Я, Терминатор Главных Героев: Пожалуйста, обходите меня стороной Yu Xiao Mo Я — то, чего в этом мире быть не должно: живой яд, который лечит мир, и тот, кто карает избранников судьбы. Моего существования оказалось довольно, чтобы «Указатель Бедствий», тысячу лет хранимый Союзом Небесного Дао, разнесло на куски, и эти осколки исполосовали золотое тело главы союза. Патриарх Павильона Небесных Тайн вызвался прочесть мою судьбу — его гадальный панцирь черепахи рассыпался в прах, а сам старец выкрикнул «Небесные тайны мертвы!» и уничтожил собственное духовное основание. Чихнула — и рухнул тщательно выстроенный план мести переродившейся героини. Дунула на чай, чтобы остудить, — и самоуничтожился артефакт с небесным шансом, принадлежавший третьему принцу. Союз Небесного Дао нарек меня табу, которое надлежит стереть, и послал инспектора уровня Трансформации Божества с приказом убить. Но тот, по цепочке случайностей, запущенной моей простой прогулкой, сгинул в тысячелетнем ядовитом ущелье. Безумный манипулятор грезит, как укротит меня, праведный культиватор меча принимает за божество. А мне всего лишь нужно вернуть воспоминания и понять, что значит: «Яояо, беги, они идут за тобой!» Меня зовут стихийным бедствием, злым роком и багом этого мира. Но в мире, где всё расписано сценарием судьбы, я — единственный сбой и, быть может, единственное спасение. ==================== «Канон Пламени, Сжигающего Небеса» ─ Тридцать лет на востоке реки, тридцать лет на западе! ─ Му Шуан, этот величайший позор расторжения помолвки я, Сяо Хань, запомню на всю жизнь! ─ Да я лучше брошусь с этого Утёса Погребения Богов, чем приму твою подачку! Яростный вопль разрывал душу, пробиваясь даже сквозь облака в вышине. Бушевал свирепый ветер. Су Яо потровала пульсирующий от боли затылок и медленно приоткрыла глаза посреди груды обломков. Бцх! Окровавленный человеческий силуэт с размаху рухнул на торчащую впереди сухую лиану. Лоза бешено задрожала, принимая на себя большую часть разрушительного удара. Юноша покатился по земле и изверг изо рта густую черную кровь вперемешку с ошметками внутренних органов. ─ Кхе… кхе-кхе, ха-ха-ха! Я всё-таки не сдох. Сяо Хань вцепился пальцами в сырую земную твердь так сильно, что ногти вывернулись наизнанку. ─ Небеса не хотят моей смерти! Су Яо обхватила колени руками и испуганно прижалась к краю каменной стены. Она растерянно озиралась по сторонам, не понимая, где находится. Кто она? Где это место? [Предупреждение: обнаружена предельно высокая концентрация божественной удачи (золотая).]> [Пассивный навык: Катастрофа Конца Судьбы (Пожиратель удачи) активирован.]> [Поле искажения реальности развернуто.]> [Маловероятные позитивные события, направленные на этого избранного судьбой, будут принудительно скорректированы в негативную сторону.]> Лишенный всяких эмоций механический голос прозвучал в самых глубинах ее сознания. Су Яо ничего не поняла, ощущая лишь тупую, скручивающую живот боль от голода. Она подняла голову и увидела окровавленного парня, безумно хохочущего без всякой связи с реальностью. ─ Мелкий, твоя великая удача прибыла. Старческий голос внезапно донесся из древнего кольца на пальце Сяо Ханя. Сяо Хань умолк и уставился на кольцо. ─ Кто здесь? Какой демон тут строит из себя божество? ─ Неважно, кто я, лучше взгляни на свой левый фланг, ─ в голосе старика звучало высокомерие. ─ Видишь тот выступающий синий валун? Сяо Хань с трудом повернул шею и перевел взгляд. ─ Это скрывающий массив, оставленный древним великим мастером. Стоит тебе смазать его своей каплей чистой крови, как все сокровища внутри станут твоими. ─ Старший говорит правду? В глазах Сяо Ханя мгновенно вспыхнул обжигающий свет. ─ Старик уже ощутил дыхание канона Пламени, Сжигающего Небеса, ─ фыркнул старик. ─ С этой штукой ты через три года сможешь ворваться в Секту Тяньэнь и заставить ту презренную девчонку преклонить колени у твоих ног! Опьяненный дикой болью и бушующей радостью, Сяо Хань задрожал всем телом. Он на четвереньках бросился к валуну, оставляя за собой на земле отчетливый кровавый след. ─ Му Шуан, тварь ты этакая, ты и в страшном сне такого не представляла! ─ Смерть не забрала меня, значит, впереди великое благо! ─ Когда я получу наследие, вы все подохнете! Наблюдая за его бессвязным бормотанием, Су Яо продолжала сидеть на корточках в уголке. Этот парень явно повредился рассудком от падения. Она поднялась на ноги, отряхнула пыль с подола платья и решила поскорее убираться из этой дыры. Но стоило ей сделать лишь один шаг… Из расщелины скалы выпорхнула сияющая призрачно-голубым светом бабочка. Какое красивое насекомое. Съедобное? Су Яо машинально протянула палец прямо к бабочке. ─ Да, именно туда, капай кровь быстрее! ─ голос старца в кольце сделался еще более взволнованным. ─ Мелкий, ты сейчас взмоешь в небеса! Сяо Хань без колебаний прикусил кончик языка и брызнул на камень сгустком драгоценной крови. Пхы! Синий валун, соприкоснувшись с кровью, мгновенно покрылся золотыми духовными узорами. Золотой свет взметнулся ввысь, осветив мрачное дно ущелья ярче полудня. Древние каменные ворота медленно проявились на отвесной скале. Скрежет механизмов прокатился по всей долине, и потоки духовной энергии хлынули наружу. ─ Каменные врата наконец открылись! Быстрее внутрь… ─ разъяренный рев старика внезапно оборвался. В тот самый миг, когда ворота почти полностью отворились. Кончик пальца Су Яо легко коснулся крыльев бабочки. Хлоп. Испуганное насекомое судорожно взмахнуло крыльями. И врезалось в соседний обломок скалы. Катящийся камень по чистой случайности угодил в гниющий корень дерева внизу. Корень с треском сломался, натянув тугую лиану. Лиана лопнула, и потерявшая опору плеть со свистом хлестнула по огромному валуну нависавшей наверху скалы. Грохот! Сверху донесся чудовищный гул. Радостная гримаса на лице Сяо Ханя мгновенно застыла, зрачки сузились до точек. Запрокинув оцепенелую голову, он во все глаза уставился наверх. Громадный валун размером с трех человек с неумолимой силой рушился вниз. Прямо в цель. Аккурат в центр только что открывшихся каменных врат. Грохотание раскатилось эхом! Дно ущелья затряслось в конвульсиях, мощная ударная волна отбросила Сяо Ханя назад. Гора обрушилась окончательно. Тонны грязи и камней лавиной хлынули вниз, погребая все под серой пеленой. ─ Н-нет! ─ пронзительный, полный отчаяния вопль исторгся из горла Сяо Ханя. Он воочию лицезрел, как исписанный рунами валун вдребезги разносит тот камень. Древние врата в мгновение ока скрылись под толщей земли. Хранившийся за ними канон Пламени, Сжигающего Небеса, вместе с могучими потоками энергии был растерт в пыль. Из рухнувшей груды щебня со свистом вылетел кусок железной руды. Бцх! Описав в воздухе зловещую дугу, руда смачно врезалась Сяо Ханю прямо в лоб. Закатив глаза, Сяо Хань плашмя рухнул в отключке. Пыль и туман рассеялись. Сиявшая золотом обитель превратилась в банальную грязевую кучу. Су Яо так и застыла с вытянутым вперед пальцем, остолбенев от увиденного. Она тупо пялилась на развернувшуюся картину. ─ Я… я ведь просто хотела поймать букашку, ─ бормотала она. [Основное сокровище избранного судьбой уничтожено.]> [Удача рассеивается… начинается поглощение.]> Нижтенький, невидимый глазу золотой поток поднялся из грязевого месива. И бешено хлынул в межбровье Су Яо. Боль в животе исчезла без следа. В сознании вихрем пронеслись смутные образы. Чьи-то нежные руки ласково расчесывали ей волосы. ─ Яояо, что бы ни случилось, никогда не бойся… ─ Видение растаяло, сменившись острой головной болью. Су Яо потерла виски, переводя взгляд на древнее кольцо. Его поверхность бешено мерцала багровым светом. ─ Небесный замысел… что скрыло небесный замысел! ─ Пронзительный вопль старика раздался из глубин кольца, источая первобытный страх. ─ Причинно-следственные связи рухнули! ─ Эту девчонку… к этой девчонке нельзя приближаться! Хрусь! На кольце проступили тончайшие трещины, красный свет поблек. Спасаясь от чудовищного отката возмездия, душа старика была вынуждена погрузиться в глубокий сон. На дне ущелья воцарилась могильная тишина. Сяо Хань с огромной шишкой на лбу. Раскинув руки и ноги, он лежал в грязи без малейших признаков жизни. Су Яо подошла ближе и брезгливо ткнула его носком ботинка в плечо. Никакой реакции. ─ Какая же черная полоса, ─ покачала она головой. То ли говоря о валявшемся в грязи неудачнике, то ли сетуя на собственный рок. Она подняла глаза на отвесные скалы. Решив карабкаться наверх по уцелевшим лианам в поисках хоть какой-то съедобной живности. Стоило ее пальцам коснуться лозы… Тяжелая капля воды упала ей на руку. Эта проклятая погода еще и испортилась. А поверженный в грязь Сяо Хань слабо задергал пальцем. Из уголка его глаза скатилась кровавая слеза. Полупрозрачная панель яростно мигала прямо у него над головой. [Значение удачи: 99999… стремительно падает…]> ---------- Идеальная месть сорвалась Город Цинчжоу, усадьба градоначальника. Везде развешены гирлянды, всюду толпятся гости. Сегодня у супруги градоначальника пятидесятый юбилей. ─ Чуньтао, всё готово? Под плакучей ивой у входа в банкетный зал Е Цингэ понизила голос, а в её словах отчётливо слышалась спешка. На ней было скромное белое платье, но её хмурый взгляд совершенно не вязался с юным возрастом. ─ Не беспокойтесь, барышня, доказательства того, как эта змея подменила детей законных и побочных супругов и отравила главную госпожу, лежат в шкатулке. Служанка Чуньтао крепко сжала в руках шкатулку из сандалового дерева. Е Цингэ холодно усмехнулась, впившись ногтями в ладони. В прошлом воплощении эта мачеха измывалась над ней всяческими способами, и в конце концов она приняла мучительную смерть в публичном доме. Но небеса сжалились над ней и даровали второй шанс. Сегодня на глазах у всех она сорвёт личину с этой негодяйки! ─ Пойдём, представление начинается. Взяв служанку, она с высоко поднятой головой ступила в банкетный зал. В то же самое время. Су Яо пробралась в усадьбу градоначальника в телеге с помоями из кухни. Она чертовски проголодалась. Тот крошечный сгусток золотого света, впитанный на дне пропасти, помогал лишь от головной боли, но насытиться им было невозможно. Сжавшись в тени у дальнего угла банкетного зала, она быстро уплетала украденное персиковое пирожное. [Система: Тревога. Обнаружена высокая концентрация ауры реинкарнатора (алого цвета).] [Катастрофа Конца Судьбы зафиксировала цель.] Голос в голове прозвучал снова. Пропустив предупреждение мимо ушей, Су Яо продолжала самозабвенно жевать выпечку. Её истинной целью прямо сейчас была лишь зажаристая, лоснящаяся жиром курица на центральном столе. За главным столом. Супруга градоначальника в платье из золотой парчи с вышитыми пионами с сияющей улыбкой принимала поздравления от гостей. ─ Какое же у госпожи искусство сохранения молодости, выглядит едва за двадцать! ─ И то верно! Иметь такую мудрую и верную помощницу – истинное благословение для господина градоначальника. Е Цингэ приблизилась к центру зала и резко остановилась. Окинув взглядом собравшихся, она звонким, чеканным голосом произнесла: ─ Верная помощница? Да это же чистейший бред! В зале мгновенно воцарилась мёртвая тишина. Все гости с изумлением уставились на обычно тихую и затравленную дочь наложницы. Лицо супруги градоначальника помрачнело, и она гневно приказала: ─ Цингэ, ты какого чёрта творишь? А ну убирайся вон! ─ Убираться? Уголки губ Е Цингэ искривились в ледяной усмешке. ─ Катиться отсюда должна ты, мерзкая змея, занявшая чужое место! Она резко повернулась к стоявшей позади служанке: ─ Чуньтао, покажи отцу доказательства! Градоначальник, чей взгляд полыхал гневом, вскочил из-за главного стола, ударив по столешнице. ─ Ничтожная девчонка, какую чушь ты тут несёшь! ─ Отец, взгляните, и всё поймёте. Выпрямив спину, Е Цингэ пронзительно глядела на него. этого дня она ждала слишком долго. Она непременно желала собственными глазами увидеть, как эта тварь пойдёт ко дну! И как назло, в самый критический момент… Су Яо прикончила пирожное и почувствовала лёгкую жажду. Оглядевшись по сторонам, она заметила на столике неподалёку аккуратный ряд стеклянных бокалов. Внутри был цветочный чай. Взяв один бокал, она зачем-то поднесла его к самому носу и шумно вдохнула аромат. Апчхи! Запах оказался слишком резким, и Су Яо не удержалась от чихания. Потерев зачесавшийся нос, она бесхитростно поставила чашку на ближайший столик. Им оказался как раз главный стол супруги градоначальника. ─ Чуньтао, чего ты стоишь столбом? Доставай же! Яростно поторопила её Е Цингэ. Служанка, трясущимися руками уже поднесшая пальцы к крышке сандаловой шкатулки… Вдруг произошло непредвиденное. Супруга градоначальника, сидевшая за главным столом и уже открывшая рот для отповеди… Периферическим зрением заметила злосчастную чашку с чаем из астр. Лицо её мгновенно исказилось до неузнаваемости. По её шее с ужасающей скоростью поползли красные волдыри. ─ Ухм… – супруга градоначальника вцепилась обеими руками в собственное горло, закатила глаза, а из её груди вырвался хриплый сип. ─ Дорогая! Что с тобой, что случилось?! Обезумевший от страха градоначальник бросился поддерживать обвисшее тело жены. ─ Чай из астр… У неё явный отёк Квинке на цветочную пыльцу! – испуганно завопил один из гостей, оказавшийся лекарем. ─ Живо! Несите лекарство! Она же сейчас задохнётся! Банкет моментально погрузился в полный хаос. Визги служанок, беготня прислуги и паника гостей, в ужасе шарахавшихся назад. Застывшая на месте Е Цингэ вскинула руки, и они так и повисли в воздухе. Внезапный поворот событий напрочь перекрыл кислород её тщательно подготовленной обвинительной речи. ─ Нет… Всё должно было быть совсем иначе! С покрасневшими глазами она в кровь закусила губы. В прошлой жизни у этой мачехи отроду не было никакой аллергии на пыльцу! Почему?! Почему этот приступ случился именно сейчас?! ─ Убирайся с дороги, не путагайся под ногами! – рявкнул градоначальник, оттолкнув преградившую путь Е Цингэ, и помчался во внутренние покои, прижимая к груди потерявшую сознание жену. В устроенной суматохе какой-то толстяк в панике наступил на сандаловую шкатулку, разнеся её в щепки. Письма рассыпались по полу и были мгновенно растоптаны сотен пар ног. Осталась лишь сидеть на холодных плитах ошеломлённая Е Цингэ с пустым взглядом. Она смотрела на раскиданные повсюду улики, впившись ногтями в ладони так, что выступила кровь. Это же была её выверенная до мелочей идеальная месть. Как вышло, что всё закончилось даже до того, как она успела произнести вступительное слово? [Аура реинкарнатора подверглась жесточайшим колебаниям.] [Поглощение ауры продолжается.] Тем временем в углу. Су Яо сыто отрыгнула и похлопала себя по животу. По мере того как невидимый алый поток вливался в её тело, ей казалось, что можно было даже не объедаться той курицей. Очередной осколок памяти мелькнул в голове. То было море огня. Кто-то в бушующем пламени отчаянно кричал её имя. ─ Су Яо, беги! Ради всего святого, не оглядывайся! Помотав головой, Су Яо отогнала нахлынувшую беспричинную тоску. Пользуясь общей неразберихой, она тихонько выскользнула из банкетного зала. На чумазую нищенку никто даже не обратил внимания. За исключением одного человека. На террасе второго этажа. У окна стоял молодой господин в белых одеждах. Он неторопливо перебирал в пальцах две нефритовые грецкие ореха, не сводя пристального взгляда с удаляющейся Су Яо. ─ Хозяин, стоит ли нам вмешаться в этот фарм семьи Е? – тихо осведомился стоявший за его спиной страж в чёрном. ─ Ни к чему. – На губах Лин Цзысяо заиграла улыбка, а движения орехов на мгновение замерли. ─ Е Цингэ – круглая дура. ─ А вот эта девчонка куда интереснее. ─ Та нищенка? – охранник опешил. ─ Нищенка? – в глубине глаз Лин Цзысяо вспыхнул огонь, и он тихо рассмеялся в голос. ─ Я собственными глазами видел, как она взяла ту чашку и поставила её на стол к этой отравительнице. ─ Сделала это так естественно, без тени умысла. ─ И при этом в два счёта разрушила замысел, над которым дочка судьбы трудилась столько времени. Хрусь! Нефритовый орех в его руке рассыпался в мелкую пыль. ─ Ступай и выясни её происхождение. Лин Цзысяо резко развернулся, и его белые одежды взметнулись в воздухе. ─ Она и есть та самая переменная, которую я искал. ---------- Навлекла неприятности? За стенами Цинчжоу, заброшенный храм. Су Яо устроилась под статуей Будды, пересчитывая дневной улов. Половина остывшей жареной курицы. Два чёрствых буханки хлеба. Для человека, потерявшего память, само выживание уже требовало всех сил. Бац! Хлипкая деревянная дверь храма сорвалась с петляв под мощным ударом ноги. Вокруг полетели щепки. Су Яо вздрогнула, и кусок хлеба закатился под самый жертвенник. Она с досадой протянула руку, пытаясь достать его. ─ Демоница, куда тебе теперь деваться! – яростный крик, пропитанный жаждой убийства, разорвал тишину святилища. Сломанный меч в руке, весь пропитанный убийственной аурой, сжимал Сяо Хань, стоя на пороге. Опухоль на его лбу ещё не сошла, а одежда была покрыта запекшейся грязью и кровью со дна пропасти, из-за чего он походил на демона, выбравшегося из преисподней. Су Яо отдёрнула руку, обхватив коленки и прячась за постамент Будды. ─ Ой, это ты. – Выглянув наполовину, она невинно поинтересовалась: – Голову уже подлечил? ─ Заткнись! – глаза Сяо Ханя налились кровью, а вены на лбу вздулись узловатыми жгутами. ─ Ты уничтожила моё «Канон Пламени, Сжигающего Небеса», ввергла старца из древнего кольца в спячку, и сегодня я сотру тебя в порошок! Эти дни на дне пропасти он провёл как безумный, раскапывая землю голыми руками. Все десять пальцев были стерты в кровь, но кроме кусков ржавого железа он не нашёл ничего. Если бы не крохи духовной энергии, сохранившиеся в кольце, он бы ни за что не выследил главную виновницу! ─ Я понятия не имею, о чём ты толкуешь. – Честно глядя на него, произнесла Су Яо. – Я всего лишь коснулась той букашки. ─ И ты ещё смеешь оправдываться?! Сяо Хань до боли закусил зубы, и его духовная сила бурно вырвалась наружу. ─ Сдохни! Взмахнув обломком меча, он превратился в размытую тень и ринулся прямо на Су Яо. [Система: Предупреждение. Убийственная враждебность Сына Судьбы достигла критического предела.] [Пассивный защитный механизм Катастрофы Конца Судьбы переведён на максимальную мощность.] Су Яо даже моргнуть не успела. Острый край лезвия, несомый устрашающим порывом ветра, уже находился менее чем в дюйме от её переносицы. В то же мгновение. Хрусь. Под ногами Сяо Ханя внезапно треснула каменная плита. Камень был источен термитами ещё много лет назад и давно сгнил изнутри. Не выдержав всплеска духовной энергии Сяо Ханя, он мгновенно обратился в пыль. Сяо Хань провалился в пустоту. Его равновесие было полностью нарушено. Все его хвалёные техники движения вмиг превратились в фарс. Он полетел лицом вниз с комичной грацией поверженного бойца. Из-за огромной инерции он пропахал носом землю почти на два метра и с размаху врезался в старую курильницу у алтаря. Курильница перевернулась. Вековая зола с глухим звуком взметнулась облаком, густо облепив голову и лицо Сяо Ханя. ─ Кхе-кхе-кхе… – Сяо Хань закашлялся так, что из глаз брызнули слёзы и сопли. Присев за статуей Будды, Су Яо молча наблюдала за этой сценой, после чего спокойно подняла спасённый кусок хлеба и сдула с него пыль. ─ Мужик, ты куда смотришь, когда идёшь? – пробормотала она. ─ Я убью тебя… – Сяо Хань обезумел от ярости. Сотряхнув пепел с лица, он резко подскочил и снова взметнул меч. В этот момент он окончательно утратил рассудок. Однако. Под опрокинутой им курильницей обнажился древний и тусклый узор формации. То была случайная пространственная точка телепортации, оставленная древними мастерами и заброшенная тысячелетия назад, для активации которой требовались горы духовных камней. Но падение Сяо Ханя оказалось столь удачным, что его кольцо угодило аккурат в центр активационного узла. Остатки первородной духовной энергии старика, дремавшего в кольце, вмиг были выпиты досуха. Бзз… Ослепительный багровый столб света взмыл в небеса прямо из-под основания курильницы, мгновенно поглотив Сяо Ханя. ─ Это… что ещё такое?! Остолбеневший Сяо Хань попытался вырваться, но обнаружил, что пространство сковало его по рукам и ногам. ─ Нет! Пусти меня! Я ещё не отомстил! Он отчаянно барахтался в столбе света, и его рёв разрывал воздух. ─ Демоница! Жди меня! Я, Сяо Хань, клянусь, что достану тебя из-под земли и обращу в прах! – орал он. Вжух! Столб света резко сжался в точку и растворился в воздухе. В разрушенном храме вновь воцарилась тишина. Лишь остаточные колебания ци в воздухе напоминали о только что случившемся. Су Яо откусила кусок хлеба и моргнула. ─ А где он? – спросила она. Окинув взглядом храм, она убедилась, что этот психопат действительно испарился. [Сын Судьбы случайно телепортирован в: Сердце Хребта Тысячи Демонов (крайняя степень опасности).] Своевременно оповестила система. Су Яо похлопала себя по груди и облегчённо выдохнула. Хотя она понятия не имела, что за место такое – Хребет Тысячи Демонов, звучало оно явно далеко отсюда. Не успела она снова поднести к рту недоеденную курицу, как… Хлоп, хлоп, хлоп. Гулкие хлопки в ладоши раздались у входа в храм. ─ Потрясающе, просто великолепно. – Раздался голос – мягкий, но с отчётливым оттенком насмешки. Су Яо настороженно подняла голову. В дверном проёме показался молодой господин в белых одеждах, поигрывающий складным веером. На губах его играла улыбка, но глаза оставались ледяными. Его взгляд оценивал её так, будто перед ним находилось бесценное сокровище, сочетая в себе нескрываемую дотошность и исследование. ─ Даже пальцем не пошевелив, заставить гения меча тысячелетия, любимца небесной удачи Сяо Ханя, как побитую собаку улететь в логово монстров, откуда нет возврата. Лин Цзысяо сломал веер и остановился в трёх шагах от Су Яо. ─ Удача барышни поистине заставляет меня раскрыть рты от изумления. Су Яо крепче сжала в руке курицу, её тело напряглось. Шестое чувство подсказывало, что этот человек опаснее прежнего безумца в сто раз. ─ Я тебя не знаю. – Она сделала шаг назад. ─ Теперь узнаешь, ещё успеется. Лин Цзысяо извлёк из рукава излучающий мягкое свечение нефритовый свиток и протянул его Су Яо. ─ Я Лин Цзысяо, хозяин Башни Всеведения. Он чуть подался вперёд, и в его голосе прозвучало соблазнение, которому невозможно противостоять. ─ Я знаю, что ты забыла, кто ты такая. ─ И я также знаю, что одного твоего присутствия достаточно, чтобы сами законы мира бессмертных рухнули до основания. Су Яо резко замерла. ─ Ты можешь вернуть мне память? – она впилась в него взглядом. ─ Разумеется. – Улыбка Лин Цзысяо стала ещё нежнее. ─ Стоит тебе пойти со мной, и ты узнаешь всё. Но как только Су Яо заколебалась, решая, стоит ли тянуть руку к смутному свитку… Висевшая на поясе у Лин Цзысяо чёрная нефритовая пластина внезапно запульсировала, издавая пронзительный визг. Улыбка мгновенно застыла на его лице. то был срочный секретный сигнал от внедрённого им агента на самом верху Альянса Небесного Дао. Лин Цзысяо раздавил нефрит, и чужая воля вихрем ворвалась в его разум. В следующую секунду. Лицо этого прирождённого интригана переменилось. Краска сошла с его лица, оставив лишь мертвенную бледность. Он резко вскинул голову и впервые посмотрел на Су Яо взглядом, в котором сквозил первобытный ужас. ─ Указатель бедствий Альянса Небесного Дао… – хрипло выдохнул Лин Цзысяо, не сводя с неё глаз. ─ …Взломан. ---------- «Катастрофическая стрелка трещит по швам» Экипаж Лин Цзысяо отличался невероятной, кричащей роскошью. Стенки кареты изнутри были обиты мягким шелком, а в углах тлели благовония, источающие успокаивающий аромат. На небольшом столике из розового дерева красовалось несколько изысканных блюд с выпечкой. Стоило Су Яо переступить порог кареты, как ее взгляд намертво приковался к горке облачных пирожных, сложенных в форме крошечной пагоды. Тончайшие, словно цикадиные крылья, белые как свежевыпавший снег, а на самой макушке – ярко-алая ягодка. ─ Хозяин, это… ─ Снаружи кареты двое телохранителей Лин Цзысяо в черном выглядели помрачневшими, а убийственная аура в их глазах грозила принять вполне осязаемую форму. Они в упор не понимали, с какой стати их молодой господин усадил в личную карету эту грязную девчонку с неизвестно какими корнями. Это же форменное оскорбление для их священного транспорта. ─ Пустяки. ─ Лин Цзысяо небрежно взмахнул складным веером, улыбнувшись мягко и безмятежно, но во взгляде его сквозило непреклонное решение. ─ Пусть поднимается. ─ Охрана не смела возражать и молча отступила, наблюдая, как Су Яо забирается внутрь. Она осторожно опустилась на колени на мягкие подушки, не отрывая глаз от горы сладостей. ─ Хочешь попробовать? ─ Вкрадчивый голос Лин Цзысяо звучал маняще. Су Яо сглотнула слюну и отчаянно закивала. ─ Ешь. ─ Получив позволение, Су Яо тут же протянула два пальца и бережно, боясь раскрошить, ущипнула одно пирожное. Она отправила его в рот – лакомство таяло на языке, а нежная сладость мгновенно распустилась на вкусовых рецепторах. Объедение! В сто раз вкуснее той полуразогретой жареной курицы! Лин Цзысяо наблюдал за тем, как она блаженно щурится, напоминая укравшего рыбку котенка, и интерес в глубине его глаз лишь усилился. Больше он ничего не говорил, лишь молча наблюдал со стороны. Существо, способное заставить рухнуть в одночасье такого сына небесной судьбы, как Сяо Хань. И в то же время способное выказать столь незащищенную, детскую наискость из-за обычной сладости. Она чудовище или пустой сосуд? Карета плавно тронулась с места, застучав колесами по синим каменным плитам Города Цинчжоу, держа курс на самые скрытые кварталы. … Часом ранее, на вершине далекого Центрального материка, в главной цитадели Альянса Небесного Дао. Клубилось море облаков, кружились белые журавли. На парящей среди девяти небес платформе для наблюдения за звездами атмосфера накалилась до предела. ─ Ву… ву-ву-ву… ─ В самом центре звездной арены трехметровая стрела, выточенная целиком из черного неизвестного кристалла, издавала неприятный, режущий слух гул. Это было сокровище Альянса Небесного Дао – стрелка бедствий. Она молчала тысячелетиями, но сегодня пришла в движение без всякого предупреждения. Причем она не медленно поворачивалась, а безумно, хаотично и яростно металась из стороны в сторону. Вжух! Вжух! Вжух! Тринадцать потоков света выстрелили из глубоких пещер и уединенных обителей среди облаков, мгновенно приземлившись на смотровой площадке и обратившись в тринадцать старцев с непостижимой аурой. То были тринадцать верховных старейшин Альянса Небесного Дао, каждый из которых обладал силой, способной заставить содрогнуться целые регионы. ─ Глава альянса! ─ Все они дружно поклонились почтенному старцу в фиолетово-золотой короне и золотых даосских одеждах с вышитыми драконами, восседающему на главном месте. Глава Альянса Небесного Дао, Сюаньтянь-чжэньжэнь – великий практик стадии Трансформации Духа великого созыва, проживший более трех тысяч лет. Лицо этого титана боевой мощи континента было мрачно, как перед бурей. ─ В чем дело? ─ Он в упор смотрел на бешено раскачивающуюся стрелку, а в голосе клокотало сдерживаемое бешенство. ─ Почему стрелка ведет себя так? ─ Один из старцев в даосском халате с символами багуа быстро шагнул вперед – это был Тяньцзи-цзы, глава Павильона Небесного Промысла, ведающий предсказаниями. Он сделал пасс руками, и его лицо мгновенно побелело как мел. ─ Докладываю главе альянса: небесная воля… небесная воля погрузилась в хаос! Старик ничего не может рассчитать! ─ ─ Эта сила не подчиняется пяти элементам, не лежит между инь и ян, она словно… пустота! ─ ─ Пустота? ─ Бви брови Сюаньтянь-чжэньжэня сошлись на переносице, а в глазах вспыхнул смертоносный свет. ─ Чушь собачья! В поднебесной у всего есть свое дао! Откуда взяться пустоте?! ─ Стоило ему договорить, как раздался жуткий скрежет. ─ Клик… клыц-клыц-клыц… ─ Скорость вращения черной каменной стрелки резко возросла, оставляя в воздухе сплошные тени, а пронзительный визг едва не разорвал барабанные перепонки присутствующих. ─ Плохо! Назад! ─ Испуганно взвизгнул Тяньцзи-цзы. Однако было уже поздно. Бум –!!! Грохот сотсряс самые небеса. Стоявшая тысячелетиями и казавшаяся неразрушимой стрелка бедствий на глазах у остолбеневших верховных старейшин разлетелась на куски! Бесчисленные черные осколки кристаллов разного размера, несомые разрушительной энергией, брызнули во все стороны градом смертоносных снарядов. ─ Установить защитную истинную ци! ─ Заревел Сюаньтянь-чжэньжэнь, и его тело залилось ослепительным золотым светом. Большая часть осколков была заблокирована защитным барьером, совместно воздвигнутым старейшинами, породив оглушительную трескотню. Но один-единственный осколок размером с кулак под совершенно немыслимым углом мгновенно пробил слой за слоем защиту. Плюх! Тихий звук удара. Время в этот момент словно застыло. Тринадцать верховных старейшин, включая Тяньцзи-цзы, который секунду назад испуганно верещал, окаменели на месте. Они вытаращили глаза, не веря тому, что видели на главном месте. Одна-единственная капля крови медленно скатилась по величественной щеке Сюаньтянь-чжэньжэня. На его правой щеке осколок кристалла пропахал глубокую, доходящую до кости рану, сочащуюся кровью и бесповоротно испортившую его безупречный облик, который он поддерживал целых три тысячи лет. ─ А-а-а-а-а… ─ После мгновенной мертвой тишины раздался безумный, разъяренный рев Сюаньтянь-чжэньжэня. Его аура вырвалась наружу без остатка, заставив содрогнуться всю наблюдательную площадку, а море облаков на горизонте было безжалостно прижато этой волной ярости на сотню чжанов вниз! ─ Источник бедствий! ─ ─ Это тот самый легендарный источник бедствий вернулся в этот мир! ─ Сюаньтянь-чжэньжэнь зажимал кровоточащую рану, лицо его исказилось от безумия. ─ Тяньцзи-цзы! ─ ─ З… здесь! ─ Тяньцзи-цзы едва не лишился души от ужаса и бесславно рухнул на колени. ─ Мне плевать, какими методами ты это сделаешь! ─ Сюаньтянь-чжэньжэнь ткнул в него пальцем, выплевывая слова по одному: ─ Даже если потратишь сто лет собственной жизни, немедленно укажи мне его местонахождение! Живо! Немедленно! ─ Глава альянса, нельзя! ─ Тяньцзи-цзы побелел как полотно, его голос дрожал. ─ Это предзнаменование ответного удара небесной воли, если гадать насильно, то… можно повредить основы пути! ─ ─ Твои основы важнее или основы моего Альянса Небесного Дао? ─ Сюаньтянь-чжэньжэнь пнул его под ребро. ─ Даю тебе три удара сердца: гадай или сдохни! ─ В глазах Тяньцзи-цзы мелькнуло отчаяние. Выбора у него не было. ─ С… слушаюсь! ─ Дрожащими руками он извлек из пазухи древний панцирь черепахи размером с ладонь, покрытый сложными тайными узорами. Это было передаваемое из поколения в поколение священное сокровище Павильона Небесного Промысла, выкованное ценой почти вековой практики и душевных сил. ─ Ха! ─ Тяньцзи-цзы прикусил кончик языка и выплюнул чистейшую сущность крови на панцирь. ─ Моей кровью питайся, сто лет жизни моей сожгись, великая тайна неба, откройся! ─ Истошно вопил он, а его черные волосы на глазах становились белыми, как снег. Панцирь, впитавший кровь и годы жизни, мгновенно вспыхнул ослепительным золотым светом и поплыл вверх. Все старейшины затаили дыхание, не отрывая глаз от этого панциря. Однако произошло то, что заставило их содрогнуться сильнее, чем взрыв стрелки бедствий, и запомниться на всю оставшуюся жизнь. Священное сокровище, несущее тысячелетнее наследие Павильона Небесного Промысла, едва поднявшись в воздух и даже не успев сделать оборота, было просто… стерто невидимой силой в мельчайшую пыль. Будто невидимая гигантская рука легонько сжала его. Плюх! Плюх! Плюх! Тяньцзи-цзы словно молнией поразило, он изверг три порции черной крови, причем каждая фонтанировала с ошметками внутренних органов. Его аура ранней стадии Трансформации Духа оборвалась, подобно лопнувшей тетиве, рухнув с обрыва прямо к начальной ступени Зародившейся Души. Сам он всего за несколько ударов сердца постарел больше чем на сто лет. Он рухнул на землю, судорожно содрогаясь, закатив глаза, а в зрачках остался лишь абсолютный ужас. Указывая на пустую пустоту вверху, он из последних сил издал нечеловеческий хрип: ─ Воля неба… воля неба мертва! ─ ─ Не отыскать… не прикоснуться! Тяньцзи… ─ Закончив фразу, он безвольно свесил голову и окончательно потерял сознание. На смотровой площадке воцарилась мертвая тишина могилы. Оставшиеся двенадцать верховных старейшин стояли белые как полотно, словно увидели призраков. Даже Сюаньтянь-чжэньжэнь забыл о боли в лице, а его тело затряслось помимо воли. Какое же… невообразимо страшное существо явилось на свет? … Город Цинчжоу, внутри кареты. ─ Ик. ─ Су Яо сыто отрыгнула, окинув взглядом пустую тарелку, после чего с неподдельным сожалением слизала крошки печенья с пальцев. Лин Цзысяо по-прежнему покачивал веером, приветливо улыбаясь. Но его другая рука, скрытая в просторном рукаве, мертвой хваткой сжимала нефритовый жетон передачи сообщений, превратившийся в мелкую пыль. Этот жетон передал всё до мельчайших деталей происходившее на наблюдательной площадке Альянса Небесного Дао. Все доклады шпионов, вплоть до последней хриплой предсмертной фразы Тяньцзи-цзы, поступили без искажений. Небесная воля мертва, не отыскать, не прикоснуться. Взгляд Лин Цзысяо медленно опустился на сидевшую напротив девушку, которая сейчас с удрученным видом рассматривала крошку пирожного, упавшую ей на платье. Вся игривость и исследовательский зуд в его глазах исчезли бесследно. На смену им пришло безумное исступление и собственнический инстинкт. Это она. Единственная переменная, способная перевернуть вверх дном все правила этого мира! В этот самый момент. [Динь.] [Обнаружено внешнее мощное сканирование тайны судеб.] [Пассивный защитный механизм «Сокрытие Судьбы» активирован…] [Активация прошла успешно.] В голове у Су Яо снова прозвучал холодный механический голос. [Текущее сокрытие судьбы истощило 10% запасов удачи.] Су Яо склонила голову набок, ничего не поняв. Она лишь почувствовала, что съеденное облачное пирожное самую капельку переварилось, и ей снова захотелось есть. И только она собралась спросить, нет ли еще какой-нибудь выпечки, Скрип –! Карета резко затормозила! Чудовищная инерция заставила Су Яо влететь лбом прямо в стенку кареты. И прежде чем она успела пискнуть от боли, Вжух! Раздался пронзительный до предела свист рассекаемого воздуха. Огромная стрела для пробития доспехов толщиной с детскую руку, пылающая фиолетовой молнией, насквозь прошила прочный каретный кузов из черного железа! Целью этой стрелы был вовсе не элегантный Лин Цзысяо. Она летела прямиком в межбровье Су Яо! ---------- «Седьмое бедствие» Тень смерти нависла черной пеленой. Ослепительный фиолетовый разряд молнии мгновенно осветил растерянное лицо Су Яо. ─ Осторожно! ─ Лицо Лин Цзысяо резко переменилось. Складной веер в его руке превратился в белую вспышку, готовясь отразить удар. Но он все же опоздал на мгновение. Точнее говоря, инстинктивная реакция Су Яо опередила его действия. Столкнувшись с внезапной смертельной угрозой, Су Яо приняла свою самую привычную позу. Обхватить голову руками, присесть на корточки, свернувшись в клубок. Бац! Она стукнулась макушкой о мягкие подушки внизу. Удар вышел неслабым. Но по чистой случайности в момент приседания одна ее рука судорожно заскребла по обшивке стены кареты, пытаясь удержать равновесие. Ее кончики пальцев намертво вцепились в серебряную нить, выбившуюся из шелковой подкладки. Эта нить была главным энергетическим узлом защитной формации всей кареты. Обычно она была надежно спрятана, но из-за сильной тряски при резком торможении выскочила наружу на целый дюйм. Су Яо сдуру дернула ее вниз. ─ Чи-ла –! ─ Раздался тихий звук. Нить узла оборвалась под самый корень. Защитная формация, охватывавшая карету, в это мгновение окончательно пошла вразраз. Огромная духовная сила, предназначенная для отражения внешних врагов, оставшись без замкнутого контура после обрыва узла, образовала странный внутренний вихрь. В результате. Полномочная громовая стрела, уже влетевшая в карету и находившаяся менее чем в полудюйме от лба Су Яо, словно врезалась в невидимую железную стену. Она резко замерла в воздухе. А следом, набирая скорость втрое быстрее прежней, отскочила рикошетом назад! Сотней метров далее. На крыше высокого терема. Убийца в черном, сжимавший огромный лук, еще не успел сбросить торжествующую улыбку с губ. Как несущаяся обратно бурная молния заполнила все его поле зрения. Он даже не успел пискнуть от боли. Та самая стрела, что считалась безотказной и должна была убить цель, в точности пронзила его собственное межбровье. Хрясь. Труп рухнул с крыши вниз, шмякнувшись в тихий тупик и подняв облако серой пыли. Внутри кареты. Су Яо все еще сидела в позе эмбриона, прикрывая голову руками, мелко и часто дыша. Она медленно подняла голову, оглядела пробитую насквозь дыру в карете, а затем пощупала собственную невредимую голову. ─ Т… только что здесь что-то пролетело, да? ─ Лин Цзысяо убрал веер. Изумление на его лице постепенно улеглось, сменившись бездонной, нечитаемой улыбкой. Он подошел к Су Яо, протянул руку и помог ей подняться с пола. Движения были мягкими и нежными, словно он обращался с хрупким бесценным сокровищем. ─ Просто слепая муха. ─ Лин Цзысяо отвернулся и отдал приказ наружу, вернув голосу прежнюю холодную бесстрастность. ─ Эй, приберите труп, чтобы не осталось и следа. ─ ─ Слушаемся, хозяин! ─ Охрана снаружи вразнобой откликнулась, пряча в голосах не до конца утихший ужас. Никто не ожидал, что тройная защитная формация, лично установленная молодым господином, будет пробита одной стрелой. И еще меньше кто ожидал, что этот смертельный удар закончится столь нелепым финалом. ─ Мы на месте. ─ Лин Цзысяо не стал ничего объяснять и вывел ошарашенную Су Яо из кареты. Перед ними возвышался самый заурядный старый жилой дом. Но стоило пройти сквозь слои замаскированных потайных дверей, как перед глазами предстал огромный и мрачный подземный мир. Именно здесь находился истинный командный центр Башни Всеведения в городе Цинчжоу. ─ Проведите барышню в комнату Небесного ранга отдохнуть. ─ Распорядился Лин Цзысяо служанке, вышедшей им навстречу. ─ Подготовьте лучшие блюда и одежду, исполняйте любые ее капризы, без малейшего проявления небрежности. ─ ─ Слушаюсь, молодой господин. ─ Служанка почтительно увела Су