Простой смертный Yi Geng Da Shi Кость Небесного духа — первый ранг. Кость Золотого духа — второй. Третий — кость Таинственного духа, четвёртый — кость Белого духа. Остальные люди рождаются лишь с обычными костями смертных, и путь самосовершенствования для них закрыт. Молодой человек по имени Сюй Тайпин клянётся доказать всему миру культивации: даже с простыми костями можно разить демонов, истреблять нечисть и стать бессмертным! ==================== «В снежную ночь маленький Тайпин стучит в дверь, прося угля» ─ Бах-бах-бах… ─ В завываниях ледяного ветра худенький мальчонка в легкой одеждедрожащими руками стучал в калитку одного из дворов. Стоял канун Нового года, и из-за забора то и дело доносился веселый смех. ─ Бах-бах-бах… ─ Не дождавшись ответа после долгого ожидания, мальчик снова протянул руку к дверному кольцу и легонько постучал. ─ Фу-у… ─ На улице стоял жуткий холодец, и сразу после стука он поднес руки ко рту, согревая их горячим дыханием. И не только руки – его ноги в одних лишь соломенных лаптях уже почти потеряли чувствительность от мороза. ─ Кто там? ─ К счастью, на этот раз во дворе наконец отозвались. Лицо мальчика просветлело. ─ Вторая дядя, это я. ─ Поспешно отозвался он. ─ Скрип… ─ Вскоре створки калитки приотворились, и в щель выглянул добродушный на вид мужчина средних лет. ─ А, это Тайпин. Чего тебе в такуюпозднюю пору? ─ Поинтересовался он у мальчугана. ─ Вто… Второй дядя… У нас дома кончился уголь, я… я хотел бы попросить у тебя пару цзиней угля. На будущий год, как только откроется сезон рубки дров, я обязательно верну, ─ смущенно пряча взгляд, проговорил мальчик. ─ Пара цзиней угля – велика ли цена? Погоди-ка здесь, дядя сейчас мигом принесет! ─ Мужчина отмахнулся и с готовностью согласился. ─ Тайпин, а ты ел вообще? ─ Не успев сделать и шага, мужчина вдруг замер и, обернувшись, посмотрел на ребенка. ─ Я… я… ел… Дедушка… дедушка не ел… ─ Мальчик судорожно сжал в кулачке край своей одежды, и под конец его голос упал до едва различимого шепота. Заметив это, мужчина тяжело вздохнул, а затем расплылся в улыбке: ─ Жди здесь, Тайпин, второй дядя вмиг обернется. ─ ─ Угу. ─ Мальчик легонько кивнул. В этот момент мимо пронесся очередной порыв ледяного ветра, заставив его задрожать всем телом, однако на душе стало чуточку теплее. ─ Тайпин! ─ Вскоре мужчина вышел на крыльцо, неся в руках плетеный лоток. ─ Держи. ─ Выпустив облачко пара изо рта, второй дядя быстро подошел к калитке и сунул лоток прямо в руки мальчику. Опустив взгляд, Тайпин увидел, что помимо нескольких цзиней угля в лотке лежали еще и четыре парящих горячим паром белых паровых пампушки-момо. ─ Второй дядя, я… ─ Глядя на эти крупные белые булочки, мальчик испугался, но голодный желудок, не получавший ни крошки за весь день, против воли заставил его сглотнуть слюну. ─ Бери давай! ─ Добродушно улыбнулся мужчина. ─ Сюй Эоу, какого черта ты до сих пор возишься во дворе? ─ В этот момент к калитке быстрыи шагами подошла крупная, дородная женщина. При виде нее лица и мальчишки, и мужчины мгновенно переменились. ─ Тайпин… Тайпин зашел уголку попросить. ─ Мужчина виновато улыбнулся жене, пряча глаза и трепеща от страха. ─ Вто… Вторая тетя. ─ Тихонько произнес мальчик. Женщина сперва бросила свирепый взгляд на мужа, затем перевела глаза на мальчишку и, наконец, уставилась на лоток в его руках. Заметив лежавшие поверх угля паровые пампушки, ее лицо вмиг перекосилось. ─ Эти белые булочки я приберегла для Сяоху, сама их есть жалею, а ты тут такую щедрость развел! ─ Яростно зыркнув на мужа, она без долгих церемоний сграбастала две пампушки. ─ Мам, жареный гусь уже готов? Я хочу гуся, не хочу эти сухие булки! ─ В этот момент из дома выбежал пухлый мальчуган в новом ватнике и, увидев булочки в руках матери, тотчас скривил недовольную физиономию. ─ Сынок, куда же ты выскочил, на улице стужа, ступай марш в дом, простудишься еще. ─ Встревоженная женщина бросилась к пухлому мальчику. ─ Мам, не хочу булки, хочу жареного гуся! ─ Пухляк капризно топнул ногой, чуть ли не пуская слезу. ─ Ладно, ладно, ладно, гусь сейчас будет, а эти булки я брошу дворовой собаке, Ахуану. ─ С безграничным баловством утешая толстяка, женщина тут же небрежно швырнула обе пампушки в собачью будку под навесом. ─ Эх… ─ Наблюдая за этой сценой, мужчина нахмурился, а затем бессильно вздохнул. Мальчик посмотрел на пампушки, которые уже трепала собака, закусил губу, после чего покрепче прижал к груди лоток с углем, поднял глаза на мужчину и выдавил улыбку: ─ Второй дядя, спасибо, я пойду. ─ ─ Иди осторожнее, а когда топить печь будешь, не забудь оставить щель в окне да получше укутай деда одеялом. ─ Мужчина махнул рукой. ─ Сюй Эоу! Если сей же час не вернешься в дом, можешь даже не рассчитывать лечь со мной на одну печку! ─ Раздался из глубины дома резкий крик женщины. ─ Иду, иду! ─ Мужчина торопливо отозвался, виновато улыбнулся мальчику и захлопнул калитку. Стоило дверям закрыться, как последний проблеск света на снегу угас, и весь мир вновь погрузился в ночной мрак – лишь в маленькой соломенной хижине на восточной окраине продолжал гореть крошечный огонек лампады. ─ С этим углем и двумя белыми пампушками дедушка непременно поправится. ─ Мальчик вовсе не боялся ночной тьмы; втянув голову в плечи, он с улыбкой пробормотал эти слова себе под нос, после чего, прижимая к груди лоток с углем и две уцелевшие лепешки, вприпрыжку зашагал к тускло освещенному глинобитному домику. … Перед хижиной. ─ Скрип… ─ Мальчик толкнул дверь. ─ Тайпин… это ты? ─ Стоило ему переступить порог, как из освещенной комнатушки донесся старческий, хриплый и слабый голос. ─ Я, дедушка. ─ Мальчик изо всех сил растер озябшее лицо, выдавил из себя улыбку и лишь после этого быстро подошел к двери, приподнимая занавеску. Стоило войти внутрь, как в нос ударил густой запах лекарственных отваров. Из-за отсутствия печного тепла температура в комнате ничем не отличалась от уличной. В самом дальнем углу стояла кровать, сколоченная из нескольких досок; под ветхим одеялом, сквозь прорехи которого торчал ватин, съежился старик, иссохший до состояния одних костей, обтянутых кожей. ─ Дедушка, второй дядя одолжил нам немного угля, а еще дал две белые пампушки, мы сейчас их разогреем и поедим, ─ произнес Тайпин, с сияющими от радости глазами высыпая древесный уголь в печку. ─ Хорошо… хорошо… ─ Старик с улыбкой кивнул. Хотя от него исходило дыхание увядания, стоило его поблекшим глазам увидеть внука, как в них вновь вспыхнул живой блеск. ─ Тайпин… все эти годы… из-за деда… тяжело тебе пришлось. ─ Смотря на внука полным нежности взглядом, старик с трудом зашевелил губами. ─ Дедушка, мне не тяжело, совсем не тяжело. ─ Разжигая угольную печь, Тайпин поднял голову и мотнул головой, широко улыбаясь старику. ─ Глупый мальчишка, ну до чего же глупый… Если бы не ты, старик мой уж давно бы преставился… ─ Старик протянул руку, коснулся головы Тайпина и с жалостью тяжело вздохнул. ─ Дед, перестань говорить такие дурные слова, ты обязательно доживешь до ста лет. ─ Тайпин поджаривал пампушки и упрямо мотал головой. ─ Тайпин, а ты слыхал когда-нибудь про бессмертных? ─ Неожиданно спросил старик. ---------- «Перед смертным одром – последнее наследство деда» ─ Слыхал. ─ Тайпин кивнул, а затем с благоговейным восторгом произнес: ─ Дядя Чжао у деревенских ворот скал, что на горе Юньлушань, что недалеко от нашей деревни, живут настоящие небожители. Несколько лет назад та самая змеиная нечисть из поселка Циншуй была зарублена спустившимся с горы бессмертным: они взмывают в небо и проносятся сквозь землю – какая же мощь! ─ Услышав это, старик тихонько усмехнулся и поинтересовался: ─ А хотел бы ты, Тайпин, стать таким же небожителем – обрести бессмертие, летать по небу и ходить сквозь землю? ─ ─ Хотел бы! Конечно хотел бы! ─ Маленький Тайпин без малейших колебаний кивнул, но тут же смущенно поскреб в затылке и рассмеялся: ─ Только дядя Чжао говорил, что для занятий самосовершенствованием нужно от рождения обладать духовной костью. Если у тебя духовная кость, твое имя само собой появится в Небесных Вратах, и тогда небожители лично спустятся с гор, чтобы забрать тебя наверх постигать Дао; ну а если у тебя простая кость смертного, о бессмертии и мечтать нечего. ─ По интонации Тайпина было слышно, что на душе у него все же скребли кошки. ─ Тайпин… ─ Старик замялся, а затем посмотрел на внука долгим, серьезным взглядом и приглушенным голосом спросил: ─ А что если представится шанс раздобыть Небесные Врата, но ради этого придется рискнуть жизнью – согласился бы ты? ─ ─ Смогу ли я… заполучить Небесные Врата? ─ Маленький Тайпин сначала опешил, а затем погрузился в глубокое раздумье. ─ Дедушка, если такой шанс и впрямь выпадет, я бы хотел попробовать. ─ Спустя мгновение он поднял голову, и в его глазах зажглась твердая решимость. ─ Почему? Ведь это смертельно опасно. ─ Улыбаясь, старик в упор смотрел в чистые зрачки мальчугана. ─ Если стану небожителем, разве я не смогу вылечить тебя, дедушка? ─ Совершенно естественным тоном ответил маленький Тайпин. Старик сперва замер от неожиданности, а затем его лицо вновь озарила улыбка. ─ Тайпин, бе… бери. ─ После этого он изо всех сил приподнял руку и протянул внуку потрепанную деревянную шкатулку. ─ Дедушка? ─ Тайпин в растерянности уставился на коробку в своих руках. Сколько себя помнил, дед оберегал эту шкатулку как зеницу ока и никому не позволял даже заглянуть внутрь. ─ От… открывай. ─ С колоссальным трудом выдавил старик. ─ Хорошо… ─ Пусть в душе и таились сомнения, Тайпин послушно кивнул и открыл крышку. Внутри мальчик обнаружил лишь ярко-красную восковую пилюлю и одно-единственное обыкновенное соевое зернышко. ─ Эту красную пилюлю подарил мне десять лет назад странствующий даос. Она зовется Пилюлей Духовной Кости: проглотишь ее – и простая кость смертного превратится в духовную кость, а твое имя навечно внесут в Небесные Врата, ─ не дожидаясь вопросов, пояснил старик, указывая на алый шарик в шкатулке. ─ Неужели на свете бывают такие чудесные пилюли бессмертных? ─ Маленький Тайпин едва ли мог в это поверить. ─ Велик мир, чего в нем только нет, и что толку от какой-то одной Пилюли Духовной Кости? ─ Старик с предельной серьезностью кивнул. ─ Раз эта пилюля обладает столь чудесным свойством, почему же ты сам ее не принял, дедушка? ─ У Тайпина внезапно возник закономерный вопрос. ─ Тот даос сказывал, будто принимать Пилюлю Духовной Кости дозволено лишь детям от девяти до одиннадцати лет. Когда же я ее раздобыл, мне исполнилось уже шестьдесят три, а твой отец и дяди – второй и третий – давно перешагнули порог зрелости, так что нам толку от нее не было никакого. ─ Старик горько усмехнулся. Было очевидно, что в глубине души он затаил глубокое сожаление. В конце концов, раз представился шанс, кто по доброй воле откажется от встречи с Дао? ─ К тому же после приема пилюли ее действие длится всего полгода. Если за полгода не удастся достичь ступени созревания ци, о которой толкуют бессмертные, секта тотчас обнаружит, что ты – всего лишь смертный с простой костью, и твое имя вычеркнут из Небесных Врат. В лучшем случае тебя просто изгонят из обители, а в худшем – сотрут воспоминания и духовную память, обратив в слабоумного калеку. ─ Нахмурившись, продолжил старик. Тайпин испугался, услышав такое. Однако, хорошенько все обдумав, он всё же кивнул и с мольбой во взгляде уставился на старика: ─ Дедушка, я все равно хочу попытаться. ─ В его разуме все сводилось к простому: попадет в обитель бессмертных, овладеет искусством заклинателей – и тогда исцелит деда. Потому риск стоил свеч. ─ Хорошо. ─ Увидев столь непоколебимую решимость внука, старик остался крайне доволен. Он взял из коробки восковой шарик, счистил ногтем слой воска и лично поднес его к губам мальчика: ─ Ешь. ─ Тайпин не стал колеблется и проглотил пилюлю за один раз. Стоило снадобью опуститься в желудок, как по всему телу разлилось тепло, словно чья-то ласковая ладонь огладила его изнутри. Впрочем, помимо этого, ничего особенного не произошло. ─ И это… всё? ─ Удивленно моргая, спросил маленький Тайпин. ─ Не пройдет и нескольких дней, как небожители с горы спустятся за тобой. ─ Старик с улыбкой кивнул. Лицо его выражало сложную гамму чувств: в сердце боролись радость и тревога. Радость – само собой, ведь Тайпин был его любимым внуком, и ступить на стезю поиска бессмертных для него было великим благом. Тревога же проистекала из того, что этот путь неизбежно полон терний; малец вполне мог не продержаться и полугода, будучи изгнанным из секты и обреченным на жалкое прозябание в образе безумца. ─ Бесконечна пыльная дорога мирской суеты, простая кость вопрошает о судьбе бессмертных; не испив всех тягот смертного мира, как узришь сквозь нефритовые терема хоть просвет Небесных Врат? ─ В памяти внезапно всплыли слова старого нищего даоса, оброненные им на прощанье. При этой мысли взгляд старика вновь затвердел – «Я поступил верно, направив Тайпина по этому пути!» ─ Дедушка, а для чего нужна эта фасолина? ─ Встревоженный Тайпин вдруг поднес к глазам то самое соевое зерно из шкатулки. ─ Его тоже оставил тот бродячий даос, только о назначении он не обмолвился ни словом. Сказал лишь одно: если выпадет удача войти в обитель бессмертных, посадишь эту фасолину в тамошнюю духовную почву, и тогда тебе откроется еще одна великая возможность… ─ Слабеющим голосом ответил старик. ─ Кхе-кхе-кхе… ─ С этими словами он зашелся в яростном кашле. ─ Дед, выпей воды, не говори больше. ─ Испуганно поддержал старика Тайпин. ─ Тайпин… сбереги это зерно… то, о чем дед говорил нынешней ночью… никому… ни единой душе… нельзя рассказывать… ─ Старик вцепился дрожащими пальцами в запястье внука. ─ Не бойся, дедушка, я никому ни слова! ─ Тайпин усердно закивал. ─ Тайпин, ты у меня не по годам смышлен, но мир полон коварства, будь предельно осторожен… ─ Тут закашлявшийся старик с уголками губ, окрашенными кровью, внезапно обеими руками крепко обхватил плечи мальчика, вперил в него безумный взгляд и изо всех оставшихся сил прохрипел: ─ Тайпин! Всю свою жизнь твой дед искал эту дорогу к бессмертным, но в конце концов был повержен этой смертной плотью! Сделай же это! Ради всех простых смертных этой земли – заставь их считаться с нами! ─ Досказав последнее, тело старика обмякло, и он безвольно рухнул на постель. ─ Де… дедушка? ─ В груди Тайпина похолодело. Дрожащей ручонкой он поднес пальцы к носу старика и, не ощутив дыхания, почувствовал, как мир вокруг него меркнет. ─ У меня… у меня больше нет дедушки… ─ Мальчик безмолвно стоял столбом, глаза застилали слезы, пока наконец он не зашелся в истошном, горьком плаче. Когда несколько лет назад погибли родители, он не плакал; когда сорвался с крутого склона, собирая травы, он не плакал; когда голодный и холодный несколько суток сидел в пещере, окруженный волчьей стаей, он не плакал. Потому что знал: он не одинок, у него есть дед. … В эту ночь маленький Тайпин осиротел. В эту ночь в списках стелы Духовных костей секта Цинсюань на горе Юньлушань пополнилась новым именем – Сюй Тайпин. ─ В деревне Синю у подножия горы Юньлушань у юноши по имени Сюй Тайпин прорезалась духовная кость. Немедленно известить главу Седьмого пика, пусть пошлет учеников спуститься вниз за новобранцем. ─ Старейшина, охранявший стелу Духовных костей, вложил послание в клюв белого журавля, сидевшего у порога. ─ Слушаюсь, старейшина. ─ Журавль заговорил человеческим голосом, широко распустил крылья и взмыл в поднебесье. ---------- «В день окончания семидневного траура злая тетка продает племянника в рабство» Шесть дней спустя. Дом второго дяди Сюй Тайпина. ─ Как?! Ты хочешь продать Тайпина?! ─ Сюй Эоу, второй дядя мальчика, вытаращил глаза на жену в полном оцепенении. ─ Цыц!.. ─ Обросшая жиром тетка прижала палец к губам, призывая мужа говорить тише. ─ С чего ты взяло слово „продать“? Поступление в усадьбу семьи Бай в качестве дворового слуги – это шанс, о котором многие лишь молят! ─ Она презрительно зыркнула на супруга. ─ Пусть так, но он ведь попадет в кабалу… ─ Мужчина замялся. ─ В доме семьи Бай он будет сытно есть, тепло одеваться и жить в человеческих условиях, подумаешь – кабала! Об этом больше не думай, задаток я уже взяла. ─ Тетка махнула рукой, единолично поставив точку в споре. ─ Ладно уж. ─ Не посмев перечить благоверной, Сюй Эоу тяжело вздохнул и кивнул. ─ А где Тайпин? ─ Спросила тетка. ─ Все еще в погребальном зале, сегодня седьмой день, хочет еще побыть у гроба старика. ─ Сюй Эоу, одетый в траурные одежды, утер рот. ─ Люди из семьи Бай уже ждут у деревенских ворот, вели ему немедленно собираться. ─ Тетка бросила на мужа косой взгляд. ─ Так быстро прибыли? ─ Изумился Сюй Эоу. ─ Маленький господин из семьи Бай со следующего месяца идет в частную школу, ему срочно понадобился мальчик на побегушках, иначе с чего бы такая спешка? Хватит языком трепать, ступай приведи этого паренька из траурной залы. ─ Снова прикрикнула на него жена. ─ Но… но ведь сегодня у деда сороковой день… то есть, седьмой день, дай ты Тайпину хотя бы эту ночь спокойно провести! ─ Мужчина смущенно поскреб в затылке. После кончины деда Тайпина эта парочка только и делала, что прикидывала, как избавиться от дармоеда; однако второй дядя все же питал к племяннику хоть какие-то сентиментальные чувства и не желал гнать его в усадьбу Бай, даже не дав до конца справить поминки. ─ Седьмой день, подумаешь, седьмой день! Разве какая-то церемония важнее серебряных монет? Эх ты! ─ Тетка с досадой ткнула мужа пальцем в лоб, а затем таинственно наклонилась к самому его уху и зашептала: ─ Знаешь, сколько серебра дают в семье Бай? Тридцать лян! Целых тридцать лян! ─ Глаза женщины светились жадностью. Услышав это, второй дядя сперва остолбенел, а затем яростно закивал: ─ Я мигом за Тайпином! ─ … Спустя полчаса. Деревня Синю, у въезда. Сюй Тайпин с тоской оглянулся в сторону погребальной залы, после чего обратился к стоявшему рядом второму дяде и тетке с просьбой: ─ Второй дядя, нельзя ли отложить отъезд на завтра? ─ ─ Эх, Тайпин, служба в усадьбе Бай – это же редчайший шанс в жизни! Если не уедешь сейчас, завтра и вовсе не попадешь туда! ─ Сладким голоском пропела тетка. ─ Вторая тетя боится, что до завтрашнего дня меня не удастся выгодно сбыть? ─ Холодно глянул на нее Сюй Тайпин. Хотя все эти дни он провел у гроба, с детства познав всю горечь человеческих отношений, неужто он не понимал подковерных интриг этой парочки? Тайпин не сопротивлялся и не бунтовал по двум причинам: во-первых, противиться было бесполезно, а во-вторых, он и сам полагал, что уход в семью Бай может оказаться неплохим выходом – дед умер, и больше его здесь ничего не держало. ─ Ах ты, погазанец, как ты с теткой разговариваешь? Она же о тебе заботится! ─ Услышав такое, второй дядя гневно зыркнул на него. ─ Кончайте балаган, полезайте в повозку, в здешних местах нынче по вечерам орудуют крысиные демоны, до темноты мы обязаны добраться до бамбукового хребта Цинчжулин. ─ Оборвал их возницу семьи Бай, сидевший на передке. ─ Идем, идем! ─ С этими словами дядя с теткой без лишних слов ухватили Тайпина каждый за руку и силой поволокли к повозке. Тайпин не сопротивлялся, лишь чувствовал, как внутри все леденеет от обиды. … ─ Мелкий, смотри сюда: это твой контракт слуги, заключенный с родом Бай. Отныне ты – раб моего дома, и с этой деревней Синю, как и с родом Сюй, тебя больше ничего не связывает. ─ Перед телегой управляющий семьи Бай потряс в воздухе бумагой, на которой Тайпин только что оставил отпечаток пальца. ─ Угу. ─ Бестрастно кивнул Тайпин. «Видно, пилюля, что дал дед, не сработала – прошло уже шесть суток, а небожители так и не явились». – Пока управляющий препирался со вторым дядей и теткой, Тайпин тихонько приподнял голову и посмотрел в небо. К поискам бессмертных он относился без особой тоски; в конце концов, главным стимулом стать небожителем было лишь желание исцелить деда. ─ Гляньте-ка! В небе летит белый журавль размером с буйвола! ─ ─ Где, где? ─ ─ Погодите, а на его спине… кажется, кто-то стоит! ─ В этот момент среди толпы зевак у деревенских ворот раздался изумленный возглас. Услышав крики, Сюй Тайпин, управляющий семьи Бай и чета Сюй одновременно задрали головы и действительно увидели в вышине исполинского белого журавля, на спине которого неясно вырисовывались две человеческие фигуры. ─ Бе… бессмертные? ─ Замрев на пару секунд, Тайпин еле слышно вымолвил два слова. ─ Бессмертные, точно бессмертные! ─ Селяне вокруг тоже завопили во всю глоть. ─ Кря!