Ли Мо проснулся от дикого голода и не менее жгучей боли.

Сквозь накатывающие волны мучительной судороги открылся серый, свинцовый купол неба. Низкие тучи, точно заплесневелая вата, давили так сильно, что в груди не оставалось воздуха.

От воздуха разило странным, невыносимым смрадом.

Где он?

Разве он не должен был… умереть?

В самом конце памяти запечатлелось лишь расколотое небо над Обществом душ.

Высоко в вышине парил Яхве, а за его спиной бушевали мириады потоков духовной энергии. Он просто стоял там, не совершая никаких движений, но постройки во всем Ванденрейхе начали рушиться сами собой: обломки, пыль и даже сам воздух склонялись перед ним в покорности.

Эти глаза.

Взгляд тех двойных зрачков, способных пронзить любые причинно-следственные связи и заглянуть в каждое будущее, равнодушно скользил по синигами, что роились у его ног подобно ничтожным букашкам.

Всеведение и Всемогущество.

Ли Мо помнил слишком отчетливо: «Рюин Дзакка» Ямамото Генрюсая, банкэй «Дзанка но Тати», прозванный пеплом сожженных небес. Температура, способная испарить всё Общество душ, в присутствии Яхве не опалила даже края его одежды.

─ Твое будущее меня не задело.

Яхве произнес это с пугающим спокойствием. А затем банкэй главнокомандующего был просто похищен. Словно сорванный с ветки цветок, словно раздавленная пальцем букашка.

Столь чудовищная сила вселяла абсолютное отчаяние.

Стоя посреди руин и сжимая рукоять «Шэньши», Ли Мо отчетливо понимал, что обычные методы бессмысленны – любые атаки в глазах Яхве превращаются в ничто.

И тогда.

─ Банкай.

Голос Ли Мо прозвучал с непреклонной решимостью.

Клинок «Шэньши» внезапно вспыхнул мириадами черных световых узоров и начал сжиматься вовнутрь.

С Ли Мо в центре поплыл в стороны угольно-черный барьер, расширявшийся с пугающей скоростью. Пространство повсюду, где проходил барьер, содрогалось и перерождалось заново.

─ Финальная сцена: Похороны тысяч клинков.

Яхве слегка склонил голову, оглядывая кромешную тьму вокруг, и в тех сдвоенных зрачках впервые мелькнуло… нечто похожее на удивление.

─ Я чувствую в этом барьере множество знакомых отголосков, ─ неспешно заговорил он, сохраняя прежнюю безмятежность. ─ Забавно. Твой зампакто способен одновременно использовать банкэи стольких других клинков?

Ли Мо не ответил. Ему незачем было отвечать.

Внутри барьера пространство исказилось. Из пустоты одна за другой начали выплывать рукояти зампакто. Каждая являла собой завершенный облик банкэя, а по лезвиям струились их уникальные способности.

Банкай «Рюин Дзакка»: «Дзанка но Тати».

Банкай «Хёринмару»: «Дайгурен Хёринмару».

Банкай «Сэндбондзакура»: «Сэндбондзакура Кагэёси».

Банкай «Синсо»: «Камисини но Яри».

Банкай «Дзангецу»: «Тэнса Дзангецу».

…

Десятки, сотни клинков.

Все зампакто, с которыми Ли Мо довелось сражаться или соприкасаться за свою жизнь, одновременно пробудились в барьере техники «Ковка душ».

Их остриа синхронно развернулись и устремились на стоявшего впереди мужчину.

─ Вперед.

Единственное слово.

Тысячи клинков сорвались с мест.

Яхве поднял руку.

Его пальцы едва шевельнулись – и замерли.

Те самые сдвоенные зрачки впервые расширились по-настоящему.

─ …Этот барьер, ─ тихо промолвил он, ─ отсутствует в будущем.

«Ковка душ» – это создание законов. Находясь внутри барьера, Ли Мо в реальном времени ковал новую «современность», правила менялись каждую секунду, непрерывно переписывая грядущее.

Тысячи лезвий прошили тело насквозь.

Множество мечей пронзило Яхве, и черные потоки рэйацу брызнули из его ран, словно разлетевшиеся осколки звезд.

Он смотрел на Ли Мо, и в его взгляде читались вовсе не гнев или боль – лишь капля признания.

─ Достойная… борьба.

Затем он улыбнулся.

Двойные зрачки медленно сомкнулись.

В тот же миг Ли Мо почувствовал, что его собственное тело начинает рассыпаться в прах, а сгорает не просто рэйацу – сгорает сама душа.

Ослабив хватку на рукояти, он полетел спиной назад.

Когда зрение вновь прояснилось, небо уже затянуло привычной серой пеленой.

Он попытался приподняться, но тело напоминало бесформенный кусок грязи и совершенно не слушалось.

Левое плечо пронзила жгучая, пронизывающая боль. Опустив взгляд, он увидел рану глубиной до самой кости, тянувшуюся от плеча до локтя: рваные края плоти зияли чернотой.

Еще хуже было чувство голода. Желудок словно переваривал самого себя, а от пустоты внутри в глазах то и дело темнело.

Закрыв глаза и сосредоточившись, он попытался нащупать в глубинах тела привычный некогда бурный поток рэйацу.

Не осталось ни капли.

Единственным утешением было то, что на дне души по-прежнему парил зампакто по имени «Шэньши».

Полный крах.

Это тело принадлежало не ему.

Хрупкое, слабое, покрытое застарелыми травмами – словно брошенная развалюха, проехавшая восемьсот тысяч километров без единого техосмотра.

А его собственный дух походил на сверхмощный смартфон, который насильно воткнули в древнюю «нокию».

─ О, очнулся? А живучий ты ублюдок.

Ли Мо с трудом повернул шею. Неподалеку на бетонной плите сидели трое и жевали какую-то черную сухомятку сомнительного происхождения.

Говоривший – худой, точно обезьяна, мужчина – разглядывал его с праздным любопытством, предвкушая забавное зрелище.

Рядом, услышав его слова, медленно поднял голову дородный амбал с грубыми чертами лица.

Шрам, пересекавший его лицо от брови до самого угла рта, придавал выражению неизменную зловещую ухмылку.

Братец Дао.

Главарь этой временной шайки собирателей утиля.

Его взгляд, полный нескрываемого прищура и злобы, тяжело прошелся по фигуре Ли Мо.

Он ничего не сказал, лишь неспешно дожевал последний кусок сухомятки, после чего вытер уголки рта испачканными в масле пальцами.

Третий участник, здоровяк по прозвищу Камень, от начала и до конца тупо утыкался в свою еду, словно происходящее вокруг его не касалось.

В голову потоком хлынули чужие, обрывочные воспоминания.

Прежний хозяин этого тела тоже звался Ли Мо и промышлял сбором мусора на самых задворках Седьмого стенового района Тяньхая.

Всего пару часов назад во время мелкого «нашествия зверей», спровоцированного неким Чжао Цзе, их отряд угодил в ловушку. Чжао Цзе использовал Ли Мо в качестве приманки: его руку растерзал расщепляющий когти пес класса E, после чего паренька бросили в руинах на верную смерть.

А братец Дао сотоварищи – это те самые «товарищи» по команде, пушечное мясо, которое некогда завербовал тот же Чжао Цзе.

─ Братец Дао, глянь на его полудохлую физиономию, ─ Тощий Обезьян подполз ближе к главарю, понизив голос ровно настолько, чтобы Ли Мо мог всё расслышать. ─ Зря только приволокли, кусок жратвы перевели.

Братец Дао поднялся. Тяжелые армейские ботинки зашагали по щебню с хрустом и скрежетом.

Он подошел к Ли Мо вплотную и заглянул сверху вниз, затенив того своей массивной фигурой.

Вытянув ногу, он носком ботинка беззлобно, но ощутимо пихнул раненую руку Ли Мо.

─ Тц…

От резкой боли тело рефлекторно содрогнулось. Но Ли Мо стиснул зубы до хруста и не издал ни звука.

Боль – лучшее доказательство того, что ты жив.

Смерти хватило и одного раза.

─ Говори, ─ хрипло и глухо произнес братец Дао. ─ Во время нашествия столько народу полегло, ты-то как умудрился выжить?

Судя по воспоминаниям прежнего Ли Мо, он прекрасно осознавал свое положение: в таком месте, как Седьмой стеновой район, само твое выживание уже приравнивается к преступлению, особенно когда все остальные погибли.

Это значит, что ты мог запрятать что-то ценное.

Любой из этих вариантов неминуемо привлекал внимание гиен.

─ Я… не знаю… ─ голос звучал слабо и хрипло. ─ Я потерял сознание… очнулся уже здесь…

Братец Дао издал неопределенный смешок.

Тощий Обезьян немедленно подхватил тему, взвизгнув тонким голосом: ─ Не знает он! Да твою шкуру мы с братцем Дао из самой кучи мертвецов вытащили! По закону-то за это «отблагодарить» полагается, а, братец Дао?

Тот пропустил его слова мимо ушей. Он продолжал сверлить взглядом глаза Ли Мо, словно пытаясь выскрести из этих зрачков все запрятанные секреты.

Однако в тех глазах плескалась лишь естественная для подобного состояния слабость вперемешку с растерянностью.

Шутить изволите? Проведя в Обществе душ тысячелетие, играя в ментальные игры с Айдзеном – пусть тот в итоге всё равно всех надул, – сражаясь на смерть с Яхве и разыгрывая комедию перед вашей бронзовой лигой… это было сущее избиение младенцев.

Они переглядывались добрых полминуты, пока братец Дао наконец не отвел взгляд.

Никаких зацепок. Но это само по себе выглядело подозрительнее всего.

Обычный низкосортный мусорщик, только что выкарабкавшийся с того света, и вдруг держится перед его давлением настолько «спокойно»?

─ Ладно.

Братец Дао нетерпеливо махнул рукой, вернулся к бетонной плите, подобрал пустой рюкзак и швырнул его в сторону лежащего.