Яо. Су Яо оглядывалась каждые три шага. Ей казалось, что это место какое-то ледяное и неуютное, и оно ни в какое сравнение не шло с той каретой – по крайней мере, в карете было сладкое облачное пирожное. Проводив взглядом силуэт Су Яо, растворившийся в конце коридора, Лин Цзысяо позволил улыбке на своих губах окончательно увянуть. Он развернулся и в одиночку направился к книгохранилищу в самой глубокой части базы. Дверь в тайник охраняли девять формаций, каждая из которых была способна выдержать полный удар практика стадии Трансформации Духа. Сняв печати, Лин Цзысяо толкнул тяжелые каменные створки. Внутри не было десятков тысяч свитков. В самом центре стоял одинокий каменный постамент. На постаменте мирно покоился древний трактат с потрепанной обложкой и пожелтевшими страницами. На обложке кровью древнего демона были выведены четыре темно-красных иероглифа. «Хроники Последней Судьбы». Лин Цзысяо неспешно подошел к постаменту и раскрыл эту древнюю книгу, числящуюся главным табу во всем мире бессмертных. На страницах не было секретных техник или тайных методик, лишь цепочки холодных строк. ─ В трехтысячном двухсотом году эпохи Юань явилось Первое бедствие, без имени и роду, странствовало по Северным Пустошам. ─ ─ Никчемный сын небесной судьбы Линь Фань случайно столкнулся с остаточной душой божественного дракона под утесом. В момент получения наследства проходящее мимо бедствие вызвало горный сель. Остаточная душа дракона была смыта грязью в девять подземных источников, а Линь Фань сломал обе ноги обломками камней и скатился до положения нищего. Конец. ─ ─ В четырехтысячном стом году эпохи Юань явилось Второе бедствие под кодовым именем Одинокая Звезда. ─ ─ Переродившаяся дочь небесной судьбы Цинь Мусюэ собиралась разоблачить предательство старейшин на семейном турнире. Бедствие опрокинуло за пределами арены корзину с медовыми фруктами, привлекая ядовитых пчел. Начался повальный хаос, старейшины сбежали в суматохе, а Цинь Мусюэ была насмерть зажалена роем из-за присущего ей странного аромата. Конец. ─ ─ В пять тысяч шестисотом году эпохи Юань Третье бедствие… ─ Он перелистывал страницу за страницей. В записях фигурировали лишь увядание судеб и крушение удачи повсюду, куда ступала нога обладателей «тела бедствия» из первых шести поколений. Пальцы Лин Цзысяо скользили по строчкам, а дыхание становилось все тяжелее. Наконец он добрался до последней страницы. Там не было перечисления подвигов. Лишь одно пророчество, обагренное кровью из древности. ─ Седьмое бедствие снизойдет в эпоху конца закона. Судьба его хаотична, плоть его пуста. Небесные тайны не явлены, ни один закон не пристанет к нему. ─ ─ Она положит конец любой предопределенной судьбе. ─ Лин Цзысяо остановился. Вокруг царила абсолютная тишина. Слышалось лишь его собственное, чуть учащенное дыхание. Он медленно поднял руку и коснулся старой персиковой заколки на поясе. Заколка была грубой работы, а дерево – шершавым. Это был последний подарок, который его младшая сестра Лин Ваньцин преподнесла ему на свое седьмое день рождения. Девочка, обладавшая величайшим ледяным духовным корнем и по праву рождения должная стать меченой бессмертной меча. Но из-за взлета другого сына небесной судьбы ее удача была безжалостно похищена, и она умерла на его руках в невыносимых муках. Лин Цзысяо сжал заколку в ладони. Ни яростных криков, ни выплеснутой наружу убийственной ауры. Он просто стоял с невероятным спокойствием. Это была та мертвящая тишина, что выжигает любые лишние эмоции и способна заставить воздух вокруг замерзать от одного присутствия. ─ Ваньцин… ─ Тихо произнес он, выдерживая ровный тон без единого перепада. ─ Брат нашел ее. ─ ─ Ту, что способна разнести эту партию в щепки вместе со всей доской. ─ С другой стороны. В комнате Небесного ранга. Су Яо сидела за красным деревянным столом с кислым выражением на личике. ─ Ик… ─ Она переела. Изысканные блюда, поданные служанками, превосходили по своему изобилию императорские пиры. Не видавшая отроду столько вкусной еды Су Яо потеряла счет съеденному и переела. Она попыталась встать и немного походить, чтобы еда улеглась. Только опершись рукой о столешницу, Она снова громко и тяжело отрыгнула. Тело качнулось, и она угодила прямо в низкую деревянную подставку у кровати. На подставке стояла тяжелая медная лампада для освещения. Брясь! Тяжелое основание светильника рухнуло на пол, пробив дыру в полу. ─ Ой. ─ Су Яо испуганно вздрогнула и поспешно присела на корточки, чтобы поднять лампу. Заглянув в пробитую пробоину в полу, она обнаружила, что под досками скрывается пустота. Там обнаружился тайник, покрытый слоем пыли. Внутри не было золота и драгоценностей. Лишь наполовину свернутый кусок пожелтевшей с краев овечьей шкуры. ─ Что это? ─ Су Яо протянула руку и с любопытством вытянула наружу сверток кожи. В ту самую секунду, как ее пальцы коснулись овечьей шкуры, Бум! Мощный поток воспоминаний хлынул, словно прорванная плотина, насильственно взломав запечатанные глубины ее разума. Бесчисленные беспорядочные образы и тени бешено переплетались. Среди них чей-то женский голос пронзительно и отчетливо взвизгнул в ее голове, Полный разрывающей душу безысходности. ─ Яояо, беги! ─ ─ Они идут за тобой! Не оглядывайся! Беги –!! ─ ---------- «Покушение на чужие нервы сулит небесную кару» ─ Ах! ─ вырвался у Су Яо короткий испуганный стоп. Она в отчаянии схватилась руками за голову и сжалась в комок на полу. Женский вопль разил её душу, словно мириады раскалённых стальных игл. Неистовая боль затянула глаза непроглядной пеленой, а тонкую одежду мгновенно пропитал холодный пот. Яояо… Они что, меня звали? И кто… эти люди? Зачем им понадобилось меня хватать? Бесчисленные вопросы бушевали в голове, но ухватиться хоть за какую-то ниточку не удавалось. Оставался лишь пронизывающий до мозга костей страх и жгучая тоска, которые оплели её ледяными водорослями, грозя лишить последних сил. ─ Госпожа? Что с вами? ─ обеспокоенно постучала в дверь служанка. ─ Всё… в порядке. Опираясь о стену, Су Яо кое-как поднялась на ноги. Голос её звучал хрипло от пережитых мук. Мысли в голове превратились в кашу, и единственным желанием было сбежать из этой комнаты, скрыться от воспоминаний, от которых перехватывало дыхание. Спотыкаясь и шатаясь, она выбежала из гостевой комнаты и, повинуясь животному инстинкту самосохранения, отыскала среди запутанных подземных ходов выход наружу. Снаружи оказалась глухая, заброшенная улочка. Полуденное солнце над городом Цинчжоу дробилось о высокие карнизы крыш, бросая на землю пестрые пятна света и тени. Свежий воздух хлынул в легкие. Су Яо прижалась спиной к стене и жадно задышала, пока страшная головная боль наконец немного не отступила. Бц! — раздалось неподалёку. ─ Старый хрыч, совсем берега потерял! – донеслись из устья переулка яростный крик и глухой звук удара кулаком по плоти. Су Яо вскинула голову. Несколько разухабистых амбалов топтали ногами и мутузили сбитого с ног нищего старика в лохмотьях, у которого не хватало одной руки. ─ Сжальтесь, добрые господа… ─ старик свернулся калачиком на земле, умоляя о пощаде. ─ Я ведь только тридцать монет медных за день выпросил, заберите всё, только не бейте… ─ Тьфу! Тридцать монет? Да ты с нищим торгуешься! Главарь шайки, лысый детина с рябым лицом, злобно ухмыльнулся и придавил грудь старика сапогом. ─ Слышал, у этой собаки ещё одна нога цела? Так дедушка ─ человек добрый, поможет тебе избавиться от лишнего груза, чтобы тебе потом милостыню просить легче было, с большей жалостью! [Сигнал! Обнаружена цель: увечный уличный артист.] [Задание: растоптать его вторую ногу на глазах у всех, проявив абсолютное злодейство, и получить 100 очков злобы.] В голове грозного амбала Ван Ба зазвучал бездушный голос системы. На губах бандита расплылась жестокая ухмылка, он занёс ногу над левой ногой старика, намереваясь обрушить её со всей дури! Он был счастливчиком, ровно месяц назад заключившим сделку с [Системой грабежа злодеев]. Стоило ему творить зло, как он становился сильнее. Ему нравилось упиваться чужой болью, растаптывая несчастных. Глядя на отчаяние в глазах старика, Ван Ба ощутил прилив извращённого… Ещё шаг! Стоило ему опустить ногу, как он сможет обменять баллы на технику следующего уровня! И в этот самый миг, когда его подошва почти коснулась кости старика: ─ Стойте! ─ прозвучал звонкий, но дрожащий голосок откуда-то из глубин переулка. Су Яо и сама не понимала, зачем кричит. Просто её нутро взбунтовалось от мысли, до чего же жалок этот несчастный старик. Она не желала смотреть, как его калечат. Стоило её голосу сорваться с губ, как вокруг неё мгновенно разлилось невидимое силовое поле. Её пассивный талант [Катастрофа Конца Судьбы], до этого тлевший вполсилы, уловив беспримесную, откровенную злобу Ван Ба, направленную на беззащитного человека, взметнул мощность на максимум! Ван Ба услышал призыв остановиться, но лишь презрительно скривил губы. Какая-то девчонка возомнила себя судьей и вздумала указывать Ван Ба, что ему делать? Он с удвоенной яростью вдарил каблуком в землю! Однако… В ту самую секунду, когда его подошва уже почти задела ногу старика, в трещине старых каменных плит зашевелилась трёхмесячная гадюка. Разбуженная шумом и терзаемая диким голодом, она высунула зловещую пеструю голову. ─ Ссс! ─ змея широко разинула пасть, и два острых клыка точно и безжалостно вонзились в лодыжку Ван Ба! ─ А-а-а-а! ─ взревел Ван Ба голосом резаного кабана, когда боль пронзила его ногу. Отпрянув назад со страшной силой, он попытался стряхнуть проклятую змею. В этот момент его отчаянный прыжок пришёлся точно на стоящую рядом тележку с жареными пирожками. Брясь… – раздался скрежет. Целый чан кипящего масла опрокинулся с небес на землю, окатив раскаленными брызгами голову стоявшего сзади подручного. ─ Мое лицо! Мое лицо! ─ тотчас превратившись в живой факел, бандит закатался по земле, истошно вопя. Остальные подельники остолбенели от ужаса. Началась давка, все бросились в рассыпную, сбивая друг друга с ног. ─ Змея! Здесь змея! ─ завопил Ван Ба, заметив, как его лодыжка стремительно наливается синевой. Одержимый паникой, он запрыгал на месте. [Предупреждение! Злодеяние сорвано, активировано системное возмездие!] [Мера наказания: сила нервного токсина увеличена в десять раз! Наслаждайтесь!] Голос системы в голове разбойника превратился в проклятие смертника. Мир перед его глазами почернел, и чудовищная волна паралича от укуса мгновенно затопила всё тело. ─ У-у… ─ сипло простонал он, не успев вымолвить и слова. Закатив белки глаз и пустив пену изо рта, он бревном рухнул плашмя на землю, забившись в жестоких конвульсиях. Мгновение назад шумевший переулок погрузился в какофонию диких криков. Зеваки, опомнившись от оцепенения, разразились громовыми возгласами. ─ Небеса услышали молитвы! ─ Зло наказано! Этих ублюдков постигла небесная кара! ─ Так им и надо, поделом! Никто не обратил внимания, что всё это случилось лишь из-за простого оклика хрупкой девушки из глубины переулка. Су Яо тоже ошарашенно хлопала глазами. Она ведь только крикнула, почему они… сами начали мутузить друг друга? Старик спасён. Выдохнув с облегчением, девушка собралась было тихонько скрыться, но старческий голос за спиной остановил её: ─ Д-девица, погодите минутку. Безрукий старик при помощи подоспевших людей хромая подошел к Су Яо. Глядя на неё затуманенными старостью глазами, он едва сдерживал слёзы благодарности: ─ Спасибо вам, госпожа, спасибо, что спасли старика. ─ Я… я ничего такого не сделала, ─ смущенно отмахнулась Су Яо. ─ Нет, если бы не ваш окрик, эта нога была бы потеряна навсегда. Старик задрожавшими руками полез за пазуху и вытащил нищенскую чашку. На дне лежала еще не остывшая каша. Из другого кармана он извлек покрытую грязью древнюю медную монету. ─ У бедняка ничего нет, но в этой плошке – подаяние добрых людей, она еще теплая, выпейте, чтобы согреться. ─ А эта монета – фамильная реликвия, стоит гроши, но сказывают, приносит удачу. ─ Вы человек добрый, вам обязательно повезет. Не дожидаясь возражений, старик сунул горячую чашку и монету прямо в руки Су Яо. Обжигающее тепло просочилось сквозь стенки посуды прямо в пальцы, заставив девушку слегка вздрогнуть. Она опустила взгляд на простую похлебку, и горло вдруг неприятно сжалось. С той минуты, как она пришла в себя, это было впервые… когда кто-то отнесся к ней с таким теплом. Не из страха, не ради выгоды, а просто из искренней благодарности. В этот момент старая медная монета в её ладони вдруг раскалилась. [Предупреждение! Предупреждение! Обнаружена точка привязки ключевой памяти!] [Идет интенсивный резонанс… Совпадение данных подтверждено!] Системное уведомление в её разуме впервые зазвучало с бешеной скоростью, напоминая зависающий компьютер. Су Яо поспешно раскрыла ладонь. Монета оказалась невероятно тяжелой, выполненной из неизвестного сплава. Она перевернула её. На обратной стороне монеты чётко выделялся древний, причудливый и затейливый узор из тонких линий! Дыхание Су Яо на миг замерло. Этот символ… Она торопливо вытащила из-за пазухи тот самый полусвиток из овечьей кожи, найденный в тайнике. На коже был начертан неполный массив формации. И руна на медной монете идеально совпала с пустующим центром этого рисунка на пергаменте, вписавшись туда тютелька в тютельку! Неужели это… ключ к её потерянной памяти? Сердце Су Яо забилось с бешеной скоростью. Она подняла глаза, намереваясь расспросить старика подробнее, но обнаружила, что тот куда-то исчез, растворившись в толпе прохожих. И в тот самый миг, когда её душу переполняли волнение и смятение: Хлоп, хлоп, хлоп. Мелодичный звук аплодисментов раздался в конце переулка. Лин Цзысяо, поигрывая складным веером, неторопливо вышел из тени. На его лице застыла мягкая, приветливая улыбка, в глубине которой, однако, таился глубокий, многозначительный смысл. ─ Враг судьбы, а всё туда же – сущее дитя удачи, ─ взгляд Лин Цзысяо скользнул по монете и пергаменту в руках девушки, а в голосе прозвучало игривое восхищение. ─ Похоже, сокровища этого мира так и норовят сами прийти к тебе в руки. Он подошел к Су Яо вплотную, протянул руку и веером приподнял её подбородок с непреклонной, мягкой властностью. ─ Ключ от Возвращения к Истоку – триста лет Башня Всеведения безуспешно гонялась за ним. В глазах Лин Цзысяо вспыхнул огонь собственничества, а голос стал низким и соблазнительным: ─ Только теперь… он мне больше не нужен. ─ Мне нужна лишь ты. ---------- «Позорное зрелище: свинья крадет сокровища» Сердцевина хребта Тысячи Демонов. Зловонные порывы ветра, напоенные тошнотворным запахом крови, врывались в легкие. Сяо Хань нёсся на пределе сил сквозь гниющие топи, где жижа доходила до пояса, а каждый шаг казался попыткой вырваться из хватки мертвецов. Левую руку ему до кости разорвал трёхпалый железный волк-демонов. Кость правого бедра сместилась во время уклонения от удара раскалывающего землю медведя, и любое движение отзывалось диким трением и адской болью. ─ Эта ведьма… та самая ведьма! ─ он до боли закусил губу до крови, сглотнув подступивший к горлу соленый вкус, а глаза его налились безумным кровавым светом. Прошло уже трое суток с тех пор, как его выбросило в это проклятое место тем злосчастным столбом алого света. И он выжил. Полагаясь на глубокие знания повадок демонических зверей и стальную волю, превосходящую человеческую, он раз за разом вырывался из когтей и пастей. ─ Старший, вы еще здесь? Старший! ─ взревел про себя Сяо Хань. Ему ответило лишь гробовое молчание Кольца Реинкарнации. Чертова катаклизменная ведьма не только уничтожила его божественное искусство Сожжения Небес, но и повергла остаточный дух наставника в глубокий сон. Теперь он остался ни с чем. Нет, у него кое-что осталось. Память. Он накрепко запомнил те сведения, что наставник перед погружением в сон успел передать ему с последними силами. Это был его второй путь и последняя надежда на перелом в игре! ─ Мальчишка… отправляйся в хребет Тысячи Демонов… к древнему Бассейну Укрощения Зверей… там запечатан детеныш Повелительного тигра божественного грома… добудь его… у тебя еще есть шанс… ─ Сяо Хань выпрыгнул из болотной топи и с размаху рухнул на землю, расплескав вокруг грязь. Подняв голову и вглядываясь сквозь затуманенный кровью взор, он разглядел в сотне шагов впереди вход в огромную долину, увитую древними лианами. У входа на обломке рухнувшей каменной стелы ещё угадывались два иероглифа: «Укрощение зверей». Добрался! В глазах Сяо Ханя вспыхнул невероятный блеск – лихорадочная радость утопающего, ухватившегося за соломинку. Волоча сломанную ногу и цепляясь локтями за землю, он пополз вперед, оставляя за собой пугающий кровавый след. ─ Му Шуан! Секта Тяньэнь! И эта проклятая ведьма! ─ Ждите меня! Получу божественного зверя – и это станет днем вашей смерти! Хрипя от напряжения, он наконец добрался до долины. Однако изнутри повеяло пугающей, давящей аурой. Огромный, размером с холм ящер синей нильской ящерицы с рогом на голове и чешуей цвета морской волны залег у входа, холодно уставившись на него своими вертикальными зрачками с фонарь величиной. Страж Бассейна Укрощения Зверей – пиковый зверь четвёртого ранга! По силе он не уступал человеку-практику поздней стадии Золотой Пилюли! Сердце Сяо Ханя рухнуло в бездонную пропасть. Будь он на пике формы, то смог бы побороться, но сейчас он был не в силах даже подняться, а духовные силы почти иссякли. Что делать? Сдаться? ─ Ни за что! ─ вырвался из горла Сяо Ханя звериный рык. Он резко перевернулся, упершись спиной в каменную стелу, и здоровой рукой выхватил с земли острый обломок камня, сверкнув безумным взглядом. ─ Хочешь сожрать меня? Посмотрим, крепки ли твои зубы! Ящер, похоже, разъярился от дерзости этой букашки, широко разинул пасть и метнул в Сяо Ханя сгусток едкой зелёной отравы. Сяо Хань собрал остатки сил и неуклюже перекатился в сторону. Ш-ш-ш! Яд угодил в стелу, прожгла в крепкой скале огромную дыру, из которой повалил дым. Вот оно! В глазах Сяо Ханя сверкнула искра. Превозмогая дикую боль, он влил остатки духа в ноги и молнией рванул вперед. Он бросился не на ящера, а к прикрытому лианами гроту за его спиной! Страж замер на мгновение, а затем взревел от ярости – его массивный хвост с силой гигантского урагана полоснул по воздуху, целясь в спину юноши. ─ Кха! ─ Сяо Хань выплюнул сгусток крови, получив удар такой силы, будто в него времyлся молот, и улетел вглубь пещеры. Но на губах его играла безумная улыбка. Расчет оправдался! Обязанность стража – охранять вход, и радиус его погони ограничен пределами долины! В глубине пещеры обнаружился просторный подземный грот. Посреди него располагался круглый водоем диаметром около десяти метров. Вода в нем сияла зловещим золотистым светом, а по поверхности бегали искры молний. В самом центре бассейна покачивалось в лучах разрядов белое яйцо выше человеческого роста. Древний Бассейн Укрощения Зверей! Яйцо Повелительного тигра божественного грома! Весь в крови, с разорванными внутренностями, Сяо Хань подполз к краю бассейна. ─ Получилось… я смог… Дрожащей рукой он поднес острый камень к контуру пальца и выдавил капельку багровой, едва державшейся на коже эссенции. Стоило уронить её вниз, завершив древний ритуал привязки крови, как этот тигр, способный в будущем пожирать небеса и повелевать громом, станет его личным духовным зверем! В его руках окажется власть над миром! Перед глазами уже проносились картины того, как он верхом на божественном тигре топчет ту ведьму и заставляет Му Шуан молить о пощаде в грязи! ─ Ха-ха-ха… ха-ха-ха-ха! ─ хохотал он, роняя с кровью слезы триумфа, и направил драгоценную каплю крови на гигантское яйцо в озере! … В то же самое время, за тысячу ли отсюда, в тихом переулке Цинчжоу. Су Яо задумчиво разглядывала старую монету на ладони. Та приятно грела кожу, а узоры на ней казались до боли знакомы. Она провела указательным пальцем туда-сюда по замысловатому урезу знака. Ву-у… Невидимый глазу импульс причинно-следственных связей, испустившись от неё, перемахнул через горы и реки и в тот же миг ударил по сердцу хребта Тысячи Демонов. … У бассейна со зверями. Капля крови Сяо Ханя оставалась в дюйме от яйца! Вдруг! ─ У-у-у-з-з… ─ жуткое, от которого волосы вставали дыбом жужжание одолело свод пещеры. Огромный, с баскетбольный мяч размером улей демонических пчёл, потревоженный тем странным импульсом, сорвался со скалы и рухнул вниз. Как назло, прямо под ним сладко спала огромная жирная черная свинья. Бц! Улей шмякнулся кабану аккурат меж ушей. ─ Хр-р-р-р-у-у-у! ─ взревели тысячи разъяренных ядовитых ос, вылетевших из улья и ринувшихся на гигантшу в самоубийственной атаке. ─ Хрюк! Хрюк! ─ кабан взвился от боли, превратившись в безумное создание, и с криками понесся крушить всё вокруг. Потеряв рассудок от ужаса, он слепо ломанулся прямо на Сяо Ханя, заносившего руку для капли. Тот был сосредоточен на ритуале и не заметил беды. Бах! Мощная свиная голова врезалась в поясницу Сяо Ханя. ─ Гха-а! ─ заорал он, взлетая в воздух и перелетая через весь бассейн, чтобы с позором шмякнуться на противоположном берегу. А сорвавшаяся с его пальца капля крови от толчка отлетела назад и брызнула на каменную стену позади. Всё случилось в мгновение ока. Обезумевший кабан по инерции плюхнулся прямо в Бассейн Укрощения Зверей. ─ Плюх! ─ брызнула золотая вода. Свинья отчаянно барахталась в озере, дико крутя носом, усыпанным укусами. И капля грязи вперемешку со свиной кровью и ядом отлетела с его раненого носа, выписав в воздухе безупречную дугу. Топ. И приземлилась прямо на гигантское яйцо Повелительного тигра божественного грома! Бум-м-м…!!! Вся пещера мгновенно залилась ослепительным золотым сиянием! Древний массив контракта взметнулся ввысь! Священные письмена поднялись со дна водоема, обратившись в золотые цепи, которые с яростным свистом впились в барахтающуюся в воде свинью. ─ Тресь… хрусь… ─ скорлупа яйца покрылась сетью трещин. Из трещины показалась благородная тигриная лапа, усыпанная густым узором золотых молний. Вслед за ней из скорлупы высунулась величественная, потрясающей красоты звериная голова. Только что родившийся детеныш Повелительного тигра божественного грома широко раскрыл золотые глаза, полные первозданной мощи гроз, и уставился на того, кто стал его хозяином. И издал первый и главный в своей жизни душевный рёв: ─ О-о-у… (Татенька?) Системный яд на теле свиньи мгновенно рассеялся под напором божественной силы контракта, и та ощутила прилив невиданной мощи. Визжа от восторга, хрюшка выпрыгнула из водоема, проломила слабую стену пещеры и черной молнией исчезла в глубинах дебрей. Золотой свет померк. В пещере воцарился полный хаос. Пустая скорлупа тигренка покачивалась на волнах. А Сяо Хань так и лежал лицом вниз, не шевелясь. Долго. Он медленно, дюйм за дюймом, приподнял голову. На лице не было ни единой эмоции. Ни гнева, ни скорби – лишь пустота. Он посмотрел на пустой бассейн, перевел взгляд на пролом, оставленный свиньей. ─ Кха-а… ─ Горячая кровь больше не сдерживалась, фонтаном хлынув из его рта и окрасив землю. Глухая злоба, обида, отчаяние и абсурдность происходящего переплелись столь туго, что грозили разрушить его разум. Почему? За что?! Какое проклятие он, Сяо Хань, накликал на свою голову? В этот момент, когда рассудок уже готов был рухнуть, его взгляд зацепился за обломок камня рядом. Это был кусок той самой расколотой свиньей стелы. На свежем изломе четко проступала выбитая древними письменами строка: «Избранный небесами – не тот, кого избрали боги, а тот, кого выковали люди». Зрачки Сяо Ханя сузились до точек. Он впился глазами в эти строки, словно желая выжечь их в душе. Прошло немало времени. Он рассмеялся. Беззвучно, безумно, истерично, пока слёзы вперемешку с кровью не потекли по щекам. ─ Выкован людьми… выкован людьми… ─ Он протянул окровавленную руку, впившись пальцами в край камня до сорванных ногтей. Своей кровью он вывел на гладком куске скалы одно-единственное, огромное и страшное слово: ─ Убить! В тот же миг, как была закончена последняя черта, из безмолвного Кольца Реинкарнации на его пальце тихо, без единого звука исторглась нить черной дымки, не принадлежащей ни единой энергии этого мира. Эта зловещая тень бесшумно влилась в его пальцы, растворившись в венах. ---------- «Хроники Последней Судьбы» Город Цинчжоу, третий подземный ярус. Здесь не было привычной затхлости и смрада темных переулков – их заменял роскошный, пьянящий аромат дорогой серой амбры вперемешку с густым запахом выдержанного вина. Подземный трактир под названием «Ночь без сна» являлся самым злачным и расточительным уголком во всем Цинчжоу. Сюда захаживали лишь те, кто обладал несметными богатствами или высоким положением. Постукивая складным веером, Лин Цзысяо неспешно спускался по винтовой лестнице, увлекая за собой Су Яо, тогда как позади них ступали двое молчаливых телохранителей в черном, чье внутреннее дыхание было глубоким и спокойным, словно омут. ─ Это что за место? ─ с любопытством озиралась по сторонам Су Яо, завороженно жмурясь от слепящего сияния подвесных светильников, усыпанных крупным жемчугом. ─ Место… где показывают любопытные представления, ─ улыбнулся Лин Цзысяо, хотя в глубине его глаз застыл холодный, расчетливый взгляд. Ему не терпелось воочию убедиться, действительно ли природная катастрофа, таящаяся в Су Яо, с одинаковой неотвратимостью обрушивается на любых избранников небес. ─ А ну прочь с дороги, ублюдки! ─ раскатился под сводами главного зала надменный, полный презрения рык. Какой-то молодой человек в черном парчовом халате, с вычурно-высокомерным выражением лица, взмахом ноги опрокинул стоявший перед ним стол, разбросав по полу остатки изысканной еды и вина. За его спиной грозной толпой теснилась свита телохранителей – все до единого с суровыми, звериными оскалами. ─ Молодой господин Цинь, умоляю, умерьте свой гнев, прошу вас, успокойтесь! ─ согнувшись в три погибели, подбежал управляющий трактиром, рассыпаясь в раболепных улыбках. ─ Успокоиться? ─ холодно усмехнулся юноша, которого назвали господином Цинем, и с размаху врезал сапогом в грудь управляющего, опрокидывая того наотмашь. ─ Три года назад ваше проклятое семейство Чжан посмело разорвать помолвку и вышвырнуть меня из Цинчжоу, словно бродячего пса! Неужели вы думали, что этот день никогда не настанет? [Система: Хозяин публично унизил обидчика из прошлого, престиж Царя Драконов +100!] В голове Цинь Хао раздался голос системы, заставив уголки его губ искривиться в зловещей усмешке. Да, он был тем самым избранником судьбы, что носил в себе [Систему Зятя-Царя Драконов]. Три года назад он являлся ничтожным отбросом, над которым измывался каждый встречный, пока семья невесты не выгнала его вон. Но минуло три года, и теперь он – могущественный мастер стадии Золотой Пилюли, вернувшийся с величием Царя Драконов, дабы заставить всех презревших его заплатить кровавую цену! ─ Семейство Чжан? С сегодняшнего дня в Цинчжоу больше нет никакого семейства Чжан! Взгляд Цинь Хао ожесточился, а жажда убийства выплеснулась наружу. ─ Управляющий, отруби себе руку, а затем выкрадись отсюда на четвереньках, и я, пожалуй, оставлю тебе собачью жизнь. Присутствовшие гости замерли в оцепенении, боясь даже вздохнуть, не говоря уже о том, чтобы возразить. Лин Цзысяо остановился, с заметным интересом наблюдая за разворачивающейся сценой, и едва заметным жестом остановил рванувшихся вперед телохранителей. ─ Хозяин, этот малый ведет себя слишком дерзко, не приказать ли нам… ─ тихо осведомился один из стражей. ─ Ни к чему, ─ перевел взгляд на Су Яо Лин Цзысяо. ─ Самое интересное только начинается. В этот самый момент Цинь Хао тоже обвел зал взглядом и заметил ее. Стоило ему увидеть Су Яо, как его глаза мгновенно вспыхнули. Пусть девушка была просто одета, а на лице ее даже виднелись легкие следы дорожной пыли, эта природная, первозданная чистота вмиг приковала к себе все его внимание. Особенно на фоне здешней грязной, пресыщенной роскоши она казалась редким, непорочным цветком. Волна жгучего желания овладеть ею захлестнула его с головой. Оставив распростертого управляющего, он неторопливой поступью направился к Су Яо. Верные слуги тут же расчистили ему путь, грубо отталкивая зазевавшихся посетителей. ─ Красавица, ты здесь одна? ─ остановившись перед Су Яо, Цинь Хао расплылся в улыбке, которую почитал неотразимо-соблазнительной. ─ На этот вечер нашему Царю Драконов как раз не хватает сожительницы для постели, и ты подходишь просто идеально. Произнося эти слова, он позволил ауре практика стадии Золотой Пилюли давануть на девушку тяжелым прессом. Это был его излюбленный прием: сломить волю простых смертных девушек чудовищной силой, наслаждаясь их переходом от первобытного ужаса до слепого обожания. Однако Су Яо лишь склонила голову набок, уставившись на него с видом человека, разглядывающего умалишенного. Силовое поле [Катастрофы Конца Судьбы] беззвучно активировалось: стоило чудовищному давлению приблизиться к ней ближе чем на три чи, как оно растворилось в ничто под воздействием невидимой силы. ─ А? ─ брови Цинь Хао сошлись на переносице. Эта девчонка… совсем не испугалась его ауры? Любопытно. Улыбка на его лице стала еще шире, и он протянул руку, намереваясь коснуться ее подбородка. ─ Личико такое чистое, интересно, какая же ты страстная в постели… Его покрытые маслом пальцы почти коснулись нежной кожи девушки. Лицо Лин Цзысяо похолодело, пальцы на веере сжались до побелевших костяшек, но он все же сдержался. Ему хотелось увидеть это. Он жаждал воочию лицезреть закон гибели! Су Яо инстинктивно почувствовала омерзение и качнулась назад, делая крошечный шаг. Именно этот крошечный шаг! Желая покрасоваться и удержать образ владыки, Цинь Хао тут же подался следом, стремясь вернуть ощущение давящего превосходства. Однако под его ногами оказался тот самый стол, что он сам же недавно опрокинул, обильно залитый скользкими винными лужами. Хлюп… Его баснословно дорогие сапоги с узором из облаков ступили прямиком на жижу, и ноги мгновенно потеряли всякое управление. ─ Черт! ─ в ужасе подумал Цинь Хао, инстинктивно пытаясь собрать духовную энергию, чтобы выровнять тело. Но он совсем позабыл, что мгновение назад выпустил часть ци наружу ради устрашения. Резкий призыв энергии привел к мгновенному внутреннему сбою! Меридианы пронзила острая боль, тело оцепенело, начисто лишаясь возможности сопротивляться падению. И тогда на глазах у остолбеневшего зала… Великий и непобедимый Царь Драконов взмыл в воздух, совершив невероятно нелепый, уродливый кульбит назад. Его тело изогнулось в неестественной дуге. А затем его затылок с невероятной, сокрушительной силой угодил прямо в угол массивного стола, отлитого из столетнего черного железа. Хрусь! От звука ломающихся костей у каждого присутствующего свело зубы. Обаятельная улыбка на лице Цинь Хао застыла раз и навсегда. Его глаза закатились, рот приоткрылся, и наружу выпало несколько окровавленных зубов. Бум. Словно бесформенный мешок с отбросами, он соскользнул со стола и рухнул на пол, замертво потеряв сознание. ─… ─ В огромном зале воцарилась зловещая, мертвая тишина. Приспешники Цинь Хао, еще секунду назад щетинившиеся спесью, обратились в статуи с отвисшими челюстями, не способные вымолвить ни слова. Остальные гости вылупили глаза, будто столкнулись лицом к лицу с призраком. Никто ничего не понял. Они видели лишь то, как Царь Драконов подошел поприставать к девице, а потом… потом он сам себя мастерски приложил головой о мебель? Что за нелепая смерть? Специально подстроинился? Да только девица даже пальцем к нему не притронулась! [Система: Главный источник судьбы (Достоинство) избранника небес уничтожен.] [Удача рассеивается… Начинается поглощение.] Сгусток густой, ослепительно-золотой удачи, невидимый для простых смертных, вырвался из макушки Цинь Хао и жадно впитался в межбровье Су Яо. Су Яо шмыгнула носом. Ей показалось, будто удушливый запах масла в трактире заметно посвежел, принеся желанное облегчение. Затем она зевнула и потерла заспанные глаза. Спать хотелось невероятно. Однако этот ее наивный, бесхитростный вид заставил Лин Цзысяо пережить далеко не самые приятные ощущения по спине. Никаких ударов. Даже намерения причинить вред не требовалось. Стоило лишь проявить толику враждебности, сойтись с чередой нелепых случайностей – и всё. Практик стадии Золотой Пилюли, избранник судьбы, позорно и нелепо самоуничтожился на глазах у честной публики. Это была уже не просто удача. Это был закон! Абсолютный закон тотального уничтожения, стоящий выше любых мирских правил! Улыбка на лице Лин Цзысяо впервые сменилась искренней, глубокой озабоченностью и острым страхом. Он шагнул к Су Яо, привычным жестом заслоняя ее от любопытных взглядов толпы. Перехватив у слуги чашку с остывшим чаем, он протянул ее девушке, мягко произнося: ─ Похоже, твоя хворь куда необычнее, чем я предполагал. Су Яо приняла пиалу, но пить не стала, лишь глядя на гладкую водную гладь. Она подняла взгляд и молча уставилась на Лин Цзысяо своими черными глазами. И задала вопрос. Вопрос, от которого напускная улыбка Лин Цзысяо мгновенно испарилась. ─ Зачем ты подсыпал в чай порошок для расслабления сухожилий? ---------- Неуправляемый Ватерлоо Воздух в помещении словно выкачали подчистую. Мягкая улыбка на губах Лин Цзысяо треснула. Двое его телохранителей мгновенно подобрались, положив руки на рукояти мечей, а их жажда убийства готова была заморозить кровь. План главы раскрыт? Как такое возможно! Этот порошок не имел ни цвета, ни запаха и являлся тайной разработкой Башни Всеведения – даже эксперт стадии Трансформации Духа не смог бы обнаружить его без специального сканирования. Откуда эта странная девчонка могла узнать? ─ Ты… ─ кадык Лин Цзысяо дернулся, а в глубине его зрачков впервые промелькнуло подлинное изумление. Он просчитал сотни вариантов поведения Су Яо. Что она выпьет чай по неведению; что яд нейтрализует ее уникальное тело; или что это вызовет очередную комичную катастрофу. Но он никак не ожидал, что она с такой невозмутимой простотой укажет на это. Су Яо, казалось, вовсе не замечала внезапно накалившейся атмосферы. Она лишь протянула бледный палец, указывая на чашку в своей руке. ─ Смотри. Окружающие послушно перевели взгляд туда, куда она указывала. На самом дне чистой воды крошечное, меньше рисового зернышка черное насекомое лежало лапками кверху, не подавая признаков жизни. Оно умерло. Умерло совершенно бесшумно. ─… ─ Лин Цзысяо уставился на мертвую букашку, а затем перевел взгляд на невинные, чистые глаза Су Яо. В его голове мелькнула дикая мысль. Она не обнаружила яд заранее. Просто этот чай был смертелен для нее. И потому случайное насекомое приняло удар на себя, умерев вместо нее? Её кармическое поле исказилось до такой степени? Выражение растерянности на лице Лин Цзысяо постепенно растаяло, сменившись многозначительной усмешкой. ─ Моя вина, я был невнимателен, ─ он забрал пиалу из рук Су Яо и небрежно передал ее телохранителю. ─ Место здесь дурное, давай сменим обстановку. Взяв ее за руку – мягко, но так, чтобы исключить любую возможность вырваться, – он увел девушку прочь от эпицентра событий. Миновав шумные улицы, они углубились в мрачный черный рынок, где торговали редкими и дикими зверями. Закрытые в клетки чудовища испускали тревожные вопли и глухое рычание. Шаги Су Яо замедлились перед крошечной лавкой, заваленной ржавыми железными клетками. В самом незаметном углу жался к прутьям крошечный детеныш размером с ладонь: весь белый, но шерстка его слиплась и свалялась от засохшей крови и грязи. Он дрожал. Его задняя лапка была вывернута под противоестественным углом, а по телу тянулись глубокие следы от ударов плетью. В глазах-пуговках плескался первобытный ужас. ─ Кто это? ─ тихо спросила Су Яо. ─ Мышь-кладоискатель, ─ равнодушно пояснил Лин Цзысяо. ─ Редкий зверь, способный чувствовать природные сокровища. Но этот экземпляр, судя по всему, искалечен и не представляет никакой ценности. Бессловесное создание, видимо, ощутив взгляд Су Яо, с трудом приподняло голову и издало жалкий писк. Словно молило о спасении. Сердце Су Яо кольнуло, будто ее острой иглой задели за живое. Она вспомнила себя. Потерявшую память, одинокую, слабую и до ужаса напуганную этим огромным миром. Она вынула из пазухи потемневшую старую медную монету, хранящую тепло ее тела, и протянула ее толстомордому лавочнику. ─ Я… я хочу выкупить его. Торговец скосил глаза на простую монету, затем окинул взглядом нищенский наряд Су Яо и презрительно фыркнул. ─ Мелкая, не пускайся в дурные шутки! Это мышь-кладоискатель, пусть даже калека, не тебе, нищенке, чета! Проваливай! Сгинь с глаз моих! Он грубо отмахнулся, словно от надоедливой мухи. Рука Су Яо застыла в воздухе, а щеки обдало жаром стыда. Она ведь… просто пожалела его. Она всего лишь хотела помочь. Буря обиды и жалости взметнулась в ее груди. И это чувство мгновенно распечатало неуправляемую стихию бедствия, таящуюся внутри! Дзынь! Раздался резкий металлический звук. Ржавый замок на клетке с мышью лопнул сам по себе – от старости и микротрещин металл просто рассыпался в прах! ─ Пи-и! ─ Обретший свободу зверек завопил от страха и кубарем выкатился из клетки наружу. ─ Оно сбежало! ─ обрадовалась Су Яо. Но в следующее мгновение радость на ее лице застыла маской ужаса. Из-за долгих издевательств и заточения зверек давно потерял рассудок от страха. Свобода принесла ему не спасение, а панику. Вместо того чтобы бежать на волю, он заметался по лавке и угодил аккурат под раскаленную жаровню кузнечного горна, стоявшую у стены! ─ С-с-скрип…! ─ Жуткий, пронзительный визг пронесся из-под печи. Белоснежная шкурка мыши мгновенно вспыхнула факелом! Охваченная агонией, она бешено закрутилась волчком и опрокинула стоявший рядом чан с горючим маслом. Бабах! Языки пламени вмиг перекинулись на сухие шкуры и солому, превращая лавку в ревущее море огня! ─ Пожар! Спасите! Горим! ─ Черный рынок мгновенно погрузился в хаос: крики, вопли и паника разорвали тишину ночи. ─ Нет… ─ Су Яо смотрела, как крошечное создание корчится в огне, испуская последние звуки, и кровь отлила от ее лица. Она рванулась вперед, пытаясь вытащить его из пламени. В этот момент сверху с треском рухнула горящая балка, перекрывая ей путь, а брызги раскаленных искр обожгли ей руку. Жгучая боль пронзила кожу. ─ Осторожно! ─ Лин Цзысяо метнулся молнией, рывком оттаскивая ее назад, подальше от полыхающего логова. Отступая, Су Яо споткнулась и прижалась спиной к холодной стене. Она невидящим взором смотрела на бушующее пламя, пожирающее лавку. Мышь, которую она пыталась спасти, сгорела дотла, не оставив даже горстки пепла. Это сделала она. Она хотела спасти. И потому оно умерло. Умерло страшнее и мучительнее, чем в той злосчастной клетке. Су Яо медленно подняла собственные руки. Те самые руки, которые протягивали медную монету с чистым помыслом. И те же руки собственными руками столкнули его в ад. Кого бы я ни пожалела – того ждет погибель. Мое… мое сострадание – это яд. ─ Кхм… ─ Тошнота подступила к горлу с такой силой, что Су Яо согнулась пополам, упираясь ладонями в стену, но вырвать не получалось ничего – лишь сухие спазмы раздирали ее изнутри. Ноги подкосились, и она оползла по стене вниз, сжавшись в комок в холодном грязном углу. Она обхватила колени руками, зарывшись лицом в темноту. Не смотреть. Не слушать. Ни о чем не думать. Она дрожала всем телом, пытаясь замуровать себя в абсолютном мраке и жгучей ненависти к себе. В тишине переулка раздавался лишь треск далекого пожара да тихие, подавленные всхлипывания, рвущиеся из самой груди. Из тени за ней молча наблюдал Лин Цзысяо. На его лице не было ни капли жалости – лишь холодное, почти безучастное спокойствие. Он медленно присел на корточки, двумя пальцами ухватил Су Яо за подбородок и заставил ее поднять голову. Его взгляд в упор встретился с ее остекленевшими, залитыми слезами глазами. В этом взоре читалось наслаждение человека, который любуется созданием трещин на идеальном произведении искусства. ─ Небесной катастрофе не положено знать жалости, ─ голос его звучал тихо, но резал точнее любого клинка, распарывая последние защитные барьеры ее рассудка. ─ Хочешь знать, почему? Лин Цзысяо отпустил ее подбородок, извлек из рукава потрепанную, обгоревшую по краям книгу «Хроники Последней Судьбы» и швырнул ее прямо перед Су Яо. ─ Читай. Абзац за абзацем. Открывай её. ---------- Крах системы регистрации Вышедший из-под контроля пожар в лавке всю ночь бушевал в кошмарах Су Яо. Снова и снова та самая белоснежная сокровищная мышь выбиралась из пламени и в упор смотрела на неё своими глазками-угольками. Она испускала пронзительный писк, словно вопрошая, зачем та вообще решила её спасать. На следующий день, когда служанка вошла с подносом для завтрака, Су Яо с покрасневшими глазами сидела в углу кровати, обхватив колени руками. ─ Не буду. Хрипло бросила она, ещё глубже пряча голову. ─ Госпожа, градоначальник распорядился, вы непременно должны хоть что-нибудь съесть. Мягко уговаривала служанка. ─ Я же сказала – не буду! Су Яо резким движением вскинула голову, и в её голосе прорезалась неожиданная, чуждая ей самой острота. Служанка испуганно отступила на шаг, а её пальцы на подносе едва заметно задрожали. ─ Оставь её. Раздался от порога мягкий голос Лин Цзысяо. Всё в тех же белых одеждах, неспешно покачивая складным веером, он вошёл внутрь и махнул служанке. Словно получив помилование, та немедленно удалилась. ─ Из-за какой-то твари убиваешься до сих пор? Подойдя к постели и глядя на её сжавшуюся фигурку, Лин Цзысяоронил с лёгкой усмешкой. ─ Она умерла. Голос Су Яо звучал едва слышно, словно готовая рассеяться дымка. ─ Я… я хотела её спасти, но она умерла. ─ Потому что она слаба. Ответ Лин Цзысяо прозвучал просто и жестоко. ─ Слабость – это первородный грех. Твоё сострадание для слабых подобно смертоносному яду. Су Яо резко подняла голову и гневно посмотрели на него: ─ Ты чушь несёшь! ─ Чушь? Лин Цзысяо легко усмехнулся и бросил перед ней ту самую книгу: «Хроники Последней Судьбы». ─ Сама взгляни. Четвёртое Небесное Бедствие попыталось спасти голодающих – и вызвало сильнейшее землетрясение, превратившее целый город в руины. ─ Пятое Небесное Бедствие вознамерилось остановить войну – и с небес рухнул метеорит, сравняв столицы воюющих сторон с гигантской воронкой. Он умолк и кончиком веера легко коснулся груди Су Яо. Его голос понизился, обретая почти зачаровывающую силу. ─ Твоё милосердие здесь не стоит ломаного гроша. Тело Су Яо забила мелкая дрожь, кончики пальцев оледенели. ─ Тогда что… что мне делать? Растерянно спросила она, подобно утопающему, ухватившемуся за единственную соломинку. ─ Всё просто. В глазах Лин Цзысяо наконец вспыхнул огонёк фанатичного безумия. ─ Стать сильнее. ─ Как стать сильнее? ─ Поглощать. Медленно произнёс Лин Цзысяо. ─ В этом мире есть бесчисленные любимцы Небесной Судьбы – они станут твоей ходячей питательной средой. ─ Уничтожай их возможности, поглощай их рассеивающуюся удачу – так ты кроха за крохой вернёшь воспоминания и в конце концов овладеешь этой силой. Вглядываясь ей в глаза, он искусно продолжал вести её за собой. ─ Разве тебе не хочется узнать, кто ты?