… ─ В ту же секунду под пронзительный птичий клич две тени отделились от небес и плавно опустились прямо перед толпой. То были мужчина и женщина: он в лазурном халате, она в алом платье. Мужчина – с бровями-мечами, звездами в глазах и благородной осанкой, а женщина лицом напоминала сошедшую с небес богиню, столь ослепительную, что все вокруг нее померкло. ─ Прошу прощения за беспокойство, добрые люди. Мы – ученики секты Цинсюань с горы Юньлушань. Сегодня мы с младшей сестрой спустились в эти края на поиски одного юноши. ─ Молодой человек учтиво сложил руки в приветствии. Жители деревни Синю зашумели в крайнем изумлении: никто не ожидал, что эта парочка и впрямь окажется небожителями, да еще из той самой близлежащей горы Юньлушань. ─ Позвольте спросить, нет ли среди вас паренька по имени Сюй Тайпин? ─ Следом за ним алая дева также поприветствовала собравшихся и с улыбкой задала вопрос. От этой женской улыбки у мужчин замирало сердце, да и женщины почувствовали легкий трепет в груди. ─ Сюй… Сюй Тайпин? ─ ─ Это он! Он – Сюй Тайпин! ─ Потоптавшись на месте пару мгновений, несколько крестьян тут же указали пальцами на мальчика у повозки. Жители деревни в массе своей знали друг друга, а семья Тайпина и вовсе выделялась редкой для здешних мест фамилией, так что мальчишку знали почти все. ─ Ты и есть Сюй Тайпин? ─ Девушка в красном шагнула вперед и с радостным выражением лица воззрилась на подростка. ─ Да. ─ Тайпин кивнул. В душе он уже догадывался, кто перед ним. ─ Старший брат. ─ Увидев кивок, дева поспешно обернулась к спутнику. ─ Нефритовая дощечка откликается, он – тот, кого мы ищем. ─ Юноша кивнул, показывая девушке зажатую в руке дощечку, излучавшую мягкое лазурное свечение. ─ У… уважаемая бессмертная госпожа, мой племянник… не натворил ли чего дурного? ─ Не вытерпев, подал голос второй дядя Сюй Эоу. ─ Куда ты лезешь не в свое дело! ─ Стоило Сюй Эоу раскрыть рот, как тетка тут же оттащила его назад, вновь выдерживая с Тайпином дистанцию в пять-шесть шагов. И не они одни – прочие деревенские тоже поспешно отшатнулись, отгородившись от подростка. Почти все сельчане, как и Сюй Эоу, решили, что Тайпин натворил каких-то бед, раз за ним лично явились небожители. Деревня Синю располагалась близко к горе Юньлушань, и слухи о расправах небожителей над демонами здесь ходили исправно, пусть даже видали их далеко не все. ---------- «Тридцать лянов, и маленький Тайпин порывает с мирскими узами» ─ Какое преступление он совершил? ─ спросила она. Услышав это, девушка в алых одеждах тихонько хихикнула, а затем махнула рукой: ─ Мы спускались с горы вовсе не для того, чтобы усмирять нечисть. Наша цель – забрать этого юношу, Сюй Тайпина, и отвезти на гору. ─ На гору? ─ переспросил озадаченный Сюй Эрню. Остальные деревенские жители, включая его самого, оставались в полном недоумении. ─ Сюй Тайпин обрел духовную кость и был внесен в небесные списки. Сегодня мы заберем его на гору, чтобы он вступил во Врата Цинсюань, ─ беспристрастно пояснил молодым людям юноша. ─ Вступить… во Врата Цинсюань? Выходит, теперь он… теперь он тоже станет бессмертным? Неужели наш род… неужели в нашей семье Сюй появится бессмертный? Услышав слова юноши, Сюй Эрню замер на месте, словно пораженный молнией, и принялся растерянно бормотать что-то себе под нос. Мужчина и женщина во Врат Цинсюань больше не обратили внимания на толпу сельчан – они синхронно протянули руки к Сюй Тайпину. ─ Малыш Тайпин, пойдем с нами. С этой минуты ты – наш младший соученик с Седьмого пика, ─ ласковым голосом и с милой улыбкой обратилась к нему девушка в красном. От этих слов Сюй Тайпину вдруг стало тепло на душе – ему на мгновение показалось, будто он вновь обрел семью. ─ Стойте! ─ Сюй Тайпин уже потянулся было к руке девушки, но сидевшая позади тетка вцепилась ему в рукав и резко оттащила назад. ─ Д-двое бессмертных! В-вы же не можете вот так просто взять и увезти нашего Тайпина! Он же опора всего нашего рода Сюй, ему еще сдавать экзамены на ученого мужа, прославлять нашу фамилию пред нашими предками! Толстая тетка лучезарно улыбалась, глядя на адептов Цинсюаня, но в ее глазах читалась откровенная жадность и фальшивая «тоска». От этого зрелища на сердце у Сюй Тайпина стало еще холоднее. С самого детства эта тетка видела в нем лишь обузу да несчастливое предзнаменование. Разве могла она искренне желать, чтобы он принес славу их роду? Двое адептов Цинсюаня понятия не имели о тех семейных дрязгах. Они приняли надуманную скорбь тетки за чистую монету. ─ Разве какой-то мирской экзамен может сравниться с честью стать учеником Врат Цинсюань? Впрочем, раз вы приходьтесь Тайпину дядей и тетей, примите эту золотую чашу в знак нашей признательности. Юноша из Цинсюаня достал из рукава золотую чашу и протянул ее тетке Сюй Тайпина. ─ Нет… ─ ─ Уважаемый бессмертный! ─ Сюй Тайпин попытался было открыть правду цинсюаньскому адепту, как вдруг управляющий дома Бай соскочил с повозки. Одной рукой он вцепился в мальчишку, а другой взмахнул долговой распиской и завопил: ─ Этот Сюй Тайпин уже продан своими дядей и тетей в наш дом Бай! Все черным по белому написано! Он теперь человек рода Бай, и эта золотая чаша по праву должна принадлежать нашему господину! Подарки бессмертных – кто бы от них отказался? Услышав это, молодые адепты Цинсюаня синхронизировано нахмурились. ─ Уважаемые бессмертные, он лжет! Я отдала Тайпина в их дом лишь в услужение, но не продавала в рабство! ─ разъяренная толстая тетка бросилась вперед и попыталась вырвать бумагу из рук управляющего. ─ Верно! Мой племянник теперь дитя бессмертных, эта бумажка с вашей усадьбой должна быть немедленно аннулирована! ─ Сюй Эрню тут же присоединился к драке за расписку. ─ Прекратите немедленно! ─ Видя, что вокруг поднимается настоящий балаган, юноша из Цинсюаня не выдержал и прикрикнул. Его окрик сопровождался волной незримого давления, хлынувшей во все стороны. В этот миг он походил на разъяренного тигра, так что тетка Сюй Тайпина и байский управляющий разом замолкли, боясь вздохнуть. ─ Тайпин, правда ли то, что тебя продали в слуги в дом Бай? ─ Когда все стихло, девушка в алых одеждах шагнула к Сюй Тайпину и мягко осведомилась. Сюй Тайпин взглянул на нее и кивнул: ─ Да. ─ Как только эти слова сорвались с его губ, он почувствовал, будто с плеч свалились тяжелые кандалы и путы. Получив утвердительный ответ, девушка посмотрела на него с еще большей жалостью и нежностью. ─ Ах ты, неблагодарный щенок! Как ты смеешь нести такую чушь? Все эти годы… ─ ─ Руки убрала. ─ Тетка уже было замахнулась, чтобы отвесить Сюй Тайпину затрещину, но стоявшая рядом девушка в алых одеждах легонько взмахнула рукавом. Порыв бурного ветра отбросил дородную женщину прочь. ─ Вы… вы хоть и бессмертные, но разве закон вам не писан? Я… я… ─ Женщина явно перепугалась проявлению сверхъестественной силы, но продолжала пятиться, бормоча угрозы. ─ Бессмертные, уважаемые бессмертные! У меня на руках кабальная грамота, скрепленная отпечатком пальца самого Сюй Эрню! Этот мальчишка – человек нашего рода Бай, и эти двое не имеют права отказываться от своих слов! ─ Ослепленный видом золота управляющий тут же сунул долговую расписку прямо под нос адептам. Юноша из Цинсюаня взял бумагу, пробежал ее глазами, а затем с холодной ухмылкой перевел взгляд на дядю и тетку Сюй Тайпина: ─ Ученик Врат Цинсюань стоит всего каких-то тридцать лянов? ─ Услышав от адепта, что эти двое сплавили племянника всего за жалкие тридцать лянов, девушка презрительно скривила губки. ─ Бессовестные муж и жена! Продали родного племянника за какую-то мелочь, а теперь еще смеете выпрашивать у нас награду? Да я вас живо уму-разуму научу! ─ Вспыльчивая и скорая на расправу девица уже занесла рукав для удара. ─ Пощадите, о бессмертные, пощадите! ─ Сюй Эрню с женой тут же рухнули на колени. ─ Младшая сестра, не забывай наставлений учителя. ─ Юноша мягко коснулся плеча девушки и бросил на нее многозначительный взгляд. Та хоть и продолжала гневно дуться, но руку все же опустила. ─ Раз уж эта бумага подлинная, скажи мне, сколько серебра, по твоему мнению, должно стоить наше искупление? ─ обратился юноша к управляющему. ─ Э-э… это… ─ Управляющий замялся. Поколебавшись с мгновение, он кровожадно осклабился и оттопырил три пальца: ─ Т-триста лянов! ─ Ученик Врат Цинсюань стоит всего каких-то триста лянов? ─ Юноша вновь холодно усмехнулся. Он достал из рукава увесистый мешочек и небрежно бросил его управляющему. ─ Ох!.. ─ Управляющий поймал мешочек, заглянул внутрь и остолбенел – там лежали чистейшие золотые слитки. Стоявшие неподалеку деревенские жители, включая дядю и тетку Сюй Тайпина, шумно ахнули при виде такого богатства. ─ Довольно? ─ спросил с усмешкой юноша. ─ Да, более чем! Тут золота хватит, чтобы обменять на три тысячи лянов серебра! ─ Управляющий прижал мешок к груди и закивал с безумной улыбкой. Лица Сюй Эрню и его жены в этот момент побелели как полотно. Они были людьми темными, но разницу между тремя тысячами и тридцатью лянами понимали отлично. ─ Уважаемые бессмертные, эти деньги не должны доставаться роду Бай! Мы же… мы же взяли с них всего тридцать лянов! ─ Тетка бросилась к цинсюаньскому юноше, но тот двигался с такой легкостью, будто владел техникой перемещения тени. Женщина промахнулась и растянулась на земле. ─ Тайпин, Тайпин, скажи же бессмертным, что эти три тысячи лянов должны принадлежать твоему дяде! ─ Поняв, что до бессмертных не достучаться, Сюй Эрню кинулся к самому мальчику. ─ Хлоп! ─ Не тут-то было: девушка мягко потянула Сюй Тайпина за руку, и оба в мгновение ока отступили на несколько футов назад. Убедившись, что дольщиков с этой стороны не пробить, алчная парочка набросилась на управляющего. С воплями «Деньги наши!» тетка с дядей вцепились в него и двоих слуг. ─ Тайпин, мирские узы разорваны. Готов ли ты следовать за нами в Обитель Облачного Шалаша и вместе с нами искать свой путь к бессмертию? ─ Юноша из Цинсюаня разорвал долговую расписку и протянул мальчику руку. ---------- «Пересекая море облаков, гора Юньлушань скрывает Цинсюань» Девушка рядом с ним хранила молчание и лишь тепло улыбалась, глядя на мальчишку. Сюй Тайпин перевел взгляд с юноши на девушку, а затем на дядю с теткой, все еще дравшихся с управляющим. Последние сомнения в его сердце окончательно рассеялись. ─ Я готов. ─ Твердо ответил он и кивнул адептам. Юноша звонко рассмеялся, взмахнул широким рукавом, и порыв ветра подхватил Сюй Тайпина вместе с девушкой, вознеся их прямо на спину парящего в небе журавля. ─ Тайпин, мое имя Дугу Цинсяо, я второй ученик Седьмого пика секты Цинсюань. ─ А меня зовут Чжао Линлун, я седьмая ученица Седьмого пика секты Цинсюань. С этой минуты я твоя старшая сестра, – представилась девушка. ─ Тайпин приветствует старшего брата и старшую сестру. ─ Среди веселых голосов крестьяне у подножия лишь молча проводили взглядом журавля, растаявшего в облачной дымке. А Сюй Эрню с женой так и не смогли одолеть людей рода Бай. Потеряв всё и не приобретя ничего, они уселись под старым вязом у деревенских ворот и принялись изрыгать проклятия в небеса. … Гора Юньлушань. Не прошло и суток, как Сюй Тайпин на спине волшебной птицы добрался до легендарных обителей бессмертных. Строго говоря, мирская гора Юньлушань была лишь преддверием Врат Цинсюань. Подобно гигантским айсбергам в ледяных морях Севера, людскому взору открывалась лишь малая толика исполинской обители. ─ То, что в мире смертных называют горой Юньлушань, – лишь внешняя преграда семи пиков. Сама же обитель круглый год скрыта за туманами защитной формации, и проход сквозь нее возможен лишь за духовными птицами, – восторженно поясняла Линлун, пока они приближались к морю облаков на вершине. ─ Насколько же велика… настоящая Юньлушань? ─ Слова старшей сестры пробудили в мальчишке детское любопытство. ─ Горные хребты тянутся на тысячи ли, а семь главных вершин возвышаются на десятки тысяч чжанов. Боюсь, ее площадь не уступает вашему Царству Далян. Просто обитель скрыта в собственном карманном пространстве, поэтому обывателям кажется обычной горой, – ответил Цинсяо, до того сидевший в позе лотоса. ─ Не уступает Царству Далян? ─ Мировоззрение Сюй Тайпина в очередной раз получило сокрушительный удар. ─ Разумеется! В мире практики немало таких тайных обителей, как наша Юньлушань. Наш Цинсюань можно считать лишь сектой третьего ранга, – улыбнувшись, кивнула Линлун. ─ А выше третьего… ─ ─ Бум! ─ Не успел мальчик задать новый вопрос о мире бессмертных, как в лицо им ударил шквалистый ветер, а птица издала резкий, испуганный крик. ─ Младший братишка, это барьерные ветры защитной формации! Крепче держи меня за руку, иначе сорвешься! ─ крикнула Линлун, схватив его за ладонь. ─ Да! ─ Сюй Тайпин изо всех сил сжал ее тонкие пальцы. Мгновение спустя свирепые вихри бури стихли, сменившись безмятежной лазурью неба, среди которой вздымались горные пики, уходящие в облака, и висели в воздухе острова, окутанные туманной дымкой. ─ Вот она – настоящая обитель бессмертных, – с законной гордостью произнесла Чжао Линлун, поднимаясь на ноги. ─ Брат Цинсяо, младшая сестра Линлун! ─ Раздался мелодичный голос откуда-то сбоку. Сюй Тайпин повернул голову и увидел зеленую вспышку, вылетевшую из облачного моря. Приглядевшись, он заметил стройную красавицу с прелестным лицом, которая вместе с маленькой девочкой летела на гигантской нефритовой тыкве. ─ Сестра Цзыянь? Какими судьбами ты тоже спускалась с горы? ─ Линлун радостно замахала ей рукой. ─ Вскоре после вашего ухода стела Духовных костей снова подала знак. На Шестом пике в этот раз тоже нашелся избранный ученик, – улыбнувшись, Цзыянь кивнула на стоявшую за ее спиной девочку. Та была облачена в белые одежды, ее кожа сияла подобно нефриту, и издали она казалась хрупкой фарфоровой куколкой невероятной красоты. ─ Какая прелестная девчушка, – искренне восхитилась Чжао Линлун. ─ Мои поздравления! На Шестом пике прибыло прекрасное пополнение, глядишь, на следующем Большом состязании Семи Пиков они заберут все первые места, – Цинсяо почтительно сложил руки в приветствии. Цзыянь прикрыла рот ладонью, лукаво улыбнувшись, а ее глаза источали едва уловимое очарование. ─ Буюй, поприветствуй старшего брата Цинсяо и старшую сестру Линлун. ─ Цзыянь легко похлопала спутницу по плечу. ─ Буюй приветствует старшего брата Цинсяо и старшую сестру Линлун, – неуверенно и слегка неуклюже поклонилась девочка. ─ Не стоит церемоний, – улыбнулся в ответ Цинсяо. Линлун же перевела взгляд на Сюй Тайпина и потрепала его по макушке: ─ Тайпин, познакомься, это старшая сестра Цзыянь с Шестого пика и твоя будущая младшая соученица. Из всех пиков Шестой – самый богатый, так что тебе стоит завести с ней дружбу. ─ Тайпин приветствует старшую сестру Цзыянь и младшую сестричку Буюй, – смущенно, но почтительно поклонился мальчик. ─ Полно тебе, полно. Вот станешь полноправным учеником Седьмого пика, сестрица одарит тебя пилюлей Укрепления Первоосновы, – пообещала Цзыянь. ─ А ну поблагодари старшую сестру Цзыянь! ─ Заметив, что мальчик растерялся, Линлун мягко подтолкнула его голову вниз. ─ Б-благодарю старшую сестру Цзыянь, – пробормотал по-прежнему ничего не понимающий Тайпин. ─ Брат Цинсяо, вы ведь направляетесь во дворец Драконьих Врат? – сменила тему Цзыянь. ─ Верно. Прежде чем вести Тайпина на Седьмой пик, нужно испытать его духовную кость, – кивнул он. ─ Тогда полетим вместе. ─ Цзыянь направила меч следовать за их журавлем. ─ Что ж, ладно. ─ ─ Ой-ей-ей, сестра Цзыянь, может, ты пересядешь к моему брату на журавля, а я полечу с Буюй на мече? – поддразнила ее Линлун с плутовской улыбкой. ─ Ах ты, Чжао Линлун, напросилась на неприятности? – щеки Цзыянь покрылись легким румянцем. ─ Если ты продолжишь молоть чепуху, я сброшу тебя вниз, – шутливо пригрозил Цинсяо, покосившись на насмехающуюся девушку. ─ Больше не буду, больше не буду!