─ Сегодняшняя доля пайка отменяется.

Задержавшись на мгновение, его холодный взгляд скользнул по сочившейся кровью руке.

─ Если до заката не притащишь трех «гнилокожих крыс» – оставайся гнить в этих руинах на корм тварям.

В мире руин изгнание из команды для раненого сборщика означало смертный приговор.

Ли Мо не стал спорить или умолять.

Он молча подобрал потрепанный рюкзак, опираясь здоровой правой рукой о землю, и кое-как поднялся на ноги.

Ему требовалось время на восстановление, пусть даже минимальное – ровно настолько, чтобы вновь обрести способность стабильно использовать сикай.

А для этого был нужен подходящий статус, позволяющий залечь на дно и хотя бы временно пустить пыль в глаза этим шавкам.

Спустя полчаса четверка углубилась в заброшенную подземную парковку.

Здесь стоял промозглый сырой воздух, наполненный затхлым смрадом пыли и плесени.

Немногие уцелевшие указатели аварийного выхода заливали помещение мертвенно-зеленым светом, добавляя и без того жуткой обстановке мистического колорита.

Излюбленное место обитания магических зверей класса F – гнилокожих крыс.

Эти создания не отличались крупными габаритами или особой агрессивностью, но обладали высокой скоростью, острыми зубами и прочной, жесткой шкурой.

Они служили одним из самых стабильных источников дохода для таких рядовых мусорщиков.

─ Всем нос по ветру! ─ рявкнул братец Дао, вытаскивая из-за пояса полуметровый кусок арматуры со следами запекшейся крови.

Тощий Обезьян нервно сжимал ржавый тесак, шаря глазами по сторонам.

Ли Мо шел позади всех, сберегая в руке длинный клинок, подобранный на свалке.

Лезвие было прямым, на стали виднелись зазубрины, но никто не догадывался, что на самом деле этот меч – «Шэньши».

─ Пи-и… ─

Из темноты донесся пронзительный писк.

Глаза братца Дао блеснули. Он сделал знак соблюдать тишину, пригнулся и на цыпочках двинулся на звук.

Вскоре за массивной несущей колонной обнаружилась гнилокожая крыса, увлеченно грызшая какую-то падаль.

Размером с домашнего кота.

Шерсть отливала нездоровым серо-бурым оттенком, а лысый хвост походил на мясистый кнут.

Братец Дао выскочил из-за колонны со свистом рассекающего воздух прута и со всего маху обрушил его вниз!

─ Трах! ─

Глухой удар. Голова крысы превратилась в кровавое месиво, мозги и кровь брызнули во все стороны. Зловонная жижа испортила ценнейшую шкуру на спине зверька.

─ Черт! ─ выругался он сквозь зубы, явно недовольный результатами собственной охоты.

Тощий Обезьян тут же подбежал суетиться: ─ Братец Дао силен! Как эта тварь ни бегай, от твоей арматуры не уйдет!

Ли Мо стоял поодаль, с каменным выражением наблюдая за происходящим.

Память прежнего владельца и собственный свежий анализ позволили ему мгновенно сопоставить факты.

Гнилокожая крыса, зверь класса F.

Плюсы: прочная шкура, пригодная для низкосортной защитной подкладки.

Минусы: мясо слабо ядовито, источает сильный запах крови, способный привлечь более крупных хищников.

Уязвимое место: основание черепа чуть ниже третьего шейного позвонка, где залегает нервный центр; удар туда обеспечивает мгновенную смерть без повреждения шкуры.

Идеальный способ атаки: колющий удар.

Примитивная, грубая манера братца Дао размахивать дубиной была неэффективной, расточительной и являлась хрестоматийным примером того, как делать не надо.

Но Ли Мо не проронил ни слова.

Он лишь чуть сильнее сжал рукоять меча, ощущая знакомый, едва уловимый отклик, идущий от стали.

В вентиляционной трубе под потолком раздалось шуршание.

─ Осторожно! ─

Предупреждение сорвалось с губ почти рефлекторно.

Но было уже поздно.

Черная тень молнией вылетела из раструба трубы и ринулась прямиком на замыкавшего шествие молчаливого Камня!

Братец Дао и Тощий Обезьян отвлеклись на недавнюю добычу и даже не успели среагировать.

Зрачки Камня сузились, руки инстинктивно взметнулись для защиты.

В доли секунды Ли Мо, которым все пренебрегли, пришел в движение.

Его стопа лишь слегка качнулась вперед и влево.

Ровно настолько, чтобы траектория броска крысы прошла мимо. Тело чуть подалось вбок, пропуская черную тень в сантиметрах от груди.

В то же самое время заурядный на вид клинок в его руке с недоступной глазу скоростью подался вперед.

Никаких лишних движений.

Просто.

Эффективно.

Безупречно точно.

Тихий-тихий звук рассекаемой плоти.

Мчавшаяся на всех парах крыса замерла прямо в воздухе, ее прыжок оборвался на полуслове.

Она даже не успела пискнуть – просто шмякнулась на бетон, дважды судорожно дернулась и затихла навсегда.

Не пролилось ни единой капли крови.

Лишь трехсантиметровый кончик клинка вошел точно под шерсть на загривке зверя.

На парковке воцарилась мертвая тишина.

Тощий Обезьян отвис челюсть, тесак едва не выпал из ослабевших пальцев, а глаза вылезли из орбит.

Камень тоже застыл на месте, растерянно переводя взгляд с дохлой крысы на Ли Мо – в его глазах читалось полное неверие.

Но сильнее всех поражен оказался братец Дао.

В течение нескольких секунд выражение его лица сменилось от недоверчивого к мрачному, а затем застыло в тревожной настороженности.

Он ничего не понял.

Так не двигаются обычные мусорщики, и тем более так не должен двигаться этот паренек.

С этим малым определенно что-то было не так!

Жажда убийства мелькнула в глазах, но тут же сменилась еще более глубокой жадностью и подозрительностью.

Не сказав ни слова похвалы, он тяжело фыркнул и указал окровавленной арматурой вглубь погруженной во тьму части парковки.

─ Раз уж у тебя столько прыти!

Голос звучал холоднее воздуха в подземном гараже.

─ Хватит здесь прохлаждаться. Ступай и вычисти мне все гнезда впереди.

Помолчав, он добавил:

─ А мы подождем тебя здесь.

Это не было приказом.

Это была проверка.

И хитрый расчет.

Отправляя Ли Мо навстречу неизвестной опасности, он надеялся проверить его козыри или же чужими лапами избавиться от непредсказуемого элемента.

Ли Мо неторопливо вытянул клинок, стирая несуществующую кровь о шкуру крысы.

Подняв голову, он встретился взглядом с мрачным прищуром братца Дао.

На лице по-прежнему застыло то же слабое, безмятежное выражение – ни гнева, ни страха.

Он промолчал.

Просто подхватил клинок и, хромая, в одиночку шагнул в темноту, пожиравшую любые лучи света.

Шаги зазвучали под сводами пустого парковки, удаляясь все дальше.

Наконец мрак поглотил его окончательно.

Для Ли Мо эта лишенная света для обычного человека тьма стала лишь поводом к пробуждению притупившихся чувств.

Воздух пах еще сильнее сыростью и пылью, а капли воды, срываясь с трещин на потолке, шлепали в лужи на полу.

Кап, кап.

Единственный саундтрек в мертвом пространстве.

Он закрыл глаза.

Зрение отключилось, зато слух, обоняние и даже кожная чувствительность к малейшим потокам воздуха обострились до предела.

Этому навыку – отключать одно из чувств ради усиления остальных – его научил тот сумасшедший ученый Куроцути Маюри во время тренировок в НИИ синигами. Для уровня капитанов это были лишь детские забавы, но для нынешнего полуразвалившегося тела они оставались единственной опорой.

В ветре не было ничего.

Но во тьме – таилось.

Слева по ходу движения, примерно в пятнадцати метрах, за массивной несущей колонной.

Ли Мо уловил три нетерпеливых пульса жизни.

Гнилокожие крысы.

Он не стал спешить.

Словно превратившись в кусок камня, он слился с темнотой, подавив собственное присутствие до предела. Замедлив сердцебиение и дыхание, он скопировал технику скрытного дыхания, которой его обучала «Богиня скорости» Йоруичи из тайного отряда.

Конечно, от прежнего мастерства осталась лишь пустая оболочка: без подпитки рэйацу даже о базовом уровне не приходилось говорить.

Но для парочки крыс класса F этого хватало с избытком.

Он ждал.

Ждал подходящего момента.

Одна из тварей, самая смелая и изнуренная голодом, первой высунула морду из-за колонны.

Ли Мо двинулся.

Центр тяжести сместился вниз, тело бесшумно скользнуло вперед подобно стелящейся тени, сокращая дистанцию.

Длинный меч он волочил за собой самым энергосберегающим способом: острие удерживалось на расстоянии меньше ширины пальца от земли, не издавая ни звука трения.

Десять метров.

Пять.

Три.

Крыса наконец заметила его. Черные глазки-бусинки блеснули испугом, пасть уже открылась для предостерегающего писка.

Звук напоминал раскаленную иглу, вонзенную в кусок топленого масла.

Фигура Ли Мо разминулась с тварью, а меч будто невзначай качнулся назад.

Визг крысы застрял в горле.

Тело оцепенело.

Спустя секунду она бесшумно рухнула на бетон.

Точное отверстие в центре затылка пробило нервный центр навылет.

Две оставшиеся твари, испуганные столь внезапным исходом, с писком бросились в разные стороны.

Ли Мо не стал преследовать убегающих.

Он просто стоял на месте, плавно и глубоко вдыхая воздух.

Только что, в момент предельной концентрации и броска, в глубине его даньтяня зародился крошечный холодок.

Очень слабый, почти неразличимый.

Но он существовал.

Рэйацу!

Пусть жалкие крохи, которых не хватило бы и на секунду удержания сикай, но это был качественный скачок от полного нуля к единице!

В голове вспыхнула дерзкая и слегка ребячливая идея.