─ ─ Разве не хочешь узнать, кем была та женщина, что в твоих воспоминаниях с надрывом звала тебя? ─ Разве не хочешь… чтобы трагедия с той сокровищной мышью больше никогда не повторилась? Последние слова задели Су Яо за живое. Она больше никому не желала причинять вреда. До побеления костяшек вцепившись в простыню, она часто-часто задышала. Память. Контроль. ─ Пойдём. Лин Цзысяо протянул руку. ─ Я отведу тебя к твоей первой питательной добыче. Поколебавшись ещё мгновение, Су Яо в конце концов вложила свою холодную ладонь в его тёплую руку. Чжынчжоуский чёрный рынок выглядел ещё более хаотичным, чем вчера. Пройдя вслед за Лин Цзысяо по нескольким тайным ходам, Су Яо оказалась на ещё более скрытой подземной торговой площадке. Здесь торговали уже не обычными редкими зверями, а техниками, пилюлями и разного рода запретной информацией. ─ А ну все пасть разинули и зрите сюда, ублюдки!─ На высоком помосте в центре торга стоял грузный амбал с огрубевшим лицом и тремя толстыми золотыми цепями на шее, рявкая на сотни бродячих практиков. Его звали Чжоу Кан. Месяц назад он был лишь презренным мошенником, от которого шарахались на чёрном рынке, но волею судеб он связал себя с Системой Божественной Регистрации. ─ Видали?─ Чжоу Кан вытащил из-за пазухи нефритовый ларец и резко распахнул его. Ослепительное сияние взмыло ввысь, а густой аромат пилюль мгновенно заполнил всё пространство. ─ Десятый ранг! Это Пилюля Прорыва Небес 10-го ранга! Раздался чей-то изумлённый возглас снизу. ─ Да… да это же священный эликсир, способный без всяких условий продвинуть практику Зародившейся Души на одну малую ступень! ─ Откуда он её раздобыл? Наслаждаясь всеобщими взглядами, полными шока и зависти, Чжоу Кан победно расхохотался. ─ Ха-ха-ха, у этого господина свои счастливые случайности! И это ещё цветочки? Я вам так скажу: кто следует за мной, тот всегда будет сыт! С этими словами он перевёл взгляд на старика, съёжившегося в углу у подносия помоста. ─ Эй, старик, мне приглянулась твоя трава возвращения солнца. Отдашь за десять низкосортных духовных камней – стану твоим покровителем! Старик задрожал всем телом и, подняв голову, взмолился: ─ Господин Чжоу, нельзя же так! Это лекарство нужно, чтобы спасти мою внучку, за неё нужно хотя бы одну пилюлю возрождения! ─ Пилюлю возрождения? Да ты хоть стоишь того? Лицо Чжоу Кана помрачнело, и он с размаху наступил сапогом на травы перед стариком. ─ Этот отец жалует тебе десять духовных камней – почитай за честь! Хватит корчить из себя недотрогу, сукин сын! ─ Ты…─ Старик затрясся от гнева, но не смел произнести ни звука. Бродячие практики внизу тоже сжали кулаки, а в их глазах пылал огонь. Эта трава возвращения солнца стоила не меньше пятисот духовных камней, а отдать её за десять – чем это отличалось от прямого грабежа? Однако Чжоу Кан уже достиг поздней стадии Золотой Пилюли, а за его спиной стояла целая ватага головорезов, так что никто не решался выступить вперед. ─ Ха-ха-ха! Вот так-то! Кто понимает веление времени, тот и герой! Зловеще ухмыляясь, Чжоу Кан наклонился, чтобы поднять травы. [Внимание! Обнаружено, что хозяин успешно запугал толпу, властная аура +100!] [Время сегодняшней регистрации наступило. Желаете провести регистрацию в «Торговом центре подземного чёрного рынка»?] В сердце Чжоу Кана бушевал дикий восторг, и он мысленно взвыл: «Регистрация!» [Внимание! Регистрация прошла успешно! Поздравляем хозяина с получением награды: артефакт высшего качества земного класса: Алебарда Разрыва Душ!] Алебарда Разрыва Душ! Дыхание Чжоу Кана сделалось тяжелым. Ведь это было божественное оружие, позволявшее сражаться с практиками Зародившейся Души не по чину! Сдерживая волнение, он приготовился явить миру божественное оружие под всеобщими восхищенными взглядами и раз и навсегда закрепить за собой статус властелина чёрного рынка. Однако в этот самый момент. Худенькая фигурка приблизилась к его прилавку. Это была Су Яо. Она пришла вовсе не ради Чжоу Кана и не затем, чтобы восстановить справедливость. Просто позади прилавка Чжоу Кана некий торговец продавал леденцы на палочке. Алые плоды боярышника под прозрачной карамельной глазурью источали блеск. Су Яо сглотнула слюну и попыталась подойти ближе. Но массивное тело Чжоу Кана преградило ей дорогу. ─ Мм?─ Конец брезгливо обернулся, раздосадованный тем, что ему мешают красоваться. Заметив невинное личико Су Яо, он похотливо ухмыльнулся: ─ Ого, какая красотка! Решила передумать и примкнуть к этому господину? Пошло ухмыляясь, он протянул свою сальную ладонь, намереваясь погладить Су Яо по щеке. ─ Не бойся, стоит тебе ублажить меня как следует, и я тебе не то что Пилюлю Прорыва Небес – бессмертную пилюлю достану…─ Он не успел договорить. Су Яо лишь слегка склонила голову и шагнула в сторону, пытаясь обойти его, чтобы купить леденец. И этот ничтожнейший крошечный шаг… Незримое поле бедствий мгновенно накрыло Чжоу Кана целиком! В голове Чжоу Кана ледяной голос системы вдруг стал пронзительно-визгливым, словно при коротком замыкании! [Предупреждение! Предупреждение! Обнаружена непреодолимая сила! Происходит отклонение закона причинности! Системный поток данных подвергается разрушительной эрозии! Сбой! Данные полностью повреждены!] Улыбка на лице Чжоу Кана застыла. ─ Си… система? Что с тобой?─ [Внимание!] На сей раз голос звучал уже не холодно – в нём сквозила безумная, злорадная интонация сломанной от перегрузки игрушки. [Место регистрации успешно скорректировано! Текущая локация: Древний туалет богов тридцатитысячелетней давности!] [Награда за регистрацию принудительно заменена на: покрытый плесенью десятитысячелетней давности… испачканный в жидком стуле божественного зверя «Таоте» пампух ×1!] В следующее мгновение. В руках у Чжоу Кана не появилась грозная Алебарда Разрыва Душ. Из ниоткуда материализовался покрытый зелёной, чёрной и белой плесенью пампух, от которого исходило такое зловоние, будто в нём сконцентрировалась вся скверна этого мира. ─ Бульк. Стоило этому пампуху появиться, как он тут же обратился в лужу грязи, густо измазав руки Чжоу Кана. ─…─ На всей торговой площадке воцарилась мертвецкая тишина. Все вытаращились на происходящее, совершенно не в силах осмыслить увиденное. ─ А-а-а!!!─ Чжоу Кан издал пронзительный визг. ─ Где моя алебарда? Где моё божественное оружие?! Что это за дрянь?! Он безумно затряс руками, пытаясь стряхнуть с себя омерзительную жижу. Однако ещё более страшный удар ждал его впереди. Та самая источавшая сияние Пилюля Прорыва Небес 10-го ранга, стоило ей соприкоснуться с воздухом, мгновенно потускнела. Пилюля на глазах окислилась, почернела и с глухим звуком превратилась в лужицу чёрной грязи, куда более отвратительной, чем та, что марала его руки. ─ Нет… мои пилюли!!─ Чжоу Кан окончательно обезумел. Бродячие практики внизу, оправившись от минутного оцепенения, наконец пришли в себя! ─ Его возможности… исчезли!─ ─ Небеса вершат правосудие! Зло получило по заслугам!─ Тот самый старик, чей скарб растоптали, первым бросился на помост и сорвал с пояса Чжоу Кана пространственный мешочек. ─ Бей его! Вернём всё, что он у нас отобрал!─ ─ Убить эту тварь!─ Толпа взорвалась!─ Сотни долгое время угнетавшихся практиков безумным потоком хлынули на помост, колотя и пиная потерявшего рассудок Чжоу Кана. Ситуация окончательно вышла из-под контроля. Су Яо испугалась поднявшейся суматохи и инстинктивно попятилась на два шага. В общей кутерьме из одежды Чжоу Кана выпала бронзовая жетон-пластина и со звонком покатилась к ногам Су Яо. Наклонившись, она подняла холодную вещицу. Жетон был необычайно тяжелым. На лицевой стороне древним письмом чжуань был выгравирован сложнейший иероглиф. Су Яо не знала его, но он казался ей до боли знакомым. Она перевернула жетон. На обратной стороне красовался всего один иероглиф. Иероглиф, заставивший трепетать её душу. «Су». Стоило ей разглядеть этот знак, как в её голове холодный механический голос впервые зазвучал с искажёнными электронными помехами на грани срыва. [Предупреждение! Обнаружена ключевая реликвия крови… Семейная реликвия подтверждена… Доступ разблокируется…] [Основное задание: «Возвращение домой»… активировано!] ---------- Е Цингэ на краю пропасти Тем временем. В усадьбе градоначальника Цинчжоу, в сырой, заваленной хламом и пропахшей гнилью кладовой… Е Цингэ провела безвылазно уже сутки. Она не прикасалась ни к еде, ни к питью, позволяя пыли оседать на подоле ее некогда белоснежного платья. Ее миндалевидные глаза покраснели от лопнувших сосудов, а на лице застыла искаженная гримаса, полная ярости, леденящего страха и полного непонимания. ─ Почему… ─ шептала она в пустоту, обращаясь то ли к самой себе, то ли к какому-то неведомому наблюдателю в небесах. ─ Как такое могло произойти? Она подняла ладонь, глядя на глубокие следы от ногтей, оставленные на собственной коже в порыве бессильной злобы. Перерождение. Она вернулась из пучины прошлой кровавой бойни, считая себя кукловодом, который дергает за ниточки чужих судеб. Она выстраивала каждый шаг, просчитывала каждый ход, планируя на дне рождения мачехи сорвать маски с лицемерных сук. И каков итог? Какой-то паршивый нищий. Какое-то нелепое, случайное чихание. Все ее грандиозные приготовления обратились в посмешище. ─ Ненавижу! ─ Е Цингэ со злости всадила кулак в груду дров, осколки дерева впились в плоть, но боли она не чувствовала. ─ Эта тварь! Эта проклятая мачеха! Наверняка сейчас потешается над моим позором? ─ И этот бродяга! Какого черта ты лез не в свое дело? Зачем разрушил мою месть! Ярость, подобная едкому яду, жгла ее внутренности. Мучительная смерть в прошлом воплощении и нынешнее унижение слились в единый узел, готовый разорвать ее разум в клочья. ─ Раз небеса не помогают мне, я сделаю все сама! ─ В ее глазах вспыхнул безумный огонек жажды убийства. ─ Ты не дала мне разоблачить тебя при всех? Тогда ты сдохнешь во сне, бесшумно и тихо! Она поднялась на ноги, стряхивая с одежды серую пыль. Ночь уже вступила в свои права. Лунный свет ледяными бликами ложился на дворы усадьбы, где царила мертвая тишина. Фигура Е Цингэ беззвучно растворилась в темноте. Каждый тайный лаз, каждый интервал смены караула в резиденции градоначальника были ей знакомы до боли. Эту память она оплатила кровью и слезами в прошлой жизни. Миновав посты охраны, она в мгновение ока добралась до павильона Цзиньсю, где проживала ее мачеха Линь ши. В окнах покоев еще горел тусклый огонек лампады. Е Цингэ извлекла из рукава тонкий, сверкающий холодным блеском кинжал. Затаив дыхание, она приблизилась к окну и кончиком лезвия аккуратно приподняла створку. Ей нужно было убедиться, что отвратительная женщина находится в комнате одна. Однако то, что она увидела через щель, заставило ее дыхание оборваться. В комнате находилась не только Линь ши. У постели стоял человек в черном одеянии ниндзя, от которого исходила жуткая, леденящая аура. Сама Линь ши, бледная и осунувшаяся, полулежала на подушках, а в ее голосе сквозили облегчение и остаточный страх. ─ Какое… какое счастье. Если бы у меня не обнаружилась эта внезапная аллергия на фиалки, последствия были бы немыслимы. ─ Госпоже не о чем беспокоиться, ─ глухим, скрипучим голосом отозвался наемник. ─ Все идет строго по плану Третьего принца. Третьего принца?… За окном зрачки Е Цингэ сузились до размеров игольного ушка! А темный силуэт продолжал говорить: ─ Третий принц заранее предвидел, что глупышка Е Цингэ устроит представление на банкете. ─ Наш первоначальный план заключался в том, чтобы, как только она откроет рот, обвинить главу дома в «неспособности держать семью в узде, потакании демонам и связи с врагами», после чего стянуть к городу заранее подготовленные войска и вырезать весь род Е до последнего младенца! ─ А… а что же я? ─ с трепетом перебила Линь ши. ─ Вы? ─ Наемник презрительно хохотнул. ─ Вы стали бы героиней, которая «восстала против мужа во имя справедливости и покарала изменников». Третий принц щедро отблагодарит вас за службу. Бум! Эти слова разорвались в голове Е Цингэ громовым раскатом, лишая ее способности мыслить! Она в ужасе зажала рот ладонью, чтобы не закричать во весь голос. Ледяной пот градом катился по ее спине. Так вот оно что… Вот к чему всё вело! За спиной мачехи стоял ни кто иной, как амбициозный Третий принц! Ее мнимое возмездие от начала и до конца было лишь искусно расставленной ловушкой, где ей угождали ролью пешки для чужих грязных дел. Она считала себя охотницей, не подозревая, что от первого до последнего шага была лишь расходным материалом на чужой шахматной доске! Если бы… если бы на том банкете не появился тот бродяга, если бы не случайное чихание и та нелепая аллергия… Прямо сейчас весь клан Е, включая ее отца, брата и всех невинных слуг, лежал бы в лужах собственной крови среди пепелища! А она, Е Цингэ, оказалась бы той самой мерзавкой, что собственноручно вложила меч палачу в руки! ─ Ха… ха… ─ Она прижалась спиной к холодной стене снаружи, жадно глотая воздух, в то время как сердце билось где-то в горле, грозя разорвать грудину. Кинжал выпал из ослабевших пальцев, звонко стукнувшись о каменную плитку дорожки. ─ Кто там?! ─ Внутри комнаты резко вскинулся черный убийца. Е Цингэ словно током ударило. Инстинкт самосохранения взял верх над ужасом. Не раздумывая ни секунды, она собрала оставшиеся силенки и бросилась бечь без оглядки! В голове стучала лишь одна мысль: бежать! Когда она заперла за собой скрипучую дверь каморки, силы полностью оставили ее, и она сползла по стене на пол. Сидя на сырых плитах, она невидящим взором уставилась на мертвенно-бледную луну за решеткой. Долгое время не происходило ничего. А затем она тихо рассмеялась. Беззвучно, давясь слезами, что ручьями катились по щекам. ─ Бродяга… ─ ─ Нет, она не бродяга… ─ Перед глазами вновь встала та сцена. Девушка, чей невольный жест и глупый чих с безупречной точностью стерли с лица земли надвигающуюся резню целого рода. Разве это случайность? Нет! Разве могут в мире происходить столь идеальные совпадения? Она не разрушала ее месть. Она спасала ее! Она спасла весь их род Е! Ненависть растворилась без следа, оставив после себя лишь первородный, звенящий трепет перед лицом истинного могущества. То был страх смертного, посмевшего смотреть на небожителя! Е Цингэ дрожащими руками поднялась с пола, зажгла фитиль масляной лампы. Достала из тайника под кроватью все свои исписанные планы мести и страницу за страницей бросила их в железную чашу для огня. Глядя, как бумага, впитавшая всю боль ее прошлой и нынешней жизни, обращается в серый пепел, она ощутила удивительную ясность и несгибаемую твердость в мыслях. Мелкая месть – слишком ничтожное занятие. Перед лицом истинной судьбы ее уловки не стоили ломаного гроша. Она должна выжить. Она заставит клан Е возвыситься в этой буре невзгод! И единственный путь к этому – ухватиться за истинное божественное древо! За ту самую золотую опору, способную повернуть вспять само небо! Она развернула чистый лист бумаги, взяла кисть, щедро обмакнув ее в тушь. Нужно было писать. Писать ее единственной опоре, старшему брату Е Фэну, что находился далеко в секте Тяньэнь. Ночной ветер пронесся за окном, быстро высушивая темные строчки на бумаге. Перед тем как скатать послание и засунуть его в тубус голубя, на небе беззвучно прочертила черту багрово-красная падающая звезда. Е Цингэ проводила ее взглядом, и ее решимость стала стальной. Ветер этого мира менял свое направление. В самом конце письма ее рука дрожала, но она вывела несколько тяжелых, настойчивых строк: «Брат, задействуй все связи, найди того ничтожного нищего с банкета!» «Она не человек… Она и демон, и божество! Одним ее мимолетным вздохом род Е может как возродиться, так и пасть в прах!» ---------- От домыслов до раскрытия дела Секта Тяньэнь, внутренние покои, Зал Закона. Воздух здесь был пропитан духом железных законов и строгих правил – холодных и суровых. Молодой человек в чёрном тренировочном костюме, прямой и несгибаемый, словно сосна, восседал на главном месте, скрупулёзно изучая свитки. Е Фэн, заместитель главы Зала Закона. Человек, у которого само понятие «порядка» было высечено на костях. ─ Скрип.─ Почтовый голубь влетел через окно и точно опустился на стоявший перед ним стол. Брови Е Фэна слегка нахмурились. Он не любил подобные нарушения заведённого порядка. Но стоило ему заметить знакомую печать семьи Е на тубусе у голубя, как напряжение в уголках его губ немного спало. Это было послание от сестры Цинге. Развязав тубус, он не спеша развернул письмо. Поначалу выражение его лица оставалось спокойным, и он даже испытывал некоторое сожаление по поводу описанного сестрой «провалившегося мщения». Женская мягкотелость, вполне предсказуемо. Однако, дочитав до второй половины – про «заговор третьего принца» и «нищего, что спас всю семью», – его лицо, обычно походившее на маску из желеваного метала, претерпело едва заметное мышечное подёргивание. ─ Безумие!─ Е Фэн швырнул лист бумаги на стол, издав глухой стук. ─ Тайное слияние с великим путём мироздания? Цинге испытала сильный испуг и теперь несёт бред!─ Поднявшись с места, он зашагал взад и вперёд по залу, хмуря брови. Будучи заместителем главы Зала Закона, он превыше всего ставил доказательства, логику и проверяемые железные правила. Что же до столь призрачных понятий, как «небесное провидение» или «удача», к ним он всегда относился с презрительной усмешкой. ─ Чихание нищего случайно вызывает аллергию у мачехи и срывает заговор?─ ─ Совпадение раз – случайность. ─ Совпадение два – дело рук человеческих. Зрачки Е Фэна резко сузились. ─ Хоть описание Цинге и звучит мистически, в этом деле полно подозрительных мест. Речь идет о безопасности семьи Е, я должен лично во всем разобраться!─ Он немедленно обратился к старейшинам за отпуском и под предлогом «преследования чужаков-еретиков в Цинчжоу» запросил разрешение спуститься с гор. Спустя сутки. Дно Утёса Погребения Богов. Фигура Е Фэна появилась среди руин, погребённых под селевыми потоками. В воздухе всё ещё витали буйные остаточные волны от столкновения духовной энергии. ─ Следы полномасштабной битвы практика стадии Золотой Пилюли. Но способ рассеивания энергии странный: не похоже на схватку, скорее… её стёрла чужая грубая сила.─ Закрыв глаза, он позволил своему духовному восприятию бесшумно растечься, исследуя каждый уголок руин. Вскоре у него появилась новая зацепка. ─ Остаточные ауры древнего телепортационного массива: буйные, нестабильные, случайные. Чтобы запустить этот массив, потребовалось мгновенно высвободить энергию как минимум трёх высококачественных духовных камней.─ Е Фэн присел на корточки и растстер между пальцами щепотку влажной грязи. ─ Но порошка от духовных камней нет.─ Закрыв глаза, он принялся молниеносно воссоздавать в голове всю цепочку улик. Если духовных камней не было, как запустился массив? Его взгляд устремился на полуразрушенный храм неподалёку – там пересекались другие следы энергетических потоков. Через четверть часа. Внутри разрушенного храма. Е Фэн с методичностью дотошного судмедэксперта осматривал место происшествия. ─ За статуей Будды есть следы укрытия. Под жертвенным столом – недоеденная половина пампуха. Этот человек в тот момент испытывал голод и был предельно осторожен.─ Его взгляд в конце концов зафиксировался на потрескавшейся каменной плите, источенной термитами, и опрокинутой рядом курильнице. ─ Предельная нагрузка на плиту в точности совпадает с критической точкой полномасштабного удара практика стадии Очищения Духа.─ ─ А расположение этой курильницы… прямо под ней находится… центр массива!─ Один за другим кажущиеся несвязанными фрагменты головоломки невидимой нитью сошлись в его голове в единое целое! Дерзкая доведение до мурашек дедукция вырисовалась перед его взором! ─ Я понял!─ Е Фэн сжал кулаки так, что суставы издали сухой хруст. В пустом полуразрушенном храме он вслух озвучил свой анализ: ─ Она! Этот так называемый нищий заранее спрятался за статуей Будды и всё рассчитал!─ ─ Она просчитала угол атаки врага! Просчитала мощь его удара!─ ─ Более того, она рассчитала, что эта источенная жучками плита треснет ровно в тот момент, когда противник на неё наступит!─ ─ Враг промахивается мимо опоры, его тело подаётся вперед, и он неизбежно сбивает стоящую там курильницу! А чтобы удержать равновесие, надетёны на его руке пространственное кольцо обязано аккуратнейшим образом чиркнуть по замаскированному под курильницей узлу массива!─ ─ Остаточная духовная сила в пространственном кольце послужила ключом к запуску формации!─ ─ Она… она использовала силу самого врага, чтобы отправить того в безвозвратную гибель!─ Шедшие с ним ученики Зала Закона слушали с таким ужасом, что у них дыбом вставали волосы на теле, а рты не закрывались от изумления. Что это за чудовищный расчёт?! ─ Никакой кармы, ни единого пятнышка пыли. Убийство без следов, выстраивание замысла прямо во время беседы!─ Дыхание Е Фэна стало тяжёлым, а на лице впервые проступило выражение, граничившее с фанатичным поклонением. ─ Подобный разум постижим лишь богам и демонам! Ужасно! До чего же ужасно!─ Он резко повернулся к всё ещё ошеломлённому ученику и сурово потребовал ответа: ─ Как продвигается проверка свитков с банкета в резиденции градоначальника Цинчжоу?─ Тот вздрогнул и торопливо отрапортовал: ─ За… заместитель главы, всё выяснено! У супруги градоначальника действительно была аллергия на цветы фиалкового корня!─ ─ А цветочный чай на банкете изначально подавался без них – это служанка случайно опрокинула вазу, и несколько лепестков как раз упали в чашку…─ ─ Служанка?─ Е Фэн холодно усмехнулся. ─ Глупцы! То была вовсе не служанка!─ ─ Она точно рассчитала болезнь мачехи! Просчитала траекторию движения чая! Рассчитала, что в этот самый момент одно вроде бы случайное движение запустит роковой финал и повернёт колесо судьбы!─ ─ Великая мудрость кажется глупостью! Вот это и есть истинная мудрость!─ ─ Она самыми ничтожными движениями направляла судьбы всего мира!─ Грудь Е Фэна тяжело вздымалась. Фраза сестры о том, что всё это «сливается с великим путём мироздания», вовсе не была преувеличением! Это была самая простая констатация факта! ─ Нельзя упустить!─ Е Фэн принял мгновенное решение. ─ Такой великий мастер ни в коем случае не должен скитаться на чужбине! Мы обязаны немедленно разыскать её и встретить как почётнейшего гостя! Это величайший шанс для нашей семьи Е и даже для всей секты Тяньэнь!─ Достав поисковый компас, он бережно извлёк из угла разрушенного храма слабый остаточный след ауры Су Яо. Стрелка компаса бешено завертелась по кругу и наконец замерла, дрожа, в направлении города Цинчжоу. ─ В путь!─ Е Фэн обратился в луч меча и стремительно понёсся вперёд. Полдня спустя. На окраине чёрного рынка Цинчжоу, у входа в чайную лавку. Су Яо, только что раздобыв у Лин Цзысяо пару духовных камней, с довольным видом купила связку леденцов на палочке. Лизнув сладкую карамельную глазурь, она почувствовала, как вчерашние кошмары заметно отступили. Но стоило ей переступить порог чайной… Чёрная фигура, гонимая резким порывом ветра, резко остановилась прямо перед ней. Они со всего маху вренулись друг в друга. ─ Ой.─ Воскликнула Су Яо, едва не выронив леденцы. Стоило Е Фэну разглядеть её лицо, как его зрачки мгновенно сузились! Она!─ Точь-в-точь как на портрете из свитка, где был изображен нищий в углу резиденции градоначальника! Возврат к истинной простоте! Вот каков истинный облик великого мастера! Е Фэн тут же отступил на три шага назад и спешно поправил сбившуюся от спешки одежду. После чего под ошарашенные взгляды прохожих… Этот обладающий огромной властью и всегда суровый заместитель главы Зала Закона секты Тяньэнь опустился на одно колено и сложил руки в почтительном поклоне. Его зычный голос был пропитан трепетом и фанатизмом, идущим из глубины души. ─ Старший! Е Фэн из секты Тяньэнь молит вас принять поклон младшего!─ Леденец во рту Су Яо с тихим стуком брякнулся о землю и густо облепился пылью. ---------- «Аукцион: Клад взрывается» Су Яо ошеломленно смотрела на внезапно рухнувшего перед ней юношу в черном, в ее голове было абсолютно пусто. Этот человек… кто он? Старший? Это он мне? Воздух вокруг словно зажала чья-то невидимая гигантская рука, и в одно мгновение все звуки стихли. Мелкий торговец на улице забыл зазывающе кричать, проходившие мимо практикующие замерли, а постояльцы, попивающие чай в чайной, высунулись наружу. Все взгляды сошлись на этом крошечном пятачке. Изумление, недоумение, любопытство, презрение – самые разные взоры сплелись в плотную, непроницаемую сеть. Е Фэн казался совершенно глух ко всему происходящему вокруг; он по-прежнему стоял на одном колене, а его взглядпылал фанатичной преданностью, словно он поклонялся единственному божеству в своем сердце. В его строгой, доведенной до автоматизма логике каждый жест этого старшего таил в себе глубочайший смысл. Только что старший неторопливо вышел из чайной, как его поисковый компас, за которым он гонялся несколько часов, мгновенно отреагировал. О чем это говорит? Это говорит о том, что старший вовсе не собирался прятаться, она ждала его! А то, что он по неосторожности налетел на старшего и заставил ее уронить обычную мирскую вещицу (леденец на палочке), таило в себе еще более глубокий замысел! Не иначе как она наставляла его на путь истинный! «Увидеть меня – значит постичь Дао, отбрось же все земное!» В голове Е Фэна мгновенно промелькнула эта догадка, и трепет перед Су Яо стал еще на треть сильнее. Он окончательно уверовал, что этот старший испытывает его решимость к Дао именно таким способом! ─ Недостойный был неосторожен и потревожил покой старшего, прошу старшего простить меня! Е Фэн снова произнес это низким, звенящим и полным силы голосом. От этого окрика Су Яо испуганно съежилась и подсознательно попыталась спрятаться за высокой фигурой в белых одеждах, стоявшей рядом. ─ Заместитель главы Е, что это значит? Своевременно раздался мягкий голос Лин Цзысяо, в котором слышилась едва уловимая нотка искреннего удивления. ─ Эта… всего лишь моя младшая соученица из дальней ветви рода, она впервые в этих краях и не знает местных правил. Если она в чем-то перед вами провинилась, заместитель главы Е, прошу закрыть на это глаза ради меня. Произнеся это, он незаметно шагнул вперед, полностью заслонив собой Су Яо. Невидимая волна духовной силы тихо разошлась в стороны: в глазах обычных прохожих Е Фэн теперь выглядел так, будто просто почтительно приветствовал Лин Цзысяо, а только что разыгравшаяся сцена поразительного коленопреклонения словно и вовсе не происходила. Однако на такого стойкого и волевого мастера меча, как Е Фэн, эта слабая иллюзия не производила ни малейшего впечатления. ─ Глава Лин шутит. Е Фэн медленно поднялся, но его взгляд по-прежнему упрямо скользил поверх плеча Лин Цзысяо, прожигая Су Яо насквозь. ─ Облик старшего смертным глазам, разумеется, не дано разглядеть. ─ Младший явился сюда вовсе не с дурными намерениями, а лишь с просьбой к старшему почтить нас своим присутствием: в клане Е уже приготовили скромное угощение, чтобы приветствовать старшего и отблагодарить за спасение жизни! Уголки губ Лин Цзысяо чуть заметно опустились. Е Фэн. Клинок Зала Секретного Наказания Секты Тяньэнь. Прямой и несгибаемый клинок. И вот теперь этот клинок, похоже, перепутал своего хозяина. Интересно. В его мыслях промелькнул холодный расчет, но на лице по-прежнему играла ласковая улыбка. ─ Заместитель главы Е, должно быть, ошиблись человеком. Моя младшая соученица робка и боится чужих, а за ваше гостеприимство мы премного благодарны, но вынуждены отказаться. ─ Не смею ослушаться! Е Фэн был непреклонен и не отступил ни на шаг. ─ Милость старшего тяжелее Тайшаня. Если я не смогу выразить благодарность лично, сердце Е Фэна не найдет покоя! Су Яо пряталась за спиной Лин Цзысяо, осмеливаясь высунуть лишь половину головы, и тихо спросила: ─ У него… у него тоже голова отшиблена? Точно так же, как у того парня на дне пропасти? Лин Цзысяо мягко успокоил ее теплым шепотом: ─ Не бойся, просто чересчур упрямый глупец. Он повернулся к Е Фэню, его улыбка осталась прежней, но в глубине глаз исчезло всякое тепло. ─ Раз уж заместитель главы Е столь настойчив, давайте сделаем так. Сегодня в полночь, в беседке Тинфэн за городом Цинчжоу, я вместе со своей соученицей будем ждать вас. ─ Но сейчас у нас есть неотложные дела, так что простите, составить вам компанию не можем. С этими словами он больше не дал Е Фэню ни единого шанса вставить слово, схватил Су Яо за руку и стремительно зашагал прочь. Е Фэн проводил взглядом удаляющиеся фигуры, нахмурив брови. Ему хотелось последовать за ними, но раз уж собеседник четко назвал время и место, дальнейшие настойчивые преследования нарушили бы приличия. Поразмыслив немного, он в конце концов предпочесть сложить руки в приветственном жесте: ─ Хорошо, младший будет ждать великого старшего! … ─ Мы действительно идем к нему? ─ не удержалась от вопроса Су Яо, пробираясь сквозь лабиринт темных переулков. Ей казалось, что у этого человека в черном слишком страшный взгляд, будто он готов проглотить ее живьем. ─ Разумеется, нет. Лин Цзысяо легко рассмеялся, проведя ее в неприметную ломбардную лавку, и оттолкнул потайную дверь за стойкой. ─ Меч, который сам идет тебе в руки, нужно использовать в самую пору. Сейчас еще не время. За дверью скрывался совершенно иной мир. Роскошные сияющие ковры, купол, искусно покрытый сложными узорами формаций, а в воздухе витал тонкий аромат, успокаивающий душу и сознание. Именно здесь находилось истинное сердце черного рынка Цинчжоу – высший подземный аукцион «Трактир „Ночь без сна“». Обладающие мощной аурой практики знатного происхождения сидели на местах, вырезанных из тысячелетнего холодного нефрита, и тихо переговаривались. ─ Я привел тебя сюда, чтобы ты посмотрела хорошее представление. Лин Цзысяо привел Су Яо в роскошную комнату на втором этаже с великолепным обзором и жестом предложил ей сесть. ─ И заодно… проверить, как твоя способность работает в масштабной обстановке. Су Яо кивнула, поняв его лишь наполовину, и ее взгляд тут же привлекли изысканные сладости на столике. Сейчас ей хотелось только одного – спокойно поесть. В этот момент сияние на аукционной сцене внизу резко вспыхнуло. Седовласый старец громко объявил: ─ Уважаемые господа! Следующим лотом станет главное сокровище этого аукциона! Его голос едва умолк, как четверо стражей сферы Зародившейся Души медленно внесли на помост хрустальную платформу, опечатанную множеством запретов. В самом центре платформы тихо парила древняя яшмовая глыба размером с кулак. Внутри камня медленно переливалась золотисто-красная капля жидкости, казавшаяся живой и источавшая жутковатый жар, от которого замирало сердце. ─ Божественный камень крови феникса, в котором запечатана истинная кровь древнего божественного феникса! ─ О небеса! Неужели такие божественные реликвии и вправду существуют! ─ Говорят, стоит очистить хотя бы крупицу, как твой костный мозг очистится, а в жилах забрезжит капля крови божественного феникса! Весь зал мгновенно взорвался, дыхание у всех стало тяжелым и частым. ─ Стартовая цена этого лота – один миллион камней духа высшего качества! ─ громко возгласил старец. Зал тут же притих: такая цена заставила отступиться девяносто девять процентов присутствующих. ─ Один миллион сто тысяч! ─ Один миллион двести тысяч! После короткого молчания раздались разрозненные выкрики цен, и каждая цифра за ними означала влияние крупной силы, властвующей над целым краем. ─ Хм, сборище никчемных выскочек, и вы смеете зариться на божественное сокровище? Наглый до предела голос донесся из VIP-ложи напротив. Занавес раздвинулся, и молодой человек в мантии с четырьмя когтями дракона, с нефритовой короной на голове и надменным выражением лица лениво откинулся на мягкой кушетке, презрительно окинув взором весь зал. ─ Это же третий принц династии Великого Ся! ─ С чего это он вдруг пожаловал? ─ Кончено, нам больше ловить здесь нечего. Третий принц наслаждался всеобщими испуганными взглядами, а уголки его губ искривились в жестокой ухмылке. Указав на старейшину какой-то секты, только что назвавшего цену, он холодно рассмеялся: ─ Секта Небесного Ветра? Если память мне не изменяет, ваша секта еще с позапрошлого года должна императорскому двору три миллиона камней духа в виде налогов, верно? С чего вы вообще взяли деньги, чтобы позориться здесь? Лицо того старейшины мгновенно побагровело, но он не смел возразить ни единым словом. Третий принц перевел взгляд на главу другого знатного рода. ─ Глава Лю, твой сынок в прошлом месяце в трактире «Ночь без сна» приставал к моим служанкам. Я еще не свел с тобой этот счет. Как, неужели ты и сегодня решил побороться со мной за вещь? Тот глава семьи так испугался, что соскользнул со своего места и, рухнув на колени, принялся отчаянно бить поклоны: ─ Прошу Ваше Высочество о милосердии! Безумец-сын вел себя неподобающе, ничтожный старик вернется и лично сломает ему ноги! ─ Ничтожество! Третий принц презрительно сплюнул и неторопливо вытянул один палец. ─ Моя ставка… десять миллионов! Воцарилась мертвая тишина. Десять миллионов камней духа высшего качества! Этой суммы хватило бы, чтобы выкупить половину города Цинчжоу! Довольный собой Третий принц поднялся на ноги, обвел взглядом присутствующих и дико рассмеялся: ─ Кто еще? А? Кто еще посмеет со мной тягаться? Никто не отвечал. ─ Хорошо! Прекрасно! Третий принц самодовольно кивнул и отдал приказ старику на сцене: ─ Доставьте вещь ко мне в ложу! И печать тоже снимите прямо здесь! Выдержав паузу, он заговорил еще громче, преисполненный бахвальства: ─ Сегодня я покажу вам, деревенщине, что к чему! Пусть все узрят