… ─ Линлун посильнее прижалась плечом к Сюй Тайпину. Уши мальчика запылали – за всю свою жизнь его впервые обнимала незнакомая девушка. Впрочем, смущение быстро уступило место мыслям о недавних словах Цинсяо: «Сначала пойти во дворец Драконьих Врат и испытать духовную кость». ─ Старший брат Цинсяо, для чего нужно испытывать кость? ─ не выдержав, спросил Сюй Тайпин. ─ Хоть тебя лично отобрала стела Духовных костей, и ты можешь миновать испытания для вступления на Седьмой пик, определить вид и чистоту твоей кости все равно необходимо – это пойдет на пользу твоим будущим тренировкам, – объяснил Цинсяо. ─ Малыш Тайпин, ты, должно быть, еще не знаешь: в мире практики хоть духовная кость и открывает врата к силе, но они делятся по классам и стихиям, – подхватила Линлун, приобняв его за плечи и загибая пальцы: ─ Стихии бывают стандартными – металл, дерево, вода, огонь и земля, а также редкие вроде льда, молнии или ветра. ─ Что до рангов, их всего четыре: кость Пурпурного духа, кость Золотого духа, кость Таинственного духа и кость Белого духа. Кость Пурпурного духа – редчайшая, её называют костью Небесного духа, а вот белая кость считается абсолютно бесполезной. Сюй Тайпин наконец начал понимать суть дела. ─ Почему же белая кость бесполезна? ─ с любопытством спросил он. ---------- «Прыжок через врата дракона, и старейшина Черный Дракон охраняет врата горы» ─ Кость Белого духа называют фальшивой духовной костью. Хотя человек с ней и может заниматься практикой, развитие идет донельзя медленно – порой уходят десятилетия на прорыв через царство Открытых Врат, так что от простого смертного он мало чем отличается, – вздохнула Линлун. ─ Если у меня обнаружится кость Белого духа, меня не примут на Седьмой пик? ─ поколебавшись, задал главный вопрос Сюй Тайпин. Он прекрасно помнил, что пилюля, оставленная дедом, лишь помогла его имени проступить на стеле Духовных костей, но вряд ли могла обмануть истинную проверку секты Цинсюань. В конце концов, он прекрасно знал, что никакой духовной кости у него отродясь не было. ─ Ну, технически говоря – да, но раз тебя выбрала сама стела, ты в худшем случае обладаешь золотой или таинственной костью, а никак не белой, – уверенно заявила Линлун. ─ Сестра права. Ученики, избранные стелой, обладают по меньшей мере золотой или небесной костью, так что тебе не о чем беспокоиться, – одобрительно потрепал его по волосам Цинсяо. ─ Вот именно! Даже если вдруг белая – не страшно. Можно остаться в учениках у подножия на три года, и если за это время удастся пройти тесты, всё равно станешь учеником одного из пиков, – добавила с улыбкой девушка. ─ Мм, – кивнул Сюй Тайпин, выдавив из себя подобие улыбки. Услышав, что даже обладателя белой кости не выгонят вон сразу, он немного успокоился. … Спустя мгновение. Дворец Драконьих Врат Врат Цинсюань. Это было грандиозное святилище на парящем острове. Вокруг цвели дивные цветы и бродили диковинные звери, а крутая тропа к храму вилась так причудливо, что без помощи старших Тайпин поднимался бы сюда целыми днями. ─ Кто идет? ─ Стоило им ступить на площадь перед главным залом, как раскатистый, полный небывалого величия старческий голос прокатился волной по пространству. ─ Ученик Седьмого пика, Дугу Цинсяо. ─ ─ Ученица Седьмого пика, Чжао Линлун. ─ ─ Ученица Шестого пика, Сюй Цзыянь. ─ ─ Приветствуем старейшину Черного Дракона, – почтительно склонили головы трое адептов. Сюй Тайпин не знал этого старейшины, но, видя благоговение старших, поспешно отвесил поклон в сторону дворца. Лишь Линь Буюй сохраняла полнейшее спокойствие, молча стоя на месте. ─ Зачем прибыли во дворец? ─ вновь зазвучал величавый голос. ─ Мы с младшей сестрой Цзыянь привели детей, избранных стелой Духовных костей, и хотели бы испросить позволения старейшины проверить их кости перед возвращением на пики, – почтительно доложил Цинсяо. ─ Входите. ─ Ответ прозвучал незамедлительно. … Внутри дворца. ─ Это… старейшина Черный Дракон? ─ Едва переступив порог, Сюй Тайпин невольно вздрогнул от неожиданности. Посреди зала на огромной подушке восседал могучий мужчина невероятных пропорций. Тайпин казался ребенком рядом с миниатюрной скалой. Еще страшнее было то, что при человеческом теле и роскошных фиолетовых одеждах голова этого существа напоминала жуткую драконью голову водного демона. ─ Истинный облик старейшины – духовный дракон из реки Цзяньян, что обрел человеческий облик после пятисот лет тренировок. Он последовал за прародителем нашей секты и стал одним из старейшин-хранителей. Хоть он и выглядит пугающе, душа у него добрая, не бойся, – тут же шепнула Линлун, заметив замешательство мальчишки. ─ Угу, сестра, я не боюсь, – кивнул Тайпин. Удивления в нем было больше, чем страха. ─ Сестра Цзыянь, какое совпадение, – раздался голос, и из-за спины старейшины вышел молодой человек в белых одеждах вместе с юным аристократом. ─ Старший брат Цзинь? – брови Цзыянь сошлись на переносице. ─ А ты что здесь забыл? – неприязненно бросил Цинсяо. Хотя причин они не знали, Тайпин сразу понял – этого парня здесь явно не жаловали. ─ Я недавно усмирял демонов в Царстве Тяньлан и случайно обнаружил у этого мальчишки духовную кость. Решил привезти его на гору и попутно заглянул к старейшине для проверки, – с улыбкой ответил юноша. Он даже не взглянул на Цинсяо, блуждая наглыми глазами по фигурам Цзыянь и Линлун. ─ Несколько лет не виделся, а младшая сестра Линлун расцвела, – с двусмысленной улыбкой протянул он. ─ Цзинь Хэчжи, если твои глаза тебе дороги, я могу вырвать их прямо сейчас, – Цинсяо шагнул вперед, загораживая девушек. ─ Посмотрим, сможешь ли… ─ ─ Прекратите балаган оба, – веки старейшины медленно приподнялись, открывая жуткие золотые зрачки. ─ Это не Седьмой пик и не Главный пик. Это – мой дворец Драконьих Врат, – Черный Дракон окинул их тяжелым взглядом. ─ Слушаемся, – синхронно притихли Цинсяо и Цзинь Хэчжи. ─ Подведите детей к помосту, – приказал старейшина, доставая из рукава драконью жемчужину. Жемчужина была размером с голову ребенка, чистая и прозрачная, точно янтарный шар, вокруг которого непрерывно клубилось мягкое зеленое сияние. В то же время Сюй Тайпин, Линь Буюй и молодой принц шагнули вперед. ─ Подойдите по очереди и приложите руку к этому шару, – произнес старейшина, окинув их взглядом. ─ Я первый! ─ Не дожидаясь приглашения, столичный принц бросился вперед и хлопнул ладонью по жемчужине. Старейшина слегка поморщился, но останавливать не стал. ─ Закройте глаза и не открывайте, пока я не велю, – холодно бросил он, вспыхнув золотистым свечением. Потоки золотой ци перетекли с его тела на жемчужину, а затем окутали фигуру принца. ─ Гум… ─ Мгновение спустя жемчужина в руках Черного Дракона ярко вспыхнула золотом, а вокруг нее заплясали языки пламени. ─ Кость Огненного золота! У него кость Огненного золота, ха-ха-ха!… ─ Увидев это, Цзинь Хэчжи расхохотался во все горло. Старейшина был недоволен его шумом, но наказывать не стал – появление еще одного ученика с костью Огненного золота шло на пользу всей секте Цинсюань. ---------- «Тестирование духовных костей, Сюй Тайпин лишен Семи Пиков» ─ Цзинь-шисюн, Сяо-ван ведь говорил, что он вовсе не какая-то заурядная духовная кость. Юноша в роскошных одеждах открыл глаза и, заметив перемены в жемчужине, расплылся в самодовольной улыбке. Сам Сюй Тайпин сохранял невозмутимое спокойствие: ни зависти, ни ревности на его лице не отразилось. Линь Буюй вела себя точно так же. ─ Малыш, как тебя зовут? Старейшина Черный Дракон, забирая драгоценную бусину обратно, обратился к заносчивому юнцу. ─ Я девятый принц Царства Тяньлан, имя мое Е Сюань, с малых лет я… ─ Всё, ступай в сторону. Не дослушав тираду, старейшина отмахнулся от него, словно от назойливой мухи, явно невзлюбив за напыщенный нрав. Е Сюань помрачнел от досады, но возразить не посмел и с кислым видом зашагал к Цзинь Хэчжи. ─ Ты, подходи. Старейшина Черный Дракон указал пальцем на Линь Буюй. Та кивнула, семенящими шажками приблизилась к наставнику и протянула маленькую ладошку к мерцающей сфере. При виде этой картины Цзыянь с Шестого Пика тревожно сжала кулаки. Хотя стела Духовных костей ошибалась крайне редко, от случайных промахов никто не был застрахован. В конце концов, между культиваторами с золотой и таинственной духовной костью лежала пропасть, не говоря уже о разнообразии самих врожденных особенностей. Сохранять хладнокровие Цзыянь попросту не могла. ─ Вум… ─ разнесся очередной мягкий гул. Жемчужина в руке старейшины вновь вспыхнула золотистым сиянием, но на сей раз вокруг нее заплясали искры потрескивающих молний. ─ Это редкая кость грома! Причем уровень золотой духовной кости! ─ не удержавшись от возгласа, воскликнула даже столь сдержанная фея Цзыянь. ─ Поздравляю, младшая сестра Цзыянь! Золотая кость грома не появлялась в нашей секте Цинсяо уже несколько сотен лет. ─ Сестра Цзыянь, Шестой Пик урвал такое сокровище, с тебя причитается – на обратном пути обязана сводить нас всех в «Пьяный бессмертный», отпраздновать как положено. Цинсяо и Линлун тут же шагнули вперед с поздравлениями. ─ Младшая сестра Цзыянь, мои поздравления, ─ процедил сквозь зубы Цзинь Хэчжи, явно не желая этого говорить. ─ Ха-ха-ха… ─ громогласно рассмеялся обычно угрюмый старейшина Черный Дракон, так что залы главного дворца задрожали от звука. ─ Огонь и молния, и обе – высшего золотого ранга! Будущее нашей секты Цинсяо обеспечено! ─ радостно объявил он. Сюй Тайпин, наблюдавший за происходящим со стороны, оставался совершенно спокоен. Лишь когда Линь Буюй проходила мимо, он тихонько обронил: ─ Поздравляю, сестрица Буюй. Девочка бросила на него короткий взгляд и кивнула: ─ Спасибо. Оба отличались на редкость невозмутимым нравом, хотя Линь Буюй казалась еще более невозмутимой. ─ Малыш, твоя очередь. Голос старейшины Черного Дракона вернул всех к реальности. Услышав это, Сюй Тайпин поднял голову и встретился взглядом с вертикальными зрачками старейшины, в которых отчетливо читалось любопытство. Цинсяо и Линлун разом напряглись, не сводя глаз с мальчика. ─ Слушаюсь. Обменявшись взглядом со старейшиной, Сюй Тайпин спокойно кивнул. Затем, под пристальными взглядами присутствующих, он приложил ладонь к драконьей жемчужине и прикрыл глаза, сосредоточившись. ─ Вум… ─ Ощутив, как мягкая волна тепла окутывает его целиком, он почти сразу почувствовал легкую дрожь в камне. Распахнув глаза, Сюй Тайпин с удивлением увидел, что некогда прозрачная жемчужина превратилась в мертвенно-бледную, точь-в-точь как заброшенные впотьмах звериные кости у обочины дороги. ─ И правда, ─ пронеслось в его мыслях. Его догадка подтвердилась: хотя чудесная пилюля, оставленная дедом, помогла его имени оказаться в списках бессмертных, истинной духовной костью он от этого не стал. ─ Ко… кость Белого духа? ─ Лицо старшей ученицы Чжао Линлун исказилось от крайнего изумления при виде белесого шара. Хотя Цинсяо молчал, по его лицу было ясно, что удивлен он ничуть не меньше сестры Линлун. ─ Надо же, стела Духовных костей вынесла приговор в виде простой кости смертного. Вашему Семи Пикам в очередной раз изменила удача, как погляжу, ─ ехидно ухмыльнулся Цзинь Хэчжи со Спесивого Первого Пика, не упустив шанса вставить шпильку. ─ Ты!.. ─ Младшая сестра, полно. ─ Цинсяо вовремя перехватил разгневанную Линлун. ─ Старейшина Черный Дракон, нельзя ли провести повторный тест? ─ обратился он к судье. ─ Цинсяо, вы же прекрасно знаете правила: моя бусина не ошибается, ─ сурово ответил старейшина, убирая артефакт. ─ Эх… ─ тяжело вздохнул Цинсяо. ─ Цзыянь, Хэчжи, забирайте детей и поднимайтесь на пики, здесь вам больше делать нечего, ─ бросил старейшина, переводя взгляд на остальных. ─ Старейшина Черный Дракон, младший сотоварищ Цинсяо, сестра Линлун, я удаляюсь, ─ весело бросил Цзинь Хэчжи, увлекая за собой Е Сюаня. ─ Цзинь-шисюн, неужели наша секта Цинсяо принимает даже всякий мусор вроде костей смертных? ─ Брось, такому отребью на Первом Пике делать точно нечего. Их голоса затихали в дверях, заставляя кровь закипать в жилах Цинсяо и Линлун, но поделать с этим они ничего не могли. Цзыянь, понимая состояние товарищей, молча кивнула и увела с собой Линь Буюй. Когда все удалились, старейшина Черный Дракон вновь раскрыл глаза. ─ Простая кость не дает права числиться среди учеников Семи Пиков. Можешь на три года остаться у подножия горы в качестве чернорабочего послушника и попытать счастья на отборе через три года, либо убирайся восвояси немедленно. Он устремил тяжелый взгляд на неподвижно стоявшего Сюй Тайпина. Выбор был очевиден. ─ Тайпин… ─ начала было Линлун. ─ Пусть решает сам, ─ оборвал ее старейшина. Девушка прикусила губу и послушно замолчала. ─ Если я пройду Отбор Семи Пиков, смогу ли я всё же ступить на Седьмой Пик и стать младшим братом сестрицы Линлун и брата Цинсяо? ─ не колеблясь, спросил мальчик, переводя взгляд на своих защитников. ─ Обещать за учителя я не вправе, но если пройдешь испытание, двери Семи Пиков распахнутся для тебя настежь, ─ твердо пообещал Цинсяо. Ему было искренне совестно, что он не смог забрать ребенка с собой. ─ Тайпин, пройти отбор – это прекрасно, но задача эта непосильная… ─ Линлун с горестным вздохом покачала головой. Сюй Тайпин лишь улыбнулся ей в ответ и повернулся к старейшине: ─ Старейшина, я остаюсь у подножия горы на три года. Своему деду он дал слово, а нарушать обещания не привык. Заметив непоколебимость в глазах мальчика, старейшина Черный Дракон равнодушно кивнул и протянул ему нефритовый жетон: ─ Возьми. Тебя проводят внизу и объяснят, как жить дальше. ─ Благодарю, старейшина, ─ Сюй Тайпин принял пропуск. ─ Старейшина Черный Дракон, раз уж я привела этого ребенка сюда, позвольте мне самой проводить его и устроить на новом месте, ─ шагнула вперед Линлун. ─ Ученикам Семи Пиков запрещено своевольно спускаться вниз и вмешиваться в мирские дела… Впрочем, раз уж ты его поручительница, сделаю исключение, ─ немного подумав, смилостивился старейшина. ─ Спасибо, старейшина Черный Дракон! ─ просияла от радости девушка. ─ Только помни: больше двух часов внизу тебе оставаться запрещено. Никаких фокусов. Наверху я слепой ко всему, но внизу замечу малейшее движение травинки. ─ Не сомневайтесь, клянусь, ничего лишнего я не сделаю, ─ с наивной улыбкой пообещала Линлун, тут же спалившаяся на собственных хитростях. … Вскоре они стояли у дворца Драконьих Врат. ─ Младшая сестра, мне нужно доложить о результатах наставнику. Поручаю его тебе – устрой всё как следует, ведь спуститься к нему позже нам будет непросто. ─ Не переживай, братец, я позабочусь обо всем, ─ заверила его Линлун. Цинсяо кивнул, вскочил на парящую в воздухе нефритовую флейту и исчез в вышине стремительной белой молнией. ─ Ну что, Тайпин, пойдем сначала зарегистрируемся, а потом подыщем место, где ты сможешь и зарабатывать заслуги, и спокойно культивировать, ─ подмигнула она мальчику, хлопая по плечу. ─ Зарабатывать заслуги? ─ переспросил озадаченный Сюй Тайпин. ─ Именно, ─ вздохнула Линлун и пояснила: ─ Внешние ученики у подножия горы обязаны ежегодно копить заслуги. Только так можно удержаться в секте Цинсяо, иначе – пинком под зад. ─ И как их добывают? ─ После регистрации каждому выделяют дворик и надел земли под огород или сад духовных трав. В саду выращивают зерно или целебные травы, а вырастив урожай, сдают его в обмен на монеты заслуг, ─ терпеливо растолковала она. ─ Понял, сестрица Линлун. Проще говоря, это вроде наших мирских денег, ─ догадался мальчик. ─ В общем и целом, да, ─ улыбнулась Линлун, беря его за руку. ─ Пойдем в Павильон Западного Ветра, оформим твое поступление, а там глядишь и занятие подходящее подыщем. ---------- «Обитель Зеленого Бамбука, прощание с Линлун» Гора Юньлушань, Павильон Западного Ветра. Здесь велось заведование делами всех внешних учеников секты Цинсяо. ─ Фея Линлун, вопросы с регистрацией этого юного сотоварища улажены. Вот зеркальце и нефритовый свиток с техникой, извольте получить. Седовласый старец протянул Линлун деревянную шкатулку. ─ Держи, Тайпин, это зеркало – доказательство твоего статуса внешнего послушника и одновременно артефакт, через который ты будешь слушать лекции старейшин секты, ─ передала она вещи мальчику. ─ Верно. Внешним ученикам не положено личное наставничество, поэтому по первым и пятнадцатым числам месяца они внимают мудрости наставников исключительно через такие зерцала, ─ с улыбкой добавил смотритель павильона. ─ А этот свиток? ─ поинтересовался Сюй Тайпин, поднимая вторую вещицу. ─ Это свиток передачи мастерства, внутри записана базовая техника очищения дыхания. Чтобы прочесть ее, достаточно приложить его к межбровью и погрузиться в медитацию, ─ объяснил старец. ─ Всё верно, там же описаны правила обращения с зеркалом и основные запреты. Изучишь, когда обустроишься на новом месте, ─ кивнула Линлун. ─ Хорошо, ─ согласился он. ─ Павильонный владыка Лю, не найдется ли у вас свободного сада лекарственных трав, за которым некому приглядывать? ─ перевела она взгляд на пожилого главу павильона. ─ Это… ─ старец замялся. Во внешних землях уход за духовными плантациями считался самым выгодным делом: и хлопот минимум, и заслуг капает вдоволь. ─ Владыка Лю, мальчик этот – мой дальний родственник. Если поможете, считайте, что Чжао Линлун с Семи Пиков осталась перед вами в долгу, ─ с нажимом произнесла девушка. При этих словах глаза старика мгновенно засияли. Влияние ученицы главы Семи Пиков было огромно, и заручиться ее расположением дорогого стоило. ─ Раз уж сама фея Линлун просит, грех отказывать, ─ после короткого раздумья кивнул старец. Линлун облегченно выдохнула. Сюй Тайпин же молча посмотрел на нее с благодарностью – этот долг он записал на свой внутренний счет. ─ Не стану скрывать, во владении нашего павильона, в западных горах Юньлушани, как раз пустует один сад, ─ поглаживая бороду, заговорил глава Лю, указывая на карту на стене. ─ Зовется он Обитель Зеленого Бамбука, добираться отсюда примерно три тысячи ли. Там не только три му земли с целебными травами, но и готовый домик для жилья и тренировок имеется. … Спустя полчаса. У крыльца Павильона Западного Ветра. ─ Владыка, разве не докладывали недавно, что в Обители Зеленого Бамбука завелась нечисть? Если мы сошлем туда паренька, а с ним что-то случится, как мы будем держать ответ перед феей Линлун? ─ опасливо покосился на улетающих вдаль на журавле гостей один из управляющих. ─ Пустые сплетни. Несколько учеников с Четвертого Пика на днях проверяли – никакой нечисти там нет, ─ отмахнулся Лю Суншань. ─ К тому же, даже если б и были проблемы… Сдохнет какой-то сопливый сирота – невелика потеря. Из новичков до конца года доживает дай бог половина, если отчитываться за каждого мертвеца, мне самому петлю на шею мылить? ─ добавил он презрительно. ─ Вы правы, владыка, это я излишне тревожусь, ─ поспешно умолк подчиненный. … Еще полчаса спустя. Обитель Зеленого Бамбука. ─ Фея Линлун, мы прибыли, ─ промолвил небесный журавль человеческим голосом, аккуратно опуская пассажиров на землю. Сюй Тайпин выпрямился и огляделся. Среди густых зарослей изумрудного бамбука притаился скромный дворик с глинобитными стенами, порог которого почти скрылся под ковром из опавших листьев. ─ Малыш Тайпин, теперь тебе придется рассчитывать только на свои силы, ─ с грустью в голосе произнесла Линлун, глядя на солнце. Время, отведенное старейшиной, истекло. ─ Спасибо вам, сестрица Линлун. Обещаю усердно заниматься, чтобы поскорее подняться на Седьмой Пик. В детских глазах горела твердая решимость, совсем не по возрасту взрослая. ─ Я верю в тебя, ─ улыбнулась девушка, ласково потрепав его по щеке. Из рукава она извлекла костяную флейту и кошель: ─ Эта вещица подзывает местных духовных птиц. В кошельке лежат тридцать монет заслуг, выданных новичкам Павильоном Западного Ветра. Если понадобится срочно купить что-то нужное, можешь потратить монету, чтобы пернатые слетали за тебя в лавку. Но без крайней нужды монеты не трать – скорее всего, сад заброшен, и на покупку семян и зерна уйдет немало средств. ─ Я буду бережливым, сестрица. Мальчик принял подарки. ─ До встречи, Тайпин. Береги себя. Вспрыгнув обратно на птицу, Линлун замахала рукой. ─ До свидания, сестрица Линлун! ─ Взмываем! ─ скомандовала она. Птица взмахнула крыльями, поднимая вихрь опавших листьев, и стремительно взмыла в облака. ─ Ох, малыш, суждено ли нам свидеться вновь… ─ шептала она, глядя вниз на уменьшающуюся фигурку. Выросшая в обители Цинсяо, она прекрасно знала, что у обладателей белых костей шансы пробиться на пики исчисляются долями процента – большинство так и ломается на трехлетнем рубеже испытаний. … ─ Скрип… ─ Оставшись один, Сюй Тайпин толкнул калитку, решительным шагом миновал двор и направился прямиком в тыловые сады. ─ Верно, как Линлун и говорила: запустение кругом, ─ констатировал он, оглядывая заросшую сорняками делянку. Впрочем, заглянул он сюда не ради проверки огорода. Осторожно достав из пазухи деревянный ларец, он извлек крошечный фарфоровый флакончик, из которого вытряхнул на ладонь единственное желтое зернышко. Тот самый боб, оставленный дедом. ─ Дед говорил, что если закопать его на священной горе, меня ждет великая удача. Присев на корточки, он пальцами выкопал небольшую лунку в потрескавшейся земле и опустил туда семя. ─ Если сбылись слова про пилюлю, значит, и семечко не подведет. Засыпав ямку свежей землицей, мальчик аккуратно разровнял ее ладонью. ---------- «Посадка боба, обретение судьбы в стручке» ─ Может, стоило полить его водой? ─ Хруп!