Его взгляд устремился на другую крысу, бестолково метавшуюся в его сторону.

Дистанция – пять метров.

Он медленно поднял уцелевшую левую руку, соединив указательный и средний пальцы, и наставил их на мчащуюся во тьме черную точку.

В памяти всплыло заклинание одного из базовых кидо, способного рождать разрушительную мощь.

Понизив голос, он произнес чуть слышно:

─ Хадо №1: Сё.

Ожидаемого удара волны, способного отбросить врага, не последовало.

Лишь жалкое дуновение воздуха, едва заметное «пхъ», сорвалось с кончиков пальцев.

Ощущение было таким, будто в зимний день выдохнул изо рта облачко пара – слабое, безвольное и неловко-теплое.

Этот «ветерок» лишь слегка растрепал грязную шерстку на лбу зверька.

Крыса даже не притормозила.

В ее черных глазках читалась первобытная злоба и доля недоумения: «Ты что, издеваешься надо мной?», после чего она разинула пасть с желтыми клыками и бросилась в атаку.

Мускулы на лице Ли Мо передернулись.

В былые времена «Курохицуги» запирал самого Куросаки Итиго, а «Хадо №73» стирал с лица земли целые горные хребты.

Теперь же он оказался не в силах сдуть паршивую крысу класса F.

Позор.

Ли-мо быстро взял себя в руки. Шаг в сторону, изящный и выверенный угол уклонения – и крысиный прыжок прошел впустую.

В тот же миг кисть крутанулась. Заброшенный за спину меч описал холодную дугу снизу вверх.

Знакомый звук.

Та же точка.

Вторая крыса замерла в воздухе, рухнула на землю, дернулась пару раз и затихла.

Расправившись со второй, Ли Мо не стал задерживаться. Поймав последнее колебание воздуха, он вскоре отыскал дрожащую третью крысу в куче выброшенных покрышек.

Никакой интриги.

Один удар – один труп.

Собрав все три тушки в охапку и держа их за хвосты, он волок за собой больную руку и хромал к выходу из темноты.

Когда силуэт Ли Мо вновь возник в кругу зеленоватого света, зрачки братца Дао сузились.

Он увидел три тушки гнилокожих крыс, которые Ли Мо волочил по полу, как ненужный хлам.

Каждая из них, за исключением незаметного отверстия на загривке, сохранила шкуру в абсолютно нетронутом виде – настоящее произведение искусства.

Разве на такое способен обычный мусорщик, только что вернувшийся с того света?

В сердце братца Дао вновь зашевелились подозрения и жажда крови.

Тощий Обезьян и Камень остолбенели. Они так и стояли с приоткрытыми ртами, не находя слов.

Ли Мо не обратил внимания на их изумление. Он просто швырнул тушки к ногам главаря, присел у ближайшей колонны и закрыл глаза, чтобы перевести дух.

Слишком устал.

Пусть боевой опыт никуда не делся, каждый удар выжимал остатки сил из хилого тела.

Братец Дао с полминуты молча разглядывал его, после чего присел на корточки и принялся осматривать добычу.

Чем дольше он смотрел, тем мрачнее становилось его лицо.

Наконец он резко поднялся, отпихнул тушки ногой и приступил к дележу добычи.

Беззастенчиво притянув самую жирную крысу к себе, он бросил одну Тощему Обезьяну.

А самую худую и мелкую пнул в сторону Камня.

Закончив с этим, он подошел к Ли Мо и замер над ним.

Отрезав ножом кусок задней лапы от своей добычи, он швырнул мясо Ли Мо на колени, как бросают объедки собаке.

─ Твоя доля.

В голосе звучало непреклонное самодурство.

Таким способом братец Дао вечно поддерживал свой авторитет: сколько бы полезности ты ни выказал, право распределять добычу всегда оставалось за ним.

Ли Мо даже не поднял век, хотя про себя подумал, что этот тип уже выписал себе путёвку в Общество душ; если бы не недавнее переселение и нужда поберечь силы ради восстановления, этот наглец уже давно бы отправился к праотцам.

Спустя полчаса.

Временное убежище.

Костер из обломков дерева и мусора весело потрескивал.

Четверо сидели вокруг огня, в молчании поджаривая свой ужин.

В воздухе висел смрадный душок пережаренного мяса, перемежающийся с обрывками шепота между братцем Дао и Тощим Обезьяном.

─ …Братец Дао, с чего это ему тоже досталось?..

─ Заткнись. Тебя спрашивать, как делить? ─

Ли Мо пропустил все это мимо ушей, сосредоточенно переворачивая на огне злосчастную крысиную лапу.

Рана нестерпимо болела.

В желудке жгло еще сильнее.

Ему требовалась энергия, нужен был белок, пусть даже из этого низкосортного мяса, сочившегося слабым ядом.

Рядом выросла целая тушка – поджаренная до хрустящей корочки снаружи и нежная внутри, она явно была куда крупнее той жалкое объедков, что он держал в руке.

Ли Мо замер на секунду, поднимая глаза.

Каменное, невыразительное лицо Камня тонуло в пляшущих тенях от костра.

Тот даже не смотрел на Ли Мо, уставившись в упор на собственные угли.

Но рука, протянувшая его пайку, выдавала внутреннюю бурю.

На противоположной стороне костра всё еще не унимались издевательский смешок братца Дао и ворчание Тощего Обезьяна.

Однако Ли Мо отчетливо понимал: этот временный отряд дал трещину после его сегодняшнего выступления.

Он взял предложенное Камнем мясо.

Без лишних расшаркиваний.

Без благодарностей.

Тут же поднес к губам и впился зубами.

Мякоть оказалась жесткой, отзываясь отчетливым земляным привкусом.

Зато долгожданное тепло и жир, скользнувшие в горло, позволили этому балансировавшему на грани истощения телу наконец получить хоть кроху подпитки.

И всё же.

Мало.

Этой энергии не хватит, ему требовалось гораздо, гораздо больше.

Проглотив последний кусок крышатины.

Ли Mo утер губы тыльной стороной ладони и перевел взгляд на сидевшего напротив мужика, который прямо сейчас рвал на части целую зажаренную крысиную ногу, забрызгивая всё вокруг соком.

Братец Дао.

Поднявшись на ноги, он хромая направился прямо к нему.

Заметив, как нависшая тень заслонила свет, братец Дао прервал жевание, поднял мрачные глаза и испытующе уставился на Ли Мо.

─ Братец Дао.

Ли Мо избегал смотреть ему в глаза, лишь кивком указав на валявшиеся на земле неосвежеванные туши гнилокожих крыс.

─ Тратить этих тварей только на мясо – непозволительная роскошь. Их железы и клыки на черном рынке можно сменять на кое-что полезное.

Братец Дао слегка повел брошью, и уголки его ртов непроизвольно дернулись.

─ Ты собрался на черный рынок?

─ Я хочу достать питательных стимуляторов, ─ честно ответил Ли Мо. ─ Еда моей ране не поможет. А вот стимулятор поставит меня на ноги куда быстрее, и тогда я смогу перебить еще больше гнилокожих крыс. Для отряда это самая выгодная сделка.

На пустошах эффективность равнялась жизни. Энергия и скорость усвоения одной дозы низкосортного стимулятора превышали порцию жареного мяса в пять раз, не неся при этом никаких токсичных побочных эффектов.

Братец Дао умолк.

Он вовсе не был дураком: истинная ценность «ранненого», способного в одиночку и без единой царапины прикончить трех гнилокожих крыс, оказалась куда выше того, что казалось на первый взгляд.

Ускоренное восстановление бойца сулило немалую выгоду.

Но взгляд его вновь скользнул по чересчур спокойному лицу Ли Мо.

Он уже начал испытывать подозрения к этой маске безразличия.

Ли Мо, обладая такой силой, до сих пор не выказал её в полной мере, и теперь братец Дао опасался его.

─ Ладно.

─ Только на черном рынке нынче неспокойно, а ты еще не до конца исцелился. Тощий Обезьян, пойдешь с ним, присмотришь за нашим «героем».

─ Сделаем, братец Дао!

Тощий Обезьян тут же всё понял, расплылся в скользкой ухмылке, вскочил на ноги и отряхнул пыль с задницы.

Звучит как забота.

На деле – чистейшая слежка.

Ли Мо остался равнодушен к этому фарсу. Он лишь кивнул, молча подступил к тушам и привычным движением ножа вырезал железы, после чего аккуратно выломал самые целые клыки.

Черный рынок Седьмого стенового района служил кишечником Тяньхая, где переваривалось всё то, что не смело появиться на свет при дневном свете.

В уши била оглушительная какофония дешёвой электронной музыки, пьяные вопли, звон металла и густой суржик непонятных бродяжнических сленгов.

Тощий Обезьян явно ориентировался здесь превосходно.

Шел бок о бок с Ли Мо, а его глазенки рыскали по сторонам, как радары, цепляясь за каждый прилавок и полуголых девиц у них, зазывавших прохожих откровенными заигрываниями.

Ли Мо глядел строго вперед, оставляя звуки и шлюх без всякого внимания.

Его органы чувств уловили нечто совершенно иное.

Обрывки чужих разговоров, доносившиеся из темноты.

─ …Чертовщина, ту партию снова хлопнули стежевики, крыса однозначно сидит среди наших…

─ …Слыхивал? Шайку этого «Бешеного Пса» вчера в восточной промзоне вырезали подчистую. Выжгли всё так, будто там каленым железом прошлись…

Шаги Ли Мо не замедлились ни на миг.

Ведя за собой Тощего Обезьяна, он сделал несколько петель в лабиринте переулков и наконец остановился перед лачугой с вывеской «Лавка Старика Кей».

У входа в этот контейнер, переоборудованный под магазинчик, на прилавке дремал тощий сухощавый мужик с козлиной бородкой.

Услышав шорох, он лениво приподнял веки, обведя Ли Мо и Тощего Обезьяна оценивающим взглядом.