истинное величие божественного феникса! Старик не смел медлить и поспешно приказал слугам доставить хрустальную платформу к ложе Третьего принца. Два мастера формаций, искусно владеющих искусством снятия печатей, выступили вперед и принялись осторожно взламывать барьеры вокруг яшмового камня. Все взгляды были прикованы к этому камню, дыхание зрителей едва ли не останавливалось. В комнате на втором этаже. Су Яо маленькими глотками попивала чай, совершенно не интересуясь балаганом внизу. ─ Ой, как горячо. Только что заваренный чай обжигал язык, Су Яо поморщилась, приблизилась к краю чашки и, глядя на изумрудную гладь напитка, бессознательно легко дунула. Фух… Невидимая глазу рябь бедствия бесшумно и безмолвно покатилась вниз. Внизу. У двоих мастеров формаций выступил пот на лбу, снятие печатей подошло к самому критическому этапу. На лице Третьего принца застыла победная улыбка – ему уже чудилось, будто он очищает божественную кровь, его сила стремительно растет, а прочие братья и сестры оказываются растоптанными под его ногами. И все же, в ту самую секунду, когда Су Яо выдохнула горячий воздух, Вжух! Внутри той самой капли крови феникса безупречно стабильный доселе контур духовной силы качнулся от прикосновения невидимой гигантской руки и мгновенно сместился на одну стомиллионную долю! Стабильность в этот миг была нарушена. Равновесие в этот миг пошло прахом. Яростная мощь божественного феникса освободилась от оков! ─ Плохо! Один из мастеров формаций издал истошный вопль. Было уже поздно. Хрусь – !!! Звук разрывающегося пространства, раз в сто громче раската грома, пронесся по всему подземному залу! Камень крови феникса ценой в десять миллионов камней духа вовсе не избавился от печати. Он со страшным грохотом взорвался изнутри! Миниатюрное золотое солнце с яростью сдетонировало прямо перед Третьим принцем! Грохот! Разрушительная волна воздуха в мгновение ока перевернула всю выставку, а премиальная ложа Третьего принца приняла удар на себя и разлетелась на мелкие кусочки! ─ А-а-а! ─ Истошный крик Третьего принца утонул в оглушающем реве взрыва. Когда дым и пыль постепенно рассеялись, Перед глазами зрителей предстал аукционный зал, превратившийся в руины. А тот самый надменный Третий принц выбирался из кучи обломков. Нефритовая корона с его головы улетела Бог весть куда, роскошная мантия с драконом превратилась в лохмотья, а лицо и тело покрывала сплошная сажа – вылитый истопник, только что вылезший из печи. Что же до капли истинной крови феникса, она давно бесследно испарилась в чудовищном пламени взрыва. Десять миллионов камней духа… просто пнули воздух. Зал погрузился в мертвую тишину. Все вытаращили глаза, разинули рты, чувствуя, что собственных мозгов катастрофически не хватает. В возникшем хаосе уголки губ Лин Цзысяо дрогнули в легчайшей улыбке. Под широким рукавом его пальцы незаметно сложили печать заклинания, поглощая в нефритовый флакончик еле заметный зародыш золотой ауры, готовый рассеяться в воздухе. Он наклонился и тихо прошептал прямо на ухо Су Яо, обдав ее мочку теплым дыханием: ─ Отлично сработано. ─ А теперь нам пора уносить ноги. ---------- «Клинок Лин Цзысяо» ─ Перекрыть всё! Перекрыть здесь всё для этого принца! Чтобы ни одна муха не вылетела! Безумный рев Третьего принца эхом разносился среди руин. Стерев с лица сажу и глядя на собственные оторванные во время взрыва пальцы, он испускал взглядом жаждущую крови и пожирающую плоть ярость. ─ Искать! Обыскать всё! ─ Наверняка кто-то строил козни за нашей спиной! Вытащите мне этого ублюдка наружу, я разрежу его на тысячу кусков и уничтожу его душу! Вся охрана Трактира «Ночь без сна» высыпала наружу, и мириады свирепых духовных чувств сплелись в сеть, мгновенно заполнив каждый дюйм пространства. Буря уже назревала. Однако в самом эпицентре бури царило абсолютное спокойствие. ─ Сюда. Лин Цзысяо взял Су Яо за руку и неторопливо шагнул прямо в картину с горным пейзажем, висевшую на стене ложи. Полотно заволновалось от ряби, и их силуэты исчезли. Сквозь картину пролегал узкий тайный ход, в котором едва мог поместиться один человек. ─ Уважаемый глава Лин, прошу погодите! Сзади послышался уверенный голос Е Фэна. Он каким-то непостижимым образом тоже проследовал за ними! Шаг Лин Цзысяо замер, он обернулся, и в его глазах мелькнуло удивление. О тайном ходе Башни Всеведения не ведал никто, кроме самых доверенных лиц. И этот Е Фэн сумел отыскать его, полагаясь на звериное чутье? ─ Куда направляется старший, туда же направится и младший. Е Фэн держал руку на рукояти меча, стоял прямо и приводил вполне весомые аргументы. ─ В Цинчжоу сейчас царит хаос, и младший обязан обеспечить безопасность старшего. Лин Цзысяо окинул его долгим взглядом и усмехнулся. ─ Что ж, вдвоем в дороге будет веселее. Больше он ничего не сказал, развернулся и продолжил путь по тайному коридору. Е Фэн послушно отстал на несколько шагов, охраняя Су Яо и Лин Цзысяо подобно преданнейшему стражу. Коридор был погружен во тьму, и лишь лунные камни, инкрустированные в стены, источали холодное сияние. Прошагав около четверти часа и убедившись, что преследование полностью позади, Лин Цзысяо остановился и достал из рукава маленький изящный нефритовый флакон. Внутри флакона плавно кружилась золотистая нить, тоньше волоса, испускающая слабую, но чистейшую энергию. Истинная кровь феникса. Пусть это была всего лишь крупица, ее ценность все равно оставалась неизмеримой. ─ Десять миллионов камней духа в обмен на эту кроху божественной крови, да еще и Третий принц, потерявший лицо и понесший тяжелый урон. Лин Цзысяо поигрывал складным веером, озаряя лицо изящной улыбкой абсолютного контроля, ничуть не скрывая превосходства от удавшегося расчета. Он думал, что увидит на лице Су Яо любопытство или радость. Однако Су Яо лишь молча смотрела на него, и в ее черно-белых глазах не было ни единой ряби. Она не стала смотреть на божественную кровь в пузырьке, а в ее воображении встала совсем другая картина. Вздымающееся пламя черного рынка, превратившиеся в уголки магазины и та самая мышь-кладоискатель, которую она так отчаянно хотела спасти, но которую в конце концов поглотило неистовое пламя. Все то же самое. Всем вокруг приходится тяжело. И лишь он один неизменно остается победителем. Су Яо неожиданно остановилась. В тишине тайного хода ее остановка прозвучала чересчур резко. Лин Цзысяо и Е Фэн одновременно уставились на нее. ─ Что такое? ─ спросил Лин Цзысяо все тем же мягким тоном. Су Яо подняла голову и посмотрела ему прямо в глаза. Эти зрачки, вечно наполненные растерянностью и наивностью, сейчас отражали лишь холодную, ясную рассудительность. Она чеканила каждое слово: ─ Ты используешь меня. Пальцы Лин Цзысяо, крутившие нефритовый шарик, слегка дрогнули. Су Яо проигнорировала его растерянное выражение лица и продолжила: ─ От пожара на черном рынке до сегодняшнего аукциона. Ты приводил меня в эти места исключительно ради того, чтобы использовать меня и забрать то, что тебе изначально не принадлежало. Её слова сорвали с их отношений лицемерную маску мягкости. ─ Те люди, что пострадали из-за меня, те, кто потерял состояние, получил увечья или даже погиб… Су Яо сжала кулаки, ее тело слегка подрагивало от нахлынувших чувств. ─ Все они – лишь ступени в твоем плане, верно? Е Фэн ничего толком не понял, но интуитивно уловил неладное в царившей атмосфере. Он нахмурился, и во взгляде, брошенном на Лин Цзысяо, проступила настороженность. Улыбка на лице Лин Цзысяо наконец потеряла треть своего тепла. Он сложил веер и пристально посмотрел на Су Яо, словно заново открывая ее для себя. ─ Су Яо, ─ медленно промолвил он, и в его голосе невозможно было разобрать ни радости, ни гнева. ─ В мире бессмертных слабый всегда ест сильного – таков закон Дао. Если не съешь ты, сожрут тебя. ─ Я просто учу тебя использовать собственный дар, чтобы заполучить причитающееся по праву. ─ Но я не ем людей. Ответ Су Яо прозвучал просто и непреклонно. Она не желала причинять кому-либо боль. Будь то безумец, пожелавший отнять у нее курицу на гриле, король драконов, решивший поприставать к ней, или тиран, пытавшийся силой навязать сделку – ни чей-то удел не был тем, к чему она стремилась. Она лишь хотела вернуть свои воспоминания и жить в тишине. ─ Ха. ─ Лин Цзысяо издал легкий, сухой смешок. В следующее мгновение его фигура качнулась, и он оказался прямо перед Су Яо! Колоссальное, подобное горной вершине давление рухнуло вниз! Су Яо почувствовала, как у нее перехватило дыхание, а спина с глухим стуком впечаталась в холодную каменную стену, лишая возможности шевельнуться. Лицо Лин Цзысяо находилось от нее менее чем в футе. Слегка наклонившись, он вглядывался в ее вечно улыбающиеся глаза, где теперь не осталось ничего, кроме ледяной, безэмоциональной оценки. Он смотрел на нее сверху вниз, словно на непослушную букашку. ─ Су Яо, у тебя нет выбора. ─ Его голос звучал тихо, с не терпящей возражений могильной леденящей стужей. ─ Кем ты себя возомнила? Спасительницей мира? Не будь наивной. ─ Без меня Альянс Небесного Дао схватит тебя уже завтра и, как рыбу на разделочной доске, станет пласт за пластом препарировать для исследований! ─ Они выпотрошат твою душу и исследуют каждый секрет твоего тела, пока не выжмут последнюю капли ценности! ─ Сможет ли твоя так называемая доброта спасти тебя? Лицо Су Яо побелело как мел, а губы непрерывно дрожали. Она хотела возразить, но не могла вымолвить ни слова. Ей было страшно. Впервые в жизни она испытала животный страх перед этим мужчиной, который всегда улыбался ей. И в этот самый накаленный до предела момент – Цзян! Звон острого меча. Сияющий холодным лезвием меч бесшумно опустился между Лин Цзысяо и Су Яо. Кончик клинка замер всего в дюйме от горла Лин Цзысяо. Е Фэн неизвестно когда оказался рядом с ними. Его лицо было мрачнее тучи, а рука, сжимавшая клинок, не дрожала ни на йоту. ─ Глава Лин. ─ Его голос звенел, точно горный лед. ─ Не проявляйте неуважения к старшему. Взгляд Лин Цзысяо медленно отделился от лица Су Яо, упал на острие клинка, а затем скользнул по самому оружию к упрямым и полным жажды убийства глазам Е Фэна. ─ Ты ищешь смерти. ─ Тон Лин Цзысяо оставался ровным. ─ Младший исполняет свой долг. ─ Е Фэн не отступил ни на шаг. Внутри тайного хода трое застыли в зловещем противостоянии. Прислонившись спиной к стене, Су Яо тяжело дышала. Наблюдая за происходящим, она чувствовала, как внутри нее все леденело. Наконец она все поняла. Лин Цзысяо отнюдь не был никаким спасителем. Он оказался лишь более умным и опасным охотником. А она сама – всего лишь самым острым клинком в его руках. Напряжение достигло предела. Казалось, еще мгновение – и здесь прольется кровь. ─ Эх… ─ Тяжелый вздох донесся со стороны выхода из тайного хода. Голос звучал старо, хрипло и несло от него могильным холодом. Все трое вздрогнули и резко обернулись. У выхода из тайного хода, неизвестно когда появившись, стоял нищий старик в лохмотьях, ссутулившийся и ослепший на оба глаза. Он опирался на черный бамбуковый посох из неизвестного материала, а его пустые глазницы были устремлены прямо в их сторону. Похоже, он простоял здесь уже довольно долго. Слепой старик раздвинул рты, обнажив несколько пожелтевших зубов, и снова тяжело вздохнул, а в его голосе сквозили вековая усталость и глубокая ядовитая злоба: ─ Искал тебя так долго, маленькое чудовище… ты наконец-то объявилось. ─ Маленькое отродье… из рода Су. ---------- «凡人之躯比肩神明» Хребет Тысячи Демонов. Кровавая луна висела в небе, покрывая бесконечные горные цепи зловещим багровым напылением. ─ Ррр-ах! – пронеслось в тишине. Одинокий носорог размером с гигантского слона, чье тело было сплошь покрыто броней из стали, отчаянно таранил хрупкий небольшой холм своим единственным рогом, источающим холодный металлический блеск. Каждый удар сотрясал землю, во все стороны летели обломки камней. В тесной пещере на вершине холма Сяо Хань изо всех сил стискивал зубы, дрожащей левой рукой вонзая в собственное бедро заостренную звериную кость. Дикая боль помогала ему не потерять сознание от нарастающей слабости из-за потери крови. Его правая рука уже висела под неестественным углом, грудная клетка сильно ввалилась, и каждый вздох отдавался в легких так, будто их кромсали ножом. Стальной носорог – зверь третьего ранга, чья сила была далеко за пределами того, с чем он мог бы сейчас справиться. Его преследовали уже целых два дня и две ночи. Духовная энергия давно иссякла, все пилюли в сумке закончились. ─ Старший… Старший, очнись же! – безумно кричал в глубине души Сяо Хань, но Кольцо Реинкарнации на его пальце оставалось мертвым и безмолвным. Даже на мудрого старика внутри больше нельзя было положиться. Все читы, все возможности, вся поддержка – всё исчезло. Отчаяние, подобно ледяной волне, постепенно затапливало его целиком. Почему? Почему он, Сяо Хань, должен был дойти до такой жизни? Та демоница… во всем виновата эта проклятая демоница! Если бы не она, сейчас он владел бы божественным искусством Сожжения Небес, держал бы в руке чудесное оружие и, оседлав Повелительного тигра божественного грома, блистал бы на всю Секту Тяньэнь! Му Шуан была бы поражена, она бы пожалела! Все, кто смотрел на него свысока, пали бы перед ним на колени! Но что теперь? Он, подобно бездомной собаке, загнан в угол тварью и вот-вот превратится в кровавое месиво. Как обидно! До чего же ему обидно! В тот момент, когда его разум уже был готов потонуть в бесконечной ярости и отчаянии, те окровавленные слова на каменной стеле вновь всплыли в его голове, словно выжженные клеймом. «Избранный небесами – не тот, кого предначертали небеса, а тот, кто сам вершит свою судьбу». Сам вершит… Сам вершит судьбу! Тело Сяо Ханя резко задрожало. Угасший взгляд вновь наполнился пугающим блеском. И верно… С каких это пор он, Сяо Хань, стал нуждаться в этих призрачных предначертаниях? Разве он не выживал после стольких смертельных опасностей? Разве он не выстоял, когда Му Шуан публично разорвала их помолвку, а весь Город Цинчжоу смеялся над ним? Нет божественной техники – он создаст ее сам! Нет священного зверя – он убьет его сам! Нет старшего наставника – он, Сяо Хань… сам станет себе наставником! ─ Я не верю небесам! ─ Я верю только в себя! – исторглось из глубин его горла подавленное до предела рычание! Он резким движением выдернул звериную кость из бедра, и в его глазах больше не было отчаяния – лишь безумие человека, сжигающего за собой мосты! Он не отступил, а бросился вперед! Как раз в тот миг, когда стальной носорог совершил очередной таран, грозя сравнять весь холм с землей. Силуэт Сяо Ханя, подобно подстреленному кровавому орлу, сорвался вниз из устья пещеры! Он раскинул руки и своим израненным телом сам навстречу понесся к этому несокрушимому рогу! ─ Хлюп! – раздался звук. Острый рог без малейшего сопротивления пронзил его живот, взметнув тело юноши высоко в воздух. Стальной носорог издал недоумевающий рев: он никак не мог взять в толк, почему эта слабая букашка сама искала смерти. Однако висящий в полумраке Сяо Хань улыбался. Он улыбался так безумно, что кровавые пузыри непрерывно лопались у него на губах. Собрав последние крупицы сил, он мертвой хваткой вцепился в рог зверя. А затем зубами вгрызся в рукоять сломанного длинного меча, висевшего у него на поясе! Используя чудовищную инерцию мотающей головой туши, он бросил свое тело вместе со сломанным клинком прямо в крутую каменную стену неподалеку, густо заросшую лианами! ─ Сдохни… прочь! – взревел он. Грохот! Каменная стена разлетелась вдребезги поддавшись натиску! Обнажился темный проход. Тело Сяо Ханя тяжело влетело внутрь, кубарем пролетев добрый десяток раз по усеянному обломками и ржавым железом полу, прежде чем замереть. Из-за того, что рог застрял в стене, стальной носорог не смог выбраться мгновенно и теперь лишь бесновался снаружи, испуская яростный рев. Сяо Хань лежал на холодном полу, чувствуя, будто все кости в его теле превратились в труху. Но он победил. Он выторговал для себя хотя бы каплю времени на передышку. Превозмогая боль, он приподнял голову и огляделся. Похоже, это была древняя кузница, заброшенная бог весть сколько лет назад. В углу стояла покрытая ржавчиной плавильная печь, рядом с которой валялись горы отработанной руды и чугуна. Книга в кожаном переплете, лежавшая в старом деревянном ящике у стены, привлекла его внимание. Он дотащил себя до нее и поднял. На обложке не было изысканного золотого тиснения – лишь грубые крупные знаки, выведенные самой небрежной рукой. «Техника Закалки Тела Смертных». Сяо Хань раскрыл страницы. Внутри не было ни слова о духовной энергии, ни единой схемы меридианов. Лишь самые грубые, примитивные методы закалки сухожилий, костей, укрепления мышц и пробуждения скрытого потенциала плоти. Мусорное руководство, на которое смертный боевой практик не взглянул бы и во второй раз. Но Сяо Хань улыбнулся. Он заперся изнутри в этой кузнице. И разжег погасшую тысячелетие назад печь. Нет духовного пламени? Тогда он пустит в ход собственную кровь! ─ Ха! – выдохнул он. Брызнув каплей сердечной крови прямо в жерло печи, он заставил обычный огонь вспыхнуть с такой яростью, что вся пещера окрасилась в багровый цвет! Он бросил в пламя сломанный меч вместе со всеми обломками и шлаком, что валялись вокруг. И начал принимать позы из той самой «Техники Закалки Тела Смертных», повторяя их снова и снова. Каждое движение сопровождалось невыносимой болью от смещения костей. Каждое движение усугубляло и без того тяжелые раны. Но он не останавливался. Совершая упражнения, он одновременно выхватывал здоровой левой рукой раскаленные добела куски железа из горна. Нет молота? Тогда он будет использовать собственные кулаки! Бац! Голыми руками, удар за ударом, он вколачивал раскаленный чугун в останки сломанного клинка! Мясо разлеталось в клочья, кости крошились! Вскоре его кулаки превратились в сплошное месиво, обнажив белые кости. Тогда он пустил в ход локти. Когда отказали локти, он начал биться головой! Боль! Боль, пронзающая до мозга костей! Он терял сознание с десяток раз, и столько же раз приходил в себя от невыносимых мук. Его разум закалялся в двойном аду плоти и духа. Трудно сказать, сколько времени прошло. Когда он в очередной раз очнулся от забытья, перед ним тихо лежало оружие. До безобразия уродливый клинок. Черный, совершенно лишенный блеска, покрытый грубыми следами ударов молота, он походил на недоделанную кустарную поделку. Но именно от этого клинка исходила предельная свирепость и жажда убийства, от которой дрожали бы даже боги и демоны. То не была духовная аура или магическая сила. То была чистейшая, несгибаемая воля смертного, бросившего вызов самой судьбе! Сяо Хань дрожащей рукой протянул исковерканную кисть и взял рукоять. Ощущение слияния с клинком на уровне крови хлынуло в душу. Он медленно поднялся на ноги. Снаружи стальной носорог уже проломил каменную стену и в упор уставился на него своими багровыми глазищами. На лице Сяо Ханя не дрогнул ни один мускул. Сжимая черный клинок, он шаг за шагом двинулся навстречу чудовищу. Никаких вычурных приемов, никаких переливов магического света. Лишь самый простой и прямой… удар. Хлюп. Голова носорога, славившегося способностью выдерживать атаки артефактов, чисто и аккуратно рассеклась надвое. Горячая кровь забрызгала Сяо Ханя с ног до головы. Стоя перед огромной тушей зверя, он медленно поднял голову и посмотрел в сторону Секты Тяньэнь. В его глазах больше не было ни высокомерия и спеси истинного избранника, ни злобы и обиды мстителя. Лишь ледяное, безмолвное оцепенение пережившего смерть человека. Слизнув со стоической гримасой кровь зверя с уголка губ, он хрипло произнес: ─ Секта Тяньэнь… ─ Демоница. ─ Мойте шеи, я иду. ነ ---------- «Поиск цели по высокому показателю судьбы: курс на Секту Тяньэнь» Хриплый и ядовитый голос эхом раскатился по узкому тайному проходу. ─ Мелкое… отродье семьи Су. С этими словами черный бамбуковый посох в руке слепого старого нищего шевельнулся беззвучно. Никакого свиста ветра. Кончик посоха превратился в черную тень, целясь прямо в сердце Су Яо! Невероятно быстро! Этот выкол таил в себе причудливый закон, сковывающий саму душу. Су Яо оцепенела, в ее голове стало абсолютно пусто, а тело полностью потеряло способность двигаться. В глазах Лин Цзысяо смешались изумление и свирепость; он замешкался на мгновение, не ожидав от старика столь решительной и беспощадной расправы. Однако кое-кто среагировал быстрее. Цзян! Чистый звон рассек воздух, словно дракон вырвался из ножен! Е Фэн преградил путь перед Су Яо, и зажатый в его руке меч, опередив атаку, с невероятной точностью ткнулся прямо в острие черного бамбукового посоха. Острие клинка сошлось с кончиком трости. Никакого грохота. Разрушительная сила яростно терзала пространство между ними, заставляя воздух вокруг издавать предсмертный стон от разрывов. ─ Убирайся! – повернув к Е Фэну свои пустые глазницы, прорычал хриплым голосом старик. ─ Альянс Небесного Дао очищает ряды! Посторонним – смерть! ─ Альянс Небесного Дао? Е Фэн нахмурился, мускулы на его руках вздулись буграми, а меч замер в руке с непоколебимой твердостью. ─ Я Е Фэн из Секты Тяньэнь, и отроду не слыхал, чтобы в Альянсе Небесного Дао состоял кто-то вроде тебя! Раз уж ты смеешь хамить старшей, пеняй на мой безжалостный меч! ─ Секта Тяньэнь? Всего лишь сторожевой пес, оберегающий предписания небес! – старик презрительно усмехнулся, и от него внезапно повеяло жутчайшей угрозой. ─ Я – сто восьмой инспектор Альянса Небесного Дао, мой долг – стирать с лица земли такие стихийные бедствия, как вы, нарушающие установленный порядок! Мелкий щенок, неужто ты вздумал меня останавливать? Чудовищное давление навалилось всей тяжестью. Е Фэн глухо охнул, и из уголка его рта сочилась кровь. Однако рука, державшая клинок, не дрогнула ни на йоту. В его взгляде не было страха – лишь решимость преданного стража. ─ Мне плевать, кто ты такой, – чеканя каждое слово, произнес Е Фэн голосом твердым, как железо. ─ Посмеешь тронуть хоть волос на голове старшей – сдохнешь. ─ Прекрасно! Какая верная собака! Тогда сперва я прикончу тебя! Старик рассвирепел окончательно. Дернув трость назад, он окружил себя густыми клубами черной дыма, явно собираясь обрушить сокрушительный удар. Лин Цзысяо стоял в стороне, с интересом наблюдая за происходящим; в его пальцах были зажаты три готовых сорваться с места ядовитых иглы, пока он прикидывал, как после схватки паука и бабочки избавиться от обоих с наименьшими затратами. На сердце у Су Яо стало совсем тяжело. Она. Снова она. Этот внезапно объявившийся безумный дед ничем не отличался от тех, кто жаждал ее смерти прежде. И что же, этот упрямый дурак Е Фэн погибнет из-за того, что защищает ее? Сильный страх и глухое сопротивление снова закипели в ее груди! Она не хотела, чтобы Е Фэн умирал! Она не хотела больше видеть жертв из-за нее! Этот истовый порыв увлек за собой ту самую непокорную, вечно действовавшую без спросу стихию бедствия, которая устремилась к слепому старику с невиданной доселе точностью! Впрочем, на сей раз обошлось без небесных молний и падающих метеоритов. В самый момент, когда слепой нищий собрался нанести смертельный удар, каменная плита в полу тайного прохода под его ногами вдруг издала едва слышный щелчок. ─ М? – старик приостановился. Его боевое чутье, отточенное тысячелетиями жизни, мгновенно подсказало неладное. Однако шанса ему уже не представилось. Грохот! Вся земля под его ногами внезапно обвалилась безо всякого предупреждения! Оказалось, что прямо под этим тайным проходом пролегала древняя городская канализация – сточные канавы глубиной в тысячелетия, неизвестно куда ведущие. Каменные плиты давно истончились под воздействием зловонных подземных миазмов, держась лишь за счет крох остаточной магии. И вся мощь удара старика стала той самой соломинкой, что переломила спину верблюду. ─ А… Бульк! – только и успел вымолвить он. Этот проживший тысячу лет инспектор Альянса Небесного Дао с ужасающей силой духа рухнул вниз, даже не успев договорить предсмертную речь. Он полетел прямиком в липкое, зловонное подземелье, полное ядовитых испарений. Пустив пару пузырей, он тут же потерял сознание от коктейля тысячелетних миазмов, вырубившись мертвецким сном. В туннеле воцарилась гробовая тишина. Е Фэн застыл в боевой стойке, превратившись в изваяние. Рука Лин Цзысяо, занесенная для броска отравленных игл, тоже замерла в воздухе. Они переглянулись. Выражения их лиц застыли, а в глазах читалась лишь чистейшая, абсолютная нелепость происходящего. Настолько могущественный древний монстр… и вот так… просто исчез? Провалился в сортир? Е Фэн медленно опустил меч, и в его взгляде, устремленном на Су Яо, уже невозможно было скрыть безумное обожание. ─ Старшая… непостижима! Ее расчеты идеальны! – забормотал он, вновь погружаясь в пучину собственных фантазий. ─ Старшая наверняка заранее знала, что под этим местом скрывается нечто иное, и точно рассчитала, что этот негодяй ударит здесь со всей силой, обрушив фундамент! ─ Сыграть на чужой силе! Использовать мощь самих небес, чтобы повергнуть врага без единого удара! Вот… вот она, истинная суть великого Дао! Су Яо: «……» Нет, я не при чем, я ничего не делала. Она только хотела объясниться, как вдруг сердце пронзила волна дикой тревоги, едва не лишая ее дыхания. ─ Кхе… – Су Яо сдавленно охнула, лицо ее моментально побледнело. ─ Что случилось? – Лин Цзысяо спохватился первым и поддержал ее под руку. Су Яо не могла произнести ни слова. Ее ноги словно превратились в марионеточные конечности, зашагав сами по себе по направлению к выходу из прохода. Тело противилось. Воля кричала в отчаянии. Но все было тщетно. Неотвратимое притяжение из глубин души тащило ее вперед, задавая строго определенный курс. ─ Стойте! Немедленно остановитесь! – вопила про себя Су Яо, пытаясь повернуть налево, но ноги упрямо сворачивали вправо. Она пробовала сделать шаг назад, но шаги вперед становились только тверже. [Внимание! Внимание! Поиск цели по высокому показателю судьбы полностью запущен!] [Впереди на расстоянии восьмисот ли обнаружено скопление колоссального объема золотой удачи высокой плотности!] [Цель захвачена! Производится принудительная навигация!] [Коррекция навигационного отклонения… Коррекция завершена… Носителю рекомендуется следовать по текущему маршруту…] Холодный механический голос зазвучал в ее голове. ─ Эй! Лин Цзысяо! Я… я не могу справиться с собой! – выдавила наконец Су Яо, срываясь на плач полный ужаса. Троица уже выбралась из тайного прохода обратно в сумрачные переулки Города Цинчжоу. Ноги Су Яо, точно ведомые невидимыми цепями, упорно шагали на север. Лин Цзысяо наблюдал за тем, как она спотыкается, отчаянно борясь с невидимой силой, а затем перевел взгляд туда, куда она указывала. Сперва он слегка растерялся, но в следующее мгновение в его вечно спокойных глазах вспыхнул ослепительный, хищный блеск. Он хлопнул в ладоши и тихонько рассмеялся с предельной легкостью. ─ Ха-ха… ха-ха-ха! ─ Секта Тяньэнь! ─ В той стороне Секта Тяньэнь! Понимаю, теперь я всё понимаю! Е Фэн тоже заметно вздрогнул, услышав это. ─ Секта Тяньэнь? ─ Верно. В глазах Лин Цзысяо горел расчет. Он смотрел на Су Яо так, словно перед ним находилось идеальное произведение искусства, готовое взорвать весь этот мир. ─ Прямо сейчас в Секте Тяньэнь проходит церемония приема новых учеников, которая случается раз в пять лет! Весь Восточный Предел… нет, весь континент Цинсюань, все молодые таланты, обладающие хоть капелькой удачи, собрались там! ─ Это настоящий пир удачи! ─ А ты… – он посмотрел на девушку, и в его голосе прозвучали соблазнительные нотки: ─ Разве ты, голодная акула, почуявшая запах крови, не стремишься туда? Су Яо прекратила борьбу. Она глубоко вздохнула и закрыла глаза. Да, сопротивляться бесполезно. Ее проклятая конституция бедствия, подобно пчеле, летящей на нектар, непременно притягивалась к так называемым сынам небесной удачи. А теперь впереди находился целый гигантский улей. У нее не было выбора. К тому же… опустив голову, она крепко сжала в ладони холодный жетон с вырезанным на нем слоем «Су». Нити ее истинного происхождения вполне могли вести к этим именитым сектам. Раз не убежать, придется идти. Поглядеть, что из себя представляет этот разрекламированный пир удачи. ─ Я иду в Секту Тяньэнь. Су Яо открыла глаза, впервые самостоятельно озвучив пункт назначения. Е Фэн воспрянул духом, тут же опустившись на одно колено, и его голос прогремел подобно колоколу: ─ Для нашей секты величайшая честь принять старшую! Е Фэн готов указывать дорогу, следовать за старшей повсюду и защищать ее ценой собственной жизни! Улыбка в уголках губ Лин Цзысяо стала еще шире при виде этой сцены. Он извлек из рукава черную, отливающую зловещим матовым блеском бусину и протянул Су Яо. ─ Возьми. ─ Это Жемчужина Забвения Пыли, она временно сдержит три десятых твоей ауры бедствий. Су Яо взяла ледяной артефакт в руку, чувствуя себя озадаченной. Тихий голос Лин Цзысяо нашептывал ей на ухо, источая демоническое искушение: ─ Иначе с твоим нынешним телосложением ты и к вратам Секты Тяньэнь не подступишься – всякая жизнь в радиусе ста ли пострадает от незаслуженной беды. ─ Но запомни… Он сделал небольшую паузу, и его губы скривились в ледяной, жестокой усмешке: ─ Чем дольше копится сдерживаемое зло, тем… смертоноснее станет взрыв. ---------- «Подлый удар в ночной темноте» Жемчужина Забвения Пыли холодила ладонь, казалось, её стужа способна заморозить самые мысли. Су Яо сжала артефакт в руке, и та настойчивая, раскалывающая голову, не дающая покоя тревога, что преследовала её неотступно, действительно отступила. Тело вновь послушно подчинилось воле. ─ Эта штука… и вправду работает. С удивлением в голосе произнесла Су Яо, разглядывая чёрную бусину. ─ Она лишь временно сдерживает её, ─ промолвил Лин Цзысяо с прохладной улыбкой, лениво взмахивая веером. ─ Словно запруженная река: уровень воды станет подниматься всё выше. Стоит плотине рухнуть, и разрушительная мощь превзойдёт обычную в десяток раз. Его слова заставили сердце Су Яо сжаться от дурного предчувствия, но сейчас обрести хоть миг покоя казалось запредельной роскошью. Е Фэн, занимавший пост заместителя главы Зала Правосудия Секты Тяньэнь, знал все тайные тропы, ведущие к обители. Вскоре он раздобыл экипаж, и троица двинулась в путь, помчавшись во весь опор к Секте Тяньэнь. Беспорядки, учиненные третьим принцем в Городе Цинчжоу, и исчезновение инспектора Альянса Небесного Дао теперь казались чем-то далёким и не имеющим к ним ни малейшего отношения. Тем же вечером путники остановились на ночлег в ветхой постоялой станции вдали от оживленных дорог. Хозяин заведения дремал на ходу, а из прислуги нашелся лишь хромой мальчишка. На вид дела шли из рук вон плохо, зато царила полная тишина. Су Яо потребовала отдельную комнату. Она лежала на постели, сжимая в кулаке Жемчужину Забвения Пыли. Мир вокруг и впрямь погрузился в безмятежность. Исчезло то постоянное, назойливое ощущение чужого незримого взгляда и притяжения, умолкли и внезапные вспышки обрывков чужой памяти. Однако эта стерильная тишина рождала в её душе куда более глубинную тревогу. Всё это походило на золотую клетку, в которой её держали на привязи, на изящный ошейник. Подарок Линь Цзысяо. Су Яо открыла глаза и приподнялась на локте. Спать не хотелось. Ей до боли нужно было узнать, чего же добивается этот мужчина, который знает о ней абсолютно всё. Бесшумно отворив дверь, она выскользнула в мертвецки тихий коридор. Комната Лин Цзысяо находилась как раз напротив, наискосок. Затаив дыхание, Су Яо приблизилась к его дверям и прислушалась – изнутри не доносилось ни звука. Поразмыслив мгновение, она повернулась, взмыла под самую крышу и, прильнув к балкам словно геккон, в тени добралась до вентиляционного отверстия во внешней стене его покоев. В комнате по-прежнему горели свечи. Лин Цзысяо сидел за столом, ласково поглаживая старую заколку, принадлежавшую его сестре. Выражение его лица было таким сосредоточенным и ледяным, какого Су Яо ещё у него не видела. Тук, тук, тук. В окно отчетливо и мерно постучали трижды. ─ Войди, ─ едва слышно бросил Лин Цзысяо. Чёрная тень влетела в оконный проем, бесшумно приземлилась на пол и опустилась на одно колено. ─ Глава. Голос вошедшего звучал хрипло. ─ Всё исполнено? ─ не поднимая головы, спросил Лин Цзысяо. ─ Докладываю главе: третий принц покинул Цинчжоу. На обратном пути летающий корабль, на котором он летел, угодил в сильнейшую за столетие бурю пространственных ветров. Судно разбилось в щепки, бренное тело и дух уничтожены без следа. ─ Мм, ─ голос Лин Цзысяо оставался совершенно бесстрастным. ─ А что насчет Альянса Небесного Дао? ─ Посмертный светильник инспектора Гуйчжана погас. В Альянсе Небесного Дао поднялась паника, Сюаньтянь-чжэньжэнь приказал Отделу Вердиктов поднять всех людей и прочесать всё вокруг с тридцатью шестью Компасами Поиска Бедствий. Не позже чем через три дня они выйдут на наш след. ─ Три дня… ─ Лин Цзысяо наконец поднял голову, в его глазах вспыхнул опасный блеск. ─ Этого достаточно. Он бережно спрятал заколку в рукав, и на его лице вновь застыла маска мягкой учтивости. ─ А то, что я велел приготовить? ─ Доставил. ─ Тень вынула из-за пазухи лаковый ларец и преподнесла обеими руками. Лин Цзысяо откинул крышку: внутри лежала сложнейшая карта, выполненная на особом, диковинном материале. ─ Схема расположения защитной формации Секты Тяньэнь и узлов духовных жил земли. ─ Кончик пальца Лин Цзысяо скользнул по ключевой точке на карте, и в его глазах разгорелся огонь. ─ Триста лет подготовки, и наконец всё прояснится. Низко склонив голову, тень глухим голосом произнесла: ─ Глава, каков наш дальнейший шаг?.. ─ Ждать, ─ уголки губ Лин Цзысяо приподнялись в улыбке. ─ Ждать, пока Су Яо, это совершеннейшее орудие, не взорвет хаос в самый разгар церемонии приема новых учеников в Секте Тяньэнь. ─ То будет миг наименьшей бдительности за все три тысячи лет существования секты. ─ В тот момент ты проникнешь в духовные жилы земли и лишь вонзишь этот предмет в само сердце формации. Лин Цзысяо извлек из рукава другой предмет – черный гвоздь, сплошь испещренный странными рунами. ─ Гвоздь Кражи Удачи? ─ Тень испуганно вздрогнула. ─ Глава, эта вещь насильственно исторгнет всю удачу духовных жил целой Секты Тяньэнь! Десятитысячелетнее наследие секты обратится в прах! ─ Мне и нужно, чтобы она обратилась в прах, ─ голос Лин Цзысяо был тих. ─ Я хочу, чтобы все корни предначертанного сгнили дотла! ─ Я хочу построить новый мир, где правила буду устанавливать я! Потрясенный столь безумным замыслом, соглядатай низко, до земли, опустил голову. ─ Слушаюсь! Подчиняюсь приказу! ─ Ступай. Право на ошибку нет – важен лишь успех. ─ Есть! ─ Тень растворилась в ночной темноте, исчезнув без следа. Лин Цзысяо вновь развернул карту под тусклым светом свечи, его лицо исказилось от сладкого предвкушения близкой победы. Снаружи у вентиляционного отверстия. Су Яо цепенела всем телом, а лютый холод поднимался от самых ступней прямо к макушке. Пешка. Совершенное орудие. Взрыв хаоса. Кража удачи. Каждое слово Лин Цзысяо вонзалось в её сердце острой, ледяной игрой. Выходит, от начала и до конца он вовсе не помогал ей. Он просто пользовался ею. Использовал её проклятую природную суть Небесного Бедствия, чтобы воплотить в жизнь свои безумные, разрушающие мир амбиции! «Научу тебя совладать с твоим даром», «Помогу вернуть память» – всё, что он говорил, было ложью! Все эти «чем дольше сдерживаешь, тем страшнее будет взрыв» – он изначально рассчитывал превратить её, живую бомбу, в самый грандиозный фейерверк в самом сердце Секты Тяньэнь! Волна невиданной прежде ярости и ледяного гнева поднялась в груди Су Яо. Она до крови закусила губу, не смея издать ни единого звука. Она боялась, что сорвется и ворвется внутрь. Но нельзя. Ворваться туда – значило умереть. Бесшумно, тенью, она отступила обратно в свою комнату. Захлопнув дверь, она привалилась спиной к ледяной доске, а тело била крупная дрожь. Она вынула из складок одежды именную бирку со знаком «Су» и стиснула её так сильно, что острые грани впились в кожу до боли. Вернуть память. Обрести силу. Сейчас она жаждала этого сильнее, чем когда-либо в жизни. Не ради кого-то – ради самой себя. Чтобы больше никогда не быть чужим клинком в чужих руках, чтобы больше не служить пешкой, которую в любой момент могут подорвать! Она выживет! Выживет сама по себе! [Дзынь.] [Зафиксированы резкие колебания самосознания носителя, прогресс пробуждения рассудка +5%.] [Сопротивление полю Небесных Бедствий незначительно возросло.] Механический голос в голове прозвучал и растаял. Су Яо медленно подняла голову и посмотрела в черноту ночного окна за стеклом. Растерянность в её глазах заметно поблекла, уступив место непроглядному, глубокому холоду. … Ранним утром следующего дня. Су Яо отворила дверь и нос к носу столкнулась с Линь Цзысяо, который как раз выходил из своих покоев. ─ Госпожа Су, спалось ли вам этой ночью? Лин Цзысяо вновь сиял безупречной, мягкой улыбкой, приветствуя её. ─ Прекрасно, ─ Су Яо одарила его невинной улыбкой. ─ Это была лучшая ночь с тех пор, как ко мне вернулась амнезия. Они спустились вниз по лестнице как ни в чём не бывало, где их уже поджидал Е Фэн. И в тот самый момент, когда путники собрались расплатиться с хозяином и покинуть постоялый двор… Грохот! Входная дверь гостиницы, и без того едва державшаяся на петлях, разлетелась в щепки от мощного удара ноги! Около дюжины всадников в серебряных доспехах, излучавших суровую, убийственную ауру, ворвались внутрь и в мгновение ока перекрыли все выходы. Впереди шел суровый на вид человек из Отдела Вердиктов, в руке он сжимал мерцающий красным светом компас. ─ По приказу главы Альянса Небесного Дао, обыскать всё! ─ Тот монстр, у которого нет нити кармических причинно-следственных связей, где-то здесь! ---------- «Невинное разрешение кризиса» Входная дверь постоялого двора разлетелась с оглушительным грохотом, щепки брызнули во все стороны. ─ Альянс Небесного Дао, Отдел Вердиктов! ─ лицо Е Фэна резко переменилось, а рука сама собой легла на рукоять меча. Отдел Вердиктов был острейшим клинком Альянса Небесного Дао, созданным специально для устранения еретиков, угрожавших порядку Небесного Дао. Они издавна славились беспощадностью методов и принципом «лучше казнить тысячу невиновных, чем упустить одного виновного». ─ Глава Лин, заместитель главы Е, а вы