: «Не веди себя по-детски». Алиса выпятила губы. «Тогда ты меня покормишь». Лицо Честера помрачнело. Алисе было совершенно все равно на взгляды Кейта Энтони и тети ПА в палате, и она вела себя с ним избалованно. «Если вы меня не покормите, я это пить не буду». "Алиса!!" «Мне всё равно». Элис поставила суп, явно собираясь устроить сцену. Тетя П.А., увидев, как обстоят дела, поспешно помахала Киту Энтони и молча покинула палату. Честер нахмурился, выражая свое недовольство. Алиса повернула голову в сторону. «Если ты меня не покормишь, я это пить не буду». Честер тут же повернулся. Заметив краем глаза, как Честер собирается уйти, Алиса мгновенно смутилась. "Брат…" Повернувшись спиной к Алисе, Честер сказал: «Веди себя хорошо и доешь свой суп. Я пойду спрошу у врача, можно ли тебя сегодня выписать». «Я не хочу…» — губы Алисы опустились, голос был полон обиды. — «Ты снова оставишь меня совсем одну…» «Я же сказала, что не оставлю тебя». "Фу…" Алиса внезапно начала рыдать. Честер обернулся и увидел надутое, заплаканное лицо Алисы. Честер покачал головой и подошёл к кровати. Он протянул руку и вытер слезу, скатившуюся с уголка глаза Алисы. «Ты же не из воды сделана, правда? Почему ты плачешь по любому поводу?» Воспользовавшись случаем, Элис обняла Честера. «Брат, я больше никогда не хочу расставаться с тобой…» Честер нежно похлопал её по спине. «Ты действительно всё обдумала?» "Хм?" Он крепко обнял её, поцеловал пряди волос на висках, его голос был хриплым и низким: «Возможно, я не смогу пройти с тобой до самого конца». Она внезапно закрыла ему рот рукой и уставилась на него. «Я не позволю тебе этого сказать». Он тихо вздохнул. «Алиса, если ты согласна, то ещё не поздно пожалеть об этом…» Алиса энергично покачала головой. «Я не пожалею. Я хочу быть с тобой…» Он откинул прядь волос с ее лба и пристально посмотрел на нее. «На жизненном пути нужно уметь делать правильный выбор. Если ты будешь довольствоваться тем, что есть, то можешь жалеть об этом всю оставшуюся жизнь». «Я никогда об этом не пожалею…» — Алиса с трудом подавила сдавленность в горле. — «Я верю в веру… Пока у нас достаточно сильная вера, мы можем преодолеть всё». «Мне не следовало так с тобой заигрывать…» «Это не шутки, это следование зову сердца». Элис прижалась к Честеру и тихо сказала: «Пожалуйста, перестань отталкивать меня. Позволь мне остаться рядом с тобой». Честер обнял Алису, нежно прижавшись подбородком к ее лбу. «Я никак не смогу переубедить тебя, правда?» "Верно." В тот момент в его памяти мелькнул образ Алисы, упрямо стоявшей прошлой ночью в ледяной морской воде. Она была такой упрямой… Честер закрыл глаза и тяжело вздохнул. Спустя долгое время он беспомощно произнес: «Есть одна вещь, которую ты должен мне пообещать». "Хорошо." «Если моя операция не увенчается успехом, я не позволю тебе провести всю жизнь в одиночестве и тонуть в печали». Алиса покачала головой и посмотрела на него. «Со мной рядом с тобой ничего не случится». Он пристально смотрел ей в глаза, его магнетический голос был хриплым и низким. "Я говорю о том, если…" Алиса уткнулась лицом в его широкую грудь. «Нет никаких «если». Но если небеса действительно так жестоки к нам, я послушно вас выслушаю, потому что мне еще нужно заботиться о Рейчел». «Этого всё ещё недостаточно…» "Хм?" «Вам нужно найти кого-то, кто сможет позаботиться о вас с Рэйчел, заменить меня и обеспечить вам обеим комфортные условия». "Брат…" У Алисы защипало в носу; она задыхалась, произнося эти слова. "Что бы ты ни сказал, я обещаю тебе… но я умоляю тебя, не будь так жесток ко мне и Рейчел. Мы не можем жить без тебя…" Она смотрела на него с жалостью, полная горя и отчаяния. Он прижал ее к себе и крепко обнял. Она закрыла глаза, наслаждаясь этим долгожданным моментом. Клод Лоуренс стоял у двери палаты. Сквозь стеклянное окно он видел, как Алиса крепко прижимается к Честеру. Тетя П.А. и Кит Энтони стояли позади Клода Лоуренса, и легкое чувство вины заставляло их опустить головы. Выражение лица Клода Лоуренса сильно помрачнело, но он оставался спокойным. «Поскольку с ней всё более-менее в порядке, я не пойду к ней. Передайте ей эти цветы от меня». Тетя П.А. взяла белые лилии, которые ей передал Клод Лоуренс, и слегка кивнула. Клод тут же начал уходить. Тётя П.А. подняла глаза на удаляющуюся спину Клода и не удержалась от того, чтобы крикнуть: «Генерал Лоуренс, вы действительно не собираетесь зайти к мисс?» Клод замер на месте, его высокая спина выглядела одинокой и подавленной. «Передайте ей, что я желаю ей счастья». В этот момент у тети ПА потекли слезы… Телохранители последовали за Клодом, и в огромном коридоре остались только тетя П.А. и Кит Энтони. Тетя П.А. с болью вытерла слезы. «Если бы первым человеком, которого встретила мисс, был генерал Лоуренс, как это было бы замечательно…» Кит Энтони кивнул. «Жаль только, что в этой жизни всё предопределено в темноте». "Ага…" Затем тетя П.А. и Кит Энтони повернулись к окну палаты. Честер Робинсон кормил Алису Робинсон лекарством с ложки, а Алиса держалась за руку Честера, ее улыбка была милой, очень милой. Поскольку Алиса не получила серьёзных травм, её выписали на следующий день. Честер заблокировал доступ ко всем новостям, поэтому ни один из ее возлюбленных никогда не узнал бы о том, что с ней случилось на берегу моря. По дороге домой, в машине, Рейчел наклонила голову и спросила Алису: «Мама, почему бабушка П.А. не отвезла меня в больницу, когда ты болела?» «Потому что маме ничего серьезного не угрожало, и она не хотела, чтобы моя малышка волновалась». Элис посадила Рейчел себе на колени и нежно поцеловала ее. «Но я так сильно скучал по маме…» "Разве мама сейчас не рядом с тобой?" "Мм." Рейчел радостно кивнула и крепко обняла Алису своими пухлыми ручками. Выйдя из машины, Элис взяла Рейчел за руку, пока девочка прыгала рядом, и они вошли в дом. Рейчел вдруг спросила: «Мама, когда дядя вернется?» Алиса была в отличном настроении и ответила: «Дядя сказал, что ему нужно кое-что уладить. Он вернется позже». "Ой… мамочка, я только что в больнице, дядя меня тоже поцеловал." «Правда?» — Алиса подняла Рейчел на руки и тихо спросила: «Дорогая, тебе нравится быть с дядей?» "Я делаю." "Тогда с этого момента мы будем с дядей каждый день, хорошо?" "Хорошо." Элис никак не ожидала, что к наступлению ночи Честер так и не вернется домой. Утром, когда ее выписали, он сказал ей, что ему нужно кое-что уладить, и попросил Кейта Энтони отвезти ее домой. Он сказал, что вернется позже, чтобы побыть с ней. Конечно, в тот момент она этого не хотела. Она не хотела уходить от него ни на секунду, но он приказал ей вести себя прилично. Она знала, что даже если они наконец-то будут вместе, он никак не сможет оставаться рядом с ней каждую секунду каждого дня. Если она будет прилипать к нему, как липкая конфетка, это может даже вызвать у него отвращение… Поскольку она знала, что он заботится о ней, ей не следовало терять веру. Она должна была верить, что он точно её не бросит. Элис играла с Рейчел в гостиной, ожидая возвращения Честера, но даже после того, как Рейчел вымоталась и заснула, Честер так и не вернулся. У Алисы не оставалось другого выбора, кроме как отнести Рейчел обратно в спальню, чтобы она поспала. Вернувшись в свою комнату, она поняла, что уже десять часов. Она сидела на краю кровати, чувствуя пустоту и растерянность, безучастно глядя на часы на стене, и ее сердце вдруг стало все больше и больше трепетать. На самом деле, она уже звонила ему четыре или пять раз за сегодня. Он сказал, что опоздает, но она все равно не чувствовала себя в безопасности… Она заставила его сказать ей «правду» самым жестоким образом, но прекрасно понимала, что эта «правда» была вырвана из него силой. В таких обстоятельствах у него не было выбора, поэтому чувство безопасности, которое она от него получила, было далеко не достаточным… Она испытывала тревогу именно по этой причине. В тот самый момент, когда Алиса погрузилась в свои сумбурные мысли, дверная ручка внезапно повернулась. Алиса пришла в себя и радостно побежала к двери. Когда Честер повернул ручку и открыл дверь, прежде чем он успел среагировать, Алиса уже бросилась ему в объятия, крепко прижимая к себе. "Брат…" Честер обнял её и мягко спросил: «Что случилось?» Алиса уже задыхалась у него на руках. "Почему ты так поздно вернулся?" «Я же говорил, что опоздаю». В объятиях Честера Элис тут же разрыдалась. Честер закрыл дверь, обнял её и нежно уговаривал: «Не плачь. Расскажи, что случилось?» Алиса подняла заплаканные глаза, голос ее был кислым. «Я так боюсь, что ты меня не захочешь…» "Глупая девочка…" Честер поцеловал Алису в лоб и нежно вытер слезы в уголках ее глаз. «Я просто немного опоздал домой, вот и все». Алиса всхлипнула и расплылась в слезах, улыбаясь. "Брат…" "Мм?" "Мы ведь больше никогда не расстанемся, правда?" Честер посмотрел в сияющие глаза Алисы и улыбнулся. «С позавчерашнего дня и до сегодняшнего дня ты уже бесчисленное количество раз донимала меня этим же вопросом…» "Я боюсь…", «Тогда я тебе это докажу». С этими словами он подхватил её на руки и повёл к её кровати. Когда он бросил её на кровать и быстро накрыл её своим телом, она сразу поняла, что он таким образом хочет это доказать. Ее лицо залилось румянцем, а он уже целовал ее… Когда страсть утихла, Алиса, обессиленная, лежала на груди Честера, ее дыхание все еще было прерывистым. Честер обнял её, нежно целуя вспотевший лоб. "Этого доказательства достаточно?" Алиса глубоко вздохнула. Услышав его слова, румянец, только что сползший с её щёк, снова поднялся. Она взмахнула своим маленьким розовым кулачком и легонько ударила его по крепкой груди. «Ты ужасен». Губы Честера изогнулись в легкой улыбке, когда он поднял ее так, что она оказалась сверху, а он пристально смотрел на нее снизу вверх. Прежняя необузданность немного смутила Алису. Она отвела взгляд, ее голос дрожал. "Почему ты так на меня смотришь?" Его руки обхватили её тонкую талию. Поскольку они оба были совершенно обнажены, его большие ладони легли на её округлые, упругие ягодицы, нежно поглаживая их. ---------- Главы 1126–587: Дополнительная история: Пылающая переполняющей любовью 3 Его рука беспокойно теребила одеяло, но лицо оставалось спокойным, он слегка изогнул уголок рта в улыбке. Голос у него был немного хриплым от напряжения: «Почему я ничего не могу с тобой сделать?» Элис Робинсон подняла на него взгляд, обхватила его красивое лицо руками и торжествующе произнесла: «Потому что ты меня любишь». Он тихонько усмехнулся и поднял голову, чтобы поцеловать её в губы. Она сладко захихикала и легла на него сверху. Его рука медленно скользнула от ее бедра вверх, нежно поглаживая в этот момент ее гладкую спину. Она наслаждалась его прикосновением, шепча: «Это самый счастливый момент в моей жизни…» Прижавшись к нему, она думала только о том, как будет наслаждаться его ласками и нежностью – это была прекрасная картина, которую она никогда не смела себе представить. Он нежно поцеловал пряди ее волос у виска, его голос был глубоким и мягким: «В мои короткие дни я сделаю все возможное, чтобы подарить тебе такие моменты». «Я не позволю тебе говорить такие вещи…» Она внезапно приподнялась, прижав указательный палец к его тонким губам: «Операция обязательно пройдет успешно, и тебе обязательно станет лучше». "Глупышка, реальность нельзя изменить одними лишь словами…" «Но вера человека может преодолеть всё». Она твёрдо посмотрела на него. Честер Робинсон кивнул: «Обещаю, я не сдамся». Голос Алисы был слегка хриплым: «В будущем никогда больше не говори мне таких вещей». "Хорошо." Элис прижалась к Честеру, уткнувшись лицом в его крепкую грудь и с удовольствием прислушиваясь к биению его сердца. Она надеялась, что сможет вечно слушать биение его сердца, ощущая те моменты, когда его сердце билось для неё. "Алиса…" Он внезапно окликнул ее по имени, его голос был несколько слабым. Погруженная в счастье, она очнулась от реальности, взглянув на него, но увидела, что он нахмурился, а на лбу выступил пот. Алиса нервно приподнялась, коснувшись его лба рукой: «Брат, что случилось?» Его голос уже был несколько слабым: «У меня болит голова, помогите мне достать лекарство…» «Лекарства? Где лекарства?» "В пиджаке." "Хорошо…" Алиса подняла с пола его большую рубашку, небрежно надела ее, застегнула пуговицы и направилась к дивану. Она быстро схватила с дивана его пиджак, нашла внутри лекарства и, как можно быстрее, налила ему стакан воды, после чего бросилась к кровати. Его красивое лицо уже исказилось от боли, рука была слабо поднята. Лицо Алисы побледнело от страха, она с тревогой спросила его: «Сколько таблеток…» "Две таблетки…" Она поспешно дала ему две таблетки, положила их ему в рот и осторожно поднесла стакан с водой к его губам. Он проглотил таблетки и выпил воду, наконец расслабив свое искаженное красивое лицо, избавившись от мучительной боли. Это был первый раз, когда Алиса стала свидетельницей его приступа болезни… В тот момент, когда она увидела, как он изо всех сил пытается принять лекарство, ее глаза оставались красными, а на глазах навернулись слезы. Лишь когда она увидела, что его красивое лицо расслабилось и перестало казаться опасным, она осмелилась обнять его, но в ее голосе слышались слезы: «Брат…» "Глупая девочка… Почему ты плачешь?" Элис уткнулась лицом в грудь Честера, и из ее глаз хлынули безудержные слезы. Честер медленно поднялся, прислонившись к изголовью кровати, оторвал ее маленькое личико от своей груди и сказал: «Я в порядке…» Алиса надула губы и зарыдала. Честер прижался лбом к ее лбу и тихо сказал: «Будь хорошим». Голос Алисы был хриплым от рыданий: «Тебе было очень больно?» Она нежно погладила его по щеке, чувствуя, как разрывается сердце. «Было не очень больно…» Алиса надула губы: «Ты мне лжешь…» «Это всего лишь временно». «А что, если тебе больно, а рядом никого нет?» Честер тихонько усмехнулся: «Теперь ты у меня в руках». "И ты всё ещё смеёшься…" Она легонько ударила его по груди, чуть не умерев от волнения. Честер внезапно перевернулся, прижав Алису к себе: «Я что, похож на человека, попавшего в беду?» Увидев на его лице игривую улыбку, она наконец расслабилась, надула губы и сказала: «Я не оставлю тебя ни на минуту». Когда ему было больно, она не могла не поделиться этим с ним, но она обязательно была рядом, поддерживала его в каждый трудный момент. «Не волнуйтесь, это правда, ничего страшного…» — Всё ещё говоришь, что ничего особенного… — надула губы Алиса. — Наверное, это было только что… "Хм?" Она покраснела и сказала: «В будущем ты не можешь быть таким напористым. Ты же пациент». Он лукаво рассмеялся: «То, что голова наверху плохая, ещё не значит, что голова внизу тоже плохая». Она одновременно смущалась и стеснялась, обнимая его за шею и искренне говоря: «Что бы ни случилось, умеренность всегда полезна для здоровья…» ---------- Глава 1127 - 587: Дополнительная история: Пылающая любовь 3_2 «Если я не смогу полностью заполучить тебя до операции, непредсказуемые последствия после неё могут заставить меня жалеть об этом всю жизнь». «Но ты…» «Я просто хочу всё время оставаться с тобой в этой постели…» Он наклонил голову и поцеловал её. "Ммм…" Она больше не могла ничего сказать. Страсть вспыхнула вновь. Своими поступками он доказал, что в этот момент он ценит её так же сильно, как и она ценит его. На протяжении многих лет пробуждение в его объятиях было редкой возможностью. В этот момент, открыв глаза в его объятиях, она почувствовала такое спокойствие, такой комфорт. Всю ночь она просыпалась, чтобы убедиться, что он рядом, чтобы ее голова покоилась на его плече, плотно прижатая к нему, и чтобы она могла прислушаться к ритму его дыхания… Боясь разбудить его, она не осмеливалась сильно двигаться, лишь осторожно повернулась, чтобы взглянуть на его красивое спящее лицо. Строгие черты его лица смягчились, придав ему в данный момент мальчишеское обаяние… Довольная, она нежно поцеловала его, прижалась к нему и снова погрузилась в глубокий сон… Снова проснувшись, Элис Робинсон все еще улыбалась, но как только поняла, что Честера Робинсона нет рядом, резко села в постели и в панике стала его искать. К счастью, она нашла его у панорамного окна в комнате. Она вздохнула с облегчением, встала с постели, надела шелковую ночную рубашку и тихо подошла к нему. Он держал в руках бокал красного вина. Она знала о его привычке: обычно он стоял перед окном и пил красное вино, когда был погружен в размышления. Он был настолько поглощен происходящим, что не заметил шума позади себя… Она внезапно обняла его сзади, отчего он слегка вздрогнул. С закрытыми глазами, прижавшись лицом к его спине, она хрипло произнесла: «Почему ты меня не разбудил?» Он поставил бокал с вином и повернулся. Она мило улыбнулась ему и сказала: «Доброе утро». На его красивом лице появилась легкая улыбка: «Доброе утро». Не в силах сопротивляться, она обняла его, прижавшись к нему: «С этого момента тебе нельзя вставать с постели раньше меня». "Почему?" Она подняла голову, надувшись: «Потому что боюсь, что, открыв глаза, я тебя не увижу». Он взъерошил ей волосы: «Глупышка… Я видел, что ты крепко спишь, поэтому и не разбудил тебя». Она пробормотала: «В любом случае, с этого момента ты не сможешь встать раньше меня». "Хорошо." Только тогда она почувствовала удовлетворение, на цыпочках подошла к нему, чтобы поцеловать, обняла его и сказала: «Разве врач не говорил тебе не пить слишком много вина?» «Я знаю свои пределы». Она пробормотала: «Утреннее питье вредно для желудка… Вас что-нибудь беспокоит?» "Да." "Вы можете сказать мне?" Он потянул её на диван, посадил к себе на колени, тут же крепко обнял, нежно положив подбородок на её тонкое плечо, и хриплым шёпотом произнес: «Я не знаю, как долго это ещё может продолжаться». «Почему ты стал таким сентиментальным?» «Интересно, был ли мой выбор правильным?» Она отвернула лицо, сверкнув на него взглядом: «Тебе нельзя менять своего мнения… Я же говорила, даже если ты оттолкнешь меня, я сделаю все, чтобы остаться рядом с тобой». В тот момент он ничего не ответил, просто долго смотрел на неё. Она обняла его, пробормотав: «Ты не сможешь оттолкнуть меня, если только не сможешь наблюдать, как я погружаюсь в морскую воду, как в тот день». Он внезапно укусил ее за плечо… Она вскрикнула от боли. Он произнес суровым тоном: «Никогда больше не делайте таких опасных вещей». Она потерла плечо от боли: «Кто тебе велел оттолкнуть меня?..» Он посерьезнел: «У человека всего одна жизнь, никогда не рискуйте своей жизнью». Она искренне сказала: «Без тебя жизнь лишена смысла». Он смотрел на нее, желая что-то сказать, но в горле у него перехватило дыхание. Она спокойно произнесла: «Никогда больше не думай о том, чтобы я тебя бросила… Потому что, какими бы средствами ты ни воспользовался, я тебя не оставлю». "Ты такой глупец…" «Это ты глупец… думаешь только обо мне, но никогда не думаешь о себе». «С вами не поспоришь…» В конце концов он решил пойти на компромисс и обнял её. Прижавшись к нему и вдыхая его приятный мужской запах, она прошептала: «Я пойду с тобой сегодня днем ​​к директору Тернеру. Пусть он составит план операции; нельзя больше откладывать…» "Хорошо." Она поцеловала его в лицо, подражая его обычному тону: «Хороший мальчик». Он похлопал её по бедру: "Проголодалась? Пойдём позавтракаем?" «Да, я пойду умыюсь». Напевая мелодию, Элис Робинсон вышла из ванной и обнаружила, что Честер Робинсон уже одет и ждет ее на диване. Она подошла и села ему на колени: «Прости, что заставила тебя ждать». Он улыбнулся, взглянув на стоящий рядом стакан с водой: «Сначала прими лекарство». Элис Робинсон на мгновение замерла, прежде чем заметить белую таблетку рядом со стаканом воды. Она мгновенно узнала таблетку… это была таблетка «после полового акта», знакомая ей. Вместо того чтобы сразу же потянуться за водой, она опустила голову и прошептала: «Вы боитесь, что я забеременею?» Он обнял её и нежно сказал: «Ты же знаешь, что я не это имел в виду…» Она нервно теребила его галстук: «Я ничего не понимаю». Она призналась, что дуется на него. Он поцеловал её и нежно успокоил: «Ты должна знать, учитывая моё физическое состояние, даже я не могу быть уверен; я ни в коем случае не позволю тебе рисковать и рожать ребёнка в одиночку…» Она опустила взгляд и молчала. Терпеливо уговаривал он: «Не заставляй меня быть тебе должен больше, хорошо?» Ей было труднее всего противостоять его нежности… Хотя внутри она чувствовала некоторое разочарование, на самом деле она не злилась на него, потому что поняла, что он сказал. На самом деле, она и не планировала снова забеременеть… Независимо от результатов операции, она не подходила для беременности, потому что, если бы у нее родился ребенок, у нее не осталось бы времени, чтобы заботиться о нем в будущем. Медленно подняв голову, она нежно прикусила губу и прошептала, словно комар: «Я приняла таблетку вчера вечером, когда ты ходил в душ». ---------- Главы 1128–588: Дополнительная история: Пылающая любовь 4 "Хм?" Она тихонько рассмеялась, глядя на него так, будто это ничего не значило. «Я просто поддразнивала тебя. Я знаю свои границы». Он рассмеялся вместе с ней. "Шаловливая". Ее лицо слегка покраснело, когда она извинилась. «Но в ту ночь в больнице… то есть, в тот раз в больнице я не приняла таблетку». "Все нормально." Он нежно погладил её нежную, прекрасную щеку. «В тот день у тебя был безопасный период». Он всегда знал её тело как свои пять пальцев. Действительно, шансы забеременеть в безопасный период были очень низкими! Она кивнула и слегка улыбнулась ему. Она не понимала почему, но, говоря об этом в данный момент, она чувствовала затянувшуюся грусть… Наступит ли когда-нибудь день, когда они станут настоящей парой? "Пойдемте, поужинаем!" "Мм." Элис Робинсон спустилась вниз вместе с Честером Робинсоном. В коридоре они случайно столкнулись с тетей П.А., выходящей из детской комнаты с Рейчел на руках. Рейчел всегда спала с ней, но прошлой ночью тетя ПА перенесла Рейчел из своей комнаты в детскую. Маленькая прелесть проснулась в прекрасном настроении; увидев их, она издалека позвала: «Мамочка, дядя…» Она слабо улыбнулась и подошла к дочери. Тетя ПА тоже подошла к ним, держа Рейчел на руках… Рейчел тут же бросилась ей в объятия. "Мамочка…" Элис Робинсон с любовью поцеловала свою дочь. Взгляд Рейчел уже остановился на Честере Робинсоне. Она с любопытством спросила: «Дядя, почему вы были в одной комнате с мамой?» Элис Робинсон никак не ожидала, что ее дочь задаст такой вопрос, и тут же немного смутилась. Однако Честер Робинсон оставался как всегда спокойным и невозмутимым. Он взял Рейчел из рук Элис Робинсон и очень серьезно объяснил: «Дяде просто нужно было поговорить с твоей мамой кое о чем…» «Ох». Детей легко обмануть; она сразу поверила. Затем Честер Робинсон сменил тему. «Рэйчел, ты спала одна прошлой ночью?» Рейчел энергично кивнула. "Мм, мм… Бабушка П.А. сказала, что я выросла и мне нужно научиться спать одной". "Тебе было страшно прошлой ночью?" «Нет… Я не мама, я не боюсь темноты». Идя позади отца и дочери, Элис Робинсон почувствовала себя ужасно неловко. Честер Робинсон взглянул на Элис Робинсон, уголки его губ приподнялись в улыбке. «Так обычно маму составляет компания Рейчел, верно?» Рейчел гордо кивнула. «Мама больше всего боится темноты…» «К счастью, у неё есть ты, чтобы защитить её…» "Мм." В этот момент Элис Робинсон просунула руку под руку Честера Робинсона, которая не держала Рейчел, и нанесла ему болезненный укус. Он сделал вид, что совсем не чувствует боли, и от души рассмеялся. Она сама не могла сдержать смущенного смеха, держась за его руку и молча наблюдая за его разговором с Рейчел, с чувством неописуемого удовлетворения в сердце. Если бы этот момент мог стать концом, как это было бы замечательно. Но она верила, что пока они с ним будут твердо верны своей вере, они обязательно смогут победить болезнь… Пусть такие дни тянутся бесконечно; пусть они никогда больше не разлучатся в этой жизни. Она была так благодарна небесам, благодарна за то, что они наконец проявили к ней милосердие… Отныне они останутся вместе навсегда, никогда не расстанутся, никогда не бросят друг друга. Больница. Элис Робинсон все это время ждала у входа в кабинет для осмотра. Как только она увидела, что Честер Робинсон вышел вместе с директором Тернером, она поспешила к ним и спросила: «Как дела?» Честер Робинсон сказал: «Всё в порядке». Элис Робинсон всё ещё не успокоилась и перевела взгляд на директора Тёрнера. Директор Тернер снял маску и спокойно ответил: «На данный момент состояние мистера Робинсона относительно стабильное. Конечно, чем скорее мы проведем операцию, тем лучше, но после операции вам нужно быть к этому морально готовыми». Лицо Элис Робинсон внезапно побледнело. Честер Робинсон махнул рукой, давая директору Тернеру знак уйти… Обняв Элис Робинсон, он тихо спросил: «Что случилось?» Элис Робинсон безучастно смотрела на Честера Робинсона. «Директор Тернер хочет, чтобы вам сделали операцию как можно скорее». "Я знаю." Элис Робинсон в тревоге схватила его за руку. «Давай назначим операцию на ближайшие несколько дней, хорошо?» Честер Робинсон спокойно ответил: «В данный момент я не планирую делать операцию». «Почему?» — Элис Робинсон широко раскрыла глаза, глядя на него. Честер Робинсон медленно произнес: «Вы уже должны понимать, насколько рискованна эта операция… Если мы решим провести операцию в ближайшем будущем, и она окажется неудачной, я, возможно, никогда больше не смогу проснуться». «Но чем дольше мы откладываем это, тем выше становится риск хирургического вмешательства…» «По крайней мере, сейчас со мной всё в порядке». Глаза Элис Робинсон покраснели, когда она обняла его. "Джеффри… и что нам теперь делать?" Она не хотела расставаться с ним, но кто мог предсказать исход операции… Честер Робинсон нежно погладил Алису Робинсон у себя на руках и тихо сказал: «Поверь мне, я обязательно найду подходящее время для операции, просто не сейчас». Элис Робинсон подняла взгляд на его доброе лицо, в ее голосе слышалась боль. «Боюсь, ваше состояние будет только ухудшаться…» ---------- Глава 1129 - 588: Дополнительно: Пылающая любовь 4_2 Честер Робинсон легкомысленно заметил: «Если смерть — это судьба, которая неминуемо настигнет тебя в ближайшее время, почему бы не сделать всё, что ты хочешь, до этого?» У неё не было возможности его убедить… Потому что она не могла сделать этот выбор за него. Самое главное, она не хотела его потерять… Если операция действительно закончилась плохо, она будет жалеть об этом всю оставшуюся жизнь… Элис Робинсон слегка прикусила губу, подавляя печаль в сердце, и с глубокой нежностью сказала: «Что бы ты ни выбрал, я буду с тобой». Честер Робинсон мягко улыбнулся и наклонился, чтобы поцеловать её в лоб. Хотя болезнь Честера Робинсона и бросала тень, она не могла затмить красоту их совместной жизни. Элис Робинсон была счастлива. Каждая минута и каждая секунда, проведенная с Честером Робинсоном, были самыми счастливыми моментами в ее жизни. Дядя Грант был потрясен решением, которое приняла Элис Робинсон в тот момент. «Сиси, ты действительно собираешься на время уехать из Парижа и позволить мне управлять виноградником?» Элис Робинсон встала из-за стола и кивнула: «В последнее время я очень устала, ухаживая за виноградником. Хочу немного отдохнуть». Дядя Грант сказал: «На самом деле, новое красное вино уже успешно запущено в продажу. После этого на винограднике будет не так уж много торжеств…» «Именно поэтому я и выбрала это время, чтобы немного полениться», — сказала Элис Робинсон. Дядя Грант нахмурился: «Сиси, ты приняла это решение внезапно, потому что что-то случилось?» Элис Робинсон покачала головой: «Я просто устала». «Хорошо, если вы устали, сделайте перерыв на некоторое время». "Хорошо." «Просто боюсь, что не смогу хорошо управлять виноградником…» Элис Робинсон говорила с доверием: «Дядя Грант, вы работаете на винограднике Робинсонов уже более двадцати лет. Вы самый старший и опытный руководитель в нашей семье Робинсонов. Если бы не ваша помощь все эти годы, возможно, мой отец не смог бы сохранить славу семьи Робинсонов… Поэтому я уверена, что вы хорошо справитесь с управлением виноградником, и я смогу на время уйти со спокойной душой». «Но я…» — дядя Грант замялся. Элис Робинсон знала, что дядя Грант хотел упомянуть о предательстве, которое произошло в прошлый раз. Элис Робинсон улыбнулась: «Пусть прошлое останется в прошлом… Я вам доверяю, дядя Грант». Независимо от того, действительно ли дядя Грант в тот момент служил семье Робинсонов, она верила, что с тех пор, как Честер Робинсон «поговорил» с ним в последний раз, он больше никогда не посмеет причинить семье Робинсонов вред… Дядя Грант вздохнул: «Раз ты готова мне доверять, Сиси, мне придётся исполнить свой долг». «Спасибо, дядя Грант». «Желаю вам и генералу Лоуренсу приятного путешествия». После того как утром она объявила сотрудникам о своем временном уходе, она уже получила множество подобных добрых пожеланий. Все думали, что она уезжает с Клодом Лоуренсом… Она действительно чувствовала себя виноватой, потому что в очередной раз воспользовалась услугами Клода Лоуренса. После того, как с плеч семьи Робинсонов сняли бремя забот, Элис Робинсон почувствовала облегчение. В ближайшие дни она наконец сможет быть с ним, без отвлекающих факторов… Вернувшись домой, она узнала, что он встречает гостей в саду и взял с собой Рейчел, поэтому она немедленно направилась в сад. Она не ожидала, что гостьей окажется Шарлотта Юл. Изначально она собиралась поприветствовать их, но тема их разговора заставила её остановиться в тени деревьев. Рейчел играла неподалеку, пока он разговаривал с Шарлоттой Юл. В руке он держал зажженную сигарету. Она впервые видела, как он курит на глазах у других, кроме себя. Этого было достаточно, чтобы показать, что его отношения с Шарлоттой Юл были не просто дружескими, но и не совсем любовными. Шарлотта Юл только что спросила его: «Ты действительно решил быть с Элис Робинсон?» Она признала, что этот деликатный вопрос заставил ее остановиться. Он посмотрел на Рейчел, которая весело играла неподалеку, и равнодушно сказал: «Зачем мне задавать такой вопрос?» "Я…" Шарлотта Юл не знала, как ответить. Она никак не могла сказать Честеру Робинсону, что ей кажется, будто в отношениях Честера Робинсона с Элис Робинсон что-то не так. В конце концов, Шарлотта Юл предпочла не высказывать свои сомнения. Она небрежно ответила: «Просто любопытно узнать о вас. В конце концов, вы никогда раньше не думали о том, чтобы быть с Элис Робинсон». «Я думал, что ей будет лучше уйти от меня, но теперь кажется, что это было ошибкой». «Я всегда знала, что ты очень сильно о ней заботишься…» — Шарлотта Юл хихикнула. — «Просто раньше я не видела, как сильно ты любишь свою сестру. Я думала, что твоя забота о ней — это просто братская любовь!» Честер Робинсон ничего не сказал, просто затянулся сигаретой и потушил ее в пепельнице. Шарлотта Юл снова спросила: «Что вы планируете делать дальше? Я знаю, что сейчас вы не собираетесь делать операцию». «Она хочет уехать из Парижа». "И что вы имеете в виду?" «Нам действительно здесь не место». «Верно… Сейчас общественность думает, что мы с тобой пара, и что генерал Лоуренс и Сиси тоже пара. Если Сиси не имеет никакого отношения к генералу Лоуренсу, но поддерживает с тобой близкие отношения, общественность определенно заподозрит неладное. Более того, всегда ходили слухи о личности биологического отца Рейчел. Если это как-то связано с тобой, это будет выглядеть не очень хорошо…» «Я отвезу её обратно в Цветочное Королевство… В городе Т никто не будет стесняться говорить о нашей личности». Семья Робинсонов на протяжении веков пользовалась большим престижем во Франции, поэтому ей и уделяется там такое внимание. Однако в «Цветущем королевстве» уровень внимания к ним был бы значительно ниже… «В прошлый раз, когда мы с тобой посетили Т-Сити, он произвел на меня глубокое впечатление… Будь то качество воздуха, культурная среда или социально-экономическое положение, это один из ведущих городов мира. Мне там очень нравится». «Вы можете приехать в любое время». Шарлотта Юл покачала головой, посмотрела на свой слегка выпирающий живот и сказала: «В моем состоянии, наверное, никуда не стоит ходить. Однако, как только ты покинешь Т-Сити, я уверена, что СМИ представят меня как женщину, которую ты бросил. Но, если подумать, это не так уж и плохо. То, что ты меня бросил, означает, что я не разрушительница семей. Мои родители меня тоже не выгонят. Однако тебе, возможно, придется каждый день чихать, потому что мои родители, скорее всего, будут тайно тебя проклинать, поэтому я должна заранее извиниться за то, что ты заслужил такую ​​дурную славу». ---------- Главы 1130–589: Дополнительная история: Даже если мы оба знаем правду, я всё равно буду тебя любить 1 Честера позабавила игривость Шарлотты: «Такая репутация меня не беспокоит. Если она может тебе помочь, это будет благодарностью за то, что ты обратилась к ней за помощью в эти времена». «Не будьте слишком формальны, мы хорошие друзья… Кстати, последний вопрос». "Хм?" «В тот день на берегу моря, когда Алиса заставила тебя сказать „Я люблю тебя“, мне очень любопытно, ты сказал это только для того, чтобы спасти Алису, или это то, что ты всегда чувствовал в глубине души?» Алиса намеревалась вмешаться в их дружескую беседу, но вопрос Шарлотты заставил ее снова остановиться. Элис заметила тот момент, когда взгляд Честера слегка поглубился. Шарлотта, заметив, что Честер долго молчал, не отвечая, нетерпеливо заметила: «Да ладно, над этим вопросом не нужно так уж долго размышлять…» Губы Честера слегка приоткрылись, он уже собирался что-то сказать, но его внезапно прервал детский голос. "Дядя…" Это была Рейчел, вся в поту после игры, бежавшая в сторону Честера. Честер поднял Рейчел, которая ласково прислонилась к его ногам: «Устала играть?» Рейчел кивнула, положив голову на плечо Честера. Шарлотта уже забыла о предыдущем вопросе, который она задавала Честеру, и отправилась играть с Рэйчел. Алиса стояла в тени деревьев, долго наблюдая за ними, не зная, сколько времени прошло, прежде чем она повернулась и покинула сад. Скрестив руки на груди и стоя у окна от пола до потолка, Алиса почувствовала легкий холодок. Человеческие сердца действительно странные: в один момент они могут быть полны страсти, как огонь, а в следующий — холодны, как вода… Реакция Честера заставила её сердце мгновенно упасть. На самом деле, в ту ночь, когда она, купаясь в морской воде, заставляла его говорить «Я люблю тебя», она не надеялась, что это были его истинные чувства, она просто хотела найти повод остаться рядом с ним… Но, к сожалению, люди — существа, которые никогда не бывают полностью удовлетворены; получив желаемое, они жаждут большего… Получив от него любовь и заботу, она начала надеяться, что все, что он сказал ей той ночью на пляже, было правдой. Никто не знал, как она была счастлива, когда проснулась и увидела, что он крепко обнимает её… Даже если это означало погружение в морскую воду, она не испытывала сожаления, потому что его безграничный нежный взгляд и трогательные слова были всем, о чем она когда-либо мечтала… Но разве за такой красотой скрывается что-то чистое? У неё, по сути, совсем не было уверенности в себе… Никто в этом мире не осознавал масштабов его заботы о Ребекке Квентин лучше неё, к тому же она знала, что Ребекка Квентин давно пустила корни в его сердце… "О чём ты думаешь?" Он внезапно обнял её сзади. Она была так погружена в свои мысли, что не услышала, как он вошел. Она на мгновение вздрогнула, а затем обернулась. В его глазах читалась нежность, он смотрел на нее с лаской: «Когда ты вернулась?» "Прямо сейчас." «Почему ты остаешься одна в комнате? Разве слуга не сказал тебе, что я в саду?» Глядя на безгранично любящее лицо Честера, сердце Алисы необъяснимо ощутило укол горечи. Если в этот момент его доброта к ней исходила из самых искренних чувств, она была бы тронута этим моментом… Но если этот момент — всего лишь результат его превосходной актерской игры, то сейчас ее сердечная боль будет связана с ее собственной несчастью. К счастью… Неважно, искренние ли его чувства к ней, но и её чувства к нему будут искренними. Она не бросит его… Потому что ей было так трудно прийти к нему на помощь. Она прижалась к нему, обняла, вдохнула его приятный аромат и тихо сказала: «Я как раз думала об отъезде… Я уже передала работу дяде Гранту, он еще долгое время будет помогать мне управлять винодельней, так что теперь я могу следовать за тобой хоть на край света». Он обнял её с такой силой, которая, казалось, ценила этот момент. Она прижалась к нему в объятиях, на мгновение отбросив все неприятные мысли, которые крутились у нее в голове в этот момент. Она спросила его: «Когда мы уезжаем? Куда мы едем?» «В город Т». Его ответ совпадал с тем, который он дал Шарлотте. У нее не было возражений, она даже в глубине души с нетерпением ждала поездки с ним куда-нибудь подальше от суеты, в страну, где их никто не знает, чтобы насладиться предстоящим временем, но, очевидно, город Ти-Сити пока не позволял им достичь этого уровня. «Когда мы уезжаем?» — снова спросила она. «Через пару дней!» — сказал он. Она подняла на него взгляд и спросила: «У тебя есть ещё какие-то дела?» Он издал подтверждающий звук, не давая дальнейших объяснений. Из слов Кейта Энтони уже было ясно, что его пребывание в Париже связано с незавершенными делами… Но она думала, что он останется ради нее, а теперь, похоже, это не так. Элис отложила все дела, ожидая дня, когда сможет поехать в Т-Сити с Честером. Красота, которая царила между ней и Честером в течение последних двух дней, несколько уменьшила ее беспокойство… Она никогда не была сентиментальным человеком, поэтому предпочла отпустить тревожное чувство в сердце и ценить настоящее. В полдень Алиса осталась на кухне, с радостью учась готовить вместе с тетей ПА. «Мисс, вы, кажется, сегодня в хорошем настроении…» Тётя П.А. не могла не прокомментировать, ведь она всё утро напевала, как весёлая жёлтая канарейка. "Хм." Конечно, она была счастлива. Сегодня вечером они с ним уедут из Парижа, и в чужой стране они наконец-то смогут перестать притворяться братом и сестрой. «Мисс, вы уверены, что не хотите, чтобы я пошла с вами?» — печально спросила тетя П.А. Алиса отложила яйцо, которое рисовала, — кулинарный трюк, которому она только что научилась у тети П.А.… Она надеялась, что он сможет завтракать, приготовленный ею, каждый день. Она взяла тетю П.А. за руку и искренне сказала: «Тетя П.А., я тоже буду по тебе скучать, но Робинсонов нельзя оставлять без присмотра. С тобой, присматривающей за домом, я смогу спокойно уехать из Парижа». Тетя П.А. с тревогой поджала губы: «Там будут слуги, которые смогут о вас позаботиться?» Алиса тихонько усмехнулась: «Не волнуйся… Там очень добрые ко мне слуги». «Тогда вам следует хорошо следить за собой, я не хочу узнать, что вы еще больше похудели». «Не волнуйтесь… Я обязательно буду хорошо питаться и оставаться пухленьким». Тетя П.А. была удивлена ​​поведением Алисы и, наконец, ослабила свое нежелание. Алиса помогала тете ПА готовить обед и очень обрадовалась, увидев изысканные блюда, которые она приготовила и разложила на столе. Она даже не сняла фартук, прежде чем выйти в коридор, радостно позвав его вернуться. К сожалению, по телефону он сказал ей, что занят и вернется позже к обеду. Для неё, которая всё утро провела на кухне, это было несколько разочаровывающе. Тетя П.А., заметив ее унылое выражение лица, с беспокойством спросила: «Что случилось? Мистер Робинсон не вернется к обеду?» Алиса кивнула: «Он занят». «Ах, ничего страшного, мистер Робинсон, должно быть, занимается важными делами». «Да». Элис сняла фартук и встала: «Я пойду наверх, чтобы позвать Рейчел на ужин». "Хорошо." Хотя она и чувствовала себя немного подавленной, мысль о скорой поездке с ним в T City быстро развеяла ее разочарование. Вернувшись в свою комнату, она увидела Рейчел, сидящую на ковре и играющую в одиночестве, и вошла с улыбкой: «Дорогая…» Увидев, как Алиса вошла в комнату, служанка, присматривавшая за Рейчел, почтительно вышла. Алиса подняла Рейчел на руки, вытерла ей грязное личико и с улыбкой сказала: «Посмотри на себя, играешь, как маленький котенок… Ты голодна?» Рейчел кивнула. Элис нежно поцеловала Рейчел: «Пошли!» Когда Алиса несла Рейчел и собиралась уйти, она внезапно споткнулась о что-то. Инстинктивно она посмотрела вниз и обнаружила, что наткнулась на дневник. Ее сердце необъяснимо замерло… Алиса поставила Рейчел обратно на пол и безучастно подняла лежавший у ее ног дневник. Опасаясь, что она сделала что-то не так, Рейчел быстро призналась: «Мама, я только что открыла ящик и нашла эту книгу…» Дети в этом возрасте, естественно, склонны к рытью и переворачиванию дома вверх дном, и это было обычным делом, но неожиданно она нашла этот дневник. "Ханна…" Вбежала молодая служанка: «Мисс». Алиса тихо сказала: «Сначала отведи Рейчел вниз, я сейчас спущусь». "Хорошо." Оставшись в тихой комнате одна, она прислонилась к изголовью кровати, держа в руках дневник. Воспоминания проносились в ее голове, словно слайд-шоу… Она до сих пор помнила, как, потеряв сознание, она случайно обнаружила этот дневник на его вилле в городе Т и позже передала его Ребекке Квентин… Да, это был дневник Честера Робинсона. В записи запечатлено все, начиная с момента встречи с Ребеккой Квентин… Она не знала, читала ли Ребекка Квентин когда-нибудь этот дневник, но вскоре после того, как она отдала его ей, Ребекка Квентин вернула его. Каким-то образом она перенесла дневник из Т-Сити в Париж… Она почти забыла, что в этой комнате до сих пор хранится этот дневник. Небрежно пролистывая дневник, она увидела множество прекрасных описаний Ребекки Квентин, сделанных им… Ее сердце внезапно замерло. Быстро закрыв дневник, она резко вздохнула, и эти чувства сопровождались глубоким вдохом. Слабое чувство дискомфорта разлилось по ее сердцу, когда дневник выскользнул из ее рук. Лишь когда дневник ударил ее по лодыжке, она пришла в себя и растерянно уставилась на книгу. Внезапно ее внимание привлекло числовое поле в конце дневника. Она снова взяла дневник и растерянно уставилась на цифры. 201X, месяц X, день X. Это, по-видимому, была очень запоминающаяся цифра, глубоко выгравированная на обороте дневника. Она вдруг поняла, что даты, записанные в его дневнике, соответствуют сегодняшнему дню. Уронив дневник, она выбежала из комнаты… Тетя П.А. встретила ее внизу, и, быстро все объяснив, Алиса поспешно вышла из комнаты. Она сама села за руль, обгоняя другие машины по пути. Алиса вернулась домой в каком-то оцепенении. Ее появление напугало тетю П.А., но, к счастью, она сохранила рассудительность. «Мисс, что случилось? Почему вы так выбежали?» «Ничего особенного. Я просто вдруг вспомнила, что у меня осталось несколько необходимых вещей, которые я не купила, и я боялась, что они могут мне не подойти в городе Т, поэтому я поспешила их купить…» — сказала она, размахивая пакетом с покупками в руке. ---------- Главы 1131–590: Дополнительная история: Даже если я знаю это в глубине души, я всё равно буду настаивать на том, чтобы любить тебя 2 Тетя П.А. вздохнула с облегчением и взяла сумку с покупками: «Такие мелкие дела должны делать домашние работники…» Элис Робинсон улыбнулась: «Если я пойду сама, то точно ничего не куплю…» «Не нужно спешить, вы поедете в T City только сегодня вечером, а вы еще не обедали…» «Я не очень голоден, где Рейчел?» «Она играла всё утро и заснула сразу после обеда…» "Ой." Она вернулась в свою комнату одна, и как только переступила порог, слезы хлынули из ее глаз безудержным потоком. Она сидела, ошеломленная, у окна от пола до потолка, не в силах сдержать слезы. Она по-детски вытерла их локтем, но слезы продолжали литься. Внезапно она глупо рассмеялась, словно издеваясь над собой… Время незаметно ускользало, и она не знала, сколько времени прошло, пока слезы не высохли в потоке воздуха. Она спокойно встала и пошла в ванную умыться… Она никак не ожидала, что он окажется дома как раз в тот момент, когда она выйдет. Увидев его, она замерла на несколько секунд, не в силах его отчетливо разглядеть… Он ослабил галстук и подошел к ней, нежно обняв ее. — Что случилось? Она посмотрела на него, ее взгляд был несколько затуманен. Он прижался лицом к ее лицу, его магнетический голос шепнул ей на ухо: «Расстроилась, потому что я не вернулся к обеду?» Его объятия были такими тёплыми… Она на мгновение растерялась, затем пришла в себя и тихо покачала головой. «Вы поели?» — спросил он. «Я хотел дождаться твоего возвращения». Он слегка усмехнулся, нежно улыбаясь: «В следующий раз не жди меня, уже так поздно, ты же умрут от голода, что тогда?» Она тоже улыбнулась: «Тетя ПА оставила нам еду, может, поедим вместе?» «Я не голоден…» — он дразняще ущипнул ее за щеку, — «но я могу составить тебе компанию… ты ложись первой, а я переоденусь и присоединюсь к тебе». "Хорошо." Он повернулся и пошёл в ванную. В столовой он был одет в повседневную одежду. И действительно, в тот момент он не был голоден, наблюдая, как она с аппетитом ест. Она игриво проворчала: «От того, что я так ем, мне становится неловко». Он рассмеялся: «Тогда я пойду покурю». Она кивнула. Встав, он не забыл поцеловать ее в щеку. Он встал и направился в гостиную. Она наблюдала, как он отвернулся, медленно откладывая столовые приборы, не понимая, какой вкус остался у еды во рту. Она долгое время оставалась одна в столовой, после чего выбросила еду в кухонное мусорное ведро и вышла из столовой. Он сидел в гостиной, докурив сигарету, и теперь разговаривал по телефону. Она наблюдала за ним издалека, видя, как он говорит с торжествующей улыбкой. Она подошла, услышав, как он говорит о бизнесе, о "QCS". Она села рядом с ним, медленно прислонив лицо к его ноге. Он гладил ее волосы, лежащие у него на ноге, разговаривая со своими подчиненными, но при этом смотрел на нее с нежностью. Она прижалась лицом к его бедру, ощущая тепло его тела. Он закончил разговор, отбросил телефон в сторону, наклонился и поцеловал её в щёку: "Что случилось?" Она закрыла глаза и просто сказала: «Позволь мне прислониться к тебе на некоторое время». Он тихонько усмехнулся. В тот момент он не знал, что ее глаза были полны слез. Она глубоко дышала ему в ногу, он почувствовал ее легкую дрожь и поднял ее. "Алиса…" Она подняла голову, глаза ее были слегка влажными, к счастью, скрытыми за улыбкой. «Что случилось?» Он был настолько проницателен, что сразу же разглядел ее маскировку. Она бросилась ему в объятия, обхватив руками его плечи и положив голову на его крепкую грудь: «Я думаю о твоей болезни». Он нежно погладил её хрупкие плечи: «Разве я не говорил, чтобы она об этом не думала?» «Ничего не могу поделать». Он поднял ее лицо, посмотрел на ее слегка покрасневшие глаза и, намеренно используя легкий, непринужденный тон, сказал: «Мне так неприятно видеть тебя с красным носом от слез, давай же будем счастливы». "Джеффри…" "Хм?" "Не могли бы вы повторить эту фразу еще раз?" «Алиса, я люблю тебя». Она закрыла глаза от боли. В тот момент в ее сознании прокрутилась сцена из сна… Они с ним бродили по подсолнечному полю… Он догнал её, обнял и крепко держал. Он шептал ей на ухо нежные слова, отчего она смутилась и покраснела. Солнечный свет во сне был таким ярким… Но внезапно эта сцена в ее сознании разбилась, словно стекло, и болезненно пронзила нежность ее сердца. Она медленно открыла глаза, сияя от счастья и глядя на него: «Я тоже тебя люблю». Он толкнул её на диван в гостиной дома Робинсонов, они, казалось, ничего не замечали… Время пролетело незаметно, в мгновение ока она и Честер Робинсон провели в Т-Сити уже больше месяца. Прошедший месяц был для неё самым спокойным периодом в жизни. Весь день она ничего не делала, единственное, чем ей нужно было заниматься, — это сопровождать его. В центре города он был занят больше, чем в Париже, и помимо решения внутренних дел компании "QCS", ему приходилось заниматься и вопросами, связанными с больницей. Но всякий раз, когда у него появлялось свободное время, он проводил его дома с ней. Точно так же, как и в этот момент… Задыхаясь, она вылезла из-под одеяла, пытаясь вырваться… Он протянул свою длинную руку, чтобы снова затащить ее под воду: «Куда ты собралась?..» Под одеялом у нее был слабый и тихий голос: "Я хочу принять душ…" Он наклонился и пробормотал: «Ещё не закончил…» Она посмотрела в его полные вожделения глаза, чуть не расплакавшись… После того, как она закончила сегодня во второй раз, она уже совсем вымоталась в его объятиях. Он поцеловал её влажные от пота волосы, испытывая чувство удовлетворения. Она не могла представить, как у мужчины после двенадцатичасовой операции могут оставаться силы, чтобы демонстрировать свое мастерство в постели. Она глубоко восхищалась его телосложением. Бог знает, как ей сейчас было некомфортно, все ее тело словно разваливалось на части… Она игриво шлепнула его: «Какой же ты надоедливый… Я же говорила, что хочу сегодня днем ​​сводить Рейчел в парк развлечений, а ты снова заставил меня нарушить обещание». Он чмокнул её надутые губы: «Завтра я свободен, пойду с вами поиграть». Она взволнованно спросила: «Правда?» Он кивнул. Она с радостью поцеловала его в губы: «Рэйчел точно будет очень счастлива». Он углубил поцелуй, демонстрируя признаки нового возбуждения… Она вовремя оттолкнула его, приподняла одеяло и встала с кровати. Он прислонился к изголовью кровати, бесстыдно разглядывая ее обнаженную, грациозную фигуру. Она небрежно накинула на плечи ночную рубашку, налила себе стакан воды, затем села на край кровати и открыла ящик, чтобы достать лекарства. Когда она уже собиралась принять лекарство, он внезапно обнял ее, и таблетки выскользнули из ее руки. Она раздраженно спросила: «Что ты делаешь?..» Он обнял её за талию и глубоко прошептал: «Почему ты такая осторожная?» Несмотря на то, что он не принимал никаких контрацептивов, оба раза он заканчивал половой акт на улице. Шансы на беременность были невелики. Она слегка покраснела, ущипнула его за щеку: «Разве осторожность не является благом? Или ты хочешь, чтобы я родила от тебя еще одного ребенка?» Он громко рассмеялся. Казалось, она говорила это намеренно, пристально глядя на него. Выражение его лица едва заметно изменилось, это заметила только она. «Вы уверены, что хотите его иметь?» Он внезапно прижал её к себе, озорно глядя на неё. Она оттолкнула его, пробормотав: «Мечтаешь!» Он от души рассмеялся. Она приподнялась на краю кровати, приняла еще одну таблетку и запила ее водой. После того как она приняла лекарство, она похлопала его по плечу и спросила: «Что ты хочешь сегодня съесть?» Он прислонился к изголовью кровати, сползшая простыня обнажила его хорошо развитые мышцы. Он взял её за руку и спросил: «Ты снова будешь для меня готовить?» Она кивнула: «Сегодня я узнала в интернете новый рецепт, хотела бы его попробовать». "Я ли подопытный?" Она подняла бровь и спросила: «Вы это съедите?» "Да…" Он притянул ее к себе, нежно покусывая ее гладкую шею и шепча: "Когда я переставал доедать все, что ты готовила?" Она сжала плечи: "Щекотно, прекрати…" Он прошептал ей на ухо: «В любом случае, ты уже нарушила обещание, данное Рейчел, почему бы тебе не провести немного времени со мной?» "Хм?" Он внезапно стянул одеяло… В комнате раздался пронзительный крик Алисы… На следующий день. Приятный день, яркое солнце… Элис вышла из машины, держа на руках Рейчел. Впервые оказавшись за городом, Рейчел выглядела очень взволнованной, прыгала и скакала, держа Алису за руку. Алиса редко бывала за городом, чтобы насладиться такой природой, и сразу же была очарована живописными пейзажами. Рейчел с нетерпением ждала возможности свободно побродить по этой прекрасной местности… «Не бегайте, будьте осторожны, чтобы не упасть». Честер обнял её, улыбаясь: «Всё в порядке, Кит Энтони за ней присматривает». "Мм." Алиса шла по мягкой грязи, под руку с Честером. Для Алисы, выросшей в шумных городах, ступить на грязную землю было чем-то новым. «Тебе нравится это место?» — спросил Честер. Алиса энергично кивнула, любуясь бескрайней зеленью: «Я и не знала, что в городе Т есть такая нетронутая природа». Он крепко обнял её: «Иногда наслаждение природой приносит чувство свободы». Алиса глубоко вздохнула. Воздух, наполненный ароматом свежей травы, был освежающим. «Здесь такой чудесный воздух!» — воскликнула она. Внезапно он повернул лицо в сторону и тихо сказал: «Закрой глаза». "Зачем?" «Я хочу отвезти тебя куда-нибудь». "Это неожиданно?" Он кивнул с улыбкой. Она послушно закрыла глаза, выглядя невинной, как ребенок. Он поддержал её, сказав: «Я не говорил, что ты можешь открывать глаза… не подглядывай!» "Хорошо." «Я проведу тебя, будь осторожен на этом пути». "Мм." Алиса молча считала в уме, вероятно, прошла около тридцати шагов, он велел ей остановиться. Она была очень послушной, совсем не заглядывала. Он прошептал: «Теперь можешь открыть глаза». Она с нетерпением открыла глаза. Когда перед Алисой предстала картина, словно из сна, она надолго замерла в изумлении. ---------- Глава 1132 - 591: Дополнительно: Даже если мы оба знаем, я всё равно буду настаивать на том, чтобы любить тебя 3 Ее глаза были широко раскрыты от недоверия… Она и представить себе не могла, что сцена из ее сна предстанет перед ее глазами в реальности. Перед ней раскинулось огромное поле подсолнухов, сияющих золотым светом… Вдали, на ветру, плавно вращалась мельница… «Как такое могло случиться?..» Он обнял её за талию: "Что случилось?" "Здесь…" "Хм?" Она вбежала в подсолнечное поле, возбужденно крича ему: «Я когда-то мечтала о таком месте!» Он рассмеялся и последовал за ней в поле: «Тебе здесь нравится?» «Мне это очень нравится, просто обожаю…» Она с радостью несколько раз поцеловала его в лицо, а затем побегала по цветочному полю. Он молча наблюдал за ее подпрыгиваниями, слегка приподняв уголки губ. Она была очень счастлива, и её улыбка сияла на солнце особенно ярко… Она с восторгом снова подбежала к нему, обняла его за шею и сказала: «Я так счастлива…» Он обхватил её талию обеими руками, слегка опустил голову, чтобы посмотреть на её возбуждение: «Ты так легко удовлетворяешься». «Вы даже не представляете, мне раньше снилось это подсолнечное поле, но я думала, что это всего лишь сон, никогда не представляла, что такое прекрасное место действительно существует в мире…» Он тихонько усмехнулся: «А я тоже был в твоем сне?» "Конечно, и Рейчел…" «Что мы делали?» — спросил он магнетическим голосом. "Мы… мы…" — внезапно пробормотала она, ее лучезарная улыбка слегка напряглась. Он прижался лбом к её лбу: «Что случилось? Я тебя обидел во сне?» Она пристально смотрела на него, слегка приоткрыв губы, но не произнесла ни слова. Во сне ты меня не обижал… На этом прекрасном цветочном поле ты обнимал меня, шепча на ухо, что любишь меня. Это напоминало нынешнюю ситуацию, но настроение никогда не могло полностью её передать. Она не стала рассказывать ему о настоящем сне… потому что не хотела опозориться. Она осторожно вырвалась из его объятий, повернулась к нему спиной и сказала: «Ты действительно издевался надо мной во сне». Он изящно улыбнулся, подошел к ней, поднял ее опущенное красивое лицо и с интересом спросил: "Как я мог тебя обидеть?" Она сердито посмотрела на него и сказала: «Я тебе не скажу». Он от души рассмеялся, обнял ее и прижался головой к ее голове: «Я тебе что-то плохое сделал на этом цветочном поле?» «Непристойный». Ее лицо покраснело от смущения; как он мог думать о таких вещах? Самый романтичный момент в мире, вероятно, именно такой, как сейчас! Они сидели на скатерти для пикника, наблюдая за далеким небом и закатом. Закат, красный, как нежная, сочная роза, жаркий и яркий. Она прислонилась к плечу Честера Робинсона, переплетая руку с его: «Брат, как было бы замечательно, если бы мы могли продолжать в том же духе вечно!» Он крепко держал её за руку и нежно сказал: «Если ты не против, мы сможем приходить к тебе почаще в будущем». «Хм». Она закрыла глаза, тихо наслаждаясь этим моментом. В этот момент её жизнь обрела смысл. Будущий путь может быть нелёгким, но, по крайней мере, эта прекрасная сцена останется в её памяти. Элитное поле для гольфа в Т-Сити. Клод Лоуренс и Честер Робинсон, оба одетые в повседневную белую одежду, болтали, оттачивая свои навыки игры в гольф. «Я должен был догадаться, что это ты», — сказал Клод Лоуренс, сделав удар. Честер Робинсон последовал его примеру, сделал удар и наблюдал, как мяч идеально изогнулся в воздухе, прежде чем упасть в намеченную лунку. Он передал клюшку стоявшему рядом сотруднику. Они вместе направились к месту отдыха. Под навесом Честер Робинсон отпил глоток красного вина и спросил: «Разве это отличается от того, что вы себе представляли?» Клод Лоуренс улыбнулся, чокнулся бокалом с Честером Робинсоном и сказал: «Определенно, что-то другое… кто бы мог подумать, что закулисный генеральный директор «QCS», о котором ходят слухи, что он имеет значительное влияние в преступном мире, на самом деле добросердечный доктор, известный своей мягкостью». «Когда вы догадались?» Клод Лоуренс откинулся на спинку стула и, улыбаясь, ответил: «Забавно подумать, что после более чем десяти лет знакомства это наша первая встреча…» Действительно, более десяти лет назад Клод Лоуренс уже пересекался с генеральным директором компании QCS, который работает за кулисами. В то время они были противниками, но неожиданно, после соперничества, они стали уважать друг друга и в конце концов стали близкими братьями. Разумеется, Клод Лоуренс никогда по-настоящему не встречался с Честером Робинсоном… «Когда Элис Робинсон представила вас как своего брата, я совершенно не мог связать вас с «Джонсом». Должен отметить ваш высокий актерский уровень в этой области; даже я не смог заметить ни малейшего недостатка». «Джонс» — это прозвище, которое Клод Лоуренс дал Честеру Робинсону; его представление о Честере Робинсоне основывалось исключительно на этой фамилии. ---------- Глава 1133 - 591: Дополнительно: Даже зная правду, я всё равно буду настаивать на том, чтобы любить тебя 3_2 «Возможно, мне больше подходит профессия врача». «Но у вас больше нет выбора». «В любом случае, спасибо вам за то, что вы готовы позаботиться о ней за меня». «Не благодари меня. Если бы Алиса не была такой молодой и красивой, у меня, возможно, не было бы времени помогать тебе с этим... К тому же, ты хочешь, чтобы я стал твоим зятем». Честер тихонько усмехнулся: «Всё ещё дразнишь меня?» «Я говорю серьёзно... Если бы Элис не была твоей женщиной, я бы никогда не позволил ей уйти». В этот момент в глазах Клода Лоуренса загорелся резкий и решительный свет. Честер ничего не сказал, его равнодушный взгляд устремлен вдаль. Клод Лоуренс тихо спросил: «С ней сейчас все в порядке?» "Да." Клод Лоуренс вздохнул и сказал: «Если ты заботился о ней, почему ты тогда подтолкнул её на мою сторону?» Честер честно ответил: «Потому что ты единственный человек, которому я доверяю». «Ты когда-нибудь задумывался о том, что поступок был несправедлив и ко мне, и к ней?» «Я думал, она сможет отпустить ситуацию...» Клод Лоуренс насмешливо рассмеялся: «Честер, ты действительно недооцениваешь женщин... Женщины — самые настойчивые существа в этом мире, особенно когда дело касается чувств». «В самом деле, я слишком поздно это понял и чуть не погубил её». Клод Лоуренс слегка нахмурился: «Если бы я не волновался и не послал кого-нибудь проследить за ней той ночью, возможно, она действительно покончила бы с собой в море…» «Прекратите говорить...» «Простите, что спрашиваю прямо, Алиса — та, кого вы хранили в своем сердце все эти годы?» Честер не ответил. Клод Лоуренс, уже чутко осознав правду, в шоке вскочил: «Кто-то другой?» Честер хранил молчание. Лицо Клода Лоуренса побледнело: «Тогда кто тебе такая Алиса?» Клод Лоуренс внезапно резко схватил Честера за воротник. Выражение лица Честера было ледяным, он спокойно смотрел на Клода Лоуренса. "Черт возьми!!" — выругался вслух Клод Лоуренс, намереваясь ударить Честера. К счастью, Кит Энтони выступил вперед и остановил Клода Лоуренса. Клод Лоуренс яростно оттолкнул Честера, сверля его взглядом, словно факел: «Не говори мне, что то, что ты сказал Алисе у моря в тот день, было лишь попыткой спасти ей жизнь». Выражение лица Честера было холодным, а не отрицающим. Клод Лоуренс, в приступе гнева, снова бросился вперед... Телохранитель, находившийся позади Честера, уже перехватил Клода Лоуренса. Клод Лоуренс крепко сжал кулаки: «Как ты мог так причинить ей боль?» «Если бы я действительно хотел причинить ей боль, я бы не позволил ей встретиться с тобой и не поехал бы на море, прекрасно зная, что ты не допустишь, чтобы с ней что-нибудь случилось». Да, в тот день у Клода Лоуренса, безусловно, был способ спасти Алису, но было ясно, что Алиса ждала Честера. «Значит, слова, которые ты сказал ей у моря, не отражали твои истинные чувства?» Честер спокойно сказал: «Ты должен знать, с её характером, если бы я не дал ей желаемый ответ, даже если бы она тогда отреагировала правильно, обязательно был бы следующий раз». Я испортил ей характер. Клод Лоуренс стиснул зубы: «Тогда зачем ты привёз её в Т-Сити?» «Я не хочу, чтобы ей снова причинили боль». «Но на самом деле именно ваши действия причиняют ей наибольший вред...» Честер покачал головой: «У меня есть пределы». Клод Лоуренс нанес сильный удар по мраморному столу: «Ты теряешь предел, создавая для нее мир иллюзий? Ты подумал о том, как сильно ей будет больно, если она узнает правду?» «Она никогда не узнает этой правды». "Почему?" «Потому что независимо от того, будет ли моя операция успешной, она получит известие о том, что я уже покинул этот мир». Клод Лоуренс был потрясен и широко раскрыл глаза: «Вы намерены скрывать это от нее до конца?» "Да." Единственное, что он мог ей подарить, — это последнюю капризность. «Почему ты её не любишь? Почему?» — истерически закричал Клод Лоуренс. — «Она такая хорошая девочка…» «Кроме этого я могу дать ей всё». Никто не мог понять его чувств к Ребекке Квентин; в его сердце она была незаменима. «Я не позволю тебе так с ней поступить...» Клод Лоуренс повернулся и тяжелыми шагами удалился. Честер спокойно сказал: «Если ты считаешь, что сейчас защищаешь её, то можешь действовать». Тело Клода Лоуренса, застывшее в неподвижности, внезапно остановилось. Элис никак не ожидала приезда Клода Лоуренса в Т-Сити. Когда ей позвонил Клод Лоуренс, она засомневалась, стоит ли принимать приглашение. Честера не было дома, поэтому у нее было время встретиться с Клодом Лоуренсом, но мысль о встрече с ним вызывала в ее сердце чувство вины. Она должна была признать, что помимо отца и мужчины из прошлого, Клод Лоуренс был для нее лучшим человеком в этом мире. Если бы она встретила Клода Лоуренса до встречи с ним, возможно, финал был бы похож на сказку о принце и принцессе... К сожалению, в этой жизни ни тело, ни сердце не поддаются контролю. Когда Алиса пришла в кафе, Клод Лоуренс уже сидел у окна. Должно быть, он зарезервировал все кафе целиком, так как в этом просторном помещении никого не было. Она подошла с улыбкой: «Клод». Он, как всегда, вел себя как настоящий джентльмен, встал и отодвинул для нее стул. «Спасибо». Она грациозно села. Он посмотрел на неё и мягко сказал: «Я уже заказал для тебя Blue Mountain». Не зная, что сказать, она смогла лишь неловко повторить: «Спасибо». Его внимание к деталям и внимательность были непревзойденными; она встречалась с ним за чашкой кофе всего один раз. Официант принес кофе, и она сделала вид, что небрежно его помешивает, сказав: «Вы инспектируете работу в Т-Сити?» Клод Лоуренс не ответил Алисе, а лишь пристально посмотрел на нее. Столкнувшись с пристальным взглядом Клода Лоуренса, Элис напряженно произнесла: «Э-э... я рада, что вы пригласили меня на кофе». Клод Лоуренс, казалось, пришёл в себя и спокойно спросил: «А этот месяц прошёл нормально?» Алиса выпила кофе и издала одобрительный звук. Посчитав такой ответ несколько грубым, она добавила: «В целом неплохо, живу довольно беззаботно каждый день». ---------- Глава 1134-592: Дополнительная история: Он доволен, обнимает её и утешает. «Честер, он хорошо к тебе относится?» Элис Робинсон кивнула, ее улыбка была немного застенчивой, но, несомненно, счастливой: «Думаю, мой выбор был правильным». Возможность наблюдать закат на подсолнечном поле вместе с ним не о чем была ей жалеющей в этой жизни. "Алиса…" Клод Лоуренс тихо позвал её. Казалось, она полностью погрузилась в своё счастье, прежде чем пришла в себя. "Хм?" "Вы можете дать мне еще один шанс?" Алиса на мгновение опешилась. Клод Лоуренс спокойно сказал: «Всё, что может дать тебе Честер, могу дать и я. Я буду относиться к тебе даже лучше, чем он». Алиса тихонько прикусила губу, никак не ожидая, что он вдруг скажет ей такие слова. Она думала, что он совсем от неё отвернулся… Такой его образ лишь усилил ее чувство вины. Она искренне сказала: «Клод… я не хорошая девочка, я не стою того, чтобы ты так со мной обращался… В твоих обстоятельствах ты можешь найти девушку в тысячу или десять тысяч раз лучше, всех намного лучше меня». Он знал, что она ему это скажет, но не хотел сдаваться… Знала ли она вообще, что, когда она одарила его этой счастливой улыбкой, его сердце сжалось от боли? Ему хотелось поскорее рассказать ей правду, но он не смог себя заставить… Она так сильно любила Честера, как он мог причинить ей боль? Если бы он был действительно настолько жесток, как бы это можно было считать защитой для неё… Клод Лоуренс и понятия не имел, что в этот момент Элис Робинсон тоже молча извинялась перед ним в глубине души. Я знаю, что ты хорошо ко мне относишься, и я понимаю, что мое нынешнее счастье может в одно мгновение превратиться в иллюзию… Но ты знаешь? Тем не менее, я все еще не могу заставить себя уйти, потому что он уже глубоко в моем сердце. В конце концов Клод Лоуренс промолчал. «Хорошо, я не должен влиять на ваш выбор…» Алиса покачала головой: «Помощь, которую ты мне оказал, слова, которые ты мне сказал, я всегда буду помнить в своем сердце». Клод Лоуренс улыбнулся: «Давайте выпьем кофе…» "Хорошо." На обратном пути ее отвез домой Клод Лоуренс. В машине они обсуждали пустяки, каждый из них высказывал свои мысли. Когда они прибыли на виллу в Честере, Клод Лоуренс проводил Элис Робинсон до машины. «Спасибо, что вернули меня домой». «Не нужно быть со мной настолько формальным». Алиса улыбнулась: «Ну что ж, тогда я иду домой». "Мм." Она не знала, как попрощаться с Клодом Лоуренсом, и предпочла этого не делать, потому что любое прощание лишь усилило бы ее чувство вины перед ним. Однако она никак не ожидала, что в тот момент, когда она повернулась, чтобы направиться к вилле, Клод Лоуренс внезапно схватил ее за руку. Она на мгновение замолчала. Он крепко схватил её за запястье и, не делая шага вперёд, хрипло сказал: «Алиса, позволь мне позаботиться о тебе…» Алиса не ответила. Голос Клода Лоуренса стал еще тише и хриплее: «Честер никогда не сможет дать тебе теплого дома, а я смогу». Алиса с болью закрыла глаза, и в них навернулись слезы. «Помнишь, что я тебе говорил в Токио?» Ее тело слегка дрожало. Клод Лоуренс хрипло продолжил: «Дайте мне время, я обязательно смогу вытащить занозу из вашего сердца». Алиса медленно открыла глаза, по щекам текли слезы. «Клод хорошо ко мне относится, я сейчас очень счастлива». "Алиса…" Алиса постепенно вырвалась из рук Клода Лоуренса и, наконец, решительно вошла в виллу. Клод Лоуренс стоял неподвижно, глядя на ее стройную спину, и долгое время не двигал ногами. Когда Алиса вернулась домой, Рейчел, прижимая к себе плюшевого медведя, радостно подбежала к ней. "Мама…" Алиса подняла Рейчел на руки и сказала: «Дорогая…» Рейчел заметила покраснение в глазах Алисы и не удержалась, спросив: «Мама, ты плакала?» Алиса нарочито потерла глаза и сказала: «Нет, может быть, песчинка только что попала маме в глаз». "Ой…" Алиса огляделась и спросила: «Дядя ещё не вернулся?» Рейчел, играя с ушками плюшевого медведя, кивнула. «Дорогая, ты голодна?» Как только Рейчел услышала о еде, она тут же оживилась: «Голодна». Рейчел была настоящей гурманкой, ее фигура уже округлилась благодаря заботе Алисы. Алиса сказала: «Тогда играй здесь, в гостиной, как хорошая девочка… мама пойдет готовить». «Мама, ты можешь попросить тетю приготовить еду?» "Почему?" «Потому что мама готовит ужасно». Алиса смутилась и попыталась объяснить: «Твоему дяде нравится моя стряпня». На что трусливый мальчишка ответил: «Тогда готовь только для дяди». Алиса спросила: «Неужели всё так плохо?» Слабак кивнул. Алиса пробормотала: «Тогда я попрошу тётю это сделать, мама, ты можешь сегодня не готовить?» Рейчел была в восторге: «Ура!..» Элис и не думала, что Честер вернется так поздно. Она чуть не заснула на диване. К счастью, она проснулась, как только он вошел в дверь. Он явно выпил, расстегнул галстук и застегнул пуговицы на воротнике, она быстро налила ему стакан воды и спросила: «Вы пили?» «Да», — сказал он, откинувшись на диван. — «Я провел полдня на встрече с деканом, а потом пообщался с друзьями. Выпил всего один или два бокала, но запах остался на мне». Элис опустилась на колени рядом с диваном и помогла ему застегнуть пуговицы на рубашке: «В будущем не пей, это вредно для здоровья». "Мм." «Ты голоден? Я сам приготовил ужин и оставил тебе немного». Честер притянул её к себе, поцеловал в щёку и сказал: «Я сейчас не голоден… оставь это на завтрашний завтрак!» «Забудь об этом, это так ужасно, мне лучше просто выбросить!» — Алиса встала. Но Честер схватил её за руку: «Кто сказал, что это плохо? Я отвечаю за то, что ты делаешь, доводя дело до конца». Алиса украдкой улыбнулась ему за спиной, а затем серьезно повернулась и опустилась на колени рядом с ним: «Наша дочь говорит, что то, что я готовлю, ужасно, она больше не хочет, чтобы я готовила». Честер поцеловал тыльную сторону ладони Алисы: «Тогда сделай это только для меня». Волна нежности прокатилась по сердцу Алисы: «Хорошо, я обязательно улучшу свои кулинарные навыки в ближайшее время, чтобы больше не мучить твой желудок». Честер улыбнулся. Алиса сказала: «Я пойду наберу тебе ванну…» «Подождите немного!» Честер обнял Алису. В последние несколько дней они слишком часто проводили время вместе, что негативно сказывалось на его здоровье, поэтому Алиса осторожно отстранилась от него, чтобы избежать обострения ситуации: «Давай я заварю тебе чаю, чтобы ты протрезвел!» Честер отказался. Элис резко вырвала руку Честера и ушла на кухню. На кухне Алиса нашла чай, который должен был его протрезветь, и заварила чашку для Честера. Поскольку чай был холодным, она не хотела, чтобы он пил его холодным, поэтому подогрела его в микроволновке. На кухне горела только маленькая лампа на шкафу, а внутри микроволновки светилось желтоватое свечение, и содержимое медленно вращалось. Алиса наблюдала за вращающейся чашкой, невольно задумчиво вспоминая слова Клода Лоуренса. Внезапно горячее дыхание обдало ей за ухом, испугав ее, и он громко рассмеялся, видимо, забавляясь ее удивленным, но очаровательным выражением лица. «Ты меня напугал», — тихо пожаловалась она ему. Он обнял её сзади, его дыхание было горячим. "В спальню?" Ее лицо слегка покраснело, "Нет…" "Почему нет?" Она повернулась, ущипнула его за щеки и сказала: «Врач посоветовал вам проявлять сдержанность». Его взгляд был озорным: «Я просто хочу обнять тебя во сне…» Она покраснела, легонько ударила его по груди и сказала: «Раздражает». Он внезапно схватил ее за руку, снова напугав, и его голос был тихим, мечтательным: «Алиса, прости меня». Микроволновая печь зажужжала позади них, словно храпящий человек. Свет был настолько тусклым, что кухня наполнилась мягким желтым светом. Она долго смотрела ему в лицо, не произнося ни слова. Он извинялся перед ней? Зачем извиняться? Она понимала, но делала вид, что не понимает. «Почему?» Она действительно сделала вид, что не понимает. Возможно, проснувшись, он не вспомнит, что говорил ей эти слова… Он обнял её и сказал: «Я хочу тебя…» Кухня была погружена во тьму: черные шкафы, черная тумба под кладовку, черные подвесные шкафы, черная столешница. Помимо слабого желтого света от микроволновки, царила мертвая тишина и темнота. Он обнимал ее так крепко, что ей было трудно дышать, а она не собиралась сейчас с ним разговаривать. "Я сегодня немного устала…" "Только ненадолго…" Он наклонился к ее шее, его влажные горячие губы нежно коснулись ее нежной шеи. Она сопротивлялась, но понимала, что не должна так ему отказывать, поэтому, смеясь, уговаривала его: «Хорошо, хорошо, после того, как выпьете чай… мы можем поговорить наверху». Она призналась, что пыталась его успокоить, зная, что наверху он наверняка так напьется, что заснет на кровати. Он сказал, что выпил всего несколько бокалов, но она знала его так хорошо, что даже после нескольких бокалов запах алкоголя не был бы таким сильным, а он пил очень много, поэтому он не мог быть настолько пьяным и при этом сказать: «Простите меня». Она не была глупой, декан больницы всегда очень уважал Честера, и куда ему, если нужно, пойти по обычным делам, он даже не захотел бы говорить ей правду о том, что собирается выпить. Внутри неё царила злость, и, естественно, она не хотела, чтобы он к ней прикасался. Но она не хотела с ним спорить, она ценила время, проведенное вместе, больше, чем он. Честер отпустил ее, позволив ей выпить чаю, чтобы протрезветь… Но прежде чем она успела дотянуться до микроволновки, он внезапно протянул руку, притянул ее обратно в свои объятия, словно орел, ловящий птенца, крепко прижав к дверце холодильника, и обдал ее щеку своим дыханием: «Алиса!» Она сопротивлялась, как испуганный цыпленок. Он казался разгневанным, его темные глаза сияли в ночи, как у волка, не желающего легко отпускать свою добычу. С каждым ее движением он сжимал ее все крепче, пока она послушно не застыла в его объятиях, не в силах пошевелиться. Она постепенно прекратила свои действия. Он выглядел довольным, обнял ее, поцеловал в щеку и продолжил, шепча: «Алиса, не оставляй меня…» Алиса дрожала, прислонившись к его плечу; он был доволен, обнимая ее, успокаивая: «Я люблю тебя». Тело Алисы дрожало. ---------- Глава 1135 - 593: Дополнительная история: Живи хорошо, часть 1 Он внезапно осознал, с кем разговаривает. Он резко отстранил её от себя, оцепенело глядя на неё. Ее одежда была растрепана, а подол платья свисал вместе с телом, закрывая все обзор. Она тоже смотрела на него пустым взглядом, а он улыбнулся и сказал: «Ты всегда лишаешь меня возможности отпустить». У нее мгновенно возникло ощущение, будто сердце выскочило из реактивного самолета и упало прямо на землю. Она поправила одежду, чувствуя духоту, и вышла из кухни. Из микроволновки уже доносился аромат чая. Звук «дин-дин» означал, что чай готов. Он не стал пить этот отрезвляющий чай, а побежал за ней и обнял. Она молчала, и он тоже ничего не сказал. И вот так, вдвоём, они тихо вернулись в спальню. Она стояла перед окном от пола до потолка, и издалека доносился звук льющейся воды из ванной. Ночь была холодной, как вода, и она, слегка замерзнув, обняла себя. Только что она поступила по-настоящему глупо, поверив хотя бы на долю секунды… Однако такие слова, которые он ей говорил не раз и не два, для него были не более чем сладкими речами, призванными заполучить её тело. Неотразимо… И действительно, его когда-нибудь уставало от ее тела с годами? В его сердце её тело было гораздо привлекательнее, чем её сердце, не так ли? Горечь в её сердце постепенно вырвалась наружу, породив острую боль глубоко внутри. Рано утром Алиса оставила записку для Честера. Я сводила Рэйчел на шопинг. Вчера вечером, перед сном, он сказал ей, что сегодня останется дома. Раньше, услышав это, она была бы счастлива, словно на небесах; она жаждала провести с ним время. Однако сегодня ей просто хотелось найти место без него, чтобы обрести покой. Рейчел держала ее за руку, оглядываясь по сторонам и проявляя большой интерес к новинкам Т-Сити. Честно говоря, за последний месяц или около того, за исключением вчерашней встречи с Клодом, она почти не выходила из дома, не говоря уже о том, чтобы водить Рейчел по магазинам. Она купила для Рейчел воздушный шар с гелием, и та, вне себя от радости, смотрела в небо и с удовольствием тянула шар за собой. Наблюдая за лучезарной улыбкой Рейчел со стороны, она посетовала, что было бы здорово, если бы взрослые могли быть такими же довольными жизнью, как дети. У нее не было ничего, что она хотела бы купить, но поход по магазинам определенно означал, что она что-нибудь купит. Поскольку еще рано, она в итоге решила зайти в магазин мужской одежды, чтобы купить ему нижнее белье. "Ну, он ростом 183 см, не крепкий, но и не худой, в целом стандартного телосложения…" Опытная продавщица улыбнулась и сказала: «Мисс, вашему мужу подойдет размер, указанный слева…» «Хорошо, спасибо». Алиса, немного смутившись, покраснела и, неся сумку, вышла из магазина. Она впервые купила ему такую ​​интимную одежду, и это несколько затронуло её чувства. Она задавалась вопросом, заказывал ли он раньше такое нижнее белье у кого-то другого или покупал его сам? Погруженная в размышления над этим вопросом, она вдруг услышала голос: «Алиса». Алиса подняла глаза, ее шаги были ледяными. Алиса никак не ожидала встретить миссис Джеффри в городе Т. По сравнению с тем, что было несколько лет назад, миссис Джеффри не проявляла явных признаков старения; по-видимому, годы были к ней благосклонны. Лишь после расспросов она узнала, что миссис Джеффри обратилась в Т-Сити за лечением проблем с поясничным отделом позвоночника… Проблемы с поясничным отделом позвоночника у миссис Джеффри беспокоили ее много лет, и лечение в Америке не могло их вылечить, но традиционный массаж и иглоукалывание в «Цветущем королевстве» могли облегчить боль. На этот раз Кристин Куинн сопровождала ее к традиционному врачу, и прошлой ночью Кристин оставалась рядом с ней всю ночь во время сеанса иглоукалывания. Утром, увидев, что Кристин крепко спит у ее постели, пожилая женщина не смогла разбудить ее и настояла, чтобы она осталась в отеле и как следует отдохнула. Пока Кристин спала, миссис Джеффри от скуки покинула отель. Для миссис Джеффри город Т по-прежнему вызывал определенные чувства. Хотя миссис Джеффри и мистер Джеффри всегда жили в Нью-Йорке, они познакомились в районе Т-Сити. Всякий раз, когда миссис Джеффри упоминала о любви своих сыновей и невесток, она от души смеялась, и по ее словам можно было почувствовать, насколько гармоничной и прекрасной была семья Джеффри. Алиса терпеливо слушала, слегка улыбаясь. На самом деле, миссис Джеффри всегда была к ней добра. В течение многих лет, пока она любила Говарда Джеффри, миссис Джеффри всегда старалась свести их вместе. Но судьба в этом мире именно так и устроена. С людьми, с которыми тебе не суждено быть вместе, как бы ты ни старался, просто не суждено сбыться. Она и Говард Джеффри были именно такими. Они никогда не были друг для друга спасением. К счастью, со временем ее прошлое, связанное с Говардом, отошло на второй план. Она никак не ожидала, что миссис Джеффри вдруг спросит: «Элис, ты уже подумала о том, когда выйдешь замуж?» Она была в недоумении: «Выйти замуж? За кого?» Миссис Джеффри рассмеялась: «О, дитя мое, конечно же, Честеру!» Миссис Джеффри мало знала Честера, и все предыдущие встречи были связаны с Алисой. Но после того, как она узнала истинную личность Честера, у миссис Джеффри возникли к нему особые чувства. Она сияла: «Я знала, что ваша помолвка с Клодом Лоуренсом неопределенна, потому что мы, женщины, не можем просто так отпустить ситуацию. Тетя через это прошла, так что не стесняйтесь с тетей, скажите ей правду». Выйти за него замуж? Предполагалось, что это будет естественным завершением отношений между мужчиной и женщиной, но почему это казалось таким непривычным? Или, скорее, она никогда не думала об этом с такой точки зрения. Не говоря уже о том, что сейчас он болен; даже если бы он был здоров, такой вывод мог бы быть невозможен. Миссис Джеффри улыбнулась и добавила: «Ничего страшного, если вы сейчас этого не планируете, но, Элис, тебе стоит подумать о Рейчел». "Хм?" «Нельзя же позволять Рейчел всю жизнь называть Честера дядей, правда?» — сказала миссис Джеффри, взглянув на Рейчел, которая с удовольствием играла в детской игровой зоне ресторана, и с любовью добавила: «Дети должны расти в здоровой семье». На обратном пути Элис Робинсон отвлеклась. Рэйчел уснула на руках у Алисы от усталости, которую испытала во время игры. Алиса продолжала размышлять над словами миссис Джеффри, пока не вернулась домой. Честер Робинсон сидел на диване и неторопливо читал финансовый журнал. "Скучать." Служанка обратилась к ней. Он поднял взгляд и посмотрел на неё. Она на мгновение замерла, передала Рейчел слуге, стоявшему рядом, чтобы тот отнес ее наверх спать, а затем подошла к нему. Он встал, обнял её и игривым тоном посетовал: «Ты оставила записку рано утром и просто ушла, не зная, что я могу сегодня пойти с тобой домой?» «Я ходила по магазинам», — сказала Элис. Он усадил ее на диван, совершенно не обращая внимания на взгляды слуг, оглядывавших их со всех сторон. «Что ты купил?» При мысли о покупке ее лицо слегка покраснело. Он уже заметил сумки, которые слуга поднял наверх: «Обычно женщины покупают костюмы и рубашки, но вы действительно особенная». Ее щеки покраснели еще сильнее, она чувствовала себя немного скованной внутри, глядя на него, но не в силах рассердиться. Она дернула его за воротник и сказала: «Что значит, женщины обычно покупают костюмы и рубашки? Многие люди покупают вам такую ​​одежду?» Он рассмеялся. Она пробормотала: «Неудивительно, что ваш шкаф всегда полон новеньких костюмов и рубашек, все подарки от красавиц». Услышав за ее словами ревность, он крепче обнял ее и объяснил: «У меня нет женщин; всю одежду готовит моя секретарша». «Секретарь?» — удивилась Алиса. — «У вас есть секретарь?» Честер прислонился к дивану: «Как мне без секретаря справляться с повседневными делами в Нью-Йорке на расстоянии?» У него была секретарь, и она даже не знала об этом. Все, что она о нем знала, помимо того, что он был ее братом, было для нее совершенно незнакомой информацией. Он увидел, что она ошеломлена, и подумал, что она расстроена, поэтому утешил ее: «Не волнуйся, меня не интересует эта секретарша». «Я ничего не сказал». Его очаровало её нежелание признаться, и он поцеловал её в щёку: «Ты потратила всё утро только на то, чтобы это купить?» Изначально она собиралась рассказать ему о случайной встрече с миссис Джеффри на дороге, но, подумав, решила не упоминать об этом, опасаясь, что он спросит о ее разговоре с миссис Джеффри. Она ответила: «Я давно не выходила из дома, поэтому просто бродила по округе». "Во второй половине дня нечем заняться, хочешь, я тебя составлю?" «Нет, у меня болят ноги». "Правда?" Он нахмурился, усадил её ноги себе на колени и начал нежно массировать их. "Тебе лучше?" Она безучастно посмотрела на него и кивнула. Он продолжал делать ей массаж, проявляя явную нежность. Внезапно она выпрямила ноги, обняла его, положила голову ему на плечо и сказала: «Брат… Если бы этот момент мог длиться вечно, разве не было бы это чудесно?» Он поднял ее подбородок и спросил: «Опять такая сентиментальная?» Алиса покачала головой, закрыла глаза: «Я просто не могу расстаться с этими днями». Он подумал, что она беспокоится о его болезни. "Глупышка", — пробормотал он, целуя ее в губы. Алиса знала, что такие прекрасные дни продлятся недолго. Но они всё же прибыли раньше, чем она ожидала. Солнечный свет заливал комнату, теплые желтые занавески, цветы на подоконнике и свежий воздух из сада создавали прекрасную атмосферу утра. Она тихо застонала, медленно просыпаясь от сна, открыла глаза и увидела его красивое лицо совсем рядом. Она слегка улыбнулась и, повернувшись, молча посмотрела на его профиль. Время не оставило и следа на его утонченном лице; он был так молод и полон энергии, но брови у него по-прежнему были нахмурены. Она протянула руку, желая нежно разгладить морщинки между его бровями, чем неожиданно напугала его. «Извините, я вас разбудил?» Увидев, как он открыл глаза, она извинилась. В его голосе слышалась хрипота только что проснувшегося человека: «Всё в порядке, я всегда сплю чутко». С этими словами он обнял её. Она слегка приподнялась, поцеловала его в лицо и сказала: «Я приготовлю тебе завтрак». Он притянул ее обратно к себе, тихо сказав: «Слуги все сделают, только составь мне компанию». Элис покачала головой: «Я хочу сделать это сама для тебя». Я просто хочу сделать все возможное для тебя, пока я еще рядом. Когда она встала, он последовал ее примеру, обняв ее сзади. Его тёплое дыхание коснулось задней части её уха, отчего ей стало щекотно. "Зачем ты это делаешь?" — она заёрзала плечами. Он спустил бретельку ее ночной рубашки и нежно поцеловал ее гладкое плечо. Она совершенно не могла устоять перед его обаянием, и под его страстными ласками ее тело постепенно расслабилось… ---------- Глава 1136 - 594: Дополнительно: Живи хорошо 2 Его тело стремительно двинулось над её телом… Она обняла его за шею, и они страстно поцеловались… Самое первобытное желание между мужчиной и женщиной вот-вот должно было выплеснуться наружу… Как раз в тот момент, когда они собирались стать одним целым, в дверь постучали. Домашние слуги обычно не осмеливались на такие поступки, поэтому тот, кто стучит в дверь, должно быть, совершенно ничего не понимает… И действительно, из-за двери раздался голос Рейчел: «Мамочка, мамочка…» Она, задыхаясь, оттолкнула его: "Джеффри, Рейчел…" Он уткнулся головой ей в грудь, его тело вот-вот должно было слиться с ее телом, голос его был тяжелым и невнятным: «Не обращай на нее внимания…» "Нет, она поднимет шум…" — она в тревоге оттолкнула его. Он стиснул зубы, внезапно сел, простыня прикрыла выпуклость между его ног. Она быстро надела ночную рубашку, спрыгнула с кровати и бросила ему халат. Лишь увидев, как он послушно надел халат, она глубоко вздохнула и наконец открыла дверь. "Мама…" Рейчел проснулась рано, очень довольная, и бросилась ей в объятия. Элис Робинсон взяла дочь на руки и спросила: «Дорогая, ты так рано проснулась». Рейчел нахмурила брови, на ее невинном лице читалось недоумение, когда она смотрела на Честера Робинсона в халате. "Дядя?" Честер Робинсон выглядел недовольным из-за неудовлетворенных желаний. "Э-э." Элис Робинсон сказала: «Дорогая, маме нужно сначала освежиться, ты веди себя хорошо и жди маму в комнате». Рейчел не ответила Алисе Робинсон, а продолжала пристально смотреть на Честера Робинсона. Элис Робинсон не возражала, поставила Рейчел на пол и повернулась в ванную. Никто не ожидал, что в тот момент, когда Элис Робинсон повернется к ванной, Рейчел посмотрит на Честера Робинсона и спросит: «Дядя, почему вы с мамой спите в одной комнате?» Шаги Элис Робинсон резко остановились, она напряженно повернулась. Круглое тельце Рейчел стояло перед Честером Робинсоном, невинно глядя на него. Честер Робинсон, обычно спокойный и невозмутимый, на мгновение растерялся. Рейчел продолжила: «Дядя — брат мамы, как вы можете спать вместе?» Хотя дети могут не понимать социальных норм, они усваивают основные этические принципы. Элис Робинсон застыла на месте, ее лицо уже побледнело. Маленькая фигурка Рейчел подбежала к ней, обняла ее за ногу и спросила: «Мамочка, почему ты спишь с дядей?» Элис Робинсон посмотрела на Рейчел сверху вниз, ее лицо было словно бумага; не зная, как ответить, она подсознательно взглянула на него. Он уже шел к ним, вновь обретя самообладание. Элис Робинсон посмотрела на Честера Робинсона, не зная, как ответить, и надеялась, что он сможет это сделать. Он тихо позвал: "Рэйчел…" Рейчел обернулась и подбежала к нему: «Дядя…» Он поднял Рейчел на руки, и ее невинные большие глаза смотрели на него. Элис Робинсон стояла неподвижно, и вдруг в ее голове всплыли слова миссис Джеффри. Вы же не можете позволить Рейчел всю жизнь называть Честера Робинсона «дядей», правда? Она вдруг посмотрела на него, и ее сердце бешено заколотилось. Как бы он отреагировал на слова Рэйчел в тот момент? Ребенок находился в возрасте просветления, и если бы его ввели в заблуждение относительно человеческих отношений, это повлияло бы на его будущее психическое и физическое здоровье, но сказал бы он ребенку правду? "Рэйчел, ты неправильно поняла, дядя такой же, как ты, только здесь, чтобы поймать твою ленивую мамочку… Дядя вчера обещал тебе, что сегодня отвезет тебя с мамой в океанский парк, правда?" Он действительно умел завоевывать сердца, даже детские, он это прекрасно понимал. Внимание Рейчел быстро переключилось на что-то другое: она радостно вцепилась в шею Честера Робинсона и сказала: «Я хочу в океанский парк, я хочу в океанский парк…» Элис Робинсон стояла у окна от пола до потолка в комнате. Снаружи вся стена была увита лианами, листья один за другим заслоняли другие, из-за чего сквозь стену ничего не было видно. Позади нее что-то зашевелилось, когда он вышел из ванной после умывания. Он застегнул манжеты рубашки, поднял взгляд на нее, стоящую у окна, подошел и обнял ее сзади: "Что случилось?" От него исходил приятный запах, а также легкий аромат лосьона после бритья, что было очень приятно. Но она мягко оттолкнула его и вышла из комнаты. Он смотрел ей вслед, слегка нахмурив брови. Рейчел впервые побывала в океанском парке и прекрасно провела время. По дороге домой после обеда она держала спящую Рейчел в машине, все время глядя в окно. Честер Робинсон вел машину, внимательно слушая Элис Робинсон, которая сидела прямо; ее лицо было бесстрастным, но казалось чрезмерно бледным. «Вы весь день почти не разговаривали, плохо себя чувствуете?» ---------- Глава 1137 - 594: Дополнительная история: Живи хорошо 2_2 Честер протянул руку, пытаясь измерить температуру на лбу Алисы Робинсон, и тело Алисы внезапно напряглось, а затем она быстро увернулась. Честер посмотрел на свою пустую руку и невольно вспомнил холодность Алисы Робинсон по утрам. Она казалась сердитой, избегала его взгляда весь день, избегала даже любого физического контакта. Когда она с Рэйчел, она вся сияет от счастья, что указывает на то, что проблема в нём. Честер припарковал машину на обочине дороги. Он внимательно изучал профиль Элис Робинсон, пытаясь найти за ее равнодушной внешностью какую-нибудь зацепку. "Что случилось? Я что-то сделал не так и расстроил тебя?" — Честер держал бледную, гладкую руку Элис Робинсон, нежно поглаживая каждый палец. Элис Робинсон снова холодно отдернула руку и крепко обняла Рейчел. «Со мной все в порядке, пожалуйста, садитесь за руль», — она смотрела прямо перед собой, сохраняя холодное выражение лица. Честер нахмурил брови; он знал, что что-то не так, иначе Элис Робинсон не претерпела бы таких резких изменений. По утрам она была милой и жизнерадостной, совсем не такой, как сейчас, словно испуганная птица. «Что с тобой? Если что-то не так, просто скажи, не держи это в себе, хорошо?» — уговаривал Честер, не пытаясь снова прикоснуться к ней, но наблюдая за едва заметными изменениями на лице Элис Робинсон. Он увидел глубокую печаль в её глазах. Элис Робинсон тихонько усмехнулась: «Со мной все в порядке». Сказав это, она посмотрела на Честера и спокойно объяснила свои перемены: «С сегодняшнего дня будем спать раздельно, нехорошо, если Рейчел нас увидит». Его лицо помрачнело: «Я не знал, что тебя это расстроило». Элис Робинсон спокойно посмотрела вперед: «Я не злюсь, я просто не хочу, чтобы ребенок слишком много думал». «Если это так, то как вам угодно!» Он почти ничего не сказал, завел двигатель и уехал. После ужина Честер отправился в кабинет. Элис Робинсон некоторое время играла с Рейчел в гостиной, а затем вернулась в комнату, чтобы рассказать ей сказки и уложить Рейчел спать. Когда Рейчел уснула, она приняла душ, легла на кровать с широко открытыми глазами, но не могла заснуть. В конце концов, она встала, одетая в пижаму, и пошла в кабинет на первом этаже. Дверь кабинета была приоткрыта; она видела его за столом, занимающегося документами. Позади него стоял ряд книжных полок, на столе лежало несколько старинных бронзовых украшений, подлинность которых была неясна. Туманный желтый свет отражался от бронзы, отбрасывая тень на его красивое лицо и придавая ему несколько суровый вид. Во время работы у него всегда было серьезное выражение лица. Она молча наблюдала за ним, и в ее сердце поднималась горечь. Он знает, почему она расстроена? Потому что даже сейчас он по-прежнему не признает Рэйчел… Он — биологический отец ребёнка, но ребёнок может называть его только «дядей»… Утром она знала, как сильно он жаждал объяснить ребёнку их отношения. Хотя она понимала, что это невозможно, в глубине души её всё равно охватывало раздражение. Она прекрасно понимала, что между ними ничего не получится, поэтому сокрытие правды от ребенка было для нее формой защиты. Но ей было просто некомфортно… Ей было очень жаль Рэйчел, потому что у других детей были отцы, которые их любили, а ее дочь даже не знала, кто ее отец. Она действительно чувствовала себя виноватой и сожалела… Но кого она может винить? Она сама решила завести этого ребенка; именно ее непонимание привело к тому, что ребенок страдал вместе с ней… Она не может винить его. Она покачала головой, пытаясь разобраться в своих мыслях. Наконец, в этот момент все неприятные ощущения, которые мучили меня весь день, прошли. Ей не стоило дуться на него… Она наконец-то оказалась рядом с ним, и в эти последние мгновения ей следовало ценить каждую секунду, проведенную с ним. Чего еще она могла желать? Тук-тук. "Войдите." Она глубоко вздохнула, принесла чашку кофе и улыбнулась: «Брат, я приготовила тебе кофе». Услышав её голос, он поднял голову. Она подошла к нему, взглянула на документы и спросила: «В компании много работы?» Он внезапно потянул ее вниз, она испугалась и уже сидела у него на коленях, обнимая. «Я думала, ты всё ещё на меня злишься?» Его дыхание, чувственное и хриплое, коснулось её уха. Она обхватила его шею, глядя на него с гордостью: «Я подумала об этом, ты же пациент, мне не следует быть с тобой мелочной. Если я тебя расстрою, в итоге расстроюсь я». С его интеллектом, как он мог не понимать, из-за чего она расстроена? Но когда она предложила спать отдельно днем, он согласился, явно не желая поднимать эту тему. Если это так, зачем ей об этом рассказывать? Разве не лучше ценить настоящее? Он улыбнулся, его теплое дыхание ласкало ее ухо, заставляя ее сердце трепетать. Она внезапно спрыгнула с его колен, взяла его за руку и сказала: «Пойдем со мной». Наблюдая за ее озорным поведением, он с интересом изогнул губы. Она переплела свои пальцы с его, вытаскивая его из кабинета в коридор. «Постойте здесь, подождите немного». С этими словами она подбежала к старинному граммофону и положила диск под иглу… Внезапно в зале зазвучала приятная, романтическая музыка в стиле вестерн, сочетающаяся с высоким качеством звука… Она радостно вернулась к нему, слегка покраснев, и застенчиво спросила: «Брат, ты пригласишь меня потанцевать?» Под этой люстрой, где он когда-то танцевал с Беккой, она хотела танцевать с ним. Он не ответил сразу, его взгляд был слегка затуманен. Она нежно потрясла его за руку и кокетливо спросила: "Пожалуйста… пожалуйста?" Пусть в его памяти сохранится не только воспоминание о танцах с Беккой… Если операция окажется неудачной, пусть это станет их последним воспоминанием… Если операция пройдет успешно, то в будущем, когда он будет вспоминать о Бекке, возможно, он будет иногда думать о ней… ---------- Глава 1138–595: Дополнительно — Душераздирающие крики Элис Робинсон у операционной Казалось, он размышлял целую вечность. Он и не подозревал, что она все это время задерживала дыхание, а сердце бешено колотилось. Наконец, он наклонился, протянул руку и, ведя себя по-джентльменски, произнес по-английски: «Можно?» Она ярко улыбнулась, хотя глаза ее были полны слез, и положила руку ему на ладонь. Под тусклым желтым хрустальным светильником с бахромой он обнял ее, ее рука лежала у него на плече, и они тихо танцевали, пристально глядя друг на друга. Она не осознавала, насколько она беспомощна… Когда он обнимал ее, и они погружались в музыку, ее слезы внезапно стали неудержимыми, капля за каплей. К счастью, она вовремя прислонилась к его плечу… Он почувствовал, как дрожит её тело, и тихо спросил: «Что случилось?» Она покачала головой, не смея поднять на него взгляд, ее зрение было затуманено слезами. "Алиса…" «Со мной все в порядке… просто обними меня… обними меня вот так и потанцуй со мной до конца песни, хорошо?» — выдавила она из себя. Его рука нежно легла на ее хрупкую спину, голос его охрип: «Хорошо». Музыка тихо затихла… С закрытыми глазами она прижалась к его объятиям… Когда песня закончилась, он нежно погладил её влажные щёки: «Скажи мне, почему ты плачешь?» Ее глаза были красными и опухшими, в уголках глаз виднелись следы слез. «Я слышала, как вы вчера разговаривали по телефону с директором Тернером, что вы готовитесь к скорой операции». «Я как раз собирался тебе это сказать». Она посмотрела на него, зрение у нее затуманилось. Он погладил ее нежное, светлое лицо и тихо сказал: «Даже обезболивающие не помогают от недавней боли… как врач, я знаю, что это означает ухудшение ситуации». Алиса прикусила губу: «Я знаю…» Он посмотрел в ее воспаленные глаза, осторожно вытирая слезы с уголков, и хриплым голосом спросил: «Останешься ли ты рядом со мной?» Алиса бросилась ему в объятия, энергично кивая. Он поцеловал её в лоб, крепко обнял и сказал: «Каким бы ни был конечный результат… пообещай мне, живи хорошо». Алиса яростно покачала головой, из глаз текли слезы: «Все будет хорошо, братишка… все обязательно будет хорошо…» Выражение его лица было серьезным: «Ты должен пообещать мне жить хорошо». Время операции Честера уже определено, она состоится завтра. Выйдя из кабинета, адвокат Синь кивнул Алисе. Алиса вежливо слегка улыбнулась адвокату Синь и вошла в кабинет. Состояние Честера оставляло желать лучшего: он опирался на спинку кожаного кресла, цвет его лица был довольно бледным. "Брат…" Услышав её голос, он выпрямился. Алиса шла позади него, нежно массируя виски: «Опять болит?» Он взял её за руку, нежно поглаживая: «Со мной всё в порядке». Алиса обхватила его лицо руками: «И ты говоришь, что с тобой все в порядке, но цвет лица у тебя ужасный». Он выдавил из себя улыбку: «Наверное, обезболивающие просрочены». Даже в этот момент он всё ещё был настроен на шутки. "Ладно, перестань хмуриться… ты же не собираешься приготовить мне что-нибудь поесть?" Алиса призналась: «Жареный рис подгорел и уже остыл». «Разве вы не знаете, что жареный рис вкуснее всего в холодном виде?» Честер потянул Алису за руку и вышел из кабинета. В столовой Алиса смущенно сказала: «Я несколько дней учусь у тети Лили, но у меня все равно ничего не получается, все подгорело». «Это не обгорело, цвет в самый раз». Он взял ложку и съел, с преувеличением расхваливая блюдо: «Лучше, чем стряпня тети Лили». Она только что попробовала это, знала, что это подгорело и совсем не вкусно, и теперь, видя, как он наслаждается этим, почувствовала легкое беспокойство. За тот период, что они провели вместе больше месяца, он действительно хорошо к ней относился. Если бы не та случайная находка в дневнике на днях, она, возможно, действительно поверила бы, что грядущие дни — это реальность… Но его доброта никогда не была такой, какой она её себе представляла. Она встала и подошла к нему, взяла тарелку и сказала: «Не ешь, братишка… это невкусно, позволь мне приготовить тебе другое». «Не нужно, я же сказал, что вкус отличный». Он поставил тарелку и поцеловал её в щёку. Она медленно села на стул и внимательно наблюдала за ним. Заметив её взгляд, он поднял ложку, посмотрел на неё и спросил: «Почему ты так на меня смотришь?» Она мягко улыбнулась: «Потому что ты красивый». Потому что я знаю, что, возможно, это последний день в моей жизни, когда я смотрю на тебя так. "Озорной." «Кстати, брат, о чём с тобой пришёл поговорить адвокат Синь?» — с любопытством спросила она. Честер отложил ложку и серьезно сказал: «Результат завтрашней операции неизвестен, я хочу все спланировать на будущее». ---------- Глава 1139–595: Дополнительная история: Душераздирающий крик Алисы Робинсон за пределами операционной_2 «Я же тебе уже говорил, всё будет хорошо…» Честер улыбнулся. "Просто считайте это подготовкой к дождливому дню". Думая о том, какие испытания его ждут завтра, Алиса почувствовала жжение в носу и у нее перехватило дыхание. "Только посмотри на себя…" Честер встал, подошел к ней и обнял. «Будь хорошей девочкой, не зацикливайся на этом, я справлюсь». Элис крепко прижалась к груди Честера, глаза ее были полны слез. Честер глубоко вздохнул. «Я уже попросил адвоката Синя составить завещание. Если мне не повезет и я не переживу эту операцию, все движимое и недвижимое имущество, которое я накопил за эти годы, а также компания «QCS», перейдут тебе и Рейчел». Элис в шоке уставилась на Честера, ее глаза расширились от недоверия. «Это единственный способ загладить свою вину перед тобой». Алиса энергично покачала головой. «Мне они не нужны… Мне ничего этого не нужно… Я просто хочу, чтобы ты жила хорошо…» Честер присел на корточки и осторожно обхватил ее голову, которая дрожала, как погремушка. "Послушай меня…" Голос Алисы был хриплым. "Мне это не нужно…" Честер большим пальцем вытер слезы в уголках глаз Алисы, мягко уговаривая: «Алиса… Мне так жаль, что, когда ты рожала Рейчел, я лежал в больничной койке. Мне жаль, что, когда я мог позаботиться о тебе, я вместо этого оттолкнул тебя очень-очень далеко… Ты была права в одном: с того момента, как ты встретила меня, твоя жизнь была разрушена мной. Я должен был всю оставшуюся жизнь отплачивать тебе за то, что я тебе должен, но, к сожалению, к тому времени, когда я захотел тебя иметь, у меня уже не было такой возможности… Теперь единственное, что я могу тебе дать, это убедиться, что до конца твоей жизни тебе никогда не придется беспокоиться о еде или одежде». "Джеффри…" — воскликнула Алиса от горя. «Не плачь…» — Честер нежно вытер слезы с лица Алисы. — «Мы договорились провести этот день счастливо». "Мне это не нужно… Джеффри…" Элис бросилась в объятия Честера и разрыдалась. Ночь. Алиса совсем не спала. Только услышав его ровное дыхание у своего уха, она медленно открыла глаза. В последнее время по ночам она постоянно пребывала в этом полусонном, полубодрствующем состоянии. Она уже привыкла к тому, что в такие тихие ночи, при слабом свете, проникающем из окна, она молча наблюдала за ним. В этот момент, уснув, он не обладал своей обычной холодной, свирепой, отчужденной аурой. Лишь его густые брови были слегка нахмурены, словно даже во сне его все еще мучила какая-то боль! Несколько прядей черных волос небрежно падали ему на лоб, смягчая суровые, неприступные линии лица и придавая ему более юношеский и располагающий вид. Неужели такой выдающийся человек, как он, не сможет перенести эту операцию? Она не поверила… Небеса никогда не были к нему благосклонны… Он родился без родителей, был усыновлен из детского дома М, но приемная мать, которую он больше всего уважал, в итоге использовала его, заставляя бороться против собственного брата… Его жизнь всегда была полна мрака. Даже когда он встретил свет своей жизни, Ребекку Квентин, к тому моменту, как он её встретил, она уже была женщиной другого мужчины. Ни семейной любви, ни романтической, он всегда был так одинок, но никогда не жаловался на рай. Он оставался верен своим идеалам, занимался медициной и творил добро, спасая бесчисленное количество людей на грани смерти… Он был всемирно известным доктором Робинсоном; он также был тайным генеральным директором группы компаний «QCS»; и он был лидером темных сил на юге Цветочного Королевства (Говард Джеффри однажды сказал ей, что он далеко не прост, что «QCS» когда-то подозревали в отмывании денег для южных наркоторговцев; это был не просто слух). Он был наполовину белым, наполовину черным, и она знала, что черный путь никогда не был тем, который он хотел выбрать… Раз уж Небеса даровали ему шанс на перерождение, зачем же снова заставлять его страдать от этой болезни? Первая половина его жизни и так была полна страданий; почему же ему нельзя было обеспечить спокойную и безопасную вторую половину? Небеса, пожалуйста, окажите ему милость хотя бы на этот раз, хорошо? Она была готова обменять все блага своей жизни на его безопасность и благополучие в этой жизни… Наступал рассвет. Честер перевернулся, и когда его длинная рука потянулась к боку и ничего не нашла, он на мгновение замер, а затем сел. После долгих поисков, безуспешных попыток найти её, он вышел из комнаты. Проходя мимо гостевой комнаты, он слегка прищурился. Сквозь щель в неплотно закрытой двери он увидел ее сидящей на ковре в комнате, с опухшими глазами и темными кругами вокруг них. Перед ней лежала целая куча из тысячи журавликов оригами, почти закрывавшая половину ее лица… Он нахмурился и вошёл. Она услышала движение, подняла глаза и, увидев, что это он, на мгновение опешилась. «Что ты делаешь?» — спросил он. Она медленно поднялась, и только тогда поняла, что ноги у нее онемели. Он поспешил ей на помощь. "Черт возьми, как долго ты уже в этой комнате?" Она держала в руке одного из тысячи журавликов оригами и ярко улыбалась. «Джеффри, у меня осталось всего сто, и я закончу…» Он прижал её дрожащее тело к себе, морщинка между бровями углублялась. "Что ты всё это делаешь?" Алиса так устала, что едва могла держать глаза открытыми, но она потерла их и посмотрела на него с хихикающей улыбкой. «Я слышал, что если хочешь, чтобы желание сбылось, то нужно сложить тысячу журавликов оригами за одну ночь. Если сможешь закончить, Небеса обязательно помогут тебе осуществить это желание… Посмотри на меня, я уже сложила девятьсот, осталось всего сто, и у меня будет целая тысяча. Еще не рассвет, я точно смогу закончить. Когда это произойдет, Небеса обязательно помогут мне осуществить мое желание…» «Ты не спишь посреди ночи и тут складываешь эту бесполезную ерунду?» — Честер недовольно нахмурился, не понимая, что происходит. Алиса продолжала разговаривать с Честером, не отрывая рук от складывания бумажного журавлика. Она улыбнулась и сказала: «Какая же это бесполезная штука… Когда я закончу последние сто, мое желание сбудется». Его лицо помрачнело. "Черт возьми, для исполнения какого желания это нужно?" Алиса продолжала складывать тысячу журавликов оригами, отвечая: «Я хочу, чтобы небеса благословили вашу завтрашнюю операцию, чтобы она прошла гладко…» В тот же миг, как эти слова слетели с её губ, его тело резко дернулось. Алиса взволнованно сказала: «Я почти закончила… Джеффри, ложись спать, не беспокойся обо мне». ---------- Глава 1140 - 596: Дополнительная история: Момент, когда я покинул твою жизнь 1 Он внезапно выхватил у неё из рук бумажного журавлика, которого она складывала, и его тёмные глаза пристально уставились на неё: «Ты не спала всю ночь, чтобы сделать эти проклятые бумажки?» Она ответила с улыбкой: «Я же тебе уже говорила, это не просто бумажные фигурки, это тысяча журавликов оригами…» Он схватил её за руку, заметив мозоли на кончике пальца, и его взгляд помрачнел. Она быстро отдернула руку, все еще лучезарно улыбаясь: «Не болит… не болит… пожалуйста, перестаньте меня беспокоить, я почти закончила». Говоря это, она вытолкнула его из комнаты. Он внезапно схватил ее за запястье и холодно произнес: «Прекрати возиться с этими проклятыми штуками и возвращайся со мной в комнату». Она внезапно вырвалась из его объятий: «Я не вернусь в комнату, я почти закончила…» «Как можно верить в такую ​​нелепую сказку?!» «Это не сказка, это моя вера. Я верю, что если я буду абсолютно искренна, судьба будет ко мне благосклонна», — сказала она с надеждой. Он шагнул вперед, смягчив тон: «Алиса, веди себя хорошо… Ты не спала всю ночь, иди отдохни немного». Она шагнула вперед, чтобы обнять его, игриво сказав: «Брат… не волнуйся обо мне, тебе сегодня предстоит битва, это ты должен хорошо отдохнуть… возвращайся в комнату!» Сказав это, она повернулась, чтобы поднять лежащего на полу недоделанного бумажного журавлика. «Если бы желания действовали так, то в мире не было бы жизни, смерти, болезней и страданий!!!» — раздался его жестокий голос. Когда она наклонилась, ее спина слегка задрожала, а затем она медленно выпрямилась. Он встал перед ней, крепко обняв за плечи: «Просыпайся… ложись спать!!» Возможно, это был его крик, но ее глаза внезапно покраснели, и на них навернулись слезы… Увидев её слёзы, он вдруг запаниковал: "Чёрт возьми, я не кричу на тебя, я просто…" Ее голос, прерванный рыданиями, заглушил его: «Я просто хочу вселить в себя хоть какую-то веру в то, что ты благополучно выйдешь из операционной…» «Я так боюсь завтрашней операции, я просто…» Она крепко обхватила голову руками, голос ее с трудом вырывался из-за сдавленности: «Я просто хочу кое-что для тебя сделать…» Он внезапно протянул руку и крепко прижал ее к себе. В его объятиях она громко закричала: «Я не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось, брат…» Он долго держал её в объятиях, его рука слегка дрожала. Спустя неизвестно сколько времени он медленно отпустил её. Она опустила голову, словно ребенок, потерявший что-то, и продолжала рыдать. Он вытер слезы с ее лица и утешил: «Глупышка, у меня не будет никаких проблем…» Она подняла взгляд, глаза ее были полны слез: «Главное, чтобы с тобой все было в порядке, я сделаю все, что угодно…» Он снова обнял её, поцеловал в лоб: «Хорошо, хорошо, если хочешь их сложить, складывай… но сначала тебе нужно немного поспать». Она твердо сказала: «Нет, с наступлением утра вам придется перенести операцию, я должна закончить до рассвета…» «Глупышка, твои намерения известны, судьба их услышит…» «Я просто боюсь, что оно меня не услышит, поэтому сегодня вечером я складываю журавликов… Боюсь, если я загадаю желание слишком рано, оно забудет». Она все еще казалась ребенком, достаточно наивной, чтобы вызывать нежность. Он покачал головой, горло было чем-то забито, и он некоторое время не мог говорить. Она изо всех сил старалась улыбнуться, но вместо этого утешила его: «Брат… если я смогу закончить складывать эти тысячу журавликов оригами, всё будет хорошо…» "Ты такой глупый…" «Тебе пора спать…» Она вытолкнула его из комнаты. Когда он захотел вернуться внутрь, она уже заперла дверь. Он долго стоял за дверью комнаты. Наконец наступил рассвет. В пепельнице в кабинете уже лежала целая куча окурков. Он откинулся на спинку кожаного кресла, его лицо было безмолвным и мрачным. Его рука невольно задрожала, и сигарета выскользнула из пальцев… Он внезапно схватился за голову и всем телом упал со стула. Боль была подобна жгучему огню, бесчинствующему в его голове… Он резко повернулся на полу, опрокинув стул… "Ах" Он был очень волевой человеком, но в этот момент не смог противостоять головной боли. Кабинет был завален всякими опрокинутыми им вещами… "Брат…" Раздался взволнованный голос. Это была Элис Робинсон. "Ах!!" Алиса закричала, радость и волнение сменились страхом и криками: «Брат… брат… что с тобой?» Крик Алисы привлек внимание других бодрствующих слуг на вилле. "Мисс Элис…" Честер Робинсон уже впал в кому от боли. Она обняла Честера, едва сдерживая слезы: «Быстро вызови скорую помощь…» ---------- Глава 1141 - 596: Дополнительная история: Момент, когда я покинул твою жизнь 1_2 Слуги стали свидетелями этой сцены, и вся их сонливость исчезла, когда они поспешно побежали звонить по телефону… «Брат… Брат…» Алиса хрипло крикнула. Полчаса спустя, в нейрохирургической больнице XX в городе Т. «Я хочу войти, я хочу войти… Умоляю вас, впустите меня…» Кит крепко держал Элис: «Мисс Элис, пожалуйста, не надо, директор Тернер уже делает операцию боссу, и если вы вмешаетесь, это помешает директору Тернеру…» "Отпусти меня, Кит, отпусти меня…" Лицо Элис было залито слезами, "Я хочу быть рядом с ним…" Кейт не мог вынести этого зрелища, но был бессилен, он мог лишь пытаться уговорить: «Мисс Элис, не волнуйтесь, боссу повезло, с ним все будет в порядке…» «Кит, я умоляю тебя, впусти меня, я умоляю тебя…» Элис крепко схватила Кита за руку, умоляя его печальным голосом. Кейт, глядя на медсестру, испытывал сильное нежелание. Медсестра покачала головой, глядя на Кейта. Кит беспомощно вздохнул: «Мисс Элис, даже если я не буду вам препятствовать, врачи вас не пустят… Ваши нынешние эмоции повлияют на ход операции». «Обещаю, я просто буду рядом с ним, я не буду плакать, я не буду устраивать скандал…» «Но у меня действительно нет никакой возможности…» Если бы он мог, он бы очень хотел впустить мисс Элис, но он был совершенно бессилен. Тело Алисы постепенно ослабело, и она села на холодный пол. Кит поспешно подбежал, чтобы поддержать её: «Не делайте этого, мисс Элис, вставайте скорее…» Алиса тупо уставилась на красный свет над операционной, ее зрение постепенно затуманивалось, темнело… В следующую секунду она упала в обморок прямо на Кейта. Кит воскликнул: «Мисс Элис!!» Медсестра поспешно подбежала… В поле зрения постепенно прояснилось, перед нами предстала бескрайняя белая равнина… Рядом с ее ухом раздался тихий зов: «Алиса, Алиса…» Когда она открыла глаза, ее ресницы задрожали, и перед ее глазами предстало обеспокоенное лицо Клода Лоуренса. «Алиса, ты проснулась…» Клод Лоуренс сидел у постели, нежно поддерживая ее. У Алисы был бледный цвет лица, голос слабый: «Где я?» «Вы в больнице, вы только что потеряли сознание». Внезапно в ее голове всплыла сцена, как Честера ввозят в операционную, Элис поднялась и пробормотала: «Брат… Брат…» Клод Лоуренс поспешно поддержал извивающееся тело Алисы, спокойно сказав: «Не волнуйтесь, операция еще продолжается…» «Я хочу пойти поехать со своим братом…» Алиса с силой вырвалась из рук Клода Лоуренса, вскочила с кровати, чуть не упав на пол, но, к счастью, Клод Лоуренс вовремя ее подхватил. "Алиса…" Элис не обратила внимания на зов Клода Лоуренса и, спотыкаясь, направилась к двери. Клод Лоуренс был бессилен и мог лишь помогать Алисе с внутривенным вливанием жидкости, поддерживая ее: «Врач сказал, что вам нужно хотя бы закончить инфузию, иначе у вас не хватит сил». Элис, казалось, не слышала голоса Клода Лоуренса, прислонилась к дверному косяку и вышла из палаты. За дверью операционной продолжал гореть красный свет. Алиса безучастно смотрела на красный свет над операционной, ее взгляд был пустым. Кит, охранявший вход в хирургическое отделение, успокоил: «Мисс Элис, медсестра только что вышла и сказала, что операция проходит относительно гладко, не волнуйтесь слишком сильно…» Алиса вдруг сказала: «Кит, я успокоилась, можешь поговорить с медсестрой и позволить мне войти и пойти с братом?» Кит, опасаясь, что Алиса снова возбудится, кивнул и сказал: «Хорошо, я пойду спрошу». Кит подошел к двери операционной и коротко поговорил с медсестрой, стоявшей у двери. После недолгой паузы Кит неохотно вернулся к Алисе, извиняясь: «Мисс Алиса, я изо всех сил пытался их убедить, но… это все равно запрещено». Алиса внезапно бросилась к медсестре, крепко схватив ее за руку: «Умоляю вас, пожалуйста, впустите меня, пожалуйста…» Медсестра была поражена словами Алисы: «Мне очень жаль, мисс Алиса… На такой сложной операции присутствие членов семьи недопустимо…» «Я просто хочу быть рядом со своим братом…» — в голосе Алисы звучала мольба. Медсестра нерешительно покачала головой. «Умоляю вас, пожалуйста…» «Извините, я ничем не могу помочь, мисс Элис…» «Почему вы не позволяете мне быть рядом с моим братом, почему?» — начала кричать Алиса. «Алиса!!!» Клод Лоуренс внезапно развернул Алису и строго сказал: «Можешь быть немного трезвее… С такими эмоциями, даже если тебя впустят, ты только повлияешь на работу кабинета врача. Ты хочешь, чтобы операция Честера провалилась?» Крик Клода Лоуренса наконец-то ошеломил Алису, но затем успокоил её. Клод Лоуренс глубоко вздохнул и сказал: «Элис… послушай меня, оставайся снаружи, терпеливо жди, пока твой брат благополучно выйдет, хорошо?» Алиса впала в оцепенение. Клод Лоуренс поддержал ошеломленную Алису, посадив ее на стул, обнял ее за плечо, позволив ей прислониться к нему. Время шло секунда за секундой, красный индикатор над операционной показывал, что операция длится уже три часа. «Мистер Джеффри, мистер Джонс…» Звук звонка Кейта нарушил тишину в коридоре. И тут же появились Говард Джеффри и Скайлер Джонс, выглядевшие уставшими от поездки; очевидно, они поспешили прямо из аэропорта в больницу. Рядом с Говардом Джеффри и Скайлером Джонсом находились Ребекка Квентин и Кристин Куинн соответственно. Алиса, казалось, была равнодушна к внезапному появлению, она прислонилась к плечу Клода Лоуренса, все еще пребывая в каком-то оцепенении. Ребекка Квентин и Кристин Куинн заметили состояние Алисы и намеревались подойти, но Клод Лоуренс остановил их. Клод Лоуренс взглянул на Алису, его голос слегка охрип: «Она едва успокоилась…» Ребекка Квентин и Кристин Куинн кивнули, глядя на красный свет над операционной. Кит почтительно сказал: «Мистер Джеффри, мистер Джонс, я не ожидал вашего приезда…» Лицо Говарда Джеффри было холодным: «Ему сделали такую ​​серьезную операцию, почему никто нас не уведомил?» Кит поспешно ответил: «Извините, мистер Джеффри, босс не позволил мне сообщить вам об этом…» Говард Джеффри стиснул зубы: «Эта его замкнутость, когда же он наконец изменится?» Скайлер Джонс сказал: «Говард, давай сначала спросим директора о ситуации с Честером!» ---------- Глава 1142 - 597: Дополнительная история: Момент, когда я покинул твою жизнь 2 Говард Джеффри ушел холодно. Ребекка Квентин и Кристин Куинн отвели Кейта Энтони в сторону: «Ассистент Энтони, как именно обстоят дела с доктором Робинсоном? Если бы не внимательность Джеффри, заметившего, что доктор Робинсон вышел из Международной медицинской ассоциации, мы бы и не догадались, что с доктором Робинсоном что-то не так…» Кит Энтони вздохнул: «Мисс Квентин, у босса уже были последствия того, что он заблокировал пулю для мисс Элис… вероятность успеха операции невелика, поэтому босс откладывал операцию до тех пор, пока вчера не потерял сознание дома…» «Как это произошло?» — Ребекка Квентин была потрясена. Глаза Кристин Куинн расширились от недоверия. Голос Кейта Энтони дрожал: «Я узнал о ситуации с боссом только позже. Если бы я знал раньше, может быть, я бы смог уговорить босса сделать операцию раньше…» «В каком состоянии сейчас находится доктор Робинсон?» — с тревогой спросила Ребекка Квентин. Кит Энтони ответил: «Начальник находится в операционной уже более трех часов, подробности пока неизвестны, но… операция не может провалиться. Если это произойдет, начальник может никогда не очнуться…» «Что?» — воскликнула Кристин Куинн. Ребекка Квентин отступила на шаг назад. Кит Энтони посмотрел на Элис Робинсон, покачал головой и сказал: «Больше всего волнуется мисс Элис, она только что потеряла сознание и до сих пор получает внутривенные инъекции…» Ребекка Квентин присела на корточки перед Элис Робинсон: «Элис…» Элис Робинсон выглядела ошеломленной. Ребекка Квентин держала холодную руку Элис Робинсон и нежно утешала ее: «Не волнуйся слишком сильно, ты должна верить, что доктор Робинсон выживет… с ним все будет в порядке». Элис Робинсон наконец посмотрела на Ребекку Квентин пустым взглядом и прошептала: «Бекка…» Ребекка Квентин кивнула: «С нами рядом с доктором Робинсоном с ним точно все будет в порядке». Кристин Куинн также утешила: «Да, Элис… Джеффри и Оверски никогда не позволят Честеру пострадать, ты должна им верить». "Джеффри…" Элис Робинсон внезапно пришла в себя и, схватив Ребекку Квентин, спросила: «Где Джеффри?» Ребекка Квентин на мгновение опешилась. Элис Робинсон встала, не обращая внимания на капельницу, и бросилась к Джеффри, только что вышедшему из кабинета директора, крепко обняв его: «Джеффри… пожалуйста, позволь мне быть рядом с моим братом, умоляю тебя…» Джеффри держал Элис Робинсон за руку, слегка нахмурив брови: «Элис, успокойся…» «Умоляю тебя, Джеффри… пожалуйста…» Джеффри серьёзно сказал: «Я не могу пустить вас в операционную, но если вы сохраните спокойствие, я могу разрешить вам наблюдать за операцией из кабинета директора». «Хорошо, хорошо… Я буду сохранять спокойствие, я спокойна…» Элис Робинсон несколько раз кивнула. Клод Лоуренс кивнул Джеффри и сказал: «Я провожу ее внутрь». Джеффри кивнул. Когда Клод Лоуренс сопровождал Элис Робинсон в кабинет директора, Джеффри вздохнул: «Я никогда не видел Элис такой растерянной». За стеклянным окном разворачивалась напряженная операция. Элис Робинсон прислонилась к стеклянному окну, глядя на Честера Робинсона, лежащего на больничной койке с подключенными к нему трубками; слезы уже давно хлынули из ее глаз. Клод Лоуренс держал Элис Робинсон, его взгляд также был прикован к Честеру Робинсону в операционной. Директор подошел и сказал: «Мисс Робинсон, нет причин для чрезмерного беспокойства… на данный момент результаты операции выглядят многообещающими, и, учитывая силу воли мистера Робинсона, я верю, что он справится». Элис Робинсон никак не отреагировала на слова режиссера, не моргая и пристально глядя на Честера Робинсона, не в силах издать ни звука своим хриплым голосом. Директор покачал головой и вышел из кабинета. Время шло, пока операция Честера Робинсона не достигла восьми часов, и внезапно в операционной разразился хаос… Медсестры поспешно сменили оперирующих врачей, врач взглянул на экран компьютера, дал медсестре несколько указаний, а затем начал проводить электростимуляцию Честера Робинсона… "Брат, брат…" Наблюдая за происходящим сквозь стеклянный экран, Элис Робинсон внезапно громко закричала. Все, кто был снаружи, бросились внутрь… Сцена в операционной всех ужаснула. Элис Робинсон вцепилась в режиссера и спросила: «Что происходит? Что врач делает с моим братом?» Режиссер явно был не готов к ситуации, которая разворачивалась перед ним: "Это… это…" В этот момент вбежала медсестра: «Директор, директор…» Директор с тревогой произнес: «Говорите быстро». «В ходе операции возникла критическая ситуация… У доктора Робинсона внутричерепное кровоизлияние, сердце остановилось на десять секунд, показатели крови XXX, внутричерепная температура XXX…» Выслушав все замечания, директор поспешно покинул палату. ---------- Глава 1143 - 597: Дополнительная история: Момент, когда я покинул твою жизнь 2_2 Все слышали, как медсестра сказала, что его сердце остановилось на десять секунд… Говард Джеффри, Скайлер Джонс и Клод Лоуренс уже выбежали наружу. Элис Робинсон, потрясенная до глубины души, чуть не упала на пол; к счастью, Ребекка Квентин и Кристин Куинн вовремя подхватили ее. Снаружи ворвался Кит Энтони, встревоженно воскликнув: «Мисс Элис, доктор хочет видеть вас в операционной… Доктор говорит, что состояние босса крайне критическое, сейчас нет времени беспокоиться о чем-либо еще, ему нужна сильная воля, чтобы удержаться на плаву…» "Хорошо, хорошо…" Алиса даже не понимала, как ей удается двигать ногами. Она выбежала из кабинета, как сумасшедшая, но как только ее рука коснулась дверного косяка, ее тело внезапно замерло. Ребекка Квентин поддерживала её. «Элис, что случилось?» Алиса обернулась и безучастно уставилась на Ребекку. Из-за беспокойства за Честера Робинсона лицо Ребекки тоже побледнело. Она растерянно посмотрела на Алису. Алиса сглотнула ком в горле, а затем внезапно упала на колени. "Алиса!!" — закричала Ребекка, голос её дрожал. Из глаз