… ─ Не успел он подняться, как земля над посаженным семечком шевельнулась, отброшенная снизу какой-то неведомой силой. ─ А? Вс… взошло? Так быстро?! Ошеломленный мальчик присел на корточки и обомлел: крошечный росток пробился на поверхность в мгновение ока. Мало того, выскочив из земли, стебель принялся расти с пугающей скоростью, выпуская листья, завязывая бутонизацию и плодонося на глазах. Пару мгновений – и перед Сюй Тайпином возвышался зрелый стебель бобового растения. Оно достигало четырех футов в высоту, сочная зелень листвы казалась почти влажной, а три массивных стручка на ветвях сияли чистейшим нефритом, выдавая в них нечто из ряда вон выходящее. ─ Неужели та самая удача, о которой толковал дед, – это и есть бобы из этих стручков? ─ в изумлении прошептал он, протягивая руку к диковинному растению. ─ Малыш. Тотчас раздался нежный женский голос, доносящийся прямо из побегов. Следом густое молочно-белое сияние хлынуло из листьев, клубясь дымкой и формируя перед замерсшим мальчиком силуэт невероятной красоты небожительницы. ─ Не спеши срывать, ─ улыбнулась она, глядя на остолбеневшего ребенка. ─ Ты… ты… кто? Нечисть или… небожительница? Совладав с собой, Сюй Тайпин изо всех сил старался держать лицо, хотя голос всё равно дрожал. ─ Небожительница? Пожалуй, когда-то так и было. Теперь же осталась лишь жалкая тень души, что держится за этот боб ради крох выживания, ─ с горькой усмешкой отозвалась женщина. ─ Не бойся, малыш, вреда я тебе не причиню да и не смогла бы. Я показалась лишь затем, чтобы предложить сделку. ─ Сделку? ─ переспросил он. ─ Меня зовут Чу Линъюэ. Шесть веков назад завистники запечатали мое тело и разорвали душу, и лишь этот боб позволил уцелеть моему последнему осколку. Странствуя тысячи ли, семя в конце концов попало к твоему деду, а от него – к тебе. И вот сегодня, оказавшись в благодатной почве, оно проросло, позволив мне вновь вдохнуть воздух мира живых. ─ Если бы я не поднялся на гору, ты бы так и осталась заперта внутри? ─ с детским любопытством осведомился Сюй Тайпин. При всей рассудительности возраст брал свое: интерес перевешивал страх. ─ Именно так. Более того, через годик-другой духовные силы боба иссякли бы окончательно, и мой бедный дух развеялся бы без следа, ─ прямо ответила Чу Линъюэ, ничего не утаивая. ─ И в чем же заключается твоя сделка? ─ Не мог бы ты сорвать лишь один стручок, а два остальных оставить мне? ─ Судя по твоим словам, сорвать их могу только я? ─ прищурился мальчик. ─ А Сюй Чжиань может гордиться внуком, умом ты не обделен, ─ горько улыбнулась она, подтверждая догадку. ─ Верно, плоды поддаются лишь рукам того, кто посадил растение. ─ Понимаю. Сюй Тайпин кивнул. ─ Раз это сделка, что ты можешь предложить взамен? ─ Если ты оставишь мне два стручка, я поведаю тайну этого боба и дам рецепт отвара, что позволит человеку с простой костью ступить на путь культивации. Ее взгляд больше не воспринимал Тайпина как несмышленого ребенка. Услышав о рецепте для смертных костей, мальчик едва заметно вздрогнул от вспыхнувшей надежды. ─ С чего мне верить тебе? ─ Могу сперва отдать рецепт. Проверить его эффективность ты сможешь сам, а уже потом мы ударим по рукам, ─ предложила она с честным выражением лица. Сюй Тайпин долго всматривался в ее глаза, после чего решительно кивнул: ─ Проверять не нужно, я согласен на сделку. ─ Вот как? Совсем не боишься обмана? ─ удивилась ее прямоте женщина. ─ Дед говорил, что после посадки зерна меня ждет судьбоносный дар. Думаю, этот дар – ты, фея. Женщина на мгновение замерла, а затем прикрыла ладонью улыбающиеся губы: ─ А язык у тебя подвешен лучше, чем у твоего деда. ─ Вы были знакомы с моим дедом? ─ воспользовавшись моментом, спросил он. Из ее обмолвок было ясно, что они пересекались прежде. ─ Времени мало, давай лучше вернемся к самому бобу, ─ уклонилась от ответа Чу Линъюэ. ─ Ладно. Сюй Тайпин уселся на землю, скрестив ноги, и приготовился слушать. ─ Боб, что дал тебе дед, зовется Плодом Земной Сокровищницы. Вещь редчайшая: посаженный в благодатных землях бессмертных, он впитывает их ци и преображает ее в уникальное сокровище. Фея не стала ходить вокруг да около. ─ Хочешь сказать, если закопать его в другой горе, урожай будет совсем другим? ─ Совершенно верно, ─ одобрительно кивнула она. ─ Сияние каждой горы уникально, как и человеческие лица. Поэтому и плоды, взращенные на разных вершинах, отличаются друг от друга. ─ Невероятно… А я думал, это просто волшебный фрукт, ─ потрясенно выдохнул мальчик, осознав всю ценность семечки. ─ Сорви один из стручков и вскрой его, ─ кивнула Чу Линъюэ. ---------- Получение духовных кристаллов и секреты Плода Земной Сокровищницы ─ Мгм, ─ отозвалась она. Сюй Тайпин послушно оторвал от бобового стручка один стручок, а затем осторожно принялся еголущить. ─ Фея, что это такое? ─ не удержался от вопроса он. Когда стручок раскрылся, Сюй Тайпин увидел внутри вовсе не бобы, а россыпь сияющих, источающих кристаллический блеск бусин. ─ Это духовные кристаллы, воплощение чистейшей энергии, что таится в недрах этой земли. В дальнейшем, когда начнешь практиковать упражнения, можешь за щеку класть по одному такому зернышку, да вдобавок следовать выданному мной рецепту – тогда даже с костями смертного удастся быстро продвинуться в постижении Пути, ─ с уверенной улыбкой пояснила Фея Линъюэ. ─ Неужто правда? ─ сорвалось у Сюй Тайпина с губ. ─ Для того у кого простая кость смертного, само восхождение на Путь никогда не было особой сложностью. Беда лишь в том, что ваши края затеряны на этом огромном континенте, где многие традиции и древние преемственности давно иссякли, вот и случается порой, что обладатели простых костей оказываются вовсе отрезанными от духовного ремесла. Фея Линъюэ легкомысленно кивнула, а затем продолжила говорить: ─ Среди всех сокровищ, что рождает Плод Земной Сокровищницы, духовный кристалл – пожалуй, наименее ценное. Только вот здешняя земля слишком иссохла и бедна, способна взращивать лишь столь скромные плоды. Даже если позволить лозе зреть дольше положенного, вырастут разве что кристаллы более чистой выделки, но истинным артефактом, наделенным великими чудесными силами, им все равно не стать. Выслушав эти слова, Сюй Тайпин задумался на мгновение, а затем снова спросил: ─ Скажи мне, если я посажу это семя на одном из Семи Пиков, сможет ли оно тогда принести то самое божественное сокровище, о котором говорила Фея? ─ Схватываешь на лету. Не будь я всего лишь остатком рассеянной души, сама бы непременно взяла тебя в ученики. Чем больше Фея Линъюэ всматривалась в Сюй Тайпина, тем сильнее он ей нравился. Сюй Тайпин от такой похвалы даже смутился и неловко почесал затылок. ─ Однако, чтобы Плод Земной Сокровищницы принес куда более мощные сокровища, мало просто пересадить семя на Семь Пиков, где духовные испарения куда гуще – нам предстоит провернуть еще одно дело, ─ вновь подала голос Фея Линъюэ. ─ Какое же? ─ поспешно поинтересовался Сюй Тайпин. ─ Сперва, Тайпин, сорви с той плети оставшиеся два стручка, а после шелуши их прямо на ладони. Фея не стала спешить с объяснениями, а лишь указала на оставшиеся две зеленые створки. ─ Хорошо. Решившись довериться Фее Линъюэ, Сюй Тайпин действовал безоговорочно и споро: он без колебаний сорвал оба стручка и вскрыл их. Внутри оказалось ровно то, о чем говорила Фея Линъюэ – те же самые похожие на горошины духовные кристаллы. ─ Фея. Сюй Тайпин аккуратно припрятал свою долю, а оставшиеся сияющие зерна протянул прямо к призрачному силуэту Феи Линъюэ. Чужого он не возьмет, но и своего никому не отдаст. Наблюдая за этой сценой, Фея Линъюэ мысленно одобрительно кивнула. В глубине души она снова воздала ему должное: «Совсем юн, а ведет себя осмотрительно, но без трусости, дела вершит решительно и с легким сердцем – истинно наш человек». Вслух она этого говорить не стала, лишь коротко кивнула юноше, а затем широко открыла рот и втянула в себя воздух над его ладонью. ─ Шшш… ─ Раздался едва слышный всасывающий звук, и Сюй Тайпин воочию узрел, как семь или восемь кристаллов на его ладони в одно мгновение рассыпались тонкими струйками фиолетового тумана, который полноводной рекой втек в призрачные уста Феи. Стоило Фее Линъюэ поглотить эти потоки, как Сюй Тайпин явственно заметил: ее облик сделался куда плотнее и четче, перестав походить на зыбкую дымку, раскачиваемую ветром. ─ Благодарю тебя, маленький друг Тайпин, за то, что продлил мне жизнь на чуток, ─ Линъюэ не поскупилась на искреннюю благодарность. ─ Не стоит благодарности, Фея. У нас ведь честный обмен, ─ Сюй Тайпин остался невозмутим и лишь спокойно покачал головой. ─ И то верно, ─ Линъюэ с одобрением кивнула, а затем перевела взгляд на увядающую плеть у них под ногами. ─ Взгляни-ка, что сталось с этим стеблем. Послушно опустив голову, Сюй Тайпин с изумлением обнаружил, что еще недавно пышавший живительной силой куст полностью пожух и теперь ничем не отличался от обычной сорной травы. ─ Фея, стебель зачах, как же нам теперь добыть семена? ─ в голосе юноши проскользнуло легкое удивление, но страха не было – он знал, что у бессмертной наверняка найдется выход. ─ Насчет этого самого… ─ Фея Линъюэ лукаво улыбнулась. ─ Как раз об этом я и толковала, когда упоминала второе дело, которое нам предстоит сделать. Услышав это, Сюй Тайпин тут же обратился в слух, вперив в свою наставницу пристальный взгляд. Не став больше томить его загадками, Фея прямо пояснила: ─ Каждый раз, когда Плод Земной Сокровищницы приносит урожай, после сбора всех плодов лоза увядает сама собой. И сколько ее ни жди в следующем году, новых ростков не появится. ─ Чтобы заставить ее плодоносить снова, требуется особое беспримесное пламя, способное испепелить этот мертвый куст. Когда от него останется лишь горстка пепла, в самой его сердцевине вновь зарождаются семена. Эту процедуру мы именуем «огненным посевом». Рассказ Линъюэ вновь вызвал у Сюй Тайпина немалое изумление. Впрочем, куда сильнее самого чуда его взволновало то самое неведомое понятие, упомянутое Феей – беспримесное пламя. ─ Фея, что за пламя зовется беспримесным? ─ спросил он. Словно только и ждав этого вопроса, Фея Линъюэ озарила лицо довольной улыбкой и принялась растолковывать: ─ То, что называют беспримесным пламенем, вполне соответствует своему названию: это огонь, что возгорается сам по себе, не нуждаясь во внешнем горючем. ─ Такое пламя бывает двух видов. Одно зарождается в дикой природе само по себе, другое же взращивают адепты Пути через соединение истинной ци и древних техник – такой огонь мы именуем истинным. ─ Стихийный огонь, рожденный самой природой, кличут духовным пламенем. Вещь сия столь чудесна, что ее можно лишь случайно отыскать, но нельзя сыскать по воле. ─ А потому из всего беспримесного пламени, доступного тебе, остается лишь то, что закалено руками практиков. Истинный же огонь, взлелеянный адептами, чаще всего заключен внутри магических артефактов и талисманов. Если бы дело касалось простой беседы о природе огня, Линъюэ не стала бы тратить столько слов. Очевидно, что этой речью она намеревалась исподволь направить юношу на тропу самосовершенствования. ─ Благодарю за наставление, Фея, ─ Сюй Тайпин почувствовал, что почерпнул для себя бездну полезного, и тут же отвесил глубокий поклон. ─ Значит, ты хочешь, чтобы я раздобыл талисман, несущий в себе истинный огонь? ─ тотчас перепроверил он. ─ Именно так, ─ улыбнувшись, кивнула Фея Линъюэ. ─ Хотя Талисман Истинного Огня не считается большой редкостью, а для первого огненного посева вовсе не требуется запредельная мощь пламени, тебе пока что все равно не по карману подобные вещи. А потому выбирай: либо со временем сам дойдешь до постижения внутренней силы и выкуешь собственный огонь, либо усердно трудись в этом саду, пока не заработаешь достаточно монет заслуг, чтобы обменять их на готовый талисман. Не спеши, время еще есть. ─ Будьте покойны, Фея, я стану усердно постигать ремесло и прилежно ухаживать за этой половиной акра земли, чтобы поскорее раздобыть пламя для посева, ─ с предельной серьезностью кивнул Сюй Тайпин. ---------- Дар в виде рецепта, и отвар для очищения костного мозга ─ Прекрасно, ─ ласково улыбнулась ему Линъюэ. Сама она не понимала почему, но хотя перед ней стоял всего лишь мальчишка чуть старше десяти лет, его ум и твердость духа казались крепче, чем у многих взрослых. Он до странности напоминал ей одного знакомого из далекого прошлого. ─ Подойди ближе, ─ она слегка поманила юношу пальцем. ─ У Феи есть еще какие-то поручения? ─ озадаченно шагнул вперед Сюй Тайпин. ─ Хлоп. ─ В тот же миг палец Феи Линъюэ легко коснулся его лба. Прежде чем юноша успел опомниться, по его телу разлилась бодрящая, прохладная волна, устремившаяся прямо в голову, а в сознании вдруг сам собой возник образ белого листа бумаги, исписанного сложным рецептом и подробным наставлением по варке зелья. ─ Отвар для очищения костного мозга и промывания вен? Неужто впрямь существует рецепт, способный позволить смертному идти по Пути? ─ пробежав глазами по строкам, описывающим целебные свойства, Сюй Тайпин не смог скрыть радостной улыбки. ─ Не спеши радоваться, малыш. Этот отвар задумывался как вспомогательный – его полагалось использовать в паре с другим составом, но травы для той второй микстуры слишком редки и дороги, так что толку от ее рецепта тебе никакого. Из-за этого во время погружения в целебные воды тебя ждет немало тяжелых испытаний, ─ Фея тотчас остудила его пыл новой порцией холодной воды. ─ Каких именно испытаний? ─ незамедлительно осведомился Сюй Тайпин. ─ Без второго зелья тебе придется терпеть жуткую боль, будто с живого сдирают кожу и соскабливают мясо с костей, ─ сурово произнесла Линъюэ. ─ Я не боюсь боли, ─ помолчав немного, твердо мотнул головой юноша. Линъюэ очень хотелось сказать, что он просто понятия не имеет о каких муках идет речь, иначе бы отвечал не так самоуверенно, но неведомая сила заставила ее проглотить эти слова. ─ У меня нынче на редкость благодушное настроение, а потому в дополнение к обещанному рецепту пожалую тебе еще одну вещь, ─ неожиданно улыбнулась Фея Линъюэ и сжала ладонь в кулак. Мгновенно лучи белого света лентами заструились меж ее пальцев, и стоило ей разжать руку, как на ладони замерцали три чистых кристаллоподобных шарика. В то же самое мгновение, как эти три сферы обрели форму, Сюй Тайпин отчетливо заметил, как фигура Феи стала еще более прозрачной. ─ Взметнись! ─ Не дожидаясь вопросов, Линъюэ резко взмахнула рукой, швырнув шарики в три разных конца сада. Стоило им упасть, как Сюй Тайпин услышал тихий шепот заклинаний: от каждой сферы во все стороны поплыли бледно-зеленые лучи, сплетаясь в замысловатый узор древней руны, укутавший всю плантацию целиком. ─ Это Малый массив трех талантов для сбора духовной энергии. До настоящего массива ему далеко, но он с легкостью обеспечит твоему полуакру земли тройной урожай в течение года, ─ обессиленно пояснила она. ─ Тройной? ─ услышав это, Сюй Тайпин сперва изумленно ахнул, но тут же полез в карман, вытащил оставшиеся четыре кристалла и протянул их Фее: ─ Возьми их, Фея. Мой дед сказывал: в любом деле честность превыше всего, иначе долго не протянешь. От такого недетского заявления Линъюэ невольно прыснула со смеху, но тут же вернула лицу серьезное выражение: ─ Рассуждаешь верно, раз уж уговор – значит, все должно быть по-честному. Но тебе сейчас самим духовным силам учиться предстоит, эти кристаллы нужнее для дела. Считай, что я взяла их в долг, а вернешь с излишком, когда Плод принесет новый урожай. Сюй Тайпин немного подумал над ее словами, а затем кивнул: ─ Ладно. Тогда в следующий раз я отдам больше, должно получиться ровно пять кристаллов. ─ И то верно, с процентами так с процентами, ─ Фея снова прикрыла рот рукой и тихонько защирника хихикнула. В этот момент контуры ее тела сделались совсем прозрачными, а аура заметно истончилась. ─ Маленький Тайпин, этот остаток моей души слишком слаб, мне нужно снова залечь в Плод Земной Сокровищницы и хотя бы месяц-другой набираться сил. Дальше сад и твое собственное восхождение полностью на тебе – смотри не подводи меня, мне еще предстоит с помощью Плода вернуть себе истинное тело, ─ полушутливо-полусерьезно наставила она юношу. ─ Не беспокойся, Фея, постижение Пути – дело сугубо мое личное, я ни за что не стану тянуть тебя назад, ─ взгляд Сюй Тайпина оставался непреклонным. ─ Сказано отлично. Путь самосовершенствования – дорога одинокая, другие могут поддержать лишь на время, но не до конца дней, идти все равно придется самому, ─ Линъюэ осталась довольна его ответом, после чего кивнула на засохший куст: ─ Сходи в дом, поищи лопату. Выкопай эту плеть и закопай глубоко в самом центре сада. ─ Сделано, ─ бросил Сюй Тайпин и без лишних слов заспешил к избе. Стоило ему повернуться к дому спиной, как мягкое и доброжелательное выражение лица Феи Линъюэ вмиг испарилось, сменившись хищным, холодным взглядом. Она резко обернулась к внешней стене. Проследив за ее суровым взором, можно было заметить пару жутких голубоватых глаз, что украдкой пялились во двор из-за ограды. Заметив, что Фея уставилась прямо на него, обладатель глаз испуганно дернулся и кубарем скатился со стены. ─ Ух!… В то же мгновение призрачная тень Линъюэ взвилась смерчем, перемахнула через забор и одним ударом вбила сорвавшегося чужака обратно в землю. ─ Пощадите бессмертную! Пощадите! Я всего лишь жалкий чангуй, меня заставил сюда прийти тигриный владыка из Ущелья Лазурного Пика! ─ завопило существо с мертвенно-бледным лицом и сгнившей плотью, сквозь которую проступали голые кости, падая ниц перед Феей. ─ Служить тигру и творить зло – вот вы, отбросы, на что годитесь, ─ презрительно фыркнула Линъюэ и отмахнулась от него, словно от назойливой мухи. Прежней мягкости по отношению к Сюй Тайпину не осталось и следа. «Постой, сил моих еще недостаточно, чтобы тягаться с тем тигром-оборотнем. Если прикончу этого слугу прямо сейчас, лишь навлеку на нас лишние хлопоты. Лучше наложить на него заклятие забвения – пусть временно позабудет о случившемся, а когда Тайпин наберется сил, сам с ним разделается. Для него это будет отличная разминка», ─ пробормотала она себе под нос, передумав убивать тварь на месте, и на ее лице вновь заиграла довольная улыбка. ---------- Медная зерцала свет, и первый тайный свиток ─ Хлоп! ─ Линъюэ щелкнула пальцем прямо меж бровей оцепеневшего чангуя, оставляя там светящуюся белизной руну. Как только метка впиталась под кожу, слуга тигра бессмысленно поднялся на ноги. Словно не замечая присутствия грозной феи, он зашагал прочь из двора, бормоча под нос: ─ С чего это я тут свалился… Ну да ладно, пора возвращаться к господину с докладом. Скажу ему, что в Обители Зеленого Бамбука объявился новый мальчишка-сторож. Погодим, пока их лекарственные травы созреют, заявимся туда да прикончим парня вместе с урожаем. Глядишь, великий владыка за такую весть одарит меня свежим сочным сердцем – красота!