спешите, судя по всему, ─ главарь карателей по имени Чжао Цин узнал обоих, но на его губах играла лишь едкая, издевательская ухмылка. Он обучался в Секте Тяньэнь в один период с Е Фэном, но вечно оставался у того в тени, из-за чего они терпеть друг друга не могли. ─ Чжао Цин, ты привел столько людей и перегородил дорогу – к чему этот фарс? ─ холодно бросил Е Фэн. ─ Служебный долг, ─ Чжао Цин лениво качнул в руке Компас Поиска Бедствий. ─ Мы выполняем приказ главы альянса и выслеживаем источник бедствий. Компас привел нас сюда, так что попрошу заместителя главы Е оказать содействие. ─ А если я отвечу отказом? ─ Е Фэн шагнул вперед, излучая неукротимую воинскую ци. ─ Тогда… заместителю главы Е придется составить нам компанию и испить чашечку чаю в Отделе Вердиктов! В глазах Чжао Цина мелькнул ледяной свет, и он резко взмахнул рукой: ─ Обыскать всё! Любого подозрительного – предать мечу на месте! ─ Смеешь?! ─ Взбешенный Е Фэн наполовину обнажил меч, и от лезвия заструились волны звенящей энергии. ─ Поглядим, посмею ли я преградить тебе путь! ─ Чжао Цин ответил ему зеркальной дерзостью, рыцари Отдела Вердиктов синхронно выхватили клинки, и жажда убийства мгновенно приковала всех троих на месте. Две враждебные ауры столкнулись в тесном пространстве постоялого двора, накалив атмосферу до звона тетивы. Лин Цзысяо по-прежнему мягко улыбался, но под широкими рукавами его одеяний в пальцах уже замерли три отравленные иглы. В его голове лихорадочно крутились расчеты: начнись бой, в течение трех ударов сердца у него будет семь шансов вытащить Су Яо и прорваться наружу. Вот только ценой тому станет полная потеря укрытия, и дальнейшие планы в отношении Секты Тяньэнь пойдут прахом. Пока возможно избежать столкновения, сражаться нельзя. И в этот самый критический миг… ─ Пить! Пить! Пи-пи-пить! Компас Поиска Бедствий в руках Чжао Цина вдруг издал оглушительный, пронзительный визг, стрелка в центре бешено закрутилась и в конце концов замерла, указав прямо на… второй этаж, на комнату Су Яо! ─ Нашли! ─ в глазах Чжао Цина вспыхнуло дикое ликование. ─ Взять их!! Он грубо оттолкнул преграждающего дорогу Е Фэна и, обратившись серебристой молнией, бросился вперед, штурмуя второй этаж! ─ Не смей! ─ взревел Е Фэн, собираясь броситься в погоню. ─ Стоять, ─ Лин Цзысяо протянул руку, придержал его за плечо и покачал головой, бросив на него глубокий, многозначительный взгляд. Грохот! Чжао Цин с размаху выбил дверь комнаты Су Яо в щепки! Сжимая компас, он ворвался внутрь. Сияние артефакта в этот момент достигло предела, алый свет почти обрел плоть, а пронзительный вой сирены казался способным разорвать барабанные перепонки! Верно! Чудовище здесь! Чжао Цин ликовал: баснословная заслуга уже сама плыла ему в руки! Он в упор уставился на цель. В комнате хрупкая на вид девушка стояла к нему спиной и, судя по всему… умывалась? Услышав грохот, она в испуге обернулась. В руках она держала таз, полный дымящейся горячей воды. Личико её было чистым и невинным, глаза – прозрачными до самого дна, в них застыл оленний ужас. Это была Су Яо. ─ Ах! ─ Су Яо издала испуганный всхлип, словно её до смерти напугали, и слегка качнулась. Только она одна знала: половина этого испуга была натуральной, а вторая – чистой воды актерской игрой. В самый момент, когда Чжао Цин выбивал дверь, она почувствовала пробуждение знакомой, тошнотворной силы. И точно. Тот самый чванливый военачальник, что уже предвкушал получение высшей награды, угодил ногой на прогнившую от сырости половицу. Его нога сорвалась! ─ Я… ─ Чжао Цин успел лишь издать короткий возглас изумления, как моментально потерял равновесие и в классической порерйской позе «голодный пес бросается на еду» стремительно полетел вперед. А летел он прямо – безо всяких отклонений – на… таз с водой, что держала Су Яо. ─ Плюх! ─ раздался звонкий, приятный слуху звук погружения в воду. Самонадеянное лицо Чжао Цина со всеми следами торжества триумфатора угодило самым прямым образом – носом и лбом – прямо в центр таза с водой идеальной температуры. Компас Поиска Бедствий вылетел у него из рук и с глухим бульканьем пошел ко дну. Шух… шурх-шурх… Это сокровище, выкованное великим мастером Артефакторики Альянса Небесного Дао, пустило в воде пару пузырей, искрило искрами, а затем… окончательно замкнуло. Пронзительный визг сирены затих на полуслове. Мир погрузился в тишину. Внизу все рыцари Отдела Вердиктов отвинтили челюсти в полном оцепенении. На губах Линь Цзысяо проступила трещинка улыбки – он смотрел вовсе не на жалкий вид Чжао Цина, а на проломившуюся половицу. Столь ювелирно, столь безупречно рассчитать момент, чтобы с помощью ничтожнейшего фактора добиться грандиознейшего результата. Эта сила… пугала сильнее, чем он смел вообразить, и одновременно стоила неисчислимо больше. Е Фэн же тяжело сглотнул, а в его глазах читалось такое благоговение, что казалось, оно сейчас выплеснется через край. Он всё понял! Старшая всё предусмотрела! Она нарочно позволила компасу указать на себя! Используя собственную плоть в качестве приманки, она заманила врага в заготовленную ловушку абсолютного истребления! И эта вода – вовсе не простая вода для умывания, а гасящая духовную сущность «антимагическая роса»! Старшая самым простым, не пролив ни капли крови, способом ослепила врага! Великолепно! Поистине непостижимо! ─ Буль… буль-буль… ─ Чжао Цин побултыхался в тазу и кое-как вытянул голову обратно, выглядя донельзя жалко. Капли воды стекали по его щекам, а в волосах застряли какие-то зеленые ошметки зелени, делая его облик комичным до безумия. Всё, что он перед собой увидел – это дрожащую от страха, заплаканную девушку, прижимающую к груди таз и выглядящую бесконечно жалко и невинно. Взгляд этой девы был чист, неиспорчен и полон… чистейшего ужаса. Чжао Цин: «……» Его мозг слегка заклинило. Компас… сломался? Он перевел взгляд на дохлый компас на дне таза, а затем на эту хрупкую девчушку, которую, казалось, можно раздавить одним пальцем, и никак не мог связать одно с другим. ─ Черт побери! Какая неудача! ─ выругался почерневший от злости Чжао Цин, яростно утирая лицо. Всю накопившуюся чудовищную ярость деть было некуда, и он списал всё на халтурную работу строителей этой глухой ночлежки. ─ Отбой!! ─ свирепо зыркнув на Су Яо, он завопил на подчиненных и, чертыхаясь, потащил за собой точно так же обалдевшую ватагу стражников, отступая из комнат лавиной. Смертельная угроза разрешилась вот так… с помощью одного таза умывальной воды. Лин Цзысяо проводил взглядом удаляющуюся армаду Отдела Вердиктов и только было собрался вздохнуть с облегчением, как, обернувшись, встретился взглядом с парой холодных глаз. То был Е Фэн. Он не провожал взглядом уходящих рыцарей и не спешил проверять, цела ли Су Яо. Его взгляд, острый как кинжал, намертво впился в Лин Цзысяо. ─ Глава Лин, ─ в голосе Е Фэна не было ни капли тепла. ─ Только что движение вашей руки под рукавом, жест, с которым вы занесли иглы… ─ Я видел это в древнем фолианте из запретных архивов секты. То была уникальная техника рода Лин из Гусу, что был стерт с лица земли сыном небесной судьбы триста лет назад – «Три тысячи летящих перьев». Он медленно, чеканя каждое слово, произнес: ─ Кто ты на самом деле? ---------- «Сброшенные маски и союз» В тот же миг, как смолкло последнее слово, из теней по обе стороны коридора нацелилось несколько смертоносных аур, мгновенно взяв на прицел межбровье, горло и сердце Е Фэна. Стоило Лин Цзысяо отдать один мысленный приказ, как этот имеющий блестящие перспективы заместитель главы Зала Правосудия Секты Тяньэнь превратился бы в труп, изрешеченный десятками дыр. Лин Цзысяо по-прежнему улыбался, но в этой улыбке не осталось ни грамма тепла – лишь ледяное равнодушие существа, глядящего на мертвеца. Правой рукой он беззвучно крутил две нефритовые грецкие ореха, извлекая тихий, сухой щелчок. ─ Е Фэн, ты слишком много знаешь, ─ его голос звучал тихо, как шепот, но могильный холод в нем заставлял кости леденеть от боли. ─ Порой избыток любопытства убивает. ─ Вот как? ─ Е Фэн держал руку на рукояти меча, не отступая ни на дюйм, а его собственная воинская энергия взметнулась к потолку. ─ Мне тоже любопытно: мои клинок или твои иглы быстрее найдут цель?! Кровопролитное столкновение висело на волоске. Су Яо стояла между ними, переведя взгляд с одного на другого, а её лоб прорезала складка. Она ничего не смыслила ни в каком роде Лин из Гусу, ни в тех «летящих перьях». Она понимала лишь одно: эти двое снова готовы вцепиться друг другу в глотки. Причем на этот раз намереваясь убить друг друга по-настоящему. Зачем? Ум её отказывался это принимать. В этот критический момент, когда воздух уплотнился до звона, а жажда убийства готова была разорвать само пространство… ─ Апчхи! ─ внезапно, безо всяких предупреждений, громко чихнула Су Яо. Звук этот прозвучал в мертвой тишине коридора излишне оглушительно. Е Фэн, уже приготовившийся обнажить меч, дернулся. Лин Цзысяо, собиравшийся раздавить орехи и отдать приказ, застыл. Сидевшие по углам теней убийцы чуть не сбились с дыхания. Су Яо потерла нос, подняла влажные, полные неподдельной детской наивности глаза и посмотрела на замерших дуэлянтов. После чего погладила собственный пустой живот и с максимальной серьезностью спросила: ─ Эм… а когда мы отправляемся в Секту Тяньэнь? ─ Из-за драк столько времени уходит. ─ Если мы прибудем в Тяньэнь, там дадут булочки с мясом? ─ …… Е Фэн и Лин Цзысяо синхронно погрузились в глубокое молчание. Е Фэн всматривался в безупречно чистое личико Су Яо, в её глазах читался такой первозданный, чистый голод по булочкам, что в его голове вдруг всплыли слова из письма Е Цингэ: «Она не человек, она и божество, и демон; в один миг жизнь и смерть семьи Е зависят от неё». И то верно. Это он рассуждал слишком мелко. Разве можно мерить поступки столь великого старшего мерой обычных людей? Она вроде бы спрашивает про булочки, но на самом деле – наставляет его! Булочки – вещь земная, служащая лишь для насыщения плоти. Старшая подсказывала ему: не зацикливайся на суетной шелухе имён и происхождения, смотри в корень, думай о выживании – вот о чём истинная польза! Она… она напоминала ему, что их главный враг – Альянс Небесного Дао! Нельзя тратить силы на внутреннюю грызню! Ледяная настороженность в глазах Е Фэна мгновенно сменилась просветлением. Он глубоко вздохнул, сложил руки перед Су Яо и отвесил почтительный поклон: ─ Благодарю старшего за наставление, этот младший… всё понял. С этими словами он медленно разжал ладонь на рукояти меча, и воинственная аура схлынула, подобно отливу. Он снова перевел взгляд на Линь Цзысяо: холод в глазах вернулся, но жажда убийства исчезла без следа. ─ Личные дела главы Лина меня не касаются, ─ его голос звучал весомо и твердо. ─ Но я запомню одно: если кто-то посмеет тронуть хотя бы волосок на голове старшего, мой меч этого не позволит. Это было заявление. Заявление о его позициях и о его границах. Отныне Е Фэн обнажит меч лишь ради одной Су Яо. Равнодушие в глазах Линь Цзысяо померкло, сменившись прежней мягкой улыбкой. Он легко похлопал в ладоши. ─ Заместитель главы Е поистине человек широкой души, Лин восхищен. ─ Он небрежно махнул рукой в сторону теней. Смертоносная угроза испарилась в никуда так же быстро, как и возникла. ─ Раз уж мы здесь ради госпожи Су, значит, мы не враги. Лин Цзысяо подошел ближе и совершенно естественным образом встал между ними, словно их недавнее противостояние не более чем шутка. ─ Напротив, мы – союзники. ─ Будем надеяться, ─ холодно бросил Е Фэн и, не говоря больше ни слова, спустился вниз готовить экипаж. В коридоре остались лишь Лин Цзысяо и Су Яо. Су Яо смотрела на обоих с ледяным сердцем. Союзники? Как же это смешно. Один – расчетливый кукловод, видящий в ней пешку. Второй – слепо верующий фанатик, возведший её в ранг божества. Ни один из них не видел в ней настоящую Су Яо. Их интересовала лишь та Су Яо, которую они нарисовали в собственном воображении. Сама же она застряла меж ними, словно игрушка в чужих руках, которой не позволено сказать правду. Су Яо крепче сжала в рукаве Жемчужину Забвения Пыли. Ледяной холод артефакта помог её взбудораженному гневом и болью разуму шаг за шагом вернуть хладнокровие. Она должна стерпеть. Она выживет. Она… возьмет всё под свой контроль. Экипаж снова тронулся в путь, мчась к вратам Секты Тяньэнь. Атмосфера в повозке стала донельзя странной. Е Фэн сидел у входа, словно каменный страж храма, погрузившись в медитацию с закрытыми глазами. Лин Цзысяо откинулся на мягкие подушки, поигрывая веером и непринужденно перекидываясь с Су Яо словечками о достопримечательностях Секты Тяньэнь. Су Яо послушно слушала, то и дело кивая или задавая простые вопросы вроде того, хороша ли у них столовая. Между ними установилось зыбкое, уродливое подобие союза. Каждый понимал: эта бумажная перегородка порвется от малейшего тычка. Но до тех пор, пока они не достигнут Секты Тяньэнь, никто не станет её рвать. Колеса катились мимо горных склонов, пересекали бурные ручьи. Довратные земли Секты Тяньэнь приближались неумолимо. Сто ли. Восемьдесят ли. Пятьдесят ли. В ту самую секунду, когда повозка пересекла невидимую границу горного хребта Секты Тяньэнь, сердце Су Яо сжалось в комок! Она ощутила себя куском раскаленного добела железа, перед которым расстилалось бескрайнее ледяное озеро, испускающее смертоносную, всепоглощающую притягательную силу! Сила бедствия внутри неё забурлила, пробуждаясь помимо её воли! Су Яо инстинктивно вцепилась мертвой хваткой в Жемчужину Забвения Пыли. Хрусь. Раздался едва слышный микроскопический треск. На поверхности жемчужины, что удерживала треть её бедственной ауры, незаметно пролегла тончайшая, неразличимая глазом трещинка. В то же самое время. За пределами главного входа Секты Тяньэнь. На гигантской площади из белого нефрита яблоку негде было упасть: десятки тысяч одаренных юношей и девушек со всех уголков Континента Цинсюань собрались здесь, порождая сияющие столпы ци и колоссальные потоки судеб. Они – надежда Восточных Пустошей, необработанные алмазы, за обладание которыми соперничали крупнейшие секты и кланы. И среди этого шума и кипучей энергии… Фигура в потрепанном черном балахоне, худая, с притороченным за спиной черным клинком в лохмотьях, безмолвно шагнула к воротам секты. На нём не было ни малейшего следа циркуляции духовной энергии – он выглядел самым обычным нищим смертным. Гордые гении вокруг бросали на него брезгливые и презрительные взгляды. ─ Откуда этот оборванец? Тоже пришел испытать удачу в Секте Тяньэнь?─ ─ Проваливай отсюда, не пакости глаза нашему молодому господину!─ Человек в черном игнорировал любые выпады. Он поднял голову, обнажив лицо, изрезанное шрамами, но исполненное железобетонной твердости. Он смотрел на уходящие в небеса врата – в его глазах не было ни трепета, ни почтения. Лишь глухая, мертвая пустота. Затем он поднял ногу. И опустил её на землю с чудовищной силой. Грохот! Та самая каменная ступень, что выдержала тысячелетнее величие Секты Тяньэнь и была отполирована до зеркального блеска стопами многих поколений учеников, под его ударом разлетелась в пыль! Щепки и каменная крошка взвились в воздух, подняв тучу пыли. Гул голосов на площади мгновенно стих. Все взоры скрестились на одной-единственной одинокой фигуре. Сяо Хань прибыл! ---------- «Появление Небесного Лиса Судьбы» У подножия горных врат Секты Тяньэнь раскинулся оживленный торговый городок Встречи Бессмертных. В былые дни это было шумное место, где находили приют странствующие заклинатели со всех концов света. Однако сегодня весь городок был окутан мрачной, удушливой атмосферой. От самого въезда и до противоположного конца через каждые три шага стоял пост, а через пять – часовой. Суровые рыцари Отдела Вердиктов в серебряных доспехах, с длинными алебардами наперевес, наглухо перекрыли единственный путь. В центре городка взмывали ввысь тридцать шесть гигантских каменных столбов, образуя массив, чье переливчатое сияние резало самые души. На каждом столбе покачивался излучающий зловещий тусклый свет Компас Поиска Бедствий. ─ Большой Массив Просвечивания Десяти Ли! ─ едва успев сойти с повозки, выдохнул Е Фэн, и лицо его мгновенно помрачнело. ─ Этот дурак Чжао Цин притащил сюда даже козырный артефакт Отдела Вердиктов! Он что, землю носом рыть собрался? Лин Цзысяо поигрывал веером, но его движения на мгновение замерли. ─ Похоже, исчезновение инспектора из Альянса Небесного Дао здорово их взбудоражило. Понизив голос, он пояснил Су Яо: ─ Этот массив способен улавливать любые неестественные колебания причинности и потоков удачи в радиусе десяти ли. ─ Всякий, кто несет на себе печать бедствий, злобы или демонической ци, при приближении непременно заставит сработать Око Небесного Казнения в центре массива. ─ Иными словами, если ты сунешься туда сейчас, это будет всё равно что зажечь факел посреди глухой ночи. Сердце Су Яо рухнуло в пропасть. Она смотрела на раскинувшееся впереди сооружение, похожее на пасть исполинского зверя, и на то, как каждого проходящего сквозь массив заклинателя с головы до ног сканировал падающий с небес сноп белого света. Она крепче сжала Жемчужину Забвения Пыли – трещины на артефакте казались ставшими еще глубже. ─ Неужели выхода нет? ─ тихо спросила она. ─ Есть, ─ взгляд Лина Цзысяо едва заметно сместился. ─ Я уже передал весточку тайным агентам Башни Всеведения в городке Встречи Бессмертных, они устроят беспорядки и отвлекут внимание Отдела Вердиктов. ─ Тогда я проведу тебя в горные врата через заброшенный лаз. Сделав паузу, он добавил: ─ Но лаз узок, пройти там смогут максимум двое. Заместитель главы Е, боюсь, тебе придется принять удар на себя и отвлечь их внимание с парадного входа. ─ Сделаем в лучшем виде! ─ ни секунды не колеблясь, тут же согласился Е Фэн. В его глазах прорываться вперед ради старших было величайшей честью! ─ Нет, ─ холодный голос оборвал их планы. Это была Су Яо. Она покачала головой, и в ее вечно растерянных глазах проступило несвойственное ей упорство. ─ Я пройду там. ─ Что? ─ Лин Цзысяо и Е Фэн опешили одновременно. ─ Госпожа Су, нельзя же так безрассудно! ─ встревожился Лин Цзысяо. ─ Это тебе не трактир, здесь массив черпает силу самих законов Небесного Дао. Стоит ему зафиксировать цель, и даже мастер стадии Трансформации Духа не улетит! ─ Старшая, это слишком опасно! ─ поддержал его Е Фэн. Су Яо не стала ничего объяснять. Она лишь подняла голову, и ее взгляд поверх толпы устремился за пределы массива, к темнеющей вдали бессмертной горе. Зов, исходивший из глубин ее души, сделался настолько невыносимым, что перехватывало дыхание. Ее тело, ее первобытные инстинкты – всё гнало ее вперед. Вперед. Вперед! Пассивное притяжение колоссальной удачи пересилило любые остатки ее разума. ─ Я… должна пройти туда, ─ сбивчиво произнесла Су Яо, после чего ее ноги перестали ее слушаться. Словно марионетка на невидимых нитях, она шаг за шагом двинулась к смертоносному массиву. ─ Старшая! ─ Су Яо! ─ лица Е Фэна и Лина Цзысяо резко переменились. Они бросились было вперед, чтобы удержать ее, но наткнулись на невидимый барьер, преградивший им путь. Су Яо шла медленно, каждый шаг давался ей так, словно приходилось бороться с незримой преградой. Лицо ее бледнело с каждой секундой, на лбу выступил мелкий холодный пот. Зажатая в ладони Жемчужина Забвения Пыли начала опасно раскаляться! И по мере того как она приближалась… Грандиозный Большой Массив Просвечивания Десяти Ли наконец подал признаки жизни! Вууу! Компасные стрелки на тридцати шести каменных столбах издали тихое гудение и задрожали. ─ Есть отклик! ─ командир Отдел Вердиктов, управлявший массивом, встрепенулся и рявкнул во всю мочь: ─ Всем внимание! Усилить подачу духовной энергии, захватить цель! Ву-у-у! От мощнейшего притока духовных сил стрелки компасов завертелись с бешеными оборотами. В конце концов они синхронно указали на крошечную, затерянную в толпе движущихся людей фигурку! В самом центре массива сомкнутое веки Ока Небесного Казнения затрепетали, и сквозь их щели брызнули потоки кроваво-красного света! ─ Цель захвачена! Это она! ─ Приготовиться! Свет Небесного Казнения, пуск! На лице командира Отдела Вердиктов проступил искаженный безумный экстаз. В этот миг у стоявших вдали Е Фэна и Лина Цзысяо тяжело екнуло сердце. Однако в самый момент, когда смертоносный луч был готов сорваться с места… Хрусь! Жемчужина Забвения Пыли в ладони Су Яо больше не выдержала сдерживаемой мощи бедствий и резонанса с чужеродным массивом – она разлетелась на мелкие кусочки! Волна подавляемой до предельного предела скверны, в десять раз мощнее прежней, бесшумным валом покатилась от Су Яо во все стороны! Никакого оглушительного грохота. Эта сила просто небрежно мазнула кистью по полотну реальности. Поблизости от Су Яо мощенная синим камнем дорога, истоптанная за тысячи лет, вдруг провалилась безо всяких предупреждений, обнажив бездонный провал. Какой-то избалованный сынок богачей, собиравшийся распустить руки перед Су Яо, с диким воплем рухнул вниз. Чуть в стороне уличный торговец леденцами на палочке… Его связка сладостей разлетелась вдребезги, и дюжина обмазанных сиропом бамбуковых палочек пустилась в полет, вонзившись снайперской точностью прямо в тылы проходившему мимо патрулю рыцарей. Самое смертельное изменение стряслось на углу улицы. Там рос исполинский баньян, возраст которого, по слухам, насчитывал три тысячи лет. Древнее дерево служило символом городка Встречи Бессмертных, считаясь несокрушимым. Однако в то самое мгновение, когда прокатилось поле бедствий… Гигантский ствол издал глухой раскатистый звук и раскололся пополам! И прямо из полого дупла старого дерева с ослепительным сиянием выплеснулся сгусток чистейшего золотого света! Внутри сияния сидел размером с ладонь белоснежный зверек о девяти хвостах, с алым пятнышком посреди лба – небесный лис! ─ Девятихвостый Небесный Лис! ─ пронзительный, полный отчаяния вопль прорезал толпу! ─ Небеса! Это же легендарный Небесный Лис Судьбы! Абсолютно уникальное божественное создание, обладатель которого способен бросить вызов небесам и сравнять по долголетию само мироздание! Этот сокровенный дар, который по прошествии трех дней должен был случайно отыскать и приручить некий проходящий мимо одаренный юноша… Был вот так запросто выбит наружу разрушительным полем Су Яо! Какая же колоссальная и чистейшая судьба была заключена в этом малыше Девятихвостом Небесном Лисе, только-только очнувшемся от сна и хлопающем глазами от полного непонимания происходящего! Он сиял ярче солнца посреди непроглядной ночи! И в тот же миг притянул к себе абсолютно всю огневую мощь Большого Массива Просвечивания Десяти Ли! Вууу! Готовое распахнуться Око Небесного Казнения резко развернулось! Все кроваво-красные лучи, метившие в Су Яо, мгновенно сменили траекторию и сфокусировались на бедном, еще ничего не соображающем лисенке! ─ Внимание! Внимание! Обнаружен источник аномальной ци сверхвысокой концентрации! ─ Уровень энергии… уровень уничтожения мира! ─ Цель зафиксирована! Это та самая лиса! Командир Отдела Вердиктов, увидев зашкалившие показатели на компасе, лишился рассудка! Ему и в страшном сне не могло присниться, что источником бедствий, за которым они так долго гонялись, оказалась безобидная на вид плутовка! ─ Чего стоите! Вяжите ее!! ─ истошно завопил он. ─ Это же первостатейная заслуга перед Альянсом Небесного Дао! В ту же секунду рыцари Отдела Вердиктов потеряли голову от жадности и безумным потоком хлынули на Девятихвостого Небесного Лиса. Бедный божественный зверек едва успел появиться на свет, как его накрыла исполинская сеть, а следом придавили к земле дюжиной алебард с искрами молний. Избив до полусмерти, его втиснули в угольно-черный мешок Цянькунь и утащили прочь. Из-за перегрузки Большой Массив Просвечивания Десяти Ли издал сдавленный хрип, компасы на всех тридцати шести столбах лопнули одновременно, и защитное поле рухнуло окончательно. Су Яо, виновница всего переполоха, спокойно миновала опустевшую зону в поднявшейся суматохе и вышла к Е Фэну и Лину Цзысяо. Она опустила взгляд на рассыпавшуюся пылью жемчужину и призадумалась. Оказывается, чем сильнее сдерживаешь вулкан, тем смертоноснее оказывается взрыв. Правда, на сей раз не повезло кому-то другому. Позади нее. Е Фэн со слезами на глазах глядел на развернувшуюся картину. И до него снова дошло! Старшая! Вот в чем заключалось милосердие старшей? Она не пожелала гибели живых существ под ударами массива. Потому она предпочла пожертвовать собственной великой силой, применив тончайшую технику подмены понятий. Она из ничего сотворила «лжеисточник бедствий», заставив лесного зверя принять удар на себя! Какое великодушие! Какой размах! Какое истинное милосердие! Тело Е Фэна мелко дрожало от восторга. Повернув голову, он посмотрел на застывшего в оцепенении Лина Цзысяо взглядом, в котором сквозило откровенное пренебрежение, и передал мыслеречь: ─ Видел? ─ Вот это уровень старшей! Ради спасения невинных она пожертвовала великим артефактом и прибегнула к столь сложной технике, лишь бы уберечь обитателей этого города! ─ Какое ей дело до интриг вроде твоих, когда в ее сердце живет истинное сострадание: «Если не я войду в ад, то кто?» Улыбка на лице Лина Цзысяо застыла окончательно. ---------- «Лебединая песня старого наставника» Площадка приема учеников во внешние враты Секты Тяньэнь. Шум стоял невообразимый, яблоку негде было упасть. Множество наряженных в шелка юношей и девушек в сопровождении слуг и старших горделиво выстраивались в очереди, ожидая проверки духовных корней и выдачи номерных жетонов. Каждый из них считал себя будущим любимцем небес с безграничными перспективами. На фоне этого шумного благополучия один угол выглядел разительно контрастно. ─ Нет колебаний духовной силы? Какого черта ты приперся сюда околачиваться? Распорядитель регистрации нетерпеливым взмахом руки отмахнулся, словно от назойливой мухи. ─ Проваливай, проваливай! Секта Тяньэнь отбросов не принимает! Сяо Хань стоял на месте, храня молчание. Его изодранные черные одежды резко диссонировали с окружающим великолепием. Притороченный за спиной черный клинок в обрывках ткани походил на обыкновенную поленьев для очага. Вокруг тут же раздался дружный гогот. ─ Ха-ха-ха! Уморить меня хотите! Этот смертный вознамерился в бессмертные податься? ─ Гляньте на его шмотки, они грязнее рубища моего слуги, небось с кладбища какого-то сдернул! ─ Нищеброд, вали отсюда, не паши благословенную землю своей нищетой! Язвительные насмешки градом сыпались на голову Сяо Ханя. Раньше он наверняка взбесился бы от гнева. Но теперь его сердце остыло сильнее вечных льдов. Насмешки толпы казались ему не более чем собачьим лаем. Он лишь молча вскинул голову, глядя на огромную стелу за спиной распорядителя. На камне были высечены правила Секты Тяньэнь. В самой нижней части виднелась мелкая строчка. «Всякий, не имеющий духовных корней, вправе взойти на Лестницу Восхождения к Бессмертию. Смертный, одолевшую вершину, также может вступить в нашу обитель». ─ Я поднимусь по Лестнице Восхождения к Бессмертию, ─ глухо, но непреклонно произнес Сяо Хань. Распорядитель опешил, после чего расхохотался еще громче. ─ Ха! Ты? Пойдешь на Лестницу? ─ он тыкал в Сяо Ханя пальцем, утирая проступившие от смеха слезы. ─ Парень, ты вообще понимаешь, что это за место? Девятьсот девяносто девять ступеней, каждая отягощена массивом гравитации, и чем выше, тем выше давление! ─ Сотни лет смертные пробовали свои силы, но лучший из них смог дотянуть лишь до трехсотой ступени, после чего превратился в кровавую лепешку! ─ Сунешься туда – верная смерть! Насмешки вокруг сделались еще громче. ─ Самонадеянный глупец! ─ Мечтатель! В этот момент стройная фигура в сопровождении нескольких старейшин секты проследовала сквозь толпу. Все вокруг тут же почтительно расступались, опуская головы в знаке почтения и затаенного благоговения. Это была святая Секты Тяньэнь, Му Шуан. Она шла прямой поступью, ее аура холода не подпускала никого близко. Но когда ее взгляд случайно скользнул по жалкому черному силуэту в центре толпы, шаг ее едва заметно дрогнул. Это лицо… Пусть оно покрыто шрамами и сажей, но эти глаза, это несгибаемое упрямство… Сяо Хань. Сердце Му Шуан кольнуло острой болью. Как он… докатился до такой жизни? Смотря на его рваные одежды, на запекшиеся потрескавшиеся губы, на безжизненную пустоту в его глазах, она ощутила удушливую волну жалости и вины. Ей хотелось подойти, спросить, через какой ад он прошел за эти дни. Но шедший рядом старейшина секты тяжело кашлянул, бросив на нее предупреждающий взгляд. Она – святая Секты Тяньэнь, лицо и гордость обители. А он – изгнанный из рода отброс с полностью разрушенными духовными корнями. Между ними давно пролегла пропасть. Губы Му Шуан дрогнули, но в конце концов она не произнесла ни слова. Сжав спрятанный в рукаве теплый нефритовый амулет, она заставила себя отвести взгляд и двинулась дальше. Однако Сяо Хань с самого начала не удостоил ее даже взглядом. Словно она была пустым местом. И эта отрешенность ранила Му Шуан больнее любых отравленных проклятий. Сяо Хань медленно развернулся и потащился тяжелой поступью по безлюдной тропе, ведущей к крутому обрыву. В конце дороги вилась уходящая в облака лестница, вымощенная костями и кровью. То была Лестница Восхождения к Бессмертию. Труднейший путь смертного к вершинам небес, суливший девять смертей на одно спасение. Не колеблясь ни секунды, он взвалил на спину черный меч и ступил на первую ступень. Бум! Чудовищная гравитация, подобная давлению целой горы, мгновенно обрушилась на его хребет! Тело Сяо Ханя согнулось, колени подогнулись, и он чуть не рухнул на камни. Стиснув зубы, он ощутил во рту солоноватый вкус крови. Но он не остановился. Шаг. Второй. Десятый. Его кости подневыносимым напором издавали жалобный хруст. Пот, смешанный с просачивающейся сквозь поры кровью, вмиг пропитал рваные одежды. Внизу те, кто только что потешался над ним, постепенно стихли. Глядя на фигуру, которая под чудовищным гнетом качалась, но продолжала лезть вверх шаг за шагом, зрители переходили от издевок к шоку. Безумец. ю Этот парень – сущий безумец! Пятисотая ступень. Правое колено Сяо Ханя хрустнуло с сухим треском. Глухо застонав и качнувшись, он едва не сорвался вниз. Тогда он опустился на это искалеченное колено, цепляясь руками и пуская в ход зубы, волоча израненное тело дальше вверх! Семисотая ступень. Кости на его руках переломились вдребезги, ладони превратились в сплошное месиво из мяса и крови. Он уже напоминал не человека, а ползущий по земле кровавый обрубок. Девятисотая ступень. Он остановился. У него не осталось сил даже на то, чтобы пошевелить пальцем. Зрение заволокла пелена. Сознание, словно оперенный пламенем светильник, готово было погаснуть в любой момент. Неужели… конец? Нет… Я не смирюсь! В мгновение, когда его собиралась поглотить тьма… Покрытое трещинами и потускневшее кольцо реинкарнации на его пальце вдруг слабо блеснуло. А затем с треском разлетелось вдребезги. Призрачный, почти прозрачный силуэт старца вынырнул из осколков кольца. Это был тот самый долго спавший наставник. ─ Эх… ─ глядя на лежащее внизу разбитое тело, старик испустил долгий вздох. ─ Глупый мальчишка… лишившись судьбы, ты остался беззащитен даже перед стариком… ─ И все же… В его глазах вспыхнул огонек умиротворения. ─ Пусть у тебя больше нет судьбы, зато у тебя есть хребет, перед которым само небо склонит голову! ─ Хорошо! Прекрасно! ─ Прожив жизнь в расчетах и прокладывая другим пути, я и помыслить не мог, что окажусь слепее мальчишки вроде тебя! ─ Была не была! Старец воздел руки к небу, и в его смехе звучали трагизм и непоколебимая решимость. ─ Последняя искра моей угасшей души пусть послужит костром для твоего несгибаемого хребта! ─ Мальчишка, не верь небесам! Верь себе! С этими словами его призрачная душа вспыхнула ярким пламенем! Превратившись в шар золотого огня, она метеором ринулась прямо в грудь Сяо Ханя! Бум! Тело Сяо Ханя содрогнулось! Разрушительная, превосходящая все мыслимые пределы боль взорвалась в каждом его суставе! Переломанные кости перемалывались заново и срастались! Иссякшие каналы горели и создавались с чистого листа! ─ А-а-а! ─ нечеловеческий вопль исторгся из глубины его горла! Он рывком вскочил на ноги, издав рев наотмашь небесам! Его истерзанная плоть под воздействием золотого пламени на глазах претерпевала процесс полного перерождения! В следующую секунду. Он двинулся с места. Один шаг! Бац! Девятьсот девяностая ступень разлетелась в щепки! Еще шаг! Бум! Девятьсот девяносто девятая обратилась в пыль! Залитый кровью, окутанный чудовищной жаждой убийства, подобно вернувшемуся из преисподней демону, он тяжело рухнул на площадку вершины горы. Прямо перед ошеломленным распорядителем. На площади воцарилась мертвая тишина. Люди стояли будто громом пораженные, не в силах вымолвить ни слова. Вдали Му Шуан прижалась рукой ко рту, глаза ее застилали слезы, а подаренный и хранимый ею годами нефритовый амулет обратился в пыль в ее ладони. Сяо Хань с непроницаемым лицом принял из рук онемевшего распорядителя железный жетон, подтверждающий его статус. И в тот же миг, как жетон лег в его ладонь… Он резко обернулся, глядя на толпу у подножия. Потому что отчетливо почуял знакомую до дрожи в костях, заставляющую трепетать душу волну… черной полосы! Это она! Эта проклятая девчонка! Его взгляд пронзил людское море и мгновенно столкнулся с другой парой чистых и растерянных глаз, только что вошедших в толпу. Она! Это снова она! При встрече заклятых врагов глаза наливаются кровью! ─ Дзынь! ─ Сяо Хань наполовину выдернул черный клинок из ножен, целясь острием в ненавистный силуэт, а голос его хрипел от переполнявшей душу ядовитой злобы: ─ Девчонка! Верни мне жизнь!! Вся площадь в едином порыве уставилась на них двоих. Однако перед лицом его жуткой жажды убийства, источавшей аромат кровавых рек… Су Яо лишь склонила голову набок, в ее огромных глазах читалось детское любопытство. Она вытянула палец и ткнула в старый рубец на его лбу. ─ Э? ─ А твоя шишка… куда делась? ---------- «Потерянная рукопись» Одинокий рев Сяо Ханя прозвучал подобно удару грома, раскатившемуся над головами каждого присутствующего. Десятки тысяч взглядов разом отлетели от фигуры окровавленного демона, только что сокрушившего Лестницу Восхождения к Бессмертию, и устремились туда, куда указывал клинок юноши. Там стояла с виду хрупкая, беззащитная и даже слегка растерянная девушка. ─ Что происходит? Кто этот парень? От него исходит чудовищная жажда убийства! ─ Разве он не смертный, только что осиливший вершину? Какая у него может быть личная вражда с девчонкой? ─ Из какого она рода? Выглядит совершенно заурядно… ─ Заурядно? Ты ослеп? Не видишь, кто стоит рядом с ней? ─ приглушенно бросил кто-то из учеников знатной семьи, обладавший особенно острым взором. ─ Это же Железнолицый Янара из Зала Судеб Сект Тяньэнь, Е Фэн, а также… Лин Цзысяо, мастер Башни Всеведения! Стоило этим словам прозвучать, как вокруг послышались испуганные вздохи. Разве мог обычный человек заслуживать того, чтобы эти два грозных столпа охраняли его по обе стороны? Атмосфера на площади вмиг стала зловещей. В глазах Сяо Ханя отражалась одна лишь Су Яо, а всепоглощающая ненависть казалась почти осязаемой. Кровь в его жилах кипела от злости, а Клинок Взлома Судьбы в руке испускал непрерывное гудение. Именно она! Главная виновница, что уничтожила его наследие, погубила старика-наставника и низвергла его на самое дно! Сегодня, прямо здесь, у врат Секты Тяньэнь, он собственноручно оборвет эту порочную связь! ─ Умри! – взревел Сяо Хань, и его силуэт обратился в черную молнию. Клинок Взлома Судьбы вычертил в воздухе смертельную дугу, целясь прямо в горло Су Яо! ─ Старшая, берегитесь! – в ужасе воскликнул Е Фэн, мгновенно обнажая меч, чтобы принять удар на себя. ─ Не спеши, – Лин Цзысяо протянул руку, останавливая его, а уголки его губ изогнулись в улыбке, полной жгучего интереса. Ему не терпелось увидеть, как Су Яо справится с подобной смертельной западней. Дикий вихрь от клинка ударил в лицо, взметнув пряди волос на лбу девушки. Леденящая кровь жажда убийства заставила волосы на ее теле встать дыбом. Однако она даже не шевельнулась. Причиной тому послужило то, что за секунду до внезапной атаки Сяо Ханя накопились последствия бесконечной беготни последних дней, крайнее нервное напряжение и последовавший за расколом Жемчужины Забвения Пыли откат силы. Непреодолимая волна дремоты нахлынула подобно приливу. Су Яо зевнула. Она бессознательно чуть опустила голову, подняла руку и потерла сонные… глаза. Движение было самым обыденным. Но именно оно позволило ей в самый последний миг идеально разминуться со смертельным ударом Сяо Ханя. Вжих! Ци клинка, в которую Сяо Хань вложил всю волю смертного, бросающего вызов небесам, пронеслась в волоске от макушки Су Яо. Зрачки Сяо Ханя сузились. Увернулась? Нет, погодите! Она вовсе не уворачивалась, а просто… зевнула? Что это должно значить? Издевательство? Однако прежде чем он успел вновь влить силу в клинок, его промахнувшийся удар угодил прямиком в то, что находилось впереди – в опору регистрационного стола. Вернее, в толстую пеньковую веревку, давно прогнившую от ветров и дождей, на которой держался праздничный транспарант. Раздался сухой щелчок. Веревка мгновенно лопнула. Огромный транспарант из тысячелетнего железного дерева, на котором изящными золотыми иероглифами красовалась надпись «Церемония приема учеников Секты Тяньэнь», лишился своей единственной опоры и с оглушительным свистом рухнул вниз! ─ Я… – распорядитель, отвечавший за регистрацию, задрал голову и остолбенел, не успев даже сообразить, что происходит. Грох! - тяжеленный деревянный баннер пришелся аккурат по запястью несчастного, державшего на весу кисть. ─ А-а-а! – завопил распорядитель голосом резаного кабана, а его запястье изогнулось под неестественным углом. От невыносимой боли рука непроизвольно дрогнула. Кисть, обильно смазанная тушью, вылетела из пальцев, описала в воздухе изящную дугу и угодила точнехонько в стоявший рядом огромный чан с тушью. ─ Бултых! – еще хуже было то, что из-за потери равновесия от боли его вторая рука инстинктивно хлопнула по столу. Полный до краев чан со специальной звездной тушью, славившейся тем, что она «не тускнеет сотню лет и стоит тысячу золотых за каплю», перевернулся целиком! Хлюп! Черная жидкость водопадом хлынула вниз, заливая