Алисы потекли две струйки прозрачных слез, когда она хрипло прошептала: «Бекка, умоляю тебя, пожалуйста, останься с моим братом в такое время!» Ребекка замерла на секунду. Заплаканные глаза Алисы умоляюще смотрели на Ребекку. «Сейчас ему нужен человек, который ему дороже всего… Только ты можешь вселить в него самую сильную волю к жизни в этот момент, я умоляю тебя, иди туда и поддержи его…» «Элис, вставай первой, не делай этого…» Голос Ребекки тоже дрожал. «У меня нет времени, Бекка, пожалуйста…» Все наблюдали за этой сценой. Заплакав, Ребекка обняла Элис. «Не говори так… Элис, Честеру нужна не я, а ты…» «Времени нет, Бекка…» Медсестра подбадривала их. Элис, с лицом, залитым слезами, посмотрела на Говарда Джеффри. «Я знаю, что прошу слишком многого… но Говард, я умоляю тебя, пожалуйста, скажи «да» и позволь Бекке пойти и остаться с Честером… Я знаю, что только Бекка может спасти ему жизнь, пожалуйста, я умоляю тебя…» Говард Джеффри помолчал немного, а затем наконец кивнул. Медсестра схватила Ребекку за руку и побежала с ней в операционную. В ставшем теперь тихим офисе осталась только Алиса. Ее рука лежала на стекле, и она тупо смотрела на Честера внутри, руку которого Ребекка крепко сжимала. Врачи действовали организованно и методично, а это означало, что ход операции оставался под их контролем… Клод Лоуренс оглядел местность, затем покачал головой, сердце сжалось от боли. Кит Энтони сказал: «Я только что понял, что человек в этом мире, который больше всего любит босса, — это мисс Элис… Она так хотела остаться рядом с ним, но в самый критический момент она все же предпочла оставить мисс Квентин с боссом». Глядя на худую спину Алисы, Клод сказал: «К счастью, Честер не выбрал самый жестокий путь». Кит посмотрел на Клода, ничего не понимая, но Клод уже отвернулся. На террасе больницы Клод рассеянно смотрел вдаль. «Я знаю, что Честер не из тех, кто умалчивает. Честер хочет, чтобы ты позаботилась об Алисе, не так ли?» Послышался спокойный голос Говарда Джеффри. Клод обернулся. Говард Джеффри подошел к перилам и тяжело вздохнул: «Неужели ему действительно наплевать на Алису?» Клод проследил за его взглядом вдаль. «Я не знаю». «Он тебе что-нибудь сказал?» Клод честно ответил: «Он мне сказал о своем решении». Глаза Говарда Джеффри слегка прищурились. На лице Клода была та же глубина и резкость, что и на лице Говарда. "Вы, наверное, уже догадались…" «Он остался с Алисой, потому что не хотел, чтобы с ней что-нибудь случилось?» Клод кивнул. «Перед операцией он сказал мне… он сказал, что хочет, чтобы я позаботился об Алисе, потому что, независимо от результатов операции, он собирался сообщить ей о своей смерти». В мрачных глазах Говарда Джеффри промелькнул яростный блеск. «Он думает, что это пойдет на пользу Алисе?» Клод ответил: «Я тоже не одобряю это решение, но ты же знаешь, что если он что-то решил, никто не сможет его остановить». Говард Джеффри холодно и презрительно фыркнул. «Но…» — Клод помолчал немного. — «Вчера в пять утра он позвонил мне. Он сказал, что передумал». Говард Джеффри посмотрел на Клода, его глаза сузились в одну линию. Клод тихо сказал: «Он решил рассказать Алисе о реальных результатах операции». Клод снова вздохнул. «Думаю, он понял, что было бы для Алисы поистине жестоким поступком. Судя по ее сегодняшней реакции, я считаю, что принятое им решение было правильным». Глубокая морщина между бровями Говарда Джеффри постепенно рассеялась. «Он просто человек, запутавшийся в собственных чувствах. Он еще не разобрался в своем сердце». Клод кивнул. «Я тоже так думаю… Но как бы там ни было, он не заслуживает Алисы». Говард Джеффри ничего не ответил, лишь тяжело смотрел вдаль. Пятнадцатичасовая операция наконец-то завершилась. Доктор вышел из палаты, и все окружили его. Директор Тернер снял маску, его голос был настолько измученным, что он почти обессилел. «Операция прошла успешно…» Наконец все вздохнули с облегчением. Находясь на краю толпы, Алиса отчетливо слышала слова доктора. На ее безжизненном лице появилась слабая улыбка… Говард Джеффри держал Ребекку на руках и целовал свою любимую жену. Все были охвачены радостью. Клод обыскал толпу в поисках Алисы, но увидел, что она уже потеряла сознание и рухнула на пол… Когда она медленно проснулась, первое, что она увидела, было красивое, доброе лицо Клода. "Ты проснулся…" Клод помог Алисе сесть. "Хочешь воды?" Алиса кивнула. Клод тут же налил ей стакан воды. Алиса прислонилась к изголовью кровати, и к ее лицу вернулся легкий румянец. "Спасибо". Увидев, как она послушно пьет воду, Клод наконец вздохнул с облегчением и сел рядом с кроватью. Алиса спросила: «Где они?» Клод ответил: «Мисс Квентин и мисс Куинн только что были здесь с вами. Сейчас они уехали к Честеру. Говард Джеффри и Скайлер Джонс разговаривают с деканом». «Я тоже хочу увидеть своего брата». «Хорошо, но сначала нужно закончить внутривенное вливание». ---------- Глава 1144–598: Дополнительно: Письмо, которое она ему оставила 1 "Хм." Клод Лоуренс помог Элис Робинсон дойти до двери больничной палаты Честера Робинсона. Казалось, все присутствующие в комнате пришли к общему пониманию и тихо покинули помещение. Клод Лоуренс сопровождал Элис Робинсон, когда они вошли в комнату. Он не задержался надолго — помог ей сесть, вышел из комнаты и закрыл дверь. В большой палате интенсивной терапии находились только Элис и Честер Робинсон. Голова Честера была обмотана несколькими слоями марли. Он мирно спал, лоб его был гладким, дыхание ровным, казалось, он просто спал. На ее лице сияла безмятежная улыбка, а рука нежно ласкала красивое лицо Честера. Она долго наблюдала за Честером, постоянно благодаря небеса в своем сердце. Спустя долгое время Алиса вышла из комнаты. Ребекка Квентин и Кристин Куинн улыбнулись ей. Элис подошла к Ребекке Квентин, дрожащим голосом сказала: «Спасибо, что оставались рядом с моим братом в такой важный момент, хотя я знаю, что это было не совсем уместно для вас». Ребекка Квентин взяла Элис за руку: «Если бы я сказала тебе, что всё, что я говорила Честеру в операционной, касалось фрагментов твоей жизни и жизни Честера, ты бы поверила?» «Неважно, что вы ему сказали; пока вы рядом, я знаю, что он справится». "Алиса…" Ребекка хотела сказать что-то ещё, но Алиса перебила её: «В любом случае, спасибо вам… спасибо всем». Говард Джеффри сказал: «Мы пока не можем быть уверены, когда Честер проснется, но не волнуйтесь. Режиссер Тернер сказал, что Честер точно проснется не позднее чем через три дня». «Спасибо, Говард», — искренне ответила Элис. «Элис, ты выглядишь очень уставшей… почему бы тебе не пойти домой и немного отдохнуть? Мы все останемся рядом с доктором Робинсоном, и пока мы будем о нем заботиться, ты сможешь спокойно отдыхать!» Элис кивнула: «Рэйчел дома одна, я пойду проверю, как она». «Элис, позволь мне отвезти тебя домой!» — предложил Клод Лоуренс у лифта. «Не нужно, Клод, со мной все в порядке… Пусть Кит Энтони отвезет меня домой; тебе тоже следует отдохнуть». «Хорошо, тогда я подожду тебя в больнице». "Хм." Клод Лоуренс дал указание Киту Энтони: «Хорошо позаботьтесь о ней». Кит Энтони кивнул и помог Алисе войти в лифт. Клод Лоуренс наблюдала, как двери лифта медленно закрываются, пока ее фигура не исчезла. В этот момент ей, возможно, просто хотелось тишины и покоя. В машине Кит Энтони сказал: «Мисс Элис, вы можете откинуться назад и немного поспать. Я разбужу вас, когда мы приедем домой». Алиса действительно очень устала, откинулась на спинку сиденья и вскоре заснула. Кит Энтони с тяжелым вздохом смотрел на сонное лицо Элис в зеркале заднего вида. "Мама…" Вернувшись домой, Рейчел подбежала и обняла Алису за ноги. Алиса подхватила на руки маленькую прелесть, которая бросилась ей в объятия, и поцеловала ее: «Малышка». Рейчел спросила: «Мама, с дядей все в порядке?» Да, вчера утром Рейчел видела, как Честера сажали в машину скорой помощи… Элис улыбнулась: «С ним все в порядке… Дядя в больнице, чувствует себя хорошо, и через два дня он будет дома». "Ой… мамочка, можно мне пойти к дяде?" «Можешь, мама отвезет тебя, когда я поеду в больницу». "Хм." «Мама немного устала, я пойду приму душ, а потом составлю тебе компанию». "Хорошо." После душа Алиса спустилась вниз, выглядя отдохнувшей. Кит Энтони играл с Рэйчел. Увидев Элис, он быстро встал с дивана. «Мисс Элис». Элис сказала: «Помощник Энтони, я собрала кое-какую одежду моего брата. Когда ты позже поедешь в больницу, пожалуйста, принеси её». «Хорошо». Увидев, что Элис выглядит отдохнувшей и, кажется, в порядке, Кит Энтони наконец выдохнул: «Мисс Элис, вам тоже нужно хорошо отдохнуть. В больнице достаточно людей, так что не волнуйтесь». "Хм…" «Тогда я уйду». "Вперед, продолжать!" После того, как Кит Энтони ушел, Рейчел сказала: «Мама, почему бы нам не пойти сейчас к дяде?» Элис сидела на диване, обнимая Рейчел: «Что случилось, милая?» «Я скучаю по дяде…» "Дорогой…" "Хм?" «Мама знает, как сильно ты любишь дядю, но она привезла тебя к дяде только на каникулы. Через несколько дней мама отвезет тебя обратно во Францию». Глаза Рейчел расширились от невинного удивления: «Мы собираемся уйти от дяди?» "Хм." "Почему?" «Потому что мы не можем жить с дядей… У дяди своя жизнь, а у нас своя». «Но разве мама и дядя не должны всегда быть вместе?» Губы хилого мальчишки начали надуваться. Алиса покачала головой: «Мама знает, что ты не хочешь, но у дяди своя жизнь». Рейчел надула губы: «Тогда дядя приедет во Францию ​​к нам?» Взгляд Алисы постепенно стал отстраненным, и спустя долгое время она наконец ответила: «Он больше не приедет во Францию…» "Почему? Дядя не хочет меня видеть?" Алиса шмыгнула носом и глубоко вздохнула: «Веди себя хорошо, дядя не откажется тебя навестить, просто у него здесь дела. Конечно, если у него будет время, он приедет к тебе». Рейчел надула губы и начала рыдать: «Но я не могу вынести разлуки с дядей…» Элис обняла Рэйчел и поцеловала её: «Будь хорошей девочкой». Больница. В кромешной темноте Алиса тихо сидела на краю кровати. Рейчел уже уснула на соседней кровати, которую предоставила семья. Честер еще не проснулся, но цвет его лица был гораздо лучше, чем утром. Элис держала Честера за руку, не говоря ни слова, ее глаза неотрывно смотрели на него. Тук-тук В дверь постучали. "Войдите." Посетителем был Клод Лоуренс. Элис слегка улыбнулась Клоду Лоуренсу: «Видишь, он точно поправится; выглядит он намного лучше, чем сегодня утром». «Врач осмотрел Честера во второй половине дня и сказал, что его состояние хорошее». «Я думаю, он очнется через день-два». Клод Лоуренс кивнул: «Они все пошли отдыхать, тебе тоже следует отдохнуть. В соседней комнате есть свободная кровать». «Я сегодня днем ​​вздремнула, сейчас мне не хочется спать… иди поспи в соседней комнате, я хочу составить ему компанию». Клод понимал, что не сможет убедить Алису, поэтому в конце концов он лишь кивнул: «Хорошо, я отдохну по соседству, позвони мне, если что-нибудь понадобится». "Мм." В палате снова воцарилась тишина. Элис взяла Честера за руку, нежно приложила её к своему лицу и сказала: «Брат…» Честер не ответил. "Ты слышишь меня?" Честер продолжал мирно спать. Алиса все еще глупо улыбалась: «Ты знаешь, как я рада, что ты теперь в безопасности?» Голос Алисы дрожал: «Ты знаешь, как я боялась, что операция не удастся, и ты меня бросишь…» «Брат, завтра я заберу Рэйчел и уеду из Т-Сити. Прости меня, пожалуйста, за то, что я не был рядом, чтобы увидеть, как ты просыпаешься…» Элис медленно прижалась к груди Честера, прислушиваясь к его размеренному сердцебиению, и хрипло прошептала: «Спасибо тебе за эти чудесные дни, хотя я знаю, что они могут быть не такими уж прекрасными для тебя… Что бы ни случилось, я никогда не пожалею о встрече с тобой…» «Брат… прощай». Среди ночи обеспокоенный Клод Лоуренс встал, чтобы проверить Алису в соседней комнате, но ее в палате не было. Клод Лоуренс обыскал все вокруг, предупредив Говарда Джеффри и других отдыхающих в больнице, но так и не смог найти Алису. Как раз когда Клод Лоуренс собирался позвонить Элис, он обнаружил на своем телефоне текстовое сообщение. «Клод, не волнуйся обо мне. Я просто лечу обратно во Францию ​​с Рэйчел… Пожалуйста, извинись перед всеми за меня». Клод Лоуренс показал текстовое сообщение всем. Все замолчали, и Кит Энтони непонятно произнес: «Почему мисс Элис вернулась во Францию ​​именно сейчас? Почему она не дождалась, пока босс проснется?» Клод Лоуренс повернулся и бросился к лифту. В самолёте свет был приглушённым. Алиса откинулась на спинку кресла, и слезы беззвучно текли по ее щекам. Слезинка скатилась по лицу Рейчел, когда она лежала у нее на коленях… Рейчел всхлипнула, просыпаясь: «Мамочка…» Алиса пришла в себя, поспешно вытерев слезы с глаз: "Хм? Дорогая, ты проснулась?" Рейчел растерянно огляделась и спросила: «Мама, где мы?» Алиса честно ответила: «Мы сейчас в самолёте». "Самолет?" «Мм, мы летим обратно во Францию». Рейчел приподнялась с колен Алисы: «Мамочка, мы теперь возвращаемся во Францию?» Алиса кивнула: «Прости, дорогая… Я планировала вернуться через пару дней, но по прогнозу погоды ожидались грозы, из-за которых лететь было бы нецелесообразно». Рейчел опустила голову и пробормотала: «Но мы даже не успели попрощаться с дядей!» «Всё в порядке, твой дядя знает, что мы возвращаемся». «Но, мамочка… я не хочу расставаться с дядей». Рейчел уже сдерживала слезы, вот-вот расплачется. Алиса быстро успокоила ее: «Когда мы доберемся до Франции, я разрешу тебе позвонить дяде, хорошо?» В тот момент у нее не было другого выбора, кроме как обмануть свою дочь. Рейчел еще сильнее опустила голову, надула губы и неохотно согласилась: «Хорошо». Сердце Элис сжималось от боли, когда она крепко прижимала Рейчел к своей груди: «Прости, во всем виновата мама…» Больница. После обеда подул легкий ветерок, солнечные лучи пробивались сквозь листья. Честер откинулся на спинку стула, повязки на голове еще не были полностью сняты. Издалека приблизилась грациозная фигура. Кейт Энтони вежливо поприветствовал: «Мисс Квентин». Ребекка Квентин с улыбкой передала домашний суп Киту Энтони, а затем подошла к Честеру: «Доктор Робинсон, вы сегодня отлично выглядите». Солнечный свет казался ослепительным, Честер слегка прищурился: «Ты сегодня опоздал». Ребекка Квентин опустилась на колени и спокойно посмотрела на Честера: «Я собирала вещи… Говард Джеффри сказал, что самолет прилетит днем, я пришла попрощаться с тобой». Глубокие глаза Честера слегка потемнели. "Уезжаете сегодня?" Ребекка Квентин кивнула: «Мы здесь уже больше недели, а у Джеффри еще много дел в компании «Джеффри». Слияние компаний «Скайтоп» и «Оверски» теперь известно как «Группа Джеффри». ---------- Глава 1145–599: Дополнительная история: Письмо, которое она ему оставила 2 Честер больше ничего не сказал, его взгляд, устремленный на Ребекку Квентин, стал еще более пристальным. Ребекка Квентин слабо улыбнулась: «Директор Тернер сказал, что вы хорошо поправились, что меня успокаивает… После нашего отъезда вам нужно будет хорошо заботиться о себе». Да, более недели, помимо врачей и медсестер, за ним почти постоянно ухаживала Ребекка Квентин. Он посмотрел на её улыбку и вспомнил своё детство. Ее улыбка почти не изменилась, всегда такая солнечная и прекрасная. «Я ухожу, доктор Робинсон, берегите себя». С последней улыбкой Ребекка Квентин встала. Однако в тот момент, когда Ребекка Квентин повернулась, чтобы уйти, Честер внезапно схватил ее за руку. В этот момент тело Ребекки Квентин напряглось. Честер встал, и Кит Энтони быстро поддержал его. Ребекка Квентин не оглянулась, она лишь осторожно вырвалась из объятий Честера. Рука Честера задержалась в воздухе, медленно опускаясь. «Неужели Говард Джеффри не хочет остаться в Т-Сити еще на несколько дней?» Ребекка Квентин, стоя спиной к Честеру, покачала головой: «Это мое собственное решение». Зрачки Честера слегка сузились. Ребекка Квентин медленно повернулась лицом к Честеру. Он был высоким, а она доставала ему только до плеча. «Доктор Робинсон, я заботилась о вас, потому что вы брат Говарда Джеффри, и я заботилась о вас как о невестке». Голос Честера был слегка хриплым: «Неужели тебе совершенно на меня наплевать?» Ребекка Квентин глубоко вздохнула: «Ты уверена, что тебе действительно нужна моя забота?» Взгляд Честера на мгновение необъяснимо затуманился. Ребекка Квентин глубоко вздохнула: «Доктор Робинсон, в последнее время все были рядом с вами, проявляли заботу и внимание. Вы все еще чувствуете легкий холодок?» Честер выглядел неуверенно, слегка приподняв брови. Ребекка Квентин усмехнулась: «Я слышала, как помощник Энтони говорил, что, когда вы просыпаетесь, первое, что вы видите, — это Кит Энтони, и вы неосознанно осматриваетесь вокруг». Задержавшись на мгновение, Ребекка Квентин пристально посмотрела на Честера: «В бессознательном состоянии ты не знал, что мы все рядом, поэтому тот, кого ты искал, был не из нас… тогда кого же ты искал?» Ребекка Квентин заметила вспышку сложности на лице Честера. Ребекка Квентин безмятежно улыбнулась: «Доктор Робинсон, вы всегда чувствовали, что я сыграла незаменимую роль в вашей жизни. Но я спрашиваю вас, сколько воспоминаний я вам оставила?» Заметив уныние в глазах Честера, Ребекка Квентин продолжила: «Боюсь, что воспоминания, которые я тебе оставила, ограничиваются детством… Если бы нам действительно было суждено быть вместе, я бы не встретила Говарда Джеффри, и ты бы не смог меня не узнать при нашей встрече… Наши отношения больше похожи на отношения брата и сестры, не так ли?» Ощущение того, что тебя раскусили, необъяснимо взволновало Честера: «Это что, твой повод меня отвергнуть?» Ребекка Квентин покачала головой: «Даже если бы я не встретила Говарда Джеффри, между нами ничего бы не получилось». Взгляд Честера резко изменился: «Не могу в это поверить». Ребекка Квентин спокойно улыбнулась: «Даже если бы я встретила тебя первой, в конце концов мы бы разошлись… потому что твое сердце уже занято кем-то другим». Честер ударил кулаком по стулу: «Не смей отмахиваться от меня такими словами!!» Кит Энтони был поражен. Честер стиснул зубы и выплюнул: «В этой жизни я ни разу не ошибся!» Ребекка Квентин тихонько рассмеялась: «Значит, вы решили оттолкнуть Элис Робинсон и выбрать меня?» «Боишься, я снова буду драться за тебя с Говардом Джеффри?» «Я не боюсь… потому что сейчас ты просто обманываешь себя!» Честер внезапно притянул Ребекку Квентин к себе, его ледяной голос прозвучал над ее головой: «Если бы я был бессердечным, Говард Джеффри, возможно, не заполучил бы тебя, но с тобой я не мог быть таким жестоким. Точно так же, как я когда-то использовал самые презренные средства, чтобы разлучить тебя с Говардом Джеффри, в конце концов мне все равно пришлось отпустить тебя… Так что не сомневайся в моих чувствах, никто не знает лучше меня, кого я люблю!» Ребекка Квентин, корчась от боли из-за того, что Честер схватил ее за плечо, нахмурилась. Увидев страдальческое выражение лица Ребекки Квентин, Честер медленно отпустил её, холодно заявив: «Я не буду просить тебя покинуть Говарда Джеффри и прийти ко мне. Я знаю, что принуждение принесёт тебе только боль… Всё, чего я хочу, это чтобы ты помнила, среди своего счастья, что в этом мире есть Тот, кто всегда стремился к тому, чтобы ты обрела счастье!» Ребекка Квентин решительно покачала головой: «Почему ты не понимаешь всего, что я сказала?» ---------- Глава 1146 - 599: Дополнительная история: Письмо, которое она ему оставила 2_2 Холодные глаза Честера сузились в линию: «Я же говорил тебе, я никогда не сомневаюсь ни в одном принятом мною решении. Когда я решил найти тебя, мое сердце не могло вместить никого другого». Ребекка Квентин наконец посмотрела ему прямо в глаза: «А что же тогда с Элис?» «Наше дело не должно касаться её». «Ты боишься заговорить о ней, не так ли?» Честер повернулся спиной, и от него исходила холодная аура: «Я знаю, что я ей должен, но я ясно выражаю свои чувства к ней». «Нет, ты совсем не понимаешь… тебя ослепила та тьма из детства, ты думаешь, что только я могу принести тебе свет, не осознавая, что свет, освещающий твою жизнь, всегда был рядом с тобой». "Достаточно!!" Честер сердито обернулся: «Не тебе диктовать, что я чувствую». Ребекка глупо рассмеялась: «Теперь я наконец понимаю, почему Алиса ушла, не дождавшись, пока ты проснёшься. Ты невероятно упряма, даже осознавая свою ошибку, отказываешься признать поражение… С таким характером тебе суждено быть одинокой всю жизнь!» "Разве ты не сказал достаточно?" Взгляд Честера был настолько пронзительным, что мог убить. Ребекка разочарованно кивнула, повернувшись к нему спиной. Честер смягчил тон: «Через несколько дней я приеду к вам в Нью-Йорк». Ребекка остановилась: «Хорошо… но боюсь, ты приедешь в Нью-Йорк не для того, чтобы увидеть меня, а чтобы умолять меня, умолять помочь тебе вернуть Алису». В темных глазах Честера на мгновение мелькнул холодок… Гнев утих, постепенно сменившись глубокими размышлениями. Три дня спустя. Кит Энтони стоял снаружи кабинета, опасаясь, что находящийся внутри угрюмый босс может нечаянно выместить на нем свою злость. Честер сидел за столом, явно взволнованный. Внезапно он положил документ, который держал в руке. "Кит!" Кит ворвался снаружи: «Босс Би!» Честер, держась за лоб, еще не сняв повязку, сказал: «Позвони адвокату Лину». "Да." Кит поспешно удалился, стремясь поскорее покинуть присутствие босса. Спустя более десяти минут в кабинет вошел адвокат Лин. Кит стоял у двери кабинета, подмигивая адвокату Лину. Он советовал адвокату Лину быть осторожным, поскольку человек внутри был крайне неуравновешенным. Как только адвокат Лин вошел в кабинет, он мгновенно почувствовал гнетущую атмосферу внутри. «Мистер Робинсон, рад видеть вас невредимым». Действительно, после такой сложной и требующей тщательного планирования операции даже Честер не был уверен в своих силах, но чудесным образом выкарабкался. «Разве ты не сделал то, что я тебе велел?» Услышав хриплый голос босса, адвокат Лин в тревоге склонил голову: «Босс, я не осмелился ослушаться ваших приказов… В тот день, после ваших указаний, я подготовил документы и в тот же день обратился к мисс Робинсон, но мисс Робинсон отказалась». Взгляд Честера на мгновение замер: "Она не согласилась?" Адвокат Лин кивнул: «Я рассказал мисс Робинсон о вашем плане перевести все ваши акции компании «QCS», а также все движимое и недвижимое имущество на ее счет, но она отказалась, заявив, что с вами все будет в порядке, и что это ей не принадлежит». Этот инцидент произошёл за день до операции. В то утро Честер упомянул об этом Алисе; хотя она и отказалась, возражений она не высказала. В тот же день, следуя указаниям Честера, адвокат отправился к Алисе, чтобы подписать соглашение о дарении имущества, но Алиса неожиданно отказалась его подписать. В тот вечер, находясь вместе с Честером, Алиса не стала поднимать этот вопрос; Честер предположил, что Алиса завладела имуществом. Когда Честер очнулся в больнице, он не увидел Алису; позже он узнал от Кита, что Алиса вернулась во Францию… В тот момент Честер не был слишком потрясен; он думал, что Алиса присвоила себе имущество. Но он не учел, что, вернувшись на виллу, обнаружил на столе у ​​адвоката свидетельство о передаче права собственности, оставленное Алисой. Честер откинулся на спинку стула, его взгляд был прикован к лежащему на столе договору о передаче права собственности. Адвокат Лин нерешительно произнес: «Я заставил мисс Робинсон принять соглашение. Я сказал ей, что если она не подпишет, я не смогу отчитываться перед вами… Она неохотно отказалась от соглашения». Честер потер лоб, необъяснимо почувствовав, как усиливается головная боль. Кит нервно шагнул вперед: «Босс, врач сказал, что даже ваша выписка преждевременна… Вам нужно контролировать свои эмоции и не злиться». В самом деле, если бы Честер не настоял на выписке, ему следовало бы остаться в больнице еще на месяц. Честер махнул рукой, давая всем знак разойтись. Кит был обеспокоен: «Босс, почему бы мне не позвонить директору Тернеру, чтобы он проверил, как заживает ваша рана…» Честер откинулся на спинку кресла: «Я в порядке… Выходи!» "Да." Адвокат Лин оттащил обеспокоенного Кита за собой и быстро вышел из кабинета. Вне рамок исследования адвокат Лин прокомментировал: «У босса еще хватает энергии, чтобы злиться; у него не должно быть серьезных проблем с головой… Думаю, босса просто разозлила мисс Робинсон». Кит кивнул: «Я позвоню директору Тернеру, чтобы уточнить позже… Я не понимаю, почему босс так зол из-за этого; разве он не знает мисс Элис? Как мисс Элис вообще может хотеть деньги босса?» С наступлением темноты Честер наконец вышел из кабинета. Слуга почтительно шагнул вперед: «Мистер Робинсон, обед готов». Честер слегка кивнул. В просторной столовой был всего один набор столовых приборов. Обычно в это время Рейчел, несомненно, сидела бы в детском стульчике у обеденного стола, с лицом, измазанным едой. Алиса наверняка бы посмеялась над Рейчел, окликнула бы его, как только увидела, и взяла бы его под руку. Она с энтузиазмом рассказывала ему о блюдах, которым научилась сегодня у слуги, а затем сообщала, какие именно блюда приготовила… На самом деле, ей не нужно было этого говорить, потому что ее блюдам всегда не хватало цвета, аромата и вкуса. Она приглашала его сесть за обеденный стол, ставила перед ним посуду и ждала его реакции. Он откусит кусочек; хотя он и покажется невкусным, увидев ожидание на её лице, он сделает ей комплимент… Она была бы в восторге от его похвалы, а затем потребовала бы, чтобы он все закончил… Глядя на ее улыбку, он забывал о вкусе еды и съедал все до последней крошки. В той же тепло освещенной столовой, залитой хрустальным светом, теперь не было того смеха, только холодная тишина. ---------- Глава 1147-600: Дополнительная история: Че, прости меня за то, что я больше не называю тебя «братом». Он сидел за обеденным столом, элегантно ел, но совершенно не чувствовал вкуса еды. Закончив трапезу, он вернулся в комнату и увидел, что она погружена во тьму. Если бы Алиса была здесь в обычное время, комната определенно была бы освещена. Она либо ждала бы его на диване после ванны, либо прислонилась бы к изголовью кровати и читала книгу. Увидев его возвращение в комнату, она всегда сияла, как радостная птичка, и при первой же возможности бросалась к нему… Он не включил свет и сел на диван в комнате. Это была его первая ночь после выписки из больницы, и было очень холодно. Врач отговаривал его от курения, но он не смог себя контролировать и закурил. Затянувшись, он почувствовал, как сигарета медленно погорает между пальцами. Ему казалось, что он до сих пор слышит голос Алисы у себя в ухе… Брат, врач сказал, что тебе не следует курить. В этот момент она наверняка выхватит сигарету из его руки, кокетливо сядет ему на колени, прижавшись к нему поближе, заставляя его забыть о своей тяге к сигаретам и постепенно погрузиться в это состояние… Почему каждый уголок этого дома хранит отпечаток её присутствия? Раздраженный Честер потушил окурок в руке, встал, и внезапно, в последнюю секунду после того, как окурок погас, на прикроватной тумбочке загорелся листок белой бумаги. Он слегка нахмурился, встал и направился к прикроватной тумбочке. Он включил прикроватную лампу и взял листок бумаги. По почерку он уже знал, что это оставила ей она. Его внимание привлек ее почерк, когда внезапно раздался стук в дверь. «Мистер Робинсон». Голос слуги раздался за дверью. Он отложил письмо и тихо сказал: «Входите». Слуга открыл дверь и почтительно остановился снаружи, сказав: «Вас звал мистер Джеффри». "Перенесите это!" "Да." Вскоре зазвонил телефон. Честер взял трубку с прикроватной тумбочки, его лицо было холодным и бесстрастным. Раздался спокойный голос Говарда Джеффри: «Включи телевизор… Алиса провела твои похороны во Франции». Честер поднял брови: "Похороны?" «Да, убедитесь сами по телевизору!» Повесив трубку, Честер вышел из комнаты в главный холл на первом этаже и ледяным тоном приказал слуге: «Включи телевизор…» Слуга не посмел медлить и быстро включил телевизор. Совершенно случайно это показали по новостному каналу, и в новостях сообщалось именно то, о чём говорил Говард Джеффри. Согласно последним сообщениям, сегодня в Париже состоялась пресс-конференция второй главы французского винодельческого гиганта семьи Робинсон, Алисы. Десять дней назад в Париже, к сожалению, скончался первый глава семьи Робинсон, Честер, от рецидивирующей болезни в возрасте тридцати четырех лет. Алиса проведет похороны своего брата в Париже… "Босс, босс…" Кит Энтони вбежал с улицы, но тут же поднялся наверх, не заметив человека на диване. Слуга поспешно преградил путь Киту Энтони: «Ассистент Энтони, куда вы идёте?..» «Мне срочно нужно связаться с начальником, не останавливайте меня…» «Босс, ну почему он…» Кит Энтони, сильно встревоженный, выпалил: «Я только что видел новости о том, что мисс Элис готовится провести похороны босса, боже мой…» Слуга энергично махнул рукой со странным выражением лица. Кейт Энтони недоуменно спросил: «Что случилось?» Слуга выглядел испуганным и указал на диван. Кейт Энтони тут же оглянулся. В следующее мгновение его сердце замерло. В темном углу дивана лицо Алисы было мрачным и темным, глаза — острыми, как лезвия, а по телевизору перед ней все еще шли новости. Кит Энтони с изумлением посмотрел на слугу: «Неужели босс… уже видел новости?» Слуга кивнул. У Кейта Энтони внезапно подкосились ноги, и, к счастью, он ухватился за слугу. Сделав несколько глубоких вдохов, Кит Энтони подошел и только тогда заметил, что Честер, откинувшись на диване, выглядел расслабленным и томным, но его взгляд был темным и устремлен на телевизор. Кит Энтони знал, что когда босс злится, он обычно выглядит именно так: спокойный и собранный, но при этом внушающий трепет холодный. "Бо… босс…" — голос Кейта Энтони немного заикался. Честер ничего не ответил, его тонкие губы были сжаты в четкую линию. «Мисс Элис, это… что нам теперь делать? Должны ли мы этим заняться?» Неудивительно, что Кит Энтони испугался; любому живому человеку, услышавшему о предстоящих похоронах, было бы трудно сохранять самообладание, не так ли? Честер долго смотрел в телевизор, и холодный воздух вокруг него говорил о его настроении. Кит Энтони не осмелился продолжить разговор и молча отошел в сторону. Губы Честера изогнулись в холодную дугу, полную насмешки и иронии, а его ледяной взгляд был остр, как два лезвия. Внезапно он встал и холодно вышел из зала. Вернувшись в комнату, Честер взял лист бумаги, оставленный Алисой. ---------- Глава 1148-600: Дополнительно: Че, прости меня за то, что я больше не называю тебя "братом" (2) Он пристально вглядывался в письмо, затаив дыхание. Почерк Алисы Робинсон на китайском языке был изящным. Че: Мне очень жаль, что в этом письме я снова не назвал тебя «братом», потому что обращаться к тебе таким образом было моей самой заветной мечтой. Прежде всего, поздравляю. Я знаю, что вы прочтете это письмо, когда вернетесь домой здоровыми… Я очень рад, потому что небеса наконец-то благоволили вам. В твоей жизни никогда не было по-настоящему счастливого времени, и я надеюсь, что в грядущие дни небеса смогут вознаградить тебя за это. Мне очень жаль, что меня не было рядом, чтобы увидеть, как ты просыпаешься, потому что я действительно не мог смотреть тебе в лицо. Для меня увидеть, как ты вырываешься из тисков смерти, стало величайшим утешением в моей жизни. Сегодня вечером я сложу тысячу журавликов оригами, молясь, чтобы ты смог пережить это испытание. Че, я не знаю, имело ли для тебя значение мое исчезновение, но я все равно хочу все объяснить… На самом деле, знаешь, в тот день на пляже, когда я заставил тебя сказать эти три слова: «Я люблю тебя», я не был уверен, что ты испытываешь ко мне такие чувства? Я даже не ожидал, что ты действительно их испытываешь. Тогда я думал только о том, чтобы остаться рядом с тобой, несмотря ни на что… потому что я не мог вынести мысли о том, чтобы ты страдал в одиночестве, без кого-то, кто бы о тебе позаботился. Я знаю, что ради моей безопасности вы непременно сделаете так, как я просила, потому что вы всегда очень меня любили… Итак, на пляже, благодаря моей настойчивости, я наконец услышал, как ты произнесла эти три слова. Люди всегда такие, вечно живут в жадности… Мне представилась возможность быть рядом с тобой, как я и желал, но меня подвела жадность. Я искренне надеялся, что эти три слова, которые ты сказала, отразят твои истинные, скрытые чувства, подавленные из-за твоего состояния, из страха разрушить мое будущее. В больнице — наша нежность, дома — бесчисленные трогательные слова, которые ты мне сказала, наполнили мое сердце эмоциями… Я с надеждой ожидала, что всё, что я видела перед собой, будет реальностью. Я даже фантазировала о нарушении табу на отношения между братьями и сестрами, надеясь, что в будущем нас ждет хороший конец… Но в конце концов, я оказался наивным… Когда я обнаружил в кабинете оставленный тобой блокнот и случайно увидел важную дату, глубоко выгравированную на его краю, я был ужасно разочарован, мое сердце сжалось от боли. Я погнался за тобой, искал тебя по всему миру… Не знаю, была ли это моя удача или жестокость судьбы, но в ресторане XX я тебя нашла… Вы забронировали весь ресторан, сидели у окна, спокойно потягивали красное вино и терпеливо ждали кого-нибудь. Я знала, что ты ждешь Бекку, потому что в тот день была годовщина вашей первой встречи с ней… В те дни Бекка была во Франции на деловом мероприятии с Говардом Джеффри, так что, должно быть, вы договорились встретиться с Беккой в ​​тот день… Перед вами стояла подарочная коробка. Хотя я не знала, что в ней находится, я понимала, что это должен быть очень значимый подарок, который вы хотели ей преподнести. К сожалению, Бекка в тот день не пришла. Сидя в одиночестве, ты была полна разочарования, чего не могла скрыть даже та, кто так искусно скрывает эмоции, как ты… Я наблюдала, как ты выпивала один бокал за другим, пытаясь заглушить свою печаль. Мое сердце болело за тебя, но еще больше я чувствовала себя убитой горем и нелепой из-за самой себя… Я давно знала, что ты не отпустил её, и никто не сможет занять её место в твоём сердце, но я наивно надеялась, что это всего лишь мои собственные сентиментальные чувства. Потому что эти три слова, которые ты произнёс: «Я люблю тебя», — казались такими реальными, и твоя привязанность ко мне была такой искренней, но в конечном итоге реальность показала, что я действительно живу в своей собственной фантазии… Те слова "Я люблю тебя", которые я никогда не забуду в этой жизни, были всего лишь мыльным пузырем глубокой любви, который легко лопнул… В тот день ты вернулся поздно, и от тебя совсем не пахло алкоголем. Должен признать, ты прирожденный актер, даже если тебе было так плохо внутри, ты все равно мог мне улыбнуться… В тот день я колебался, стоит ли ехать с тобой в Т-Сити. В конце концов, здравый смысл возобладал над эмоциями. Любишь ли ты меня — это не самое важное. Самое главное — я хочу, чтобы ты была здорова, чтобы ты была в безопасности всю жизнь, поэтому я должен оставаться рядом с тобой. Возможно, у тебя нет недостатка в людях, которые бы о тебе заботились, как, например, Кит Энтони, но я чувствую, что, безусловно, больше всех на свете забочусь о тебе. Только когда я вижу тебя здоровым каждый день, я могу успокоиться. В конце концов, я поехал с тобой в Т-Сити… Я давно поклялась себе, что в городе Т меня больше не будет волновать, что ты всё ещё любишь кого-то другого. Я хочу создать с тобой самые прекрасные воспоминания в эти последние дни. Я мечтаю стать твоей женой, стараясь делать для мужа все, что он должен делать… Каждый день, наблюдая, как ты с таким удовольствием ешь ужасные блюда, которые я готовил, я испытывал огромное удовлетворение, словно мы были по-настоящему любящей парой. В этот период больше всего меня впечатлило, когда ты сводила меня на подсолнечное поле… В тот день я сказал тебе, что мне приснилось это место, и во сне ты тоже была там… Но знаешь ли ты, что на самом деле во сне была не только ты, но и то, что ты мне сказала. Ты посмотрела на меня с нежностью и мягко произнесла: "Жена, я люблю тебя…" Я не осмелилась рассказать тебе, что ты сказал мне во сне, потому что боялась, что ты в душе посмеешься надо мной, ведь ты никогда в жизни не скажешь мне таких слов… Что бы ни случилось, тот день был самым счастливым для меня. Прислонившись к твоему плечу и наблюдая за закатом, я испытала такое прекрасное чувство, незабываемое в этой жизни. Мне так много хочется тебе сказать, но, к сожалению, бумага слишком маленькая, и я только сейчас поняла, что уже столько всего наговорила… И напоследок хочу сказать еще кое-что, Че… На самом деле, после того, как ты спас меня на пляже, ты мог бы ясно объяснить, что не любишь меня. Хотя тогда мне было бы очень больно, по крайней мере, тебе не пришлось бы каждый день терпеть эту игру… Я знаю, ты не хотела причинить мне боль, потому что очень обо мне заботишься. В конце концов, я твоя сестра, единственный человек в этом мире, которого ты можешь по-настоящему назвать членом семьи, не говоря уже о том, что я родила тебе Рейчел. Что бы ни случилось, ты мне должна… ---------- Главы 1149–601: Дополнительная история: Она становится сильной женщиной Но на самом деле тебе не стоит так думать, и тебе не следует чувствовать себя виноватой или обязанной мне, потому что рождение Рейчел было моим собственным решением, не имеющим к тебе никакого отношения. И все те способы, которыми ты использовала меня в прошлом, когда ты заблокировала для меня эту смертельную пулю, ты уже полностью мне отплатила… между нами нет никакого непогашенного долга. Завтра у вас операция, и я молюсь, чтобы вы благополучно перенесли её. Ах да, я кое-что забыла вам сказать… В тот момент, когда вы читаете это письмо, я, должно быть, уже нахожусь во Франции, и, возможно, даже объявил о вашей «смерти» общественности… Прошу прощения за неуважение, проявленное мной к вам, потому что я действительно не мог придумать другого способа полностью дистанцироваться от вас в этой жизни, а также навсегда положить конец нашим отношениям. Когда весь мир узнает, что ты «мертв», ты сможешь заявить о своей личности как единственного сына Вивиан Линдси и открыто объявить о своей должности президента «QCS». Отныне мы будем принадлежать к двум разным мирам, и никто не будет ассоциировать меня с президентом «QCS»… Давайте с этого момента станем двумя незнакомцами в этом мире, которые не знают друг друга… Будьте уверены, благодаря моим растущим лидерским качествам, я обязательно продолжу дело семьи Робинсон и, конечно же, позабочусь о Рэйчел… Честер… Заботиться. Хотя я знаю, что ты отчаянно оберегаешь Ребекку Квентин, возможно, тебе придётся ждать развязки, которая так и не закончится, но всё же я надеюсь, что всё сложится так, как ты хочешь, и ты обретёшь счастье в этой жизни. Помнишь тот танец, который мы танцевали в зале? Вообще-то, в тот вечер я прощалась с тобой… Прощай, Честер… Небеса непременно позаботятся о вас и пожелают вам всего наилучшего в этой жизни. —Эмма. Честер Робинсон молча прислонился к дивану в комнате; письмо было смято им в комок и теперь печально лежало в каком-то углу комнаты. Его взгляд был подобен взгляду сатаны в темной ночи, источающего леденящую душу ауру. Три дня спустя, во Франции. Прощальная церемония по Честеру Робинсону состоялась в соответствии с графиком. Все родственники и друзья семьи Робинсон, а также все сотрудники виноделен, принадлежащих семье Робинсон, пришли выразить свои соболезнования. В этот момент Элис Робинсон стояла перед надгробным камнем с выгравированной надписью «Честер Робинсон», спокойная и безмятежная. Рейчел лежала на руках у тети П.А. и очень горько плакала… Потому что она сказала ребёнку, что дядя никогда больше не вернётся в их мир, потому что дядя навсегда покинул их… Ребенок не понимает, что значит «смерть», но он не может вынести мир без дяди… Последние два дня ребёнок не перестаёт плакать. Все ничего не знающие люди молча слушали надгробную речь пастора и возложили самые чистые цветы, которые у них были, на могилу Честера Робинсона. У Честера Робинсона на глазах не переставали наворачиваться слезы… Все думали, что она оплакивает «уход из жизни» Честера Робинсона, но они не понимали, что она оплакивает уже ушедшего из жизни юношу… «Эмма, не расстраивайся слишком сильно, все еще ждут, когда ты произнесешь свою прощальную речь…» Это был дядя Грант, который подошел, чтобы утешить ее. В прошлый раз, чтобы предотвратить бунт дяди Гранта и остальных, Честер Робинсон раскрыл свою истинную личность перед дядей Грантом, поэтому дядя Грант не поверил известию от Элис Робинсон о том, что Честер Робинсон уже умер… Дядя Грант просто сотрудничал с Элис Робинсон, чтобы завершить эту пьесу. По периметру могилы собрались журналисты со всего мира… Элис Робинсон подошла к сцене и подала знак дяде Гранту. Затем дядя Грант отозвал охрану, позволив всем журналистам подняться на сцену. В одно мгновение все фонарики и фотовспышки осветили Элис Робинсон… Элис Робинсон, одетая в черное платье, всхлипнула и с трудом начала говорить: «Я искренне благодарна всем, кто пришел на поминки моего брата. Я верю, что мой брат на небесах — самый любимый Богом… Мой брат — человек, который любил меня больше всего на свете, я никогда не ожидала, что производственная травма три года назад оставит у него такие серьезные последствия… Все, кого он лечил, говорили, что он был замечательным врачом, он был самым близким мне человеком в этом мире, и он — человек, которым я больше всего восхищаюсь…» Элис Робинсон, как сестра, зачитала прощальную речь, тронув сердца бесчисленного количества присутствующих. Клод Лоуренс, одетый в строгий черный костюм и в солнцезащитных очках, молча стоял под сценой. На сцене Элис Робинсон вытерла слезы с щек и, с трудом сдерживая слезы, произнесла: «Салют моему дорогому брату, мы все всегда будем любить его». Поминальная служба завершилась, и под вспышки бесчисленных фотокамер репортеров Элис Робинсон села в машину Клода Лоуренса. ---------- Главы 1150–601: Дополнительная история: Она становится сильной женщиной (Часть 2) Внутри вагона: «Спасибо. Если бы вы не пришли сегодня, эти репортеры окружили бы меня и бесконечно обсуждали бы смерть моего „брата“». Клод Лоуренс слегка улыбнулся: «Я думаю, не мрачное ли сейчас лицо у Честера Робинсона? В конце концов, он присутствует на собственной поминальной церемонии как живой человек». Элис Робинсон спокойно откинулась на спинку стула. «Сегодняшняя поминальная церемония посвящена моему брату… После того, как я узнала, что он не мой брат, я несколько лет искала своего настоящего брата. К сожалению, я выяснила, что мой родной брат умер от тяжелой болезни в возрасте десяти лет в доме своих приемных родителей… Поминальная церемония, которую я провожу сейчас, также посвящена моему родному брату». «Честно говоря, Алиса, я удивлен твоим решением». Помню, как мы возвращались из Франции в Т-Сити, и он спросил ее, почему она ушла, не сказав ни слова. В тот момент она была очень спокойна и лишь ответила, что проведет поминки по Честеру позже. В тот момент ее спокойное поведение создавало впечатление, будто она обсуждала вопрос, который был спланирован задолго до этого. Неожиданно она объявила о смерти Честера уже после этого по телевидению... Только тогда он понял, что она полностью исключает Честера из своей жизни... Он воочию убедился, как сильно она любила Честера... В ту ночь она нежилась в море, полная решимости заставить Честера произнести эту фразу, несмотря на то, что он дрожал от холода; даже сейчас, вспоминая об этом, его сердце сжимается от боли... Однако такой упрямый и непреклонный человек решил отпустить ситуацию так спокойно... Какую же боль им пришлось пережить, создав такую ​​сильную личность, как она? Если никому нет до неё искренней заботы, пусть он окажет ей всю возможную помощь. Год спустя. Элис Робинсон вышла из лифта в белой блузке с оборками и черной юбке до колен. Секретарша ждала у лифта и, увидев Алису, почтительно поклонилась: «Доброе утро, мисс Робинсон». Алиса слегка кивнула и спросила: «Данные упорядочены?» Секретарь кивнул: «Мы можем начать совещание». "Хороший." Взяв документы из рук секретаря, Алиса направилась прямиком в переговорную, а Секрет, торопливо неся еще одну стопку бумаг, следовала за ней. Тяжелые двери конференц-зала открылись... Увидев Алису, все руководители и сотрудники в конференц-зале встали и, поклонившись, сказали: «Мисс Робинсон». Алиса кивнула и подошла к месту, символизирующему лицо, принимающее самые важные решения в группе, и села. Руководители сели только после того, как увидели, что Элис заняла свое место. Секретарь объявил о начале заседания. Темой сегодняшнего совещания был вопрос о том, следует ли включить "Тенча" в список охраняемых видов. Полгода назад Элис зарегистрировала семейный бизнес Робинсонов под названием «Tench», что символизировало подъем семьи Робинсонов. Новое вино Робинсонов получило отличный отклик на рынке после своего запуска, чему также способствовал президент компании «Yorna» Клод Лоуренс. После года усилий «Tench» выполнил условия для выхода на биржу. Однако старейшины семьи Робинсонов, Эрик Грант, Гэвин Харви и другие, выступили против размещения «Tench» на бирже. Целью сегодняшней встречи было достижение соглашения. После совещания секретарь Энди вышла вслед за Алисой из конференц-зала. Только что закончив встречу, Алиса сохраняла спокойствие; туфли на девятидюймовых каблуках казались ей совершенно естественными, излучая необыкновенную уверенность. Энди прошептала: «Мисс Робинсон, они все трое, должно быть, сейчас в ярости. Они всегда были против включения "Ленча" в список». Действительно, десять минут назад Элис объявила о планах подать заявку на включение "Ленча" в список охраняемых видов, что, несомненно, оскорбило Эрика Гранта и остальных, учитывая, что они всегда голосовали против. Алиса спокойно вошла в свой кабинет, села за стол и тихо сказала секретарше: «Пожалуйста, позовите их». "Да." Вскоре в кабинет Элис прибыли Эрик Грант, Гэвин Харви и Адамс Герберт. Алиса встала, улыбнулась пожилым мужчинам и сказала: «Дяди, садитесь». Эрик Грант первым фыркнул, задирая нос: «Мисс Робинсон стоит, как мы смеем садиться?» Гэвин Харви и Адамс Герберт последовали его примеру, фыркнув. Элис мягко улыбнулась, словно предвосхитив их эмоции, и продолжала улыбаться, чтобы успокоить их: «Я знаю, что вы трое, дяди, всегда были против размещения объявления о продаже «Тенча», но для бизнеса это становится настоящим предприятием только после того, как оно выставлено на продажу. Я просто хочу, чтобы «Тенч» продолжал развиваться». Эрик Грант усмехнулся: «Элис, этим ты ведь пытаешься лишить нас власти? Хотя мы втроем и подумывали о создании собственных предприятий, когда решили вернуться в семью Робинсонов, мы отказались от этих идей. В течение последнего года мы искренне стремились помочь семье Робинсонов. Ты говорила, что хочешь превратить компанию Robinson в корпорацию, и мы активно тебе в этом помогали. Но неожиданно, Элис, ты все еще не хочешь нам доверять, используя листинг компании, чтобы лишить нас власти». «Энди, пожалуйста, принеси кофе для этих трех дядей, я бы хотела с ними поговорить». "Хорошо." Секретарша ушла, и тут заговорила Элис: «Дядя Грант, вы меня совершенно неправильно поняли… Если бы не ваша помощь, мне было бы невозможно за один год превратить семейный бизнес Робинсонов из семейной компании в корпоративную группу, а затем из корпоративной группы в публичную компанию. Я от всей души ценю ваши усилия и постоянно думаю о том, как отблагодарить вас…» Адамс Герберт не смог сдержаться и сказал: «Вы хотите отплатить нам тем, что принизите наш авторитет? Хм, всем известно, что как только компания станет публичной, нам, опытным сотрудникам, там не останется места, ведь мы не понимаем, как управлять компанией, акции которой котируются на бирже. Элис, вы можете, соответственно, нанять новых сотрудников на наше место, и тогда у нас ничего не останется, и вы нас уволите». Элис улыбнулась и выслушала, как Адамс Герберт закончил говорить, а затем сказала: «Дядя Герберт, я понимаю, что ваше несогласие с размещением акций компании «Тенч» на бирже вызвано беспокойством по этому поводу, но, честно говоря, я никогда не планировала ослаблять ваш авторитет. Напротив, я стремлюсь дать вам больший авторитет после того, как компания будет размещена на бирже…» Услышав это, Эрик Грант и остальные обменялись взглядами. Секретарша принесла кофе. ---------- Глава 1151–602: Дополнительно: Он прошёл сквозь море цветов Элис Робинсон лично принесла по чашке каждому из трех старейшин и улыбнулась: «После того, как компания выйдет на биржу, я создам совет директоров, и к тому времени вы станете членами совета директоров, владея акциями компании «Тенч» в качестве акционеров». Эрик Грант был удивлен и открыл рот. Увидев удивленное лицо Эрика Гранта, Элис Робинсон с изящной улыбкой спросила: «Теперь вы все еще беспокоитесь, что я ослабляю ваши способности?» После того как дядя Грант и остальные ушли, вбежала Энди. Элис Робинсон сидела на офисном диване, элегантно скрестив длинные ноги, потягивала кофе и неторопливо читала новости моды в журнале. Энди радостно спросила: «Мисс Робинсон, когда мистер Грант и двое других вышли из офиса, они улыбались и разговаривали, ни малейшего признака раздражения. Вам удалось убедить их поддержать выход компании на биржу?» Элис Робинсон, всё ещё рассматривая журнал, слабо улыбнулась: «Люди умирают за богатство, птицы умирают за еду. Если вы обеспечите им достаточно благ, разве вы боитесь, что они не будут усердно работать?» Энди не совсем понимала, но втайне восхищалась способностью Элис Робинсон в одиночку усмирить трех пожилых женщин, которые всегда зазнаются из-за своего возраста. «Ах да, мисс Робинсон, во время совещания зашел секретарь генерала Лоуренса. Он пригласил вас на обед в полдень». Элис Робинсон кивнула: «Перезвоните и скажите ему, что я буду там вовремя». "Хорошо." «Ах да, я сегодня днем ​​буду дома с дочерью и не буду в компании. Перенесу все вопросы, касающиеся расписания, на завтра!» "Понятно." Хотя Элис Робинсон пришла раньше, на этот раз Клод Лоуренс все же прибыл в ресторан раньше нее. Сев, Элис Робинсон немного смутилась: «Извините, я каждый раз заставляю вас ждать». Клод Лоуренс, одетый в темный костюм с галстуком в полоску цвета озера, тоже только что закончил свои рабочие дела, и выглядел исключительно элегантно, но в этот момент он неторопливо откинулся на спинку стула и посмотрел на нее с улыбкой. Элис Робинсон подняла бокал красного вина и сказала: «Предлагаю вам тост в знак извинения за опоздание». Клод Лоуренс элегантно отпил глоток вина, прежде чем сказать: «Вообще-то, я приехал раньше вас». Элис Робинсон поставила бокал с вином и спросила: «Вы сделали заказ?» Клод Лоуренс кивнул: «Я заказал ваши любимые блюда». "Спасибо." Клод Лоуренс небрежно спросил: «В компании очень много работы?» Элис Робинсон поставила сумку и сказала: «Так себе… ну, знаете, компания сейчас подает заявку на размещение акций на бирже». «Вам нужна моя помощь?» «Нет, я справлюсь». Элис Робинсон сделала глоток красного вина, бережно наслаждаясь им: «Значит, это Lafite урожая 1988 года, неудивительно, что у него такой насыщенный вкус». Клод Лоуренс улыбнулся, наливая еще один бокал для Элис Робинсон: «Вы становитесь все более осведомленной в вопросах вина». «Конечно, я сам занимаюсь виноделием. Если я сам ничего не понимаю в вине, как я смогу убедить своих сотрудников?» Клод Лоуренс поднял бокал и тихо чокнулся с Элис Робинсон, произнеся: «Выпьем за то, что ваши усилия наконец-то принесли свои плоды». Элис Робинсон радостно воскликнула: «Ура!» Поставив бокал, Клод Лоуренс спросил: «Кстати, я слышал, что эти три старика из вашей компании всегда были против того, чтобы вы выводили свой бизнес на биржу?» Элис Робинсон спокойно ответила: «Да, но сегодня это было улажено». "Не могли бы вы рассказать о своем решении?" Элис Робинсон ровным тоном сказала: «Я соблазнила их акциями компании „Тенч“ и сделала их членами совета директоров». Клод Лоуренс слегка прищурился: «Это кажется рискованным решением». Элис Робинсон покачала головой, в ее голосе звучала уверенность: «Я знаю, они когда-то предали семью Робинсонов. Я могу полностью лишить их всех полномочий, обнародовав это, но это лишь удовлетворит мое желание мести и никак не принесет пользы компании… Эти трое служили семье Робинсонов много лет; их накопленный опыт и связи — это то, что нужно «Тенчу», и они обладают определенным престижем в отраслях, принадлежащих семье Робинсонов. Если я избавлюсь от них, я закреплю за собой позор неблагодарности. Поэтому, если я смогу их сохранить, это будет лучшим вариантом для компании. Проблема в том, что я не могу быть уверена, что они будут преданы «Тенчу». В конце концов, эти три старых лиса уже однажды предали семью Робинсонов, поэтому мне нужно обеспечить их лояльность «Тенчу», а для этого я должен предложить им максимальные выгоды. Именно поэтому я предложил им должность директора, власть, уступающую только моей, и возможность владеть акциями «Тенча». Таким образом, три старых лиса получат престиж и выгоды. Создание собственного предприятия сопряжено с рисками, поэтому они непременно ухватятся за этот якорь и поднимутся на борт корабля «Тенч», двигаясь вместе против ветра». Когда Элис Робинсон говорила, она откинулась на спинку стула, ее слова были полны уверенности и проницательности. Клод Лоуренс все это время смотрел на Элис Робинсон с улыбкой, не говоря ни слова. Закончив, Элис Робинсон поняла, что Клод Лоуренс ничего не сказал. Она невольно спросила: «Я что-то не так сказала?» Клод Лоуренс покачал головой с улыбкой: «Я просто не ожидал, что всего за один год ты так сильно изменился». Элис Робинсон с улыбкой заправила волосы за ухо: «Если человек сосредоточится на одном деле, то, естественно, будет прогресс». «Теперь каждое ваше движение излучает ауру сильной женщины, совсем не похожей на ту, которую я встретил год назад». Год назад у Элис Робинсон был только дух, но не было гордости. Она всегда казалась нежной и слабой, но теперь она возродилась, стала сильной, проницательной, умной, не боящейся неудач. На ее лице больше нет и следа слабости. Элис Робинсон грациозно отпила вино, ее улыбка сияла уверенностью: «Теперь я готова выжить в этом обществе». Клод Лоуренс лишь улыбнулся и больше ничего не сказал. Когда Элис Робинсон поставила бокал с вином, она игриво посетовала: «Каждый раз, когда я обедаю с тобой, меня охватывает небольшое раздражение…» Клод Лоуренс слегка наклонил голову, в темноте продолжали мигать фонарики. Элис Робинсон уже достала телефон из сумки и набрала номер: «Энди, помоги мне проверить, нет ли на камере газеты или журнала с буквами „KK“, и отправь им письмо с просьбой подать на них в суд за вторжение в мое личное пространство». Отложив телефон, Элис Робинсон сказала: «Извините, давайте продолжим есть!» Клод Лоуренс посмотрел на Алису, которая решала дела с предельной точностью и спокойным самообладанием, и на мгновение погрузился в размышления. Увидев, как телохранитель выводит Рэйчел из детского сада, Алиса улыбнулась и сняла солнцезащитные очки. "Мама!" У Рэйчел была чёлка, она носила розовый рюкзак с поросёнком и стала немного стройнее, чем раньше, но ещё красивее и очаровательнее. Алиса присела на корточки, чтобы поприветствовать свою дочь. Дочь бросилась ей в объятия, крепко поцеловала в щеку и сказала: «Мамочка, я думала, ты не приедешь за мной!» Алиса сняла с Рейчел маленький рюкзак и, нежно сказав, подняла её на руки: «Как мама могла не прийти за тобой? Мама обещала, а я всегда держу свои обещания». «Мамочка, я тебя люблю». «Мама тоже любит Рейчел». Под радостный смех мать и дочь сели в машину. В машине Рейчел спросила Алису: «Мама, ты можешь остаться дома со мной сегодня днем?» Алиса действительно все это предусмотрела, но не удержалась и поддразнила дочь: «У мамы сегодня днем ​​дела, дорогая». Рейчел тут же опустила голову, выглядя весьма разочарованной. "Рэйчел, ты злишься на маму?" Рейчел покачала головой, обняла Алису: «Рейчел не злится на маму. Рейчел знает, что мама каждый день очень занята. Рейчел уже очень рада, что мама пришла забрать её из школы». По мере того как ребенок становился старше, она, казалось, проявляла больше понимания… Именно потому, что она была так занята в течение всего прошлого года, а ребенок ни разу не пожаловался, Алиса чувствовала себя перед ней еще более виноватой. Алиса погладила маленькую головку Рейчел и сказала: «Глупышка, посмотри, что у меня тут?» Рейчел подняла глаза своими длинными ресницами и вдруг с восторгом воскликнула: «Мамочка…» Она выхватила из рук Алисы доску для рисования. Увидев сияющую улыбку дочери, Алиса нежно поцеловала её: «Мама же не забыла, когда ты мне в прошлый раз говорила… Ты же сказала, что на этих выходных учительница хочет, чтобы дети вместе с родителями порисовали, правда?» Рейчел обняла чертежную доску и энергично закивала. Алиса улыбнулась и сказала: «Мама сходила в магазин и купила самый большой планшет для рисования. Давай сегодня днем ​​вместе усердно поработаем и нарисуем лучшую картину, хорошо?» Рейчел была вне себя от радости, крепко обняла Алису и поцеловала её: «Спасибо, мамочка». Алиса сама приготовила обед. Несмотря на занятость делами компании, Элис всегда, когда бывала дома, лично готовила для Рэйчел. В столовой Рейчел похвалила: «Мама, твой омлет с рисом просто восхитителен». Алиса поцеловала дочь: «Спасибо, дорогая», а затем помогла Рейчел вытереть рис с лица. Тётя П.А. сказала сбоку: «Мисс Робинсон, ваши кулинарные навыки действительно улучшились. Раньше Рейчел отказывалась есть вашу еду, а теперь каждый день с нетерпением ждёт, что вы приготовите!» Алиса пристально посмотрела на Рейчел и довольно улыбнулась. «Мисс Робинсон, у вас звонит телефон». В этот момент вошла служанка, держа в руках телефон. Алиса взяла телефон, увидела, что звонит ее секретарь, и встала, чтобы подойти к окну. «Что случилось, Энди?» «Мисс Робинсон, Уоллес выяснил, почему Коко сфальсифицировала отчетность в прошлом месяце. Уоллес ждет вас в компании». Элис слегка кивнула и спокойно сказала: «Скажите Уоллесу, что меня не будет в компании сегодня днем, пусть он вернется завтра утром». "Хорошо." Когда Алиса закончила разговор, ее ноги внезапно обхватил маленький сверток. «Мама, ты идёшь в компанию…» — Рейчел посмотрела на неё довольно наивно, с рисом всё ещё на лице. Алиса передала телефон служанке, присела на корточки и с улыбкой вытерла рис с лица Рейчел: «Мама не пойдет в компанию. Мама сказала, что останется дома с тобой; как мама могла нарушить свое обещание?» Затем Рейчел обняла Алису, улыбнувшись. На следующий день. Как только Алиса вошла в кабинет, она строго сказала своей секретарше: «Позовите Уоллеса». "Да." Вскоре с улицы вошел мужчина в черном костюме, «мисс Робинсон». Алиса сидела за своим столом, скрестив ноги, скрестив руки, откинувшись на спинку стула, и сказала: «Вот результат». Уоллес тут же передал папку, которую держал в руке, Алисе. Алиса откинулась на спинку стула, слегка нахмурив брови, и посмотрела на документы. ---------- Глава 1152–603: Дополнительная история: Больше нет к нему любви 1 Уоллес сказал: «Я начал с изучения семьи Коко и обнаружил, что она из довольно обеспеченной семьи, не испытывающей недостатка в деньгах. Поэтому я изучил круг друзей Коко и случайно обнаружил, что у ее парня есть влиятельные связи». Элис Робинсон подняла взгляд: «Кто?» Уоллес сказала: «Бойфренд Коко — Эдвард, исполнительный директор отдела дизайна нью-йоркской группы компаний 'QCS'». Месяц назад в финансовом отчете «Тенча» обнаружилась едва заметная финансовая лазейка. После того, как Алиса ее обнаружила, она поручила финансовому менеджеру Уоллесу провести расследование. В результате выяснилось, что Коко, директор финансового отдела, подозревается в фальсификации отчетности в личных целях, поэтому Алиса поручила Уоллесу расследовать это дело. «Я обнаружил, что все деньги, которые Коко присвоила за последние два месяца, были переведены на счет Эдварда. Эдвард — самый известный архитектор-проектировщик в Квебеке, обладающий безупречной репутацией и неоднократно признававшийся одним из выдающихся дизайнеров мира». Элис на мгновение замолчала, а затем спросила: «Коко призналась в своих отношениях с Эдвардом?» Уоллес кивнул: «Коко сказала, что была ослеплена любовью, и Эдвард манипулировал ею, чтобы помочь ей получить деньги. Однако Эдвард публично отрицал свои отношения с Коко после того, как она попала в неприятности, и твердо заявил, что никогда не брал у нее ни копейки». Алиса нахмурила брови, погруженная в размышления. Уоллес сказал: «Мисс Робинсон, Коко нанесла компании значительный финансовый ущерб. Если мы не вернем эти деньги с Эдварда, IPO компании может столкнуться с финансовыми проблемами. Но Эдвард является частью «QCS», а, как всем известно, «QCS» — это всемирно известная дизайнерская и архитектурная фирма, рыночная капитализация которой в последние годы достигла 8,6 миллиарда долларов, что сопоставимо с известной нью-йоркской компанией Geoffrey Group. Если мы подадим в суд на Эдварда, боюсь, это станет серьезной проблемой, которая повлияет на репутацию «QCS» и поставит нас в противостояние с «QCS». Услышав анализ Уоллеса, секретарь Энди кивнула, как клюющая птица: «Да-да, мисс Робинсон, мы не можем идти против „QCS“… В глазах „QCS“ мы всего лишь маленькая компания, и если мы бросим вызов такому гиганту, это будет все равно что ударить камень яйцом». Элис молчала. Несколько секунд спустя она спокойно посмотрела на Уоллеса и сказала: «Эдвард, очевидно, рассчитывает на то, что мы не посмеем обидеть „QCS“, поэтому он публично заявил, что не имеет никаких отношений с Коко, полагая, что мы спокойно примем эту потерю. Однако, как высшее должностное лицо в „Тенче“, я не позволю нанести вред интересам „Тенча“ и не позволю помешать нашим планам по проведению IPO. Поэтому мы должны заставить Эдварда вернуть деньги». Уоллес согласно кивнул: «У нас есть Коко в качестве свидетеля и записи о банковских переводах. Если мы подадим в суд на Эдварда, он будет вынужден вернуть деньги». Энди кивнула в знак согласия. Элис сказала: «Уоллес, займись этим делом». "Да." Нью-Йорк, штаб-квартира группы компаний "QCS". Раздвижная дверь кабинета президента открылась, и Алек, опустив голову, подошел к фигуре у окна от пола до потолка: «Президент». Раздался глубокий, спокойный голос: «Всё улажено?» Голос Алека слегка дрожал: «Прошу прощения, президент, процесс еще не завершен». "Не можете справиться с такой мелочью?" Алек еще больше опустил голову и смиренно объяснил: «Президент, моя команда уже оказала давление на другую сторону, но они настаивают на том, чтобы подать в суд на Эдварда. Я все еще работаю над этим». Обернувшись, Честер Робинсон рассеянно посмотрел на Эдварда: «Что за компания может похвастаться таким упрямством?» Алек слегка приподнял голову и почтительно ответил: «Компания называется «Тенч», это французская компания, которая скоро выйдет на биржу. Её высшее руководство возглавляет Элиза, её китайское имя — Алиса Робинсон. Я уже дважды отправлял своих людей во Францию, чтобы поговорить с Алисой, но обе попытки оказались безуспешными. Алиса настаивает на том, чтобы подать в суд на Эдварда». В этот момент взгляд Честера стал глубоким, всё более проницательным. Алек с нерешительностью сказал: «Сегодня Тенч уже отправил Эдварду письмо от адвоката». Честер подошел к столу, сел на стул, в его глазах светилась опасная глубина. Алек не осмеливался сделать шаг вперед, лишь стоял в стороне, опустив голову. Честер несколько секунд молчал, а затем спросил: «Где сейчас Эдвард?» Алек быстро ответил: «Он остановился в отеле, который я для него забронировал, и у него нет шансов сбежать». Честер холодно дал указание: «Убедись, что Эдвард подготовит эскиз проекта в отеле и свяжется с немецким архитектором». ---------- Глава 1153-603: Дополнительно – Больше нет любви к нему (1-2) "Да…" Честер Робинсон махнул рукой, давая Алеку знак уйти. Алек, замерев на месте, робко произнес: «Босс, я хотел бы подать заявку на поездку в Париж… „Тенч“ полон решимости подать в суд на Эдварда, но должен быть способ всё изменить. Я хочу лично встретиться с Элис Робинсон». "Незачем…" Взгляд Честера стал глубоким и отстраненным, его тонкие губы мягко разомкнулись: «Я пойду лично». "Вы поедете лично?" Алек услышал это и чуть не уронил очки на нос. Он никогда не видел, чтобы босс лично занимался каким-либо делом. На поле для гольфа особенно впечатляюще выглядели трое мужчин, оттачивавших свое мастерство. Они были молоды, красивы, излучали благородную ауру, подчеркивающую их необыкновенность. Во время игры они болтали, игнорируя взгляды окружающих женщин. «Похоже, в последнее время у вас, братьев, хорошее настроение, раз вы нашли время пригласить меня поиграть в гольф». Честер сделал удар, и белый мяч, описав идеальную дугу в воздухе, принес ему попадание в лунку с первого удара. Затем Говард Джеффри сделал удар, также попав в лунку с первого раза. Он удовлетворенно улыбнулся: «Зная, что вы все одиноки, мы пригласили вас, чтобы предотвратить одиночество». Навыки Скайлера Джонса были не менее превосходны: он выполнил еще более сложный удар, сделав красивый хоул-ин-ван. Он прокомментировал: «Кристин в последнее время, не знаю, смотрит ли она какие-нибудь грустные корейские дорамы, но всякий раз, когда она меня видит, она хочет, чтобы я сказал ей, что люблю ее… Кто постоянно говорит такие слова? Мне нужно было немного свежего воздуха». Говард похлопал Скайлер по плечу и с сожалением сказал: «Брат, кажется, Бекка тоже смотрела эту корейскую дораму». Два брата начали размышлять о том, стоит ли им приобрести компанию, которая выпускала этот корейский сериал… Честер продолжал качаться на качелях, не вступая в их разговор. Во время перерыва Говард сказал: «У тебя что-то на уме; сегодня ты потерял контроль над ударом в двух случаях». Честер отдыхал в шезлонге, наслаждаясь солнечными лучами с закрытыми глазами и молча. Скайлер, тоже откинувшись на спинку кресла, ответил: «Честер — лучший игрок в гольф. Раз он проиграл нам сегодня, значит, у него что-то на уме». Говард тяжело вздохнул: «Мужчин волнуют только две вещи: работа и женщины». Скайлер рассмеялась: «Компания „QCS“ доминирует в строительной отрасли, так что не стоит беспокоить босса». Говард ответил: «Тогда это должны быть женщины». Под лучами солнца выражение лица Честера оставалось неизменным. Даже Говард и Скайлер не могли определить его настроение. «О, я чуть не забыла, какой-то журнал недавно застал тебя в компании кинозвезды, ты даже провела ночь в ее благоухающих покоях… Похоже, называть тебя одинокой — это совсем не точно», — поддразнила Скайлер. Честер молчал, но приподнялся, взглянув на лежащие рядом наручные часы. Говард нахмурил брови: «Что-то всё ещё не так?» Честер слегка кивнул, встал и направился в раздевалку. Пока Говард и Скайлер наблюдали за Честером, к нему с другой стороны поля для гольфа подошла потрясающая молодая женщина. Честер не остановился, но когда она подошла к нему, он протянул руку и обнял ее. Их отношения были очевидны. Говард и Скайлер узнали в ней звезду, о которой недавно ходили слухи, что ее связывают с президентом компании "QCS", известной своим безупречным имиджем. Оказалось, что Честер взял звезду с собой сегодня поиграть в гольф… После целого дня совещаний Элис Робинсон откинулась на спинку стула и устало потирала виски. Энди вошла с улицы и сказала: «Мисс Робинсон…» Алиса не открыла глаза, откинулась на спинку стула, надавила на виски и лениво произнесла: «Опять встреча, правда?» Голос Энди был слегка хриплым: «Нет, мисс Робинсон». Алиса уловила что-то необычное в голосе Энди, открыла глаза и спросила: «Что случилось?» Энди с тревогой заявила: «Мисс Робинсон, мне только что звонила секретарь президента организации «QCS». Она сказала, что их президент хочет встретиться с вами». Элис внезапно замерла, массируя виски, ее тело слегка напряглось. Обеспокоенная Энди сказала: «Мисс Робинсон, мистер Робинсон ведь не для того приезжает сюда, чтобы свести с нами счеты, верно?» Утро. В комнату хлынул солнечный свет. Женщина на кровати что-то пробормотала, перевернулась и постепенно открыла сонные глаза. В комнату сквозь окно доносился едва уловимый аромат травы из сада, воздух был таким свежим. Алиса, одетая в белую ночную рубашку-майку, встала, посмотрела на солнечный свет за окном и удобно потянулась. Внезапно осознав что-то, она тут же схватила будильник с прикроватной тумбочки, вздрогнула и поспешно вскочила с кровати. Ей было еще далеко до того, чтобы освоиться, и она не успела переодеться из ночной одежды; она поспешно выбежала из комнаты и спустилась вниз. Рейчел уже позавтракала, и тётя ПА как раз помогала ей собрать рюкзак. "Милый…" Алиса окликнула его, и Рейчел, улыбаясь, обернулась: «Мамочка…» Алиса подбежала к дочери и смущенно сказала: «Прости, милая, подожди немного маму, пока я переоденусь, а потом отведу тебя в детский сад…» Рейчел покачала головой, обняла Алису и сказала: «Не нужно, мамочка. Я попросила бабушку ПА перевести твой будильник. Я знаю, что ты каждый день так много работаешь, и я хотела, чтобы ты немного поспала». Алиса искренне ответила: «Нет, я обещала, что сегодня лично отведу тебя в детский сад…» «Но я хочу, чтобы мама поспала еще немного. Мама так много работает каждый день». Слова ребёнка тронули сердце Алисы. Элис крепко обняла Рэйчел и тихо сказала: «Мама обещает, что когда компания станет публичной, я обязательно буду проводить с тобой больше времени». Рейчел радостно кивнула и поцеловала Алису в щеку. Элис также нежно поцеловала Рейчел: «Что мама обещает, то я обязательно выполню». Рейчел помахала Алисе: «Мама, иди поспи… А я иду в детский сад». ---------- Глава 1154–604: Дополнительно: Больше нет любви к нему 2 Глаза Элис Робинсон блестели от слез. "Вперед!" Вернувшись на второй этаж, Алиса переоделась. Весь год она носила одну и ту же белую блузку в сочетании с черной юбкой-карандаш. Простой офисный наряд, немного лишённый женского очарования, но с ноткой дерзости. В прошлом году она редко смотрела в зеркало, но сегодня она остановилась, чтобы взглянуть на себя. Казалось, за год она лишилась юношеской невинности и незрелости… Теперь от нее исходила аура зрелой женщины, с властным характером, из-за которого ее было трудно связать с тем, какой она была год назад. Она на мгновение замерла перед зеркалом, а затем вышла из комнаты. Взяв портфель, она поднялась на первый этаж, где до ее ушей донесся слабый шум. Это тётя ПА отчитывала горничную. Тетя П.А.: «Я же говорила тебе не складывать газеты вместе с журналами. Мисс не любит читать газеты, только журналы. Ты разве не слышал моих указаний?» Юную служанку отчитывали, она опустила голову и прошептала: «Простите, тётя П.А., я здесь новенькая, я просто забыла…» Тётя П.А. строго сказала: «Если ты ещё раз совершишь такую ​​ошибку, то больше не будешь работать в магазине Робинсона». "Да." Тётя П.А. сердито повернулась и направилась в столовую, но увидела, как Алиса спускается по лестнице. Тётя П.А. на мгновение замолчала, а затем почтительно окликнула: «Мисс». Молодая служанка тоже опустила голову и, следуя примеру, произнесла: «Мисс». Алиса подошла к тете П.А. и тихо спросила: «Что происходит?» Тётя ПА инстинктивно сжала газету в руке, её голос, прерываясь, звучал так: «Ничего… ничего…» Алиса заметила газету в руке тети П.А., слегка нахмурив брови: «Разве ты не говорила, что почтовое отделение переехало, поэтому газеты больше никто не доставляет? Почему же сегодня газеты все-таки есть?» Тётя ПА занервничала: "Э-э… я…" Молодая служанка удивленно подняла глаза и, с некоторым недоумением глядя на тетю П.А., посмотрела на нее. Газеты действительно приходили вовремя каждый день, но тетя П.А. всегда вела им убирать газеты, не позволяя Алисе их видеть. Они думали, что Алиса не любит газеты, но, неожиданно, тетя П.А. действовала по собственному усмотрению. Элис подошла к тете П.А., еще сильнее нахмурив брови: «Что происходит?» Тётя ПА несколько раз покачала головой. Алиса недоуменно спросила: «Тогда почему ты каждый день убираешь газеты?» Тетя П.А. с тревогой посмотрела на Алису. Алиса взяла газету из рук тети ПА. Она случайно взглянула на нее, и ее взгляд на секунду застыл на ней. Президент компании "QCS" провел ночь в благоухающем будуаре нью-йоркской модели, и есть признаки нового романа! Алиса спокойно отвела взгляд и увидела, что лицо тети П.А. побледнело. Алиса легкомысленно сказала: «Не заставляй служанку убирать газеты. Иногда я могу скоротать время, просто просматривая их». Голос тёти ПА был хриплым: «Мисс, я… я просто не хотела, чтобы вы видели эти новости». С тех пор, как стало известно о закулисном президенте «QCS», сплетни о нём в новостях не прекращались почти ежедневно, появлялись подобные истории. Элис улыбнулась и спокойно сказала: «Тетя П.А., эти газетные статьи нас не касаются, почему нас это должно волновать?» Тетя П.А. ошеломленно посмотрела на Алису. Алиса нежно похлопала тетю ПА по плечу, взяла портфель и с улыбкой вышла из виллы. Тётя П.А. крикнула: «Мисс, не хотите ли позавтракать?» "Незачем." В 10 утра черный служебный автомобиль Lexus остановился перед элитным частным клубом. Водитель вышел первым и открыл заднюю пассажирскую дверь. Алиса вышла наружу, глядя на возвышающееся здание. Энди, держа в руках портфель, стояла рядом с Элис и говорила: «Мисс Робинсон, это так шикарно!» Это самый престижный частный клуб Нью-Йорка, куда даже такой человек, как Алиса, не мог попасть без VIP-карты. Алиса взяла инициативу в свои руки: «Пошли!» При входе в клуб официант уже шел впереди. Лифт поднялся прямо на верхний этаж клуба, и Алиса сохранила спокойствие. Лифт со щелчком открылся, и официант проводил Алису к входу в номер. Двое служанок отеля, стоявшие у дверей номера, увидели Алису и почтительно открыли ей тяжелые двери. Энди немного нервничала, идя вплотную за Алисой. Внезапно Алиса остановилась, краем левого глаза заметив его на диване. Он посмотрел на нее, на его губах появилась легкая улыбка, а рядом стоял бокал красного вина. Алиса обернулась и встретилась с его непостижимым взглядом. ---------- Глава 1155 - 604: Дополнительно: Больше нет любви к нему 2_2 Он лениво сидел на диване, в его взгляде читалась проницательная мудрость, а выражение лица оставалось неизменным. Энди видела Честера Робинсона только по телевизору, и теперь, встретившись с настоящим президентом компании «QCS», работающим за кулисами, она была слегка поражена тем, насколько моложе и красивее Честер вживую, чем по телевизору, и ее лицо покраснело. Секретарь Честера подошла к Элис Робинсон с улыбкой: «Мисс Робинсон, наш мистер Робинсон ждал вас некоторое время». Увидев секретаря Честера, радостное выражение лица Энди мгновенно померкло. Как мог даже секретарь ее кумира быть намного привлекательнее ее? Алиса слегка кивнула и подошла. «Присаживайтесь!» Он улыбнулся, по-джентльменски и элегантно. Элис села на диван напротив Честера и спокойно сказала: «Мне любопытно, мистер Робинсон, почему вы прилетели из Нью-Йорка в Париж, чтобы обсудить со мной дела?» Секретарь Честера уже разливал вино для Алисы. Аромат красного вина несколько затуманивал атмосферу. Однако сердце Алисы оставалось спокойным и невозмутимым. Секретарь Честера с улыбкой передал вино Алисе: «Мисс Робинсон, это тот самый Лафит, который президент специально привёз из Нью-Йорка». Алиса любезно приняла красное вино, но не стала его пить; она просто поставила его на стол. Честер улыбнулся и сказал: «Мисс Робинсон, вам не нравится это вино?» Алиса спокойно ответила: «Вы слишком много думаете, мистер Робинсон. Я просто жду, пока оно «подышит». С этими словами Алиса подняла бокал с вином, вдохнула аромат, держа его в руке, затем сделала глоток и слегка улыбнулась Честеру. Честер слабо улыбнулся. Элис сказала: «Извините, мистер Робинсон, но в моей компании еще много дел, требующих моего внимания… Давайте перейдем к делу!» Честер кивнул, поставил бокал с вином и медленно произнес: «Мисс Робинсон, вы такая умная; вы наверняка знаете, почему я приехал в Париж на этот раз». Алиса спокойно сказала: «Я не так умна, как мистер Робинсон, поэтому надеюсь, вы сможете меня просветить». Выражение лица Честера слегка помрачнело, в его голосе звучала врожденная королевская сила: «Что касается Эдуарда, я надеюсь уладить все мирным путем». Элис улыбнулась и сказала: «Извините, мистер Робинсон, я не понимаю, что вы имеете в виду под фразой „уладить все мирным путем“?» Честер откинулся на диване, поправил позу и с интересом посмотрел на нее: «Несколько дней назад ко мне приходили мои подчиненные, надеясь, что вы отзовете письмо адвоката против Эдварда». Элис слегка прищурилась: «Мистер Робинсон должен знать, что директор по дизайну вашей компании Эдвард подтолкнул финансового директора моей компании Коко к фальсификации отчетности, что привело к растрате наших средств и нанесению значительного финансового ущерба моей компании — серьезному нарушению прав на акции компании «Тенч», которая скоро будет размещена на бирже… Если я не подам в суд на Эдварда, как я смогу компенсировать финансовый дефицит моей компании?» Честер тихонько усмехнулся: «Мисс Робинсон, не стоит так напрягаться. Я вообще-то пригласил вас сегодня, чтобы обсудить этот вопрос… Честно говоря, компания «QCS» недавно получила строительный проект, инициированный правительством Германии. Строительными работами занимается Джеффри, а наша компания отвечает за архитектурное проектирование. В то время в соглашении, которое мы подписали с правительством Германии, было указано, что Эдвард будет главным архитектором. Но если Эдвард сейчас подаст в суд, это приведет к нарушению контракта с правительством Германии, что, я уверен, мисс Робинсон понимает, нанесет ущерб репутации нашей компании и приведет к значительным финансовым потерям». Объяснения Честера, казалось, не произвели на Алису никакого впечатления; она спокойно сказала: «Вы хотите сказать, мистер Робинсон, что по сравнению с убытками вашей компании убытки моей компании незначительны, и поэтому мне не следует подавать в суд на Эдварда?» Глубокие, проницательные глаза Честера сузились до едва заметной линии, и он слабо улыбнулся: «Я имею в виду, что если мисс Робинсон готова уладить это в частном порядке, я готов компенсировать «Тенчу» ущерб, причиненный Эдвардом, и есть возможность для переговоров». Элис встала и холодно обратилась к Честеру: «Простите, мистер Робинсон, я веду свои дела, руководствуясь чувством социальной совести. Я не знаю, хочет ли мистер Робинсон защитить Эдварда ради прибыли, но для меня привлечение Эдварда к ответственности — это то, что я должна сделать для общества, и я не жадная. Я хочу лишь то, что изначально принадлежало мне». Честер посмотрел в решительные глаза Алисы и улыбнулся. «Прошу прощения, мистер Робинсон, я полагаю, мы обсудили все, что нужно было обсудить… У меня есть другие дела в компании; я сейчас уйду». Элис холодно повернулась и отошла. Энди тихо шла за Алисой, на лбу у нее выступил холодный пот. Внезапно: "Алиса…" Раздался притягательный, низкий мужской голос, смутно знакомый. Алиса остановилась, ее прямая спина слегка дрожала. Энди была ошеломлена. Высокий, крепкий силуэт Честера уже появился перед Алисой, нежно глядя на нее, и его голос, слегка хриплый, спросил: «Может, нам стоит поговорить о других вещах?» Энди прикрыла рот рукой, наблюдая за стоявшим так близко айдолом, и была озадачена тем, как он смотрел на Алису. В этот момент Честер жестом руки поднял руку. Откуда ни возьмись появились два телохранителя и вывели Энди из ложи. В просторной, огромной отдельной комнате остались только Алиса и Честер. Честер поднял руку, намереваясь нежно погладить её волосы, как делал это раньше, но его движение замерло в воздухе. Он тихо спросил: «Почему у тебя короткие волосы?» Женщина перед ним уже не была той, что год назад носила длинные, ослепительно черные волосы, похожие на водоросли. Она коротко подстриглась, выглядела аккуратно и опрятно, но в ней больше не было той молодости и невинности, что были год назад. Казалось, она повидала многое в мире и глубоко его поняла. Сегодня ее наряд был еще скромнее… Типичный офисный наряд, подчеркнутый зрелым макияжем, создавал впечатление сильной и способной женщины, лишенной каких-либо признаков слабости. Легкий аромат Chanel, который она когда-то любила, теперь сменился более зрелым ароматом Dior. Она… Он полностью преобразился, став другим человеком, уже не той Алисой, которую знал прежде. Если что-то и осталось неизменным, так это её глаза. Ее глаза по-прежнему были чистыми и прекрасными, словно вода, но в них не было тепла, не было прежнего пылкого энтузиазма. Она была спокойна, как горный источник, струящаяся, но лишенная тепла. Если это не был совершенно незнакомый человек, то, глядя на него сейчас, она невольно вспоминала, каким он был раньше. Нынешний он, одетый в серый костюм, идеально сидящий на его высокой фигуре, с ухоженными волосами, — за исключением прически, внешне он почти не изменился за последний год. Но его аура полностью преобразилась. ---------- Главы 1156–605: Дополнительная история: У него ужасное настроение Если раньше наибольшее впечатление на окружающих производила его спокойная и элегантная манера поведения врача, то теперь он во всех отношениях бизнесмен. Сбросив с себя внешнюю оболочку доктора, он вновь демонстрирует свою врожденную отстраненность и силу. Мудрость видна в его глазах, проницательность отражается на его уверенном и привлекательном лице. Каждым жестом и движением он излучает стратегическое мастерство и энергичную уверенность. Хотя он внешне похож и носит то же имя, что и некогда всемирно известный «доктор Робинсон», кто посмеет связать его с тем, кто уже ушел из жизни, стоя на вершине мировой пирамиды? Найдётся ли кто-нибудь в этом мире, кто осмелится сказать, что он похож на того человека? Более того, он уже не тот, что был раньше; возможно, из-за смены прически он стал моложе и красивее, чем прежде, с чем прежний доктор Робинсон никак не мог сравниться… Элис Робинсон на мгновение задержала взгляд, нахмурившись от недоумения, и посмотрела на Честера Робинсона: «Вы знаете, что у меня раньше были длинные волосы, мистер Робинсон?» Ровный и невозмутимый голос Алисы заставил Честера слегка нахмуриться. Элис слегка улыбнулась: «Для меня большая честь знать вас, мистер Робинсон. Хотя я и не смогла дать вам удовлетворительного ответа по делу Эдварда, я все же надеюсь на возможность сотрудничества с вами в будущем… До свидания, мистер Робинсон». Она прошла мимо Честера с улыбкой, уходя так, словно имела дело с совершенно незнакомым человеком по бизнесу, с тем, кого никогда раньше не встречала. За окном машины моросящий дождь сливал весь мир с окружающей обстановкой. Элис откинулась на спинку стула и молча наблюдала за пейзажем за окном машины. Внезапный сильный дождь заставил пешеходов на дороге спешить, и их выражения лиц были разными. Некоторые жаловались на внезапный дождь, в то время как другие, босиком, наслаждались прогулкой под дождем со своими партнерами. Казалось, что мир всех остальных был удивительно захватывающим. Машина остановилась у ворот детского сада. Водитель вышел, держа в руках зонт, и открыл ей дверцу машины. Она вышла из машины, уже издалека увидев дочь, и не смогла удержаться, чтобы не помахать ей рукой. На руках у неё была тётя П.А., которая с улыбкой привела свою дочь. Рейчел была очень приятно удивлена, распахнула объятия и прыгнула ей на руки, нежно прижавшись: «Мамочка, почему ты здесь?» Элис держала дочь на руках в машине, поддразнивая: «Рэйчел разве не нравится, когда мама забирает тебя из дома?» Рейчел быстро покачала головой, прижавшись к Алисе: «Мама каждый день занята». «Прости, дорогая. Мама не так часто бывает рядом с тобой, но в будущем я буду уделять тебе больше времени… После того, как компания станет публичной, мама будет забирать тебя из школы каждый день, хорошо?» "Хорошо." «Хорошая девочка». «Мамочка, мы же не едем домой?» — с любопытством спросила Рейчел, заметив, что машина едет не домой. Алиса ответила: «О, дядя Лоуренс пригласил нас на ужин. Сейчас мы идём в его отель». «Ура! Больше всего мне нравится ужинать с дядей Лоуренсом…» "Конечно, любишь. Каждый раз, когда я не позволяю тебе быть привередливой в еде, он встаёт на твою сторону. Он тебя ужасно избаловал…" Рейчел хихикнула. Отель "Йорна". Увидев Клода Лоуренса, Рейчел взволнованно крикнула: «Дядя Лоуренс…» Клод Лоуренс, как обычно, присел на корточки, чтобы поприветствовать Рейчел, и позволил ей броситься ему в объятия. Увидев их тесное общение, Алиса слегка улыбнулась. Клод Лоуренс снисходительно взвесил Рейчел: «Дорогая, прошло два месяца, а ты уже заметно поправилась». Рейчел обняла Клода Лоуренса за шею, хвастаясь: «Потому что я стала выше!» Клод Лоуренс ущипнул Рейчел за носик: «Какая сладкоречивая!» Рейчел ласково спросила: «Дядя Лоуренс, когда вы вернулись? Мама сказала, что вы были в командировке». Клод Лоуренс кивнул: «Дядя Лоуренс вернулся всего пару дней назад и уже успел пообедать с твоей мамой… Дорогая, ты скучала по дяде Лоуренсу?» Рейчел мило кивнула: «Да». В этот момент Алиса поддразнила: «Наверное, она скучала по твоим подаркам больше, чем ты сам». Клод Лоуренс притворился разочарованным: «Правда? Но дядя Лоуренс на этот раз не принес тебе подарка, так что ты по нему не скучаешь, верно?» "Конечно, нет… Больше всего я скучаю по дяде Лоуренсу", — кокетливо сказала Рейчел, не забыв быстро поцеловать Клода Лоуренса в лицо. Клод Лоуренс от души рассмеялся и волшебным образом из ниоткуда появился кукла феи, которую он подарил Рейчел. Рейчел восторженно воскликнула: «Ух ты, это моя любимая цветочная фея…» Клод Лоуренс с удовлетворением наблюдал за радостным настроением Рейчел. Алиса подошла, улыбаясь и слегка ворча: «Ты вот-вот её испортишь…» Клод Лоуренс улыбнулся, пристально глядя на Алису: «Девочек созданы для того, чтобы баловать». Алиса покачала головой. Клод Лоуренс сказал: «Пошли, поедим». Ужин состоялся в эксклюзивном ресторане Клода Лоуренса. Впервые Алиса обедала с Клодом Лоуренсом именно здесь. «Мамочка, я сейчас не хочу есть. Хочу немного поиграть с цветочной феей…» — сказала Рейчел, сидя на диване и очарованная игрушкой, подаренной ей Клодом Лоуренсом, умоляя Алису. Увидев лучезарную улыбку на невинном лице Рейчел, Алиса, необычайно любезная, кивнула: «Тогда иди поиграй». "Ага…" Клод Лоуренс улыбнулся и сказал: «Вы говорите, что я её балую, но разве вы не баловали её ещё больше?» Элис Робинсон разрезала еду на тарелке и слегка улыбнулась: «Просто иногда мне не хочется играть роль строгой матери». «В моих глазах ты никогда не была строгой матерью». Алиса подняла глаза и посмотрела на Клода Лоуренса. Клод Лоуренс лишь рассмеялся, ничего не объясняя, и, сменив тему, спросил: «Кстати, как прошла вчерашняя встреча с ним?» "Ему?" Клод Лоуренс улыбнулся Алисе: «Честер Робинсон. Он приезжал в Париж и обсуждал с тобой вопрос об Эдварде, не так ли?» Алиса усмехнулась и продолжила есть: «Действительно, от тебя ничего не скроешь». Клод Лоуренс, принимая пищу, не снимал с лица улыбки. Элис медленно произнесла: «Он пришел обсудить возможность подачи иска против Эдварда… Он надеется, что я урегулирую дело в частном порядке, что он компенсирует деньги, которые Эдвард присвоил у «Тенча», и что есть возможность для переговоров». «Итак, ты…» Алиса подняла голову и серьезно посмотрела на Клода Лоуренса, прежде чем он успел закончить: «Я отказалась… Предлагаемые им льготы мне не нужны. Мне нужно только то, что изначально принадлежало мне, а то, как он защищает своих подчиненных ради выгоды, — это не похвальный поступок». Клод Лоуренс пристально посмотрел Алисе в глаза: «Я не ожидал, что ты ему откажешь… Компания „QCS“ недавно получила разрешение на разработку проекта для немецкого правительства. Полагаю, Честер обратился к тебе, потому что Эдвард — дизайнер этого проекта, верно?» Алиса кивнула. Глаза Клода Лоуренса сузились в щели, когда он с лукавством посмотрел на Алису: «Вы знаете, что иск против Эдварда может нанести „QCS“ значительные убытки, и все же вы настаиваете?» Алиса отложила вилку и спокойно сказала: «Значительные убытки компании „QCS“ лишь свидетельствуют об их недальновидности в вопросах найма персонала, и это не имеет ко мне никакого отношения. Я просто делаю то, что считаю правильным». Ее сдержанное поведение и непринужденная манера говорить создавали впечатление, будто они обсуждали всего лишь обычный деловой вопрос. «После того, как я не видела его целый год, он лично приехал, чтобы найти тебя. Значит ли это, что…?» Элис перебила Клода Лоуренса: «Я не хочу, чтобы Рейчел слышала эти слова… Давайте сменим тему!» Заметив, что лицо Алисы слегка похолодело, Клод Лоуренс кивнул: «Хорошо». В этот момент подбежала Рейчел: «Мамочка, я хочу в туалет…» Элис кивнула и встала, сказав Клоду Лоуренсу: «Извини, я отведу Рейчел в туалет». "Хм." Элис провела Рейчел по коридору к туалету. В коридоре Рейчел взяла Алису за руку и спросила: «Мама, когда ты выйдешь замуж за дядю Лоуренса?» Элис посмотрела на дочь: «Мама тебе уже говорила, мама и дядя Лоуренс просто друзья, мама и дядя Лоуренс не поженятся». "Почему? Разве дядя Лоуренс не хороший?" «Дело не в этом… Просто мама и дядя Лоуренс не подходят друг другу». "Но ведь мама — девушка дяди Лоуренса, верно?" «Довольно, дети задают слишком много вопросов… Мама уже сказала, дядя Лоуренс — просто друг». "Ох…" — протяжный тон показывал, что наивный ум Рейчел не совсем понимал происходящее. С характерным звуком двери лифта слева от них открылись. Инстинктивно Рейчел, держа Алису за руку, взглянула на лифт, и в следующее мгновение, широко раскрыв свои невинные глаза от недоверия, крикнула: «Дядя?» Сначала Элис вела Рейчел к ресторану, но внезапный возглас Рейчел заставил её на мгновение замереть. К тому времени, как она обернулась, Рейчел уже отпустила её руку и побежала к человеку, выходящему из лифта. Двое телохранителей, стоявших перед Честером Робинсоном, попытались остановить Рэйчел, но ее маленькое тельце уже проскользнуло мимо них, прижавшись к ноге Честера. Алиса никак не ожидала встретить Честера здесь; в тот момент она ахнула от шока. "Дядя…" Круглые глаза Рейчел покраснели, когда она крепко обняла Честера. Честер замер, краем глаза он заметил слегка бледное лицо. «Дядя… Мама сказала, что ты уехал очень-очень далеко и больше не вернешься…» В наивном представлении ребенка смерть — это очень далекое и сложное для понимания понятие, поэтому Алиса ранее объяснила Рейчел, что «смерть» означает путешествие в очень далекое место. За год, проведённый без его встреч, Рейчел значительно изменилась… Теперь у нее были очаровательные длинные волосы, челка, розовая повязка на голову с бабочками, и она действительно выглядела как милая маленькая принцесса. Его дочь расцвела, стала еще красивее и очаровательнее. «Дядя, ты так долго отсутствовал… Почему ты не вернулся, чтобы навестить меня и маму?» — пожаловалась Рейчел, обнимая Честера с горечью, и слезы текли по ее щекам. При виде плачущего ребенка его сердце в тот момент смягчилось. Он присел на корточки, его красивое лицо было бесстрастным, но смягчилось, он протянул руку, чтобы погладить ребенка по щеке, и вдруг ребенок поднялся на руки. ---------- Глава 1157–606: Дополнительно: Он прижал её к белой стене Ребенок крикнул: «Мама, дядя…» Элис Робинсон обняла своего ребенка и извиняющимся поклоном поклонилась Честеру Робинсону: «Простите, моя дочь приняла вас за другого человека». Честер Робинсон встал, слегка прищурившись. Элис Робинсон, держа на руках Рейчел, повернулась, не оглядываясь, и направилась к ресторану. Выражение лица Честера Робинсона постепенно помрачнело. "Мама, мама… Я хочу дядю… Я хочу дядю…" Элис Робинсон крепко держала сопротивляющуюся Рейчел, не поворачивая головы, когда та вошла в ресторан. Услышав голос Рейчел, Клод Лоуренс подбежал и спросил: «Что случилось?» Элис Робинсон с холодным лицом промолчала. "Дядя… Мама… дядя прямо за дверью…" — плакала Рейчел, отчаянно вырываясь. В конце концов Элис Робинсон уложила на землю Рейчел, которая все никак не могла освободиться. Рейчел очень хотела выбежать на улицу, но Элис Робинсон уже присела на корточки, чтобы преградить дочери путь, и спокойно сказала: «Он не твой дядя». Рейчел энергично покачала головой: «Он, он дядя…» Элис Робинсон строго сказала: «Ты разве не помнишь? Дядя покинул этот мир год назад». Рейчел неохотно вытерла слезы локтем, надувшись: «Но мама сказала, что дядя уехал очень далеко…» «Очень далёкое место означает рай… Рейчел, дедушка и бабушка — все на небесах». Рейчел по-прежнему качала головой, глядя на тяжелую дверь ресторана: «Дядя прямо снаружи…» Элис Робинсон терпеливо уговаривала: «Рэйчел, он не дядя, дядя на самом деле не вернется, он просто очень на него похож». Рейчел печально сжимала руки: «Он дядя… он просто хотел меня обнять». "Рэйчел…" "Мама… я хочу дядю, я хочу дядю…" Рейчел цеплялась за Алису Робинсон, прыгая и приставая к ней. Клод Лоуренс вышел из ресторана, оглядел коридор, но не увидел Честера Робинсона. Рейчел продолжала настойчиво умолять Элис Робинсон… После долгих уговоров Элис Робинсон так и не смогла убедить Рейчел, и наконец, она хорошенько шлёпнула её по ягодицам. Рейчел, обиженная пощечиной, заплакала еще громче, рыдая: «Я ненавижу маму, я ненавижу маму…» Увидев заплаканное лицо дочери, Элис Робинсон села на стул и спокойно сказала: «Я же тебе уже говорила, он не дядя… Если ты продолжишь так капризничать, мама подождет, пока ты не выплачешься до изнеможения». Рейчел заплакала еще громче. Клод Лоуренс шагнул вперед, поднял Рейчел на руки, нежно погладил и успокоил ее, бросив глубокий взгляд на Элис Робинсон. Элис Робинсон холодно подошла к окну от пола до потолка, скрестив руки на груди и слегка прикусив сжатый кулак. В отражении оконного стекла отражалось обиженное, заплаканное лицо Рейчел… Спустя долгое время Элис Робинсон повернулась и направилась к Клоду Лоуренсу. Рейчел, измученная слезами, уснула на руках у Клода Лоуренса. Увидев покрасневшие, опухшие глаза и красный нос своей дочери, Элис Робинсон взяла Рейчел из рук Клода Лоуренса и нежно поцеловала ее. Клод Лоуренс сказал: «Я никогда раньше не видел, чтобы ты бил Рэйчел. Если у тебя не хватило духу, зачем ты это сделал?» Элис Робинсон тихонько фыркнула и равнодушно произнесла: «Я хочу, чтобы она знала, что её „дяди“ больше нет в этом мире». «Встречалась ли она… с Честером Робинсоном?» Голос Элис Робинсон был слегка хриплым: «Я не знаю, зачем он здесь появился». Взгляд Клода Лоуренса слегка помрачнел. Элис Робинсон сказала: «Извините, что испортила атмосферу сегодняшнего ужина…» Клод Лоуренс тихонько усмехнулся: «Глупышка, ты так со мной формалена». Элис Робинсон крепко обняла Рейчел, склонив голову в знак извинения: «Сначала я хочу домой…» Клод Лоуренс поддержал Элис Робинсон за плечо: «Хорошо, я отвезу тебя обратно». Элис Робинсон кивнула. Перед лифтом Элис Робинсон продолжала смотреть на спящую Рейчел у себя на руках, в ее глазах читались любовь и забота. Клод Лоуренс обнял Элис Робинсон за плечо, стараясь утешить её, опираясь на имеющиеся силы. Двери лифта открылись… В тот момент, когда Клод Лоуренс собирался войти в лифт вместе с Элис Робинсон, у него зазвонил телефон. Увидев номер на экране телефона, Клод Лоуренс слегка нахмурился и нажал кнопку ответа. Закончив телефонный разговор, Клод Лоуренс вошел в лифт и извинился перед Элис Робинсон: «В компании внезапно возникла проблема, которую мне нужно решить, поэтому я, вероятно, не смогу отвезти вас обратно. Я попрошу Робин отвезти вас домой». Элис Робинсон кивнула. Двери лифта закрылись, и Клод Лоуренс повернулся в сторону приемной, расположенной рядом с рестораном. Войдя в приемную, Клод Лоуренс увидел Честера Робинсона, стоящего у окна от пола до потолка. Клод Лоуренс нахмурился: «Какой ветер тебя сюда принёс?» Честер Робинсон выглядел не в настроении, в его холодном голосе звучало недовольство: «Неужели я должен спрашивать вас, здесь ли она, прежде чем прийти?» Клод Лоуренс скрестил руки на груди, прислонившись к столу: «Ты бы не стал меня искать без причины… так что, что случилось?» "Она ушла?" Клод Лоуренс категорично заявил: «Ей не нужно ваше внимание». Честер Робинсон обернулся, и в его глубоко посаженных глазах вспыхнул холодный свет. Взгляд Клода Лоуренса был столь же ледяным. Их взгляды встретились, словно в соревновании, но при этом они были равны по силе. В конце концов, Честер Робинсон первым отвернулся и, повернувшись к окнам от пола до потолка, торжественно произнес: «Есть ли какой-нибудь способ заставить ее пойти на компромисс в вопросе Эдварда?» Клод Лоуренс насмешливо посмотрел на Честера Робинсона: «О? Неужели в этом мире есть проблема, которую мистер Робинсон не может решить?» Честер Робинсон не ответил. Клод Лоуренс прищурился: «Хотя она и упряма, она легко смягчается. Чтобы изменить ее мнение, Эдварду пришлось бы заставить ее смягчиться». Честер Робинсон обернулся и посмотрел прямо на Клода Лоуренса, его взгляд был затенен: «Вы действительно ее понимаете». Клод Лоуренс холодно улыбнулся. Честер Робинсон повернулся и вышел из зала заседаний. Когда он вышел из лифта, телохранитель, стоявший рядом с Честером Робинсоном, не удержался и спросил: «Мистер Робинсон, если вы позаботитесь только о Тенче, мисс Робинсон всё ещё будет цепляться за Эдварда?» Второй телохранитель толкнул коллегу локтем: «Ты здесь новенький, ничего не знаешь». Телохранитель быстро замолчал и опустил голову. Второй телохранитель почтительно спросил: «Мистер Робинсон, вы всё ещё собираетесь сегодня вечером к Оливии Келлог?» Честер Робинсон ничего не сказал, просто сел в машину. Телохранитель быстро сообщил водителю: «В отель, где остановилась мисс Оливия Келлог». Отель. Оливия Келлогг лениво проснулась в постели, и сползшее одеяло открыло вид на ее светлое, стройное плечо. Укутавшись в одеяло, она села и увидела Честера Робинсона в халате, сидящего в одиночестве на диване, пьющего и размышляющего. Оливия Келлог, завернувшись в одеяло, грациозно подошла к Честеру Робинсону: «Мистер Робинсон…» Честер Робинсон даже не взглянул на Оливию Келлогг, лишь сказал: «Там есть несколько украшений, выбери себе одно! Сегодня вечером я хочу побыть один». Услышав это, Оливия Келлог радостно подбежала к журнальному столику и открыла шкатулку с дорогими украшениями. Оливия Келлог, поняв ситуацию, выбрала желаемое украшение, собрала свою одежду с пола и ушла. Честер Робинсон, сидя на диване и молча попивая красное вино, выглядел уставшим и погруженным в свои мысли. В то же время. Элис Робинсон лежала на кровати в детской комнате, с любовью глядя на спящее личико. Она чувствовала себя очень некомфортно, так как это был первый раз, когда Рейчел ударили с самого раннего детства. Ребенок только что так громко плакал, что она поняла, что причинила ему боль. «Прости, дорогая…» Голос Элис Робинсон был полон самообвинения и чувства вины, она рыдала, обращаясь к дочери. В ее голове снова и снова прокручивались вопли дочери, когда она силой уносила ее прочь… Она всегда знала, что её дочь очень привязана к нему, возможно, из-за кровного родства. Однако она думала, что со временем дочь постепенно забудет его. Она не ожидала, что год спустя незрелое сознание ребёнка всё ещё будет отчётливо помнить его… Но, дорогая… Ты так к нему привязана, но был ли он когда-нибудь привязан к тебе? Никогда… Прошло больше года с момента его операции и до сегодняшнего дня, и если бы он когда-либо заботился о вас, он бы обязательно пришел вас навестить… Несмотря на то, что в письме она написала, что отныне они чужие люди, если он захочет увидеть ребенка, она не станет ему препятствовать. Однако за более чем год он ни разу не приезжал… Его «смерть» повергла Рейчел в отчаяние и рыдания на протяжении многих дней; она никак не могла её утешить, ей приходилось лгать, что он уехал далеко. И всё же Рейчел очень по нему скучала, скучает ли он по Рейчел? После того как она окончательно вычеркнула его из их жизни, как она могла позволить ребенку снова привязаться к нему? Если ребенок снова будет зависеть от него, какое основание она сможет использовать, чтобы утешить его? Она могла впустить его в свой мир, но не позволит ему постоянно входить и выходить из него. «Прости, Рейчел… Мама просто не хочет, чтобы тебе было больно». Она извиняющимся поцеловала дочь в лоб, Элис Робинсон нежно обняла ее и медленно заснула. На следующий день. Тетя П.А. внесла Рейчел в столовую, когда Элис Робинсон выходила из кухни, держа в руках приготовленные ею самой ветчину и яичницу. "Привет, дорогая…" Элис Робинсон поставила на стол ароматный завтрак, затем сняла фартук и пошла подержать дочь на руках. Неожиданно Рейчел повернулась и, прислонившись к плечу тети П.А., сказала: «Я не хочу к маме!» Тетя П.А. улыбнулась и посоветовала: «Рэйчел, смотри, твоя мама встала рано, чтобы приготовить тебе завтрак, веди себя хорошо, не сердись на маму». Голос Рейчел был очень твердым: «Я просто не хочу к маме!» Элис Робинсон подошла к Рейчел, скорчив смешную рожицу: «Дорогая…» Она попыталась рассмешить дочь. Рейчел не выражала никаких эмоций, ее большие глаза сверкали на Элис Робинсон, выражая сильное негодование. Элис Робинсон наклонилась ближе к Рейчел, хихикая и успокаивая ее: «Дорогая, мама извиняется за вчерашний день, ты можешь простить маму?» Рейчел поджала губы. Увидев, как смягчилось настроение Рейчел, Элис Робинсон быстро взяла Рейчел из рук тети П.А., нежно погладила нежное личико дочери и сказала: «Мама больше никогда тебя не ударит». Рейчел всхлипывала и рыдала. Элис Робинсон позволила Рейчел опереться ей на плечо, легонько похлопав дочь по спине, чтобы утешить: «Во всем виновата мама, мама больше никогда так не сделает». ---------- Глава 1158–607: Дополнительно: Его приглашение в мир для двоих 1 Рейчел прислонилась к плечу Элис Робинсон и кисло спросила: «Мама, этот мужчина — дядя?» Элис Робинсон держала дочь на стуле, затем присела на корточки, осторожно обняла дочь и серьезно объяснила: «Дорогая, мама тебе говорила, что твой дядя уехал очень далеко и не вернется… Так что дядя, которого ты видела вчера, это не твой дядя, он просто очень на него похож». Рейчел с болью в сердце спросила: «Но как он может быть таким же, как дядя?» «В мире много людей, похожих друг на друга, вы ведь часто видите похожих людей по телевизору, не так ли?» «Но дядя тоже такого же роста…» «Хорошо…» — Элис Робинсон обняла Рейчел и спросила: «Позволь маме спросить тебя, дядя тебя любит?» "Да." «Дядя тебя очень любит, но вчера дядя не искал Рейчел. Если бы дядя вернулся, разве он не пришел бы ее найти?» «А вчерашний дядя на самом деле не был дядей?» «Конечно…» — Элис Робинсон вздохнула с облегчением, села рядом с дочерью, обняла ее и сказала: «Мама знает, что Рейчел очень скучает по дяде. Если этот мужчина действительно был дядей, как мама могла не позволить Рейчел быть с дядей?» Рейчел разочарованно опустила голову. Элис Робинсон держала дочь на коленях, прижавшись головой к ее голове, и нежно уговаривала: «Если бы дядя знал, что Рейчел так о нем думает, он был бы очень рад…» Рейчел невинно посмотрела на Алису: «Мамочка, дядя точно больше не вернется?» Элис Робинсон потрогала затылок Рейчел: «Молодец, мама тоже не знает, когда дядя вернется, но если он вернется, то обязательно придет искать Рейчел». Ей оставалось только продолжать лгать и обманывать дочь, чтобы избежать ее печали. Рейчел прижалась к Алисе: «Надеюсь, дядя вернется поскорее…» После того как Элис Робинсон отдала свою дочь в детский сад, она устроилась на работу в эту компанию. Как только она вошла в офис, Энди принесла с собой чашку кофе. Элис Робинсон сказала: «Спасибо», отпила глоток кофе, взяла лежащий на столе документ и спросила: «Что это?» Энди ответила: «Мисс Робинсон, это некоторые материалы об Эдварде, которые нашел Уоллес». Элис Робинсон взглянула на него и слегка нахмурила брови. В этот момент с улицы случайно вошёл Уоллес. Элис Робинсон поставила кофе и спросила: «Уоллес, ты пришел как раз вовремя, эта информация верна?» Уоллес уважительно кивнул: «Мисс Робинсон, изначально я хотел выяснить мотивы Эдварда, побудившие его использовать Коко, но, изучая его биографию, я обнаружил, что Эдвард на самом деле очень почтительный ребенок. Он вырос в неполной семье, у него была сестра на два года младше него, но его сестра в раннем детстве умерла от смерти мозга после автомобильной аварии, и все эти годы ее поддерживали в больнице с помощью самых дорогих питательных растворов, что обходилось очень дорого. Тем временем отец Эдварда страдает от болезни Альцгеймера и рака печени, он находится в лучшем частном доме престарелых Нью-Йорка, где за ним ухаживают профессиональные врачи и медсестры. Чтобы обеспечить отцу наилучшую жизнь и продлить жизнь сестре, Эдвард изо всех сил старался заработать деньги… На этот раз, поскольку отцу Эдварда необходимо сделать операцию по поводу терминального рака печени, Эдвард вступил в сговор с Коко, чтобы накопить деньги. Согласно моему расследованию, весь доход Эдварда за последние несколько лет был потрачен на отца и сестру». Услышав это, Элис Робинсон долгое время была потрясена. Уоллес спросил: «Мисс Робинсон, я также узнал, что деньги Эдварда уже переведены в больницы его сестры и отца соответственно. Если мы хотим вернуть эти деньги, больница может прекратить лечение отца и сестры Эдварда после того, как Эдвард попадет в тюрьму». «Но эти деньги важны для Тенча». Уоллес кивнул: «Я не сочувствую Эдварду, я просто боюсь, что если мы пойдем в больницу за этими деньгами, это может косвенно привести к гибели двух человек, и если СМИ это освещают, это может навредить вашей репутации». Элис Робинсон потерла лоб и села на стул: «Дайте мне подумать». "Хорошо." После отъезда Уоллеса Элис Робинсон долго размышляла. "Энди…" Энди вошла с улицы и сказала: «Да, мисс Робинсон». Элис Робинсон сказала: «Позвоните секретарю генерального директора в компании 'QCS' и попросите ее передать генеральному директору, что я согласна с тем, что обсуждал со мной г-н Робинсон позавчера, но при одном условии: после того, как Эдвард закончит работу над проектом в Германии, он все равно должен явиться в полицейский участок и сдаться властям». "Хорошо." Наблюдая за удаляющейся фигурой Энди, Элис Робинсон слегка погрузилась в размышления. Это решение должно быть наилучшим. ---------- Глава 1159 - 607: Дополнительная история: Его приглашение в мир для двоих 1_2 Компания «QCS» выплачивает компенсацию «Тенчу», и «QCS» получает огромную прибыль от немецкого проекта, в то время как деньги, присвоенные Эдвардом, считаются комиссионными, выплаченными «QCS» Эдварду. В конечном итоге Эдварду все равно предстоит понести юридическое наказание. Элис Робинсон размышляла об этом, когда вошла Энди с улыбкой: «Мисс Робинсон, я уже позвонила секретарю мистера Робинсона. Она сказала, что мистер Робинсон очень рад, что вы готовы принять такое решение. Мистер Робинсон хочет пригласить вас на обед, чтобы поблагодарить». Элис Робинсон равнодушно ответила: «Можете сказать ей, что это не обязательно. Я очень занята, главное, чтобы он сдержал своё обещание, и всё будет хорошо». "Хорошо." Поскольку Рейчел не возвращается из детского сада в полдень, Элис Робинсон обычно обедает в компании. Но сегодня, по какой-то причине, взглянув на обед, присланный секретаршей, она совсем потеряла аппетит и, прислонившись к дивану, обнаружила себя стоящей в растерянности. В офисе внезапно зазвонил телефон. Она вернулась к реальности с необъяснимым предчувствием. Поскольку секретаря не было на месте, она сама ответила на звонок: «Здравствуйте…» "Это я, а ты поел?" Его голос всегда был магнетическим и приятным. «Здравствуйте, кто это?..» "Ты действительно хочешь остаться со мной чужим человеком?" — его голос звучал несколько низко, что было типично для человека, немного недовольного. «Извините, если вы не скажете, кто вы, я повешу трубку». Ее отстраненность была ледяной, без возможности для маневра. "Алиса!!" Спокойно и невозмутимо она повесила трубку. Можно себе представить, насколько взбешен был человек на другом конце провода. Закончив разговор, Элис Робинсон откинула голову на спинку стула и рассеянно уставилась в потолок. Воспоминания пронеслись перед ее глазами… Она прислонилась к его плечу, они вместе смотрели на закат, их пальцы переплелись, словно они никогда не расстанутся в этой жизни. «Ты действительно собираешься игнорировать меня всю оставшуюся жизнь?» Раздался холодный голос. Элис Робинсон резко вскочила со стула, ошеломленная. Огромный кабинет, теперь пустовавший после ухода всех сотрудников, сделал его голос еще более ледяным. Его прищуренные глаза слились в одну линию, и в этом тусклом взгляде читалось недовольство; он холодно смотрел на нее. Сердце снова замерло на мгновение, и она спокойно наблюдала за ним, стоящим у входа в офис. Он вошел в кабинет один, смело, словно ему здесь хозяин, обернулся перед окном от пола до потолка, его обсидиановые глаза были прикованы к ней: «Это всего лишь еда, зачем делать ее такой отчужденной?» Его тон был не резким, а скорее мягким. Она посмотрела на него, неосознанно крепко сжимая пальцами бедра. Он холодно посмотрел на нее: «Если ты не потеряла память, как ты можешь притворяться, что ничего не произошло?» Столкнувшись с его агрессивным взглядом, она лишь слабо улыбнулась: «Мистер Робинсон, я не понимаю, что вы говорите… Мы знакомы раньше? Кроме того, если мистер Робинсон придет в «Тенч», вы должны были меня предупредить. Так резко приветствовать вас — это действительно невежливо. Что касается отказа от вашего приглашения на обед, я планировала извиниться лично, когда найду время». «Вы считаете себя великой актрисой?» Он медленно подошёл к ней, прищурив глаза и внимательно разглядывая её: "Вы считаете себя великой актрисой?" Его взгляд обычно заставлял людей бояться смотреть ему прямо в глаза, потому что каждый раз, когда вы встречаетесь с ним взглядом, вы чувствуете покалывание, как будто любая маска перед ним излишня, и это ощущение того, что вас видят насквозь, не позволяет догадаться о его мыслях. Однако теперь Элис Робинсон, с сердцем, спокойным, как вода, могла встретиться с ним лицом к лицу, не вызвав ни малейшего волнения. Она подозрительно посмотрела на Честера Робинсона: «Мистер Робинсон, что вы имеете в виду, говоря это? Я действительно не понимаю…» В этот момент Честер Робинсон внезапно толкнул Элис Робинсон к стене позади нее. "Ах—" Элис Робинсон закричала, прижавшись спиной к холодной мраморной стене. Увидев его ледяной взгляд, она попыталась вырваться, но он уже обхватил ее руками с обеих сторон, зажав между стеной и собой. Она резко вдохнула, полностью окутанная его приятным мужским ароматом. «Можешь притворяться, что не знаешь меня, но какое право ты имеешь делать так, чтобы она меня не узнала?» Он пристально посмотрел на нее, словно на свою жертву, его тонкие губы холодно произнесли, а затем он сжал губы, сдерживая ее. Она была удивлена, что он расстроился из-за того, что она вчера забрала их дочь… но почему он должен был злиться? Разве ему было все равно на эту дочь? Или, может быть, в нем все еще оставался какой-то отцовский инстинкт, который заставлял его лелеять ее при виде ее. Но Рейчел такой отец не нужен. Бровь Элис Робинсон нахмурилась еще сильнее: «Мистер Робинсон, что вы притворяетесь? Наша дочь, я правда не понимаю… Мистер Робинсон, вы могли принять меня за кого-то другого?» Её игра была почти искренней. Он был так зол, что обхватил её подбородок ладонями, прищурился и искоса взглянул на неё: "Неужели ты меня совсем не знаешь?" «Мистер Робинсон, моя секретарша скоро вернется, это кажется неуместным… может, вы позволите мне уйти первой, и я помогу вам найти того, кого вы ищете? Это кто-то из нашей компании? Тоже с фамилией Робинсон? Или…» Он внезапно опустил голову, приблизившись к ней, их дыхание почти слилось, его взгляд был прикован к ней, лицо невероятно потемнело. Ее глаза расширились от явного испуга. «Мистер Робинсон, вы…» Она попыталась оттолкнуть его руку. Он крепко обнял её, слегка наклонив голову, его губы почти коснулись её губ: «Если ты посмеешь сказать ещё хоть слово, ты думаешь, я смогу ли лишить тебя дара речи?» Она была ошеломлена. Он молча смотрел на неё сверху вниз, его взгляд был необычайно глубоким. Она боялась пошевелиться, ее широко раскрытые глаза были полны его дыхания. Он, не моргая, смотрел на ее нежное лицо, а спустя долгое время тихо произнес: «Похоже, твой парень, Клод Лоуренс, плохо о тебе заботится, ты похудела». Темные зрачки Элис Робинсон слегка расширились. Он смотрел на нее, постепенно скрывая эмоции на лице. Взгляд Честера Робинсона стал шире. «Неужели ты не хочешь пообедать со мной?» — тихо спросил он. ---------- Главы 1160–608: Дополнительно: Его приглашение в их частный мир 2 Его глаза, словно темные водовороты, заставляли невольно погружаться в них. На мгновение она почувствовала глубоко укоренившуюся слабость, не в силах сразу и четко ответить «да»… Однако, спустя три секунды, она решила проигнорировать переполнявшие её бесполезные эмоции: «Мистер Робинсон, если вы приглашаете меня на ужин потому, что я отозвала свою жалобу на Эдварда, то, пожалуйста, не возражайте, потому что я сделала это из соображений собственной компании. В конце концов, я могу не вернуть все деньги, которые присвоил Эдвард, а выбор предложения мистера Робинсона — это выбор наименьшей потери… Поэтому, мистер Робинсон, пожалуйста, отпустите меня. Если мои подчиненные увидят нас в таком непристойном положении, обязательно возникнут недоразумения, и я не хочу, чтобы завтрашняя первая полоса газеты была посвящена нам». Сказав эти холодные слова, Алиса Робинсон вырвалась из объятий Честера Робинсона, который слегка ослабил хватку, и ушла. Честер Робинсон взял её за руку: «Это всего лишь обед. Если вы действительно забыли прошлое, можете считать это приглашением от генерального директора „QCS“… Думаю, вы бы не отказались от личного приглашения от генерального директора „QCS“, не так ли?» Элис Робинсон улыбнулась и обернулась: «Если мистер Робинсон хочет обсудить со мной деловые вопросы или вступить в деловые контакты, я готова принять его приглашение. В конце концов, не каждой компании посчастливилось заслужить расположение мистера Робинсона». Её слова были ледяными. Он спокойно посмотрел на неё, пытаясь уловить в её едва заметных выражениях тот оттенок глубоких эмоций, который ему был нужен. К сожалению, даже тот, кто так искусно разбирался в людях, как он, не смог обнаружить ни малейшего следа. Может, она слишком хорошо это скрывала, или же её сердце действительно было спокойно, как неподвижная вода? Тишину за дверью офиса нарушили шаги. Энди, которая уже собиралась войти в офис, была потрясена и прикрыла рот рукой, увидев происходящее внутри. В этот момент холодное лицо Честера Робинсона озарилось слабой улыбкой: «Мисс Робинсон, тогда я с нетерпением жду вашего присутствия сегодня вечером». Элис Робинсон тоже заметила, что кто-то стоит за ней. Хотя она отреагировала не так быстро, как он, через секунду она с улыбкой добавила: «Хорошо, мистер Робинсон, я обязательно буду там». Честер Робинсон бросил последний взгляд на Элис Робинсон и, сделав длинные шаги, удалился. Энди неотрывно смотрела на представительного Честера Робинсона, пока он не встал перед ней, после чего поспешно отошла в сторону. Но даже после того, как он покинул кабинет, ее взгляд по-прежнему следил за высоким и внушительным силуэтом Честера Робинсона. Спустя некоторое время Энди наконец-то пошевелила своими непослушными ногами и вошла в офис, недоверчиво спросив Элис Робинсон: «Мисс Робинсон, я… я что-то неправильно поняла? Он… это Честер Робинсон, генеральный директор компании «QCS»?» Элис Робинсон уже пришла в себя, села в офисное кресло и, просматривая документы, ответила: «Он проходил мимо и вспомнил, что я помогла ему с делом Эдварда, поэтому подошел поблагодарить меня». Энди бросилась к столу, широко раскрыв глаза: «Вы сказали… сказали, что мистер Робинсон лично пришел вас поблагодарить?» Элис Робинсон спокойно кивнула. У Энди от удивления отвисла челюсть, словно она могла проглотить страусиное яйцо: «Кто-то вроде мистера Робинсона, лично приехавший вас поблагодарить? Боже мой…» Элис Робинсон продолжала рассматривать документы, игнорируя преувеличенную реакцию своей секретарши. Энди прикрыла покрасневшие щеки, бормоча себе под нос: «Мой кумир, такой доступный, совсем не высокомерный, даже лично пришел поблагодарить за такую ​​мелочь… Вау, он просто идеален». Идеальный? Элис Робинсон невольно нахмурилась, подняв глаза, чтобы отругать свою секретаршу за несколько слов, но обнаружила, что секретарша уже бросилась к окну от пола до потолка в кабинете. Энди стояла, прислонившись к окну от пола до потолка, смотрела вниз и бормотала себе под нос: «Он действительно красивый, с выразительными чертами лица и потрясающей фигурой…» Элис Робинсон невольно покачала головой. «Некоторые даже говорят, что мистер Робинсон похож на вашего брата, мисс Робинсон. Какая чушь… Аура и привлекательность мистера Робинсона намного превосходят доктора Робинсона, даже если доктор Робинсон наденет костюм, он не сможет сравниться с десятой частью привлекательности мистера Робинсона!» Слова Энди заставили Элис Робинсон, которая смотрела на документы, на мгновение остановиться и поднять глаза. Почувствовав два взгляда за спиной, Энди вернулась к реальности. Столкнувшись с холодным взглядом Элис Робинсон, она поспешно махнула руками, объясняя: «Э-э, мисс Робинсон, я… я не имела в виду, что доктор Робинсон не замечательный, я просто… я имею в виду, что доктор Робинсон и мистер Робинсон — совершенно разные люди, и все же некоторые говорят, что они похожи, но мне они совсем не похожи. Мистер Робинсон гораздо красивее доктора Робинсона». ---------- Глава 1161–608: Дополнительная история: Его приглашение в мир двух 2_2 Эти слова глубоко засели в его сердце, и Энди, конечно же, не осмелился произнести их в присутствии Элис Робинсон. Теперь он, конечно же, выглядит великолепно… Он больше не тот изящный и утонченный врач. Он раскрывает свою истинную натуру, возвышенную и превосходную, и такой президент «QCS» идеально соответствует прежним предположениям о таинственном президенте, стоящем за «QCS», который совершенно очаровывает бесчисленное количество молодых женщин сегодня. Когда он раньше представлялся врачом, его прическа всегда дополняла его элегантный и мягкий темперамент, не создавая впечатления излишней вычурности и располагая к себе. Однако, раскрыв свою истинную личность, он сменил прическу на аккуратные, тщательно подстриженные пряди, которые подчеркивали его врожденную холодную надменность. Эта прическа также сделала его черты лица более выразительными, а каждое его движение – энергичным и величественным. Кто бы осмелился сравнить такого выдающегося человека с покойным? Никто бы не подумал, что добросердечного «доктора Робинсона» можно приравнять к человеку, стоящему на вершине мира. Такова его истинная сущность: благородный, мудрый, находящийся в центре всеобщего внимания и наблюдающий за населением. Если бы она действительно никогда с ним не встречалась, то при первой же встрече, даже если бы имена совпадали и внешность была похожа, она, вероятно, подумала бы, что это просто совпадение, ведь эти два человека совершенно разные. «Мисс Робинсон, мисс Робинсон…» Осторожные звонки Энди вернули Элис Робинсон к реальности. Элис Робинсон холодно взглянула на Энди. Энди опустил голову, как ребенок, допустивший ошибку, и слабо произнес: «Простите, мисс Робинсон…» Элис Робинсон выдохнула и откинулась на спинку стула: «Больше так не говори, мистер Робинсон тоже не захочет иметь ничего общего с моим братом…» "Да." «Можете уходить!» Энди кивнула и молча удалилась. «Подождите минутку…» Энди напряглась, испуганно обернувшись: «Мисс Робинсон, у вас есть какие-либо указания?» Элис Робинсон сказала: «Помогите мне организовать встречи с Коринной из „Альпс“, Кристиной из „Пепперс“ и Трейси из „Лореаль“…» Полдень. Уладив все деловые вопросы, Элис Робинсон, обессилев, откинула голову на спинку стула. Она, словно в оцепенении, смотрела в потолок, и ее мысли бесцельно блуждали. Внезапно ей в голову пришла новость, которую она увидела сегодня утром в газете… Отношения президента "QCS" и звезды сериала "Цветочное королевство" Оливии Келлог подтвердили еще одно доказательство: романтический вечер в парижском отеле. Покачав головой, Элис Робинсон отбросила все мысли, которые крутились у нее в голове. Когда ее сознание снова погрузилось в оцепенение, зазвонил телефон на ее столе. Она нажала на кнопку домашнего телефона, чтобы ответить, и послышался голос Энди: «Мисс Робинсон, на связи генерал Лоуренс». Она слегка выпрямилась и сказала: «Соедините звонок!» "Да." «Алиса». Она взяла телефон и поднесла его к уху: "Хм?" «Ты свободен сегодня вечером? Давай поужинаем вместе». «Генерал Лоуренс, вы в последнее время довольно свободны, снова пригласили меня на ужин?» Клод Лоуренс рассмеялся: «Если вы будете так любезны, я смогу приглашать вас каждый день». «Но сегодня вечером…» — Что, у тебя есть планы? — продолжил он. — В ближайшие несколько дней я уезжаю в Объединенные Арабские Эмираты примерно на месяц, поэтому хотел бы сегодня поужинать с тобой наедине. «Извини, Клод, боюсь, сегодня вечером не получится… Я уже договорился». "С клиентом?" «Э-э… да». Если он сегодня вечером будет говорить о делах, то его можно считать клиентом. «Хорошо, давайте перенесём встречу». "Хм." Закончив разговор с Клодом Лоуренсом, Элис Робинсон взглянула на часы на запястье. Понимая, что время еще есть, Элис Робинсон встала, чтобы приготовить себе чашку кофе, и подошла к окну от пола до потолка. Только этот широкий вид мог успокоить её сердце. Его появление было подобно камню, нарушающему спокойствие ее душевного озера и поднимающему рябь. После года разлуки, когда она снова встретилась с ним, воспоминания неожиданно нахлынули на нее с новой силой. Она боялась, что может непреднамеренно повторить свои прошлые ошибки, но, к счастью, столкнувшись с ним лицом к лицу, она справилась хорошо. На самом деле, она полностью отпустила ситуацию, не испытывая ни малейшей тоски по нему, особенно учитывая его беззаботную и захватывающую жизнь, которая длилась целый год, и это еще раз подтвердило правильность ее прежнего решения. Сейчас, вспоминая об этом, я понимаю, насколько глупой и наивной она была в то время. Любить кого-то так безрассудно. К счастью, в конце концов она освободилась от этого водоворота страданий, позволив всему прошлому навсегда остаться запечатленными воспоминаниями. Шесть тридцать, отель «Пампас». Под тусклым желтым светом хрустальной люстры сидел Честер Робинсон в одиночестве. Он сидел в одном конце длинного прямоугольного стола, в одиночестве попивая красное вино, а официанты и двое его телохранителей находились далеко позади. Постепенно послышались шаги, довольно шумные. Он поставил бокал с вином и, когда она вошла, посмотрел в сторону двери в прихожую, на секунду встретившись с ней взглядом. Она кивнула ему с улыбкой, а затем оглянулась. Когда позади неё появилось несколько молодых женщин, он нахмурился. Увидев его, молодые женщины покраснели, но было очевидно, что они были весьма довольны. Элис Робинсон провела этих элегантно и модно одетых женщин к Честеру Робинсону, предварительно извинившись: «Извините, мистер Робинсон, я опоздала». Честер Робинсон пристально посмотрел на нее, словно с недоумением разглядывая женщин, находившихся с ней. Элис Робинсон тут же пояснила: «Мистер Робинсон не должен возражать, если я приведу своих друзей, верно? Позвольте представить их… Вот Коринна, директор по маркетингу компании «Alps», вот Кристина, дочь председателя совета директоров группы компаний «Peppers», и это Трейси, менеджер по связям с общественностью компании «Loreal»…» Честер Робинсон не проявлял никакой учтивости, не задерживаясь ни на секунду на женщинах, которых приводила Элис Робинсон, вместо этого он постоянно бросал на Элис зловещий взгляд. Завершив представление, Элис Робинсон с улыбкой продолжила: «Как всем известно, мистер Робинсон — не только президент компании «QCS», но и руководитель предприятий в таких областях, как биохимия, технологии, финансы и гостиничный бизнес. Для меня большая честь знать мистера Робинсона и получить его внимание, возможность пообедать с ним… Мои дорогие подруги, услышав о намерении мистера Робинсона вести дела с «Тенчем», считают, что их компании могут помочь мистеру Робинсону, подобно «Тенчу», в расширении его бизнес-империи, поэтому они попросили меня привести их на встречу с мистером Робинсоном… Не сочтет ли мистер Робинсон мои действия неуместными?» «Конечно, я не против, я очень рад завести деловые знакомства в Париже». Честер Робинсон грациозно встал, улыбаясь. Три молодые француженки, несмотря на юный возраст, являются выдающимися личностями в своих областях, и хотя привлекательная внешность Честера Робинсона немного смутила их, они уверенно пожали ему руку. Официант подошел, расставил бокалы и начал разливать вино всем присутствующим. ---------- Главы 1162–609: Дополнительная история: Сиси стучится в дверь (Часть 1) Элис Робинсон сидела вместе с остальными, но расположилась дальше всех от Честера Робинсона, сохраняя при этом слегка элегантную улыбку. Ужин на двоих, который должен был состояться, на самом деле превратился в мини-саммит по бизнесу. Честер Робинсон не игнорировал друзей, которых привела с собой Алиса. Когда они спрашивали о деловых вопросах, он всегда отвечал им с достоинством, словно намереваясь что-то развить в Париже. Элис активно участвовала в деловых разговорах, словно ее знакомство с мистером Робинсоном было всего лишь кратким представлением. Порой она даже задавала Честеру вопросы о бизнесе, как и все остальные. Его привлекательная, нежная улыбка очаровала всех присутствующих женщин. Увидев, что им нравится разговор, Алиса нашла предлог, чтобы сходить в туалет. Встав, она заметила, что Честер по-прежнему оживленно беседует с несколькими привлекательными женщинами. Выйдя из туалета, она сначала хотела подышать свежим воздухом на балконе, но, повернувшись к нему, неожиданно увидела Честера. Его серый костюм был идеально сшит, подчеркивая его стройную фигуру. Он лениво прислонился к низкому шкафчику в коридоре, скрестив руки, и смотрел на нее так, словно ждал ее там. Она немного нервничала, и ее сердце бешено колотилось. Он поднял бровь и холодно посмотрел на нее: «Даже если ты не хочешь ужинать со мной, нет необходимости приводить столько лишних людей». Губы Алисы побледнели; в этот момент ей хотелось искренне улыбнуться, но она не смогла этого сделать. Он подошел к ней, пристально глядя ей в глаза. Наконец она выдавила из себя улыбку: «Мистер Робинсон, вы ведь не расстроены тем, что я привела сегодня вечером друзей, правда?» Честер глубоко вздохнул, словно был совершенно бессилен перед ней. Она говорила решительным тоном: «Я искренне считаю, что если господин Робинсон хочет расширить свой бизнес в Париже, сотрудничество с компаниями, стоящими за этими женщинами, принесет огромную пользу вашим деловым амбициям». Затем Честер рассмеялся. Алиса озадаченно посмотрела на него: «Мистер Робинсон, вы…» В этот момент Честер снова принял свой ледяной вид, обернулся и равнодушно сказал: «Пойдемте обратно, я вас отвезу». Элис не ушла с Честером; она вернулась в ресторан. Ресторан уже опустел, и все друзья, которых она привела, уже ушли. Она позвонила Трейси. Трейси сказала, что они уже обсуждали некоторое сотрудничество с Честером; поскольку у Честера было что-то срочное, ему нужно было уйти первым. Поэтому они последовали его примеру и тоже ушли. Они попытались позвонить ей, но поскольку она была в туалете с плохой связью, она не отвечала на звонки. Только тогда Алиса вздохнула с облегчением, убрала телефон в сумку и направилась к лифту. Алиса никак не ожидала, что Честер будет её ждать. Его машина была припаркована прямо у входа в отель, и водитель уже вышел, чтобы открыть ей дверцу. В тот вечер она не взяла с собой водителя, потому что семейный водитель был знаком с Честером, и она не хотела никаких осложнений в отношениях с ним. Элис подошла и улыбнулась сидящему внутри Честеру: «Мистер Робинсон, спасибо вам за доброту. За мной скоро приедет кто-нибудь, так что вам не нужно беспокоиться». Лицо Честера стало очень неприятным, холодным и мрачным, когда он приказал водителю: «Езжай». Водитель не посмел ослушаться приказов Честера, закрыл дверь, запрыгнул на водительское сиденье и уехал. Наблюдая, как машина скрывается вдали, Алиса почувствовала себя немного растерянной. Гораздо позже, когда она собралась поймать такси, рядом с ней остановился черный «Бентли». Клод Лоуренс вышел из машины. Алиса была ошеломлена: "Клод?" Элис не знала, что машина Честера вскоре после отъезда вернулась на другую улицу и оказалась позади неё. С мрачным взглядом он холодно наблюдал, как Алиса садится в машину Клода, стоявшую впереди. Клод обняла её за плечи, когда она садилась в машину. Пока машина Клода не отъехала далеко, в воздухе повисла зловещая тишина, и вдруг водитель тихо спросил: «Мистер Робинсон, возвращайтесь в отель?» Внутри машины было исключительно тихо. Клод взглянул на Алису, голова которой покоилась на спинке сиденья, и спросил: «Что случилось? Ты очень устала?» Алиса поправила позу и покачала головой: «Кстати, зачем ты пришла?» «Я позвонила Энди, чтобы узнать, где ты, она сказала, что ты в отеле «Пампас»». "Мне жаль…" «Почему вы так говорите?» Элис подняла взгляд, чтобы рассмотреть красивый профиль Клода в тусклом свете внутри машины, и ее голос, слегка хриплый, произнес: «Когда ты мне звонил, я не сказала тебе, что меня пригласил Честер». ---------- Глава 1163–609: Дополнительная история: Алиса приходит ко мне по собственной воле (Часть 1) Клод Лоуренс не произнес ни слова, но черты его лица слегка напряглись. «Я не отказываю тебе, потому что хочу поужинать с ним. Просто…» — Элис Робинсон покачала головой, выглядя изможденной, и прислонила лоб к спинке стула, — «я просто не хочу намеренно поддерживать такую ​​дистанцию, из-за которой мне кажется… что я действительно отпустила ситуацию». Клод Лоуренс протянул руку и коснулся затылка Алисы Робинсон: «Дурак, тебе не нужно мне ничего объяснять». «Я не хочу, чтобы вы меня неправильно поняли». Клод Лоуренс тихонько усмехнулся: «Действительно, если бы я был твоим парнем, я бы точно не позволил тебе пойти к нему». Элис рассмеялась, но все же не забыла объяснить: «На самом деле ничего особенного нет… С того момента, как я решила сдаться, я даже не думала о возвращении, к тому же, у него сейчас все очень хорошо». Клод Лоуренс держал Алису за руку: «Алиса…» Алиса вздрогнула, когда его теплая ладонь обхватила ее слегка холодную руку. «Не могли бы вы дать мне шанс?» — он посмотрел прямо перед собой, его красивое лицо выражало искренность, он глубоко вздохнул. Алиса инстинктивно хотела отдернуть руку, но Клод Лоуренс крепко держал ее. Она была ошеломлена, глядя на него. Казалось, он долго готовился в душе, и хрипло произнес: «Я ничем не уступаю Честеру Робинсону, единственное, что я уступил ему, это то, что он встретил вас первым… Я все еще говорю, что если вы готовы дать мне шанс, я обязательно принесу вам несравненное счастье». В тусклом свете Алиса опустила голову, ее нежное лицо выражало печаль: «Я понимаю твои чувства… Но такой человек, как я, не заслуживает кого-то столь же совершенного и выдающегося, как ты». «В моём сердце совершенный и выдающийся человек — это ты». Клод Лоуренс остановил машину на обочине, пристально глядя на Алису. Элис покачала головой, встречая ласковые темные глаза Клода Лоуренса: «Клод, с того момента, как я тебя встретила, ты всегда был так добр ко мне. Я знаю, что ты искренен со мной… Но с того момента, как я решила впустить тебя обратно в мир Честера, я уже не заслуживала твоей доброты, я причинила тебе боль, и я всегда сожалела об этом и чувствовала себя виноватой». Клод Лоуренс крепко держал Алису за руку, его лицо было необычайно серьезным: «Я не чувствую боли. Наоборот, я чувствую, что дни, проведенные тобой рядом с Честером, были шансом, данным мне судьбой… Только вернувшись к нему, ты смогла по-настоящему понять его чувства к тебе. В те дни, проведенные вместе, ты досконально поняла его чувства, твое разочарование и боль заставили тебя сдаться… Если бы не эти последние дни вместе, даже если бы я без проблем вошел в зал брака с тобой раньше, я думаю, я никогда не смог бы по-настоящему вычеркнуть его из твоего сердца в этой жизни. Тогда, после нашей свадьбы, в наших сердцах определенно образовался бы узел, но сейчас, когда ты полностью отпустила его, и он остался лишь воспоминанием в твоей памяти, это лучшее время для меня войти в твое сердце». Алиса несколько растерянно посмотрела на Клода Лоуренса. Клод Лоуренс пристально посмотрел на Алису, его голос становился все тише и хриплее: «Ты можешь просто попробовать. Я не буду делать ничего, что противоречит твоим желаниям. На этот раз я жду, когда ты по-настоящему меня полюбишь». Алиса безучастно смотрела на Клода Лоуренса, все еще немного ошеломленная. Клод Лоуренс обнял Алису, и его хриплый голос произнёс: «Сегодня вечером я уезжаю в Объединённые Арабские Эмираты… Надеюсь, ты сможешь дать мне ответ до моего отъезда». "Клод…" «Не отвергай меня, Алиса…» «Нет… Дело не в этом…» — дыхание Алисы было прерывистым. — «Я… я согласна, но ты… ты так крепко меня обнимаешь, что я едва могу дышать…» Клод Лоуренс быстро отпустил Алису, с недоверием глядя на нее и вне себя от радости: «Что ты сказала? Ты сказала, что согласна со мной?» Элис наконец отдышалась, жалобно посмотрела на Клода Лоуренса и сказала: «Ты чуть меня не задушил». Клод Лоуренс с волнением крепко обхватил плечи Алисы: «Алиса… слова, которые ты только что сказала, повтори их еще раз…» Элис встретилась взглядом с блестящими темными глазами Клода Лоуренса и слегка улыбнулась: «Я не думаю, что мое счастье в этой жизни может быть даровано только Честером. Я все еще жажду прекрасной любви, я все еще полна прекрасных надежд на будущее… Поэтому я надеюсь, что ты сможешь войти в мое сердце, позволив моей жизни начаться заново». "Алиса…" "Хм…" Поклонись ей, он глубоко поцеловал ее в губы. Тётя П.