─ О, да это же обезьяньи лапы из свиты братца Дао! Каким ветром вас к нам занесло?

Лицо торговца расплылось в морщинах, но в голосе звенел холодный расчет.

Тощий Обезьян откровенно наслаждался подобной лестью. Выпятив грудь колесом, он ткнул пальцем в сторону Ли Мо.

─ Сегодня не я к тебе пришел, а он. Старик Кей, оцени товар по честности, без фокусов – вещицы-то братца Дао.

─ И в мыслях не было, ну что ты.

Пока он отпирался, его глаза уже вцепились в матерчатый сверток в руках Ли Мо.

Развернув узелок, торговец высыпал содержимое: четыре пепельно-серые железы, двенадцать пожелтевших клыков.

Старик Кей поднял одну из желез, поднес к самому носу, принюхиваясь. Затем крошечным пинцетом подцепил клык, поднося к лампе, чтобы разглядеть чистоту эмали.

И презрительно скривил губы.

─ Тьфу, сохранность так себе. Четыре железы, дюжина зубов, материал класса F, оптовая цена… триста пятьдесят пустотных монет.

Он выставил три пальца, заломив неприлично низкую цену.

Тощий Обезьян тут же взвился: ─ Ты что, охренел, Старик Кей, за нищих нас держишь?! Триста пятьдесят? Да знаешь ли ты, сколько пота наши парни пролили?!

─ Господин Обезьян, да не кипятитесь вы так, ─ лениво протянул тот. ─ Сейчас такие расценки. К тому же, раз уж вы сами тут стоите, как я посмею вас надуть? Эта цифра названа чисто из уважения к братцу Дао.

Ли Мо хранил молчание.

И когда Старик Кей уже решил, что сделка в кармане, парень вдруг протянул руку и тронул кончиком пальца одну из желез.

─ Эта – не та.

Веки Старика Кея дернулись. Улыбка на секунду одеревенела.

─ Братец, с чего бы? Разве это не требуха с той же гнилокожей крысы?

─ Цвет.

Голос звучал ровно.

─ У обычных желез оттенок пепельно-серый. У этой кромка отдает еле заметной синевой. Если мне не изменяет память, это признак легкой мутации. Хоть токсичность выше, концентрация извлекаемых биологических гормонов там как минимум в полтора раза выше обычной. Для алхимиков, изучающих мутантов, такая штука дороже всего остального хлама, вместе взятого.

Стоило этим словам прозвучать, как в закоулке повисла мертвая тишина.

Тощий Обезьян вытаращился на Ли Мо, словно видел его впервые в жизни, но тут же сообразил, развернулся к Старику Кею и взревел: ─ Ах ты сукин сын, жить надоело?!

Улыбка окончательно сползла с лица Старика Кея. Он буравил Ли Мо взглядом, в котором читалось желание вырезать у того дыру в груди.

Спустя долгую паузу он тяжело выдохнул носом, сгреб стоявшую на прилавке счёты и затрещал костяшками.

─ Черт с тобой, пусть я ослеп. Четыреста! Ни кредитом больше!

─ Пятьсот.

Бросил Ли Мо без запинки.

─ Либо мы идем к другому. Слыхал, в южном тупике Хромой Ван как раз скупает мутационные материалы, цены у него хорошие.

Лицо Старика Кея почернело окончательно.

Он прожигал Ли Мо взглядом секунд десять.

Наконец, словно сдувшийся мешок, раздраженно махнул рукой.

─ Пятьсот так пятьсот! Чтоб вас всех черти забрали! Ждите, принесу стимуляторы!.

Он развернулся и скрылся в подсобке контейнера.

Тощий Обезьян придвинулся к Ли Мо, толкнув его локтем, и заговорил полушепотом, не в силах скрыть ни изумления, ни алчности.

─ Слышь, а ты мастак! Откуда такие познания? Раньше за тобой не замечалось.

Ли Мо проигнорировал его, просто прислонившись к стойке и прикрыв глаза, делая вид, что отдыхает.

На самом деле его уши работали как радары, улавливая обрывки фраз проходящих мимо зевак.

Ему требовалось имя. Имя того, кто был причастен к гибели прежнего владельца этого тела.

Диалог двух наемников за соседним столиком, потягивавших дешевое сивушное пиво, привлек его внимание.

─ …Твою мать, ну и денечки. Западная промзона была лакомым кусочком, а теперь что? Бешеный Пес из клана Чжао оцепил всё к чертям, любому сунувшемуся ноги переломают!

─ Ты не слышал? Говорят, этот высокородный господин Чжао Цзе из Первого стенового района пару дней назад потерял там элитный отряд, вот у него крышу и сорвало, теперь ищет концы по всей округе.

Чжао Цзе!

Имя мгновенно совпало с тем высокомерным, презирающим человеческую жизнь образом, что застрял в обрывках памяти покойника.

Вот оно.

Нашелся.

Старик Кей вернулся с коробочкой в руках и с досадой швырнул её на прилавок.

─ Пять стимуляторов класса F, и чтоб духу вашего здесь не было!

Тощий Обезьян нетерпеливо распахнул крышку, жадно пересчитывая содержимое.

Пять ампул с бледно-голубой жидкостью тускло мерцали

в полумраке.

По правилам братца Дао, из пяти штук тот заберет четыре, а Ли Мо останется лишь одна.

Обезьян уже собирался загрести всю добычу себе в пазуху.

─ Стоять.

Движения Обезьяна замерли, он подозрительно зыркнул на Ли Мо.

─ Чего тебе?.

Ли Мо покачал головой, вытащил из коробки свою законную долю, после чего бросил Старику Кею:

─ Шеф, а мою ампулу можно обналичить? У меня рука повреждена, пока без надобности.

Старик Кей с презрением швырнул пару мятых купюр.

Ли Мо подобрал деньги, и в тот самый миг, когда разворачивался, ловким, неуловимым для глаза движением пальцев подцепил со стойки среди вороха разного барахла нечто лежащее рядом.

Монетку размером с пятак, представлявшую собой концентрированную твердую питательную таблетку – куда более ценную и дорогую. Прикрыв её теми самыми бумажками, он бесшумно загнал её в широкий рукав.

Всё движение заняло доли секунды.

Даже Тощий Обезьян, не сводивший с него глаз, ничего не заметил.

Обезьян, довольный собой, прижал к груди четыре стимулятора и зашагал впереди с важным видом.

За первым же углом, где они скрылись из виду Тощего Обезьяна, Ли Мо без колебаний закинул твердую пилюлю в рот.

Не дожидаясь, пока язык ощутит густой привкус ржавчины и сладости, он проглотил её.

Получилось!

Слабый поток энергии наконец уплотнился в самой глубине его даньтяня.

Ли Мо медленно выдохнул затхлый воздух, чувствуя, как разрывающая боль в левой руке отступает, становясь вполне терпимой.

Рэйацу возвращалось.

Он поднял голову, пронзая взглядом темноту в сторону Первого стенового района.

─ Чжао Цзе… ─ тихо прошептал он.

Уголки его губ искривились в холодной усмешке.

Ли Мо с подельниками вернулся к потрескивающему костру.

Тощий Обезьян тут же подбежал к братцу Дао, согнувшись в три погибели и подобострастно протягивая ампулы.

Однако взгляд братца Дао проскользнул мимо Обезьяна и уперся в Ли Мо – он заметил, что налипшая на того аура слабости куда-то испарилась.

Подобное изменение явно не могло быть заслугой одной лишь F-ампулы.

Тревожный звоночек в голове Дао зазвенел на предельной частоте.

Он не стал спрашивать, припрятал ли Ли Мо что-нибудь на стороне, ибо сам вопрос означал бы проявление слабости.

Авторитет не нуждается в объяснениях.

Медленно поднявшись, он швырнул недоеденную крысиную ногу прямо в огонь, где та глухо зашипела.

─ С завтрашнего дня правила меняются.

─ Ли Мо, твою шкуру отбили члены отряда, ресурсы для восстановления тоже дал отряд. А потому с сегодняшнего дня ты будешь сдавать восемьдесят процентов добычи. Оставшиеся двадцать – твой паек за выживание.

Сказав это, Тощий Обезьян замер с подобострастной улыбкой на лице. Переведя ошеломленный взгляд то на братца Дао, то на Ли Мо, он ощутил укол злорадного торжества.

Лицо Камня тоже едва заметно дернулось, и под пляшущими языками пламени его брови чуть сошлись на переносице.

Братец Дао самым грубым и прямым способом давал понять Ли Мо: какими бы секретами и талантами ты ни обладал, здесь ты всего лишь инструмент для извлечения ценности.

Реакция Ли Мо оказалась неожиданной для всех.

Ни гнева.

Ни споров.

Даже тени удивления.

Он лишь спокойно посмотрел на братца Дао, словно выслушал вещь, совершенно его не касающуюся.

Спустя мгновение он кивнул.

─ Хорошо.

Всего одно слово, брошенное беззаботно.

Дао ожидал сопротивления, вопросов, а то и драки не на жизнь, а на смерть. Но он никак не рассчитывал на то, что тот примет всё с такой невозмутимостью.

Эта невозмутимость пугала Дао сильнее любых бурных протестов.

Ему показалось, что невидимая сила подтачивает его авторитет.

На следующее утро отряд выступил в путь.

Братец Дао изменил привычке и вместо знакомых троп повел троицу вглубь куда более опасных кварталов руин.

В конце концов они остановились перед покосившимся почти на тридцать градусов шестиэтажным жилым домом, чьи внешние стены заросли черным мхом.

─ Вот здесь.

Он указал на разбитое окно на втором этаже. Оттуда время от времени вылетали черные силуэты, сопровождаемые пронзительным скрежетом.

─ Тощий Обезьян уже проверил: наверху гнездо железнокогтевых воронов, их там не меньше десятка. Ли Мо, лезь наверх и зачисти их. Мы прикроем тебя снизу.

Железнокогтевые вороны славились среди зверей класса F своей исключительной агрессивностью и стайным нравом.