всю поверхность стола. Лежавший там единственный в своем роде «Реестр Небесных Гордых Одаренных», сшитый из шелка тысячелетнего духовного шелкопряда с листами из золота и яда, куда заносились имена, происхождение и качество духовных корней всех успешно прошедших предварительный отбор новичков, оказался полностью залит черной жижей. Тушь мгновенно впиталась, и весь реестр превратился в сплошной угольно-черный ком: теперь в нем нельзя было разобрать не то что имен, но даже отдельных черточек. Вся Нефритовая площадь вновь погрузилась в гробовую тишину. Люди оцепенели. Лица тех самых одаренных, что битый час простояли в очереди и с таким трудом добились внесения своих имен, побелели как полотно. ─ Мое имя… ─ Все… всё уничтожено? …и что же теперь делать?! Распорядитель, уставившись на запятнанную чернилами книгу, утратил последние краски на лице, закатил глаза и чуть не испустил дух от разрыва сердца на месте. Этот реестр предназначался для отправки высшему руководству секты! Это был единственный документ, определяющий распределение новичков! Потерять его равнялось уничтожению фундамента всей церемонии! За подобный проступок голову с плеч снесут не только скромному внешнему распорядителю – сюда явись сам глава Зала Судеб, и то не смог бы откупиться! ─ Это ты! Во всем виноват ты! – животный инстинкт самосохранения подсказал распорядителю истинного виновника, и он, тыча пальцем в застывшего с занесенным клинком Сяо Ханя, разразился истерическим воплем. ─ Стража! Схватить его! Этот безумец намеренно сорвал великую церемонию и уничтожил священные списки! Преступления казнят смертью! Толпа стражников правопорядка тут же пришла в движение, мигом окружив ошарашенного Сяо Ханя плотным кольцом. В голове юноши гудело. Разве… разве я пришел не для того, чтобы убить эту ведьму? Каким образом всё вдруг свелось к диверсии на церемонии? Растерянный взгляд парня обратился к источнику бедствий, но миниатюрная фигурка уже успела спрятаться за массивную каменную колонну, выставив наружу лишь половину головы. Она смотрела на происходящее большими, чистыми и невинными глазами, в которых читались испуг и детское любопытство. Девушка не сделала ровным счетом ничего. Она всего лишь зевнула. Тем временем реакции наблюдателей создавали поистине разительный контраст. В глазах Линь Цзысяо сиял блеск ценителя, любующегося редчайшим произведением искусства. Безупречно. Начавшись с простого зевка, каждый последующий шаг цеплялся за предыдущий с бесшовной точностью, задействуя минимальное количество переменных ради достижения максимально тотального и смертоносного хаоса. Это поистине чудо причинно-следственной связи. Е Фэн же шумно втянул воздух, а в его глазах читалось почти религиозное благоговение. Он понял! Он снова всё понял! Старшая своими действиями дала наглядный урок абсолютному большинству: вот что значит Великое Дао в простоте! Единый зевок – внешне случайный, но на деле несущий в себе абсолютный контроль над временем, углом и приложенным усилием! Старшей претит прогнивший закон Секты Тяньэнь, делящий людей на сорта по качеству «духовных корней», а потому она чужими руками уничтожила списки, даруя каждому смертному равный шанс на честную борьбу! Какая широта души! Какая мощь воли! Тем временем Му Шуан, заметив, как стражники сжимают кольцо вокруг Сяо Ханя, почувствовала, как сжалось ее сердце. Девушка невольно шагнула вперед, судорожно сжимая в рукаве горстку теплого нефрита, что давно обратился в пыль и теперь больно впивался в кожу. Он с таким трудом добрался до вершины, почему же всё так… ─ Соблюдайте тишина! – властный окрик обрушился сверху, и в воздухе возник старец в пурпурно-золотых одеждах с седыми волосами и гневно потемневшим лицом. То был великий старейшина внешних врат Секты Тяньэнь! ─ Что здесь творится?! – окинув взглядом устроенный на площади погром, старейшина затрясся от бешенства. ─ Старейшина! Это он! – распорядитель подполз к нему на четвереньках, цепляясь за подол и заливаясь слезами. ─ Этот смертный затаил злобу и умышленно уничтожил… уничтожил реестр! Взгляд старейшины пронзил Сяо Ханя подобно острому мечу. Однако, заметив в руках юноши подлинный металлический жетон, покрытый запекшейся кровью, брови старика сошлись на переносице. ─ Он уже поднялся на вершину и стал нашим учеником, с какой стати ему заниматься подобной глупостью? – проведя на свете не одну сотню лет, старейшина с первого взгляда почуял неладное. Беда заключалась в другом: реестр-то был уничтожен! Без имен и записей о талантах десять тысяч новобранцев превращались в неразрешимую задачу: кто есть кто, каков чей дар, кому отправляться на какой пик, кому суждено стать прямым учеником, а кому – внешним? Всё перемешалось! И вот это представляло собой поистине катастрофическую головную боль! Паря в воздухе, старейшина лихорадочно соображал, мечась между гневом и необходимостью принимать решения. Переписать заново? Невозможно, времени уйдет слишком много, да и горделивые таланты устроят бунт, если заставить их выстаивать очередь во второй раз. Проверять каждого заново? Еще менее реалистично. Как быть? Окинув взглядом гудящую толпу испуганных, злых и растерянных юных лиц, он с досадой взмахнул рукавом. Наконец, скрипя зубами, он принял отчаянное и вместе с тем вынужденное решение. ─ Слушайте мой приказ! – его голос разнесся по всей площади. ─ Реестр учеников поврежден по непредвиденным обстоятельствам, сверить их таланты невозможно! ─ Во имя справедливости отныне предварительный отсев по качеству корней отменяется! ─ Все до единого… – отправляются прямиком на испытание боем! Стоило этому приказу прозвучать, как площадь взорвалась воплями возмущения! Те бродяги и слуги, что изначально не питали надежд из-за нищенских духовных корней, рыдали от счастья, обнимая друг друга. А молодые господа с первоклассными корнями, которые должны были получить места без экзаменов, ощущали себя так, будто проглотили по десятку жирных мух. Десять лет упорной учебы – и вместо спокойного зачисления вас отправляют на гладиаторскую резню? Но приказ старейшины есть закон, и никто не осмеливался пирикнуть хоть слово. Вскоре каждому в руки вручили одинаковые боевые деревянные жетоны. Теперь всё решалось не чистотой меридианов, а исключительно силой кулаков. Посреди этого общего бедлама… Сяо Хань стоял на прежнем месте, сжимая в пальцах силой всученный ему новый жетон участника боевого испытания. Он уставился на него, затем поднял взгляд на ту самую девчонку неподалеку, с любопытством разглядывающую собственный жетон, и его лицо окрасилось в мертвенно-сизый оттенок. Волна абсурдности происходящего – сильнее, чем удар небесной молнии, обиднее, чем преследование мириадов демонов – забурлила в его груди. Я… я ведь шел убить ее. Почему? Почему в конце концов она снова невольно помогла мне? Что это за проклятый закон причинности такой? ---------- «Камни лопаются один за другим» Решение старейшины отправить всех участников сразу на боевое испытание вызвало ропот среди знатных гениев, но открыто возражать никто не посмел. В конце концов, реальный бой – лучший критерий для проверки истинного таланта. Вскоре под предводительством стражи десять тысяч учеников миновали Белую нефритовую площадь и вошли на просторный полигон, уставленный десятками огромных арен. В самом центре полигона выстроился ряд из десяти черных валунов высотой в человеческий рост. ─ Это камень измерения духовной силы Девяти Сокровенных! – кто-то в толпе испустил восторженный возглас. ─ Говорят, этот камень способен безошибочно определять стихию духовных корней, возраст костей и даже мощь духовной сущности. Он делится на девять цветов: красный, оранжевый, желтый, зеленый, голубой, синий, фиолетовый, черный и золотой! ─ Фиолетовый свет встречается один на миллион, а золотой и вовсе существует лишь в легендах! ─ Перед боевым испытанием вы обязаны пройти финальную оценку костей, что напрямую повлияет на распределение ресурсов после вступления в секту! – громогласно объявил распорядитель, стоя на высоком помосте. ─ А теперь по порядку номеров подходим к камням! ─ Первым буду я! – мускулистый юноша с высокомерным выражением лица выскочил вперед. Он прижал ладонь к измерительному камню и влил в него внутреннюю энергию. Вух! Камень вспыхнул ослепительным желтым светом, взметнувшимся на высоту трех чжанов! ─ Желтый ранг высшей степени! Возраст костей – девятнадцать лет! Неплохо, отправляйся на пик Земляных Духов! – кивнув, распорядитель сделал пометку. Юноша самодовольно удалился, наслаждаясь завистливыми взглядами окружающих. Затем одаренные один за другим выходили на помост, и полигон запестрел разноцветными вспышками. ─ Зеленый ранг средней степени! Поистине великолепно! ─ О небеса! Синий свет! Это же юный маркиз из столичного рода Ли, верно? На какое-то время площадь заполнилась сценами триумфа молодых талантов, и атмосфера накалилась до предела. ─ Следующий, номер триста семьдесят два – Чжао Уцзи! – провозгласил судья. Под звуки этого имени вперед неторопливо вышел красивый молодой человек в роскошных пурпурных одеждах, в чьем взгляде читалось врожденное высокомерие, окруженный целой свитой. ─ Это же старший брат Чжао! ─ Слышал, у него врожденное телосложение Бессмертных Фиолетовых Чертогов, в этот раз он точно вызовет фиолетовое сияние! ─ Какое там фиолетовое, мне кажется, он способен затронуть даже легендарный черный цвет! Чжао Уцзи купался в лести, а уголки его рта изогнулись еще выше. Ему нравилось быть в центре внимания. Окинув взглядом толпу, он в конце концов задержал взгляд на скромной девушке в самом углу. Он помнил ее – на площади она ошивалась рядом с Линь Цзысяо. Чжао Уцзи усмехнулся про себя. Всего лишь пустышка, выживающая за счет мужчин. Сегодня он покажет ей, что такое истинный талант! Шагнув к первому измерительному камню, он дождался, пока площадь погрузится в тишину в ожидании чуда. Парень медленно поднял руку и опустил ее на холодную поверхность валуна. В то же время неподалеку в толпе… Шум и восхищенные возгласы доносились до Су Яо словно сквозь ватную пелену. Она растерянно смотрела, как стоящие перед ней люди по очереди подходят к камню, светятся и уходят. Ей требовалось лишь двигаться следом за остальными, продвигаясь вперед шаг за шагом. Потому её нога непроизвольно качнулась, и она продвинулась в толпе на один крошечный шаг вперед. Именно этот шаг. Находящийся в ее рукаве жетон с иероглифом «Су», медная монета Ключа от Возвращения к Истоку и спрятанная за пазухой половина овечьей шкуры едва заметно соприкоснулись друг с другом из-за тесноты. Едва уловимая, незримая серая дымка бесшумно выскользнула из ее тела, расходясь по округе кругами на воде, словно легкая рябь. Впереди. Рука Чжао Уцзи наконец коснулась камня! Колоссальная духовная сила внутри него устремилась внутрь подобно прорвавшей дамбу воде! Ожидаемого взрыва фиолетового света в небе не произошло. Зудящий звук… Стоявший здесь тысячелетиями и проверивший бесчисленное множество гениев измерительный камень вдруг издал странный, похожий на скрип зубов предсмертный стон. Бах! Оглушительный грохот! Стоивший целое состояние и считавшийся неразрушимым камень Девяти Сокровенных взял и… взорвался! Рассыпавшись на тучу разлетающейся во все стороны пыли! Мощная ударная волна отбросила Чжао Уцзи назад, и он, перемазанный сажей и грязью, плашмя грохнулся на землю, полностью потеряв дар речи. ─ Ка… как это понимать? ─ Измерительный камень… взорвался? ─ Неужели духовная сила старшего брата Чжао оказалась настолько мощной, что просто разорвала его? Толпа замерла, а затем зашумела пуще прежнего. Линь Цзысяо, наблюдавший за происходящим, позволил своей мягкой улыбке обрести оттенок искренности. Он медленно вращал в правой руке нефритовый грецкий орех, а в его глазах блестел восторг ценителя шедевра. Смотрите, сколь прекрасен этот хаос. Минимальная переменная запускает точнейшее крушение устоев. Появление в Секте Тяньэнь оказалось верным решением. Судейский чиновник на помосте тоже лишился дара речи; осмотрев осколки, он нахмурился и пробормотал: ─ Странно, вовсе не похоже, будто его разорвало изнутри… Скорее… словно в массиве произошел сбой? Бросив раздраженный взгляд на до сих пор ошарашенного Чжао Уцзи, он нетерпеливо махнул рукой. ─ Хватит валять дурня, переходим к следующему! Лицо Чжао Уцзи покраснело до корней волос от унижения. Яростно зыркнув на смельчаков, посмевших хихикать над ним, он со скрипом в зубах направился ко второму камню. ─ В этот раз промашки не будет! – пообещал он себе мысленно и снова вдавил ладонь в камень! В задних рядах толпы. Заметив, что впереди освободилось место, Су Яо машинально сделала еще один крошечный шаг вперед. Бах! Второй измерительный камень разлетелся на куски ровно так же! Превратившись в точно такую же пыльцу! Чжао Уцзи: «…» Распорядитель: «…» Зрители на трибунах: «…» ─ Е… еще один! Замените! – голос чиновника слегка дрожал. Чжао Уцзи уперся рогом и зашагал к третьему камню. Су Яо вновь шагнула вперед. Бах! Третий камень пошел прахом! Стоявший поодаль Е Фэн с помрачневшим лицом принялся гладить несуществующую бородку, погружаясь в глубокие раздумья. Он всё понял. Старшая вовсе не занималась вредительством. Это было испытание! Камни Девяти Сокровенных измеряют кости, но пуще того – они испытывают чистоту сердечного Дао! Тот юнец излишне тславен и обладает шатким фундаментом, а старшая при помощи высшей магии очищает зерна от плевел для всей Секты Тяньэнь! Разрушаются не камни, а никчемная, суетная вера в собственное превосходство! О, как это грандиозно! Как мощно! Четвертый! Бах! Пятый! Бах! … То, что последовало дальше, стало для всех присутствующих кошмаром, который не изгладится из памяти до конца дней. Пурпурный гений шел по полигону словно проклятое воплощение чумы – стоило ему подойти к камню, как тот немедленно детонировал. Сухие хлопки разносились повсюду, напоминая праздничный фейерверк в дни Нового года, не прекращаясь ни на секунду. Бах! Бах! Бах! Бах! Бах! Со второго до четвертого, пятого… и вплоть до самого последнего, десятого камня! Когда последняя горсть каменного крошева мягко спланировала на землю… Над всей ареной повисла долгая, давящая, удушливая тишина. Каждый смотрел на застывшего в нелепой позе с протянутыми руками Чжао Уцзи взглядом, каким смотрят на призрака. Еще больше людей – включая Линь Цзысяо и Е Фэна – устремили взоры на ту самую девушку, что от самого начала просто продвигалась за толпой шаг за шагом с невинным видом, словно говоря: «Почему до меня до сих пор не дошла очередь?» Подобная сюрреалистичная атмосфера заставила Су Яо занервничать. Оглядев опустевшие руины платформ и испуганные лица вокруг нее, она наконец робко приподняла собственную руку, а голос ее прозвучал тихо, обиженно и жалобно: ─ Честное слово… я ведь даже не дотронулась до него. Эта фраза сработала подобно искре, брошенной в пороховой погреб, вмиг воспламенив всеобщую панику! ─ Монстр! ─ Она ничего не сделала, а десять камней рассыпались в прах! ─ Держитесь от нее подальше, живо! Толпа шарахнулась в стороны, образовав вокруг Су Яо огромную мертвую зону. Девушка осталась стоять посреди пустого пятачка, растерянно моргая и чувствуя себя еще более несчастной. Она ведь просто хотела прикоснуться к камушку. В этот момент… На самом высоком помосте смотровой площадки, доселе молчавшем, резко поднялась целая группа фигур! То был вице-глава Секты Тяньэнь, а с ним несколько старейшин из числа тех, кто никогда прежде не показывался на публике! Один из них, с волосами белыми как снег и энергетикой бездонного океана, уставился на одинокую фигурку внизу. В его глазах, повидавших тысячи лет перемен, впервые проступил ничем не сдерживаемый ужас и трепет! Руки старшины в широких рукавах мелко дрожали! Повернувшись к вице-главе, чье лицо тоже исказилось от потрясения, он хриплым, сорванным от потрясения голосом произнес по слогам: ─ Вице-глава… ты разглядел? ─ Те десять камней… их не разорвало никакой внешней силой… Его кадык судорожно дернулся, прежде чем он с трудом выдавил оставшиеся слова: ─ Они… они испытали ужас! ─ То, что таится в этой девочке – вовсе не судьба выдающегося гения… ─ Это… это пустота, перед которой отступает даже сама воля небес! ---------- «Обращение лекарственных свойств! Крах притворной слабости» Дрогнувший голос Старейшины, произнесший «пустота», погрузил всю смотровую трибуну в мертвую тишину. Заместитель главы секты Тяньэнь и несколько верховных старейшин были древними монстрами, прожившими не одну тысячу лет. Глядя на стоящую внизу девочку с невинным видом, будто она совершила какую-то шалость, они, словно по команде, почувствовали, как по спинам пробежал холодок. Это невозможно постичь. Это невозможно объяснить. Это невозможно контролировать. Заместитель главы секты сделал глубокий вдох, усилием воли возвращая себе самообладание. ─ Это дело… пока оставим. ─ А сейчас действуем по плану – проводим боевое испытание. За этой девочкой – особое наблюдение. ─ Слушаюсь. На боевой арене после короткого оцепенения вновь вспыхнул хаос. ─ Все камни для измерения корней сломаны, как теперь оценивать? ─ Кто она вообще такая? Это же просто ужас! Экзаменаторы, не зная, что делать, в конце концов были вынуждены запросить указаний у руководства. Вскоре поступил новый приказ. Этап оценки костяка и корней отменяется. Все, согласно номерным жетонам, немедленно приступают к парным боям на выбывание! А Су Яо, виновницу того, что все тестовые инструменты были уничтожены, признали не подлежащей оценке и, недолго думая, отправили на самый дальний, никому не интересный семнадцатый помост. ─ Фу-ух… Су Яо с облегчением выдохнула. Не нужно больше трогать эти взрывающиеся камни, и хорошо. Она неторопливо взобралась на помост и посмотрела на своего противника, державшего такой же жетон с номером семнадцать. Её соперника звали Линь Тянь. Внешность самая обычная, уровень cultivation был так себе. Одет он был в выцветшую, много раз стиранную форму ученика и стоял, робко съёжившись. Внизу тут же раздался неприкрытый издевательский хохот. ─ Ха-ха-ха, смотрите, два ничтожества попали в одну группу! ─ Одно чудовище, которое разнесло все измерительные камни, и тощий парень, который даже стадии Создания Основания не достиг. Этот семнадцатый помост – просто позор всей нынешней церемонии набора! ─ Спорим, этот парень обмочит штаны от страха перед этим монстром с первого же удара! Линь Тянь, слушая эти насмешки, опускал голову всё ниже, но его кулаки в рукавах сжимались до хруста, а в глазах вспыхивала злоба и фанатизм, совершенно не соответствовавшие его внешнему виду. Ничтожество? Тощий? Вы, слепые идиоты! Скоро я покажу вам, что значит по-настоящему притворяться свиньёй, чтобы съесть тигра! В душе он яростно заорал на виртуальную панель, которую видел только он сам: ─ Система! Обменяй мне ту Пилюлю Трех Секунд Исступления! [Дзинь! Потрачено 999 очков пощечин. Успешно получена «Пилюля Трех Секунд Исступления»! Эффект: в течение трёх вдохов уровень cultivation хоста мгновенно поднимется до Великого Совершенства стадии Золотой Пилюли! Побочный эффект: после окончания действия – слабость в течение трёх месяцев.] На его ладони появилась пилюля, мерцающая тусклым золотистым светом. Линь Тянь ликовал в душе. Вот оно! Сейчас я притворюсь испуганным перед этим девчонкой-монстром, попрошу пощады, а когда она ослабит бдительность, проглочу эту пилюлю! Три вдоха – и я Великое Совершенство Золотой Пилюли! Один удар! Мне нужен всего один удар, чтобы мгновенно убить её на этом помосте! И тогда весь зал содрогнётся от шока! Будет приветствовать меня! Те, кто смотрел на меня свысока, будут умолять меня на коленях! А эта девчонка-монстр станет первой ступенькой моего стремительного взлёта! Чем больше он об этом думал, тем сильнее возбуждался, даже дыхание стало тяжёлым и прерывистым. ─ Дон! Прозвучал удар гонга, ознаменовавший начало испытания! ─ Девочка, советую тебе сейчас же признать поражение! Линь Тянь поднял голову, натянув на лицо самодовольную, наглую ухмылку. ─ А иначе, кулаки да ноги не разбирают, вдруг поранят твоё хорошенькое личико – будет обидно! Он произносил угрозы, а сам тем временем, не меняясь в лице, медленно подносил запретную пилюлю ко рту. Внизу, у помоста. Е Фэн, наблюдая за этим, нахмурился и тихо произнес, обращаясь к стоящему рядом Лин Цзысяо: ─ У этого человека дыхание беспорядочное, но взгляд жестокий. Наверняка у него есть козырь в рукаве. Как считаешь, госпожа… ─ Не спеши с выводами. Лин Цзысяо, покачивая складным веером, улыбался, как лиса. ─ Поединок твоей уважаемой госпожи будет куда интереснее любого сказания. Просто наслаждайся представлением. На помосте. Су Яо с лёгким недоумением склонила голову набок, глядя на мужчину напротив, который только что был робким, а теперь вдруг стал наглым. Зачем он что-то ест? Разве во время боя можно перекусывать? Хотя… у него такая некрасивая улыбка. И взгляд у него противный. Молча подумала про себя Су Яо. И в это же мгновение в её голове промелькнула одна чрезвычайно лёгкая, едва уловимая даже для неё самой мысль. Только не по лицу, это же больно, и не дай бог крови, это страшно… Пусть он лучше сам упадёт. И в это самое мгновение. Сила, которую она носила в себе и которая называлась «пустота», словно самый точный скальпель, беззвучно и незаметно воздействовала на Пилюлю Трех Секунд Исступления, которую Линь Тянь уже подносил ко рту. Пилюля была высокого ранга, и заключённая в ней духовная энергия действительно была бурной. Но то, из чего она была создана, в конечном счёте подчинялось законам небесной и земной духовной энергии и законам лекарственных трав этого мира. Пред лицом «пустоты» любые законы можно было исказить. Лекарственные свойства, которые должны были стимулировать скрытый потенциал человеческого тела и провоцировать взрыв духовной энергии, были тихо обращены в самой своей основе, в структуре фармакологии. Бурная огненная духовная энергия была подменена… на энергию, вызывающую сильнейшее охлаждение и очищение организма. И Линь Тянь об этом даже не подозревал. Глядя на Су Яо, которая стояла неподвижно, словно оцепенев от страха, он достиг пика своей наглости. ─ Ха-ха-ха! Теперь испугалась? Поздно! С диким хохотом он, не колеблясь ни секунды, запихнул в рот ту самую запретную пилюлю, в которой были заключены все его надежды! Пилюля растаяла, коснувшись языка. Мощная сила мгновенно взорвалась в его даньтяне! Вот оно! Глаза Линь Тяня мгновенно расширились, он приготовился принять эту сокрушающую всё силу! Однако… Ощущения, которое он предвкушал – как духовная энергия наполняет его конечности, как cultivation растёт с каждым мигом – не появилось. Вместо этого… Буль-буль… буль-буль-буль… Раскатистый грохот, подобный грому, без каких-либо предзнаменований донёсся из его живота! Та самая мощная сила не устремилась в его меридианы, а превратилась в сокрушительный поток, который рванул прямиком к его самому уязвимому месту… к тому самому, что служит для выхода переработанного! ─ Хм? Наглый смех Линь Тяня резко застрял у него в горле. Цвет его лица сменился с наглого багровца на удушливо-фиолетовый. Непреодолимое, чрезвычайно сильное желание опорожнить кишечник мгновенно захлестнуло всё его сознание! ─ Н-нет… не так… почему… Он попытался крепче сжать меч в руке, но обнаружил, что все силы его тела лихорадочно сосредоточены на сокращении одного очень деликатного места. Он попытался направить духовную энергию, но обнаружил, что она в даньтяне окончательно взбунтовалась, превратившись в топливо, подгоняющее этот самый поток! ─ П-ф-ф… Один чрезвычайно лёгкий, но в то же время оглушительно чёткий в тишине помоста звук раздался у него за спиной. Следом за этим смрад, способный соперничать с химическим оружием, ударной волной распространился от него во все стороны! ─ Ох! – нескольких учеников, стоявших ближе всех к помосту, тут же вырвало. ─ Боже! Что за запах! ─ Он… что он делает?! Линь Тянь был полностью сломлен! Его ноги, его тело бешено дёргались на помосте, он исполнял какой-то нелепый «танец со скрещёнными ногами». Его лицо уже побагровело, слёзы и сопли текли ручьём. ─ Я… я не… это не я… Он пытался оправдаться, но с каждым произнесённым словом гром в животе становился всё громче, а его защита рушилась всё сильнее. ─ П-ф-ф… п-ф-ф-ф-ф… Серия громких, сочных, с эхом звуков окончательно объявила о банкротстве его достоинства. Смрад мгновенно заполнил всю боевую арену. ─ Мерзавец!! Экзаменатор, ответственный за семнадцатый помост, зажав нос, с посеревшим от злости лицом взбежал на помост. Он взглянул на скорчившегося на полу, уже находящегося в крайне плачевном состоянии Линь Тяня, принюхался к этому умопомрачительному запаху, и его желудок совершил кульбит. Больше не в силах это терпеть, он пнул Линь Тяня с помоста и заорал на находившихся неподалёку учеников закона: ─ Уберите его! Уберите! Этот тип принял поддельную запрещённую пилюлю, нарушил порядок на церемонии, опорочил нравы секты. Немедленно исключить!! Двое учеников закона, также зажимая носы, с отвращением на лицах, схватили уже потерявшего сознание Линь Тяня и поспешно унесли его прочь с места происшествия. С самого начала и до самого конца. Су Яо просто тихо стояла на другом конце помоста, не пошевелив и пальцем. Одержать первую победу, не обнажая меча. Вся боевая арена вновь погрузилась в зловещую тишину. Десятки тысяч взглядов – от изумления к непониманию, а затем, все как один, превратились в глубинный, идущий из самой души ужас. Они смотрели на эту всё ещё растерянную девушку, словно на невыразимого древнего бога, облачённого в человеческую кожу. Внизу. Е Фэн, глядя на это невероятное зрелище, раскраснелся от волнения. Он громко хлопнул в ладоши и, обращаясь к остолбеневшему Лин Цзысяо, с предельно серьёзным и благоговейным видом воскликнул: ─ Глава павильона Лин! Ты видел это?! ─ Вот это истинный предел боевого искусства! Наша госпожа даже не соизволила применить ни одного приёма! ─ Она просто стояла там, и своим высшим, подобным закону небес, Дао-настроем напрямую сокрушила его боевой дух! Заставила его внутреннего демона разрастись, окружила его скверной, и он пал без боя! ─ Победить без единого удара, склонить врага к капитуляции! Она даже не позволила пролиться его крови, сохранила ему жизнь! Это путь истинного короля! Меч милосердия! Лин Цзысяо: «…» Он посмотрел на раскрасневшееся, полное благоговения лицо Е Фэна, на котором было написано «Я познал истину», затем перевёл взгляд на стоявшую на помосте Су Яо, которая, казалось, всё ещё недоумевала, «почему этот человек мучается животом». ─ Щёлк. Лёгкий хруст. Один из двух тёплых нефритовых орехов, которые он сжимал в правой руке, треснул прямо посередине. Это что же… он просто объелся и теперь мучается животом? ---------- «Ярость смертного» Победа на семнадцатом помосте после первых мгновений потрясения не вызвала особого резонанса в душах небесных гениев. Ведь его противником был какой-то безвестный выскочка, опозорившийся на людях из-за приёма дрянной запрещённой пилюли. В глазах этих баловней судьбы это было не более чем шутовство, разыгранное на помойке. Вскоре начался второй раунд боев на выбывание. Сяо Хань стоял на третьем помосте – центральной арене, уступающей по значимости лишь главному, первому помосту. Все взгляды были прикованы к нему. Его противником был молодой человек в роскошных одеждах, с надменным лицом, по имени Цянь Тун. Он приходился родным внуком одному из влиятельных старейшин внутренней секты Тяньэнь и достиг поздней стадии Очищения Ци. ─ О? Так ты и есть тот никчёмный смертный, которому невероятно повезло взобраться по Лестнице Восхождения к Бессмертию? Цянь Тун смерил Сяо Ханя презрительным взглядом, на губах его застыла неприкрытая насмешка. ─ Я слышал, твой противник в прошлом раунде был дураком. Хех, дурак к дураку – отличная пара. Внизу тут же раздался хохот. ─ Брат Цянь прав! Этот смертный вообще не достоин здесь стоять! ─ А ну вали отсюда! Не позорься перед братом Цянем! Сяо Хань, не меняясь в лице, лишь машинально провёл большим пальцем по едва заметной отметине на пальце – следу от кольца. Старика больше нет. ─ Дон! Прозвучал удар гонга. Цянь Тун даже не соизволил сдвинуться с места. Он презрительно усмехнулся, сложил пальцы, словно меч, и указал вперёд. ─ Вперёд! Вжик! Сверкающий духовным светом летящий меч вырвался в воздух, описал в небе великолепную траекторию и с пронзительным свистом устремился прямо в центр лба Сяо Ханя! ─ Это же Меч Беглого Светлячка брата Цяня! Говорят, он быстр, как молния, и за один вдох может снести голову врага на расстоянии ста метров! ─ Зачем же тратить огромный меч на воробья?! Зачем так серьёзно с этим смертным? Перед лицом этого молниеносного удара Сяо Хань не стал уклоняться. Он лишь слегка повернулся и принял удар плечом! ─ Вжух! Меч вошёл в плоть, брызнула кровь! Левое плечо Сяо Ханя было мгновенно пробито насквозь, от мощной силы его отбросило на несколько шагов назад, кости жалобно захрустели. ─ Что? Улыбка на лице Цянь Туна застыла. Он думал, что этого удара будет достаточно, чтобы пригвоздить смертного к земле. А он, выходит, лишь получил лёгкую царапину? ─ Забавно. Взгляд Цянь Туна похолодел. ─ Видимо, твоё тело крепче, чем я думал. ─ Но и что с того? Перед лицом абсолютной духовной энергии ты – всего лишь камень, который чуть труднее расколоть! Он снова начал творить заклинание! ─ Беглый Светлячок, превратись в дождь! В тот же миг летящий меч в небе разделился на три, а три – на девять! Десятки острых мечевых ци, словно ливень, с неба обрушились на Сяо Ханя, накрывая его со всех сторон! Свист и улюлюканье внизу стали ещё громче. ─ Уворачивайся же, дурак! Стоишь и ждёшь смерти? ─ Ха-ха-ха, он, наверное, оцепенел от страха! Такой смертный, где ему видано такое! Вдалеке, на высокой башне, Му Шуан до крови впилась ногтями в ладони. По её бледным пальцам скатилась струйка крови, но она этого не замечала. Старейшина секты рядом с ней холодно фыркнул: ─ Святая дева, видишь? Вот предел возможностей смертного. Пусть его воля крепка, но если он не умеет уклоняться, не умеет использовать силу, он всего лишь безрассудный глупец. В другом углу площади. Е Фэн вновь погладил несуществующую бородку и задумался. Обращаясь к стоящему рядом Лин Цзысяо, он с серьёзным видом стал анализировать: ─ Глава павильона Лин, ты обратил внимание? ─ Смотри: каждый его шаг назад приходится на узел формации помоста, он использует силу отдачи формации, чтобы погасить девять десятых мечевой ци! Его раны только кажутся серьёзными, на самом деле – это всё поверхностные царапины! Лин Цзысяо, покачивая веером, лишь улыбался, ничего не говоря. Он видел лишь безрассудного юнца, который изо всех сил терпел боль. На помосте. На теле Сяо Ханя появилось ещё несколько ран, местами виднелась кость. Весь в крови, он уже не походил на человека. Но его глаза разгорались всё ярче! Он чувствовал: каждый удар мечевой ци, каждая пронзающая боль пробуждают глубинный потенциал его плоти. Это тело, которое старик перековал своей остаточной душой, подобно божественному железу, требует тысячи и тысячи ударов, чтобы проявить свою истинную остроту! ─ Ты ещё не закончил? Цянь Тун начал терять терпение. Он чувствовал себя так, словно бьёт драгоценным мечом по вонючему и твёрдому камню из отхожей ямы. Мало того, что не расколол, так ещё и сам перепачкался. ─ Раз ты так хочешь умереть, я исполню твоё желание! В глазах Цянь Туна мелькнула жестокость. Он резко прикусил кончик языка и выплюнул струйку крови прямо на свой меч! ─ Тайное искусство, Кровавое Жертвоприношение – Возвращение к Единому! Бесчисленные мечевые ци в небе в одно мгновение слились в одну. Меч издал пронзительный звон, его лезвие увеличилось втрое, мечевая ци стала в разы острее. Превратившись в кровавую комету, он с непреодолимой силой устремился к шее Сяо Ханя! ─ Всё кончено. Так думали все. И в этот самый момент. Сяо Хань, который всё это время лишь защищался, двинулся. Он не обнажил меч и не уклонился. Он сделал резкий шаг вперёд, от чего весь помост содрогнулся! Это был стремительный рывок к земле, отточенный за три дня и три ночи погони бронированного носорога в Хребте Тысячи Демонов, давно ставший инстинктом! Его фигура мгновенно исчезла с того места! ─ Что! Зрачки Цянь Туна резко сузились. Он лишь почувствовал, что в глазах мелькнуло, и этот окровавленный человек уже прорвал его барьер из мечевой ци и оказался прямо перед ним! Порыв ветра, смешанный с запахом крови, пота и дикой первозданной мощи, ударил ему в лицо! ─ Ты… Цянь Тун инстинктивно попытался активировать защитную ци. Но было уже поздно. Кулак Сяо Ханя, который за время тренировок в заброшенной кузнице в Хребте Тысячи Демонов отбил десятки тысяч ударов по простому железу и стал твёрже любого артефакта, с силой, в которую была вложена вся его давно копившаяся ярость, обрушился вперёд! ─ Ты думаешь, духовная энергия – это всё? Его голос был хриплым, но прозвучал, как раскат грома, в душе у каждого! ─ Пока я барахтался в грязи, пытаясь выжить, ты, сопляк, ещё у мамкиной груди молоко сосал! Бум! Этот удар пришёлся прямо по холёному лицу Цянь Туна! Хруст! Чёткий звук ломающихся носовых костей разнёсся по затихшей арене. Хваленая защитная ци Цянь Туна перед этим кулаком была хрупкой, как оконная бумага! Его тело, подобно воздушному змею с оборванной нитью, отлетело назад, на лету выплюнув кровавый фонтан вперемешку с зубами, тяжело рухнуло в центре помоста, пару раз дёрнулось и тут же потеряло сознание. Весь зал погрузился в гробовую тишину. Все ошеломлённо смотрели на эту фигуру, залитую кровью, с бурно вздымающейся грудью, похожую на окровавленного асуру. Он, смертный. Самым примитивным, самым диким способом – одним ударом кулака – разнёс в пух и прах небесного гения на поздней стадии Очищения Ци! После короткого оцепенения среди учеников из простых семей, державших жетоны слуг, кто-то первым издал хриплый крик. ─ Победа!! ─ Брат Сяо Хань победил!! ─ Красавчик!! Кровь, застоявшаяся от долгого унижения, в этот миг вспыхнула с новой силой! Оглушительный рёв ликования захлестнул всю боевую арену! Судья, заикаясь, поднялся на помост, посмотрел на бессознательного Цянь Туна, затем на источающего убийственную ауру Сяо Ханя, с трудом сглотнул ком в горле и громко объявил: ─ Третий помост. Победа – Сяо Хань! Сяо Хань не обратил внимания на окружающее ликование, не обратил внимания на полные шока, благоговения или ненависти взгляды. Шатаясь, он спустился с помоста, отказавшись от любой помощи. Его тело истекало кровью, но душа горела. Его взгляд, пронзив толпу, остановился на стоящей неподалёку хрупкой фигурке, которая от нечего делать, откусывая маленькие кусочки от красного духовного плода, жевала его. Этот знакомый запах неудачи, который он ненавидел до мозга костей! Это она! Исходящая от него волна убийственного намерения заставила Су Яо, которая как раз в этот момент жевала плод, резко замереть. Она почувствовала взгляд, от которого у неё похолодело под лопатками, словно её выследил кровожадный зверь. Она растерянно подняла голову и встретилась глазами с Сяо Ханем, в которых полыхал огонь мести. ─ Ах… Су Яо испугалась, и рука её дрогнула. Бултых. Надкушенный плод упал на землю и покатился в грязь. ---------- «Система Божественной Регистрации: Крушение и побег» Фрукты упали на землю. Су Яо обиженно надула губы. Ей просто захотелось есть, и она решила перекусить – почему же этот человек посмотрел на нее таким страшным взглядом? Она ничего не понимала, но инстинктивно вжалась в плечи, спрятавшись за широкую спину Е Фэна. Высунув наружу лишь половину своей растрепанной макушки, она исподтишка наблюдала за всем покрытым кровью мужчиной. Ярость Сяо Ханя, стоило ему увидеть испуганную мордашку Су Яо, словно окатили ушатом ледяной воды. Комок воздуха застрял у него в груди, не поднимаясь и не опускаясь, чуть не заставив выплеснуть кровь прямо на месте. Он попытался броситься вперед, но двое учеников из Отдела Правопорядка намертво перерезали ему путь. ─ Старший брат Сяо, ты слишком тяжело ранен, пожалуйста, отправляйся лечиться! ─ Точно, быстрее, старшие братья из Зала Пилюль уже ждут тебя там! В конце концов его полусилой утащили с места схватки. Отборочные матчи на арене продолжались. Вторая круговая баталия завершилась, отсеяв почти половину участников. Началась жеребьевка третьего тура. Когда Су Яо увидела имя выпавшего ей противника, на ее лице не дрогнул ни один мускул. Зато на другом конце площади молодой человек, только что завершивший перевязку ран и еще носивший на лице свежие синяки, прочитав имя своего оппонента… Сначала замер, а затем разразился диким, безумным хохотом. ─ Ха-ха-ха-ха! Су Яо! Это же Су Яо! ─ Небесное Дао вершит круг! Небеса никого не прощают! ─ Наконец-то мне представился шанс смыть свой позор! Этим несчастным оказался не кто иной, как Чжоу Кан – тот самый малый, что ранее на черном рынке возжелал прикупить леденец на палочке, но из-за чудовищной ауры бедствия Су Яо угодил в коллапс системы, получил в награду плесневелый пампушка и вдобавок был избит толпой разъяренных бродячих заклинателей! ─ Система! Система! Быстрее, сделай мне отметку! Спрятавшись в безлюдном углу, Чжоу Кан взволнованно завопил в глубине сознания. Перед его глазами развернулась сияющая золотая панель, видимая лишь ему одному. [Динь! Хозяин прибыл на тренировочную арену Секты Тяньэнь. Это место является точкой сбора потоков энергии судьбы и соответствует условиям Божественной Регистрации! Желаете зарегистрироваться?] ─ Отмечаюсь! Немедленно! Сейчас же! [Динь! Регистрация прошла успешно! Поздравляем хозяина с получением защитного артефакта высшего земного класса – «неподвижный доспех Черной Черепахи»!] [Динь! Сработала цепная регистрация! Поздравляем хозяина с получением атакующего артефакта высшего земного класса – «зеркало божественного света Огня Ли»!] [Динь! Сработала абсолютная регистрация! Поздравляем хозяина с получением одноразового запретного сокровища – «божественный гром уничтожения магии Девяти Превращений»! Примечание: этот гром способен сокрушить любые массивы и защитные барьеры ранга Зародившейся Души и ниже!] Глядя на череду наград на системном интерфейсе, Чжоу Кан задрожал от возбуждения. Целых три артефакта земного класса! А особенно этот божественный гром уничтожения магии Девяти Превращений! ─ Су Яо! Ты, проклятая девчонка! – безумно взревел про себя Чжоу Кан. ─ В прошлый раз на черном рынке я просто потерял