… Бормоча это, нечисть принялась покачивать головой, явно упиваясь собственным коварным планом. ─ Ох, отпускать тигра в горы – дело рискованное, но пусть уж маленький Тайпин со временем поймет мое учительское усердие, ─ тихо вздохнула Линъюэ вслед удаляющемуся чудовищу. Пусть юноша еще официально не стал ее учеником, и давал ли он согласие – было неизвестно, это ничуть не мешало Линъюэ мысленно примерять на себя роль наставницы. Впрочем, вряд ли она кому-то признается, что главным мотивом была вовсе не педагогика, а смертная тоска – проведя века взаперти внутри Плода, она просто страсть как хотела развлечься. … Сквозь ночь. Сюй Тайпин встал до рассвета. Первым делом он прополол сорняки на плантации, а затем подбросил еще землицы на грядку с зарытым Плодом Земной Сокровищницы – для него это сокровище отныне являлось фундаментом будущей жизни в мире практиков, и допустить кражу он не мог. Сама же Фея Линъюэ после возвращения в плод больше не показывалась; Тайпин полагал, что ее затворничество продлится не меньше луны. Закончив с прополкой, он потратил добрую половину дня на наведение порядка в трех комнатах Обители Зеленого Бамбука. Жилище оказалось бедным: спальня с единственной топчаном, главная горница, кухонька да нужник, пристроенный в самом дальжном углу участка. В кладовой же нашелся занятный инвентарь: кувшин с неисчерпаемой водой и кадушка для риса, выдающая целое ведро крупы в обмен на одну монету заслуг. С водой и едой вопрос был закрыт, а сушеная рыба с балки довершила дело – так Сюй Тайпин справил свой первый обед в стенах секты Цинсюань. Поевши, он застелил кровать простыней из сундука, уселся по-турецки, скрестив ноги, и извлек из кармана выданный Павильоном Западного Ветра нефритовый свиток и старое медное зеркало. ─ Когда Фея передавала рецепт, она коснулась моего лба. Здесь, судя по всему, тот же способ передачи мыслей – приложить к межбровью, ─ пробормотал он, разглядывая гладкий камень. Глава Павильона уверял, что в свитке записана базовая техника дыхания сект Цинсюань, а также свод строгих правил и инструкция по обращению с зеркалом. ─ Ух… Информации здесь явно больше, чем в том мгновенном прикосновении Феи, ─ едва свиток коснулся лба, в голове у юноши зашумело, потоки чужих знаков обрушились на сознание, едва не свалив его с кровати. К счастью, спустя пару мгновений поток иссяк, и Тайпин смог перевести дыхание. Вскоре обнаружилась одна особенность. Все эти чужие мысли улеглись в голове наподобие свитков на полке: чтобы познать их суть, требовалось мысленно «раскрывать» их одну за другой. ─ Выходит, способ передачи отличается. Фея вложила мне в голову готовые навыки варки отваров, а эта штука просто набила башку текстами, ─ сопоставил разницу Сюй Тайпин. ─ Впрочем, дело наверняка в самой сути знаний, ─ отмахнувшись от лишних раздумий, он сосредоточился и принялся медленно читать строчки, проплывающие в памяти. … Прошло три дня. Почти трое суточных суток ушло на то, чтобы осилить все послания из нефрита. Как и утверждал распорядитель Павильона, внутри обнаружилось три сокровища: «Канон Утренней Зари», «Заметки об управлении Таинственным зеркалом» и «Свод законов секты Цинсюань». В перерывах между чтением он исправно продолжал ворошить землю на огороде. … С перелопаченной землей покончено, теперь можно заняться удобрениями: собрать помет лесных зверей да опавшую листву, сжечь их и смешать с почвой, ─ рассуждал он вслух. ─ Торопиться некуда. Сегодня как раз первое число – день, когда старейшина Цзыян толкует основы Канона Утренней Зари для новичков. Такая лекция бывает раз в три месяца, пропустить нельзя. ─ А после послушаю – и глядишь, через зеркало закажу нужные семена, как раз потрачу ту монету заслуг. Уплетая скромный обед в горнице, юноша прикидывал планы на день, попутно оторвав с настенного календаря очередной листок. Под сорванным листом проступило заветное «Первое число», а рядом тушью было выведено красным: «Благоприятно для учебы, неблагоприятно для земельных работ». Календарь этот он выписал вчера через пролетавшую мимо духовную птицу, заказывая мелочевку для хозяйства. Обошлось в шесть монет заслуг, о чем он еще долго жалел. … Покончив с трапезой, Тайпин вернулся в спальню. Он достал из шкатулки медное зеркало и бережно положил на обшарпанный столик. Кроме зерцала, на столе стояла лишь полупустая чаша с ключевой водой, горсть лепестков да та самая монета заслуг сектантского чекана. Вспомнив инструкцию, Тайпин обмакнул палец в чашу, брызнул на отражающую поверхность пару капель, бросил туда лепестки и аккуратно положил монету. ─ Ох… ─ Стоило металлу коснуться глади, как из зеркала повеяло прохладным ветерком с тонкими нотками сандалового дыма. А следом оттуда донесся безэмоциональный голос: ─ Младший ученик внешней секты Сюй Тайпин занял свое место. Не отлучайтесь: старейшина Цзыян начинает лекцию, пропустившие сегодня ждут еще три луны. Изучив накануне свитки, Сюй Тайпин не испугался – «Заметки» подробно объясняли, что это отголосок духа-хранителя самого зеркала. Согласно записям, дух этот служит своего рода проводником, помогая отыскивать в глубинах зеркала нужные товары и сведения. Исключение составляли лишь запретные зоны самой секты, да и услуги проводника неизменно стоили по монете за раз. ─ Благодарю вас, дух зерцала, ─ вежливо произнес Тайпин в пустоту. Дух зерцала не был бездушной деревяшкой, так что проявить вежливость казалось ему вполне уместным. ---------- «Слушание проповеди, первое прикосновение к вратам самосовершенствования» ─ Излишние церемонии ни к чему. К немалому удивлению Сюй Тайпина, дух зеркала действительно ответил ему, хотя голос его прозвучал на редкость холодно и безжизненно. ─ Таинственное зеркало, старик уже готов. В этот самый момент из бронзового зеркала донесся крайне властный голос. Сюй Тайпин тут же перевел взгляд на зеркальную гладь. Стоило раздаться голосу старика, как на зеркале, прежде отражавшем лишь лицо самого Сюй Тайпина, внезапно проступили окутанные клубами дымки и тумана горные вершины, а на их фоне смутно вырисовывался силуэт старца с осанкой истинного бессмертного. ─ Истинный Владыка Цзыян, в этот раз слушать проповедь собрались триста девяносто шесть учеников, среди которых двести восемнадцать новичков, а двести человек еще не ступили на путь духовного развития. Голос духа зеркала вновь раздался из бронзового изделия. Пока он говорил, изображение на зеркале продолжало увеличиваться, пока Сюй Тайпин не смог отчетливо разглядеть сидевшего на каменной платформе Истинного Владыку Цзыяна. ─ Четыреста человек – вполне достаточно, больше никого пускать не нужно. Истинный Владыка Цзыян слегка прикрыл глаза, а его алые губы едва заметно приоткрылись. ─ Слушаюсь. Холодным тоном отозвался дух зеркала. «Оказывается, на проповедях Истинного Владыки Цзыяна есть лимит на количество слушателей… Хорошо хоть я пришел сегодня пораньше», – с легким облегчением подумал про себя Сюй Тайпин, выслушав диалог между владыкой и духом зеркала. ─ Независимо от того, слушаете ли вы эту «Канон Утренней Зари» впервые или уже делали это многократно, для меня все вы равны, и я начну повествование с самого начала. Слегка помолчав, Истинный Владыка Цзыян заговорил снова. Поняв, что истинный владыка перешел к официальной части проповеди, Сюй Тайпин тут же выпрямился, уставившись на переднюю часть бронзового зеркала во все глаза и боясь даже моргнуть. ─ Среди вас немало тех, кто до поступления в сектантскую обитель вовсе не занимался самосовершенствованием, а потому, прежде чем перейти к «Канону Утренней Зари», я сперва разъясню вам, что такое духовное развитие и что такое уровень силы. ─ Так называемое самосовершенствование – это не что иное, как закалка плоти с помощью техник телесного совершенствования и очищение семени для выплавки ци посредством методик открытия врат. Наша секта Цинсюань испокон веков уделяла особое внимание именно вратам. ─ Лишь взлелеяв сперва единый глоток изначальной истинной ци, вы обретете способность применять божественные заклинания, продлевать годы своей жизни, увеличивать ее предел и заглянуть в те дали, где совершается Вознесение и достигается бессмертие. ─ И «Канон Утренней Зари», о котором пойдет речь сегодня, – одно из важнейших базовых руководств нашей секты. Услышав это, Сюй Тайпин молча кивнул. Слова Истинного Владыки Цзыяна поразительно напоминала вступление к «Канону Утренней Зари», и это была единственная часть, которую он оказался способен понять. Последующие же разъяснения о конкретных шагах практики оставили его в полном недоумении. ─ Разобравшись с тем, что такое самосовершенствование, я перейду к следующему вопросу: что представляет собой уровень силы. ─ Кратко говоря, сила – это различные этапы духовного пути. ─ В мире самосовершенствования, в зависимости от обретенной продолжительности жизни и мощи боевого потенциала, ступени развития принято делить на пять мистических царств. ─ От слабых к сильным: первая ступень – мистическое царство Открытых Врат, которое иные называют мистическим царством Вхождения в Море. На этом этапе человек лишь вступает на тропу практики, его кровь и плоть полны энергии, намного превосходя сверстников, а продолжительность жизни достигает двух эпох по шестьдесят лет, то есть свыше ста двадцати годов. В этот момент веки Сюй Тайпина невольно дрогнули. Он никак не ожидал, что царство Открытых Врат, о котором рассказывал дед, окажется лишь низшей ступенью в мире культивации. Испытав удивление, он в то же время почувствовал некоторое облегчение: будь Открытые Врата второй или третьей ступенью, ему вряд ли удалось бы совершить прорыв всего за полгода, и тогда его поддельное удостоверение неизбежно было бы разоблачено. Впрочем, эти мысли лишь мелькнули в его голове и тут же растаяли – он вновь сосредоточил все свое внимание на проповеди Истинного Владыки. ─ Вторая ступень именуется мистическим царством Взора в Сокровенное, где продолжительность жизни способна достичь трех эпох по шестьдесят лет. Лишь на этом уровне человека можно поистине назвать истинным практиком. За минувшие годы по меньшей мере шестьдесят процентов учеников, встреченных мной, застряли именно на этой ступени, иные даже среди прямых учеников Семи Пиков. ─ Третья ступень носит название уровень Тунсюань. Преодолев ее рубеж, обретают шесть эпох жизни, удостаиваются почтенного звания истинного владыки и получают право обзавестись собственной обителью среди гор Юньлушань. ─ Что же до четвертой и пятой ступеней, вам о них пока думать не стоит – не замахивайтесь на недосягаемое. На этом моменте Истинный Владыка Цзыян принял из рук стоявшего рядом ученика пиалу с чаем и сделал небольшой глоток, давая слушателям время усвоить услышанное. «Оказывается, прорваться на уровень Тунсюань настолько трудно. Неудивительно, что Истинного Владыку почитают старейшиной», – мысленно воскликнул Сюй Тайпин. «Интересно, к какому же царству принадлежит матушка Фея Линъюэ?» В нем вдруг проснулось любопытство насчет уровня силы самой Феи Линъюэ. ─ Ну а теперь я подробно растолкую вам «Канон Утренней Зари». Стоило Сюй Тайпину немного отвлечься, как голос владыки из зеркала вмиг вернул его мысли в реальность. Затем Истинный Владыка Цзыян, сверяясь со свитками канона, шаг за шагом принялся объяснять собравшимся ключевые моменты освоения этой техники. Поскольку Сюй Тайпин уже предварительно изучил «Канон Утренней Зари», слушать ему было не слишком сложно; время от времени его посещало озарение, а в особенно яркие моменты он даже невольно пританцовывал от восторга, чувствуя, как все прежние непонятные места мало-помалу проясняются под наставлениями владыки. Хотя духовной костью он не обладал, Сюй Тайпин с малых лет отличался острым умом и способностью к учебе, а потому в постижении тайных методик не только не уступал обладателям духовных костей, но во многом даже превосходил их. Точно так же, как сейчас: пока для него это звучало захватывающе и понятно, среди прочих слушавших проповедь учеников восемь из десяти сидели с озабоченными лицами, скребя в затылках от невыносимой сложности. И все это не укрывалось от глаз Истинного Владыки Цзыяна. За исключением лишь пары учеников, большинство – включая Сюй Тайпина – даже не догадывалось, что перед самим владыкой тоже установлено зеркало. Огромное бронзовое зеркало. И на зеркальной поверхности отражались как раз те самые более чем триста учеников, внимавших лекции. … ─ Таинственное зеркало, кто привел в секту Цинсюань этого Сюй Тайпина из Обители Зеленого Бамбука? Окончив проповедь, Истинный Владыка Цзыян неожиданно обратился к духу зеркала с вопросом. ─ Сюй Тайпин – ученик, избранный стелой Духовных костей, его изначально должны были отправить на Седьмой пик. Однако при проверке духовной кости старейшина Черный Дракон обнаружил, что у него простая кость смертного, дающая право лишь называться белой костью без права ступить на Седьмой пик, поэтому парня поселили у подножия горы для самостоятельной практики, дожидаясь Отбора Семи Пиков три года спустя. – ответил дух зеркала. ─ Какая жалость. Выслушав рассказ зеркала, Истинный Владыка Цзыян с легкой досадой покачал головой. Он сразу заметил, что понимание тайных техник у Сюй Тайпина не такое, как у прочих, и даже подумывал взять юношу в ученики, но никак не ожидал, что тот обладает лишь простой костью. ─ Если у парня простая кость, то сколь ни превосходи его разумение писаний, толку не будет. Далеко не каждый рождается Су Чань. Владыка вздохнул. ─ Владыка, вам лучше реже упоминать имя Су Чань – главе секты это не понравится. – напомнил ему дух зеркала. ---------- «Покупка семян и первая проба отвара» ─ А что если и упомяну? Неужели этот Чжоу Тун может в секте Цинсюань единолично закрыть небо ладонью? ─ услышав это, Истинный Владыка Цзыян холодно фыркнул, взмахнул рукавом и направился к выходу. Убедившись, что почти дошел до своей пещеры, он вдруг обернулся, бросил взгляд на висевшее позади бронзовое зеркало и приказал: ─ Следующая проповедь отменяется, я ухожу в затворничество на три года. Произнеся это, его фигура вмиг растворилась у входа в обитель. ─ И зачем только горячиться… ─ донесся из зеркала тихий, полный обреченности вздох. … Вернемся же в Обитель Зеленого Бамбука. ─ Фу… Все равно не выходит… ─ сидя на циновке и тщетно пытаясь медитировать уже добрую полгодина, Сюй Тайпин тяжело вздохнул. Сразу после проповеди наступил полдень – самый подходящий час для практики «Канона Утренней Зари», и парень попытался применить услышанные наставления на практике. Каково же было его разочарование, когда, провозившись целый час, он так и не смог направить энергию Неба и Земли в свое тело согласно описанию канона и выплавить из нее истинную ци. ─ Похоже, придется положиться на рецепт Феи Линъюэ, ─ вытирая пот со лба, с досадой произнес Сюй Тайпин. Эта неудача наглядно показала ему всю сложность пути с простой костью. Приняв окончательное решение, он снова достал бронзовое зеркало и положил на него монету заслуг. ─ Сюй Тайпин из Обители Зеленого Бамбука, зачем ты ищешь меня? ─ раздался голос духа из зеркала. ─ Господин зеркало, я бы хотел приобрести кое-какие целебные травы и семена, ─ ответил он. ─ С твоим нынешним рангом тебе позволено покупать травы и семена лишь в Зале Трав у подножия горы. Вот список товаров оттуда: выбери нужное в зеркале, и духовная птица доставит заказ прямо в твой двор. Под слова духа зеркала на поверхности бронзового изделия проступил перечень лекарственных трав. ─ Благодарю, господин зеркало, ─ поблагодарил Сюй Тайпин и, выразив признательность, принялся внимательно изучать ассортимент. Потратив времени на сжигание одной палочки благовоний, он наконец собрал по списку все ингредиенты из рецепта Феи Линъюэ. Чтобы никто не догадался о назначении сбора, он добавил туда еще несколько дешевых компонентов, а также слегка изменил пропорции по весу. Что же до семян для аптечного огорода, он остановил выбор исключительно на «девятилистной перилле», взяв количество, достаточное для троекратного засева трех му земли. У этого решения имелся свой расчет. Согласно записям о возделывании садов в той нефритовой пластине с наследием, в ход шла любая часть девятилистной перилле – листья, стебли и семена. Листья годились в пищу как отборная зелень, семена стоили дешевле прочих целебных трав, росли неприхотливо, а полный цикл от ростков до сбора урожая занимал всего три месяца. Поскольку на горе Юньлушань круглый год царила весна, за год успевало смениться три урожая. Единственным минусом была низкая закупочная цена. При обычном раскладе с одного му девятилистной перилле в год выходило выручить лишь тридцать монет заслуг секты Цинсюань, что намного уступало доходу от прочих духовных трав. Специально для внешних учеников-стажеров секта установила норму ежегодного сбора в сто двадцать монет. Само собой, даже засадив все три му девятилистной перилле, Тайпин при обычном ведении дел не смог бы собрать положенное. Однако с массивом, установленным Феей Линъюэ на его делянке, все менялось. По ее словам, огород с мини-массивом сбора духовной энергии должен был утроить урожай за три года, и тогда выращивание девятилистной перилле становилось делом крайне выгодным. ─ Если все пройдет гладко, три му земли и три сезона девятилистной перилле принесут как минимум 270 монет заслуг. Вычтем 20 монет на семена и 120 на ежегодный взнос – у меня останется еще 130 монет. К следующему году я смогу купить семена получше, а возможно, останется даже на какое-нибудь усовершенствованное заклинание или талисманы. Расплатившись через зеркало, Сюй Тайпин вооружился кистью и бумагой и принялся усердно вести расчеты. ─ После покупки трав и семян у меня осталось всего три монеты заслуг. К счастью, в кадушке уже есть запас риса, соли и масла хватает, а в горах можно поставить силки и наловить дичи – этого должно хватить до первого урожая девятилистной перилле. Прикидывал он про себя, продолжая записывать цифры. Выбор девятилистной перилле во многом определялся именно ее быстрым созреванием, позволяющим в кратчайший срок раздобыть заслуги для покупки нужных лекарств. Что же касается талисмана Истинного Огня, необходимого для сжигания семян, он справлялся у духа зеркала еще вчера. Ему ответили, что приобрести符箓 можно лишь после года пребывания в секте, да и простейший Талисман Истинного Огня стоит дороже тысячи монет заслуг – в данный момент ему такое было не по карману. ─ Ладно, как только соберу урожай, придется подумать о накоплениях на покупку талисмана, ─ Сюй Тайпин сделал еще одну запись в гроссбухе. … На следующий день под вечер. Серая духовная птица, державшая в клюве большой сверток, опустилась перед калиткой дворика Сюй Тайпина. Заказанные им семена и травы наконец прибыли. Скрепя сердце расставшись с еще одной монетой заслуг за доставку птице, Сюй Тайпин занес сверток в спальню. Там уже стояла деревянная бадья, доверху наполненная горячей водой. Он заранее подготовил все для целебной ванны. ─ Как говорилось в рецепте Феи Линъюэ, эти травы обычные, и чтобы они подействовали, сырье нужно бросать в воду строго в определенном порядке и по часам. Раскладывая травы по кучкам и перевешивая их на старых домашних весах, Сюй Тайпин стоял перед бадьей, мысленно повторяя последовательность и тайминг. ─ Должно быть всё верно. Спустя мгновение он кивнул сам себе, словно подбадривая себя перед делом. Затем он подхватил первый сверток с маслянистой бумаги и целиком высыпал в клубящуюся паром бадью, после чего принялся загибать пальцы, шепотом отсчитывая: ─ Восемь, семь, шесть… Добравшись до единицы, Тайпин тут же бросил в воду второй сверток. Стоило второй порции трав оказаться внутри, как вода в бадье забурлила, испуская густые струйки аромата, похожего на смесь орхидеи и мускуса. ─ Похоже, не