Быстрые, с когтями, способными в два счета разодрать дешевые защитные костюмы. А главное – если их разозлить, они будут атаковать цель насмерть.

Посылать раненого человека зачищать их в одиночку было равносильно отправке на плаху.

Стоявший за спиной Дао Обезьян скалился в злорадном предвкушении.

Камень молча потупил взор.

Дао хотел когтями монстров сорвать с Ли Мо личину и заставить того выложить все козыри.

Он даже не возражал бы, получи тот раны: управляться с увечным, но полезным инструментом куда проще, чем с целым.

Ли Мо поднял голову, бросив короткий взгляд на зияющий чернотой оконный проем.

Затем перевел его на братца Дао.

И произнес то же самое слово.

─ Хорошо.

Проверив клинок в руке, он без тени сомнений шагнул в подъезд.

Воздух на втором этаже пропах тухлятиной и разлагающимися перьями.

В сумраке коридора вспыхнули с десяток багровых точек-глаз, похожих на блуждающие огоньки.

Стоило Ли Мо переступить порог, как раздался оглушительный визг. Десятка полтора железнокогтевых воронов ринулись на него со всех сторон, точно черные стрелы!

На сей раз он не стал сдерживаться.

Крошечный запас рэйацу в его теле зашевелился с самого момента шага на второй этаж. Никаких техник кидо – рэйацу пока не позволяло.

Он просто влил эту слабую энергию в ступни.

Там, внизу, тройка спутников могла слышать лишь частые, леденящие кровь птичьи крики и скрежет когтей по бетону, справедливо полагая, что Ли Мо долго не протянет.

Но на поле боя второго этажа разворачивалась совершенно иная картина.

Фигура Ли Мо в тесном пространстве превратилась в размытую тень.

Не отступая, он сам шел наперерез стае.

Первый ворон полоснул когтями, рассекая воздух у самого лица, но за мгновение до удара тело неуловимо отклонилось под невероятным, противоречащим законам физики углом.

Острые когти пронеслись в миллиметре от его уха.

Потоком воздуха разметало волосы.

Зачаток сюнпо.

Базовая техника движения всех синигами из Общества душ – метод взрывного перемещения за счет концентрации духовных частиц под ногами.

Рэйацу Ли Мо было слишком слабым для полноценного сюнпо, но он разложил её принцип на составляющие, оставив лишь сердцевину – «взрыв» и «гашение инерции», перенеся их на смертную плоть.

Со стороны казалось, будто его реакция и увертливость достигли нечеловеческого уровня.

Настоящий призрак.

Он лавировал внутри смертельного шторма, создаваемого десятком воронов.

Каждое уклонение приходилось ровно в слепую зону птицы; каждый поворот корпуса идеально обходил совместный выпад двух-трех тварей.

Шаги казались хаотичными, но за каждым стоял расчет до сантиметра.

А клинок в его руке вылезал из ножен лишь ради одной цели.

Убийство.

Вскинув меч снизу вверх, он точно вонзил острие в брюхо ворона. Выйдя из затылка, клинок проворачивался, и птица камнем падала вниз.

Ни единой капли сил впустую.

Каждая атака приходилась на промежутки между уклонениями.

Всё действо напоминало хореографию смерти.

Внизу.

Лицо братца Дао чернело с каждой секундой.

Ожидаемые крики боли и мольбы о помощи всё не раздавались; напротив, визг воронов затихал с пугающей скоростью.

Пять минут.

Всего пять минут.

И шум наверху умолк окончательно.

Братец Дао до побеления в костяшках сжал кулаки, в то время как Тощий Обезьян уже растерял весь свой злорадный пыл – на его лице застыл ужас, смешанный со страхом.

─ Бам!

Глухой удар.

Тело еще теплого железнокогтевого ворона рухнуло со второго этажа через пролом в плите перекрытия, шлепнувшись в полуметре от ног братца Дао и подняв облачко пыли.

Братец Дао от неожиданности шарахнулся назад, злобно и испуганно задрав голову.

Ли Мо стоял на самом краю пролома.

Разбитый дневной свет падал из тылового окна, рисуя вокруг его фигуры ослепительный золотой контур, из-за которого черты лица казались смазанными.

Он смотрел на троицу сверху вниз.

В этот момент Дао показалось, что он смотрит не на человека, а на божество, сошедшее с гор трупов.

Костяной холод прошелся по его жилам.

Стоявший рядом Камень почти инстинктивно отступил на полшага назад.

Это крошечное движение отделило его от Дао и Обезьяна.

Вернувшись на временную стоянку.

Атмосфера стала еще более удушливой. Ли Мо швырнул на землю кучу туш железнокогтевых воронов вместе с самыми дорогими клювами и когтями, словно мусор.

─ Я выхожу из отряда.

Ли Мо нарушил гробовую тишину.

Братец Дао резко вскинул голову.

─ Чего ты сказал?

─ Я сказал, что ухожу.

Его голос не дрожал.

Он кивнул на добычу.

─ Это за выход. С этого момента мы квиты.

Не предложение.

Констатация.

Братец Дао вперил в Ли Мо тяжелый взгляд, его грудь тяжело ходила.

Ярость, унижение и капелька страха, в которой он сам себе не смел признаться, боролись внутри.

Ему хотелось взорваться, выхватить клинок, отстоять остатки своего достоинства самым жестоким способом.

Но стоило ему встретиться взглядом с безмятежными глазами Ли Мо, как все угрозы застряли в горле.

Он знал.

Он проиграл.

С того самого момента, как решил испытать Ли Мо, он был обречен.

Этот мужчина перед ним больше не был монстром, которого можно удержать правилами трущоб.

После короткой паузы безумие в его глазах померкло, сменившись еще более холодным расчетом.

Он медленно кивнул.

─ Добро.

Не говоря больше ни слова, братец Дао наклонился, сгреб всю добычу с земли, закинул на плечо и развернулся.

Тощий Обезьян опешил, но тут же семенично пристроился следом, точно шавка.

Камень постоял на месте несколько секунд.

Долго смотрел на Ли Мо.

А затем тоже молча повернулся и ушел.

В пустой точке остались лишь Ли Мо и остывающая горстка золы от костра.

Он глубоко вздохнул, ощущая слабую, но подлинную рэйацу внутри, а также усталость и ломоту в мышцах после драки.

Ему требовалось стать сильнее.

Но на этих пустошах одинокий охотник часто сам превращается в добычу для хищников покрупнее.

Его взгляд пронзил ветхую стену, устремляясь за пределы Седьмого стенового района, к просторам куда более обширных и опасных городских руин.

Следующие три дня Ли Мо был свободен от пут отряда братца Дао и больше не нуждался в маскараде хромого калеки.

Он бродил подобно призраку по внешним руинам Седьмого стенового района.

Каждое нападение предварялось часами наблюдения: он выслеживал маршруты монстров, их привычки и зону экологического противостояния между видами.

Действуя как первоклассный гроссмейстер, где руины служили ему доской.

Он никогда не затягивал бой дольше пяти минут и вступал в стычку максимум с одной тварью одновременно.

За трое суток он прикончил семерых стальных вепрей, дюжину кричащих пауков и одну редкую теневую кошку в стадии детеныша.

Ничего общего с мусором вроде гнилокожих крыс; их клыки, панцири, ядовитые железы и шкуры на черном рынке шли по твердому курсу.

Когда Ли Мо вновь ступил на улицу черного рынка, смердящую тухлятиной и мазутом, его заплечный мешок оттягивал вес первичных ценных трофеев.

На этот раз он обошел «Лавку Старика Кей» стороной.

Для одиночки, планирующего долго жить на черном рынке, лавочник, знающий твое нутро и затаивший обиду – опасный пассив.

Воспользовавшись подсказками, собранными в прошлый раз, он обогнул пару кварталов и в тихом тупике отыскал лавку под вывеской «Оружие Чжана».

Магазинчик оказался крошечным, у дверей сидел хромой мужик средних лет и неторопливо доводил наждачкой обломанный палаш.

Здесь и обитал хромой оружейник Чжан Ли.

─ Шеф, скупаешь? – негромко подал голос Ли Мо.

Хромой Чжан поднял голову, мутные глаза окинули Ли Мо с ног до головы и замерли на тяжелом мешке за спиной.

─ Показывай.

Услышав ответ, Ли Мо опустил поклажу на землю и развязал веревки.

Внутри аккуратными рядами лежали отсортированные материалы:

Семь пар целых клыков стального вепря, каждый конец тщательно обернут промасленной тряпицей;

Двенадцать желез токсичных желез кричащих пауков, запечатанных в сосудах с консервантом;

И цельная, почти без единого изъяна шкура теневой кошки, поблескивающая металлом.

Хромой оружейник Чжан Ли прервал движение, с которым оттачивал боевой клинок.

Он отложил наждачную бумагу, поднялся, опираясь лишь на одну ногу, и, хромая, направился к гостю, после чего опустился на корточки.

Подняв одну из клыкастых пастей, он постучал по ней ногтем, прислушиваясь к чистому звону.

Затем откупорил сосуд с ядовитой железой, поднес ближе к лицу и принюхался, а напоследок провел мозолистой ладонью по шкуре теневого кота.

─ Очищено на совесть, работа мастера. Клыки стального кабана высшей пробы, да и активность яда сохранена превосходно, ─ Чжан Ли кивнул, и в его взгляде впервые промелькнуло подобие одобрения. ─ А вот эта шкура теневого кота… Жаль, совсем малыш, маловата в размерах, иначе вышла бы отличная подкладка для доспеха. Беру оптом за три тысячи двести пустотных монет. Либо отдам тремя ампулами высококонцентрированного питательного раствора ранга E.

Эта цена превышала предложение Старика Кея больше чем вдвое и вполне оправдывала ожидания Ли Мо.

─ Деньги, ─ ответил Ли Мо.

─ С тобой приятно иметь дело, ─ хмыкнул хромой Чжан Ли, отсчитал из стоявшего в глубине комнаты железного ящика пачку потрепанных бумажных купюр и протянул Ли Мо.