бдительность! Посмотрим, как ты теперь выживешь, когда у меня в руках три сокровища земного уровня! Он немедленно натянул на себя неподвижный доспех Черной Черепахи, водрузил в ладонь зеркало божественного света Огня Ли, а второй рукой до боли сжал смертоносный гром. Полностью вооруженный, он стал похож на ходячую железную бочку, от которой за версту разило нуворишем. Главный ринг номер два. Когда Су Яо неторопливо взобралась на помост, Чжоу Кан уже давно поджидал ее там. Стоя в центре арены, испуская сияние сокровищ, он источал донельзя наглую ауру. ─ Девчонка! А ты помнишь меня? – Чжоу Кан рассмеялся так громко, что его голос разнесся по половине тренировочной площадки. ─ Унижение тех дней я сегодня верну тебе сторицей! Прямо здесь, на глазах у всех учеников Секты Тяньэнь, я сотру тебя в порошок! Зрители под помостом зашумели. ─ Это еще кто такой? Откуда столько спеси? ─ Артефакты на нем… кажется, сплошь высшего класса! Неужели все земного ранга? ─ Разве та девчонка напротив не та самая чудовищная девица, что в прошлый раз разнесла все камни проверки духа да еще заставила соперника мучиться животом? ─ Будет зрелище! Один сплошь усыпан сокровищами, а вторая – чистой воды нечистая сила! Су Яо уставилась на ряженого мужчину, похожего на ходячее зеркало заднего вида, и озадаченно склонила голову набок. ─ М-м… Разве ты не тот самый… кто продавал заплесневелые пампушки? – она принялась усердно соображать. ─ Тьфу! – Чжоу Кан едва не выплюнул полный рот крови. ─ Сама ты продавец пампушек! И вся твоя семья торгует ими! Его перекосило от ярости. ─ Я – избранный небесами владелец Системы Божественной Регистрации, Чжоу Кан! Девчонка, умри! Он уже собирался задействовать артефакты, чтобы сходу ошеломить Су Яо. Как вдруг… Сияющая золотом системная панель в его голове безо всяких предупреждений окрасилась в слепящий кроваво-красный цвет! [Внимание! Внимание! Обнаружено поле бедствия непостижимого класса S++] [Внимание! Зафиксировано предварительное наведение оружия причинности! Цель захвата: хозяин!] [Внимание! Уровень угрозы SSS+! Сравнение с базой данных провалено! Сущность не поддается анализу! Противостояние невозможно! Иммунитет отсутствует!] Гряда кровавых тревожных сообщений заставила маниакальный восторг на лице Чжоу Кана застыть на месте. ─ Си… система? Что это значит? – заикаясь, выдавил он. В прошлый раз система выдавала лишь сбой данных, но почему сейчас она включила предельную тревогу? [Система проводит экстренный анализ… Анализ не удался!] [Попытка заблокировать небесные тайны… Блокировка провалена! Двадцать процентов ключевых данных повреждены паразитным вторжением!] [Рекомендация! Система с высшим уровнем допуска передает хозяину единственный совет по выживанию: немедленно отказаться от матча! Срочно бежать с арены! Не оглядываться! Бежать как можно дальше!] Чжоу Кан окончательно остолбенел. Он опустил взгляд на неподвижный доспех Черной Черепахи, затем на зеркало божественного света и громовой снаряд в руке. ─ Система, ты шутишь? На мне же три артефакта земного класса! Чего мне ее бояться? [Перед лицом «Этого» артефакты земного класса ничем не лучше бумажной салфетки! Хозяин, послушай моего совета – беги! Сейчас же! Немедленно! Бегом!] Буквы на панели управления уже искривились и превратились в кракозябры от невообразимого ужаса. [Бе… бе… ￥#@ беги…] В тот момент, когда Чжоу Кан колебался, стоящая напротив Су Яо просто почувствовала усталость в ногах и бессознательно шагнула вперед на самую малютку. И этого крошечного шага оказалось достаточно. Система в голове Чжоу Кана испустила самый пронзительный визг за всю свою историю! [А-а-а-а-а! Оно двинулось! Оно посмотрело на нас! Оно взяло нас на прицел!] [Поле бедствия начинает направленное разъедание! Базовое хранилище данных рушится! Модуль защиты отключился! Модуль атаки выдает абракадабру!] [Предупреждения бесполезны! Протокол выживания запустить не удалось! Инициирована процедура экстренного отвязывания!] Строка кроваво-красных иероглифов, состоящая из сплошного мусора, заполнила весь экран. [Хозяин! Прости меня! Я еще хочу пожить пару мировых эпох! Спасайся сам! Прощай! Нет, лучше никогда больше не увидимся!] Не успело затихнуть эхо голоса, как раздался грохот. Система Божественной Регистрации, которой так гордился Чжоу Кан, разорвалась прямо в его сознании ярким фейерверком. То была дрожь, идущая из самых глубин души, словно какая-то невообразимая древняя сущность бросила на него холодный взгляд из бесконечной пустоты времен. Три земных артефакта на его теле в этот миг превратились в раскаленные добела куски железа! ─ А-а-а-а-а!!! Чжоу Кан издал нечеловеческий, раздирающий душу вопль. Взгляд, которым он теперь смотрел на Су Яо, больше не содержал ненависти – он напоминал взгляд безумца, узревшего выползшего из бездны ада древнего бога! Он развернулся и бросился наутек! С сокрушительной скоростью, пробивающей пределы человеческих возможностей, он сиганул прямо с многометровой высоты помоста! Не заботясь о телепортационных массивах, перекатываясь и спотыкаясь, он вырвался сквозь толпу за ворота секты и помчался вниз по горной тропе, двигаясь настолько стремительно, что позади него оставалась лишь череда размытых силуэтов. Он бежал так быстро и отчаянно, что потерял один сапог, но даже не подумал остановиться. Вся тренировочная площадка снова погрузилась в оглушенную, растерянную тишину. Судья так и стоял с открытым ртом, не в силах его закрыть. Зрители переглядывались друг с другом со сплошным недоумением на лицах. ─ Снова… снова один и тот же исход? ─ Почему… почему и этот сбежал? ─ Да еще так быстро, словно за ним гонится сам черт… Су Яо одиноко стояла посреди пустой арены, глядя на исчезающий у изгиба горной дороги силуэт, и чувствовала себя еще более несчастной. Она ведь ничегошеньки не сделала. Почему все вокруг реагируют так странно? Внизу под помостом Е Фэн в восторгах хлопнул себя по бедру и, обратившись к сидевшему рядом совершенно оцепенелому Лин Цзысяо, потрясенно провозгласил тоном человека, открывшего новый континент: ─ Глава Линь! Я постиг истину до конца! ─ Старшая не просто сражается – она проповедует Дао! ─ Она своей первозданной, чистейшей концепцией Дао напрямую вызвала резонанс и столкновение с «Путем» противника! ─ В итоге чужое Дао не выдержало давления великого Дао старшей и разрушилось изнутри! Когда Дао рушится, человек неминуемо сходит с ума! ─ Это… это же чистой воды подавление снижением размерности! Линь Цзысяо с вежливой улыбкой молча стер в порошок нефритовый грецкий орех, уже покрывшийся трещинами в его рукаве. Спускаясь с помоста, Су Яо выглядела несколько приунывшей. Подраться снова не вышло. Неужели ее и вправду все ненавидят? Опустив голову, она брела по краешку толпы, однако остро почувствовала, как атмосфера вокруг переменилась. Больше не было прежнего галдежа и праздного любопытства – теперь в воздухе висела давящая, предгрозовая тишина. Многие внутренние ученики и старейшины Секты Тяньэнь в спешном порядке мчались к главным вратам, а на их лицах читалась невиданная доселе суровость. Над тренировочной площадкой медленно пробуждалось сияние защитного массива секты, а небеса перечеркивали видимые невооруженным глазом рунные цепи. И в этот самый момент пронзительный звон колокола пронесся над всей Сектой Тяньэнь! ─ Дон-н-н…!! То был не радостный перезвон, а Поминальный колокол – знак высшей тревоги, возвещающий о том, что обитель стоит на краю смертельной гибели! У подножия гор взметнулась к небесам ледяная, пропитанная железом и кровью убийственная аура. Бесчисленные фигуры в серебряных доспехах, с уставными копьями наперевес, хлынули подобно приливному валу, наглухо перекрыв все подступы к вратам Секты Тяньэнь. ─ Докладываю: серебряная стража Альянса Небесного Дао окружила всю Секту Тяньэнь! Они требуют выдачи конкретного человека по имени! ---------- «Невозмутимость в эпицентре бури» Весть о том, что Альянс Небесного Дао взял в осаду горные врата, обрушилась на Секту Тяньэнь подобно гигантскому валуну, взметнувшему чудовищные волны. ─ Что? Люди из Альянса Небесного Дао пришли? ─ Говорят, отрядом командует Кровавая Рука Чжао Цин из Отдела Вердиктов! Тот еще головорез, убивающий без моргания глазом! ─ Зачем они пожаловали к нам? Неужели начнется война? ─ Какая война! Я слышал от старшего брата из внутреннего зала, они явились за конкретным человеком! Хотят схватить ту самую девчонку-демона по имени Су Яо! Паника, подобно чуме, стремительно расползалась среди десятков тысяч внешних учеников. Хоть Секта Тяньэнь и слыла столпом праведного пути, Альянс Небесного Дао возвышался над всеми сектами мира гигантским колоссом, диктующим законы на всем континенте Цинсюань. Идти против Альянса равнялось самоубийству. В одно мгновение все оказались охвачены страхом. В главном совещательном зале Секты Тяньэнь. ─ Заместитель главы! Больше нельзя колебаться! Один из вспыльчивых старейшин со злости врезал кулаком по столу и взревел: ─ Ради девчонки с неизвестным прошлым навлекать гнев Альянса Небесного Дао – глупо! Выдать ее! ─ Чушь! Другой старейшина тут же резко возразил: ─ Наша Секта Тяньэнь стоит уже десять тысяч лет! Разве когда-нибудь бывало так, чтобы мы выдавали собственных учеников на растерзание? Если это откроется, где мы будем искать свое лицо? ─ Лицо? На лице сытость не построишь! Армия Альянса у ворот, стоит начаться резне – реки крови потекут, ты возьмешь на себя ответственность? ─ Это трусливое поведение! ─ А это глупая бабья жалость! Верхушка секты в зале раскололась на два непримиримых лагеря. Один требовал замять дело миром. Другой стоял за жесткое противостояние до конца. А в самом эпицентре бури… Е Фэн метался по временному жилищу Су Яо взад-вперед, словно угодивший в кипяток муравей. ─ Старшая! Слухи подтвердились! Альянс Небесного Дао твердо вознамерился схватить вас, мы должны уходить немедленно! Е Фэн добыл первоклассные сведения по внутренним каналам зала правопорядка. ─ Я разведал тайную тропу, она позволяет обойти блокаду и ведет прямо в горный массив за пиком! Стоит нам ступить туда – просторы бесконечны, и отыскать вас им будет непросто! В голосе Е Фэна слышалась предельная тревога. ─ Не спеши, – прозвучал безмятежный голос. Линь Цзысяо сидел в стороне, с расстановкой заваривая чай. Аромат поднимался к потолку тонкими струйками, словно осада внешнего мира не имела к нему никакого отношения. Подняв чашку, он легко подул на поднимающийся пар и с улыбкой бросил Е Фэну: ─ Заместитель главы Е, если вы сейчас уведете ее, то как раз сыграете им на руку. ─ С чего бы это? – нахмурился Е Фэн. ─ Альянс Небесного Дао поднял столько шума, но лишь окружает обитель без штурма – очевидно, им нужен лишь формальный повод. Линь Цзысяо опустил чашу, слегка коснувшись пальцем теплого фарфора. ─ Если вы побежите сейчас, разве это не докажет вашу вину? Тогда они получат полное право действовать без ограничений под предлогом поимки беглых преступников. ─ Но… если оставаться здесь, не значит ли это ждать смерти сложа руки? Е Фэн все еще не успокоился. ─ Как раз наоборот. Уголки рта Линь Цзысяо изогнулись в насмешливой улыбке. ─ До тех пор, пока она числится ученицей Секты Тяньэнь, Альянс не посмеет открыто ворваться внутрь. Если только они не хотят окончательно порвать отношения со всей сектой. ─ Все, что нам сейчас нужно – не бежать, а ждать. ─ Ждать? ─ Верно, ждать, пока верхушка Тяньэнь примет решение. Взгляд Линь Цзысяо устремился за окно, словно сквозь стены он видел тот самый зал, где кипели ожесточенные споры. Е Фэн слушал эти рассуждения вполуха, однако здравый смысл в словах Линь Цзысяо присутствовал, поэтому он на время утих, хотя рука, добела сжимавшая рукоять меча, выдавала его внутреннее напряжение. А главная героиня их беседы, Су Яо, совершенно не обращала внимания на то, какие загадки разгадывают эти двое мужчин. Присев на корточки в углу комнаты, она с предельным усердием разглядывала шеренгу муравьев на полу. Девушка заметила крайне занятное явление. Букашки двигались ровным строем по направлению к небольшой щели в стене. Но стоило им приблизиться к ней на расстояние трех шагов, как порядок нарушался. Одни муравьи начинали кружиться на месте. Другие сворачивали в противоположную сторону. Третьи и вовсе нападали на собственных товарищей. Словно невидимый лабиринт встал у них на пути. ─ Почему… эти муравьи начинают ходить кругами, как только подходят ко мне? – Су Яо протянула палец, ткнула в пол и тихо пробормотала себе под нос. Ее наивное любопытство образовывало абсурдную гармонию с нависшей над миром грозовой атмосферой. Третий круг отборочных матчей продолжался в невероятно давящей обстановке. Оба соперника Су Яо: один просто сдался без боя, а второй, выйдя на помост, отвесил ей три громких земных поклона и сам сиганул за канаты. Она снова жутко и необъяснимо победила «на халяву». Вокруг нее автоматически образовалась вакуумная зона радиусом в три метра, куда никто не осмеливался ступить. Тем временем по рядам учеников поползли упорные слухи. ─ Секретная информация! У двоюродного дяди моего третьего кузена дальняя родня служит в Башне Всеведения, от них и весточка! ─ Никакая она не демоница, эта Су Яо! Она – переродившаяся древняя богиня, что держит в руках великое Дао разрушения и возрождения! ─ Ее сила еще не пробудилась, но всякий, кто посмеет оскорбить ее, неизбежно примет на себя кармический удар Дао: в лучшем случае навлечет неудачу, в худшем – рассыплется прахом! ─ Тот парень, что мучился животными спазмами, и тот, кого напугали до безумия – оба посягнули на нее с убийственным умыслом, за что и были покараны Дао! ─ Альянс Небесного Дао потому и стремится схватить ее, чтобы заполучить источник ее великого Дао! Слухи обрастали деталями, приплетали авторитетное учреждение в лице Башни Всеведения и звучали донельзя правдоподобно. Разумеется, распускали эти сплетни тайные агенты Башни Всеведения, внедренные повсюду в Секте Тяньэнь – те самые, которых Линь Цзысяо активировал, раздавив нефритовый рунный символ. Стоило слухам просочиться наружу, как аура таинственности вокруг Су Яо достигла своего пика. Ученики, прежде видевшие в ней чудовище, теперь смотрели на нее не со страхом, а с трепетом. Даже кое-кто из старейшин секты начал склоняться к вере в эти сказки. В конце концов, взрывающиеся камни духа и противники, впадающие в ступор сами по себе – вещи столь невероятные, что объяснение с перерождением древнего небожителя казалось… куда более логичным? В этой странной обстановке наконец огласили списки финальной восьмерки тренировочной арены. Когда Су Яо увидела имя своего следующего оппонента, все вокруг разом утихло. Рядом с именем Су Яо на большом табло отчетливо красовались три золотых иероглифа: Лей Чжэньфэн! Признанный номер один среди внутренних учеников Секты Тяньэнь! Обладатель врожденного громового тела, в свои восемьдесят лет он уже достиг начальной ступени Золотой Пилюли! К тому же – любимый закрытый ученик самого главы Секты Тяньэнь! ─ Грохот! ─ толпа взорвалась в тот же миг! ─ Это же старший брат Лей! Старший брат Лей сразится с этой богиней! ─ Вот теперь будет настоящее зрелище! Девятинебесный гром старшего брата Лей исполнен чистейшей янской мощи и создан для уничтожения любой нечисти! ─ Какое там перерождение богини – перед лицом абсолютной силы все это пустой звук! Под всеобщими взглядами стройный молодой человек в фиолетовом тренировочном костюме, с переливающейся искрами молний духовной малый мечом в руке, неторопливо поднялся на главный ринг номер один. Он издалека указал острием меча на стоящую внизу Су Яо, и его голос громом прокатился по арене, заставив зазвенеть в ушах слушателей: ─ Какая еще скрытая богиня! Какой еще источник великого Дао! Обыкновенные фокусы для запугивания толпы! ─ Я, Лей Чжэньфэн, верю только в меч, что держу в руке! ─ Сегодня я этим мечом Девяти Небес расколою твое так называемое зловещее колдовство! Не успело замереть эхо его слов, как в ясным небе над головой внезапно раздался неуместный, утробный раскат грома. ---------- «Удар меча, рассекший Великую духовную жилу» Яростный рев Лэй Чжэньфэна, несомый мощнейшей аурой стадии Трансформации Духа, сокрушительной волной обрушился на тренировочную арену. Сидевшие в первых рядах ученики внешней секты со слабым уровнем культивации мгновенно побледнели, их ноги задрожали, словно горло каждого из них сжала невидимая гигантская рука. ─ Ка… какая мощная аура! ─ пронеслось в толпе. ─ Неужели это сила первого ученика внутренней секты? Он ведь даже не начал сражаться всерьез! ─ Эта богиня… Нет, эта демоница на сей раз обречена! Девятинебесная божественная молния старшего брата Лэй – смертельный враг любой нечисти! В пересудах толпы отчетливо слышались слепое преклонение перед Лэй Чжэньфэном и злорадное предвкушение расправы над Су Яо. Они отчаянно нуждались в истинном мастере, который своей безупречной мощью молний стер бы в порошок порожденный неизвестностью страх. Тем временем вокруг Лэй Чжэньфэна бушевали разряды электричества, издавая оглушительные потрескивания, а длинные волосы развевались без всякого ветра. Взгляд его был презрительным и надменным, словно карающее божество наслаждалось общим поклонением. Его взор упал на хрупкую фигурку, все так же одиноко стоявшую посреди арены и казавшуюся слегка растерянной, а уголки рта искривились в зловещей усмешке. ─ Видишь, демоница? Вот она, абсолютная сила! Перед лицом моей Девятинебесной божественной молнии все твои ничтожные фокусы – не более чем пустая шутка! ─ Не говори потом, что я тебя обижаю. Даю тебе три вдоха: встань на колени, признай поражение и сама уничтожь свою культивацию, а не то я, пожалуй, дарую тебе быструю смерть! Су Яо моргнула, окинув его озадаченным взглядом. Она совершенно не понимала, что такое эта их аура, ей лишь казалось, что противник как-то подозрительно искрится и от этого слепит глаза. К тому же он орал слишком громко, отчего у нее слегка заложило уши. ─ Ты… не мог бы говорить потише? ─ вполне серьезно предложила она. ─ Тьфу! ─ кто-то в толпе не выдержал и расхохотался в голос. Лицо Лэй Чжэньфэна в тот же миг побагровело, превратившись в печеночный оттенок – он чувствовал, что подвергся самому страшному оскорблению в своей жизни. ─ Ищешь смерти! ─ больше не тратя слов на пустые угрозы, он взметнул высоко над головой свой грозовой меч, вливая в него всю без остатка духовную энергию! ─ Бах! ─ над ареной разнесся гулкий удар гонга, возвещающий о начале решающей схватки. Эхо еще не успело затихнуть, а фигура Лэй Чжэньфэна уже обернулась слепящей вспышкой молнии, яростно бросаясь в атаку! ─ Бессовестный! Он же напал исподтишка! По рядам зрителей прокатился испуганный шепоток, впрочем, во многих глазах читалось лишь ликование. Меньше всего они хотели честного боя – им требовалось зрелище абсолютного и неминуемого разгрома! В дальнем углу Лин Цзысяо слегка прищурил свои вечно улыбающиеся персиковые глаза. Он отчетливо чувствовал, что аура удачи Лэй Чжэньфэна сейчас сильна и ослепительна, подобно раскаленному грозовому солнцу. А бесплотная, призрачная дымка вокруг Су Яо под воздействием этой мощи пришла в беспокойное движение. ─ Ну что ж, теперь становится интересно, ─ он легонько покрутил в пальцах безупречный нефритовый грецкий орех, а его улыбка стала еще более лукавой. На ристалище же за спиной Лэй Чжэньфэна уже разверзлась апокалиптическая картина: клубились тяжелые грозовые тучи. ─ Прими этот удар! Секретная техника секты Тяньэнь… Рубящий удар небесной кары десяти тысяч молний! Издав громовой вопль, он обрушил клинок вниз! В тот же миг небо и земля потеряли краски! Огромный дракон, сотканный из спрессованных рун грозовой стихии, сорвался с лезвия, испуская оглушительный рев. Широко разинув пасть, способную поглотить весь мир, он чудовищной лавиной ринулся на казавшуюся такой маленькой и беспомощной Су Яо! Одного этого удара хватило бы, чтобы мгновенно испепелить любого практика начальной ступени Золотой Пилюли! Ярчайший свет едва не ослепил девушку, а смертоносная аура заставила волосы на ее теле встать дыбом. Инстинктивно ей захотелось отскочить – так любое дикое животное спасается бегством при виде опасности. Сама того не осознавая, она сделала небольшой шаг назад. И именно этот маленький шаг привел к тому, что ее каблук точнехонько угодил в крошечную выбоину на плитах арены – камень там слегка просел от старости и многолетней тряски. ─ Щелк. ─ Едва слышный звук затерялся в грохоте рвущего небеса дракона. Никто этого не заметил. Лишь зрачки Лин Цзысяо сузились до точек. Он увидел, как сероватая, не поддающаяся описанию дымка просочилась сквозь растрескавшуюся плитку прямо в узел духовной формации арены. Базовая логика древнего защитного барьера, оберегавшего секту Тяньэнь на протяжении тысячелетий, в одно мгновение была переписана этой странной силой! Защита, которая по идее должна была смягчить удар или отразить его, теперь сочла грозового дракона союзником и согласно заложенным алгоритмам перенаправления энергии попыталась принять его в контур! В результате гигантский клинок чистой молнии, что должен был протаранить Су Яо по прямой, в самый последний миг перед тем, как коснуться ее волос, оказался подхвачен невидимой силой и с невероятной, пугающей плавностью… отклонился ровно на девяносто градусов! ─ Шшш… ─ чудовищный дракон из молний пронесся в счита-а-аных миллиметрах от макушки девушки. Бешеная воздушная волна взметнула пряди у нее на лбу, обнажив широко раскрытые в недоумении и легком испуге чистые глаза. Хищная усмешка на лице Лэй Чжэньфэна застыла. Вопли восторга в толпе застряли у всех в горле. Время в этот момент будто замедлилось в бесчисленное количество раз. Все присутствующие воочию наблюдали, как потерявший управление грозовой дракон под совершенно немыслимым, ни в какие рамки не укладывающимся углом прочертил небосвод. ─ Бабах… !!! ─ сотрясший саму землю чудовищный грохот раздался прямо перед судейской ложей! Вышедший из-под контроля дракон никого не задел, вместо этого он со страшной, выверенной до миллиметра точностью вбился прямо в каменное основание главной арены, вымощенное тяжелым черным железо-камнем! Земля под ногами судорожно затряслась! А следом… ─ Хрусь… кряк-хрусь… ─ от глубоких недр планеты донесся жуткий, отвратительный треск, от которого сводило зубы и замирало сердце, словно кто-то ломал позвоночник самой матушки-земли. Звук отчетливо передался в подошвы каждому, кто стоял на площади! Удар Лэй Чжэньфэна угодил точно в самое сердце, в самый уязвимый стержневой узел той самой гигантской духовной жилы, что питала всю секту Тяньэнь на протяжении десяти тысяч лет! ─ О нет… всё пропало! ─ раздался с трибун отчаянный вопль старейшины, отвечавшего за мониторинг жилы, когда в его руке разлетелся на куски магический диск. ─ Духовная… духовная жила… порвалась! Слова замерли на устах! Грохот-грохот-грохот… !!! Главная вершина секты Тяньэнь заходила ходуном! С главным ристалищем в качестве эпицентра почва начала трескаться на глазах, выпуская наружу глубокие, бездонные разломы, точно безобразные шрамы, расползающиеся во все стороны! Ослепительный пятицветный поток духовной энергии, в сотни раз более чистый и в тысячи раз более неистовый, чем таящийся в молниях, вырвался столбом из расколотой земли, взметнувшись до небес! Потоки энергии хлынули обратно! Земные драконы взбунтовались! ─ А-а-а! Землетрясение! ─ Бежим! ─ Арена рушится! Тренировочная площадка в одно мгновение превратилась в подобие ада: толпы учеников с криками и плачем метались во все стороны, закрывая головы руками. Валуны катились вниз, дворцы обрушивались, а некогда гордость секты – ристалище номер один – со страшным грохотом проваливалось под землю. Среди всеобщей паники лишь Е Фэн, пережив первый шок, во все глаза глял на хрупкую фигурку, которую сначала отбросило ударной волной, а теперь она со скорбным и чумазым лицом поднималась с колен. Он все понял! Он видел это собственными глазами! В тот самый момент старший наставник сделала шаг назад! Его всего трясло от восторга, он машинально начал гладить несуществующую бороду на подбородке и, повернувшись к безмятежному Лин Цзысяо, произнес вплетенным в экстаз, подобострастным шепотом: ─ Глава Лин! Я постиг истину! Я полностью все понял! ─ Действия старшего наставника были направлены вовсе не на победу над врагом, она разрушала тупик! ─ Ей и впрямь было унизительно сражаться с такой букашкой, как Лэй Чжэньфэн. Она воспользовалась его же силой, чтобы изменить само устройство мира! ─ Разорвав старую жилу, она открыла путь новым потокам энергии, чтобы перекроить всю структуру секты Тяньэнь! ─ Это же великий замысл: уничтожить старое ради рождения нового! Она одним ударом катастрофы дарует нашей секте небывалое благословение! Лин Цзысяо, глядя на это исступленное лицо, источающее уверенность в духе «я всё просек», молча сжал в ладони нефритовый шарик, покрывшийся трещинами, и превратил его в мелкую пыль. Среди содрогания гор и земли… Забытая всеми девчушка кое-как выкарабкалась из-за обвалившейся каменной плиты и теперь растерянно озиралась по сторонам на этот устроенный концом света пейзаж. Она ведь… всего лишь сделала маленький шажок назад. И прямо посреди этого бесконечного хаоса и отчаяния… Из глубин запретной зоны на задворках гор Тяньэнь, окутанной круглогодичной дымкой, раздался полный ярости и ужаса рев, способный, казалось, пробить дыру в самих небесах! ─ Ничтожества! Кто смеет разрушать корни моей секты –– !!! Эхо еще не смолкло, а подавляющая, сокрушительная аура мастера стадии Трансформации Духа обрушилась на всю секту Тяньэнь, подобно опрокинувшейся небесной реке! Глава секты Тяньэнь был грубо выброшен из уединения взрывной волной самоуничтожения духовной жилы! ---------- «Око Небесного Дао главы секты, и Тэ-Ша Гу-Син» Этот рев, пропитанный непревзойденной мощью практика стадии Трансформации Духа, вмиг заглушил грохот бушующих недр. А заодно заставил умолкнуть все крики и панику. Во всей секте Тяньэнь – будь то плачущие ученики или охваченные ужасом старейшины – тела окаменели под воздействием этой ауры, лишив возможности пошевелиться. В небе взметнулись вихри ветра и облаков. Невысокий пожилой мужчина в просторных одеждах из неокрашенной пеньки, с белыми волосами и бородой, стоял прямо в воздухе. Вокруг него не наблюдалось никаких следов духовной энергии, однако он казался единым целым с самим мирозданием, отчего солнце и луна тускнели в его присутствии. ─ Приветствуем… приветствуем главу! ─ на трибунах несколько старейшин кубарем покатились на колени, а их голоса дрожали так, что не удавалось разобрать слов. ─ Великий глава! На плацу оставшиеся в сознании ученики инстинктивно рухнули ниц, не смея поднять голов. Глава секты Тяньэнь, Сюань Чжэньцзы! Он не обращал внимания на эти почести, его глаза, в которых отражалось рождение и гибель звезд, были прикованы к руинам внизу. Огромный провал в самом центре, пробитый грозовым драконом, яростно изрыгал сжиженную духовную энергию, образуя настоящий ураган, пронзающий небосвод. Плотность ци на главной вершине за какие-то пару десятков ударов сердца подскочила в десять раз! Однако на лице Сюань Чжэньцзы не было ни капли радости – лишь запредельная ярость и режущая сердце боль. Это было лишь предсмертное сияние рассеченной жилы! Признак безумного утекания десятитысячного наследия секты Тяньэнь! ─ Лэй! Чжэнь! Фэн! ─ Глава выдавил это имя буквально по слогам, стиснув зубы. Среди обломков Лэй Чжэньфэн на четвереньках выполз наружу. Его роскошные пурпурные одежды превратились в лохмотья, а лицо было сплошь покрыто кровью и грязью. Бухнувшись на колени, он принялся безумно колотиться лбом о камни, отчего его лоб мгновенно превратился в месиво из мяса и крови. ─ Помилуйте, учитель! Умоляю, пощадите! ─ Это не я! Это она! Та демоница применила колдовство! Это она направила мою ци меча прямо в землю! Я не виновен! Инстинкт самосохранения заставил его без колебаний переложить вину на другого, и он дрожащим пальцем указал на сидевшую в углу такую же чумазую Су Яо. В тот же миг все уцелевшие взгляды на площадке скрестились на ней. Взгляд Сюань Чжэньцзы, подобно двум невидимым клинкам, мгновенно пригвоздил девушку к месту. ─ Колдовство? ─ хмыкнул он, и давление стадии Трансформации Духа, сгустившись в материальную древнюю гору, безжалостно обрушилось на Су Яо! Он собирался лично провести поиск душ, чтобы выяснить, что за хрень эта девчонка, уничтожившая десятитысячный фундамент его секты! ─ Кхм! ─ под напором ауры стоявшие перед Су Яо ученики тут же извергли кровь и рухнули без чувств. Но в этот самый миг, когда давление, способное превратить в фарш практика на стадии Зародившейся Души, почти достигло цели… Прямая крепкая фигура резко заслонила собой Су Яо. Это был Е Фэн! ─ Глава! ─ ноги Е Фэна содрогались, колени издавали невыносимый хруст, а из уголков рта сочилась багровая струйка. Тем не менее он выпрямил спину и собственным телом принял смертоносное давление, заслоняя девушку. Он поднял голову, встречая убийственный взгляд главы, и громовым, полным торжественной серьезности голосом проревел: ─ Прошу главу выслушать! Все случившееся – вовсе не вина старшего Су! Старшего Су? Сюань Чжэньцзы от такого обращения перекосило так, что брови взлетели к вискам. ─ Е Фэн! Ты с ума сошел? Выгораживаешь демоницу, что уничтожила корни нашей секты? ─ Нет! ─ в глазах Е Фэна горело исступленное плая того самого озарения. Несмотря на сокрушающее давление, его голос звучал отчетливо и громко от переполнявших чувств! ─ Глава, вы не понимаете! ─ Старший Су… этот ее шаг! На вид случайный, на деле был выверен с предельнейшей точностью! Он по привычке попытался погладить несуществующую бороду. ─ Она наверняка рассчитала, что наша защитная формация обветшала! И просчитала удар Лэй Чжэньфэна так, чтобы он в точности подорвал скрытую уязвимость! ─ Она… она помогала нам заранее устранить угрозу! ─ Если бы не этот подрыв сегодня, а столкнись мы с демоническим путем позже, когда враг использовал бы эту слабость, секта Тяньэнь… погибла бы! ─ Выходит, старший не только не виновата, но и… оказала великую услугу! После этих слов вокруг воцарилась гробовая тишина. Все глядели на Е Фэна взглядами умалишенных. Даже сидевший вдали Лин Цзысяо на секунду утратил свою фирменную неменяющуюся улыбку. Устранить угрозу? Принять узел духовной жилы за мину, подлежащую разминированию? Что за безумный ход мысли? Сюань Чжэньцзы трясло от злости. Прожив несколько тысяч лет, он еще не видел столь бесстыдного извращения фактов! Он тыкал пальцем в Е Фэна, беззвучно открывая и закрывая рот, не в силах вымолвить ни слова. Его прорвало на истерический смех. ─ Хорошо! Какое отличное «разминирование»! Какой славный герой! Он уже собирался одним ударом прикончить этого свихнувшегося безумца, как его взгляд невольно упал на стоявшую за спиной Е Фэна девчонку. Су Яо, казалось, совершенно не осознавала, что стоит на краю пропасти. Она только что отряхнула грязь с подола и теперь с самым невинным видом подняла голову, глядя на главу в небесах. Ее черно-белые глаза были полны детского любопытства. ─ Вы… кто? ─ тихо спросила она. В тот момент, когда она заговорила, от нее во все стороны разошлась волна невидимой, непостижимой ряби. Ярость Сюань Чжэньцзы разом захлебнулась. Что-то здесь было не так! Эта девчонка… с ней определенно было что-то не так! Он подавил клокочущий гнев, сменив его на беспрецедентную сосредоточенность. ─ Довольно, ─ он медленно закрыл глаза, а когда открыл их вновь, меж его бровей вдруг расщепилась золотая вертикальная линия! Глаз без зрачка, где клубились лишь бесконечные золотые руны – величественный и равнодушный – проступил прямо на его лбу! Запретная техника секты Тяньэнь: Око Небесного Дао! Стоит этому оку открыться, как оно способно пронзить любую иллюзию в мире, узрев истинную суть практикующего, его удачу, корни и даже прошлые перерождения! ─ Посмотрим же, что ты за чудище! Золотой луч божественного света брызнул из Ока Небесного Дао, мгновенно окутав Су Яо! Под взглядом этого ока удача обычного практика обретала конкретный цвет: сернь – у чернорабочих, синева и лазурь – у гениев, а ослепительный пурпур – у таких, как Лэй Чжэньфэн. Однако… Когда Сюань Чжэньцзы разглядел ауру Су Яо, его неподвижное старческое лицо впервые исказило неконтролируемое потрясение! Цвета не было! Там не было вообще никакого цвета! Это была не белизна, не какой-то из оттенков спектра, а… бесконечная черная дыра, поглощающая всякий свет, всякий закон, всякое бытие! Чистейшая, абсолютная, заставляющая содрогаться самую душу… пустота! ─ Кхм! ─ Сюань Чжэньцзы глухо ухнул. Из величавого Ока Небесного Дао на его лбу без предупреждения брызнула ярко-акрая струйка крови! Его качнуло назад на три шага прямо в воздухе, словно он столкнулся с чем-то самым ужасающим на свете. Его палец, указывающий на Су Яо, безумно дрожал от первобытного страха. Среди гробовой тишины все с ужасом следили за метаморфозами главы. Сюань Чжэньцзы с трудом сглотнул вставший в горле ком и хриплым, сорванным голосом выдавил всего четыре слова. Эти слова прокатились над всей сектой Тяньэнь. ─ Тэ… Ша… Гу… Син! (Тэ-Ша Гу-Син – Звезда Одинокой Скорби / Одинокая Звезда Небесного Убийства) Едва они затихли… Все старейшины и знающие толк внутренние ученики, понявшие смысл сказанного, мгновенно посерели лицами. Словно избегая ядовитой змеи, они с резким шорохом шарахнулись назад еще на дюжину метров, а взгляды, бросаемые на Су Яо, источали чистое отвращение и ужас перед лицом рока! В этот миг, когда атмосфера упала до ледяной точки и каждый думал лишь о выживании… Снаружи горных врат холодный, безжалостный голос, пропитанный беспредельной жаждой убийства, пронесся через усиливающие артефакты над всей горной цепью, отчетливо достигая каждого уха: ─ Слушайте сюда, крысы из Тяньэнь! ─ Выдайте Небесного Бедствия! ─ Иначе… мы сровняем вашу секту с землей! Внутренние беды сошлись с внешними угрозами. Су Яо в этот момент оказалась главной мишенью для всего мира. ---------- «Забытая обитель и слёзы памяти» Ультиматум Альянса Небесного Дао тяжким камнем рухнул на сердца всех обитателей Секты Тяньэнь. Изнутри секта была подорвана разрушением духовной жилы и потерей твердыни, а снаружи её уже окружало бесчисленное множество воинов Серебряных Доспехов, готовых ринуться в бой по первому знаку. Каждому казалось, что Секте Тяньэнь пришел конец. Глава Сюань Чжэньцзы, этот проживший несколько тысячелетий старец, сейчас столкнулся с самым тяжелым выбором за всю историю основания обители. Выдать девушку – значит покрыть Секту Тяньэнь несмываемым позором, превратить её в посмешище для всего континента Цинсюань и навсегда склонить головы. Не выдавать – значит вступить в тотальную войну с таким чудовищным колоссом, как Альянс Небесного Дао, и поставить само существование секты под угрозу полного уничтожения. В главном зале для совещаний старейшины спорили до хрипоты, исступленно брызгая слюной. ─ Глава! Нельзя больше укрывать эту灾星! Выдайте её! ─ кричали одни. ─ Чушь собачья! ─ парировали другие. ─ Ученик Секты Тяньэнь, даже умерев, должен остаться лежать в родной земле! С каких пор мы позволяем чужакам нас помыкать? ─ О каком достоинстве вы толкуете, когда дошло до такого?! Жизни скоро лишимся! Парящий в полушаге над полом Сюань Чжэньцзы прислушивался к перепалке внизу, а затем перевел взгляд на одинокую, растерянную девочку, от которой отшатнулись абсолютно все. Его пронзительный Небесный Глаз, сочившийся кровавыми слезами, мерцал непонятным для окружающих, сложным светом. Одинокая Звезда Бедствия… Это проклятие, существовавшее лишь на страницах древнейших манускриптов, действительно явилось на свет. В его сердце уже созрело решение. Не обращая внимания на перебранку в зале и грозные окрики снаружи, он качнулся и мгновенно оказался прямо перед Су Яо. Все вокруг затаили дыхание, решив, что глава собственной рукой намерен очистить секту от скверны. Лицо Е Фэна побелело как мел, его рука инстинктивно потянулась к рукояти меча, но чья-то невидимая сила намертво сковала его, лишив возможности даже шевельнуться. Сюань Чжэньцзы смотрел на Су Яо сверху вниз, словно оценивал смертоносное и драгоценное орудие. Наконец он медленно заговорил – его голос звучал тихо, но прокатился по всей горной гряде. ─ Эта девчонка, Су Яо, отмечена печатью скверны, из-за чего пострадала наша великая духовная жила, взращиваемая тысячелетиями. Ее вина неизмерима. Услышав это, воинственно настроенные старейшины просияли, в то время как Е Фэн почувствовал, как сердце падает в бездонную пропасть. ─ Однако, поскольку она ступила на путь ученичества в нашей Секте Тяньэнь, она – часть нашего дома. Тон Сюань Чжэньцзы внезапно изменился, сделавшись суровым и властным! ─ Объявляю свою волю! ─ Назначить Су Яо наказание: отправить в Девятую обитель чернорабочих, подвергнуть пожизненному заточению, поручить уборку территории секты. Без моего личного приказа ей запрещено ступать за пределы обители! Стоило этим словам прозвучать, как по залу прокатился глухой ропот. Не убивать? Не выдавать? Всего лишь… отправить подметать дворы? За вратами секты посланник Альянса Небесного Дао, разумеется, тоже расслышал этот приговор и в ярости завопил пуще прежнего: ─ Сюань Чжэньцзы! Что это значит? Выгораживаешь бедствие?! Неужели ты вздумал бросить вызов всему миру? Сюань Чжэньцзы холодно фыркнул, обратившись лицом к горным воротам, и в его голосе зазвучали презрение и высокомерие. ─ Люди Секты Тяньэнь – будь то к счастью или к беде – находятся под нашей защитой. С каких пор Альянс Небесного Дао получил право указывать нам? ─ Отпустить ее наружу – значит позволить ей и дальше губить живые существа. Запереть здесь, в нашей обители, – напротив, благое дело ради спасения народа! Разве вы не понимаете столь простой истины? ─ Коли недовольны, можете попытаться взять гору штурмом! Посмотрим, чья сталь крепче – мечи Серебряной Стражи Альянса или наш защитный мечевой массив! С этими словами он смахнул рукав и полностью потерял интерес к беседе. Посланник Альянса Дао подавился речью и долго не мог вымолвить ни звука. Логика в словах старика вроде бы присутствовала. Но почему же им казалось, что здесь что-то не так? В тени Лин Цзысяо легко поигрывал в руке нефритовым грецким орехом, а в его глазах читалось легкое удивление. Старый лис этот Сюань Чжэньцзы. На словах наказал, на деле – укрыл. Су Яо, эту раскаленную добела картофелину, он надежно запрятал у всех