А. видела, как Клод Лоуренс привёз её обратно. Как только она вошла, подошла тетя ПА и сказала: «Мисс…» Алиса была в довольно хорошем настроении: «Тетя П.А., вы еще не спите?» Тетя П.А. хитро взглянула на улыбку Алисы: «Мисс, ваше настроение сегодня, кажется, очень хорошее…» Алиса элегантно уселась на диван в прихожей, похлопав по месту рядом с собой. Тётя П.А. хихикнула и подошла, сев рядом с Алисой: «Я видела, что тебя вернул генерал Лоуренс. Наверное, именно генерал Лоуренс сегодня тебя осчастливил, верно?» Алиса, взявшись за руки с тетей ПА, спокойно сказала: «Тетя ПА, я сегодня вечером приняла решение». «Вы согласились пойти на свидание с генералом Лоуренсом?» Алиса кивнула. Тётя П.А. взволнованно спросила: «Мисс, вы наконец-то согласились с генералом Лоуренсом?» Элис закатила глаза, глядя на тетю П.А.: «Почему ты так удивлена? Я что, похожа на человека, который с ним не согласится?» «С тех пор, как ты вернулся из Т-Сити, ты так усердно работаешь над своей карьерой, мало говоришь, часто остаешься один, я думал, ты все еще застрял в прошлом…» Алиса покачала головой: «Я мало говорю и люблю побыть одна, потому что каждый день занята делами Тенча, а не из-за грусти». Сказав это, Алиса взяла виноградину с фруктовой тарелки на кофейном столике и положила её в рот. Тётя П.А. сказала: «Тогда почему за этот год, более чем, ты не осмелился дать генералу Лоуренсу шанс, несмотря на его преследование?» Алиса, держа виноградину во рту, пробормотала: «Он мне не признался, как же я могу дать ему шанс?» Тётя П.А. была ошеломлена. Алиса, улыбаясь, выплюнула виноградную косточку и сказала: «Тетя П.А., на самом деле, теперь я наконец-то имею право согласиться с Клодом… Когда я еще была влюблена в того человека, но обманывала себя, выбирая Клода, думая, что он заставит меня забыть его, но на самом деле это лишь косвенно причинило бы Клоду боль. Теперь я наконец-то полностью отпустила прошлое и вычеркнула этого человека из своей жизни. Перед лицом ухаживаний Клода, теперь у меня наконец-то есть право согласиться с ним». Услышав это, тетя П.А. почувствовала волну облегчения, и слезы навернулись ей на глаза: «Мисс, вы знаете, как я рада, услышав это? Вы знаете, как я боялась после вашего возвращения из Т-Сити, что вы будете жить в тени этого человека до конца своей жизни…» «` ---------- Глава 1164–610: Дополнительно: Сиси стучится в дверь 2 Элис Робинсон крепко обняла тетю П.А. и искренне и твердо сказала: «Я никогда больше не буду такой глупой, как прежде… Я должна много работать, чтобы прожить всю свою жизнь счастливо». Тетя П.А. кивнула и с улыбкой вытерла слезы: «Генерал Лоуренс, несомненно, порадует мисс Робинсон». Алиса была удивлена, когда пришла в офис рано утром. На ее столе, к ее удивлению, было множество цветов. Элис уже собиралась позвать секретаря, но увидела, как Энди, с трудом входящая в комнату, несет три больших букета цветов: «Элис… мисс Робинсон…» Алиса отодвинулась, чтобы пропустить Энди, и ошеломлённо сказала: «Эти цветы…» Энди, потрясенная увиденным, поставила цветы на стол Алисы, затем, тяжело дыша, сказала: «Я пришла в компанию рано утром, и на ресепшене сказали, что кто-то прислал цветы для мисс Робинсон… Я проверила на ресепшене и обнаружила, что их очень много!» "Для меня?" — Алиса с удивлением посмотрела на горы цветов, лежащих на столе, и широко раскрыла глаза. «Да, мисс Робинсон, когда я несла цветы, я случайно уронила открытку…» С этими словами Энди передала открытку Алисе, посмеиваясь: «Похоже, все эти цветы от одного человека». Алиса взяла карточку и мельком взглянула на нее. Это было типично для его стиля: на нем было написано только имя "Клод Лоуренс". Алиса слабо улыбнулась. Энди наклонилась к Алисе: «Я и не знала, что генерал Лоуренс может быть таким романтичным… Мисс Робинсон, я вам искренне завидую, генерал Лоуренс, должно быть, выкупил весь цветочный магазин, чтобы вас развеселить!» Лицо Алисы слегка покраснело, она игриво упрекнула: «Ты что, не работаешь?» Энди рассмеялась: «Хорошо… Я сейчас уйду и не буду вас беспокоить, когда вы будете звонить генералу Лоуренсу». Слова Энди позабавили Алису. Энди благоразумно отступил и закрыл за собой дверь. Алиса подошла к своему столу, посмотрела на цветы и невольно наклонилась, чтобы вдохнуть их аромат. Цветы, в основном розы и лилии, источали тонкий и освежающий аромат. Алиса села в кресло, посмотрела на карточку и взяла трубку. Извините, набранный вами номер временно недоступен… Услышав это сообщение, Алиса наконец поняла, что забыла о том, что он улетел в Объединенные Арабские Эмираты прошлой ночью и, должно быть, до сих пор находится в самолете. Затем Элис взяла телефон и отправила Клоду Лоуренсу текстовое сообщение: «Спасибо». Изначально она хотела написать больше, но посчитала, что это может быть слишком сентиментально, поэтому после удаления и редактирования она просто отправила два слова: «Спасибо». Комната наполнилась ароматом цветов, что подняло настроение Алисе, и она попросила Энди принести вазы и аккуратно расставила несколько цветов. День снова начался суетливо. Компания готовилась к выходу на биржу, и объем работы Алисы значительно возрос. Энди вошла в кабинет: «Мисс Робинсон». Алиса читала отчет о нахождении в режиме ожидания, не поднимая глаз: "Хм?" «Компания „QCS“ отправила деньги, которые присвоил Эдвард». "Я знаю." «Мисс Робинсон, мистер Грант снаружи, он сказал, что хочет с вами кое-что обсудить». "О, впустите его!" "Хорошо." После того, как Энди снялась с соревнований, на ее место вышел Эрик Грант. Услышав шаги, Алиса закрыла документ и улыбнулась Эрику Гранту: «Дядя Грант». Эрик Грант тепло поприветствовал: «Мисс Робинсон». Элис улыбнулась и сказала: «Дядя Грант, вам не нужно быть таким формальным со мной… Вы всегда были на винодельне, не хотите ли сегодня что-нибудь со мной обсудить?» Поскольку Элис пообещала предоставить Эрику Гранту и другим место в совете директоров, все трое успокоились и по-настоящему посвятили себя «Тенчу», неустанно занимаясь делами винодельни. Эрик Грант усмехнулся: «Да, мисс Робинсон, я хотел бы кое-что с вами обсудить». «Давай, дядя Грант». Эрик Грант сказал: «Вот так… Скоро состоится Мюнхенский международный пивной фестиваль в Германии. Я слышал, что Германия на этот раз стремится разнообразить пивной фестиваль, приглашая спонсоров не только от пивных, но и от винных брендов… Мюнхенский пивной фестиваль известен во всем мире, и каждый спонсируемый пивной бренд часто получает всемирную известность. Хотя их приглашение винных брендов — это всего лишь попытка разнообразить фестиваль, я считаю, что мюнхенский пивной фестиваль обязательно привлечет ценителей вина со всего мира, многие из которых, несомненно, тоже любят вино. Если мы сможем обеспечить спонсорство нашего вина на пивном фестивале, учитывая вековую историю качества вин нашей винодельни, мы обязательно заслужим похвалу от винных ценителей по всему миру, которые невольно будут рекламировать нас по всему миру… С тех пор как мисс Робинсон основала «Тенч» и переименовала все вина, производимые винодельнями Робинсонов, в «Тенч», Франция и весь мир до сих пор не знакомы с нашим «Тенчем». С предстоящим… Для проведения публичного размещения акций нам срочно нужна реклама, поэтому я хотел бы, чтобы мисс Робинсон представляла компанию «Тенч» и помогла заручиться спонсорской поддержкой на немецком пивном фестивале. Я надеюсь, что вино «Тенч» станет известным благодаря этому фестивалю. ---------- Глава 1165-610: Дополнительная история: Сиси приходит ко мне сама 2_2 Элис Робинсон выпрямилась и радостно сказала: «Дядя Грант, новости, которые вы принесли, просто фантастические… Я все думала, что «Тенч» скоро выйдет на биржу, нам бы следовало помочь ему с масштабной рекламной кампанией, но я ломала голову и не придумала хорошего способа продвижения, и я не ожидала, что вы принесете мне такие хорошие новости». Дядя Грант сказал: «Мисс Робинсон, поскольку вы так высоко нас цените, мы, безусловно, сделаем все возможное, чтобы угодить "Тенчу"». «Спасибо, дядя Грант… Думаю, участие в тендере на проведение Мюнхенского пивного фестиваля вполне осуществимо, я обсужу это с сотрудниками отдела по связям с общественностью». «Хорошо, мисс Робинсон, тогда я приступлю к работе». "Мм." Эрик Грант сделал несколько шагов, а затем внезапно обернулся: «Кстати, мисс Робинсон, цветы в вашем кабинете чудесно пахнут, и раньше ходили слухи, что вы с генералом Лоуренсом давно расстались, но теперь кажется, что ваши отношения всегда были стабильными, и генерал Лоуренс действительно довольно романтичен». Алиса кивнула и улыбнулась. Эрик Грант ушел с улыбкой. Элис, не в силах сдержать своего волнения, быстро нажала на домашний телефон: «Энди, позвони нескольким людям из отдела по связям с общественностью». Три дня спустя – Германия. Выйдя из ворот аэропорта, Элис разговаривала по телефону: «Я знаю… Ты мне уже несколько раз говорила… Хорошо… Пока». Как только Элис закончила разговор, Энди подошла ближе: «Это генерал Лоуренс звонил?» Алиса кивнула: «Он хочет, чтобы я остановилась в «Йорне», он не доверяет другим отелям». Энди усмехнулась: «Мисс Робинсон следует остаться в «Йорне», ведь вы — будущая начальница этого заведения». Алиса слегка покраснела: «Скажите всем, чтобы сначала отправились в отель и отдохнули один день!» "Мм." Энди обернулась, чтобы дать указания нескольким коллегам из «Тенча», которые приехали в Германию вместе с Алисой, но затем заметила, что они стоят у выхода на посадку, по-видимому, споря с кем-то, и что там также присутствует сотрудник службы безопасности аэропорта. Слабо доносились звуки спора. Алиса спросила: «Что происходит?» Энди покачал головой: «Я пойду проверю». Энди подбежала, и Элис, обеспокоенная, последовала за ней. «Вы представляете, насколько ценны ноги нашей Оливии? Ее ноги застрахованы на десять миллионов, а теперь вы повредили ногу Оливии, что вы предлагаете делать? У Оливии еще и съемки в рекламе, как она теперь может показывать эти ноги людям?» Алиса подошла и услышала агрессивные вопросы со стороны собеседника. Раздраженная высокомерным тоном, Алиса недовольно нахмурилась. Элис спросила Энди: «Что случилось?» Энди тихо ответила: «Пеппер и Элиза выкатывали свой багаж за ворота, и поскольку багаж был слишком высоким, они не заметили человека впереди и случайно задели мисс Оливию Келлог, стоявшую впереди, в результате чего колесо чемодана повредило ногу мисс Оливии Келлог, повредив кожу и даже немного вызвав кровотечение». Как только Энди закончила говорить, агент Оливии Келлогг уже искоса взглянул на Элис: «Вы их начальница?» Алиса кивнула. Агент сказал: «Отлично, тогда расскажите, как вы планируете решить эту проблему? Ваши подчиненные повредили ногу Оливии, а у Оливии как раз запланировано несколько рекламных кампаний, связанных с травмой ноги; теперь вы повредили ногу Оливии, из-за чего она не сможет сниматься в этих рекламных роликах. Как вы собираетесь компенсировать ущерб?» Оливия Келлог сидела неподалеку, а ее ассистентка помогала ей обрабатывать рану. Элис взглянула на своих двух подчиненных, Пеппер и Элизу, которые склонили головы, явно признавая, что случайно ранили Оливию Келлогг. Энди быстро добавила: «Мисс Робинсон, Пеппер и остальные и так очень осторожно толкали багаж, а вот Оливия Келлог внезапно остановилась, чтобы ответить на звонок, поэтому они и поцарапали ее…» Оливия Келлогг? Это та самая знаменитость, которая прославилась после слухов о романе с Честером Робинсоном? Элис взглянула на Оливию Келлогг. И действительно, вживую она выглядела даже лучше, чем на фотографиях: нежное лицо под крошечными солнцезащитными очками, безупречная кожа, белое платье – она излучала ауру настоящей богини. «Мисс Робинсон, верно? Как вы планируете разрешить этот вопрос?» Элис, улыбаясь, посмотрела на высокомерного агента: «Я не знаю, насколько ценна нога мисс Келлог, но мои подчиненные сказали, что случайно поцарапали ей ногу. Они уже извинились, и я вижу, что на ноге мисс Келлог лишь небольшая ссадина, ничего серьезного. Если вы настаиваете на привлечении к ответственности, мы можем отвезти мисс Келлог в больницу для осмотра». «Вы говорите об этом легкомысленно, но что, если Оливия потеряет рекламные контракты из-за травмы ноги?» Энди сердито воскликнула: «Как мы можем в этом обвинять? У ворот так много народу, если бы вы шли спокойно, разве мы могли бы вас травмировать?» "Значит, вина лежит на нашей Оливии?" Пока Энди вела словесную перепалку с агентом, Оливия Келлогг, при поддержке своей помощницы, подошла и предстала перед Элис. Агент нервно спросил: «Оливия, ты в порядке?» Оливия покачала головой и посмотрела на Элис: «Прошу прощения, если мой агент был резок из-за беспокойства обо мне. Я не хочу брать на себя ответственность, но, мисс Робинсон, меня больше смутило то, как вы говорили… Вы упомянули, что я получила лишь незначительную травму и могу обратиться в больницу, если потребуется, но понимаете ли вы, что даже такие незначительные травмы могут привести к потере миллионов долларов от рекламных контрактов? Вместо того чтобы извиниться лично, вы позволили подчиненным спорить с моим агентом — разве это можно назвать дружелюбным подходом?» «Да, агент действительно властный…» — Энди невольно добавила: «Мы знаем, мисс Келлог, вы большая звезда, но нашу мисс Робинсон не так-то просто спровоцировать». Оливия Келлогг усмехнулась: «Становится всё более резкой в ​​своих высказываниях, может, мне стоит подумать о том, чтобы взять на себя ответственность и посмотреть, действительно ли я могу спровоцировать мисс Робинсон». «Наша мисс Робинсон — это…» Энди хотел упомянуть личность «Клода Лоуренса», но Алиса перебила его. «Мисс Келлог, если вы не хотите ехать в больницу на осмотр, приносим свои извинения, у нас есть дела, поэтому мы сейчас уходим. Если у вас есть претензии, можете отправить письмо с просьбой о юридической помощи моим двум подчиненным». ---------- Глава 1166 - 611: Дополнительно: Сиси сама явилась к двери 3 Наблюдая, как Элис Робинсон уходит со своими подчиненными, Оливия Келлогг так разозлилась, что ее лицо позеленело. Энди шла рядом с Элис и тихо спросила: «Мисс Робинсон, Оливия действительно подаст в суд на Пеппер и остальных?» Алиса посмотрела вперед и спокойно ответила: «Если она пришлет письмо от адвоката, мы все взорвем. Посмотрим, чья репутация будет испорчена». «Да, мисс Робинсон, вы такая умная». Алиса улыбнулась, а затем внезапно остановилась. Кит Энтони увидел Алису и на мгновение опешился: «Мисс Алиса». Неожиданно она встретила Кейта Энтони в аэропорту. Они не виделись больше года. Элис очнулась и слегка кивнула: «Кит, какое совпадение…» Кит уже собирался что-то сказать, когда вдруг из-за спины Алисы раздался яростный голос: «Помощник Энтони». Кит оглянулся. Агент Оливии подбежал к Киту и спросил: «Ты знаешь этого человека?» Кит уже собирался всё объяснить, когда Оливия, поддерживаемая своей помощницей, подошла к нему и надула губы: «Помощник Энтони, пожалуйста, помогите мне позвонить Честеру… Скажите ему, что меня травили». "Этот…" «Смотри, они повредили мне ногу», — жалобно сказала Оливия. Кит ошеломленно уставился на Алису. Алиса ничего не сказала. Оливия продолжала жаловаться. Кит мог лишь попытаться сначала успокоить Оливию. Элис не выдержала нытья Оливии и спокойно сказала: «Кит, давай встретимся в другой раз. У меня сегодня дела, так что я пойду». «Хорошо, мисс Элис». "Что… Ассистент Энтони, почему ты тоже не заступаешься за меня…" — раздраженно сказала Оливия, увидев, как уходит Алиса. Выйдя из аэропорта и сев в машину, Энди не могла не сказать: «Глядя на Оливию по телевизору, она казалась такой элегантной и грациозной, она мне очень понравилась, но я не ожидала, что она окажется такой некультурной личностью». Алиса откинулась на спинку кресла и ничего не сказала. Пеппер вмешалась: «Она ведь прославилась благодаря слухам о связи с Честером…» «Ах да, кто это только что был? Оливия попросила его позвонить Честеру, неужели этим "Честером" может быть Честер Робинсон?» — вдруг вспомнила спросить Энди. Элиза ответила: «Я его узнаю. Кажется, он помощник Честера, я часто вижу его с Честером по телевизору». «Он, кажется, хорошо знаком с мисс Робинсон, не так ли?» — Энди с любопытством посмотрела на Алису. Элис небрежно сказала: «Не сплетничай, это просто люди из делового мира. Я ничего не знаю о Ките… давай вернемся в отель и отдохнем пораньше, завтра у нас много дел». «Да, мисс Робинсон». Неприятная встреча с Оливией в аэропорту быстро забылась Алисой в суматохе следующих нескольких дней. Однако последние два дня были очень напряженными, но никакой пользы достигнуто не было… Родни, ответственный за планирование пивного фестиваля, похоже, не был заинтересован в участии компании "Tench" в тендере. Они рассматривали "Tench" как всего лишь молодой бренд. После того как она приняла душ, ей позвонил Клод Лоуренс. Она не рассказала Клоду о трудностях на торгах; она боялась, что Клод вмешается и поможет, поэтому сказала ему, что все идет гладко. Она считает, что каждая встреча с трудностями — это своего рода тренировка, и она хочет решать задачи самостоятельно. Она уже придумала, как убедить Родни. Она несколько раз разговаривала с Родни, и хотя каждый раз он отказывался от участия "Тенча" в тендере, он всегда вежливо выслушивал её. По его глазам она видела, что он ею интересуется. Немцы от природы джентльмены, а Родни был очень образованным человеком. Она чувствовала, что может пригласить Родни на личную беседу; возможно, она сможет использовать интерес Родни к ней, чтобы наконец убедить его принять «Тенча». Она признала, что встреча с Родни наедине несколько рискованна — в конце концов, она не была уверена, что Родни действительно джентльмен, — но она не хотела так легко упускать эту возможность продвижения. Она была уверена, что сможет убедить Родни. Закончив разговор с Клодом, Алиса переоделась в длинное облегающее черное шелковое платье и тщательно поправила макияж. Да, она собиралась посетить благотворительный банкет, где, как она узнала, также будет присутствовать Родни. Она планировала привлечь внимание Родни на банкете и попытаться остаться с ним наедине. Алиса, украсившая себя сверкающими серьгами с черными бриллиантами, с удовлетворением посмотрела на свое отражение в зеркале, взяла клатч и покинула отель. Благотворительный банкет, организованный BASA, был весьма грандиозным, собрав множество известных джентльменов и знаменитостей из Германии. Элис, пробираясь сквозь толпу гостей на 30-сантиметровых каблуках, усердно искала Родни. ---------- Глава 1167 - 611: Дополнительная история: Сиси стучится в дверь 3_2 Она была вполне уверена в своей внешности, особенно после того, как сегодня вечером тщательно подготовилась к выходу, но поняла, что сегодня ей не удалось привлечь внимание ни одного джентльмена. Как раз в тот момент, когда она задумалась, не теряет ли она с возрастом свое обаяние, она внезапно обнаружила, что все мужчины в комнате сосредоточены на одном человеке. Этим человеком была Оливия Келлогг. Оказалось, что приглашенной гостьей на благотворительный аукцион ювелирных изделий сегодня вечером была Оливия Келлогг. В центре банкета она демонстрировала на подиуме украшения стоимостью в миллионы долларов. Оливия Келлогг действительно была очень красива, особенно ее глаза, ясные и выразительные, покоряющие сердце. Элис Робинсон отвела взгляд от Оливии Келлог и начала искать Родни под взлетной полосой. Внезапно... Элис Робинсон слегка задрожала. Под переливающимися огнями на банкете Честер Робинсон в черном костюме сидел в центральной части площадки под взлетной полосой, его красивое лицо выражало улыбку, когда он наблюдал за Оливией Келлог на сцене. Сердце Элис Робинсон замерло. Благодаря присутствию Кейта Энтони она знала, что Честер Робинсон может быть в Германии, но никак не ожидала встретить его на этом банкете. Естественно, она не хотела с ним встречаться, поэтому, не найдя Родни на трибунах, решила поискать его в другом месте. Наконец, в углу банкетного зала она увидела Родни, разговаривающего с двумя немецкими красавицами. Элис Робинсон наконец вздохнула с облегчением. Она взяла бокал шампанского у официанта и, грациозно улыбаясь, направилась к Родни. «Мистер Родни, какое совпадение — встретить вас здесь». Элис Робинсон, держа в руках бокал шампанского, вмешалась в разговор Родни с двумя красавицами, мгновенно привлекая его внимание. Взгляд Родни не мог оторваться от фигуры Элис Робинсон в сексуальном, облегающем черном шелковом платье. Родни обменялся несколькими словами по-немецки с двумя немецкими красавицами, после чего они тут же ушли. Родни галантно подошел к Элис Робинсон и сказал по-английски: «Вот это совпадение… Я не ожидал, что мисс Робинсон тоже заинтересуется посещением такого благотворительного банкета». После более чем года работы в деловом мире Элис Робинсон перестала чувствовать себя неловко в обществе. Она улыбнулась Родни: «Мистер Родни, это на самом деле не такое уж и совпадение. На самом деле, я сегодня здесь специально для того, чтобы найти вас… Я хочу сделать последнюю попытку для «Тенча»». Родни посмотрел на Элис Робинсон с блеском в глазах: «Мисс Робинсон, я действительно не люблю обсуждать дела после работы, но вы знаете, что вы мне интересны. Я готов потратить некоторое время, чтобы вы меня убедили». Элис Робинсон подмигнула Родни: «Почему бы нам не найти тихое место, чтобы поговорить?» "Конечно." В углу банкетного зала Элис Робинсон вместе с Родни выпила третий бокал красного вина. Честно говоря, она не отличалась хорошей способностью выпивать, и после трех больших бокалов красного вина у нее уже немного кружилась голова. Опасаясь, что Родни действительно напоит её, и случится что-то плохое, Элис Робинсон притворилась трезвой и сказала: «Мистер Родни, видите ли, я выпила с вами три бокала вина, и мы ещё не говорили о главной теме. Теперь... можете дать мне десять минут, чтобы рассказать вам побольше о «Тенче»?» Родни лениво прислонился к дивану, улыбаясь и глядя на Элис Робинсон: «Мисс Робинсон, вы уже много раз рассказывали мне о происхождении и истории «Тенча». Я также считаю, что у «Тенча» есть потенциал занять место на мировом винном рынке. Ранее я отказал вам, мисс Робинсон, потому что…» В этот момент Родни встал, прижался к Элис Робинсон и мягко поднял ее подбородок: «Просто я не совсем понимаю, как вы можете быть такими обходительными, мисс Робинсон». Легкомысленные слова Родни и непристойный подтекст немного напугали Элис Робинсон. Хотя она морально подготовилась к встрече с таким человеком, в реальности она не смогла сохранить самообладание. Ей очень хотелось дать Родни пощёчину по его извращённому лицу, но... ради "Тенча" она не смогла поддаться своему импульсу. Элис Робинсон улыбнулась, осторожно убрала руку Родни и игриво сказала: «Если мистер Родни действительно считает, что «Тенч» хорош, почему бы не дать нам шанс поучаствовать в аукционе?» Родни сказал: «Если бы мисс Робинсон могла прямо сейчас предъявить готовый контракт, я бы дал Тенчу шанс». "Действительно?" "Конечно." Элис Робинсон с радостью достала из сумочки свернутый в рулон контракт и протянула его Родни: «Ты не можешь нарушить свое слово!» Увидев контракт, Родни сначала был поражен, а затем тут же подписал его. Убрав контракт обратно в сумочку и выполнив свою задачу на сегодня, Элис Робинсон решила уйти... Она не стала бы так глупо говорить Родни напрямую, что хочет уйти. Вместо этого она еще раз подняла за него тост, затем встала и сказала: «Извините, мне нужно в туалет, чтобы освежиться». Родни, потягивая вино, кивнул, не вызывая ни малейшего подозрения. Затем Элис Робинсон направилась в ванную. Элис Робинсон искренне хотела как можно скорее покинуть банкет, но она не ожидала, что Родни последует за ней. Элис Робинсон заметила Родни в зеркале в конце коридора. Она вздрогнула и быстро обернулась: «Мистер Ро... Родни». Родни с загадочной улыбкой сказал: «Мисс Робинсон, вы сказали, что собираетесь освежиться в ванной, но, похоже, вы идете из банкетного зала... Может быть, достигнув своей цели, мисс Робинсон, вы намерены уйти?» Элис Робинсон быстро покачала головой: «Нет… дело не в этом, мистер Родни, я просто хотела освежиться… Я… я не могла найти ванную». Родни внезапно обнял Элис Робинсон: «Ванная комната находится слева от вас, мисс Робинсон, вы разве не видели?» Элис Робинсон вырвалась из объятий Родни, с трудом сохраняя спокойствие, и тихо рассмеялась: «А, вон там... Я сейчас же туда пойду». Родни не стал её останавливать, наблюдая, как Элис Робинсон направилась в ванную. Изначально Элис Робинсон планировала спрятаться в ванной, а затем позвонить Энди, которая ждала внизу, чтобы та пришла ей на помощь. Неожиданно, еще до того, как она дошла до двери ванной, ее внезапно охватило головокружение. Что происходило... Элис Робинсон покачала головой, но тут же почувствовала еще большее головокружение и странное жжение, нарастающее по всему телу. Прислонившись к дверному косяку ванной комнаты, Элис Робинсон едва не упала в обморок. Родни, похоже, предвидел эту ситуацию и, поддержав Элис Робинсон, сказал: «Мисс Робинсон, вы, кажется, пьяны... Почему бы мне не отвезти вас домой?» ---------- Глава 1168–612: Дополнительная история: Наконец-то ты чувствуешь себя менее чужим. В этот момент Элис Робинсон поняла, что с вином, которое Родни взял для нее у официанта, что-то не так… Всё её тело было слишком слабым, чтобы стоять. Родни попытался удержать Алису: «Мисс Робинсон, позвольте мне отвезти вас домой!» «Нет…» Элис изо всех сил оттолкнула Родни и бросилась вперёд. Родни поспешно бросился за ней вслед. Элис снова попалась Родни. "Нет… отпусти меня… отпусти…" Родни крепко обнял Алису, приблизив лицо к ее уху и вдыхая аромат ее волос, и похотливо прошептал: «Мисс Робинсон… Я даю вам шанс, проведите со мной одну ночь. Это кажется справедливым… Не волнуйтесь, мои навыки сделают эту ночь незабываемой для вас». "Сволочь…" Элис, собрав последние силы, яростно оттолкнула Родни. Зрение у нее уже затуманилось, и она могла лишь отчаянно бежать вперед… Внезапно она оказалась в широких объятиях. Она услышала шаги Родни позади себя… Словно схватившись за последнюю соломинку, она подняла взгляд на человека перед собой. Ее затуманенное зрение смутно различало красивое лицо. Она обняла его, пытаясь что-то сказать, но уже упала в объятия Честера Робинсона. В машине Элис прислонилась к Честеру, неловко ёрзая: «Жарко, мне так жарко…» Честер крепко обнял Алису, успокаивая ее: «Подожди, мы скоро будем в отеле». "Кто ты?" — растерянно посмотрела Алиса на Честера. Честер ничего не ответил, лишь посмотрел на Алису; его суровое лицо и слегка приподнятый лоб выдавали его нынешнее недовольство. Алиса, потерявшая контроль над собой из-за наркотиков, похоже, тоже теряла сознание. Она по-детски наклонила голову, глядя на Честера: «Ты…» Она нежно положила руку на красивую щеку Честера и вдруг хихикнула: "Брат…" Честер тихо спросил: «Вам очень неудобно?» Алиса кивнула. Честер накрыл руку Алисы своей большой ладонью: «Всё в порядке, с тобой всё будет хорошо». «Но мне так жарко…» Алиса, несколько раздраженно, потянула себя за одежду, но на ней было черное шелковое платье-комбинезон, которое было трудно снять. Однако ткань на груди уже была спущена, обнажая невидимое нижнее белье. Честер нахмурился, поспешно снял куртку и обернул ею ее, полностью укрыв. Алиса пожаловалась: «Что ты делаешь?.. Мне так жарко… Я не хочу надевать столько одежды…» Кит Энтони продолжал ехать, тактично игнорируя все происходящее. Честер терпеливо уговаривал: «Потерпи немного, мы скоро будем в отеле…» «Я не хочу!» — слабо толкнула Честера Элис. Честер опустил лицо: «Ты даже брата больше не слушаешь?» Алиса надула губы, но послушно ответила: «Я не не слушалась брата… Мне просто очень жарко…» Алиса неловко поерзала, лоб был весь мокрый от пота. Честер вытер пот со лба Алисы и нежно поцеловал ее в волосы, тихо сказав: «Будь хорошей девочкой, я рядом, ничего страшного не случится». Алиса смотрела на Честера как в тумане, ошеломленная, словно верящая, но в то же время скептически настроенная, однако она послушно оставалась в его объятиях, не двигаясь. «Босс, мы приехали в отель». Кейт Энтони быстро выскочил из машины и открыл дверь. Честер вынес Алису в горизонтальном положении. Кит Энтони немедленно отправился в отель, чтобы их не заметило слишком много людей. Алиса свернулась калачиком на руках у Честера, выглядя одновременно в сознании и в оцепенении. Когда они добрались до президентского люкса на верхнем этаже отеля, где остановился Честер, Алиса вдруг заметила отражение воды: «Там вода…» Это был бассейн на крыше отеля, доступный исключительно гостям президентского люкса. «Это бассейн». Честер отнёс Алису к краю. Элис обняла Честера за шею и повернулась, чтобы взглянуть на него. Боковые стенки и дно бассейна были освещены прохладным серебристым светом, отчего весь бассейн мерцал и выглядел освежающе привлекательно. Жар, разливавшийся по телу Алисы, заставлял ее отчаянно желать прохлады… Увидев эту «большую ванну», полную холодной воды, Алиса с тоской спросила: «Можно мне спуститься и немного понежиться в ней?» Честер покачал головой и строго сказал: «Ты простудишься». «Всё в порядке…» — тихо взмолилась Алиса, неосознанно потираясь о него, — «Я очень хочу искупаться… пожалуйста?» «Нет, вода здесь слишком холодная». Честер поднял Алису на руки, повернулся и направился к комнате. "Скупой, ты даже не даешь мне поиграть с твоей большой ванной… такая зануда…" — протестующе надула губы Алиса. ---------- Глава 1169 - 612: Дополнительная история: Наконец-то ты стал не таким уж незнакомым_2 Это её истинная сущность. Наркотики могли бы спровоцировать глубоко укоренившиеся черты характера, и если она была милой и очаровательной женщиной, то отстраненность в течение последнего года была всего лишь маской, призванной держать окружающих на расстоянии. Наркотики сорвали с нее маску и обнажили ее истинную личность, благодаря чему она перестала относиться к нему как к чужому человеку. "Брат… я хочу поиграть с водой…" — она настойчиво ерзала, как ребенок. Он уговорил ее: «Хорошо, мы поиграем в комнате». Честер Робинсон внес Алису Робинсон в комнату и поставил ее у кровати. Он сказал ей: «Веди себя хорошо и отдохни здесь немного, я вызову службу обслуживания номеров, чтобы тебе принесли отрезвляющий чай». Хотя сейчас ему нравилась её страстная манера поведения, он предпочитал наслаждаться этой страстью, когда она была в здравом уме, а не когда она на следующий день держала на него обиду. Хотя этот отрезвляющий чай, возможно, и не сможет нейтрализовать действие наркотика на ее организм, он, по крайней мере, поможет ей немного прояснить мысли. Честер нежно погладил Алису по волосам, а затем повернулся к дивану, чтобы позвонить. Элис безучастно смотрела на уходящий Честера. Она не осознавала происходящего, даже обращение к нему «брат» было инстинктивным, и все же в тот момент она обнаружила, что восхищается его привлекательной спиной. Он обладал безупречным, привлекательным телосложением: высокий, стройный и сильный, с широкими плечами, образующими перевернутый треугольник, элегантно сужающимися к мощным длинным ногам. При каждом его движении даже воздух вокруг него словно шевелился, излучая врожденное властное присутствие, наполненное скрытой силой. Она наблюдала за его звонком, безучастно прислонившись к изголовью кровати и необъяснимо фантазируя о его обнаженном теле… Сверху вниз… Ее лицо постепенно покраснело. Он подошел к ней, сел у кровати и заметил ее покрасневшие щеки. Он нежно погладил ее разгоряченное лицо и тихо спросил: «Сначала ванна?» Когда он коснулся её, она необъяснимо почувствовала, как внутри неё зарождается сильное желание, желание, чтобы его руки коснулись и других частей её тела… То ли это было простое напоминание о прошедшем времени, то ли что-то ещё, но она внезапно оттолкнула его: «Плохой парень». Честер нахмурился. Алиса вскочила с кровати, ее затуманенные глаза искали ванную комнату, она отчаянно пыталась успокоить жар в теле. Честер шагнул вперед, чтобы помочь: «Я тебя понесу». Алиса, заметив ванную комнату, настояла на том, чтобы оттолкнуть Честера, и, опираясь на стену, пошатываясь направилась к ней. Честер уже последовал за ней в ванную, помог ей опереться на раковину и серьезно обратился к ней: «Оставайся здесь и веди себя хорошо, я наполню ванну, ладно?» Алиса сердито посмотрела на пустую ванну, что-то невнятно бормоча. Честер помог Алисе удержаться на раковине, а затем открыл кран в ванной. Элис смотрела вслед Честеру, чувствуя, что он ей все больше знаком… В ее сознании мелькали образы тесной близости с ним… Она энергично покачала головой, но эротические сцены по-прежнему не покидали её. В её глазах он теперь был совершенно обнажён… В этот момент Алиса внезапно бросилась за Честера, крепко обняла его и сказала: «Пожалуйста…» Честер обернулся, чтобы осмотреть ее увядшее тело: «Что случилось?» «Мне нужно, чтобы ты кое-что для меня сделал… пожалуйста…» Увидев, как ее глаза заблестели от кокетства, он уже давно отреагировал, но его сильная воля и самообладание требовали, чтобы он сопротивлялся этому желанию. Он обнял её за плечи и спокойно сказал: «Возьми себя в руки, после ванны тебе станет лучше…» Элис бросилась в объятия Честера, обняла его и, встав на цыпочки, поцеловала. Он пытался отдалиться от неё, но она не отпускала его. Если он согласится на это сейчас? Проснувшись, она может возненавидеть себя! Ему оставалось лишь осторожно разнять её, уговаривая: «Подожди, пока принесут в номер успокаивающий чай, хорошо?» Но Честер недооценил действие препарата, Алисе было так плохо, что это было хуже смерти. "Нет…" Она снова встала на цыпочки и поцеловала его. Он был обычным человеком, и особенно рядом с ней в его животе уже разливался жар. Не увидев никакой реакции с его стороны, она жалобно посмотрела на него и с болью прошептала: «Пожалуйста, пожалуйста…» Глядя на нее, его темные глаза было трудно прочитать, но в конце концов он наклонился и страстно поцеловал ее. Она обняла его за шею, словно встречая долгожданную весну в засуху, встала на цыпочки и с готовностью сотрудничала с ним. Когда его желание достигло неуправляемого пика, он, используя последние остатки здравого смысла, отстранился от неё. «Элис, ты пожалеешь об этом…» Она покачала головой, продолжая неуклюже расстегивать пуговицы на его рубашке, и пробормотала: «Не буду, не буду…» Его рассудок рухнул, когда ее мягкие кончики пальцев коснулись его груди, расстегивая пуговицы, вызвав взрыв подавленных чувств. Он резко обхватил ее за талию, притянув к себе: «Хорошо… скажи это мне еще раз». "Что?" Она смотрела на него как в тумане. «Умоляй меня». Она сдержанно всматривалась в его напряженное лицо, но затем взгляд его немного расплывался, постепенно проясняясь. Нет… Она не могла с ним… Он был злодеем… она ненавидела его всей душой. И в этом оцепенении она поняла, что её накачали наркотиками. Но, глядя ему в лицо, она всё ещё испытывала неконтролируемые, неуправляемые волнения, а её разум был полон желания… Страсть обжигала все ее тело, она не могла сопротивляться. Она изо всех сил прикусила губу, пытаясь оттолкнуть его, но в конце концов продолжила расстегивать пуговицы на его рубашке, невольно шепча: «Брат, пожалуйста…» Его взгляд стал более глубоким: "Вы знаете, кто я?" "Брат…" "Нет." «Честер». Она красиво произнесла его имя. Наконец он одарил ее довольной улыбкой, наклонился, чтобы поцеловать ее в губы, и поднял на руки. Ее ноги естественным образом обвились вокруг его талии, руки обняли его шею, и они погрузились в глубокий поцелуй… Так устала, так устала… Ощущение в теле такое, будто его переехала машина… Алиса с трудом перевернулась, почувствовав резкий свет, и медленно открыла затуманенные глаза… Внезапно она села. Когда она поднялась, скользящая простыня и обнаженное тело заставили ее воскликнуть, и она поспешно завернулась в простыню. ---------- Глава 1170-613: Дополнительная история: Она пришла с ним рассчитаться 1 Как так получилось? Как могло так случиться? Элис Робинсон продолжала задавать себе этот вопрос, вспоминая последние оставшиеся в ее памяти воспоминания. Родни преследовал её, и в ошеломлённом и спотыкающемся состоянии она врезалась в чьи-то объятия. Она подняла взгляд и увидела этого человека… Когда в ее воображении мелькнуло красивое лицо Честера Робинсона, глаза Алисы расширились. В этот момент из ванной комнаты донесся звук плескающейся воды… Алиса посмотрела в сторону ванной комнаты, недоверчиво покачав головой. Осторожно и медленно она завернулась в простыню и встала с кровати, направляясь ближе к ванной комнате. Дверь в ванную была открыта, и она его увидела. Он принимал душ. Увидев его спину, она сразу поняла, что это он. Она резко вдохнула и повернулась, чтобы убежать. Он услышал движение позади себя, обернулся, увидел её и крикнул: «Алиса…» Она в панике бросилась к двери комнаты. Он быстро схватил халат и побежал за ней. К счастью, комната была достаточно большой, поэтому она не успела далеко убежать, прежде чем он ее поймал. "Куда ты идешь?" Элис резко оттолкнула Честера: «Зачем я здесь?» Честер слабо улыбнулся: «Ты забыл, что произошло прошлой ночью?» "Вчера вечером?" Алиса с трудом помнила, что произошло прошлой ночью, но обрывочные образы в ее сознании постепенно заставляли ее щеки краснеть… Честер спросил: «Ты всё ещё плохо себя чувствуешь?» Алиса обняла себя: «Что ты со мной сделала прошлой ночью?» Увидев её испуганное бледное лицо, он слегка улыбнулся: «А ты что думаешь?» "Ты…" Под ее свирепым взглядом он невинно произнес: «Я несколько раз убеждался, что ты действительно меня хотела, поэтому и действовал». Его слова пробудили в ней воспоминание; она жалобно умоляла его, ведь именно она произнесла эти слова. Нет… Как такое могло случиться?.. В этот момент ей очень хотелось найти какую-нибудь нору, куда можно было бы заползти. «Ты умоляла меня», — небрежно и неторопливо произнес он. Ее лицо побагровело от стыда, но глаза вспыхнули от обиды. Она бросилась вперед, яростно ударив его кулаком в грудь: «Ублюдок… Честер… ты не человек… как ты мог так поступить со мной… ты… ты… ты великий злодей…» Увидев, как из ее глаз непрерывно текут слезы, он схватил ее за руку, притянул к себе и заставил посмотреть на него. Его выражение лица стало мрачным: «Ты наконец-то стала называть меня „мистер Робинсон“ немного менее формально, не так ли?» Его слова смутили и разозлили её, и она подняла ногу, чтобы пнуть его в нижнюю часть тела. Он не смог увернуться, согнувшись от боли: «Черт возьми…» Видя его страдания, она не испытывала ни малейшего чувства вины, ее грудь сотрясала ярость. Его голос, хриплый от подавленной боли, произнес: «Черт возьми, я тебя не отпущу!!» Он несколько раз вскрикнул, и только тогда Алиса немного запаниковала, увидев, как у него на лбу выступила испарина от боли. Больше не в силах сохранять спокойствие, опасаясь его мести, она повернулась, подняла с пола платье и надела его. Но когда она закончила одеваться и открыла дверь, чтобы уйти, ее внезапно схватила сильная рука. Она испуганно расширила глаза, прижатая им к двери. Его глаза покраснели от боли, и он холодно посмотрел на неё: «Причинила кому-то боль и хочешь сбежать?» Она действительно боялась его, постоянно прижимаясь всем телом к ​​двери. Он стиснул зубы и сказал: «Если бы я действительно тебе что-нибудь сделал, ты бы сейчас смог встать с постели?» Ее ясные глаза расширились, лицо слегка покраснело: "Что… что ты имеешь в виду?" Он посмотрел на неё суровым взглядом, его взгляд был непостижим: «Вчера вечером ты постоянно устраивала скандалы, у меня не было другого выбора, кроме как обманом затащить тебя в постель. Позже официант принёс отрезвляющий чай, я дал его тебе, потом дал тебе снотворное, и после этого ты уснула… Официант снял с тебя одежду, потому что я боялся, что тебе будет неудобно спать… После всех этих лет вместе, разве мы никогда не делали ничего такого, чего ты не могла бы почувствовать?» "Я… я…" Его слова заставили её покраснеть и растеряться. "Ты… ты…" — пробормотала она бессвязно. Он отпустил её теперь уже покрасневшее лицо, его взгляд всё ещё был острым, когда он смотрел на неё: «Зная, что Родни — известный извращенец, ты, будучи слишком самоуверенной, никого с собой не взяла. Неужели ты думаешь, что сможешь справиться без проблем? Если бы Родни действительно изнасиловал тебя прошлой ночью, боюсь, ты бы сейчас плакала, и слёз было бы мало». Алиса долго молча смотрела на его мрачное лицо, затем опустила голову и, прикусив губу, сказала: «Почему ты не сказал мне раньше?..» Лицо Честера помрачнело: «Ты просто хотел убежать, как только меня увидел; как я мог тебе об этом сказать?» ---------- Глава 1171–613: Дополнительная история: Она пришла, чтобы свести с ним счеты (Часть 1) "Я…" «Я спас тебя. Забудь о том, что ты не благодарен — на самом деле ты „мстишь“ мне… ты действительно сильно пнул меня». Элис Робинсон опустила голову, как ребенок, совершивший проступок. Увидев, что она, похоже, признает свою вину, он немного смягчил тон. «Клод Лоуренс звонил вам вчера много раз. Он выглядел очень взволнованным, когда не мог до вас дозвониться. Если вы не хотите, чтобы он волновался, перезвоните ему как можно скорее». "Мм… Клод… Я в порядке… Вчера вечером я была на благотворительном гала-вечере и вернулась очень поздно. Как только я пришла домой, я рухнула и уснула, я не слышала твоих звонков. Извини… да… я свяжусь с тобой." То, как Алиса тихонько что-то пробормотала в телефон Клоду Лоуренсу, полностью попало в поле зрения Честера Робинсона. Она стояла перед окном от пола до потолка, очень хорошо скрывая от Клода Лоуренса свое истинное настроение. Честер спокойно наблюдал за ней, его взгляд был затуманен чем-то неописуемым. Когда звонок закончился, Алиса обернулась и оказалась лицом к лицу с Честером. Честер посмотрел на нее, его взгляд был мягким. Алиса на мгновение заколебалась, а затем всё же подошла к нему. "Спасибо". Честер намеренно сделал вид, что не слышал. «Что ты сказал?» Алиса подняла голову, посмотрела на красивое лицо Честера и серьезно сказала: «Спасибо, что спас меня прошлой ночью». Честер пристально посмотрел на неё и ровным тоном сказал: «Я твой брат. Тебе не нужно говорить мне такие вежливые вещи». Она не понимала почему, но боялась встретиться с его глубоким взглядом. Она отвернулась, повернувшись спиной к Честеру. «Пожалуйста, не говорите так, мистер Робинсон. Мы не знакомы. Вы спасли меня, и я должна быть вам благодарна». Вскоре она снова пришла в себя и сохранила дистанцию ​​между ними. Честер нахмурился; он схватил ее за запястье и развернул обратно, его темные, как чернила, зрачки смотрели ей прямо в глаза. «Ты собираешься оставаться от меня на таком расстоянии всю оставшуюся жизнь?» Элис попыталась вырваться, но Честер крепко держал её. Не имея другого выбора, Элис перестала сопротивляться и посмотрела на него. «Мы ведь всего лишь два незнакомца в этом мире». В глазах Честера мелькнул гнев. "Зачем ты себя так обманываешь?" Лицо Алисы было совершенно спокойным. «Я не обманываю себя. Мой брат уже „мертв“. Мистер Робинсон, вы просто похожи на него, но в конечном счете, вы не мой брат». Не в силах сдержаться, Честер резко потянул Алису к себе. «Если у тебя хватит смелости, посмотри мне в глаза и скажи, что я тебе не брат». Элис не сопротивлялась. Она посмотрела на Честера, ее взгляд был совершенно неподвижен, и она сказала: «Мистер Робинсон, вы не мой брат. Просто вы на него похожи». Она произнесла это очень спокойно, без малейшего намека на внутреннюю борьбу, а это означало, что, столкнувшись с ним, ей действительно удалось остаться совершенно равнодушной. Взгляд Честера слегка дрогнул, потому что он никогда не представлял, что Алиса может говорить с такой холодной, тихой отстраненностью. Элис воспользовалась той долей секунды, когда Честер был ошеломлен, чтобы вырваться из его рук и быстро увеличить расстояние между ними. Когда Честер пришёл в себя, он устремил взгляд на отстранённое, холодное лицо Алисы. «Даже если у нас были какие-то неприятности в прошлом, мы всё ещё можем быть друзьями… почему ты так отталкиваешь меня?» «Прошу прощения, мистер Робинсон. В бизнесе мы можем быть партнерами, но я не умею общаться, поэтому и заводить друзей не люблю». Честер холодно посмотрел на нее, словно хотел разглядеть ее насквозь, и его тонкие губы изогнулись в легкой улыбке, когда он сказал: «Ты так упорно держишься от меня на расстоянии, потому что в глубине души ты все еще заботишься обо мне, не так ли?» «Мистер Робинсон, я не понимаю, почему вы так подумали, но мы встречались всего два раза. Как у меня могут быть такие чувства, о которых вы говорите?» Жесткие линии на лице Честера напряглись, в глазах застыла злость, сменившись глубокой тяжестью. «Хорошо. Раз уж ты настаиваешь на четкой границе со мной, я не буду тебя принуждать… Я просто хочу сказать напоследок: в моем сердце ты по-прежнему самый дорогой мне человек. Я вижу в тебе самого близкого человека в моей жизни. Поэтому я надеюсь, что когда у тебя возникнут проблемы, которые ты не сможешь решить, ты обратишься ко мне». Кто тот человек, который ему дороже всего? Она не понимала почему, но когда он это говорил, ее сердце холодно посмеивалось, но при этом ничуть не тронулось. Элис ответила Честеру с легкой улыбкой: «Мы с мистером Робинсоном не очень хорошо знакомы. Что касается вашей доброты, боюсь, мне не посчастливилось ее принять…» В очередной раз, своим безразличным тоном, она всё дальше и дальше отдаляла их от отношений. Честер холодно рассмеялся и подошёл к окну от пола до потолка. «Как хочешь… но то, что я тебе сказал, всегда останется в силе». Алиса осталась неподвижной и повернулась к двери. Однако, как только Алиса открыла дверь, чтобы уйти, Честер заговорил: «С этого момента не рискуй подобным образом ради интересов компании. Ты очень умна, но твоей способности справиться с этим мрачным, жестоким обществом всё ещё недостаточно. Не думай, что сможешь справиться с любым кризисом только потому, что считаешь себя способной. В первую очередь тебе следует защитить себя». Выслушав его, Алиса на секунду замерла, но в конце концов все же решила уйти. После ухода Алисы Честер долго стоял у окна, в его глазах читались очень глубокие эмоции. Выйдя из отеля, Алиса поймала такси и села в него. Она прижала руку ко лбу и откинулась на спинку сиденья, ее взгляд был немного рассеянным. Она думала о последних словах, которые он ей сказал… Они не общались больше года. Она и представить себе не могла, что он всё ещё неравнодушен к ней. Жаль, что раньше она, возможно, не обращала бы внимания на подобные проявления заботы. Теперь же она не чувствовала абсолютно ничего. Он все еще жалел ее? Но правда в том, что у нее все было хорошо… без него ей действительно было хорошо. Ей не нужна была его жалость. В этот момент зазвонил ее телефон. Алиса нажала на кнопку ответа. Тревожный голос Энди раздался: «Мисс Робинсон… слава богу, вы наконец ответили. Я звонила вам всю ночь, искала вас всю ночь, я ужасно волновалась…» «Прости, Энди, что заставила тебя волноваться. Вчера вечером произошёл небольшой инцидент… Со мной всё в порядке». «Вчера вечером мы вас совсем не нашли. Я чуть было не позвонил в полицию. К счастью, незадолго до рассвета мне позвонила секретарь мистера Робинсона и сказала, что вы с мистером Робинсоном. Только тогда я успокоился». "Мм… со мной все в порядке." «Мисс Робинсон, как вы оказались с мистером Робинсоном прошлой ночью?» ---------- Глава 1172–614: Дополнительная история: Она пришла свести счёты 2 «Давайте пока не будем об этом говорить… Ах да, я сегодня не пошла на собрание по подаче заявок. А вы?» Ее мысли были переполнены событиями прошлой ночи, и только сейчас она вспомнила кое-что очень важное. Энди сказала: «Мы находимся прямо у места проведения торгов, но сотрудники не пустили нас внутрь. Они сказали, что мы не имеем права участвовать в торгах». «Торги еще продолжаются?» «Да, но этому скоро придёт конец». Элис Робинсон сказала: «Подождите меня, я сейчас подойду. У меня в руках рекомендательное письмо, подписанное Родни». «Хорошо, мисс Робинсон, пожалуйста, поторопитесь. Боюсь, торги вот-вот закончатся». "Мм." Элис Робинсон поспешила к месту проведения торгов так быстро, как только могла. Хорошо одетый извращенец Родни стоял на сцене и объявлял компании-участницы тендера; его профессиональное, сосредоточенное поведение совершенно отличалось от того, каким он был прошлой ночью. Сдерживая ярость, Элис Робинсон про себя прокляла Родни и передала контракт Энди. «Отдай это персоналу». Энди была вне себя от радости. «Мисс Робинсон, вы потрясающая, вы действительно получили рекомендательное письмо от Родни. Я сейчас же пойду». Элис Робинсон чувствовала себя неловко и смущенно. Энди бросилась в коридор. Торги еще не закончились, поэтому у Тенча все еще был шанс. Но, войдя в зал с большим энтузиазмом, Энди вышла оттуда подавленной. Элис Робинсон растерянно спросила Энди: «Что случилось? Почему ты не передала контракт сотрудникам?» Энди с унынием сказала: «Они заявили, что мы подделали контракт, потому что Родни сказал им, что все места для торгов уже заняты». «Но это рекомендательное письмо, лично подписанное Родни…» Энди возмущенно ответила: «Они обратились к мистеру Родни, чтобы проверить это. Мистер Родни сказал, что никогда не подписывал это рекомендательное письмо». Элис Робинсон возмущенно заявила: «Это контракт, имеющий юридическую силу. Он не может просто так от него отказаться, когда ему вздумается». Энди пробормотала: «Но Родни сказал, что видел вас вчера вечером, мисс Робинсон, только вчера он просто много выпил с вами и не подписывал никакого подобного контракта. Даже если бы он его и подписал, то сделал бы это, будучи пьяным и без сознания, поэтому такой контракт не имеет юридической силы. Кроме того, Родни настаивает на том, что такая небольшая компания, как Tench, которая еще даже не зарегистрирована на бирже, не имеет права быть винным спонсором Пивного фестиваля». Лицо Элис Робинсон помрачнело от ярости; она никогда не могла представить, что Родни может быть таким бесстыдным. Она понимала, что её преднамеренный подход к Родни прошлой ночью был не совсем честным, но в обществе использование подобной тактики «противоположности притягиваются» для получения определённых преимуществ было далеко не редкостью. Кроме того, она попросила Родни подписать контракт прошлой ночью, когда он явно был трезв. В этот момент из зала раздались оглушительные аплодисменты. Заседание по подаче заявок завершилось. Энди спросила: «Мисс Робинсон, что нам теперь делать? Похоже, Родни уже объявил компанию-победителя». Элис Робинсон взглянула на Родни, стоявшего на сцене. Родни, похоже, заметил взгляд Элис Робинсон, и на его злобном лице появилась самодовольная улыбка. Элис Робинсон стиснула зубы и выдавила из себя: «Забудьте об этом, давайте сначала вернемся!» "Да." В машине царила гнетущая и тихая атмосфера; все были подавлены тем, что эта поездка в Германию не принесла никаких результатов. Элис Робинсон с извинениями сказала: «Я не смогла убедить немецкое правительство разрешить Тенчу участвовать в тендере именно из-за своей некомпетентности. Все ваши тщательные приготовления к поездке в Германию вместе со мной оказались напрасными». Все сотрудники в машине покачали головами. Энди заговорила от их имени: «Мисс Робинсон, это не ваша вина. Мы знаем, что вы очень старались… Если бы не вы, Тенч даже не собирался бы сейчас рассказывать об этом публично». Элис Робинсон вздохнула. «Очень жаль, что нам не удалось заручиться спонсорской поддержкой вина для Пивного фестиваля. Мы также упустили отличную возможность для рекламы. Но давайте не будем унывать. Вернувшись домой, мы еще сможем придумать лучшие способы продвижения». «Да-да… Мисс Робинсон, мы все будем усердно работать». «Да… мисс Робинсон, пожалуйста, не вините себя. Мы все знаем, как усердно вы работали. Мы обязательно придумаем рекламную идею, которая будет даже лучше, чем Пивной фестиваль», — утешала её Энди. Элис Робинсон улыбнулась всем. «Последние несколько дней вы все были на взводе, сражаясь плечом к плечу со мной. Я знаю, вы устали… Поскольку мы уже здесь, в Германии, сегодня днем ​​вы все свободны. Идите, наслаждайтесь отдыхом в этой чужой стране и немного расслабьтесь. Завтра утром мы отправимся обратно во Францию». «Хорошо, спасибо, мисс Робинсон…» «Мисс Робинсон, вы к нам слишком добры…» ---------- Глава 1173-614: Дополнительная история: Она пришла с ним рассчитаться 2_2 Ночь. Элис Робинсон сидела у окна в пижаме. Ночная жизнь в Германии кардинально отличалась от парижской. Если ночной пейзаж Парижа был подобен страстному танго, то немецкий — безмятежному Лебединому озеру. Две страны, два чувства. Париж был известен своей романтикой, а Германия — спокойствием. Однако в такой тихой стране сердце Алисы было далеко не спокойным. По какой-то причине в течение всего дня ее мысли постоянно возвращались к этому человеку. Ей не стоило думать о нем, но как только он появился в ее жизни, он нарушил привычный ритм ее существования. К счастью, за последний год или около того она стала гораздо яснее мыслить, и больше никогда не позволит этому человеку разрушить свою жизнь. Её жизнь уже началась заново. Подумав об этом, Алиса взяла телефон и позвонила Клоду Лоуренсу. К сожалению, ей не удалось дозвониться до Клода Лоуренса. В тот момент Клод Лоуренс находился на совещании в Объединенных Арабских Эмиратах. Думая о бескорыстной защите Клода Лоуренса и о теплой улыбке, которую он всегда ей дарил, Элис невольно почувствовала тепло в сердце и отправила ему текстовое сообщение. «Я уладил все дела в Германии и завтра вернусь в Париж. Не волнуйтесь… И ещё, я скучаю по вам». Она представляла себе радость Клода Лоуренса, получившего это сообщение, и невольно внутренне улыбалась. Это была та жизнь, которую она хотела, и она ни в коем случае не могла повторить прошлые ошибки. Встреча с Клодом Лоуренсом стала для неё самой счастливой в жизни, и она, безусловно, будет дорожить этим событием. На рассвете, собрав багаж, Алиса покинула отель. Энди и остальные уже ждали ее у отеля. Благодаря расслаблению, которое они испытали накануне, на их лицах уже не было того уныния, что было вчера, а царила бодрость. Глядя на своих энергичных сотрудников, Алиса понимала, что на самом деле они были подавлены. В конце концов, они днями и ночами трудились над планированием рекламной кампании, чтобы заручиться спонсорской поддержкой пивного фестиваля. Тот факт, что ей не удалось привести своих подчиненных к получению спонсорства, был разочарованием, но все они вели себя беззаботно, чтобы не создавать ей дополнительного давления. Алиса не стала обращать на это внимания и улыбнулась вместе с ними. «Хотя наша поездка в Германию принесла нам сожаления, она позволила мне увидеть, как сотрудники борются бок о бок со мной… Я не буду винить себя или расстраиваться; я горжусь тем, что у меня есть вы, такие замечательные сотрудники». Сотрудники были глубоко тронуты, поспешно помогли Алисе с багажом и открыли ей дверцу машины. Хотя Алиса и подбадривала своих сотрудников словами, в глубине души она все еще сожалела, что не заручилась спонсорской поддержкой немецкого пивного фестиваля. В конце концов, это была действительно лучшая возможность продвинуть "Тенч" на мировом уровне… Тем не менее, Элис сохраняла позитивный настрой, садясь в машину. В тот момент, когда все изо всех сил пытались скрыть свое разочарование, перед ними внезапно остановился черный автомобиль. Когда Алиса уже собиралась сесть в машину, она остановилась, увидев человека, выходящего из черного автомобиля. Это был Родни. Выражение лица Алисы стало холодным, в нем не было ни капли дружелюбия. Отвратительное поведение Родни прошлой ночью заставило Элис захотеть ударить его прямо здесь и сейчас, но ей нужно было учитывать свою репутацию, и она боялась, что эта ситуация может затянуть конфликт с Честером Робинсоном. Она не хотела никаких неожиданных осложнений. Элис заметила, что лицо Родни было покрыто синяками в нескольких местах, судя по всему, его избили прошлой ночью. «Мисс Робинсон…» — Родни шагнул вперед, чтобы поговорить с Алисой. Элис не смогла разгадать намерения Родни и холодно посмотрела на него. Родни усмехнулся: «Мисс Робинсон, куда вы собираетесь отправиться?» Элис усмехнулась: «Вы здесь, чтобы наблюдать за моим провалом, мистер Родни? Да, я собираюсь вернуться в Германию, но даже если «Тенч» не получит спонсорскую поддержку пивного фестиваля, он все равно в будущем засияет на мировой арене». Родни быстро махнул рукой: «Мисс Робинсон, вы меня неправильно поняли. Я здесь не для того, чтобы видеть ваше поражение; я просто случайно оказался здесь, чтобы помешать вам вернуться в Германию… Разве вы не видели сегодняшние новости?» "Что?" Родни сказал: «Час назад я объявил публике, что компания „Tench“ станет винным спонсором нашего мюнхенского пивного фестиваля. Так что теперь мы партнеры». Слова Родни шокировали всех присутствующих. Энди и несколько её коллег обменялись недоверчивыми взглядами. Родни передал контракт Алисе, сказав: «Мисс Робинсон, я думаю, вы не захотите упустить такую ​​прекрасную возможность для продвижения, не так ли? Как только вы подпишете этот контракт, «Тенч» официально станет спонсором пивного фестиваля». Алиса стояла там в оцепенении, не в силах понять происходящее. Чт… что? "Тенч" получил спонсорскую поддержку? Опасаясь, что Алиса не поверит, Родни передал контракт стоявшему рядом с ним адвокату: «Это тот адвокат, которого я привёл в качестве свидетеля. Он может гарантировать подлинность и действительность составленного мной контракта. Мисс Робинсон, пожалуйста, подпишите контракт!» Энди, совершенно сбитая с толку, наклонилась к Элис и скептически спросила: «Мисс Робинсон, почему у Родни вдруг так изменилось мнение? Вчера он казался самодовольным из-за того, что мы, «Тенч», не получили спонсорскую поддержку, не так ли?» В этот момент адвокат заступился за Родни: «Мисс Робинсон, я юрист из юридической фирмы XX, и я могу поручиться за действительность этого контракта». «Мисс Робинсон, если вы не против, давайте найдем место, где мы сможем подробно обсудить наше сотрудничество в организации пивного фестиваля…» Увидев искренность Родни и серьезное выражение лица адвоката, все наконец поверили, что все это правда. Алиса долго колебалась, не в силах принять решение. Час спустя. В присутствии адвоката в фешенебельном кафе Элис в итоге подписала спонсорский контракт с Родни. Как только она подписала контракт, Родни быстро ушел, словно спасаясь бегством, и всем это показалось необъяснимым. Алиса, однако, была совершенно спокойна, ее губы изогнулись в улыбке. Увидев невозмутимое поведение Элис, Энди не удержалась и взволнованно спросила: «Мисс Робинсон, как у Родни произошла такая резкая перемена в настроении?» «Кто-то, должно быть, помогал нашей мисс Робинсон за кулисами!» «Да, мисс Робинсон, тот, кто смог заставить Родни бежать, как утопленника, — это, должно быть, генерал Лоуренс, верно?» Энди вдруг хлопнула себя по лбу: «Как мы могли об этом не подумать? Должно быть, это генерал Лоуренс помогал мисс Робинсон решать проблему за ее спиной. Генерал Лоуренс — просто невероятный человек!» Алиса застенчиво покраснела. Она знала, что это Клод; без Клода Родни не изменил бы своего мнения. Клод, должно быть, понимал, с какими трудностями она столкнулась во время поездки в Германию, и тайно помог ей решить эти проблемы. ---------- Глава 1174–615: Дополнительно: Она пришла, чтобы свести с ним счёты 3 Хотя ей и хотелось всё решить самостоятельно, когда ситуация ещё не разрешилась и Клод вмешался, чтобы помочь, она почувствовала, что это мило и успокоило её. «Мисс Робинсон, вы не собираетесь позвонить генералу Лоуренсу? Держу пари, он все это время ждал вашего звонка…» — поддразнила Энди. Лицо Алисы слегка покраснело; она не смогла скрыть своего хорошего настроения и со смехом сказала: «Убирайся отсюда, я же понимаю, что должна быть ему благодарна». Энди тут же собрала остальных коллег, и все они переместились подальше от Алисы, освободив ей время и пространство. Алиса действительно собиралась позвонить Клоду Лоуренсу, но как раз в этот момент раздался звонок от Клода. Алиса радостно подняла руку. «Клод!» По телефону Клод слышала, как она была жизнерадостна. «Похоже, у тебя сегодня отличное настроение». "Мм… Я очень счастлив." "О? Скажи, что тебя так обрадовало?" Алиса надула губы. «Ты такой надоедливый. У меня и так отличное настроение, моя благодарность тебе и так очевидна. Неужели тебе нужно, чтобы я говорила тебе „спасибо“ вслух?» В голосе Клода слышалось некоторое замешательство. «Что случилось, Алиса, за что ты меня благодаришь?» «Просто…» — Элис инстинктивно хотела выпалить это, но вдруг кое-что поняла. Она слегка нахмурилась и спросила: «Разве это не ты давила на Родни?» «Кто такой Родни?» Элис вздрогнула, и радость на её лице немного напряглась. "Э-э, Клод… ты мне не помог?" Голос Клода звучал очень озадаченно. «Помочь вам? У вас возникли какие-то проблемы?» "Э-э… я… я не делал этого, я…" «Прости, Алиса, я был слишком занят последние два дня и не поинтересовался, как у тебя дела в Германии. Все ли прошло гладко с получением спонсорской поддержки?» Цвет лица Алисы уже начал немного бледнеть. «Я… я получила спонсорскую поддержку». «Что случилось? У тебя странный тон, и этот вопрос, который ты только что задал, прозвучал совершенно неожиданно. У тебя какие-то проблемы?» «Нет… Клод, эта поездка в Германию прошла очень гладко. Я уже успешно получил спонсорскую поддержку». «Поздравляю». "Спасибо." «Но вы звучите не очень хорошо. Что-то случилось?» «Нет. Клод, почему ты звонишь мне так рано? Ты же сегодня занят?» В хаосе, царившем в ее голове, Алиса сменила тему разговора. Клод ответил со смехом: «Извини, я весь вчерашний день был на совещаниях. После совещаний я увидел твое сообщение и хотел перезвонить, но было уже слишком поздно, и я боялся нарушить твой сон. Перезваниваю тебе только сейчас… Я очень рад, что ты впервые сказал мне что-то подобное». Алиса не ответила; она была немного рассеяна. «Я тоже скучаю по тебе, Алиса. Каждая минута и каждая секунда, проведенная вдали от тебя, — самое трудное время в моей жизни. Как бы я хотел вернуться к тебе прямо сейчас…» Элис перебила его. "Э-э, Клод…" "Мм?" «У меня сейчас встреча с командой… Перезвоню позже». Судя по сообщению Алисы, Клод был явно в отличном настроении и тихо сказал: «Хорошо… береги себя ради меня». "Мм." Алиса положила телефон и задумчиво посмотрела на него. Энди каким-то образом подобралась к ней поближе. «Мисс Робинсон, как всё прошло? Генерал Лоуренс снова осыпал вас сладкими словами?» Алиса, погруженная в свои мысли, вздрогнула, увидев Энди, и ее лицо еще больше побледнело. Увидев, что Алиса выглядит неважно, Энди перестала подшучивать и с беспокойством спросила: «Мисс Робинсон, что случилось? Вы плохо выглядите». Алиса покачала головой. «Я в порядке… Ах да, сначала отвези остальных обратно в отель. Раз уж мы получили спонсорскую поддержку, нам, возможно, придётся остаться в Германии ещё на несколько дней». «Хорошо… вы пойдете с нами, мисс Робинсон?» Алиса сказала: «Нет, у меня ещё есть дела… Вы идите вперёд, я свяжусь с вами позже». «Да, мэм». Перед кафе Алиса остановила такси. Сидя в кабине, Алиса сохраняла мрачное выражение лица. Наконец такси остановилось перед отелем, из которого она выехала вчера утром, и она сразу же направилась внутрь. Лифт остановился на верхнем этаже отеля, и двери раздвинулись. Алиса, с омраченным лицом, собиралась пересечь сад на крыше, чтобы добраться до номера, когда заметила фигуру, рассекающую воду в бассейне. Это был Честер. Он плавал. Алиса стояла на краю бассейна, мрачно наблюдая за тем, как он плывет брассом, разбрызгивая воду. Вдали четверо телохранителей обсуждали, стоит ли им подойти и остановить Элис, но Кит Энтони уже подошел к ним и жестом махнул рукой, приглашая вернуться. ---------- Глава 1175 - 615: Дополнительно: Она приходит, чтобы свести с ним счёты 3_2 Четверо телохранителей немедленно отступили. Кит Энтони стоял у бассейна, скрестив руки, и неторопливо наблюдал за Элис Робинсон, которая остановилась неподалеку. Взгляд Алисы следил за Честером Робинсоном. Он без труда рассекал воду, время от времени демонстрируя свое подтянутое, сильное телосложение. Она вдруг вспомнила, как была маленькой… Сидя у семейного бассейна, она каждый раз наблюдала за его плаванием. Хотя она боялась воды, ей очень нравилось смотреть, как он плавает. Те дни были действительно чудесными. Пока Алиса была погружена в размышления о прошлом, Честер уже подплыл к краю. Лишь когда Честер проснулся, Алиса вернулась к реальности. На нем были плавки, подчеркивающие его идеальную фигуру с прессом и V-образными линиями, а мокрые волосы, зачесанные назад, акцентировали его красивые, выразительные черты лица. Он подошел к ней и небрежно взял халат, который ему сзади передал сотрудник отеля. Алиса холодно ответила: «Мне не нужна твоя помощь». Честер лишь мельком взглянул на Алису, прежде чем устроиться в шезлонге у бассейна, откинуться назад и закрыть глаза: «Вот почему ты так ждала возможности прийти сюда ко мне?» «Мне не нужна твоя помощь, совсем не нужна!» — сказала Алиса, немного взволнованно. Честер сохранял спокойствие: «Разве вы не в Германии, чтобы обеспечить это спонсорство?» Алиса холодно посмотрела на него: «Даже если бы я этого хотела, мне не нужна твоя помощь!» Честер открыл глаза с улыбкой: «Ты всегда старался относиться ко мне как к чужому человеку, но твой отказ от любой моей услуги больше похож на то, как чужие люди относятся друг к другу. Если ты действительно видишь во мне чужого человека, с которым нет глубокой связи, разве ты не должен быть благодарен за мою помощь?» Не ожидая его возражений, Алиса ответила более холодно: «Я не просила вашей помощи, поэтому не буду вам благодарна. Я никогда не принимала помощь от других без причины, поэтому, пожалуйста, заберите её обратно». Честер, смеясь, сел и посмотрел на Элис: «Почему бы тебе не сказать мне, как мне это исправить? Должен ли я попросить тех, кто преподал Родни урок, позволить Родни преподать им урок в ответ, или мне лично пойти к Родни и объяснить, что между нами ничего нет?» «Я мог бы подписать с Родни еще один контракт, чтобы расторгнуть соглашение о сотрудничестве». Честер рассмеялся еще громче: «Разрыв сотрудничества действительно остановит Родни от разговоров о том, что ты моя женщина?» Алиса холодно посмотрела на него: «Зачем ты это сделал?» «Тебя это слишком сильно беспокоит… Я тебе помог, даже если Родни выскажется, ты все равно сможешь публично заявить, что мы с Клодом Лоуренсом друзья. Зачем бояться недопонимания?» «Я не хочу, чтобы Клод меня неправильно понял». «Если Клод Лоуренс не может тебе даже немного доверять, как он может быть твоим парнем?» «Не следует намеренно подстрекать». «Вам не хватает уверенности в своем парне, что свидетельствует о том, что вы еще не достигли того уровня взаимного доверия и любви, которые бывают между парами». «Наш прогресс вас не касается». «Похоже, я угадал; ваши отношения не такие крепкие, как я себе представлял». Алиса пришла в ярость: «Чего именно ты хочешь?» Честер усмехнулся: «А что, если я просто хочу увидеть тебя вот таким злым?» "Ты…" Увидев, как она стиснула зубы от ярости, он наконец перестал улыбаться и тихо сказал: «Хорошо, мне нужно переодеться перед игрой с важным немецким чиновником. Хочешь пойти со мной переодеться?» Алиса сердито отвернулась и ушла. Но, сделав несколько шагов, она обернулась и сказала: «Я не приму помощь бесплатно; то, что я вам должна, Клод вернет вам, когда вернется». Честер был в хорошем настроении, но, услышав слова Алисы, его лицо внезапно помрачнело. Смысл её слов был ясен: он был чужаком, а она и Клод были на одной стороне. Это действительно было объективной реальностью на тот момент, но услышав это, Честер почувствовал себя неловко. Алиса уже собиралась уйти, но в тот же миг ее руку схватила холодная, сильная хватка. Алиса была вынуждена обернуться, встретившись с его холодным взглядом. Она с трудом спросила: «Что тебе нужно?» На самом деле, она немного испугалась, потому что его прежде улыбающееся лицо теперь стало холодным и угрожающим, от всего его поведения исходил пугающий холод. Честер обнял её, его голос был ледяным: «Ты всё время утверждаешь, что Клод Лоуренс — твой парень; ты действительно любишь Клода?» Алиса изо всех сил пыталась вырвать его руку: «Это мое дело, тебя это не касается». Честер, внимательно изучив ее едва уловимые выражения лица, холодно рассмеялся: «Люди влюбляются только в одного человека за всю свою жизнь. Ты когда-то клялась мне, что любишь только меня. Как ты можешь так легко изменить свое сердце всего за один год?» Он понимал, что не должен говорить ей это; она заслуживала своего нынешнего счастья. Но он не мог сдержать раздражения, услышав от неё упоминание Клода Лоуренса. Его слова затронули глубоко укоренившуюся уязвимость в её сердце. Несмотря на боль от его хватки, она подняла взгляд, чтобы встретиться с его тёмными глазами: «Для тебя это правда, что люди любят только одного человека за всю жизнь. Но для меня жизнь полна встреч, некоторые из которых, как тебе кажется, ты любишь, но на самом деле это всего лишь случайные прохожие. Понять, кто действительно важен, можно только через постоянный поиск и сравнение». Элис не понимала, что своими словами косвенно подчеркивает глубокую привязанность Честера к Ребекке Квентин, хотя и не собиралась его высмеивать. Губы Честера изогнулись в холодной улыбке: «Вы уверены, что оставаться рядом с этим случайным человеком в вашей жизни стоило любой ценой?» «Я говорил, что понять, кто важнее всего, можно только путем поиска и сравнения. Однако люди иногда бывают глупыми и совершают ошибки, верно?» Она действительно считала их прошлые отношения глупостью и ошибкой! Строгое лицо Честера стало еще холоднее. Алиса холодно сказала: «Отпустите меня». Пока она говорила, он буквально притянул ее к себе, крепче обнял и лукаво прошептал: "А что, если я этого не сделаю?" Знакомый мужской запах из воспоминаний окутал её… Она отчаянно сопротивлялась, но его хватка только усиливалась. Пока она не поняла, что её сопротивление лишь навлечёт на себя более суровое наказание, она постепенно затихла, холодно заметив: «Отпустите меня, иначе я обязательно подам на вас в суд». Он рассмеялся: «За что подавать на меня в суд? За сексуальное домогательство? Помни, это ты сама ко мне обратилась». Алиса, расстроенная, яростно сопротивлялась: «Что именно ты хочешь сделать?» ---------- Глава 1176 - 616: Дополнительно: Кто может понять Его сердце? (1) В тот же миг Честер с силой толкнул Алису на стул. Алиса вздрогнула, ее спина тяжело ударилась о стул, и хотя спинка стула была мягкой, это все равно причинило ей боль. Честер надавил на нее, его темные глаза, полные холода, были устремлены на ее испуганное лицо: «Неужели я настолько тебя пугаю, а?» Глаза Алисы расширились от ужаса, она не смела пошевелиться. Честер внимательно вгляделся в нежные черты лица Алисы и холодно произнес: «Ты постоянно спрашиваешь меня, что именно я хочу сделать? Сейчас я тебе скажу…» Он на мгновение замолчал, явно взволнованный, и сквозь стиснутые зубы сказал: «Я хочу тебя, я хочу, чтобы ты вернулась ко мне, я хочу, чтобы мы начали все сначала, ты веришь?» Алиса замерла на стуле. Его лицо исказилось от подавленных эмоций, голос стал ещё тише и хриплее: "Теперь ты знаешь, что такое страх?" Казалось, вся Алиса потеряла сознание. Честер насмешливо рассмеялся, внезапно поднялся от Алисы и сказал: «Не бойтесь, конечно, я не разрушу ваше нынешнее счастье. Я знаю, что вы с Клодом Лоуренсом очень сильно любите друг друга». Алиса приподнялась и растерянно наблюдала за ним. Честер повернулся к ней спиной, его спина была необъяснимо холодной и одинокой: «Я помогаю тебе только потому, что ты когда-то помогла мне в самый критический момент, поэтому моя помощь тебе — это просто ответная благодарность за эту дружбу… Конечно, если тебе так трудно принять мою помощь, я больше не буду настаивать». Оставив эту строчку, Честер ушел, не оглядываясь. Алиса сидела ошеломлённая, пока перед ней не появился Кит Энтони. «Мисс Элис». Элис взяла себя в руки, быстро встала, стараясь скрыть свои внутренние эмоции спокойным выражением лица: «Кит Энтони». «Почему вы отказываетесь принять помощь начальника?» «Я к нему никак не причастен». «Даже если вы не хотите снова вступать в конфликт с начальником, он всё равно отец вашего ребёнка, разве нельзя хотя бы подружиться с ним?» Алиса опустила взгляд и ничего не ответила. Кит Энтони тихо вздохнул: «Вообще-то, у босса нет злых намерений, он преподал Родни урок, потому что вчера Родни чуть тебя не запугал, босс всегда о тебе заботился». Увидев, что Элис молчит, Кит Энтони покачал головой и ушел. Честер издалека наблюдал, как Алиса медленно удаляется, стоя перед прозрачной стеклянной стеной комнаты. Кит Энтони стоял позади Честера и тихо спрашивал: «Босс, раз уж вы заботитесь о мисс Элис, почему бы вам не сказать ей об этом?» Честер холодно обернулся и пошел: «Разве я когда-нибудь говорил, что мне не все равно?» Кит Энтони тихо пробормотал: «Ты просто не хочешь в этом признаться». Честер бросил на него холодный взгляд. Кит Энтони не осмелился продолжить разговор. Честер сел на диван, закурил сигарету и сказал: «Больше так не делай, я в последний раз прощаю тебе твою наглость». Кит Энтони был потрясен, его голос заикался: «Б-босс, я опять что-то сделал не так?» Честер выдохнул клуб дыма: «У тебя так заикается голос, нужно ли мне объяснять подробнее?» Кит Энтони опустил голову и слабо произнес: «Босс, почему от вас ничего нельзя скрыть?» Честер холодно выплюнул: «Я приехал в Германию, и она тоже здесь оказалась. Если это не плод воли, то неужели это действительно судьба?» Кит Энтони склонил голову еще ниже: «Простите, босс». Честер смягчил тон: «В будущем так делать не стоит». Кит Энтони слегка поднял голову, словно ребенок, признающий свою ошибку: «Понял, босс… Я занимался здесь проектными делами, слышал, что вы ездили в Париж, мои подчиненные сказали, что вы выглядели в хорошем настроении после встречи с мисс Элис, зная, что вы были не очень счастливы в прошлом году, слышал, что в этом году винный бренд будет спонсировать пивной фестиваль в Германии, первой моей мыслью было пригласить мисс Элис в Германию. Я подумал, что если вы встретите мисс Элис в Германии, ваше настроение наверняка тоже улучшится, поэтому я тайно уговорил Эрика Гранта сообщить мисс Элис о пивном фестивале». Честер потушил сигарету, встал и сказал: «С ней все хорошо, ее не стоит беспокоить». Кит Энтони сказал: «Я не думаю, что мисс Робинсон понравится генерал Лоуренс, мисс Робинсон всегда заботилась о вас…» Честер прервал Кейта Энтони: «Больше не упоминай эти слова». «Босс, если мисс Элис всё ещё неравнодушна к вам, вы бы снова попытались завязать с ней отношения?» «На гипотетические вопросы я отвечать не буду». С этими словами Честер вошел в ванную. ---------- Глава 1177 - 616: Дополнительная история: Кто сможет понять его сердце? (1-2) Кит Энтони, наблюдая за удаляющейся фигурой Честера Робинсона, покачал головой и вздохнул: «Босс, вы можете обманывать себя, но не свое сердце. Вы давно поняли, что влюбились в мисс Элис, но мисс Элис уже покинула то место, где всегда ждала вас». Прислонившись к изголовью гостиничной кровати, Элис Робинсон думала о споре с ним у бассейна. Она никак не ожидала, что он скажет эти слова… Я хочу, чтобы ты вернулась ко мне. Я хочу, чтобы у нас началось все заново, ты мне веришь? Эти слова она когда-то мечтала услышать, и никогда не ожидала, что, когда они станут чужими людьми, он лично скажет их ей. Неважно, пытался ли он запугать ее, чтобы она сказала такие вещи, эти слова успешно пробудили в ней множество глубоко запрятанных воспоминаний. Их прошлое, хотя и не имело значения для его сердца, глубоко запечатлелось в её памяти. Когда-то она любила его так смиренно, так жалко, но он всегда видел в ней лишь члена семьи. Она знала, что он хорошо к ней относится, но знал ли он, что она хотела большего, чем просто быть частью семьи? С того самого дня, как она решила оставить его в городе Т, она полностью исключила его из своей жизни… Она сдалась, перестала любить его так смиренно. Клод Лоуренс оказал ей большую поддержку… После того, как она покинула Т-Сити, именно Клод Лоуренс, несмотря ни на что, добивался ее расположения, предлагал ей утешение и был рядом с ней в моменты боли и слез без всяких оговорок… Да, когда она вернулась в город Т, у неё были моменты боли и слёз, потому что тогда она всё ещё не могла по-настоящему отпустить… В глубине души она всё ещё жаждала, чтобы он приехал и забрал её после выздоровления в городе Т, или хотя бы увидел её… Но он этого не сделал; ее уход для него ничего не значил. Именно его холодное безразличие похоронило последние остатки её тоски по нему… Она подстригла волосы, чтобы начать все заново, понимая, что, решив начать все сначала, мир действительно стал намного прекраснее. В жизни нужно смотреть вперед, и она знала, что выбор Клода Лоуренса — это решение, о котором она никогда в жизни не пожалеет. Она надеялась, что они с Клодом Лоуренсом смогут быть счастливы вечно… Она позвонила Клоду Лоуренсу, но он не ответил, и Алиса, немного расстроенная, положила трубку. Размышляя о том, как много работы у нее было в последние несколько дней, и о том, что она не позвонила Рейчел, зная, что уже выходные, Элис решила позвонить домой. Тетя ПА ответила на звонок и передала трубку Рейчел: «Мамочка…» Услышав нежный зов дочери, Алиса вдруг почувствовала приступ грусти, вспомнив случай, произошедший некоторое время назад. В тот день она вернулась домой с работы пораньше, чтобы приготовить ужин для дочери, и увидела на лице дочери удрученное выражение. Она спросила, почему ее дочь так расстроена. Ее дочь ответила, что другие дети в школе издевались над ней, называя ее внебрачным ребенком, потому что ее мать была неблагоразумной. В тот момент она не знала, как реагировать, не потому что была обижена или расстроена, а потому что переложила на своего ребенка последствия своих прошлых ошибок, не оставив ей выбора. С момента рождения ее ребенка преследовали слухи, но она никогда не жаловалась, даже в тот день, вместо этого она просто долго обнимала Алису. Она знала, что её ребёнок чувствует себя одиноким, потому что, несмотря на свой юный возраст, он уже понимал, что значит «отец». Ребёнок знал, что в этой семье слово «отец» — табу. Подавив горечь в сердце, Элис расслабленно улыбнулась: «Рэйчел, мама так по тебе скучает! Ты хорошо себя ведешь дома?»… Рано утром Алиса, все еще пребывая в сонном состоянии, услышала стук в дверь. Она сонно открыла глаза, убедилась, что кто-то стучит, и лениво потянулась, прежде чем встать. Поправив пояс на халате, она направилась к двери. Она понятия не имела, кто это может быть, поэтому, когда увидела человека, стоящего снаружи, сначала удивилась, а затем обрадовалась: "Клод?" Выражение лица Клода Лоуренса было необъяснимо мрачным, когда он кивнул. Алиса была в восторге: «Что ты здесь делаешь?» Клод не произнес ни слова, лишь пристально смотрел на Алису. Элис взяла Клода за руку и спросила: «Что с тобой?» Глядя на слегка ленивую Алису, которая только что проснулась, Клод молчал и наконец сам вошел в комнату. Алиса держала Клода за руку, но когда он отошел от нее, ее рука задержалась в воздухе, и она вдруг поняла, что сегодня Клод испытывает эмоции. Алиса последовала за Клод в комнату, и выражение ее лица, ранее выражавшее волнение, сменилось на спокойствие. Клод Лоуренс сел на диван, скрестил ноги и посмотрел на нее. Вглядываясь в темные глаза Клода, Алиса почувствовала необъяснимую тревогу в сердце. Зная Клода так долго, она никогда не видела его злым; это был первый раз. Не желая молчать, Алиса первой нарушила молчание: «Э-э… Разве ты не говорил, что останешься в Объединенных Арабских Эмиратах на месяц? Почему ты вернулся так рано?» Взгляд Клода Лоуренса заметно помрачнел: «Разве ты не хотел, чтобы я вернулся поскорее?» Алиса покачала головой: «Конечно, нет. Я просто думала, что ты будешь занят целый месяц… Но какой скрытый смысл в твоих словах?» Клод Лоуренс глубоко вздохнул и молчал. Алиса подошла к нему, посмотрела на его бесстрастный профиль и спросила: «Что случилось?» Клод взял Алису за руку и усадил ее рядом с собой. Алиса была озадачена, не понимая источника его эмоций. Клод взял Алису за руку и тихо спросил: «Почему ты не сказала мне, когда у тебя были проблемы в Германии?» "Ты знаешь?" «Вчера, когда вы позвонили, я почувствовал, что что-то не так. Я отправил специалиста разобраться в вашей ситуации». Алиса опустила голову: «Я думала, что справлюсь сама… Я не хотела тебя всем этим обременять». Клод нахмурил брови: «Ты не хотел меня беспокоить, а тут решил „побеспокоить“ Честера?» Алиса была ошеломлена: «Клод, что ты имеешь в виду?» Клод отпустил руку Алисы, встал и повернулся к ней спиной: «Честер тоже в Германии, и вы уже несколько раз встречались, но ты мне об этом ни разу не упомянула. Самое главное, он помог тебе с проблемами Родни». ---------- Глава 1178 - 617: Дополнительная история: Кто сможет понять его сердце? (2) Элис Робинсон встала и честно ответила: «Я не знала, что он был в Германии. Я встретила его на банкете. Я не говорила вам об этом, потому что считала это неважным». Клод Лоуренс внезапно обернулся, его взгляд стал острым: «Серьезно? Ночь, проведенная с ним в отеле, по-прежнему не имеет значения?» Лицо Элис Робинсон побледнело. Лицо Клода Лоуренса побледнело. Элис Робинсон поспешила объяснить: «Если вы действительно поняли, то должны знать, что Родни подставил меня в ту ночь… Мое положение в тот момент было критическим, и я случайно встретила его, поэтому я… но уверяю вас, между нами в ту ночь ничего не произошло». Клод Лоуренс оставался равнодушным и молчаливым. Элис Робинсон подняла взгляд на Клода Лоуренса: «Ты мне не веришь?» Глубокие, темные глаза Клода Лоуренса долго смотрели на Элис Робинсон: «Дело не в том, что я тебе не верю, я просто не понимаю, почему, когда тебя что-то беспокоит, ты не думаешь обо мне в первую очередь». «Клод… ты же знаешь мой характер. Я всегда хотела себя тренировать, поэтому не рассказывала тебе о своих проблемах в Германии. Думала, сама справлюсь… В тот день меня спас Честер Робинсон, после секса он преподал Родни урок, но я его об этом не просила. Я пассивно выбрала его помощь». «Элис…» — Клод Лоуренс обнял Элис за плечо и хрипло прошептал: «Когда я был в Объединенных Арабских Эмиратах, я все время думал о тебе. Я сходил с ума, желая вернуться пораньше. Ты даже не представляешь, как я был счастлив, когда ты решила отпустить прошлое и начать все со мной?» Элис Робинсон энергично покачала головой: «Клод… пожалуйста, поверь мне, между мной и Честером Робинсоном нет абсолютно ничего. Для меня он просто незнакомец. Я никогда не представляла, что встречу его в Германии… Он мне помог, и поначалу я даже думала, что это ты помогаешь мне за кулисами, поэтому я так обрадовалась, что позвонила тебе вчера утром». Глубокий взгляд Клода Лоуренса был прикован к ясным глазам Элис Робинсон, его голос был очень хриплым: «Элис, с тех пор как я вернулся из Объединенных Арабских Эмиратов, я все думаю, действительно ли ты у меня? Почему твое сердце до сих пор кажется мне непроницаемым? За последний год ты действительно не общалась с Честером Робинсоном, но неужели ты можешь забыть прошлое?» «Почему ты не веришь?» — спросила Алиса. Клод Лоуренс усмехнулся: «Боюсь, у нас будет хорошее начало, но не очень хороший конец… Если известно, что всё закончится плохо, зачем вообще начинать?» Элис Робинсон, словно в оцепенении, отступила назад, глядя на Клода Лоуренса: «Ты думаешь, у нас не будет хорошего конца?» «Мне просто не хватает уверенности в себе… Элис… Мне действительно не хватает уверенности в себе». Элис покачала головой, а Клод Лоуренс с болезненной улыбкой отвернулся. Элис внезапно обняла Клода Лоуренса сзади, прижавшись лицом к его напряженной спине, и выдавила из себя: «Клод, веришь ты этому или нет, у меня больше нет никаких иллюзий насчет него… Признаю, что прошлое я не могу полностью забыть, но не потому, что не могу отпустить его; воспоминания существуют в сознании людей и не могут быть забыты по желанию… За прошедший год нашего знакомства я полностью осознала твою доброту ко мне, твою внимательность, твою заботу… Я выбираю быть с тобой не так, как в прошлый раз, когда я использовала тебя, чтобы забыть Честера Робинсона. На этот раз я действительно хочу быть с тобой». Элис Робинсон закрыла глаза, слезы потекли по щекам, промочив рубашку Клода Лоуренса. Почувствовав влажную липкость на спине, Клод Лоуренс медленно обернулся. Элис Робинсон подняла свои затуманенные глаза, чтобы посмотреть на него. Клод Лоуренс большим пальцем вытер слезы с уголка глаза Алисы Робинсон и спросил: «Ты сейчас плачешь из-за меня?» Алиса, задыхаясь, пробормотала: «Я просто не хочу, чтобы вы меня неправильно поняли…» Клод Лоуренс осторожно приподнял подбородок Элис Робинсон, пристально посмотрел на нее и сказал: «Тогда скажи мне, что ты меня любишь». Влажные зрачки Алисы Робинсон слегка расширились, словно она была застигнута врасплох. «Скажи мне, что ты меня любишь», — повторил Клод Лоуренс. "Я…" "Скажи это!" Элис в отчаянии держала за руку Клода Лоуренса. "Я…" Клод Лоуренс долго смотрел на Элис Робинсон, ожидая, что она заговорит, но видел лишь ее все более расстроенное лицо… Наконец, Клод Лоуренс медленно отнял руку Элис Робинсон, повернулся к ней спиной и сказал: «Думаю, нам обоим стоит серьезно подумать, хотим ли мы начинать так, потому что я хочу хорошего финала». ---------- Глава 1179 - 617: Дополнительная история: Кто сможет понять его сердце? (2-2) С этими словами Клод Лоуренс, тяжело ступая, вышел из комнаты. Элис Робинсон застыла на месте, уставившись в спину Клода Лоуренса. В карете прекрасная секретарша Линда отчитывалась перед Честером Робинсоном. «Господин Робинсон, правительство Германии очень довольно Эдвардом. Проектная документация утверждена, и далее она будет передана Джеффри для строительства… Помимо вас, правительство Германии также пригласило господина Джеффри и господина Джонса присутствовать на церемонии открытия проекта, поэтому вам нужно остаться в Германии еще на несколько дней». «Что ж, примите приглашение правительства от моего имени и скажите им, что я буду присутствовать на церемонии открытия». «Но, мистер Робинсон… церемония открытия также совпадает с днем ​​рождения мисс Оливии Келлогг, и она давно просила вас найти время. Она надеется, что вы сможете провести ее день рождения вместе с ней». Просматривая документы, Честер Робинсон нахмурился и равнодушно сказал: «Избавьтесь от этой женщины; я больше не хочу ее видеть». Красивая секретарша долгое время работала с Честером Робинсоном и понимала его характер, поэтому не стала задавать лишних вопросов, а лишь кивнула: «Хорошо, я сама с этим разберусь…» "Мисс Элис?" Внезапное восклицание Кейта Энтони прервало голос Линды. Честер Робинсон поднял глаза. Кит Энтони поспешно повернул голову, чтобы посмотреть на Честера Робинсона: «Босс, это же мисс Элис? Почему она идет одна по обочине дороги, выглядит растерянной?» Честер Робинсон уже видел Алису за окном машины, ожидающую на светофоре, и, как описал Кит Энтони, она выглядела растерянной и сбитой с толку. Алиса сделала шаг вперед и, ничего не выражая, направилась в противоположную сторону. До ее ушей постоянно доносились звуки рогов, но она их не слышала. Внезапно раздался резкий звук торможения… Алиса наконец пришла в себя, но когда она среагировала, машина уже была так близко… Она вскрикнула от шока, но в этот момент сильная рука обняла ее и оттащила к обочине дороги. Испугавшись, она увидела, как водитель высунул голову, чтобы обругать ее, а вокруг нее витал знакомый, приятный мужской запах. Сначала она увидела руку, которая ее держала, знакомая сила медленно заставила ее поднять голову, сначала она увидела темный костюм, затем высокую фигуру, а потом встретилась взглядом с парой глубоких черных глаз. Она почти инстинктивно оттолкнула его. Она повернулась, чтобы убежать, но он схватил ее за руку. Она изо всех сил сопротивлялась, но он, задев ее, резко прижал к себе, в то время как машина проехала мимо него сзади. Алиса только сейчас осознала опасность и остановилась. После того как пробка съехала, Честер Робинсон наконец отпустил её и отвёл на обочину дороги. — Вы собираетесь покончить с собой? Элис не ответила Честеру Робинсону, убрала его руку и повернулась, чтобы уйти. Честер Робинсон холодно сказал: «Даже если тебе наплевать на свою жизнь, ты должен хотя бы подумать о Рейчел. Ты хочешь, чтобы Рейчел потеряла сначала отца, а потом и мать?» Алиса резко обернулась: «Какое право ты имеешь так говорить мне?» Честер Робинсон замолчал. Алиса продолжила свой путь и ушла, не оглядываясь. Честер Робинсон догнал её, развернул и, заглянув в её покрасневшие глаза, спросил: «Что с тобой не так?» Алиса оказала сопротивление и вырвалась из его объятий: «Со мной все в порядке». Он увидел едва заметный блеск слез в ее глазах: «Ты плакала?» Элис резко оттолкнула Честера Робинсона: «Мне не нужно, чтобы ты об этом заботился». «Кто тебя обижал?» Элис полностью проигнорировала Честера Робинсона и повернулась, чтобы уйти. Однако он снова обнял её худое тело. Естественная разница в физической силе между мужчинами и женщинами не позволяла ей снова вырваться из его объятий; она сердито посмотрела на него и спросила: «Что ты хочешь сделать?» Он смотрел в ее глаза, полные слез, и тихим, нежным голосом спросил: «Кто тебя обидел?» "Мне не нужно, чтобы ты об этом заботился!" — Это был Родни? — Он прищурился, и в его глазах заиграл опасный, хитрый блеск. Элис не хотела иметь ничего общего с Честером Робинсоном, поэтому у нее снова начались проблемы. Во время борьбы её телефон упал на землю. Алиса инстинктивно хотела взять телефон, но Честер Робинсон уже забрал её. Она попыталась выхватить телефон, но он крепко схватил ее за запястье, одновременно высоко подняв телефон другой рукой. После падения на землю экран загорелся, отобразив историю звонков. На экране отображались только исходящие звонки, все набранные на имя Клода Лоуренса, но, несмотря на такое количество звонков, Клод Лоуренс ни на один не ответил. Честер Робинсон положил трубку и бесстрастно посмотрел на Элис. Алиса в ярости выхватила телефон обратно, сверля его взглядом, полным ненависти. Лицо Честера Робинсона было мрачным, но голос его был мягким: «Он отказывается отвечать на ваши звонки?» Алиса оставалась холодной: «Мне не нужно, чтобы ты заботилась обо мне!» "Вы с ним поссорились?" Алиса не ответила. Честер Робинсон резко посмотрел на нее: «Из-за чего?» В ту же секунду Алиса отвернулась и спокойно ушла. Кит Энтони подошел, взглянул на стройную спину удаляющейся Алисы и спросил: «Босс, что случилось с мисс Алисой?» Честер Робинсон наблюдал, как Элис поспешно садится в такси, и равнодушно произнес: «Уточните для меня местонахождение Клода Лоуренса». "Да." Честер Робинсон только что вернулся в отель и никак не ожидал, что Клод Лоуренс уже будет ждать его под зонтиком у бассейна. Кит Энтони собирался сообщить Честеру Робинсону о прибытии Клода Лоуренса в Германию из Объединенных Арабских Эмиратов, когда издалека увидел Клода Лоуренса под навесом. Кит Энтони высказался: «Босс, генерал Лоуренс…» Честер Робинсон жестом приказал всем отступить. Кит Энтони кивнул и ушел вместе с телохранителями. Честер Робинсон подошел и сел рядом с Клодом Лоуренсом: «Я как раз собирался тебя искать». Клод Лоуренс держал бокал красного вина, сделал глоток, посмотрел на него и легкомысленно сказал: «Возможно, вам сначала следует выслушать причину, по которой я к вам пришел». Честер Робинсон безэмоционально посмотрел на Клода Лоуренса. Клод Лоуренс внезапно тяжело поставил бокал, наклонился вперед и схватил Честера Робинсона за воротник: «Ты действительно мой хороший брат, Честер… ты достоин наших долгих лет братства!» Честер Робинсон, не выражая никаких эмоций, встал и сказал: «Если есть что сказать, скажите». Клод Лоуренс стиснул зубы и сказал: «Вы всё ещё можете быть таким спокойным и равнодушным?» Честер Робинсон спокойно посмотрел на Клода Лоуренса. В этот момент Клод Лоуренс нанес мощный удар кулаком по Честеру Робинсону. К счастью, Кит Энтони вовремя встал перед Честером Робинсоном: «Генерал Лоуренс, пожалуйста, успокойтесь…» Честер Робинсон поправил воротник и легкомысленно спросил: «Что могло заставить вас так потерять рассудок?» Клод Лоуренс сжал кулаки, но благодаря сильной способности к самоконтролю и терпимости он постепенно смог взять себя в руки, поднял стоящий рядом бокал и с силой разбил его. ---------- Главы 1180–618: Дополнительно: Инцидент с похищением жены Кит Энтони был ошеломлен, поскольку никогда раньше не видел, чтобы Клод Лоуренс сходил с ума, и уж тем более не сталкивался с конфликтом между Клодом Лоуренсом и Честером Робинсоном. Клод Лоуренс смотрел на Честера Робинсона взглядом, полным враждебности, и холодно произнес: «Это ты всячески пытался оттолкнуть Элис Робинсон, и это ты жестоко и бессердечно ранил ее, пока она не была совершенно опустошена. Теперь, когда она наконец смогла отпустить прошлое и выбрать меня, ты пытаешься разрушить отношения, которые нам наконец удалось построить?» Выражение лица Честера Робинсона было суровым, и он ничего не ответил. Клод Лоуренс холодно рассмеялся: «Честер Робинсон, неужели ты так обращаешься с друзьями? Ты безжалостно обидел её в прошлом, она тебе не нужна, а теперь ты снова втягиваешь её в свои дела. Зачем?» «Я этого не делал». Честер Робинсон повернулся и направился к комнате. Холодный взгляд Клода Лоуренса был подобен двум мечам, направленным на Честера Робинсона: «Серьезно? Ночь, проведенная вместе в отеле, не считается?» Гордая фигура Честера Робинсона ненадолго остановилась и сбавила шаг: «Ей следовало объяснить это тебе». «Она следит за своей чистотой, я, естественно, понимаю, что между вами не будет ни малейшей связи. Чего я не могу понять, так это почему вы всячески пытались заманить её в Германию на встречу с вами? Думаете, я не знаю, что именно вы намеренно подстрекали немецкое правительство к тому, чтобы оно включило вино в программу пивного фестиваля этого года, чтобы пригласить Элис Робинсон в Германию?» Кит Энтони молча слушал, склонив голову. Честер Робинсон безэмоционально посмотрел вперед и равнодушно произнес: «Если бы я был действительно таким презренным человеком, я бы не отпустил ее год назад, когда узнал, что вы двое вместе… раз уж ты пообещал мне, что будешь хорошо к ней относиться всю жизнь, то не позволяй ей больше плакать. Клянусь, если я увижу, как она снова плачет из-за тебя, я сделаю все, что угодно, чтобы пройти от тебя к ней!» В кабинете гостиничного номера Элис Робинсон сидела за столом и сказала: «Энди, передай всем, что рекламная кампания была проведена великолепно, все усердно работали, и когда мы вернемся в Париж, я обязательно всех похвалю…» «Мисс Робинсон, разработка рекламной кампании далась нам совсем легко; трудности для вас всегда заключались в поиске спонсоров, но…» — Энди подмигнула Элис Робинсон, — «Трудности мисс Робинсон глубоко ощущает наш генерал Лоуренс, который всегда молча защищал мисс Робинсон от нападок монстров, словно могучий Ультрамен!» Элис Робинсон слегка улыбнулась, погрузившись в размышления, а затем вернулась к реальности и сказала: «Перестаньте об этом говорить, уже довольно поздно, идите поешьте!» «Хорошо, мисс Робинсон, вы хотели бы присоединиться к нам?» «Не нужно, я не очень голоден. Если проголодаюсь, позвоню в отель и попрошу прислать еду». "Хорошо." Энди повернулась, чтобы уйти, и вдруг воскликнула: «Генерал Лоуренс?» Элис Робинсон, сидя в кресле, посмотрела в сторону двери. Клод Лоуренс вошел в комнату и кивнул Энди. Энди с восхищением смотрела на Клода Лоуренса и взволнованно воскликнула: «Генерал Лоуренс, так вы здесь? Когда вы сюда прибыли? Вы…» Энди не могла скрыть радости от встречи с Клодом Лоуренсом, но, заметив, что взгляд Клода Лоуренса по-прежнему прикован к Элис Робинсон за столом, голос Энди постепенно затих, пока совсем не исчез. Клод Лоуренс подошел к столу и посмотрел на Элис Робинсон. Элис Робинсон тоже встала, встретившись взглядом с темным взглядом Клода Лоуренса. Энди благоразумно начал замедлять шаг, тихо вышел из комнаты и закрыл за собой дверь. В этот момент Элис Робинсон подошла из-за стола к Клоду Лоуренсу и начала разговор: «Клод…» — ее голос был несколько хриплым. Клод Лоуренс пристально смотрел на Элис Робинсон, его темные глаза были полны эмоций. Не услышав его молчания, Элис Робинсон усмехнулась, чтобы развеять неловкость: «Я звонила тебе много раз, а ты не отвечал… Я думала, ты на меня злишься». «Ты плакала?» — голос Клода Лоуренса был хриплым. "Я… я не была…" Не в силах притвориться равнодушной, Элис Робинсон опустила голову. Клод Лоуренс протянул руку, чтобы погладить нежное, хрупкое лицо Элис Робинсон. Казалось, он все еще чувствовал холодные следы слез на ее щеке. "Мне жаль." Его раскаявшийся голос эхом разнесся над ней, и она медленно подняла на него взгляд: «Извиняться должна я…» Элис Робинсон положила руку на руку Клода Лоуренса, лежавшую у нее на лице, и нежно взяла ее: «Это я не учла твои чувства, думая, что знаю лучше всех, несмотря ни на что. Как твоя девушка, я не должна была скрывать встречу с Честером Робинсоном в Германии». Клод Лоуренс нежно обнял Элис Робинсон: «Я хочу взять обратно слова, которые сказал тебе сегодня утром… Прости, Элис». ---------- Главы 1181–618: Дополнительная история: Хроники похищения жен (Часть 2) Элис прислонилась к плечу Клода Лоуренса, у нее немного заложило в носу, но она безмятежно улыбнулась: «Я не приняла это близко к сердцу; во всем виновата я… Мне не следовало скрывать встречу с Честером Робинсоном и вызывать недоразумение между нами». Элис протянула руку и крепко обняла Клода Лоуренса, чувствуя его тепло. Клод Лоуренс прижался подбородком к лбу Алисы и поцеловал ее в волосы. Глаза Алисы покраснели, она подняла взгляд и пристально посмотрела на него: «Клод, поверь мне, я искренне хочу быть с тобой; прошлое действительно осталось позади, меня волнует только ты…» Клод Лоуренс почувствовал укол сердечной боли: «Прости, я был слишком чувствительным, слишком придирчивым и причинил тебе боль…» Глаза Алисы наполнились слезами, она покачала головой с улыбкой: «Давай больше не будем ссориться, хорошо?» "Хорошо." Клод Лоуренс склонил голову и страстно поцеловал Алису в лоб. Элис наконец улыбнулась и крепко обняла Клода Лоуренса. Клод Лоуренс обнял Алису и сказал: «Уже так поздно, ты поужинала?» Элис покачала головой в объятиях Клода Лоуренса. «Я не могу есть». «А сейчас? Ты всё ещё голоден?» Алиса кивнула, как обиженный ребенок. Клод Лоуренс улыбнулся и, обняв Алису, вышел из комнаты: «Я пойду с тобой на ужин». Возле отеля "Йорна" на обочине дороги стоял черный автомобиль. Кит Энтони слегка нахмурился: «Босс, генерал Лоуренс и мисс Элис…» Честер Робинсон сидел на заднем сиденье с бесстрастным выражением лица. В его поле зрения Клод Лоуренс прикрывал голову Алисы. Алиса повернулась и мило улыбнулась Клоду Лоуренсу, затем наклонилась, чтобы сесть в машину. Клод Лоуренс последовал за ней и сел рядом с Алисой. Неоновые огни ночи освещали салон автомобиля, но не могли развеять мрачное выражение лица Честера Робинсона. Кит Энтони взглянул на Честера Робинсона в зеркало заднего вида. Хотя он не мог разглядеть выражение лица своего босса, он увидел одиночество в его глубоких глазах. Кит Энтони сказал: «Похоже, мисс Элис и генерал Лоуренс помирились…» "Поехали!" — равнодушно произнес Честер Робинсон. Кит Энтони кивнул, и машина направилась в противоположную от Клода Лоуренса и Элис сторону. Ночь, тишина. В большой комнате горела лишь лампа на тумбе рядом с диваном. Честер Робинсон рухнул на диван, ослабив галстук и мгновенно расстегнув рубашку, держа в руке две пустые бутылки из-под виски и один пустой стакан. В комнате ещё витал слабый запах алкоголя, обычно высокомерный взгляд Честера Робинсона утратил свой привычный блеск… Его темные глаза были слегка затуманены, в памяти всплывала сцена… "Брат, ты проснулся, наконец-то проснулся… Брат, это здорово… Брат…" Она обняла его, когда он только что проснулся и едва мог дышать. «Где это?» «Это больница, братишка… ты был в коме больше года». "Кома?" Она крепко обняла его, глаза ее наполнились слезами. "Да, ты так долго спал…" «Что со мной случилось?» "Ты не помнишь?" "Пуля…" «Да». Она прикусила губу, голос ее охрип от вины: «Ты пострадал, спасая меня…» "Бекка?" "Ах, Бекка?" Ее лицо побледнело от возбуждения и покраснело. "Её… её здесь нет." «Вы сказали, что я был в коме больше года?» "Да." «Где она?» «Она… она уже замужем за Говардом Джеффри и живет с ним в Нью-Йорке». Он нахмурил брови. Она посмотрела на его выражение лица, голос у нее перехватило в горле. В палату вошла медсестра, держа на руках спящего четырех- или пятимесячного ребенка, и, увидев его сидящим, с удивлением спросила: «Мистер Робинсон, вы не спите?» Он нахмурился, его взгляд остановился на младенце на руках у медсестры. Она сказала медсестре: «Мой брат только что проснулся, не могли бы вы, пожалуйста, позвать доктора?» Медсестра была очень взволнована: «Хорошо, я сейчас же пойду за врачом». Медсестра передала ей ребенка и выбежала. Она дотронулась пальцами до рта младенца и заметила, что он делает сосательное движение. Она улыбнулась и сказала: «Ты проголодался, не так ли?..» Она уже собиралась покормить ребенка, когда вспомнила о нем. Она подняла на него взгляд и, помолчав, произнесла: "…Брат". Он посмотрел на неё с недоумением. Казалось, она долгое время мучилась внутренними переживаниями, прежде чем тихо произнести: «Её зовут Рейчел, она наша дочь». Его глаза расширились. Она посмотрела в его изумленные глаза, медленно поднесла к нему ребенка, ее голос хриплым голосом спросил: «Хочешь подержать ее?» Он прищурился, от его глаз исходил резкий свет, и почти ледяным голосом спросил: «Вы родили ребенка?» Она на мгновение замерла, удивленная его реакцией. Она сухо рассмеялась: «Тебе… не нравится наш ребёнок?» Он резко схватил её за руку: «Кто позволил тебе заполучить её?» Ее лицо побледнело. Сцена снова изменилась, на этот раз она встала перед ним и вопросительно спросила: «Ты даже не смотришь на ребенка; неужели ты так ненавидишь детей?» Он оставался равнодушным, холодно глядя на неё. Она пробормотала: «Или, может быть, тот, кого ты ненавидишь, — это на самом деле я…» Он повернулся и сразу же ушел. Она побежала за ним, преграждая ему путь своим маленьким телом: «Хорошо… ты её не любишь, а я люблю… Раз ты не признаёшь её своей дочерью, я не буду заставлять тебя признать её… Я уеду из Т-Сити завтра, я больше никогда не позволю себе и ребёнку доставлять тебе неприятности». После этих слов она долго смотрела на него, он понимал, что она на что-то надеется. Но в ответ он лишь холодно отпустил её. Сердце… Боль была похожа на удар ножом. В его голове промелькнула каждая сцена, где она плакала… Кит Энтони однажды сказал ему: «Босс, мисс Элис очень вас любит. Когда вам делали операцию, врач не пускал мисс Элис в операционную. Мисс Элис со слезами на глазах умоляла медсестру остаться с вами, но врач отказал. Позже мисс Элис потеряла сознание, а когда очнулась, поняла, что операция прошла с осложнениями. Мисс Элис очень волновалась. В тот момент врач сказал, что мисс Элис может войти, чтобы подбодрить вас и поднять настроение, но мисс Элис знала, что вы больше всего цените мисс Квентин, поэтому, хотя ей очень хотелось быть рядом с вами, она уговорила мисс Квентин войти в операционную… О, а знаете, как мисс Элис уговорила мисс Квентин? Она встала на колени перед мисс Квентин, умоляя ее во что бы то ни стало поддержать вашу волю…» Она так сильно любила его, а он… никогда не ценил её. Именно он подтолкнул её к Клоду Лоуренсу, и теперь какое право он имеет владеть ею? ---------- Глава 1182–619: Дополнительная история: Пойманный маленький белый кролик Два дня спустя, Т-Сити. Честер Робинсон вышел из машины, снял солнцезащитные очки и посмотрел на красочное здание перед собой. Телохранитель, стоявший рядом с Честером Робинсоном, сказал: «Босс, это детский сад, где учится мисс. Я уже поговорил с директором детского сада; вы можете провести с мисс день, но должны вернуть её в детский сад до того, как тётя П.А. и водитель приедут за ней». Честер Робинсон кивнул. В этот момент директор детского сада вывела Рейчел за ворота. Телохранитель поспешно шагнул вперед. Телохранитель обменялся несколькими словами с директором детского сада, пытаясь подвести Рейчел к Честеру Робинсону. Однако Рейчел стеснялась и не хотела следовать за телохранителем, прячась за директором. Честер Робинсон уже подошел и, заметив Рейчел, прятавшуюся за директором, осторожно присел на корточки. "Рейчел…" Сначала Рейчел не узнала Честера Робинсона; только когда он подошел к ней, присел на корточки и доброжелательно посмотрел на нее, ее большие глаза расширились, и она невинно воскликнула: «Дядя?» Честер Робинсон распахнул объятия: «Иди сюда, пусть дядя обнимет тебя и отведет поиграть, хорошо?» Рейчел медленно вышла из-за директора, недоверчиво посмотрела на Честера Робинсона, а затем вдруг покачала головой: «Нет… ты не мой дядя… Мама сказала, что дядя уехал очень далеко». «Рэйчел, я твой дядя, дядя вернулся». Рейчел хотела подойти к Честеру Робинсону, но колебалась: «Но мама сказала, что дядя уехал очень далеко и не вернется». «Иди сюда, потрогай дядю и посмотри, не похож ли я на него в точности», — уговаривал Честер Робинсон. Рейчел по-прежнему качала головой: «Мама сказала, что в мире много людей, которые выглядят совершенно одинаково. Ты просто очень похожа на дядю; ты не он». Честер Робинсон терпеливо сказал: «Рэйчел, помнишь, дядя однажды купил тебе много игрушек, в том числе маленького поросёнка, который однажды сломался, и ты прибежала к дяде, чтобы попросить его починить… А ещё вы с мамой когда-то жили у дяди. Дядя водил тебя играть на подсолнечное поле и ловил для тебя много бабочек…» Невинные глаза Рейчел медленно расширились, и вот, маленькое тельце с рюкзаком бросилось в объятия Честера Робинсона: «Дядя…» — ее голос был полон слез. Честер Робинсон крепко обнял Рэйчел, его глаза слегка блестели, и он поцеловал мягкие волосы девочки. Рейчел поджала губы, обиженно глядя на Честера Робинсона: «Дядя, куда вы ушли? Почему вы так долго не приходили повидаться со мной и мамой?» Честер Робинсон поднял Рейчел на руки, не удержался и снова поцеловал ее румяную щеку: «Прости, дядя слишком долго отсутствовал». Рейчел всхлипнула: «Дядя, я так по тебе скучала…» «Дядя тоже по тебе скучал». Честер Робинсон нежно вытер слезы с уголков глаз Рейчел. Рейчел обняла Честера Робинсона за шею: «Дядя, пойдем найдем маму… Она будет так рада узнать, что ты вернулся… Мама тоже скучает по дяде». «Я вернулась домой, тётя ПА сказала, что твоя мама уехала в Германию». "Ах, точно… Дядя, я забыла, мама уехала в Германию." Рейчел смущенно почесала затылок, выглядя очаровательно. «Дорогая, дядя может остаться здесь только на один день, поэтому я не поеду сейчас в Германию искать твою маму. Я проведу день здесь с тобой, хорошо?» «Но тогда мама не узнает, что ты вернулся…» Честер Робинсон уговаривал: «Рэйчел, не говори маме, что дядя вернулся, и никому не говори. Дядя просто хотел приехать повидаться с тобой; он не может оставаться слишком долго. Если ты расскажешь маме, она расстроится, узнав, что дяде снова придётся уехать, хорошо?» «Почему дядя должен уходить сразу после возвращения?» «У дяди есть несколько неизбежных дел». "Есть ли что-нибудь важнее, чем я и мама?" «Прости, дорогая, но дядя не может остаться…» Глаза Рейчел покраснели: «Дядя, я обещаю, что не скажу маме. Я не хочу, чтобы мама расстраивалась». Честер Робинсон с любовью погладил Рейчел по голове: «Молодец». Он поднял Рейчел на руки: «Дядя отвезет тебя в Оушен-Парк, хорошо?» "Хорошо." В машине Рейчел сидела рядом с Честером Робинсоном и постоянно наблюдала за ним. Честер Робинсон невольно улыбнулся, притянул Рейчел к себе и спросил: «Что случилось, дорогая?» Рейчел серьезно спросила: «Дядя, а есть ли в мире люди, которые выглядят совершенно одинаково?» «Почему Рейчел задает этот вопрос?» «Ведь в прошлый раз, когда мы с мамой ходили ужинать в отель к дяде Лоуренсу, я увидела дядю, который был точь-в-точь как ты!» ---------- Главы 1183–619: Дополнительная история: Маленький белый кролик падает в сеть (Часть 2) Честер Робинсон притворился любопытным: «В точности такие же?» Рейчел энергично кивнула: «Дядя такой же высокий, как дядя Джеффри, но улыбается не так часто, как дядя Джеффри… Мама сказала, что я приняла его за кого-то другого». «Оказывается, наша Рейчел действительно кого-то перепутала…» «Да-да, дядя Джеффри не хотел возвращаться и видеться со мной и мамой, но дядя Джеффри любит нас больше всех». Рейчел потянулась своими маленькими ручками и обняла Честера Робинсона. Честер Робинсон кивнул, держа Рейчел на коленях. Маленькие ножки Рейчел мило покачивались, когда она по-детски добавила: «Дядя, пока тебя не было больше года, мама сильно изменилась». "О? Как изменилась твоя мама?" Рейчел надула губы: «Мама больше не так часто смеется и ей уже все равно, как раньше, что она выглядит. Раньше, когда она выходила из дома, она всегда красиво одевалась, особенно когда ты была дома. Мама часто спрашивала меня, хорошо ли ей идет одежда, а теперь она даже не смотрит в зеркало перед выходом. Она каждый день чем-то занята…» Честер Робинсон на секунду задумался: «А когда твоя мама с дядей Лоуренсом? Она красиво одевается?» Рейчел рассмеялась: «Дядя, ты такой глупый. Конечно, мама красиво одевается, когда приходит дядя Лоуренс, но когда она идет на свидание с дядей Лоуренсом, она никогда не спрашивает меня, хорошо ли ей идет наряд. Мама сама выбирает красивую одежду для встречи с дядей Лоуренсом». "Ой." Рейчел наклонила голову, глядя на выражение лица Честера Робинсона, и невинно спросила: «Дядя, почему вы улыбаетесь?» Губы Честера Робинсона изогнулись в улыбке: «Ничего, дядя счастлив быть с Рейчел». Ребенок не подозревал, что ее невинные слова открыли ему захватывающую правду: даже когда она была с Клодом Лоуренсом, ее забота о нем была гораздо меньше, чем о Честере. «Дядя отвезет меня позже посмотреть на дельфинов?» "Мм." «Ура! Я тоже хочу поговорить с дельфинами! Мама говорит, что дельфины понимают, что мы говорим…» "Хорошо." Честер Робинсон провел весь день с Рейчел, и к четырем часам дня Рейчел, довольная, держа Честера за руку и радостно выпрыгивая из аквариума, уже с удовольствием выбежала оттуда. Рейчел обнимала плюшевого дельфина, явно еще не насытившись игрой. Они не успели далеко пройти, как Рейчел остановилась и, кокетливо обращаясь к Честеру Робинсону, сказала: «Дядя, я устала, я не хочу идти, понесите меня». Честер Робинсон поднял Рейчел одной рукой, смеясь: «Какая же она ленивая маленькая свинка». Рейчел удобно откинулась на спинку кресла в объятиях Честера Робинсона, покачала ногами и спросила: «Дядя, у тебя есть девушка?» Честер Робинсон не ожидал, что Рейчел задаст этот вопрос, поэтому он немного помолчал, прежде чем ответить: «Нет». «А как же тётя Шарлотта?» Для всего мира Шарлотта Юл представлялась официальной подругой Честера Робинсона, единственного наследника династии Робинсонов во французской винодельческой отрасли. Однако после «смерти» Честера Робинсона эта новость затихла, и Шарлотта Юл также исчезла из поля зрения общественности. Конечно, Честер Робинсон и Шарлотта Юл продолжали поддерживать контакт. Шарлотта Юл теперь воспитывает ребенка одна, но она не сталкивается с осуждением со стороны семьи или внешнего мира, поскольку все считают, что она была на пороге свадьбы, когда ее парень внезапно умер. Таким образом, мир испытывает к Шарлотте Юл только сочувствие и сострадание. В любом случае, Шарлотта Юл в конечном итоге добилась того, чего хотела. «Мы с дядей просто друзья». Рейчел озадачилась: «Но мама говорила мне, что тетя Шарлотта — девушка дяди!» «Твоя мама меня неправильно поняла». «Я действительно не понимаю, почему вы, взрослые, всегда называете отношения дружбой. Дядя так делает, и мама тоже…» "Хм?" Рейчел пробормотала: «Я спросила маму о её отношениях с дядей Лоуренсом, и она тоже сказала, что они просто друзья. Но другие говорят, что мама и дядя Лоуренс — парень и девушка, даже бабушка-ассистентка сказала, что мама когда-нибудь выйдет замуж за дядю Лоуренса». «О?» — небрежно спросил Честер Робинсон. — «Когда ты спросил свою маму?» «Совсем недавно… я спросила маму, когда она выйдет замуж за дядю Лоуренса, и мама сказала, что не выйдет за него замуж, потому что они просто друзья». Честер Робинсон наклонился, чтобы посадить Рэйчел в машину, но, услышав ответ Рэйчел, на мгновение замер, его взгляд потемнел, слегка обострился: «Ты сказала, что недавно спрашивала маму?» Рейчел серьезно кивнула: «Да…» Честер Робинсон внезапно опустил Рейчел на пол, осторожно держа ее маленькое тельце в розовом платье, и торжественно спросил: «Ты уверена?» Рейчел была смущена вопросами Честера: «Э-э…» Честер снова с тревогой спросил: «Когда твоя мама сказала, что они с дядей Лоуренсом просто друзья?» Рейчел почесала затылок: «Дядя, я не помню точный день, но могу подтвердить, что это было недавно…» «Позвольте мне ещё раз спросить: в прошлом году дядя Лоуренс часто приглашал вашу маму куда-нибудь?» «Да, очень много». «Твоя мама когда-нибудь оставалась ночевать у дяди Лоуренса?» «Нет… Мама всегда приходит домой, как бы поздно она ни приходила, чтобы рассказать мне сказки на ночь», — с гордостью заявила маленькая принцесса. Голос Честера Робинсона немного напрягся: «Дядя Лоуренс когда-нибудь оставался у вас на ночь?» «Да, дядя Лоуренс часто остается у нас на ночь…» Брови Честера Робинсона, только что расслабившегося, снова нахмурились, но неожиданно Рейчел добавила: «Когда дядя Лоуренс остаётся на ночь, мама остаётся со мной, а дядя Лоуренс спит в маминой комнате…» Глаза Честера расширились, он крепко сжал Рейчел в руках: "Правда?" «Дядя, ты делаешь мне больно…» "Прости, Рейчел…" Честер ослабил хватку, держа плюшевого дельфина Рейчел одной рукой и нежно поддерживая девочку, успокаивающе спрашивая: "Рейчел, ты уверена, что дядя Лоуренс и мама спят раздельно?" ---------- Главы 1184–620: Дополнительно: Высокомерное признание Большого Злого Волка 1 «Мама всегда протискивается ко мне в маленькую кроватку…» "Рэйчел…" "Хм?" Честер с восторгом поднял дочь на руки и крепко поцеловал её нежное личико: «Ты очень помогла дяде…» Рейчел выглядела растерянной. Честер посадил Рейчел в машину и приказал водителю: «В детский сад». "Да." Рейчел несколько уныло спросила: «Дядя, вы теперь вернёте меня в детский сад?» Честер кивнул: «Если тётя П.