В ту самую секунду, когда Ли Мо протянул руку за деньгами, со стороны входа на рынок донесся внезапный шум.

Толпа заволновалась, шарахаясь в разные стороны и образуя широкий проход.

На лицах людей застыло выражение, в котором смешались животный страх и тупое безразличие; все они потупились, не смея взглянуть туда, где разворачивалось представление.

Огромный, сбитый наглухо амбал волок за собой подростка, точно падаль какую.

Мужчина был по пояс голым, а на его груди красовалась татуировка с оскаленной свиной мордой; бугрящиеся мускулы источали тяжелый, удушливый запах крови.

Рядом вышагивал долговязый тип с хищным прищуром, за чьим поясом покачивался окровавленный тесак.

Девочку звали Лили, она приходилась дочкой торговцу дешевым паленым сивухом с черного рынка, и Ли Мо даже приметил ее раньше.

Сейчас она отчаянно рыдала, вцепившись пальцами в землю, так что ее ногти оставляли белые царапины на грязных каменных плитах.

─ Умоляю… господин Мясник… пощадите… Мой отец соберет деньги…

Громила, которого именовали Мясником, растянул губы в омерзительной ухмылке, обнажив желтые зубы: ─ Деньги? Мне плевать на твои деньги. А вот твое сердечко – здоровое, молодое, куда ценнее легких твоего папаши-пьянчуги.

Шедший рядом Бешеный Пес пинул Лили по пальцам, заставив девочку взвизгнуть от боли и разжать руки, после чего Мясник поволок ее дальше, ничуть не напрягаясь.

Вокруг воцарилась мертвая тишина, нарушаемая лишь жалким девичьим всхлипыванием.

Никто не посмел сделать и шага вперед; даже мимолетного взгляда сочувствия не задерживалось здесь дольше секунды.

Хромой Чжан Ли тоже опустил голову, делая вид, что полностью поглощен чисткой своего инструмента.

Ли Мо аккуратно прибрал купюры. На Мясника его взгляд задержался ровно на ноль целых семь десятых секунды, на Бешеного Пса – на ноль целых четыре десятых, а на несчастную девчонку – всего на ноль целых две десятых.

Его мозг работал на предельной скорости.

Мясник: рост около метра девяноста пяти, вес на глаз переваливает за сто тридцать килограммов, плотность мускулатуры запредельная – судя по всему, силовой пробужденный, уровень сил неизвестен, но судя по реакции толпы – весьма высок.

Бешеный Пес: рост около метра восьмидесяти, весом килограммов семьдесят, двигается резво, правша, из оружия – нож, типичный наемник на подхвате.

─ Браток, товар продан, деньги у тебя, так что убирайся отсюда поскорее, ─ тихим, полным скрытой угрозы голосом прошептал ему на ухо Чжан Ли. ─ Не пялься. Мясник не любит, когда разглядывают его «добычу».

Ли Мо отвел взгляд и кивнул, однако уходить не спешил.

Из только что полученной пачки он вытащил две купюры по сто монет и подвинул их оружейнику.

─ Хочу кое-что купить, хозяин.

Чжан Ли удивленно уставился на две сотенные бумажки, нахмурившись: ─ Я торгую только заготовками для оружия.

─ Карту, ─ произнес Ли Мо. ─ Подробную схему подземных коммуникаций черного рынка, чем детальнее, тем лучше. Я знаю, она у тебя есть.

Зрачки хромого мастера едва заметно сузились.

Он вглядывался в лицо парня, пытаясь отыскать хоть что-то за этой невозмутимой маской.

Наконец он медленно сгреб со стола деньги, засунул их в карман, вытащил из-под прилавка грязный рулон ткани и бросил его Ли Мо.

─ Забирай и вали. И помни: сегодня ты здесь не появлялся.

─ Благодарю, ─ Ли Мо подхватил карту, сунул в карман и повернулся к выходу.

И в этот момент он почувствовал на своей спине чужой взгляд.

Взгляд этот был полон оценки, холодного расчета и ничем не прикрытого хищнического вожделения.

Мясник.

Разобравшись с девчонкой, он остановился неподалеку и с заметным любопытством разглядывал Ли Мо.

Он облизнул губы, глядя на него так, словно перед ним стояла упитанная скотина, предназначенная для скорой бойни.

Этот взгляд недвусмысленно говорил: вещица эта чертовски хороша.

Ли Мо понял: его приметили.

Тем не менее, следовать совету хромого Чжан Ли и немедленно спешить к выходу с рынка он не стал.

Он лишь спокойно встретился взглядом с Мясником на полсекунды, после чего развернулся и, разворачивая карту, зашагал в противоположную от выхода сторону – туда, где ряды становились глуше, проходы запутаннее, а царивший хаос – гуще.

Каждое его движение казалось непринужденным, будто он вовсе не подозревал, что превратился в дичь.

Миновав угол, заваленный мусорными баками, Ли Мо услышал, как за спиной ожидаемо послышались шаги – Бешеный Пес сел ему на хвост, держась на почтительном расстоянии.

Шаги Ли Мо не ускорили темпа; его рэйацу тончайшей нитью просачивалась наружу, позволяя безошибочно фиксировать дистанцию до преследователя и частоту его дыхания.

В уголке рта Ли Мо промелькнула едва заметная, холодная усмешка.

Не замедляя шага, он остановился перед занавешенным брезентом проходом в переулок.

Судя по карте, отсюда начинался один из трех путей к заброшенной сети подземных газопроводов.

Он откинул брезент и без колебаний шагнул во тьму.

Сзади шаги Бешеного Пса тут же участились.

В узком проходе резко пахло ржавчиной и затхлой сыростью.

Шорох подошв преследователя доносился уже метрах в тридцати семи.

Тот даже не подозревал, что объект его охоты воспринимает эту темноту в куда более широком диапазоне, чем он мог себе представить.

Ли Мо уже запечатлел в памяти схему, выданную картой, и теперь сопоставлял ее с тем, что подсказывало ему чутье.

В десяти шагах слева находилась уходящая вниз ремонтная лестница, ведущая к главному коллектору сточных вод.

В трех шагах справа – узкий лаз, соединяющийся с параллельной магистралью.

Духовное давление разлилось вокруг него невидимой сферальной волной.

Развилка.

Фигура Ли Мо бесшумно метнулась влево и в тот же миг исчезла.

Зрачки Бешеного Пса резко сузились.

Ускорив бег, он вылетел к развилке, резко затормозил и прислушался.

В обеих трубах стояла гробовая тишина.

Такое внезапное исчезновение цели заставило его инстинктивно напрячься.

Он выбрал левый тоннель – тамошняя тьма казалась глуше и лучше подходила для укрытия.

Однако стоило ему сделать и пяти шагов в этом направлении, как из правого ответвления донесся едва слышный стук металла о камень.

─ Сука!

Бросив ругательство, он тут же крутанулся на месте и ринулся в правый проход.

Мерзавец явно водил его за нос, используя дешевые фокусы со звуковыми обманками.

Вот только он понятия не имел, что Ли Мо только что продемонстрировал филигранное владение рэйацу.

Стоило ему раствориться в левом ответвлении, как он, используя зачатки сюнпо, совершил цепь немыслимых для обычного человека кульбитов: «стена – прыжок ввысь – приземление в правую трубу».

А тот металлический лязг был намеренно вызван ударом рукояти ножа о стенку трубы.

Элементарный маневр с разделением путей.

Прямое расстояние между Бешеным Псом и Ли Мо увеличилось больше чем на пять десятков метров, а между ними легли две толстые железобетонные перегородки.

Ощущение позиций охотника и жертвы начало искривляться.

Чуть позади послышалось тяжелое топотание Мясника.

Двигался он куда медленнее Бешеного Пса, но в подобных лабиринтах чутье и выносливость значили не меньше проворства.

─ Куда этот ублюдок делся?!

Голос гулко раскатился по трубам, выдавая нарастающее раздражение.

─ Впереди! Этот щельмоват, как угорь! ─ донесся издалека злобный окрик Бешеного Пса.

Ли Мо вслушивался в оба источника звука.

Уголки его губ тронула ледяная усмешка.

Охота только начиналась.

Продвигаясь дальше вглубь.

Он двигался уже не по прямой.

Короткие рывки по вертикальным шахтам чередовались со скольжением по наклонным желобам, а каждый вентиляционный выход или ремонтный клапан, указанный на карте, использовался для создания шумовой завесы, сбивающей преследователя с толку.

Его силуэт скользил по трехмерному лабиринту трубопроводов, безжалостно раскачивая и без того трещащую по швам уверенность Бешеного Пса.

Спустя пять минут тот окончательно заблудился.

Гоняясь за то затихающими, то возникающими звуками в однотипных секторах трубы, он сбился с дыхания.

─ Мать вашу, скользкая крыса!

Он замер, привалившись спиной к ледяной стене и жадно хватая ртом воздух.

И в этот самый момент Ли Мо уже бесшумно зашел ему за спину.

Их разделяла лишь ржавая металлическая решетка.

Парень стоял в темноте, не шевелясь, словно изваяние, слившееся с тенью; даже его дыхание полностью совпадало с движением воздушных потоков.

Он ждал.

И точно: вскоре из другого главного коридора донесся раскатистый рев Мясника:

─ Бешеный Пес, назад! Хватит бегать за ним, мы перекроем выходы!

Услышав это, Бешеный Пес воспрянул духом, словно почуяв за спиной надежную опору.

Прекратив бесплодные поиски и сориентировавшись в пространстве, он собрался возвращаться тем же путем.

Ему предстояло преодолеть узкий поворот, заваленный брошенными кабелями – идеальную слепую зону.

Пора.

Стоило Бешеному Псу полностью занести тело за угол, как Ли Мо пришел в движение.

Он не стал обнажать клинок или выпускать хоть каплю жажды крови.

Лишь бесшумно вынырнул из тени, двигаясь с недоступной глазу скоростью – нервная система преследователя еще не успела передать в мозг сигнал тревоги, а удар уже настиг цель.