ошибся, ─ обрадовался парень и немедля закинул третий пакет. … Спустя время горения одной палочки благовоний. Когда все компоненты согласно инструкции оказались внутри, прежде прозрачная горячая вода превратилась в густую белесую жижу. ─ Цвет настоя молочно-белый, нефритовый, по консистенции как кисель – точь-в-точь как описано в рецепте. Сюй Тайпин перевел дыхание. По крайней мере, внешне приготовленный им Отвар Промывки Костей и Очищения Костного Мозга удался. Не теряя времени, Тайпин скинул одежду, обнажив худощавое тело, и голышом залез в целебное варево. ─ Тьфу ты… ─ прошипел он. То ли из-за лекарственной мощи, то ли по иной причине, но даже спустя столько времени вода в бадье оставалась обжигающе горячей – парня так припекло, что он скривил лицо. Не будь в рецепте указано, что стоит ему вылезть посреди процесса, и целебная сила уполовинится, он бы уже давно выскочил прочь. ---------- «Погружение в отвар, преодоление дикой боли и изменение костей» ─ Погрузившись в отвар, надлежит дыхательной техникой пробудить скрытую силу лекарства. Привыкнув к температуре настоя, Сюй Тайпин принялся дышать по методике из «Канона Утренней Зари», и вскоре почувствовал, как в нижней части живота разлилось обжигающее тепло. Упражнения с дыханием преподавал сам Истинный Владыка на проповеди, и за последние дни Тайпин испробовал их множество раз: хотя поглотить духовную энергию у него так и не вышло, сами шаги он заучил наизусть. ─ Ссс… ─ зашипел он. Только он удивился, почему лекарство до сих пор не действует, как в межлопаточной зоне вспыхнула дикая боль, будто кто-то медленно вбивал туда железный гвоздь. ─ Такая боль… пожалуй, я еще смогу стер… ух! Сюй Тайпин попытался убедить себя, что вытерпит, но в груди тут же возникла точно такая же острая вспышка, окончательно лишив его дача речи. Куда страшнее оказалось то, что это было лишь начало. Следом за первыми двумя точками острая боль пронзила все активные точки его тела разом, не оставляя ни единой секунды на передышку. По идее, от подобных мук человек должен лишаться чувств, но по какой-то причине, сколько бы боли ни испытывал погруженный в отвар юноша, он упорно оставался в сознании, вынужденный терпеть всё до конца. Пытка продолжалась целый час. Временами Тайпину отчаянно хотелось выбраться из бадьи, но стоило этой мысли промелькнуть в голове, как перед глазами вставал образ деда перед смертью, широко открывшего глаза и сказавшего: ─ Добейся своего, Тайпин, ты должен добиться своего. Ради себя самого, ради всех смертных этого мира! ─ Фух… фух… фух… ─ Тяжело отдуваясь, обессиленный Сюй Тайпин откинулся на край бадьи. Немного переведя дыхание, он чуть заметно улыбнулся и с гордостью прошептал: ─ Дедушка, твой внук не посрамил твоего имени? Хотя острая боль отступила, ноющие остаточные ощущения никуда не делись. Тело сейчас ощущалось так, будто его покрыли тысячей мелких трещин – стоило лишь чуть-чуть шевельнуться, как раны тут же напоминали о себе пронзительным уколом. ─ Цикл длится семь дней, и этот отвар придется принять еще шесть раз, причем без единого дня перерыва, иначе все труды пойдут прахом. При мысли о том, что ему предстоит пережить подобную пытку еще шесть раз подряд, даже его несокрушимый характер дрогнул, заставив усомниться, выдержит ли он до конца. … Шесть дней спустя. ─ В последний раз. Глядя на испускающий пар отвар, Сюй Тайпин ощутил себя так, будто прожил целую вечность. Минувшие шесть суток показались ему длиннее десяти прожитых лет. За шесть дней непрерывных ванн с этим зельем его дух и плоть были истощены до предела. Если в первый день он не издал ни звука, то в последующие дни орал во все горло, горько плакал и звал маму, папу и дедушку. Тайпин и представить не мог, что окажется столь слабохарактерным. Это наглядно показывало всю силу боли, которую приносило очищение. И все же, даже проплакав и прокричав всё это время, он добрался до седьмого дня. За эти семь дней он вдобавок успел перекопать все три му земли и засеять их семенами девятилистной перилле. ─ Добейся своего, Сюй Тайпин, ты обязан выстоять, ─ без конца твердил он себе. Лицо парня было белым как полотно, без единой капли крови, а тело исхудало до состояния тростинки – всего за шесть дней он сбросил не меньше десяти фунтов, балансируя на грани полного нервного истощения. ─ Плюх! ─ В конце концов Сюй Тайпин шагнул в бадью, и его исхудавшее тело скрылось под белесой жидкостью. ─ Уа-а!… Как ни пытался он сдержаться, свирепая боль все же вырвала из его горла вопль. Не будь вокруг его уединенного жилища на сотни ли ни души, этот крик наверняка привлек бы зевак. Впрочем, крики те всё же дошли до кое-чьих ушей. Например, до Феи Линъюэ, которая в этот момент в виде легкой синеватой дымки парила прямо за окном Сюй Тайпина. ─ Малыш Тайпин, денек остался, держись. Переступишь ли ты порог небесного пути или останешься плыть по течению, подобно сорванному листку, – всё решится прямо сейчас, ─ пробормотала она, прислушиваясь к стонам из дома. ─ И легко же тебе говорить… Боль от этого очищения с каждым днем всё сильнее, а на седьмой день возрастает ровно в семь раз. Без второго рецепта разве кто-нибудь осилит подобное? ─ Тут же горько усмехнувшись и попрекнув саму себя, она ощутила укол совести за то, что так легкомысленно отдала парню этот состав. … Спустя час. ─ Неужели… и впрямь вытерпел? ─ Заметив, как к дворику со всех сторон устремились чистейшие потоки энергии Неба и Земли, Фея Линъюэ окинула двор взглядом полным изумления. Это был верный знак успешного завершения очищения костей. Прежде не решавшаяся заглянуть внутрь, теперь она не удержалась и заглянула в щель между оконными ставнями. В спальне полулежал в бадье потерявший сознание Сюй Тайпин. Находившийся под ним отвар давно превратился из молочно-белого в смоляно-черный – цвет ему придала та самая грязь, что непрерывным потоком выходила из пор юношеского тела. В то же время потоки духовной энергии, видимые лишь ей одной, нежно гладили кожу парня, один за другим проникая внутрь. Фея Линъюэ перевела взгляд с юноши на аккуратно взрыхленный огород за домом и улыбнулась: ─ Сперва я просто решила рискнуть от нехватки времени, но похоже, мой выбор оказался верным. С этими словами ее силуэт растаял в воздухе, оставив в тишине двора лишь тихое эхо прощальных слов: ─ Малыш, мне нужно спокойно выплавить духовный кристалл и продлить себе жизнь на пару лет, так что до встречи через несколько дней. … Ранним утром следующего дня. Когда первые лучи солнца заглянули в окно спальни, Сюй Тайпин, все еще лежавший в бадье, открыл глаза. Сон его был самым крепким и сладким за всю жизнь. ─ Я что… преуспел? ─ Заметив черную жижу с густым зловонным запахом, заполнившую бадью, парень не испугался – напротив, его лицо озарилось радостью. Согласно описанию очищающего отвара, именно так выглядело завершение процедуры: скверна, запечатанная в теле человека, выдавливалась наружу, даруя истинную предрасположенность к практике. ─ Буль-буль… ─ Охваченный воодушевлением, Сюй Тайпин выпрыгнул из бадьи и, не утруждаясь одеждой, голышом побежал к колодцу во дворе. Вытащив бадью воды, он окатил себя с ног до головы, смыв липкую грязь, после чего уселся прямо на землю, скрестив ноги, и немедленно запустил циркуляцию ци по технике «Канона Утренней Зари». ---------- «Продажа травы, охота на желтых баранов в горах Янлу» ─ Фу-у!… ─ Стоило ему запустить Технику Утренней Дымки, как во дворе поднялся легкий ветерок, и тончайшие нити небесной ци через уже раскрытые точки устремились в его тело. Меридианы и аккупунктурные точки, которые Сюй Тайпин прежде никоим образом не мог прочувствовать, на этот раз отозвались без малейшего труда, да и сам процесс направления ци в каналы и ее очищения прошел на редкость гладко. В конце концов, потратив около получаса, Сюй Тайпин успешно направил очищенную струю истинной ци в свой даньтянь. ─ Потратить полпалочки благовоний ради одной-единственной нити ци… По сравнению со словами Истинного Владыки Цзыяна о гениях – просто смехотворно. Но для меня это все равно означает, что я по-настоящему ступил на путь самосовершенствования. Сюй Тайпин ничуть не унывал из-за столь черепашьей скорости очищения. ─ Дед говаривал: «Усердие способно возместить изъяны». Если они практикуются по два часа в день, я буду заниматься четыре; если они занимаются четыре, я буду восемь. Рано или поздно я их догоню! Сюй Тайпин молча укрепился в своем решении. ─ Верно, у меня ведь еще есть эти соевые бобы – духовные кристаллы. Фея Линъюэ говорила, что если сжимать их в руке во время тренировки, можно добиться результата вдвое меньшими усилиями. Он вдруг вспомнил про те несколько духовных кристаллов в виде соевых бобов, что уронил Плод Земной Сокровищницы, тут же достал один из них и снова принялся за упражнения. С помощью духовного кристалла скорость очищения небесной ци возросла по меньшей мере втрое. ─ Фея Линъюэ и впрямь не солгала, этот кристалл приносит мне громадную пользу. Раз так, глядишь, и впрямь удастся прорваться через мистическое царство Открытых Врат за какие-то полгода! Ощутив, как подскочила скорость практики, Сюй Тайпин невольно расплылся в улыбке. С поддержкой соевого духовного кристалла его темп культивации теперь ничуть не уступал тому, с каким занимались обычные практикующие. В последующие дни Сюй Тайпин, не теряя понапрасну ни единой минуты, занимался исключительно самосовершенствованием, выделяя по два часа в сутки лишь на уход за своими грядками. … Прошло три месяца. За этот срок Сюй Тайпин отчетливо почувствовал, что ци в его даньтяне становится всё более густой и полновесной, а сам он неуловимо приблизился к порогу стадия Заморозки. Сама эта стадия – понятие из арсенала «Техники Утренней Дымки», описывающее плотность ци у адептов, еще не достигших мистического царства Открытых Врат. Согласно трактатам техники, до преодоления Открытых Врат глубина ци подразделяется на три уровня: конденсацию росы, превращение в иней и стадию Заморозки. Лишь когда насыщенность ци перешагивает уровень стадии Заморозки, адепт получает возможность попытаться совершить прорыв в царство Открытых Врат. Впрочем, даже минуя стадию Заморозки и переходя к этапу инея, практик при использовании Техники Утренней Дымки обретает вокруг тела ледяную защитную ауру, которая по прочности не уступает доспехам из отборного кричного железа. Впрочем, даже не дойдя до стадии Заморозки, Сюй Тайпин уже заметил явные изменения в собственном теле по мере наполнения даньтяня ци. К примеру, его зрение и слух стали куда острее, чем три месяца назад. Что касается зрения, то теперь он мог отчетливо разглядеть воробья, сидевшего на ветке дерева в пятистах шагах от него. Что до слуха, то любые шорохи издаваемых дикими зверями в лесах на расстоянии ли – он легко различал одним лишь ухом. Вдобавок ко всему значительно возросли его выносливость и резвость ног. Нынешний Сюй Тайпин, хоть внешне и казался щуплым, без труда мог поднять одной рукой двухсотфунтовую каменную мельницу. Что же до бега, то как-то раз он преследовал впотьмах лесного оленя и ни в чем ему не уступал. К тому же, пока он жил в деревне Синю, дед то и дело брал его с собой в горы за дичью, обучив обращению с луком и постановке силок, так что в последний месяц он ежедневно ладился свежим мясом. Листья периллы вприкуску с жареной олениной или зайчатиной – сколько бы раз он ни ел, ему не надоедало. ─ Если подумать, пора бы проведать силки, что я поставил в задних горах несколько дней назад. Глядишь, удастся поймать еще одного дикого барана на ужин. – В полдень этого дня Сюй Тайпин, прозанимавшись три часа кряду, погладил живот и поднялся с кровати, собираясь наведаться к своим ловушкам в тылу хребта. Из-за плотного графика тренировок у него оставалось мало времени на охоту, поэтому за последние три месяца он расставил множество силок по окрестным холмам, и теперь ему требовалось лишь время от времени проверять их, чтобы собирать добычу. Однако прежде ему предстояло сделать одно куда более важное дело… Продать лекарственные травы. Прошло ровно три месяца с тех пор, как были посеяны первые семена белой девятилистной периллы. Сюй Тайпин собрал чуть больше трехсот цзиней корневищ и около шестидесяти цзиней семян – ровно в три раза больше, чем приносила обычная аптекарская делянка. ─ Судя по весу, эта партия белой девятилистной периллы потянет по меньшей мере на девяносто шесть монет заслуг – это даже больше, чем трехкратная прибыль, на которую я рассчитывал. – Сложив заготовленные травы у порога, Сюй Тайпин извлек костяную флейту, выданную Павильоном Западного Ветра, и изо всех сил в нее подул. ─ Кхи-и!… ─ Вскоре у крыльца опустился белоглазый орлан с размахом крыьев больше сажени. ─ Дядюшка Белый Орлан, будь добр, помоги отвезти эти травы в Зал Стен Травы на продажу. В награду сможешь взять себе три монеты заслуг. – Сюй Тайпин сложил руки в поклоне перед стоящей перед ним птицей. Прибегать к помощи духовных птиц для торговли он тоже вычитал из того нефрита с наставлениями: обычное сырье разрешалось отправлять с пернатыми посланцами, что экономило и время, и силы – требовалось лишь заплатить комиссионные в размере трех монет заслуг. ─ Завтра принесу выручку. – Белоглазый орлан не стал вести долгих разговоров. Слегка кивнув, он вцепился когтями в мешки с травами и взмыл в небеса. ─ Завтра у меня появятся деньги, чтобы купить в Башне Десяти Тысяч Свитков какую-нибудь боевую технику или боевое искусство. – Провожая взглядом удаляющуюся птицу, Сюй Тайпин скрестил пальцы обеих рук и от души потянулся. Хотя ему еще предстояло копить на Талисман Истинного Огня, приобрести хотя бы одно боевое искусство для самозащиты было необходимо: во время недавних вылазок за дичью он едва не пострадал от клыков диких кабанов. На данный момент его даньтянь был полнхонечку набит ци, но он совершенно не представлял, как применить ее на практике. По правде говоря, практикующим куда полезнее было бы изучить какое-нибудь заклинание, но, увы, его кошелек был слишком пуст для таких трат, так что оставалось лишь отложить это до лучших времен, когда удастся скопить побольше. К тому же, до прорыва в мистическое царство Открытых Врат даже при освоенной Технике Утренней Дымки количество ци в теле Сюй Тайпина не позволили бы ему управлять заклинаниями. ─ Пора сменить лук и охотничий нож. – С этими словами Сюй Тайпин зашел в хижину, забрал лук с ножом и собрался в путь к задним горам. И лук, и нож достались ему в наследство от прежнего хозяина Обители Зеленого Бамбука: клинок был весь в зазубринах, а тетива на луке уже один раз рвалась, и Сюй Тайпину стоило немалых трудов починить ее. Жизнь в одиночестве среди диких гор, где вокруг бродит немало хищников, требовала иметь при себе хоть какое-то простейшее оружие для самообороны. … Полпалочки благовоний спустя. Задние горы. Хотя Сюй Тайпин называл это место задними горами, согласно карте на нефритовом свитке, данный хребет звался горой Янлу – название происходило от водившихся здесь в изобилии желтых баранов и благородных оленей. Правда, за те несколько раз, что Сюй Тайпин забирался вглубь леса, он понял, что копытной живности здесь не так уж много, зато полно сбивающихся в стаи диких свиней. ─ Было бы неплохо подстрелить вепря – по крайней мере, на полмесяца вопрос с едой решился бы сам собой. – Шагая по лесу, Сюй Тайпин настороженно озирался по сторонам и бормотал под нос. Конечно, адепты способны обходиться без зерна и мяса, но непременным условием для этого был как минимум прорыв в царство Открытых Врат. Сам же Сюй Тайпин не только не мог отказаться от пищи, но и нуждался в изостии мясных блюд, чтобы восполнять растрачиваемые на тренировках силы. ---------- «В засаде, рубка демонического волка в горах Янлу» ─ Ме-е… ─ Стоило Сюй Тайпину приблизиться к месту, где были установлены силки, как до него донесся блеющий звук. ─ Неужели и вправду попался желтый баран? – Сюй Тайпин тут же повеселел. Вкус жареной баранины куда лучше свинины, особенно если есть ее с листьями периллы из его собственного духовного садика. ─ Похоже, сегодня вечером меня ждет знатное угощение. – Думая об этом, он широким шагом бросился к ловушке. … Добравшись до места. Заметив, что ветки, маскировавшие яму, исчезли, Сюй Тайпин еще сильнее утвердился в мысли, что там добыча. ─ У-у… ─ Но едва он подался вперед, желая взглянуть, впрямь ли в яме баран, как за спиной посмертное низкое рычание дикого зверя. ─ Бам! ─ Словно повинуясь инстинктам тела, Сюй Тайпин подпрыгнул на месте и за счет силы ног перемахнул на противоположную сторону ямы. ─ Ррр! ─ В тот же миг серый волк размером с крупного тигра рухнул на то место, где он только что стоял, с корнем вывернув росшее рядом деревце толщиной с чашку. ─ Волк? Да еще и демон-волк! – Глядя на громадного зверя, Сюй Тайпин чувствовал, как на теле встают дыбом волосы. Охотясь вместе с дедом, ему доводилось не раз встречать волков, но по сравнению с этой тварью те выглядели жалкими щенками, о которых и говорить не стоило. ─ О-о-у!… ─ Не успел Сюй Тайпин опомниться от изумления, как волк снова оттолкнулся лапами от земли и бросился на него через ловушку. ─ Бам! ─ Сюй Тайпин перекатился по земле, уходя от волчьего прыжка, выхватил из ножен охотничий нож и бросился бежать на восток, вглубь леса. ─ Ррр! ─ Пускай его скорость бега уже давно превосходила возможности обычного человека, угнаться за демоническим зверем он не мог: всего через пару мгновений волк почти настиг его. Впрочем, к тому моменту Сюй Тайпин уже успокоился, не поддаваясь панике из-за преследователя, и принялся петлять между деревьями со страшной изворотливостью. Этому его тоже научил дед: встретив в чаще зверя, ни в коем случае нельзя бежать по прямой – нужно закладывать круги и сбивать его со следу. ─ Бам! ─ В этот момент волк, закладывая чересчур резкий вираж, не удержался и со всего маху врезался в толстое дерево, переломив его надвое. Заметив это краем глаза, Сюй Тайпин тут же остановился, мгновенно вскинув лук и натянув тетиву. Целить он стал не в волчью голову, а в легкие. ─ Свист! ─ Стоило волку подняться на лапы, как Сюй Тайпин отпустил натянутую до отказа тетиву. ─ Бам! ─ То ли удача улыбнулась ему, то ли зрение и сила рук после тренировок возросли на зависть многим, но стрела вонзилась точно в цель! ─ Ррр! ─ Однако вопреки ожиданиям шкура демонического волка оказалась донельзя прочной: стрела лишь пробила шкуру, не нанеся смертельной раны, зато разъярила зверя еще сильнее. Не раздумывая, Сюй Тайпин снова схватил лук и помчался на восток. На сей раз обезумевший волк уже не разбирал дороги, напролом сшибая стволы на своем пути. Дистанция между ними стала сокращаться с удручающей быстротой. ─ Ну же! ─ Когда до зверя оставалось меньше трех саженей, а сам он оказался у дерева с привязанным к нему куском ткани, Сюй Тайпин резко затормозил, вытащил нож, развернулся лицом к преследователю и издал яростный вопль, принимая боевую стойку. ─ Ррр! ─ Волк, и без того выведенный из себя, при виде такой дерзости взревел, подпрыгнул, оскалил пасть полную клыков и бросился на мальчика с убийственным намерением. ─ Бам! ─ В самый момент, когда казалось, что зверь сейчас проглотит его целиком, Сюй Тайпин резко взмахнул ножом и рубанул по толстой лиане, обвивавшей ствол соседнего дерева. ─ С-ш-ш! ─ Стоило лиане лопнуть, как бревно толщиной с бочку, оструганное на конце наподобие копья и подвешенное на канате, со свистом вылетело из-за спины Сюй Тайпина, прямо навстречу летящему волку. ─ Ау-у!