на виду так, что ни один придирчивый критик не найдо изъяна. Так он разом и перед своими, и перед чужими отчитался, да еще и получил возможность вблизи наблюдать и изучать это проклятие. Мудро. Вскоре двое стражей закона с дрожью в коленях приблизились к Су Яо и сделали приглашающий жест. Взгляды их были такими, будто они смотрят не на юную особу, а на бомбу замедленного действия. Сама же Су Яо оставалась совершенно невозмутимой. Подметать? Обитель чернорабочих? Она не понимала, что это значит, но интуитивно чувствовала: здесь гораздо безопаснее, чем в том галдящем месте минутой ранее. ─ Старшая, я пойду с вами! ─ воскликнул Е Фэн, освободившись от оков и немедленно устремляясь за ней. ─ Глава! Я добровольно прошу назначить меня надзирателем Девятой обители чернорабочих! Клянусь искупить вину кровью, держать её под строжайшим надзором и не позволить сделать ни шагу за порог! Сюань Чжэньцзы бросил на него косой взгляд, затем глянул на его фанатичное лицо, едва заметно скривил уголки рта в гримасе и, в конце концов, махнул рукой, выражая молчаливое согласие. Девятая обитель чернорабочих примостилась в самом глухом уголке задних гор Тяньэня – кругом бушевали сорняки, строения давно обветшали, и кроме парочки провинившихся учеников, сосланных сюда, сюда никто никогда не заглядывал. Су Яо провели к полуразрушенной, но все еще пригодной для жизни хижине и вручили метлу, которая казалась выше неё самой. Она ничуть не тяготилась запустением вокруг – напротив, всё это казалось ей даже забавным. Здесь было так тихо. Тишину она любила. А Е Фэн в роли ревностного стража то и дело принимался наводить идеальный порядок, усердно чистя углы, то и дело извлекая откуда-то дымящиеся ароматные блюда и окружая её заботой, доходившей до абсурда. ─ Старшая, вы незаслуженно оскорблены! Пусть это место и ветхо, зато оно надежно укрыто от посторонних глаз – идеальный уголок для постижения Дао! ─ Не беспокойтесь, пока ваш слуга здесь, даже муха не посмеет влететь и потревожить вас! Су Яо молча уплетала еду, прислушиваясь к его непрекращающемуся бормотанию. Опустилась ночь. Е Фэн уселся под дверью, скрестив ноги, и исправно нёс караул. А Су Яо сидела на ветхой крыше, обхватив колени руками, и глядела на холодную луну, замершую у края небес. Вокруг царила тишина, нарушаемая лишь стрекотанием цикад. Из-за пазухи она извлекла бронзовую пластинку с выбитым на ней иероглифом «Су». В сиянии холодного лунного света древние узоры на жетоне будто ожили, окутавшись мягким сиянием. Начиная с кольца реинкарнации Сяо Ханя, камня Феникса Третьего принца, пилюли безумия Линь Тяня, системы регистрации Чжоу Кана и заканчивая тысячелетней духовной жилой Секты Тяньэнь… За эти несколько дней рассеянная удача, поглощенная ею бессознательно, достигла невообразимых масштабов. Эти разрозненные, но чистейшие потоки энергии непрерывно питали её разбитую душу и залечивали обрывки стертых воспоминаний. И наконец, в этот миг количественные изменения переросли в качественные! В голове Су Яо раздался оглушительный гул, будто там разорвались мириады звезд! Осколок памяти, глубоко запечатанный в тайниках её души, хлынул стремительным потоком! То было море огня. Охватившее небеса, полное безысходности море огня. Нежная красавица, чертами лица на семь десятых похожая на неё, прижимала к груди маленькую Су Яо. В тело женщины были вонжены обломки разбитых артефактов, а ее роскошные придворные одежды давно пропитались кровью. ─ Прости… прости меня, Яояо… ─ голос женщины дрожал от невыносимой боли, но в глазах светилась бесконечная нежность и тоска. ─ Мама… больше не может быть с тобой… Позади них бесчисленные жуткие силуэты разрывали пространство, неистово приближаясь! ─ Нашли! Седьмое бедствие! Ни в коем случае нельзя дать ей уйти! ─ ревели они. ─ Хватите её! Доставим Владыке! В глазах матери мелькнула решимость. Собрав последние крохи сил, она прикусила кончик языка и сожгла остатки своей души и жизненной силы! Пространство перед ней треснуло, обнажая черный провал, ведущий в неизвестность. ─ Выживи… Улыбаясь сквозь две дорожки кровавых слёз, женщина толкнула до смерти перепуганную девочку в эту пространственную трещину. ─ Обязательно… выживи, Яояо. На этом видение оборвалось. Су Яо неподвижно сидела на крыше, не в силах шевельнуться. Она медленно поднесла руку к лицу и коснулась щеки. Вся ладонь оказалась мокрой от прохладных слез, неизвестно когда скатившихся из глаз. Опустив голову, она растерянно посмотрела за пределы двора. В тени мрачных деревьев стояла знакомая, зловещая фигура со старым зазубренным черным тесаком в руках. Его полыхающие гневом глаза в упор смотрели на неё. Никто не знал, как долго он простоял там. Словно заметив ее взгляд, Сяо Хань медленно вышел из тени, хриплым голосом, полным подавленных, непостижимых эмоций, бросил в темноту: ─ Ты чего ревешь? ─ …Рыдать должен я, ─ холодно отрезал он. ---------- «Монах-уборщик в библиотечном павильоне» Су Яо подняла голову, и на ее зареванном лице читалось полное недоумение. Она смотрела на этого источающего жажду мести и зловещую ауру мужчину, слегка приоткрыла рот, но не нашла слов. Сказать ему, что она видела свою мать, сгоревшую в пламени ради ее спасения? Или рассказать, что она слышала вопли тех, кто жаждал поймать «Седьмое бедствие»? Поверит ли он? ─ Я… ─ она застряла на полуслове. Сяо Хань не сводил с нее глаз. Он думал, что вид падшей демоницы принесет ему удовлетворение. Ему казалось, что наблюдение за тем, как её все презирают и ссылают в эту зловонную обитель чернорабочих, заставит его смеяться в голос. Однако этого не произошло. Когда он увидел её на крыше – согнувшуюся, обхватившую колени и беззвучно роняющую слёзы под порывами ночного ветра… Его сердце, переполненное ненавистью, словно кольнуло иглой. От этого он разозлился еще сильнее. ─ Сотри это жалкое выражение с лица! ─ сжав рукоять тесака так, что дерево заскрипело, рявкнул Сяо Хань. ─ Такая демоница, как ты, не имеет права на слёзы! ─ Я не демоница, ─ наконец обрела голос Су Яо. Она смотрела на Сяо Ханя чистым, упрямым взглядом. ─ Меня зовут Су Яо. ─ Плевать мне, как тебя зовут! ─ Старшая! ─ прогремевший окрик оборвал ярость Сяо Ханя. Силуэт Е Фэна мгновенно заслонил Су Яо. Грозно глядя на Сяо Ханя, он беззастенчиво обрушил на него давление стадии Золотой Пилюли. ─ Ты что удумал? ─ холодно процедил Е Фэн. ─ По воле главы никому не позволено чинить беспорядки в Девятой обители чернорабочих! Ты решил пойти против приказа? Зубы Сяо Ханя заскрежетали. Он прожигал взглядом спину Е Фэна, вглядываясь в Су Яо, и пламя в его глазах грозило выплеснуться наружу. Но в конце концов он медленно опустил клинок. Он боялся вовсе не Е Фэна и тем более не указов главы. Просто он вдруг осознал, что снова позволил эмоциям этой проклятой девчонки управлять собой. Нет. Так нельзя. Грубая сила – наиглупейший способ расправы с ней. За ней нужно наблюдать, её нужно записывать, необходимо раскусить принципы действия её закона причинности! Сяо Хань холодно хмыкнул, развернулся и растворился в темных зарослях, оставив на Су Яо тяжелый, полный исследовательского зуда взгляд. Е Фэн шумно выдохнул. Обернувшись к Су Яо, всё еще сидевшей на крыше, он за секунду сменил выражение разъяренного ваджры на лик фанатичного адепта. ─ Старшая, с вами всё в порядке? ─ забожливо поинтересовался он. ─ Виноват, упустил из виду, посмел позволить всякой шпане тревожить ваш покой! Су Яо покачала головой и спрыгнула с крыши. ─ Старшая! ─ глаза Е Фэна снова загорелись при виде её движения. ─ Ваш прыжок казался простым, но на деле в нем сокрыт великий смысл: «Великое Дао предельно просто, возвращайся к истокам»! ─ Вы ведь этим показывали мне, что не стоит обращать внимания на мирскую суету, а следует сосредоточиться на Пути, верно? Су Яо: ─ Я… я просто спустилась. ─ ─ Понимаю! ─ Е Фэн с благоговейным видом сложил руки. ─ Будьте уверены, старшая, я не посмею пренебречь вашими наставлениями! Су Яо молча посмотрела на него и оставила попытки объясняться. На следующий день она официально приступила к обязанностям чернорабочей. Заведующий двором, противный среброзубый мужичонка, едва завидев Е Фэн, ведущего Су Яо, побелел лицом и, шарахаясь от нее как от чумной, стал пятиться назад. ─ За… Заместитель главы Е, вы это… к чему? ─ заикаясь, выдавил он. ─ С сего дня Су Яо числится в Девятой обители простой работницей, вот её именной жеток, ─ Е Фэн швырнул на стол тяжелую железную плашку. ─ Найдите ей занятие. ─ За… занятие? ─ сжимая раскаленный кусок железа, управитель едва не рыдал. ─ Заместитель главы Е, издеваетесь? Какая работа может подойти для… для столь великой особы в моем ничтожном подворье! Сметь приказывать той самой «Звезде Бедствия», из-за которой переполошился даже сам глава, он не смел. А что если она, подметая дорожки, случайно снесет гору? Брови Е Фэна сошлись на переносице. ─ Сказал дать – значит дай! ─ Слушаюсь! Сию минуту! Утирая холодный пот, управитель лихорадочно соображал, пока в его голове не сверкнула мысль. ─ Придумал! ─ он хлопнул себя по бедру. ─ Мы ведь отвечаем за уборку Библиотечного павильона! Место это тихое! Тише некуда! Днем с огнем ни души не сыщешь! Пусть… пусть Су-старшая займется уборкой там! Самое опасное место – самое безопасное место. Сплавить эту заразу к мертвым залежам древних книг явно лучше, чем позволять ей бродить на воле. Е Фэн немного подумал и счел план здравым. Павильон с писаниями – важнейшая вотчина секты, окруженная барьерами, уединенная и тихая – идеально для «постижения Дао» старшей. ─ Хорошо, решено. ─ Е Фэн поставил точку в разговоре. Так Су Яо обзавелась новой метлой: бледный от страха управитель бегом проводил её до входа в книжное хранилище Секты Тяньэнь. Перед ними возвышалась древняя девятиэтажная пагода из неизвестного синего камня, чьи стены покрывали выцветшие руны, источавшие тяжелый дух ушедших тысячелетий. ─ Стар… старшая, мы пришли, ─ заикаясь, проговорил управитель, указывая на врата. ─ Вам… вам нужно мести лишь по этажу в день. Не… не старайтесь слишком сильно, для вида сойдет! Главное – не перенапрягитесь! ─ С этими словами он умчался прочь, сверкая пятками. Су Яо со сжатой в руке метлой переступила порог тихой древней башни. В то же мгновение, как она вошла, Жемчужина Забвения Пыли, по-прежнему хранившаяся у нее за пазухой, слегка дрогнула. Руны на поверхности бусины ярко вспыхнули, подпитываемые густой духовной энергией и книжной аурой павильона. Освежающая волна окатила её тело, намертво запечатав ауру разрушения, присущую ей с рождения. Это было долгожданное спокойствие. Легкость человека, сбросившего груз в тысячу цзиней, ощущение тепла домашнего очага. [Дзынь.] Механический голос прозвучал в её голове без предупреждения. [Зафиксировано попадание носителя в зону высокой концентрации духовной энергии и остаточных законов.] [Эффективность Жемчужины Забвения Пыли начала ускоренно падать.] [Ориентировочное время действия: 29 дней, 23 часа, 59 минут.] [Обратный отсчет запущен.] Су Яо замерла. Впервые она так отчётливо расслышала голос своей системы-помощника. За этим последовало удушающее чувство нехватки времени. Осталось… меньше тридцати дней? Спустя месяц она вновь превратится в ходячее бедствие, от одного присутствия которого всё вокруг идет кувырком? Нет. Она этого не хотела. Су Яо крепче сжала древко метлы, а в её глазах проступила твердость, которой она сама прежде не замечала. Последующие дни вошли в непривычно размеренный ритм. Каждое утро Су Яо молча мела и протирала полы в павильоне. Она трудилась усердно и скрупулезно, словно собираясь вымести пыль со всего белого света. Е Фэн по-прежнему заявлялся трижды в день под предлогом «надзора», доставляя ей пищу. ─ Старшая, сегодня ваш первый взмах метлой был на три доли тяжелее вчерашнего. Значит ли это, что вы постигли новый слой сущности закона «Неподвижна как гора»? ─ Старшая, посмотрите на следы от воды на полу – каждый мазок так пропорционален, будто в нем заложена гармония вселенной. Я столь глуп, молю старшую наставить меня! Су Яо молча жувала, изредка отзываясь коротким «угу» или «ага». Но это ни капли не мешало буйной фантазии Е Фэна. ─ Я понял! Старшая напоминает мне, что Великое Дао не нуждается в словах и познается изнутри! Прошла неделя. Закончив уборку на первых шести этажах, Су Яо наконец добралась до седьмого. Здесь хранились самые сокровенные секреты и техники Секты Тяньэнь, причем некоторые свитки существовали в единственном экземпляре. Потому и защитные барьеры на этом этаже оказались мощнейшими. Выметая дальний угол книжного ряда, её метла неожиданно наткнулась на что-то твердое. ─ Тук. ─ Отодвинув стеллаж, она обнаружила, что за ним скрывается не стена, а древняя каменная дверь, сплошь покрытая толстым слоем пыли. На плите были выбиты густые и исключительно сложные руны. Они складывались в гигантский круговой массив, наглухо запечатывавший проход. При виде этого узора сердце Су Яо сделало сумасшедший скачок! В её памяти снова всплыл образ матери, сжигающей свою душу в аду пламени ради того, чтобы распахнуть для нее разлом. Узоры на краях той пространственной трещины… Очертания на старой медной монете из её кармана… Недостающие фрагменты карт на клочке овечьей шкуры… Всё это невероятным образом совпадало с главными рунами на этой каменной двери! Сильнейший трепет, идущий из глубин её крови, заставил её непроизвольно протянуть руку. Кончик её пальца легко коснулся ледяного камня. Вжух! Невыразимое чувство родства вперемешку с лавиной жгучей скорби захлестнуло её сознание! Казалось, за этой дверью прячется самое дорогое и любимое ею создание. От её прикосновения руны на створках слабо засияли мягким белым светом. Однако сияние мгновенно угасло, и всё погрузилось в прежнюю темноту. [Дзынь.] Голос системы зазвучал вновь. [Проверка родословной пройдена.] [Недостаточно полномочий для открытия.] [Условие активации: требуется собрать три «Якоря памяти».] Якоря памяти? Су Яо не понимала значения термина, но знала одно: она обязана открыть эту дверь. Испытывая горечь разочарования, она прижалась ухом к холодному камню, пытаясь уловить хоть малейший звук изнутри. Мертвая тишина. Ни шороха. И в тот самый момент, когда она уже хотела отступить, из-за створки посветлел тихий, бесконечно усталый и испивший чашу векового одиночества вздох, преодолевший барьер тысячелетий. Это был одновременно дряхлый и нежный голос. ─ Я… Яояо. ─ ---------- «Месть Сяо Ханя в тридцати шести стратагемах» Девятый двор разнорабочих по праву считался помойкой Секты Тяньэнь. Здесь собирались оступившиеся адепты, изгнанники с ничтожным потенциалом, от которых все отказались, а также всякие маргиналы вроде Сяо Ханя, пробившие себе путь в бессмертную обитель окольными путями. Убежище Сяо Ханя было самым худшим во всем подворье. Низкое, пропитанное сыростью. Если распахнуть окно, оно выходило прямо на тысячелетний выгребной нужник задней горы – от этого ядреного амбре даже адепты стадии Золотой Пилюли морщили нос. Однако Сяо Ханя это нисколько не волновало. Он выбрал это место по единственной причине. Стена к стене с его жалкой лачугой ютилась та самая демоница – Су Яо. Когда он собственными глазами увидел в списках разнорабочих имя «Су Яо», сдерживаемая сутками волна чудовищной ненависти вновь закипела, выжигая остатки рассудка. Каменные врата наследия «Канона Пламени, Сжигающего Небеса» рассыпались перед ним в прах. Остаточная душа почтенного старца истратила на него последнюю искру света и тепла. Все его предначертанные небесами шансы, весь его лучезарный путь к бессмертию – всё это было стерто с лица земли этой девчонкой способом, непостижимым для его ума и не поддающимся никакой защите! Цзинь! Висевший у него на поясе Клинок Взлома Судьбы издал недовольный стон, и наполовину обнаженное лезвие выскочило из ножен. От одной лишь жажды убийства температура в комнате резко упала. ─ Успокойся! ─ рявкнул Сяо Хань и со всего маху врезал кулаком себе по бедру, заглушая полыхающий разум острой болью. ─ Нельзя горячиться… Больше нельзя срываться… Он тяжело дышал, а в голове помимо его воли проносились картины недавнего прошлого. Он обнажает клинок – падает сорванная вывеска и придавливает смотрителя. Он требует ответа – а безумец Е Фэн принимает его за заурядного воришку. Каждый раз его наполненные смертоносной яростью лобовые столкновения оборачивались фарсом, превращая его в посмешище. ─ В лоб её не одолеть. Ярость в глазах Сяо Ханя медленно угагасала, уступая место леденящему душу мрачному блеску. ─ Эта странная аура неудачи вокруг неё… словно невидимая сфера. Чем ближе подбираешься, чем яростнее атака, тем безумнее бедствия прилетают в ответ. Он медленно, дюйм за дюймом, вернул Клинок Взлома Судьбы в ножны. ─ Раз Небеса несправедливы, я пойду против воли Небес. ─ Раз бессмертные искусства бессильны, я воспользуюсь хитростью смертных. ─ Ты не желаешь играть по правилам? Что ж, тогда я буду… морить тебя до истощения! Глубокая ночь. Над подворьем разносился разноголосый храп. В хижине Сяо Ханя тускло мерцал огонек масляной лампы. Неведомо где раздобыв огромный кусок грубой звериной шкуры, он бережно расстелил его на столе. Затем отыскал обгоревший уголек, обмакнул его в воду, приспособив под кисть. Глубоко вздохнув, он вывел на самом верху шкуры крупными, врезающимися в память чертами суровые иероглифы: «Тридцать шесть стратагем уничтожения Яо». ─ Стратагема первая: бросить камень, чтобы спроводить дорогу, – бормотал он себе под нос, выводя строку за строкой. ─ Завтра поймать бродячую собаку из подворья, загнать её на три шага к её порогу и понаблюдать за реакцией. ─ Если пес шлепнется, значит, радиус действия её сферы бедствий – три шага. Если останется цел, сократить дистанцию до двух целых девяти десятых, отловить кошку… ─ Стратагема вторая: чужим ножом убить человека. ─ Судя по всему, этот придурок из Зала Судеб, Е Фэн, боготворит её до безумия. Если подстроить всё так, будто эта демоница нечаянно нарушила железные законы секты – бросится Е Фэн её арестовывать или нет? Это открытая ловушка, можно будет проверить его намерения. ─ Стратагема третья: наблюдать за пожаром с противоположного берега. ─ Армия Альянса Небесного Дао еще не отступила, я могу анонимно сливать вниз её ежедневные передвижения. Руками Альянса испытаем прочность секты Тяньэнь. ─ … ─ Стратагема семнадцатая: травить ядом яд. На этом месте в глазах Сяо Ханя мелькнуло безумие. ─ В древних трактатах книгохранилища я встречал упоминания: в подлунном мире существуют тела, преисполненные бедствий, способные столкнуться лбами с избранниками удачи. ─ Надо бы сходить в хранилище писаний, поискать кого-нибудь с подобной конституцией и свести их вместе, авось удастся аннулировать чужую удачу! ─ Стратагема двадцать пятая: потревожить траву и спугнуть змею. ─ Подсыпать в её еду бесцветный порошок с трехдневным слабительным эффектом. Если останется невредима – значит, её поле пассивно очищает токсины. Если её пронесет на изнанку – значит, изнутри её силовой щит уязвим, и это колоссальная брешь! Заманить её под громовое дерево в ливень. Намазать маслом векового мха дорогу, по которой она ходит с метлой. Использовать заброшенные сектантские телепорты для случайных перемещений. Отыскать древний артефакт, подавляющий удачу. Изучить архаичные руны, чтобы сокрыть небесные тайны… Сяо Хань ушел в работу с головой; никогда прежде он не был столь сосредоточен и хладнокровен. Всю свою злобу, нереализованные амбиции и унижения он переплавлял в хитроумные, злодейские, но безупречно логичные замыслы на бумаге. В тот момент, когда он увлекся писаниной сильнее всего, Жжж… Его пальцы ощутили едва уловимую вибрацию. Сяо Хань резко замер и опустил взгляд. Расколотое, потускневшее кольцо реинкарнации на его пальце без всякой видимой причины слегка нагрелось. Едва заметный ореол промелькнул в трещинах перстня. ─ Старец? Тело Сяо Ханя затряслось мелкой дрожью, а в глазах вспыхнули дикий восторг и неверие! Неужели остаточная душа старика еще не развеялась окончательно?! Дрожащими пальцами он поднес кольцо к самому лицу и, отчаянно шаря духовным зрением, принялся звать знакомое имя: ─ Старец! Это ты? Ты еще здесь?! Ответа не последовало. Кольцо лишь чуть-чуть качнулось. А затем расколотая трещина, словно обретя собственную волю, медленно… развернулась в сторону комнаты Су Яо, что была за стеной. Поза этого уродливого обруча напоминала алчный подсолнух, тянущийся к солнцу. Или хищного зверя, тысячелетиями морившего голодом и унюхавшего лакомую плоть. Исполненное жажды. Восторг на лице Сяо Ханя мгновенно застыл. Сменившись бесконечной яростью и полным абсурдом происходящего. ─ Нет… Не может быть… Его кровь в жилах застыла. ─ Даже ты… ─ Даже последняя искра, оставленная тобой, притягивается этой проклятой девчонкой?! Он отказывался в это верить. Тот самый старец, который вел его, наставлял, жертвовал ради него всем – та последняя частица памяти, олицетворявшая его бывшее величие и надежды, сейчас жаждала заполучить его заклятого врага! Эта мысль ранила больнее кинжала в сердце. ─ А-а-а…!!! Из его горла вырвался приглушенный до предела звериный рык. Бац! Он со всего размаха врезал кулаком по столешнице. Прочная железная древесина треснула от удара, глубокая выбоинистая воронка покрылась паутиной трещин, а щепки полетели во все стороны! ─ Моя судьба в моих руках, а не во власти Небес! Налитые кровью глаза Сяо Ханя в упор уставились на стену за которой была её комната, а каждое слово буквально протискивалось сквозь стиснутые зубы. ─ И тем более не в твоих, дрянь паршивая!! Он больше не глядел на жуткое кольцо. Одним движением сорвав с себя верхнюю одежду, он обнажил иссеченное шрамами, но налитое взрывной силой тело. И с безумным упорством принялся отрабатывать «Технику Закалки Тела Смертных» . Каждый удар кулака, каждый взмах ноги сопровождались разрывом воздуха. Пот градом катился с него, пропитывая волосы и стекая по мужественным щекам. Горячие капли падали на расстеленную шкуру с планом мести, расплываясь темными пятнами по жутковатым строчкам. Он не ведал усталости, словно выплескивая всю накопленную злобу, обиду и унижение в бесконечную тренировку. Ночь становилась всё глуше. Выполняя особенно резкое движение на пределе сил, он нечаянно задел рукой зазубрину на углу стола, оставив на коже царапину. Крупная багровая капля крови выступила из пореза, собираясь сорваться вниз. Сяо Хань даже не заметил. А капля тем временем точно упала на то самое расколотое кольцо реинкарнации, что покоилось на его пальце. Трещина, подобно алчной пасти, безмолвно и жадно поглотила каплю его упрямой жизненной силы. На самом дне кольца, среди золотистых угольков, оставшихся от сгоревшей души старца, Тончайшая, тоньше волоса, но чернее вечной ночи струйка дымки вдруг пробудилась от прикосновения этой крови. Медленно извиваясь, подобно проснувшейся гадюке, она бесшумно обвила золотистый пепел. ---------- «Невольное действие, принесшее новую заслугу» Дни в Павильоне Писаний текли тихо и безмятежно, словно застоявшаяся вода в пруду. Су Яо очень нравилось это спокойствие. Здесь никто не смотрел на нее как на чудовище и не орал благим матом. Ее ежедневная работа заключалась в том, чтобы с метлой и шваброй в руках вычищать эту девятиэтажную пагоду сверху донизу. Хотя некто по имени Е Фэн исправно появлялся здесь каждый день в одно и то же время, сопровождая процесс подметания потоком непонятных ей восторгов, стоило ей молча приняться за еду, как он быстро унимался. ─ Старший, ваша манера держать метлу сегодня еще более свободна от условностей, пыль словно сама разбегается перед вами. Неужели это та самая легендарная техника «деяния через недеяние, следования законам природы»? Младший почерпнул для себя много нового! ─ Старший, только посмотрите на эту тряпку, которой вы протираете стеллажи – даже амплитуда ее отжима совпадает с золотым сечением, просто, но со вкусом, поистине… поистине великолепно! Су Яо уплетала принесенную Е Фэном куриную ножку и невнятно мычала. Она просто думала, что если получше отжать тряпку, то вытрется чище. Сегодня шел пятнадцатый день ее пребывания в Павильоне Писаний. Прохладное дыхание Жемчужины Забвения Пыли, что лежала у нее на груди, казалось, стало чуть слабее, чем раньше. Механический голос в голове неизменно раздавался каждый день в один и тот же час. [Эффективность Жемчужины Забвения Пыли продолжает снижаться.] [Ориентировочное время действия: 14 дней 16 часов 08 минут.] В душе Су Яо впервые зародилось само понятие времени. Ей не хотелось снова становиться той вестницей катастроф, от шагов которой все вокруг переворачивалось вверх дном. Поэтому она мела еще усерднее. Она наивно полагала, что если вычистит пол до блеска, то, глядишь, и сама станет чище. Ночь, третья стража. В Павильоне Писаний царила тишина, нарушаемая лишь редким стрекотанием цикад за окном. За безопасность дежурил старейшина по фамилии Сунь, но сейчас он дремал в кресле-качалке, изредка слегка покусывая губы и тихонько посапывая. Он абсолютно ничего не заметил. Черная тень бесшумно проскользнула внутрь через окно седьмого этажа. Некто Лю И, ученик внутренней секты на поздней стадии Конденсации Ци, являлся одним из тайных агентов, расставленных Лин Цзысяо в секте Тяньэнь много лет назад. ─ Ничтожество, ─ Лю И бросил пренебрежительный взгляд на дремавшего старика. ─ И это место они называют запретной цитаделью секты? Его целью сегодняшней ночи был нефритовый свиток на полках седьмого этажа, где хранилось секретное искусство секты Тяньэнь – «Искусство воплощения теней и клонирования». Такой приказ лично отдал господин шахматист. Движения Лю И были легки, как у кошки. Он достал из-за пазухи особый компас, чья стрелка едва заметно подрагивала, указывая расположение видимых ловушек. ─ Три шага влево, полшага вправо, затем семь шагов вперед… ─ бормотал он себе под нос, прокладывая путь среди стеллажей и мастерски обходя незримые смертельные угрозы. Вскоре он добрался до нужного шкафа. Бледно-зеленый нефритовый свиток с выбитыми на нем иероглифами «Тени» тихо лежал на самой верхней полке. Удалось! Сердце Лю И забилось чаще. Он осторожно протянул руку, кончики его пальцев почти коснулись свитка. Стоит заполучить его, и он совершит огромный подвиг! Обещанная господином пилюля Создания Основания и блестящее будущее уже манят его! В этот момент… ─ Ах… у-у… ─ ленивый, сонный зевок вдруг раздался из соседнего прохода. Ледяной холодок мгновенно взметнулся от копчика Лю И прямо к макушке! Кто?! Откуда здесь кто-то взялся? Он резко обернулся и увидел хрупкую фигурку в грубых одеждах, которая, протирая глаза и таща огромное деревянное бадье, медленно выплывала из темноты. Та самая служанка? Та самая легендарная Звезда Одинокой Скорби? Какого черта она тут забыла! Паника мертвой хваткой вцепилась в сердце Лю И. Не раздумывая, его первой реакцией было дать задний ход! Однако отступал он слишком торопливо и пяткой наступил на какую-то вещь. ─ Хрусь. ─ Тихий звук. Это был крошечный камушек, который кто-то случайно обронил при уборке. Нога Лю И дико скользнула! ─ Черт! ─ он вмиг потерял равновесие и завалился назад. Все кончено! Стоит ему упасть и разбудить старого хрыча, как всё пойдет прахом! Инстинкт выживания заставил его отчаянно замахать руками, пытаясь за что-то ухватиться перед падением. Он хотел ухватиться за соседний стеллаж. Но в панике не нащупал твердого дерева, вместо этого пальцы его намертво вцепились в длинный, мокрый и круглый шест. Это была швабра Су Яо. Она только что закончила мыть полы и собиралась вынести грязную воду. ─ Ась? ─ Су Яо почувствовала, что швабру у нее кто-то резко дернул. Прежде чем она сообразила, мощный рывок передался через древко. Ее хрупкое тело качнуло вперед под воздействием этой силы. А та бадья в ее руках, заполненная черной, серой и плавающими хлопьями какой-то грязи водой после мытья пола… ─ Плюх –– !!! ─ в воздухе вычертила фатальную параболу. Ни капли не пролив мимо, прямо в лицо падающему навзничь Лю И обрушилось все содержимое ведра. ─ Тьфу… буль-буль-буль… ─ Лю И показалось, что ему на лицо нахлобучили тысячу грязных носок, а тухлая жижа мгновенно залила нос и рот. Он больше ничего не видел. Запредельная паника и удушье лишили его остатков хладнокровия. ─ А-а-а! Призрак! ─ пронзительный визг разорвал тишину Павильзона Писаний. ─ Кто там?! ─ подремывающий старейшина Сунь вскочил как ошпаренный. Он осоловело уставился на источник шума. Перед ним на полу барахтался промокший насквозь и смердящий человечишка в черном. А рядом с ним стояла новенькая служанка с невинным видом, держа в руках пустое ведро. На полу растеклась лужа грязи, а посреди нее валялся расколотый надвое нефритовый свиток. Форма свитка была столь знакома… Зрачки старейшины Суня сузились! «Искусство воплощения теней и клонирования»! ─ Наглец! Как посмел ты явиться в мой Павильон Писаний за запретной техникой! ─ старейшина Сунь пришел в бешенство, испустив рев вкупе с давлением стадии Золотой Пилюли. Одним прыжком он преодолел расстояние до нарушителя, наступил ногой на барахтающегося на полу Лю И и заломил ему руки, полностью обездвижив. Пойманы с поличным. Разобравшись с вором, старейшина Сунь перевел взгляд на стоявшую рядом и хлопающую глазами Су Яо. Он окинул взглядом хрупкую девчушку, помолчал пару мгновений, а затем произнес: ─ Неплохо сработано. Он замолчал, сообразив, что одна устная похвала вряд ли способна описать столь странный подвиг, но других слов подобрать не смог. В конце концов он лишь махнул рукой. ─ Ладно, ступай, иди… продолжай мести полы. Су Яо тихо сказала «угу», молча подняла свою швабру и побрела набирать свежую воду. Старейшина Сунь проводил взглядом ее хрупкую спину, а затем посмотрел на лужу грязи на полу, плотно сдвинув брови. Чем больше он думал об этом, тем сильнее ощущал подвох. Он не удержался, окликнул исчезающую за поворотом фигурку, и в его голосе прозвучали нотки подозрения и замешательства: ─ Стой. ─ Почему простая служанка в третьем часу ночи все еще трется на седьмом этаже? Су Яо повернулась, подняла гладкую палку швабры, а в ее черно-белых глазах отражалась кристальная наивность и сосредоточенность. ─ Полы слишком грязные, я еще не закончила. Услышав это, старейшина Сунь невольно опустил глаза на доски под своими ногами. Каменные плиты сияли в лунном свете, словно зеркало, не запятнанные ни единой пылинкой. Он погрузился в глубочайшие раздумья. ---------- «Грязная вода опрокидывает столетнюю шахматную партию» Зал Судеб. Самое жуткое место во всей Секте Тяньэнь, чьи каменные плиты пола насквозь пропитаны леденящим душу холодом. В этот момент в допросной ярко горели светильники. Опутанный по рукам и ногам веревками Лю И растерял всю прежнюю спесь и теперь походил на бесформенный кусок грязи на полу, выкладывая подчистую всё, что ему было известно. ─ Это… это господин Шахматист… Он приказал мне выкрасть «Искусство воплощения теней и клонирования» … ─ В секте у меня есть еще три агента… ─ Умоляю… Заместитель главы, я во всем сознался, дайте мне легкую смерть! Е Фэн восседал на главном месте, его лицо было мрачнее тучи, он хранил гробовое молчание. Разложенная перед ним песочница уже пестрела разноцветными флажками, отмечавшими ключевые точки Секты Тяньэнь. По мере признаний Лю И гигантская сеть, затягивавшая секту на протяжении целого века, впервые так отчетливо обнажилась перед ним. У этой сети было лишь одно кодовое имя. «Шахматист». Тот самый Лин Цзысяо, мастер Башни Всеведения, что так непринужденно и улыбчиво сопровождал старца в его пути! ─ Оказывается, это он… Под столом пальцы Е Фэна судорожно сжались в кулаки. Он же сам впустил волка в овчарку, подпустив столь опасную фигуру к самому前辈! Какая непростительная, смертная ошибка! ─ За… заместитель главы? — Стоявший рядом младший ученик, ответственный за ведение протокола, испуганно уставился на меняющееся лицо Е Фэна – перо в его руке едва не выпало от страха. ─ Эта шпионская сеть пустила корни повсюду, в нее даже впутались несколько старейшин-распорядителей… Как нам доложить об этом наверх? Е Фэн оставил вопрос без ответа. Его взгляд в упор впился в песочницу. Мысли метались в голове с бешеной скоростью, сводя воедино все нити запутанного дела, выстраивая безумную цепь умозаключений. От тайного проникновения Лю И до его поимки. Каждое звено, каждая мельчайшая деталь. В конце концов все указатели сошлись в одной исходной точке. В той самой невероятной и ключевой точке перелома. Су Яо. И выплеснутое ею ведро грязной воды из-под швабры. ─ Бац! Е Фэн с грохотом врезал ладонью по столу и подскочил на месте! В его глазах полыхал безумный блеск, он взволнованно зашагал по допросной, бормоча под нос: ─ Гениально… Поистине гениально! ─ Как же я не додумался! Как я мог этого не понять?! ─ Заместитель главы? О чем… о чем вы говорите? – Записывающий ученик выглядел абсолютно ошарашенным. ─ Я говорю о стратегическом замысле старца! ─ Е Фэн резко остановился, развернулся к песочнице и заговорил дрожащим от восторга голосом: ─ Ты думаешь, та бадья воды была случайностью? ─ Нет! Никакая это не случайность! Это расчет! Тончайший, филигранный расчет! Младший брат неуверенно моргнул: ─ А? Но… но старейшина Сунь утверждал, что старший в тот момент зевал, будто толком не проснулась… ─ Глупец! ─ Е Фэн рявкнул так громко, что ученик вздрогнул, а затем с досадой ткнул в него пальцем: ─ В этом и заключается мудрость предтечи! Истинное величие кроется в простоте! ─ Она выглядевшая так, будто просто моет пол или зевает, на самом деле видела насквозь весь маршрут лазутчика, его слепые зоны и даже тот камень, на который он неизбежно наступит при отходе! ─ Понимаешь, что это значит? Это называется «услышать раскат грома в тишине»! Челюсть писца отвисла в форме буквы «О». Наступить… наступить на заранее просчитанный камешек? Разве смертный способен на такое? Е Фэн даже не глянул на его физиономию – он целиком погрузился в собственные логические дебри, распаляясь всё сильнее и машинально поглаживая несуществующую бороду на подбородке. ─ А теперь взгляни сюда! ─ Почему старец не обнажила меч? Почему не пустила в ход заклинания? ─ Потому что брезговала! ─ Зачем тратить разрушительную мощь на подобную мелюзгу? Она задействовала самое обыкновенное, самое грязное ведро мыльной воды, чтобы уничтожить его гордость – безупречную технику передвижения и непоколебимый дух! ─ Как это называется? Это называется «отплатить той же монетой простых смертных»! Высшее унижение для врага! ─ Одной лишь водой она без единой капли крови вскрыла для нашего Зала Судеб столетнюю раковую опухоль, точившую секту изнутри! ─ Этот единственный ход оживил всю доску! Вот оно – истинное мастерство, когда ходы просчитаны на много шагов вперед! Мировоззрение юного писца трещало по швам, разрушаясь и собираясь заново. Он уставился на лежащий перед ним заурядный протокол допроса, а затем на одухотворенную физиономию начальства. Впервые в жизни у него зародились смутные сомнения: а точно ли он и заместитель главы расследуют одно и то же дело? ─ Я понял… Я всё понял до конца… ─ Е Фэн глубоко вздохнул, переполненный благоговением и религиозным экстазом. Вернувшись за стол, он извлек из-за пазухи личный блокнот под названием «Записи о постижении пути старца» . Раскрыв чистую страницу с благоговейным трепетом пилигрима, он обильно обмакнул перо и дрожащей рукой вывел крупным почерком: ─ «Пятнадцатое сентября, ночь, ясно. Старец на седьмом этаже хранилища писаний обыкновенной водой разрушила вековой тупик. Смысл сего действа тройственен». ─ «Во-первых – предупреждение. Сигнал о том, что внутренности Секты Тяньэнь прогнили до основания и требуют хирургического вмешательства». ─ «Во-вторых – наставление. Указание мне, Е Фэну, на то, что великое Дао предельно просто, а методы прорыва не обязаны опираться на клинки; любая травинка, любая чашка воды могут стать божественным оружием». ─ «В-третьих – демонстрация силы. Незримое устрашение негодяев вовне и внутри секты: пока она здесь, любые заговоры обратятся в прах!» ─ «После этой схватки я укрепился во мнении, что решение главы поселить старца в хранилище писаний и приставить меня надзирать за ней – вовсе не наказание, а глубочайший по своему замыслу стратегический ход!» ─ «Каждый шаг старца очищает секту. О, как же счастлив я, Е Фэн, что удостоился чести следовать за ней и воочию созерцать столь грандиозное перерождение мира!» ─ «Я, Е Фэн, клянусь следовать за ней до конца дней!» Закончив писать, он отложил перо, ощущая, как его собственное Дао-сердце вознеслось к небывалым высотам. Нет. Обычная доставка еды больше не утоляла его жажду постижения замыслов старца. Ему требовалось… подобраться еще ближе! Смелая мысль оформилась в его голове. ─ Передать мой приказ! – гаркнул Е Фэн наотмашь к выходу. ─ С завтрашнего дня я перебираюсь в Девятый двор разнорабочих лично держать оборону и пресекать любые попытки нечисти приблизиться к библиотеке хотя бы на шаг! Ради более глубокого постижения Пути старца он решил переселиться в Девятый двор и поселиться прямо напротив комнаты Су Яо. … Главная резиденция Башни Всеведения в Средней Провинции. В тихой чайной курились благовония. Лин Цзысяо задумчиво вертел меж пальцев белого нефритовую пешку, изучая сложную позицию в эндшпиле. ─ Глава. Бесшумная тень возникла за его спиной и опустилась на одно колено. ─ Из Секты Тяньэнь поступила шифрограмма: наш агент «Теневой Воробей», работавший там два десятка лет… провалился и схвачен. ─ Мм. Лин Цзысяо даже не поднял головы. ─ Спасая шкуру, Теневой Воробей выдал всё, включая все наши конспиративные точки внутри секты. Вся сеть уничтожена подчистую. ─ Ясно. Голос Лин Цзысяо оставался невозмутимым. Тень помедлила, собираясь с духом, и продолжила: ─ Судя… судя по последним вестям, Воробей погорел из-за того, что при краже нефритового свитка… уборщик окатил его ведром грязной воды из-под швабры, да так, что тот рухнул плашмя. Тск. Раздался тихий, звонкий хруст. Идеально гладкая белая нефритовая пешка в пальцах Лин Цзысяо треснула под его напором, покрывшись паутиной трещин. Он наконец медленно поднял голову. На лице, неизменно тронутом мягкой улыбкой, впервые не осталось и следа веселья. Устремив взгляд в сторону Секты Тяньэнь, он чувствовал, как в бездонных омутах его персиковых глаз бурлят недоумение, абсурд и… доселе незнакомый азарт. Тихим, шуршащим шепотом ветра он произнес: ─ Су Яо… ─ Ты и впрямь моя пешка или та, что перевернула мою доску? ----------