─ Хлоп!

Глухой, утробный звук.

Ножны угодили точно в область правого шейного сплетения Бешеного Пса.

Там сходились сонные артерии и нервные узлы. Для обычного человека такой удар означал немедленный нокаут, а для пробужденного с закаленным телом – мгновенный скачок давления вкупе с блокировкой нервных импульсов.

Глаза Бешеного Пса вылезли из орбит.

Он попытался взреветь, вскинуть руки, но силы вмиг покинули его члены.

Ножны со звонком брякнули о пол, а сам он обмяк и мешком рухнул вперед, временно выбыв из игры.

Ли Мо не стал добивать врага: он просто оттащил парализованного противника на самое видное место посреди прохода и снова растворился в темноте.

─ Бешеный Пес?!

Голос Мясника приближался. Он явно расслышал звук падения оружия.

Тяжелые шаги сотрясали сами трубы.

Секунду спустя исполинская фигура вылетела в тупик и сразу уткнулась взглядом в распростертое тело подельника.

─ Падаль! Вылезай, мразь!

Лицо Мясника вмиг побагровело, глаза налились кровью; яростная аура давила на воздух, делая его густым и липким.

Однако в ответ ему раздавалась лишь мертвая тишина.

Пока внимание Мясника было полностью приковано к поискам врага, Ли Мо извлек из темноты крошечный камешек величиной с ногтей и щелчком отправил его в полет.

Камень описал дугу и врезался в старый клапан, торчавший из свода тоннеля.

Удар пришелся точно по расшатанному вентилю.

─ Ссс…!

Тонкая струйка газа с отчетливым сладковато-гнилостным запахом поплыла в воздухе.

Скопившийся под давлением старый газ.

Нос Мясника яростно задергался.

Для хищника, промышлявшего на дне черного рынка не один год, чутье служило надежнее глаз.

Сначала он уловил запах крови Бешеного Пса.

А мгновением позже различил эту сладковатую нотку вперемешку с сыростью.

Газ!

Ярость на лице гиганта мгновенно сменилась животным ужасом.

До него дошло: едва ступив в этот сектор, он угодил в искусно расставленную ловушку.

Целью противника с самого начала был не побег.

А методичная охота.

Забыв про угрозы, первобытный инстинкт выживания взял верх над гневом.

Он бросился вперед, подхватил обмякшего Бешеного Пса и попытался дать задний ход.

И в тот самый миг, когда он развернулся, подставив спину,

Ли Мо вытащил из-за пазухи кусок кремня, припасенный еще с вылазки в пустоши, и чиркнул им о пластинку металла, содранную с какого-то механизма.

Слабая искра вспыхнула во тьме.

Он плавно метнул ее в сторону наибольшей концентрации газа.

Время, казалось, замедлило ход.

Крошечная искра неторопливо парила по направлению к Мяснику.

Коснувшись первой молекулы газа.

Затем второй.

Третьей.

А в следующее мгновение грянул взрыв, БУХ!!!

Яростная волна огня пожрала весь проход.

Языки багрового пламени лизали стены, раскаляя бетон и железо добела, заставляя их стонать от напряжения.

Разрушительная ударная волна веером расколола пространство, превращая все на своем пути в крошечные осколки.

Ли Мо, руководствуясь картой, заблаговременно отступил на безопасное расстояние в десятки метров за прочный поворот.

Яркая вспышка взрыва пробивалась сквозь щели коммуникаций, то освещая, то погружая во тьму его невозмутимое лицо.

Он развернулся, намереваясь покинуть зону по заранее намеченному маршруту.

Однако, подняв взгляд,

он замер.

В тени соседнего ответвления отблески пламени очертили хрупкий силуэт.

Маленькая, перепачканная сажей девочка на вид лет четырнадцати-пятнадцати.

Она стояла там, судя по всему, уже давно.

И видела все от начала до конца: и падение Бешеного Пса, и появление Мясника, и поглотившую их вспышку.

Но перед лицом зрелища, от которого у любого взрослого кровь застыла бы в жилах, в ее глазах не было ни капли страха.

Она просто смотрела на Ли Мо странным, неестественно спокойным взглядом сквозь пляшущие языки пламени и клубы дыма.

Ли Мо передумал делать шаг.

Медленно, шаг за шагом, он направился к этой загадочной свидетельнице.

Дистанция сокращалась.

Тридцать метров.

Двадцать.

Десять.

Ли Мо чувствовал исходящую от девчонки угрозу – слишком уж неестественным было ее хладнокровие.

Она не сдвинулась с места, дожидаясь, пока он подойдет.

Когда их разделило всего три шага, Ли Мо смог разглядеть грязь на ее щеках и одежде, а также почти леденящий душу взгляд.

Он остановился, храня молчание.

На черном рынке молчание – лучшая речь и самый надежный способ проверки.

Девочка медленно вытащила из кармана куртки черную каменную плитку размером с ладонь и обломок белого мелка.

«Шурх…»

Мел заскрипел по камню.

Ли Мо поморщился, глядя на девчонку с грифельной доской, сглотнул вставший в горле ком и уставился на надпись.

[У них был ключ.]

Ли Мо с любопытством переваривал информацию, мысленно уже окрестив ее информатором.

В голове вихрем пронеслись иные варианты!

Убрать ее?

Слишком рискованно: раз осталась здесь, значит, у нее есть козырь в рукаве.

Просто уйти?

Зачем? Обзавестись знакомством с информатором сейчас куда полезнее.

Он кивком приказал вести за собой.

Девочка поняла все без слов и направилась к эпицентру взрыва.

Огромное тело Мясника разорвало пополам; верхняя половина вросла в разорванную паропроводную трубу, превратившись в бесформенное месиво.

Она остановилась возле отлетевшего в угол обрубка ноги.

Носком стопы она слегка толкнула оплавленный металлический коробок, намертво спекшийся с плотью.

Ли Мо приблизился.

Концом ножен он сковырнул раскаленные обломки и, пересилив смрад гари, извлек оттуда небольшой сверток из промасленной ткани.

Развернув его, он обнаружил странной формы ключ.

Он не был сделан из металла – на ощупь он напоминал нефрит или какую-то неизвестную кость. Поверхность покрывали сложные узоры, источавшие еле заметный энергетический фон.

Рассмотрев вещицу, Ли Мо понял, что она непроста, и всё же вытащил из кармана пятьсот пустотных монет. Девочка приняла деньги без торга и молча сунула их в карман.

Снова подняв дощечку, она стерла прежнюю надпись.

Ли Мо решил, что сделка завершена.

И собрался уходить.

Однако скрежет мела по камню прозвучал вновь.

На этот раз резче и напористей.

Ли Мо замер и медленно обернулся.

При виде новой строки мороз продрал по коже от ощущения, что его насквозь просверлили взглядом.

На грифельной доске значилось:

[Ты не простой сборщик утиля. Тебе нужен Чжао Цзе.]

Впервые с момента попадания в этот мир Ли Мо почувствовал, что ситуация выходит из-под контроля.

Угрозы братца Дао вызывали у него лишь усмешку, нападение Мясника – легкую скуку.

Но сейчас безмятежная на вид немая девчонка одной строчкой на доске вытащила наружу его сокровенные мысли.

Откуда ей это известно?

Имя «Чжао Цзе» он не произносил вслух ни разу. В обрывках памяти прежнего владельца сведения о нем тоже были смазанными – не более чем имя отпрыска знатного семейства.

Неужели она присутствовала там?

Или обладает какой-то скрытой сетью сбора данных?

Тысячи мыслей пронеслись в голове.

Однако лицо Ли Мо осталось непроницаемым.

Он не стал давать никаких ответов, потому что любая реплика – будь то подтверждение или отрицание – означала бы капитуляцию перед чужим темпом.

Он лишь окинул девчонку новым, оценивающим взглядом.

И произнес:

─ Сколько стоят твои сведения?

В глазах девочки мелькнуло подобие скупого одобрения.

Опустив голову, она застрочила мелком по доске.

На сей раз то был не короткий ответ, а целый список.

Закончив, она подняла дощечку перед его лицом.

[Три панцирные пластины железного жука, без трещин.]

[Одна унция порошка夜光苔藓, чистотой не ниже девяноста процентов.]

[Сердце ревущего волка ранга E, добытое не позже трех часов назад.]

Ли Мо бегло пробежал глазами по списку.

Сердце вновь ухнуло вниз.

Ни один из этих предметов невозможно было достать на черном рынке за пустотные монеты.

Железный жук – зверь из глубин внешних пустошей с чудовищной защитой.

Светящийся мох произрастает лишь в сырых, напитанных энергией пещерах, и ступать туда смертельно опасно.

Ревущий волк ранга E – стайный хищник диких земель, чья мощь неизмеримо превосходит глупых кабанов.

К тому же, судя по воспоминаниям прежнего хозяина тела, назначение этих ингредиентов не оставляло сомнений.

Они служили катализаторами для алхимиков высокого уровня или вспомогательными средствами при тренировках особых мутантов.

Сам этот перечень служил естественным фильтром силы.

Он отметал обычных бродяг, наемников и барыг, требуя людей с истинной силой, способных углубляться в запретные зоны.

Встретившись взглядом с ее спокойными глазами,

Ли Мо понял, что выбора у него нет: если он хочет узнать правду о Чжао Цзе, эта загадочная немая оставалась единственной ниточкой.

Он ничего не ответил.

Лишь молча кивнул ей.

Запомнив состав тройного заказа, Ли Мо не стал задерживаться на черном рынке. Оставшиеся пустотные монеты он спустил на усиленный паек, перевязочные пакеты и три светошумовые гранаты – конфискат из армейских запасов гарнизонных войск, влетевший в копеечку.

Помимо припасов и медикаментов, он отдал восемьдесят монет за карту внешних руин Седьмого стенового района.

На ней он оставил ногтем глубокую отметину у названия «Пещера Серой Челюсти».