… ─ Раздался жалкий визг, и тяжелое бревно по инерции вонзилось аккурат в грудь зверя. Эту деревянную ловушку Сюй Тайпин изначально готовил на диких кабанов, но сейчас она пришлась как нельзя кстати. ─ Ррр! ─ Но в следующее мгновение Сюй Тайпин с удивлением понял, что шкура и мясо этого волка невероятно толсты – даже бревно не смогло пробить его насквозь. ─ Придется рискнуть. – В критический момент Сюй Тайпин обеими руками вцепился в охотничий нож и, подпрыгнув, не заботясь о том, к каким сбоям в ци это приведет, влил всю скопившуюся в даньтяне силу в руки, обрушив клинок прямо на рану в волчьих легких. ─ Бам! ─ Лес сотряс еще один глухой удар. Удар, усиленный ци, буквально распорол волку грудину, и фонтан крови брызнул во все стороны. ─ Хрусь… ─ Не успел Сюй Тайпин прийти в себя, как его нож разлетелся на куски, а обе руки на глазах начали стремительно распухать, за считанные секунды раздувшись до толщины слоновьих ног. Его вывела из забытья невыносимая боль. ─ Плохо дело, ци выходит из-под контроля! – Лицо Сюй Тайпина побледнело. Он тут же опустился на землю, скрестив ноги, и принялся крутить в голове «Технику Утренней Дымки», насильно возвращая взбесившуюся в руках энергию обратно в даньтянь. ─ Фу-у… ─ Мгновение спустя, укротив буйство ци, Сюй Тайпин шумно выдохнул. Сердце его все еще колотилось от страха. Внезапный прилив ци на эмоциях едва не привел к потере контроля над техникой, и последствия могли оказаться непредсказуемыми. ─ По описанию гор Янлу, здесь сроду не водилось никаких волков – откуда взялся этот, да еще и демонический? – Сюй Тайпин поднялся на ноги и с опаской приблизился к туше. Волк был уже при смерти: в брюхе зияла дыра от его удара, и с такой раной долго не протянуть, сколь бы живучим ни был зверь. ─ Смеркается, пора возвращаться. Об этом волке расспрошу у бронзового зеркала потом, а в ближайшее время лучше сюда не соваться за добычей. И вдобавок ко всему – впредь обязательно надо раздобыть боевую технику. – Посмотрев на небо, Сюй Тайпин решил идти назад. Хотя его Обитель Зеленого Бамбука выглядела ветхой, согласно свитку, вокруг двора были расставлены защитные формации и барьеры, так что обычные звери и демоны подойти не смели – там было вполне безопасно. ─ Постойте, а ведь туша этого демонического волка наверняка сойдет за монеты заслуг? Да ладно, неважно, ценная она или нет, сначала дотащу до дома. – Уже собираясь уходить, Сюй Тайпин передумал, вернулся к убитому зверю и, ухватив за шкуру, потащил его прочь из чащи. Хотя с виду он оставался подростком и фигурой не отличался, после всех тренировок сил у него прибавилось сполна, так что проволочь такую тушу труда не составляло. … Вскоре после того, как Сюй Тайпин удалился, из зарослей показалась сплошь изъеденная гнилью человеческая фигура. ─ Тупой волк, такую малость и то запороть не смог! – Завидев пятна крови на земле и брошенное массивное бревно, тот человек грязно выругался. ─ Теперь, когда спугнули дичь, похоже, придется мне самому заявиться и выманивать его из этой норы. Надо побыстрее придумать план: Великий Ван уже подгоняет, и если я не принесу ему сердце и печень этого сопляка, то сам отправлюсь к нему на закуску! – Притопнув ногой, фигура выругалась вновь. Если бы Фея Линъюэ не пребывала в спячке, она бы наверняка узнала этого гостя. Верно, это был не кто иной, как та самая призрачная тень – чангуй, что подглядывала за двором той ночью. ---------- «Зарабатываем заслуги, обретаем Кулак Лазурного Быка и стрелу Прозания Ивы» Сутки спустя. ─ Кхи-и!… ─ Занимаясь практикой, Сюй Тайпин внезапно услышал у ворот крик птицы. ─ Наверное, дядюшка Орлан деньги принес. – Сюй Тайпин разом соскочил с кровати. Выбежав к калитке, он действительно обнаружил вчерашнего белоглазого орлана. ─ На! ─ Орлан по привычке не стал тратить слов даром и бросил ему мешочек с монетами, после чего равнодушным тоном бросил: ─ Выручено девяносто семь монет заслуг. За вычетом моих трех осталось девяносто четыре, пересчитай. – ─ Считать не нужно, благодарю вас, дядюшка Орлан. – Сюй Тайпин сложил руки и поклонился в знак признательности. Все эти духовные птицы с горы Юньлушань давали секте Цинсюань кровную клятву, так что воровством и мелочным обманом они не занимались. Подобное поведение Сюй Тайпина заставило орлана взглянуть на него куда более мягким взором. ─ Нужна будет помощь – свисти в флейту, нынче вся эта округа под моим началом. – Бросил орлан. ─ Тогда впредь буду утруждать вас, дядюшка Орлан. – Сюй Тайпин кивнул. ─ Мм? Откуда во дворе запах демонического зверя? – Птица уже собралась взлетать, но вдруг резко обернулась, с подозрением всматриваясь в глубину двора. ─ Этот дядюшка орлан даже запах волка учуял? – Сюй Тайпин слегка удивился. Впрочем, скрывать он ничего не собирался и вкратце пересказал пернатому вчерашнюю историю – тайны в ней не было. ─ Откуда в горах Янлу взяться демоническому волку? – Выслушав рассказ, белоглазый орлан нахмурился в том же недоумении. ─ Удачливый ты малец. И все же в ближайшие дни лучше не ходи на тот хребет, я сам загляну в Павильон Западного Ветра и переговорлю с ними. – Орлан не выказывал намерения докапываться до сути. ─ Так будет даже лучше. – Сюй Тайпин с благодарностью кивнул. Если кто-то из секты проверит обстановку, это пойдет лишь на пользу – нынешней его силой с нечистью не справиться. ─ Верно, а тушу волка продать не хочешь? – Спохватился орлан. ─ Продать? Разумеется, хочу! – Не раздумывая, выпалил Сюй Тайпин. ─ Отдай ее мне. Мой младший птенец как раз готовится к прорыву, и хоть волк рангом невысок, подпитать ему ци и кровь будет в самый раз. – Сказал орлан. ─ Дядюшка Орлан, забирайте, раз она вам нужна. – Сюй Тайпин отвечал предельно простодушно. Он не возражал завести дружбу с этим пернатым за счет волчьей туши. ─ С чего бы мне забирать добро даром у паренька, который добыл его кровью? – Орлан бросил на него косой взгляд, но проникся к подростку еще большей симпатией. ─ Ладно, если понесешь тушу на продажу сам, выручишь от силы десяток монет заслуг. Я же готов дать за нее двадцать. Что скажешь, малец? – Спросил орлан. Услышав это, Сюй Тайпин без лишних слов бросился во двор и выволок тушу волка на порог. ─ Забирайте, дядюшка Орлан. – Он пододвинул волчье тело ближе к птице. ─ Держи, парень. – Орлан заливисто щелкнул клювом, взмахнул крылом и точно забросил к ногам Сюй Тайпина двадцать монет заслуг. ─ К тому же, прежний патриарх даровал мне имя Бай Хун, можешь звать меня Дядюшка Бай. – Бросил орлан, подхватил тушу когтями и взмыл ввысь с места. ─ Сам патриарх лично даровал имя… – Пробормотал Сюй Тайпин, глядя вслед удаляющейся птице. ─ Раз уж мне перепало аж двадцать лишних монет, грех не прикупить хорошую технику и подходящее оружие. – Глядя на кошель в левой руке и двадцать монет в правой, Сюй Тайпин на мгновение проявил ребячливость – радостно подпрыгнув, он припустил обратно во двор. … Вернувшись в спальню. Сюй Тайпин опустил в бронзовое зеркало одну монету заслуг. ─ Сюй Тайпин из Обители Зеленого Бамбука, зачем ты потревожил меня? – Тотчас раздался голос духа зеркала. ─ Таинственное зеркало, я хочу выбрать пару боевых искусств и оружие, что ты можешь посоветовать? – Хотя он знал, что дух этот – всего лишь бездушный артефакт, уважения в тоне Сюй Тайпина не убавилось. ─ Внешним ученикам-одиночкам дозволено приобретать техники и оружие лишь из арсенала Павильона Западного Ветра. Все они отражены на поверхности зеркала, выбирай сам. – Голос зеркала по-прежнему был начисто лишен эмоций. ─ Благодарю, Таинственное зеркало. – Поблагодарив его, Сюй Тайпин склонился над столом, выискивая нужное. ─ Помню, когда Истинный Владыка Цзыян читал лекции, он говорил, что лучше всего к «Технике Утренней Дымки» подходят кулачные стили и удары ладонями. Это позволяет адептам раскрыть преимущество глубокой ци на полную катушку: после приведения ци в движение каждый удар кулаком или ладонью по мощи равен удару обычного человека со всей дури вооружившегося железом. – Вспомнив те слова наставника, Сюй Тайпин без колебаний перевел взгляд на свитки с кулачными приемами, отраженные на зеркальной глади. В конце концов его выбор пал на комплекс под названием «Кулак Лазурного Быка». В описании говорилось, что при должной практике Кулака Лазурного Быка вкупе с ци любой удар способен раскрошить скалу. Кроме того, в этом стиле имелись два смертоносных приема. Первый назывался «Бычий Рог, Обрушивающий Гору» – при исполнении на пределе мощи удар напоминал таран быка в скалу, превосходя обычный выпад Кулака Лазурного Быка во восьмикратном размере. Второй носил имя «Таранный Прорыв Мчащегося Быка» – на пике техники натиск уподоблялся бегущему стадо быков, где каждый удар следует за предыдущим, становясь все сильнее, и атака не прекращается, пока у адепта не иссякнут силы. В целом Кулак Лазурного Быка подходил Сюй Тайпину идеально, гармонируя с Техникой Утренней Дымки, которая позволяла быстро восполнять растраченную ци. Разумеется, в арсенале Павильона Западного Ветра сыскались бы и получше, и куда более подходящие комплексы, но стоили они за сотню монет заслуг, в то время как Кулак Лазурного Быка требовал всего тридцать. Как переходный вариант для защиты собственной шкуры лучшего сыскать было нельзя. Помимо кулачного стиля, Сюй Тайпин отдал еще десять монет за стрелковую технику под названием «стрела Прозания Ивы». Она оказалась попроще: обучала лишь азам направления ци в глаза и на кончики пальцев для усиления бдительности и концентрации, а также тому, как вливать энергию в древко стрелы ради смертоносности. Проще говоря, техника поднимала обычную стрельбу из лука на уровень практикующих. Для Сюй Тайпина покупка такого навыка всего за десять монет была сплошной выгодой. Скажем, обладай он тогда знанием о вливании ци в стрелу, ему наверняка не понадобилась бы ловушка в лесу, чтобы прикончить того волка. ---------- Стадия Заморозки, первые успехи в Кулаке Лазурного Быка Выбрав боевую технику, Сюй Тайпин потратил еще десять монет заслуг, приобретя себе клинок Гусиного пера из чистой стали, тугой деревянный лук с бычьими рогами и добрую сотню стрел. ─ Дядюшка Таинственное зеркало, я все выбрал. На самом деле Сюй Тайпин не прочь был прикупить и какой-нибудь приём для передвижения, но даже самые захудалые подобные техники стоили от трех сотен монет заслуг и выше, а такую сумму он потянуть уже никак не мог. ─ Выбранный товар возврату и обмену не подлежит. Завтра в полдень духовная птица доставит вещи в Обитель Зеленого Бамбука, подготовьте монеты заслуг. Леденящий голос духа зеркала прозвучал вновь. ─ Благодарю вас, дядюшка Таинственное зеркало. Сюй Тайпин почтительно поклонился и сложил руки перед медным зеркалом. … В тот же день, в час петуха. Обитель Зеленого Бамбука. В безмятежном тихом дворике послеполуденное ласковое солнце заглядывало в окно, как раз падая на вспотевшее лицо Сюй Тайпина. Сюй Тайпин сидел на кровати, скрестив ноги и плотно сомкнув веки, а вокруг его тела клубились струйки свинцово-серого тумана, которые в конце концов устремлялись к его макушке. В этот момент Сюй Тайпин полностью погрузился в состояние отрешенности от всего земного, и в его сердце существовали лишь два слова – самосовершенствование. Как и наставлял Истинный Владыка Цзыян, медитация в часы крысы, лошади и петуха приносит вдвое больше пользы при вдвое меньших затратах сил, поэтому Сюй Тайпина не нужно было подгонять – в положенное время он неизменно запирал ворота двора и усаживался за практику. «Бум…» И в ту же секунду изнутри тела Сюй Тайпина донесся глухой раскат взрыва ци. Вслед за этим свинцово-серый туман вокруг него внезапно рассеялся, и от его фигуры вверх взметнулись белые, словно снег, клубы дымки, снова собираясь над головой. Окажись поблизости хоть один практик, знакомый с Техникой Утренней Дымки, он бы с легкостью узнал только что разыгравшуюся сцену: ведь именно она знаменовала собой переход адепта этой техники из стадии Росы в стадию Заморозки – очищение от мирской свинцовой скверны. Спустя мгновение Сюй Тайпин открыл глаза, и в их глубине отчетливо плескалось изумление. Даже он сам никак не ожидал, что сумеет перешагнуть из стадии Росы в стадию Заморозки именно сегодня. Если верить словам Истинного Владыки Цзыяна, до этого рубежа ему предстояло добираться еще по меньшей мере дней десять. «Неужели всё дело в том, что в схватке с волком я применил истинную ци Утренней Дымки, и это ускорило мой прорыв?» – гадал про себя Сюй Тайпин. ─ Хозяин Обители Зеленого Бамбука Сюй Тайпин, ты во дворе? Не успел он толком поразмыслить над этим, как из-за стен донесся хорошо знакомый голос – голос белоголового орлана, Дядюшки Бая. ─ Мелыш, твои пожитки прибыли. Стоило Сюй Тайпину выйти за порог, как он увидел духовную птицу Бай Хуна, примостившуюся у самых ворот. Перед пернатым красовался огромный деревянный ящик, запечатанный печатью. ─ Благодарю вас, дядюшка Бай. Сияя от радости, Сюй Тайпин поблагодарил его и быстро подошел ближе. ─ Мелыш, заслуги нынче даются нелегко, к тому же в конце года придется платить взнос Павильону Западного Ветра, так что экономь везде, где можешь. Бай Хун по-отечески предостерег юношу. ─ Не волнуйтесь, дядюшка Бай, я знаю меру. Тут всего-то пара вещиц для самообороны да боевые искусства. Доброжелательность Бай Хуна согрела сердце Сюй Тайпина. ─ Раз знаешь меру, то хорошо, – кивнул Бай Хун. После вчерашней истории с покупкой волчьего мяса он проникся к Сюй Тайпину куда большим расположением, перестав воспринимать того как чужого мальчишку-младшеклассника из внешних учеников. ─ Гляжу я на твою ци, а она стала еще чище, чем вчера. Уж не прорыв ли у тебя? Бай Хун вдруг придирчиво окинул юношу взглядом. ─ Верно, дядюшка Бай. Моя истинная ци Утренней Дымки теперь на стадии Заморозки. Как только одолею ее и войду в стадию Обледенения, можно будет попытаться штурмовать мистическое царство Открытых Врат. Сюй Тайпин не стал утаивать это от Бай Хуна. ─ Неплохо, – одобрительно кивнул тот. Он собственными глазами видел усердие Сюй Тайпина, так что новость не стала для него большим сюрпризом. ─ Продолжай упорствовать в практике. Даже стадия Обледенения – это всего лишь право на попытку прорыва в царство Открытых Врат, так что не вздумай зазнаваться, – добавил он назидательно. ─ Тайпин крепко усвоил наставления дядюшки Бая, – с чистым сердцем ответил юноша, почтительно складывая руки. ─ Возвращайся к медитации. Сегодня, доставив тебе этот груз, я отправляюсь со старейшинами четырех пиков за пределы гор – вернусь не раньше чем через пару месяцев. С этими словами Бай Хун распахнул крылья и взмыл с земли. «Сопровождать старейшин за пределы гор… Неужели они отправляются в мир людей истреблять демонов и нечисть?» – глядя вслед удаляющейся птице, с невольным воодушевлением подумал Сюй Тайпин. Судя по описаниям в нефритовых пластинках с наставлениями, ученики и старейшины Семи Пиков каждый месяц получали немало заданий от секты, лежавших за пределами обители. За их выполнение секта щедро вознаграждала заслугами. Стоило вспомнить, что даже за самое пустяковое поручение во внешнем мире давали не меньше тысячи очков заслуг, как у Сюй Тайпина неизменно захватывало дух. «Сюй Тайпин, умерь свой пыл», – заметив, как качнулось его душевное равновесие, он поспешно одернул себя. После этого он затащил тяжелый ящик во двор. … Пять дней спустя. Задний двор Обители Зеленого Бамбука. «Бум!» Окутанный легким холодным морозным дымком Сюй Тайпин, долго накапливая силу, нанес сокрушительный удар кулаком по валуну человеческого роста. В момент выпада, помимо рассекаемого воздуха, посветил глухой утробный рев, похожий на бычачий. «Бррм!» Громовой раскат эхом разнесся по двору, и в огромной каменной глыбе от крошечного кулака Сюй Тайпина осталась сквозная дыра. Однако он и не думал останавливаться: сразу после удара юноша твердо встал на ноги, выровнял дыхание и пустил в ход кулаки по очереди. ─ Бам, бам, бам!… Удары Сюй Тайпина сыпались один за другим, напоминая бешеный галоп целого стада диких быков, врезающихся в каменное тело валуна. «Бум!» В конце концов глыба не выдержала и под градом ударов рассыпалась на мелкие осколки. Впрочем, стоило камню рухнуть, как запас истинной ци у Сюй Тайпина иссяк до дна, и защищавшая его тело ледяная пеوة, напоминавшая полупрозрачный шар, мгновенно растворилась в воздухе. ─ Ха, ха, ха… – опустив руки и уперевшись ладонями в колени, юноша тяжело, со свистом задышал. Применял он не что иное, как приобретенный в арсенале Павильона Западного Ветра Кулак Лазурного Быка – а именно две его коронные разрушительные техники: Бычий Рог, Обрушивающий Гору и Таранный Прорыв Мчащегося Быка. ─ Похоже, с моим нынешним объемом ци меня хватит лишь на один Бычий Рог и один Таранный Прорыв, – выдохнул Сюй Тайпин, утирая пот. Поскольку техника эта отличалась прямотой и сокрушительной мощью, за несколько дней тренировок он уже придал ей подобающий вид. Однако эти две смертоносные комбинации все еще доставляли ему головную боль непомерным расходом сил. Даже при бешеной скорости восстановления истинной ци Утренней Дымки Сюй Тайпин мог позволить себе повторить упражнение всего два-три раза за день – стоило переусердствовать, и ци просто не успевала восполняться. ─ На сегодня хватит. Чуть позже, когда солнце станет не таким злым, придется еще пропалывать девятилепестковый белый цисун. Сюй Тайпин подобрал полотенце и вытерся. Из-за того, что прибавилось две новые боевые техники, времени у него катастрофически не хватало, и ему хотелось растянуть каждый час по меньшей мере надвое. Впрочем, после перехода на стадию Заморозки его выносливость выросла в разы. Порой он мог обходиться без сна по два-эти дня кряду, не чувствуя особой усталости, так что у него появилось куда больше времени на тренировки. ─ Оу-у-у!