А. тебя не увидит, она начнёт волноваться». "Ох… Но дядя, ты же не вернешься? Разве я не могу сказать маме, что ты вернулся?" «Нет», — успокоил Честер явно расстроенную Рейчел, серьезно сказав: «Дядя решил поехать в Германию, чтобы найти твою маму. Если твоя мама не хочет, чтобы дядя уезжал, то дядя останется с тобой и больше никогда не уедет». Большие, сияющие глаза Рейчел расширились от восторга: «Дядя, вы серьёзно?» Честер кивнул: «Когда дядя тебе когда-либо лгал?» Глаза Рейчел наполнились непролитыми слезами, когда она прыгнула в объятия Честера: «Дядя, ты должен сдержать свое слово!» Честер погладил маленькую головку Рейчел: «Дядя поедет в Германию, чтобы найти твою маму, а потом вернется с ней, хорошо?» "Хорошо." «Будь хорошей девочкой и слушай тетю П.А., и пока не рассказывай ей о том, что видела меня». Рейчел послушно кивнула: «Мм». Наблюдая издалека, как тетя ПА забирает Рейчел, выражение лица Честера внезапно стало ледяным, а из-под солнцезащитных очков его взгляд пробежал опасный и пронзительный. Телохранитель и водитель вздрогнули, увидев суровое лицо Честера, и спросили: «Мистер Робинсон, а теперь идите к…» «В аэропорт». "Да." Германия. Рано утром за ним приехал Кит Энтони. Увидев, как из самолета спускается суровый босс, Кит Энтони с недоумением взглянул на подчиненного, сопровождавшего Честера в Париж. Подчиненный жестом указал на Кейта Энтони, давая понять, что объяснит позже. Кит Энтони быстро догнал Честера и неуверенно спросил: «Босс… Вы только что сошли с самолета, вы устали? Позвольте мне сначала отвезти вас в отель…» Честер легкомысленно ответил: «Йорне». Кит Энтони был немного растерян, но не осмелился задать больше вопросов: «Да». Отель "Йорна". Сквозь тонкие черные линзы своих солнцезащитных очков Честер смотрел на тяжелую темно-коричневую дверь перед собой. Его суровый и жесткий вид излучал ауру отчужденности, а гордо поднятая фигура излучала врожденное превосходство. Кит Энтони шагнул вперед и спросил: «Босс, мне нужно постучать?» «Нет». Честер снял солнцезащитные очки, открыв взору свои яркие и энергичные глаза. «Все отойдите назад». "Да." Кит Энтони отступил и выстроился в ряд с остальными телохранителями. Честер протянул руку и нажал на дверной звонок, звук которого отчетливо донесся до его ушей через дверь. Затем из-за двери появилась стройная фигура и раздался чистый голос. "ВОЗ…" Элис Робинсон посмотрела на Честера, ее вопросительный голос застрял в горле. «Это я», — естественно ответил Честер. Элис Робинсон с изумлением смотрела на Честера. Она слышала, что проект «QCS» в Германии уже завершен и что его возьмет на себя «Джеффри». Не получив от него никаких известий за последние пару дней, она предположила, что он уже покинул Германию. Его реакция была настолько естественной, словно она ждала его все это время. — Чего ты хочешь? — холодно спросила она его. Что касается Честера, она никак не могла его понять. Они были незнакомы, когда ещё не встречались, но после знакомства он вёл себя так, будто испытывал ностальгию по прошлому. Однако на самом деле он совсем не был к ней привязан, и ей было всё равно. Она не хотела с ним ссориться и вызывать недопонимание с Клодом Лоуренсом, поэтому ей пришлось выстроить оборону и сохранять твердую позицию. "Можно мне зайти и немного посидеть?" Честер говорил тепло, не обращая внимания на равнодушное отношение Элис Робинсон. «Это неудобно», — бескомпромиссным тоном ответила Элис Робинсон. Она не впустила его в комнату; он был всего лишь незнакомым другом из делового мира. "О, правда?" — легкомысленно ответил Честер, но уже спланировал, как пробить её защиту. «Если вам неудобно приглашать меня внутрь, мы можем поговорить здесь». Честер постоянно напоминал себе, что не стоит торопиться или быть напористым; эта маленькая девочка реагирует на мягкие, а не на резкие подходы. Если он будет действовать жестко, это обернется против него. «Думаю, нам не нужно разговаривать… Мой парень скоро приедет за мной, так что, пожалуйста, уходи. Мне нужно переодеться и выйти». Элис Робинсон попыталась закрыть дверь, но рука Честера помешала ей. ---------- Глава 1185–620: Дополнительно: Высокомерное признание Большого Злого Волка 1_2 Элис посмотрела в сияющие глаза Честера, и в ее сердце зазвенели тревожные колокольчики. Она прекрасно понимала, что означает его взгляд… Такой заинтересованный взгляд он использовал только тогда, когда интересовался кем-то или чем-то. Он никогда не скрывал своих намерений; если ему чего-то хотелось, он всегда пользовался возможностью любыми необходимыми средствами. Она не могла понять этот его взгляд. «Отпусти меня». Элис оттолкнула руку Честера, внезапно обхватившую ее за талию, не в силах сохранять спокойствие. «Я не отпущу». Честер обнял Алису, крепко прижав её к своей груди: «Тебе лучше подготовиться; с этого момента я никогда тебя больше не отпущу». "Чего ты так любишь?.." Элис отчаянно пыталась вырваться, но не могла освободиться из объятий Честера. Честер захлопнул дверь ногой и одним движением развернул ее, зажав между белой стеной и собой. Она запаниковала, её охватила злость: «Что ты пытаешься сделать?» Честер смотрел на нее с расстояния нескольких сантиметров, его взгляд был глубоким. Она почувствовала его приятный мужской запах, и внутри неё всё больше охватывал страх. Он обнял её за тонкую талию и тихим, серьёзным голосом сказал: «Я хочу начать всё сначала с тобой». "Ты что, с ума сошел?" Она изо всех сил оттолкнула его. Он крепко, спокойно и серьезно обнял ее: «Я не сумасшедший». «Я бы никогда не стала начинать все сначала с тобой…» — настаивала она еще сильнее. Он усмехнулся: «Правда?» Его смех скрывал его намерения, но она уловила едва уловимый оттенок опасности. Когда Честер протянул палец, чтобы коснуться красных губ Алисы, его взгляд стал еще более пристальным. "Ты…" Элис почувствовала перемену в поведении Честера, но ее голос сопротивления еще не вырвался наружу, когда Честер облизал ее красные губы. С молниеносной скоростью Честер наклонился, схватил ее сочные губы, страстно требуя нежной мягкости, и яростно посасывал. Алиса с силой ударила его кулаком по телу… Он не чувствовал боли и еще крепче обнял ее. Алиса могла лишь стиснуть зубы, но по его настоянию его губы и язык в конце концов прорвались сквозь них, проникнув ей в рот. "Мм…" Она непрерывно била его кулаками. Он обхватил её голову, прижал к стене и целовал ещё глубже, наслаждаясь сладостью её губ. Она не могла пошевелиться, сопротивляясь все сильнее… В конце концов он отпустил ее, когда она отчаянно сопротивлялась, слегка задыхаясь, и посмотрел на ее распухшие красные губы. Ее губы болели и онемели, и, увидев его страстный взгляд, она почувствовала одновременно смущение и гнев, снова оттолкнув его. К сожалению, на этот раз Честер, уже однажды испытавший подобное на себе, прижал ее бедром к стене, а на его красивом лице появилась легкая улыбка: «Опять пытаешься убить своего мужа?» Боль в губах напомнила ей об унижении; не в силах пошевелиться, она могла лишь свирепо смотреть на него: "Ублюдок!!" "Почему я бастард?" "Ты…" Наслаждаясь видом её сердитого, но беспомощного выражения лица, он улыбнулся ещё шире: «Я всего лишь поцеловал тебя; если ты называешь меня ублюдком, то то, что я сделаю дальше, действительно может быть немного более ублюдочным». Алиса крепко сжала в руках одежду: «Что ты собираешься делать?» Честер рассмеялся, откинул прядь волос со лба и поцеловал ее: «Не бойся, это не то, что ты думаешь; мы можем уйти позже… Я имею в виду, собери свои вещи, покинь отель «Йорна» и пойди со мной». Элис в шоке смотрела на улыбающееся лицо Честера, не понимая, сошел ли он сегодня с ума или нет. «Я не собираюсь с тобой общаться; я не пойду с тобой». Глаза Честера засияли, и он серьезно произнес: «Если наши бесчисленные союзы, включая рождение дочери, не считаются отношениями, то нет никого ближе нас в этом мире». Его слова сильно смутили Алису, она пришла в ярость и воскликнула: "Отпусти меня!!" Честер устремил взгляд на Алису и крикнул: «Кит Энтони!» В дверь ворвался Кит Энтони в сопровождении нескольких телохранителей. Честер продолжал смотреть на Алису с сердитым, покрасневшим лицом, говоря: «Собери все вещи Алисы из этой комнаты; я хочу забрать ее». Кит Энтони тактично проигнорировал вид Честера, прижимающего Алису к стене, и быстро приказал своим подчиненным выполнить задание. Наблюдая, как телохранители упаковывают ее багаж, Алиса яростно посмотрела на Честера, стиснув зубы: «Я с тобой не поеду!!» Честер снова поцеловал её распухшие красные губы: «Веди себя хорошо… давай найдём место, где нас никто не потревожит, и как следует обсудим наши дела». Алиса повернула голову и сказала: «Уходи!» Честер уперся обеими руками в стену, наклонился к Алисе и злобно посмотрел на ее смущенное и сердитое лицо. Кит Энтони подошел к Честеру сзади и почтительно сообщил: «Босс, вещи мисс Элис упакованы». Честер кивнул, его глаза ярко горели, когда он смотрел на Алису: «Веди себя хорошо, и я позволю тебе подержать меня за руку, когда мы будем уходить; если нет, я вынесу тебя». Алиса яростно смотрела на мужчину, ведущего себя как негодяй, и на ее холодном выражении лица не было и следа смягчения: «Я с тобой не пойду!!» Губы Честера изогнулись в насмешливой улыбке, а тон его был терпеливым: "Правда?" Алиса отвернула лицо, отказываясь смотреть на него. В этот момент телохранитель наклонился к уху Кейта Энтони и что-то прошептал. Кейт Энтони быстро пробормотал Честеру на ухо: «Босс, генерал Лоуренс здесь». Честер слегка кивнул и обменялся взглядом с Китом Энтони. Кит Энтони понял и незамедлительно выполнил инструкции Честера. Элис не знала, что Честер поручил Киту Энтони, но почувствовала предчувствие беды и холодно произнесла: «Я никуда с тобой не пойду». «Но теперь это уже не в твоих руках, дорогая». ---------- Глава 1186–621: Дополнительная история: Высокомерное признание Большого Злого Волка 2 То, как он к ней обратился, заставило её на секунду замереть. В следующее мгновение он уже подхватил её на руки, расположив горизонтально. Она издала пронзительный крик, изо всех сил сопротивляясь, размахивая кулаками и дёргая ногами. Честер без труда держал её, позволяя ей вырываться сколько угодно. В любом случае, она не могла причинить ему вреда и не могла вырваться. Несколько телохранителей поспешили помочь Честеру открыть дверь… «Отпусти меня, отпусти меня…» Рычание Алисы эхом разнеслось по всему коридору. Кит Энтони уже нажал кнопку лифта. Честер отнёс Алису прямо в лифт, и Кит Энтони последовал за ними. В тот же момент, когда закрылась эта дверь лифта, открылась соседняя, ​​и из лифта вышел Клод Лоуренс с мрачным, зловещим лицом. Оказалось, что Клоду уже сообщили по дороге в отель, что Честер пришел поужинать с Алисой. Клод направился прямо к двери комнаты. Его подчиненный ворвался в комнату, осмотрел ее, а затем в тревоге выбежал наружу и сказал: «Генерал Лоуренс, мисс Робинсон ушла». Лицо Клода потемнело до бледного, свиноподобного цвета. Он повернулся и направился к лифтам. Внезапно раздалась серия пикающих звуков. Вызванный ранее лифт автоматически закрыл свои двери, свет в коридоре погас, а пиканье стало более настойчивым. Робин подбежал к Клоду. «Босс, несколько камер видеонаблюдения в коридоре были намеренно повреждены. Отель автоматически переключился на режим повышенной безопасности, поэтому лифты на этом этаже отключены». Не нужно гадать — именно это Честер только что приказал сделать Киту Энтони, полностью задержав Клода. Выражение лица Клода стало еще холоднее, когда он достал телефон. Телефон Честера звонил, но сейчас он был в руке у Кейта Энтони. Кит Энтони, естественно, не ответил. Он даже нажал кнопку и выключил его. Сопротивление Алисы разносилось по всему зданию отеля. Энди и остальные как раз собирались приехать, чтобы найти Алису, и случайно увидели, как Честер сажает её в машину. Все они закрыли рты руками и ахнули. В просторном салоне машины Алиса все еще лежала на коленях у Честера. Ее сопротивление ничуть не уменьшилось. «Отпусти меня, отпусти меня… ублюдок…» Слегка ехидное веселье в уголке рта Честера ясно давало понять, что он в отличном настроении. Столкнувшись с непрекращающимися ругательствами и яростным сопротивлением Алисы, он, наблюдая за ней, неторопливо протянул: «Ты такая шумная. Знаешь, как я собираюсь тебя заткнуть?» "Ты, ублюдок…" Не успела она и слова произнести, как Честер наклонил голову, запечатлев ее бесконечно болтливый рот. "Мм… мм…" Все ее ругательства были проглочены им. Ее кулаки бешено сжимали его крепкое тело. Когда она уже не могла произнести ни слова, он наконец отстранился от её губ, его взгляд всё ещё был устремлён на неё с неугасающей страстью. "Хочешь попробовать ещё раз?" "Честер, ты…мм…" Он снова опустил голову, сильно прижимаясь к ее мягким губам. Если в прошлый раз это было лишь небольшим наказанием, то на этот раз он пошел ва-банк, безжалостно. Одна рука крепко держала её, а другая сжимала челюсть, заставляя разжать плотно сжатые зубы. Его ловкий язык скользнул ей в рот, вытягивая сладкий вкус. Она изо всех сил ударила его, но это лишь спровоцировало еще более безрассудное нападение. Он сильно укусил, разминая и сдавливая, отчего ее губы онемели, защемило и стало болеть… "Мм… мм… мм…" Она уже не могла составить ни одного предложения. Лишь когда ее руки ослабли, а удары по его груди потеряли силу, он наконец оторвался от ее губ. Его дыхание стало слегка тяжелым, взгляд потемнел и затуманился, когда он пристально посмотрел на нее. "Теперь… все еще хочешь попробовать еще раз?" Она в панике уставилась на него, ее лицо сначала покраснело, а затем побледнело. Он был невероятно близко к ней, почти не желая отходить. Его губы почти не отрывались от нее. На этот раз она наконец замолчала, сильно прикусила губы и свирепо посмотрела на него. Увидев, как она прикусывает губу, выглядя неожиданно очаровательно, он наклонился и нежно поцеловал ее в губы, слегка улыбаясь. "Ты забыла, как я тебя раньше "наказывал", когда ты плохо себя вела?" В памяти Честера промелькнули воспоминания. Тогда, всякий раз, когда она затевала с ним ссору, это всегда заканчивалось тем, что они просыпались вместе в постели… Лицо Алисы покраснело еще сильнее, но она не произнесла ни слова, лишь крепко сжала зубы и с ненавистью уставилась на Честера. Честер, очевидно, не планировал устраивать в машине полноценное «порношоу в прямом эфире». На данный момент ему больше всего хотелось, чтобы она успокоилась, чтобы они могли нормально поговорить. Он взглянул на ее губы, уже поцарапанные до синяков, и сказал: «Пообещай мне, что ты сможешь сохранять спокойствие и поговорить со мной прямо сейчас, и я тебя отпущу». Она понимала, что если попытается прямо поговорить с ним в такой ситуации, пострадает только она. Она холодно посмотрела на него и замолчала. ---------- Глава 1187 - 621: Дополнительная история: Высокомерное признание Большого Злого Волка 2_2 Она выглядела невинной, как добыча, прирученная охотником. Он тихонько усмехнулся и отпустил ее. Она тут же отодвинулась от его колен, повернулась и попыталась открыть дверцу машины. К сожалению, дверь была наглухо заперта, и как бы она ни старалась, все было бесполезно. Казалось, он предвосхитил её реакцию, неторопливо наблюдая за её попытками сбежать, и на его губах играла улыбка. Когда она поняла, что дверца машины никак не откроется, она повернула голову и холодно посмотрела на него. "Отпусти меня". Он ослабил галстук, откинулся на спинку кресла и лениво, но нежно посмотрел на нее: «Я же говорил, что хочу начать все сначала, поэтому с этого момента я не позволю тебе уйти». Алиса равнодушно ответила: «Честер, я не знаю, что с тобой случилось, но я не могу начать все сначала с тобой». Честера не волновала холодная реакция Алисы; он оставался спокойным и невозмутимым: «Мне нужно всего десять минут вашего времени, чтобы кое-что вам объяснить». Алиса отвернула лицо и холодно произнесла: «Между нами нет ничего, что стоило бы обсуждать». «Не думаю», — Честер погладил Алису по подбородку и повернул ее лицо к себе. Он пристально посмотрел в ее ясные глаза, — «Думаю, вы захотите выслушать мое объяснение». Элис бесстрастно посмотрела на Честера: «Мне всё равно». «Ты будешь заботиться…» Взгляд Честера стал глубоким, словно вихрь в открытом море, притягивая её к себе. Его голос слегка охрип: «Потому что я знаю, что в твоём сердце всё ещё есть место для меня». В взгляде Алисы мелькнула легкая неуверенность, хотя ее холодное выражение лица почти не изменилось. В этот момент машина остановилась. Алиса заметила, что они находятся в частном аэропорту. Для такого человека, как он, наличие собственного аэропорта везде, куда бы он ни отправлялся, не было чем-то удивительным. Он вышел из машины и сказал: «Давайте поговорим…» В этот момент Алиса не хотела выходить, потому что не хотела с ним разговаривать. В этом пустом частном аэропорту она чувствовала себя маленькой, словно муравей, которого могут раздавить в любой момент. Кит Энтони открыл дверцу машины с ее стороны и подошел к ней, сказав: «Если ты не выйдешь, мне придется вернуться и „поговорить“ с тобой». "Ты…" Он слабо улыбнулся. Элис вышла из машины с холодным лицом. Легкий ветерок развевал его непослушные, растрепанные черные волосы, подчеркивая его привлекательные черты лица. Его гордая, стоящая фигура излучала врожденную, властную ауру суверенитета. Водитель уехал, и Кит Энтони повел всех отступать. Казалось, что во всем мире остались только они двое… Она безэмоционально произнесла: «Я уже говорила, между нами ничего нет. Если ты меня не отпустишь, уверяю тебя, после секса я вызову полицию». Алиса оглянулась на него, но он ответил улыбкой: «Дайте мне десять минут». «Мне не о чем с тобой говорить». Она равнодушно ответила на его улыбку. Его взгляд опустился, стал глубоким и мрачным. «Я думаю, вы на самом деле не это имеете в виду», — пробормотал он. «Честер, я не знаю, что тебя вдруг подтолкнуло ко мне, но нам больше нечего обсуждать. Пожалуйста, не трать ни своё, ни моё время». С этими холодными словами Элис повернулась, чтобы уйти, несмотря на то, что в этом отдалённом аэропорту, казалось, не было никаких средств передвижения для её отъезда. Честер схватил ее за руку: «Я знаю причину твоей злости. Дай мне десять минут; мне просто нужно, чтобы ты успокоилась и выслушала меня. Между нами произошло недопонимание». Алиса замерла, холодно глядя на огромный аэропорт, понимая, что если он лишит ее возможности связаться с кем-либо, она не сможет уехать. Она остановилась. Честер встал перед ней, пристально глядя в ее блуждающие глаза: «Элис, я знаю, ты сердишься, потому что я не приходил тебя искать в прошлом году, верно?» Алиса смотрела прямо перед собой: «Ты ошибаешься, я не злюсь». Люди по своей природе сохраняют дистанцию ​​и безразличие к тем, кто им безразличен, точно так же, как она сейчас поступает с ним. «Не спорь со мной; сначала выслушай меня». Он пристально посмотрел на нее, его взгляд был нежным. Она продолжала смотреть вдаль. Он тихо начал: «Элис, вообще-то, через месяц после операции я поехал в Париж, чтобы найти тебя…» Она должна была признать, что, хотя ей уже было все равно, его слова все равно ее удивили. Он заметил едва уловимый проблеск эмоций в ее глазах и продолжил: «В тот день я принес цветы и подарки, которые приготовил для тебя. Я подъехал к въезду на виллу, готовый выйти из машины, но тут увидел машину Клода Лоуренса, припаркованную у ворот виллы». Его голос был хриплым и печальным: «В машине ты отвернулась от меня, села ему на колени и поцеловала его… В тусклом свете вы запутались в узком автомобильном пространстве». На спокойном, невозмутимом лице Алисы наконец-то отразилось лёгкое потрясение. Он говорил мрачным тоном: «Признаюсь, именно тогда я понял, как сильно я тебя люблю. Поэтому, увидев тебя с ним, я, скрепя сердце, уехал… Я остался в Париже на несколько дней. Я хотел найти тебя, но всякий раз, когда я думал о тебе, обнимающейся с Клодом Лорансом, я не мог сдержать гнева. Я всегда думал, что ты принадлежишь мне, полностью и целиком. Я никогда не представлял, что настанет день, когда ты действительно выберешь кого-то другого. Это был первый раз, когда я почувствовал сильную ревность, первый раз, когда я почувствовал такую ​​боль в сердце, и первый раз, когда я почувствовал такое сожаление… Я провел ночь в отеле пьяным, и когда проснулся на следующий день, мой разум был намного яснее. Тогда я понял, что не имею права злиться на тебя, потому что это я оттолкнул тебя с жестокостью и бессердечностью, заставив тебя полностью покинуть мой мир. Теперь, когда ты выбрала кого-то другого, у меня нет права злиться…» «Я уехала из Парижа и вернулась в T City, и вдруг мой мир стал серым. Куда бы я ни пошла, мне казалось, что я думаю о тебе, особенно на вилле в T City, в каждом уголке звучал твой голос, хранились воспоминания о нас обоих… Я начала понимать, сама того не осознавая, что ты уже прочно вошла в мою жизнь, стала ее незаменимой частью. Я просто не могу жить без тебя…» «Я постоянно думал о тебе, поэтому послал кого-то проверить твою ситуацию в Париже. Мой подчиненный сообщил, что у тебя все хорошо. У тебя началась новая жизнь, и ваши отношения с Клодом Лорансом углубились… Внезапно я стал трусливым, я боялся тебя найти, потому что боялся увидеть тебя счастливой, и я знал, что не имею права тебя искать и не имею права разрушать твое счастье. Тем не менее, я все же не мог не поехать в Париж; у ворот «Тенча» я сидел в машине и наблюдал за тобой издалека, как ты разговариваешь и смеешься с подчиненными, выходя из компании. Ты казалась такой спокойной и умиротворенной… в конце концов, мне не хватило смелости встретиться с тобой, поэтому я пошел к Клоду Лорансу. Он признался, что вы уже вместе…» ---------- Главы 1188–622: Дополнительная история: Большой Злой Волк снова отпускает маленького белого кролика Взгляд Честера потускнел, в нем читалась тоска. «Клод Лоуренс — тот, кому ты можешь довериться. Я совершенно точно знаю, что если ты будешь с ним, он обязательно подарит тебе такое счастье, которому позавидовал бы весь мир. Он просил меня держаться от тебя подальше, вернуть тебе тихий мир, позволить ему сгладить боль, которую я тебе причинил… Тогда я был погружен в отчаяние и декаданс, но я мучительно осознавал, что уже потерял тебя полностью…» Тело Алисы снова напряглось. В продуваемом ветром аэропорту ее глаза внезапно запылали, а затем наполнились слезами… Честер пристально посмотрел в покрасневшие глаза Алисы. «Теперь ты должна знать, что это Клод все это подстроил. В ту ночь он специально нашел женщину, которая была почти точь-в-точь как ты, и заставил ее устроить со мной представление в машине… Если бы я вчера не поехал в Париж к нашей дочери, если бы я не услышал от нее о вас с Клодом, боюсь, я бы никогда не узнал, что вы двое не вместе». У Алисы пересохло в горле; она сглотнула. Честер посмотрел на неё глубоким взглядом. «Элис, прости меня за то, что я не осознал сразу после операции, что человек, о котором я больше всего заботился, — это ты. Я продолжал цепляться за ту любовь, которую испытывал к Бекке, веря, что она — женщина, которая мне дороже всего в этой жизни, — потому что без неё не было бы меня таким, какой я есть сегодня. Она всегда была словно солнечный свет в глубине моего сердца, освещающий тьму внутри меня. Я думал, что никто в этой жизни никогда не сможет занять её место в моём сердце. Но только когда ты забрала нашу дочь и навсегда ушла от меня, я постепенно понял, что свет внутри меня внезапно погас. Я ел один, спал один и чувствовал такую ​​тьму и одиночество, каких никогда в жизни не знал. И всё же я упорно верил, что это из-за того, что Бекка отвергла меня, поэтому я снова полетел в Нью-Йорк, чтобы найти её. Но на этот раз, когда я стоял перед ней, моё сердце, казалось, перестало биться — прежнего трепета больше не было. Первыми словами, которые я ей сказал, были: «У тебя есть какой-нибудь способ помочь мне победить?» Алиса вернулась? Она дала мне совет, поэтому я купил цветы и подарки и приехал в Париж, чтобы тебя найти… Слезы одна за другой текли по уголкам глаз Честер. Она стояла там, ошеломленная. Голос Честера был полон глубоких чувств. «Элис, то, что ты не приняла Клода, означает, что в глубине души ты всё ещё заботишься обо мне. Дай мне шанс. Давай начнём сначала… Не продолжай отвечать мне безразличием и сопротивлением, делая невозможным нашу любовь друг к другу, хорошо?» Любите друг друга? Алиса отвела взгляд, пытаясь игнорировать то, как эти два слова ранили ее сердце. «Пожалуйста, отпусти». Ее тон был холодным, когда она подняла взгляд, чтобы встретиться с его взглядом. «Эти слова — „любить друг друга“ — никогда не будут существовать между нами. С самого начала и до конца я всегда ясно давала понять, что ты меня не любишь. Тогда я оставалась рядом с тобой не для того, чтобы получить твою любовь. Твою жалость, твое сочувствие — я всегда видела их насквозь. Поэтому в тот момент, когда я решила полностью уйти из твоей жизни, я уже решила отпустить… Я не ты; я не отношусь к чувствам как к игре. Я всегда очень ясно видела себя, и теперь я очень хорошо знаю, чего я хочу». В ее словах звучало обвинение. «Тогда я и не знал, что люблю тебя». Честер прищурился и хрипло ответил. Алиса холодно и резко рассмеялась. «Когда любишь кого-то, тебе не нужно „знать“ это — потому что любовь уже есть в твоем сердце. Когда любишь кого-то, все твои действия будут показывать, что у тебя в сердце, а не жалость и сочувствие». Алиса продолжила его упрекать. «Настоящая любовь не ждет, пока ты потеряешь кого-то, чтобы вдруг подумать о том, чтобы удержать его. Такая любовь — не что иное, как эгоизм одного человека. Поэтому, пожалуйста, перестань говорить о любви на каждом шагу. Любовь — это нечто священное; только тот, кто по-настоящему понимает любовь, достоин произносить это слово». Честер открыл рот, чтобы что-то сказать, но Элис перебила его. «Я никогда не забуду, как ты меня отверг, как ненавидел меня и Рэйчел. Но я не ненавижу тебя, потому что ты просто меня не любил. Ты понимаешь, что такое семья, и ты понимаешь ответственность — ты не плохой человек. Просто в прошлом я влюбился в того, кого никогда не должен был любить. Поэтому, пожалуйста, не приходи сейчас, когда уже слишком поздно, и не говори мне, как сильно ты меня любишь. Для меня все это просто пустые слова. Кроме того, мне уже все равно». Улыбка Элис была ледяной. «Но я рада, что ты послушался моего совета, что ты больше не зацикливаешься на Бекке, которой у тебя никогда не будет, и что ты позволяешь своему сердцу начать все сначала». ---------- Глава 1189–622: Дополнительно: Большой Злой Волк снова отпускает маленького белого кролика_2 Честер, потеряв дар речи, посмотрел на Алису. «Перестань быть такой эгоисткой. Не всё в этом мире вращается вокруг тебя. Я полностью покинула твой мир. У нас нет прошлого, и мы никогда не сможем вернуться в прошлое», — заключила Алиса с бесстрастным лицом. В этот момент пространство между ними заполнилось тишиной и гнетущей атмосферой. «Как бы сильно ты ни обижалась на меня, — наконец произнес Честер хриплым, сухим голосом, — я докажу тебе, что и в прошлом, и в настоящем я глубоко любил тебя. Просто раньше я не умел ценить эту любовь. Я упустил свой шанс, когда ты была со мной, но в будущем я не позволю себе повторять те же ошибки». Его ответ был прямолинейным и властным. Его, казалось бы, нежные слова заставили её рассмеяться: «Я не отрицаю, что год назад я любил тебя, но прошёл год. Любовь это или обида, но эти чувства и эмоции уже угасли со временем и расстоянием». В её глазах не было и следа веселья: «Поэтому меня больше не волнуют твои доводы и объяснения». Он опустил глаза, пристально глядя на нее. «Ты, всегда такой самовлюбленный, не веришь в эту правду, правда?» — Алиса холодно рассмеялась. — «Может быть, мои чувства к тебе в прошлом были слишком очевидны, поэтому ты, естественно, предположил, что я все еще неравнодушна, но ты не понимаешь, что я могу взять себя в руки и отпустить. Когда я оставила тебе письмо и попрощалась год назад, именно тогда я окончательно тебя бросила». Взгляд Честера, полный глубоких мыслей, потускнел, в глазах читались остатки поражения. «Так что всё, что я могу сказать, это: прости меня». Она посмотрела на него и холодно продолжила: «Как бы сильно я ни была влюблена в тебя в прошлом, для меня сейчас это уже давно в прошлом». Сказав это, Элис вырвалась из объятий Честера, обошла его и ушла. «Не стоит говорить, что тебе всё равно, если только в ближайшие дни ты действительно ничего не почувствуешь». Он стоял позади неё и говорил спокойно. Она остановилась и подняла глаза, увидев перед собой Кейта Энтони и нескольких телохранителей. Он не собирался отпускать её, что бы она ни говорила; он считал, что всё это лишь притворство. Элис посмотрела на Кейта: «Даже ты согласен с тем, что он сейчас делает?» На лице Кейта читалось раскаяние: «Мисс Элис, пожалуйста, дайте боссу еще один шанс; он действительно заботится о вас». Элис отвернула лицо, потеряв дар речи от слепой преданности Кита. Холодный силуэт Честера уже подошел к ней, посмотрел на нее и низким голосом сказал: «Вернись ко мне, позволь мне доказать тебе это». Алиса даже не потрудилась поднять глаза: «Невозможно». «Я тоже тебя не отпущу», — оставался он таким же авторитарным, как и прежде. Алиса невольно бросила на него гневный взгляд, глядя на его бесстрастное, но холодное и высокомерное лицо. «Если ты хочешь забрать мою девушку, тебе следовало бы хотя бы получить моё согласие!» В этот момент раздался ледяной голос. И Алиса, и Честер взглянули на новоприбывшего. Это был Клод Лоуренс. Он отследил местоположение Алисы и прибыл как раз вовремя. "Клод." Алиса хотела подойти к Клоду, но ее талию уже крепко схватила чья-то рука. Сцена, где Честер держит Алису на руках, была для Клода неприятным зрелищем. Клод встал перед ними, холодно глядя на Честера: «Завести девушку у брата — это что, ваше представление о братстве?» Брат? Алиса была ошеломлена. Когда это они стали братьями? Клод взглянул на потрясенное лицо Алисы: «Да, мы с Честером знакомы много лет». Алиса была ошеломлена. Клод продолжил, глядя на Честера: «Мы дружим уже больше десяти лет… Год назад он связался со мной, сказав, что хочет меня с кем-то познакомить, поэтому я приехал в Париж из Нью-Йорка. Благодаря его договоренности я познакомился с его сестрой, и после двух встреч она меня глубоко тронула. Позже я отвез девушку в Токио и официально начал за ней ухаживать». Алиса недоверчиво покачала головой, глядя на Честера. Честер сузил глаза и холодно уставился на Клода. Взгляд Клода был таким же мрачным, его сила не уступала взгляду Честера: «Ты не хотел ее, ты познакомил ее со мной, устроил так, чтобы я постепенно вошел в ее жизнь. Теперь, на каком основании ты возвращаешь ее?» Лицо Честера было мрачным, четкие морщины на нем свидетельствовали о его гневе. Лицо Алисы постепенно побледнело. «Тебе никогда не было до неё дела… даже когда ты был на грани смерти, ты всё ещё думал о том, как от неё избавиться… Чтобы избавиться от неё, ты даже решил сообщить ей о своей смерти, независимо от исхода операции. Ты не хотел, чтобы она продолжала тебя донимать». Лицо Честера было холодным, глаза сузились в опасную щель: «Клод Лоуренс!!» Взгляд Клода встретился с его угрожающим взглядом, и он холодно произнес: «Честер, ты недостоин иметь Алису!!» Выражение лица Честера стало крайне мрачным. Алиса уже холодно смотрела на Честера. Честер крепче обнял Алису: «Послушай мое объяснение…» Элис подняла руку, намереваясь ударить Честера по лицу. Однако пощёчину остановил Кит. Честер спокойно объяснил: «Элис, мои намерения были не такими, как сказал Клод. Я не пытался от тебя избавиться…» — Неужели? — Клод вопросительно прищурился. — Помнишь, я советовал тебе не быть таким жестоким к Алисе? «Довольно!!» — Элис изо всех сил пыталась вырваться из объятий Честера, глядя на него холодным взглядом. — «Что за навязчивая женщина я такая, что тебе понадобилось столько усилий, чтобы от меня избавиться?» "Алиса…" Слова Честера прервала Алиса: «К счастью, я всегда осознавал себя. Если бы я остался рядом с тобой после операции, ты бы подумал, что я цепляюсь за тебя?» «Мисс Элис, уверяю вас, начальник не это имел в виду. В тот момент начальник не знал результатов операции. Он беспокоился, что после операции за вами некому будет ухаживать, поэтому поручил генералу Лоуренсу позаботиться о вас…» — поспешно добавил Кит, чтобы объяснить ситуацию Честеру. Клод фыркнул: «Это объяснение кажется немного надуманным. Даже если операция прошла успешно, разве скрывать это от Алисы было ей на пользу?» Кит был очень взволнован: «Мисс Элис…» Элис перебила Кейта: «Не нужно больше ничего объяснять. Я прекрасно понимаю, что на самом деле означало его решение». После этих слов Элис больше не бросала на Честера ни взгляда. Она взяла Клода за руку: «Пойдем». ---------- Глава 1190–623: Дополнительная история: Большой серый волк держит маленького белого кролика 1 «Я сказал: я не позволю тебе уйти». Спокойный голос Честера раздался из-за спины Алисы. В этот момент Кит Энтони и группа телохранителей уже преградили путь Элис и Клоду Лоуренсу. Естественно, подчиненный Клода, Робин, и телохранители быстро встали на защиту Клода и Элис, создав противостояние с Китом Энтони. Но вокруг аэропорта появилось еще больше людей, окруживших их всех. Все эти люди, разумеется, были людьми Честера. Клод не ожидал, что в тени окажется так много людей, охраняющих Честер. Робина и остальных эти мужчины быстро обезвредили. Честер шагнул вперед и равнодушно сказал Клоду: «Я сказал, ты не можешь ее забрать. Если ты не хочешь, чтобы Алиса пострадала во время нашей стычки, можешь попробовать забрать ее у меня». Глаза Клода сузились в щели, губы изогнулись в презрении: «Думаешь, твои угрозы смогут остановить меня от похищения Алисы?» Честер, глядя на холодное лицо Алисы, мягким тоном сказал: «Я больше не позволю ей меня покинуть». Алиса холодно посмотрела на него: «Ты не имеешь права ограничивать мою свободу». «Я просто хочу доказать вам, что искренне надеюсь, что мы сможем начать всё сначала». «Невозможно». Алиса крепко сжала руку Клода и решительно сказала: «Пошли». Однако они не могли двинуться с места, потому что люди Честера не отступали. Клод ледяным взглядом посмотрел на Честера: «Ты действительно хочешь, чтобы мы из братьев превратились во врагов?» Честер спокойно ответил: «Я больше не позволю ей меня покинуть». Клод стиснул зубы: «А ты думаешь, что сможешь?» Честер продолжал пристально смотреть на холодное лицо Алисы: «Потому что её сердце всё ещё со мной». Клод от души рассмеялся: «Честер, ты слишком самоуверен. Элис давно тебя отпустила; она больше ничего к тебе не чувствует». Честер ни разу не взглянул на Клода, он продолжал смотреть на Алису, разглядывая ее, словно она лгала, внимательно наблюдая за ней, и тихо произнес: «Ты смеешь жить со мной неделю? Если через неделю ты все еще будешь думать, что тебе на меня наплевать, я тебя отпущу». «Я не отпущу её с тобой». Лицо Клода побледнело, выражая крайнее недовольство. Честер молча посмотрел на Алису: «Я спрашиваю тебя». Элис спокойно встретила взгляд Честера: «Я уже сказала, что не пойду с тобой». Губы Честера слегка изогнулись в улыбке: «Ты боишься, что, пожив со мной, нечаянно откроешь своё сердце, которое всё ещё любит меня?» "Сумасшедший!" Клод обнял Алису, и мягким голосом сказал: «Не волнуйся, если ты сама этого не захочешь, я никогда не отпущу тебя с ним». В тот момент обе стороны находились на грани столкновения, и, конечно же, Честер имел преимущество как в численности, так и в людских ресурсах. Клод холодно окликнул: «Робин». "Да." Робин шагнул вперёд и оттолкнул Кейта Энтони в сторону. Лицо Кейта Энтони помрачнело, и он замахнулся кулаком на Робина. Все люди Клода бросились на помощь, люди Честера тоже окружили их… В результате Робин и Кит Энтони обменялись ударами, ни один из них не хотел отступать, и оба получили травмы. Ситуация становилась все более хаотичной, обе стороны конфликтовали, но у Честера явно было преимущество, ведь он привел больше людей. Увидев, как люди Клода один за другим падают замертво, Алиса невольно крикнула: «Довольно!» Крик Алисы заставил замолчать всех, кто находился на месте. Алиса вырвалась из рук Клода, затем холодно посмотрела на Честера: «Ты думаешь, я вещь? Кто победит, тот и заберет меня?» Лицо Клода было бледным, но он нежно смотрел на Алису. Выражение лица Честера оставалось спокойным, когда он безэмоционально произнес: «Никто не сможет помешать мне вернуть тебя к себе». Алиса пришла в ярость и сердито заявила: «Я же сказала, что не пойду с тобой!!» «Тогда давайте с Клодом это уладим». «В меньшинстве вы просто презренны!!» «Я бизнесмен, а не джентльмен. Кроме того, если говорить о презренном поведении, он намеренно создавал недоразумения, чтобы помешать нам снова сойтись. Разве это благородно?» Клод откровенно заявил: «Всё, что я сделал, я сделал ради Алисы; у тебя нет абсолютно никакого права держать Алису, ты всегда причиняешь ей боль». Честер холодно сказал: «У тебя нет права принимать за неё решения». «По крайней мере, я желаю ей всего наилучшего, а ты? Ты высокомерный, эгоцентричный, всегда ставишь себя на первое место — когда ты вообще задумывался о её чувствах?» ---------- Глава 1191 - 623: Дополнительно: Большой Злой Волк держит маленького белого кролика 1_2 «В прошлом я не умел ценить её, но в будущем я отплачу ей всё, что я ей должен». «Уже слишком поздно, Честер, Элис тебя больше не любит!!» — Неужели? — Честер слегка приподнял уголок рта, его взгляд был прикован к Алисе. — Не могу поверить. Голос Алисы, когда она убегала, был сухим: «Если я пойду с тобой через неделю, ты действительно отпустишь меня?» Она знала его лучше всех; никто не мог остановить его начинания. Сегодня она никуда не собиралась уходить. «Да, неделю спустя я ни за что не пойду против ваших желаний». «Вы сдержите своё слово?» «Если у тебя действительно не осталось ко мне никаких чувств, какой смысл мне держаться за тебя?» — искренне спросил Честер. Алиса прикусила губу: «Хорошо, я тебе обещаю». Клод Лоуренс недоверчиво посмотрел на Алису: «Алиса…» Элис повернулась спиной к изумленному лицу Клода Лоуренса и спокойно заявила: «Я не хочу, чтобы вы спорили с ним из-за меня». Клод Лоуренс поклялся: «Я никогда не позволю ему забрать тебя». Алиса кивнула: «Я знаю, но я хочу с ним все уладить». Клод Лоуренс прищурился. «Клод, ты мне доверяешь?» Мрачный взгляд Клода Лоуренса стал более глубоким. Алиса слегка улыбнулась: «Если ты мне доверяешь, то поверь, что у меня больше не будет с ним никаких связей». "Алиса…" «Не волнуйся, обещаю, со мной всё будет в порядке». «Я ему не доверяю». Клод Лоуренс холодно посмотрел на Честера и прямо заявил: «Я ему не доверяю». Алиса ответила: «Я верю в данное им обещание, он не нарушит своего слова». С этими словами Алиса равнодушно посмотрела на Честера. «Я не нарушу своего слова», — снова пообещал Честер. "Я…" Слова Клода Лоуренса прервал Честер: «Если ты действительно уверен, что у Алисы больше нет ко мне никаких чувств, зачем тебе беспокоиться о том, что она со мной? Если только ты не потерял веру в Алису». Лицо Клода Лоуренса помрачнело: «Ты…» «Клод». Элис кивнула в сторону Клода Лоуренса: «Поверь мне». Глядя на решительный взгляд Алисы, Клод Лоуренс, чувствуя себя беспомощным, лишь кивнул. Элис обняла Клода Лоуренса, прислонившись к его плечу: «Будь уверена, я совершенно точно знаю, кто на самом деле ценит меня в этом мире». Клод Лоуренс крепко обнял Алису и неохотно сказал: «Пообещай мне, что не позволишь ему причинить тебе боль». "Хм." В итоге Алиса села в самолет. Из-под самолета, глядя на Алису, сидящую в салоне, Кит Энтони тихо спросил стоящего рядом с ним Честера: «Босс, вы действительно собираетесь позволить мисс Алисе принять решение через неделю?» Честер издалека посмотрел на безразличное выражение лица Алисы, слегка приподняв уголок рта: «Что ты думаешь?» Кит Энтони многозначительно произнес: «Босс, я пойду посмотрю, не понадобится ли мисс Элис что-нибудь». "Хм." После ухода Кейта Энтони у Честера зазвонил телефон. Это звонил Говард Джеффри. Оказалось, что Говард Джеффри и Скайлер Джонс уже прибыли в Германию; их пригласили на торжественный банкет, устроенный немецким правительством по случаю запуска проекта. «Боюсь, я не смогу к вам присоединиться…» — сказал Честер Говарду Джеффри по телефону. "Почему?" Честер поднял глаза и взглянул на Алису в самолете: «Мне нужно заняться очень важным делом». «Что-то очень важное?» — Говард Джеффри, как всегда проницательный, — «Об Алисе?» Честер этого не отрицал. Говард Джеффри рассмеялся: «Когда Бекка сказала мне, что ты больше всего любишь Элис, я всегда отказывался в это верить, но теперь…» Говард Джеффри снова рассмеялся: «Женское шестое чувство точнее, чем суждение разумного мужчины». У Честера не было времени продолжать разговор с Говардом Джеффри, он просто сказал: «Я хочу взять у вас жилье взаймы». "Где?" Внутри каюты Кит Энтони подошел к Честеру с небольшим недовольством: «Босс, мисс Элис сказала, что ей ничего не нужно… а теперь она даже меня игнорирует». Честер улыбнулся и махнул рукой, давая Киту Энтони знак отступить. Честер подошел и сел рядом с Алисой. Конечно, Алиса знала, что Честер сидит рядом с ней, но никак не отреагировала, лишь смотрела в окно. Честер тихо сказал: «Кит Энтони просто выполняет приказы. Если ты злишься, сердись на меня. Если тебе что-нибудь понадобится, скажи ему». «Мне ничего не нужно». Элис изо всех сил старалась не разговаривать с Честером. Честер откинулся на спинку кресла: «Перелет довольно долгий, тебе стоит немного отдохнуть!» Алиса безэмоционально спросила: «Куда вы меня везёте?» Честер ответил с закрытыми глазами: «В место, которое тебе наверняка понравится». «Я согласилась поехать с вами, но это не значит, что моя личная свобода ограничена вами. Я остаюсь только в Париже; никуда больше я не поеду». «Самолет скоро взлетит, но пункт назначения — не Париж». Элис встала и наконец повернулась к Честеру: «Кроме Парижа, я никуда с тобой не поеду». Сказав это, Элис уже собиралась выйти из самолета. Честер вовремя схватил Алису за руку: «Я знаю, что ты остаешься в Париже только из-за Рейчел и «Тенча». Можешь быть уверена, я уже договорился с кем-то в Париже о том, чтобы позаботились о Рейчел. Она знает, что мы вместе, и очень счастлива. Что касается «Тенча», Эрик Грант уже улетел в Германию, чтобы заняться вопросами спонсорства, а Адамс Герберт и остальные будут управлять делами компании». «Что ты сказала Рейчел в Париже?» Честер рассмеялся: «Ты боишься, что я сказал Рейчел, что я её „папочка“?» Лицо Алисы потемнело. Честер подобострастно улыбнулся: «Хорошо, я ничего не сказал. Можешь быть уверен, даже если бы я хотел, чтобы моя дочь меня узнала, я бы не посмел сказать ей об этом так опрометчиво». Только тогда Алиса, казалось, почувствовала облегчение. Честер посерьезнел: «Ты что, не собираешься позволить мне признать нашу дочь?» «Она не имеет к тебе никакого отношения», — бесстрастно заявила Элис. В темных глазах Честера Лоуренса мелькнул озорной блеск: «Наши отношения нельзя отрицать, просто обманывая себя; к тому же, кто, кроме меня, мог бы подарить тебе такую ​​прекрасную дочь?» "Ты…" Алиса рассердилась, но при этом невольно покраснела. ---------- Глава 1192–624: Дополнительная история: Большой Злой Волк держит маленького Белого Кролика 2 «Ладно, давайте не будем об этом здесь говорить». Честер грациозно улыбнулся. Алиса сердито посмотрела на него. Что он имел в виду, говоря, что не будет говорить об этом здесь? Он собирался поговорить где-нибудь в другом месте? Ей совсем не хотелось слушать его скучные слова. Честер взял Алису за руку: «Сядь, отдохни». Элис оттолкнула руку Честера и холодно сказала: «Я не хочу сидеть с тобой». Она говорила безжалостно. На этот раз Честер не стал её останавливать. Он кивнул: «Хорошо, если тебе что-нибудь понадобится, просто дай знать Киту». Алиса ушла, не оглядываясь, и села по диагонали напротив Честера. В частном самолете было всего шесть мест, и Алиса выбрала место, наиболее удаленное от Честера. Все сиденья можно было разложить в кровати. Кит тихо подошел сзади к Честеру и прошептал: «Босс, похоже, мисс Элис намерена поддерживать с вами холодные отношения». Честер взял красное вино, которое ему протянул Кит, откинулся на спинку стула и с легкой улыбкой посмотрел на спину Алисы. «Это тебя не касается… Все ли на острове готово?» Честер опустил голову и сделал глоток вина. Кит кивнул: «Я дал инструкции. Всё сделано так, как вы приказали». «Хорошо. Дайте ей одеяло; в каюте немного прохладно, а она всегда боялась холода». "Да." Наблюдая, как Алиса принимает одеяло, которое ей протянул Кит, Честер откинулся на спинку стула, лениво закрыл глаза и все еще слабо улыбался. Алиса задремала в самолёте, а когда открыла глаза, то увидела перед собой красивое лицо совсем рядом. "Ах…" Алиса вскрикнула, тут же выпрямившись и крепко закутавшись в одеяло. "Что… что ты делаешь?" Кто бы мог подумать, что Честер будет сидеть прямо рядом с ней, смотреть на нее и заставит ее вздрогнуть, как только она откроет глаза. Честер поднял бровь: «Я что, такой страшный?» Алиса встала, все еще держа в руках одеяло, и огляделась. «Самолет приземлился?» «Да, мы прибыли в пункт назначения». Алиса раздраженно хлопнула себя по лбу: «Я вообще-то так долго спала». Честер встал, его высокая фигура, прямая и привлекательная, он улыбнулся и сказал: «Неужели именно со мной ты всегда так крепко спишь?» Неужели в мире действительно есть кто-то настолько бесстыдный? Элис уже собиралась возразить, когда Честер уже двинулся с места. «Пошли. Ты так крепко спал, что я не мог тебя разбудить. Уже поздно, и нам нужно поскорее добраться до острова». Остров? Честер отвёз Алису к пристани. Закат спускался, его послесвечение рассеивалось по морю, создавая мерцающее и теплое зрелище. Алиса невольно была очарована прекрасным пейзажем перед собой, и в этот момент на ее вечно безразличном выражении наконец появилась понимающая улыбка. «Это море — Флоридское море. Наблюдать за тем, как огненный закат постепенно опускается за горизонт, — это сцена, которая разворачивается здесь каждый день… Если хочешь, я могу наблюдать этот закат с тобой каждый день». Честер, сам того не подозревая, подошёл к Алисе и, естественно, обнял её. Элис на мгновение опешилась, вырвавшись из его руки, и ее выражение лица быстро снова стало отстраненным. Она отошла на расстояние и сказала: «Мы приехали во Флориду?» Честера не смущало её расстояние. Он кивнул, произнеся «Мм». «Это Америка?» Честер кивнул. Алиса огляделась и спросила: «Куда ты меня ведёшь?» Честер шагнул вперед и взял Алису за руку: «Ты узнаешь, когда мы туда доберемся». Элис по-прежнему бурно реагировала, едва не отдернув руку, как только рука Честера коснулась ее, и холодно сказала: «Я могу идти сама». Честер, улыбнувшись, ничего не сказал и направился к яхте. Алиса молча последовала за ними. Честер вскочил на яхту и протянул руку, чтобы помочь Алисе подняться. Алиса взглянула на золотистое море, окрашенное закатом, и спросила: «Куда именно ты меня ведёшь?» «Пенный остров». "Пенный остров?" Честер кивнул: «Это остров Говарда Джеффри. Я взял его у него взаймы. Я слышал, что он однажды завоевал здесь сердце Бекки и женился на ней здесь же». С этими словами Честер пристально посмотрел на Алису. «Надеюсь, это место принесет мне такое же счастье». В ответ на его серьезное выражение лица и мягкий голос Алиса равнодушно сказала: «Полагаю, его также можно назвать твоим островом разбитых сердец!» Она слышала об этом острове… Действительно, как сказала Честер, именно здесь когда-то Говард Джеффри и Бекка укрепили свои отношения. Она слышала, как Бекка говорила, что остров прекрасен, это романтическое место, о котором мечтает каждая женщина. Говард Джеффри и Бекка пригласили ее на свадьбу, но в то время ей нужно было ухаживать за Честером, находящимся в коме, поэтому она не смогла присутствовать. ---------- Глава 1193–624: Дополнительно: Большой Злой Волк держит маленького Белого Кролика 2_2 Честер серьёзно объяснил, его голос слегка охрип: «Верите вы этому или нет, я смирился со своими чувствами. Я знаю, что человек, который всё это время занимал моё сердце, — это не Бекка». «Я не хочу слышать от тебя таких слов», — прямо ответила Алиса. Честер не рассердился и сменил тему в соответствии с ее настроением: «Пойдем, на остров». Алиса растерянно спросила: «Почему нас только двое? Где все остальные?» Честер рассмеялся: «В таком романтичном месте разве не лучше остаться только вдвоём?» Два человека… два человека… По какой-то причине ей показалось, что в его словах есть элемент «опасности». Она знала, насколько он расчетлив, и ей определенно не следовало сближаться с ним. Честер, казалось, разгадал мысли Алисы. Улыбка на его губах не исчезла: «Ты боишься, что я могу что-то с тобой сделать?» Алиса, не отрицая этого, сердито посмотрела на него. Честер громко рассмеялся: «Расслабься, я обещаю, что не буду тебя заставлять. К тому же, на острове есть слуги, которые следят за порядком; нас не двое». Алиса смутилась, ее лицо неловко покраснело. Черт, он специально так сказал, заставив ее сбиться с толку… Честер любовался покрасневшим лицом Алисы, а в его изогнутых губах мелькнула нотка озорства. Алиса отвернулась, испытывая стыд. Честер поспешно спрыгнул на пирс, догнал её и схватил за запястье: «Что случилось?» Элис стряхнула с Честера руку и холодно сказала: «Я не поеду с тобой на остров». Честер встал перед Алисой, он был высоким, его дыхание коснулось ее лица. Он посмотрел на ее слегка покрасневшее лицо, на его красивом лице играла легкая улыбка, и он спросил: «Ты ведь не боишься, что я что-нибудь с тобой сделаю?» Алиса не успела ничего сказать, как Честер продолжил: «Или ты надеешься, что между нами что-то произойдет на острове?» Он лукаво улыбнулся, явно дразня ее. Алиса была одновременно смущена и рассержена: «Ты…» Честер перехватил кулаки Алисы, которые она хотела ему нанести, и мягко уговорил: «Ладно, я просто подшучиваю над тобой… Раз уж я собираюсь использовать эту неделю, чтобы вернуть твое сердце, зачем мне прибегать к таким нелепым методам?» Алиса сердито отдернула руки и возразила: «Хотя я и согласилась провести с тобой неделю, это не значит, что ты можешь брать меня куда угодно». Честер пристально посмотрел на неё и сказал: «Самая главная причина, по которой я привёз тебя на остров Фоум, — это то, что здесь достаточно тихо. Надеюсь, мы сможем провести несколько дней вместе, не отвлекаясь ни на что». Его взгляд был искренним и серьезным. Хотя она отвернула лицо, она не отказала вслух. Честер добавил: «Мы останемся всего на неделю, а после этой недели я не буду ограничивать вашу свободу». Алиса наконец кивнула. Честер слегка улыбнулся и обнял её за плечо: «Пошли!» Все еще сопротивляясь Честеру, Алиса оттолкнула его и, игнорируя протянутую руку, направилась к яхте, после чего осторожно запрыгнула на борт. Элис даже не знала, что Честер умеет управлять яхтой. Когда яхта мчалась по морю, брызги воды улавливали последние отблески солнечного света, отчего брызги мерцали золотистым блеском. Она сидела на яхте, пока он управлял ею против ветра, который слегка взъерошивал его волосы, добавляя нотку непослушания к его обычной отстраненности и точности. Белая повседневная одежда, которую он носил, развевалась на ветру, делая его особенно молодым. Эта сцена невольно напомнила ей о том годе, когда он лежал в коме на больничной койке… Как же ей хотелось, чтобы он был таким же энергичным, как тогда. «О чём ты думаешь?» — голос Честера прервал мысли Алисы. Элис покачала головой, не ответив. Собирается ли она сказать ему, что думает о нем? «Мы скоро будем там». "Хм." Спрыгнув с яхты, Алиса посмотрела на остров впереди. Хотя уже стемнело, она смутно различала, что остров большой, с несколькими белыми зданиями и кокосовыми пальмами на берегу. Должно быть, днем ​​это очень красивое место, но… Алиса повернулась и спросила Честера, который привязывал яхту к столбу: «Почему на острове нет света?» Честер тоже выглядел растерянным: «А их нет?» Алиса кивнула. Честер огляделся и сказал: «Неужели на острове нет электричества?» «Разве вы не говорили, что на острове есть слуги?» "Да." "Тогда почему нет электричества?" «Не волнуйтесь, я позвоню Говарду Джеффри и узнаю». "Хорошо." Пока Честер звонил, Элис оглядывалась по сторонам. По какой-то причине пляж с кокосовыми пальмами, который еще недавно казался романтичным, теперь выглядел пустым и немного пугающим. Поначалу Элис держалась от Честера на расстоянии, но затем невольно подошла к нему поближе и случайно подслушала его разговор с Говардом Джеффри. «Что? На острове нет электричества? Как это возможно… А? Слуги приходят на остров только днем?» Алиса нахмурила брови. Честер закончил разговор и беспомощно посмотрел на Алису: «Извини, нам, возможно, придётся обойтись тем, что есть. Говард Джеффри сказал, что на острове нет электричества, а слуги работают только днём». «Как такое могло случиться?» — пробормотала Алиса. — «Бекка никогда не говорила мне, что на острове нет электричества!» «Говард Джеффри рассказал мне, что они обычно разжигают костры по ночам и спят, когда в камине горят дрова». Алиса внезапно схватила Честера за рукав: «Электричества нет. Пойдем обратно». Честер, глядя на испуганное выражение лица Алисы, которая крепко держала его за одежду, не смог удержаться от смеха: «Ты уже совсем взрослый, а всё ещё боишься темноты?» "Я… я не боюсь темноты…" — Алиса быстро отпустила рукав Честера, — "Я просто беспокоюсь, что остров небезопасен ночью. Подумай, что бы случилось, если бы ночью по большому острову бродили опасные животные?" Честер усмехнулся: «Не волнуйтесь, это не необитаемый остров. Говард Джеффри каждый год выделяет время для отдыха здесь, и здесь точно нет опасных животных, если только речь не идёт о красочных и милых тропических рыбках». Алиса покраснела от смущения. Честер уже двинулся в путь: «Пошли…» Алиса немного испугалась и поспешно догнала Честера, сказав: «Я не хочу здесь оставаться». ---------- Главы 1194–625: Дополнительная история: Ночь Большого Злого Волка и маленького Белого Кролика Честер ответил: «Ты никак не можешь не остаться здесь, ночью дорогу не видно. А вдруг мы заблудимся в море, когда я попытаюсь тебя увезти?» "Эм-м-м…" В камине разгорелся огонь, осветив весь дом. Элис Робинсон села на диван, и чувство страха наконец-то рассеялось. К счастью, как только в камине разожгли огонь, в вилле стало очень уютно. Декор в классическом европейском стиле был не только уютным, но и создавал ощущение пребывания в средневековом замке, наполняя помещение неповторимой романтической атмосферой. Честер, который разжег огонь ярче, хлопнул в ладоши и сел рядом с Элис Робинсон, тихо спросив: «Тебе все еще страшно?» Элис Робинсон покачала головой. Честер улыбнулся: «Посмотрю, что тут есть поесть, вижу, ты тоже голоден». "Хм." Честер встал, подошел к холодильнику и открыл его. Холодильник был забит продуктами, но ничего, что можно было бы съесть сразу, там не было. Элис Робинсон спросила: «Что случилось? В холодильнике нечего есть?» Честер достал из холодильника несколько продуктов и сказал: «Его много, но всё нужно подготовить». Элис Робинсон встала, подошла к Честеру, посмотрела на овощи и говядину в его руках и сказала: «Я могу их приготовить, но не знаю, есть ли здесь кухня». Честер передал ей еду: «Я пойду посмотрю». Честер нашел кухню. Кухня была очень чистой, со всей необходимой посудой, и, что немаловажно, имелся природный газ, а также камин для разведения огня. Честер разжег дрова в камине, осветив всю кухню. Элис Робинсон принесла продукты на рабочую поверхность и начала их обрабатывать. Честер, засунув руки в карманы брюк, небрежно прислонился к дверному косяку, элегантно посмотрел на нее и спросил: «Когда это ты стал так хорошо готовить?» Он до сих пор помнил, каким невзрачным было ее кулинарное искусство год назад. Элис Робинсон, опустив голову, занималась обработкой говядины и не отвечала ему. Честер повернулся, чтобы уйти. Элис Робинсон внезапно подняла голову и спросила: «Куда вы идете?» Честер сказал: «Я пойду посмотрю, где мы будем ночевать сегодня». «Ты…» — Элис Робинсон, казалось, внутренне боролась с собой, прежде чем сухо произнести: «Ты можешь остаться здесь со мной?» Она искренне боялась темноты. Она не раз и не два пробиралась к нему в постель, чтобы поспать с ним, потому что в детстве боялась темноты, поэтому теперь, когда спала одна, обычно оставляла прикроватную лампу включенной. Честер улыбнулся и кивнул: «Тогда я останусь здесь с тобой». Элис Робинсон больше ничего не сказала, опустила голову и продолжила обрабатывать говядину. Она должна была признать, что присутствие Честера рядом действительно успокаивало ее. За последний год кулинарные навыки Элис Робинсон значительно улучшились, и она с легкостью жарила стейк; вскоре аромат стейка наполнил кухню. Элис Робинсон была сосредоточена на приготовлении еды, лишь мельком замечая Честера краем глаза, но в этот момент, когда она собиралась выложить приготовленный стейк на тарелку, она поняла, что Честера нет. Элис Робинсон вздрогнула и стала искать что-то взглядом, когда внезапно кто-то обнял ее сзади. Движения Элис Робинсон замерли, ее окутал приятный мужской аромат. Он крепко обнял её сзади, положив голову на её мягкое плечо, и прошептал ей на ухо своим глубоким, магнетическим голосом: «Ты знаешь, как сильно я скучал по тебе в этом году?» Это была та самая сцена, о которой она когда-то мечтала в своих снах. Он обнимал её, шептал ей нежные и трогательные слова, каждое её дыхание было наполнено его ароматом… Но теперь ее тело заметно напряглось, и она отстранилась от него. Элис Робинсон поставила тарелку, которую держала в руках, отошла на некоторое расстояние и холодно сказала: «Я же говорила тебе, не говори мне таких вещей». В тусклом свете камина лицо Честера было бесстрастным, но его взгляд был неожиданно мягким: «Ты боишься, что если будешь слышать это слишком часто, то случайно выдашь тот факт, что ты всё ещё заботишься обо мне?» Элис Робинсон быстро подняла на него взгляд, не замечая на своем лице легкой тревоги. «Если ты нарушишь свое предыдущее обещание, я ни за что не останусь здесь с тобой». Честер сделал шаг вперед, приблизился к ней и протянул руку, чтобы прикоснуться к ее лицу, но Элис Робинсон отвернула голову. «Пожалуйста, проявите уважение». Честер долго молчал, прежде чем наконец заговорил: «Ты всё ещё злишься на меня?» Тело Элис Робинсон дрожало, она не хотела смотреть на него. «Не переоценивай себя, я больше ничего к тебе не чувствую». Честер пристально посмотрел на неё и наконец тихо вздохнул. «Я знаю, что ты лжёшь; твоё сердце не может быть лишено меня». Элис Робинсон упрямо отвернула голову, ее голос был холодным и безразличным. «Ты слишком высокомерен». Честер прищурился: «Если это действительно моя самонадеянность, то посмотри на меня, когда будешь это говорить». Он внезапно шагнул вперед и схватил ее, не давая ей увернуться. ---------- Глава 1195–625: Дополнительная история: Ночь Большого Злого Волка и Маленького Белого Кролика_2 "Посмотри на меня! Докажи, что ты меня забыла!" Элис Робинсон повернула голову к нему лицом, ее яркие глаза смотрели прямо на него, не моргая. «Очень хорошо…» — Честер Робинсон вдруг улыбнулся и погладил её по лицу. — «Твоя маскировка становится всё лучше, но ты же знаешь, что передо мной притворяться не можешь». Алиса на мгновение опешилась, позволив ему нежно погладить её лицо. "Ты такая лицемерка…" Честер шагнул вперед и обнял Алису, игриво поцеловав ее в щеку; этот нежный жест был полон глубокой привязанности и снисхождения. "Помнишь? Каждый раз в постели ты сначала отказывалась, но в середине процесса, когда я дразнил тебя и говорил, что остановлюсь, ты всегда обвивала меня ногами и не отпускала…" "Убирайся!" — Алиса вырвалась из его объятий и закричала, почему-то почувствовав легкий прилив жара. Честер тихонько усмехнулся: «У нас было так много счастливых воспоминаний». Алиса почувствовала прилив крови и сердито и стыдливо сказала: «Я больше ничего не помню». Улыбка Честера стала шире: "Может, я помогу тебе вспомнить?" На этот раз щеки Алисы действительно покраснели, и даже она почувствовала жар, но быстро успокоилась. В ярости Алиса повернула голову и ушла. Воспоминания настолько отдалились от ее сердца, что она никогда больше не вспомнит их и не сможет вспомнить. Элис только подошла к двери, когда услышала голос Честера: «Мои чувства к Бекке никогда не были любовью». Тело Алисы задрожало, и она невольно остановилась, хотя внутри отчаянно боролась, постоянно повторяя себе, что то, что он говорил, его дела, всё, что с ним связано… ей не должно быть до этого дела. Честер подошел к Алисе сзади и продолжил: «Не буду отрицать, Бекка когда-то была той женщиной, о которой я больше всего хотел заботиться в этой жизни, но мои чувства к ней не были чистыми, в них даже присутствовала доля благодарности, поэтому я мог смириться с ее отношениями с Говардом Джеффри. Но когда я узнал, что ты с Клодом Лоуренсом, мое сердце так сильно заболело, что я впервые понял, что такое душевная боль». Голос Честера был спокойным, но Алисе казалось, что за его словами скрывается подавленное волнение… Элис наконец обернулась и встретилась со сложным взглядом Честера. Она холодно рассмеялась: «Честер, ты знаешь? Сейчас эти слова меня совсем не трогают, наоборот, вызывают отвращение… Прежний ты, даже если не мог тогда подарить мне те чувства, которых я хотела, твоя преданность Бекке трогала меня, но теперь, видя меня с Клодом Лоуренсом, ты, не желая этого, чтобы победить Клода Лоуренса, начинаешь выдумывать эту ложь, ты поистине бесстыдник». «Я говорю правду». Честер, не улыбаясь, с самоиронией добавил: «В прошлом я мог бы прибегнуть к нечестным методам, чтобы привязать тебя к себе, но сейчас я этого делать не буду». Алиса покачала головой: «Ты оправдываешь своё нынешнее поведение?» Сложный взгляд Честера постепенно погас, став ясным: «Я заставил тебя приехать на остров, надеясь, что ты дашь мне шанс… Я не хочу, чтобы мы вот так просто разминулись». Алиса ничего не сказала. Честер продолжил: «Не сердись на меня, я эмоционально незрелый, прости меня за то, что я так поздно осознал свои чувства к тебе». Алиса посмотрела на него, и спустя долгое время тихо произнесла: «Истинные чувства идут от сердца, им не нужно ничего, чтобы обрести смысл…», точно так же, как и ее чувства к нему, которые она с самого начала демонстрировала ясно. «Да. На самом деле, я всегда обманывал себя, я давно знал, что мне небезразлична твоя судьба, просто упрямо отказывался признать это, потому что моя гордость брала верх. Думаю, главная причина, по которой я хотел быть с Беккой, заключалась в том, что я отчаянно хотел победить Говарда Джеффри», — перебил Честер Элис. «Вы конкурировали с Говардом Джеффри за Бекку». «Я сделал это ради М.», — возразил он. Она задумалась и, спустя долгое время, сказала: «Что бы ты сейчас ни говорил, уже слишком поздно». Она не хотела слушать, как он продолжает, потому что уже была с Клодом Лоуренсом, и ясно дала понять, что на данном этапе для нее важнее всего Клод Лоуренс. Он не хотел слишком сильно давить на неё, у него ещё была неделя, чтобы вернуть её расположение. «Хорошо, давай поедим». Он схватил её за руку, не желая отпускать. Алиса посмотрела на него и легкомысленно сказала: «Между нами больше нет никакой возможности». В сердце Честера мелькнула легкая боль, он выдавил из себя улыбку: «Дай мне ответ через неделю». Алиса вырвалась из руки Честера и направилась прямо к столешнице. В освещенной свечами столовой Честер и Алиса сидели лицом друг к другу. Они больше ничего не говорили, единственным способом общения между ними стало молчание. После еды Честер пошел мыть посуду, а Алиса, немного уставшая, села на диван в гостиной и положила ноги на него. Краем глаза она увидела, как Честер закатывает рукава, чтобы помыть посуду; тусклый желтый свет камина отбрасывал серьезное выражение на его красивое лицо. Она перевела взгляд, еще раз оглядев виллу. Мысль о том, что на этом острове остались только она и он, невольно вызвала у нее легкий страх. Она не помнила, когда это произошло, но Честер подошел к ней сзади и тихо спросил: «Ты устала?» Алиса кивнула. Она и так очень устала после перелета, к тому же нервы у нее все это время были на пределе. «Пошли, я провожу тебя в твою комнату». "Мм." Вилла была большая, поэтому лестница на второй этаж была длинной. Алиса молча следовала за Честером, свет от камина отбрасывал их тени, которые перекрывали друг друга в отражениях. Она смотрела на тени, чувствуя себя немного ошеломленной. Вскоре они оказались перед дверью комнаты, он открыл ее и повернулся к ней: «Ты останешься в этой комнате на ночь. Говард Джеффри сказал, что из этой комнаты открывается панорамный вид на океан, и пробуждение с таким прекрасным пейзажем наверняка поднимет тебе настроение». Алиса заглянула в комнату, там было кромешная тьма, и она не осмелилась войти. Честер, похоже, догадался о страхе Алисы, он зашел внутрь, где-то нашел свечи, зажег их, поставил на пол, на низкий шкафчик, и таким образом осветил всю комнату. Зажигая свечи, Честер подошел к Алисе, которая остановилась в дверном проеме: «Сейчас еще не темно, тебе следует лечь спать пораньше, в ванной есть природный газ, ты можешь принять ванну, я буду в комнате напротив твоей». Яркий свет в комнате развеял большинство страхов Алисы, она кивнула и вошла в комнату. ---------- Главы 1196–626: Дополнительная история: Маленький белый кролик рассердил большого злого волка 1 Честер Робинсон закончил словами: «Если вам что-нибудь понадобится, просто позвоните мне», — и, сказав это, больше ничего не сказал, повернулся и ушел. Закрыв дверь спальни, Элис Робинсон задернула шторы. В большом зале пламя свечи мерцало, необъяснимым образом создавая жутковатую атмосферу. Алиса всегда боялась темноты; теперь, когда она осталась одна, ее страх усилился еще больше. Она приехала сюда в спешке и не взяла с собой багаж; только сейчас она поняла, что у нее нет даже сменной одежды. Она вышла из комнаты, подошла к комнате напротив и настойчиво постучала. Дверь комнаты напротив открылась, и перед ней предстала высокая фигура Честера Робинсона. Алиса стучала так тревожно, потому что боялась, но отказывалась показывать свою уязвимость перед ним; делая вид, что ничего не случилось, она сказала: «Э-э… я не взяла с собой никакой одежды, и в комнате нет ничего похожего на пижаму». Честер Робинсон вернулся в свою комнату и вскоре вышел с предметом одежды. «Я взяла с собой всего несколько вещей. Обойдись этим; здесь чисто». Честер Робинсон передал Алисе свою рубашку. Алиса замерла на секунду. На самом деле, она была хорошо знакома с его рубашками; когда они были вместе, она часто их носила. "Тогда забудь об этом…" Алиса повернулась, чтобы уйти. Теперь она больше не хотела никакой двусмысленности в отношениях с ним. Честер Робинсон остановил её и сказал: «Неудобно спать в грязной одежде… смирись с одной ночью. Завтра, когда приедут слуги с острова, они принесут тебе чистую одежду». «Не нужно». Алиса холодно отказалась и сразу же вернулась в свою комнату. На диване в затененной части комнаты Честер Робинсон закурил сигарету. Сигарета медленно погорала между его пальцами… Честер Робинсон затянулся и выдохнул длинную струю дыма. Внезапно он потушил сигарету и подошел к окну от пола до потолка. Сквозь прозрачное стекло он мог видеть маяк на воде напротив… Это был единственный свет на всем море; мир внезапно показался таким темным и пустынным. У нас нет будущего. В сердце пробежала резкая боль; внезапно он понял, какую боль она испытала, когда он однажды сказал ей эти бессердечные слова. Он как никто другой знал, насколько она упряма… Вернуть её было бы невозможно просто стараться; самое главное, чтобы её сердце по-прежнему принадлежало ему. Действительно ли её сердце всё ещё принадлежало ему? Он не знал… Он и представить себе не мог, что однажды станет настолько неуверенным в себе. Возможно, только в присутствии дорогого вам человека вы теряете рассудительность и уверенность в себе! Спускаясь со второго этажа, Честер Робинсон никак не ожидал увидеть Элис Робинсон, свернувшуюся калачиком в углу дивана, плотно завернутую в одеяло. Увидев Честера Робинсона, Элис тут же выпрямилась. Честер Робинсон был одет в халат, его красивые брови слегка нахмурены. "Не можешь уснуть?" Алиса тут же встала с дивана. «Я просто спустилась вниз за стаканом воды». Сказав это, она направилась наверх. Честер Робинсон взял её за руку и только тогда понял, что её ладонь вся в поту. Он обошёл её и увидел, как на лбу выступили мелкие капельки пота; тихим голосом он спросил: «Тебе страшно быть одной?» Алиса опустила голову и ничего не сказала. Он знал, что она боится темноты, поэтому, прежде чем приехать на остров, он заранее перевел его в режим отсутствия электричества; но в этот момент, увидев, как сильно она испугалась и вся в поту, он вдруг почувствовал резкую боль в груди. «Просто переживу эту ночь; завтра найду способ включить электричество». Алиса кивнула, прошла мимо него и направилась вверх по лестнице. Честер Робинсон не отпускал её руку; позади неё раздался его нежный голос: «Пойдем, поспи в моей комнате». Алиса ответила, даже не задумываясь: «В этом нет необходимости». С того момента, как они сошли с самолета, и до настоящего времени она чаще всего говорила ему: «В этом нет необходимости». «Ты будешь спать в кровати, а я — на диване». Алиса внезапно подняла взгляд и посмотрела на него. В теплом, приглушенном свете пламени его лицо было красивым и нежным. «Я ничего тебе не сделаю». На самом деле, она ему доверяла, но не хотела сдаваться. Он, сохраняя терпение, сказал: «Всего на одну ночь… Если я действительно причинил тебе боль, я не думаю, что ты простишь меня после секса, а это не тот результат, которого я хочу». Элис наконец заколебалась, и Честер Робинсон взял ее за руку и повел прямо на второй этаж. В комнате Алиса почувствовала сильный запах дыма. Она взглянула на Честера Робинсона. Она знала, что он не заядлый курильщик; он курил только тогда, когда о чем-то думал или был чем-то обеспокоен, и сейчас в пепельнице лежало больше десяти окурков. На красивом лице Честера Робинсона не было никакого выражения, когда он сказал: «Пойдем к тебе в комнату; здесь плохой воздух». ---------- Глава 1197 - 626: Дополнительная история: Маленький белый кролик рассердил большого серого волка 1_2 Элис Робинсон кивнула. В комнате напротив их взгляды задержались на не слишком просторном диване. Учитывая рост Честера Робинсона, если бы ему пришлось спать сегодня на этом диване, это наверняка было бы неудобно. «Это не лучшее место для сна… Забудь об этом, тебе не нужно со мной составлять компанию, я справлюсь сам». Честер Робинсон улыбнулся и нежно прикоснулся к ее лицу: «Вы планируете провести ночь под одеялом?» «Я…» — Элис Робинсон смутилась. Честер Робинсон тихо сказал: «Всё в порядке… Я рад быть с тобой». Элис Робинсон отвернула лицо, избегая его руки и страстного взгляда. Честер Робинсон тихонько усмехнулся и сменил тему: «Иди прими душ, я подожду тебя снаружи». Она действительно очень боялась темноты, поэтому раньше не осмеливалась принимать душ одна, но теперь, когда он был рядом, она, к своему удивлению, не испытывала страха. Я только что позвонил Говарду Джеффри, и он сказал, что в шкафу осталась кое-какая одежда от Бекки с отпуска. Я пойду найду что-нибудь, чтобы ты могла переодеться. Элис Робинсон ничего не сказала. Честер Робинсон встал и вышел из комнаты. Возможно, опасаясь, что Элис Робинсон испугается, оставаясь одна в комнате, Честер Робинсон быстро вернулся, держа в руках несколько предметов одежды и пижаму. "Спасибо." «Не нужно быть со мной таким вежливым». Элис Робинсон взяла пижаму из рук Честера Робинсона и повернулась в сторону ванной комнаты. Ванная комната была отделена стеклянными стенами, что позволяло видеть улицу, но не внутреннее пространство. Вид Честера Робинсона, неторопливо наливающего себе напиток перед шкафчиком со спиртным, успокоил Элис Робинсон. Возможно, она сильно нервничала, но теперь, когда расслабилась, чувствовала себя особенно комфортно. Теплая вода скользила по ее нежной коже, даря ей невероятное чувство комфорта. Она принимала ванну целых полчаса, а когда закончила вытираться, заметила, что он сидит на диване, лениво потягивая красное вино, и его взгляд небрежно смотрит на нее. Несмотря на то, что их разделяла толстая стеклянная стена, и он не мог ее видеть, ему все равно казалось, что его взгляд пронзает ее насквозь. Он ведь не может её увидеть, правда? Алиса Робинсон, быстро надевая пижаму, задумалась про себя. Но, переодевшись в пижаму и посмотрев на себя в зеркало, она была ошеломлена. О боже… Это… это не обычная одежда для сна, полупрозрачная ткань на груди и нижней части тела ясно давала понять, что это нижнее белье. Что я должен делать? Она никак не могла выйти на улицу в такой пижаме. Лицо Элис Робинсон покраснело, когда она взглянула в окно и заметила, что Честер Робинсон смотрит прямо на нее. Хотя она прекрасно знала, что он её не видит, она всё равно была очень застенчива. Завернувшись в полотенце, Элис Робинсон открыла дверь ванной комнаты и высунула голову. Честер Робинсон увидел её, поставил стакан и подошёл к ней: «Что случилось?» Элис Робинсон покраснела и неловко сказала: «Не могли бы вы помочь мне найти другую пижаму? Я…» Честер Робинсон без колебаний ответил: «Хорошо». Вскоре после этого Честер Робинсон вручил ей новую пижаму. "Спасибо." Взяв пижаму, Элис Робинсон быстро проскользнула обратно в ванную. На этот раз она подтвердила, что перед выходом из ванной переоделась в обычный шелковый пижамный комплект. Честер Робинсон все еще сидел на диване, нежно помешивая стоящее рядом бокал красного вина и глядя на нее. В его взгляде читалась необъяснимая интенсивность, от которой Алиса Робинсон немного смутилась. Она взглянула на стеклянную стену, поняв, что в ванной комнате действительно невозможно ничего разглядеть. Только тогда она вздохнула с облегчением, и когда снова посмотрела на Честера Робинсона, интенсивность в его глазах сменилась более глубоким чувством. По какой-то причине Элис Робинсон боялась увидеть такую ​​глубину во взгляде Честера Робинсона, потому что подобный взгляд мог легко привлечь чье-либо внимание. «Я… я хочу спать…» — Элис Робинсон стояла примерно в двух метрах от Честера Робинсона, и в ее голосе слышалась некоторая неуверенность. Глядя на то, как она намеренно держится от него на расстоянии, Честер Робинсон мягко произнес: «Хорошо, ложись спать… Я буду здесь с тобой, так что отдыхай спокойно». «Спасибо», — вежливо повторила Элис Робинсон, словно между ними была необходима формальность. Выражение лица Честера Робинсона слегка помрачнело, и он кивнул. Элис Робинсон повернулась, забралась в постель, натянула одеяло и повернулась спиной к Честеру Робинсону. В тусклом свете свечей глаза Элис Робинсон были открыты. Она очень устала, но не могла заснуть. Закрыв глаза, она почему-то увидела в своем воображении сцену. Они танцевали на вилле в Т-Сити, при романтическом приглушенном свете, под мелодичную классическую музыку. Она прижалась к его плечу, он обнял ее за талию, и они смотрели друг другу в глаза… В тот момент в глазах друг друга были оба. Но, к сожалению, ничего из этого не было правдой. Между ними никогда не было любви. Он действительно хорошо к ней относился, хотя и не любил её, никогда не причинял ей боли и даже намеревался оставить ей всё своё состояние. Поэтому она никогда не обижалась на него, и даже сегодня желает ему всего наилучшего, если только то, чего он хочет добиться, уже невозможно. Каковы бы ни были его нынешние намерения, она не отступит. Между ними существует судьба, но нет предназначения. Без хорошего начала не будет хорошего конца, тем более что они так и не начали. Закрыв глаза и позволив сонливости постепенно овладеть ее разумом, она медленно погрузилась в сон. В тишине ночи он сидел на диване, наблюдая за ней, которая повернулась к нему спиной. Она спала не очень спокойно, слегка свернувшись калачиком. Он встал и подошёл к кровати. Она крепко спала, дышала ровно, грудь плавно поднималась и опускалась, но лоб был нахмурен. Он сидел на краю кровати, молча разглядывая ее совершенно нежное лицо. Даже сейчас, несмотря на то, что она производила впечатление сильной женщины, во сне на ее лбу все еще сохранялась детская невинность маленькой девочки. Раньше она была избалованной молодой леди, а теперь в одиночку несет бремя обеспечения благополучия всей своей семьи. Его силы он никак не ожидал. Он упустил из виду так много в ней… Его рука нежно коснулась ее светлой и нежной щеки, а глаза были полны нежности и ласки. ---------- Главы 1198–627: Дополнительная история: Маленький белый кролик злит большого злого волка 2 Казалось, он ее встревожил, она тихонько всхлипнула и перевернулась на другой бок, не проснувшись. Ее тело было слегка свернуто калачиком, как у ленивого котенка. Он невольно улыбнулся и накрыл её одеялом. В этот момент зазвонил ее телефон, лежавший на прикроватной тумбочке. Она слегка повернулась, опасаясь, что мелодия звонка разбудит ее, он быстро взял телефон и нажал кнопку отключения звука. Он посмотрел на экран телефона, на нем высветилось имя "Клод". Он не стал сразу же прерывать разговор, а просто положил телефон обратно на прикроватную тумбочку. Он поцеловал ее в лоб, встал, чтобы принять душ, и тут ее телефон на прикроватной тумбочке снова завибрировал. Увидев что-то на экране, он слегка нахмурился и взял телефон. Текстовое сообщение было от Клода Лоуренса. Ты спала? Малыш. Увидев слово «Baby», лицо Честера слегка помрачнело, а в его темных глазах вспыхнула опасная острота. Он тут же нажал кнопку удаления сообщения, в то время как на экране также отобразились предыдущие сообщения между ней и Клодом Лоуренсом. Он просмотрел несколько последних сообщений, отмеченных временем, когда он был в Т-Сити и наблюдал за Рэйчел; в сообщениях обсуждалась одна и та же тема. Элис: Клод, я не хочу слишком помпезного, простого… Мне кажется, на острове Бали прекрасная атмосфера. Клод Лоуренс: Если вам понравится остров Бали, мы всё там организуем, пригласим нескольких родственников и друзей, чтобы они стали свидетелями нашего выступления. Элис: Хм… После церемонии на острове Бали я хочу поехать в Токио, думаю, твоей маме бы понравилось, если бы ты устроила свою жизнь. Клод Лоуренс: Дорогая, ты такая внимательная. Алиса: Кроме того, я хочу сама разработать дизайн свадебного платья. Клод Лоуренс: Что бы ты ни сказал, так тому и быть. Алиса: Сейчас я с тобой разговаривать не буду, только что приехали мои подчиненные, мне нужно провести короткое совещание… Поговорим сегодня вечером. Клод Лоуренс: Хорошо, я заеду за тобой сегодня вечером. Алиса: Хорошо. Переписка между Алисой и Клодом Лоуренсом была милой. В глазах Честера горел гнев, лицо было пугающе мрачным, он небрежно бросил телефон в угол стены. Телефон тут же разобрали и жалко положили в угол. На следующий день. Алиса тихонько всхлипнула, медленно просыпаясь. Лениво потянувшись, она села, сонные глаза ее не покидали. Постепенно она пришла в себя, осмотревшись, и быстро взглянула на диван. Честера там не было. Она на несколько секунд погрузилась в свои мысли, вскочила с кровати и распахнула шторы, чтобы впустить солнечный свет. В тот момент, когда занавески распахнулись, солнечный свет хлынул на нее, и она ахнула. Боже мой… Обширный пляж с белым песком, кристально чистая морская вода, высокие тенистые кокосовые пальмы и безоблачное голубое небо… создавали прекрасный пейзаж. Алиса прикрыла рот рукой, чтобы сдержать вздохи, она с трудом могла поверить в ослепительную красоту, представшую перед ее глазами… Внезапно ее внимание привлек белый силуэт на пляже. Это был Честер. Его высокая и стройная фигура стояла на нетронутом пляже, лицом к бескрайнему морю. Он был одет в белую повседневную одежду, подол которой грациозно развевался на ветру. Почему-то, глядя на его величественную спину, она вдруг почувствовала легкое одиночество. Возможно, бескрайнее синее море и небо вокруг лишь подчеркивали одиночество его фигуры. Он стоял один у моря, словно погруженный в свои мысли. Элис переоделась, быстро умылась, готовая взять трубку и позвонить Клоду Лоуренсу, но, к своему удивлению, обнаружила, что ее телефон лежит разбитый в углу комнаты. На пляже Алиса глубоко вздохнула и направилась в сторону Честера. Она подошла к нему сзади и внезапно почувствовала исходящий от него холод в воздухе. Алиса холодно спросила: «Почему у меня сломался телефон?» Силуэт Честера оставался безмолвным, не произнося ни слова. Алиса, нахмурившись от недовольства, намеревалась сделать шаг вперед, но Честер в этот момент обернулся. Лицо Честера было суровым, глаза острыми, как лезвия, пронзительно смотрели на нее, темный взгляд отражал его нынешнее настроение. Его леденящий взгляд испугал ее, она невольно вздрогнула, выпрямившись: «Ты сломал мой телефон?» Тонкие губы Честера были плотно сжаты, он по-прежнему молчал. Под пристальным взглядом Честера ноги Алисы непроизвольно откинулись назад. Честер бросил холодный взгляд на Алису и, шагнув вперед в одиночестве, продолжил свой путь. Элис была ошеломлена, не понимая, почему у него сегодня утром было такое ужасное настроение; она думала, что вчера вечером у них все было хорошо. ---------- Глава 1199 - 627: Дополнительно: Маленький белый кролик злит большого серого волка (2-2) Алиса побежала за ним, преградив ему путь, слегка раздраженная: «Зачем ты сломал мой телефон?» Честер поднял бровь и взглянул на Алису, его взгляд стал невероятно опасным и глубоким. Алиса отступила на шаг назад, признавшись, что в данный момент немного боится его глубоких, непостижимых глаз. Честер наконец открыл губы, не испытывая жара: «Я случайно сломал их». У него было суровое лицо, но слова его были спокойны. Алиса нахмурилась: «Как оно сломалось?» Честер ничего не объяснил, достал из сумки свой телефон и протянул его Алисе: «Если хочешь кому-нибудь позвонить, воспользуйся моим телефоном!» Алиса на мгновение заколебалась, прежде чем взять трубку. Честер уже начал идти и сказал: «После того, как закончишь разговор, приходи в ресторан пообедать, я буду тебя там ждать». Алиса озадаченно посмотрела на спину Честера, подумав, что сегодня он выглядит очень странно, но не придала этому особого значения. Воспользовавшись телефоном Честера, Элис позвонила Клоду Лоуренсу, после чего вернулась на виллу. «Мисс Робинсон…» «Мисс Робинсон…» Перед рестораном две горничные почтительно окликнули его. Элис не думала, что на вилле будут другие люди, она на мгновение опешилась, а затем вспомнила, как Честер говорил, что днем ​​на вилле находятся слуги. Алиса кивнула двум горничным и вошла в ресторан. Внутри ресторана также находились две горничные и повар в белой униформе, которые улыбались Алисе. Алиса вежливо ответила на их улыбки и села за большой обеденный стол. Напротив неё сидел Честер и спокойно завтракал. Он был настолько воспитан, что даже при нарезке еды посуда не издавала ни звука, ударяясь о тарелку. Алиса смотрела на него, на мгновение ошарашенная. Он внезапно поднял голову, случайно встретившись с ней взглядом; на его красивом лице не было никаких эмоций, но голос был мягким: «У Говарда Джеффри изысканный вкус, шеф-повар здесь из пятизвездочного отеля, но я не знаю, подойдет ли это вам по вкусу, если нет, пусть приготовит что-нибудь другое». Шеф-повар кивнул Алисе. Изысканная еда перед ней уже разбудила аппетит Алисы, она тут же покачала головой и начала есть. Закончив завтрак, Честер не ушел; он пил красное вино, тихо сидя в кресле и ожидая ее. Алиса действительно была голодна; съев все, что было у нее на тарелке, она наконец-то наелась. Честер тихо спросил ее: «Хочешь еще?» Алиса немного смутилась: «Нет, я уже наелась». Честер встал: «Тогда пошли!» Алиса тоже встала и спросила: «Куда?» «Я сопроводу тебя на прогулку по пляжу». Алиса замерла, неподвижно стоя на месте. Честер остановился, посмотрел на нее и слегка нахмурился: «Что случилось?» Алиса ответила: «Я не хочу гулять, я возвращаюсь в свою комнату». — сказала она и повернулась, чтобы уйти. Однако Честер вовремя схватил её за руку: «Что, боишься остаться со мной наедине?» Алиса нашла предлог, чтобы ответить: «Нет, просто солнце слишком сильное, я не хочу загорать». Зная, что она придумывает отговорки, чтобы избегать его, он не стал раскрывать ее личность, сохраняя мягкий тон: «Тогда я отвезу тебя куда-нибудь, где меньше солнца». "Я…" Честер крепче сжал ее запястье: «Ты не даешь мне ни единого шанса, как я могу показать тебе свои чувства?» На самом деле Алиса хотела ему возразить, она пришла сюда не для того, чтобы узнать о его чувствах, а просто чтобы окончательно расстаться, но одинокая картина его лица, стоящего на пляже и смотрящего на море, заставила ее замолчать. Он взял её за руку и вышел из ресторана. Алиса никак не ожидала, что на Пенном острове окажется бар. В этот момент Честер провел Алису в этот, казалось бы, ничем не примечательный бар. Очевидно, этот бар не соответствовал типичному определению бара. Это заведение предназначалось исключительно для владельца острова и его друзей, поэтому вся атмосфера излучала ощущение эксклюзивности. Будь то дорогие красные вина, расставленные на стойке, или привлекательный бармен, стоящий перед ней, или высококачественное музыкальное оборудование на сцене, все было первоклассного качества. В баре играла мелодичная, успокаивающая музыка, создававшая ощущение особой расслабленности при входе. Значит, это, должно быть, любимое место отдыха Говарда Джеффри. Алиса невольно задавалась вопросом: зачем она сюда пришла? Честер обменялся несколькими словами с барменом и направился к сцене. Алиса стояла на том же месте, недоумевая, и тут к ней подошел бармен. «Мисс Робинсон, мистер Робинсон говорит, что хочет спеть для вас песню». Пение? Этот термин казался Алисе чуждым, поскольку она была неспособна различать музыкальные тона, поэтому не любила петь, но обожала слушать музыку. Однако, по её воспоминаниям, она никогда не слышала, как поёт Честер. Алиса была погружена в размышления, когда свет в баре погас, и зазвучала прелюдия к песне. Бармен жестом предложил ей сесть и спокойно насладиться песней. Алиса ошеломленно сидела на стуле у барной стойки, наблюдая за выступлением Честера на сцене. Честер сел на стул на сцене, держа в руках микрофон. Из-за расстояния их взгляд находился на уровне глаз. Их взгляды встретились, но ее взгляд явно мелькнул, она избегала прямого контакта, в то время как его взгляд оставался глубоким и сосредоточенным. В полумраке он пристально посмотрел на нее и тихо запел… Это была китайская песня. Бабочка несколько раз моргает, прежде чем научиться летать, ночное небо усыпано звездами, но некоторые из них упадут. Я лечу, но когда ты падаешь, это совсем рядом, я всё ещё слышу дыхание. Прости, что не обнял тебя крепко… Ты не знаешь, почему я тебя бросил, я упорно не даю тебе плакать, твои слезы подобны проливному дождю, разлетаются во все стороны, но в сердце все ясно… Ты не знаешь, почему я принял это решение, паря в высоком небе, вне твоего поля зрения, и ещё больше ты не знаешь… У него был поистине магнетический голос, когда он пел. Даже она не осознавала, что уже полностью погрузилась в его голос… ---------- Главы 1200–628: Дополнительная история: Большой серый волк пытается завоевать сердце маленького белого кролика 1 Она наблюдала за ним издалека, глаза постепенно начинали щипать. Когда он запел "Прости, я не удержал тебя", зрение уже затуманилось. Всё настолько расплылось, что она больше не могла чётко разглядеть его лицо, ощущая лишь его взгляд, глубокий и проникающий в её сердце... Сердце у нее затрепетало, рука крепко вцепилась в стул. Внезапно она почувствовала, как соленая слеза скатилась по губам, и только тогда поняла, что действительно плачет... К тому моменту, когда она отреагировала, он уже сошел со сцены, подошел к ней и не позволил ей сбежать. Он повернул ее тело, заставляя ее смотреть на него. Она сопротивлялась, но он оставался неподвижным, просто крепко держал ее, не давая ей ни малейшего шанса вырваться. Он посмотрел ей в глаза, затуманенные слезами, и в глубине его собственных темных глаз тоже мелькнула влага. Он хрипло произнес: «Не знаю, хорошо ли я пою, но я терпеть не могу петь. Неловко стоять на сцене вот так, чтобы петь, — это то, чего я обычно никогда не делаю, но Бекка сказала мне, что женщины могут устоять перед сладкими словами мужчины, но не могут устоять перед любовной песней. Поэтому во время полета из аэропорта Т в Германию я специально выучил эту песню…» Элис Робинсон опустила глаза, слезы уже подступали к ее щекам. Он осторожно взял её лицо в руки, нежно вытирая слезы большим пальцем с её щек, его голос становился всё более нежным и хриплым: «Ты сможешь меня простить? Когда ты так сильно меня любила, я не держался за тебя. Дай мне шанс, позволь мне держаться за тебя?» Элис Робинсон покачала головой, из ее глаз хлынули слезы. Честер Робинсон пристально посмотрел на неё: «Если ты счастлива с Клодом Лоуренсом, я отпущу тебя. Но ты явно его не любишь… Я знаю, в твоём сердце всё ещё есть я». Элис Робинсон по-прежнему качала головой. "Дай мне последний шанс, Алиса, не дай нам разминуться, хорошо?" Элис Робинсон посмотрела в нежный взгляд Честера Робинсона, и ее сердце замерло. Она не знала, подтверждает ли её нынешнее колебание его слова, то ли то, что она не отпустила его, но она была совершенно уверена: он её не переубедит... Она сказала, что не может позволить себе снова пойти по тому же пути, он ее не любит... Ей было всё равно, иначе она бы проиграла, и в конце концов, проигравшей бы окончательно всё равно оказалась бы она... Человек, о котором она заботится, — это Клод Лоуренс, и человек, которого она сейчас любит, — это тоже Клод Лоуренс, но она его не любит, она больше ничего к нему не чувствует... Сделав глубокий вдох, чтобы подавить ком в горле, она спокойно вытерла слезы и оттолкнула его: «Я уже сказала, это невозможно». Честер Робинсон слегка прищурился: «Разве ты не веришь моему сердцу?» Элис Робинсон холодно рассмеялась: «Без меня ты живешь не очень хорошо?» «Мне плохо, я живу ужасно, я думаю о тебе каждый день, но мне приходится сдерживаться, чтобы не думать о тебе, потому что я неправильно понял, что ты счастлива с Клодом Лоуренсом… Я не хотел тебя разрушить, но и не хотел, чтобы ты меня забыла, поэтому я встречался со многими женщинами, я хотел каждый день попадать на первые полосы газет, я хотел, чтобы ты думала обо мне каждый день…» «Ты очень эгоистичен». «Я эгоист, но эгоист, потому что не могу тебя отпустить… Хотя я постоянно заставляла себя не искать тебя, я боялась увидеть тебя счастливой с Клодом Лоуренсом, но, когда ты подала в суд на Эдварда, я, конечно, могла бы позволить вице-президенту моей компании приехать к тебе на переговоры, но я не могла не поехать во Францию, чтобы увидеть тебя… Видеть, как сильно я была ранена, когда ты коротко подстриглась и так сильно похудела?» Элис Робинсон, постоянно напоминая себе о необходимости сохранять рациональность, возвела вокруг своего сердца непроницаемую стену и холодно ответила: «Честер, ты знаешь? То, что ты говоришь сейчас, меня совершенно не волнует, потому что у меня больше нет к тебе никаких чувств». «Не могу поверить…» — Честер Робинсон нежно погладил лицо Элис Робинсон, — «Ты лжешь мне, ты просто еще не можешь меня простить». Элис Робинсон убрала его руку, отступила назад, чтобы отдалиться от него: «Веришь ты этому или нет, Клод Лоуренс использовал уловки, чтобы заставить тебя неправильно понять нас с ним в то время, но я нисколько его не виню, потому что знаю, что все, что он делал, было из любви ко мне. Я дорожу тем, кто так ко мне относится. Кроме того, когда ты заботишься о ком-то, ты никогда не будешь жаловаться, точно так же, как когда-то ты использовал меня, бросил, но я никогда тебя не винила». «Ты лжешь». Честер Робинсон явно отказывался признать это, его взгляд стал свирепым. ``` ---------- Глава 1201 - 628: Дополнительно: Большой Злой Волк пытается угодить Маленькому Белому Кролику 1_2 Элис Робинсон отвернулась и ушла. Честер Робинсон не стал её останавливать, а холодно заявил: «Я не сдамся». Алиса выбежала из бара… Наступила ночь, и на острове вновь воцарилась привычная тишина. Море потемнело, и лишь маяк вдалеке освещал путь впереди. Алиса сидела на кровати, обнимая колени, и молча смотрела на безмятежный ночной пейзаж, вновь открывшийся на острове. В дверь постучали. Алиса осталась невозмутимой. Он стучал в дверь уже в третий раз; она не хотела его видеть и не хотела с ним разговаривать. Короче говоря… ей оставалось только держаться от него подальше. Она больше не слышала стука; он уже должен был уйти. Ночь сгущалась, и вокруг становилось всё темнее. Из-за страха темноты Алиса плотно завернулась в одеяло. Внезапно… Дверь кто-то открыл. Алиса вздрогнула и крепче сжала одеяло. «Алиса, Алиса…» До её ушей донесся голос Честера. Она откинула одеяло, оставив открытыми только глаза, и посмотрела на него, сидящего на краю кровати. Когда страх утих, она пробормотала: «Как… как ты сюда попал?» В комнате было довольно темно, так как свечи не горели, но, к счастью, свет из камина внизу проникал через открытую дверь, немного освещая комнату. Честер небрежно бросил запасной ключ, который держал в руках: «Разве я тебе не говорил? В этой вилле каждую комнату нельзя запереть, и у каждой есть запасной ключ». Алиса нахмурилась. Честер заметил нервную испарину на ее лбу, вызванную страхом. Изначально он планировал восстановить электроснабжение сегодня ночью, но внезапно передумал. «Когда горничные ушли, я попросила их приготовить ужин. Просто разогрейте, и он будет готов… Проголодались? Пойдемте поедим!» Алиса покачала головой: «Я не голодна». «Даже если ты не хочешь со мной разговаривать, нет необходимости морить себя голодом; мне не нужно идти в столовую». «Не нужно, можете уходить, я хочу спать». "Вы уверены, что не голодны?" "Да." «Хорошо, тогда отдохни; я останусь здесь и составлю тебе компанию». «Ты мне здесь не нужен». "Ты больше не боишься темноты?" «Я справлюсь». Выражение лица Честера помрачнело: «Неужели я настолько отвратителен?» Алиса опустила глаза и ничего не сказала. Внезапно Честер толкнул Алису к изголовью кровати. Алиса вздрогнула, ее руки были связаны, спина прижата к изголовью кровати. Она ахнула. В темноте глаза Честера казались странно пронзительными. Алиса слегка задрожала. Кровь Честера закипела, но в конце концов здравый смысл погасил гнев в его глазах. Он медленно отпустил её, сказав: «Если ты спустишься поесть, завтра я восстановлю здесь электричество». Глаза Алисы резко поднялись. Что? Он мог бы восстановить здесь электричество? А вчера вечером и сегодня вечером… подождите, а как так получилось, что вчера в холодильнике была свежая говядина? "Ты…" Алиса сердито прикусила губу, расстроенная собственной глупостью. В этот момент Честер поднял Алису с кровати. "Ах!" Ее тело внезапно подпрыгнуло в воздух, Алиса вздрогнула. "Что ты делаешь?" Она инстинктивно обняла его за шею. Честер посмотрел на ее руки, обнимающие его за шею: «Раз ты не слушаешь, я отнесу тебя вниз». Алиса начала отчаянно сопротивляться: «Я не хочу, чтобы ты меня несла, я могу спуститься сама…» Честер замер, но не отпустил её. Она была расстроена, унижена, постоянно била и пинала его. Он наблюдал, как она извивалась у него на руках, и его взгляд постепенно становился все более пристальным. Алиса не заметила изменения в его взгляде; она продолжала сильно пинать его: «Отпусти меня, отпусти меня…» Он внезапно наклонился и страстно поцеловал её дрожащие губы. Он мгновенно заглушил все ее голоса. "Ммм… отпусти… ммм…" Он поцеловал её, неся к постели. Она продолжала его бить. Он не чувствовал боли, снисходительно целуя её губы. На мгновение она вырвалась на свободу, но они оба одновременно упали обратно на кровать… Она даже не успела перевести дыхание, как он уже прижал её к себе. Его ноги сковывали ее беспокойные конечности, его руки переплелись с ее, крепко прижимая ее к кровати. "Джо…" Прежде чем она успела произнести его имя, ее рот снова замолчал. Он заглушил все ее слова губами, его язык исследовал ее, вытягивая из ее губ ту сладость, о которой он так мечтал… Алиса не могла пошевелиться, из её уст вырывались лишь приглушенные всхлипы… Каждая попытка освободить ее скованные руки лишь приводила к тому, что он сжимал их еще крепче, его возбуждение разгоралось подобно лесному пожару, поглощая каждый сантиметр ее тела… Она постоянно поворачивала голову, встречая все более резкие заявления с его стороны… Он поцеловал её с пылкой страстью, внезапно прижав её руки над головой и освободив одну руку, чтобы расстегнуть пуговицы её рубашки… Оказывая яростное сопротивление, она наконец смогла вырваться из его объятий… Она сжала кулаки и яростно ударила его по опускающемуся плечу: «Ублюдок, отпусти меня, отпусти…» Он позволил ей ударить его, но, услышав треск, потерял терпение и сорвал с нее верхнюю одежду. Белый бюстгальтер подчеркивал ее превосходную фигуру… Он опустил голову, глубоко прижавшись ею к ее груди… "Черт возьми!" — прорычал он от боли, резко подняв голову. Оказалось, что Алиса сильно кусала его за плечо. Он снова схватил её за руки, его тяжёлое тело крепко прижалось к ней. В полумраке черты его лица напряглись, боль заставила его нахмуриться, и он процедил сквозь зубы: «Ты говоришь, что не любишь меня, это правда?» Алиса изо всех сил боролась, но это было бесполезно. Глядя на его суровое, леденящее душу лицо, ее глаза наполнились ужасом. «Тогда позволь мне доказать твою неправоту нашим некогда любимым способом». Говоря это, Честер снова схватил Алису за обе руки; на этот раз, как бы Алиса ни сопротивлялась, она не могла вырваться. Он стянул с нее джинсы, разорвав и сорвав с нее всю одежду. ---------- Глава 1202–629: Дополнительная история: Большой Злой Волк пытается завоевать сердце Маленького Белого Кролика 2 Она вскрикнула, словно ее унизили: «Убирайся… ублюдок… отпусти меня…» В тусклом свете он увидел, как две струйки слез скатились по уголкам ее глаз, пронзая его сердце, но необъяснимым образом пробуждая в нем еще более сильную злость. Неужели ей так сильно не нравились его прикосновения? Неужели отношения с ним причинили ей столько боли? Он снял одежду и опустился на дно, без колебаний погрузившись в воду. Она отчаянно закричала: «Я уже женщина Клода Лоуренса, чего еще ты хочешь?» Его приближающееся тело сильно дрожало, глаза расширились, когда он посмотрел на нее. Она изо всех сил оттолкнула его, словно испуганный кролик, бросилась к углу кровати и плотно завернулась в одеяло. Его мутные черные глаза сузились, холодный и мрачный взгляд устремился прямо на нее. Она дрожала, рыдала и плакала от боли. Пламя желания в его глазах постепенно погасло; он продолжал смотреть на нее. Она опустила голову, из глаз которой непрерывно текли слезы, выражавшие ее панику и горечь. «Ты мне солгал». Словно раненый лев, его хриплый голос эхом разносился в темной ночи, его взгляд был прикован к ней, он выискивал на ее лице каждое едва уловимое выражение обмана. Ее полные слез глаза встретились с его темным, бездонным взглядом, и она, рыдая, воскликнула: «Честер, не все в этом мире будут ждать тебя, почему ты такой эгоист? Это ты с пренебрежением подтолкнул меня к другому, и как раз когда я наконец-то во всем разобралась и захотела начать новую жизнь, ты пришел, чтобы разрушить все, чего я так упорно добивалась… Зачем ты это делаешь со мной? Ты разрушил первую половину моей жизни, неужели ты собираешься разрушить и вторую? Неужели я должна жить в боли до конца своих дней, чтобы ты был доволен?» Её слова, словно острые лезвия, пронзили его сердце. Боль распространилась по его груди… В его глазах не осталось гнева, не было ни пыла, ни жгучего желания обладать… Он успокоился, но, услышав ее обвинения, потерял дар речи. Она рыдала и умоляла: «Умоляю вас, не разрушайте мое счастье снова, пожалейте меня хоть раз за то, что я вам дала…» Ее обвинения ранили его сердце, словно шрамы. Его темные глаза постепенно теряли свой блеск, становились глубокими и, наконец, тусклыми. Она продолжала плакать: «Между нами сейчас это совершенно невозможно…» Честер глубоко вздохнул, встал и надел штаны. Алиса свернулась калачиком в углу кровати и рыдала без остановки. Он медленно вышел из комнаты, в темноте его спина отражала чувство одиночества и опустошения, шаги были тяжелыми, словно он весил тысячу фунтов. Алиса всю ночь спала в углу кровати. Когда она открыла глаза, солнечный свет уже хлынул в комнату. Снаружи раздался стук в дверь, но Алиса не ответила. За дверью раздался голос слуги: «Мисс Робинсон, мы приготовили для вас завтрак». Услышав голос слуги, Алиса с облегчением вздохнула и ответила: «Я не голодна». «Тогда я буду держать его теплым для тебя, чтобы ты мог спуститься поесть, когда захочешь». Алиса больше ничего не ответила. Слуга молча ушел. Алиса рассеянно смотрела на лазурное море за окном от пола до потолка, ее мысли были полны событий прошлой ночи, связанных с Честером. Неосознанно ее глаза покраснели. Под зонтиком на пляже красивое лицо скрывало холодное и мрачное выражение. Слуга подошел из виллы, почтительно поклонился в метре от них и сказал: «Мистер Робинсон, завтрак приготовлен, пожалуйста, пообедайте». Честер залпом выпил вино, стоя позади себя, и сказал: «Я не голоден… позови её вниз поесть!» Слуга сказал: «Я уже позвал мисс Робинсон, но она тоже сказала, что не голодна, у нее был странный голос, как будто она плакала… Мистер Робинсон, с мисс Робинсон все в порядке?» Честер не ответил слуге, глядя на море впереди, и его голос понизился: «Она ничего не ела с прошлой ночи, отнесите еду в ее комнату…» "Да." Слуга повернулся, чтобы уйти, и Честер снова приказал: «Возьми для неё приличную одежду из шкафа в комнате хозяйки». "Да." Слуга отступил, а Честер продолжал смотреть на море. Было непонятно, сколько времени прошло, прежде чем слуга снова вернулся в Честер. «Мистер Робинсон, я принёс завтрак наверх, но мисс Робинсон к нему даже не притронулась». Честер, похоже, предвидел эту ситуацию: выражение его лица оставалось спокойным, он посмотрел вперед и спросил: «А что насчет одежды?» Слуга ответил: «Мисс Робинсон приняла одежду и пошла принимать ванну». Честер кивнул в знак приветствия и жестом пригласил слугу уйти. ---------- Глава 1203-629: Дополнительная история – Большой Злой Волк пытается завоевать сердце Маленького Белого Кролика (2) В этот момент на огромном острове царит необычайная тишина, слышен лишь шум волн, разбивающихся о мелкий песок берега… В его памяти остались слова Элис Робинсон, сказанные ему прошлой ночью. Я уже женщина Клода Лоуренса, чего еще ты хочешь? Ты разрушила первую половину моей жизни, хочешь разрушить и вторую? Неужели ты сможешь быть довольна только если я всю жизнь буду жить в боли? Умоляю тебя, не разрушай больше мое счастье, просто пожалей меня за то, что я когда-то пожертвовал ради тебя… Между нами больше ничего не получится… У него першит в горле, из-за чего кадык слегка шевелится. Он смотрит на море, его сердце пусто, как бескрайний океан. В этот момент звонит телефон. Спустя долгое время он ставит бокал с вином рядом и берет трубку телефона. На экране телефона мелькнули три слова: "Клод Лоуренс". Он откидывается на спинку кресла, его красивое лицо вновь обретает привычную холодность, он нажимает кнопку ответа и подносит телефон к уху. «Почему я не могу дозвониться до Алисы? Что ты с ней сделал? Честер Робинсон… ты что-то с ней сделал? Честер…» — сердито рычит Клод Лоуренс в трубку. Честер Робинсон немедленно завершает звонок. Он встает и возвращается на виллу. На втором этаже дверь ее комнаты не закрыта, и он наблюдает за ней издалека. Она сидит на кровати, обнимая колени, и смотрит на море через окно от пола до потолка. Он замечает синяки на ее запястье, оставшиеся после его грубого поведения прошлой ночью. Она погружена в свои мысли, глядя на море, и не замечает его. Проходящая мимо служанка видит его и окликает: «Мистер Робинсон». Услышав голос служанки, она внезапно поворачивает голову. Он смотрит на неё, их взгляды встречаются. Она вспоминает прошлую ночь, и в ее глазах застыл страх. Он входит в комнату, она в испуге вскакивает с кровати и отступает назад. Её отстранённость подобна игле, пронзающей его сердце. С бесстрастным лицом он мягко говорит: «Вы ничего не ели со вчерашнего дня; поешьте!» Она настороженно посмотрела на него и холодно ответила: «Я хочу уйти отсюда». Его взгляд слегка темнеет. Она непреклонна: «Пожалуйста, пусть кто-нибудь заберет меня». «Разве осталось не пять дней?» «Ты нарушила своё обещание». Он сказал, что не будет её принуждать или причинять ей вред. «Я больше здесь не останусь». "Ты меня так сильно ненавидишь?" «Да, ты эгоистичный, презренный, бесстыдный». Честер Робинсон не оправдывается, он просто пристально смотрит на нее. «В течение этих семи дней я не позволю тебе уйти». Элис Робинсон в ярости: «Вы не имеете права лишать меня свободы». Честер Робинсон больше не отвечает Алисе, поворачивается и уходит. Алиса бросается за ним в погоню, но слуга преграждает ей путь. «Мисс Робинсон, если мистер Робинсон не позволит вам уйти, вы не сможете уйти, потому что только мистер Робинсон знает координаты этого острова. Даже если вы сами будете управлять яхтой, вы, возможно, не сможете покинуть это море». Алиса торопливо спрашивает: «Можешь ненадолго одолжить мне свой телефон?» Слуга качает головой: «Извините, мисс Элис Робинсон, на острове нам запрещено пользоваться любыми средствами связи». «Знаешь ли ты, как покинуть этот остров?» Слуга отвечает: «Нас доставил на остров капитан, мы тоже не знаем, как оттуда уехать». «Тогда я уплыву на вашем корабле ночью». Слуга извиняется: «Мисс Робинсон, мы не смеем ослушаться приказа мистера Робинсона и уводить вас, извините». "Ты…" Алиса хотела сказать что-то ещё, но слуга уже повернулся и ушёл. В течение следующих двух дней Элис всячески старается избегать Честера Робинсона. Когда слуга зовет ее пообедать, она ждет, пока он закончит есть, прежде чем спуститься вниз, избегая любых встреч с ним. Из-за ее избегающего поведения, в течение этих двух дней шансы на встречу с ним минимальны, и, естественно, они не разговаривают. К счастью, он восстановил электроснабжение на острове, поэтому она не боится по ночам, когда остается одна. Она не связывалась с Клодом Лоуренсом уже два дня, опасаясь, что Клод может быть обеспокоен, но на острове, кроме телефона Честера, нет никаких средств связи с внешним миром, и наконец, Алисе приходится набраться смелости и спросить Честера. Ночью Алиса, следуя указаниям слуги, направляется к месту на пляже. Он развалился в шезлонге, глядя на окутанное дымкой море, освещенное огнями острова. Кажется, он разговаривает с кем-то по телефону, на его губах легкая улыбка. Она подходит и слышит его голос. "Правда? Рейчел потрясающая, если бы твоя мама знала, что ты получила пятёрку за рисунок, она бы точно очень обрадовалась… Дядя тебя тоже обязательно наградит… Скажи, какую игрушку ты хочешь?" "Ты такая хитрая… Ладно… Дядя купит тебе это… Но маме говорить нельзя, иначе мама рассердится на дядю…" «Хорошая девочка…» Оказалось, он разговаривал с Рэйчел по телефону. Она никогда не думала, что его голос в общении с детьми может звучать так невинно. Прежде чем она успела что-либо понять, он уже заметил ее, улыбнулся в трубку и обратился к Рэйчел: «Дорогая, твоя мама закончила совещание, хочешь поговорить с мамой?» Элис ошеломлена; Честер Робинсон уже встал и идет к ней с телефоном. Он протягивает ей телефон. Алиса, не общавшаяся с дочерью два или три дня, очень по ней скучает. Она тут же берет трубку, ее лицо становится нежным: «Привет, милая». Рейчел сообщает по телефону свои недавние оценки за рисунок, Алиса очень счастлива, болтает с дочерью и совершенно забывает о своих заботах. Разговор длится целых полчаса, после чего Алиса неохотно заканчивает беседу со своей дочерью. «Вы хорошо её воспитали, она очень понимающая». Честер Робинсон теперь стоит перед ней и говорит тихо. Элис, не поднимая глаз, чтобы посмотреть на Честера, держащего телефон, легко отвечает: «Она моя дочь, естественно, я дам ей хорошее образование». Ее тон явно направлен на то, чтобы отдалить Рейчел от него. Честер делает вид, что не понимает, лишь слегка улыбается. «Я бы хотела одолжить твой телефон, чтобы позвонить Клоду», — решительно спрашивает Элис. Честер кивает. ---------- Глава 1204–630: Дополнительная история: Большой Злой Волк изо всех сил пытается завоевать сердце маленького Белого Кролика 3 Элис Робинсон не ожидала, что Честер Робинсон позволит ей так легко связаться с Клодом Лоуренсом. Она повернулась, чтобы позвонить в другое место, но неожиданно за ее спиной раздался голос Честера: «И тебе бы лучше сказать ему, что ты собираешься с ним расстаться». Алиса вздрогнула, ее глаза расширились, и она обернулась. Красивое лицо Честера было бесстрастным, спокойным и сдержанным. Элис нахмурилась, подойдя к Честеру, и, стиснув зубы, спросила: «Чего ты на самом деле хочешь?» Лицо Честера было спокойным: «Я хочу тебя». Алиса беспомощно опустила глаза, а затем подняла их, свирепо глядя на него: «Я же тебе говорила, мы с тобой несовместимы!!» Честер слабо улыбнулся: «Это как раз то, что ты говоришь». «Ты правда не понимаешь, я тебя больше не люблю… У меня к тебе совсем нет чувств?» Она и не подозревала, что каждое произнесенное ею слово отказа жестоко пронзало его сердце. И всё же на его лице не сходила улыбка: «Неважно, любишь ты меня или нет, я могу попытаться заставить тебя снова влюбиться в меня». «Я уже рассказывала вам о своих отношениях с Клодом Лоуренсом, и я собираюсь выйти за него замуж…» Честер перебил Алису: «Ты за него не выйдешь замуж». Алиса была ошеломлена, уставившись на него в изумлении. Откуда он знал, что она собирается выйти замуж за Клода Лоуренса? Они с Клодом всегда держали это в секрете. Внезапно глаза Алисы расширились, когда она вспомнила о поврежденном телефоне. «Ты действительно подглядывал в мои сообщения; ты такой бесстыжий». Столкнувшись с ее обвинением, он ничего не объяснил и сохранил спокойствие: «Ты выйдешь замуж только за меня». Алиса презрительно сказала: «Я бы никогда не вышла замуж за такого презренного человека, как ты». Честер рассмеялся: «Как бы ты меня ни воспринимала, я тебя не отпущу». Алиса нахмурилась: «Ты же сказал, что отпустишь меня через семь дней!!» Честер шагнул вперед, схватил стройное тело Алисы и притянул ее к себе. Он наклонился и прошептал ей на ухо: «Из-за твоей лжи, с которой ты меня обманывала, я решил не выполнять свое обещание». «О чём я тебе солгал?» Честер улыбнулся, крепко обнимая Алису, и его рука двусмысленно скользнула по ее талии: «Ты правда думаешь, что я поверю твоей лжи?» «Я тебе ни о чём не лгал». "Правда?" — улыбка Честера стала шире. — "Клод Лоуренс когда-нибудь прикасался к тебе так, как я?" Он крепко обнял её, его пальцы скользнули под её пояс, чтобы прикрыть её округлые, стройные ягодицы. "Ты…" Алиса покраснела и резко оттолкнула его. Он вел себя как джентльмен, словно бесстыдство к нему не имело никакого отношения. Он с большим интересом смотрел на ее покрасневшее и сердитое лицо, в уголках его губ играла легкая улыбка: «Твоя реакция только укрепила мой ответ». «Было бы безумием поверить, что ты сдержишь свои обещания». Алиса повернулась и убежала. Честер предположил, что Элис сама убежала обратно на виллу. Он не погнался за ней, просто наблюдал за ее удаляющейся фигурой; на его лице появилось выражение отчаяния, а улыбка постепенно исчезла. Честер пробыл на пляже около часа. Вернувшись на виллу, он предположил, что она уже легла спать. Он, как обычно, зашел в ее комнату проверить, что с ней, но, к его удивлению, ее там не оказалось. Вспомнив её недовольную спину, когда она убегала тем вечером, он охватил необъяснимое предчувствие. Он тут же позвал слугу, чтобы узнать, что случилось. Слуга выглядел растерянным, утверждая, что не видел возвращения Алисы, поскольку они всегда думали, что она с ним. Он резко вдохнул, тут же выскочил из виллы и побежал к яхте, находившейся на острове. Увидев, что яхта исчезла, и впервые в жизни взглянув на бескрайний океан, он запаниковал. Немногие слуги, прибывшие позже, были поражены исчезновением яхты. «Неужели? Мисс Робинсон уплыла на яхте?» «Но мисс Робинсон не знает координат этого острова, она не знает, как оттуда выбраться…» «Что нам теперь делать? С мисс Робинсон всё будет в порядке?» Слуги начали разбегаться, выкрикивая: «Мисс Робинсон, мисс Робинсон…» Честер успокоился и набрал номер мобильного телефона Говарда Джеффри, не желая прерывать прекрасные сны Говарда и его любимой жены, и настойчиво спросил: «Говард, на вашей яхте установлен GPS… Хорошо… Пожалуйста, найдите яхту как можно быстрее…» Слуги все еще искали на острове Алису. Говард очень быстро позвонил Честеру и сообщил ему точное местонахождение яхты. Честер уже договорился о доставке другой яхты. Он намеревался лично управлять ею, чтобы отправиться на поиски другой яхты, но в этот момент подбежал слуга… ---------- Глава 1205 - 630: Дополнительно: Большой Злой Волк пытается угодить Маленькому Белому Кролику 3_2 «Мистер Робинсон, мистер Робинсон…» Честер Робинсон начинал строительство яхты. Слуга поспешно сказал: «Мисс Робинсон нашли на южном пляже…» Честер тут же спрыгнул с яхты. Когда Честер увидел Элис Робинсон, она лежала на пляже без сознания, поддерживаемая слугой. Честер подбежал, оттащил слугу, взял Алису на руки, а затем протянул руку, чтобы проверить пульс на ее шее. Его лицо побледнело. Он уложил её на пол, зажал ей нос и начал делать искусственное дыхание. «Алиса, проснись… Алиса…» Он делал ей искусственное дыхание, одновременно выкрикивая ее имя. К счастью, она не утонула окончательно; во время его очередных попыток реанимации она наконец выплюнула немного воды и в полубессознательном состоянии открыла глаза. Увидев, что она приходит в себя, он крепко прижал ее хрупкое тело к себе, страстно поцеловал ее в холодную, пропитанную морской водой щеку, вне себя от радости и со слезами на глазах. Алиса медленно открыла глаза, выйдя из состояния мечтательности, и обнаружила, что прислонилась к теплой груди. Сверху тут же раздался нежный и глубокий голос: «Ты проснулась». Услышав голос Честера, Алиса медленно подняла на него взгляд: «Что случилось?» Честер ничего не сказал; он просто закрыл глаза и поцеловал ее в лоб, крепко обнимая. К ней постепенно вернулось сознание, и в её голове мелькнули некоторые образы. После разговора с ней она в порыве раздражения убежала… Она не хотела оказаться в ловушке на этом острове, поэтому побежала к яхте. Однако она не умела управлять яхтой и не знала координат острова. Она понимала, что даже если ей удастся завести яхту, она, возможно, не сможет покинуть море. Она очень рассердилась и отвязала веревку, которой была пришвартована яхта. Она подумала, что если кто-нибудь обнаружит пропажу яхты на следующий день, то сообщит ему об этом, и ему придется прислать другую яхту. А поскольку никто, кроме него, не знал координат острова, ему придется сообщить кому-нибудь по телефону о местонахождении, поэтому она подслушает разговор, а затем попросит слугу, умеющего управлять яхтой, отвезти ее с острова. К сожалению, яхта медленно дрейфовала по спокойному морю, поэтому она зашла в воду и немного подтолкнула яхту… Неожиданно, от легкого толчка яхту отнесло далеко в сторону, но она приложила слишком много силы, поэтому, когда ее отбросило далеко, яхта потеряла равновесие и упала в море. Когда она попыталась подняться, волна унесла ее в открытое море. Она бессознательно потеряла сознание и, пребывая в оцепенении, услышала, как Честер зовет ее… Он медленно открыл глаза и пристально посмотрел на неё. Она увидела покраснение в его глазах, смутно вспомнив момент, когда ее реанимировали, когда она задыхалась на пляже. Он крепко обнял её, позволив ей прижаться к нему. Она чувствовала, как крепко он ее обнимает, словно она потеряла и снова обрела покой. Он так крепко обнял её, что ей стало трудно дышать, но она не понимала почему, ведь её разум был наполнен холодом морской воды, ей просто хотелось, чтобы он крепко её обнял и согрел. «Ты действительно так сильно хочешь меня бросить?» — хрипло спросил он. Она посмотрела на него с удивлением. Его голос был тихим и хриплым: «Если ты действительно больше не заботишься обо мне, я не буду держать тебя здесь всю жизнь, я просто не хочу, чтобы ты меня покидала… ты это понимаешь?» Тогда Алиса поняла, что он неправильно истолковал ее попытку уехать сегодня вечером на яхте. Алиса хотела объяснить, но в горле у нее было ощущение, будто забито песком, из-за чего ей было трудно говорить: «Я…» Он склонил голову и поцеловал её в губы. Она не могла произнести ни слова. Спустя несколько секунд он отпустил её раскрасневшиеся губы, в его глазах мелькнула дымка: "Ты представляешь, как сильно я только что испугался?" Ее сердце необъяснимо затрепетало, когда она увидела слезы в его глазах. По её мнению, она никогда не видела, чтобы он плакал. Он всегда отличался невероятной внутренней силой, умел идеально скрывать свою личность тайного генерального директора «QCS», никогда не раскрывая своих истинных эмоций. Но в этот момент она действительно почувствовала его боль. Даже когда она однажды угрожала ему собственной жизнью, он не был так расстроен… Он посмотрел ей в пустые глаза, его голос, полный невыносимой боли, хрипло спросил: «Элис, ты действительно больше меня не любишь?» Ее тело слегка дрожало. В её сердце возникло особое волнение, подобное волнению семени, которое, увяднув, начало постепенно прорастать заново. Ей хотелось заговорить, но горло было слишком пересохшим, чтобы произнести хоть слово. Пока она пыталась преодолеть сухость и найти голос, в её памяти всплыли воспоминания о моментах, которые они провели вместе. Были прекрасные моменты, и грустные, но прекрасные моменты в конечном итоге не смогли противостоять мучительной печали, ее сердце продолжало болеть. В конце концов, она не произнесла ни слова, медленно закрыв глаза. В тот момент, когда она закрыла глаза, она мелькнула в его взгляде проблеск боли. Он по-прежнему крепко обнимал её, не отпуская… Он держал её на руках до утра. Она проснулась и увидела, что его лицо снова стало таким же мрачным, как обычно. "Бодрствующий?" "Мм." «Хотите воды?» Она кивнула. Он осторожно помог ей подняться, подложив две подушки ей под спину, чтобы она могла удобно устроиться, прислонившись к изголовью кровати. Он позвал слугу, попросил налить ей стакан воды и лично покормил её с ложки. Она покачала головой, взяла чашку из его руки и залпом выпила ее. Он забрал чашку и тихо спросил: «Хочешь еще?» Она покачала головой. Он протянул чашку слуге: «Ты не ел два дня. Я попрошу слугу приготовить тебе что-нибудь поесть». "Мм." Он взглянул на слугу, тот кивнул и удалился. Он осторожно коснулся раны на ее лбу, где ее поцарапал песок, и тихо спросил: "Болит?" Она кивнула. Он нежно поцеловал её в лоб: «После завтрака мы покинем остров. Я отвезу тебя в больницу на полное обследование. Хотя ты и в сознании, у тебя несколько травм». Она была ошеломлена, немного удивлена: "Покинуть остров?" ---------- Глава 1206–631: Дополнительно: Маленький белый кролик смягчился Из-за того, что прошлой ночью она выпила много морской воды, Элис Робинсон вообще не смогла позавтракать. Честер Робинсон спустился со второго этажа и увидел очень бледную Алису. Она сидела на диване, с побледневшим лицом, прислонившись к спинке, словно у нее совсем не осталось сил. Честер дал несколько указаний слуге, державшему багаж, затем подошел к Алисе, присел на корточки и приложил руку к ее лбу. Алиса слабо посмотрела на Честера. Честер нахмурил брови, встал и сел рядом с ней, обняв за плечо: «Я заметил, что у тебя вчера вечером поднялась температура. Боюсь, сейчас уже тридцать девять градусов… Где ты чувствуешь себя некомфортно?» Алиса с трудом произнесла: «Мне немного холодно». Честер снял пальто и накрыл Алису, крепко обнимая ее: «Мы сейчас покинем остров. Тебе не будет некомфортно, когда мы доберемся до больницы». С этими словами он поцеловал ее в лоб. Тепло его тела мгновенно успокоило все ее тело. Она прижалась к нему, чувствуя облегчение, и ее веки начали тяжелеть. Он тут же поднял ее на руки и вышел из виллы. Несмотря на то, что она была очень лёгкой, потребовались значительные усилия, чтобы перенести её с виллы к месту