… Не успел Сюй Тайпин подумать о том, не перекусить ли ему чем-нибудь, как тишину разорвал протяжный волчий вой. ─ Сдается, звук шел с горы Янлу. Неужели там снова объявились волки-демоны? – размышляя об этом, он стремительно выскочил из заднего двора, в одно мгновение взлетел на забор, а оттуда – на крышу дома. ---------- Зов о помощи, первые всходы стрелы Прозания Ивы ─ И правда, волк-демон… – глядя с крыши на гору Янлу, Сюй Тайпин разглядел исполинскую тушу зверя, мчавшегося по лесу с невероятной скоростью. Сначала он не слишком удивился: вступительные нефритовые пластинки ясно гласили, что в этих горах, за исключением выделенных сектой жилищ, в любом другом месте можно запросто столкнуться с дикими тварями. Однако вскоре в происходящем начал проступать странный подтекст. Вслед за первым зверем показались второй и третий – они неслись следом, явно преследуя кого-то у подножия. ─ Спасите, помогите! ─ Есть тут кто живой, спасите меня! Пока Сюй Тайпин гадал, за кем же гоняется эта троица, из чащи донесся отчаянный женский крик. Услышав его, юноша напряг слух, тут же направил ци в глаза и во все глаза уставился на источник звука. Это был как раз тот самый метод повышения остроты зрения, которому обучала техника Прозания Ивы. Стоило применить заклинание, как пейзаж на горе Янлу в полутора-двух лирах отсюда резко проступил перед глазами Сюй Тайпина. Он тотчас заметил хрупкую женскую фигурку, которая на всех парах неслась сквозь заросли, пытаясь оторваться от преследования трех волков. ─ Откуда эта девица взялась? Насколько я помню, возле Обители Зеленого Бамбука никаких практиков отроду не водилось, – недоумевал Сюй Тайпин. ─ Люди добрые, помогите же кто-нибудь! Тут девушка вылетела из лесной полосы прямо на тропинку, ведущую к выходу из гор, и бросилась аккурат в сторону Обители Зеленого Бамбука. А три волка по-прежнему неслись по пятам, сокращая дистанцию с каждым мгновением. ─ Есть тут кто? Впереди во дворе есть кто живой? Я ранена, спасите, умоляю! Прижимая руку к кровоточащему плечу и продолжая бежать, девушка завопила пуще прежнего – по всему было видно, что она наконец заметила строения. ─ Тьфу, ладно, потом буду разбираться, главное – людей спасать. Сюй Тайпин тряхнул головой, скинул со спины лук, наложил стрелу на тетиву и, применив дыхательную технику Прозания Ивы, перегнал ци из даньтяня по рукам прямо на древко. В тот же миг стрела покрылась тонкой корочкой льда. ─ Бздынь! – когда ближайший к беглянке волк приблизился к обители на расстояние пятисот шагов, Сюй Тайпин отпустил натянутую до отказа тетиву вместе со стрелой. ─ Свист! Рассекая воздух пронзительным свистом, обвитая ледяной ци стрела наотмашь врезалась прямо в лоб чудовищу и прошила его насквозь. Теперь, когда он освоился с истинной ци Утренней Дымки, убойная сила его выстрелов многократно превосходила прежние успехи. ─ Ав-в… – взвыл волк и рухнул на землю. Двое оставшихся хищников, увидев это, перепугались не на шутку и сиганули обратно в кусты, бросив погоню. Сама девушка поначалу тоже отшатнулась от испуга, но заметив, что волки убежали, а на крыше возвышается фигура Сюй Тайпина, расплакалась от счастья. ─ Благодарю благородного юношу за спасение жизни! – она едва ли не ползком, спотыкаясь на ходу, добежала до самых ворот Обители Зеленого Бамбука. Судя по тому, как она то и дело озиралась по сторонам, страх перед хищниками еще долго не отпустит ее сердце. ─ Те волки уже ушли, не бойся, – обернувшись к девчушке, проговорил Сюй Тайпин. На вид ей было лет пятнадцать-шестнадцать, хрупкая, с утонченными и миловидными чертами лица – вылитая дочка какого-нибудь богача из тех краев, откуда он сам родом. ─ Ах, спасибо заступнику, а не то быть бы мне волчьим обедом, – девица испуганно прижала ладошку к груди, а затем с глубокой благодарностью посмотрела на юношу: ─ Смею спросить имя моего спасителя? ─ Я Сюй, зовут Тайпин. Можешь звать меня просто Тайпином, сестрица, – ответил он. Сам он по-прежнему стоял на крыше, с луком в руках, глядя на гостью со значительной долей настороженности. ─ Младший благородный брат Тайпин, я – Лю Цинмэй, внешняя ученица-послушница секты Цинсюань. Несколько дней назад прилетела в здешние горы с духовной птицей за травами, да сбилась с пути, а попутно обронила свою пронзающую облака флейту. Стоило мне столкнуться с волками, как пришлось бежать сломя голову, пока не прибило к этому месту. Девушка вынула из-за пазухи медное зеркальце. Увидев этот артефакт, Сюй Тайпин почувствовал, как напряжение в его груди немного отпустило. Такие духовные зеркала были положены только внешним ученикам, и раз девушка смогла предъявить его, личность ее можно было считать подтвержденной. ─ Скажи, младший брат Тайпин, не мог бы ты приютить Цинмэй на одну ночевку? Солнце уже село, а у меня рана, в темноте передвигаться смертельно опасно, – жалобно попросила она. ─ Ладно… Хм? – Сюй Тайпин уже было собрался согласиться, раз уж личность гостьи не вызывала сомнений, но в последний момент его взгляд случайно скользнул по ее обуви. На ней были надеты матерчатые туфельки с вышивкой на многослойной подошве – с виду самые заурядные панталоны-лапти, но в голове у Сюй Тайпина вдруг сложились воедино все детали ее рассказа, и по спине пробежал холодок… Эти туфли были слишком чистыми. «Опустим даже вопрос о том, годится ли такая обувь для сбора травы в горах. Но если ее целый день гоняли волки, ее тканевые туфельки должны были превратиться в лохмотья, а они целы и невредимы – одно это доказывает, что она лжет», – пронеслось в голове Сюй Тайпина. ─ Сестрица Цинмэй, у меня в доме тесно, боюсь, тебе будет неудобно, – спрыгнув прямо на притолоку ворот, произнес он с непроницаемым лицом. ─ Что вы, младший брат, шутите? Я ведь в каком положении оказалась, где уж тут харчами перебирать! К тому же, хоть в детстве у меня в семье водились деньги, к десяти годам мы разорились, а попав на гору Юньлушань, я и вовсе привыкла к лишениям. Крыша над головой есть – и слава богу, кто станет привередничать? – с горькой улыбкой возразила Лю Цинмэй. Девица говорила до того искренне и проникновенно, что если бы Сюй Тайпин не раскусил ее обман, он, пожалуй, и впрямь проникся бы к ней жалостью. ---------- Слуга-призрак, Цинмэй молит о пощаде и открывает правду ─ Выходит, сестрица Цинмэй, ты разделяешь мою судьбу, раз уж выпала тебе такая горькая доля. Раз не брезгуешь, ночуй сегодня в моем дворе. Сюй Тайпин изобразил сочувствие и кивнул. На лице Лю Цинмэй тут же мелькнула радость, а в глазах на мгновение вспыхнул хищный огонек возбуждения. ─ Благодарю младшего брата Тайпина! Как только раны затянутся, Цинмэй непременно принесет знатный дар в знак благодарности за спасение моей никчемной жизни. На глазах девушки выступили слезы, она рассыпалась в благодарностях. ─ Сестрица Цинмэй, волки всё еще могут шнырять поблизости. Если я сходу распахну ворота, кто знает, не вскочит ли зверь внутрь? Лучше повернись-ка спиной да посторожи окрестности, а как только я открою засов, ты пулей залетишь внутрь – так будет куда надежнее. Сюй Тайпин посмотрел на гостью взглядом, полным бдительности. Услышав это, Лю Цинмэй на секунду замерла, но тут же закивала: ─ Тайпин, ты совершенно прав! Я сейчас же встану на стражу, открывай ворота и дай мне знать. С этими словами она послушно отвернулась. Но стоило ей развернуться, как мягкое выражение на ее лице вмиг испарилось, сменившись злобной гримасой. Уголки ее губ приподнялись в жуткой улыбке, и она прошипела едва слышным шепотом: ─ Вроде осторожен, а на деле тупица. Смерть на носу, а он ни о чем не догадался – смех да и только. Однако не успело это слово сорваться с ее уст, как ее уши уловили знакомый звук: сзади раздался резкий щелчок натягиваемой тетивы. ─ Ты!… ─ Свист! Лю Цинмэй попыталась скрыться, но за ее спиной уже бушевал рассекаемый воздух, и утыканная инеем стрела насквозь пробила ей грудь. ─ Да ты смерти ищешь… – прорычала она, позеленев от злости и глядя на торчащую из груди стрелу. Но в ту же секунду к ней примчался второй смертоносный снаряд, пронзая горло навылет. Обернувшись на звук, Лю Цинмэй встретилась взглядом с юношей, стоявшим на воротах, и выдавила из себя вопрос полный изумления: ─ Как… как ты догадался? ─ Свист! Сюй Тайпин взмахнул рукой, выпуская еще одну стрелу – та пробила межбровье Лю Цинмэй, оставив в черепе дыру с кулак величиной. ─ Сестрица, в другой раз отправляясь за травами, не забывай менять обувь на подходящую, – спокойно произнес Сюй Тайпин, продолжая натягивать тетиву. Словно оскорбленная до глубины души, Лю Цинмэй взревела от ярости. Забыв о ранах, она дико взмыла в воздух и попыталась полоснуть стоявшего на воротах юношу внезапно отросшими когтями. ─ Бзц!» Не успел Сюй Тайпин ударить в ответ, как защитный барьер двора изрыгнул зеленое сияние. Словно тяжелая пощечина, оно с невероятной силой отбросило Лю Цинмэй назад, хотя в ее теле уже торчали три стрелы. ─ А-а-а!… Рухнув на землю, она испустила истошный вопль. Тут же изо рта мертвенно-бледной девицы вырвался клуб черного дыма, который закружился черным вихрем, поднимая столбом пыль у входа. ─ Щенок! Если только ты не собираешься вечно прятаться в своем дворе, рано или поздно попадешься мне в лапы, и тогда я устрою тебе такую жизнь, что позавидуешь смерти! Из центра черной воронки раздался пронзительный, злобный мужской голос. ─ Я ведь вроде бы тебе ничего не сделал, за что ты вздумал меня сгубить? – старательно сохраняя хладнокровие, Сюй Тайпин, впервые столкнувшийся с подобной нечистью, попутно снова натянул лук. ─ Скоро узнаешь! Раздался безумный хохот, и черный смерч со свистом умчался прочь, растворяясь в сумерках. ─ Уж не та ли это нечисть, о которой говорилось в нефритовых пластинках? – глядя вослед исчезающей буре, пробормотал себе под нос Сюй Тайпин. Согласно записям, в лесах вокруг обители внешних учеников водились не только дикие звери, но также духи и призраки. Эти твари обожали вселяться в тела зверей или трупов, чтобы затем морочить голову живым людям и питаться их плотью и жизненной силой ради собственной практики. Поскольку телесной оболочки у них не было, истребить их до конца удавалось лишь с помощью особых заклинаний. ─ Раз такая тварь затаилась впотьмах, охотиться в округе станет куда сложнее, и хуже всего то, что я ничего о ней не знаю, – нахмурившись, Сюй Тайпин бросил взгляд на распростертый труп. По идее, о подобном происшествии стоило бы доложить секте. Однако по опыту последних дней он прекрасно знал: даже если заявить наверх, никто сюда проверять не придет. Для секты такие младшие ученики-послушники не стоили и ломаного гроша, и тратить на них силы никто не собирался. ─ Ха-а… – едва он начал ломать голову над тем, как защититься от призрака, от ворот снова повеяло зловещим холодком. К этому моменту стемнело окончательно, и от этого дуновения по коже побежали мурашки. ─ Неужели эта тварь вернулась так быстро? – Сюй Тайпин насторожился, нацелил лук и стал шарить глазами по сторонам. ─ Молодой господин, я здесь, – едва он успел оглянуться, как от мертвеца отделились крошечные зеленые огоньки, постепенно оформляясь в полупрозрачный женский силуэт. Призрак выглядел точь-в-точь как убитая девушка. ─ Ты еще смеешь показываться? – Сюй Тайпин тотчас перевел острие стрелы на призрачное видение. Хотя до стадии Обледенения стрелы не могли убить дух насовчно, напитанные истинной ци наконечники всё же были способны причинить им серьезную боль – об этом Истинный Владыка Цзыян тоже упоминал на лекциях. ─ Пощади, молодой господин, пощади! Я ведь лишь пешка, принужденная этой тварью-чангуем, вот и пришлось заманивать тебя обманом, – запричитал призрак. ─ Чангуй? – Сюй Тайпин, заметив, что в голосе духа нет фальши, к тому же та с ходу назвала истинную сущность чудовища, немного отвел лук в сторону. ─ Да, это был настоящий чангуй. Меня саму сгубила эта тварь, превратив в призрачного слугу, и теперь мне изо дня в день приходится терпеть издевательства, – призрак с ненавистью скрипел зубами, в глазах ее плескались раскаяние и жгучая злоба на мучителя. Однако, наученный горьким опытом, Сюй Тайпин не спешил слепо доверять ее словам и тем более выходить за ограду. ─ Молодой господин может не бояться, что я причиню тебе вред. Моя душа и так была повреждена, а тут ты добавил три удара, напитанных истинной ци – максимум через полчаса я окончательно рассеюсь, – словно прочитав его мысли, горько пояснила женская тень, и в конце ее голоса послышалась беспросветная тоска. ---------- Благовоние Искателя Праха, сгубленный злодеями человек ─ Сестрица, раз уж ты явилась сюда во всей красе, чтобы завести со мной эту беседу, неужто тебе что-то от меня нужно? Сюй Тайпин сразу же разгадал помыслы призрака. ─ Ты прав, юноша, малая твоя догадливость не подвела. Оказавшись здесь нынче, я и впрямь хочу просить тебя об услуге, ─ закивала мертвая дева. ─ Была у меня сестра, звали ее Лю Цзыцзинь. Три года назад мы поднялись на гору вместе, да только она обладала столь редкостным даром, что ее сразу же зачислили в ученицы Пятого пика. Мы тогда уговорились: мол, придет пора испытаний среди пяти пиков в будущем году, и тогда-то мы воссоединимся на Пятом пике для совместного постижения Пути. ─ И вот в это же время в прошлом году объявился в моих покоях некто из учеников Пятого пика. Сказал, дескать, он третий старший брат моей младшенькой сестренки, а возвращаясь с горы по делам, захватил весточку от Цзыцзинь да заглянул проведать, всё ли у меня ладно. ─ Услыхав, что передо мной старший сородич Цзыцзинь, я, разумеется, не посмела выказать и тени неуважения – усадила гостя за стол, угощала добрым вином и знатной снедью едва ли не полдня. ─ Но стоило этому негодяю осушить три чаши, как в нем проснулось буйное безумие. Подобравшись ко мне зверем, он растоптал мою чистую девичью честь, а после принялся угрожать, запрещая кому бы то ни было проговариваться о случившемся. Мало того, он вознамерился сделать из меня пленницу в неволе, дабы ублажать его плотские утехи всякий раз, когда ему вздумается. ─ Я уж было хотела покончить с собой и смыть позор смертью, но он пригрозил мне моей родной Цзыцзинь. Мол, не покорюсь – он оговорит девчонку так, что ее с позором изженут с Пятого пика. ─ Не имея выбора, я покорилась его воле и стерпела унижение, лелея лишь одну надежду: дождаться, пока Цзыцзинь прочно встанет на ноги на Пятом пике, и уж тогда сыскать способ поведать ей обо всем. ─ Только вот несколько месяцев назад, когда тот негодяй напился мертвецки пьян, я случайно услышала, как он сболтнул о новом замысле. Оказывается, он собрался шантажировать моей судьбой саму Цзыцзинь, чтобы и ее обратить в свою забаву. ─ Потерпи я поругание одна, стерпела бы сколь угодно долго, но замахиваться на Цзыцзинь я не позволю! Ради нее я готова биться насмерть, лишь бы он не добился своего. ─ Воспользовавшись тем, что мерзавец снова нажрался до беспамятства, я схватила спрятанное в комнате оружие, решив покончить с жизнью этого бесстыдника. ─ Но куда мне было тягаться с силой учеников священных гор… Стоило мне лишь самую малость выдать свой убийственный порыв, как он в мгновение ока скрутил меня. ─ Разъяренный от собственной злобы и страха негодяй после долгих издевательств лишил меня жизни, а тело бросил в глухом лесу неподалеку от моего жилища. Прошло совсем немного времени, как меня настиг Чангуй, обратив в безвольного призрачного слугу. Выслушав долгий рассказ женщины-призрака, Сюй Тайпин почувствовал, как в груди закипает глухая, неразрешимая ярость. Он никак не ожидал встретить столь гнусных злодеев и изуверские деяния прямо здесь, на священных вершинах. Рядом с этим третьим учеником Пятого пика даже проклятый Чангуй казался сущим благодетелем. Разумеется, лишь в том случае, если все слова призрака – чистая правда. ─ Как ты докажешь, что всё сказанное тобой – правда? Успокоившись, Сюй Тайпин задал прямой вопрос. ─ Чтобы разоблачить этого мерзавца, я истратила последнее оставшееся у меня Благовоние Искателя Праха, ─ мертвая дева указала бестелесной рукой в сторону рукава собственного трупа, лежащего внизу, и продолжила: ─ Всего таких благовоний четыре штуки: одна материнская палочка и три дочерние. Стоит зажечь материнскую, как она запечатлеет в дыму всё, что происходило в комнате до того, как она догорит. ─ А чтобы просмотреть запись, достаточно зажечь дочернюю палочку – и прошлое предстанет перед глазами как на ладони. Услыхав это, Сюй Тайпин молча кивнул в знак согласия. Ему уже доводилось встречать упоминания об этом дивном артефакте в старом бронзовом зеркале. ─ Выходит, сестрица, ты хочешь, чтобы я передал оставшиеся благовония твоей сестре Цзыцзинь? Не дожидаясь, пока Лю Цинмэй продолжит, перехватил инициативу Сюй Тайпин. ─ Именно так! Лю Цинмэй с силой кивнула, а затем ее голос наполнился отчаянием: ─ Тот третий ученик Пятого пика, Лу Чэнь, говорят, приходится племянником кому-то из старейшин. Врата Цинсюань уж точно не станут наказывать его из-за какой-то жалкой внешней ученицы вроде меня, а потому я не прошу о справедливости для себя. Мне нужно лишь одно – уберечь сестренку Цзыцзинь от сетей этого зверя! Едва эти слова сорвались с ее уст, у входа в маленький дворик вновь повеяло холодом, и очертания ее фигуры начали быстро блекнуть и растворяться. ─ Юноша, если представится случай подняться на Пятый пик, умоляю, отдай Благовоние Искателя Праха моей сестре! Видя, что ее душа вот-вот рассеется в небытие, Лю Цинмэй заговорила судорожно и спешно, с мольбой вглядываясь в Сюй Тайпина. ─ Коль правда твоя, сестрица, клянусь: доставлю это благовоние в руки сестрицы Цзыцзинь, чего бы мне это ни стоило. Поразмыслив самую малость, Сюй Тайпин дал твердое и нерушимое обещание. ─ Благодарю тебя, юноша! Услышав его ответ, призрак Лю Цинмэй рухнул на колени, низко склонив голову и ударяясь лбом о землю. ─ Юноша, та нечисть сегодня не добилась своего, а потому непременно вернется. И хотя совладать с ней трудно, у нее есть свои слабые стороны. За те дни, что я провела в ее плену, мне случайно стало известно: этот Чангуй при жизни сгинул от пьянства, и вино для его мертвой души – хуже яда. Быть может, тебе удастся сперва выбить его из одержимого тела, а после прикончить с помощью хмельного зелья. Внезапно подняв голову, Лю Цинмэй открыла Сюй Тайпину уязвимость монстра. ─ Слабость этой твари – вино? Благодарю за подсказку, сестрица! Сюй Тайпин обрадовался такой вести и поблагодарил призрака. Хотя благовоние еще не было зажжено, доверие к словам Лю Цинмэй в его сердце окрепло еще сильнее. ─ Юноша, заклинаю тебя, не забудь передать благовоние моей младшенькой. Мертвая дева покачала головой, вновь повторяя свою мольбу с лицом, полным отчаяния. ─ Не бойся, сестрица Цинмэй, обещаю: как только поднимусь на гору, непременно разыщу сестрицу Цзыцзинь и отдам ей благовоние. Сюй Тайпин кивнул с предельной серьезностью. Услышав это, на горьком лице женщины-призрака наконец забрезжила слабая улыбка. ─ Ах да, юноша, за тем Чангуем стоит могучий тигриный дух. У него поистине ужасающие способности, так что, если выпадет возможность, остерегайся становиться ему врагом! Напоследок, когда ее силуэт почти растаял в воздухе, она бросила торопливое предупреждение. ─ Тигриный демон? – Глядя на вспыхнувшие и тут же угасшие зеленоватые огоньки над телом Лю Цинмэй, Сюй Тайпин ошеломленно пробормотал себе под нос. ─ Значит, те басенки про слуг при тигре и впрямь правдивы. Услышав, что за спиной Чангуя маячит хищный зверь, Сюй Тайпин помимо воли вспомнил старинные сказания. ─ Узнать-то слабость чудища я узнал, но, если верить наставлениям истинного Владыки Цзыяна, до того как ступишь в мистическое царство Открытых Врат, любая встреча с нечистью при малейшей оплошности грозит смертью на месте. Стало быть, испытывать судьбу не стоит – лучше заявить в секту и позволить старшим разобраться с напастью. Рассуждая так про себя, Сюй Тайпин спрыгнул с притолоки дворовых ворот. ─ Ладно, сперва доложу обо всем начальству, а заодно притащу сюда тушу горного волка – не смогут же они делать вид, что ничего не замечают? Бормоча себе под нос эти слова, он подошел к бездыханному телу Лю Цинмэй и аккуратно извлек из рукава ее платья небольшой деревянный ларец. Откинув крышку, юноша обнаружил внутри те самые три благовония. ─ Ну а с Благовонием Искателя Праха и делом сестрицы Цинмэй поступим так: нынче вечером зажгу одну палочку, проверю правдивость увиденного, а завтра погляжу на реакцию посланцев секты. Коль захотят заняться этой тварью, поведаю им о бедах Лю Цинмэй и передам палочки в их руки. Сюй Тайпин поднялся с земли и спрятал ларец с благовониями во внутренний карман. ----------