стоянки яхты, расположенному в километре от виллы. Заботливая Алиса, Честер, несмотря на пот на лбу, понимал, что пройти этот километр ему нелегко, но даже не нахмурился, постоянно успокаивая ее: «Мы скоро покинем остров и скоро доберемся до больницы. Держись». Из-за высокой температуры Алиса постепенно теряла сознание, но ее полузакрытые глаза видели его встревоженное, напряженное лицо, а уши слышали его неизменно успокаивающий голос. После того как они поднялись на борт яхты, она ненадолго проснулась, смутно увидев, как он разговаривает по телефону; его красивое лицо было суровым. «Да, температура тридцать девять градусов, на лбу, груди и бедрах следы травм. Похоже, воспаление в месте травмы вызвало жар. Приготовьте лекарство XXX, чтобы уменьшить воспаление раны…» По телефону он давал указания врачу, находящемуся вне клиники, подготовиться. Алиса рассеянно смотрела на его серьезное, напряженное лицо, а вскоре снова потеряла сознание. Больница. Алису ввезли в отделение неотложной помощи на заранее подготовленной койке. Честер стоял у окна и смотрел на Алису, лежащую на кровати без сознания из-за высокой температуры. Он уныло вышел в коридор и закурил сигарету. Впервые он не смог сдержать своих мыслей и ударил кулаком по перилам в коридоре. Из комнаты поспешно вышла медсестра: «Мистер Робинсон». Честер повернулся и с тревогой спросил: «Как она?» Медсестра ответила: «Врач провел базовый осмотр мисс Робинсон и выяснил, что лихорадка может быть вызвана не только следами от ран, но и, возможно, дисбалансом кислотности желудка из-за употребления слишком большого количества морской воды. Для уточнения диагноза необходимы более подробные обследования». Честер кивнул: «Лучше всего провести детальный осмотр всего тела». «Мы об этом позаботимся». После того как медсестра ушла, Честер потушил сигарету и направился в комнату. Алису уже отвели в палату интенсивной терапии врач и медсестры. В памяти Честера постоянно всплывали образы Алисы, которую прошлой ночью выбросило на берег морской водой, едва находившейся в сознании, наполняя его чувством вины и раскаяния. Через полчаса врач приехал в Честер с результатами обследования. «Доктор, как ваше состояние?» Врач сказал: «Мы провели полное обследование мисс Робинсон, и результаты КТ и УЗИ подтверждают, что с ее состоянием все в порядке. Лихорадка действительно вызвана травмами и дисбалансом кислотности желудка. После внутривенного введения препаратов для коррекции кислотности желудка температура должна вскоре снизиться». Честер не почувствовал полного облегчения. Он взглянул на результаты КТ и УЗИ, которые ему передал врач, и вдруг нахмурил брови. Доктор заметил, что Честер нахмурился, и не удержался, спросив: «Мистер Робинсон, есть какая-то проблема?» Честер, врач-акушер-гинеколог, без труда разобрался в результатах обследования. Его хмурое выражение лица было вызвано неожиданным результатом на листе с результатами УЗИ. «Мистер Робинсон…» Честер помахал рукой, давая доктору знак уйти. В тихом коридоре Честер пристально смотрел на лист с результатами УЗИ, его взгляд был прикован к словам «средостение матки». Будучи врачом-акушером-гинекологом, он прекрасно понимал, что означает средостение матки. В этот момент в его голове внезапно промелькнули какие-то голоса… «Брат, врач сказал, что у меня средостение матки, и из двух детей мы можем оставить максимум одного… Мне так ужасно, я не хочу потерять ни одного из них…» «Брат, мне сегодня сделали операцию, было очень больно… У нас остался только один ребенок, врач сказал, что оба ребенка хорошо развиваются. Если бы у меня не было средостения матки, они бы точно могли расти здоровыми в моей утробе… Брат, если бы ты был в сознании, я знаю, ты бы нашел способ спасти наших детей, потому что ты лучший гинеколог в мире… Пожалуйста, проснись, я одна, мне так тяжело…» ---------- Глава 1207 - 631: Дополнительно: Маленький белый кролик смягчил её сердце_2 Голос резко оборвался, Честер крепко сжал лист с результатами УЗИ. Это она рассказала ему, когда он был в коме. В тот момент он, естественно, не слышал её слов, но по какой-то причине они внезапно отчётливо всплыли в его памяти… Никто ему об этом никогда не говорил. С того момента, как он очнулся от комы, и до сегодняшнего дня он всегда думал, что Рейчел — единственный их ребенок. Он никогда не задумывался о том, через что ей пришлось пройти во время беременности… Сердце охватила сильная боль. Выражение его лица стало очень мрачным, когда он вспомнил, как однажды отпустил ее и ребенка. Алиса проснулась от своего сна, испытывая глубокое чувство печали. Ей приснился сон… Во сне она снова оказалась на том подсолнечном поле. Рейчел свободно бегала среди цветов, а он обнимал её сзади. Она чувствовала себя переполненной счастьем, слушая, как он шепчет ей на ухо нежные слова… Полусонная, она открыла глаза, первым делом увидела белый потолок и постепенно поняла, что находится в больнице. "Ты проснулся…" Раздался тихий, притягательный голос. Алиса повернула голову, чтобы посмотреть рядом с кроватью. Он измерял ей температуру левой рукой. Его серьезное выражение лица смягчилось, когда он почувствовал, что температура ее тела вернулась к норме. Она услышала, как он вздохнул с облегчением и сказал: «Температура спала». Взгляд Алисы упал на их переплетенные пальцы, ее правая рука все еще была переплетена с его. Даже во сне она чувствовала тепло его ладони, зная, что он не отходил от нее ни на шаг. Когда она попыталась сесть, он быстро сел на кровать, помогая ей опереться на него, их руки все еще были переплетены. Хотя температура спала, в голове у нее все еще оставалось некоторое затуманивание, но, к счастью, разум был ясен. Прислонившись к нему, она слабым голосом спросила: «Я сейчас в больнице?» Честер кивнул: «Ты все еще чувствуешь себя некомфортно где-нибудь?» Взяв ее правую руку, он нежно поцеловал ее тыльную сторону с лаской. Тепло его губ было влажным, наполненным глубоким состраданием. «Я просто чувствую слабость…» — тихо сказала Алиса. Честер улыбнулся: «Конечно, ты слаб. Ты ничего не ел два дня… Я попросил медсестру приготовить кашу. Сейчас попрошу ее принести». Только услышав это, она поняла, что действительно голодна, ее желудок был совершенно пуст. Честер отпустил их крепко сжатые руки, положил две подушки на изголовье кровати и осторожно помог Алисе откинуться назад. Наблюдая за его осторожными действиями, Алиса невольно вспомнила свое детство. Тогда она цеплялась за него, хотя он в основном игнорировал ее. Она помнила, как каждый раз, когда болела, он оставался рядом. Однажды она выбежала на солнце и получила тепловой удар. В тот день он остался рядом с ней, как и сегодня, не отходя ни на минуту. Когда ее мысли блуждали, вошла медсестра с миской каши. Придя в себя, она почувствовала, как аромат каши разбудил ее аппетит. Честер сел на край кровати и взял кашу у няни. Он заботливо охладил ее ложкой. Она смотрела на него, и ожесточённая оболочка её сердца необъяснимым образом начала таять. Когда каша остыла, он сказал ей: «Я тебя покормлю». Глядя на его нежное лицо, ей хотелось кивнуть, но здравый смысл вернул её к реальности. Она не могла этого допустить; как она могла поддаваться его нежности? Она собиралась выйти замуж за Клода Лоуренса, она была его девушкой; как она могла оставаться с ним… Они упустили свой шанс, и пути назад не было. Заметив её нерешительность, он, кажется, что-то понял. Он поставил кашу на прикроватный столик и тихо сказал ей: «Я выйду покурить. У тебя всё ещё капельница, поэтому тебе неудобно пить самой. Я попрошу медсестру покормить тебя». С этими словами он встал и вышел из палаты. Глядя на его удаляющуюся фигуру, она почувствовала, будто ее сердце опустошили. Честер, сидевший на стуле на террасе больницы, обладал холодным и глубоким, выразительным лицом. Каждое слово, сказанное ею ему в последние дни, отчетливо звучало в его ушах… Честер, ты знаешь? То, что ты сейчас говоришь, никак на меня не влияет; наоборот, это вызывает у меня отвращение… Честер… Мне совершенно всё равно, что ты сейчас говоришь, потому что у меня к тебе больше нет никаких чувств. Зачем ты это делаешь со мной? Ты разрушил первую половину моей жизни, неужели ты хочешь разрушить и вторую? Неужели ты будешь доволен только тогда, когда я проживу всю свою жизнь в боли? В агонии он закрыл глаза, наклонил голову и закурил сигарету. Сигарета медленно догорала между его пальцами, пепел падал в пепельницу, из яркого дыма быстро гас. Он смотрел на тусклый пепел в пепельнице, в его глазах отражалась безысходность. Каким-то образом позади него появился Кит Энтони, «Босс». Кит ждал его снаружи острова. Лицо Честера вновь обрело привычное бесстрастное спокойствие, лишенное всякого выражения. С беспокойством Кит спросил: «Как это произошло? Как мисс Элис попала в аварию на острове? Босс… вы с мисс Элис еще не…» Кит хотел спросить, помирились ли Честер и Элис, но сложившаяся ситуация заставила его побояться высказать это вслух. Честер тихо дал указание: «Позвони Клоду Лоуренсу, пусть он приедет за Алисой». Кит долго стоял в оцепенении: «Босс, вы…» Неужели это был способ босса уволить мисс Элис? Кит не мог поверить своим глазам. Он думал, что Честер привёз Элис на Пенный остров, чтобы завоевать её расположение, но теперь ситуация изменилась… Честер, заметив изумление Кейта, сохранил бесстрастное выражение лица. Он поднялся с террасы и, собираясь уйти, сказал ошеломленному Кейту: «Купи телефон для Алисы; у нее сломан». Кит очнулся от оцепенения и кивнул: «Да». Вернувшись в палату, он не вошел, а просто стоял у окна. Медсестра кормила Алису кашей. Она действительно была ужасно голодна, так как из термоконтейнера на прикроватной тумбочке уже вышло больше половины каши. ---------- Глава 1208–632: Дополнительная история: Маленький белый кролик не может сбежать 1 Потягивая кашу, она нечаянно увидела его за окном. Он на мгновение замешкался, а затем вошел в палату. Медсестра, увидев его, почтительно встала и обратилась к нему. Он сел у постели и мягко спросил ее: «Вам нравится каша?» Алиса кивнула. Медсестра улыбнулась: «Мистер Робинсон, можете быть уверены, мисс Робинсон съела немало овсянки и чувствует себя намного лучше… Врач сказал, что мисс Робинсон можно выписать после того, как она пробудет в больнице полдня под наблюдением, если не будет признаков возвращения лихорадки». Честер тихо произнес: «Хм». Медсестра, проявив осмотрительность, нашла предлог, чтобы покинуть палату. Алиса посмотрела на Честера, недоумевая, почему его темные глаза казались такими тусклыми и глубокими. Честер с беспокойством спросил: «Вы чувствуете какую-нибудь слабость где-нибудь сейчас?» Алиса покачала головой: «Я немного поела, стало намного лучше». Честер выглядел заметно облегченным и низким голосом произнес: «Я уже попросил связаться с Клодом Лоуренсом, чтобы он приехал за тобой… Но поездка из Германии или Франции займет некоторое время. Здесь нет хороших отелей, поэтому останься на острове еще на одну ночь, и Клод должен быть здесь к завтрашнему утру. Тогда ты сможешь уехать с ним!» После наблюдения в течение дня врач сказал, что Алису можно выписать. За пределами палаты Кит Энтони обратился к Алисе, которая все еще выглядела несколько слабой: «Мисс Алиса, позвольте мне вам помочь!» Элис мягко улыбнулась Киту, не выказывая никаких странностей: «Я в порядке, я могу ходить сама». Кит кивнул: «Машина уже припаркована у входа в больницу, пошли!» "Хорошо." Выходя из больницы, Кит продолжал наблюдать за выражением лица Алисы, но не смог заметить ничего необычного в ее поведении. Элис наконец заметила взгляд Кейта и спросила: «Ассистент Энтони, вы хотите что-нибудь у меня спросить?» Кит немного смутился и наконец спросил: «Мисс Элис, вы действительно не планируете помириться с боссом?» Этот вопрос на мгновение заставил Алису замолчать, а затем она ответила: «Я уже начала с Клода Лоуренса». Кит слегка нахмурился: «Не думаю, что ты действительно можешь отпустить босса». Элис посмотрела вдаль и спокойно произнесла: «С того момента, как я выбрала Клода Лоуренса, в моем мире был только Клод». Кит ответил: «Даже если ты говоришь, что отпустил начальника, действительно ли ты отпустил его в своем сердце?» «Кит, давай больше не будем так говорить. Пусть прошлое останется в прошлом». Кит встал перед Алисой и с тревогой произнес: «Мисс Алиса, если ваше сердце все еще принадлежит боссу, пожалуйста, дайте ему еще один шанс… Босс заботится о вас. Вы видели, как он вас ценил. Он никогда не переставал заботиться о вас; он просто не понимал, что его чувства к вам — это любовь, а не семейная привязанность…» Элис посмотрела на серьезное лицо Кейта, ее голос слегка охрип: «Ассистент Энтони, помнишь? Ты мне уже много раз говорил подобные вещи». "Я…" Элис перехватила слова Кита: «Я знаю, ты все это время пытался свести меня и Честера. Я ценю твои усилия, но мы с ним упустили подходящий момент. Я не хочу оглядываться назад, и я верю, что, учитывая его качества, он найдет девушку, которая заставит его сердце биться чаще в будущем». "Мисс Элис…" «Довольно, помощник Энтони, я устал». Кит покачал головой, вздохнул и отошёл в сторону. Алиса спокойно вышла из дверей больницы. У входа в больницу стояла припаркованная черная машина. Увидев Алису, водитель быстро вышел и открыл заднюю дверь. Издалека Алиса наблюдала за Честером, сидевшим на заднем сиденье. Она не видела его весь день; она думала, что он уже вернулся на остров. Ее шаги на мгновение остановились. Она неторопливо направилась к машине, приближаясь все ближе и ближе, и его силуэт становился все более отчетливым в тускло освещенном салоне. Он откинулся на спинку сиденья, его красивое лицо оставалось таким же безразличным, как всегда, казалось, он был погружен в свои мысли. Алиса наклонилась, чтобы войти в машину, и села рядом с ним. Она подумала, что он глубоко задумался, и неожиданно, как только она вошла, он сказал: «Извините, я не смог составить вам компанию сегодня днем». Алиса слегка покачала головой: «Всё в порядке». Честер больше ничего не сказал и приказал водителю ехать. В салоне машины долгое время царила тишина. И как раз когда Алиса подумала, что молчание продолжится, он первым нарушил её: «Почему ты всё это время мне ничего не говорила?» "А? Что?" Алиса не поняла. ---------- Глава 1209–632: Дополнительная история: Маленький белый кролик не может сбежать (Часть 1) Честер Робинсон повернул голову, его глубоко посаженные глаза устремились на ее прекрасное лицо: «У нас когда-то было двое детей». Алиса была ошеломлена. Небо потемнело, и в этот момент загорелись огни по обеим сторонам дороги, позволив ей ясно разглядеть его темное и красивое лицо. В его взгляде читались сложные эмоции, а глаза были очень глубокими. Алиса опустила глаза и сказала: «Когда ребенку исполнилось три месяца, врач сказал мне, что я могу выбрать только одного». «Если бы я случайно не вспомнил, что ты мне сказал, когда я был без сознания, я бы, наверное, никогда об этом не узнал». Алиса сглотнула внезапно подступившую к горлу горечь и спокойно сказала: «Разве это имеет какое-либо значение, знаешь ты об этом или нет?» Лицо Честера помрачнело: «Неужели ты думаешь, мне было бы совершенно все равно, что ты рисковала жизнью, чтобы родить Рейчел?» Действительно, будучи гинекологом, Честер лучше всех знал, как трудно пациентке с двурогой маткой забеременеть, потому что её матка разделена на две части перегородкой, что делает её узкой. В то время Алиса вынашивала двойню, и врач, безусловно, посоветовал бы ей сделать аборт, зная, что двурогая матка не может выносить двойню. Но Алиса настаивала на том, чтобы сохранить обоих детей, пока на третьем месяце беременности её организм больше не мог этого выдержать, и она последовала совету больницы сделать аборт одному из детей. Это было не самое критическое; самое критическое заключалось в том, что когда Алиса вынашивала Рейчел, это происходило на более узкой стороне двурогой матки, что было крайне опасно для неё. Если бы Честер, занимаясь обычной беременностью, столкнулся с такой ситуацией, он бы без колебаний посоветовал пациентке сделать аборт. Элис глубоко вздохнула и мягко улыбнулась, сказав почти расслабленным тоном: «Ситуация была не так уж плоха, как вы думаете, врач просто рекомендовал мне сделать аборт». Лицо Честера стало суровым: «Я врач, я прекрасно понимал, в чем тогда заключалась та или иная ситуация». Казалось, Алису раскусили: притворная беззаботность исчезла с ее лица, и она мрачно опустила глаза: «Врач предупредил меня о рисках, но я думала, что смогу родить этого ребенка… и оказалось, что мой выбор был правильным». Честер ядовито спросил: «Почему ты мне никогда не говорил?» Элис встретила его мрачный взгляд: «Я думала рассказать тебе после рождения Рейчел, но тогда тебе было совершенно все равно на Рейчел и на меня, поэтому я подумала…» Элис помолчала: «Тебе, наверное, было бы все равно». Хлопнуть— Честер ударил кулаком по окну машины. От удара стекло автомобиля треснуло, но, к счастью, оно оказалось достаточно прочным, чтобы образовалась лишь трещина. Алиса была им поражена. Честер подавил гнев, холодно глядя вперед. Алиса постепенно преодолела свой страх и, глядя на его холодный профиль, спросила: «Почему ты такой злой?» «Неужели вы действительно считаете меня таким бесчеловечным человеком?» «Я никогда не сомневалась в вашей человечности; именно потому, что я вас понимаю, я знала, что если расскажу вам о трудностях моей беременности, вы, возможно, останетесь со мной из-за вашей доброты как врача, даже если вы меня не любили… но в то время мне никогда не нужны были ваше сочувствие и жалость, поскольку вы меня не любили, я не собиралась заставлять вас брать на себя ответственность за меня и Рейчел». Честер закрыл глаза от боли. "Это всё моя вина…" Алиса сказала: «Не говори так, даже если бы ты знал об этом тогда и решил быть со мной, я бы не согласилась». Голос Честера был хриплым: «Ты был действительно глуп…» Прошлое, полное горечи и обид, она пережила в одиночку. Алиса слабо улыбнулась: «Я не глупая, я всегда знала, чего на самом деле хочу». Честер с самоиронией заметил: «Ты права, я действительно больше не заслуживаю тебя, я был таким мерзавцем тогда». Алиса покачала головой: «Не говори так… Ты никогда не причинял мне боли; все решения принимала я сама». Честер усмехнулся: «В этот момент ты всё ещё говоришь от моего имени». Алиса сказала: «Я просто смотрю на это объективно… Ты не ошибаешься, просто не любила этого человека. Я тоже не ошибалась, я просто очень старалась к счастью, которого хотела. Но двум людям, которые не любят друг друга, суждено не иметь хорошего исхода, и тот, кто любил, в итоге не получает желаемого, естественно, воспринимается как пострадавший, вызывающий жалость у всего мира. Но на самом деле мир не должен винить того, кто не любит, потому что этот человек не сделал ничего плохого, он просто следовал своему сердцу». Она говорила спокойно, словно рассказывая историю, не имеющую к ней никакого отношения. Его сердце сжималось от боли из-за её принятия и её рационального мышления. Какую боль ей пришлось перенести, чтобы сегодня обрести такое спокойствие? В прошлом он постоянно растрачивал её любовь… Он был поистине самым глупым идиотом на свете. «Мистер Робинсон, впереди стоит машина, которая перегородила дорогу». Голос возничего нарушил только что восстановившуюся тишину в вагоне. Элис подняла взгляд в сторону передней части машины и, увидев человека напротив, на мгновение опешилась. Из машины напротив вышел высокий Клод Лоуренс. Он посмотрел на Алису. Алиса быстро открыла дверцу машины и вышла. Она заметила, что взгляд Клода Лоуренса уже встретился со взглядом Честера, который сидел в машине. Честер не выходил, он продолжал смотреть в глаза Клоду Лоуренсу, сохраняя суровое выражение лица. Клод Лоуренс свирепо посмотрел на Честера, а увидев идущую к нему Алису, его взгляд постепенно смягчился. Он шагнул вперед и обнял Алису: «Алиса…» Он обнял Алису, крепко прижимая ее к себе. Элис прислонилась к плечу Клода Лоуренса, на мгновение почувствовав себя дезориентированной. Клод Лоуренс поцеловал Алису в щеку: «Скажи мне, он причинил тебе боль?» Она чувствовала на себе взгляды двух пар глаз, наблюдающих за ней сзади. Она знала, что он наблюдает за ней, и он слышал разговор между ней и Клодом Лоуренсом. «Скажи мне, он тебя запугивал?» — голос Клода Лоуренса был хриплым, полным глубокой тревоги за нее. Алиса покачала головой. Клод Лоуренс вздохнул с облегчением и сказал ей: «Сначала возвращайся к моей машине, я поговорю с Честером». Краем глаза Алиса заметила, как лицо Честера темнеет. Робин шагнула вперед и сказала: «Мисс Робинсон, пожалуйста». Алиса на мгновение заколебалась, а затем слегка кивнула. Клод Лоуренс направился к машине Честера. «Даже если бы ты не сказал Киту Энтони передать мне, чтобы я забрал Алису, я бы все равно нашел дорогу сюда и забрал ее сегодня же». На самом деле, Клод Лоуренс отслеживал местонахождение Алисы и Честера последние несколько дней. Несмотря на то, что остров Пена был очень уединенным, Клод Лоуренс все же сумел его найти; иначе он не смог бы добраться сюда так быстро. ---------- Главы 1210–633: Дополнительно: Маленький белый кролик не сможет сбежать 2 Честер ничего не сказал, свет в карете был довольно тусклым, отчего его лицо выглядело холодным. Клод Лоуренс стоял у машины, смотрел на Честера, выражение лица которого оставалось неизменным, и сказал: «Этот факт доказывает, что сердце Алисы больше не принадлежит тебе. Пожалуйста, не приставай к Алисе больше». Честер внезапно холодно рассмеялся. Клод Лоуренс нахмурился. Честер высокомерно повернул голову, его темные глаза бросили взгляд на Клода Лоуренса: «Принадлежит ли мне ее сердце или нет — это не тебе решать; я прекрасно это знаю. Тот факт, что я отпускаю ее с тобой сейчас, не означает, что я отказываюсь от нее… Она будет только моей женщиной». Лицо Клода Лоуренса побледнело от гнева. Честер неторопливо откинулся на спинку сиденья, закрыл глаза и тихо позвал: «Кит Энтони». Сбоку Кит Энтони быстро запрыгнул в машину и дал водителю команду: «Езжай». Окно автомобиля медленно поднялось, скрывая от глаз сердитое выражение лица Клода Лоуренса. Автомобиль стремительно тронулся с места прямо перед Клодом Лоуренсом. Внутри кареты Элис Робинсон растерянно смотрела, как машина Честера отъезжает. Она была в полубессознательном состоянии, но то, что Клод Лоуренс сел в машину, привело ее в чувство. Клод Лоуренс, естественно, обнял ее за талию и приказал Робин: «Вперед!» Машина завелась и медленно поехала в противоположном направлении от машины Честера. Элис Робинсон долго смотрела перед собой, а затем повернула голову к Клоду Лоуренсу и спросила: «Вы знаете, куда идти?» «Я давно узнал, что вы находитесь в Соединенных Штатах, но не мог точно определить, где именно. Сегодня мне позвонил Кит Энтони. Он рассказал мне о вашем местонахождении, поэтому я немедленно приехал сюда». Элис Робинсон была слегка ошеломлена: «Кит Энтони вам это рассказал?» Клод Лоуренс кивнул. Элис Робинсон опустила взгляд. Клод Лоуренс заметил выражение её лица и спросил: «Что случилось?» Элис Робинсон покачала головой: «Ничего». Они наконец-то расстались; изначально она думала, что после сегодняшней ночи всё не закончится. Клод Лоуренс тихо вздохнул и нежно обхватил ее нежное и красивое лицо ладонями: «Мне не следовало отпускать тебя с ним. Прошло всего несколько дней, а ты уже так измождена». Только что выписавшись из больницы, она, естественно, выглядела изможденной. Элис Робинсон безмятежно улыбнулась: «Я в порядке, просто немного устала». «Главное, чтобы он тебя не запугивал. Я так боялась, что он мог причинить тебе боль». В глазах Клод Лоуренс читалась сила, сравнимая с силой глаз Честера; если бы Честер причинил ей вред, Клод Лоуренс, вероятно, не оставила бы это без внимания. По какой-то причине в этот момент Элис Робинсон должна была объяснить Клоду Лоуренсу ситуацию с Честером на Пенном острове, но сейчас она поняла, что не хочет ничего говорить. Клод Лоуренс заметил молчание Элис Робинсон и задумчиво спросил: «Вы устали?» "Немного." Клод Лоуренс обнял её и позволил ей опереться на своё плечо: «Поспи немного…» «Куда мы идём?» — спросила Элис Робинсон, прислонившись к плечу Клода Лоуренса. Клод Лоуренс ответил: «До ближайшей отсюда гостиницы в городе примерно два часа езды». "Ой." "В чем дело?" "Ничего." Клод Лоуренс легонько поцеловал Элис Робинсон в лоб: «Отели в городе довольно хорошие… Просто поспи немного, я разбужу тебя, когда мы приедем». "Хм." Элис Робинсон закрыла глаза. Клод Лоуренс снял пиджак, накрыл им Элис Робинсон, а затем крепко обнял ее. По какой-то причине, как только Элис Робинсон закрыла глаза, в ее сознании мелькнул образ Честера. Клод Лоуренс заметил, что Элис Робинсон плохо спит, и внимательно спросил: «Что случилось? Тебе неудобно спать в таком положении?» Элис Робинсон слегка покачала головой, и тем самым вычеркнула из своих мыслей образ привлекательной фигуры. Клод Лоуренс поднял Элис Робинсон и посадил ее к себе на колени. «Теперь ей лучше?» — спросил он, устроив ее поудобнее в своих объятиях. Никогда прежде не находясь так близко к Клоду Лоуренсу, Элис Робинсон заметно дрожала. Клод Лоуренс заметил реакцию Элис Робинсон и улыбнулся: «Похоже, мне следует почаще обнимать тебя». Его смех разрядил неловкую обстановку, но тело Элис Робинсон оставалось напряженным. Запах Клода Лоуренса и запах Честера были совершенно разными… Оба аромата были приятными мужскими, но тот, который ей был знаком, принадлежал Честеру. "Идти спать…" "Хм." Нежный голос Клода Лоуренса постепенно успокоил Алису Робинсон; отдыхая в его объятиях, среди сложных и хаотичных мыслей, она в конце концов погрузилась в сон. В то же время. Кит Энтони, сидевший на пассажирском сиденье, долго сдерживался, прежде чем наконец взглянуть на босса, отдыхавшего с закрытыми глазами на заднем сиденье, и тихо произнес: «Босс, вы действительно позволили мисс Элис уехать с генералом Лоуренсом?» Хотя глаза Честера были закрыты, он просто отдыхал, а не спал. Он спокойно ответил: «У меня есть собственное усмотрение». ---------- Глава 1211 - 633: Дополнительно: Маленький белый кролик не может сбежать 2_2 Проводите замеры? Что это значит? Кит Энтони был озадачен и усмехнулся: «Босс, значит ли то, что вы на самом деле не собирались отпускать мисс Элис?» Он знал, что слова босса, сказанные генералу Лоуренсу, были явно не для показухи; босс не мог ошибиться. Честер Робинсон открыл глаза, его лицо было бесстрастным, и он равнодушно ответил: «У неё упрямый характер. Чем сильнее я пытаюсь её принудить, тем сильнее она сопротивляется…» Прошлой ночью он действительно испугался, и он не осмелился снова слишком сильно её надавить. Но он не отпустит её, потому что знал, что её сердце всё ещё принадлежит ему. В тот день он пел ей, и она плакала. Если бы ей действительно было на него наплевать, почему тогда были бы такие эмоциональные перепады? Он знал, что раньше причинил ей глубокую боль, и что вернуть её расположение не получится за одну ночь. Если он будет слишком сильно давить на неё, это может обернуться против него. Ему оставалось только отступать, постепенно прорывая её защиту. Он говорил, что не сдастся. Кит Энтони вздохнул с облегчением: «Босс, вы меня действительно напугали. Я думал, вы действительно отпустили мисс Элис с генералом Лоуренсом… Но, босс, мисс Элис действительно ушла с генералом Лоуренсом; в тишине ночи вы…» Честер Робинсон закрыл глаза, перестав отвечать Киту Энтони. Кейт Энтони был обеспокоен, но затем раздался бодрый голос водителя: «Ассистент Энтони, учитывая проницательность босса, как вы думаете, он действительно позволит генералу Лоуренсу иметь шанс с мисс Элис?» Кейт Энтони мгновенно оживился: «Что это значит?» Водитель многозначительно ответил: «Поймешь позже… А теперь дайте боссу немного отдохнуть, может, это он сегодня устал». Кит Энтони выбрал несколько нелестных слов: «Измучен?» Водитель многозначительно кивнул. Кит Энтони понял и повернулся к начальнице: «Тогда давайте не будем утомлять нашу будущую начальницу!» Честер Робинсон, не выражая никаких эмоций, сказал: «Болтун». Кит Энтони тихонько рассмеялся: «Я всегда знал, что мисс Элис не сможет вырваться из рук босса». Два часа спустя. Черный автомобиль остановился перед отелем в городе, расположенном ближе всего к острову Фоум-Айленд. Внутри машины Клод Лоуренс собирался вынести Элис Робинсон, когда она очнулась. Клод Лоуренс был доволен, увидев, как Алиса просыпается у него на руках, и улыбнулся: «Когда ты спишь, ты ленива, как маленькая кошка». Смущенная Элис Робинсон поправила позу на коленях у Клода Лоуренса: «Извини, что позволила тебе увидеть; у меня всегда была довольно неправильная поза во сне…» Клод Лоуренс посадил Алису себе на колени и сказал: «Не двигайся. Я тебя вынесу». «Я не пациент». Клод Лоуренс легонько поцеловал Алису в губы: «Но я хочу обнять тебя вот так». "Эм-м-м…" Элис Робинсон не успела отказаться, как Клод Лоуренс вывел её наружу. Отель был небольшой, но выглядел уютным; это был лучший отель в этом маленьком городе. Оказавшись под пристальными взглядами двух официантов у входа в отель, Элис Робинсон почувствовала себя довольно неловко. Она легонько постучала Клода Лоуренса: «Опустите меня; я хочу идти сама». Темные глаза Клода Лоуренса заблестели, когда он посмотрел на нее: "Стесняешься?" Лицо Элис Робинсон покраснело от неловкости. Клод Лоуренс не принуждал Алису; он её унизил. Элис Робинсон опустила голову и направилась к отелю. Клод Лоуренс последовал за ней, испытывая необъяснимое удовлетворение от того, что она ранее покраснела. За стойкой регистрации в отеле Робин занималась регистрацией Клода Лоуренса и Элис Робинсон. Клод Лоуренс, держа Элис за руку, был в хорошем настроении и не замечал ее постоянной задумчивости. «Генерал Лоуренс…» К ним внезапно подошёл Робин. Клод Лоуренс легкомысленно ответил: «Что случилось?» Робин неловко спросила: «Там одна комната или две? Одна комната для пар, а две — стандартные, хотя стандартная комната немного хуже, чем комната для пар». В ответ на вопрос Робин Элис Робинсон резко подняла взгляд. Клод Лоуренс взглянул на расширенные глаза Алисы: «Давайте не будем беспокоиться; мы снимем одну комнату». "Понял." Поговорив с Робином, Клод Лоуренс снова взглянул на Алису. Элис Робинсон опустила голову и ничего не сказала. Клод Лоуренс тоже почти ничего не сказал; он лишь крепко сжал руку Алисы. В лифте Клод Лоуренс наблюдал за тем, как растут цифры, и спросил: «О чём вы думаете?» Погруженная в свои мысли, Элис Робинсон внезапно вернулась к реальности, немного смущенная и покачав головой. «Сегодня хорошо выспитесь. Завтра утром мы отправимся во Францию». Элис Робинсон кивнула. Клод Лоуренс поднял крепко сжатую руку Алисы и нежно поцеловал её тыльную сторону: «Я очень скучал по тебе в последние несколько дней». Слова показались Алисе слишком банальными, и она промолчала. При открытии лифт издал характерный звук "звона". Клод Лоуренс вывел Алису из лифта. По какой-то причине сердце Алисы сильно колотилось; она очень нервничала. Клод Лоуренс открыл комнату карточкой, держа ее за руку, когда они вошли вместе. Освещение в комнате было не очень ярким, очевидно, оно было специально настроено для пар. Ладони Алисы вспотели, и она внезапно почувствовала себя несколько растерянной. Клод Лоуренс, как всегда внимательный, почувствовал напряжение Алисы и отпустил ее руку, нежно поглаживая ее нежное лицо: «Хотя мне очень хочется, я знаю, что ты еще не готова. Я просто не могу спокойно оставлять тебя одну в комнате, поэтому сегодня ночью я буду спать на диване, а ты — на кровати…» Нежные слова Клода Лоуренса заставили Алису виновато опустить глаза. Клод Лоуренс всегда относился к ней с уважением и заботой. Он хорошо понимал её чувства. Находясь рядом с ним, она всегда чувствовала себя счастливой, а иногда даже благодарной. Она знала, что он обычный мужчина со своими потребностями, и как его девушка, будь то в прошлом или сейчас, она всегда была отстраненной в этом плане… Он никогда не возражал, но всегда уважал её, и она чувствовала себя очень виноватой. Она ясно дала понять, что его уважение к ней также подразумевает предоставление ей времени… Принять его означало по-настоящему отпустить некоторых людей и вещи, но каждый раз, когда она отстранялась, это неизбежно ранило его сердце, даже если он никогда этого не показывал. ---------- Главы 1212–634: Дополнительно: Маленький белый кролик не может сбежать 3 Она не должна быть такой… Раз уж она выбрала этот путь, ей не стоит колебаться, тем более что она собирается выйти за него замуж. Она может быть уверена лишь в том, что в этом мире только он не причинит ей вреда. Ей не следует позволять Честеру нарушать её нынешний ритм жизни; сейчас ей дорог Клод Лоуренс. Маленькая ручка Элис Робинсон легла на нежную большую ладонь Клода Лоуренса; она пристально посмотрела на него и хрипло пробормотала: «Сначала я хочу принять душ». Клод Лоуренс кивнул: «Я попрошу персонал отеля принести вам два чистых комплекта пижам». С этими словами Клод Лоуренс повернулся к прикроватной тумбочке. Никто не ожидал, что в тот момент, когда Клод обернулся, Алиса протянула руку и обняла его. Тело Клода Лоуренса слегка дрожало. Алиса прислонилась к спине Клода Лоуренса и сказала: «Спи на кровати; она не маленькая, места хватит нам обоим». Клод Лоуренс сначала был ошеломлен, затем отвернулся, широко раскрыв глаза от недоверия: «Элис, ты…» В глазах Клода Лоуренса мелькнул неудержимый восторг. Элис улыбнулась Клоду Лоуренсу, затем повернулась и вошла в ванную. Клод Лоуренс, прекратив волноваться, лишь увидел, как Алиса вошла в ванную; только тогда он громко рассмеялся. Принимая ванну, Алиса позволила пене окутать все свое тело. Ее голова покоилась на ванне, а глаза безучастно смотрели в потолок. Почему, произнеся эти слова Клоду, она совсем не почувствовала себя счастливой?.. Почему так? Она явно заботилась о Клоде, она явно испытывала к нему симпатию, она явно была готова провести с ним остаток жизни… "Уходите!!" Алиса покачала головой, пытаясь развеять этот упрямый образ в своей голове. Как такое могло случиться? В этот момент все ее мысли были заняты изображением этого человека… С момента их расставания и до настоящего времени она постоянно думает о нем. Она уже разлюбила его, почему же она до сих пор думает о нем так? Почему ей не пришло в голову пожаловаться на него после секса, когда он грубо попытался ее тронуть, и она рассердилась на него? Почему так происходит? Алиса энергично покачала головой и, наконец, полностью погрузила голову в воду в ванне. После душа Алиса стояла перед зеркальной раковиной. Она ошеломленно смотрела на свое отражение. Ее волосы незаметно для себя отросли и достигли шеи… Зная, что в прошлом году, каждый раз, когда волосы отрастали, она обязательно подстригала их коротко, на этот раз, после появления Честера, она почему-то забыла это сделать, позволив им незаметно отрасти от ушей до шеи… Почему его появление так нарушило её жизнь? Потому что ты всё ещё заботишься о нём. Внезапно раздавшийся в её сердце голос повторился у уха Алисы. Алиса закрыла уши руками и энергично покачала головой… Нет… Ей на него наплевать; ей на него совершенно наплевать; он не стоит того, чтобы она о нём заботилась… Он не из тех, кто не понимает, что такое любовь; когда-то он очень сильно любил Ребекку Квентин, даже ценой драки с Говардом Джеффри… Самой важной женщиной в его жизни всегда была Бекка… Только сейчас он понимает, что не может быть с Беккой, поэтому он пришел ее найти. Он довольствовался вторым лучшим вариантом, а она не заинтересована. Когда-то она отчаянно хотела быть с ним, надеялась, что даже если он будет относиться к ней с той же долей искренности, что и к Бекке, она останется с ним до конца, но он никогда не проявлял к ней настоящей искренности… Если она повторит ту же ошибку и снова сойдётся с ним, она действительно совершит глупость, которая не знает границ. Пусть между ними всё закончится… Она хочет быть с Клодом Лоуренсом, быть очень счастливой и безмятежной. Сделав глубокий вдох, Алиса закрыла свои горящие глаза. Придя в себя, она улыбнулась и вышла из ванной. Элис вышла из ванной и увидела Клода Лоуренса, разговаривающего по телефону у окна. Она успокоила нервы и подошла к Клоду Лоуренсу. «Тетя П.А., не волнуйтесь; если другая сторона просто хочет денег, с ребенком все будет в порядке. Сначала расскажите мне о причинах исчезновения Рейчел…» Элис подошла к Клоду Лоуренсу сзади, и, услышав слова Клода, ее безмятежная улыбка мгновенно застыла на лице. Клод Лоуренс заметил Элис и положил трубку. Элис в шоке посмотрела на Клода Лоуренса, ее голос внезапно стал хриплым и сиплым: «Клод… с кем ты разговаривал по телефону? Это была тетя П.А.?» Клод Лоуренс обратился к Элис с просьбой поддержать её, "Элис…". "Хм?" «У Рейчел произошёл инцидент в Париже». Стройное тело Алисы резко отступило назад: «Что… что случилось?» ---------- Глава 1213 - 634: Дополнительно: Маленький белый кролик не может сбежать 3_2 «Тетя П.А. позвонила мне и сказала, что когда она пошла забирать Рейчел из детского сада, воспитательница сказала, что Рейчел уже кто-то забрал…» Лицо Элис Робинсон мгновенно побледнело: «Как кто-то мог забрать Рейчел? Я всегда прошу тетю ПА лично забрать Рейчел…» Клод Лоуренс кивнул: «Не волнуйтесь, с Рейчел все будет в порядке. Мы пока не уверены, похищение ли это, но даже если это так, если это из-за денег, Рейчел ничего не будет в опасности…» Элис Робинсон безразлично пробормотала: «Похищение?» Клод Лоуренс обнял Элис Робинсон и успокоил ее: «Не волнуйся, позволь мне разобраться, хорошо?» Элис Робинсон оттолкнула Клода Лоуренса и взяла его телефон. Она быстро набрала номер тети П.А., и из ее уха послышался плач: «Мисс, простите, я плохо заботилась о Рейчел, я…» Телефон выскользнул из рук Элис Робинсон, она пошатнулась и рухнула на землю. Клод Лоуренс присел на корточки, крепко обнял ее, затем взял телефон и набрал номер: «Робин, готовься возвращаться во Францию». Робин выскочила из машины и побежала в отель. Клод Лоуренс и Элис Робинсон только что вышли из лифта. Робин подбежал: «Генерал Лоуренс, из-за нехватки времени мне удалось достать только один билет во Францию…» Клод Лоуренс нахмурился: «Только один?» Робин кивнул: «Все билеты во Францию ​​забронированы…» Элис Робинсон с тревогой спросила: «Неужели нет возможности изменить или отменить рейс?» Робин объяснил: «Нет, авиакомпания отказывается брать дополнительного пассажира, а рейс вылетает через час. Генерал Лоуренс, вы должны вылететь сейчас же, иначе вы не успеете…» «Как такое могло случиться?!» — Элис Робинсон нервничала, как муравей на раскаленной сковородке. Робин посетовал: «Виной тому, что город слишком маленький, нет частных аэропортов…» Да, Клод Лоуренс прилетел сюда обычным рейсом. Клод Лоуренс поддерживал дрожащую фигуру Элис Робинсон, успокаивая ее: «Элис, вот план: я сначала вернусь во Францию, а ты жди следующего рейса… Обещаю, я позабочусь о безопасности Рэйчел». «Что нам делать, что нам делать…» Элис Робинсон была в растерянности, слезы текли по ее щекам. Клод Лоуренс крепко сжал холодную руку Элис Робинсон, прижимая ее к себе: «Не волнуйся, доверься мне». Элис Робинсон уже безудержно плакала. Клод Лоуренс беспомощно сказал Элис Робинсон: «Повинуйся, оставайся в отеле, не волнуйся, я обо всем позабочусь, я уже договорился с людьми во Франции, гарантирую, что с Рэйчел все будет в порядке». К счастью, Элис Робинсон уже не могла самостоятельно передвигаться, и телохранитель Клода Лоуренса вовремя ее подхватил. Клод Лоуренс поцеловал Элис Робинсон в лоб, затем повернулся и сел в машину. Элис Робинсон рыдала: «Рэйчел, Рэйчел…» Клод Лоуренс был убит горем и поручил телохранителям позаботиться об Элис Робинсон. Робин быстро поехал в сторону аэропорта. После ухода Клода Лоуренса Элис Робинсон, все еще рыдая, вдруг кое-что поняла. Она быстро одолжила телефон у стоявшего рядом телохранителя и набрала номер. Первый звонок не прошёл, поэтому Элис Робинсон немедленно набрала второй номер. Второй звонок соединился, и раздался голос Кейта Энтони: «Здравствуйте». "Кит, это я… Где мой брат?" «Мисс Алиса, почему вы плачете? Что-то не так?» Элис Робинсон с тревогой крикнула: «Я спрашиваю, где мой брат?!» «Ох…» — Кит Энтони, похоже, наконец понял всю срочность ситуации и быстро ответил: «Босс только что вернулся на остров Фоум». "Вы можете с ним связаться?" Кит Энтони ответил: «Разве ты не звонил на телефон босса?» «Его телефон не подключается». «Вероятно, это из-за плохого сигнала сотовой связи на острове Фоум… Мисс Элис, у вас есть срочное дело с начальником?» «С Рейчел что-то случилось…» "Что?" На яхте Кит Энтони постоянно успокаивал Элис Робинсон: «Мисс Элис, не волнуйтесь, поскольку босс послал людей охранять Рейчел в Париже, с ней ничего не случится…» Элис Робинсон не могла слушать утешения Кейта Энтони, она плакала и умоляла его: «Пожалуйста, езжай быстрее, я тебя умоляю…» Кит Энтони на максимальной скорости направил яхту к острову Фоум. Оказавшись на острове, Элис Робинсон поспешила на виллу. Она добралась до комнаты на втором этаже и начала стучать в дверь. "Брат, брат…" Она позвала Честера Робинсона, чем встревожила всех слуг на вилле. Одна из служанок тут же сообщила Алисе Робинсон: «Мисс Робинсон, мистер Робинсон купается на берегу». "Плавание?" Элис Робинсон побежала на пляж и увидела, как Честер Робинсон ныряет в воду. Честер Робинсон стоял на берегу и крикнул: «Брат!» Честер вышел из воды и увидел Элис Робинсон. Элис Робинсон пролила целую реку слез… Честер Робинсон доплыл до берега, вынырнув из воды, его тело было крепким и прямым. Элис Робинсон не стала ждать, пока Честер Робинсон возьмет одежду, переданную слугой, она бросилась к нему. Честер Робинсон слегка приподнял брови, несколько удивленный, увидев Элис Робинсон. Элис Робинсон, словно беспомощный ребенок, подбежала к Честеру Робинсону, жалобно говоря: «Брат, Рейчел пропала…» "Отсутствующий?" Честер Робинсон нахмурился: «Что случилось?» «Тетя ПА не смогла дозвониться до меня, только что позвонила Клоду… Тетя ПА сказала Клоду, что когда она пришла забрать Рейчел раньше и не смогла, в детском саду сказали, что Рейчел забрали раньше, но тетя ПА никого не посылала за Рейчел…» Честер Робинсон обнял Элис Робинсон: «Не волнуйся, расскажи подробности поподробнее…» Издалека Кит Энтони наблюдал за Честером Робинсоном и Элис Робинсон, посмеиваясь. Водитель появился из ниоткуда и сказал: «Ассистент Энтони, я же говорил вам… Как мог босс позволить мисс Алисе уехать с генералом Лоуренсом? Каким бы умным ни был генерал Лоуренс, он не сможет перехитрить босса… Послушайте, мисс Алиса вернулась сама, и босс уговорил генерала Лоуренса уехать, скоро мисс Алиса, конечно же, будет очень благодарна боссу…» ---------- Главы 1214–635: Дополнительная история: Маленький белый кролик попадает в ловушку, а большой серый волк тайком смеется (Часть 1) Кит Энтони легонько постучал водителя по голове: «Как ты смеешь так говорить о боссе…» Водитель почесал затылок: «Я осмеливаюсь сказать это только в вашем присутствии…» Кит Энтони рассмеялся: «Теперь я понимаю, почему босс попросил меня сообщить генералу Лоуренсу, чтобы тот забрал мисс Элис из больницы… Босс, должно быть, знал, что генерал Лоуренс собирается узнать местонахождение Пенного острова, поэтому вместо того, чтобы позволить генералу Лоуренсу приехать и забрать мисс Элис, босс решил «сдать её первым». Таким образом, босс произведёт хорошее впечатление на мисс Элис, и генералу Лоуренсу нечего будет сказать…» Водитель кивнул: «Вот почему я и сказал, что босс такой хитрый…» С одной стороны, двое подчиненных мило беседовали, а с другой — Честер Робинсон вытирал слезы Элис Робинсон: «Тише, не плачь… Мои люди следят за Рейчел в Париже; с Рейчел ничего не случится. Не волнуйся, позволь мне позвонить…» Элис Робинсон вытерла слезы и послушно кивнула, как ребенок. Да, она приехала в Честер, потому что ранее услышала, что в Честере организовали защиту Рейчел в Париже. Честер приказал слуге принести ему телефон. Элис Робинсон пробормотала со слезами на глазах: «Я только что пыталась тебе позвонить, но не смогла дозвониться…» Честер сказал: «Возможно, дело в плохом сигнале на вилле». Сказав это, Честер серьезно набрал номер, его лицо похолодело, и из его уст вырвался властный голос: «Я просил тебя тайно защитить Рэйчел. Где Рэйчел?» Элис Робинсон широко раскрыла глаза, нервно и с большой тревогой глядя на Честера. Строгое и холодное лицо Честера постепенно смягчилось, когда он услышал ответ своего подчиненного по телефону. Элис Робинсон ясно заметила изменение в выражении лица Честера и поспешно спросила: «Как дела?» Честер слегка улыбнулся, поднеся телефон к уху Элис Робинсон. Элис Робинсон равнодушно взяла трубку, услышав в голосе детский голосок Рейчел: «Это дядя?» Элис Робинсон воскликнула: «Рэйчел?» Услышав голос Элис Робинсон, Рейчел тоже пришла в восторг: «Мамочка!» «Рэйчел, где ты? С тобой всё в порядке? Быстро скажи маме…» «Мамочка, почему ты задаешь мне так много вопросов сразу…» «Мама так волнуется за тебя, ты в порядке?» Рейчел на другом конце провода звучала довольно растерянно: «Мама, со мной все в порядке, мистер Далтон отвезет меня домой». "Мистер Далтон?" Честер вмешался: «Это он присматривает за Рейчел в Париже». Услышав объяснение Честера, Элис Робинсон безразлично кивнула: «Вы сейчас с мистером Далтоном?» Рейчел радостно ответила: «Да… Мистер Далтон водил меня поесть и купил мне много игрушек…» Элис Робинсон вздохнула с облегчением, но не смогла сдержать рыданий: «Дорогая, ты до смерти напугала маму…» Услышав заплаканный голос Элис Робинсон, Рейчел недоуменно спросила: «Мама, что случилось? Я в порядке; я просто сегодня поздно вернулась домой…» Поняв свою ошибку, Рейчел потихоньку заговорила. Элис Робинсон вытерла слезы, и в ее голосе появилась праведная решимость: «Рэйчел, разве мама не говорила тебе, что только тетя П.А. может забрать тебя из детского сада?» Столкнувшись со строгостью матери, Рейчел понизила голос: «Мамочка, я знаю, что была не права… Но я не специально не ждала тетю П.А.; я просто не хотела идти на последний урок арифметики, потому что учительница каждый день преподает одно и то же, а я это уже знаю…» «Но прогуливать уроки по-прежнему нельзя». Маленькая прелесть молчала с той стороны, выглядя довольно обиженной. Затем по телефону раздался голос Бенджамина: «Простите, мисс Робинсон. Я забрал Рейчел из детского сада… Перед уроком арифметики Рейчел была в плохом настроении, поэтому я спросил её, почему, и она сказала, что не хочет идти на урок арифметики, потому что уже знает материал… Опасаясь, что она расстроится, я попросил воспитательницу отпустить Рейчел из школы пораньше. Я специально сказал воспитательнице детского сада сообщить тёте П.А., но, похоже, воспитательница этого не сделала, что и привело к недоразумению… Мне только что позвонил начальник и понял, насколько серьёзна эта ситуация». Узнав всю историю, Элис Робинсон наконец вздохнула с полным облегчением. «Мамочка, не вини мистера Далтона, это была моя идея попросить его взять меня куда-нибудь развлечься… Мамочка… Прости, в следующий раз я так не посмею». В трубку голос Рейчел звучал жалко. Успокоившись, Элис Робинсон не могла больше злиться на Рейчел. Она смягчила тон и сказала: «Мама тебя не винит, но в следующий раз, куда бы ты ни пошла, обязательно позвони тёте П.А. или маме, иначе мы будем волноваться, хорошо?» ---------- Глава 1215 - 635: Дополнительная история: Маленький белый кролик попадает в ловушку, Большой Злой Волк тайком смеется (1/2) "Я понимаю." "Хорошо… Теперь позвони тёте ПА, она ужасно волнуется." «Ой… мамочка, мистер Далтон уже звонит тёте Пенсильвании». «Хорошо… Идите домой с мистером Далтоном и больше не беспокойтесь, мама и тетя ПА». "Хорошо…" "Хороший." «Мама, когда ты вернешься?» «Совсем скоро, через пару дней, мама вернется в Париж». «Дядя вернется с тобой?» — с нетерпением спросила Рейчел по телефону. Элис взглянула на Честера: «Э-э…» Рейчел поспешно прервала Алису: «Ты должна вернуться с дядей, я так по нему скучаю…» Алиса издала невнятный звук "Хм". Рейчел радостно сказала: «Мамочка, дядя обещал купить мне подарок, ты должна напомнить ему, чтобы он не забыл…» "Хорошо." После разговора с Рэйчел обеспокоенное выражение лица Элис исчезло, оставив после себя лишь радость. «Спасибо». Элис вернула телефон Честеру. Честер небрежно бросил телефон слуге, затем нежно вытер последние слезы с щеки Алисы и хрипло прошептал: «Видите, вы так волнуетесь из-за дел Рейчел… Я обещал обеспечить безопасность Рейчел, естественно, я не позволю, чтобы с ней что-нибудь случилось в Париже». Алиса, чувствуя себя немного обиженной, сказала: «Откуда я могла знать, что Рейчел ушла с вашими людьми?» «Я попрошу кого-нибудь выяснить, почему воспитательница детского сада не передала слова Бенджамина тете П.А., иначе такого серьезного недоразумения бы не произошло». Элис кивнула: «Главное, чтобы Рейчел была в безопасности…» Честер улыбнулся, обнял Алису и сказал: «Глупышка, как я мог допустить, чтобы с нашей дочерью что-нибудь случилось?» Прижавшись к груди Честера, Элис почувствовала такое тепло, какого не испытывала никогда прежде. Она знала, что, узнав о пропаже Рэйчел, она потеряла тепло всего своего существа. Она не понимала почему, но, прислонившись к нему, чувствовала себя в полной безопасности. Честер слегка опустил голову, увидев Алису с закрытыми глазами, прижавшуюся к его груди. Он был очень доволен и не смог удержаться, чтобы не поцеловать её в макушку. Легкий аромат её волос остался в его ноздрях, и он тихо прошептал: «Ты только что испугалась, правда?» Алиса кивнула. Честер крепче обнял Алису: «Всё в порядке, я здесь». В этот момент Алиса наслаждалась теплом его объятий, ее мысли словно опустели, потому что она хотела лишь, чтобы ее обнимали вот так. Лишь спустя несколько секунд, когда она пришла в себя, она внезапно подняла голову с его груди. Он посмотрел на неё, его глаза были глубокими, как пруд. Именно тогда Алиса поняла, что не может вырваться из его объятий. Она медленно, смущенно, освободилась и отступила назад, сохраняя дистанцию ​​в метр, сказав: «Раз с Рейчел все в порядке, я сейчас уйду…» Честер схватил Алису за руку: «Уже так поздно; на море туман. Сейчас очень опасно покидать остров». «Всё в порядке, когда я приехал, был туман». Честер встал перед Алисой и, сложив ей руки ладонь, сказал: «Мне не по себе от того, что я отпускаю тебя». Элис осторожно вырвалась из объятий Честера: «Клод волнуется за Рэйчел и уже вернулся во Францию. Мне нужно найти способ связаться с Клодом. Он сейчас в самолете и, должно быть, очень волнуется. Кроме того, Робин ждет меня снаружи». «Я попрошу Кейта Энтони связаться с Робин. Робин найдет способ сообщить Клоду Лоуренсу, что с Рэйчел все в порядке». Алиса замерла на месте. Честер посмотрел в сторону моря: «Смотри, туман над морем уже очень густой. Покидать остров очень опасно». Алиса проследила взглядом за Честером, устремленным к морю, и действительно обнаружила, что оно окутано туманом и непроглядно, и невозможно определить направление. Когда Алиса засомневалась, Честер снова заговорил: «Останься здесь на ночь, я тоже уезжаю с острова завтра, мы можем уехать вместе». После долгой внутренней борьбы Алиса наконец кивнула. Честер улыбнулся и обнял Алису: «Пойдем, вернемся на виллу». Когда крепкая рука Честера легла на плечо Алисы, она наконец поняла, что на нем были только плавки, ведь он только что закончил плавать. Капельки воды на его груди, повторяя приятные контуры, сползали вниз. Благодаря регулярным тренировкам он поддерживал свою физическую форму в отличном состоянии. Увидев краем глаза его обтягивающие черные плавки, Алиса необъяснимо покраснела. Она оттолкнула Честера, сказав: «Я пойду одна», и отдалилась от него. Честер давно заметил ее покрасневшие щеки и, улыбаясь, позволил ей отойти на расстояние. Вернувшись на виллу, Алиса осталась в комнате, которую занимала ранее. Войдя в комнату, она закрыла дверь и прислонилась к ней, ее сердце необъяснимо бешено колотилось. Алиса приложила руку к груди, пытаясь успокоиться. Она должна была признать, что и в прошлом, и сейчас он всегда вселял в нее чувство уверенности и спокойствия. Казалось, что с ним ей никогда не придется беспокоиться о неприятностях, потому что он всегда все решит за нее. Сделав несколько глубоких вдохов, Алиса села на кровать. В ее голове промелькнули образы того, как она бросилась к нему, беспокоясь за Рэйчел… Почему, столкнувшись с чем-то, что было вне её контроля, она подумала о нём в первую очередь? Почему она инстинктивно делилась с ним своими обидами, инстинктивно полагалась на него? Она совсем не такая, какой была раньше… Однако на протяжении всего прошедшего года она явно отпустила его, явно ничего к нему не чувствовала… Однако её поведение сейчас не свидетельствовало о том, что она ничего к нему не чувствует; она всё ещё зависела от него. Иначе она бы не стала искать его первой… Её зависимость от него казалась инстинктивной. Почему так происходит? Может быть… она действительно его не отпустила? Нет… этого не может быть… тот, кто ей нравится, — Клод Лоуренс, тот, кто ей дорог, — Клод Лоуренс… но почему сейчас все ее мысли заняты им? ---------- Главы 1216–636: Дополнительно: Маленький белый кролик попадает в ловушку, Большой Злой Волк умудряется посмеяться 2 В этот момент свет в комнате внезапно погас. Погруженная в свои мысли, Элис Робинсон вернулась к реальности, взглянув на кромешную тьму вокруг. Испугавшись темноты, она тут же вскочила с кровати и бросилась к двери. Как только она открыла дверь, она выскочила из комнаты, словно паровоз, случайно наткнувшись на твердый сундук. Алиса вскрикнула от боли, потирая воспаленный нос и глядя на человека, с которым столкнулась. Огонь в камине на первом этаже уже пылал, освещая двух человек на втором этаже. Элис тупо уставилась на Честера Робинсона, который уже переоделся, и проворчала: «Почему вдруг отключилось электричество?» Честер ответил: «Остров использует генератор для выработки электроэнергии. Иногда, когда генератор выходит из строя, происходит отключение электричества». "Ой…" «Я попросил слугу проверить генератор. Если его удастся починить, электричество включат сегодня вечером». Алиса огляделась. Хотя дрова в камине на первом этаже освещали всю виллу, вокруг все равно было темно. Честер сказал: «Я боялся, что ты будешь бояться темноты, оставшись одна, поэтому я здесь, чтобы проведать тебя». Затем Алиса заметила, что пуговицы на рубашке Честера не застегнуты до конца. Очевидно, он переодевался, и отключение электричества заставило его спешить туда, не закончив. Алиса неловко сказала: «Извините, что столкнулась с вами сегодня». Честер усмехнулся: «А кто еще так боится темноты, как ты?» Алиса тихо пробормотала: «Ты же знаешь, я боюсь темноты». С нежной нежностью Честер постучал по милому носику Алисы: «Бесполезный призрак…» «Перестаньте упоминать призраков». Улыбка на губах Честера стала шире: «Когда я здесь, чего ты боишься?» В это время слуга зажег свечи в комнате Алисы. Только тогда страх Алисы немного утих, когда она вдруг осознала, что крепко держит его за руку. Быстро отпустив руку, она пожаловалась: «Какой ужасный остров…» Честер с улыбкой посмотрел на очаровательное выражение лица Алисы, когда она начала жаловаться. Алиса открыла рот, чтобы что-то сказать, но, подняв глаза, встретилась с его глубоким, сияющим черным взглядом. Сердце Алисы замерло. Избегая его проницательного взгляда, она сказала: «Я хочу спать». Честер кивнул: «Тогда я составлю тебе компанию, пока ты не уснешь, а потом уйду». Алиса поспешно ответила: «Э-э… не нужно. В комнате теперь светло; я больше не боюсь». Она признала, что в тот момент пыталась контролировать свои чувства с помощью разума. Она не могла слишком сближаться с ним; ее сердце становилось бы все более беспокойным. Честер серьезно спросил: «Ты уверен, что справишься сам?» Алиса повернулась, чтобы посмотреть на комнату. Честно говоря, она была очень робкой. Даже при зажжённых свечах полумрак в комнате всё ещё пугал её, особенно мерцающий свет свечей, который казался призрачным и усиливал её страх. В первую ночь на Острове Пены она попросила его остаться с ней на всю ночь, потому что не могла избавиться от этого страха. Страх подрывал здравый смысл Алисы… Честер умел читать людей. Он добавил: «Хорошо, если ты сможешь справиться одна, тогда я останусь в комнате напротив. Позвони мне, если что-нибудь понадобится… Ночью дует ветер, не забудь закрыть окно, иначе может быть шумно». Обычно ночью дует морской бриз. При включенном освещении, колышущееся на ветру занавески создают романтическую атмосферу, но когда свет сменяют свечи, этот морской бриз… В подсознании Алисы возникла пугающая картина, и, едва Честер закончил говорить, Алиса поспешно выпалила: «Давай немного поговорим!» Она не хотела открыто просить его остаться, поэтому ей пришлось выразить это по-другому. Алиса и представить себе не могла, что попадает в ловушку Честера… Разумеется, на лице Честера не было и следа чего-либо необычного. Он сказал: «Хорошо, давайте немного поговорим». Алиса кивнула. Несмотря на то, что в комнате горели свечи, свет всё равно был тусклым. С приходом Честера страх Алисы полностью исчез, но именно она пригласила его на беседу, и теперь она не знала, о чем с ним поговорить. Казалось, им нечего было обсуждать, поэтому царившая тишина казалась несколько странной. Мужчина и женщина наедине в комнате; атмосфера, естественно, была необычной. К счастью, Честер встал с дивана, подошел к винному шкафу в комнате и разрядил напряженную атмосферу, сказав: «Говард Джеффри сохранил здесь довольно много вин, в том числе и из виноградника Порту, который был любимым вином твоего отца при жизни». Говорят, что винодельня Porto Vineyard является предшественницей «Sally»… Много лет назад дедушка Алисы влюбился в красные вина из «Porto Vineyard». Он приложил немало усилий, чтобы приобрести «Porto», которое позже было переименовано в «Sally», поэтому сейчас вина из «Porto Vineyard» встречаются очень редко. ---------- Главы 1217–636: Дополнительная история: Маленький белый кролик попадает в ловушку, а большой серый волк умудряется посмеяться (Часть 2) Элис Робинсон была приятно удивлена: «Правда?» Честер Робинсон уже налил два бокала вина на шкаф, улыбнулся и кивнул. Алиса встала с дивана, подошла к винному шкафу, взяла один из бокалов и вдохнула его аромат кончиком носа. Красное вино, производимое в Порту, действительно ароматное и приятное... Алиса взволнованно сказала: «По одному только аромату я могу сказать, что этому вину не меньше ста лет. Уникальный аромат скользит по горлу, вызывая приятное щекотание и непреодолимое желание сделать глоток…» Честер осторожно покрутил красное вино в бокале: «К сожалению, когда твой отец был жив, мы не знали, что у Говарда Джеффри было это вино…» Алиса с грустью сказала: «Действительно, папа больше всего любил красное вино. Он говорил, что портвейн — лучшее вино в мире, но бутылок портвейна осталось немного. Те немногие бутылки, которые остались, когда папа приобрел портвейн, в конце концов были выпиты им самим, а когда позже ему захотелось еще портвейна, он обыскал все вокруг, но ничего не нашел… Папа думал, что портвейна в мире больше нет». Честер рассмеялся и сказал: «Думаю, единственное, о чем сожалел твой отец в своей деловой жизни, это то, что он не смог заставить «Салли» производить вино такого же качества, как «Порту»... Одно и то же винодельческое хозяйство, но твой отец не мог производить такое же красное вино». «Хм, папа однажды сказал, что эту мечту должна исполнить ты, но…» — Алиса внезапно замолчала, сделала паузу и изменила слова: «Теперь, похоже, эта мечта должна исполниться мной, вот только я на самом деле ничего не понимаю в вине. Мне удалось включить «Тенч» в список в основном благодаря помощи дяди Гранта и остальных». Сначала Алиса хотела сказать: «Но вы же не хотите управлять винодельческим хозяйством…» Она поняла, что сейчас говорить ему эти слова неуместно. Сегодня он больше не имеет никакого отношения к семье Робинсонов. Сейчас он является всемирно признанным и уважаемым генеральным директором компании «QCS», в то время как их семья Робинсонов — довольно известная винодельческая династия во Франции. Хотя их семья считается богатой и влиятельной, по сравнению с ним они едва ли заслуживают упоминания. Даже если бы она публично не объявила о смерти своего «брата», он все равно оставался бы ее братом, и у него, вероятно, не было бы времени управлять винодельческим хозяйством семьи Робинсонов. Кроме того, он никогда не намеревался взять управление на себя. Она считает, что если бы он захотел взять на себя управление винодельческим поместьем, то их семейное винодельческое хозяйство Робинсонов, возможно, уже обрело бы всемирную известность, подобную той, что когда-то получила «Порту»... В этом мире есть тип людей, для которых успех приходит естественным образом, потому что они обладают непревзойденным интеллектом. Как и он... Она не знает, как ему удалось превратить «QCS» в такую ​​всемирно известную корпорацию, но его мудрость и проницательность — это врожденные качества. Как и в детстве, отец научил их определять год урожая и насыщенность вина. Ей потребовались годы, чтобы освоить лишь основы, и она до сих пор не понимает всех сортов вина; ему же понадобилось всего одно лето, чтобы всё это освоить... Он наделен талантом ко всему, чем бы ни занимался, и, например, как врач, он мог бы преуспеть и в этом. Поэтому, когда много лет назад во время его конфликта с Говардом Джеффри она узнала, что он скрывает свою личность генерального директора компании «QCS», она ничуть не удивилась. «Возможно, я смогу помочь вам справиться с такими переживаниями». Его нежный голос вывел её из задумчивости. Она подняла взгляд и невольно встретилась с его глубокими глазами. Необъяснимым образом в её сердце зашевелилась волна эмоций. Она спросила: «Как это решить?» Он расплылся в улыбке, согревающей, как зимний солнечный свет: «Я не принимаю винодельческое поместье, потому что оно не носит фамилии «Джеффри». Оно принадлежит вашей семье Робинсонов, и, естественно, им должны управлять члены семьи Робинсонов. Но если бы я тоже был членом семьи Робинсонов…» Он намеренно сделал паузу, его пристальный взгляд, устремленный на ее лицо, красиво освещенный светом свечи, и медленно произнес: «Если бы я стал зятем семьи Робинсонов, на меня, естественно, легла бы ответственность за управление винодельческим поместьем, исполнив такое желание вашего отца». Алиса на мгновение потеряла способность реагировать... Честер добавил с улыбкой: «Выходи за меня замуж, и я стану членом семьи Робинсонов, смогу исполнить желание твоего отца и позаботиться о его самой любимой дочери». В полумраке он нежно смотрел на нее, в уголке его рта играла легкая улыбка, полная уверенности и гордости. Лицо Алисы вспыхнуло румянцем, она поставила бокал с вином и повернулась, чтобы уйти. Он вовремя схватил ее за руку, легким движением потянул и притянул к себе, обняв сзади и спереди. Ее сердце бешено колотилось, казалось, оно вот-вот выскочит из груди. Он крепко обнял её, положив голову ей на плечо, прижавшись к её гладкой щеке, и хриплым голосом произнес: «Я люблю тебя, Элис... Что бы ни случилось, ради того, чтобы у меня была Рейчел, дай мне ещё один шанс, позволь мне позаботиться о тебе и Рейчел». Тело Алисы дрожало. Она думала, что, когда он сегодня провожал ее, когда она уходила с Клодом Лоуренсом, он уже сдался. Неожиданно он... Он всегда проявлял такую ​​настойчивость по отношению к Бекке, она и представить не могла, что он будет так же настойчив и с ней. У него был такой хриплый голос, словно он умолял её. Она сопротивлялась, но его руки властно сжимали ее, не давая ей возможности вырваться. Она раздраженно сказала: «Позвольте мне начать…» Он прижался еще ближе, вдыхая аромат ее духов с ее шеи: "Нет". Алиса перестала сопротивляться, прикусила губу и сказала: «Почему ты такой бесстыжий?» Теперь она поняла, что он намеренно заговорил об отце, затем использовал отца, чтобы перейти к теме красного вина, а от темы красного вина перевел разговор на нынешнюю тему… Он был поистине хитрым. Он наотрез проигнорировал ее обвинение: «Элис, видишь ли, даже судьба не хочет, чтобы ты ушла с Клодом Лоуренсом… Если бы ты ушла с Клодом Лоуренсом сегодня, я был бы бессилен, но судьба дала нам еще один шанс. Скажи мне, как я мог тебя отпустить?» «Я не поверю ничему из того, что ты скажешь…» — поспешно ответила Алиса. Честер внезапно повернул Алису к себе, пристально посмотрел на нее и спросил: «Значит, в глубине души ты обо мне заботишься, просто не веришь моим словам, верно?» ---------- Главы 1218–637: Дополнительная история – Противостояние Большого Злого Волка Элис Робинсон внезапно поняла, что оговорилась, и поспешно объяснила: «Нет… Клод — единственный, кто есть в моем сердце». Он посмотрел на ее встревоженное лицо с улыбкой: «Думаешь, я поверю тому, что ты скажешь?» Элис Робинсон в раздражении толкнула его: «Мне все равно, верите вы этому или нет, то, что я сказала, — правда». В сердце Честера Робинсона звучал голос, напоминающий ему, что не стоит слишком сильно давить на неё, иначе она только сбежит. Честер медленно отпустил ее, его глубокий взгляд был прикован к ее напряженному лицу: «Прости, я не должен был давить на тебя…» Элис Робинсон намеревалась повернуться и уйти, но, увидев его пронзительный взгляд, она вдруг почувствовала укол нежелания и замерла. Повернувшись к ней спиной, он подошел к окну от пола до потолка и медленно произнес: «Я наконец-то узнал, каково это – любить кого-то и никогда не получать от него ответа… Я действительно этого заслуживаю, я действительно недостоин любви». Его фигура необъяснимым образом причинила ей душевную боль. Она прикусила губу, подошла к нему сзади и тихо сказала: «Не говори так, в прошлом не было правильного или неправильного, мы просто упустили свой шанс… Я верю, что в будущем в твою жизнь придет замечательная девушка и позаботится о тебе». Почему же сейчас было так горько это говорить? Честер вгляделся вдаль и пробормотал: «Нет, я уже потерял лучшую девушку, которую мог встретить в этой жизни». Элис Робинсон опустила голову, испытывая необъяснимую печаль. Честер вздохнул и повернулся. Она подняла на него взгляд. Он выдавил из себя улыбку: «Уже поздно, тебе пора спать… А я пойду выкурю сигарету на балконе». Элис Робинсон кивнула. Он в отчаянии вышел из комнаты. Люди таковы: когда их занимают другие мысли, они забывают о своих страхах. Элис Робинсон сидела одна на краю кровати, вспоминая то, что он только что ей сказал. Выходи за меня… На протяжении многих лет она даже не надеялась, что он скажет ей эти слова, даже не думала об этом. Если бы он сказал ей это раньше, она бы согласилась без колебаний. Но зачем он произнес эти слова, когда было уже слишком поздно? Элис Робинсон покачала головой, ее глаза наполнились теплом и влагой. Она не могла оглядываться назад; она наконец-то преодолела прошлую печаль… Но… Почему её сердце так колебалось? Увидев, как он, подавленный, уходит, она почувствовала укол душевной боли. Она лежала на кровати, укрывшись одеялом, и погрузилась в бесконечную тьму. Ворочаясь с боку на бок, Элис Робинсон никак не могла заснуть. Наконец, Элис Робинсон встала и вышла на балкон, расположенный за пределами комнаты. Свет свечей из комнаты освещал балкон… На балконе было не очень светло, но она все равно могла его отчетливо видеть. Увидев его там, она испугалась… Он выпил так много алкоголя… На столе и полу валялись пустые бутылки из-под виски… В этот момент Элис Робинсон не испугалась темноты; она подбежала и посмотрела на него, лежащего на столе в состоянии сильного алкогольного опьянения. У нее сжалось сердце, ведь она никогда раньше не видела его пьяным. Однажды он сказал ей, что для того, чтобы не стать жертвой манипуляций, нужно всегда сохранять ясный ум, поэтому он никогда не позволял себе напиваться. Но… прямо сейчас он был пьян у неё на глазах. Элис Робинсон присела на корточки, слезы навернулись ей на глаза, она осторожно толкнула его: «Брат… брат…» Честер открыл глаза, его взгляд был затуманен… "Алиса…" Голос Элис Робинсон был хриплым: «Почему ты так много выпила?» "Я в порядке…" "Говори, что с тобой все в порядке… виски такой крепкий, и ты так много выпил." Честер улыбнулся и протянул руку, чтобы погладить Элис Робинсон по щеке. Элис Робинсон позволила Честеру прикоснуться к своему лицу, и слезы на ее лице стали еще сильнее. «Что случилось?» Он увидел слезы в ее глазах, его взгляд помрачнел. «Кто тебя обидел?» Элис Робинсон покачала головой. «Никто тебя не обижал, так почему ты плачешь?» "Я…" Честер нежно вытер слезы с уголков ее глаз большим пальцем: «Не плачь, мне больно…» Элис Робинсон глубоко вздохнула, вытерла слезы с лица и помогла Честеру подняться. «Брат, позволь мне помочь тебе вернуться в комнату…» «Не нужно, я не пьян, я могу сам вернуться в комнату…» — сказал Честер, с трудом поднимаясь на ноги. Элис Робинсон наблюдала, как он, пошатываясь, удаляется с балкона, и ее сердце необъяснимо сжималось от боли. Тело Честера внезапно наклонилось. Элис Робинсон ахнула и поспешно подбежала к нему, поддерживая, прежде чем он чуть не упал: «Брат…» ---------- Глава 1219 - 637: Дополнительно: Игра Большого Злого Волка в "Труднодоступность_2" Честер Робинсон упал на Элис Робинсон и потерял сознание. Элис позволила Честеру обнять ее за шею, а сама, поддерживая его, медленно вела в комнату. От Честера сильно пахло алкоголем, он бормотал: «Элис… не оставляй меня… я не могу без тебя…» Слушая слова Честера, Алиса почувствовала в сердце укол грусти. В конце концов ей удалось затащить Честера в свою комнату. Честер действительно был пьян, так как тотчас же упал на кровать. Не обеспечив ему надлежащую поддержку, она потеряла равновесие и тоже упала на кровать. "Ах…" Она вскрикнула и быстро поднялась. В полумраке комнаты, освещенной лишь свечами, она увидела, как он нахмурился и выглядел очень неловко. "Алиса… Алиса…" Алиса сидела на краю кровати, наблюдая за его бессознательным голосом, который звал ее, и в ее глазах читалась боль: «Я здесь». Честер внезапно протянул руку и схватил ее за руку. "Не оставляй меня…" Алиса сидела на краю кровати в оцепенении, недоумевая, почему у нее так тяжело на сердце. Он крепко сжал её руку, медленно открыл глаза и пристально посмотрел на неё: "Дай мне шанс, давай начнём сначала, хорошо?" В его глазах горел огонь, полный тоски. Она видела искренность в его глазах. Ее сердце замерло, глаза затуманились, когда она посмотрела ему в глаза. "Алиса…" В конце концов, разум победил внутреннюю борьбу в её сердце. Она покачала головой, освободила руку и сказала: «Я пойду позвоню кому-нибудь, чтобы он о тебе позаботился…» Когда она повернулась, ее запястье снова схватили. На этот раз, прежде чем она успела вырваться, он резко потянул. "Ах!" Алиса была застигнута врасплох и упала прямо ему в объятия. Воспользовавшись ситуацией, он перевернул ее, прижав к себе. Алиса резко вздохнула, широко раскрыв глаза от его близкого присутствия. Его острый нос почти касался ее носа, приятный запах, смешанный со слабым спиртом, щекотал ей нос. Она напряженно приоткрыла губы: "Ты…" Его взгляд затуманился, когда он страстно посмотрел в ее испуганные глаза: «Останься со мной…» Алиса покачала головой, как погремушкой. В его глазах мелькнула нотка обиды: "Неужели ты меня так сильно ненавидишь?" Алиса поспешно объяснила: «Я не… я не ненавижу тебя… Я…» Он внезапно опустил голову и поцеловал её. Она широко раскрыла глаза от шока, крепко вцепилась в простыню, в голове у нее все помутнело. Его язык проник ей в рот, переплетаясь с её растерянным маленьким язычком. "Нет!" Она резко оттолкнула его. Из-за сильного опьянения его легко оттолкнули обратно на кровать. Она в панике села, прикоснулась рукой к губам, сердце колотилось как барабан. Он лежал на кровати, снова без сознания. Алиса спрыгнула с кровати, встала рядом с ней, схватившись за грудь, которая нервно поднималась и опускалась, и смотрела на него с затаенным страхом. Что с ней происходило? Почему она только что инстинктивно не отвергла его поцелуй? В голове у Алисы царил полный хаос, когда она повернулась, чтобы выйти из комнаты. "Алиса… Алиса…" До ее ушей снова донесся тихий, негромкий голос. Ее шаги остановились, но спустя долгое время она невольно обернулась. Во сне он выглядел очень некомфортно… После непродолжительного колебания она наконец вошла в ванную комнату и отжала полотенце. Она села на край кровати и нежно вытерла пот с его лба. "Алиса…" Он продолжал звать её по имени во сне. Она сглотнула комок в горле, не в силах подавить смятение в сердце. На следующий день. Яркий свет обжигал человека, крепко спавшего на кровати. Алиса тихо застонала, лениво свернувшись калачиком в объятиях человека рядом с ней. Постепенно ее глаза расплылись в тумане, и прямо перед ней предстало красивое лицо… Сначала она была сонной, но, узнав его, закричала и мгновенно проснулась. Человек рядом с ней проснулся от ее крика, в его голосе слышалась лень просыпаться: "Алиса…" От его голоса лицо Алисы побледнело. Она приподняла одеяло, чтобы проверить себя, и обнаружила, что ее одежда цела. Она почувствовала облегчение и быстро вскочила с кровати. Честер потер лоб и приподнялся. Казалось, у него болела голова, брови были нахмурены. Алиса неловко спросила: "Почему… почему я на кровати?" Честер прислонился к изголовью кровати и взглянул на Алису: «Однажды я проснулся посреди ночи и увидел, что ты спишь на кровати. Я переложил тебя на кровать». Алиса быстро вспомнила события прошлой ночи… Она ухаживала за ним и, сама того не подозревая, заснула. Алиса пришла в себя и сказала: «Ты вчера вечером был пьян…» Честер потер виски: "Ты обо мне позаботился?" "…Тебе, похоже, было некомфортно спать, поэтому я взял полотенце и немного вытер тебя." Честер внезапно прекратил свои действия и посмотрел на Алису. Алиса сделала паузу, а затем быстро объяснила: «Эй… не поймите меня неправильно, я просто вытерла вам верхнюю часть тела и лицо, я… я…» Лицо Алисы покраснело от смущения. К счастью, Честер не стал зацикливаться на этом. Он нахмурился: «Я вчера много выпил, правда?» Алиса кивнула. «Я же ничего не сказала, правда?» «Нет… ты ничего не сказал». Как раз когда Честер собирался что-то сказать, в дверь постучали. Алиса сказала: «Я открою дверь». Дверь открылась, и перед нами предстал Кит Энтони с широкой улыбкой. «Мисс Элис, вы хорошо спали прошлой ночью?» Алиса на мгновение опешилась: «Что?» Кит Энтони с лукавством посмотрел в сторону спальни. Честер уже встал с постели и начал одеваться. Элис проследила за взглядом Кейта Энтони, наблюдая, как Честер застегивает пуговицы на рубашке. Она замерла всем телом, а лицо тут же вспыхнуло румянцем. "Кейт Энтони, не пойми меня неправильно, это не то, что ты думаешь…" Кит Энтони, казалось, не был убежден и усмехнулся. «Кит Энтони, это совсем не то, что ты думаешь, я…» Кит Энтони перехватил слова Алисы: «Мисс Алиса, я пришел только позвать вас и босса вниз на завтрак… Конечно, если вы с боссом хотите остаться в комнате еще немного, я немедленно дам указание слугам». ---------- Главы 1220–638: Дополнительная история – План Большого Злого Волка удался, сеть затягивается (Часть 1) «Эй, Кит Энтони…» Элис Робинсон не успела ничего сказать, как Кит Энтони уже повернулся и спустился по лестнице. Элис Робинсон была расстроена. Честер Робинсон появился рядом с ней в неизвестный момент: «Что случилось?» Элис Робинсон опустила голову, ее щеки покраснели: «Ничего особенного». Честер Робинсон подозрительно прищурился. «Я пойду умыться». С этими словами Элис Робинсон неловко вошла в ванную. Элис Робинсон спустилась вниз, предварительно умывшись. В столовой на первом этаже Кит Энтони оживленно беседовал с несколькими горничными виллы. Элис Робинсон уже догадалась, о чем говорил Кит Энтони со служанками. Она приготовилась и крикнула: «Кит Энтони!» Кит Энтони тут же подошел, слегка улыбнувшись: «Мисс Элис». Элис Робинсон отвела Кейта Энтони в сторону и серьезно сказала: «Тебе действительно не следует неправильно понимать… между мной и Честером прошлой ночью ничего не произошло, мы…» Морщинки на уголках губ Кейта Энтони стали еще шире: «Мисс Элис, не нужно ничего объяснять… вы же знаете, я всегда надеялся, что вы с боссом снова будете вместе… хе-хе…» Элис Робинсон смутилась: «Нет, Кит Энтони, я…» "Босс!" Лучезарная улыбка Кейта Энтони приветствовала Честера Робинсона, стоявшего позади Элис Робинсон. Элис Робинсон обернулась и увидела Честера Робинсона, на мгновение напрягшись. Честер Робинсон взглянул на Элис Робинсон и холодно дал указание Киту Энтони: «Готовьтесь, после завтрака мы уезжаем из Флориды». У Кейта Энтони от удивления отвисла челюсть: "Босс…" Лицо Честера Робинсона помрачнело: «Иди и готовься!» Кит Энтони на несколько секунд оцепенел, а затем молча удалился. Элис Робинсон опустила голову и не смотрела на Честера Робинсона. Честер Робинсон сказал: «Спасибо, что позаботились обо мне прошлой ночью». Элис Робинсон слегка покачала головой: «Ничего особенного». Честер Робинсон мягко сказал: «Давайте поедим!» "Хорошо." Во время завтрака царила очень тихая атмосфера, слышался лишь едва слышный звон посуды. В голове у Элис Робинсон царил некоторый хаос, все ее мысли постоянно крутились вокруг него. На острове он неоднократно признавался ей в своих чувствах, а прошлой ночью… увидев его пьяным, она действительно расстроилась и захотела остаться рядом, чтобы позаботиться о нем. Внезапно Честер Робинсон отложил столовые приборы, с ничего не выражающим лицом нарушив молчание: «Прошлой ночью мы провели последние семь дней. Я все еще не смог уговорить тебя остаться со мной… Хотя это, возможно, мое самое большое сожаление в жизни, я сдержу свое обещание и отпущу тебя». Элис Робинсон опустила голову и прикусила губу. Почему у нее так болело сердце, когда он говорил такие вещи? Честер Робинсон вздохнул и встал: «Проверь, не забыл ли ты что-нибудь, и собирай вещи, мы скоро покинем остров». С этими словами Честер Робинсон повернулся и вышел из столовой. Элис Робинсон оцепенела в кресле, искоса наблюдая за удаляющейся фигурой Честера Робинсона. Его голос, словно протяжный, проступал в ее периферийном зрении, напоминая об одиночестве. Элис Робинсон больше не могла завтракать, чувствуя горечь в горле. «Я люблю тебя, Элис… несмотря ни на что, ради Рэйчел, дай мне еще один шанс позаботиться о вас обеих». Его слова, сказанные прошлой ночью, отчетливо звучали у нее в ушах. Она прикусила губу и закрыла глаза от боли. Как только Честер Робинсон вышел из столовой, его тут же догнал Кит Энтони. "Босс…" Честер Робинсон сел в коридоре с бесстрастным выражением лица. Кит Энтони взглянул на Элис Робинсон в столовой и прошептал: «Я правильно расслышал? Вы собираетесь забрать мисс Элис Робинсон с острова и увезти её из Флориды?» Честер Робинсон взглянул на Кейта Энтони: «Есть вопросы?» Кит Энтони энергично кивнул: «Я думал, что вчера вечером вы с мисс Элис Робинсон уже…» Выражение лица Честера Робинсона стало суровым: «Неужели это всё, о чём ты думаешь?» «Я…» — Кит Энтони не осмелился возразить, опустил голову и пробормотал: «Не знаю, кто весь год думал об этом, притворяясь пьяным прошлой ночью…» Честер Робинсон прищурился: «О чём ты бормочешь?» Кит Энтони быстро изобразил на лице льстивую улыбку: «Ничего, босс… Я хотел сказать, были ли у вас с мисс Элис Робинсон какие-либо отношения прошлой ночью… ха-ха, вы же не собираетесь отпускать мисс Элис Робинсон обратно к генералу Лоуренсу, правда?» Честер Робинсон ничего не ответил, лишь слегка изогнул губы. Кит Энтони заметил едва заметное движение и с любопытством спросил: «Босс, я заметил, что мисс Элис Робинсон выглядела довольно расстроенной последние два дня… прошлой ночью она даже плакала, ухаживая за вами». «Слишком болтливый». Честер Робинсон поднял стоящий рядом бокал красного вина и отпил глоток, пребывая в довольно хорошем настроении. «Кстати, ты закончил то, что я тебя просил?» Кит Энтони быстро кивнул: «Робин позвонил мне сегодня утром и спросил, когда мисс Элис Робинсон покинет остров. Я сказал Робину, что вы с мисс Элис Робинсон все еще спите, и отвечу, как только мисс Элис Робинсон проснется…» Дойдя до этого момента, Кит Энтони хитро улыбнулся: «Робину потребовалось некоторое время, чтобы понять, и боюсь, он быстро доложит об этом генералу Лоуренсу». ---------- Главы 1221–638: Дополнительная история: План Большого Злого Волка удался, пора затянуть сеть 1_2 Честер изогнул губы, глядя на Элис в ресторане, в его глазах мелькнул холодный и высокомерный блеск: «Вчерашняя ночь действительно предоставила прекрасную возможность, но даже если бы я добился желаемого результата, я не смог бы сократить расстояние между нами. Наоборот, это заставило бы ее чувствовать себя виноватой перед Клодом Лоуренсом, и это поставило бы нас обоих в затруднительное положение перед ним…» «Это правда. Генерал Лоуренс и вы, босс, много лет были братьями, а теперь мисс Элис — девушка генерала Лоуренса. Если вы будете использовать какие-либо неподобающие средства, чтобы быть с мисс Элис, боюсь, генерал Лоуренс… обязательно привлечет вас к ответственности». Честер, не выражая эмоций, посмотрел на красное вино: «Значит, я хочу, чтобы Клод Лоуренс добровольно отпустил ситуацию, чтобы Элис добровольно была со мной». Кит Энтони лукаво усмехнулся: «Верно, босс вчера вечером был так «пьян», что если бы что-то случилось с мисс Элис, пришлось бы притворяться невменяемым, но прошел уже год, я не мог сейчас это контролировать, а потом это могло бы вызвать подозрения у мисс Элис, лучше подождать, пока она сама согласится…» Честер бросил на своего подчиненного холодный взгляд: «Кит Энтони!» Кит Энтони выскочил из зала, словно спасаясь бегством: «Босс, я пойду подготовлю яхту…» Честер, наблюдая за фигурой Кейта Энтони, покачал головой с улыбкой. На пирсе. Алиса издалека увидела Робина, стоящего на берегу. Яхта пришвартовалась, и Алиса сошла на берег. Подошла Робин и сказала: «Мисс Робинсон». Элис кивнула в сторону Робина, извиняясь: «Прости, что заставила тебя поволноваться прошлой ночью». Робин вздохнул: «Главное, чтобы с тобой всё было в порядке… Генерал Лоуренс приказал мне остаться здесь и позаботиться о тебе после того, как он сядет в самолет. Я вернулся в отель и услышал от телохранителей, что тебя нигде нет, я очень волновался». "Мне жаль." Робин посмотрел на Честера, стоявшего рядом с Алисой: «Мистер Робинсон, спасибо вам за то, что вы позаботились о мисс Робинсон от имени генерала Лоуренса». «Элис говорит, что хочет немедленно вернуться во Францию, чтобы увидеть Рейчел. Сейчас, наверное, будет сложно достать билеты на самолет, садись на мой самолет, я тебя подвезу!» Робин был поражен: «Здесь частный аэропорт?» «Да, это недалеко от пирса, Алиса об этом знает». Робин с недоумением посмотрела на Алису: «Мисс Робинсон, раз здесь есть частный аэропорт, почему вы не упомянули об этом генералу Лоуренсу вчера вечером?» Алиса поспешно объяснила: «Этот аэропорт очень маленький, он может принять только один частный самолет, а Клод прилетел не на частном самолете…» Робин нахмурился: «Каким бы маленьким ни был аэропорт, он не может вместить всего один самолет, а самолет генерала Лоуренса находится в Нью-Йорке. Если бы он знал вчера вечером о существовании здесь частного аэропорта, он мог бы организовать перелет сюда за полчаса, избежав траты времени на коммерческий рейс». Элис сказала: «Я не знала, что самолет Клода был в Нью-Йорке…» Лицо Робина помрачнело, и он больше ничего не сказал. Кит Энтони шагнул вперед: «Мисс Элис, просто позвольте боссу отправить вас обратно во Францию…» Робин вмешался: «Для мистера Робинсона это не проблема, генерал Лоуренс попросил меня позаботиться о мисс Робинсон, и я уже забронировал билеты». Кит Энтони нахмурился, намереваясь что-то сказать, но Честер уже отмахнулся от него. «Что ж, раз Робин забронировал билеты, Алиса может вернуться во Францию ​​вместе с ним!» Кит Энтони бросил на Робина холодный взгляд, сдержав то, что собирался сказать. Честер посмотрел на Алису и сказал Робину: «Прежде чем ты уйдешь, я хотел бы сказать несколько слов Алисе наедине». Хотя Робин был самым способным помощником Клода Лоуренса и обычно ничего не боялся, он весьма настороженно относился к Честеру, прекрасно понимая, что не может позволить себе его обидеть. Учитывая, что ранее он уже высказался не к месту, Робин не осмелился сказать больше, молча отступив в сопровождении нескольких телохранителей. Честер пристально посмотрел на Алису, его голос охрип: «Алиса, береги себя, когда вернешься во Францию, и если что-то тебе будет не под силу, ты все равно можешь мне позвонить». Алиса слегка опустила голову и ничего не ответила. Честер продолжил: "Можно тебя обнять?" Алиса резко подняла глаза. Честер улыбнулся: «Я ничего другого не имею в виду. Я просто хочу попрощаться вот так. В конце концов, в следующий раз, когда я тебя увижу, ты можешь уже быть женой Клода Лоуренса, и боюсь, я больше не смогу так поступать…» Алиса ошеломленно смотрела в глаза Честера, полные боли, и в ответ на это ее сердце сжималось от боли. «Можно тебя обнять?» — снова спросил Честер, его лицо всё ещё улыбалось, но было полно горечи. Она собиралась выйти замуж за Клода Лоуренса, и ей не хотелось делиться с ним такой близостью. Скрепя сердце, Алиса рассудительно произнесла: «Нет…» К ее удивлению, прежде чем она успела закончить фразу, Честер уже обнял ее. Его присутствие окутало всё её существо… Он крепко обнял её, тяжело дыша от волнения, поцеловал в висок, его голос стал ещё хриплее: «Пообещай мне, что ты будешь счастлива». Глаза Алисы покраснели, в сердце прокатилась волна дискомфорта, отчего в носу защипало от горечи. Он больше ничего не сказал, его сильные руки обняли ее с такой силой, словно он хотел впитать ее в свои кости. Элис изо всех сил старалась держать глаза широко открытыми, не давая слезам навернуться на них, ее тело слегка дрожало в его объятиях. Наконец, Честер поцеловал ее в лоб и медленно отпустил. Лицо её было спокойным, но слёзы уже наворачивались на глаза. На его красивом лице появилась легкая улыбка: «Я верю, что Клод Лоуренс защитит вас от любого вреда, благословения вам обоим». Алиса прикусила губу, изо всех сил стараясь не дать рыдать вырваться из горла, сохраняя самообладание. Он бросил на нее последний взгляд, повернулся и спокойно ушел. Она смотрела, как он удаляется, и в конце концов слезы потекли по ее щекам. Робин подошла к ней и увидела ее лицо, залитое слезами. Элис неловко вытерла слезы с лица и сказала Робину: «Пошли!» ---------- Главы 1222–639: Дополнительная история: План Большого Злого Волка удался, сеть замыкается 2 Париж. Сейчас полдень, и солнце палит над головой. Черный Bentley, припаркованный у аэропорта, бросается в глаза и привлекает внимание. Элис Робинсон останавливается, и «Бентли» подъезжает к ней. Водитель быстро выходит и открывает заднюю дверь, и из машины выходит Клод Лоуренс. Алиса на мгновение вздрогнула, но Клод уже стоял перед ней и крепко обнимал её. Алиса прислоняется к плечу Клода, и ее сумочка падает на пол. Лишь спустя долгое время Клод отпускает её, на его красивом лице появляется нежная улыбка. «Ты устала?» «Со мной все в порядке, я немного поспал в самолете». Клод обнимает Алису за плечо: «Я сказал тёте ПА, что ты приедешь в полдень. Они ждут тебя дома, чтобы пообедать вместе!» Алиса кивает. Клод помогает Алисе сесть в машину. Машина мчится по кольцевой дороге аэропорта, все отступает назад. Наблюдая за этой сценой, Элис извиняющимся тоном говорит: «Прости, Клод… что в итоге заставил тебя спешить обратно, чтобы разобраться с делом Рейчел…» Клод прижимает Алису к своему плечу: «Зачем ты это говоришь мне? Как я мог бы стоять в стороне, если бы с Рейчел что-то случилось?» Элис быстро поднимает голову с плеча Клода: «Я не это имела в виду… Я просто, Рейчел, заставила тебя волноваться». Клод качает головой, улыбается Алисе и тихо говорит: «Ты забываешь, что после свадьбы Рейчел тоже станет моей дочерью. Поэтому вполне естественно, что я за неё волнуюсь». «Во всем виновата Рейчел, которая проявила непослушание и стала причиной такого недоразумения…» «Это не её вина… Она от природы умнее других детей, и заставлять её посещать эти скучные уроки арифметики было действительно несправедливо по отношению к ней». «Вы даже защищаете её…» «Я просто обсуждаю обсуждаемый вопрос. Рейчел всегда была рассудительным ребенком». «К счастью, с Рейчел все в порядке, иначе я бы…» Клод перебивает Элис: «Не вини себя, ты всегда хорошо воспитывала Рэйчел. Ты замечательная мать». Алиса виновато качает головой: «Это моя вина, что я была слишком занята работой и пренебрегала ею. Если бы я знала, что она уже понимает уроки арифметики, я бы не позволила ей посещать их снова». «Я был недостаточно осторожен; мне следовало позаботиться о том, чтобы кто-то защитил Рэйчел. Если на этот раз с Рэйчел случится что-то действительно серьёзное, я не буду снимать с себя вину». «Как это может быть твоей виной?» Клод пристально смотрит на Элис: «Я виню только себя за то, что не мои люди тайно защищали Рэйчел, а вместо этого люди Честера. Защита вас обеих должна быть моей обязанностью». «Не говори так; ты и так отлично справился… Узнав, что с Рейчел что-то случилось, ты без промедления помчался во Францию, и потом не жаловался, даже зная, что всё это было недоразумением…» Клод крепко обнимает Алису: «Как я могу жаловаться на тебя и Рейчел? Я обещал заботиться о вас обеих всю жизнь». Алиса на мгновение дезориентирована. Элис, дай мне еще один шанс позаботиться о тебе и Рейчел… давай воссоединимся как семья из трех человек. В ее голове мелькает голос Честера Робинсона. "Алиса…" Алиса на несколько секунд погружается в свои мысли, а затем приходит в себя: "Хм?" «О чём ты думаешь?» "Ничего!" Клод снова обнимает голову Алисы, кладя ее себе на плечо, и вздыхает: «Я больше не хочу ждать. В ближайшие пару дней давай объявим о нашей свадьбе публично. С этого момента я хочу, чтобы вы с Рейчел были под моей опекой». Услышав слово «брак», Алиса слегка задрожала. Клод нежно приподнимает подбородок Алисы, любуясь ее прекрасным лицом, и с глубокой нежностью и искренностью произносит: «Я обещаю делать тебя счастливее каждый день». Под пристальным и страстным взглядом Клода лицо Алисы слегка побледнело, а рука беспокойно сжала кожаное сиденье. Клод медленно приподнимает подбородок Алисы, не замечая едва заметных изменений на ее лице, затем опускает голову и целует ее в губы. Его губы излучают томное тепло, плотно прижимаясь к её вишнево-красным губам… Она вздрогнула… Кажется, он чувствует её беспокойство, принимая его за робость, обнимает её, не оставляя ей возможности убежать, его язык пытается разжать её зубы… Но когда он попытался прикоснуться губами к её губам, она внезапно протянула руку, чтобы оттолкнуть его. "Нет…" Он не хочет останавливаться, но её сопротивление становится всё более очевидным, её тело даже напрягается. Он ни в коем случае не хотел, чтобы она чувствовала себя обиженной, и неохотно отпускает её. Алиса тут же отодвинулась от Клода, отойдя в самый дальний угол сиденья. ---------- Глава 1223–639: Дополнительная история: План Большого Злого Волка удался, пора затянуть сеть 2_2 Клод Лоуренс слегка нахмурил брови, глядя на ее бледное лицо, и мягко спросил: «Что случилось?» «Простите, я…» — Элис Робинсон опустила голову, не зная, как ему объяснить. В сердце Клод Лоуренс зародилось сомнение. В конце концов, они уже целовались раньше, но она никогда не реагировала так сильно. Не желая поддаваться подозрениям, Клод Лоуренс предположил, что застенчивость Элис вызвана присутствием водителя в машине, поэтому он улыбнулся, почти ничего не говоря. Тело Алисы напряглось, она не знала, как ему смотреть, и наконец повернулась, чтобы посмотреть в окно. Когда Алиса вошла в виллу, к ней подбежала милая и невинная маленькая фигурка. "Мама!" Элис присела на корточки, не в силах подавить тоску, и обняла свою дочь, которая бросилась ей в объятия: «Рэйчел». Рейчел была одета в розовое платье с цветочным принтом, а прическа у нее была как у принцессы, выглядела очень мило и очаровательно. Элис не удержалась и несколько раз поцеловала юную дочку в щечки: «Дорогая, мама по тебе скучала…» Рейчел радостно прислонилась к плечу Алисы: «Мамочка, ты наконец-то вернулась…» Алиса подняла дочь на руки, ее лицо сияло от радости, и она не забыла отругать ее: «Маленькая проказница! В следующий раз, если ты не будешь слушаться маму и пойдешь с кем-нибудь наугад, мама отшлепает тебя по попке…» Рейчел опустила голову в обиде и пробормотала: «Мамочка, я не ушла с кем-то случайно, этим человеком был мистер Далтон; дядя сказал, что я могу найти мистера Далтона, если мне что-нибудь понадобится…» «Продолжаем спорить». Лицо Алисы стало серьёзным. Рейчел надула губы, чувствуя себя очень обиженной. В это время тетя П.А. поспешно вышла из виллы. Увидев Алису, она не смогла удержаться и стала умолять Рейчел: «Мисс, это не вина Рейчел. Я виновата в своей неосторожности. Рейчел раньше говорила мне, что не хочет идти на урок арифметики, но я не придала этому значения…» Рейчел энергично кивнула. Алиса сохраняла суровое выражение лица: «С этого момента тебе запрещено бегать в одиночестве. Куда бы ты ни пошла, ты должна сообщить об этом тёте П.А.». «Я понимаю, мама». «Смотри, ты напугал ребёнка…» — Клод Лоуренс взял Рейчел на руки и успокоил её: «Рейчел ведь уже слушала, что говорила твоя мама, правда?» Рейчел обняла Клода Лоуренса за шею и ласково назвала его «дядя Лоуренс». Клод Лоуренс поцеловал Рейчел в щеку: «Молодец, с дядей Лоуренсом здесь твоя мама больше не будет тебя ругать». Рейчел повернулась, чтобы посмотреть на Алису, но в объятиях Клода Лоуренса вела себя избалованно. Алиса покачала головой, не в силах сдержать смех, и казалось, что она не знает, как справиться с этим непослушным ребенком. Тётя П.А. поспешно сказала: «Мисс, вы, должно быть, проголодались, раз только что сошли с самолёта? Заходите поесть…» «Хорошо». Элис взяла тетю ПА под руку и сказала: «Спасибо за вашу усердную работу в те дни, когда меня не было рядом…» Благодаря Рейчел, озорной девочке, атмосфера во время обеда стала легкой и радостной. Тетя ПА приготовила на обед китайскую еду, а Рейчел по-прежнему неумело пользовалась палочками для еды и в итоге обмазалась рисом, чем расхохоталась Элис и Клод Лоуренс. Ближе к концу обеда Клоду Лоуренсу позвонили. Сказав Алисе несколько слов, Клод Лоуренс отошёл в сторону, чтобы ответить на звонок. Спустя некоторое время Клод Лоуренс вернулся на свое место, и тетя П.А. спросила: «Генерал Лоуренс, у вас сегодня какие-либо дела?» "Ничего." «О, я думала, у вас есть дела…» — тётя П.А. вздохнула с облегчением. — «Раз уж у вас сегодня нет дел, почему бы вам не остаться и не составить компанию мисс? Думаю, вам с мисс есть о чём поговорить…» Клод Лоуренс повернулся к Алисе, улыбнулся и, казалось, искал ее согласия. Тетя ПА тут же подмигнула Алисе: «Мисс, штаб-квартира «Йорны» находится в Нью-Йорке, у генерала Лоуренса нет резиденции в Париже, он всегда останавливается в своей гостинице, когда приезжает сюда, но даже лучшая гостиница не сравнится с собственным домом. Думаю, генералу Лоуренсу следует с этого момента жить с нами. В любом случае, после того, как вы с генералом Лоуренсом поженитесь, вы в конце концов будете жить вместе…» «Ура, мамочка! Я также надеюсь, что дядя Лоуренс сможет переехать к нам жить, я больше всего люблю играть с дядей Лоуренсом…» — восторженно воскликнула Рейчел. Клод Лоуренс все еще улыбался Алисе, его глаза сияли лучезарным светом. Никто не заметил, как Алиса слегка вздрогнула, случайно прикусив палочки для еды во рту. Тётя П.А. усмехнулась: «Мисс, я уже подготовила вашу комнату для генерала Лоуренса…» Алиса отложила палочки для еды и пробормотала «О». Клод Лоуренс заметил рассеянность Алисы, взял её за руку под столом и спросил: «Что случилось?» Алиса покачала головой: «Ничего…» Тётя П.А. усмехнулась: «Генерал Лоуренс, мисс стесняется…» Клод Лоуренс рассмеялся и поцеловал Алису в щеку на глазах у всех. Лицо Алисы тут же покраснело. Все считали Алису по-настоящему застенчивой, но только Алиса знала, что её румянец был вызван тревогой и беспомощностью в тот момент. Алиса, не зная, мучает ли ее угрызения совести, вырвалась из руки Клода Лоуренса, встала и, выдавив из себя улыбку, сказала: «Наслаждайтесь помедленнее, я немного устала, пойду в свою комнату отдохнуть». Спешный уход Алисы внезапно вызвал неловкую атмосферу в столовой. Тетя П.А. была озадачена, не понимая, почему Алиса вдруг вернулась в свою комнату. Рейчел наивно спросила: «Тетя ПА, почему мама больше не ест?» Тетя П.А. была очень смущена и, не желая оставлять Клода Лоуренса без внимания, быстро сказала: «Генерал Лоуренс, мне кажется, мисс немного устала после прилета… Почему бы вам не подняться наверх и не проведать ее!» Поцелуй в машине уже заставил Клода Лоуренса почувствовать ненормальность Алисы, и реакция Алисы в этот момент еще больше подтвердила его подозрения. Казалось, Алиса отдалялась от него. «Нет, тётя П.А., я вдруг вспомнила, у меня сегодня днём дела… Я не останусь дома, чтобы повидаться с Алисой, я вернусь к ней вечером». "Ой…" Клод Лоуренс встал и вышел из столовой один. Тётя П.А. была ошеломлена внезапным поворотом событий. В машине царила гнетущая атмосфера. Лицо Клода Лоуренса было холодным, когда он произнес: «Робин, случилось ли что-нибудь во Флориде, о чем я не знаю?» Робин за рулём выглядела немного растерянной: "Э-э, э-э…" ---------- Глава 1224–640: Дополнительная история: Время появления Большого Злого Волка Клод прищурился, его зловещий взгляд был полон опасности. — Что заставляет тебя так колебаться? Робин опустил голову и с тревогой признался: «Генерал Лоуренс, на самом деле… на самом деле, есть кое-что, о чём я вам ещё не рассказал». "Говорить." Робин медленно рассказала: «В ночь вашего возвращения в Париж мисс Робинсон, обеспокоенная безопасностью Рейчел, несмотря на препятствия телохранителей, отправилась на остров Пена, чтобы найти мистера Робинсона… Я очень волновалась за мисс Робинсон и ждала её на пристани, но она не вернулась. Поздно ночью я получила сообщение от Кейта Энтони, в котором он просил меня не беспокоиться о мисс Робинсон. Он сказал, что они отправят мисс Робинсон с острова утром… В восемь утра, когда я увидела, что мисс Робинсон всё ещё не покинула остров, я позвонила Кейту Энтони. Но Кейт Энтони сказал мне… сказал мне…» "Я же тебе говорил?" Робин неуверенно пробормотал: «Кит Энтони сказал, что мисс Робинсон и мистер Робинсон всё ещё спят…» Лицо Клода мгновенно помрачнело. Робин продолжил: «Позже мистер Робинсон все же отправил мисс Робинсон с острова. Я заметил, что мисс Робинсон очень неохотно расставалась с мистером Робинсоном. Когда мистер Робинсон прощался с мисс Робинсон, она крепко обняла его и заплакала…» Тук-тук. "Войдите." Тетя П.А. толкнула дверь и увидела Элис Робинсон, стоящую у окна. Алиса повернула голову и сказала: «Тетя П.А.». Тетя П.А. закрыла дверь и тихо спросила: «Мисс, вы плохо себя чувствуете?» «Нет». Алиса отошла от окна, обняла подушку и села на диван в комнате. Тётя П.А. последовала за ней, села и сказала: «Генерал Лоуренс только что ушёл». "Ой." «Мисс, генерал Лоуренс изначально планировал остаться и сопровождать вас, но, похоже, во время ужина вы избегали общения с генералом Лоуренсом». Алиса опустила голову и ничего не сказала. Тетя П.А. взяла Алису за руку и по-матерински спросила: «Мисс, я вижу, вас что-то беспокоит». "Нет." «Это как-то связано с мистером Робинсоном?» Алиса вдруг с удивлением посмотрела на тетю П.А. Тетя П.А. слегка улыбнулась и вздохнула: «Кроме мистера Робинсона, кто еще мог бы так огорчить нашу мисс?» Алиса глубоко вздохнула, положила голову на плечо тети П.А. и сказала: «Тетя П.А., у меня сердце в смятении». Тетя П.А. нежно погладила руку Алисы: «Что случилось?» Алиса безучастно смотрела перед собой и медленно произнесла: «Во время этой поездки в Германию я случайно встретила своего брата». «Я так и предполагал. Если бы вы не встретили мистера Робинсона в Германии, вы бы, вероятно, сейчас так не чувствовали». Алиса тихо сказала: «Он занимался проектом в Германии. Я познакомилась с ним на банкете… Изначально между нами не было никакой связи, но у меня возникли проблемы в Германии, и он помог мне их решить… Мне не нужна была его помощь, я изо всех сил пыталась разорвать с ним отношения, но однажды в отеле он вдруг подошел ко мне и сказал, что хочет начать все сначала, сославшись на недопонимание между нами». Тётя П.А. была ошеломлена, широко раскрыв глаза: «Мистер Робинсон сказал, что хочет начать всё сначала с тобой?» Алиса встревоженно кивнула и подробно рассказала всю историю тете П.А. Услышав это, тетя П.А. еще долго оставалась в оцепенении: «Так теперь ваше беспокойство вызвано осознанием того, что вы все еще переживаете за мистера Робинсона?» Элис опустила взгляд, голос ее слегка охрип: «Не знаю… Но с тех пор, как я вернулась с острова Пена, я думаю только о нем… Прощаться с ним во Флориде было так больно…» Тетя П.А. поддержала Алису: «Мисс, не говорите мне, что у вас снова дрожит сердце». Элис выглядела совершенно опустошенной: «Тетя П.А., сейчас у меня сердце разрывается от боли… Я не знаю, что мне делать». Тетя П.А. серьезно сказала: «Мисс, вы столько всего пережили, чтобы пережить эти старые отношения, как вы можете снова в них ввязаться? Мистер Робинсон говорит, что заботится о вас, но почему за последний год он так и не навестил вас?» «Он сказал, что приходил меня искать, но в то время думал, что мы с Клодом уже вместе…» «Вы ему верите?» Алиса кивнула: «Да, потому что у него нет причин мне лгать, к тому же, Бекка может это подтвердить». «Мисс, поскольку вы ничего не сказали о прошлом за прошедший год, я подумал, что вы забыли о мистере Робинсоне…» «Я думала, что тоже забыла, но… на Острове Пены он много раз признавался мне в любви. Каждый раз я решительно отвергала его, но понимала, что мое сердце все еще болит… В тот день я хотела покинуть Остров Пены, случайно упала в море, а когда очнулась, увидела, как он обнимает меня, глубоко страдая, со слезами на глазах. Он сказал, что если я действительно не хочу быть с ним, он отправит меня прочь, и на следующий день он выслал меня с острова… В тот день меня случайно забрал Клод; я была в отеле с Клодом, и я должна была бы радоваться тому, что мы оторваны друг от друга. Но, глядя на Клода, я думала только о нем, я постоянно убеждала себя отпустить его, даже планировала быть с Клодом, не оставляя себе ни единого шанса подумать о нем. Но той ночью, из-за проблем с Рейчел, Клод сначала вернулся во Францию, и, беспокоясь о Рейчел, я инстинктивно отправилась на Остров Пены, чтобы найти своего брата…» ---------- Глава 1225–640: Дополнительная история: Время появления Большого Злого Волка_2 «Мисс, вы поняли, что ваши чувства к нему все еще живы, только после того, как отправились на остров Фоум, чтобы найти мистера Робинсона?» «Да…» — голос Элис Робинсон был хриплым и сдавленным, — «Вернувшись на остров и увидев, как я волнуюсь, он пожалел меня. Утешая меня, он позвонил своим подчиненным в Париж. В тот момент, наблюдая за тем, как он спокойно решает проблемы, я почувствовала себя спокойнее, и вдруг поняла, что все еще немного от него завишу… Той ночью было уже слишком поздно покидать остров. Я не ожидала, что он снова признается мне, все еще умоляя дать ему еще один шанс, надеясь, что наша семья воссоединится. Я отказала ему, но в тот момент мое сердце опустело, словно его вырвали. Позже я увидела его пьющим на террасе. Я никогда не видела, чтобы он так много пил; он был пьян и без конца звал меня по имени. Я помогла ему добраться до комнаты и заботилась о нем всю ночь… Когда он проснулся, он больше ничего не сказал и, как и обещал, отпустил меня. Но в момент прощания, услышав, как он благословляет меня, мое сердце так сильно болело; я даже заплакала…» Пока она говорила, глаза Элис Робинсон уже покраснели. Услышав это, тётя П.А. тяжело вздохнула: «Неудивительно, что ты избегаешь генерала Лоуренса с тех пор, как вернулся…» Элис Робинсон с болью в голосе произнесла: «Тетя П.А., я забочусь о Клоде; я действительно хочу быть с ним и всерьез планирую выйти за него замуж. Но теперь… действительно ли я подхожу для того, чтобы выйти за него замуж? Мое сердце… я сама не уверена…» Тетя П.А. поспешно посоветовала: «Мисс, можете сказать мне эти слова, но ни в коем случае не говорите их генералу Лоуренсу. Если вы скажете это ему, ваши отношения с генералом Лоуренсом закончатся…» «Знаю, поэтому и не знаю, как встретиться с Клодом…» «Как насчет такого варианта: когда сегодня вечером придет генерал Лоуренс, обсудите с ним возможность отложить свадьбу, но обязательно не говорите, что вы планируете отложить свадьбу из-за мистера Робинсона?» Элис Робинсон растерянно посмотрела на тетю П.А.: "Ты не сердишься?" Тетя ПА улыбнулась: «Почему я должна злиться?» Элис Робинсон неловко пробормотала: «Злюсь на то, какая я бесполезная… После того, как я наконец-то прожила год в спокойствии, он снова все нарушил». Тетя П.А. вздохнула и утешила: «Мисс, больше всего я надеюсь увидеть, как вы обретете счастье… Честно говоря, тетя П.А. всегда надеялась, что вы выйдете замуж за мистера Робинсона, ведь мистер Робинсон — биологический отец Рейчел, и каким бы хорошим ни был генерал Лоуренс, он не сможет заменить его в качестве биологического отца. Но у мистера Робинсона никогда не было таких мыслей о вас, и он снова и снова причинял вам боль, поэтому я так старалась свести вас с генералом Лоуренсом. Я думаю, что по сравнению с выбором любимого человека, лучше выбрать того, кто любит тебя. Однако я не ожидала, что у мистера Робинсона на самом деле были к вам чувства, он просто был медлительным и не осознавал своих собственных чувств…» «Так что, тётя П.А., вы не будете смотреть на меня свысока из-за моей бесполезности…» Тетя П.А. улыбнулась и искренне сказала: «Мисс, вы такая глупая, как тетя П.А. может смотреть на вас свысока? Честно говоря, тетя П.А. наблюдала, как вы росли; никто не понимает ваших чувств к мистеру Робинсону лучше меня. Тетя П.А. весь год боялась рассказать вам о новостях мистера Робинсона с другими женщинами, опасаясь, что вы расстроитесь. Тетя П.А. знает, что вы с самого начала не отпускали мистера Робинсона…» Элис Робинсон слегка надула губы: «Он сказал, что не встречается с другими женщинами, что он просто создал эту новость, чтобы привлечь мое внимание…» Тётя П.А. пробормотала: «Посмотри на себя, твоё сердце уже склоняется к мистеру Робинсону…» "Я…" «Хорошо, с сердечными делами даже тётя П.А. вам не поможет. Просто поговорите сегодня вечером с генералом Лоуренсом. Решать вам, объяснять ли ему всё подробно или нет. Но я должна сказать за генерала Лоуренса: он действительно лучший человек для вас». Во время ужина Рейчел погладила свой плоский живот и спросила: «Мама, можно нам теперь поесть?» «Нет, дядя Лоуренс ещё не приехал; мы подождём его». Рейчел послушно сказала: «Я позвоню дяде Лоуренсу и спрошу, когда он приедет…» "Хорошо." Слуга поднял Рахиль со стола в столовой, и Рахиль побежала в гостиную. "Дядя Лоуренс!!" Радостные возгласы Рейчел вывели Элис Робинсон из задумчивости. Элис Робинсон посмотрела в сторону холла и увидела Клода Лоуренса, только что вошедшего в дверь, который присел на корточки, чтобы поднять Рейчел, бросившуюся ему в объятия. Клод Лоуренс всегда обожал Рейчел, нежно целовал ее, а затем с любовью нес на руках в столовую. Увидев Клода Лоуренса, Элис Робинсон почувствовала, как в ее сердце поднялось необъяснимое волнение. Клод Лоуренс, держа на руках Рейчел, сидел напротив Элис Робинсон. Как только Рейчел села, она поспешно спросила Клода Лоуренса: «Дядя Лоуренс, можно нам уже поесть? Мама сказала, что нам нужно подождать тебя, прежде чем начать…» Клод Лоуренс ласково похлопал Рейчел по затылку: «Конечно, можешь, ешь…» «Генерал Лоуренс, я подам вам обед», — сказала тётя П.А. сбоку. Клод Лоуренс вежливо улыбнулся: «Хорошо». После ухода тети П.А. Клод Лоуренс извиняющимся взглядом посмотрел на Элис Робинсон: «Неожиданно возникли обстоятельства, извините за опоздание». Элис Робинсон покачала головой: «Мы недолго ждали, ты же знаешь, Рейчел всегда быстро проголодается». Клод Лоуренс слабо улыбнулся, взял палочки для еды и положил кусочек курицы в тарелку Алисы Робинсон: «Ты такая худая, тебе бы побольше есть…» "Спасибо." Увидев это, Рейчел, с набитым ртом, пробормотала: «Дядя Лоуренс так добр к маме!» ---------- Главы 1226–641: Дополнительная история: Раскрыта связь между Большим Злым Волком и Маленьким Белым Кроликом Клод снова рассмеялся, нежно прикоснувшись к Рейчел. Видя, как Клод проявляет привязанность к Рейчел, Элис Робинсон, опустив голову, чувствовала себя очень расстроенной. «Мама, когда дядя вернется?» Никто не ожидал, что пока все спокойно ели, Рейчел вдруг задаст такой вопрос. Элис Робинсон проглотила пищу, не пережевав ее, она застряла у нее в горле, вызвав кашель. Тётя П.А. быстро подала Алисе Робинсон воды. Не заметив необычной реакции матери, Рейчел, с набитым ртом, снова спросила: «Мамочка, дядя обещал вернуться с тобой и сказал, что купит мне…» Рейчел поспешно прикрыла рот рукой, боясь случайно раскрыть свой секрет с дядей, и одарила Элис Робинсон очаровательной улыбкой: «Мамочка, когда дядя вернется?» Элис Робинсон и тетя П.А. обе посмотрели в сторону Клода. Клод ел и выглядел совершенно нормально. Тётя П.А. строго сказала: «Рэйчел, разве бабушка П.А. тебе не говорила? Нельзя разговаривать во время еды». Рейчел ответила «Ох» и послушно продолжила есть. Элис Робинсон опустила голову, наблюдая за выражением лица Клода. Хотя он казался бесстрастным, она чувствовала, что Клод недоволен. После ужина, чтобы у Элис Робинсон и Клода была возможность поговорить наедине, тетя П.А. отвела Рейчел на второй этаж пораньше. В этот момент в гостиной на первом этаже Элис Робинсон и Клод стояли лицом друг к другу. Клод нежно погладил щеку Алисы Робинсон и тихо сказал: «Мне нужно кое-что уладить сегодня вечером, поэтому я не останусь здесь с тобой… У тебя был долгий день в дороге, и ты, должно быть, устала, отдохни пораньше». Элис Робинсон была встревожена и не знала, что делать, столкнувшись с Клодом. Клод поцеловал Элис Робинсон в лоб и повернулся, чтобы уйти. «Подожди, Клод». Элис Робинсон окликнула Клода. Клод остановился, повернувшись спиной к Элис Робинсон. Элис Робинсон медленно произнесла: «Я хотела бы немного поговорить с вами, у вас есть время?» Клод обернулся, сохраняя невозмутимое выражение лица. Элис Робинсон и Клод подошли к окну от пола до потолка в гостиной и оба смотрели на сад за окном, где уже включили свет. Они долго молчали, пока Элис Робинсон не заговорила первой: «Клод, прости меня…» Клод не обернулся, чтобы посмотреть на нее, молча смотрел вдаль, и спокойным голосом спросил: «Почему ты так говоришь?» Элис Робинсон повернула голову, чтобы посмотреть на бесстрастный профиль Клода: «Думаю, нам, наверное, стоит пересмотреть наши планы насчет свадьбы». Клод оставался спокойным, его тон был холодным: "Почему?" «Потому что есть кое-что, что я хочу, чтобы вы знали». «Если вы хотите сказать что-то о Честере Робинсоне, я не хочу этого слышать». Тело Элис Робинсон дернулось. Клод безразлично повернулся к Элис Робинсон и спросил: «После нескольких дней, проведенных с ним, ваше сердце по нему пошатнулось?» «Всё не так, Клод, позволь мне объяснить». Клод усмехнулся, в его мягком голосе слышалась боль: «Хорошо, объясни». Увидев боль в глазах Клода, Элис Робинсон почувствовала сильное чувство вины и сожаления: «Я… я…» Но она не знала, как объяснить ситуацию. «Что случилось? Неужели так сложно объяснить?» Его суровый взгляд заставил её почувствовать холод. Он вдруг холодно рассмеялся: «Алиса, кажется, ты не знаешь, как мне это объяснить, правда? В конце концов, это нечто невыразимое». Невыразимо? Элис Робинсон растерянно посмотрела на Клода, но в ответ получила лишь его агрессивный взгляд. Клод вдруг закричал: "Разве ты не знаешь, что теперь ты моя женщина?!" Его резкий голос заставил Элис Робинсон отступить в страхе. Клод внезапно шагнул вперед, схватил дрожащую Элис Робинсон за плечи и, стиснув зубы, выпалил: «Ты сказала, что хочешь объяснить… Хорошо, тогда объясни мне, что значит то, что ты переспала с Честером, что означает твое нежелание расстаться с ним?» Элис Робинсон решительно покачала головой: «Нет… Клод, ты меня неправильно понял, я не…» Клод болезненно рассмеялся, прервав объяснение Элис Робинсон; его глаза были полны боли, когда он медленно отпустил Элис Робинсон, глупо смеясь: «Всего за семь коротких дней ты снова отдала ему свое тело и сердце… А я… что я для тебя значу?» Сказав это, Клод изо всех сил ударил кулаком по окну. Увидев, что у Клода кровоточит кулак, Элис Робинсон поспешно подошла ему на помощь: «Клод, это не то, что ты думаешь, у меня не было с ним никаких дел…» ---------- Глава 1227–641: Дополнительная история: Раскрыта взаимосвязь между Большим Злым Волком и Маленьким Белым Кроликом_2 Клод Лоуренс резко оттолкнул Элис Робинсон, позволяя крови стекать с его руки. Он разочарованно посмотрел на нее: «Ты можешь отрицать, что между вами ничего не произошло в те дни, или ты можешь отрицать, что у тебя остались к нему чувства?» "Я…" "Не можете ответить, а вы?" "Клод…" Клод Лоуренс горько усмехнулся: «По твоему выражению лица видно, что ты чувствуешь себя виноватым передо мной… Но, Элис, ты действительно понимаешь, что я ждал тебя весь этот год? Мне не нужна твоя вина, мне не нужно твое раскаяние. Почему я не могу сравниться с Честером Робинсоном?» Последнюю фразу он почти выкрикнул. Глаза Элис Робинсон покраснели от горя, слезы лились как капли дождя. Клод Лоуренс в последний раз усмехнулся, отвернулся и тяжелыми шагами покинул дом Робинсона. Элис с тоской наблюдала за удаляющейся безразличной фигурой Клода Лоуренса, тихо всхлипывая и слабо прислонившись к окну от пола до потолка. "Линь". Энди вошла в офис, держа в руках стопку документов. Элис Робинсон устало потерла лоб, откинувшись на спинку стула и поправляя позу, увидев Энди. Энди положила документы на стол Алисы и уважительно сказала: «Мисс Робинсон, вы выглядите немного уставшей». Алиса покачала головой и открыла лежавший перед ней документ: «У меня всё в порядке… кстати, передайте людям в Германии, что я не смогу присутствовать на церемонии открытия пивного фестиваля по личным причинам, но я пришлю туда дядю Гранта, чтобы он извинился». "Хорошо." «Кроме того, мы выполнили все условия для выхода „Tench“ на биржу. Я планирую объявить о выходе „Tench“ на биржу после пивного фестиваля, а сегодня днем ​​я намерен провести заключительную встречу с директорами по этому поводу. Пожалуйста, соберите их для меня». "Да." Элис передала подписанные документы Энди: «Есть еще что-нибудь?» Энди взяла документы, покачала головой, но заколебалась, застыв на месте и не уходя. Алиса спросила: «Что случилось?» «Э-э, мисс Робинсон, вы не встречались с генералом Лоуренсом в последние несколько дней, что там с генералом Лоуренсом…?» Энди изначально хотела спросить о личных делах Алисы. Элис никогда не относилась к Энди как к простой подчинённой; она видела в Энди сестру, поэтому честно ответила, опустив взгляд: «Между нами возникли проблемы». Энди ахнула, ее губы скривились от изумления. Алиса вздохнула: «Не беспокойся обо мне, продолжай свою работу…» Энди кивнула. Алиса потерла лоб, откинувшись на спинку стула, и ее взгляд постепенно потускнел. Всего за эти семь коротких дней ты полностью отдала ему и тело, и сердце… А что я значу для тебя? Слова Клода Лоуренса вновь всплыли в памяти Алисы. Ее захлестнула бесконечная волна вины и самообвинения, от которой у нее зачесался нос. Я люблю тебя, Элис… Что бы ни случилось, ради Рэйчел, дай мне еще один шанс, позволь мне позаботиться о вас двоих. В ее мысли также вторгся голос Честера Робинсона. Алиса раздраженно приподнялась, положив руки на стол и плотно прижав руки к ушам. Она не хотела слушать, как говорит Честер; она не хотела слушать… Всё это из-за него; если бы не он, она бы сейчас не была так обеспокоена, и отношения между ней и Клодом не сложились бы так, как сейчас. Новый телефон на столе завибрировал, прервав беспокойные мысли Алисы. Алиса взяла трубку и, нахмурив брови, взглянула на номер на экране. Его номер, который она никогда не забудет, даже спустя десятилетия… Она не ответила на его звонок. Небрежно отбросив телефон в сторону, Алиса позволила ему продолжать звонить. В следующее мгновение зазвонил домашний телефон на ее столе. Она собрала свои разрозненные мысли и спокойно нажала кнопку ответа. В трубку раздался голос Энди: «Мисс Робинсон, секретарь президента компании 'QCS', позвонила и сказала, что мистер Робинсон обсуждал с вами сотрудничество в Германии, и она хотела бы продолжить разговор с вами от его имени… мне перевести звонок?» Ей не нужно было думать, чтобы понять, что на другом конце провода он. Хотя ситуация с Клодом её очень расстраивала, она знала, что это не его вина. Если он и звонил, то наверняка, чтобы узнать, как у нее дела; ей не следовало навязывать ему свое настроение. "Соедините звонок!" Энди выполнила просьбу и перевела звонок. Алиса поднесла трубку к уху. Как и ожидалось, это был его магнетический, приятный голос: «Как прошли эти дни?» Его тон был мягким, полным беспокойства. Слегка прикусив губу, Алиса почувствовала, как у нее сжалось горло. «Прости, что позвонила; я очень по тебе скучаю». Элис тяжело опустила глаза, сдерживая боль в горле и стараясь сохранять спокойствие: «Пожалуйста, воздержись от подобных слов в будущем и больше мне не звони. У меня есть парень; такие слова неуместны». Она заставила себя отдалиться от него, снова став холодной. Голос Честера Робинсона звучал хрипло, в нем слышалась едва уловимая печаль: «Понимаю, я не хотел вас беспокоить, просто хотел услышать ваш голос». «Извините, но мне нужно заняться работой». «Хорошо… ты работай». Несмотря на желание повесить трубку после его слов, она крепко прижала телефон к уху. В заключение он сказал: «Берегите себя». Усталость и разочарование в его хриплом голосе заставили ее нос защекотать от переполняющих ее эмоций. Он завершил разговор. Некоторое время она слушала гудок, доносившийся из трубки, медленно опускала телефон и понимала, что глаза горят и пересохли. Тем временем в Нью-Йорке, США. Честер Робинсон стоял у окна от пола до потолка, засунув руки в карманы. В Америке была ночь; внизу двигался оживлённый транспорт, а перед ним виднелись неоновые огни Нью-Йорка. В окне отражался его холодный, внушительный силуэт, лицо было бесстрастным, а черный костюм подчеркивал его ледяную привлекательность. Кит Энтони, стоявший позади Честера, тихо спросил: «Босс, вы плохо себя чувствуете?» Красивое лицо Честера оставалось равнодушным, безмолвным. «Всё идёт по плану. Вас что-нибудь беспокоит?» После долгих раздумий Честер медленно начал: «Я знаю, что сейчас ей от этого очень плохо… Но если я этого не сделаю, я буду лишь наблюдать, как она выходит замуж за Клода Лоуренса». ---------- Глава 1228–642: Дополнительная история: Маленький белый кролик приглашает волка внутрь 1 «Босс, я не думаю, что вы неправы, поступая так… Если бы не генерал Лоуренс, который год назад намеренно создал ложное впечатление, чтобы ввести вас в заблуждение относительно генерала Лоуренса и мисс Элис, вы, возможно, уже были бы с мисс Элис. По сравнению с тем, как генерал Лоуренс намеренно создавал недоразумения, чтобы разлучить вас и мисс Элис, то, что вы делаете сейчас, — ничто. К тому же, когда вы узнали, что генерал Лоуренс и мисс Элис вместе, вы решили их поддержать, вы не обидели генерала Лоуренса…» Взгляд Честера Робинсона был полон молчания, когда он тихо произнес: «Это я втянул Клода Лоуренса в погоню между мной и Элис, я всегда буду ему благодарен». «В то время ситуация была иной… Вы всё ещё ощущали последствия огнестрельного ранения и боялись, что не сможете заботиться о мисс Алисе в будущем, поэтому вы привели в её жизнь генерала Лоуренса. В тот момент вы думали только о мисс Алисе». Честер обернулся и сказал: «Кит Энтони…» "Здесь." Честер улыбнулся: «Почему я не был таким же проницательным, как ты, все эти годы?» Кит Энтони серьезно сказал: «Наблюдатели видят всю картину, когда участники событий находятся в замешательстве. За все эти годы, что вы так переживаете за мисс Элис, я видел все?» «О?» — темные, черные глаза Честера сузились в линию. — «Я всегда думал, что моя забота о ней вызвана лишь тем, что она моя сестра». Кит Энтони лукаво рассмеялся: «Босс, я хотел сказать… Когда вы вообще относились к мисс Элис как к сестре? Когда мисс Элис была увлечена мистером Джеффри, вы казались спокойным внешне, но каждый раз, когда мисс Элис ездила к мистеру Джеффри и возвращалась, ваше настроение было ужасным… Мисс Элис делала все возможное, чтобы быть с мистером Джеффри, она просила вас о помощи, но всякий раз, когда вы обещали помочь, вы сначала просили о вознаграждении в постели, прежде чем помочь ей. Главное, что, похоже, вы никогда по-настоящему не помогали мисс Элис добиваться мистера Джеффри…» Честер поднял бровь: «Неужели я настолько презренный?» Улыбка Кейта Энтони стала шире: «„Гадкий“ — лишь один из них». Честер недовольно взглянул на Кейта Энтони. Кит Энтони быстро сдержал улыбку. Честер нетерпеливо открыл рот: «Почему я раньше не слышал от тебя этих слов?» Кит Энтони невинно сказал: «Босс, я вам тысячу раз говорил… просто в тот момент вы думали только о мисс Квентин, поэтому не восприняли мои слова всерьез». «Ну ладно, расскажи мне поподробнее о том, как Алиса теперь обо мне заботится». Честер, казалось, был заинтригован, лениво прислонился к низкому шкафу и взял стоящий на нем бокал красного вина. Кит Энтони был ошеломлен: «Босс, может, нам лучше поговорить о том, как вы заботитесь о мисс Элис?» Честер слегка нахмурился: «У меня сейчас плохое настроение, не могли бы вы сказать что-нибудь, чтобы меня подбодрить?» «Э-э…» — вдруг рассмеялся Кит Энтони. — «Босс, я понимаю». Рассказывая о том, как порадовать босса, Кит Энтони втайне посмеивался. Босс, вы понимаете, как сильно вы сейчас волнуетесь из-за мисс Элис? Это поистине признак глубокой влюбленности… Автомобиль проехал по оживленным улицам Парижа. Элис сидела на заднем сиденье с мрачным выражением лица. Париж — самый романтичный город в мире, но для Алисы Париж ничем не отличается от других городов, обладая лишь городской суетой и уединением за ней. Так называемая романтика, если её видят два влюблённых человека, остаётся романтической вне зависимости от того, куда они отправятся. «Мисс Робинсон, детский сад прибыл». Напоминание водителя вывело Алису из оцепенения. Если на работе не будет никаких проблем, она уйдет пораньше, чтобы забрать Рэйчел из детского сада, но сегодня ее ждет много утомительных дел в компании, и все же она просто хочет уйти домой пораньше, чтобы побыть с Рэйчел. Водитель открыл дверь машины для Алисы. Элис вышла из машины и увидела, как Рейчел радостно выпрыгивает из школьных ворот, которую издалека держит воспитательница детского сада. Рейчел подняла глаза и увидела Алису, которая радостно бежала к ней: «Мамочка…» Элис присела на корточки, чтобы обнять свою дочь. Однако, как только Рейчел бросилась в объятия Алисы, вокруг внезапно вспыхнуло множество света от фонариков и магниевых лампочек. Прежде чем Элис успела отреагировать, взяв на руки Рэйчел, ее и Рэйчел окружила толпа репортеров. Рейчел вздрогнула, прижалась к Алисе и прошептала: «Мамочка…» Элис крепко обняла Рэйчел, пытаясь понять, что происходит, когда вокруг уже доносились вопросы от разных репортеров. «Мисс Робинсон, час назад кто-то опубликовал в интернете сообщение о том, что запечатлел на видео вашу дочь с её биологическим отцом. Вам что-нибудь известно об этом?» «Мисс Робинсон, источник утверждает, что биологическим отцом вашей дочери является Честер Робинсон, генеральный директор компании «QCS», и приложил фотографии, на которых Честер играет с вашей дочерью в парке развлечений. Действительно ли Честер Робинсон, генеральный директор компании «QCS», является биологическим отцом вашей дочери?» ---------- Глава 1229 - 642: Дополнительно: Кролик приглашает волка в дом 1_2 «Мисс Робинсон, расскажите, пожалуйста, о ваших отношениях с мистером Робинсоном?» «Мисс Робинсон…» Лицо Элис Робинсон уже побледнело, когда она, растерянная и охваченная паникой, прижала к себе Рейчел. К счастью, водитель своим телом заблокировал толпу репортеров и напомнил растерянной Алисе, чтобы она поскорее села в машину. Элис закрыла лицо Рейчел и поспешно села к ней в машину. Репортеры продолжали свою неустанную погоню… Водитель нажал на педаль газа и помчался с места на максимальной скорости. В машине Элис держала на руках Рейчел, которая все еще была в состоянии шока. Водитель встревоженно спросил: «Мисс, эти репортеры все еще преследуют нас… что нам делать? Как все это вдруг так разгорелось?» Водитель был старожилом в семье, как и тетя П.А.; он наблюдал, как росла Элис, и, естественно, знал о ее отношениях с Честером Робинсоном. Рейчел была напугана произошедшим. Она прислонилась к Алисе и пробормотала: «Мамочка, здесь только что было столько репортеров…» Алиса нежно погладила дочь по голове: «Всё в порядке, пусть мама позвонит». "Хорошо." Алиса достала телефон из сумки и обнаружила, что он непрерывно вибрирует. Элис взяла трубку и нажала кнопку ответа, и тут же раздался обеспокоенный голос Энди: «Слава Богу, мисс Робинсон, вы наконец ответили…» Алиса спросила: «Что случилось?» Энди ответила: «Сразу после вашего ухода из компании мне позвонили из Star Fortune Weekly. Они спрашивали о ваших отношениях с мистером Робинсоном… Прежде чем я успела понять, что происходит, все телефоны компании были завалены звонками репортеров со всех сторон, которые спрашивали только о вас и мистере Робинсоне, утверждая, что Рэйчел — дочь мистера Робинсона… Я сразу же попыталась вам позвонить, но ваш звонок так и остался без ответа. Тем временем коллеги рассказали мне, что все это началось с того, что кто-то анонимно выложил в интернет фотографии мистера Робинсона и Рэйчел, играющих в парке развлечений, что и привело к тому, что репортеры начали строить предположения о ваших отношениях с мистером Робинсоном…» Алиса спокойно сказала: «Я сейчас в машине, поговорим об этом, когда я вернусь домой». "Хорошо." Как только Алиса вернулась домой, тетя П.А. уже пришла ее поприветствовать. «Мисс, у нас проблема, к нам домой звонят многочисленные репортеры…» Алиса передала Рейчел тете П.А., тихо сказав: «Я уже знаю об этом, дайте подумать». Тётя П.А. забрала Рейчел, выглядя встревоженной. Водитель рассказал тете ПА о том, как у входа в детский сад налетела толпа репортеров, и она растерялась: «Мисс, что нам теперь делать? Человек, который слил это в интернет, неизвестен, и все так внезапно раздулось…» «Мисс, мисс…» Две горничные внезапно ворвались на виллу снаружи. Тётя П.А. спросила: «Что вызвало такой переполох?» Одна из горничных шепнула тете ПА: «Снаружи много репортеров, они полностью окружили виллу…» Алиса в изумлении подняла глаза. Тётя ПА поспешно сказала: «Скажи телохранителям, чтобы они не пускали этих репортеров, не позволяли им делать случайные фотографии и не впускали их внутрь». "Хорошо." Служанка поспешно выбежала. Тетя П.А. в панике посмотрела на Алису: «Мисс, как могли в интернете появиться фотографии мистера Робинсона и Рейчел в парке развлечений? Неужели кто-то видел мистера Робинсона, когда он в прошлый раз приезжал в Париж к Рейчел?» Алиса тяжело облокотилась на диван: «Я не знаю…» «Что нам теперь делать? Новости только что распространились, а это уже такая большая проблема…» Алиса холодно сказала: «Включи телевизор». "Хорошо." Горничная быстро включила телевизор, и звук от него эхом разнесся по залу. Последний репортаж парижского телевидения, в котором фигурирует единственная наследница семьи Робинсонов, Алиса, был опубликован в интернете час назад. Отцом дочери Алисы, личность которого Алиса всегда отказывалась признавать публично, оказался Честер Робинсон, президент группы компаний «QCS». Информатор заявил, что располагает доказательствами, и не только опубликовал неоднозначные фотографии Честера и Алисы, сделанные ранее, но и фотографии Честера с дочерью Рейчел в парке развлечений… «Как такое могло случиться?» — тётя П.А. была совершенно потрясена этой новостью. Алиса, словно в оцепенении, смотрела на телевизионные кадры, снятые информатором, который разоблачил Честера и Рейчел в парке развлечений, и ей потребовалось много времени, чтобы прийти в себя. Телевидение продолжало транслировать новости… Говорят, что после этой новости эксперт по генетике человека немедленно использовал компьютер для сравнения фотографий Честера и Рейчел и обнаружил, что коэффициент сходства, полученный только по фотографиям, уже соответствует вероятности родства отца и дочери… Городская больница Т. Медсестра А и медсестра Б что-то обсуждали. А сказал: «Эй, ты видел вчерашние новости?..» Б ответил: «Конечно, я это сделал, сестра доктора Робинсона была разоблачена, а ее дочь — президент компании «QCS» Честера Робинсона…» А добавил: «Президент QCS всегда был загадочным человеком, появляясь на публике лишь изредка в течение последнего года. Вам не кажется, что этот президент QCS выглядит как-то…» Б быстро закрыл рот А: «Ты не можешь говорить такие вещи!» А спросил: «Значит, ты тоже так думаешь?» Б. огляделся и мягко кивнул: «Когда я впервые увидел статью о президенте компании «QCS» в каком-то журнале, я заметил, что мистер Робинсон очень похож на доктора Робинсона. У них даже имена одинаковые, я подумал, что это один и тот же человек…» А сказал: «Конечно, это не может быть один и тот же человек. Доктор Робинсон умер год назад, к тому же, доктор Робинсон был мягким и спокойным человеком, а мистер Робинсон — холодным и уважаемым. Их темпераменты совершенно разные…» Б сказал: «Действительно, доктор Робинсон был гораздо более доступным, в то время как мистер Робинсон возведен на пьедестал…» Она с горечью сказала: «Да, я никогда не думала, что доктор Робинсон уйдет из жизни так рано, я была безутешна несколько месяцев…» Б. вздохнула: «Хорошим людям не достается хорошего конца…» А сморщила нос: «Как вы думаете, у сестры доктора Робинсона есть какой-то комплекс неполноценности по отношению к брату? Иначе зачем бы она родила ребенка от человека, который так похож на ее брата?» Б сказал: «Я видел, как Элис и доктор Робинсон приходили в больницу вместе, и доктор Робинсон, казалось, действительно заботился о своей сестре, но я никогда не замечал у Элис никакого братского комплекса. Разве личная жизнь Элис всегда не была богатой? Раньше она говорила о браке с президентом группы компаний «Скайтоп», потом каким-то образом связалась с президентом компании «Йорна», а теперь выяснилось, что дочь Элис — дочь Честера Робинсона из «QCS»… настоящая мыльная опера для высшего общества». ---------- Глава 1230–643: Дополнительно: Маленький белый кролик приглашает волка внутрь 2 А кивнул: «Эта Алиса — просто чудо, не правда ли? Все мужчины вокруг неё — молодые миллиардеры высшего звена, и все они ещё и красавцы… Я так ей завидую, что готов умереть!» Б ответил: «Алиса действительно очень красива, и она родилась в богатой семье. Вполне естественно, что мужчины, с которыми она встречается, тоже богаты». Я говорила с оттенком грусти: «Я ей не завидую из-за слухов о её романе с этими богачами. В конце концов, её нынешнее положение не самое лучшее: она мать-одиночка с внебрачной дочерью. Но теперь, когда выяснилось, что её дочь — дочь генерального директора QCS, это меня действительно беспокоит… Кто бы мог подумать, что после того, как такие магнаты, как Говард Джеффри, Скайлер Джонс и Роджер Леонард, поженились, у холостяка-бриллианта Честера Робинсона уже будет дочь…» «Да-да, это действительно душераздирающе… Я до сих пор мечтаю однажды встретиться с Честером Робинсоном…» Разговор двух медсестер дошел до ушей пожилой женщины, получавшей иглоукалывание за занавеской. "Кристин…" «Мама, я здесь». «Эти медсестры говорят об Алисе?» Кристин Куинн ответила: «Да, мама». «Когда появилась эта новость?» "Вчера." «Кристин, помоги мне встать». Врач приостановил процедуру иглоукалывания, помогая Кристин Куинн поддержать миссис Джеффри, чтобы она смогла сесть. Миссис Джеффри прислонилась к изголовью кровати и спросила: «Как такое могло случиться?» Кристин Куинн сказала: «Я узнала об этом только сегодня утром из новостей… Я уже позвонила Скайлер, чтобы узнать, что происходит». Миссис Джеффри сказала: «Я слышала от Бекки, что Честер осознал свои чувства и планирует помириться с Алисой. Это правда?» «Да, но у Алисы уже есть парень». «Этот Честер, у которого тогда даже был ребенок от Алисы, все равно бросил ее и ребенка… Он заслужил то, что получил». Кристин Куинн рассмеялась: «Мама, разве Честер сейчас не изо всех сил пытается завоевать Алису? Думаю, эту новость, вероятно, слил сам Честер… Я слышала от Говарда, что Честер взял Алису на несколько дней в отпуск на остров Пена, пытаясь всеми силами помириться с ней, но Алиса очень своенравна и отказывается оглядываться назад. Поэтому у Честера не осталось другого выбора, кроме как предать это огласке, чтобы Алиса не смогла легко от него избавиться…» Миссис Джеффри ласково улыбнулась: «Элис должна быть такой. Иначе, если она выйдет замуж за Честера в будущем, Честер может ею помыкать». «Мама, если Элис оглянется назад и сойдётся с Честером, она определённо будет очарована им всю жизнь… И всё потому, что мужчины из семьи Джеффри такие хитрые». «Кристин, я не могу говорить за Говарда и Бекку, но, похоже, наша Скайлер полностью под твоим контролем…» Кристин Куинн смутилась: «Мама, ты не знаешь. Скайлер относится ко мне как к королеве на людях, но когда мы остаемся наедине…» В этот момент Кристин покраснела и застенчиво сказала: «В любом случае, он тоже не очень хороший парень». Миссис Джеффри рассмеялась: «К счастью, все три сына Стивена не такие, как он, они люди, питающие глубокую привязанность…» «Мама, ты наконец-то признала, что Честер — ещё и папин ребёнок?» Миссис Джеффри тихо сказала: «Я виню Вивиан Линдси. Я никогда никого другого не винила… Честер тоже жалкий ребенок; Вивиан Линдси держала его в неведении, и он никогда не знал о своем происхождении, чуть не выступив против Говарда и Скайлер… Он самый несчастный из трех братьев, с детства лишенный отцовской и материнской любви». Кристин Куинн согласилась: «Мама, я искренне желаю, чтобы Честер и Элис были вместе. Хотя генерал Лоуренс тоже отличный специалист, мне все равно кажется, что Честер и Элис подходят друг другу больше…» «Естественно, поскольку Рейчел — дочь Честера, если Алиса не выйдет замуж за Честера, то их троих нельзя будет по-настоящему считать семьей». Кристин Куинн пошутила: «Жаль, что Элис гораздо более волевая, чем мы; если она говорит, что не оглядывается назад, то она действительно это имеет в виду. Честеру, возможно, будет не так-то просто вернуть её…» Миссис Джеффри нежно сказала: «У этого мальчика Честера высокий IQ, но, похоже, его эмоциональный интеллект не так высок… Почему же ему до сих пор не удалось вернуть Алису?» «Мама, может, позвоним Честеру и спросим, ​​что с ним случилось?» «Хорошо… Мне бы хотелось услышать, как этот негодяй планирует вернуть Алису». «Хорошо, хорошо». Кристин Куинн поспешно достала телефон. Кристин Куинн, выглядевшая так, будто вот-вот увидит хороший сериал, набрала номер телефона Честера Робинсона: «Привет…» ---------- Глава 1231–643: Дополнительная история: Маленький белый кролик приглашает волка внутрь 2-2 "Привет?" Услышав голос, который не принадлежал Честеру, Кристин Куинн на мгновение опешилась и спросила: «Э-э, вы Кит Энтони?» «Да, могу я спросить, кто вы?» «Здравствуйте, помощник Энтони, меня зовут Кристин Куинн». Кейт Энтони тут же уважительно ответил: «Мисс Куинн, извините, я не узнал ваш голос». "Всё в порядке… Кстати, этот телефон ведь принадлежит Честеру?" «Это звонок от начальника, но начальник сейчас не может ответить на звонок». Кристин Куинн была ошеломлена: «Что случилось?» На другом конце провода Кит Энтони вздохнул: «С тех пор, как босс вернулся из отпуска на острове Фоум с мисс Элис, он в подавленном настроении. Он даже не появлялся в компании все эти дни, целыми днями сидит в номере, пьет в одиночестве, не отвечает ни на чьи звонки…» Кристин Куинн была потрясена, ее глаза широко раскрылись, когда она посмотрела на миссис Джеффри. Миссис Джеффри спросила: «Что случилось?» Кристин Куинн медленно положила трубку и сказала миссис Джеффри: «Мама, помощник Энтони сказал, что Честер в плохом настроении с тех пор, как вернулся с острова Фоум вместе с Элис, сидит дома, пьет в одиночестве каждый день, даже не занимается делами…» «Что?» — миссис Джеффри обеспокоенно нахмурилась. — «Этот ребенок… почему он чувствует себя таким безнадежным?» «Мама, неужели Элис совсем не дает Честеру ни единого шанса?» «Трудно сказать, порой для женщины нет ничего более болезненного, чем мертвое сердце…» «Тогда что же нам делать? Честер — брат Оверски и Говарда Джеффри, мы же не можем просто так наблюдать, как Честер чахнет, правда?» Миссис Джеффри кивнула: «Это напоминает мне об Оверски и о вас… Тогда Оверски думал, что вас больше нет, он заперся в своей комнате и пил в одиночестве целый месяц, чуть не погиб от отравления алкоголем… Честер, должно быть, сейчас понимает, как сильно он заботится об Алисе, но утопать горе в алкоголе в конечном итоге только навредит организму». «Мама, как женщина, я понимаю Алису, я не думаю, что у Алисы действительно нет чувств к Честеру…» «Почему бы нам не поехать во Францию ​​и не навестить Алису?» "Хм?" Миссис Джеффри сказала: «Сегодня последний сеанс иглоукалывания, с моей спиной все в порядке, почему бы не поехать во Францию ​​к Алисе, поговорить с ней о Честере, посмотреть, есть ли у них шанс помириться». «Хм-хм.» В то же время, Нью-Йорк, США. Кит Энтони закончил разговор и с улыбкой направился к своему начальнику. Начальник сидел на диване, элегантно скрестив ноги, а рядом стоял бокал дорогого красного вина. "Босс…" "Хм?" — Честер равнодушно взглянул на экран, на котором отображались неоднозначные новости о нем и Алисе, на его губах появилась легкая улыбка. Кит Энтони усмехнулся: «Только что вам звонила мисс Куинн, я рассказал ей о вашей ситуации, как вы и просили». Улыбка на губах Честера стала шире, он поднял бокал с вином, медленно отпил глоток и неторопливо спросил: «Она с миссис Джеффри?» "Да." Улыбка Честера стала еще шире. Кит Энтони лукаво заметил: «Босс, теперь, когда новость так разлетелась, старая миссис Джеффри обязательно поговорит с Алисой от вашего имени, как вы и предполагали. Время, место и люди уже подобраны, не пора ли вам появиться рядом с мисс Алисой?» Честер поставил бокал и с полуулыбкой ответил: «Еще не подходящее время». Кит Энтони с любопытством спросил: «Тогда когда же настанет подходящее время?» Честер многозначительно усмехнулся. Париж, Франция. «Это ужасно! Эти репортеры уже два дня блокируют ворота виллы, неужели они не позволят нам входить и выходить?» — сердито сказала тетя ПА, стоя в саду и глядя на плотную толпу у ворот. Водитель сказал: «Боюсь, эти люди не сдадутся, пока не достигнут своей цели, они не остановятся, пока не возьмут интервью у Мисс!» Тётя П.А. в ярости воскликнула: «Если эти люди не уйдут, я прогоню их метлой!» Водитель кивнул: «Эти репортеры просто невыносимы!» Тётя ПА в гневе вернулась на виллу и увидела Алису. Она была одета в повседневную домашнюю одежду и тихо сидела на диване. Тётя П.А. быстро успокоила свой гнев и уважительно обратилась к ней: «Мисс». Алиса подняла глаза и спросила: «Эти репортеры все еще у ворот?» Тётя ПА кивнула: «Прошло уже два дня, а эти репортёры ни на йоту не сдвинулись с места, их число только растёт». Лицо Алисы помрачнело, и она замолчала. Тетя П.А. сказала: «Мисс, разве то, что эти репортеры блокируют ворота, — это решение? Вы же не можете просто не возвращаться в «Тенч», да и Рейчел тоже не ходит в школу?» Элис откинулась на диван, раздраженно потерла висок: «Я уже отправила кого-то расследовать действия интернет-информатора, он не показался мне подозрительным. За несколько дней до этого он выложил в интернет фотографии Честера и Рейчел, играющих в парке развлечений, но тогда не было никакого ажиотажа в СМИ, поэтому это не вызвало большого резонанса. Кто бы мог подумать, что репортер из Star Fortune Weekly обнаружит эту новость в интернете и подготовит заголовок для первой полосы, чтобы привлечь внимание, но ее случайно обнаружили коллеги, что вызвало переполох… вот почему эти репортеры наводнили детский сад, заблокировали Рейчел и меня». Тетя П.А. села рядом с Алисой и с тревогой сказала: «Мисс, все репортеры ждут вас снаружи, вы не сможете вечно этого избегать. Вы подумали, как им все это объяснить?» Алиса спокойно сказала: «Я не признаю, что Рейчел — родственница Честера». «Но фотографии есть в интернете, как вы объясните, что Честер сопровождал Рейчел в парке развлечений?» «Могу сказать, что мы с Честером просто друзья». «Боюсь, эта причина не убедит этих репортеров… Мисс, вы всегда не общались с президентом компании «QCS» и публично заявляли, что не знакомы с мистером Робинсоном. Теперь, когда стало известно о ваших отношениях с мистером Робинсоном, ваши заявления о дружбе с ним кажутся немного чрезмерными, не так ли?» Алиса с тревогой прижала руку ко лбу: «Что же мне тогда делать?» «Мисс, я думаю, что эта новость сильно задела и мистера Робинсона. Почему бы вам не позвонить ему, обсудить это и узнать, что он скажет?» Алиса приподнялась: «Ребенок к нему не имеет никакого отношения, я не буду с ним связываться». Тетя П.А. нахмурилась: «Мисс, почему вы опять упрямитесь? Разве у вас все еще нет чувств к мистеру Робинсону? То, что этот инцидент стал достоянием общественности, на самом деле хорошо, это позволит вам и мистеру Робинсону быть вместе естественным образом…» Элис встала и спокойно сказала: «Тетя П.А., я рассказывала вам о своих чувствах к Честеру, но независимо от того, как я к нему отношусь, я не собиралась возобновлять с ним отношения… Мои «извинения» перед Клодом были не потому, что я хотела начать все сначала с Честером, а потому, что я не хотела выходить замуж за Клода с нечистыми чувствами». ---------- Глава 1232–644: Дополнительная история: Маленький белый кролик приводит волка в дом 3 Тетя П.А. в шоке встала: «Мисс, почему вы не хотите дать мистеру Робинсону шанс? Вы считаете, что это будет несправедливо по отношению к генералу Лоуренсу?» Элис Робинсон молча смотрела вдаль и тихо произнесла: «Я не хочу быть для него запасным вариантом… Я прекрасно понимаю его чувства к Бекке. Сейчас он просто довольствуется вторым лучшим вариантом, потому что не может быть с Беккой. Раньше я, возможно, не возражала бы быть его запасным вариантом, потому что я так сильно любила его, всё, чего я хотела, — это оставаться рядом с ним. Но теперь я не позволю себе жить так смиренно… Даже если я не могу выйти замуж за Клода с чистым сердцем сейчас, я не приму нечистое сердце Честера Робинсона». Тетя П.А. вздохнула: «Мисс, ваш характер очень похож на характер мадам. Она тоже не могла смириться с тем, что у сэра был ребенок от другой женщины, поэтому, хотя сэр позже много раз пытался вернуть мадам, она все равно не простила его и в конце концов скончалась в несчастье. Но правда в том, что мадам действительно любила сэра… Как и вы, мисс, она просто не хотела идти на компромисс». Элис Робинсон смотрела на цветущие цветы в саду. Возможно, они не так привлекательны, как розы, не так благородны и элегантны, но они никогда не унижались. Им по-прежнему нужна плодородная почва, как розам, по-прежнему необходимы солнце и дождь. Они могут признавать, что не могут сравниться с розами, но они всегда цветут с высоко поднятой головой, никогда не опускаясь до небес. Разговор Элис Робинсон прервал телефонный звонок. Она достала телефон, мельком взглянула на него, но долго не отвечала. Тетя П.А. подошла к Алисе Робинсон и тихо спросила: «Кто зовет? Почему вы не отвечаете, мисс?» Взгляд Элис Робинсон оставался бледным и безмолвным. Тетя ПА, увидев номер на экране телефона Алисы Робинсон, радостно воскликнула: «Это мистер Робинсон!» Элис Робинсон просто нажала кнопку «Отклонить». Улыбка тети П.А. мгновенно застыла: «Мисс…» Элис Робинсон легкомысленно сказала: «Я больше не хочу с ним связываться». «Мисс, должно быть, мистер Робинсон звонит по поводу новостей. Почему бы вам не обсудить это с ним?» «Я сам с этим разберусь». "Но…" Не успела тётя ПА закончить, как Элис Робинсон уже поднималась на второй этаж. В комнате на втором этаже Элис Робинсон стояла у окна, наблюдая, как телохранители и слуги семьи яростно сдерживали журналистов у ворот виллы. Она раздраженно нахмурила брови. "Мама…" До ушей Алисы Робинсон донесся детский голос. Элис Робинсон отбросила тревожное выражение лица и увидела, как к ней бежит дочь с плюшевой игрушкой. Рейчел уронила плюшевую игрушку и обняла ногу Элис Робинсон, сказав: «Мамочка». Элис Робинсон наклонилась и подняла дочь на руки: «Что случилось, милая?» Рейчел спросила: «Почему я не могу пойти в школу последние два дня?» «Разве ты всегда не говорил, что у мамы нет на тебя времени? Мама сейчас не ходит в кабинет, поэтому я отпросилась с работы у твоей учительницы, чтобы ты мог пожить у меня». «Но мама не берет меня играть на улицу». "Э-э… Сейчас это невозможно, может быть, через несколько дней, хорошо?" "…Хорошо." Увидев, как Рейчел опустила голову после ответа, Элис Робинсон с беспокойством спросила: «Дорогая, почему ты выглядишь несчастной?» Рейчел ответила: «Я скучаю по дяде». Элис Робинсон вздрогнула: «Разве я не говорила вам, что дядя снова уехал в очень далекое место?» «Но дядя пообещал вернуться, а ещё сказал, что купит мне целый набор кукол из игры Plants vs. Zombies». Элис Робинсон нахмурилась: «Мама же тебе раньше говорила не покупать эти игровые куклы, верно?» Рейчел прикрыла рот рукой, поняв, что случайно проговорилась. Элис Робинсон серьезно посмотрела на Рейчел: «Что еще ты рассказала дяде?» Рейчел быстро махнула руками: «Ничего… Я не просила дядю покупать что-либо еще, просто дядя сказал, что детям можно иногда поиграть в игры, поэтому я попросила дядю купить кукол Plants Vs Zombies…» «Хорошо, но в будущем тебе нельзя будет прятаться от мамы и просить у дяди игрушки». "Ой." «Хорошо, иди поиграй сама… Маме нужно о чём-то подумать». Элис Робинсон поставила Рейчел на пол и поцеловала прекрасную дочку в лоб. Рейчел не убежала сразу, а моргнула своими длинными ресницами и посмотрела на Элис Робинсон, внезапно спросив: «Мама, дядю зовут Честер Робинсон?» "Да!" Рейчел опустила голову и сказала: «О», — и, несмотря на свой небольшой рост, выглядела очень задумчивой. Элис Робинсон деликатно спросила: «Что случилось? Зачем вдруг спрашивать имя дяди?» «Потому что я услышала, как репортеры у ворот детского сада на днях упомянули мое имя, они сказали, что я дочь дяди… Я не понимаю, мама…» ---------- Глава 1233–644: Дополнительная история: Кролик впускает волка в дом 3_2 Элис Робинсон никак не ожидала, что невинный ум её дочери так зациклится на этом. Она присела на корточки, нервно держа дочь за плечи: «Дорогая, я же тебе говорила, что в этом мире есть люди, которые похожи друг на друга, а значит, есть и люди с одинаковыми именами… тот, о ком говорил репортер в тот день, он не твой дядя; у него просто такое же имя, как у твоего дяди». Рейчел посмотрела на Элис широко раскрытыми, невинными глазами: «Значит, он папа Рейчел?» "Он…" Рейчел уронила свою плюшевую игрушку и, обняв Алису, пробормотала: «Мамочка, дети в детском саду всегда смеются надо мной из-за того, что у меня нет папы… Я что, ребенок, которого мой папа не хочет?» Элис позволила Рейчел опереться ей на плечо и мягко успокоила ее: «Все не так… твой папа тебя не бросил». «Тогда почему папы нет со мной и мамой? У других детей мамы и папы всегда вместе». "Потому что… потому что…" Спустя столько лет она так и не смогла ответить на этот вопрос своему ребёнку. Когда Рейчел была младше, она легко была отмахнута от этого, но теперь она стала старше и поняла значение слова «папа», и Элис больше не могла быть уклончивой и пренебрежительной. Рейчел медленно отстранилась от объятий Алисы, на ее юном лице читалось разочарование. «Мамочка, я слышала от Томми из детского сада, что его мама и папа развелись, поэтому он живет с мамой. А вы с папой тоже развелись?» «Да». В данный момент это, вероятно, было единственным предлогом, который она могла использовать, чтобы оттянуть время с ребёнком. «Мамочка…» — Рейчел снова обняла Алису, прижавшись к ее плечу, — «Я хочу знать, кто мой папа. Ты расскажешь мне, когда я вырасту и пойму?» «Хорошо». Алиса крепко обняла дочь и поцеловала её мягкие волосы у виска. Рейчел отстранилась от Алисы, мгновенно отпустив все свои тревоги: «Мамочка, я пойду играть…» Алиса кивнула. Рейчел радостно выскочила из комнаты. Наблюдая за беззаботным поведением Рейчел, Алиса наконец медленно выдохнула. Она, обхватив подушкой руки, села на диван в комнате, слегка растерянная. По какой-то причине в ее памяти снова всплыли сцены из сна. В подсолнечном поле они втроем, всей семьей, радостно прогуливались… Несмотря на то, что они с ним не общались последний год, ей всё ещё снились такие сны, и каждый раз, просыпаясь, она испытывала смешанные чувства. Почему ей постоянно снились эти сны? Почему ее сердце горечило всякий раз, когда она думала о нем, видела его или мечтала о нем? Неужели ее чувства к нему действительно не угасли? Тук-тук Стук прервал мысли Алисы. "Войдите." Думая, что это тетя П.А., Алиса не поворачивала голову, пока не почувствовала на себе два ярких луча света, направленных на нее, после чего безучастно повернула голову к двери. Когда взгляд Алисы встретился с взглядом Клода Лоуренса, стоявшего в дверях, она на мгновение опешилась. Подушка выскользнула из ее рук, и она медленно поднялась. "Клод." Голос Клода Лоуренса был слегка хриплым: «Можно войти?» "Конечно." В комнате Клод Лоуренс сидел на диване напротив Алисы, локти его опирались на колени, а пальцы были сцеплены. Алиса пристально смотрела на Клода Лоуренса, ее сердце сжималось от вины и раскаяния. Клод Лоуренс заговорил первым: «Я приношу свои извинения за то, как я разговаривал с вами в тот день». Элис энергично покачала головой: «Это я должна перед тобой извиняться. Это я причинила тебе боль». Клод Лоуренс тяжело вздохнул, его потускневшие глаза встретились с полными извинений взглядом Алисы: «Я много думал последние два дня. Мне кажется, что именно мой эгоизм, продиктованный прихотью, привел к сегодняшней ситуации». Глаза Алисы покраснели от беспокойства. Клод Лоуренс тихонько усмехнулся, в его голосе читалась грусть: «Если бы не недоразумение, которое я намеренно создал год назад, чтобы заставить Честера Робинсона отказаться от тебя, проблемы, с которыми мы сталкиваемся сегодня, могли бы быть решены год назад». «Я никогда тебя не винила, Клод. Я знаю, что всё, что ты делал, было мне на пользу…» Клод Лоуренс посмотрел на Элис с глубокой болью, его голос был крайне хриплым: «Я всегда знал о твоих чувствах к Честеру Робинсону. Даже в этом году, когда ты притворилась, что забыла его, я все равно знал, что самые сокровенные уголки твоего сердца все еще принадлежат ему…» У Алисы зачесался нос от кислого запаха: «Клод, веришь ты этому или нет, но я выбрала тебя после долгих раздумий. Я не выбирала тебя из-за затаенных чувств к Честеру, и даже сейчас я не думала о том, чтобы вернуться к Честеру… Причина, по которой я хотела поговорить с тобой в тот день о пересмотре нашего брака, заключалась не в том, что я хотела начать все заново с Честером. Просто в тот день мое сердце было ужасно сбито с толку…» Красные слезы навернулись на глаза и закружились в них: «За те несколько дней на Пенном острове с Честером между нами ничего не произошло. Я постоянно думала о том, чтобы скоро уехать. Он всячески пытался удержать меня и много раз признавался мне в своих чувствах, но у меня все равно не осталось к нему никаких чувств. Но в тот день, когда Рейчел попала в беду, ты первым помчался во Францию. Я была в растерянности и инстинктивно вернулась на Пенный остров, чтобы найти его… В ту ночь я даже не ожидала, что буду плакать как ребенок перед ним. Он утешал…» «Я держала его на руках, и мне не было страшно. Наблюдая за тем, как он серьезно обзванивает своих подчиненных в городе Т, я чувствовала себя так спокойно…» Когда она говорила, у Алисы перехватило дыхание: «В ту ночь он много выпил. Видя его таким потерянным и одиноким, я необъяснимо почувствовала боль в сердце… Я всю ночь сидела у его постели, ухаживая за ним, а на следующий день, когда услышала, как он издалека предлагает отпустить меня с острова, мне стало очень грустно… Я думала, что эта печаль вызвана лишь тем, что я не могла вынести его одиночества и горя, что я просто жалею его, но когда он отвел меня к пристани, и я услышала, как он желает мне всего наилучшего, в тот момент неудержимые слезы сказали мне, что я не отпустила его…» Клод Лоуренс глубоко вздохнул, отвернулся и посмотрел в окно. Сердце сжималось от боли и сжималось в узел, ему хотелось просто разбить все в комнате, чтобы выплеснуть свои чувства. Но он не мог допустить, чтобы она почувствовала хоть малейшую боль. Затуманенное слезами зрение Алисы смотрело в слегка покрасневшие глаза Клода Лоуренса, и ее сердце наполнялось все большей виной. «Клод, я выбрала быть с тобой, не имея никаких связей с прошлым. Я искренне хотела начать все сначала и действительно верила, что полностью отпустила прошлое. Но… я не знаю, почему, когда я встретила его, я так запаниковала, так растерялась. Я…» Алиса задыхалась от волнения, не в силах говорить, лишь повторяя снова и снова: «Прости, мне очень жаль…» ---------- Глава 1234–645: Дополнительная история: Кролик приводит волка в дом 4 Он поднял ее голову, уткнувшуюся в колени, и нежно обнял ее заплаканное, хрупкое лицо, из которого так и вырвалась нежность: «Разве я не говорил тебе, что нельзя плакать при мне?» Она горько рыдала. Он осторожно вытер слезы с уголков ее глаз, несмотря на глубокую печаль, запечатленную в его глубоком взгляде. На его лице не было и следа печали, он спокойно произнес: «Не говори, что тебе жаль, ты не виноват... Год назад я боялся, что Честер вернется, чтобы найти тебя, и ты без колебаний уйдешь с ним, поэтому я действовал перед Честером...» Тепло его кончиков пальцев медленно вытирало слезы, непрерывно текущие по ее щекам, его голос был хриплым: «Я не так благороден, как ты думаешь… Если бы я действительно заботился о тебе, когда Честер вернулся, чтобы найти тебя, я должен был отпустить тебя и позволить тебе уйти с ним. Но я этого не сделал, даже зная, как сильно ты надеялась, что он вернется за тобой, я даже не упомянул об этом…» Алиса печально прикусила губу, ее тело дрожало от рыданий. «Не плачь…» — уговаривала Клод. Алиса пробормотала от боли: «Прости меня…» Клод, держа на руках раскаявшееся лицо Алисы, тихо сказал: «Мне не следовало принимать решения за тебя год назад, и тем более не стоит винить тебя сейчас…» "Клод..." Клод нежно поцеловал Алису в лоб. Его губы были тёплыми, но её лицо было холодным и бесчувственным. Он посмотрел на неё с затянувшимся нежеланием: «Я имею дело с Честером уже больше десяти лет, хотя мы по-настоящему познакомились всего год назад. Насколько я понимаю, если бы он искренне не осознавал, что испытывает к тебе чувства, он бы не стал опускать руки год назад, чтобы найти тебя. Знаешь, он никогда не показывает слабость и дорожит своей гордостью…» Алиса покачала головой. «Конечно, как и ты, я не мог понять намерений Честера. Действительно ли он отказался от Ребекки Квентин и хочет начать все сначала с тобой, это знает только он сам… Но если он искренне хочет вернуть тебя, и твое сердце тоже к нему, думаю, тебе стоит попробовать…» Заплаканные глаза Алисы расширились. Клод пристально посмотрел в глаза Алисе: «Любить кого-то — это не только обладать ею, чтобы обрести счастье; видеть её счастливой — это тоже счастье». "Клод..." «Пока не говори ничего; выслушай меня». Он вытер навернувшиеся слезы с уголков ее глаз и тихо сказал: «Я говорю это не для того, чтобы сказать, что я сдался, я просто хочу напомнить тебе следовать своему сердцу, потому что я не хочу жениться на женщине, которая постоянно думает о другом мужчине…» Затуманенные слезами глаза Алисы безучастно смотрели на Клода. Клод коснулся её лица: «Через неделю я вернусь в Нью-Йорк и больше никогда не вернусь во Францию… Даю тебе эту неделю, чтобы всё обдумать, сделать выбор, о котором ты никогда больше не пожалеешь. Через неделю я буду ждать тебя в своём частном аэропорту. Если ты придёшь, независимо от причины, по которой ты выберешь меня, по возвращении в Нью-Йорк мы зарегистрируем брак, и с тех пор твоё сердце будет принадлежать только мне. Если же ты не придёшь, я уйду с благословением для тебя и Честера, и больше никогда не войду в твою жизнь…» Слезы медленно высохли в уголках глаз Алисы, оставив ее в оцепенении, словно деревянную статую. Клод в последний раз поцеловал Алису в губы, и из его уст вырвались глубокие чувства: «Каким бы ни был твой выбор, ты самая красивая девушка, которую я встречал в этой жизни». У Алисы перехватило дыхание, она не могла говорить. Клод встал, не оглядываясь, и вышел из комнаты. Тетя П.А. вбежала с улицы, увидев совершенно растерянную Алису. Тетя П.А. поспешно поддержала Алису, сказав: «Мисс, вы в порядке? Не пугайте тетю П.А.…» Алиса медленно пришла в себя, на ее лице все еще оставались следы слез. Тётя П.А. вздохнула с облегчением: «Ты напугала тётю П.А.… Что тебе сказал генерал Лоуренс?» Алиса не сразу ответила тете ПА, а вместо этого хрипло спросила: «Клод... он ушел?» Тетя П.А. кивнула: «Генерал Лоуренс попросил меня хорошо о вас позаботиться, когда он уедет… Мисс, вы ведь не расстались с генералом Лоуренсом, правда?» Алиса медленно откинулась на спинку дивана, безучастно глядя в потолок. Увидев расстроенное состояние Алисы, тетя П.А. не осмелилась больше ничего сказать. Спустя долгое время Алиса наконец хрипло произнесла: «Тетя ПА, репортеры все еще снаружи?» Тётя П.А. на мгновение замолчала: «Мисс, разве генерал Лоуренс не упоминал об этом?» Алиса повернула голову и безучастно уставилась на тетю ПА. ---------- Глава 1235–645: Дополнительно: Маленький белый кролик приглашает волка 4_2 Тётя П.А. сказала: «Когда генерал Лоуренс впервые прибыл, его окружили все репортёры, расспрашивая о ваших отношениях с мистером Робинсоном… Генерал Лоуренс ничего не сказал, просто велел Робину обратить внимание на СМИ. Робин сказал, что позже предъявит им обвинение в незаконном проникновении и злонамеренном нарушении неприкосновенности частной жизни. Возможно, репортёры испугались, и все они быстро разошлись…» Элис Робинсон в очередной раз погрузилась в продолжительное молчание. Тетя П.А. добавила: «Мисс, честно говоря, генерал Лоуренс — действительно хороший человек… Из-за того, что эта новость вызвала такой ажиотаж, люди во всем мире, помимо вас и мистера Робинсона, также воспринимают генерала Лоуренса как объект насмешек. И все же, столкнувшись с таким количеством репортеров, генерал Лоуренс не растерялся. Он продолжал защищать вас, не оставляя СМИ ничего, о чем можно было бы написать». Элис Робинсон, не моргая, смотрела на белый потолок и медленно произнесла: «Тетя П.А., пожалуйста, уйдите… Я хочу побыть одна некоторое время». «Хорошо, мисс… Если вы устали, поспите, не зацикливайтесь на мелочах». "Хорошо." Элис Робинсон устало откинулась на диван, веки ее были тяжелыми и закрытыми. В комнате было так тихо, что можно было услышать, как падает булавка, но внезапно тишину нарушил вибрирующий телефон. Элис Робинсон с закрытыми глазами потянулась к телефону, медленно открывая его и видя знакомый номер, мелькающий на экране. Она позволила телефону долго звонить, прежде чем нажать кнопку ответа и поднести телефон к уху. «Алиса». Отвечая на его звонок, она испытывала сильное чувство вины перед Клодом Лоуренсом, но не могла заставить себя снова отказать ему. Однако она ему ничего не ответила. «Я видел новости. Знаю, что это доставляет вам немало хлопот. Я уже послал человека, чтобы он занялся этим делом… Если вас это сейчас беспокоит, успокойтесь. Поверьте, я решу эту проблему для вас». Элис Робинсон с трудом выдавила из себя: «Мне не нужна твоя помощь. Разве я не говорила тебе больше мне не звонить?» На другом конце провода он долгое время молчал. Хотя она холодно ответила ему, она не стала сразу заканчивать разговор. В телефонной трубке было слышно их слабое дыхание. После долгого молчания он наконец заговорил: «Между нами такое большое расстояние, что я могу сделать… Я просто хочу заботиться о тебе». Его низкий голос был почти болезненным, мягким, без малейшего колебания. Ее сердце словно разрывалось на части. Он долго размышлял, прежде чем снова заговорить: «То, что мы не вместе, не значит, что мы должны быть чужими. Конечно, если ты считаешь, что мои звонки влияют на твои отношения с Клодом Лоуренсом, я могу перестать тебе звонить, но я не перестану о тебе заботиться». «Что случилось? Почему у тебя такой хриплый голос?» — наконец заметила Элис Робинсон странность в его мрачном тоне. Обычно он говорил тихим голосом, но сейчас он звучал иначе, как хриплый голос после обильного употребления алкоголя или курения. «Ничего страшного… Я больше тебя не беспокою, до свидания». Она хотела сказать больше, но его дыхания на другом конце провода уже не было. Она помедлила, положила телефон и долго смотрела на знакомый номер на экране. На следующий день Элис Робинсон встала рано и лично отправила Рейчел в детский сад. Больше не было репортеров, перекрывающих ворота виллы, и они не поджидали возле детского сада; Элис Робинсон наконец-то смогла вздохнуть с облегчением. Энди позвонила и сообщила, что у здания компании тоже нет репортеров, после чего разрешила ей вернуться на работу. Казалось, вопрос временно урегулирован, но тема продолжала обсуждаться людьми в свободное время. Элис Робинсон по-прежнему боялась идти в компанию, опасаясь, что репортеры могут внезапно появиться откуда-нибудь в самый неожиданный момент, поскольку она не сможет ответить на их вопросы. Она велела Энди пока оставить дела на усмотрение руководителей компании, решив остаться дома и уединиться еще на два дня. Опытный водитель, заметив, что цвет лица Элис Робинсон все еще не в порядке, успокоил ее: «Мисс, наконец-то все закончилось, не стоит слишком много об этом думать, проведите эти дни, хорошо отдохнув дома!» Элис Робинсон слегка кивнула, закрыв глаза. Водитель направил машину к вилле Робинсонов, остановившись у фонтана в саду. Элис Робинсон выдохнула и вышла из машины. "Скучать." Тётя ПА выбежала из виллы, вся в радости. Элис Робинсон замерла, непривычная видеть такое жизнерадостное выражение лица у тети П.А. Тётя П.А. радостно воскликнула: «В дом прибыли два уважаемых гостя?» «Уважаемые гости?» Увидев Кристин Куинн и миссис Джеффри, сидящих на диване, лицо Элис Робинсон озарилось радостью: «Миссис Джеффри, Кристин». Кристин Куинн поспешила к Элис Робинсон, обняла её и сказала: «Давно не виделись». Элис Робинсон не могла сдержать своей радости и энергично кивала головой. «Элис, подходи и садись…» — миссис Джеффри помахала рукой Элис Робинсон. Элис Робинсон и Кристин Куинн подошли к миссис Джеффри и сели на диван. Взволнованная Элис Робинсон спросила: «Миссис Джеффри, как вы с Кристин оказались в Париже?» Миссис Джеффри поддразнила: «Алиса разве не рада приветствовать миссис Джеффри?» Элис Робинсон быстро пожала ей руку: «Нет, нет…» Она села рядом с миссис Джеффри, тепло взявшись за руки: «Я вас приветствую, я так рада вас видеть». Миссис Джеффри с любовью рассмеялась: «Просто шучу, посмотри, какой ты напряженный». В ответ Элис Робинсон мило улыбнулась. Кристин Куинн сказала: «Знаете, у моей мамы были постоянные проблемы с позвоночником, и в США ничем это не лечилось, поэтому я привезла ее обратно в Т-Сити, чтобы проконсультироваться со старыми китайскими врачами…» «Миссис Джеффри, вам стало лучше?» Миссис Джеффри похлопала Элис Робинсон по руке: «Не волнуйтесь, со мной все в порядке… Старая китайская медицина по-прежнему эффективна, сеансы иглоукалывания значительно уменьшили боль в позвоночнике». "Приятно это слышать…" Кристин Куинн рассмеялась: «Оверски и Говард Джеффри заняты проектами в Германии, Бекка дома присматривает за четырьмя детьми, поэтому я была единственной, кто мог отвезти маму в Т-Сити… Пока мы там были, мы увидели новости о вас и Честере Робинсоне, и мама сказала приехать во Францию, чтобы вас увидеть, поскольку Франция и Германия находятся недалеко, мы можем попросить Оверски прилететь в Германию и забрать нас позже». Элис Робинсон пошутила: «Даже вы видели новости». Кристин Куинн в шутку заметила: «С такими важными новостями, я сомневаюсь, что кто-то еще об этом не знает». Элис Робинсон с досадой вздохнула: «Не знаю, как это стало новостью… До вчерашнего дня мой дом, компания и детский сад, где учится Рейчел, были окружены репортерами, они разошлись только сегодня». ---------- Главы 1236–646: Дополнительная история — Злой Волк достигает предела своих возможностей и наконец взрывается Миссис Джеффри доброжелательно сказала: «Элис, я приехала во Францию ​​на этот раз, чтобы повидаться с тобой, в том числе из-за тебя и Честера». "Хм?" Миссис Джеффри тихонько усмехнулась: «Говард Джеффри и Бекка рассказывали мне о том, как Честер возил тебя на Остров Пены…» Элис тут же занервничала: «Миссис Джеффри, вы все неправильно поняли, между нами ничего нет…» Миссис Джеффри снова улыбнулась и с искренним волнением произнесла: «Элис, с тех пор как я узнала, что Честер — брат Говарда Джеффри и Оверски, я воспринимаю Честера как своего сына… Два дня назад в Т-Сити я позвонила Честеру, чтобы узнать, как у него дела, но неожиданно трубку взял его специальный помощник. Этот помощник, которого зовут Энтони, сказал мне, что с тех пор, как он вернулся с острова Пена, Честер в плохом настроении, пренебрегает компанией, обрывает контакты со всеми и каждый день пьет в одиночестве в своей комнате… Я слышала, как помощник Энтони сказал, что никогда не видел Честера таким подавленным, и он очень боится, что с Честером может что-то случиться…» Элис, если твое сердце все еще принадлежит Честеру, почему бы не дать ему еще один шанс? Я верю, что Честер действительно хочет быть с тобой на этот раз; доверься ему в последний раз! Да, Алиса, я тоже раньше была такой же упрямой, как ты, не верила, что Оверски меня любит, из-за чего упускала так много времени, которое могла бы провести с ним… Если вы любите друг друга, стоит ли вам упускать время, как это делали мы с Оверски много лет назад? Слова миссис Джеффри и Кристин Куинн продолжали звучать в ушах Алисы. Алиса прислонилась к изголовью кровати, держа в руке стакан воды и погруженная в свои мысли. Действительно ли он подавлен и потерян в Нью-Йорке? Учитывая его характер, что же такого могло заставить его так сильно расстроиться? Однако, когда он позвонил ей вчера, в его голосе действительно слышалась уныние… Она никогда не слышала от него такого хриплого и приглушенного голоса, как после обильного употребления алкоголя и курения — декадентского, бессильного. Оказалось, он действительно пил дома… Действительно ли он заботится о ней? В наше время время неумолимо утекает, есть ли у них еще будущее? Стук в дверь прервал размышления Алисы. "Войдите." Дверь распахнулась снаружи, и взору предстала восхитительная, чистая улыбка. "Кристин." Алиса поставила стакан и встала с кровати. Кристин Куинн, держа в руке подушку, подошла к Элис и спросила: «Не возражаешь, если я посплю с тобой сегодня ночью?» Элис покачала головой, взяла Кристин Куинн под руку и радостно сказала: «Конечно, я не против». Свет был выключен, и в саду остался лишь слабый свет. Кристин Куинн и Элис лежали с открытыми глазами, уставившись в потолок. Ни одна из них не заснула. Кристин Куинн заговорила первой: «Элис, знаешь, как и ты, я сейчас не могу уснуть, и я пережила бесчисленное количество таких дней». Элис ничего не сказала, потому что знала, что Кристин Куинн хотела ей сказать. «В течение тех десяти лет разлуки я думала о нем каждую ночь, хотя днем ​​постоянно напоминала себе забыть обо всем, что с ним связано. Но в глубокой ночной тишине я не могла перестать думать о нем… Тогда он давал мне только жестокость и боль, мое сердце разрывалось от одной мысли о нем, но среди боли в памяти все еще всплывали воспоминания о прекрасных временах, проведенных с ним… Даже в боли остается тоска, это и есть любовь». Элис тихо сказала: «Я завидую вашей любви к мистеру Джонсу, потому что с самого начала и до конца вы всегда любили друг друга, даже в моменты вражды вы оба любили друг друга». Кристин Куинн горько усмехнулась: «Оглядываясь назад, кажется, что это так, но тогда я была так же беспомощна и растеряна, как и вы сейчас». Элис повернулась на бок, посмотрела на Кристин Куинн и тихо пробормотала: «Кристин, вы все говорите мне, что Честер переживает за меня в Нью-Йорке, честно говоря, мне трудно в это поверить». Кристин Куинн последовала ее примеру, повернувшись на бок и встретившись с беспомощным взглядом Элис: «Почему ты в это не веришь?» Элис прямо заявила: «Я его понимаю… но он не такой». «Вы думаете, он не будет тем, кто впадает в уныние из-за любимого человека?» Алиса мягко покачала головой: «Дело не в том, что он не мог бы впасть в уныние из-за любимого человека, просто он не мог бы этого сделать из-за меня». Она тихонько усмехнулась, ее глаза в темноте были полны боли: «Кто я на самом деле в его сердце? Я никогда не забуду отвращение на его лице, когда он очнулся от комы и увидел меня и Рейчел… Он презирает меня всем сердцем, просто, родив Рейчел, он должен был устроить мою жизнь ради ребенка. Он никогда не думал о том, чтобы быть со мной, даже в моменты, угрожающие жизни, он думал только о том, как сбежать от меня…» Последние слова Алисы были окрашены горечью, смех был пронизан медленно нарастающей болью. ---------- Главы 1237–646: Дополнительная история: Злой волк наконец-то срывается (Часть 2) Кристин Куинн протянула руку, чтобы поддержать дрожащее тело Элис Робинсон: «Посмотри на себя, все еще утверждаешь, что тебе на него наплевать… Если ты действительно отпустила его, почему ты сейчас из-за него грустишь?» Алиса глубоко вздохнула, пытаясь избавиться от неприятного запаха изо рта. Она легкомысленно улыбнулась и сказала: «Признаю, возможно, я еще не до конца отпустила прошлое, но в глубине души я точно знаю, что больше никогда не пойду тем же путем». «Алиса, даже если Честер тебя любит, ты все равно не захочешь вернуться?» Элис взяла себя в руки и прямо сказала: «Никто не понимает его лучше, чем я. Человек, которого он любит больше всего на свете, — это Бекка… В моменты радости он первым делом думает о Бекке, чтобы поделиться с ней своими чувствами, в моменты грусти он надеется, что Бекка будет рядом… Я видела все его чувства к Бекке, они мне очевидны. Он никогда не отпустит её любовь в этой жизни, даже если вернется ко мне сейчас, даже если скажет, что любит меня, его самая глубокая любовь останется к Бекке… Возможно, он искренне хочет провести со мной всю жизнь, но, Кристин, ты понимаешь, что значит быть на втором месте?» Кристин Куинн нежно погладила стройные плечи Алисы: «Я понимаю, каждая женщина надеется занять самое важное место в сердце любимого мужчины… Но, Алиса, ты когда-нибудь думала, что считаешь себя всего лишь второй в сердце Честера? Это лишь твоё мнение, оно не отражает мнения Честера». «Я знаю…» — серьёзно сказала Элис. — «Возможно, я неправильно поняла Честера, и, возможно, он действительно знает, что чувствует ко мне, но, Кристин, я больше не могу позволить себе терять… Если скоро я узнаю, что он всё ещё думает о Бекке, как я тогда это вынесу?» "Потому что ты боишься, что тебе причинят боль, поэтому не смеешь приближаться к Честеру… Даже если он тебя искренне любит, ты предпочитаешь держаться подальше, даже если это означает упустить возможность обрести счастье с ним, но по крайней мере ты можешь быть уверена, что тебе не будет больно, верно?" «Без надежды не будет разочарований, раньше я был слишком упрям». Кристин Куинн тихо вздохнула: «Ты действительно готова упустить возможность обрести счастье с ним?» Глаза Алисы заблестели от слез, она твердо улыбнулась и кивнула: «В этом мире много хороших девушек, он не останется одиноким на всю жизнь, в конце концов рядом с ним появится девушка, которая будет сопровождать его на протяжении всей жизни». «Вы не выберете Честера, готовы ли вы выбрать Клода Лоуренса?» «Я не знаю… Я не хочу причинить боль Клоду». «Я слышала от тёти П.А., что он дал тебе неделю на размышление, это правда?» Алиса кивнула: «Я ему очень многим обязана… Если бы за прошедший год он не был рядом, не поддерживал меня, не заботился обо мне, я бы, возможно, не выдержала и года назад». «Значит, твои чувства к Клоду Лоуренсу — это чувство вины и раскаяния, ты его не любишь». «Любовь можно взрастить, его доброта ко мне всегда трогала меня, я верю, что если я выберу его, то в конце концов по-настоящему влюблюсь в него, и я уверена, что быть с ним сделает меня очень счастливой». Кристин Куинн снова вздохнула: «Боюсь, я больше не могу говорить от имени Честера, потому что вы все очень хорошо обдумали… Хотя я и надеялась, что вы с Честером будете вместе, если в итоге вы выберете Клода Лоуренса, я все равно пожелаю вам всего наилучшего». "Спасибо." Кристин Куинн аккуратно укрыла Алису одеялом: «Хорошо, больше ничего не скажу, ложись спать пораньше… Раз уж ты все обдумала, не зацикливайся на этом, хорошо выспись». Элис прижалась к Кристин Куинн, послушно закрыв глаза. Солнце ярко светило, Алиса сегодня чувствовала себя хорошо. После завтрака тетя П.А. отвела Рейчел в школу, а Элис осталась дома, сопровождая миссис Джеффри и Кристин Куинн. В этот момент все трое сидели на диване в гостиной, Алиса держала миссис Джеффри за руку: «Тетя, вы редко бываете в Париже, почему бы мне не сводить вас с Кристин на прогулку… Париж — город романтики, там знаменитая Эйфелева башня, там Мост Замков Любви, и там реки Рейн, Сена…» Миссис Джеффри прервала Алису с улыбкой: «Я слишком стара, я не понимаю этих романтических вещей…» «Я боялся, что вам станет скучно». Миссис Джеффри тепло произнесла: «Как же нам может быть скучно? Вы же составляете нам компанию своими словами!» «Да, Алиса, новости о тебе и Честере еще не утихли, выходить из дома неудобно, тебе не нужно специально сопровождать нас, к тому же, мы пришли в основном повидаться с тобой… Давай просто поболтаем сегодня дома!» "Хорошо!" Трое болтали о повседневных семейных делах, и прежде чем они это осознали, наступил полдень. В полдень Алисе позвонила ее секретарь Энди из компании. Энди сказала, что нескольким членам совета директоров необходимо дополнительно обсудить вопрос о выходе компании на биржу, поэтому Элис придется вернуться в компанию на встречу во второй половине дня. Алиса не могла пропустить заседание совета директоров компании, поэтому извинилась за то, что не смогла сопровождать миссис Джеффри и Кристин Куинн во второй половине дня, но обе отнеслись к этому с пониманием. Во время обеда Элис заметила, что Кристин Куинн часто поглядывает на часы. Алиса, озадаченная, не удержалась и спросила Кристин Куинн: «Кристин, у тебя сегодня какие-нибудь дела?» «Нет, нет, ничего!» Алиса извинилась: «Извините, я не могу пойти с вами сегодня днем, но я вернусь, как только собрание закончится…» Миссис Джеффри сказала: «Не будьте с нами такими формальными, работа важна». Кристин Куинн также задумчиво добавила: «Да, работа важна». После обеда Алиса переоделась и отправилась в компанию, но неожиданно Кристин Куинн остановила ее у входа на виллу. Алиса с улыбкой спросила: «Кристин, как дела?» Кристин Куинн замялась: «Ну… Элис… э… просто…» Алиса еще больше озадачилась: «Что-то не так?» «Нет, дело просто в том, что…» "И что же?" «Не могли бы вы немного подождать, прежде чем идти в компанию?» «Что случилось? Кристин, что-то произошло?» Внезапный вопрос Кристин Куинн несколько озадачил Элис. «Нет, ничего страшного, я просто хочу, чтобы ты зашёл в компанию чуть позже… э-э, я просто хочу пообщаться с тобой подольше». Алиса подняла руку, чтобы посмотреть время на своих наручных часах, и улыбнулась: «Ладно, еще есть время, давай поговорим подробнее». ---------- Главы 1238–647: Дополнительная история: Большой Злой Волк покорил сердце маленького Белого Кролика своей глубокой привязанностью «Эм.» Элис Робинсон передала портфель слуге и вошла в холл, держа Кристин Куинн под руку. В холле Алиса болтала с миссис Джеффри и Кристин Куинн обо всем на свете, и время пролетело незаметно. «Я не могу… Тётя, Кристин, я больше не могу болтать, мне нужно на встречу…» В этот момент Алиса поспешно встала. Кристин Куинн тоже встала, с тревогой глядя в сторону входной двери виллы и раздраженно хмурясь. Почему он до сих пор не пришел? Увидев расстроенное выражение лица Кристин Куинн, Элис не могла не спросить: «Кристин, тебя что-то беспокоит? Ты выглядишь так, будто торопишься». «Нет, Алиса…» Алиса поставила портфель, переданный ей слугой, и поддержала Кристин Куинн: «Кристин, если у тебя действительно есть что-то срочное, скажи мне, я могу попросить совет директоров компании отложить собрание». «Это не срочно, это… это…» Кристин немного помедлила, но наконец выдавила из себя: «Честер вот-вот прибудет на виллу, я хочу, чтобы ты подождала его здесь». Тело Алисы слегка задрожало. Кристин посмотрела на внезапно побледневшее лицо Алисы и извинилась: «Прости, Алиса… после того, как ты уснула прошлой ночью, я позвонила Честеру. Я хотела, чтобы он пришел тебя навестить». Алиса была в оцепенении: «Кристин…» С виноватым поклоном Кристин продолжила: «Мне очень жаль, Элис, всё, что ты мне рассказала вчера вечером, я повторила Честеру… Я знаю, что было неправильно делиться своими сокровенными мыслями с Честером, но я видела, как Честер приходил искать Бекку из-за тебя. В то время я видела в глазах Честера, что Бекки не существует; он думал только о том, как вернуть тебя. Я думаю, вам двоим не стоит расставаться, надеюсь, ты дашь Честеру шанс…» "Кристин…" В тот момент, когда Алиса нахмурилась от досады, она мельком увидела высокую и стройную фигуру. Она чувствовала его пристальный взгляд, устремленный на нее. Увидев Честера, Кристин наконец вздохнула с облегчением и, грациозно поддержав миссис Джеффри, сказала: «Мама, давай прогуляемся в саду». Миссис Джеффри, проявив большую тактичность, отправилась в сад вместе с Кристин. В этот момент тетя ПА забрала всех слуг и исчезла из зала. Всего за несколько секунд в большой вилле остались только Алиса и Честер. Даже издалека она почти чувствовала знакомый мужской запах, который ему принадлежал. Она слегка повернулась к нему, ее лицо уже побледнело. Он смотрел на нее немигающим взглядом, его глаза были полны глубоких, сильных эмоций. Она повернулась и побежала на второй этаж. Он погнался за ней и обнял её сбоку: «Куда ты собралась убежать?» Сначала она хотела вырваться, но его низкий, хриплый голос заставил ее остановиться и посмотреть на него. Они виделись всего несколько дней, но он заметно похудел. Он всегда был жизнерадостным и уверенным в себе, но теперь на его подбородке появилась легкая щетина. Он выглядел по-настоящему подавленным, и его обычная надменность сменилась настороженным взглядом. Она оттолкнула его, но не силой. Он отпустил её, но при этом пристально следил за ней, не давая ей шанса сбежать. Алиса повернулась спиной и тихо произнесла: «Я же говорила тебе не звонить мне и уж точно не приходить меня искать». «Я скучаю по тебе, что мне делать?» — прохрипел он. Стройная спина Алисы напряглась: «Не говори мне таких вещей». Честер внезапно повернул Алису лицом к себе. Его дыхание было тяжёлым, словно он изо всех сил пытался подавить свои внутренние эмоции. Ее покрасневшие глаза встретились с его глубокими глазами, его лицо похудело, и волна дискомфорта захлестнула ее сердце. Он пристально посмотрел на неё, его голос был до хрипоты: «Неужели ты не веришь, что я люблю только тебя?» Его глубокая привязанность была подобна водовороту в океане, наполняя его неудержимой притягательностью. Она на мгновение отвлеклась, но решительно оттолкнула его: «Не думай, что я поверю, будто ты был в унынии и подавленности в Нью-Йорке. Я лучше всех знаю, что ты способен на всё ради достижения своих целей. Я верю, что недавнее раскрытие личности Рэйчел тоже было тайно организовано тобой!» Лицо Честера похолодело, но он не стал отрицать: «Верно. Я организовал передачу новостей, и те несколько звонков, которые я сделал тебе, были сделаны намеренно, чтобы вызвать у тебя сочувствие». «Я бы никогда тебе не посочувствовал. Ты такой презренный». «Мне следовало поступить презренно давным-давно… В Германии, на острове Пена, было столько возможностей, что мне следовало следовать своим собственным желаниям и выбрать тебя, а не давать тебе столько времени на раздумья». ---------- Глава 1239 - 647: Дополнительная история: Большой Злой Волк покорил маленького Белого Кролика своей глубокой привязанностью (2) "Ты…" «Думаю, мне не стоит больше позволять тебе предаваться таким безумным мыслям». Он шагнул вперед и силой поднял ее, когда она продолжала отступать. "Честер…" Ее тело подпрыгнуло в воздух, и она, извиваясь, вскрикнула от шока. Не обращая внимания на ее сопротивление, он сохранял холодное и суровое выражение лица и вел ее прямо на второй этаж. "Честер, ты ублюдок, дьявол, большой задира…" Вдоль всего коридора Алиса изо всех сил сопротивлялась, постоянно проклиная его. Лицо Честера было холодным и спокойным; он без труда обнял Алису и распахнул дверь в ее комнату. "Терроризировать…" Честер закрыл дверь ногой и отнес Алису прямо к большой кровати в комнате. Увидев, что кровать приближается все ближе и ближе, Алиса впала в панику. «Тетя П.А., Кристин…» — начала она звать на помощь. Честер проигнорировал ее крики и бросил Алису на большую кровать. "Ах!" Алиса в панике закричала, вскочила, отчаянно желая сбежать. Тело Честера прижалось к ней, зажав ее между кроватью и собой, его вес не позволял ей пошевелиться. Элис отчаянно била Честера по телу, ее голос, почти со слезами на глазах, кричал: «Что ты хочешь сделать?» Честер сдержал беспокойные руки Алисы, его темный взгляд, словно факел, устремился на нее, а тонкие губы тихо произнесли: «Ты не знаешь, чего я хочу?» Алиса испытывала одновременно стыд и гнев, ей хотелось ударить его, но ее запястья были крепко прижаты к кровати, щеки ее покраснели, и она яростно воскликнула: «Ты смеешь?» Он слегка наклонился, его тонкие губы почти коснулись ее губ, приятное дыхание щекотало ее нос, и он произнес магнетическим голосом: «Думаешь, я не посмею?» «Если осмелишься, я сделаю это…» Она резко подняла ногу, но прежде чем она успела дотянуться до его промежности, он уже вовремя ее остановил. Он тихонько рассмеялся: «Повторишь этот трюк?» Не добившись своего, она пришла в ярость и выругалась: «Ублюдок!!» Он совсем не злился, наоборот, смотрел на нее с гордостью, а ее лицо было раскрасневшимся и сердитым: «Каждый раз, когда ты злишься, ты используешь этот трюк против меня, но разве мне когда-нибудь по-настоящему причиняли боль? А как же твое будущее счастье, если мне будет причинен вред?» "Ты…" Лицо Алисы покраснело еще сильнее, "Ты негодяй!!" Он крепко прижался к ней, с удовольствием наблюдая за ее сердитым и беспомощным выражением лица. Она холодно посмотрела на него и процедила: «Отпусти меня!!» Его губы изогнулись в едва заметной улыбке: «Если я отпущу тебя, можешь пообещать не убегать, остаться со мной в комнате?» "Я не хочу быть с тобой!" "Значит, ты не хочешь, чтобы я тебя отпустил?" Он поднял бровь, в его глазах мелькнула искорка озорства. Она с ненавистью прикусила губу, поколебалась, а затем кивнула: «Хорошо… Отпустите меня, я обещаю не покидать эту комнату». Он лукаво поддразнил: «Но я хочу не только, чтобы ты осталась в комнате, я также хочу…» Он намеренно помолчал секунду, нежно поцеловал её в губы, а затем двусмысленным тоном намекнул: «Ты же знаешь». Лицо Алисы уже покраснело: "Бесстыдница!" Он без стеснения сказал: «Как может быть бесстыдным, когда двое влюбленных делают это? Это должно усиливать наши чувства». "Ты, ты, ты…" Алиса была так зла, никак не ожидала от него такой бесстыдности. Он снова поцеловал её надутую щёку и серьёзно сказал: "Я очень скучаю по тебе…" В ответ на его проникновенный взгляд она повернула голову в сторону. Он повернул ее лицо обратно, желая, чтобы она посмотрела на него. Они были очень близко, их дыхание касалось носов, она чувствовала его горячее дыхание. Она извивалась, пытаясь вырваться, но он прижимался сильнее. Она сердито выпалила: «Отпусти меня, Честер, если ты действительно посмеешь что-нибудь со мной сделать… Я…» В этот момент он позволил ей выругаться, не останавливая ее, а лишь пристально глядя на нее, не говоря ни слова. Выразив ругательство, которое она уже собиралась произнести, она тут же подавила его пронзительный взгляд. Казалось, прошло много времени с тех пор, как он так пристально смотрел на нее, в его глазах читалась глубокая нежность. Почему-то ей было страшно увидеть такой взгляд в его глазах, и она начала нервно ерзать. "Отпусти меня, отпусти меня…" Глядя на ее нежное и сердитое лицо, он произнес глубоким, магнетическим, но серьезным голосом: «Если ты еще раз пошевелишься, боюсь, я действительно не смогу себя контролировать». "Ты…" Она медленно перестала сопротивляться, глаза ее покраснели от обиды, и она посмотрела на него. Он тихо спросил: «Если бы я действительно хотел что-то с тобой сделать, как ты думаешь, твои нынешние трудности могли бы быть тебе полезны?» Предыдущий опыт подсказал ей: конечно же, нет! Этот мужчина — бесстыжий по натуре!! Настоящий мерзавец! Зная, что в этот момент она проклинала его тысячу раз, он рассмеялся и поддразнил: «У тебя такое красное лицо? Ты думаешь о том, как я тебя «наказывал», когда ты непослушалась?» Она была взволнована и зла, но, к сожалению, кроме рта, никуда больше не могла двигаться. "Бесстыдница!!" Он гордился этим, а не стыдился, ни капли не раскаялся, легко и изящно посмеиваясь. Лицо Алисы покраснело, как помидор, когда она увидела улыбку на его красивом лице, а щеки необъяснимо запылали. После смеха он пристально посмотрел на нее и вдруг вздохнул: «Алиса, ты знаешь, что ты меня очень злишь». Алиса замолчала и ничего не ответила. Он продолжил сам: «У тебя всё ещё есть ко мне чувства, но ты отдалилась, из-за чего я думаю, что у тебя на самом деле нет ко мне никаких чувств. Ты знаешь, как сильно я расстроен?» Когда он это сказал, у неё в голове мелькнула сцена, где он пьяный на острове Фоум. «В этот момент я очень хочу быть только с тобой, чтобы ты больше не могла использовать эту холодную маску, чтобы отдалиться от меня, но сейчас я не могу этого сделать». Его голос был хриплым, полным эмоций; столкнувшись с её бездействием, он продолжил: «Знаешь, почему я не могу этого сделать?» Ее взгляд оставался равнодушным, неподвижным. Он тихо признался: «Потому что я уже не тот, кем был раньше. Я не могу смотреть, как ты плачешь, и при этом продолжать исполнять свои желания». Ее длинные, завитые ресницы слегка дрожали, словно от прикосновения. Он спокойно сказал: «Раньше я не испытывал ни душевной боли, ни страданий, но теперь, видя, как ты плачешь, я чувствую душевную боль, видя, как ты расстроена, мое сердце болит сильнее твоего. Я больше не могу, как прежде, игнорировать твои чувства и делать то, что хочу». «` ---------- Главы 1240–648: Дополнительная история: Большой Злой Волк и Маленький Белый Кролик составляют 1 Она повернула лицо к нему и холодно рассмеялась: «Ты наконец-то признаешь, что когда-то обращался со мной лишь как с игрушкой?» Он поспешно объяснил: «Нет… ты никогда не была игрушкой в ​​моем сердце, просто раньше я не понимал, что моя собственническая привязанность к тебе была вызвана тем, что я заботился о тебе». Она холодно ответила: «Я ничему не поверю, между нами всё кончено». «Но я чувствую, что наша история только начинается». «Я никак не могу начать с тебя». «У тебя нет выбора, потому что я не позволю тебе быть ни с кем, кроме меня». «Ты…» — Элис Робинсон злобно посмотрела на него, — «Ты ясно сказал, что будешь уважать мой выбор, если я проведу с тобой неделю, и пообещал больше никогда меня не беспокоить». Он рассмеялся: «Я однажды сказал тебе, что больше никогда тебя не брошу, поэтому я не нарушу своего слова и не нарушу его перед тобой». «А как же тогда обещание, которое ты дал раньше…?» Он злобно заметил: «Честер Робинсон меня не понимает, а вы разве нет?» Она так разозлилась на него, что ее лицо побледнело, когда она вспомнила те несколько раз, когда он отпускал ее на острове Пена. В ту ночь на острове Фоум он намеренно вызвал отключение электричества; в знак протеста он отчаянно обнял ее и затащил в постель… В ту ночь она была по-настоящему напугана, боялась, что он причинит ей вред, но в конце концов он отпустил ее и извинился. Она должна была признать, что в ту ночь он тронул её сердце. Потому что раньше он никогда не отпускал её при подобных обстоятельствах… Она чувствовала, что он изменился. В другой раз это случилось в больнице; она чуть не погибла в море, и он держал её на больничной койке. Она видела слёзы в его глазах… Она чувствовала его раскаяние и вину. В конце концов, он не стал её принуждать и решил отправить её с острова. В тот день она испытывала легкую тоску, а также оттенок извинения перед ним. В последний раз это произошло на пирсе, когда они расстались. Его спина, когда он с болью уходил, убедила ее в том, что он сдержал свое обещание… Но оказалось, что… Все те разы, когда я проявляла к ней уважение и в итоге сдержала обещание, оказались всего лишь иллюзиями. Она, вырываясь из рук и сердито бормоча, поняла: "Ты мне солгал?" "Да." «Зачем ты это сделал?!» Он посмотрел в ее полные гнева глаза и сказал: «Потому что если бы я этого не сделал, не было бы никакой возможности посеять раздор между тобой и Клодом Лоуренсом… Пока Клод Лоуренс видит в твоих глазах остаточную привязанность ко мне, он будет охотно тебя покидать». «Ты презренный, бесстыжий человек!!» Думая о слезах, которые она пролила из-за него, Алиса была совершенно унижена. Честер Робинсон крепко сжал беспокойные руки Алисы и серьезно сказал: «Я немного притворился, но мои чувства к тебе настоящие». Она энергично покачала головой: «Я не хочу это слышать». Он отпустил ее запястья, успокаивая постоянно дрожащую голову, и нежно сказал: «Знаешь, как сильно я не хотел уезжать с пирса? В Нью-Йорке я думаю о тебе каждый день, надеясь, что ты позвонишь и спросишь обо мне, но после нескольких дней ожидания твоя упрямая воля не позволила мне позвонить ни разу. Я не выдержал, поэтому и позвонил тебе несколько раз… Я так скучаю по тебе, но по телефону ты всегда была холодна как лед… Ты права, я пил в Нью-Йорке, пренебрегал компанией, был совершенно подавлен. Действительно, это был мой способ заставить Кристин Куинн передать тебе сообщения, чтобы вызвать у тебя сочувствие, но мои чувства к тебе искренние. Я делаю все возможное, чтобы вернуть тебя. Я изо всех сил стараюсь, чтобы ты почувствовала мою любовь, я действительно не могу жить без тебя…» Она знала. Его лицо стало намного худее, чего невозможно было добиться актёрской игрой. В разговоре он проявлял беспрецедентную осторожность. Раньше она всегда была такой, всегда очень осторожна с ним. Хотя Элис Робинсон по-прежнему не смотрела Честеру Робинсону в глаза, она постепенно успокоилась. Честер Робинсон медленно повернул лицо Элис Робинсон, заставив ее посмотреть на него. Он пристально посмотрел ей в ясные глаза, его голос был тихим и мягким: «Элис, в прошлом я не ценил тебя, чуть не упустив наш шанс… Дай заблудшему молодому человеку шанс исправиться, пожалуйста, подумай о Рейчел и прости этого молодого человека за ошибки, которые он совершил в прошлом». «Да, Элис, дай Честеру Робинсону шанс… Ты же хочешь, чтобы Рейчел могла называть своего биологического отца «папочкой», правда?» ---------- Глава 1241–648: Дополнительно: Большой Злой Волк и Маленький Белый Кролик мирятся (1) Внезапно раздался голос Кристин Куинн. Затем раздался голос миссис Джеффри: «Элис, тетя также заверит тебя, что если Честер посмеет в будущем тебя обижать, я первая, кто его не простит». Раздавшиеся из-за двери два голоса заставили Элис Робинсон почувствовать себя неловко и смущенно на кровати. Она тут же поняла, в каком непристойном положении находятся она и Честер, и немедленно оттолкнула его: «Отпусти меня, отпусти!» На этот раз Честер больше не принуждал Алису. Он помог ей подняться, но не позволил ей сбежать. Его рука сразу же легла ей на талию. На глазах у всех он собственнически положил руку ей на талию, чем смутил ее: «Отпусти!» Он нисколько не стеснялся, прижимая её к себе и говоря тихим, властным голосом: «Я же сказал, что не отпущу тебя!!» "Ты…" Кристин Куинн увидела эту сцену и легонько толкнула тетю П.А. локтем. Тетя П.А. колебалась, но наконец заступилась за Честера: «Мисс, мистер Робинсон так много сделал, чтобы вернуть вас, и я думаю, он действительно хочет быть с вами… Почему бы не дать мистеру Робинсону еще один шанс?» Услышав это, Кристин Куинн и миссис Джеффри несколько раз кивнули в знак согласия. Элис с силой вырвалась из рук Честера и встала: «Я же сказала, что больше не пойду этим путем». Кристин Куинн и миссис Джеффри глубоко вздохнули. Честер погнался за ней и перехватил Алису у двери: «Ты продолжаешь меня отвергать, потому что думаешь, что моя любовь к тебе нечиста?» Элис была глубоко ошеломлена. Она вспомнила вчерашний разговор с Кристин Куинн, где Кристин рассказала Честеру о том, что у нее на душе. Алиса молчала и не произносила ни слова. Честер обнял Алису за плечи, его обычно гордые и отстраненные глаза теперь были полны одиночества. Он пристально посмотрел на неё: «Бекка никогда не была в моём сердце. Моя прежняя увлечённость ею объяснялась тем, что я не мог отличить одно от другого… Я вырос в детском доме, всегда один. В моём представлении единственной подругой была Бекка, которая поддерживала меня в детстве, поэтому, когда я вырос, я поклялся, что должен найти её… Когда я встретил её, её отношения с Говардом Джеффри были не очень хорошими. Мне было её жаль, поэтому я изо всех сил пытался вернуть её к себе. Я думал, что забочусь о ней, потому что испытывал к ней чувства, но я не понимал, что всё это время мои чувства к ней были просто благодарностью… Признаюсь, если бы я тогда добивался Бекки, я бы всю жизнь хорошо к ней относился, но в конце концов я понял, что мои чувства к Бекке были не любовью, а просто чувством благодарности. Вот почему, когда я увидел Говарда Джеффри и Бекку вместе, я решил оставить их в покое… потому что Бекка — не та женщина, которую я действительно люблю. Если бы я действительно…» Я любил её так же, как и тебя сейчас, и ни за что на свете не позволил бы любимой женщине быть с другим мужчиной! Она не была по-настоящему бессердечным человеком, поэтому внимательно слушала каждое его слово. По какой-то причине в этот момент она уже не могла двинуться с места, чтобы уйти. На самом деле, эти слова, которые он произнес, были именно тем, что она всегда мечтала услышать… Она всегда надеялась, что он признается ей в лицо, что не любит Бекку. Он заметил в ее глазах нотку колебания и волнения, и вдруг обнял ее, искренне сказав: «Алиса, пожалуйста, поверь мне; это действительно слова от всего сердца». Алиса была ошеломлена, прижавшись к объятиям Честера; выражение ее лица почти не изменилось, но глаза покраснели и защищали. Не услышав от нее ответа, он внезапно отстранил ее, посмотрел в ее прекрасные глаза и сказал: «Если ты все еще мне не веришь, я тебе это докажу!» Алиса была ошеломлена. Честер схватил Алису за руку и выбежал из комнаты. Элис резко ответила, с трудом сдерживая эмоции: «Куда ты меня ведёшь… Честер…» На втором этаже тетя П.А. и Кристин Куинн лишь смутно слышали, как Честер, уже ведший Алису вниз, сказал: «Возьму тебя в Нью-Йорк… Хочу сказать тебе лицом к лицу, перед Беккой, что люблю только тебя». "Отпусти меня; я не поеду с тобой в Нью-Йорк!!" Перед дверью виллы Элис изо всех сил вырвалась из рук Честера. Честер больше не шагнул вперед, его лицо было холодным и мрачным, когда он смотрел на нее. "Почему?" Элис, задыхаясь, произнесла: «Я же сказала, что больше тебя не люблю!!» Лицо Честера оставалось бесстрастным, но в его взгляде неожиданно появилась нежность. "Если ты меня не любишь, то почему ты плачешь?" Алиса резко подняла голову, на ее бледном лице отразилось смятение. «Пожалуйста, покиньте мой дом!» Честер шагнул вперед, приблизился к ней и протянул руку, чтобы вытереть слезы с ее лица. Алиса отвернула голову. «Пожалуйста, покиньте мой дом!!» Честер некоторое время молчал, а затем наконец сказал: «Я пришел сюда сегодня не с намерением уехать». Тело Алисы дрожало, она по-прежнему не хотела смотреть на него. «Между нами абсолютно нет никакой возможности». Честер пристально посмотрел на неё и, наконец, тихо вздохнул. "Неужели я настолько ненадежен в твоем сердце?" Алиса упрямо отвернула голову, ледяным голосом произнесла: «Я же сказала, что мне больше все равно, что ты говоришь». Честер прищурился: «Если тебе всё равно, тогда смотри на меня, пока говоришь». Внезапно шагнув вперёд, чтобы схватить её, он не позволил ей убежать. «Посмотри на меня и послушай, как я закончу то, что хочу сказать», — потребовал он, пристально глядя на нее. Она медленно повернула голову, встретившись с его взглядом, ее яркие глаза смотрели прямо на него, не моргая. «Раз уж ты отказываешься ехать со мной в Нью-Йорк, я позвоню Бекке прямо у тебя на глазах. Я хочу, чтобы ты своими ушами услышала, как я говорю Бекке, что люблю тебя». С этими словами он действительно пошёл за телефоном. Как только он достал телефон, она внезапно выхватила его: «Ты с ума сошёл!» Бекка и Говард Джеффри сейчас так счастливы вместе, как их романы могли снова вовлечь Бекку? Он смотрел в её сияющие глаза, и его любовь переливалась через них: «Ради тебя я могу сделать кое-что ещё более безумное». Больше всего она боялась его любящего взгляда. «Если хочешь позвонить, звони. Я не буду здесь слушать». Она бросила ему телефон обратно, вырвалась из его хватки и повернулась, чтобы уйти. Боль в ее сердце не могла быть заглушена всего несколькими его словами. Как только она подошла к двери виллы, она услышала, как он сказал: «Алиса, я люблю тебя». ---------- Главы 1242–649: Дополнительно: Большой Злой Волк и Маленький Белый Кролик — вторая пара Тело Элис Робинсон задрожало, и она невольно остановилась. Несмотря на сильную борьбу в сердце, она продолжала убеждать себя не верить его словам… Он подошёл к ней сзади и продолжил: «Я люблю тебя, Алиса, я люблю тебя, я люблю тебя, я люблю тебя…» «Умоляю тебя, перестань так говорить!» — Алиса внезапно закрыла уши, и слезы хлынули потоком. Он шагнул вперед, чтобы обнять ее. На этот раз она лишь слегка сопротивлялась, но он упорно отказывался отпустить ее, его глаза, глубокие и пронзительные, словно бездонный черный бассейн, пристально смотрели на нее. "Я тебя люблю…" Лицо Алисы уже было залито слезами. Она вырвалась из его объятий, повернулась, не давая ему увидеть, как она плачет. "Ты мне лжешь…" «Нет». Он обнял её сзади. «Я бы не стал говорить такие вещи просто так». «Ты ведь и Бекке много раз это говорила…» Она снова повернулась. «Ты уверена? Ты слышала?» Он улыбнулся, крепко обнял ее и поцеловал в лоб, лишив ее возможности вырваться. "…" Конечно, она этого не слышала. Как она могла присутствовать, когда он признался Бекке? «Что бы я ни говорила Бекке раньше, эти слова были сказаны, когда я еще не разобралась в своих чувствах». «Ты говоришь это сейчас, конечно, потому что больше не можешь завоевать расположение Бекки». «Хочешь, чтобы я поклялся?» — Он поднял руку. — «Если в моем сердце еще осталась Бекка, пусть у меня ничего не будет до конца жизни, пусть я останусь один в старости и буду рабом Алисы Робинсон всю свою жизнь». Слова Честера Робинсона развеселили Алису, но она всё ещё чувствовала гнев. «Я не хочу, чтобы ты был моим рабом». «Тогда я буду подкаблучником». Он, к его удивлению, засиял от радости. Алиса покраснела. Честер, не стесняясь в выражениях, бесстыдно заявил: «Выходи за меня замуж!» «Отпусти меня первой!» Алиса вдруг вспомнила, что нужно сопротивляться. «Пообещай выйти за меня замуж, и я отпущу тебя». Честер становился все более беспутным. "Ты…" Алиса была одновременно в ярости и смущена, но он крепко держал её, не давая ей сбежать! «Как ты можешь быть таким бесстыдным? Отпусти меня сейчас же!» Честер не только не отпускал её, но и обнимал ещё крепче. «Я сказал: пообещай мне, и я отпущу!» "Ты такой…" «Пообещай мне, Элис, что в моем сердце есть только ты, а не Бекка». «Ты, ты опять о ней заговорила?» — Алиса поджала губы и нахмурила брови. Увидев это, Честер расхохотался. Злиться? Ревновать значит проявлять заботу. Из виллы внезапно вышли несколько человек: миссис Джеффри, тетя П.А., Кристин Куинн… Вид Честера, обнимающего Алису, заставил всех вздохнуть с облегчением. Увидев толпу, Алиса резко вырвалась из объятий Честера, ее щеки раскраснелись, как красные яблоки. Кристин остроумно заметила: «Мы ничего не видели, вы двое продолжайте… хорошо поговорите!» «Это всё твоя вина!» — Алиса холодно посмотрела на человека рядом с ней. — «Отпусти меня!» Она резко наступила ему на ногу и повернулась, чтобы войти в виллу. Честер вздрогнул от боли и побежал за ней: «Алиса…» На втором этаже Алиса уже собиралась закрыть дверь, когда Честер уже проскользнул внутрь через щель. Алиса, сдавшись, открыла дверь и направилась к окну от пола до потолка в комнате. Честер вошел в комнату, закрыл дверь и обнял ее сзади. Алиса сопротивлялась, но он крепче обнял ее, крепко прижав к себе. Алиса перестала сопротивляться и внезапно разрыдалась. Честер вздрогнул, повернулся к ней лицом, встревоженно произнеся: «Алиса…» Она с силой ударила его сжатыми кулаками по груди, рыдая от обиды: «Ты, большой придурок, зачем ты до сих пор появляешься передо мной, придурок?!» Честер, слушая ее жалобы, взял Алису за руки и почувствовал себя словно в раю. Он прижал её к себе и сказал: «Давай начнём всё сначала, детка». Она вызывающе надула губы: «А кто твой ребёнок?» Он улыбнулся: «Конечно, это ты». «Я этого не заслуживаю». Он нежно поддержал её мягкие плечи, дрожавшие от сдерживаемых рыданий, и с безграничной нежностью поднял её опущенное лицо: «Я никогда никого так не называл, этим именем, я называл только тебя, и отныне я не буду называть тебя так только в постели». В этот момент ее лицо залилось алым румянцем. В прежние моменты близости он часто называл её так, но не знал, как сильно это ранило её сердце каждый раз. Только в постели он называл ее так, вне ее они были просто как брат и сестра. С упрямством она заявила: «Мне всё равно!» Он поднял ее подбородок: «Даже если тебе все равно, я все равно буду так тебя называть, а скоро у тебя появится еще один титул — жена». ---------- Глава 1243-649: Дополнительная история: Большой Злой Волк и Маленький Белый Кролик мирятся (2-2) Алиса на секунду замерла, безучастно глядя на него. Как он её только что назвал? "Жена"… Именно так он обращался к ней во сне, сне, который, как она всегда думала, никогда не сбудется. Он поцеловал её в лоб, и в его поцелуе переполняли чувства. «Выходи за меня замуж, Алиса». Неужели именно здесь принц и принцесса будут жить долго и счастливо? Нет… Элис глубоко вздохнула и вытерла слезы с уголков глаз. «Мне нужно подумать об этом». Брови Честера нахмурились в напряженной гримасе. "Почему?" «Потому что я до сих пор не могу довериться тебе всем сердцем». Честер обнял её сзади, крепче прижимая к себе. «Тогда что ты хочешь сделать? Если ты думаешь, что мне нужно уйти, чтобы ты могла ясно мыслить, извини, этого не произойдёт». Именно это она и хотела сказать; она никак не ожидала, что он сразу же раскусит её. «С тобой невозможно справиться». Он положил голову ей на плечо, прижавшись щекой к ее щеке. «В лучшем случае я могу тебе пообещать вот что — я подожду, пока ты не кивнешь, прежде чем выйдешь за меня замуж». «Я никогда не говорила, что выйду за тебя замуж». Он властно заявил: «У тебя нет другого выбора, кроме как выйти за меня замуж». «Негодяй». Он рассмеялся и медленно повернул её лицом к себе. "Позволь мне поцеловать тебя как следует. Я ещё не…" "Ах!" — внезапно вскрикнула Алиса и оттолкнула его. Честер нахмурился. "Что случилось?" Алиса выпалила: «Я забыла, члены правления все еще ждут, когда я начну заседание». Говоря это, она взглянула на часы. «Черт, уже пора начинать заседание». Она выскочила из комнаты, словно стрела. Он схватил её в самый подходящий момент, выглядя крайне недовольным. «В такое время ты не хочешь остаться со мной дома, и всё ещё думаешь о встрече?» Алиса вырвалась на свободу. "Иди составь себе компанию, черт возьми." Лицо Честера помрачнело. Алиса уже выбежала из комнаты. Она услышала лишь яростное ругательство, донесшееся изнутри. "Черт возьми!" Алиса призналась: она действительно пришла на встречу, но также хотела использовать ее как предлог, чтобы сбежать от него. Откинувшись на спинку автомобильного сиденья, Алиса все еще бешено колотилась. Она была бесполезна — даже перед ним она все еще нервничала. Никто не знал, что она не была сильной женщиной в истинном смысле этого слова; она никогда не могла по-настоящему успокоиться и спокойно со всем справляться. В прошлом году ей удалось удержать компанию на плаву не потому, что она действительно была способна на это, а потому, что она вложила в работу больше сил, чем кто-либо другой. Она совершенно не разбиралась в бизнесе. Когда она только основала «Тенч», она была так занята, что у нее кружилась голова, она была в растерянности и на грани отчаяния. Но как бы тяжело ни было, она никогда не показывала этого перед подчиненными или клиентами, потому что поклялась, что должна научиться быть независимой и сильной. Год, полностью посвятивший себя компании, наконец-то придал ей вид бронированной брони — холодной и высокомерной как для своих, так и для посторонних, — но по правде говоря, только она знала лучше всех: она не понимала бизнеса и даже не любила его. Жизнь, о которой она всегда мечтала, всегда была самой простой — быть женой и воспитывать детей. Но эту маску она отказывалась срывать перед ним. Она так упорно старалась сохранить эту силу; она не могла позволить себе снова стать слабой. Она боялась, что если позволит себе раствориться в нежной паутине, которую он только что сплел вокруг нее, то беззаботно превратится обратно в ту девушку, которой была раньше. Она призналась: когда дело касалось его, ее сердце все еще трепетало. Она уже измучилась, пытаясь ему отказать, но в конце концов все равно не смогла подавить то затянувшееся чувство влечения, которое испытывала к нему. Она любила его. В Германии она ничего к нему не чувствовала; на острове Пена она была к нему холодна. Но сейчас, когда он снова и снова повторял ей «Я люблю тебя», ей хотелось открыть рот и отказаться — но она поняла, что не может произнести эти слова… Всё, чего она хотела, — это плакать, жаловаться на него, проклинать его тысячу раз. И всё же она хотела быть с ним. Разве это делает её совершенно жалкой? «Мисс Робинсон, мисс Робинсон…» Энди прошептала, зовя её. Погруженная в свои мысли, Алиса наконец пришла в себя. «Э-э…» Она смущенно посмотрела на более чем десять членов совета директоров, сидевших перед ней и пристально наблюдавших за ней. Эрик Грант сказал: «Мисс Робинсон, я знаю, что в последнее время о вашей личной жизни много писали в таблоидах; должно быть, это повлияло на ваше настроение… Если вам все еще не становится лучше, почему бы нам не отложить встречу? Вы можете пойти домой и как следует отдохнуть несколько дней». «Верно, мисс Робинсон. Вы так усердно работали весь прошлый год, ни разу не взяв выходной… Почему бы не воспользоваться этим периодом и не отдохнуть немного дома? Мы, старики, поможем вам присмотреть за компанией». Это говорил Адамс Герберт. С тех пор как Алиса привела этих пожилых джентльменов в совет директоров Тенча, они стали абсолютно преданы "Тенчу". Элис смущенно улыбнулась всем. «Я знаю, вы все очень обеспокоены, но со мной все в порядке… Давайте продолжим собрание. Я хочу, чтобы „Тенч“ как можно скорее завершил дело». После окончания совещания Алиса вернулась в свой кабинет. Энди уже собиралась уходить с работы. Увидев Элис, все еще сидящую за своим столом, Энди невольно с беспокойством спросила: «Мисс Робинсон, вы не собираетесь домой?» «Э-э, я хочу остаться в компании и изучить материалы для IPO». «Я останусь и составлю тебе компанию». «Не нужно… Мы только что провели четырехчасовое совещание; вы тоже устали. Идите домой и отдохните. Я вернусь, как только закончу читать документы». «Хорошо. Если вам что-нибудь понадобится, просто позвоните мне, мисс Робинсон». "Мм." После ухода Энди в большом кабинете осталась только Алиса. Алиса была не в настроении читать какие-либо документы; ей просто нужен был повод остаться в компании. Да, она еще не была морально готова вернуться к нему. Неужели они действительно только начинали всё с нуля? Это должно было быть что-то радостное, но сейчас это только ужасно её расстроило. Причиной ее расстройства было постоянное чувство вины и самообвинения, нарастающее в ее сердце. Да, именно в этот момент она чувствовала, что сильно подводит Клода Лоуренса. В прошлом году, если бы не Клод, она бы не достигла всего этого. Она была в долгу перед Клодом очень, очень… В последние два дня Клод ей больше не звонил; он сдерживал свое обещание, не оказывал на нее никакого давления, позволяя ей спокойно сделать свой выбор. Она и так была очень-очень спокойна — так почему же, столкнувшись с Честером, она всё ещё не смогла сохранить самообладание? Она не хотела причинить боль Клоду, правда не хотела… Она никогда не воспринимала Клода как спасательный круг, за который можно ухватиться в кризисной ситуации; она выбрала Клода, потому что искренне хотела провести с ним всю свою жизнь. ---------- Главы 1244–650: Дополнительная история: Большой Злой Волк исполняет своё желание, а Маленький Белый Кролик оказывается на плахе Но почему он так добр к ней? Если бы он не дал ей возможности выбора или не позволил ей в течение последних двух дней трезво обдумать свои чувства к Честеру, возможно, она бы не склонялась к нему… Как ей следует ему ответить? Его неуважение к ней в итоге причинило ему боль. После долгих раздумий Элис Робинсон взяла телефон и набрала номер Клода Лоуренса. Извините, номер, который вы набрали, отключен. Пожалуйста, попробуйте позже. Эти слова эхом отозвались у нее в ушах, и Алиса медленно положила трубку. «Ты же не смеешь встречаться со мной дома из-за Клода Лоуренса, правда?» Внезапный низкий мужской голос испугал Алису. Она быстро подняла глаза и случайно встретилась взглядом с глубоким, темным взглядом Честера Робинсона. Алиса тут же встала со стула, несколько растерянно глядя на него. Честер вошел в кабинет, а Кит Энтони и двое телохранителей отошли к двери. Он обошел стол и подошел к ней: «Вообще-то, тебе не нужно чувствовать себя виноватой перед ним. Это он задумал нас разлучить». «Всё, что он делал, было мне на пользу». «Если бы это действительно было тебе на пользу, год назад он не создавал бы недоразумений, из-за которых мы скучаем друг по другу… Ты говорила, что в течение прошедшего года он тихо оставался рядом, стараясь быть внимательным и заботливым, но разве он не воспользовался моим отсутствием, чтобы вклиниться в твою жизнь?» «Он не заставлял меня быть с ним; я сама выбрала это». Честер насмешливо рассмеялся: «Его скрупулезная забота о тебе — это как раз и есть давление. Год назад, после того, как он создал недоразумение, которое нас разлучило, почему он тогда тебе не признался? Потому что он прекрасно знал, что если он признается, ты его обязательно отвергнешь. Поэтому он использовал стратегию: будучи к тебе добрым весь год, он не оставил тебе возможности сейчас отказать ему… Он всегда пользовался твоим чувством вины и самообвинением, затуманивая твою любовь ко мне, заставляя тебя заботиться о нем». Алиса покачала головой, опустив взгляд: «Клод не такой». Честер обнял Алису: «Я не отрицаю, что он хороший человек, но мужчины часто становятся эгоистами ради любимой женщины». Элис прислонилась к Честеру, и его приятный мужской аромат окутал все ее существо. В тот момент она поняла, как сильно скучала по его запаху. Честер нежно рассмеялся, мягко погладив ее по плечу: «Я ждал этого момента весь год». Алиса закрыла глаза и долгое время прижималась к нему в объятиях. Он рассмеялся, излучая безграничную нежность, и притянул её к себе ещё крепче. В тот миг время словно остановилось, словно существовал другой мир, и она медленно оттолкнула его. Он крепко обнял её за талию, не позволяя ей отстраниться. "Что случилось?" Алиса опустила глаза и серьезно произнесла: «Тебе следует идти первой, у меня еще есть работа в компании». Честер нахмурился: «Ты всё ещё хочешь меня избегать». «Нет, я… я просто к этому не привык». Она должна была признать, что после года отсутствия общения ей было непривычно находиться с ним так близко. Честер тихонько усмехнулся, притянул её к себе поближе и прошептал на ухо: «Постепенно ты к этому привыкнешь». Щеки Алисы покраснели. Честер сказал: «Пойдемте поужинаем!» Алиса кивнула. В машине было очень тихо. Честер и Элис сидели на заднем сиденье. Он обнял её за талию и спросил: «Почему ты ничего не говоришь? О чём ты думаешь?» «Телефон Клода был недоступен». «Ты все это время думала о нем?» В его темных глазах читалось недовольство. Алиса серьёзно объяснила: «Мне нужно кое-что ему прояснить». «Наши отношения ему объяснять не нужно». «Я не хочу причинить ему боль». «Когда он замышлял разлучить нас, он уже думал об этом дне». "Но…" Выражение его лица стало суровым: «Я не позволю вам жалеть его». Его ревность была очевидна, он вернулся к своим обычным авторитарным методам. «Мне просто кажется, что мне нужно встретиться с ним и поговорить», — сказала Элис. «В этом нет необходимости… вам не стоит беспокоиться о нем, я найду время поговорить с ним». Алиса взволнованно сказала: «Не нужно с ним разговаривать, я сама с этим справлюсь». Честер твердо заявил: «Но я не позволю вам встречаться с ним снова». "Ты…" Он внезапно опустил голову и страстно поцеловал её в губы. В машине, за рулем которой сидел Кит Энтони, он внезапно поцеловал ее. "М-м-м…" Она крепко вцепилась рукой в ​​сиденье, его губы уже были прижаты к её губам. ---------- Глава 1245-650: Дополнительная история: Большой Злой Волк получает своё желание, а Маленький Белый Кролик на плахе (2) Его губы были такими же теплыми, какими она их помнила, нежно прижимаясь к ее губам, не оставляя ни малейшей щели для дыхания. Он раздвинул ей зубы, и его ловкий язык проник внутрь, наслаждаясь сладкой и липкой субстанцией. Она хотела отступить, но он обвил ее язык своим, заставляя ее слиться с ним воедино. Знакомый вкус наполнил их рты, и странное тепло разлилось по их телам. Ее тело постепенно слабело… Он обнял её, и спустя долгое время его тонкие губы наконец оторвались от её губ. Она была совершенно измотана, прижалась к нему и тяжело дышала. Он внимательно изучал её покрасневшее лицо, затем его взгляд задержался на её опухших и влажных губах. С гордой надменностью он произнёс: «Помни мою тиранию. Отныне я не позволю тебе упоминать в моём присутствии другого мужчину… В твоих глазах, в твоём сердце должен быть только я». Когда он произнес эти властные слова, в ее сердце зародилась нотка нежности. Он никогда прежде не говорил ей таких собственнических слов… Только сейчас она поняла, что именно это и есть настоящая любовь к кому-либо. Он застал её в оцепенении и спросил: «О чём ты опять думаешь?» Она покраснела от смущения: «Нет… ничего». Она, конечно же, не могла признаться ему, что поддавалась его властным словам! Он обнял её за плечи, позволив ей опереться на своё широкое плечо: «С этого момента я никогда больше не позволю тебе меня покинуть». Она слегка улыбнулась, невольно взглянула в окно, а затем, подняв голову, растерянно спросила: «Похоже, это не тот путь домой». Честер улыбнулся и кивнул: «Раз уж ты сегодня наконец-то меня принял, может, найдем место, где можно отпраздновать?» Ее тонкие брови слегка нахмурились: «Поужинаем на улице?» "Да." «Но Рейчел дома, как и миссис Джеффри и Кристин». Губы Честера изогнулись в улыбке: «Когда я уходил, Кристин и тетя П.А. обе сказали мне, что хорошо позаботятся о Рейчел, так что нам не нужно ехать домой сегодня вечером…» "Почему?" Улыбка на губах Честера стала шире, а в глазах появился необычный блеск: «А ты что думаешь?» Алиса по-прежнему недоуменно качала головой. Честер наклонился к уху Алисы и прошептал: «Они боятся, что наш шум потревожит Рейчел, спящую по соседству». Лицо Алисы мгновенно покраснело до ушей, и она нежно ущипнула его за бедро. Он громко рассмеялся и нежно поцеловал её в губы. Честер вывел Элис из машины. Роскошный отель напротив был хорошо знаком Алисе; именно в нем часто останавливался Честер, когда приезжал в Париж. Еда в отеле, конечно же, была безупречной, но это было общественное место. Элис замерла на месте, ее ноги не следовали за Честером в сторону отеля. Честер обернулся и увидел, что Алиса слегка нахмурилась: «Что случилось?» Элис осторожно освободила руку Честера: «Давай сменим место…» Выражение лица Честера помрачнело: "Почему?" «Это место, где собираются люди высокого статуса и влиятельные личности, здесь будет много репортеров, снимающих репортажи». «Чего ты боишься?» «Последние новости еще не утихли, боюсь, если репортеры застанут нас вместе на этот раз…» Слова Алисы прервал Честер: «Если репортеры застанут нас вместе, мы открыто в этом признаемся». Алиса опустила голову и пробормотала: «Я не хочу». Он уловил ее бормотание своим острым слухом и подошел к ней, на его серьезном лице появилась улыбка: "Почему бы и нет?" Алиса опустила голову и тихо произнесла: «В глазах всего мира я — девушка Клода». «Могу публично заявить, что вы с Клодом расстались месяц назад». «Я только что рассталась с тобой и теперь с тобой… что обо мне подумают другие?» Ее репутация и так была очень плохой. «Они просто подумают, что мы возобновили наши старые отношения, ведь весь мир знает, что Рейчел — моя дочь». "Но…" Он поднял её опущенную голову и искренне сказал: «Я решу все проблемы, когда мы будем вместе, тебе нужно лишь оставаться рядом со мной». Под светом неоновой вывески у входа в отель их взгляды встретились. Несмотря на то, что он похудел, он по-прежнему был таким же красивым, как и прежде. Она пристально посмотрела на него. Воспоминания об их многолетней связи друг с другом всплыли в ее памяти… Внезапно она протянула руку и обняла его. Он немного удивился, но крепко обнял её. Она уткнулась головой ему в грудь, слезы захлестнули ее: "Неужели я сейчас сплю?" Он покачал головой, его сильные руки словно хотели слиться с ней воедино: «Прости, я слишком поздно это понял… заставляя тебя так страдать из-за меня». Она энергично покачала головой, но слезы по-прежнему непослушно пропитывали его рубашку. Он поднял её голову и спросил: «Глупышка, почему ты плачешь?» Ее глаза были полны слез, она плакала, как ребенок: «Брат, могу ли я действительно рассчитывать на тебя в будущем?» «Тебе больше нельзя называть меня братом, отныне ты можешь называть меня только Честером… Я окажу тебе всю поддержку». Горечь застряла в горле Алисы, не давая ей произнести ни слова. Он нежно вытер слезы с ее лица и ласково сказал: «Будь хорошей девочкой, зови меня Честером и дай мне знать». Казалось, ей потребовались все силы, чтобы прохрипеть: "…Честер". Он рассмеялся, наклонился и поцеловал ее в лоб: «Называй меня так еще несколько раз сегодня вечером». Слёзы текли ещё сильнее… Она и представить себе не могла, что настанет такой день, когда она сможет так близко поговорить с ним лицом к лицу. Неужели она сейчас не спит? Действительно ли он её любит? Внезапно неподалеку вспыхнула фотовспышка. Алиса вернулась к реальности, заметив камеру, спрятанную в цветнике. «Здесь действительно есть репортеры». Он просто обнял её и направился прямо в отель: «Пусть фотографируются!» Алиса больше не колебалась, прижавшись к нему и мило улыбаясь. После ужина Элис и Честер отправились в забронированный ими номер. В тот момент Честер открывал бутылку вина, а Алиса стояла на балконе отеля, любуясь ночным видом Парижа. На балконе дул довольно сильный ветер, он трепал воротник ее белой рубашки, пока она, обнимая себя, тихо созерцала огни и краски города. ---------- Глава 1246–651: Дополнительная история: Привязанность и близость 1 Честер не понял, что произошло, когда он подошел и обнял ее сзади: «Тебе стало грустно?» Элис Робинсон повернула голову и сказала: «Нет». Честер отпустил ее, взял стоявший рядом бокал красного вина и протянул ей. Элис Робинсон взяла его, слегка чокнувшись с ним. Сделав небольшой глоток, она повернулась, чтобы посмотреть на шумный, гламурный город: «Париж в моей памяти нисколько не изменился». Честер, держа бокал с вином, подошел к ней и обнял одной рукой: «Все изменилось, но ты сталкиваешься с этим каждый день, поэтому не чувствуешь этих изменений». Она повернула голову, чтобы посмотреть на него, и спросила: «Т-Сити, Париж, Нью-Йорк, какой из этих трех городов тебе нравится больше всего?» В городе Т хранятся воспоминания о нем и Бекке, в Париже — воспоминания о ней и о нем, а что касается Нью-Йорка, то если он выберет его, это будет означать, что его сердце по-прежнему принадлежит этому городу. Он посмотрел вдаль и без колебаний ответил: «Т-Сити». Ее тело внезапно задрожало, и она резко отстранилась от него. Она поставила бокал и повернулась, чтобы уйти. Он вовремя протянул руку, чтобы обнять ее: «Куда ты идешь?» Она повернулась к нему спиной, сдерживая разочарование: «Мне кажется, есть вещи, которые ты до сих пор толком не обдумал». Он усмехнулся, поставил бокал с вином и обнял её: «Почему ты злишься?» Она надулась и оттолкнула его: «Конечно, Т-Сити — прекрасное место, там есть люди, которых ты запомнишь, и воспоминания, которые тоже останутся в памяти навсегда». Он несколько раз цокнул языком, поддразнивая: «Почему я чувствую сильный запах ревности?» Она сердито толкнула его. Он обнял её за тонкую талию обеими руками, улыбаясь: «Я просто пошутил, кто бы мог подумать, что ты воспримешь это так серьёзно». Конечно, он не мог не догадываться о скрытых мыслях, стоящих за её вопросом. Она сохранила холодное выражение лица, надула губы и спросила: «Тогда скажи мне, что тебе на самом деле нравится?» На этот раз он мудро и честно ответил: «Конечно, это Париж… только в Париже есть люди, которые навсегда останутся в моей памяти, незабываемые воспоминания». Постепенно она перестала раздражаться, но всё ещё не отпускала его: «Хорошо, ты говоришь, что у тебя есть незабываемые воспоминания, тогда расскажи мне о некоторых из них». «С какой части воспоминаний ты хочешь начать?» Его глаза постепенно стали лукавыми: «С того момента, как я тебя впервые увидел, или с того момента, как у нас впервые сблизились?» "Ты…" Ее щеки покраснели, и она ударила его о его крепкую грудь. «Я помню ту ночь, я был пьян, от тебя так приятно пахло, ты…» «Ты также сказала, что в тот вечер совсем не была пьяна…» Элис Робинсон почувствовала одновременно смущение и раздражение, снова нанеся несколько легких ударов. Он внезапно подхватил её на руки. Она вздрогнула и инстинктивно обняла его за шею: «Что ты собираешься делать?» Он тихонько усмехнулся и отнёс её прямо на кровать в комнате. Ее щеки уже покраснели, она предчувствовала, что он задумал сделать. Он осторожно уложил её на кровать, её щёки пылали румянцем, и низким, дразнящим голосом спросил: «Теперь ты понимаешь, что я хочу сделать?» Она обхватила его шею, и ей приходилось смотреть на него снизу вверх, потому что она была ниже ростом. Он нежно поцеловал её в губы, его глубокий голос был полон тоски: «Детка, я очень тебя хочу». Не успев закончить, он уже обнял её, прижавшись к её шее. Она повернула голову, сопротивляясь ему: «Подожди, подожди…» Он остановился, нетерпеливо глядя на нее. Она потянула его за галстук и спросила: «Честно скажи мне, ты… за этот год?» "Что?" "Вы… вы были с другими женщинами?" Честер потерял терпение, его рука лежала на ее бедрах, он притянул ее к себе и хрипло пробормотал: «Конечно, нет». "Правда?" — Элис Робинсон посмотрела на него с подозрением. У нее было очаровательное лицо, распустившееся, словно персиковый цветок. Его сердце уже было занято, он прижался подбородком к ее лбу, игриво говоря: «Я докажу тебе это позже». Ее лицо было красным до самой шеи. Он приподнял ее подбородок, его темные глаза, горящие огненной интенсивностью, смотрели на ее изысканное лицо. Она увидела пламя желания, пылающее в его глазах, и внезапно почувствовала себя немного очарованной и растерянной. Он медленно опустил голову и поцеловал её в губы. Когда четыре губы соприкасаются, желание извергается подобно вулкану. Сосание, облизывание, покусывание… Они взаимно требовали друг от друга, в этот момент жаждали только друг друга. Ее руки, которые до этого лежали у него на груди, постепенно поднялись к шее. Ее пальцы переплелись в его темных волосах, ее язык сплелся с его языком. Его беспокойная рука потянулась к ее груди, и, не в силах удержать ее одной рукой, он принялся разминать ее. "Это больно…" Она наконец ахнула. Он с сожалением отстранился от её влажных красных губ, глядя на лёгкую хмурость на её лице. ---------- Глава 1247 - 651: Дополнительная история: Привязанность, нежность 1_2 Она тяжело дышала, все ее тело уже залилось багровым румянцем. Он отстранился от ее груди, крепко обнимая: «Прости, прошло так много времени с тех пор, как я…» — он не смог сдержать своих сил. Она покачала головой, крепко обняла его и, встав на цыпочки, поцеловала его. Он крепко схватил её за губы, постепенно углубляя поцелуй… Она взяла его руку и положила её на округлость своей груди. На этот раз он был осторожен, нежно, очень нежно поглаживал и разминал. Она начала тихонько стонать. Он расстегнул её рубашку, отодвинул бюстгальтер и уткнулся головой ей в грудь. Из её уст вырвался стон, когда она постепенно ослабела… Они оба упали на большую кровать рядом с собой. «Милый, помоги мне раздеться». Он что-то ей наставлял, бормоча себе под нос. С закрытыми глазами она неуклюже расстегнула его рубашку. Но он не мог ждать и направил ее руки к своему поясу. Даже сквозь ткань его брюк она чувствовала жгучую твердость его чувствительного места. Она испугалась палящего зноя и инстинктивно хотела отстраниться, но он крепко обнял ее: «Не стесняйся». Ее тело горело, и она не могла отрицать, что ее бешено бьющееся сердце с нетерпением ждало того, что произойдет дальше. Он помог ей, неопытной, расстегнуть молнию на его платье… Прежде чем она успела отреагировать, он быстро снял свои штаны. Она увидела его внушительные размеры. Она всегда боялась, каждый раз задаваясь вопросом, сможет ли она действительно ему угодить. Погруженная в свои мысли, она внезапно почувствовала холодок под собой… Она смутно открыла глаза и увидела его тело, прижимающееся к ней… Ее ноги были широко раздвинуты, и прежде чем он успел снять с нее всю одежду, он резко и энергично вонзился в нее… "Ах…" Он никогда не желал ее так сильно, и чуть не кончил внутри нее, как только вошел. Она вздрогнула от боли, чувствуя лишь его дрожь над собой. Лишь в этот момент она осознала, сколько ему пришлось пережить за последний год… Он не отстранился и ласкал ее раскрасневшееся лицо: «Прости, детка…» Она обняла его, успокаивая: «Всё в порядке… мы будем не торопиться». Он страстно поцеловал её. Она ответила ему с энтузиазмом, чувствуя, как та часть его, которая только что смягчилась, снова напрягается. В следующее мгновение он яростно принялся за самые первобытные движения… Посреди ночи. "Алиса…" Она сонно ответила: "Хм?" «Ещё раз». Она открыла свои усталые глаза и увидела его сияющие глаза, и ей захотелось заплакать, но слез не было. Утренний солнечный свет заливал комнату… Двое, обнимавшиеся на кровати, всё ещё крепко спали. Легкий ветерок покачивал маленькие цветочки на подоконнике, вызывая легкую прохладу у тех, кто лежал в постели… Мужчина крепко обнял женщину сзади, согревая её. «Алиса, Алиса…» Во сне Алиса смутно слышала зов этого мужчины. Испытывая сильную усталость, она медленно открыла глаза и, сонно разглядывая знакомое красивое лицо, увидела его. Она внезапно полностью проснулась, широко раскрыв глаза, и посмотрела на него. Он лежал на кровати, приподнявшись над кроватью, и, увидев, что она проснулась, одарил ее пленительной улыбкой. Она на мгновение растерялась, но дискомфорт в теле быстро напомнил ей о прошлой ночи, и ее щеки мгновенно покраснели. Он легонько поцеловал её в губы и сказал: "Детка, может, встанем?" Она вцепилась в одеяло, прикрыв им своё обнажённое тело, и спросила: «Который час?» «Сейчас час дня». «В час дня следующего дня?» «Мм-хм». О боже… Алиса закричала, вцепившись в простыни, и внезапно села. Как только она встала, почувствовала боль во всем теле, словно вот-вот развалится на части. Нахмурившись от дискомфорта, она, казалось, протестовала нижней частью тела, испытывая слабую боль. Честер обнял её: «Что случилось?» Элис сказала: «В компании еще много дел, которые мне предстоит сегодня сделать». «Я знаю… Энди звонила утром. Я сказала ей, что ты спишь и чтобы она отложила работу на день». «Что?» — Элис в шоке посмотрела на Честера. — «Ты ответил на звонок Энди?» Честер кивнул. Алиса с сожалением хлопнула себя по лбу, прикрыв покрасневшие щеки руками. Он усмехнулся: «А почему такое лицо?» Она сердито ударила его кулаком: «Почему ты ответил на мой телефон?» «Я боялся, что этот звонок разбудит тебя». "Но…" "Хм?" Алиса прошептала: «Боюсь, наша ситуация станет горячей темой для обсуждения в компании». Первым делом утром, когда он ответил на ее звонок — любой взрослый человек подумал бы об их отношениях. Честер подняла свою склоненную голову: «Зачем бояться, дорогая? Пора всем рассказать о нас». Она посмотрела на него, надувшись: «Это всё твоя вина…» Он ласково поцеловал её надутые губы: «Проголодалась? Может, что-нибудь поедим?» Она снова легла и проворчала: «Я ужасно устала. Я не пойду… Иди ты». Он наклонился и бросил на нее злобный взгляд: «Хорошо… Я закажу еду в номер. Сегодня мы останемся в номере и никуда не пойдем». «Эй…» — Алиса нахмурилась, — «Я ужасно устала. Хочу немного поспать, а потом мне еще нужно идти в компанию». Он прислонился к изголовью кровати, обнял ее, позволив ей опереться на его грудь: «Тогда поспи еще немного». На самом деле она достаточно отдохнула, просто чувствовала слабость и хотела еще немного полежать в постели. Он нежно погладил ее лицо, погрузившись в свои мысли. Она, не моргнув, посмотрела на него, заметив его спокойное выражение лица, и спросила: «О чём ты думаешь?» Он смотрел на неё, на уголке его губ появилась медленная улыбка, он наклонился к её уху и сказал: «Думаю о тебе… Почему твоё тело такое соблазнительное?» Лицо Алисы покраснело, и она легонько ударила его кулаком: «Ты ведёшь себя неподобающе так рано утром». Он повернулся боком, чтобы обнять её, прикоснувшись носами друг к другу и тихо прошептав: «Детка, весь прошлый год, каждое утро, когда я просыпался, я надеялся обнять тебя вот так… Теперь я по-настоящему счастлив». ---------- Главы 1248–652: Дополнительная история: Глубокая любовь и близость 2 Элис Робинсон тихо пробормотала, жалуясь: «Конечно, вы довольны, я чуть не развалилась на части…» "Что вы сказали?" «Ничего, ничего…» Она улыбнулась, чтобы порадовать его, — «Я тоже считаю, что такие утра чудесны». Он легонько поцеловал её в лоб: «Поспи ещё немного, я отвезу тебя в офис позже». Элис Робинсон мило улыбнулась, крепко обняла его и прижалась к нему. В два часа Честер Робинсон вынес Элис Робинсон из ванной комнаты. Переодевшись, Элис Робинсон помогла Честеру Робинсону завязать галстук. Честер Робинсон с серьезным видом наблюдал, как она завязывает ему галстук, и на его лице невольно появилась улыбка. «Почему ты улыбаешься?» — спросила Элис Робинсон. Честер Робинсон ответил: «Вы давно мне не помогали с галстуком, я очень доволен». Элис Робинсон мягко улыбнулась: «Обычно именно жена помогает мужу завязать галстук». Честер Робинсон внезапно обхватил её талию своей большой рукой: «Значит, когда ты помогала мне завязывать галстук, ты мечтала стать моей женой?» Элис Робинсон, извиваясь, упрекнула его: «Бесстыдница, я этого не делала». Честер Робинсон наклонился ближе, их дыхание почти соприкасалось. "Правда?" Элис Робинсон покраснела, но серьезным тоном настаивала: «Конечно, это правда, я не знаю, кто заставил меня помочь ему завязать галстук раньше». Честер Робинсон от души рассмеялся и отпустил её. Элис Робинсон наконец поправила галстук и сказала: «Я подумала, мне лучше пойти в офис одной… если вы появитесь у входа в компанию, боюсь, сотрудники снова начнут сплетничать». Честер Робинсон поднял ее подбородок, в его темных глазах читались врожденная надменность и властность: «В моем присутствии чего ты боишься?» "Я просто думаю…" Увидев его непредсказуемый темный взгляд, она медленно замолчала. Его лицо слегка потемнело, глубокие черные глаза устремились на нее. "Я сказал, в моем присутствии." Она кивнула и прижалась к нему в объятиях. Он улыбнулся и обнял её. Ей приходилось признавать перед ним, что она всегда была маленькой крольчихой, неспособной устоять. Он нежно погладил её ладонь, словно ладонью, и сказал: «Как только компания „Тенч“ станет публичной, тебе не придётся беспокоиться о делах компании… В будущем тебе нужно будет лишь быть хорошей женой и матерью». «А что насчет „Тенча“?» «Естественно, я поручу это кому-нибудь». «Кто-нибудь этим займётся?» — Элис Робинсон, удивленно глядя на него, вздрогнула. — «Ты хочешь сказать, что не собираешься заниматься „Тенчем“?» Честер Робинсон встретил ее взгляд: «Я планирую, чтобы вы с Рэйчел жили со мной в Нью-Йорке». Элис Робинсон недоумевала: «Почему бы не жить в Париже?» Честер Робинсон сказал: «Во-первых, „QCS“ находится в Нью-Йорке, жизнь в Париже сделала бы деловые операции неудобными. Во-вторых, Говард Джеффри и Скайлер Джонс давно приглашали меня переехать в особняк Джонсов. После тщательного обдумывания, жизнь там после свадьбы кажется идеальным вариантом. В особняке Джеффри живут Бекка и Кристин, вам не будет скучно в свободное от работы время; вы сможете обсуждать с ними детей, ходить по магазинам в свободное время, а у Рейчел будут Мэрилин и другие друзья для игр…» Элис Робинсон долго размышляла, не давая ответа. Честер Робинсон прижался лицом к ее лицу и спросил: «Что случилось? Ты не хочешь уйти?» «Мне невыносимо покидать Париж». «Я не говорила, что мы не вернемся в Париж; это тоже наш дом, мы можем вернуться, когда захотим». Элис Робинсон внезапно подняла голову и резко возразила: «Эй, мы же ещё даже не женаты, как мы уже обсуждаем будущее? Я ещё не согласилась выйти за тебя замуж, ты что, пытаешься меня обманом заставить?» Хм, она на это не поведётся. Честер Робинсон снисходительно улыбнулся и поцеловал её в губы: «Ты меня раскусила…» Элис Робинсон никак не ожидала, что у ворот «Тенча» окажется толпа многочисленных репортеров. Увидев это, Элис Робинсон не осмелилась выйти из машины. «Почему здесь так много репортеров?» Честер Робинсон взял Элис Робинсон за руку и вышел прямо из машины. Элис Робинсон замялась: «Думаю, я не пойду в компанию, пойдем домой…» Элис Робинсон повернулась и попыталась уйти, но Честер Робинсон схватил ее за запястье, заставив обернуться. «Я сказал, что со мной рядом бояться нечего». Элис Робинсон издалека посмотрела на толпу репортеров у входа в компанию и испуганно произнесла: «Боюсь, они снова начнут задавать мне вопросы». Честер Робинсон рассмеялся: «Я думал, в этом году ты ничего и никого не боишься, а оказалось, ты просто бумажный тигр». Он нежно ущипнул её за лицо. Элис Робинсон была смущена. В этот момент кто-то из группы репортеров крикнул: «Мистер Робинсон и мисс Робинсон вон там…» ---------- Глава 1249 - 652: Дополнительно: Любящая преданность, Интимность 2_2 Элис Робинсон в панике подняла глаза и увидела, как к ним устремились толпы репортеров. Алиса уменьшилась в размерах и наклонилась к Честеру Робинсону. Честер Робинсон держал Алису на руках и направился к зданию "Тенч". В одно мгновение репортеры окружили их. К счастью, в этот момент появились телохранители Честера Робинсона, которые всегда были рядом, словно тени, и заблокировали всех репортеров. Честер Робинсон держал Элис на руках и беспрепятственно направился к "Тенчу", позволив заблокированным репортерам измотать себя вопросами. Элис крепко прижалась к Честеру Робинсону, выглядя очень хрупкой женщиной. Перед входом в "Тенч" Честер Робинсон поцеловал Элис в лоб на глазах у всех репортеров и сказал: "Сначала займись делами компании, у меня тоже есть дела… Позвони мне после работы, я приеду за тобой". Алиса безучастно кивнула, чувствуя на себе бесчисленные взгляды. Он в последний раз крепко поцеловал её, прежде чем повернуться и направиться к своей машине. Элис проникла в компанию в сопровождении охраны "Тенча". Честер Робинсон проигнорировал вопросы репортеров, сел в машину и уехал. Войдя в свой кабинет, Алиса наконец немного успокоила бешено бьющееся сердце, но неожиданно Энди выпалила: «Мисс Робинсон». Алиса вздрогнула, схватилась за грудь и нахмурилась, жалуясь своей подчиненной: «Вы чуть меня до смерти не напугали». Энди быстро положила документы на стол, усмехнувшись: «БОСС, вы хотите нам что-нибудь сказать?» "Что… что случилось?" Алиса слегка покраснела и села за стол. Энди наклонилась вперед, озорно моргая: «Я только что видела, как Честер лично привел тебя в компанию и поцеловал на глазах у всего мира… Так нежно!» Алиса сделала вид, что спокойна, откашлялась и с властным видом сказала: «Никаких сплетен в рабочее время!» Энди игриво умоляла: «Ну же… БОСС, расскажи нам честно о своих нынешних отношениях с Честером, нам ужасно любопытно!» Алиса открыла лежащую перед ней папку и, намеренно переведя разговор на деловую тему, спросила: «Почему отчет за этот месяц до сих пор не сдан?» Энди смело забрала отчёт на глазах у Алисы и сказала: «Мисс Робинсон, избегание — не выход!» «Ты, мелкий негодяй, больше не хочешь работать в компании?» Энди мило моргнула: «Я такая очаровательная, мисс Робинсон и не посмеет меня уволить…» Алису позабавили игривые выходки Энди: «Ладно, хватит дурачиться…» Энди прищурилась: «Итак, мисс Робинсон, Честер действительно отец Рейчел, и вы с Честером были знакомы давным-давно?» Алиса застенчиво улыбнулась и кивнула. Энди с круглыми губами воскликнула: «О боже… Неудивительно, что каждый раз, когда я вижу Рэйчел, мне кажется, что она на кого-то похожа, оказывается… она очень похожа на Честера, которого я вижу в газетах и ​​журналах каждый день». Элис нахмурилась: «Разве ты всегда не говорила, что Рейчел похожа на меня? Когда это она стала на него похожа?» Энди почесала затылок: «Я не осмеливалась сказать, что Рейчел похожа на кого-то другого… боялась задеть твои чувства». Алиса взяла в руки еще один документ и легкомысленно произнесла: «Я не такая уж хрупкая». Энди лукаво спросила: «Так вы с Честером снова разжигаете старые чувства?» Алиса этого не отрицала. Энди подперла подбородок руками, демонстрируя крайне завистливый взгляд: «Мисс Робинсон, вам действительно повезло». «Ладно, сплетни закончились, можно мне теперь приступать к работе?» «Ещё нет, мисс Робинсон, это…» Энди была молодой девушкой, только что окончившей колледж, никогда не состоявшей в отношениях, поэтому она немного стеснялась говорить о взрослых проблемах. «Это… я звонила вам сегодня утром, и ответил Честер. Значит ли это, что вы были с Честером прошлой ночью… ну, вы понимаете». Лицо Элис помрачнело: «Элла Ричардсон!!» Энди, дрожа, выпрямилась: «Да, мисс Робинсон, сегодня вам нужно будет заняться…» Закончив работу с имеющимися файлами, Алиса устало и лениво потянулась. Действительно, не стоит переусердствовать, сегодня у неё совсем не осталось сил, она устала, просмотрев всего несколько документов. Помассировав руки, Алиса встала и подошла к французскому окну в офисе. Внизу, у входа в "Тенч", репортеры, к удивлению, не разошлись. Нахмурившись, Алиса подошла к гостиной, взяла пульт и включила телевизор. Они провели ночь вместе в отеле, и у нас есть основания полагать, что президент QCS Честер Робинсон и Элис влюбились друг в друга… По словам репортеров, которые дежурили у отеля прошлой ночью, к 10 утра они еще не покинули отель… Хотя они официально не подтвердили свои отношения, инсайдеры сообщили, что Честер скоро женится на Элис, и она станет официальной миссис Робинсон… Услышав слова "миссис Робинсон", Алиса слабо улыбнулась. «Мисс Робинсон…» Энди вошла незаметно для Алисы, чем сильно ее напугала. «Ты становишься все более и более непослушной, входишь без стука». Энди несла чашку кофе и невинно сказала: «Мисс Робинсон, я постучала, но вы были слишком сосредоточены на новостях, чтобы услышать». Элис взяла кофе, который ей протянула Энди, чувствуя себя несколько смущенной. Энди хихикнула: «Мисс Робинсон, я только что видела, как вы тайком улыбались, похоже, Честер — ваша настоящая любовь…» Алиса покраснела: «Уходи уже!» «Да, мисс Робинсон, я не буду мешать вам смотреть "Честер" по телевизору». "…" В этот момент у Алисы зазвонил телефон. Алиса, держа в руках чашку кофе, подошла к столу и взяла трубку телефона. Увидев имя на экране телефона, Алиса сильно затряслась. Отставив чашку кофе, Алиса глубоко вздохнула, а затем нажала кнопку ответа. Другая сторона долгое время хранила молчание. По телефону ей, казалось, удавалось уловить настроение человека на другом конце провода. Она виновато произнесла: «Клод…» «Похоже, вы уже приняли решение, не потратив на это неделю». Услышав его почти холодный тон, она еще больше почувствовала вину: "Прости…" На другом конце провода Клод Лоуренс, казалось, испытывал боль и издал долгий смех. "Клод…" ---------- Главы 1250–653: Дополнительная история: Привязанность, Интимность 3 «Не нужно передо мной извиняться, чувства бывают такими — их нельзя заставить». У Элис Робинсон защемило в носу: "Мы можем встретиться?" "Ты уверен, что Честер не будет против, если ты со мной увидишься?" «Не говори так, Клод… У меня есть свобода». «Хорошо, тогда я подожду тебя в Йорне». «Хорошо, я сейчас пойду». Элис Робинсон вышла через заднюю дверь «Тенча». Она не взяла с собой водителя; она сама доехала до отеля «Йорна». Войдя в отель, где она раньше работала, Элис Робинсон почувствовала особую привязанность. Издалека она уже увидела Клода Лоуренса, сидящего у окна в темно-синем костюме и откинувшегося на спинку стула. Он тоже ее видел, и на столе стояли два бокала красного вина. Эта сцена внезапно напомнила ей о событиях годичной давности… Когда она впервые встретила его, это тоже произошло в этом отеле. Она сидела на том же месте, где он сидит сейчас, ожидая своего тогдашнего босса, а он сидел неподалеку и спокойно ужинал. Тогда весь ресторан был пуст, кроме них двоих, и хотя их разделяло расстояние, создавалось ощущение, что они ужинают вместе. Только сейчас она поняла, что он забронировал весь дом и на этот день. Элис Робинсон подошла к Клоду Лоуренсу и села напротив него. «Не возражаете, если вам предложат немного красного вина?» — спросил он, как всегда, по-джентльменски. Алиса покачала головой и подняла бокал красного вина. Он осторожно чокнулся с ней бокалом и выпил половину из своего. Край ее бокала едва не коснулся губ, но, увидев, что он выпил половину своего бокала, она медленно поставила свой и пристально посмотрела на него. Выражение его лица было бесстрастным, но глаза казались тусклыми. «Прости, Клод…» Клод Лоуренс поднял глаза и пристально посмотрел на нее. Их взгляды встретились: его выражение было сложным, а в её — полным вины и сожаления. Наконец он равнодушно приоткрыл губы: «Я нисколько не удивлен, что ты сделала такой выбор». Он посмотрел на нее глубоким взглядом: «Как ты могла всего за год забыть того, кого любила столько лет?» Элис Робинсон опустила голову в знак извинения. Клод Лоуренс глубоко вздохнул: «На самом деле, я не злюсь на тебя за то, что ты вернулся к нему». Элис Робинсон подняла глаза, чтобы посмотреть на него, ее лицо было слегка бледным. «Я всегда знал, что, возможно, смогу сделать тебя счастливой, но Честер — тот, кто может подарить тебе наибольшее счастье, потому что он самый важный человек в твоем сердце». Он помолчал. «Но знаешь ли ты, почему я, зная, что именно он может принести тебе наибольшее счастье, пытался заставить тебя неправильно его понять?» «Ты однажды сказала мне, что не доверяешь ему; ты чувствовала, что его любовь ко мне нечиста». Клод Лоуренс кивнул: «Элис, ты уверена, что он сейчас любит именно тебя?» "Я…" "Вы уверены?" «Он говорит, что любит меня». Клод Лоуренс нахмурился: «Он так говорит, и ты ему веришь?» Элис Робинсон опустила глаза и твердо кивнула: «Я верю тому, что он говорит». «Элис… Я общаюсь с ним уже больше десяти лет; он никогда не упоминал о тебе, но я знаю о существовании Бекки». Элис Робинсон с тревогой воскликнула: «Это уже в прошлом…» Клод Лоуренс серьезно произнес: «Элис, я говорю тебе это не для того, чтобы разрушить жизнь Честера, а потому что надеюсь, что ты, пережив все эти прошлые страдания, хорошенько все обдумаешь». Элис Робинсон кивнула. Клод Лоуренс усмехнулся: «Давай выпьем еще». Элис Робинсон сделала глоток красного вина и заметила, что Клод Лоуренс снова выпил половину своего бокала за один раз. Элис Робинсон чувствовала себя ужасно виноватой, ее голос дрожал: "Клод…" Клод Лоуренс поставил стакан, посмотрел в ее покрасневшие глаза и тихо спросил: "Что случилось?" Элис Робинсон убрала красное вино из-под перрона Клода Лоуренса и сказала: «Не пей так много вина, ладно?» Клод Лоуренс нежно потрепал ее по волосам: «Глупышка, если тебе это не нравится, я не буду пить. Почему ты из-за этого плачешь?» Элис Робинсон печально воскликнула: «Прости, Клод…» Клод Лоуренс подошел к Алисе Робинсон, поднял ее заплаканное лицо и нежно вытер слезы: «Дорогая, зачем плакать?» Элис Робинсон, рыдая, сказала: «Я не знаю, как искупить ту боль, которую я тебе причинила…» Клод Лоуренс обхватил ее лицо ладонями: «Какая глупая женщина… Я мужчина, не такой хрупкий, как ты себе представляешь». Элис Робинсон продолжала рыдать. Клод Лоуренс большим пальцем вытер слезы с уголков ее глаз, его голос слегка хриплый: «Как я уже говорил, любить кого-то не значит быть с ним навсегда; если она счастлива, то и я счастлив». ---------- Главы 1251–653: Дополнительная история: Любовь и близость 3_2 Его слова заставили её слёзы потечь ещё сильнее. «Говорят, женщины сделаны из воды, и это правда... слезы текут как из крана, который невозможно перекрыть». Она рассмеялась над его шуткой, но все равно не смогла сдержать слез. Он нежно обнял её и мягко поцеловал в лоб. "Не плачь, будь хорошей девочкой..." Она не могла сдержать рыданий, ее тело дрожало в его объятиях. Он нежно похлопал её по спине: «Я пригласил тебя сегодня на встречу, точнее, чтобы попрощаться». Она резко подняла голову. Он посмотрел в ее влажные глаза и тепло улыбнулся: «Раз ты уже приняла решение, у меня нет причин оставаться в Париже». Элис Робинсон потеряла дар речи и была потрясена. Он пристально посмотрел на нее: «В следующем месяце день памяти моей матери. Я хочу поехать в Токио, чтобы навестить ее... и, возможно, ненадолго остаться в Токио». У неё не было причин его останавливать, поэтому она не могла ничего сказать. «Передай Рейчел от меня привет и скажи ей, что дядя Лоуренс приедет к ней, когда у него будет возможность». Слёзы хлынули потоком, и Алиса, едва сдерживая рыдания, спросила: «Останемся ли мы друзьями в будущем?» — О чём ты думаешь? — Он легонько щёлкнул её пальцем по лбу. — Конечно, мы останемся друзьями и в будущем. «Клод, спасибо…» Он улыбнулся, его сияющие глаза сверкали, полные очарования и элегантности. Она бросилась ему в объятия, крепко прижала к себе и сказала: «Я верю, что в будущем тебя обязательно будет ждать очень хорошая женщина…» Самолёт взмыл в небо, постепенно уменьшаясь в размерах и, наконец, исчезнув в тёмном небе. На частном аэродроме, расположенном под открытым небом, Алиса прислонилась к машине и смотрела в небо. Ее лицо было холодным, потому что слезы так и не высохли. Она понимала, что её выбор означает расставание с прекрасным, идеальным мужчиной. Возможно, никто не будет относиться к ней лучше, чем он, даже Честер. Всякий раз, когда ей было грустно и больно, всякий раз, когда она оборачивалась, он всегда был рядом. Он появился в её жизни всего чуть больше года назад, но оставил в её сердце незабываемое, столетнее воспоминание. Как жаль, что первым человеком, которого она встретила, был не он. Она верила, что Небеса не будут несправедливо относиться к такому хорошему человеку, как он. Должно быть, в будущем его ждет прекрасная девушка. Сделав несколько глубоких вдохов, печаль на лице Алисы сменилась облегченной улыбкой, после чего она помахала на прощание человеку, который уже ушел далеко. Она повернулась, готовая поехать домой, но в следующее мгновение была ошеломлена. Она так и не обернулась, чтобы посмотреть на него. "Честер..." Его холодная и гордая фигура двинулась перед ней. Он был очень высоким, и приглушенное освещение в аэропорту отбрасывало тень на его лицо. «Когда вы приехали?» — спросила она. «Когда вы пошли на встречу с Клодом Лоуренсом». Она на мгновение опешилась. Он обнял её за тонкую талию: «Я же говорил, что больше не отпущу тебя из виду». "Значит, ты... знала, что я ходила с ним на встречу?" Он говорил собственнически: «Если бы это не была ваша последняя встреча, я бы не позволил вам выпить с ним в Йорне». Алиса с трудом сглотнула: «Он ушёл…» «Знаю, я как раз собиралась с ним поговорить». Алиса посмотрела на небо: «Он уехал в Токио, не знаю, когда вернется». «Вы, кажется, очень неохотно соглашаетесь». Заметив, как потемнело его лицо, она обняла его и спросила: «Ты можешь быть чуть более мелочным?» Он внезапно прижал ее к себе, схватил ее вишнево-красные губы, укусил и начал терзать их властным дыханием. Она оттолкнула его от боли, прикрыла губу синяками и пробормотала: «Что ты делаешь?» Выражение его лица было холодным: «Наказывают тебя за то, что ты так много плакала из-за него». Алиса рассмеялась: «Знаешь, ты такая мелочная. Даже если он просто друг, прощания всегда грустные. К тому же, он…» Он прищурился: «Кроме того, что он сделал?» Алиса поняла, что нечаянно вырыла себе яму, в которую потом и прыгнет. «Он… друг, а не просто друг», — подумала она, что это довольно остроумно. Заметив, что его глубокий взгляд слегка потускнел, она взяла его за руку, чтобы сменить тему: «Пойдем обратно... Я голодна, давай вернемся и что-нибудь поедим!» "Хм." Вызвав Кейта Энтони, Честер дал ему указание. Затем Кит Энтони угнал машину Элис с территории частного аэропорта. Элис села в машину Честера и, пристегивая ремень безопасности, сказала: «Нет необходимости, чтобы Кит отвёз мою машину обратно, я могу оставить её здесь и попросить кого-нибудь забрать её завтра». Честер завел двигатель и безэмоционально заявил: «Кит едет слишком медленно». Алиса недоумевала: «Мы что, куда-то спешим?» Честер нажал на педаль газа, и машина, словно стрела, рванула с места от аэропорта. Алиса слегка споткнулась и пожаловалась: «Зачем так быстро ехать?» «Разве ты не говорил, что голоден?» Алиса кивнула: «Да, я сегодня днем ​​ничего не ела, я ужасно голодна». Автомобиль стремительно мчался по пригородным дорогам. Алиса неспешно любовалась пейзажами по пути... Она никогда не думала, что Париж называют романтическим городом из-за самого города, но в этот момент, глядя на пейзажи вдоль дороги, она вдруг почувствовала в них отголосок романтики. Прекрасная ночь под звездным небом, она и он ехали по ровным прямым дорогам Парижа, вдали виднелись замки, освещенные тусклыми желтыми огнями, а еще дальше — ослепительный центр Парижа… Место, где они сейчас находились, казалось миром, забытым этим миром, все видимое было мирным и прекрасным. Она украдкой взглянула на него, и ее сердце наполнилось безмерным удовлетворением. Неужели они действительно сошлись? Это было действительно немного невероятно... Он любил её... ха-ха... он любил её... Пока Алиса беззаботно смеялась про себя, он внезапно резко нажал на тормоз. Она наклонилась вперед, и только тогда Алиса пришла в себя: «Э-э... зачем останавливать машину?» Он вышел из машины, открыл ей дверцу и вытащил её наружу. Она вышла вслед за ним, недоумевая: «Разве мы еще далеко от центра города?» Он внезапно прижал ее к машине, пристально глядя на нее: «Я голоден». "Проголодались?" Она не поняла. "Тогда пойдемте обратно..." Он приподнял её бёдра, прижав к дверце машины. Когда ее кости ударились о дверную ручку машины, она вздрогнула от боли, наконец поняв, что он задумал. ---------- Главы 1252–654: Дополнительная история: Президент Цяо уговаривает свою дочь принять его как отца. Его обжигающие губы накрыли её губы, обеими руками он нетерпеливо приподнял подол её юбки… "Уф… нет…" О боже, в дикой местности, это… Алису отнес обратно в отель Честер. К счастью, было уже поздно, и в отеле было немного людей. Как только они вернулись в комнату, Честер усадил её на диван, и она тут же рухнула на него, словно развалилась на части. В отличие от ее изможденного вида, он казался полным энергии, словно был полон сил. Он похлопал её по попе: "Хочешь принять ванну?" Она обняла подушку, уткнулась в нее и, надувшись, пробормотала: «Нет». Он убрал подушку, посмотрел на ее покрасневшее личико и рассмеялся: «Смущен?» Щеки Алисы уже горели, а от его поддразниваний она покраснела еще сильнее и кокетливо ударила его. Он внезапно схватил ее за руки и наклонился над ней. Она остановилась, испугавшись: «Ты… ты… смеешь приходить снова… Я…» Она так испугалась, что начала заикаться. Он рассмеялся, заметив, как её лицо то краснеет, то бледнеет: «Я просто хотел спросить, ты всё ещё голодна?» "Ты…" Алиса сердито отвернула голову. Извращенка! Вспомнив их нежные чувства на улице и в машине, он повернул к себе ее застенчивое лицо и чмокнул ее в губы: «Прости, что так утомил тебя за последние пару дней…» Иди к черту. Теперь ее кости казались ей чужими, голод был забыт, все, чего она хотела, — это спать, и спать, чтобы восстановить утраченные силы. Он проигнорировал ее обиженный, испепеляющий взгляд и тихо сказал: «Я позвоню в службу обслуживания номеров, чтобы принесли еду». Она отвернула голову, игнорируя его. Он подошёл к низкому шкафчику, взял лежащий на нём телефон и набрал несколько цифр. Она обняла подушку, глядя на него издалека. Несмотря на усталость, она не могла отрицать волну нежности, наполняющую её сердце. Между ними никогда прежде не было такой нежности, как сейчас; раньше, даже поддерживая самые близкие отношения, они не были настоящей парой, а теперь он сказал, что любит её, будет любить только её всю жизнь, и в его сердце нет никого другого. Она смотрела на него издалека, мило улыбаясь. Он подошел, безупречно одетый, совершенно не похожий на свое прежнее извращенное поведение. Она намеренно сделала суровое лицо, притворяясь, что игнорирует его. Он сел на диван, притянул ее к себе и сказал: «В номер еду принесут не так быстро, может, сначала примем ванну?» «Ты иди первым, я пойду позже». Он озорно рассмеялся: «Правда, не будем вместе купаться?» Она оттолкнула его: «Иди скорее…» Вынужденный встать, он посмотрел на нее, крепко сжимающую подушку в защитной позе, и с усмешкой сказал: «Если потом не сможешь стоять на ногах, просто позвони мне». Не может стоять ровно, как такое возможно?.. Ждать… Ее лицо покраснело. Алиса с силой швырнула подушку в одного человека. Он схватил подушку, оставив за собой след смеха. Честер вышел из ванной после ванны, но Алисы нигде не было видно. Он обыскал номер и наконец увидел ее в столовой. Она сидела за обеденным столом и с удовольствием уплетала свою еду. Он прислонился к дверному косяку, наблюдая за ее изможденным видом, и на его губах появилась улыбка. Алиса наконец заметила Честера, сглотнула застрявшую в горле еду и свирепо посмотрела на него. Он усмехнулся, подошёл, сел рядом с ней и, естественно, обнял её: «Ты всё съела, не подумала оставить мне немного?» Она надула губы: «Ты же уже наелся?» Как только она это сказала, ее лицо покраснело. Он злорадно ухмыльнулся, выхватил ложку из ее руки и зачерпнул молочный коктейль. Она обняла его, прижавшись к нему. После ванны от него так приятно пахло… Он ел и одновременно спрашивал: «Когда примерно выйдет фильм „Тенч“?» Алиса продолжала держать его на руках и ответила: «В следующий вторник». «Разве это не послезавтра?» Алиса кивнула: «Я планировала объявить о выходе на биржу сразу после того, как получим спонсорскую поддержку для пивного фестиваля… Мы уже давно выполнили условия для выхода на биржу». Честер склонил голову и поцеловал её в щёку: «Это впечатляет». «Ты сейчас косвенно хвалишь себя?» Перечисленные группы разделены на классы. Если компания «QCS» входит в число ведущих мировых музыкальных групп наряду с «Hilton», «Geoffrey» и другими, то «Tench» можно считать лишь небольшой группой. Когда он был врачом, он мог управлять такой крупной корпорацией, а она управляет маленькой компанией вроде «Тенч» — какое ему до этого дело? ---------- Главы 1253–654: Дополнительная история: Президент Цяо уговаривает свою дочь принять его как своего отца_2 «Я просто похвалила тебя… Ты действительно добилась больших успехов. Ты совсем не похожа на прежнюю Алису». Она надула губы. «Я знаю, что в твоем представлении я когда-то была той избалованной, властной, бесполезной богатой девчонкой, которую все ненавидели». «Но именно эта твоя сторона заперла мое сердце». Она думала, что он скажет ей кучу приятных слов, чтобы её успокоить, но одна-единственная фраза мгновенно развеяла её гнев. Он притянул её к себе на колени. Она обняла его за шею, почувствовав при этом легкое волнение. Он пристально посмотрел ей в глаза. «Когда я говорю, что ты добилась прогресса, я не имею в виду твой прежний капризный характер. Я имею в виду, что ты стала намного зрелее, чем раньше». Алиса пробормотала: «Так ты 嫌我年龄大了吗?» Честер поднял бровь. «Как тебе всегда удаётся так всё перевернуть?» «Тогда расскажи мне». Она пристально посмотрела на него, требуя, чтобы он говорил как следует. Он говорил медленно, мягким голосом: «Тогда ты всегда была в моих глазах просто ребёнком. Но теперь ты в моих глазах уже женщина». «Если бы я тогда был ещё ребёнком, то за изнасилование несовершеннолетней тебя могли бы посадить на сотни лет». Он расхохотался и наклонил голову, чтобы крепко её поцеловать. Она давно уже преодолела свою застенчивость и подняла голову навстречу его поцелую. Он поднял её на руки. Она прижалась к нему, как осьминог, и продолжала страстно целовать его. Он отнёс её к большой кровати в спальне, и они вдвоем рухнули на неё. Сидя в машине, Элис продолжала думать о том, как ей следует объяснить Рейчел, что "дядя" стал "папой". Алиса ужасно волновалась, а мужчина рядом с ней спокойно просматривал свои документы. "Честер…" "Мм?" Мужчина даже не поднял головы. Алиса взяла его под руку и раздраженно посетовала: «Как ты вообще можешь продолжать работать в такое время?» Честер отложил папку в сторону и посмотрел на Алису. "Что случилось?" Элис дала волю своей тревоге. «Как же нам теперь объяснить Рейчел наши… наши отношения?» Честер взял в свою беспокойную, слегка дрожащую руку. «Я же тебе говорил… все, что тебе нужно сделать, это послушно оставаться рядом со мной, а я позабочусь обо всех твоих заботах». «Тогда как ты собираешься это объяснить Рейчел?» «Рэйчел уже три года. Мы просто скажем ей прямо, и она поймет». «Но она всегда называла тебя дядей. А вдруг переключиться на папочку — разве это не будет слишком сложно для Рейчел?» Честер ущипнул Алису за щеку. «Малышка, даже ты теперь готова меня принять — как же твоя дочь может не захотеть меня принять?» Элис бросила на него косой взгляд и пнула его, когда он лежал на земле. «Это не точно. Знаешь, Рейчел постоянно спрашивает меня, кто её папа!» «И что ты ей сказала?» «В прошлый раз, когда она спросила, я сказал ей, что мы с её отцом развелись мирно». Брови Честера нахмурились. «Как ты мог такое сказать? Это выставляет меня бессердечным мерзавцем, к тому же ты обвиняешь его в том, что он бросил собственного ребенка». Алиса самодовольно ухмыльнулась. "Бессердечный мерзавец — это ведь не так уж и плохо, правда?" Лицо Честера потемнело. Элис всегда боялась по-настоящему обидеть Честера, поэтому тут же натянула на лицо кокетливую, льстивую улыбку. «Ладно, ладно, когда я сказала это Рейчел, это была просто временная мера. Я же не могла сказать ей, что дядя на самом деле папа, верно? В лучшем случае, когда ты объяснишь это Рейчел позже, я буду стоять рядом и говорить о тебе что-нибудь хорошее». Честер слабо улыбнулся, крепко сжимая ладонь Алисы, и его голос был тихим и проникновенным. «Я знаю, что эти годы, воспитывая Рейчел в одиночку, были для тебя очень тяжелыми». Элис прислонилась к плечу Честера и покачала головой. «В принципе, у меня все хорошо. По крайней мере, мне никогда не приходилось беспокоиться о деньгах. Единственное, что меня беспокоило, это моя репутация… Весь этот эпизод с интригами, чтобы выйти замуж за Говарда Джеффри, и так был достаточно плох, а я никогда не думала, что после этого у меня появится еще одна внебрачная дочь… Люди со стороны всегда говорили, что я веду распущенный образ жизни. К счастью, последние пару лет я держалась в тени, сосредоточилась на ребенке и усердно работала над тем, чтобы переключить свое внимание на карьеру, поэтому эти мерзкие слухи не распространялись без остановки». «Прости меня. Всё, через что ты прошла, произошло из-за меня». Честер с мучительной нежностью поцеловал Алису в лоб. Элис смотрела на Честера с глубоким чувством, голос ее был немного хриплым. «Теперь, когда все доказано, все, через что я прошла в прошлом, стоило того». Честер снова склонил голову к ней и страстно поцеловал ее. Она ответила ему с не меньшей глубиной. После поцелуя они посмотрели друг на друга и обменялись лёгкой улыбкой. Он обнял её, позволив ей укрыться в своих объятиях, и тихо пообещал: «Я не позволю тебе больше страдать». "Я верю тебе." «Пообещай мне, что отрастишь волосы». Она запрокинула голову назад. «Можно мне не носить короткую стрижку? Я думаю, короткие волосы — это здорово. Они не требуют сложной укладки и придают человеку элегантный и солидный вид». "Хм?" Выражение его лица помрачнело. Она тут же натянула на лицо улыбку и послушно сказала: «Но мне все еще нравятся длинные волосы… Мм, я отращу их». «Хорошая девочка». Перед главными воротами виллы Алиса глубоко вздохнула. Честер взял ее за руку и направился прямо в виллу. Были выходные, поэтому Рейчел не ходила в детский сад и сейчас играла на диване в окружении всех вокруг. Кристин Куинн и миссис Джеффри уже заметили, как они держатся за руки, и на их губах расплылись улыбки. Алиса была обидчивой и немного смущенной, поэтому она покорно прижалась к Честеру. Тётя П.А. увидела их и тихо напомнила: «Рэйчел, посмотри, кто вернулся?» Рейчел подняла голову от кучи игрушек, увидев их, озарилась сияющей улыбкой и поспешила с дивана. После двух дней разлуки с дочерью Алиса ужасно по ней скучала. Она наклонилась, готовая приветствовать свою маленькую девочку. Её дочь радостно подбежала к ним, казалось, вот-вот бросится в объятия Алисы, но в последнюю секунду пухленькие ручки Рейчел обхватили ноги Честера, и она взволнованно закричала: «Дядя!» Алиса на секунду замерла, затем выпрямилась, чувствуя себя немного неловко. Дочь даже не посмотрела на неё, просто крепко прижалась к Честеру и прижалась лицом к его бедру. «Я так по тебе скучала». Алиса молча смотрела на свою дочь, которая бесстыдно вела себя избалованно с Честером, и задавалась вопросом, не были ли все эти годы воспитания ребенка потрачены впустую. ---------- Главы 1254–655: Дополнительная история: Как же это достойно уважения — быть с тобой 1 Честер поднял Рэйчел на руки, нежно поцеловал её в лицо: «Молодец, дядя тоже по тебе скучал». Рейчел обняла крепкого Честера за шею и пробормотала: «Мама сказала, что ты ушел, я думала, ты никогда не вернешься…» Стая ворон пролетела над головой Алисы Робинсон. Теперь, когда у нее появился «дядя», игнорировать «мамочку» было одно дело, но теперь даже жаловаться на нее «дяде»? Действительно, дочери могут быть неблагодарными. «Дядя обещал привезти тебе подарки, так почему же он нарушил данное тебе слово?» "Дядя…" — тихо позвала Рейчел, украдкой взглянув на Элис Робинсон, стоявшую в стороне. «Рэйчел, не проси подарков, ты забыла, что тебе говорила мама?» — серьезно сказала Элис Робинсон. Рейчел тут же осмелилась не издать ни звука. Честер быстро утешил удрученную Рейчел: «С дядей здесь не о чем беспокоиться, маме нечего бояться». Рейчел по-прежнему выглядела так, будто боялась поднять голову. Кристин Куинн подошла к ним с улыбкой: «Элис, кажется, ты обычно слишком строга с Рейчел». Элис Робинсон слабо улыбнулась: «Вовсе нет, Кристин, Рейчел такая непослушная, я ее уже избаловала». Миссис Джеффри вмешалась: «Я согласна с методом воспитания детей, который использует Алиса, нельзя просто позволять им всё делать по-своему». Элис Робинсон улыбнулась миссис Джеффри, а затем смягчила тон: «Малышка, иди сюда, пусть мама тебя обнимет». Рейчел тут же послушно наклонилась к Элис Робинсон из объятий Честера. Элис Робинсон поцеловала свою дочь, ее глаза были полны нежности к ребенку. Честер подошел к миссис Джеффри и почтительно назвал ее «тетя». Миссис Джеффри сказала: «Разве я тебе раньше не говорила? Не называй меня тетей, как будто мы далеки друг от друга, ты сын Стивена, брат Хоуи и Оверски, если не возражаешь, можешь отныне называть меня тетей Эвелин, а Рейчел может называть меня бабушкой». В имени миссис Джеффри фигурировал символ, по которому Честеру было предложено ее называть. «Хорошо, тётя Эвелин». Миссис Джеффри с любовью сказала: «Видя ваше примирение с Алисой, я понимаю, что мои усилия, приложенные ради этого, не были напрасны… Берегите это в будущем!» "Я буду." В этот момент Кристин Куинн наклонилась к уху Элис Робинсон и прошептала: «Ты уже придумала, как это объяснить Рейчел?» Элис Робинсон взглянула на Честера, который разговаривал с миссис Джеффри: «Он сказал, что ему придётся всё объяснить Рейчел». Честер отвел Рэйчел в комнату для личной беседы. Элис Робинсон и миссис Джеффри, вместе с Кристин Куинн, остановились в гостиной на первом этаже. «Элис, тебе не стоит слишком волноваться… Я доверяю Честеру, он обязательно заставит Рейчел смириться с этим фактом», — успокоила Кристин Куинн несколько встревоженную Элис Робинсон. Элис Робинсон взглянула на второй этаж и слегка кивнула: «Надеюсь, у него получится». Миссис Джеффри мягко произнесла: «Элис, сегодня днем ​​Оверски приедет за мной и Кристин, чтобы отвезти нас обратно в Нью-Йорк…» «Правда?» — с сожалением и извинением сказала Элис Робинсон: «Мне очень жаль, тётя, я не смогла должным образом принять вас во время вашего визита, я…» Миссис Джеффри рассмеялась и перебила Элис Робинсон: «Глупышка, мы приехали не для осмотра достопримечательностей, а чтобы увидеть, как вы с Честером помиритесь… Теперь, видя, что у вас обоих все хорошо, мы счастливы больше всего на свете». «Тётя, в следующий раз, когда вы приедете, я обязательно покажу вам всю Францию». "Хорошо." Кристин Куинн улыбнулась и сказала: «Похоже, у Алисы не будет возможности снова дождаться нашего приезда во Францию…» Элис Робинсон недоуменно спросила: «Хм?» Миссис Джеффри вмешалась: «Ах да, я чуть не забыла…» Взяв за руку Алису Робинсон, миссис Джеффри любезно сказала: «Алиса, компания Честера находится в Нью-Йорке, тебе ведь нужно будет переехать в Нью-Йорк вместе с Честером в будущем, верно?» «Вчера Честер упомянул об этом, сказав, что когда "Тенч" станет известен публике, он поручит кому-нибудь стать его менеджером и отвезет меня в Нью-Йорк». "Вы согласились?" "Я…" Кристин Куинн подхватила разговор: «Мама, почему Элис не согласна? Выходи замуж за курицу, следуй за курицей!» Элис Робинсон застенчиво улыбнулась. На самом деле, она не возражала против поездки с ним в Нью-Йорк, она никогда по-настоящему не увлекалась своей карьерой, не боялась, что он её перехватит, и в будущем, куда бы он ни поехал, она поедет с ним. Миссис Джеффри радостно сказала: «Отлично! Когда переедешь в Нью-Йорк, тебе стоит пожить с нами… Я уже говорила об этом Честеру, который жил один в Нью-Йорке и чувствовал себя таким одиноким. Я предложила ему переехать к нам, и он сказал, что подумает. А теперь, с тобой, ему, конечно же, стоит переехать к нам… Мы все как одна семья, жить вместе было бы здорово». Элис Робинсон не дала прямого ответа по этому вопросу. Внимательная Кристин Куинн почувствовала нерешительность Элис Робинсон по этому вопросу и быстро сказала: «Мама, не нужно торопиться, давай обсудим это, когда они переедут в Нью-Йорк…» "Хорошо." Улыбка Элис Робинсон была немного натянутой: «Ну… тётя Кристин, я пойду наверх посмотрю, как они разговаривают». Кристин Куинн сказала: «Давай, давай!» Повернувшись, чтобы подняться на второй этаж, Элис Робинсон почувствовала необъяснимую тяжесть на сердце. Почему вчера и сегодня, когда Честер и миссис Джеффри упомянули о своем переезде в семью Джеффри в будущем, она не смогла дать прямого ответа? На самом деле, после смерти отца она всегда жаждала острых ощущений… В огромном особняке Робинсонов всегда было холодно, там жили только она, Рэйчел и тетя П.А., поэтому, когда Честер упомянул о переезде в будущее к семье Джеффри, в ее воображении сразу же возникла картина семейной гармонии… Она тосковала по такой оживленной атмосфере, атмосфере, наполненной семейной любовью. Как и сказал Честер, пока он на работе, она могла бы оставаться дома с детьми, обсуждать семейные дела с Беккой и Кристин, а потом вместе ходить по магазинам… такая жизнь казалась прекрасной и комфортной. Но почему она колеблется ради такой жизнерадостной семьи, частью которой так хочет стать? Благодаря Бекке. Голос в её сердце подсказал ей ответ. Да, из-за Бекки. Если они переедут в особняк Джонса, он и Бекка неизбежно будут встречаться днем ​​и ночью, что и так уже заставляет ее чувствовать себя скованной… Она никогда не сможет забыть, как сильно он когда-то пытался завоевать Бекку, и не сможет забыть взгляд его глаз, когда он смотрел на Бекку… Она знает, что когда-то он глубоко любил Бекку, и это всегда было непреодолимой преградой в её сердце. Неужели он больше ничего не чувствует к Бекке? Она поверила в это, но не чувствовала себя полностью в безопасности, потому что только он по-настоящему понимает свои чувства. Конечно, она больше не будет в нем сомневаться, но… Элис Робинсон стояла у двери и, заглядывая в щель, увидела внутри Честера Робинсона и Рэйчел. «Дядя, ты действительно мой папа?» «Конечно, это правда, отныне ты должен называть меня папочкой». «Но как дядя может быть папой?» Честер Робинсон присел на корточки и нежно обнял Рейчел: «Папа и мама все это время тебе ничего не говорили, прости, дорогая». Рейчел внезапно расплакалась, по-детски вытирая слезы локтем и рыдая: «Я не хочу, чтобы дядя стал папой». Честер Робинсон быстро успокоил её: «Почему?» Рейчел надула губы и сказала: «Дядя такой хороший, а вот папа плохой… он не хочет, чтобы мы с мамой были вместе…» «Это не так, Рейчел, послушай папу…» Рейчел вырвалась из рук Честера Робинсона и побежала к двери. Элис Робинсон случайно обняла Рэйчел у двери. Увидев мать, Рейчел крепко обняла её, подняла глаза, на её лице выступили слёзы, и спросила: «Мамочка… неужели дядя — папа Рейчел?» Детские глаза ее дочери наполнялись слезами, отчего глаза Алисы Робинсон тоже покраснели, горло перехватило, она не могла издать ни звука и могла только кивать. «Мне не нужен дядя, мне не нужен папа…» Рейчел начала кричать, Элис Робинсон, убитая горем, подхватила ее на руки и поспешно успокоила: «Рейчел, Рейчел… слушай маму». Рэйчел обняла Элис Робинсон, сетуя на нее: «Мамочка…» Элис Робинсон взглянула на Честера Робинсона, чье лицо было таким же мрачным, нежно поглаживая дрожащую спину дочери и тихо говоря: «Дорогая, папа никогда не бросал маму и тебя, папа всегда был рядом с нами, не так ли?» "Тогда зачем называть папу дядей?" "Потому что…" Элис Робинсон замолчала, не зная, как ответить. «Потому что папа совершал ошибки и никогда не понимал, что больше всего на свете он заботится именно о вас двоих». Услышав речь Честера Робинсона, Рейчел медленно обернулась, ее невинные глаза все еще были полны слез. Честер Робинсон шагнул вперед и крепко сжал руки Элис Робинсон и Рейчел, обхватив их ладонями: «Папа никогда не понимал, что такое любовь и что такое ответственность, поэтому он все время избегал принимать вас, и теперь он об этом жалеет». Рейчел не совсем поняла, что говорил Честер Робинсон, но увидела едва заметные слезы в его глазах. Глаза Элис Робинсон тоже наполнились слезами, и она тихо сказала дочери: «Дорогая, мама часто говорила тебе, что умение исправлять ошибки – это признак хорошего ребенка… можешь ли ты простить папу так же, как мама прощает обычные ошибки?» Рейчел не торопилась с ответом, немигая, пристально глядя на Честера Робинсона. Честер Робинсон и Элис Робинсон почувствовали, как будто у них перехватило дыхание, никогда в жизни их не охватывало такое тревога. Рейчел всхлипнула и по-детски пробормотала: «Тогда дядя… или, вернее, папа, он будет жить с нами с этого момента?» «Рэйчел, что ты только что сказала?» — взволнованно рассмеялся Честер Робинсон. — «Ты звонишь папе?» Элис Робинсон тоже была вне себя от радости, энергично кивая: «Конечно, папа, мама и Рейчел больше никогда не расстанутся». Слёзы у хилого мальчишки прекратились, и он, казалось, с тревогой спросил: «А как же дядя Лоуренс? Разве он не мамины парнишки?» «Лоуренс…» — Элис Робинсон потеряла дар речи. Честер Робинсон серьезно ответил: «Это тот, кого папа попросил позаботиться о тебе и маме, он не парень твоей мамы, он хороший друг папы». Упомянув Клода Лоуренса, Элис Робинсон все еще испытывала чувство вины. Рейчел наклонила голову: «Тогда папа может отвезти меня в детский сад в понедельник?» «В детский сад?» — внезапная просьба ребенка застала Честера Робинсона врасплох. Элис Робинсон тоже была озадачена. Рано утром Честер Робинсон сдержал своё обещание и отвёз Рейчел в детский сад. Сегодня Рейчел была в хорошем настроении, сидела на коленях у Элис Робинсон и оглядывалась по сторонам. Элис Робинсон и Честер Робинсон беспокоились о настроении Рейчел в последнее время, но, похоже, Рейчел без особых проблем приняла новую личность Честера Робинсона. Машина подъехала к входу в детский сад, и Элис Робинсон спустила Рейчел вниз. ---------- Главы 1255–656: Дополнительная история: Как же это престижно — быть с тобой 2 Как только Рейчел приземлилась, она взяла за руки Алису и Честера. Алиса и Честер обменялись взглядами и довольно улыбнулись друг другу. Рейчел, держа на руках Алису и Честера, подошла к входу в детский сад и начала осматриваться. Благодаря своей яркой внешности Алиса и Честер сразу же привлекли к себе много внимания. Элис всё ещё не привыкла появляться на публике с Честером как пара, поэтому инстинктивно опустила голову. Замечал он беспокойство Алисы или нет, Честер крепче прижал её к себе. Алиса быстро подняла глаза, увидела его улыбающийся профиль и почувствовала, как будто теплый поток пробежал по ее сердцу. Чувство беспокойства и дискомфорта мгновенно исчезло из ее сердца благодаря тому, как его рука нежно обняла ее за талию. Честер тихо сказал: «Рэйчел, папа будет стоять здесь и смотреть, как ты пойдешь в детский сад, хорошо?» Рейчел покачала головой и продолжила оглядываться по сторонам. Алиса недоумевала, что происходит, и проследила за взглядом Рейчел. В этот момент к нам подошла группа родителей, весело болтавших с несколькими детьми. Рейчел наконец пошевелилась, потянув Честера за руку: «Папа, обними меня…» Даже Честер не мог догадаться, о чем думает маленькая Рейчел, но он с любовью поднял ее на руки. Рейчел обняла Честера за шею, а ее большие глаза были устремлены на приближающихся детей. Одна из маленьких девочек заметила Рейчел и потянула маму за руку, чтобы та подошла к Рейчел: «Привет, Рейчел…» «Привет, Энни». Когда Рейчел поздоровалась с маленькой девочкой, подошли и другие дети. Энни была француженкой, блондинкой с голубыми глазами. Ее от природы вьющиеся волосы делали ее особенно милой, но она посмотрела на Рейчел с оттенком любопытства: «Рейчел, кто это тебя держит?» Взгляды других детей также обратились к Честеру, их юные глаза были полны замешательства. Рейчел улыбнулась и сказала: «Он мой папа!» "Твой папа?" Дети переглянулись, явно не понимая неожиданной информации. Увидев удивленные лица детей, Рейчел с гордостью наклонила голову и со смесью невинности и спокойствия сказала: «Я же вам говорила, мой папа просто уехал далеко на работу. Он не бросил меня и маму. Мой папа очень высокий и красивый. Теперь вы мне верите?» «Но моя мама сказала, что твою маму бросили…» — сказал пухлый мальчик. Мать мальчика потянула его за собой, потому что узнала Честера. Маленький мальчик не понял намёка матери, растерянно посмотрел на неё и спросил: «Мамочка…» В этот момент мать подняла его на руки и извиняющимся поклоном поклонилась Алисе и Честеру: «Простите, дети не всегда говорят то, что думают…» Она поспешно отнесла мальчика в детский сад. Наблюдая за тем, как мальчик и его мать смущенно удаляются, Рейчел хихикнула. Оставшиеся дети собрались вокруг Честера, глядя на него с восхищением в глазах. «Рэйчел, твой папа очень красивый…» "Да, Рейчел, я видела твоего папу по телевизору…" Рейчел, казалось, была довольна комплиментами и держала голову высоко, как принцесса. После того, как Рейчел вошла в детский сад, Честер повернулся к машине с холодным выражением лица: «Почему ты не сказал мне, что Рейчел травили в школе?» Элис поспешно догнала Честера и, держа его за руку, попыталась успокоить: «Почему ты так расстроен? Это же просто дети… они не понимают…» Выражение лица Честера оставалось мрачным: «Если бы не подстрекательство взрослых, дети не распространяли бы слухи в детском саду». Алиса опустила голову и тихо пробормотала: «Просто у меня всегда была плохая репутация». Честер приподнял подбородок Алисы, его темные глаза сверкали холодом: «Ты должна была рассказать мне об этом раньше». Элис с досадой посмотрела на Честера: «Рэйчел только пошла в детский сад. Однажды мне позвонила учительница и сказала, что Рэйчел подралась в школе. Я удивилась, потому что Рэйчел всегда хорошо себя вела и была рассудительной. Позже я узнала, что это произошло потому, что дети говорили, что у Рэйчел нет папы, и называли меня плохой женщиной. Вот почему Рэйчел подралась со своими одноклассниками…» Честер холодно спросил: «Это тот маленький толстяк подрался с нашей дочерью?» Алиса кивнула. Честер подошел к машине со строгим выражением лица. Элис знала только, что Честер в тот день был зол, но поскольку он ничего не сказал после возвращения домой, она больше не поднимала эту тему. Неделю спустя Алиса случайно увидела в новостях сообщение о том, что французская компания XX Group находится под следствием полиции по обвинению в отмывании денег… Алиса не была знакома с компанией XX Group, но обратила внимание на эту новость, потому что XX Group принадлежала отцу одноклассника Рейчел, маленькой толстушки. По телевизору она увидела, как полиция уводит родителей маленького толстячка, и, не в силах сдержать волнение, бросилась в кабинет… В ходе исследования Честер участвовал в видеозвонке с подчиненными в Нью-Йорке. Алисе пришлось сдержать радость, и она послушно отошла в сторону. Краем глаза Честер заметил глуповатую улыбку Алисы, слегка изогнул губы и, сказав несколько слов своим подчиненным за компьютером, завершил разговор. Когда Честер закончил собрание, Алиса радостно подошла и сказала: «Че…» "Хм?" Честер взял Алису за руку: «Что случилось? Что тебя так радует?» Элис Робинсон сидела на коленях у Честера Робинсона, ее сверкающие глаза были полны радости: «Помнишь, у Рэйчел есть одноклассник по имени Томми?» "Да." «Компания его родителей испытывает трудности и находится под угрозой банкротства». "Ой?" Алиса нахмурила брови: «Эй… эта маленькая толстушка раньше издевалась над твоей дочерью, почему ты выглядишь такой равнодушной?» Честер обнял Алису и легкомысленно произнес: «Это всего лишь небольшая компания, пусть она тогда обанкротится!» Алиса недоуменно сказала: «Честер, мне это кажется очень странным. Эта группа XX всегда производила хорошее впечатление, как она вдруг могла заподозриться в отмывании денег?» Честер улыбнулся, не сказав ни слова. Алиса фыркнула: «Однако я совсем не сочувствую этой семье… В прошлый раз из-за ссоры между Рейчел и Томми я пошла в детский сад, чтобы помириться с родителями Томми, но неожиданно родители Томми повели себя высокомерно, насмехались надо мной и Рейчел, называя Рейчел невоспитанным ребенком…» Честер слушал, как Алиса разговаривает сама с собой, и на его лице сохранялась легкая улыбка. Алиса вдруг повернулась к Честеру и слабо спросила: «Честер, я что, становлюсь плохой? Видеть, как распадается чья-то семья, доставляет мне такое удовольствие?» Честер тихонько усмехнулся: «Ты действительно стал плохим». Алиса пожаловалась: «Да, я добиваю человека, когда он и так уже на дне; это немного неправильно, но вы не знаете эту семью, они ужасные, они постоянно говорят своим детям, что у нашей дочери нет манер…» «Ладно, не сердись, злиться из-за этих людей не стоит». Элис кивнула, прижавшись к Честеру: «Держу пари, родители Томми сами не очень хорошие люди, иначе они бы не связывались с отмыванием денег». "Конечно." "Хватит о них, я голоден… Честер, что ты хочешь на обед?" «Я люблю есть всё, что вы готовите». Элис встала с колен Честера, мило улыбаясь: «Тогда я приготовлю тебе пасту». "Хорошо." Алиса напевала песенку, выходя из кабинета. Честер откинулся на спинку стула, вспоминая счастливое выражение лица Алисы и ее многозначительную улыбку. Вчера Скайлер Джонс забрал миссис Джеффри и Кристин Куинн, а тетя П.А. сегодня в отпуске, поэтому на данный момент на вилле остались только Алиса и Честер. В столовой Алиса с нетерпением посмотрела на Честера: «Ну как? Вкусная ли паста, которую я приготовила?» Честер откусил кусочек и нахмурил брови. Взгляд Алисы, полный восторга, мгновенно потускнел: "Невкусно?" Честер вдруг улыбнулся: «Это восхитительно… это лучшая паста, которую я когда-либо ел». "Ты дразнишь…" Увидев лучезарную улыбку на ее лице, он отложил посуду и жестом пригласил ее к себе. Она подозрительно наклонилась. Он вдруг поцеловал её в щёку: «Спасибо, жена». Слово «жена» заставило лицо Алисы покраснеть, она ела пасту, делая вид, что говорит серьезно: «Я еще не согласилась выйти за тебя замуж!» Честер нежно ущипнул Алису за гордо поднятый подбородок: «Кто еще, кроме меня, посмеет тебя захотеть?» Алиса сердито посмотрела на кого-то: «Ты думаешь, меня никто не хочет?» Честер пристально посмотрел на Алису: «Весь мир уже знает, что ты моя женщина, никто не посмеет со мной драться». Его властные слова доставили ей удовольствие, она даже ущипнула его за лицо, пошутив: «Посмотри, какой ты довольный…» В этот момент Честер снова посадил Алису себе на колени. Алиса сидела у него на коленях, ела пасту и чувствовала себя очень комфортно. Видя, что он постоянно смотрит на нее, она невольно спросила: "Ты не голоден?" «Голодна». Он смотрел на неё пламенным взглядом. Она тут же покраснела, притворившись, что не понимает, что он сказал. Он поцеловал её в щёку: «Давай сегодня не пойдём в компанию, останемся дома со мной». Элис жевала еду и говорила: «Ни за что! Завтра у компании пресс-конференция по поводу размещения акций, и сегодня нужно обсудить много деталей с дядей Грантом…» «Я предоставлю это Киту Энтони». Алиса ела и невнятно произнесла: «Ни за что, я в последнее время довольно часто отсутствовала в компании, и ходят слухи…» «Какие слухи?» «Говорить, что я думаю о романтике, когда сыт и чувствую себя комфортно, и даже пренебрегать компанией». Честер с юмором переместил руку на талию Алисы, а губами поцеловал ее шею: «Похоже на правду». Элис ущипнула Честера за руку: «Это всё твоя вина». Каждый день он придумывал разные предлоги, чтобы держать её дома с собой, в одно мгновение разрушив её с трудом заработанную репутацию успешной деловой женщины в компании. "Вам это не нравится?" «Не задавай таких вопросов!» Услышав его резкий вопрос, она покраснела. Он серьезно спросил ее в ответ: «Тогда как мне лучше спросить?» ---------- Глава 1256–657: Дополнительная история: Папа, почему твоя компания называется QCS? Элис Робинсон уже была немного ошеломлена его поддразниваниями: «Тогда просто не спрашивай». "Посредством действий, верно?" "Хм?" Тогда она поняла, что сама себе вырыла ловушку, в которую и попала. Честер Робинсон запустил руку ей под одежду и нежно погладил ее кожу. "Прекрати…" — Алиса застенчиво взяла его за руку. Честер отнёс Алису в гостиную. Продолжая предыдущий разговор, "Что прекратить? Вот так?" Рука Честера продолжала скользить вверх, быстро расстегивая ее бюстгальтер. «Эй, это гостиная…» «А есть ли разница, где именно?» — усмехнулся он. «В вилле еще остались другие слуги…» «Вы забыли, что мы уже отпустили их сегодня утром?» Ах да, сегодня утром уволили слуг, потому что скоро она переедет в Нью-Йорк с Честером. «Но это же гостиная, место, где едят и разговаривают, как мы можем так проводить время?» — игриво толкнула Элис Честера в грудь. «Ну, теперь вы знаете, что у гостиной есть ещё одно предназначение, верно?» «Ты извращенец». Честер улыбнулся, спокойно приняв это прилагательное, и сосредоточился на том, чтобы раздеть ее. «Эй, ты разве не слышала, что я сказала? Мне нужно идти в офис сегодня днем, у меня нет времени составлять тебе компанию…» Ей вдруг стало трудно с ним общаться. «Нет», — уверенно ответил он. «Мне всё равно, мне нужно идти в офис после обеда, завтра компания выходит на биржу, я…» "Хм." — пробормотал он в ответ, опуская голову, чтобы прикрыть ее непрестанно говорящие губы. "Ммм…" Он стянул с неё одежду, и вскоре на ней остались только крошечные трусики, всё остальное было брошено на пол. На диване Честер обнимал не менее вспотевшую Алису, нежно поглаживая ее обнаженные светлые лопатки. Алиса, завернувшись в одеяло, положила голову на грудь Честера и, скучая, рисовала на нем круги: «Честер, можно с тобой кое-что обсудить?» "Хм?" «После переезда в Нью-Йорк, не могли бы мы переехать в особняк Джонса?» Честер наклонил голову, чтобы поцеловать вспотевшую Алису: "Почему?" Алиса приподнялась, одарила его милой улыбкой: «О, ничего страшного, просто хочу немного времени только для нас двоих». Честер внезапно перевернулся, прижав Алису к себе: «Маленькая соблазнительница, неужели в Джонсе слишком много людей, из-за чего делать такие вещи неудобно?» «Куда у тебя все мысли?..» — Алиса ущипнула его за руку, ее только что остывшие щеки снова покраснели. — «Ты думаешь, я такая же, как ты, и думаю обо всем этом весь день напролет?» Честер склонил голову, чтобы поцеловать ее, его улыбка была очаровательной. Увидев вновь вспыхнувший жар в его глазах и опасаясь, что это снова затянется на неопределенный срок, Алиса оттолкнула его, встала и завернулась в одеяло. Честер, удобно устроившись, неторопливо наблюдал, как Алиса одевается. У нее действительно была превосходная фигура: тонкая талия, безупречно гладкая спина, соблазнительные изгибы. Элис закончила одеваться, повернулась, чтобы поговорить с Честером, и увидела его пронзительный, обжигающий взгляд. Алиса покраснела, села на диван и обхватила его лицо ладонями: «Перестань дурачиться, позволь мне кое-что спросить… Завтра компания выходит на биржу, ты пойдешь со мной на презентацию?» "Что вы думаете?" Элис тихо, с оттенком кокетства, сказала: «Конечно, я надеюсь, ты пойдешь со мной… В любом случае, мы еще официально не объявили о наших отношениях, СМИ каждый день следят за компанией и виллой, так что завтра можно будет подержаться за руки перед всеми, это уже будет объяснением для всех, и самое главное…» Элис склонила голову, чтобы поцеловать Честера: «Находясь с тобой, и компания, и я чувствуем огромную гордость». Честер положил голову на колени Алисы, на его губах появилась легкая улыбка: "Хочешь, чтобы я ушел?" Алиса энергично закивала. Честер лукаво усмехнулся: «Это зависит от твоего сегодняшнего выступления». "Ты… ты извращенец!" В фойе на первом этаже театра «Тенч» висел огромный поздравительный баннер. Под баннером располагался светодиодный экран, на котором демонстрировалась столетняя история взлетов и падений семьи Робинсонов. Перед экраном на сцене стояла Элис Робинсон в элегантном и изысканном платье королевского синего цвета с открытой спиной. Сегодняшняя Алиса собрала свои отросшие до ушей волосы в аккуратный «ласточкин хвост», добавив нотку женственности к своему обычному образу сильной деловой женщины. Изящные черты лица, утонченный макияж и бесценные рубиновые украшения, подаренные ей матерью, – ослепительный блеск драгоценностей подчеркивал ее собственное сияние, делая ее невероятно очаровательной. ---------- Глава 1257 - 657: Дополнительно: Папа, почему твоя компания называется QCS_2? Место было заполнено бесчисленными фотографами, делающими снимки, при этом вспышки и стробоскопы непрерывно мерцали. Это была всего лишь презентация бизнеса, обычно она не привлекает столько журналистов и представителей СМИ, но их присутствие было обусловлено присутствием человека в первом ряду. Он сидел в первом ряду в безупречно сшитом сером костюме, подчеркивающем его стройную фигуру. Откинувшись назад с ноткой непринужденной элегантности, он излучал неотразимое обаяние. Его волосы были аккуратно подстрижены, черты лица четко очерчены, а глубокие, яркие глаза сияли улыбкой, когда он смотрел на Элис Робинсон на сцене. Естественно, в центре внимания всего мероприятия был Элис Робинсон, но большинство вспышек фотокамер были направлены на него. «Я очень благодарен всем, кто пришел на конференцию по запуску проекта «Tench». «Tench» — это бизнес-группа, которую я создал год назад, опираясь на богатство и силу моей семьи. Первоначальная идея была просто…» Элис Робинсон выступала на сцене, а Честер Робинсон сидел в зале, его теплый взгляд был полон признательности и поддержки в ее адрес. Выступая на сцене, Элис постоянно смотрела на Честера, их взгляды часто встречались, и этот момент неоднократно фиксировали журналисты, но они не возражали. После выступления Алисы выступили также несколько режиссёров фильма «Тенч», и наконец, настало время вопросов и ответов. Журналисты воспользовались случаем, засыпав Алису вопросами, которые бесконечно терзали ее слух… «Мисс Робинсон, означает ли то, что мистер Честер лично отправил вас на конференцию и молча наблюдает за вами из зала, что вы возобновили отношения и сейчас состоите в страстной связи?» «Мисс Робинсон, когда вы впервые познакомились с мистером Робинсоном? Почему никто раньше не видел вас двоих на свидании?» «Мисс Робинсон…» В ответ на эти вопросы Элис неизменно улыбалась, не говоря ни слова. Энди, стоявшая рядом, не удержалась и сказала журналистам: «Пожалуйста, не задавайте личных вопросов о мисс Робинсон. Сегодня у нас презентация продукта «Тенч», поэтому, пожалуйста, старайтесь задавать вопросы, касающиеся компании». «Мисс Робинсон, поскольку вы пригласили мистера Робинсона на презентацию компании, не могли бы вы попросить его сказать несколько слов о перспективах вашей компании? Мы все знаем, что мистер Робинсон — один из самых молодых представителей бизнес-элиты…» Журналист проявил немалую остроумность, задав вопрос, который затрагивал сплетни, но не сильно отклонялся от темы конференции. Энди на мгновение опешилась, не зная, как ответить на этот вопрос, поэтому ей пришлось посоветоваться с Алисой. Элис продолжала сохранять элегантную улыбку. На двенадцатидюймовых каблуках она подошла к Честеру на глазах у всех и мягко, но камерно спросила: «Не могли бы вы сказать несколько слов для меня на сцене?» Теперь все источники света были направлены на них. Честер встал и, естественно, обнял Алису за талию, на его красивом лице заиграла нежная улыбка, а взгляд был устремлен на нее. Элис, естественно, помогла Честеру поправить галстук, а затем мило улыбнулась ему. На глазах у всего мира Честер без колебаний наклонился, чтобы поцеловать Алису в щеку, а затем направился к сцене. Элис стояла под сценой, пристально глядя на него, а все камеры, казалось, запечатлевали их нежную связь. Стоя в окружении букета цветов, он медленно начал говорить в микрофон: «Для меня большая честь присутствовать на пресс-конференции, посвященной листингу компании «Tench». Я всегда верил в «Tench», не только потому, что это группа компаний, проведшая листинг в кратчайшие сроки в истории Франции, но и благодаря человеку, возглавляющему «Tench» — Алисе Робинсон. Когда-то она была избалованной дочерью, потерявшей отца и брата из-за семейных перемен, но благодаря своей несгибаемой воле она поддержала всю семью. Она приняла руководство семьей в самый трудный для нее период и помогла ей создать «Tench» в самые сложные времена. Всего за год она сделала «Tench» известным брендом во Франции. Ее усердие, трудолюбие, амбиции и стремление к совершенству были засвидетельствованы каждым сотрудником «Tench». Именно ее настойчивость и усилия привели «Tench» к сегодняшним достижениям. Я поздравляю семью Робинсон, поздравляю «Tench» и горжусь своей девушкой, Алисой». Вся аудитория затаила дыхание, слушая речь Честера, опасаясь пропустить хоть слово из-за шума. Однако, когда Честер закончил, весь зал разразился оглушительными аплодисментами. Честер опустил взгляд со сцены и увидел, как в глазах Алисы наворачиваются слезы. Она пристально смотрела на Честера на сцене, не в силах сдержать слезы. Репортеры запечатлели момент, когда Алиса расплакалась, и раздались щелчки фотоаппаратов… В тот момент весь мир словно исчез, и главными героями остались только Алиса и Честер. Для них весь мир состоял только в них самих. Окончательно… Честер объявил о своих отношениях всему миру, подтвердив новость, которая появилась в интернете. В одно мгновение между всеми исчезли смятение и подозрения, остались только благословения… Пресс-конференция завершилась. В машине Элис прислонилась к плечу Честера, нежно ущипнув его за руку, и выдавила из себя: «Ты ужасно надоедливый, зачем ты сказал что-то настолько трогательное…» Честер обнял Алису, поцеловал ее волосы с легким ароматом и тихим голосом произнес: «Все, что я сказал, было от всего сердца». Алиса подняла заплаканные глаза, пристально посмотрела на него: «В твоих глазах я действительно так уж выдающаяся?» Честер нежно откинул прядь волос со лба Алисы и ласково произнес: «Конечно». Алиса, словно ребенок, надула губы: «Но ведь год назад ты говорил, что я избалованная и незрелая…» Честер нежно погладил ее нежное лицо, его хриплый голос, казалось, исходил из самых глубин души: «Дорогая, знаешь, о чем я часто думал в течение года, когда тебя не было рядом?» "Хм?" «Я часто вспоминаю тот момент, когда ты складывала для меня тысячу журавликов оригами… Я до сих пор помню ту ночь, когда ты, одетая в очень тонкую одежду, сидела на земле и с увлечением складывала для меня журавликов… В то время ты была очень сильной, но твои глаза были полны слез». Алиса пристально посмотрела на него: «Я думала, это не войдет в твои воспоминания». Честер нежно погладил её нежную щеку: «Глупышка… ты никогда не узнаешь, что в тот момент, когда я советовал тебе отказаться от журавлей и отчитывал тебя за этот нелепый поступок, твои слёзы обожгли моё сердце. Тогда я впервые понял, что, кажется, всё это время совершал ошибку…» «Неужели из-за складывания журавля вы внезапно изменили свой план объявить о «смертной новости»?» ---------- Глава 1258 - 658: Дополнительная история: Беременна ли я? (1) "Да." Алиса прикусила губу и внезапно разрыдалась. Честер осторожно вытерла слезы с уголков ее глаз: «Глупышка, почему ты плачешь?» Элис всхлипнула, сдерживая рыдания: «Если бы я знала, что ты передумал той ночью, я бы точно тебя не бросила…» «Нет», — покачал головой Честер. — «Я благодарен, что ты не видел, как я проснулся». Алиса недоумевала: "Почему?" Честер посмотрел в глаза Алисы, которые стали яснее от слез, и хрипло произнес: «Потому что, если бы я проснулся и увидел тебя рядом, я бы постоянно думал, что ты никогда не уйдешь. Таким образом, я бы никогда не испытал, что такое потеря, и никогда бы не научился ценить ее». Элис рыдала и прижалась к Честеру. Честер крепко обнял её, в его голосе слышалась боль: «Детка, прости меня за то, что я заставил тебя пережить столько трудностей раньше. В будущем я больше никогда тебя не подведу». Месяц спустя. Энди и несколько руководителей компании стояли в кабинете Элис с покрасневшими глазами. Элис стояла перед своим столом с улыбкой: «Спасибо всем вам за то, что были со мной в течение прошедшего года. Без вас «Тенч» не был бы там, где он есть сегодня. Вы все — мои преданные поклонники «Тенча» и дорогие друзья. В будущем я надеюсь, что все вы продолжите поддерживать связь как друзья». Энди первой потеряла контроль над собой, и, задыхаясь, прошептала: «Мисс Робинсон, вы действительно едете в Нью-Йорк с мистером Робинсоном?» Алиса кивнула, ее глаза были полны нежности и счастья. Энди по-детски вытерла слезы локтем: «Мисс Робинсон, я не могу смириться с вашим уходом… Где я найду такого замечательного начальника после вашей смерти?» «Глупышка…» — Элис усмехнулась и подошла обнять Энди. — «Человек, которого Честер пригласил управлять компанией, тоже женщина, очень добрый человек. Уверена, вы хорошо поладите». Энди неохотно отступила от объятий: «В любом случае… мисс Робинсон, я желаю вам и мистеру Робинсону счастья. Вы действительно идеально подходите друг другу». "Спасибо!" «Мисс Робинсон, хотя вы уезжаете из Парижа жить к мистеру Робинсону в Нью-Йорк, я знаю, что вы будете часто возвращаться в Париж в будущем, потому что это также ваш дом». "Мм." Алиса вежливо обняла своих коллег-мужчин, прощаясь французскими поцелуями в щеку. «До свидания всем. Надеюсь, вы все будете беречь себя и усердно работать. «Тенч» вас точно не подведет». «Мм-хм». «Я ухожу, до свидания». Кит Энтони помог Алисе донести документы и сумки с папками, и Алиса, со слезами на глазах, ушла под неохотными взглядами всех присутствующих. Внезапно сзади раздался голос Энди: «Мисс Робинсон, вы, должно быть, очень довольны мистером Робинсоном, очень довольны. Пусть у нас будет больше таких милых малышей, как Рейчел, желательно мальчиков, тогда мой ребенок, возможно, однажды найдет кого-нибудь столь же замечательного, как мистер Робинсон…» Слова Энди развеселили Алису, она обернулась и увидела, как несколько коллег игриво подшучивают над Энди. Слезы, застывшие в глазах Алисы, наконец, скатились по щекам, и она громко ответила всем: «Можете быть уверены, я обязательно буду очень счастлива!» Алиса неохотно посмотрела на здание перед собой, и в ее голове постоянно прокручивались воспоминания о том, как она входила и выходила отсюда в течение последнего года. Кит Энтони мягко успокоил: «Мисс Элис, не волнуйтесь. Человек, которого босс пригласил управлять «Тенчем», наверняка хорошо справится, вам не о чем беспокоиться». Алиса не моргая смотрела на здание, ее голос был немного хриплым: «Я не беспокоюсь о том, что им будет управлять кто-то другой. Я просто не хочу уезжать отсюда… Когда-то здесь хранились мои мечты». Кит Энтони улыбнулся: «Теперь тебе нужно просто обернуться, чтобы увидеть свою мечту». Тело Алисы слегка задрожало, и она медленно обернулась; перед ее глазами предстали два самых важных человека в ее жизни. Он стоял перед машиной в солнцезащитных очках, держа Рэйчел на руках, а его красивое лицо излучало ту самую очаровательную улыбку, которой он славился. "Мама!" Рейчел взволнованно воскликнула. Она подошла к ним шаг за шагом, улыбаясь двум самым любимым людям в своей жизни, и сказала ему: «Я думала, у тебя сегодня днем ​​были дела, поэтому ты не смог приехать за мной». Он нежно поцеловал её в щёку: «Есть ли что-нибудь важнее тебя?» Алиса усмехнулась сама не понимая почему, и ее глаза снова наполнились слезами. Честер тут же забеспокоился: «Что случилось?» "Мама, почему ты плачешь?" — спросил слабак, широко раскрыв глаза. Элис покачала головой, взяла Рейчел из рук Честера и расплылась в улыбке: «Мама сейчас так счастлива». ---------- Глава 1259 - 658: Дополнительно: Беременна ли я? (1/2) Честер нежно взял Алису за плечи и тихо спросил: «Ты не хочешь отсюда уходить?» "Нет." «Я имею в виду Париж». Он всегда легко понимал ее мысли, подтвердила она, опустив взгляд. Он слегка сжал ее плечо и поцеловал в лоб: «Я знаю, что этот город хранит много твоих воспоминаний, и много наших воспоминаний». Алиса остановилась, подняв взгляд на его красивое лицо. Он слегка улыбнулся, нежно поглаживая ее прекрасное лицо. В этот момент Рейчел сказала: «Мамочка, не бойся уезжать из Парижа; папа сказал, что мы когда-нибудь вернемся жить в Париж». Слова Рейчел поразили Алису, ее прекрасные, но тусклые глаза мгновенно загорелись, и она недоверчиво посмотрела на Честера. Честер пристально посмотрел Алисе в глаза и сказал: «Я подумал об этом. Как только сфера деятельности „QCS“ выйдет на новый уровень, я оставлю „QCS“ и вернусь с тобой в Париж…» "Почему?" Честер обнял Алису и Рейчел, прижав их к себе: «Потому что здесь хранятся воспоминания о нашей встрече, а также мечты наших отцов». "Хм?" «Предшественницей винодельни «Салли» была винодельня «Порту», ​​и когда-то винодельня «Порту» производила лучшее красное вино в мире… Перед смертью отец сказал мне, что надеется, что я унаследую бизнес Робинсонов и верну «Салли» былую славу. Тогда я отказался, потому что не был членом семьи Робинсонов и не имел права возлагать на него такие большие надежды… Но помнишь? На острове Фоум я пообещал тебе, что если ты захочешь быть со мной, я решу все твои проблемы и исполню все твои желания. Поэтому в будущем, когда «QCS» оправдает мои ожидания, я вернусь, чтобы вместе с тобой управлять «Салли». Я верю, что в ближайшем будущем исполню желание отца». Услышав эти слова, Алиса подняла глаза и спросила: «Если ты будешь управлять винодельней вместе со мной, кто будет зарабатывать деньги, чтобы нас содержать? У меня большие расходы». Честер рассмеялся и погладил её по лицу: «Не волнуйся, у меня денег хватит на несколько жизней…» Алиса просто пошутила, чтобы справиться со своими эмоциями, опасаясь, что из-за его слов она снова расплачется перед ним. Он всегда говорил, что она легко плачет… В этот момент Рейчел внезапно спросила: «Папа, почему твоя компания называется „QCS“?» Вопрос Рейчел также заинтересовал Алису; она всегда хотела спросить Честера, но постоянно забывала. Честер, держа Алису на руках, шел к машине: «Потому что она называется „Честер Алиса“, это символизирует то, что мы с твоей мамой всегда будем вместе». После душа Алиса высушила мокрые волосы и вышла из ванной. "Рэйчел спит?" Честер, сидя на диване, отложил книгу, которую читал, и кивнул. Алиса подошла к нему, бросила полотенце и села ему на колени. Честер обнял Алису за талию, уткнувшись головой ей в шею. Она только что приняла душ, и ее тело было наполнено ароматом мыла, из-за чего он не смог удержаться и поцеловал ее гладкую шею. Алисе было труднее всего устоять перед его поддразниваниями, ее тело тут же вспыхнуло, но она, сохранив остатки здравого смысла, оттолкнула его голову: «Подожди…» "Хм?" Честер смотрел на неё с неудовлетворенным желанием. Алиса обхватила его голову руками и, хихикая, сказала: «Я хочу задать тебе вопрос». "Вперед, продолжать." «Вы создали компанию „QCS“ более десяти лет назад, когда еще не любили меня. Почему ваша компания называется „QCS“?» Честер улыбнулся: «Возможно, уже тогда я представлял себе, как проведу с тобой всю жизнь». Алиса фыркнула: «Лжец!» Она потянула его за воротник, делая вид, что говорит серьезно: «Скажи правду». Честер на несколько секунд задумался, а затем серьезно спросил: «Ты действительно хочешь узнать ответ?» Алиса хихикнула: «Конечно». Теплое дыхание Честера коснулось уха Алисы, он нежно поцеловал ее мочку и сказал: «В ту ночь, более десяти лет назад, когда ты окончила школу и пошла на выпускной вечер, ты впервые выпила… Вернувшись домой пьяной, ты пришла ко мне в комнату в поисках меня. Я обсуждал название компании в интернете со своими сотрудниками и попросил тебя отдохнуть, но ты отказалась, все время цепляясь за меня, постоянно дразня… Ты была настолько провокационной, что я отвлекся и не смог тщательно обсудить название компании со своими сотрудниками, поэтому я выпалил «QCS» и отвел тебя в постель…» Услышав это, Алиса покраснела: «Почему я ничего из этого не помню?» Честер пробормотал: «Конечно, ты не помнишь, но я никогда не забуду твою страсть той ночи…» Алиса поддразнила его: «Теперь я поняла, ты настоящий извращенец». Цвет заставляет интеллект затуманиваться! Честер поднял брови. Алиса ущипнула его за руку: «Ты не против?» «Вовсе нет, но, думаю, слово „извращенец“ мне не подходит», — медленно произнес Честер. — «Я волк, и у меня к тебе особая привязанность». Он продолжал терпеливо целовать ее чувствительное ухо. "Ты всё ещё так гордишься?" Он схватил её за мочку уха, превратив её слова в стон: "Ммм…" Его поцелуи постепенно спускались вниз, а руки беспокойно расстегивали ее пижаму. Следующим утром. Алиса проснулась от чувства тошноты в груди. Прикрыв рот рукой, она вскочила с кровати и бросилась в ванную. В ванной комнате ее тошнило над унитазом, пока из нее не вырвало горькой желчью, и тошнота немного утихла. Она внезапно протрезвела и в оцепенении уставилась на унитаз. Ей потребовалось довольно много времени, чтобы прийти в себя и спустить воду в туалете. Стоя перед зеркалом в ванной, она умылась холодной водой. Умывшись, она безучастно уставилась на свое отражение в зеркале. ---------- Глава 1260–659: Дополнительная история: Беременна ли я? 2 Внезапно она положила руку на свой плоский живот. В этом месяце у нее уже на неделю задержка месячных. Она довольно чувствительна, но ее организм не склонен к беременности, и менструации у нее иногда бывают нерегулярными, поэтому она не думала о беременности. Однако чувство тошноты, которое она испытывает сейчас, такое же, как и во время беременности Рейчел три года назад. Может быть… «Алиса». Послышался голос Честера. Алиса поспешно убрала руку с живота и ответила: «Я здесь». Честер вошел в ванную в халате и, увидев, что она рассеянно сидит перед раковиной, обнял ее и тихо спросил: «Почему ты так рано встала?» Он с удивлением обнаружил, что ее нет, как только открыл глаза. Алиса обернулась и ярко улыбнулась: «Ты сказал, что мы сегодня едем в Нью-Йорк, поэтому я хотела встать пораньше, чтобы собрать вещи». Честер, все еще немного сонный, прислонился к ее плечу и тихо произнес: «Тетя П.А. займется упаковкой». «Есть кое-какие вещи, которые я хочу взять с собой, боюсь, тётя П.А. об этом не узнает». «Вам ничего не нужно брать с собой; в Нью-Йорке есть всё…» "Но…" «Останься со мной, пока я сплю!» — властным тоном он подхватил её на руки и направился прямо к кровати. В полдень Честер отправился с Китом Энтони по делам, оставив Элис скучать с Рейчел в гостиной виллы. Рейчел играла с игрушкой Plants Vs Zombies и спрашивала: "Мама, ты знаешь, что это?" Алиса не ответила. Рейчел подняла взгляд на Алису, моргнула своими длинными ресницами: «Мамочка, ты о чем-то думаешь?» "Хм?" Погруженная в свои мысли, Алиса наконец пришла в себя и неловко спросила: «Э-э, Рейчел, что ты сказала?» Рейчел забралась к Алисе на колени, держа в руках зеленую игрушку, и взволнованно спросила: «Мама, ты знаешь, что это?» Алиса взглянула на зелёную игрушку и невинно спросила: «Фен?» Рейчел рассмеялась: «Мама такая глупая… Это горохострел; он отлично подходит для борьбы с зомби». Алиса смущенно посмотрела на него, поняв, что ничего не смыслит в игре Plants Vs Zombies. В последнее время Честер часто играл в Plants Vs Zombies с Рэйчел, а Алиса, совершенно не разбирающаяся в играх, послушно садилась рядом с ними, не особо обращая внимание на игру, но невероятно радуясь, наблюдая, как отец и дочь прекрасно проводят время. В этот момент спустилась тетя ПА: «Мисс». Алиса встала и сказала: «Тетя П.А.». Тетя П.А. поставила на землю волочащийся чемодан и сказала: «Я уже собрала ваши с Рейчел вещи, вам еще что-нибудь нужно упаковать?» Элис подошла и взяла тетю П.А. под руку: «Собирать вещи не нужно; Честер сказал, что все есть вон там». Тетя ПА кивнула: «Поэтому я взяла с собой немного вещей, только ту одежду, которую ты обычно носишь». «Спасибо, тётя ПА». "Глупышка, зачем ты мне такое говоришь?" «Я просто не могу тебя оставить», — тихо произнесла Элис, в ее голосе слышалась неохота. — «Тетя П.А., вы действительно не поедете со мной и Рейчел в Нью-Йорк?» Тетя П.А. покачала головой, доброжелательно улыбаясь: «Мисс, я прожила в Париже большую часть своей жизни, я привыкла к этому месту, и я слишком стара, чтобы путешествовать далеко…» «Но меня беспокоит, что ты здесь одна». Тетя П.А. потянула Алису к себе, чтобы усадить ее на диван: «Не волнуйся обо мне, ты уже наняла человека, который обо мне позаботится, разве тебя это не успокаивает?» «Я очень хочу, чтобы ты поехал со мной в Нью-Йорк». «Да, бабушка П.А., я тоже хочу, чтобы ты поехала с нами в Нью-Йорк», — Рейчел тепло обняла тетю П.А. Тетя ПА ласково посадила Рейчел себе на колени и ласково сказала: «Рейчел, бабушка ПА знает, что ты рассудительная, но бабушка ПА уже старая и не может летать… Бабушка ПА останется в Париже, чтобы присмотреть за домом, а ты сможешь приехать к бабушке ПА, когда у тебя будет время, хорошо?» Рейчел послушно сказала: «Хорошо, папа, мама и я будем часто к вам приходить». Тётя ПА поцеловала Рэйчел: «Молодец». Глаза Алисы покраснели, когда она крепко сжала хрупкую руку тети П.А., которой было за шестьдесят. В ее голосе не было ни капли печали: «Ты так настаиваешь, чтобы не ехать с нами в Нью-Йорк, и я ничего не могу с этим поделать, но пообещай мне, что будешь хорошо заботиться о себе». "Хорошо." «Папа вернулся». Волнующий звонок Рейчел положил конец этому моменту грусти. Честер вошел снаружи, за ним последовал Кит Энтони. Рейчел уже убежала в Честер. Честер с любовью взял Рейчел на руки и направился к Алисе. Алиса встала вместе с тетей П.А., на ее лице читалась печаль. «Что случилось?» — с беспокойством спросил Честер. Рейчел ответила: «Мама не может смириться с расставанием с бабушкой П.А., мама хочет, чтобы бабушка П.А. поехала с нами в Нью-Йорк». Алиса с тяжелым сердцем опустила веки. Честер сказал тёте П.А.: "Ты правда не можешь пойти с нами?" Обращаясь к Честеру, тетя П.А. добавила нотку уважения: «Мистер Робинсон, с возрастом люди начинают испытывать ностальгию. Я провела большую часть своей жизни в Париже и хочу выйти на пенсию здесь». Честер кивнул: «Я не буду тебя заставлять, но, пожалуйста, береги себя». "Я буду." Покрасневшие от слез глаза Элис Робинсон были полны слез. «Дорогая, иди поиграй сама. Папа хочет кое-что обсудить с твоей мамой». Честер поставил Рейчел на землю. После того как Рэйчел убежала, Честер поддержал мягкие плечи Элис Робинсон. Тётя П.А. молча отступила. Элис Робинсон печально посмотрела на Честера: «Я не могу расстаться с тетей П.А., и я не могу расстаться с ней…» Честер нежно обнял Элис Робинсон, вытирая подступающие слезы с уголков ее глаз: «Если ты действительно не можешь расстаться с ней, мы можем остаться и не ехать в Нью-Йорк. Я по-прежнему смогу заниматься „QCS“ из Парижа, как и раньше. Однако мне, вероятно, придется часто ездить между Парижем и Нью-Йорком». Элис Робинсон покачала головой, закрыв заплаканные глаза: «Ты сказал, что хочешь расширить территорию „QCS“. Если ты останешься со мной в Париже, ты точно не сможешь этого сделать, да и перелеты между Парижем и Нью-Йорком тебя очень утомят…» «Но ты не можешь с этим расстаться». Элис Робинсон вытерла слезы, глядя на него широко раскрытыми глазами: «Но мне еще труднее с тобой расстаться». Честер нежно поцеловал Элис Робинсон в губы, отпустив их лишь спустя долгое время и хрипло прошептав: «Мы обязательно создадим счастливую семью в Нью-Йорке». В тот же день после обеда Честер вылетел в Нью-Йорк вместе с Элис Робинсон и Рэйчел. Несмотря на то, что поездка в Париж вызывала у Элис Робинсон сильное нежелание, она также с нетерпением ждала новой жизни в Нью-Йорке. Резиденция Честера в Нью-Йорке представляла собой виллу недалеко от центра города. По имеющимся данным, район, где располагалась вилла, был самым дорогим районом Нью-Йорка и известным районом, населенным богатыми людьми. Здесь была превосходная обстановка, вилла была окружена тенистыми деревьями, а за воротами располагался сад площадью в несколько тысяч квадратных метров, оборудованный всеми необходимыми удобствами для отдыха. Огромный фонтан в саду символизировал богатство владельца виллы. Элис Робинсон всегда знала, что у Честера есть квартира в Нью-Йорке. Когда она приезжала в Нью-Йорк, она часто останавливалась в его квартире, но никогда не подозревала, что у него здесь такое роскошное жилище. На вилле было сто слуг, каждый из которых выполнял свои обязанности. Иногда, стоя у ворот виллы и наблюдая за трудолюбивыми садовниками и суетливыми слугами, она не могла не почувствовать, что это место — сказочный дворец принца и принцессы. Это место показалось ей даже красивее, чем она себе представляла. Однако она еще не была здесь знакома, поэтому в течение дня, когда Честер уходил на работу в компанию, а Рейчел — в детский сад, ей было немного скучно в одиночестве. К счастью, такой образ жизни ей не показался скучным. Именно такой размеренной и приятной жизни она всегда и хотела. Каждый день проходил так: он смотрел телевизор, занимался садоводством и звонил ему. Хотя они не могли быть вместе каждый день, ни одна пара не может оставаться вместе двадцать четыре часа в сутки. Ожидание его возвращения домой в таком состоянии создавало ощущение настоящего дома. Чувство тошноты снова охватило Алису Робинсон, которая смотрела телевизор на диване, и она бросилась в ванную. Приступ тошноты заставил Элис Робинсон вырвать все, что она съела на обед. Чувствуя себя неловко, она прислонилась к раковине, наконец-то вынужденная столкнуться с проблемой. Похоже, она действительно беременна. Она была искренне удивлена; они встречались меньше двух месяцев, а она уже была беременна. Это было поистине радостное событие для них… Раньше, до того, как ей стало известно о проблемах со средостением матки, они всегда использовали контрацептивы. Пока она не забеременела Рейчел, она поняла, как трудно забеременеть, поэтому в Париже, несмотря на ощущение беременности, она не решалась сказать ему об этом. Она боялась, что ее счастье окажется пустым. Но теперь, похоже, она действительно беременна. Элис Робинсон нежно погладила нижнюю часть живота, чувствуя, будто в этот момент она может ощутить сердцебиение ребенка. «Мисс Робинсон, мистер Робинсон звонит». Снаружи раздался почтительный голос слуги. «Хорошо». Придя в себя, Элис Робинсон радостно вышла из ванной. В холле слуга почтительно стоял перед диваном, держа в руке телефон. Элис Робинсон слегка улыбнулась слуге, взяла телефон и села на диван: «Привет». «Похоже, вы в хорошем настроении». Голос Честера был мягким, с оттенком снисхождения. Элис Робинсон не скрывала своей радости, но притворилась, что жалуется: «Как же вы сегодня заняты!» «Как бы я ни был занят, я всегда должен позвонить своей любимой жене». Элис Робинсон прислонилась к дивану и мило улыбнулась: «А кто твоя дорогая жена? Мы еще не поженились!» «Хорошо, а когда ты планируешь выйти за меня замуж?» «Ну что ж…» — Элис Робинсон сидела на диване, неторопливо болтая ногами, — «Подожди еще немного». Он причинил ей столько страданий, что она не собиралась так легко отдавать его себе. «Ты поистине маленькая чародейка, способная мучить людей». Элис Робинсон самодовольно улыбнулась. В этот момент голос секретаря по телефону напомнил Честеру о встрече. Элис Робинсон немного растерялась, так как они почти не разговаривали, прежде чем ему снова пришлось быть занятым. «Алиса, мне нужно на встречу…» «Хм, давай». «Поговорим, когда я вернусь домой сегодня вечером». «Сегодня вечером?» — Элис Робинсон сделала паузу. — «А вы не придете сегодня днем ​​на обед?» «У меня сегодня вечером важная встреча. Я могу вернуться поздно, поэтому не ждите, пока я поужинаю с Рэйчел». ---------- Главы 1261–660: Дополнительная история: Я беременна? 3 "Ой…" "В чем дело?" «Ничего». Она одарила его улыбкой, внимательной и понимающей: «Не пейте слишком много и возвращайтесь пораньше сегодня вечером!» "Мм." Положив трубку, Элис Робинсон разочарованно пожала плечами. Изначально она планировала рассказать ему о беременности сегодня вечером, но поскольку у него было важное мероприятие, он не вернется рано. Похоже, ей придется подождать, пока он вернется, чтобы сообщить ему об этом. «Мисс Робинсон, если не будет других указаний, я спущусь вниз». Служанка рядом с ней, улыбаясь, говорила уважительно. Алиса кивнула, но когда слуга повернулся, чтобы уйти, Алиса вдруг сказала: «Подождите». Слуга обернулся и спросил: «Мисс Робинсон, вам что-нибудь нужно?» Алиса улыбнулась и сказала: «Мне немного скучно. Почему бы тебе не поболтать со мной немного?» «Конечно, мисс Робинсон». Слуга почтительно встал рядом с Алисой. Алиса любезно предложила: «Присаживайтесь, не будьте такими замкнутыми». Служанка тут же покачала головой: «Вы — хозяин, а я всего лишь служанка». Алиса улыбнулась и сказала: «Ничего страшного… На самом деле я довольно добродушная». Слуга по-прежнему не осмеливался сесть. Алиса проворчала: «Ладно, без давления. Ты скоро поймешь, что я не из тех, кто создает трудности слугам». Слова Алисы позабавили слугу, и у него сложилось о ней хорошее впечатление. Алиса оглядела просторный зал виллы и спросила: «Вы здесь давно работаете?» «Недолго, всего год, потому что вилла была построена всего год назад». "Действительно?" «Да, действительно, вилла была достроена всего год назад. Я слышал от старого садовника, что мистер Робинсон потратил на нее немало денег, и на ее строительство ушло около двух лет!» «Значит, мистер Робинсон нечасто приезжает к нам в гости?» «Мм, мистер Робинсон редко бывает. За год моей работы здесь я видел мистера Робинсона всего два раза». Алиса неторопливо разглядывала картину маслом на стене, недоумевая: «Если он редко уезжает, зачем строить такую ​​большую виллу?» «Я слышала, это для…» Служанка инстинктивно замолчала и почему-то проглотила слова. Алиса внимательно заметила изменение в выражении лица слуги и с любопытством спросила: «Зачем?» «Э-э, ничего… Мисс Робинсон, как служанки, мы не в курсе дел мистера Робинсона». Было очевидно, что слуга чего-то избегал. Алиса улыбнулась и сказала: «Тебя зовут Эльза, верно?» "Да." «Эльза, всё в порядке, скажи мне правду. Я знаю, ты сдержала то, что хотела сказать». Эльза, совсем юная девушка, столкнувшись с отсутствием заносчивости у Алисы, наконец призналась: «Я слышала от старого садовника, что мистер Робинсон построил эту виллу три года назад для той, кто ему нравилась. Но это всего лишь слухи; мистер Робинсон никогда не привозил сюда девушек, кроме вас, мисс Робинсон». Три года назад? Кто-то, кем он восхищался? Алиса внезапно тяжело откинулась на спинку дивана. Эльза, подумав, что сказала что-то не так, быстро извинилась: «Простите, мисс Робинсон. Пожалуйста, не слушайте мою чушь, я…» Алиса улыбнулась Эльзе и мягко сказала: «У меня всё хорошо. Просто я и представить не могла, что он уже три года назад построил для меня виллу». Услышав это, Эльза вздохнула с облегчением: «Я знала, что мистер Робинсон построил виллу для вас, мисс Робинсон… Я просто боялась, что ошиблась, поэтому не осмелилась ответить вам раньше». «Всё в порядке, можете идти». «Да, пожалуйста, дайте мне знать, если вам что-нибудь понадобится, мисс Робинсон». "Мм." Алиса с улыбкой проводила слугу до двери; когда фигура слуги скрылась из зала, в ее улыбающихся глазах появилась легкая грусть. Опустив голову на диван и уставившись в пустоту, она постепенно погрузилась в размышления. Три года назад он и представить себе не мог, что построит для неё такую ​​виллу… Неудивительно, что это место было таким прекрасным, словно из сказки; оказалось, что когда-то это было поместье мечты, которое он построил для себя и Бекки. Он уже всё обдумал наперёд, мечтая провести всю жизнь с Беккой. Его чувства к Бекке всегда были очень глубокими. Оглядев виллу еще раз, она вдруг увидела, что вся ее красота окрашена в серый оттенок, словно это место никогда по-настоящему ей не принадлежало. Ужин. Перед большим овальным обеденным столом Рейчел позвала Алису: «Мамочка». Алиса резала еду, и на ее лице читалась задумчивость. «Мамочка!» — тревожно воскликнула Рейчел. Ради Бекки она боролась с Говардом Джеффри любой ценой, дистанцировалась от нее ради Бекки, построила эту виллу ради Бекки… "Мама—мой—" Резкий голос Рейчел снова раздался, на этот раз отчетливо слышимый Алисе. Она закрыла глаза, нахмурилась и спросила: «Рейчел, что ты делаешь?» ---------- Главы 1262–660: Дополнительная история: Я беременна? 3_2 Рейчел нахмурила брови и надул губы: «Мамочка, ты убила человека!» Элис Робинсон тут же растерялась и запаниковала: «Это чушь!» «Ты порезал палец». Услышав это, Алиса посмотрела вниз и поняла, что ее указательный палец левой руки действительно ранен, и из него сочится кровь. «Ах!» — неловко извинилась Элис перед Рейчел. — «Прости». «Мамочка, тебе не следует извиняться передо мной, тебе следует извиниться перед своим пальцем. Кажется, он болит». Какой проказник! Алиса быстро сменила тему: «Поторопись и ешь. Что ты хочешь съесть? Мама тебе нарежет». Служанка уже принесла бинт и быстро помогла Алисе перевязать рану. Только тогда Алиса почувствовала боль, нахмурив брови. Рейчел прикусила палец и на мгновение задумалась: «Мама, я хочу яблочный пирог». "Хорошо." Алиса зачерпнула ложкой яблочный пирог и положила его на тарелку Рейчел. «Мама, ты вчера вечером поссорилась с папой?» — вдруг спросила Рейчел, подняв голову. Алиса недоуменно воскликнула: «Нет!» Рейчел серьёзно сказала: «Но я отчётливо слышала, как папа вчера вечером называл маму чудовищем, а мама — плохим парнем…» Монстр, злодей? Разве не так?.. Ложка в руке Алисы мгновенно упала на обеденный стол, и она покраснела: «Ты это слышал?» «Ты так громко кричала вчера вечером, что это было просто невозможно не заметить». Рейчел беспомощно пожала плечами. Элис покраснела до самых корней ушей. Неужели она действительно так громко кричала прошлой ночью? Элис нахмурилась, вспоминая это. «А мама, каждый раз, когда ты ссоришься с папой, ты просыпаешься поздно… и тогда папа отвозит меня в детский сад». "Неужели… неужели?" Алиса опустила голову и увидела, как служанка рядом с ней тайком смеется. Ей очень хотелось найти яму, чтобы в ней вырыть яму. «Мамочка, яблочный пирог такой вкусный…» Маленький проказник съел яблочный пирог, совершенно забыв о ссоре родителей. Алиса, доедая еду, не опускала голову. Вечером Алиса, прислонившись к изголовью кровати, тихо рассказывала Рейчел какую-то историю. «Когда русалка проснулась, она обнаружила, что её гребень пропал. Она долго искала и наконец нашла его на берегу. Но когда она уже собиралась плыть к берегу, чтобы забрать его, очень красивый молодой человек поднял гребень…» В этот момент Алиса украдкой взглянула на свою дочь, стоявшую рядом. Дочь уже спала, обнимая ее и тихонько похрапывая. Увидев мирно спящее личико дочери, Алиса не удержалась и поцеловала её в лоб, затем осторожно убрала руку дочери, аккуратно укрыла её одеялом и встала с кровати. Вернувшись в комнату, она неожиданно увидела, как Честер Робинсон ослабляет галстук. Услышав звук, Честер обернулся: «Я как раз собирался тебя искать». Элис сказала: «Я рассказывала Рейчел историю». "Рэйчел спит?" "Да." Честер сбросил галстук и подошел к Алисе, наклонившись, чтобы поцеловать ее. Алиса инстинктивно увернулась: "Нет…" — Что случилось? — Он приподнял её за бёдра, так что его выдающийся нос коснулся её носа. — Тебе не нравится запах алкоголя от меня? Алиса обняла его за шею: «Почему ты вернулся так рано?» Честер хриплым, низким смехом усмехнулся: «Я сказал, что хочу вернуться, чтобы составить компанию жене, поэтому они заставили меня выпить три рюмки по собственному желанию, а потом отпустили». Элис ущипнула Честера за лицо: «Умный ход… иди прими душ, от тебя воняет». Честер не отпустил Алису, глядя на нее манящим, слегка пьяным взглядом, и медленно произнес: «Ну же, расскажи мне, чем ты хочешь со мной поделиться?» "Хм?" «Во второй половине дня ты был в хорошем настроении, казалось, тебе было что мне сказать». Ей оставалось лишь восхищаться его внимательностью, словно ничто не могло ускользнуть от его внимания. Алиса подняла голову и самодовольно сказала: «Я хочу, чтобы ты сначала угадал; если угадаешь, я скажу, если нет, то ничего не скажу». «Непослушная». Честер отнёс Алису в постель, а затем вдруг сказал: «Кстати, сегодня мне звонила тётя Эвелин и просила отвезти тебя обратно к Джеффри на обед». Тема разговора невольно сменилась, Алиса села на колени к Честеру и тихо ответила: «О». Честер обнял Алису за талию: «Что случилось? Ты, кажется, не очень заинтересована». "В принципе, нет… давай съездим на выходные, возьми с собой Рейчел!" «Тетя Эвелин сказала, что завтра день рождения Анны, и мы устроим семейный ужин, чтобы отпраздновать это… Если хочешь взять с собой Рейчел, давай возьмем выходной ради нее». «Нет необходимости, Рейчел только начала ходить в детский сад, брать отпуск не совсем уместно…» «Всё в порядке». "Поехали на выходные!" «Но тетя Эвелин уже несколько раз приглашала…» В этот момент Алиса слезла с колен Честера, подошла к шкафу и достала для него чистый халат, сказав: «Я не хочу идти». Честер сидел на краю кровати, слегка нахмурив брови. "Почему?" Алиса сделала вид, что опускает голову, чтобы поправить халат Честера: «Я просто не хочу идти». Честер встал, подошел к Алисе и нежно обнял ее: «Что случилось?» «Я просто не хочу идти». Элис прошла мимо Честера, в ее голосе звучало немного нетерпение, и она плюхнулась на кровать. Честер стоял там, на его лбу читалось легкое недовольство, и он тепло произнес: «Почему ты вдруг так вспылил? Если не хочешь идти, я позвоню тете Эвелин завтра». Понимая, что её реакция была несколько чрезмерной, Алиса хотела извиниться перед Честером, но по какой-то причине не хотела этого делать. Честер также понял, что его прежний упрек был несколько неуместен. Он подошел к Алисе, присел на корточки и прикрыл ее холодные щеки теплыми ладонями: «Что случилось, милая, что-то произошло?» Она медленно подняла глаза, встретившись с его нежным взглядом, и в следующую секунду прислонилась к его плечу, тихо произнеся: «Прости, я не хотела выходить из себя…» Честер притянул ее к себе, нежно держа за извиняющееся личико: «Мы в Нью-Йорке уже больше недели, из вежливости нам следует навестить тетю Эвелин». ---------- Главы 1263–661: Дополнительная история: Маленький белый кролик злится и дуется на большого серого волка Алиса послушно кивнула. Честер нежно поцеловал её в губы: «Я пойду в душ». "Хорошо." Честер встал, собираясь пойти в ванную, но вдруг спросил: «Кстати, что ты хотел мне сказать раньше?» Алиса на мгновение опешилась. Честер снова сел на край кровати, обнял ее и спросил: «Какой радостной новостью ты хочешь со мной поделиться?» Изначально она хотела рассказать ему о беременности и попросить его сопровождать ее завтра в больницу на осмотр, но завтра поездка к Джеффри, похоже, важнее. Алиса покачала головой и улыбнулась: «Ничего страшного… Я сегодня утром ходила по магазинам, купила несколько нарядов и хотела тебе показать». Честер игриво ущипнул Алису за нос: «Глупышка, тебе всё идёт». «Хорошо, я знаю, что у тебя сладкий язык». «Сейчас я пойду в душ». "Хорошо." Увидев, как Честер вошел в ванную, Элис вздохнула и прислонилась к изголовью кровати. Что с ней происходило? Они только что чуть не подрались. Она знала, что виновата; независимо от того, была ли эта вилла когда-то построена для Бекки, его отношения с Беккой закончились, и ей не стоило слишком много об этом думать… Что должно произойти, то произойдёт, и с чем нужно столкнуться, с чем нужно столкнуться, нужно столкнуться. Даже если он встретит Бекку, какая разница? Он больше не любит Бекку; он любит её. На следующее утро, принеся подарок Анне, Честер отвез Алису и Рейчел в особняк Джеффри. Элис была хорошо знакома с этим особняком; она даже раньше там жила. Миссис Джеффри уже ждала их у двери и, как только увидела, приветливо встретила. «Дорогая, иди сюда, пусть бабушка тебя обнимет». Миссис Джеффри забрала Рейчел из рук Алисы. Нежный голосок Рейчел звучал сладко: «Бабушка, я так по тебе скучала…» Миссис Джеффри, уговаривая ее, не могла перестать улыбаться: «Бабушка тоже по тебе скучала… так хорошо». Алиса продолжала мягко улыбаться. Миссис Джеффри проводила их в виллу. Элис крепко держала Честера за руку, на ее лице сияла спокойная и грациозная улыбка, но внутри она испытывала небольшую тревогу. Войдя в виллу, Алиса была удивлена ​​увиденным. В большом зале виллы, помимо нескольких детей, играющих в прятки, находились только Скайлер Джонс и Кристин Куинн. Скайлер, одетый в повседневную белую одежду, сидел на подлокотнике дивана, а Кристин, прислонившись к нему, держа в руках журнал об украшениях. Увидев их, Кристин тут же бросила журнал и радостно подбежала: «Добро пожаловать, вы двое!» Скайлер последовал за ним, излучая свое обычное обаяние и необычайную красоту. «Честер». Сказав это, он по-братски обнял Честера. Элис спросила: «Почему я не видела Говарда и Бекку?» Только что уложив Рейчел спать, миссис Джеффри улыбнулась и сказала: «В последнее время Хоуи был занят в Германии проектными делами, оставив Бекку одну в Нью-Йорке присматривать за ребенком. Как только Хоуи вернулся, он забеспокоился о том, как его жена справляется с ребенком дома, поэтому он тут же оставил ребенка дома и увез Бекку на Мальдивы… Я звонила им по случаю дня рождения Анны, но они сказали, что не смогут вернуться. Посмотрите на этих двоих, они сами как дети». Кристин сказала: «Мама, это потому что Говард любит Бекку… Я каждый день сижу дома с детьми, и мне никогда никто не предлагал поехать со мной в путешествие». Стоя рядом, Скайлер обняла Кристин за плечо: «Говард был слишком хитер… Месяц назад я планировала поехать с тобой, но кто бы мог подумать, что он первым решится и оставит компанию мне». Кристин легонько ущипнула Скайлер за выдающийся нос: «Ты прощен. В любом случае, в прошлый раз, когда мы путешествовали, ты тоже использовал нечестные методы, чтобы передать компанию Говарду, так что на этот раз мы это простим…» "Хорошо." Увидев, как нежно Кристин и Скайлер себя ведут, Элис почувствовала укол зависти и невольно взглянула на Честера, стоявшего рядом с ней. Он, казалось, остался неизменным и тут же погрузился в деловые переговоры со Скайлером. Миссис Джеффри была занята приготовлениями на кухне, а Элис и Кристин сидели на диване и болтали о детях, которые сидели перед ними. Анна и Рейчел были примерно одного возраста, но при этом совершенно разными детьми. Рейчел по характеру была очень похожа на Алису: живая и активная, она уже успела пообщаться с другими детьми, играя в прятки, а Анна, как и Бекка, отличалась спокойным нравом и мирно сидела на диване, играя с куклами Барби. Элис должна была признать, что когда миссис Джеффри упомянула, что Говарда и Бекки не будет дома, а Честер ничуть не изменил своего выражения лица, она действительно внутренне вздохнула с огромным облегчением, ее настроение невольно улучшилось. «С днем ​​рождения, Анна, с днем ​​рождения, Анна…» ---------- Главы 1264–661: Дополнительно: Маленький белый кролик злится и устраивает истерику большому серому волку_2 После роскошного обеда слуга вынес трехъярусный торт, и все присутствующие начали петь поздравительную песню. Анна, одетая в очаровательное платьице, находилась на руках у миссис Джеффри и мило улыбалась. Анна была поистине безмятежна, и ее глаза, улыбаясь, изгибались вверх точно так же, как у Бекки, и она выглядела точь-в-точь как элегантная маленькая принцесса. Рейчел радостно хлопала в ладоши вместе с Мэрилин Джонс и Дорианом Джонсом. Элис Робинсон спела песню ко дню рождения, прижавшись к Честеру Робинсону, и никогда еще не чувствовала себя такой счастливой. «Пора есть торт!» — крикнула Кристин Куинн, и все маленькие дети собрались вокруг. Элис прислонилась к плечу Честера и, улыбаясь, сказала: «Этот момент так прекрасен». Честер склонил голову и поцеловал Алису: «Хочешь торта?» "Ага." «Я сейчас принесу это тебе». "Хорошо." Когда Честер пошел за тортом, подошла миссис Джеффри и сказала: «Алиса». "Хм." «Чувствуйте себя здесь как дома, не стесняйтесь». «Конечно», — сказала Алиса, взявшись за руки с миссис Джеффри. — «Я так счастлива сегодня… Для меня большая честь присутствовать на дне рождения Анны». Миссис Джеффри взглянула на Честера, который помогал Алисе достать торт, и прошептала: «Так когда вы планируете выйти замуж за Честера?» "Хорошо…" Миссис Джеффри поддразнила: «Не думай, что я не знаю, что это ты еще не согласился выйти замуж за Честера… Скажи мне, из-за чего ты все еще колеблешься?» Алиса укусила палец: «Э-э…» «Судя по тому, какой Честер внимательный, очевидно, что он привык постоянно вас баловать». Алиса повернула голову, чтобы посмотреть на Честера, который аккуратно вынимал манго из торта, зная, что у нее аллергия на манго. Алиса, не моргая, посмотрела на него и медленно произнесла: «Если он сделает мне предложение еще раз, я скажу „да“». Миссис Джеффри была в восторге: «Вы серьёзно?» «Что вы подразумеваете под словом „серьезно“ или „несерьезно“?» В этот момент подошел Честер с тортом, и его мягкий голос вмешался в разговор. Миссис Джеффри очень хотела сказать что-то ещё, но Алиса быстро закрыла ей рот рукой и с тревогой произнесла: «Ничего, ничего…» Затем она наклонилась и прошептала миссис Джеффри на ухо: «Не будет сюрпризом, если это будет сказано вслух». Миссис Джеффри тепло усмехнулась: «Ладно, ладно… Я пойду проверю детей, а вы поболтайте». Алиса взяла торт и съела его с удовольствием, как ребенок. Честер улыбнулся, наблюдая за Алисой, и хитро спросил: «О чём вы с тётей Эвелин говорили, что вас так обрадовало?» Алиса сунула Честеру в рот ложку торта и надула губы: «Ничего, тебя это не касается». Честер покачал головой, улыбаясь и жуя пирожное. Алиса съела свой торт и торжествующе заявила: «Это секрет между нами, женщинами». Он внезапно обнял её и хрипло прошептал ей на ухо: «Скажи мне, что сделало нашу малышку такой счастливой?» Алиса надула губы: «Зачем мне тебе рассказывать?» Честер лукаво прищурился: "Правда?" «Эй, куда твои руки деваются? Здесь так много людей, отпусти… ах… так щекотно…» — Алиса безудержно рассмеялась. Честер крепче прижал к себе смеющуюся Алису, его настроение поднялось благодаря ее счастью: «Милая, ты знаешь, как сильно я люблю твою улыбку?» Алиса прислонилась к нему, ее лицо сияло от счастья: «Ненавистник, это все твоя вина, торт попал мне на одежду…» В этот момент подошли Скайлер Джонс и Кристин Куинн. Увидев их, Алиса быстро поднялась из объятий Честера: «Привет, мистер Джонс, Кристин». Увидев реакцию Алисы, Кристин не смогла сдержать смех: «Алиса, у тебя всё ещё такое худое лицо!» Алиса взмолилась: «Кристин…» Кристин сказала: «А может, выпьем вчетвером?» Честер улыбнулся и кивнул. Каждый взял по бокалу красного вина с подноса слуги, и все четверо подняли тост и от души выпили. После непродолжительной беседы Алиса неловко сказала остальным троим: «Извините, вы поболтайте, а я пойду в туалет». Алиса указала на пятно от торта на своем платье. Все трое кивнули, и Алиса радостно направилась в туалет. Прежде чем дойти до туалета, Алиса решила напомнить Рейчел, чтобы та не ела слишком много торта, ведь эта маленькая проказница плачет по ночам после сладостей. Алиса поспешила найти Рейчел, но, вернувшись в коридор, случайно подслушала разговор Честера. Честер хриплым и низким голосом спросил Кристин: «Как дела у Бекки?» Кристин улыбнулась и кивнула: «Конечно, Говард Джеффри любит её больше всего на свете». Честер улыбнулся, взял свой бокал с вином и сделал глоток. Увидев это, Алиса слегка задрожала, отступила назад, а затем, забыв найти Рейчел, повернулась и побежала в туалет. Убедившись, что никто не видел её в таком плачевном состоянии, она тяжело прислонилась к двери туалета. Глаза, которые еще мгновение назад сияли и блестели, теперь потеряли свой блеск. Она безучастно смотрела перед собой, крепко сжимая дверь пальцами. Ты не можешь быть такой, Алиса, ты не можешь быть такой… Он просто спросил про Бекку, что в этом плохого? Он дружит с Беккой, поэтому принято вежливо здороваться с ней. Почему ты такой чувствительный? Такой мелочный? Быстро подойдя к раковине, Алиса умылась холодной водой. Холодная вода смыла с неё макияж, она достала сумочку, намереваясь поправить косметику, но в итоге рассыпала всю косметику из сумки. Она поспешно собрала их, затем внезапно остановилась, слабо прислонившись к раковине, и надолго погрузилась в свои мысли. Как только Алиса вышла из туалета, Рейчел, с лицом, измазанным тортом, словно маленькая раскрашенная кошка, обняла её. «Мамочка». "Хм?" Понимая, что поступила неправильно, Рейчел улыбнулась: «Я вся грязная…» Алиса взяла Рейчел на руки, легонько постучала по испачканному тортом носику дочери: «Поиграла с тортом, правда?» Рейчел хихикнула. Алиса сказала: «Мама отведет тебя помыть руки, ты такая грязная…» «Спасибо, мамочка». Вскоре Алиса вывела из туалета прыгающую от радости Рэйчел. «Мама, я пойду найду Эндрю и Мари, чтобы поиграть с ними». ---------- Главы 1265–662: Дополнительная история: Большой Злой Волк использует старые трюки, чтобы успокоить маленького кролика 1 Алиса как раз собиралась напомнить дочери, чтобы та не ела слишком много сладостей, когда дочь радостно убежала. Алиса улыбнулась и покачала головой, затем перевела взгляд на Честера. Не увидев Честера в коридоре, Алиса нахмурилась от недоумения. Она спросила Кристин Куинн и узнала, что Честер разговаривает по телефону в тихом уголке боковой комнаты, поэтому Элис подошла к нему. Она пошла его искать с улыбкой, не желая, чтобы недавний незначительный инцидент повлиял на их отношения. Дойдя до дверного проема боковой комнаты, она увидела его, разговаривающего по телефону, и решила подождать у двери. Наблюдая за ним издалека, она видела в его глазах влюбленность. Во время разговора выражение его лица оставалось таким же серьезным, как всегда, одна рука была в кармане, он выглядел невозмутимым. Черный костюм, который он носил, подчеркивал его и без того яркую фигуру. «Мне нужны результаты, не нужно говорить мне о процессе. Если вы не можете с этим справиться, даже не пытайтесь ко мне больше обращаться!» Его резкий, холодный голос испугал Алису. Она думала, что он обсуждает работу с подчиненным, и не ожидала, что он так рассердится. По воспоминаниям, он редко так злился, всегда решал дела предусмотрительно и тщательно планируя. Холодно закончив разговор, он обернулся и увидел её. Она слегка улыбнулась, скрывая страх, который испытывала из-за его недавнего гнева, и подошла, как ни в чем не бывало: «Что случилось? Я слышала тебя раньше, и ты выглядел очень расстроенным». Честер убрал телефон, обнял ее за плечо и снова смягчил голос: «Ничего страшного… Я тебя не напугал, правда?» "Нет." «Пойдем найдем Кристин и остальных, чтобы поболтать». "Хорошо." Они вернулись домой, когда стемнело. Рейчел, игравшая весь день, уже уснула на руках у Алисы. По дороге обратно на виллу Честер вел машину, время от времени поглядывая на Алису, которая сидела рядом с ним, напряженно переглядываясь. Ее лицо было бесстрастным, возможно, немного слишком бледным, но это было искусно скрыто под макияжем, почти незаметным, если не присматриваться. «Вы плохо себя чувствуете?» Честер протянул руку, чтобы измерить температуру на лбу Алисы, но Алиса внезапно напряглась и быстро отстранилась. Наблюдая, как его рука опустела, Честер не мог не думать о поведении Алисы сегодня вечером. В первой половине фильма она вела себя хорошо, но во второй казалась угрюмой: тепло улыбалась всем на вечеринке по случаю дня рождения, но была холодна к нему, словно стала другим человеком. Честер остановил машину на обочине дороги. Он внимательно изучил профиль Алисы, пытаясь найти хоть какой-то проблеск того, что могло бы скрываться за ее безразличием. «Что происходит? Я что-то сделал не так, чтобы расстроить жену?» Честер взял в руки нежную, гладкую руку Алисы, нежно поглаживая каждый палец. И снова Алиса, словно обожженная, резко отдернула руку и крепко обняла Рейчел. «Со мной все в порядке, садитесь за руль!» — Алиса смотрела прямо перед собой, сохраняя холодное выражение лица. Честер пристально посмотрел на Алису. Он точно знал, что с ней что-то не так, иначе она бы так сильно не изменилась. Раньше на вечеринке она была милой и жизнерадостной, а сейчас вела себя с ним как испуганная птица. «Что на самом деле происходит? Если тебя что-то беспокоит, просто скажи об этом, не держи это в себе, хорошо?» — настаивал Честер, не пытаясь снова прикоснуться к ней, лишь наблюдая за едва заметными изменениями на лице Алисы. Он уловил в ее глазах мимолетную, но глубокую печаль. Алиса мягко улыбнулась: «Со мной все в порядке». Она посмотрела на Честера, спокойно объясняя свои перемены, но не в силах сдержать волнение: «Тебе не нужно меня утешать, возможно, это тебе самому нужно больше утешения!» Может, он так разозлился на своего подчиненного сегодня вечером из-за того, что не увидел Бекку? Она знала, что на другом конце провода был Кит Энтони. Он всегда был близок с Китом, как брат, и редко проявлял к нему такую ​​злость. Одна мысль о том, что Кристин упомянула Бекку, а он, запиваясь алкоголем от горя, пронзила ей сердце, причиняла невыносимую боль. Каким бы умным ни был Честер, в тот момент он не мог понять мысли Алисы. Его лицо помрачнело: «Если что-то не так, просто скажи. Зачем использовать такой тон, чтобы создать напряжение между нами?» «Думаю, мы кое-что не смогли чётко обсудить, Честер». Честер? Неверие и внезапный всплеск гнева были очевидны на лице Честера. «Что ты говоришь?» — Честер, сдерживая гнев, схватил Алису за плечи и начал неудержимо трясти ее. — «О чем ты думаешь? Что мы не объяснили? Что ты имеешь в виду этим непривычным тоном?» ---------- Глава 1266-662: Дополнительная история: Большой Злой Волк использует старые уловки, чтобы успокоить маленького Белого Кролика (1/2) Элис сглотнула горечь, застрявшую у нее в горле, и решительно вырвалась из хватки Честера. «Я ничего плохого не имею в виду. Просто считаю, что есть вещи, над которыми нужно тщательно подумать, и я тоже. Жить всю жизнь в неопределенности — это не то, чего я хочу». Честер сдержал желание вырвать себе волосы, подавил гнев и с величайшим терпением уговаривал: «Ты думаешь, я собираюсь жить с тобой какой-то неопределенной жизнью?» Он не мог понять, почему она вдруг так много думает; он действительно не мог постичь её истинные чувства. Элис взглянула на него, в глазах мелькнула боль, но она спокойно и небрежно сказала: «Рэйчел спит. Нам не следует будить ее, чтобы она впервые увидела нашу ссору». Лицо Честера побледнело, тонкие губы едва шевелились: «Хорошо, поговорим позже». Вернувшись домой, Честер, как только уложил Рейчел на кровать, не удержался и вытащил Алису из детской комнаты. Честер обхватил Алису за плечи и мрачно посмотрел на нее: «А теперь скажи мне, что именно произошло?» Глаза Алисы покраснели, и она спокойно произнесла: «Вдруг я чувствую, что согласие возобновить отношения с тобой… Нет, нам не стоит думать о воссоединении, это всего лишь свидания. Действительно ли это правильное решение?» Честер с трудом сдержал желание крикнуть: «Мы уже готовились к свадьбе, а ты мне это говоришь?» — холодно ответил он, и весь гнев был сосредоточен в его ледяном взгляде. Элис подавила боль в сердце: «Я сказала, что нам нужно все тщательно обдумать, и я рада, что не согласилась выйти за тебя замуж». Их взгляды встретились, выражение его лица было напряженным и холодным, она видела, как нежность и любовь с каждым днем ​​угасали в его глазах… Её сердце так сильно болело, она очень не хотела, чтобы их отношения закончились таким образом, но она действительно не могла сдержать свою ревность. Да, она ревновала к Бекке… Как бы долго он ни ждал, он всё равно не мог забыть о Бекке. Он спокойно, стиснув зубы, спросил: «Что ты имеешь в виду, говоря, что рада, что не вышла за меня замуж? Разве выйти за меня замуж было бы для тебя несправедливо?» Алиса молчала, ее глаза уже были полны слез. Они оказались в тупиковой ситуации. Наконец, Честер горько рассмеялся, его насмешливый смех заполнил весь коридор: «Элис, ты понимаешь, что говоришь? Я думал, ты повзрослела, но оказывается, ты всё такая же неразумная и иррациональная. Раз ты думаешь, что выйти за меня замуж было бы обидой…» Он притянул её к себе: «Тогда зачем ты поехала со мной в Нью-Йорк?» Он неправильно понял смысл её слов, но она упорно отказывалась объяснить всё внятно. Его постоянная забота о Бекке была для неё сродни падению рая в ад. Пусть говорит что хочет… Она избегала этого, но в глубине души это подтвердилось. Сегодня он хорошо это скрывал, но после разговора с Китом, мог ли он понять, что его внутренние переживания больше не скрываются? Даже общаясь с семьей Джеффри, она замечала на его лбу след уныния. Как он мог знать, что её сердце сейчас так сильно болит… Со слезами на глазах она тихо призналась: «Я ни на что не годна…» Честер с отвращением оттолкнул её: «Думай что хочешь. Если ты действительно чувствуешь себя обиженной, находясь со мной, то тебе лучше хорошенько подумать. Может быть, ты и правда сказала, мне тоже стоит хорошенько подумать». В его словах звучали горечь и гнев. «Можешь со мной расстаться», — мягко сказала она, чувствуя, как в груди зарождается горечь. «Нет, я ни за что не расстанусь с тобой», — резко сказал он, выражение его лица стало опасным и глубоким. — «Я хочу увидеть, насколько тяжело тебе со мной». Ее лицо побледнело и поседело, его слова обрушились на ее сердце, словно плеть, она могла лишь глубоко дышать, пытаясь облегчить боль в душе. Он в последний раз бросил на нее гневный взгляд, затем повернулся и ушел. Увидев удаляющуюся фигуру Честера, ее охватила тошнота, и она с неприятным видом убежала в ванную. Честер, по сути, не стал далеко идти, он в ярости спустился вниз и в итоге просто сидел с мрачным лицом в гостиной. Её неразумное поведение, конечно, разозлило его, но он не мог на неё злиться, потому что теперь отчаянно её любил. Он встал и вернулся на второй этаж. Он недоумевал, почему она не закрыла дверь в спальню, и тихо позвал: «Алиса, Алиса…» Алиса не ответила; воздух казался холодным и ледяным. Честер запаниковал, он быстро бросился в комнату и увидел, как она полоскает рот водой из стакана в ванной. Только тогда его сердце успокоилось, он подошел и обнял ее: «Элис». Увидев его, Алиса с отвращением оттолкнула его: «Ты разве не ушёл? Зачем вернулся?» Она чувствовала себя ужасно и задавалась вопросом, не влияет ли её плохое настроение на маленькое сокровище в её животе, ведь даже это маленькое сокровище внутри протестовало против него. Честер упрямо держался за нее, его тон заметно смягчился: «Куда я могу пойти? Без тебя рядом я никуда не хочу идти». «Ты думаешь, что сладкие слова заставят меня тебя простить?» Несмотря на головокружение и тошноту, а также слабость в теле, граничащую с обмороком, голос Алисы не был тихим, она по-прежнему яростно отчитывала Честера. «Как и при вынесении приговора, вы должны дать мне возможность подать апелляцию». «Хорошо». Элис была в ярости, глаза ее все еще были в слезах, голос ледяной, как металл: «Зачем ты тайно спрашивала Кристин о Бекке?» Честер наконец понял: «Значит, сегодня вечером ты злишься из-за Бекки». "Да." «Ты сказал, что уже забыл о ней? Я вижу, ты все еще думаешь о ней, верно? Как только меня нет рядом, ты тут же торопливо спрашиваешь о ее новостях, ты действительно о ней беспокоишься». Брови Алисы нахмурились, почти слившись в один. Честер в замешательстве спросил: «Я что, спрашивал о ней новости сегодня вечером?» «Не отрицайте, я всё слышал». "Неужели?" «Если ты не можешь забыть её, иди и погонись за ней. Может, ты сможешь вернуть её у Говарда Джеффри, может, она тоже к тебе неравнодушна…» — призналась она, теперь говорила она из вредности, не питая неприязни к Бекке, она просто притворялась перед Честером. «Как ты думаешь, каким человеком является Бекка?» Услышав, как Честер защищает Бекку, Алиса пришла в ярость: «Я не хочу с тобой разговаривать, иди скорее к Бекке, поторопись!» Сказав это, Алиса снова почувствовала жалость к себе: «Я просто знала, что в глубине души никто не сравнится с Беккой. Ты уже жалеешь, что была со мной, не так ли?» ---------- Главы 1267–663: Дополнительные материалы: Большой злой волк использует старые уловки, чтобы успокоить маленького белого кролика 2 «Я не это имел в виду!» "Ерунда!" "Элис…" — Честер сделал несколько шагов вперед, желая обнять Элис Робинсон. Элис с ненавистью прервала руку Честера: «Не трогай меня!» «Неразумно!» Действия Алисы действительно задели мужскую гордость Честера. "Да! Я веду себя неразумно, тебе совершенно на меня наплевать! Как ты только что так холодно ушла, зачем ты возвращаешься?" Подождите, её рвало уже некоторое время, если он за неё волновался, то не вернётся после того, как она закончит… «Ты просто хотел уйти, не так ли?» «Я просто подумал, что нам нужно успокоиться… Я боялся, что если мы продолжим ссориться, все только ухудшится». Как он мог оставить ее одну дома? Ему было бы не по себе. «Ты опять жалуешься, что я веду себя неразумно?» Алисе было так утомительно смотреть на него, что она просто стояла на унитазе, сокращая расстояние и одновременно имея преимущество: «Да, Бекка такая милая, нежная и спокойная, в отличие от меня, такой неразумной». «Неужели ты не можешь во всём втягивать Бекку? Я действительно вижу в ней просто подругу». В результате гнева его глаза налиты кровью. «Относиться к кому-то как к другу означает молча заботиться о нем?» Неужели он думал, что ей три года? «Элис, ты намеренно провоцируешь ссору». Честер понизил голос, но тон его был леденящим холодом. «О ней просто невозможно забыть, это правда…» "Идиот!!" Внезапный крик Честера ошеломил Алису. Алиса поспешно закрыла уши, нахмурилась и посмотрела на него: «Ты идиот, ты ещё и мерзавец, негодяй…» «Похоже, нам действительно нужно решить эту проблему раз и навсегда». "Что ты хочешь делать?" Алиса спрыгнула с унитаза, постепенно отступая назад. Ванная комната была достаточно большой, и вскоре она отошла от него на расстояние. Честер продолжал приближаться, пристально глядя на нее глубокими глазами: «Завистливая маленькая штучка». Его зловещее приближение заставило Алису в страхе прижаться к холодной стене. «Признайте свою ошибку, после того как вы меня неправильно поняли». "Я… я не ошибся…" Эта маленькая девочка… Честер засучил рукава, подошел к Алисе, обнял ее и поднял горизонтально. Она никак не могла догадаться о его намерениях, но то, что он хотел сделать в тот момент, было ей совершенно ясно. Каждый раз, когда у неё с ним случалась ссора, он использовал эту тактику. Отвратительно! У Алисы в душе стоял ужасный крик, но Честер уже отнёс её на большую кровать в комнате. Он уложил её себе на колени. Элис сердито воскликнула: «Я не ошибаюсь… Это явно твоя вина… Честер… ты большой придурок…» Эта девчонка действительно умела мучить людей. Он бесчисленное количество раз говорил ей, что теперь она единственная в его сердце, но она всё равно неправильно понимала его из-за пустяков… Она говорила, что он заботится о Бекке, но он даже забыл о ней, когда упомянул Кристин сегодня вечером. И она всё ещё говорила, что он тоскует по Бекке. Неужели он должен был разрезать себе сердце, чтобы она ему поверила? Хлопать! Широкая ладонь Честера тяжело ударила Алису по ягодицам. Несмотря на то, что платье было покрыто тканью, оно не могло смягчить немалую силу Честера. «Ты… ты меня ударил?» — надула губы Алиса, стиснув зубы. — «Ты презренный, бесстыжий, пренебрегающий мерзавец, какое право ты имеешь меня бить?» Она призналась, что он и раньше так её шлёпал, но это было давно, и она уже не ребёнок. «Почему ты мне не доверяешь?» "Ты сам попался мне на глаза…" «Это были всего лишь несколько слов, выражающих беспокойство за подругу. Если бы сегодня в поездку уезжала Кристин, я бы с таким же успехом спросила о ней у Бекки…» «Это не обычное дело, вы даже выпили из-за этого в одиночестве…» Недоверие Алисы так разозлило Честера, что он забыл о собственной силе и снова сильно отшлёпал её. На этот раз Алиса больше не смогла сдерживаться и пролила слезы печали. «Тогда я могу подумать, что ты сегодня расстроена, потому что не видела Говарда!» По дороге в особняк Джонсов он очень переживал по этому поводу. Она тогда приложила немало усилий, чтобы завоевать Говарда. Он подумал, что если увидит её сегодня вечером, весело болтающую с Говардом, ей не поздоровится. К счастью, Говарда не было дома. Если бы не ее гнев, доведший его до полного отчаяния, он бы никогда не смог дважды ударить ее по ягодицам. Честер решил, что двух шлепков достаточно, затем поднял Алису, позволив ей прижаться к нему в теплых объятиях. ---------- Глава 1268-663: Дополнительная история: Большой Злой Волк использует свои старые уловки, чтобы завоевать сердце маленького Белого Кролика 2_2 «Больше никогда во мне не сомневайся, ладно? Мои чувства к тебе... ты всё ещё их не понимаешь?» Его нежный голос задел то самое упрямое, нежелающее место в ее сердце, и слезы тут же хлынули потоком. Элис Робинсон проговорила сквозь заложенный нос: «Какое право ты имеешь меня бить?» Он только что ударил ее по щеке, а теперь уговаривал ее — неужели он действительно думал, что с ней так легко отделаться? Почему она до сих пор способна простить его? Он уже бесчисленное количество раз говорил ей то же самое, практически в шаге от того, чтобы встать на колени и поклясться, что она должна ему доверять… Эта маленькая женщина действительно была избалована до невозможности тем, как он с ней обращался раньше! «То, что ты мне не доверяешь, то, что ты сказала мне расстаться с тобой — вот что!» «Если бы у тебя не было угрызений совести, разве я бы заподозрила неладное?» Элис смотрела на Честера Робинсона сквозь глаза, полные слез, и ее жалость вызывала у людей боль в сердце. «Я же тебе уже говорил, я просто между делом поинтересовался, как у неё дела, я видел в ней только подругу». Он очень не хотел доводить её до слёз. Каждый раз, когда он видел, как она плачет, его собственное сердце сжималось от боли… но когда же наконец изменится её непослушный нрав? Честер нежно вытер слезы с ее влажных щек, пытаясь стереть с ее лица все следы несчастья, и успокаивал: «Будь хорошей, не плачь... Я действительно люблю только тебя». "Действительно?" "Ты всё ещё мне не веришь?" Он так сильно любил Бекку — как же она могла чувствовать себя спокойно? Ради Бекки он даже потратил целое состояние на строительство этого сказочного дворца... Представлял ли он себе, как сильно это ее ревниво раздражало? Он никогда ничего ей не дарил, тем более не строил для неё сказочный замок. Она видела лишь те мелочи, которые он вкладывал в Бекку. Делал ли он когда-нибудь что-то подобное для неё? Да, в этой их любовной игре она влюбилась первой. Но неужели только из-за этого она должна была просто смириться и терпеть, сколько усилий он когда-то потратил на другую женщину? Он постоянно говорил ей, что не романтичный парень, но всё, что он делал для Бекки, казалось самым романтичным поступком на свете. Так мог ли он действительно винить её? Потому что в прошлом ей никогда не хватало чувства защищенности, и потому что она слишком сильно любила его, она ужасно боялась снова столкнуться с болью от его потери. "Ты хоть представляешь, как тяжело мне тебя любить? Все эти годы... Я ужасно устал..." Честер обнял Элис Робинсон за тонкие плечи, прижав ее голову к своей широкой груди. «Я никогда, никогда больше не позволю вам с Рэйчел меня покинуть. Самые важные люди в моей жизни — это вы двое. Запомните это». "Но..." «Тише… есть одна вещь, которую я хочу, чтобы ты помнила. Неважно, прошлое это или настоящее, ты всегда занимала самое важное место в моём сердце. Просто тогда я этого не понимал. Ты — человек, которого я люблю больше всего в этой жизни, и тот, о ком я забочусь больше всего… Я не хочу, чтобы ты всё слишком обдумывала, и уж точно не хочу, чтобы ты зацикливалась на своих мыслях. Поверь, что прямо сейчас, в этот момент, моё сердце принадлежит тебе и только тебе». Честер приподнял подбородок Алисы, его тон был властным. «Я собираюсь всю свою жизнь хорошо к тебе относиться, чтобы выполнить обещание, данное, когда я тебя вернул. Но ты должна пообещать мне и это: всю свою жизнь ты можешь быть только женщиной Честера Робинсона». «Тогда пообещай мне, что отныне тебе нельзя смотреть на других женщин, думать о других женщинах и уж точно нельзя прикасаться к другим женщинам!» Честер лукаво заметил: «Боюсь, этого я гарантировать не могу. Вы же знаете, я богат; неизбежно, что вокруг меня будет порхать несколько маленьких птичек…» Алиса испепеляющим взглядом посмотрела на него. "Да не смей!" Честер крепче обнял ее, посмеиваясь, и уговаривал: «Не смею». «Если посмеешь, я позабочусь о том, чтобы ты не смог... не смог этого сделать». Лицо Алисы покраснело, и она фыркнула: «Тогда я расстанусь с тобой и позволю тебе умереть старым и одиноким. Посмотрим, посмеет ли кто-нибудь тебя забрать, даже со всеми твоими деньгами». Серьезное выражение лица Алисы и ее слова заставили Честера поднять бровь. «Перестань каждый раз, когда мы ссоримся, говорить о расставании». «Тогда запомни, что я сказал». Губы Честера сжались в тонкую линию, когда он смотрел на нее, полуулыбаясь, полуотсутствуя. «Ты боишься, правда?» — торжествующе произнесла Алиса, пытаясь сесть, но не могла пошевелиться. Он крепко-крепко держал её, словно она могла в любой момент убежать, хотя на самом деле он ничего не подозревал — это она ужасно боялась, что он сбежит. Только что она очень боялась, что он уйдет и больше никогда не вернется... она даже немного поразмышляла о себе! Увидев, что он просто смотрит на нее своим тихим, улыбающимся взглядом, не двигаясь, она притворилась спокойной. «Хорошо, раз ты это запомнил, давай на сегодня закончим. А что касается того, что было раньше, можем сделать вид, что не ссорились…» Алиса даже не успела договорить, как Честер внезапно прижал её к себе. Он уткнулся головой в изгиб ее мягкого, ароматного плеча, опираясь на него всем своим весом, и начал нежно покусывать ее нежную кожу... Её тело всегда было чувствительным. Взволнованная, она толкнула его в голову. «Что ты делаешь?» Он поднял голову. Его глаза явно горели желанием, но на лице он сохранял праведное выражение. «Ты закончила сводить счёты. Теперь пришло время свести счёты мои». Глаза Алисы очаровательно заблестели. "Какой у тебя результат?" Дьявольски обаятельные глаза Честера сузились до щелей, а тонкие губы изогнулись в хитрой усмешке. «Кажется, я слышал, как кто-то говорил, что она собирается сделать так, чтобы я не смог этого сделать…» Значит, он действительно слышал, как она это сказала! Она пожалела об этом в тот же миг, как эти слова слетели с её губ, но как только они прозвучали, вернуть всё было уже не получится. Позже, когда он не стал поднимать эту тему, она подумала, что избежала большой неприятности… никак не ожидала, что он теперь будет затягивать дело и сводить счёты задним числом! Отвратительно! Алиса сделала вид, что сохраняет спокойствие. «Пока ты будешь вести себя хорошо, этого никогда не случится…» «Тогда мне действительно следует использовать его функцию по максимуму, пока еще есть возможность. Возможно, в будущем он окончательно утрат свою функциональность…» — сказал Честер, уже расстегивая молнию на спине платья Алисы. Его слова на секунду заставили Алису забыть о борьбе. «Что это должно означать? Ты хочешь сказать, что можешь позже нарушить своё слово?» Он бросил её одежду на пол. Она почувствовала озноб и поняла, что на ней остался всего один слой одежды. Она быстро скрестила руки на груди. Он отстранил её руки и сорвал с неё последний клочок ткани, раздвинул ей ноги и засмеялся. «Конечно, нет. Я просто хочу показать тебе своими действиями, как сильно я тебя люблю…» У Алисы от его слов голова кружилась; она уже не могла понять логику происходящего. Следующая секунда. "Ах... Честер... ты похотливый ублюдок, ты мерзавец... как ты мог так просто войти... мм..." В комнате одна женщина сначала без умолку болтала, потом ей кто-то заткнул рот, и наконец остались только тихие, прерывистые стоны... Вся комната была пронизана соблазном. Рано следующим утром Элис Робинсон снова проснулась от приступа тошноты. Она резко вскочила, схватившись за рот, не понимая, что разбудила Честера, стоявшего рядом. Увидев её бледное лицо, когда она вскочила с кровати и побежала в ванную, сердце Честера замерло. Он бросился за ней в ванную. ---------- Главы 1269–664: Дополнительная история: Приступы ревности, всё потому, что я слишком сильно тебя люблю 1 "Что случилось, дорогая?" Увидев Элис Робинсон, сидящую на корточках возле туалета и блюющую, Честер Робинсон тревожно похлопал ее по спине. Элис не могла ответить Честеру, потому что ее мучила утренняя тошнота, весь живот болел так, будто его вывернули наизнанку… «Алиса, Алиса…» Честер почти никогда не терял своего обычного спокойствия и самообладания, лишь изредка тревожно крича. Алиса наконец вырвала желчью, и тошнота утихла. Она жестом показала Честеру: «Вода…» Честер тут же пошел в комнату и принес Алисе стакан воды. Алиса прополоскала рот и выпила воды, наконец почувствовав себя немного лучше. Честер уже нервно держал Алису на руках: «Что случилось? Тебе плохо?» Алиса кивнула. «В каких местах вы чувствуете себя некомфортно?» Алиса пристально посмотрела на Честера и сказала: «Меня тошнит, меня сейчас вырвет». "Меня тошнит, хочется рвать…" Честер, с разбитым сердцем, обнял Алису: "Все в порядке, все в порядке… Я сейчас позвоню Киту Энтони, пусть он приедет и отвезет тебя в больницу. А еще позвоню своим бывшим коллегам, чтобы спросить, не могут ли тошнота и рвота указывать на проблему…" Подождите, вас тошнит, вас рвет? Глаза Честера внезапно расширились от шока, когда он уставился на Алису. Элис обняла Честера за шею, игриво улыбнувшись: «Ты такой забавный…» Честер посмотрел на ее нижнюю часть живота. Элис улыбнулась и кивнула, застенчиво пробормотав: «Ну… да, Честер, я, возможно… наверное, должна быть беременна». Честер на мгновение опешился. Элис потрясла рукой, сжимавшей шею Честера: «Ты… ты ведь не несчастен, правда?» "Ты беременна? Ты беременна?" — пробормотал Честер себе под нос. Алиса больше не смела смотреть на него. Он вдруг радостно поднял её на руки и спросил: «Детка, я снова стану отцом?» Лишь увидев улыбку на его лице, Алиса вздохнула с облегчением и застенчиво произнесла: «Я… должна быть!» "Ах, у меня будет второй ребенок…" — Честер обнял Алису и, переполненный волнением, закричал во весь голос в ванной. Увидев радостное выражение лица Честера, Алиса невольно улыбнулась. Однако внезапно Честер серьёзно осадил Алису. Алиса в оцепенении спросила: "Что случилось?" Честер серьезно спросил: «Когда вы поняли, что, возможно, беременны?» «Несколько дней назад, кажется…» «Несколько дней назад?» — опасно произнес Честер, его красивое лицо помрачнело. — «Так что же ты имел в виду, прыгая и танцуя на унитазе прошлой ночью?» В машине Элис наклонила голову и игриво наблюдала за Честером, пока он вел машину. Честер спокойно смотрел перед собой и медленно произнес: «Не думай, что сможешь меня обмануть, ты пытаешься выбить из меня всю смелость?» Вспоминая, как она прошлой ночью, не задумываясь о своей беременности, прыгнула на унитаз, он все еще испытывал затаенный страх. Алиса тихо пробормотала: «Это, наверное, всего лишь эмбрион, не такой уж и хрупкий!» Честер взглянул на нее: «Осмелишься такое сказать?» Алиса тут же замолчала, закатив глаза: «Почему ты такая свирепая?» «Почему ты всего несколько дней назад знала, что можешь быть беременна, а сказала мне только сейчас?» — холодно спросил Честер. Алиса, словно ребенок, совершивший ошибку, тихо ответила: «Я не была уверена, беременна ли я… Знаешь, мне и так сложнее забеременеть, чем обычно». Лицо Честера помрачнело: «Ты должна была мне сказать в любом случае… Ты должна знать, действительно ли беременна, это не пустяк». "Ладно, ладно, ты меня уже столько раз ругала в этой поездке…" — обиделась Алиса, надув губы. Честер вздохнул, его тон смягчился, когда он взял ее слегка холодную руку и утешительно сказал: «Я не ругаю тебя, я просто хочу, чтобы ты поняла, твоя беременность — это для нас не пустяк». «Знаю, я никогда не планировала это от тебя скрывать, просто беременность наступила так внезапно, я не ожидала, что мы будем вместе всего месяц, а потом…» Лицо Алисы покраснело от смущения. «Наличие средостения действительно затрудняет беременность, но это не бесплодие, шансы все равно высоки. Реальный риск возникает во время беременности, поэтому я бы хотела отвезти вас в больницу на тщательное обследование». Алиса кивнула. "Что случилось, что я больше не разговариваю?" Его любимая редко бывала такой тихой. «Ничего». Алиса посмотрела в окно. «Я просто думаю о том, каким будет результат, когда позже проведут обследование». Честер крепче сжал руку Алисы: «Не волнуйся, я здесь, с тобой». Элис повернулась, чтобы посмотреть на доброе лицо Честера: «Ты был так счастлив, когда только что узнал, что я беременна». ---------- Глава 1270 - 664: Дополнительная история: Ревность и капризность, всё потому, что я тебя слишком сильно люблю (1) Честер едва не ответил беззвучным «Мм». «Вы, должно быть, забыли о моем физическом состоянии в тот момент, не так ли?» Честер взял руку Элис Робинсон и нежно поцеловал тыльную сторону ладони: «Не забывай, что я врач. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы обеспечить безопасность тебе и ребенку». Элис медленно положила голову на руку Честера и тихо сказала: «Честно говоря, с того момента, как я поняла, что, возможно, беременна, у меня всегда было плохое предчувствие… Не знаю почему». Честер слегка наклонил голову и поцеловал Алису в лоб: «Не стоит слишком много об этом думать. Давай подождем, пока придут результаты анализов из больницы». "Мм." Врач осмотрел Алису и подтвердил свои подозрения о беременности. Услышав новости от медсестры, Алиса очень обрадовалась. Выйдя из кабинета врача, Алиса взволнованно спросила медсестру: «А где же Честер?» Медсестра сказала: «Мистер Робинсон находится с врачом в кабинете». "Ой." Алиса направилась к кабинету врача, и как раз когда она собиралась постучать, дверь открылась. Изнутри вышли Честер и доктор. Алиса радостно схватила Честера за руку: «Честер…» Честер взглянул на Алису, на его лице отразились сложные эмоции. Увидев странное выражение лица Честера, Алиса все же улыбнулась: «Что случилось?» Доктор вежливо кивнул Алисе, а затем серьезно сказал Честеру: «Мистер Робинсон, пожалуйста, обсудите это с мисс Робинсон. Если мы сможем провести операцию сегодня, это будет наилучшим вариантом». "Операция?" — Элис растерянно посмотрела на Честера. Честер кивнул доктору, после чего тот отошел. Как только врач ушел, Элис с улыбкой спросила Честера: «Эй, что с тобой? Тест подтвердил, что я беременна, ты рад?» "Счастливый." «Так почему же такое невозмутимое выражение лица?» Честер протянул руку, чтобы поддержать Алису, и на его лице читалась неописуемая меланхолия. Алиса была поражена его поступком, и улыбка на ее лице застыла. Казалось, Алиса долго мучилась, прежде чем произнести: «Алиса, послушай меня…» В его голосе звучала печаль, которая мгновенно вызвала в её сердце зловещее предчувствие. Она попыталась сохранить улыбку: «Что случилось, Честер?» Честер посмотрел прямо в сверкающие, растерянные глаза Алисы: «Боюсь, мы не можем оставить этого ребенка». Тело Алисы сильно дрожало, улыбка наконец исчезла с ее лица. Несколько секунд она пребывала в оцепенении, а затем слабо спросила: «Почему? Это из-за средостения матки?» Честер покачал головой: «Из-за внематочной беременности». «Внезапная беременность?» — Алиса на секунду опешилась. — «Вы хотите сказать, что это никак не связано со средостением матки, а вызвано внематочной беременностью?» "Да." «Но как у меня может быть внематочная беременность, я…» Честер прервал взволнованный голос Алисы: «Алиса, внематочная беременность — это тоже очень распространенное состояние, его нельзя предотвратить…» «Но я не чувствую никакого дискомфорта!» «Потому что эмбрион еще маленький. Если задержка составит еще неделю, в организме, несомненно, начнется кровотечение». Алиса полностью потеряла сознание. Честер тут же обнял её: «Всё в порядке, Алиса, мы ещё молоды. Желание иметь детей в будущем не будет проблемой…» Алиса молчала. Она сидела, ошеломленная, на стуле, погруженная в глубокие размышления. Все волнение, читавшееся на ее лице, сменилось молчанием и грустью, руки ее крепко вцепились в стул. Честер сел рядом с ней, обнял ее и сказал: «Я попрошу врача назначить операцию на сегодня». Алиса опустила веки: «Я не ожидала, что небеса так меня подколют». «Я сказала: „Всё в порядке. Мы ещё молоды“». У Алисы был хриплый, гнусавый голос: «Но забеременеть мне непросто». Честер нежно погладил холодное лицо Алисы: «Дура, средостение матки — это не серьёзная проблема, её можно вылечить хирургическим путём». "Действительно?" "Конечно…" — Честер чмокнул Алису в губы, — "После операции, когда твой организм восстановится, я проведу малоинвазивную операцию на средостении матки". Глаза Алисы расширились: «Ты сделаешь мне операцию?» Честер улыбнулся: «Ты забыл, что рядом с тобой лучший в мире гинеколог?» Голос Алисы, полный боли и слез, звучал: «Тогда вы не можете оставить этого ребенка?» Честер обнял Алису: «Поверь мне, если бы я мог, я бы сделал все, чтобы спасти нашего ребенка, но внематочная беременность крайне опасна… Несколько лет назад я делал операцию женщине с внематочной беременностью, и ее состояние было похоже на твое. Но она настаивала на продолжении беременности и отказывалась от прерывания. В результате, на третьем месяце беременности у нее началось сильное кровотечение. Если бы не ее удача, даже я, возможно, не смог бы спасти ей жизнь…» "Так страшно?" «Да». Честер взял Алису за руку, переплетая их пальцы. «Честно говоря, даже если бы вы могли оставить этого ребенка сейчас, с вашим состоянием средостения матки, мне пришлось бы тщательно оценить риски во время вашей беременности… Поэтому, если посмотреть на ситуацию с другой стороны, прерывание беременности также является лучшим вариантом для вашего нынешнего здоровья». Элис подняла взгляд на Честера: «Ты сейчас утешаешь и меня, и себя?» Она чувствовала, что он тоже очень расстроен из-за того, что не может оставить ребенка себе. Она знала, что он любит детей. Честер крепко обнял Алису и, улыбаясь, сказал: «Я не волнуюсь. Как только ты поправишься, мы сможем завести столько детей, сколько захотим». Алиса подняла свой маленький кулачок и легонько ударила его по груди, надув губы: «Кто сказал, что я хочу столько встреч с тобой?» Честер, приподняв подбородок, игриво спросил: «Тогда я буду с кем-нибудь другим?» "Вы осмелитесь?" Алиса опустила голову и улыбнулась: «Я бы не посмела. Я бы взяла их только с тобой, маленькая свинка». "Ты — свинья…" "…" В современном мире операция по прерыванию беременности — это всего лишь незначительная процедура, особенно в странах с развитой медициной, таких как Соединенные Штаты. Однако, хотя операция длится недолго, физическая и психологическая боль, остающаяся у женщины, длится долго. После операции Алиса выглядела иссохшей. Честер отнес ее домой. Как только они вернулись домой, Честер уложил её на кровать, чтобы она отдохнула, и велел служанке приготовить ей лёгкую кашу. ---------- Глава 1271–665: Дополнительно: Ревность и капризность, просто потому что я тебя слишком сильно люблю 2 Когда Честер вошел в комнату, Алиса не спала. Она прислонилась к изголовью кровати и выглядела задумчивой. Честер взял кашу, принесенную слугой, который шел позади него, жестом попросил слугу уйти, а затем сел на край кровати с кашей. "Хотите каши?" Алиса покачала головой. Честер поставил кашу и осторожно прикоснулся к ее лицу: «Тебе нигде не плохо?» Алиса все еще качала головой, глядя на него, подняла руку и обняла его за шею. Сейчас ей просто хотелось опереться на него. Она действительно очень расстроилась из-за того, что не сможет оставить ребенка, но он был прав; как только она поправится, они смогут иметь столько детей, сколько захотят, и она не хотела, чтобы он волновался за нее. «Хочешь каши?» — снова спросил Честер. На этот раз Алиса послушно кивнула. Честер улыбнулся, взял кашу и сказал: «Я тебя покормлю». Алиса тоже мило улыбнулась. Он был очень терпелив, кормил ее понемногу и бережно помогал ей вытирать рот. Алиса продолжала смотреть на него, чувствуя, как сладка каша у нее во рту, и как приятно ей чувствовать его рядом. Внезапная вибрация телефона нарушила покой и красоту момента. Это был телефон Честера. Честер не ответил на звонок и продолжил кормить ее кашей. Алиса взяла миску из его рук и понимающе сказала: «Я поем сама… Тебе следует ответить на телефонный звонок, может быть, это что-то важное из компании». «Хорошо… Обязательно съешь немного больше». "Мм." Честер подошел к окну, чтобы ответить на телефонный звонок. Алиса, попивая кашу, наблюдала за ним. Звонок явно был не от компании; она видела, как он разговаривал и смеялся с человеком на другом конце провода. Спустя некоторое время он закончил разговор и подошёл. Она как раз доела кашу и отставила миску в сторону. "Законченный?" "Мм." «Хорошая девочка». Он поцеловал её, полный любви. Она спросила: «Кто звонил?» "Тетя Эвелин." "Ой." «Она сказала, что ей показалось, будто ты был немного недоволен вчерашним банкетом, поэтому она позвонила, чтобы узнать, как у нас дела… Я сказал ей, что завтра мы переедем в особняк Джонса и немного там побудем». Алиса внезапно вздрогнула: «Переехать к Джеффри?» "Мм." Алиса выглядела взволнованной: «Почему?» «Потому что послезавтра мне нужно в командировку, вероятно, на неделю за границу. Мне неудобно оставлять вас с Рейчел одних, поэтому я предлагаю вам переехать к тете Эвелин и остальным. Вам не только не будет скучно, но и тетя Эвелин позаботится о вас и поможет восстановиться». «Вы уезжаете в командировку послезавтра?» «Мм, вы слышали, как я вчера отчитывал Кейта Энтони; он не очень хорошо справился с некоторыми моментами во французском филиале». «Тогда я поеду с тобой обратно во Францию». «Как вы справляетесь с вашим нынешним состоянием здоровья?» «Тогда я останусь здесь; в особняк Джонса я не поеду». Честер нахмурился: «Элис, послушай… Вы с Рейчел переедете к Джеффри, это меня успокоит. Самое главное, я уже рассказал тёте Эвелин о твоём состоянии здоровья, и я очень надеюсь, что она сможет помочь тебе выздороветь». "Но…" «Пожалуйста, ты же не хочешь, чтобы я тратила лишние силы на беспокойство о тебе и Рэйчел во время работы, правда?» «Но со мной все в порядке, я могу позаботиться о себе, и здесь так много слуг…» Честер нежно обхватил лицо Алисы ладонями: «Дорогая, даже без моих слов ты же понимаешь, какая ты сейчас бледная, правда?» "Я…" «Молодец». Честер поцеловал её в лоб и встал: «Я попрошу слуг помочь тебе собрать вещи». Не желая сдаваться, Алиса встала с постели, догнала его и сказала: «Честер…» Честер обернулся и тут же обнял её: «Разве я не говорил тебе не вставать с постели?» "Почему я должен переезжать к Джеффри?" «Чтобы успокоиться». Эта упрямая маленькая чародейка! Она не понимает, как сильно он за неё волнуется. У Алисы внезапно появилась идея: «Хорошо бы переехать к Джеффри, чтобы мама Джеффри присматривала за мной, а Кристин составляла мне компанию, я этому рада. Но как же Рейчел? Она ходит в школу здесь; если мы на время переедем в особняк Джонсов, как она будет ходить в детский сад?» Она была умна и быстро нашла решение. Похоже, Честер уже обдумал этот вопрос, сказав: «Позже я лично позвоню воспитательнице детского сада и попрошу отпуск. Думаю, несколько дней не будут большой проблемой, а потом подожду, пока вернусь из командировки…» «Честер», — игриво и нежно позвала Алиса. Честер решил проигнорировать уклончивую и обдуманную просьбу Алисы и вышел из комнаты. Увидев это, Алиса без зазрения совести и с нежностью протянула руки, крепко обхватив ими загорелую шею Честера, пытаясь очаровать его: «Пожалуйста! Я не хочу ехать в особняк Джонсов, я останусь здесь, хорошо?» ---------- Глава 1272–665: Дополнительная история: Вспышки ревности, всё потому, что я тебя слишком сильно люблю 2_2 Неожиданно Честер Робинсон поднял Алису Робинсон на руки, вернул на кровать и сказал: «Без возражений, послушно слушайте меня». «Я не хочу оставаться у Джеффри, к тому же, ты обещал мне это сделать еще до нашего приезда в Нью-Йорк». «Я тебе обещала, но тогда у тебя было хорошее здоровье, а теперь, после аборта, тебе нужна помощь…» "Разве я теперь не в порядке? Послушай, я…" Элис Робинсон попыталась быстро сесть, но боль внизу заставила ее вскрикнуть от агонии. Честер Робинсон нервно поддержал её, холодно приказав: «Не двигайте ни мускулом!» Элис Робинсон медленно легла обратно, признав, что сейчас чувствует себя неважно. «Я не хочу за тебя волноваться, ты понимаешь?» Он не хотел быть с ней резким, но в то же время был немного зол. Элис Робинсон надула свои багровые губы, ослабив хватку: «Я знаю, что ты обо мне заботишься». «Раз уж ты в курсе, не говори, что не хочешь переехать к Джеффри… если тебе действительно не удастся привыкнуть к жизни там, то, когда ты поправишься, мы вернёмся». Она прекрасно понимала, что он делает это из-за беспокойства о ней, но всё равно была на него обижена: «Что бы ты ни сказал, всё будет как надо, ты просто диктатор, каждое твоё слово имеет значение». Ха! Его жена закатила истерику. Честер Робинсон посмотрел на неё с улыбкой в ​​глазах: «Злишься на меня?» "Нет." Честер Робинсон обнял её мягкое тело, положив подбородок на её гладкий, светлый лоб: «Нет? Твой тон совсем не похож на голос». «Я чувствую себя такой никчемной, я даже не смогла сохранить ребенка, когда была беременна». Честер Робинсон усмехнулся, уткнувшись ее нежным личиком глубоко в свою широкую грудь: «Рождение ребенка тоже зависит от судьбы. Возможно, наша судьба со вторым ребенком еще не наступила… Не вини себя, ты не могла предвидеть внематочную беременность». Элис Робинсон пробормотала ему в грудь: «Жить в чужом доме никогда не бывает так удобно, как здесь…» «Этого не произойдет, с ними всеми легко поладить». «Я знаю, я не говорю, что мне там будет несчастливо, я просто…» Не желая выносить на всеобщее обозрение свои скрытые опасения, она сменила тему: «Просто там всегда кто-то другой». «Я сказал: если ты не можешь к этому привыкнуть, то когда я вернусь из командировки, мы вернёмся обратно». «Хорошо, мы вернёмся, когда вы вернётесь из поездки». «Тетя Эвелин только что сказала мне, что Говард Джеффри и Бекка тоже вернутся через неделю. Если я вернусь раньше, мы останемся у Джеффри еще на несколько дней. Я хочу встретиться с Говардом Джеффри, у меня с ним дела…» Прежде чем Честер Робинсон успел закончить свою речь, Элис Робинсон сердито вмешалась: «Вы хотите дождаться возвращения Говарда и Бекки?» «Да, мне нужно обсудить дела с Говардом Джеффри». «Ты просто хочешь увидеть Бекку, не так ли?» — Элис Робинсон посмотрела на него с недовольством. «Алиса, перестань суетиться». "Ты думаешь, я веду себя неразумно?" Да, она вела себя неразумно, ну и что? «Элис, веди себя по-взрослому, я тебе уже много раз объяснял, у меня нет никаких отношений с Беккой». Элис Робинсон вдруг усмехнулась: «Серьезно? Если это ничего не значит, зачем вы три года назад вложили столько усилий в строительство такой прекрасной виллы для нее? Почему вы настаиваете на встрече с ней именно сейчас?» — в отчаянии закричала Элис Робинсон. "Элис…" — Честер Робинсон беспомощно уставился на неё. Элис Робинсон тут же натянула одеяло, прикрывшись им: «Убирайся, убирайся, я тебя ненавижу, убирайся!!» Честер Робинсон, глядя на взволнованное состояние Алисы Робинсон, вздохнул. Он действительно не знал, как с ней общаться: она всегда злилась, не давая ему возможности объясниться или выслушать его объяснения. Они уже переехали в дом Джеффри этим утром, но Элис Робинсон всё ещё была зла. Одно дело, если бы она с ним спорила, но со вчерашнего дня и до сегодняшнего дня она выражала свое недовольство холодным поведением, ввергнув их в первую холодную войну за все время их отношений. Элис Робинсон смотрела на облачное небо, ее настроение было невероятно тяжелым. Честер Робинсон посмотрел ей в спину, молча подошел и накинул на ее дрожащее тело пальто: «Врач сказал, что вам не следует простудиться, вам нужно больше времени проводить в постели». В его голосе звучало тревожное упрекание. Элис Робинсон крепко сжала губы, игнорируя его. Не думаю, что, дав ей пальто, можно было бы ее успокоить… хотя она и не очень-то хотела с ним спорить. Она призналась, что, приехав с ним в Нью-Йорк в последнее время, увидела его доброту по отношению к ней… ей действительно очень нравится нынешняя жизнь, поэтому, хотя она и не смогла оставить ребенка, ее настроение не было совсем уж подавленным, потому что, пока она думала о том, что он рядом, ей казалось, что все прекрасно. Она просто не могла смириться с тем, что он упомянул Бекку, не могла удержаться от того, чтобы связать его с Беккой. Его сердце… когда она вообще могла его разглядеть? Подбородок Честера Робинсона покоился на ее тонком плече, руки крепко обнимали ее: "Все еще злишься на меня?" Да! В душе она ответила так, но упорно молчала. "Всё ещё не хотите со мной разговаривать?" Нисколько! «Завтра очень рано я уезжаю во Францию… Обещаю, как только закончу работу, приеду за тобой». На самом деле, система безопасности на его вилле была превосходной, и с Рейчел дома ему не о чем было беспокоиться, но он просто не мог оставить их обоих дома, тем более что ей сейчас нужен уход. Элис Робинсон искоса посмотрела на него. Он диктатор, его приказы нельзя ослушаться. Равнодушие Элис Робинсон немного расстроило Честера Робинсона. Он отстранился от нее, повернулся к ней лицом, прислонился к перилам балкона и взял ее за руку: «Не будь такой, ты же знаешь, что я могу спокойно спать, зная, что тетя Эвелин и остальные присматривают за тобой, я просто думаю о твоем благополучии». — А деловая поездка пойдет мне на пользу? — холодно парировала она. «Знаете, с таким количеством филиалов у меня постоянно возникают проблемы, которые нужно решать лично… поэтому я постоянно ездил в командировки». Элис Робинсон смягчила свою позицию: «Вам действительно нужно идти лично?» "Да." «Это очень срочно?» «Ситуация не серьёзная, но требует моего личного внимания». «Неудивительно, что ты был так суров с Китом Энтони в тот день». «Если он не справляется с такими мелочами, зачем он мне нужен?» «Почему ты не сказал мне на банкете в тот день, что тебя беспокоят дела?» Она только позже поняла, что его плохое настроение было вызвано работой. «Я не хотел портить тебе удовольствие». «Разве я кажусь бессердечным человеком?» — кокетливо возразила Элис Робинсон. ---------- Глава 1273–666: Дополнительная история: Больше всего я хочу заботиться о тебе. Честер едва заметно улыбнулся, боясь высказать свое мнение. Его женщина и раньше была избалована им; ее вряд ли можно было бы назвать понимающей, но он любил ее такой, какая она есть. «Да, моя дорогая — самая рассудительная». Он приподнял её подбородок и страстно поцеловал. «Всего три-пять дней?» «Да, не позднее пяти дней». «Отлично!» — Алиса потянула его за воротник. — «Ты должен поскорее вернуться, помни, что я тебе говорила». Честер притворился ничего не понимающим: «Что ты сказал?» «Запрещено находить других женщин, смотреть на других женщин или прикасаться к другим женщинам…» Слова Алисы заставили Честера не сдержать смех. Честер надулся: «Что тут смешного?» Честер с любовью погладил тонкие волоски на ее лбу: «Глупышка!» Он искренне восхищался ее очарованием. "Может, завтра утром отвезти тебя в аэропорт?" «Вы забыли, что нельзя подвергаться воздействию ветра?» «В машине меня не будет обдувать ветер». «Ни за что». Честер обнял её и повернулся обратно в спальню. «В последнее время больше отдыхай в постели и никуда не ходи… Тётя Эвелин приготовит тебе бульон, чтобы ты могла подкрепиться, не забудь его выпить». Алиса протянула руку, чтобы обнять его, и проворчала: «Знаю, ты такой зануда». «Алиса». Миссис Джеффри лично принесла в комнату миску супа. Услышав голос миссис Джеффри, Алиса отложила журнал, который читала, и тут же встала с постели. Миссис Джеффри неоднократно настаивала: «Вам следует как можно скорее лечь в постель и не вставать». Элис шагнула вперед, чтобы взять суп из рук миссис Джеффри, и сказала: «Не обращайтесь со мной как с пациенткой, как это делает Кристин, со мной все в порядке». Миссис Джеффри поспешно помогла Алисе сесть на край кровати: «Это суп из свиных ножек эцзяо, очень питательный… Выпей его сейчас, когда он остыл». «Спасибо, тётя». «Не называй меня тётей, называй меня тётей Эвелин, как это делает Честер!» «Хорошо, тётя Эвелин». Упреки миссис Джеффри больше походили на ласковое беспокойство, когда она сказала: «Дитя твое, ты отказываешься переехать к нам, даже когда тебя просят… Честеру приходится управлять такой большой компанией, у него наверняка не будет столько времени, чтобы проводить с тобой каждый день, и ты не умеешь заботиться о себе…» «Тетя Эвелин, мне очень жаль, что я разочаровываю вас в вашей доброте. Я не переезжаю к вам, потому что…» Миссис Джеффри улыбнулась и перехватила инициативу в разговоре: «Потому что вы хотите побольше времени провести наедине с Честером, верно?» «Эм… да.» Алиса виновато опустила голову, что миссис Джеффри расценила как застенчивость. Миссис Джеффри улыбнулась и сказала: «Я вас понимаю, молодые люди, поэтому не буду вас торопить. Но Рейчел очень счастлива здесь жить». «Конечно, ей нравится; здесь есть с кем с ней поиграть». Миссис Джеффри держала Алису за руку: «В те несколько дней, пока Честера здесь не будет, оставайтесь здесь в комфортных условиях. Дайте нам знать, если вам что-нибудь понадобится… Не думайте слишком много о ребёнке. Вы с Честером ещё молоды, в будущем у вас будет много возможностей». "Да." «Суп остыл, пейте его сейчас же…» "Хорошо." Благодаря заботе миссис Джеффри и Кристин Куинн, цвет лица Алисы значительно улучшился. Хотя миссис Джеффри и Кристин Куинн были против, Элис решила поехать в аэропорт, чтобы встретить Честера. В тот день Элис встала рано, привела себя в порядок и оде1лась, затем села в машину и попросила водителя отвезти ее и Рэйчел в аэропорт. В последнее время, восстанавливаясь после болезни, она научилась у миссис Джеффри готовить несколько видов супа. Она очень хотела бы, чтобы он был рядом, чтобы она могла приготовить ему суп и снова восхититься его кулинарным мастерством. Алиса посмотрела на часы и нетерпеливо спросила водителя, когда они доберутся до аэропорта. «Мисс Робинсон, не беспокойтесь, как только мы свернем за угол после пересечения этого моста, мы свернем на следующую развязку, и мы будем на месте». Водителем был житель Флоуэри Кингдом, говоривший по-китайски, но Алиса лучше всех знала французский и английский, поэтому ее понимание очень сложного китайского языка было несколько ограниченным. "Что, поворачивать за угол после пересечения моста и съезжать на развязку?" «Мамочка, что за скороговорка ты говоришь?» — Рейчел нахмурилась. — «Дядя Драйвер сказал: переезжайте через этот мост, поворачивайте, съезжайте на развязку, и мы будем в аэропорту». Элис пришлось признать, что китайский язык Рейчел лучше, чем у неё. В детстве она не учила китайский, всегда общалась с семьёй на французском, пока в дом Робинсонов не пришёл Честер. Поскольку Честер говорил по-китайски, семья Робинсонов начала говорить по-китайски, и именно тогда она научилась говорить по-китайски. Поэтому ее китайский профессиональный фундамент был не очень прочным. "Ой." «Мамочка, тебе следует как следует выучить китайский, иначе, когда я буду разговаривать с папой в будущем, ты многого не поймешь», — серьезно сказала Рейчел. Алиса сердито посмотрела на дочь. «Ты, маленькая проказница, твой мамин китайский не так уж плох! Если бы тебя не учили китайскому с раннего возраста, ты бы сейчас говорила лучше меня?» ---------- Глава 1274-666: Дополнительная история: Больше всего на свете я хочу любить тебя_2 "Мама, папа!!" Рейчел взволнованно воскликнула. Алиса тут же резко повернулась, чтобы посмотреть в окно. В одно мгновение ее тело напряглось и прижалось к сиденью. Рейчел прижалась к окну и сказала: «Мама, папа только что проехал мимо…» Водитель уже остановил машину и спросил: «Мисс Робинсон, мистер Робинсон только что проезжал мимо?» Рейчел потянула за руку Алису, которая вдруг замолчала. «Мамочка, что случилось?» Тело Алисы напряглось, прижавшись к спинке сиденья, и в ее памяти всплыли события того самого момента. Он проехал мимо на своей машине, едва не задев этот… Увидев его, она была вне себя от радости, но в тот же миг, как она увидела Бекку в этом белом платье, так элегантно сидящую на пассажирском сиденье рядом с ним, ее сердце сжалось. Когда она увидела, как он и Бекка болтают и смеются вместе, ей показалось, что кто-то ударил ее кулаком так сильно, что она не могла дышать. Дыхание Алисы стало прерывистым, а глаза тут же покраснели. Рейчел пожала Алисе руку и спросила: «Мама, почему у тебя такие красные глаза…» В глазах Алисы начали наворачиваться слезы. Честер добрался до особняка Джонса раньше Элис, поэтому, пока Элис еще возвращалась в особняк Джонса, Честер уже позвонил ей. Элис взяла телефон, и тут же услышала упрек от Честера. «Разве я не говорил тебе не выходить из дома в эти несколько дней? Кто тебе велел приехать за мной?» В его голосе в ухе слышалась тревога, но она долго молчала. Слезинка скатилась по щеке; она спокойно вытерла ее и спросила: «Ты дома?» «Мм, где ты? Мне нужно тебя забрать?» «Нет, я скоро буду дома». «Тогда будь осторожен». "Мм." Элис держала Рейчел за руку и еще даже не вошла в особняк Джонсов, когда услышала смех и веселые голоса изнутри. В этом светлом, радостном звучании слышались голоса Честера и Бекки. С трудом выдавив из себя улыбку, она вошла в виллу. Как только Честер увидел её, он подбежал и обнял её. "Малышка". Сейчас, как бы ужасно она ни чувствовала себя внутри, она не могла остаться равнодушной; она медленно обняла его. Он поцеловал её глубоко, с нежной любовью. «Я же говорил тебе послушно оставаться дома, но ты просто не слушаешься». Элис слегка улыбнулась и взглянула на Ребекку Квентин, которая шла к ней навстречу. Бекка по-прежнему была прекрасна и обаятельна, как всегда. «Элис, давно не виделись». Элис улыбнулась в ответ и обняла Ребекку Квентин. Рейчел встала на цыпочки, требуя, чтобы Честер ее обнял. «Папа, Рейчел так по тебе скучала». Честер наклонился, чтобы поднять дочь, и ласково прижался щекой к ее шее. «Ты хорошо себя вела и слушалась маму последние несколько дней?» Рейчел хихикнула, извиваясь от щекотки. Нежно укачивая Рейчел, Честер подошел к дивану. «Папа купил тебе подарок». "Папа, ты самый лучший!" Ребекка Квентин взяла Элис за руку. «Когда мы с Говардом Джеффри сошли с самолета, мы случайно встретили Честера в аэропорту. У Говарда внезапно возникли дела в офисе, поэтому я вернулась на машине Честера». "Ой." Они сели на диван, и Ребекка Квентин с беспокойством спросила: «Когда я разговаривала с Честером, я случайно услышала о вашем здоровье… Мне очень жаль. С вами все в порядке?» И в прошлом, и сейчас, казалось, над головой Бекки всегда висел нимб. Она просто выглядела человеком, который понимает людей, который искренне относится к окружающим. Она была настолько идеальна; неудивительно, что Говард Джеффри смог отпустить такую ​​глубокую давнюю ненависть к ней. «Со мной все в порядке. Тетя Эвелин и Кристин хорошо обо мне заботятся». «Ты стала намного худее, чем в прошлый раз, когда я тебя видела». "Просто пытаюсь оставаться стройной!" Ребекка Квентин рассмеялась. «Думаю, Честеру бы больше понравилось, если бы ты немного поправилась, учитывая, что Говард Джеффри постоянно говорит, что я слишком худой…» Алиса тоже рассмеялась. «Расскажи мне о своей поездке — как она прошла? Тебе понравилось на Мальдивах?» «Мм, вода там точно такая же, как на острове Пена, такая синяя, и там так много тропических рыб…» Честеру наконец-то удалось оттащить Алису обратно в спальню, и как только он закрыл дверь, ему не терпелось ее поцеловать. Но Алиса никак не отреагировала на близость Честера, что несколько озадачило его. "Что случилось, малышка?" — спросил Честер, обнимая Алису за талию. Алиса не оттолкнула его, но и не ответила. Она просто спокойно сказала: «Пойдем домой». "Иди домой?" Честер на секунду замер, а затем усмехнулся. "Разве это не наш дом?" Выражение лица Алисы стало серьезным. "То есть, обратно на виллу". Рука Честера на ее талии слегка встряхнула ее. «Что происходит? Я только что сошел с самолета, а ты вдруг говоришь, что хочешь вернуться?» «Ты сказал, что как только вернешься, отвезешь меня и Рэйчел домой». «Вам здесь не нравится?» Алиса покачала головой. "Значит, кто-то здесь плохо с тобой обращается?" Алиса по-прежнему качала головой. Честер был озадачен. «Тогда зачем вдруг возвращаться? Я же говорил, что мне нужно кое-что обсудить с Говардом Джеффри. Подожди хотя бы, пока он вернется, а потом мы уедем». «Разве вы не можете поговорить с Говардом Джеффри по телефону?» «Некоторые вопросы лучше обсуждать лично». Алиса оттолкнула Честера и повернулась к шкафу, достала всю принесенную одежду и бросила ее на кровать. Раздраженно она сказала: «Мне все равно, я хочу домой прямо сейчас». Наблюдая, как она по крупицам складывает одежду в чемодан, Честер, ничего не понимая, уперся руками в бока. «Почему ты всегда такая своенравная?» Вспомнив, как он болтал и смеялся в машине с Беккой, Элис почувствовала себя совершенно обиженной и резко выпалила: «Да, я упрямая… Ты пойдешь или нет? Если нет, я заберу Рэйчел и уйду!» Честер пристально посмотрел на неё и вздохнул. «Ладно, тогда хотя бы пойду расскажу тёте Эвелин». Услышав, что он сдался, она замерла, складывая одежду. Он повернулся и вышел из комнаты. Она вдруг подняла на него взгляд. «Ты правда собираешься отправить меня и Рэйчел домой?» И остаться здесь самой? Честер остановился и обернулся, чтобы посмотреть на нее. «Конечно, я пойду с вами двумя. Как я могу чувствовать себя спокойно, если дома только вы с Рэйчел?» ---------- Глава 1275–667: Дополнительная история: Как маленький белый кролик справляется с «соперниками» 1 В его голосе не было ни капли гнева, что немного смутило её. На самом деле, в последние несколько дней, когда она была одна, она очень по нему скучала. Ей очень хотелось его обнять… Алиса медленно подошла к нему, внезапно обняла его, ее голос дрожал от волнения: «Прости, Честер… ты думаешь, я действительно веду себя неразумно?» Честер нежно обнял её, мягко похлопав по спине, прижавшись лицом к её лицу, аромат её волос витал в его дыхании, а голос его был нежным и тихим: «Тебе неудобно здесь оставаться?» "Да." Она не хотела говорить ему причину, потому что знала, что он снова объяснит ей, что между ним и Беккой ничего нет. На самом деле, она также считала, что его чувства к Бекке теперь ничего не значат, но все же не могла не вспоминать о тех чувствах, которые он когда-то испытывал к ней… Любя кого-то много лет, она лучше всех знала, как тяжело расстаться с любимым человеком, поэтому она никогда не могла преодолеть это препятствие в своем сердце. Видя, как он смеется и шутит с Беккой, она ужасно ревновала, очень сильно ревновала, ей казалось, что только перед Беккой у него может быть такая расслабленная и непринужденная улыбка… Однако она совсем не хотела с ним спорить, она действительно любила его. «Раз уж тебе некомфортно, я поговорю с тётей Эвелин, а Говарда Джеффри найду в компании, когда у меня будет время», — мягко сказал Честер, уговаривая её. Алиса ничего не сказала, чувствуя себя скорее виноватой за его терпимость. Честер отстранил её и нежно поцеловал в лоб: «Я сейчас пойду поговорю с тётей Эвелин. А ты собирай вещи, и мы скоро уедем». Элис схватила Честера за руку, склонила голову и извиняющимся тоном сказала: «Прости, я только что вела себя неразумно… Пойдем домой, когда ты закончишь разговор с Говардом Джеффри!» Честер держал Алису за руку, обхватив ее маленькую ручку своей теплой ладонью, и нежно сказал: «Все в порядке, я могу поговорить с Говардом Джеффри о делах в другой раз… Тебе здесь неудобно, поэтому мы пойдем домой пораньше». "Но…" Честер наклонился и крепко поцеловал её: «Веди себя хорошо, собирай вещи, я пойду попрощаюсь с ними». С извиняющимся выражением лица Алисы Честер вышел из комнаты. В холле миссис Джеффри с удивлением спросила: «Честер, вы с Алисой сейчас уходите?» Честер улыбнулся: «В последнее время я был занят, у меня не будет времени забрать Алису, так что, пожалуй, заберу их сегодня». «Если вы заняты, Алиса и Рейчел могут остаться здесь. Мы позаботимся о них, к тому же здоровье Алисы еще не полностью восстановилось». «Спасибо, тётя Эвелин, за то, что вы заботитесь об Алисе и Рейчел в эти дни. Не волнуйтесь, дома много прислуги, они хорошо позаботятся об Алисе». "Но…" Кристин Куинн, держа на руках Дориана Джонса, подошла к миссис Джеффри и поддразнила: «Мама, мне кажется, Честер очень хочет пойти домой с Алисой, чтобы побыть наедине, не будь лишней…» Миссис Джеффри на мгновение опешилась, а затем, ласково пожурив, сказала: «Малышка, почему ты такая нетерпеливая? Не забывай, что Алиса еще не полностью выздоровела, это нехорошо… это слишком часто, помни, что в будущем всегда нужно быть осторожнее…» Честеру было неловко. Кристин тихонько рассмеялась. Миссис Джеффри, тоже немного стеснительная из-за своего возраста, кашлянула и серьезно сказала: «Хорошо, я пойду наверх и помогу Алисе и Рейчел собрать вещи… Вы можете вернуться и остаться, когда захотите». «Не нужно, тётя Эвелин, Элис сама соберёт вещи». "О боже, она еще не пришла в себя, как она вообще может что-либо делать? Пойду соберусь…" Миссис Джеффри повернулась и уже собиралась подняться наверх, но как раз успела встретить Ребекку Квентин, спускавшуюся со второго этажа. Ребекка, держа Анну на руках, поинтересовалась ситуацией, а затем спустилась вниз, чтобы спросить Честера: «Вы с Алисой уезжаете?» «Да, через несколько дней я буду занят, боюсь, тогда у меня не будет времени забрать Алису». Ребекка разочарованно сказала: «Но мы с Элис так давно не виделись, у нас не было возможности толком пообщаться. Не могли бы вы остаться еще на пару дней?» Честер тепло улыбнулся: «Мы все в Нью-Йорке, в будущем будет время пообщаться». «Но разве вы не говорили, что вам нужно кое-что обсудить с Говардом Джеффри?» «Это не очень важно, я поговорю с ним, когда у меня будет время». «Хорошо… я найду время поговорить с Алисой позже». "Хорошо." «Обязательно позаботьтесь об Алисе!» "Я буду." «Анна, попрощайся с дядей Робинсоном…» — нежно сказала Ребекка дочери, которую держала на руках. Анна послушно помахала Честеру на прощание. Честер улыбнулся и обнял Анну. Помахав на прощание всем членам семьи Джеффри, Элис села в машину Честера. Под обеспокоенными и неохотными взглядами семьи Джеффри машина отъехала от особняка Джонсов. Рейчел сидела рядом с Алисой, угрюмая. Элис обняла дочь и спросила: «Рэйчел, что случилось?» Рейчел с разочарованием посмотрела на Алису: «Мамочка, почему мы не можем остаться у бабушки еще на несколько дней?» Лицо Алисы слегка побледнело, она не знала, как ответить ребёнку. Рейчел надула губы: «Бабушка также сказала, что испечет сегодня вечером мои любимые печенья, и я пообещала Мари и Эндрю, что мы поиграем в прятки…» Элис молчала, но до ее ушей донесся нежный голос Честера: «У папы через пару дней дела, и у него не будет времени приехать за тобой и мамой, поэтому мы вернемся пораньше». «Мы еще можем вернуться завтра, я еще не пробовала бабушкино печенье!» — пробормотала Рейчел, жалуясь. «Хорошей девочкой, Рейчел, ты сможешь поиграть у бабушки, когда будет время», — с отеческой уверенностью заявил Честер. Рейчел надулась, еще сильнее надув губы. Алиса ничего не сказала, долго смотрела на Честера, а затем повернула голову, чтобы посмотреть в окно. Они вернулись на виллу в Честере в три часа дня. Вернувшись домой, девочка быстро забыла о своем гневе и, полностью поглощенная игрой с подарком, который ей принес Честер, начала играть с ним. Алиса стояла перед окном от пола до потолка в зале, слегка покусывая палец. Честер подошел, положил голову ей на тонкое плечо и обнял сзади: «О чем ты думаешь?» Алиса слегка повернула голову, глядя на его доброе и красивое лицо: «Ты на меня не сердишься?» Честер рассмеялся: «Если бы я так легко злился, я бы, наверное, умер от гнева при жизни». Алиса, заинтригованная его поведением, повернулась и обняла его: «Что, я действительно такая неразумная?» Честер усмехнулся, не осмеливаясь высказать свое мнение. Его любимая порой бывала довольно неразумной… «Конечно, нет… Моя жена — самая рассудительная». Алиса поиграла с галстуком Честера, слегка надувшись, и тихо сказала: «Не нужно меня уговаривать. Я знаю, что у меня не очень хороший характер, но обещаю, что больше не буду капризной». Честер уткнулся головой в шею Алисы, его большая рука нежно ласкала ее пышные ягодицы, дьявольски соблазнительно: «Если ты не капризна, как я могу показать тебе, как сильно я тебя балую?» Алиса была очень тронута и мило улыбнулась. Он быстро склонил голову и поцеловал ее, его руки начали блуждать, медленно поднимаясь вверх, игриво скользя по ее позвоночнику. Она увернулась от его поцелуя, застенчиво сопротивляясь, но ее голос дрожал от его поддразниваний: «Не будь такой, мы в коридоре…» Он усадил её на диван: «Здесь ближе». "…" «Вы забыли, что посоветовал врач?» «Я помню, но удовлетворить меня можно не только одним способом». "…" За ужином Рейчел ела ложкой, наслаждаясь едой. Увидев, что ее обычно болтливая мама молчит, Рейчел с любопытством спросила: «Мама, почему ты ешь, опустив голову, и почему на тебе такое платье с высоким воротником? Тебе не жарко?» Алиса подняла голову, слегка покраснев: «Ты, маленький негодяй, ешь свою еду». После этого она свирепо посмотрела на человека напротив, который спокойно ел. Одетый в костюм и галстук, он был воплощением джентльменской элегантности, но на самом деле… полным извращенцем. Этот проклятый мужчина оставил на ее шее более десятка следов от поцелуев, из-за чего она чуть не закричала, когда посмотрела в зеркало. Никакой порядочности, никакой морали, никакой человечности… практически чудовище в одежде. Чем больше Алиса думала об этом, тем больше злилась, и, чтобы выплеснуть свое негодование, она с силой начала резать стейк на тарелке. Честер вовремя вмешался: «Что случилось? Еда невкусная?» Алиса резко подняла взгляд, увидев его спокойные и обеспокоенные глаза. Алиса так разозлилась, что у нее раздулись щеки. Ты притворяешься, продолжай притворяться, продолжай играть. Она обвинила его взглядом. В ответ он одарил его насмешливой улыбкой. Отвратительно!! Он продолжал изящно жевать говядину во рту. Алиса пристально посмотрела на него, мысленно прокручивая в голове бесчисленные сцены мести. В этот момент зазвонил его телефон. Только тогда она прервала пылкий обмен взглядами. Он вытер рот салфеткой и достал телефон. Увидев номер, мелькнувший на экране телефона, он сказал ей: «Извините, мне нужно ответить на этот звонок». Она хмыкнула, не желая обращать на него внимания. Он подошёл к окну столовой, чтобы ответить на звонок. Спустя некоторое время он закончил разговор, вернулся домой, взял пиджак и извинился: «Дорогая, прости, я, возможно, не смогу пойти с тобой на ужин». Алиса безучастно посмотрела на него: «Что случилось?» «В компании возникла срочная проблема, которую необходимо решить… Мне нужно ненадолго отлучиться, я могу вернуться поздно». "Не могли бы вы уйти после ужина?" Честер наклонился и поцеловал Алису в щеку: «Ситуация довольно сложная. Если я вернусь поздно, тебе не нужно меня ждать, просто ложись спать пораньше!» Элис крепко держала Честера за руку: «Тогда иди медленнее, я подожду, пока ты вернешься». Ее послушание заставило его снова поцеловать ее: «Хорошо». Рейчел благоразумно помахала Честеру на прощание: «Пока, папа». Перед уходом Честер поцеловал Рэйчел. По ночам Алиса, прислонившись к изголовью кровати, скучающе читала книгу. Ее веки уже опускались, она зевнула и взглянула на настенные часы. Часовая стрелка указывала на одиннадцать. Она невольно мысленно жаловалась: уже так поздно, а он до сих пор не вернулся. Ей хотелось позвонить ему, но, опасаясь, что он может общаться с деловыми друзьями, она в конце концов отказалась от этой идеи. ---------- Главы 1276–668: Дополнительная история: Второй способ, которым маленький белый кролик справляется с «соперником в любви». Не сумев справиться с сонливостью, я уже собирался выключить свет и лечь спать, когда дверная ручка издала звук. "Так поздно, ты ещё не спал?" Увидев Алису, сидящую у изголовья кровати, Честер поставил портфель и пиджак, ослабил галстук и подошел к ней. Алиса тихо сказала: «Жду твоего возвращения… Если ты скоро не вернешься, я буду спать одна». Честер сел на край кровати, снял галстук и легонько поцеловал ее: «Прости, что вернулся поздно». Элис обняла его за руку: «Всё в порядке, я знаю, ты занят работой». «Хорошая девочка». Честер встал и расстегнул рубашку. Алиса встала с кровати, подошла к нему спереди и мягко сказала: «Позволь мне помочь тебе набрать воду в ванну!» Честер ласково ответил: «Не нужно, после того, как ты ждал меня всю ночь, ты, должно быть, устал. Сначала поспи!» Алиса пристально посмотрела на него, ее глаза были полны нежности: «Я не устала, я жду, когда мы сможем провести ночь вместе». Честер не отказал и легонько поцеловал её в щёку. Алиса взяла его рубашку и весело пошла в ванную. Алиса включила воду, складывая одежду Честера в корзину для белья, но в нос ей донесся слабый запах духов. Элис нахмурилась, взяла рубашку Честера и понюхала её. И действительно, от рубашки Честера исходил едва уловимый запах духов. Алиса снова принюхалась, ей показалось, что запах очень знаком. Это парфюм XX от Dior. Причина, по которой она смогла определить марку, просто понюхав её, заключается в том, что эти духи — любимые духи Бекки. Однажды, почувствовав этот аромат на Бекке, она подумала, что он замечательно пахнет, и спросила Бекку, какой это бренд. Позже Бекка ответила, что это Dior XX. Зачем ему понадобились эти духи? Может быть… Алиса медленно расширила глаза. Она знает, что он посещает светские мероприятия, и на этих встречах не всегда присутствуют только мужчины, часто приглашают и хостесс, чтобы оживить атмосферу. Но как обычная хостесс может позволить себе такие дорогие духи лимитированной серии от Dior? Если бы это была клиентка, могла ли она действительно случайно пользоваться этими духами? Алиса прислонилась к раковине, крепко сжимая в руках рубашку. «Элис…» — вошел Честер с обнаженным торсом. — «Почему ты отвлеклась?» Лишь когда он обнял её, она пришла в себя и посмотрела прямо на него. Он мягко спросил: «Что случилось?» Она покачала головой, бросила его рубашку в корзину для белья: «Ничего… Вода готова, иди принимай ванну!» "Хорошо." Он попытался её поцеловать, но она увернулась: «Иди прими ванну!» Он подумал, что она избегает его запаха, поэтому ничего не сказал, просто улыбнулся. Она тут же вышла из комнаты. Из ванной комнаты доносился тихий звук льющейся воды. Алиса лежала на боку на кровати, слегка погруженная в свои мысли. Почему от него исходит этот аромат духов? Хотя он и посещал светские мероприятия, он никогда не возвращался домой с запахом духов, особенно таких, как эти. Ему позвонили и сказали, что у него есть дела в компании, но он ничего не упомянул о сегодняшнем ужине с клиентом. Самое главное, днем ​​он сказал, что в компании ничего нет и что он останется дома с ней на ночь. Как так получилось, что ужин с клиентом возник внезапно, и ему пришлось лгать, говоря, что это дело компании? На следующий день. Честер отправился в компанию пораньше, а Элис вернулась домой после того, как отвела Рейчел в детский сад. Она сидела на диване в прихожей, пила цветочный чай, приготовленный служанкой, и чувствовала себя подавленной. Действительно, она плохо спала прошлой ночью. Хотя она неоднократно повторяла себе, что не должна ассоциировать вчерашний аромат с Беккой, поскольку в мире есть женщины, которые носят этот запах, помимо Бекки, она все равно не могла не задаваться вопросом, с кем он общался вчера вечером. После долгих раздумий она наконец достала телефон и позвонила секретарю Честера. Секретарь Честера — молодая, очень способная женщина, проработавшая у Честера много лет, замужем, имеет детей. Не называя своего имени, секретарь, как только Алиса позвонила, почтительно обратилась к ней: «Миссис Робинсон». Действительно, его секретарь — весьма проницательная подчиненная. Алиса тихо спросила: «Ада, извини, что прерываю, ты занята?» «Нет, мистер Робинсон на совещании с высокопоставленными руководителями, а я варю кофе». "Ой…" «Миссис Робинсон, вам что-нибудь нужно?» Алиса улыбнулась и сказала: «Дело в том, что Честер вернулся очень поздно прошлой ночью. Он оставался в компании до поздней ночи?» Секретарь на мгновение замолчала, а затем ответила: «Э-э… да, мистер Робинсон всю прошлую ночь был в компании, занимаясь деловыми вопросами». ---------- Глава 1277–668: Дополнительно: Как маленький белый кролик справляется с «соперниками» 2_2 Алиса смутно почувствовала, что Ада что-то заметила, и невольно восхитилась быстрой реакцией секретарши. Затем она перестала ходить вокруг да около и сказала: «Ада, Честера ведь вчера вечером не было в офисе, правда?» "Эм…" «Скажи мне правду. Я просто хочу знать, где был Честер прошлой ночью. Обещаю, он никогда не узнает, что я тебе звонил». «Но мистер Робинсон действительно был в офисе прошлой ночью!» — Правда? — улыбнулась Алиса. — Ада, ты же должна поверить, что я способна убедить Честера уволить нечестного сотрудника, верно? Даже если этот сотрудник годами работал на него не покладая рук. Ада тут же запаниковала. "Миссис Робинсон…" Голос Алисы смягчился. «Хорошо, просто скажи мне правду. Обещаю, я спрашиваю только о местонахождении Честера, я никогда не поставлю тебя в затруднительное положение перед ним». Ада немного поколебалась, прежде чем ответить: «Миссис Робинсон… Мистер Робинсон только вчера приехал в Нью-Йорк. Он позвонил мне рано утром и сказал, что не придет в офис, а останется дома и проведет день с вами. Поэтому мистер Робинсон вчера не пришел в офис». «И у него вчера вечером не было никаких светских мероприятий?» «Никаких не должно было быть. После того, как мистер Робинсон дал мне указание, я отказал всем клиентам, которые хотели с ним встретиться, поэтому он вчера вечером никуда не выходил, чтобы кого-либо развлекать». После нескольких секунд раздумий Алиса сказала: «Спасибо, Ада. Обещаю, Честер не будет тебя за это винить». «Спасибо, миссис Робинсон». Алиса тяжело опустилась на диван и закончила разговор. Он солгал ей. Он действительно солгал ей. Он не ходил в офис, не выходил развлекать клиентов, и все же сказал ей, что идет в офис? Зачем он ей солгал? Почему? Неужели он действительно ходил к Бекке вчера вечером? Но Бекка бы к нему не пошла. Всё это время Бекка чётко представляла себе отношения между Элис и Честером. Бекка никогда не принимала Честера и всегда держалась с ним на расстоянии, оставаясь просто подругой. Невозможно, чтобы она пошла к Честеру. Тогда к кому же Честер ходил вчера вечером? Откуда у него взялись эти духи? Алиса была погружена в свои мысли, когда внезапно зазвонил ее телефон. Звонила Кристин Куинн. Алиса прервала свои мысли и нажала кнопку ответа. "Привет… Кристин." «Алиса, мама волнуется за тебя. Она попросила меня позвонить и узнать, пила ли ты суп по расписанию последние два дня, чтобы восстановить силы». «Такая надоедливая тётушка… Со мной всё в порядке. Я пью суп». Кристин с беспокойством спросила: «Вам действительно нужно заботиться о своем здоровье. Не думайте, что раз вы молоды, вы можете все игнорировать…» "Я знаю." «Хорошо, больше ничего. Берегите себя». "Мм." «Когда у нас будет время, мы с Беккой снова приедем к вам». "Хорошо." "Пока-пока." «Подожди, Кристин». "Что это такое?" Элис слегка прикусила губу, затем улыбнулась и сказала: «Эм… я пыталась позвонить Бекке вчера вечером. Звонок не прошел. Ее не было дома вчера вечером?» «О, Бекка вчера вечером гуляла с друзьями. Вернулась довольно поздно. Думаю, она была где-то с плохой связью». «Она вчера вечером куда-то выходила?» Кристин тут же понизила голос на другом конце провода. «Элис, ты никому не должна рассказывать. Вчера вечером Бекка дождалась, пока Говард Джеффри уйдет на деловой ужин, прежде чем тайком выйти поиграть. Ты же знаешь, как Говард щепетильно относится к Бекке — он не позволяет ей выходить одной без телохранителя». Элис рассмеялась и сказала: «Конечно, я ничего не скажу… Я прекрасно знаю, как сильно Говард нервничает из-за своей жены». Кристин усмехнулась. Алиса сказала: «Если больше ничего не останется, на этом я остановлюсь…» "Хорошо." "Приводите детей поиграть ко мне, когда у вас будет время…" "Пока-пока." Закончив разговор с Кристин Куинн, Элис замерла на диване. Телефон выскользнул у нее из рук; лицо ее давно побледнело. Итак, вчера за ужином ему позвонила Бекка… неудивительно, что он подошел к окну, чтобы ответить на звонок. Да, отсюда до района, где находится особняк Джонса, можно доехать всего за два часа. Он мог бы легко съездить туда, чтобы встретиться с Беккой, и вернуться домой к одиннадцати часам. Но зачем им было встречаться наедине прошлой ночью? Бекка всегда держалась от него на расстоянии. Зачем же она пригласила его на встречу вчера вечером? Он выскочил из дома, как только ему позвонила Бекка — чего же он так спешил? И он продолжал настаивать, что больше не испытывает к Бекке никаких личных чувств. Тонкая лезвие боли пронзило ее сердце — и от его лжи, и от отсутствия самообладания у Бекки, замужней женщины. Все в семье Джеффри знали, как сильно она заботится о Честере. Ее стремление вернуться на виллу, которую она делила с ним, — любой здравомыслящий человек мог догадаться, что это потому, что она не хотела, чтобы Честер слишком часто виделся с Беккой. И все же теперь Бекка тайно приглашала Честера на свидание за ее спиной — что это должно было означать? Почему всем на свете нравилась Бекка? Почему Бекка должна была разрушить то счастье, которого она наконец-то обрела? «Мисс Робинсон, куда вы направляетесь?» Алиса выезжала из поместья, когда столкнулась со служанкой Эльзой. Элис опустила окно и спокойно ответила: «Я ненадолго выйду. Пусть водитель заберет Рейчел сегодня днем, и не звони Честеру по поводу моего отъезда». «Да, мэм». Подняв окно, Алиса отъехала от виллы. Алиса набрала последовательность цифр. Ребекка Квентин ответила на звонок. Ее нежный голос был таким же радостным и спокойным, как всегда. «Элис». «Бекка, ты сейчас свободна?» "Конечно." «Тогда мы можем встретиться через два часа?» "Конечно… Элис, ты не возле особняка Джонса?" "Мм." «Ты и Честер?» «Нет, только я». "Ой…" «Бекка, больше ничего не скажу. Позвоню, когда приеду… Ах да, и приезжай одна. Хочу поговорить с тобой наедине». С другой стороны, Ребекка Квентин была совершенно озадачена внезапным приглашением Алисы. Она лишь безразлично кивнула. «Хорошо». Поскольку особняк Джонса находится в пригороде Нью-Йорка, Элис и Ребекка Квентин не стали встречаться в центре города, а выбрали кафе в небольшом городке неподалеку от особняка. ---------- Глава 1278–669: Дополнительно: Только для того, чтобы сделать тебе предложение. Ребекка Квентин заказала чашку кофе, а Элис Робинсон — нет. Увидев, что Элис Робинсон выглядит неважно, Ребекка Квентин с беспокойством спросила: «Элис, что случилось? Почему ты пришла одна? Ты поссорилась с Честером?» Это была единственная причина, которая пришла одной, по мнению Ребекки Квентин. Элис Робинсон спокойно посмотрела на Ребекку Квентин, не ответив на ее вопрос, а вместо этого спросила: «Почему вы только что опоздали?» Ребекка Квентин пробормотала: «Это тот маленький проказник Эндрю, он пошел в кабинет Говарда Джеффри и что-то набросал на документах на столе. Я боялась, что Говард обвинит Эндрю, когда вернется, поэтому позвонила Лизе Сесили, чтобы она прислала еще один комплект…» Элис Робинсон пристально смотрела в прекрасное лицо Ребекки Квентин и, улыбаясь, сказала: «Так же было и с Эндрю, я думала, ты боялся меня увидеть». Ребекка Квентин недоуменно рассмеялась: «Элис, почему я должна бояться тебя видеть? Ты проделала такой долгий путь, чтобы поболтать со мной, я слишком рада этому». "Действительно?" Обращаясь к Элис Робинсон, которая, казалось, говорила что-то странное, Ребекка Квентин серьезно кивнула: «Конечно, это правда». Элис Робинсон внезапно презрительно рассмеялась. Увидев выражение лица Алисы Робинсон, Ребекка Квентин наконец поняла, что с ней не так, и недоуменно спросила: «Алиса, что случилось?» «Ребекка, ты все еще пользуешься духами Dior XX?» «Э-э, да». Ребекка Квентин была немного озадачена: «Почему?» Элис Робинсон, не сумев сдержать эмоций, почувствовала, что улыбка на лице Ребекки Квентин сейчас выглядит особенно неискренней, поэтому прямо сказала: «Честер вчера вечером куда-то уходил, а когда вернулся, его рубашка была вся в запахе этих духов. Тебя тоже вчера не было дома, верно?» Ребекка Квентин сначала не поняла скрытый смысл слов Элис Робинсон, а когда поняла, нахмурилась и спросила: «Элис, что ты имеешь в виду?» Элис Робинсон вздохнула и сказала: «Ребекка, я ни в чём не так хороша, как ты, не такая красивая и не такая добрая. В глазах всех ты как богиня, а у меня много недостатков. Поэтому, если бы ты сейчас была свободна, и Честер выбрал бы тебя, а не меня, я бы признала поражение. Но ты уже очень счастлива, и весь мир знает, что Говард Джеффри тебя любит. Я верю, что ты тоже очень сильно любишь Говарда. Так зачем же ты снова связываешься с Честером?» «Подожди, Алиса, ты меня неправильно поняла. Я не имею никакого отношения к Честеру, я…» Элис Робинсон перебила Ребекку Квентин: «Не нужно это отрицать… Вчера вечером ты встречалась за спиной Говарда, и Честер тоже встречался за моей спиной, ты познакомилась с ним вчера вечером». «Нет, Алиса, я не встречалась с Честером вчера вечером. У меня была встреча с моей подругой Изабеллой, которая редко бывает в Нью-Йорке…» Однако, выслушав искренние объяснения Ребекки Квентин, Элис Робинсон равнодушно сказала: «Я знаю, что тебя не интересует Честер, ты всегда любила только Говарда, но, Ребекка, я хочу, чтобы ты поняла, мне очень не нравится, когда ты встречаешься с Честером или контактируешь с ним, будь то друзья или родственники, мне это не нравится… Знаешь, почему я вчера выбежала из дома Джеффри?» Ребекка Квентин безучастно покачала головой. Элис Робинсон, с трудом сдерживая слезы, сказала: «Вчера, когда я ехала в аэропорт за Честером, я видела, как вы болтали и смеялись с ним в машине… Я понимаю, что между вами, возможно, ничего нет, но надеюсь, вы не будете с ним контактировать, хорошо? Пожалуйста, не договаривайтесь о встрече с ним ни при каких обстоятельствах в будущем, хорошо?» Ребекка Квентин энергично покачала головой: «Элис, ты, должно быть, неправильно понимаешь мои отношения с Честером… Мы не встречались вчера вечером, я никогда не договаривалась о встрече с ним ни под каким предлогом». Элис Робинсон фыркнула, холодно встала и тихо сказала: «Прости, если я сказала что-то слишком резкое, я просто хотела, чтобы ты знала, что я действительно забочусь о Честере, и Честер любил тебя всей своей жизнью. Я очень боюсь, что ты слишком сблизишься с ним, потому что это вызывает у меня ревность». Ребекка Квентин встала и подошла к Элис Робинсон, держа её за руку: «Клянусь небесами, мы с Честером всегда были просто друзьями». Элис Робинсон холодно отдернула руку Ребекки Квентин: «Если бы это была просто дружба, ты бы не встретилась с ним наедине вчера вечером». «Мы с Элис и Честером на самом деле не виделись вчера вечером…» Элис Робинсон с грустью посмотрела на Ребекку Квентин: «Я знаю, что ты не сама к нему шла, это он хотел тебя увидеть…» ---------- Глава 1279 - 669: Дополнительная история: Только для того, чтобы сделать тебе предложение_2 «Ты совершенно неправильно поняла, Алиса, любому видно, что теперь Честер больше всего заботится именно о тебе…» «Он заботится обо мне, он заботился обо мне и раньше, но я никогда не смогу заменить тебя в его сердце». "Алиса…" «Прекрати говорить, если ты действительно надеешься, что у нас с Честером будет хорошая жизнь, пожалуйста, не встречайся с Честером в будущем». "Я…" Услышав резкие слова Элис Робинсон, глаза Ребекки Квентин покраснели. Алиса холодно повернулась, чтобы уйти. Однако никто не ожидал, что в тот момент, когда Алиса обернулась, она столкнулась с Говардом Джеффри. Говард стоял примерно в трех метрах от Элис, с зловещим выражением лица, явно подслушав разговор Элис и Ребекки Квентин. Присутствие Говарда также удивило Ребекку Квентин. От Говарда исходила леденящая душу атмосфера, заставляя всех присутствующих дрожать; он смотрел на Алису взглядом, острым, как меч. Тело Алисы слегка дрожало. Говард подошел к Ребекке Квентин с холодным видом. «Дорогая, зачем ты здесь?» Когда слова Ребекки наконец слетели с губ, она уже оказалась в объятиях Говарда, который нежно поцеловал её в лоб. «Я позвонил домой, Эндрю сказал, что ты ушла, поэтому я использовал GPS на твоём телефоне, чтобы определить твоё местоположение. По совпадению, ты была неподалеку, осматривала землю с друзьями, поэтому я приехал тебя навестить». Голос Говарда был нежным, полным любви. Телефон Ребекки давно оснащён системой GPS-слежения, чтобы Говард мог в любой момент узнать местонахождение своей жены. Говард обнял Ребекку Квентин и холодно взглянул на Элис: «Ты все время говоришь, что Бекка встречалась с Честером вчера. У тебя есть веские доказательства или ты подтвердила это из уст самого Честера?» Строгое поведение Говарда напугало Элис, она с трудом сохраняла спокойствие и сказала: «Честер и Бекка вчера вечером гуляли за нашей спиной, это доказательство». «Да, Бекка вчера вечером вышла куда-то за моей спиной, но, несмотря на то, что у нее не было с собой телефона, мой помощник Ройе молча следил за ней, и вчера вечером Ройе уже сообщил мне, что Бекка общалась и болтала со своей подругой Изабеллой Джоанной…» Ребекка Квентин была в шоке. "Дорогая…" Говард легонько поцеловал Ребекку в губы: «Ты думаешь, я смогу увидеть хоть что-нибудь из того, что ты делаешь?» «А ты знаешь, что я вчера вечером ходил в бар с Изабеллой?» Увидев, как его жена паникует, словно ребенок, совершивший проступок, Говард улыбнулся: «Я же говорил тебе не буйствовать с Изабеллой, а ты все равно пошел с ней в бар прошлой ночью? Разберусь с этим позже, а Роджеру нужно забрать Изабеллу и поставить ее на место». Ребекка Квентин застенчиво уткнулась в грудь Говарда. Взгляд Говарда снова переключился на Элис Робинсон: «Приходить сюда с такой надменностью, не зная фактов, ты уверена, что Честеру нравится твой капризный характер?» Алиса опустила взгляд: «Мне не нужно, чтобы вы меня осуждали, я прекрасно знаю, что делаю». Говард холодно посмотрел на нее: «Я хочу, чтобы ты извинилась перед Беккой». Алиса молчала, не открывая рта. Ребекка поспешно сказала: «Не нужно, Говард… Я знаю, что у Элис просто возникли недоразумения по поводу Честера и меня, все будет хорошо, как только мы все объясним». «Я же сказал, что не позволю вам испытывать ни малейшей обиды». «Я не чувствую себя обиженной, я знаю, что Алиса просто неправильно меня поняла…» Слова Ребекки не убедили Говарда, он по-прежнему холодно смотрел на Элис: «Извинись». Алиса опустила взгляд, ресницы ее уже были влажными от слез, но на лице по-прежнему читалось упрямство. «Довольно, Говард, не кричи так на Элис!» — упрекнула Ребекка мужа. Зловещий взгляд Говарда слегка отвелся. «Не оставайся здесь, дай мне поговорить с Элис как следует, я ей все объясню». Ребекка вытолкнула Говарда из кафе. "Бекка…" «Выходи, Говард…» — умоляла Ребекка. По настоянию жены Говард, словно раб своей жены, неохотно вышел из кафе. Ребекка поспешила к Элис, нежно обняла её и сказала: «Прошу прощения за плохое поведение Говарда…» Алиса прислонилась к Ребекке, ее тело слегка дрожало. Ребекка отстранилась от Алисы, и только тогда заметила, что красивые глаза Алисы полны слез. «Не плачь больше, Алиса… Моя сестра и зять тоже долго привыкали друг к другу, вы с Честером, должно быть, тоже переживаете этот период. Просто расскажи всё, не позволяй своим мыслям блуждать…» Алиса медленно присела на корточки и начала безудержно рыдать. Ребекка последовала за ней вниз, сочувственно глядя на Алису: «Ты непременно должна верить, что любовь Честера всегда была направлена ​​именно на тебя». Алиса покачала головой, слезы текли по ее лицу, словно нити разбитых жемчужин. Ребекка поддерживала дрожащее тело Алисы, нежно успокаивая: «Если он заботится не о тебе, неужели он чуть не пожертвовал своей жизнью ради тебя раньше?» Алиса подняла полные слез глаза и посмотрела на Ребекку. Ребекка вытерла слезы с ее лица, улыбнулась и утешила ее: «Вы с Честером такие глупые… один осознал любовь друг к другу после того, как пережил жизнь и смерть, а другой стал неуверенным из-за чрезмерной заботы, но на самом деле вы всегда любили друг друга…» Элис безучастно посмотрела на Ребекку и, с трудом выдавив из себя, спросила: «Значит, вы с ним на самом деле не встречались вчера вечером?» Ребекка серьезно кивнула: «Правда, нет… Мы с Честером никогда не встречались наедине, и только вчера я видела Честера за весь этот год». "Прости… Бекка…" В глазах Алисы читалось извинение, она едва могла говорить из-за кома в горле. "Прости…" Ребекка быстро обняла Элис, нежно похлопав ее по спине в знак утешения: «Все в порядке, Элис… Я понимаю твои чувства, потому что когда-то мне тоже не хватало уверенности в себе, и я не верила, что Говард влюбится в меня». Алиса беспомощно прислонилась к плечу Ребекки, закрыв глаза, слезы текли по уголкам ее глаз. Ребекка мягко уговаривала: «Хорошо объясни все Честеру, не питай сомнений, это только усугубит недопонимание между вами…» "Ах…" — наконец, Алиса расплакалась. Двадцать минут спустя Ребекка помогла Алисе выйти из кафе. Машина Говарда стояла на обочине дороги, и, увидев свою любимую жену, Говард тут же вышел из машины. Элис виновато посмотрела на Говарда: «Простите…» Говард хотел что-то сказать, но, увидев поучительный взгляд Ребекки, смягчил свой холодный тон: «Мое поведение тоже было не очень хорошим». Ребекка вмешалась, чтобы разрядить обстановку: «Ничего страшного, ничего страшного…» Ребекка открыла дверцу машины, помогая Алисе сесть в автомобиль: «Поезжай к нам, а потом я позвоню Честеру, чтобы он тебя забрал». Элис не наклонилась, чтобы сесть в машину, она прошептала: «Не нужно, моя машина здесь». ---------- Главы 1280–670: Дополнительная история: Только любовь 1 Ребекка Квентин сказала: «Я беспокоюсь, что ты поедешь обратно одна…» «Я только что позвонил Честеру, он уже в пути». Это говорил Говард Джеффри, мрачное и опасное выражение лица, которое он испытывал ранее, исчезло, сменившись беспокойством. Говард всегда был спокоен и собран, но Ребекка Квентин была для него определяющим фактором, и любой, кто коснется этой черты, увидит, как он теряет контроль над собой. Элис Робинсон широко раскрыла глаза от шока. Говард Джеффри спокойно заявил: «Вы должны сейчас же ему все четко объяснить; подозрения не пойдут на пользу вашим отношениям». Ребекка Квентин кивнула: «Когда приедет Честер, хорошенько поговорите о том, что произошло вчера вечером, и помните, что не стоит спорить… говорите спокойно». Элис Робинсон слегка прикусила губу и кивнула. Говард Джеффри сказал: «Ему понадобится еще немного времени, чтобы добраться сюда, так что возвращайтесь с нами в особняк Джонса, пусть Кристин и Бекка составят вам компанию и поболтают с вами». «Не нужно…» — Элис Робинсон покачала головой и настояла: «Я подожду его здесь, а вы сначала возвращайтесь!» Ребекка Квентин нервно спросила: «Как мы можем чувствовать себя спокойно, если вы здесь одни?» Элис Робинсон подняла глаза, встретившись с обеспокоенным взглядом Ребекки Квентин, и с неохотой выдавила из себя улыбку: «Вы боитесь, что я здесь натворю какую-нибудь глупость?» Увидев улыбку на лице Элис Робинсон, Ребекка Квентин наконец вздохнула с облегчением. Говард Джеффри обнял Ребекку Квентин: «Пусть она побудет здесь одна некоторое время!» «Хорошо, Элис…» — Ребекка Квентин взяла Элис Робинсон за руку. — «Пообещай мне, что мы хорошо поговорим с Честером, поделись с ним всеми твоими страхами и неуверенностью, позволь ему помочь тебе решить эти проблемы». "Хорошо." Ребекка Квентин в последний раз обняла Элис Робинсон, а затем села в машину. Говард Джеффри вздохнул и сказал Элис Робинсон: «Больше всего мужчинам не нравится, когда женщины всё держат в себе, особенно такие, как Честер, у которого низкий эмоциональный интеллект; ему нужно, чтобы ты открылась и всё чётко объяснила». Ребекка Квентин слегка кивнула. Говард Джеффри подошел к водительскому сиденью, сел в машину и уехал. Элис Робинсон наблюдала, как машина постепенно исчезает из виду, и постепенно погружалась в свои мысли. Честер Робинсон прибыл после того, как Элис Робинсон более часа сидела в оцепенении в углу кафе. Увидев Честера, Алиса пришла в себя, и их взгляды встретились. Было около двух или трех часов дня, время чаепития для иностранцев, поэтому в кафе несколько человек разговаривали и пили кофе. Однако в тот момент в глазах Алисы царила такая тишина, что казалось, будто в мире остались только они двое, словно все вокруг замерло. Элис Робинсон безучастно смотрела на Честера, заметив, что его лицо было в ярости. Честер подошел к ней с холодной аурой, схватил ее за запястье и тут же вышел из кафе. Его хватка была сильной, он болезненно сжимал ее запястье. "Болит… отпусти мою руку, отпусти…" — умоляла Алиса, но Честер, игнорируя боль в ее запястье, вытащил ее из кафе. За дверью кафе Элис наконец оттолкнула руку Честера, нахмурив брови от боли: «Больно!» — сказала она, энергично потирая запястье. Честер не стал предпринимать никаких дальнейших действий, сузив свои холодные глаза в узкий круг и пристально глядя на нее: «Ты слишком!» Элис Робинсон быстро подняла глаза, встретившись с его холодным взглядом. «Безрассудный и неразумный, не различающий добро и зло, — неужели это ваша зрелость за прожитые годы?» Еще до его прихода она решила, что если он объяснит, где был прошлой ночью, она извинится и расскажет о своих переживаниях. Но в этот момент, когда он посмотрел на нее с таким бесстрастным, обвинительным выражением лица, ее сердце словно терзали бесчисленные насекомые, боль распространялась по всему ее телу. Она не ответила ему, повернулась и начала уходить. Он не стал преследовать её, лишь холодно сказал за её спиной: «Ты постоянно сомневаешься во мне и в Бекке, и каждый раз я объяснял. Почему мои слова для тебя ничего не значат? Если в этом нет никакого доверия, ты могла бы прямо рассказать мне о своих переживаниях, так почему ты притворяешься, что тебя искренне не волнует моя прошлая привязанность к Бекке? Если тебе есть что сказать, почему ты не можешь открыть своё сердце и рассказать мне, вместо того чтобы приходить сюда к Ребекке и спорить за моей спиной? Ты действительно думаешь, что когда мне позвонил Говард и сказал, что ты здесь устраиваешь скандал, моё настроение будет хорошим?» Его слова обвинения наполнили ее и без того обиженное сердце горьким чувством. Слёзы потекли неудержимо, тяжёлые капли падали на землю. ---------- Глава 1281–670: Дополнительная история: Всё есть любовь 1_2 Увидев, как дрожит ее тело, он понял, что его тон был слишком резким. Он подошёл к ней, нежно обнимая её заплаканное лицо: «Что я должен сделать, чтобы доказать свои чувства к тебе? Ты действительно хочешь, чтобы я вытащил своё сердце и показал его тебе?» Она заплакала еще сильнее, слезы текли ручьем. Он нежно вытер слезы с уголков ее глаз большим пальцем, его голос был хриплым: «Элис, если у тебя есть какие-либо опасения, ты можешь поговорить со мной. Если у тебя есть сомнения по поводу меня, ты можешь спросить меня напрямую. Ты понимаешь, что вот так набрасываться на Бекку — это очень неправильно? Ты можешь причинить Бекке боль, ты это осознаешь?» Хотя его голос должен был её утешить, он больше походил на упрек, и каждое его слово трогало её сердце. В этот момент зазвонил его телефон. Она опустила голову и зарыдала. Он крепко обнял её и нетерпеливо ответил на звонок: «Что случилось?» «Мистер Робинсон, я всё организовала… Обязательно приведите миссис Робинсон сегодня в девять вечера; гарантирую, ваше предложение руки и сердца сегодня вечером будет принято». Находясь так близко к Честеру, Элис отчетливо услышала голос из его телефона. «Хорошо, давайте обсудим сегодняшние дела позже!» — закончил разговор Честер, явно не в лучшем настроении. Алиса безучастно смотрела на Честера. Честер вздохнул и медленно признался: «Я действительно не ходил в компанию вчера вечером и не посещал никаких светских мероприятий. Я вернулся поздно, потому что привезли заказанные мной королевские розы». Честер нежно обнял Алису за плечи, пристально глядя на ее растерянное лицо, и тихо произнес: «Я никогда ничего тебе не дарил и не давал никаких торжественных обещаний, поэтому хотел сделать тебе незабываемое, романтическое предложение… Вчера вечером я отправился на поле для гольфа Сеннаф, планируя сделать тебе предложение там, потому что знаю, что твои любимые цветы — королевские розы, и их только вчера доставили сюда самолетом. Я боялся, что на месте не все будет в порядке, поэтому лично поехал туда, чтобы проконтролировать… Я попросил всех держать это в секрете от тебя, потому что хотел сделать тебе сюрприз. Запах от меня, я думаю, появился после общения с менеджером компании, занимающейся организацией мероприятия; эта менеджер — женщина лет тридцати с небольшим, жена моего делового друга. Я не обратил внимания на то, какими духами она пользовалась. Мое общение с ней было исключительно для того, чтобы договориться о месте предложения». Алиса посмотрела на него, ее взгляд постепенно рассеивался, глаза теряли фокус. Честер неотрывно смотрел на нее, тихо говоря: «Элис, если у тебя есть какие-либо опасения, говори со мной открыто. Нам суждено пройти этот жизненный путь вместе; даже если ты сомневаешься во мне и в Бекке, ты должна хотя бы сначала спросить меня, а не гадать вслепую и безрассудно расспрашивать Бекку, верно?» Она понимала, что неправильно поняла Бекку, и чувствовала себя виноватой. Ей следовало принять его упрек, но она не могла признать свою ошибку, потому что была неправа по отношению к Бекке, но не по отношению к нему. Увидев, как ее взгляд рассеивается, словно она ничего не замечает, он обнял ее и мягко утешил: «Хорошо, мы сказали все, что нужно было сказать… Давай сначала пойдем домой, а остальное обсудим дома». Элис не ответила, позволив Честеру обнять её, пока она сидела в машине. Оказавшись в машине, Честер поцеловал её в лоб: «Возможно, я был слишком резок в своих словах; не принимай это близко к сердцу…» Алиса по-прежнему прислонялась к сиденью, ее глаза были пустыми, из них текли беззвучные слезы. Увидев её слёзы, он остановил запуск двигателя и нежно вытер их: «Ну же, не плачь… Я не хотел быть резким; я просто хочу, чтобы ты поняла, что впереди у нас долгие дни, и если у тебя есть какие-то опасения, ты должна сначала сказать мне. Ты так спешишь к Бекке, хотя Говард Джеффри ничего не сказал и лишь упомянул, что ты расстроена и попросил меня приехать за тобой, подумала ли ты, что твои подозрения могут также привести к тому, что Говард Джеффри неправильно поймёт Бекку?» Алиса глубоко вздохнула, подавляя боль в сердце. Он не знал, что, хотя его слова казались утешительными, каждое из них пронзало ее сердце, как меч. Он не понимал, что для неё важно. Она ему не ответила, поэтому он мягко предложил: «Давай сначала пойдем домой». Она по-прежнему ничего не отвечала, лишь безучастно смотрела перед собой. По дороге обратно на виллу слезы Алисы постепенно перестали литься. Честер также дал Алисе время спокойно подумать, не разговаривая с ней на протяжении всей поездки. К тому времени, как они прибыли на виллу, было уже пять часов вечера. Рейчел уже вернулась из школы. Увидев, как папа держит маму на руках, когда они входят с улицы, Рейчел поджала губы: «Мамочка, ты обещала забрать меня сегодня днем, но не сделала этого». Алиса, пребывавшая в оцепенении, наконец-то пришла в себя. Придя в себя, она поняла, что уже находится на вилле, и прямо перед ней — очаровательное личико ее дочери. Честер взял Рейчел на руки и мягко успокоил ее: «Прости, дорогая, у папы и мамы сегодня были дела». Рейчел заметила покрасневшие глаза Алисы и нахмуренные красивые брови: «Мама, ты плакала?» «Нет». Алиса пришла в себя перед ребёнком. «Но у тебя красные глаза». «Ах, может, мне в глаза попал песок, когда я только что была на улице», — сказала Алиса, не забыв потереть глаза. Рейчел поверила ей и сказала отцу: «Папа, у мамы в глазах песок, помоги маме выдуть его». «Не нужно». Элис взяла Рейчел из объятий Честера, улыбаясь: «Песок уже рассыпан». "Ой." «Дорогая, чему ты сегодня научилась в школе?» — спросила Элис, неся Рейчел на диван и проявляя свою обычную заботу о ней. Рейчел обняла Алису за шею и с восторгом ответила: «Сегодня учительница вывела нас на улицу и научила различать полезных и вредных насекомых, это было так весело…» «Какие из них приносят пользу?» "Его…" В присутствии Рейчел отношения между Элис и Честером были безупречными, и за ужином все трое смеялись и болтали, как обычно. Это не могло не навести Честера на мысль, что сегодняшнее дело уже закрыто. Поскольку Элис осознала свою ошибку, Честер не хотел больше ничего говорить, поэтому сегодняшнее предложение руки и сердца должно было состояться в соответствии с первоначальным планом. Однако то, что изначально должно было стать сюрпризом для Алисы, теперь могло обернуться только прямой поездкой к тщательно подготовленному месту предложения руки и сердца. Посоветовав слугам позаботиться о Рейчел, Честер вернулся в комнату, чтобы подготовиться к осуществлению плана предложения руки и сердца, запланированного на сегодня вечером. ---------- Глава 1282–671: Дополнительная история: Всё есть любовь 2 Но когда он увидел Элис Робинсон, стоящую в одиночестве перед окном, погруженную в свои мысли, он понял, что события этого дня еще далеко не закончились. Он осторожно закрыл за собой дверь, подошел, положил голову ей на плечо и обнял сзади: «Ты согласна пойти в место, которое я тщательно для нас приготовил?» Его лицо было горячим, когда он прижимался к её лицу, но её лицо было холодным. Когда он взял её за руку, то обнаружил, что она ледяная, поэтому он быстро вырвался из объятий и, крепко сжимая её руки, тихо спросил: «Почему твоё тело такое холодное?» Она спокойно посмотрела на него, с трудом разжимая пересохшие губы: «Мое тело всегда было таким». Вне зависимости от времени года, ее руки и ноги всегда были холодными, на что он никогда не обращал внимания. Он погладил ей руки и упрекнул: «Холодно, а ты не знаешь, что нужно одеваться потеплее?» Сказав это, он снял свой пиджак и накинул его ей на плечи. Она признала, что его пиджак отдавал тепло его тела, окутывая ее и заставляя чувствовать себя очень тепло, но в данный момент ей это тепло было не нужно. Равнодушно сняв с него пиджак и вернув его ему, она равнодушным тоном сказала: «Сегодня днем ​​вы все время спрашивали меня, какие заботы меня волнуют, поэтому сейчас я откроюсь и поговорю с вами». Увидев её равнодушную реакцию, он нахмурился. Она накинула пиджак ему на руку, затем повернулась к окну от пола до потолка и медленно произнесла: «Знаешь, почему я отказала тебе, когда ты впервые упомянул в Нью-Йорке о своем намерении жить с семьей Джеффри?» Его лицо слегка помрачнело; он понял, что она хочет сказать. «Да, из-за Бекки. Я не хотел, чтобы ты познакомился с Беккой в ​​Нью-Йорке. Я даже думал, что ты хочешь переехать в особняк Джонсов, чтобы жить под одной крышей с Беккой и видеться каждый день». Лицо Честера Робинсона помрачнело, когда он объяснил: «Если бы это действительно были мои мысли, я бы не отказался от приглашения тети Эвелин переехать в особняк Джонсов». «Вы умный человек, вы прекрасно понимаете, что вам не место в особняке Джонса, но если вы возьмете меня с собой, тогда это будет разумно». «Ты слишком много об этом думаешь». «Признаю, возможно, я слишком много думаю об этом, но разве вы не хотели, чтобы я рассказала вам о своих опасениях?» Она повернула голову, чтобы посмотреть на него, стоящего в тени; тусклый свет делал его лицо еще более мрачным. Он кивнул: «Хорошо, продолжай». Она посмотрела прямо на него и продолжила: «После приезда в Нью-Йорк я действительно думала, что нашла счастье всей своей жизни… Я ждала любимого человека и жила с ним в месте, похожем на сказочный замок, но потом…» Алиса помолчала, огляделась и вдруг усмехнулась: «Оказывается, этот сказочный дворец счастья был построен для женщины, которую ты когда-то любил, а я живу в месте, которое мне не принадлежит. Я вдруг почувствовала, что мое счастье было всего лишь шуткой». Честер вздохнул, несколько беспомощно: «Признаю, изначально я строил эту виллу для Бекки, но тогда я еще не разобрался в собственных чувствах. Ты прекрасно знаешь, что нам нужно заботиться о настоящем, а не о несущественном прошлом». Он считал свое прошлое с Беккой несущественным; она же признала, что в этот момент ее сердце было несколько тронуто. «Я знаю, я прекрасно понимаю, что не стоит зацикливаться на прошлом, потому что ты не сможешь снести эту виллу и построить её заново. Но ты никогда не поймешь, что, наблюдая, как ты всё это время отказываешься от всего ради Бекки, я так и не смог избавиться от ревности, которая жила в моём сердце по отношению к ней». Он подошел к ней ближе, нежно погладил ее, пристально посмотрел ей в глаза: «У тебя нет причин ревновать, потому что человек, который сейчас стоит рядом со мной, — это ты». Алиса закрыла глаза: «Как я могу не ревновать? Ты никогда не танцевал со мной, но романтично танцевал с ней на вилле в Т-Сити. Ты никогда ничего мне не давал, а ей подарил этот сказочный дворец. Даже слова «Я люблю тебя» ты сказал ей первым…» Честер был слегка ошеломлен, не ожидая, что именно эти мысли занимали ее разум. Она глубоко вздохнула, пытаясь сгладить дрожащий голос, и глупо рассмеялась: «Брат, ты знал? Я отказалась от Клода и выбрала быть с тобой не потому, что твои поступки тогда действительно тронули меня, а потому что я не могла тебя отпустить… Я бесполезна, как бы я ни менялась, я всё та же старая Алиса, одержимая тобой, безумно по тебе желанная, просто хочу быть с тобой вечно…» ---------- Глава 1283 - 671: Дополнительная история: Всё есть любовь 2_2 "Я знаю…" Честер хотел подойти и обнять её, но Элис оттолкнула его и отступила. Слезы наконец остановились, закружившись в глазах. Она широко раскрыла глаза, чтобы сдержать их, и, задыхаясь, произнесла: «Я не жалею, что навестила Бекку сегодня. Даже если я причинила ей боль, если это гарантирует, что ты больше никогда с ней не встретишься, я готова смириться с тем, что я была неразумной». Слезы в ее глазах тронули его сердце, и он тихо произнес: «Алиса, признаю, я всегда был бесчувственным в вопросах любви. Я не знал, что ты таишь в себе столько обиды…» Элис энергично покачала головой: «Нет, ты не бесчувственен к любви. Твоё обаяние и решительность, которые ты проявил, добиваясь Бекки, — это то, чего желает каждая женщина в мире. Просто ты никогда не проявишь такую ​​же решительность по отношению ко мне, потому что я никогда не буду той, о ком ты заботишься больше всего…» «Всё не так…» Честер, не обращая внимания ни на что, шагнул вперёд, крепко обнял хрупкое тело Алисы и поцеловал её в макушку: «Детка, сколько раз мне нужно повторять, чтобы ты поняла, что человек, о котором я больше всего забочусь, — это ты…» Элис прислонилась к Честеру, ее заплаканные глаза затуманились. Она прохрипела: «Я не знаю, как поверить, что ты любил только меня с самого начала…» «Давай поженимся». Честер обнял её хрупкое тело, заставляя её повернуться к нему лицом. «Мы сейчас же пойдём регистрировать брак…» Алиса покачала головой: «Я не выйду за тебя замуж сейчас?» "Почему нет?" «Потому что в отношении твоих чувств ко мне мое сердце еще не убеждено». «Тогда я буду ждать тебя… Я сказал, что буду ждать до того дня, когда ты кивнешь и согласишься выйти за меня замуж». «Но сейчас мое сердце очень смятено и очень устало. Я вдруг осознала, что быть с тобой изнурительно, и боюсь, что не смогу продержаться до конца…» «Нет…» — Честер крепко обнял Алису хриплым голосом, — «Я не позволю тебе так говорить. Мы обязательно состаримся вместе». Она прижалась к нему, слезы пропитали его дорогую рубашку, и она, рыдая, сказала: «Честер, мне кажется, нам стоит на время расстаться…» Тело Честера дрожало, он медленно отталкивал ее, глядя на нее с недоверием. Ее полные слез глаза неотрывно смотрели на него, и она серьезно сказала: «Думаю, мне нужно время, чтобы поразмыслить над собой, а тебе нужно время, чтобы разобраться в своем сердце… Я верю, что если небеса действительно благоволят нам и считают, что нам суждено быть вместе, то во время нашей разлуки они помогут нам понять…» Честер прищурился и холодно произнес: «Я же сказал, я больше никогда не позволю тебе меня покинуть, нет!!» Она всхлипнула, вытерла слезы с щек и усмехнулась: «Не будь такой… Импульсивная и незрелая Алиса сейчас — это не та Алиса, которой суждено провести с тобой всю жизнь, а Честер, который всегда питает к Бекке противоречивые чувства, — это не тот Честер, с которым я хочу провести свою жизнь. Нам нужно время наедине, чтобы хорошенько все обдумать…» Решимость в ее глазах дала ему понять, что теперь она мыслит очень рационально. Его лицо помрачнело, глаза, иссиня-черные, сузились до щелей, и он холодно посмотрел на нее: «Я не отпущу тебя». Одна только мысль о том, что она может уйти, причиняла ему боль в сердце. Он прекрасно понимал, что его забота о ней важнее всего. Он не мог жить без неё. Он снова обнял её и прошептал ей на ухо низким, хриплым голосом: «Я не могу жить без тебя…» Она помедлила несколько секунд, затем обняла его в ответ, но объятия длились всего несколько секунд, после чего она спокойно произнесла: «Дай мне время, чтобы всё обдумать самой…» В ту ночь Честер остался в кабинете, а Алиса провела ночь в своей комнате, размышляя. Решение Честера оставалось неизменным: он не позволит Алисе уйти, а Алиса, в свою очередь, решила, что ей нужно время побыть одной, чтобы спокойно всё обдумать. Они вместе отвезли Рейчел в школу, и на обратном пути Честер нарушил утреннее молчание: «Ты всё ещё решаешь уехать?» Алиса спокойно кивнула: «Думаю, нам нужно это время, чтобы успокоиться». Честер, чувствуя панику, провел рукой по волосам и крикнул: «Я был спокоен от начала до конца!!» Она посмотрела на его темный профиль и тихо сказала: «Просто считайте, что я уезжаю, чтобы проветрить голову». Честер крепко сжал ее руку: "Ты полна решимости?" "Да." Честер внезапно припарковал машину на обочине, отчаянно колотил по рулю и, стиснув зубы, спросил: «Что, черт возьми, я должен сделать, чтобы ты передумал уезжать?» Она редко злилась, если только её действительно не расстраивали. По ауре, исходящей от него со всех сторон, было ясно, что она действительно его расстроила. Понимая, что его поведение могло ее напугать, он быстро и успокаивающе добавил: «Давай обсудим это. Не говори о том, чтобы уехать одной, чтобы проветрить голову. Я отложу работу и возьму с собой Рейчел в эту поездку, чтобы отвлечься, хорошо?» Она знала, что он делает все возможное, чтобы удержать ее, и ее трогали его старания, но она все обдумала. Их проблемы нельзя было решить, просто оставаясь рядом с ней 24 часа в сутки, 7 дней в неделю. Возможно, он даже не осознает, что сегодня, когда приезжал за ней, он несколько раз защищал Бекку и разговаривал с ней… Она считала себя слишком чувствительной, но не могла избавиться от чувства ревности всякий раз, когда в его разговорах упоминалось имя Бекки. Однако она так и не поняла его истинных намерений. Сейчас расставание может быть наполнено нежеланием и грустью, но если оно может принести мир сейчас и будущее, в котором они смогут быть вместе без сомнений, она не считала это неправильным решением. «Честер, послушай меня… Хотя мы так любим друг друга, тебе никогда не казалось, что мы еще не достигли того взаимопонимания, которое есть у Бекки и Говарда Джеффри, или у Кристин и мистера Джонса?» «Ты слишком много думаешь». «Нет, это не так. Вы назвали меня незрелой и неразумной, заявив, что я довольно часто устраиваю истерики». "Это лишь от злости…" «Нет. Это признание того, что я не соответствую стандартам вашего идеального партнера… Но я говорю вам сейчас, даже если мы будем вместе в будущем, моя личность не изменится, потому что я не Бекка. Моя семья баловала меня с детства. Я не могу быть такой же доброй, щедрой и грациозной, как она. Я — Элис: своенравная, склонная к истерикам и временами не очень добрая. Вы должны трезво оценить ситуацию — действительно ли кто-то вроде меня — тот партнер, которого вы рационально хотите?» "Алиса…" ---------- Глава 1284-672: Дополнительно: Она обратилась с просьбой о примирении. Элис Робинсон прикоснулась к его красивому лицу и с улыбкой сказала: «Честер, любить кого-то значит любить его всего. Даже тебя я искренне надеюсь, что однажды, когда ты посмотришь мне в глаза, я смогу быть такой же, как когда смотрю в твои». Это всё любовь. «Что бы ни случилось, я тебя не отпущу… Если ты действительно считаешь, что нам нужно время побыть порознь, чтобы успокоиться, я могу переехать в компанию и остаться там на некоторое время». Вчера вечером Честер Робинсон собрал вещи, взял портфель и выехал из виллы. Это был окончательный результат их обсуждения, и именно с этим Честер смог согласиться. Количество телохранителей на вилле увеличилось; она знала, что это было сделано им, чтобы помешать ей уехать. На самом деле, она просто хотела на время побыть вдали от него; где бы она ни остановилась, ей было все равно. Отведя Рейчел в детский сад и вернувшись домой, она сидела одна в большом холле виллы, ошеломленная. Она всю ночь не спала, не задумываясь, ее разум успокоился, но сердце все еще словно замерло, она чувствовала себя не в своей тарелке, ни здесь, ни там. Звонок ее телефона нарушил тишину в зале. Она взяла трубку и мельком взглянула; звонил Честер. Она не ответила, нажала кнопку отклонения и встала, чтобы подойти к окну от пола до потолка. Сегодня очень плохая погода; прошлой ночью шел дождь, из-за чего стало пасмурно, и у нее заложило в груди. Впервые в жизни, услышав его зов, она не почувствовала ни малейшего желания ответить. Она внезапно осознала, что, возможно, всегда слишком сильно к нему привязывалась, из-за чего и доминировала в их любви. Может быть, в это затишье ей стоит увидеть, как сильно он её ценит? Возможно, тогда она сможет найти ответ. Приведя себя в порядок, она нанесла легкий макияж, отпустила свои проблемы и отправилась за покупками. «Мистер Робинсон, мисс Робинсон сейчас находится в магазине XX и примеряет одежду; она, кажется, в хорошем настроении». Услышав отчёт от своего подчинённого по телефону, Честер Робинсон вздохнул с облегчением. Усталость, которую он испытывал всё утро, наконец немного утихла. Пока она не думает об уходе, даже если они какое-то время будут жить раздельно, он может быть спокоен. Прошлой ночью он провел всю ночь в компании, постоянно вспоминая ее слова, и вдруг осознал, что ему действительно было все равно. Во многих вопросах он редко учитывал её чувства. Например, если бы она не высказалась вчера, он бы даже не понял, что своими словами, защищая Бекку и одновременно отчитывая её, он задел её. На самом деле, когда Говард Джеффри позвонил ему вчера и сказал, что у нее плохое настроение, он даже не понял причину ее чувств в тот момент. Таким образом, по дороге в особняк Джонсов, чтобы забрать её, он также поручил кому-то проверить её телефонные записи за последние пару дней. Только тогда он узнал, что она подозревала его в неладном прошлой ночью, и поэтому побежал расспросить Бекку. В его подсознании царила лишь злость. Он не понимал, почему у неё возникли сомнения, но она не обратилась к нему напрямую, вместо этого опрометчиво расспросив Бекку. Он считал, что в их дела не нужно вовлекать третье лицо, и что это испортит его отношения с Говардом Джеффри и Ребеккой Квентин. В порыве гнева он совершенно не подумал о её чувствах. Только сейчас он понял, что вчера ему не стоило винить её, ведь она была права; виноват был он сам, потому что не обеспечил ей достаточной безопасности, что и вызвало недоверие между ними. Ему всегда следовало давать ей понять, что в его сердце есть только она. Потому что он привык к тому, что она никогда его не покидала, эгоистично игнорируя все ее чувства. Именно по его вине они сегодня столкнулись с проблемами доверия. Но как теперь развеять сомнения, которые она хранит в своем сердце? Когда секретарь Ада толкнула дверь, она увидела, как Честер скручивает ноющую шею и сжимает напряженные плечи. Секретарша положила документы на стол Честера и с улыбкой сказала: «Босс, спать в компании не очень-то приятно, правда? Тебе следует поскорее успокоить свою невесту и отвезти её домой поспать». Честер редко демонстрировал усталость перед секретарем, и тут же чувствовал себя немного неловко. Секретарша любезно предложила: «Босс, не могла бы я помочь связаться с мисс Робинсон? Как женщина, может быть, я смогу сказать ей несколько добрых слов от вашего имени». Честер откинулся на спинку стула, на его лице читалось чувство беспомощности, и он легкомысленно произнес: «Если бы ее было так легко успокоить, у меня не было бы столько забот». «Так ты снова останешься сегодня на ночь в офисе?» ---------- Глава 1285-672: Дополнительная история: Она предложила условие примирения_2 Честер Робинсон бросил взгляд на секретаря, которая смотрела спектакль. Секретарша тут же вернулась к своему почтительному виду: «Босс, я пойду возвращаться к работе». Честер махнул рукой. После того как секретарь ушла, Честер взял телефон и не удержался, чтобы снова набрать номер Элис Робинсон. Однако Алиса по-прежнему отказывалась отвечать на его звонок. Честер уныло отбросил телефон в сторону, открыл несколько незаконченных документов на своем столе и попытался заглушить свои тревоги работой. Шопинг, безусловно, любимое занятие женщин. Когда Алиса вернулась на виллу с большими и маленькими сумками, она почувствовала себя намного лучше. Поскольку Рейчел не вернулась из детского сада домой в полдень, в просторной столовой во время обеда ела только Алиса. Хотя настроение у неё было неважное, аппетит оказался не таким уж плохим, как она себе представляла. После ужина она погладила свой полный живот, села на диван в гостиной и рассеянно включила телевизор. В новостях по телевизору рассказывали о том, как они с ней переехали в Нью-Йорк, и кадры из аэропорта показали, как они проявляют друг к другу нежные чувства. Она безучастно смотрела на телевизор, постепенно теряя концентрацию. Она скучала по нему. Она была совершенно бесполезна... Он только прошлой ночью переехал в офис, и после всего лишь одного дня разлуки она уже очень по нему скучала. Но теперь он думал и о ней, или о ком-то другом? Честер вышел из переговорной с мрачным лицом: «Никто из них не думает головой, чтобы всё обдумать. Всё приходится решать мне, так почему я плачу им такие высокие зарплаты?» Из-за проблем с проектной документацией строительного объекта Честер десять минут назад безжалостно отчитал всех руководителей компании. Ада тихо шла за Честером, думая: «Мисс Робинсон, пожалуйста, верните босса. Если это продолжится, босс сойдет с ума». Честер с яростным выражением лица швырнул папку на стол. Ада стояла в стороне, не смея сделать глубокий вдох. Честер внезапно схватил пиджак со своего стула: «Помимо этих документов, есть еще что-нибудь?» Ада была вне себя от радости, увидев, что Честер собирается покинуть компанию, и быстро и уважительно ответила: «Нет, босс». Честер холодно вышел из кабинета. Но как раз когда Честер собирался покинуть кабинет, Ада вдруг вспомнила о другом деловом вопросе и быстро сказала: «Э-э, босс». Честер не остановился. Ада поспешила догнать: «БОСС, сегодня утром вам звонила благотворительная организация «Баша» и приглашала на мероприятие сегодня вечером…» «Меня беспокоит даже эта пустяковая мелочь?» "..." — Ада, невинно отчитанная начальником, тихо пробормотала: "Я тоже не хочу вас беспокоить, но эта благотворительная организация уже позвонила мисс Робинсон, и мисс Робинсон сказала, что придет, поэтому они позвонили, чтобы пригласить вас..." Внимательный слух Честера уловил бормотание Ады, и он внезапно остановился, подняв бровь: «Ты хочешь сказать, что Алиса уже договорилась с благотворительной организацией о посещении сегодняшнего благотворительного ужина?» Ада испуганно кивнула. Честер вдруг улыбнулся: «Немедленно ответь Баше, скажи им, что я пойду с Алисой и буду там вовремя сегодня вечером». Ада, которую только что невинно отругали, "..." Вилла. Элис Робинсон стояла перед зеркалом, подбирая платья в тон для сегодняшнего мероприятия. Рейчел сидела на кровати, неторопливо покачивая ногами. "Рэйчел, этот тебе нравится?" «Выглядит неплохо». «А как насчет этого?» «И выглядит неплохо». Алиса невольно обернулась, нахмурив свои тонкие брови: «Дорогая, ты уверена, что все они тебе подходят? Этот явно некрасивый». Рейчел пробормотала: «Мамочка, я же ребенок, я не умею судить… Если хочешь выглядеть красиво, можешь попросить папу помочь тебе с выбором, у папы самый лучший вкус». Алиса выбрала другое платье, чтобы сравнить его перед зеркалом, и пробормотала: «Разве я тебе не говорила? Твой папа в последнее время очень занят». «Тогда папа вернется к ужину сегодня вечером?» «Нет, он этого не сделает». Рейчел тут же сползла с кровати. Алиса поспешно спросила: «Эй, куда ты идёшь?» Рейчел стояла в дверях: «Я хочу позвонить папе. Как папа может быть так занят работой и не поужинать с мамой и мной?» Элис сердито посмотрела на дочь: «Тебе нельзя звонить папе. Я сказала, что он занят». Рейчел угрюмо вернулась к постели больного. Алиса повернулась, подошла к дочери, присела на корточки, посмотрела ей в глаза и спросила: «Ты теперь расстроена?» Невинное личико Рейчел выглядело подавленным, и она надула губы: «Я знаю, что папа и мама ссорятся». «Нет, вы ошиблись, папа и мама не ссорятся». Рейчел повернулась спиной: «Не могу поверить... Вчера вечером я слышала, как папа сказал тете Эльзе, что он ненадолго уедет и попросит тетю Эльзу хорошо о нас позаботиться». «Ты, маленький проказник, даже если папа и мама ссорятся, это совершенно нормально!» Рейчел еще сильнее надула губы и недовольно сказала: "Зачем ты споришь?" «Когда два человека живут вместе, неизбежно возникают разногласия!» «Но мама не отвечает на звонки папы, а папа не приходит домой, это уже не кажется пустяком», — проницательно заметила Рейчел. Алиса усмехнулась и обняла дочь: «Взрослые дела тебе не по силам… Не волнуйся, мама и папа справятся с нашими проблемами, тебе не о чем беспокоиться, маленькая проказница». Рейчел обняла Элис за шею: «Мамочка, пожалуйста, не спорь с папой слишком долго, хорошо?» "Почему?" «Папа совсем один на улице, это так жалко, да еще и сегодня идет дождь!» Алиса потеряла дар речи. Неужели ее дочь переживала за него из-за того, что он страдает на улице? Она действительно была той дочерью, которую сама вырастила. Она так сильно заботилась о нем, но сама Алиса сегодня мало ела, и дочь, похоже, не волновалась за нее? Одевшись и собрався, Алиса отправилась на благотворительный ужин. Однако, пока она ждала водителя из числа членов семьи, к ее стороне подъехала другая машина. Это был его "Мэйбах". Под моросящим дождем его машина выглядела особенно блестящей. Он открыл дверцу машины, не воспользовался зонтом и встал перед ней. Эльза держала для него зонт, и, увидев его, почтительно поздоровалась: «Мистер Робинсон». Сегодня вечером на нем был хорошо сшитый темный костюм с галстуком-бабочкой, прическа была безупречной, он выглядел привлекательно и эффектно. ---------- Главы 1286–673: Дополнительная история: Признание в глубокой любви Теперь она вспомнила, что Баша также спрашивал ее по телефону, может ли она пригласить его. Кажется, она ответила Баше, что это не проблема. Похоже, сегодня вечером он принял приглашение. Мелкий, непрекращающийся дождь промочил его костюм. Он посмотрел ей прямо в глаза и тихо произнес: «Даже если нам нужно какое-то время побыть порознь, разве мы не должны сохранять видимость любви перед любимым человеком?» Увидев его, она почувствовала сильное томление. Она крепко сжимала подол платья, но спокойно ответила: «Если ты собираешься идти, то я — нет». Честер Робинсон нахмурился: «Ты действительно хочешь так полностью от меня отдалиться?» Элис Робинсон тихо ответила: «Я же тебе говорила, я не хочу тебя видеть. Мне нужно время, чтобы успокоиться». «Но я не могу вынести разлуки с тобой. Я так по тебе скучаю. Вдали от тебя я не могу сосредоточиться на работе. Все мои мысли только о тебе». Честер протянул руку и обнял Алису. Взяв зонтик, Эльза поняла, что ей, вероятно, не следовало бы здесь находиться в данный момент, и отступила назад. На них обоих пошёл дождь. Алиса была вынуждена прижаться к Честеру. Ее руки не слушались его. Его хриплый голос достиг её уха: «Что я могу сказать, чтобы ты поверила, что я действительно люблю тебя?» Его объятия были такими тёплыми, что ей очень хотелось обнять его в ответ, но… Алиса мягко оттолкнула его, подол ее платья волочился по земле, собирая грязь. Она вырвалась из его объятий и, не выражая никаких эмоций, спросила: «Ты действительно хочешь, чтобы я тебе поверила?» Он с радостью обнял её мягкие плечи и сказал: «Да». Элис кивнула: «Хорошо, тогда позвони Бекке прямо сейчас. Скажи ей, что ты её не любишь, скажи это сто раз при мне». Радостное выражение лица Честера мгновенно застыло, и он нахмурился. "Что, ты не можешь этого сделать?" — Алиса прищурилась. «Я больше не хочу втягивать Бекку в наши отношения». «Вы считаете мою просьбу необоснованной?» — холодно спросила Алиса. Честер беспомощно сказал: «Ты считаешь такую ​​просьбу разумной? Мы с Беккой никак не связаны. Это просто издевательство над ней». «Ее это не расстроит, потому что я уже поговорил с Беккой вчера вечером. Я сказал ей, что если я когда-нибудь женюсь на тебе, то это будет после того, как ты сто раз скажешь ей, что не любишь ее. Поэтому я уже извинился перед Беккой и попросил ее помочь мне в этом. Я просто хочу услышать, как ты скажешь это ей». Честер посмотрел на нее, его лицо было суровым и холодным, как камень. Элис сказала: «Теперь ты не причинишь Бекке боли и не нарушишь её счастье с Говардом Джеффри. Тебе просто нужно позвонить и повторить это сто раз, и с этого момента я никогда больше не буду упоминать Бекку, если только ты этого не захочешь. Я никогда больше не буду сомневаться в твоей любви ко мне». Честер не ответил. Алиса пристально посмотрела на него: «Почему ты ничего не говоришь?» Лицо Честера помрачнело: «Я не могу этого сделать». "Почему нет?" «Это просто необоснованная просьба». «Или, может быть, это что-то, чего вы просто не можете сделать?» Честер снова замолчал. Атмосфера между ними была тяжёлой, как свинец. Алиса рассмеялась и сказала: «В Париже ты как-то сказал мне, что готов привести меня к Бекке и лично сказать ей, что не любишь её. Ты был готов тогда, почему не сейчас?» Взгляд Честера был отстраненным и холодным, губы сжаты в тонкую линию. В улыбке Алисы мелькнула нотка боли: «Ты же знал тогда, что я никогда не поеду с тобой в Нью-Йорк, чтобы подтвердить это у Бекки, поэтому и осмелился сказать мне это. Но теперь Бекка недалеко от нас, и ты больше не смеешь произносить такие слова. Почему ты молчишь? Опровергни меня хотя бы раз, скажи одно слово, и мое сердце перестанет так болеть. Почему ты молчишь?» В этот момент дождь усилился… Они оба промокли под дождем. Они посмотрели друг на друга, их взгляды расплывались, и в ее глазах было непонятно, дождь это или слезы. В следующую секунду Алиса приподняла юбку и исчезла под дождем. В такси на лице Алисы все еще оставались следы невысохших слез, но выражение ее лица уже успокоилось. Она смотрела в окно, как мимо медленно проплывал шумный городской пейзаж Нью-Йорка. К счастью, дождь, под который она попала, уже прекратился, и на ее платье остались лишь небольшие складки. Вытерев оставшиеся слезы с щеки, она достала свою маленькую сумочку и поправила макияж. Иностранный водитель продолжал смотреть на Алису, чувствуя, что она может быть знаменитостью, поскольку казалась ему очень знакомой, но он не мог вспомнить имя Алисы. ---------- Глава 1287-673: Дополнительно: Разговор о той глубокой любви_2 Машина наконец остановилась перед отелем. Когда Элис Робинсон вышла, возможно, заметив ее хрупкое телосложение, таксист любезно протянул ей зонт. Алиса улыбнулась таксисту, когда к ней подошел сотрудник отеля с еще одним зонтом. За сотрудником отеля вплотную следовала толпа репортеров. Водитель такси был потрясен увиденным. Сотрудник отеля почтительно сказал: «Мисс Робинсон, спасибо, что пришли». Алиса сохраняла нежную, грациозную и очаровательную улыбку. Репортеры оглядели Алису, но не увидели ожидаемой внушительной фигуры, что побудило их спросить: «Мисс Робинсон, не собирается ли мистер Робинсон?» «Нам сообщили, что г-н Робинсон будет сопровождать вас на этом благотворительном банкете сегодня вечером». «Да, мисс Робинсон, почему мистера Робинсона здесь нет?» Один вопрос следовал за другим, что немного ошеломило Алису. К счастью, охрана отеля сработала отлично, немедленно преградив путь репортерам и расчистив ей дорогу. Сотрудник отеля почтительно сказал: «Мисс Робинсон, пожалуйста». "Спасибо." В сопровождении охраны Алиса беспрепятственно вошла в отель. Однако репортеры не отпускали ее, следуя за ней в холл отеля и задавая в основном вопросы о том, почему не приехал Честер Робинсон. Наконец, Алиса остановилась, позволив всем огням и вспышкам фотоаппаратов сфокусироваться на ней. С изящной осанкой, полной женского очарования, она сказала: «Честер должен был присутствовать на этом благотворительном банкете со мной, но его вызвали в последнюю минуту. Он поручил мне поддержать благотворительную организацию от его имени сегодня вечером… Спасибо за вашу заботу». «Тогда, мисс Робинсон, когда вы с мистером Робинсоном поженитесь?» «Вы задумывались о том, когда у вас появятся дети после свадьбы?» Услышав вопросы репортеров, Алиса лишь усмехнулась, не дав никаких дальнейших ответов. Охранники отеля проводили ее в лифт, и, наконец освободившись от репортеров, она не могла не вздохнуть с облегчением. Сотрудник отеля с извинениями сказал: «Мы слышали, что пригласили вас и мистера Робинсона, и эти репортеры уже с самого утра дежурили у входа в отель. Мы сделали все возможное, чтобы предотвратить любые неприятности для вас и мистера Робинсона, но эти репортеры неумолимы… Извините за беспокойство, мисс Робинсон». Элис улыбнулась и покачала головой: «Ничего особенного. Эти репортеры просто обеспокоены Честером и мной». В этот момент двери лифта открылись, и сотрудник проводил Алису в зал, где проходил благотворительный банкет. Черное платье Алисы в пол было одновременно благородным и элегантным; в сочетании с ее прекрасным лицом она быстро оказалась в центре внимания. К ней начали подходить незнакомые гости и здороваться. Алиса совершенно не знала этих людей и недоумевала, почему они ее приветствуют, пока не услышала обрывки разговоров между гостями. Don’t you know who she is? She’s the girlfriend of Chester Robinson, the president of "QCS." No wonder she looks so familiar… She doesn’t seem as pretty as on TV, though. You’re just jealous… Haha… Apparently, these inexplicably greeting people were all drawn here by Chester. The host of the charity banquet approached and warmly said, "Miss Robinson, thank you so much for coming." "It’s my honor to contribute to the charity." "There’s a quiet spot over there, Miss Robinson, if you find the crowd overwhelming, you could sit there for a bit and have some food." "Alright, thank you." The host led Alice to a corner of the banquet. This was the quietest place at the banquet, and Alice noticed several well-known New York officials sitting there. Clearly, the host was giving Alice preferential treatment. This charity banquet was simply organized to donate to children in African slums. Alice agreed to attend without hesitation after hearing it was for the children. Since the event was purely for fundraising, it wouldn’t last long, but sitting alone without socializing all night indeed became dull. She picked up a glass of wine and took a sip. Though it was a cocktail, it tasted unexpectedly bitter and astringent. Unwilling to take another sip, Alice set the glass down, looked around the room out of boredom, and only then noticed that everyone at the banquet was partnered up. Most of the guests attended with companions. Some mingled skillfully among the other guests, while others sat together intimately. Watching them, her vision gradually blurred, and she couldn’t help but recall the recent memory of sitting on the sofa with him, lovingly watching TV. Her nose tingled with emotion, yet thankfully, over the past year, she had built emotional defenses that allowed her to mask her feelings at this moment. Suddenly, a small commotion broke out among the guests. Alice snapped back to attention, instinctively looking toward the entrance of the bustling banquet hall. Right on target, Claud Laurence’s gaze cut through the crowd and locked onto hers. Indeed, the arrival of Claud Laurence stirred the guests. They exchanged glances for a second, and Claud apologized to the political and business elites greeting him before he made his way through the crowd towards her. Alice stood up with a smile, her eyes falling on the girl by Claud’s side. The young woman wore a light-blue strapless dress, her skin as white as snow, with a lovely face—a very youthful and pretty girl. "Alice," Claud greeted Alice openly. Alice responded gracefully, "Hi, Claud." "Long time no see." In the dim light, Claud’s gaze on her seemed particularly deep. "Yes, I almost forgot you were in New York." "It’s such a big city, and yet we meet here; what a coincidence." «Я тоже не ожидал увидеть вас здесь». Признавая, что для людей уровня Честера и Клода посещение подобных благотворительных мероприятий было несколько ниже их достоинства. Клод улыбнулся и посмотрел на человека рядом с собой: «Это всё дело рук этой девочки. Она настояла, чтобы я пошёл с ней, потому что банкет организовала мать её одноклассницы». ---------- Глава 1288–674: Дополнительно: Это свадебное платье, а не монашеское облачение? 1 Маленькая девочка, державшаяся за Клода Лоуренса, игриво проворчала: «Дядя, я уже не маленькая девочка, не называй меня маленькой девочкой. Сегодня я твоя спутница». Клод Лоуренс покачал головой с улыбкой, в его глазах читалась нежность к маленькой девочке. Элис Робинсон удивленно посмотрела на Клода Лоуренса: «Дядя?» Клод Лоуренс кивнул: «Я чуть не забыл представить Стеллу Лоуренс, дочь моего брата». Алиса немного смутилась: «У тебя есть брат?» Поняв, что, возможно, сказала неуместно, она быстро добавила: «То есть, ты мне раньше никогда не говорил, что у тебя есть брат, поэтому я…» Клод Лоуренс тепло продолжил: «Стелла — приемная дочь моего брата, она родилась в детском доме. К сожалению, мой брат погиб в автокатастрофе десять лет назад… С тех пор я забочусь о Стелле. Она училась в Великобритании, недавно окончила учебу и вернулась в Нью-Йорк». «О… Стелла, привет». «Привет, Алиса, ты такая красивая». "Спасибо." «Дядя, мои одноклассники вон там, я хочу подойти и поздороваться с ними…» "Вперед, продолжать!" Стелла вежливо кивнула Алисе и с воодушевлением направилась к своим одноклассникам. Юношеский и энергичный характер Стеллы немного погрузил Алису в размышления, вызвав у нее ностальгию. Клод Лоуренс заметил выражение лица Алисы и спросил: «Что случилось?» Алиса покачала головой и со слабой улыбкой сказала: «Видя твою племянницу, я вспомнила свои шестнадцать… Быть молодой — это прекрасно, без всяких забот». Клод Лоуренс мягко улыбнулся: «Для меня ты всё ещё просто маленькая девочка». Он вежливо отодвинул стул для Алисы, приглашая их сесть и поговорить. "Спасибо." Сев, Алиса смущенно сказала: «Я уже не маленькая девочка». Клод Лоуренс, слегка улыбаясь, взял бокал вина, который ему подал официант, и теплым голосом спросил: «Вы привыкаете к жизни в Нью-Йорке?» «Хм… Нью-Йорк шумнее Парижа, но мне нравится здешняя суета. Хотя иногда я скучаю по Парижу, ведь я там вырос». Клод Лоуренс взял свой бокал и тихонько чокнулся им с бокалом Алисы. Каждый из них сделал глоток вина, и Клод Лоуренс снова спросил: «Почему я не видел Честера Робинсона?» Алиса надула губы: «Даже не упоминай его, он такой несправедливый… Он же обещал пойти со мной на вечеринку сегодня вечером, но только что сказал, что у него работа, и оставил меня одну, чтобы меня не завалили репортерами…» Клод Лоуренс пристально посмотрел на Алису, и по ее словам он понял, что они с Честером очень сильно любят друг друга. Элис фыркнула: «Скажи мне… неужели мужчины никогда не сдерживают своих обещаний женщинам? Они всегда говорят, что заняты работой, и у него нет времени пойти со мной по магазинам или сводить меня и Рэйчел куда-нибудь. Я правда не знаю, кто для него важнее: я или компания…» Клод Лоуренс ничего не опроверг в защиту мужчин, а лишь долго и громко рассмеялся. Алиса пожаловалась: «Почему ты смеешься?» Клод Лоуренс сказал: «Потому что я вижу, как ты сейчас живешь очень счастливо». На лице Алисы отразилось смущение: «Нет…» Клод Лоуренс пристально смотрел на слегка покрасневшее лицо Алисы: «Возможно, вы не понимаете, но то, как вы только что говорили, действительно звучало как жалоба жены на мужа… но это было очень трогательно». «Хорошо, признаю, сейчас у меня все хорошо, и я не могу требовать, чтобы кто-то был со мной 24 часа в сутки, 7 дней в неделю, ведь ему нужно зарабатывать деньги, чтобы меня содержать!» "Ха—" «Когда вы планируете пожениться? Несколько дней назад я спросила Честера, и он сказал, что вы еще не дали согласия выйти за него замуж». Алиса торжествующе подняла голову: «Он заставил меня столько страдать раньше, я не могу так просто выйти за него замуж, хм… Подожди, пока он не сделает мне предложение сто раз». Клод Лоуренс разразился смехом: «Согласен…» В этот момент Стелла Лоуренс привела нескольких одноклассников: «Дядя…» Разговор Клода Лоуренса и Алисы был прерван. Стелла Лоуренс кокетливо прижалась к Клоду Лоуренсу: «Моя одноклассница сказала, что очень тобой восхищается, можно с тобой сфотографироваться?..» На лице Клода Лоуренса читалось смущение. Стелла Лоуренс игриво укусила Клода Лоуренса за руку, изображая избалованность: «Пожалуйста, очень-очень прошу…» Наклонившись, она прошептала Клоду Лоуренсу на ухо: «Я уже пообещала своим одноклассникам». Клод Лоуренс извиняющимся взглядом посмотрел на Алису: «Э-э…» Элис быстро сказала: «Давай, только не дай Стелле потерять лицо». Клод Лоуренс беспомощно кивнул: «Хорошо, я ненадолго зайду… Я действительно не могу с ней справиться». ---------- Глава 1289–674: Дополнительно: Это свадебное платье, а не монашеское облачение? (1 из 2) "Мм." Наблюдая за кокетливым поведением Стеллы Лоуренс по отношению к Клоду Лоуренсу, Элис Робинсон вспомнила о своих прошлых отношениях с Честером Робинсоном. Она улыбнулась, но ее яркие глаза постепенно потускнели. Шел проливной дождь, и Алиса стояла перед отелем, несколько ошеломленная видом густого дождя. Гости расходились один за другим, и хозяин банкета лично подошел и спросил: «Мисс Робинсон, у вас нет машины? Если нет, я могу вас подвезти». Алиса покачала головой и сказала: «Не беспокойтесь обо мне… Джеффри должен приехать за мной. Если нет, то приедет его водитель. Я подожду еще немного». «Хорошо… Тем не менее, спасибо вам и мистеру Робинсону за щедрое пожертвование сегодня вечером. От имени детей в Африке я благодарю вас за сегодняшнюю поддержку». «Не нужно нас благодарить. Это то, что мы должны сделать сами». Наблюдая издалека за улыбкой Алисы, которая общалась с хозяином благотворительного банкета «Баша», Клод Лоуренс тоже слегка улыбнулся. Стелла Лоуренс сидела рядом с Клодом и, видя, как он постоянно смотрит на Алису, не могла не сказать: «Дядя, Алиса хотела с тобой поговорить, но ты придумал какой-то срочный предлог, чтобы уйти. Так почему же ты ждешь Алису здесь сейчас?» Клод ничего не ответил, лишь смотрел прямо на Алису сквозь размытую пелену дождя. Слышались звуки дворников, но вокруг царила тишина. «Дядя, ты до сих пор не можешь забыть Алису?» Клод по-прежнему не отвечал. Стелла продолжила: «Почему бы нам не отвезти Алису домой…» Клод наконец произнесла: «Не нужно. Ее жених приедет за ней». Стелла вздохнула: «Теперь я наконец-то понимаю, что такое любовь. Оказывается, любовь может заключаться и в том, чтобы просто наблюдать за счастьем другого человека и таким образом обрести счастье самому…» В этот момент Клод дал водителю команду: «Езжай». Автомобиль постепенно скрылся под дождем. Во время разговора с хозяином банкета Алиса постоянно чувствовала на себе пристальный взгляд, но когда она закончила беседу и посмотрела в сторону дороги, то увидела лишь далекий силуэт уезжающей машины. Дождь был слишком сильным, чтобы она могла разглядеть, кто находится в машине. Отведя взгляд, она невольно подумала о Клоде Лоуренсе. Она не ожидала неожиданной встречи с ним сегодня вечером, но, к счастью, он был не один, и рядом с ним была компания. Это немного облегчило чувство вины, которое она испытывала глубоко внутри из-за него. Сегодня вечером, касаясь ситуации с Честером, она солгала ему. Не из-за заботы о собственном достоинстве, а потому что не хотела, чтобы он волновался за нее. Любят они друг друга или нет, ей и Честеру суждено быть связанными на всю жизнь. Раз уж он полностью отдалился, пусть найдет свое собственное счастье. Пока она была погружена в размышления, перед ней остановилось такси. Водитель спросил, хочет ли она сесть в машину. Алиса замялась и достала из сумочки телефон, чтобы мельком взглянуть. На её телефон не поступало ни одного звонка от него. Ее сердце было переполнено разочарованием, окрашенным меланхолией и беспомощностью. Элис наклонилась, чтобы сесть в машину, но тут услышала гудок сзади. Испугавшись, она повернула голову, чтобы посмотреть назад. Сначала она увидела его машину, затем увидела его, высокого и стройного, выходящего из машины, не обращающего внимания на проливной дождь. Она была ошеломлена. Он подошел к ней, его красивое лицо было залито дождем. В её сердце зародилась печаль. Она ждала его, ждала все это время, думая, что он не придет… Увидев его залитое дождем лицо, она покраснела. Он смотрел на нее немигающим взглядом, его глаза были полны неописуемых глубоких эмоций. Она, задыхаясь от кома в горле, пробормотала: «Почему вы не взяли зонтик? Вы все промокли». В этот момент он обнял её. Его объятия были настолько крепкими, что закрывали всё её лицо. От этих крепких объятий у неё почти перехватило дыхание… Внезапно он отстранил ее, молниеносно схватив за губы. Её губы были холодными, но его губы были ещё холоднее… Когда их губы соприкоснулись, трение быстро согрело их обоих… Ее руки, естественно, опустились вдоль тела, но когда он поцеловал ее, она наконец не смогла сдержаться и крепко обняла его… Он поцеловал её страстно, словно найдя что-то драгоценное, что потерял. Она чувствовала, как он оставил синяк на ее губах, но все еще желала этого ощущения, этого властного вторжения с его стороны. Под непрекращающимся дождем они наконец обнялись. Она крепко обнимала его, рыдая у него на руках. Он приподнял ее подбородок, пристально глядя ей в глаза: «Ты действительно готова меня бросить?» Алиса покачала головой. Он довольно улыбнулся, еще раз легонько поцеловал ее в губы и проводил в машину. Как только они вошли, он накрыл её своей курткой. Она посмотрела на него, чувствуя, как ей становится тепло. Он прибавил газу, и машина помчалась по не очень оживлённой ночной дороге. Они не разговаривали всю дорогу, но его рука крепко держала её руку. Вернувшись на виллу и передав ключи от машины слуге, они поцеловались, пройдя от коридора первого этажа до коридора второго этажа и далее в комнату. Не в силах ждать… Их одежда упала на пол. Его рубашка, её платье… Они были подобны верблюдам, иссохшим в пустыне, жаждущим воды и постоянно черпающим её друг у друга изо рта… Как только дверь закрылась, он поднял ее на руки, и ее ноги естественным образом обхватили его талию. Она обняла его за шею и наклонилась, чтобы поцеловать. Он шаг за шагом нес ее к кровати, их губы так и не разомкнулись… В следующее мгновение они упали на кровать… Прежде чем он успел снять нижнюю одежду, она уже стянула его вниз… Он стоял над ней и целовал ее мочку уха. Он знал, что мочка её уха — самое чувствительное место на её теле, и его техника мгновенно вызывала у неё жжение… Она не могла сдержать неконтролируемых стонов… Он целовал ее от мочки уха до основания уха, затем от основания уха вниз к шее. ---------- Глава 1290 - 675: Дополнительно: Это свадебное платье, а не монашеское облачение? (2) Его поцелуй в шею был не слишком легким и не слишком страстным, не слишком быстрым и не слишком медленным, он был полон волшебства, разжигал желания в ее теле, заставляя ее неудержимо извиваться. Ее извивающееся тело терлось о самую чувствительную часть его нижней части тела, отчего в этом месте постепенно образовалась выпуклость… Он внезапно схватил ее руку, которая не знала, куда положиться, и положил ее себе на талию. Она пребывала в состоянии чарующего замешательства, понимая его намерения, извиваясь от беспокойства, и неуклюже расстегнула пояс на его талии. Одновременно он обхватил ее спину руками, расстегивая застежку бюстгальтера… Бюстгальтер небрежно бросили на пол, а затем и последние оставшиеся предметы одежды… Они стояли лицом друг к другу обнажёнными… Его рука потянулась к влажному пространству между ее ног, зная, что она готова. Он раздвинул ее ноги как можно шире… В следующее мгновение его огромный член вонзился в ее бархатисто-гладкое лоно… Это была их первая близость после выкидыша, и она нахмурилась от боли. Он заметил, как она вздрогнула; он замер, с болью глядя на ее нахмуренные брови, и хриплым голосом спросил: «Тебе очень больно?» Она кивнула. «Тогда я уйду». "Нет." Она крепко обняла его, затем решительно покачала головой: «Со мной все в порядке». Он склонил голову и поцеловал ее, утешая: «Если тебе будет очень больно, скажи мне». "Хорошо." Он медленно начал ритмично двигаться, из её лепестков потекло больше нектара, увлажняя всё её влагалище, отчего трение перестало быть болезненным… Увидев, как постепенно расслабляются ее нахмуренные брови, он, не в силах больше сдерживаться, поцеловал ее вспотевший лоб и энергично двинулся дальше… После страсти она устало прижалась к его груди. Он обнял её, с удовольствием целуя её вспотевшие волосы. Интенсивность ощущений, которые она испытывала ранее, не давала ей дышать, и она, обессиленная, лежала у него на груди. Он крепко обнял её, его магнетический голос звучал глубоко: «Прости, твой организм ещё не полностью восстановился…» Элис Робинсон, собрав последние силы, подняла голову, покачала ею в его сторону, а затем крепче обняла его. Он не смог удержаться и снова поцеловал её в лоб: «Детка, я правда не могу без тебя жить». Она подняла голову, пристально глядя на него, голос ее был усталым от изнеможения: «Ты на меня не сердишься? Я предъявляла к тебе такие необоснованные требования?» Он посмотрел ей в ясные глаза: «Я никогда не смогу на тебя рассердиться». «Но я только что действительно думала, что ты не придёшь меня искать…» — сказала она с грустью и унынием. Он приподнял ее подбородок, глядя на ее прекрасное лицо: «Без тебя какой смысл в моей жизни?» "Вы действительно это имеете в виду?" Он слегка приподнялся и чмокнул ее в губы: «Сейчас позвоню Бекке». Сказав это, он потянулся за телефоном на прикроватной тумбочке. Она внезапно протянула руку, чтобы остановить его, схватила его большую руку и переплела их пальцы: «Ты действительно думаешь, что я хочу, чтобы ты сделал этот звонок?» Он, естественно, понимал, что она не захочет, чтобы он звонил. Она посмотрела на него, вздохнула: «Забудь об этом… Че, давай просто оставим это дело в покое». Он посмотрел на неё с недоумением. Она протянула руку, чтобы погладить его красивое лицо, мягко улыбаясь: «Че… вообще-то, с тех пор как мы приехали в Нью-Йорк, ты ничего не сделал, чтобы навредить нашим отношениям. Ты очень внимательно заботился о них, в то время как я придиралась в моменты, когда мы были явно счастливы». «Нет, это из-за отсутствия уверенности, которую я тебе обеспечивал в прошлом, ты начала слишком много думать, но веришь ты в это или нет, мое сердце действительно принадлежит только тебе». Она пристально смотрела на него, внимательно слушая, как он продолжал говорить. «У меня действительно нет никаких застарелых чувств к Бекке. Встреча с ней в аэропорту была просто случайностью. Наш приятный разговор состоялся не потому, что я был рад ее видеть, а просто потому, что мы встретились как друзья… Узнав, что ты искал Бекку, я разозлился не потому, что ты ей наговорил, а потому, что ты не обратился ко мне сначала со своими опасениями… С моей точки зрения, Бекка — просто чужая. Она уже ушла из моей жизни, и я не понимаю, почему ты запутался в прошлых событиях. Меня очень расстраивает твое недоверие ко мне, очень расстраивает, что ты до сих пор мне не доверяешь. Я думал, когда ты решил поехать со мной в Нью-Йорк, ты полностью мне доверял…» Элис Робинсон печально опустила глаза: «Я знаю, что не стоило втягивать Бекку. Независимо от того, испытываешь ты к ней чувства или нет, она невиновна». ---------- Глава 1291-675: Дополнительная история: Это свадебное платье, а не монашеское облачение? (2-2) "Элис…" Он крепко обнял её, прислонившись к изголовью кровати. "Ты всё ещё думаешь, что я обижен на тебя за то, что ты обвинила Бекку?" Элис медленно подняла голову, встретившись взглядом с его искренними глазами: «Честер, знаешь? Я никогда не могла понять твои чувства». «Почему ты так думаешь, я…» Элис перебила Честера: «Но сегодня вечером ты наконец-то меня не разочаровал; ты позволил мне на этот раз правильно угадать, что ты на самом деле чувствуешь». "Хм?" Она улыбнулась и сказала: «Ранее на банкете я случайно встретила Клода…» Честер прищурился. «Клод привёл на банкет свою племянницу, то, как он её балует, напоминает мне о том, как ты ко мне относился… Я так скучаю по прошлому, по беззаботной жизни, по тому, как мы бегали за тобой, мечтали быстро повзрослеть, выйти за тебя замуж… Теперь я наконец-то собираюсь исполнить своё желание, скоро стану твоей женой, но всё это время я слишком много думаю». Он поднял ее лицо и сказал: «Я же тебе говорил, пока мое сердце не лжет, однажды ты узнаешь, что я люблю только тебя». "Брат…" — Ее глаза внезапно наполнились слезами, она печально посмотрела на него. — Последние несколько дней спорить с тобой было так тяжело, очень тяжело…" "Я тоже." Она призналась: «Я хотела уйти от тебя, но не выдержала. Я заставила тебя съехать, но после дня, проведенного без встречи с тобой, я так сильно по тебе скучала…» Он тихо выругался: «Вы даже не представляете, как из-за того, что я всю ночь спал в офисе, у меня ужасно болела спина, а секретарша весь день надо мной смеялась». Она усмехнулась. Он притворился строгим: «Вы осмелитесь смеяться?» Она сдержала смех, прижавшись к нему и сказав: «Обещаю, я больше не буду устраивать такие истерики». Он прислонил подбородок к ее лбу: «Пока ты не сомневаешься в моих чувствах к тебе, можешь устраивать любые истерики, какие захочешь, в будущем…» Вдыхая его приятный мужской аромат, она закрыла глаза: «Сегодня вечером я очень боялась, что ты не приедешь за мной…» «Как я мог не согласиться?» «Я боялась, что ты позволишь мне исчезнуть под дождем, боялась, что ты меня бросишь, что наши отношения подошли к концу…» "Глупый." Она с обожанием захихикала: «И всё же ты пришёл, несмотря на сильный дождь, всё твоё тело промокло, взгляд твой был полон тревоги… Я действительно думала, что ты не придёшь. Зная твою гордость, я предполагала, что ты подождёшь моего послушного возвращения, потому что ты знаешь, что я никогда не отпущу тебя…» «К тому времени, как я тебя догнал, ты уже села в такси… У меня не было другого выбора, кроме как отправить кого-нибудь за тобой, дать нам обоим немного времени, чтобы успокоиться, а затем найти тебя». Она закрыла глаза, слезы текли по щекам: «Ты так хорошо знал, что даже если бы ты не пришел за мной сегодня вечером, я бы все равно вернулась домой. И все же ты пришел лично, чтобы найти меня… Когда я посмотрела тебе в глаза, я увидела твою панику и страх. Оказывается, ты тоже боялся, боялся, что я тебя брошу из-за этого…» «Да». Он нежно вытер ее слезы, переполненный нежностью: «Потому что я забочусь о тебе, я потерял прежнюю уверенность в себе; я действительно боюсь, что ты никогда не вернешься». Она медленно открыла влажные глаза и посмотрела на него: «Значит ли это, что теперь ты тот, кто заботится обо мне больше, ты любишь меня больше, чем я тебя?» "Что вы думаете?" Она мило улыбнулась и сказала: «Думаю, да; ты любишь меня больше, чем я тебя». Он почувствовал радость, словно вернулся из ада в рай: «Ты наконец-то решил мне доверять…» Она кивнула: «Давай больше никогда не будем спорить, хорошо?» "Хорошо… Если ты, ревнивый горшочек, не будешь ревновать или подозревать меня без причины, я точно буду идеальным мужем." «Хм, я вам доверяю». Он крепко обнял её, на его лице появилась давно забытая весёлая улыбка: «Я люблю тебя». Она снова закрыла глаза, нежно прижавшись к нему в объятиях. В тот момент он не знал, что в глубине души она говорила: «Брат, ты никогда не узнаешь, что всю свою жизнь я буду любить тебя больше, чем ты меня, потому что я первая полюбила тебя». Утро. Алиса отдернула шторы, впустив солнечный свет в комнату. После дождя солнце действительно светило необычайно ярко. Небо выглядело так, словно его вымыли чистой, ясной и голубой водой. Алиса наслаждалась этим прекрасным моментом, когда внезапно сзади ее обняли. Его присутствие окружало её со всех сторон… Его голова покоилась на её тонком плече, он вдыхал аромат её шеи, его голос всё ещё был невнятным от сна: «Почему ты уже проснулась?» «Мне нужно встать, чтобы отвести Рейчел в детский сад!» «Тогда я пойду с тобой». «Не за что, поспи еще немного, я скоро вернусь». Он приоткрыл глаза, в них мелькнул загадочный блеск: «Ты вернешься и еще раз поспишь со мной?» Она застенчиво сжала его руку: «Перестань, мне нужно переодеться». "Нет…" Он крепко обнимал её, не желая отпускать. Она беспомощно улыбнулась и осторожно толкнула его на кровать. «Поспи еще немного; позже тебе нужно идти в офис». Элис переоделась и вышла из гардеробной, а Честер, к ее удивлению, тоже привел себя в порядок и застегивал рубашку. Алиса подошла и спросила: «Почему ты не спишь?» Честер просто обнял Алису за тонкую талию: «Я же сказал, что пойду с тобой». Элис легонько похлопала Честера по руке: «Не нужно, тебе нужно идти в офис позже, поспи еще немного!» «Сегодня в офис не пойду». "Не пойду?" Честер изогнул губы в многозначительной улыбке. Алиса пробормотала: «Хорошо, тогда наша дочь вчера заподозрила неладное между нами, сегодня идеально будет отвести ее в детский сад, чтобы развеять ее сомнения». Честер кивнул, опустил голову и поцеловал Алису в щеку. Алиса мило посмотрела на Честера; его свежевыбритая щетина придавала ему бодрости, а белая рубашка подчеркивала его представительный вид. "Почему ты так на меня смотришь?" «Потому что ты такой красавец!» Он тихонько усмехнулся, желая её поцеловать. Она тут же смущенно отступила назад: «Прекрати, если мы не отведем Рейчел в детский сад, она опоздает». Затем она подошла к шкафу и выбрала ему галстук. ----------