Торговец картами уверял, что там обитают ревущие волки, но соваться туда в одиночку безумствовал редкий храбрец.

Вход в Пещеру Серой Челюсти походил на пасть чудовища, усеянную сталактитами-клыками.

Мрачно, сыро, от почвы разило смесью тлена и гниющих преград.

Внутри царила кромешная тьма, и лишь редкие островки светящегося мха на стенах отливали мертвенно-зеленым фосфоресцирующим светом.

Ли Мо не спешил углубляться внутрь, затаившись на два часа у самого входа.

Его рэйацу покрыла радиус в сотню метров, улавливая малейшие колебания среды.

Каждые сорок семь минут из глубин пещеры выбирался одинокий ревущий волк и совершал обход границы угодий по заведенному кругу.

Зона его восприятия простиралась метров на тридцать, а слух и чутье отличались особой остротой.

За миг до начала третьего сорок семиминутного цикла Ли Мо двинулся.

Скользнув в пещеру, он выбрал для засады нишу в стене, где зеленое свечение мха было самым слабым.

Он выровнял частоту дыхания в такт скудным сквознякам пещеры, пока секунды текли сквозь пальцы.

Волчий вой приближался, неся с собой характерное давящее присутствие магического зверя ранга E.

Взрослый ревущий волк длиной более трех метров, сплошь покрытый сине-серым жестким месом, вышагивал в пределах досягаемости чувств, ступая уверенно и настороженно.

Линии его мускулов были плавны и преисполнены взрывной силы, а пара золотистых вертикальных зрачков безжалостно мерцала во мраке.

Тридцать метров.

Двадцать метров.

Десять метров.

Зверь ступил в зону поражения Ли Мо.

Тот будто бы что-то почуял, слегка замер на ходу, а усеянная острыми зубами морда жадно потянула воздух.

Как раз вовремя!

Ли Мо не стал применять кидо для атаки.

Он знал, что при нынешнем уровне рэйацу пытаться нанести урон с помощью кидо – непозволительное транжирство, а потому предпочел самый первобытный и притом наиболее эффективный путь: хакуда.

В тот самый миг, когда он выскользнул из укрытия, на его правом кулаке мгновенно сгустился слой едва различимой рэйацу.

Это была чистейшая техника прямого наложения духовного давления на физический удар.

Собрав всю силу тела в единый монолит и взорвав ее подобием сюнпо, он обратился припавшим к земле размытым силуэтом, заходя в слепую зону ревущего волка.

Целью для удара было брюхо!

Боевой инстинкт зверя позволил ему в последний момент ощутить смертельную угрозу.

Волк попытался увернуться, резко вильнув телом, но было уже поздно.

– Бах! –

Глухой грохот разнесся по округе, и тяжелый кулак, напитанный рэйацу, наотмашь врезался в живот ревущего волка.

Жуткая ударная волна прошила насквозь шкуру и мышцы, напрямую сотрясая внутренности.

Чудище испустило мучительный вопль, и его громадная туша от адской боли на полсекунды оцепенела.

Добившись успеха с первого же удара, Ли Мо не стал завязывать долгий бой. Тело его подалось назад, оттолкнувшись за счет отдачи, и в то же время из ножен на поясе уже вылетел зампакто «Шэньши».

В тусклом зеленоватом свечении клинок черкнул изящную дугу.

Скорость движения и траектория меча слились воедино. Прежде чем истекли те злосчастные полсекунды оцепенения, острие безошибочно вонзилось аккурат в расширившуюся от невыносимой боли левую глазницу ревущего волка.

Никакого сколько-нибудь заметного сопротивления.

Ледяное лезвие пробило хрупкое глазное яблоко и на всех парах устремилось прямиком в мозг.

Вопль оборвался на полуслове.

Огромная туша судорожно дернулась и с грохотом рухнула на землю.

Золотистые зрачки мгновенно поблекли, уступая место бесконечной мертвой тишине.

Ли Мо не стал подходить сразу; зажав в руке окровавленный зампакто, он стоял на месте и тяжело отдувался.

От недавнего удара испарилась едва ли половина его рэйацу.

Нынче духовная сила восстановилась лишь до уровня F-класса здешних пробужденных, а цена за попытку убить противника выше собственной ступени выливалась в колоссальные затраты.

Убедившись, что ревущий волк испустил дух окончательно, Ли Мо приблизился и принялся аккуратно распарывать чудищу грудину лезвием, выискивая еще теплое сердце.

В тот самый миг, когда его пальцы почти коснулись сердца магического зверя E-класса, из мрака в глубине пещеры донесся голос:

─ Хе-хе, братец, знатно же ты потрудился. Эта тварь – зубастый орешек, знаешь ли. ─

Две фигуры медленно выплыли из темноты, образуя широкий полукруг и наглухо отрезая Ли Мо путь к отступлению.

Шедший впереди мужчина отличался тощим и долговязым телосложением, сжимая в руке тесак, усыпанный зазубринами.

Плевшийся следом был пониже и пошире в кости, нацелив на цель переделанный арбалет; лицо его выражало крайнюю настороженность, а взгляд то и дело метался между Ли Мо и окрестностями.

Очевидно, Ли Мо угодил на мародеров, коих вечно полно в пустотных руинах, – существ, пугающих мусорщиков и хищников Седьмого стенового района больше всего на свете.

При этом сильные мародеры никогда не связывались с рядовыми сборщиками, поскольку те являлись бандами обычных смертных и приносили слишком скрмную добычу; их истинной целью всегда становились хищники, пробудившие в себе силу.

Они не охотились на мощных магических зверей сами, а подобно стервятникам терпеливо выжидали момент, когда какой-нибудь охотник и жертва истощат друг друга до предела, после чего забирали все готовое без малейших усилий.

─ Бросай добычу, а сам можешь валить на все четыре стороны. ─

Долговязый ткнул острием тесака в сторону волчьего сердца, а в его тоне сквозила безальтернативная уверенность.

Ли Мо неторопливо поднялся на ноги, напустив на лицо уставшую, угодливую улыбку.

─ Уважаемые старшие, я ведь эту тварь с таким трудом добыл. Вот, гляньте, сердце я вам отдам, но нельзя ли мне забрать хоть немного мяса? ─

Приговаривая так, он медленно выставил вперед ладонь с еще слегка пульсирующим сердцем, изображая готовность протянуть его незваным гостям.

Завидев его покорность, долговязый ухмыльнулся еще жаднее.

─ Отдать тебе? А морду не треснет? Хватит палить дурную масть, швыряй добро сюда и живо вон отсюда! ─

Пять метров.

Четыре метра.

Три метра.

Стоило им сократить расстояние меньше чем до двух метров и долговязому протянуть руку за добычей, как всякое подобие робости и услужливости наотмашь слетело с лица Ли Мо.

На смену им пришел остаток внутренней рэйацу, высвобожденный без малейшего сдерживания!

─ Хадо №1: Сё! ─

Едва заметная глазу ударная волна сорвалась с пустой левой ладони и угодила прямо в перекошенную физиономию долговязого.

Тот даже сообразить ничего не успел.

Ему показалось, будто в лицо со всего маху впечатался невидимый молот, а в следующий миг раздался хруст ломающейся носовой перегородки.

Сопровождая падение воплем, он опрокинулся навзничь.

Силуэт Ли Мо оставил на прежнем месте остаточное изображение, активировав сюнпо.

Игнорируя поверженного долговязого, он с куда большей прытью метнулся к приземистому бойцу с арбалетом за спиной.

Тяжелоатлет от неожиданности аж подпрыгнул: в страшном сне ему не могло привидеться, что эта выглядящая смертельно уставшей «добыча» способна выдать столь жуткую контратаку.

Руки сами дернули за спусковой крючок.

Отраженный ядом арбалетный болт со свистом рассек воздух.

Однако снаряд прошил лишь оставленную на прежнем месте тень.

─ Бакудо №1: Сай! ─

И пока коренастый неприятель пытался разорвать дистанцию для перезарядки второго болта, он внезапно ощутил, будто ноги намертво опутало нечто невидимое.

Споткнувшись наотмашь, он грохнулся на землю.

Взглянув вниз, он не обнаружил ничего, но ощущение пут оставалось донельзя реальным.

В следующий миг.

Темная тень промелькнула над его головой. Вскинув испуганный взгляд, он успел заметить лишь лишенные всяких эмоций глаза и вспышку сверкнувшего с невероятной скоростью клинка.

Всплеск!

Брызнула кровь, горло было перерезано чисто и бесповоротно.

Покончив с коренастым, он ни на секунду не задерживался: крутанувшись на месте, с капающим кровью зампакто он двинулся на долговязого, который кое-как пытался подняться после удара.

─ Ты… ты вовсе не маг боевого типа… Братец, я слепой дурак, попутал берега, я ведь пробужденный силы E-класса, у меня зверская силища, я могу пригодиться… ─

Вглядываясь в надвигающегося Ли Мо, долговязый больше не мог скрывать первобытный ужас в глазах.

Он пожалел.

Но раскаяние ценилось дешевле всего на свете.

Ли Мо не удостоил его ответом; вспомнив хвастливые слова того о собственной силе E-класса и ее якобы полезности, он лишь презрительно усмехнулся:

─ Такой никчемный пробужденный E-класса, оставленный в живых… чтобы чистить мне ботинки? ─

Клинок снова блеснул, и в пещере вновь воцарилась тишина.

Два человеческих тела и туша магического зверя тихо лежали в зеленоватом свечении мхов.

Ли Мо стоял посреди лужи крови.

Грудь тяжело вздымалась, череда предельных рывков заставила организм заявить о перегрузках.

Настороженно раскинув рэйацу во все стороны и убедившись, что в окрестностях больше не осталось скрытых угроз, он наконец опустился на колени и зашелся в надрывном кашле.

С максимальной скоростью упаковав сердце ревущего волка в специальный контейнер для консервации, он также зачистил карманы обоих покойников на предмет мелочи вроде пустотных монет и простенького оружия.

Справившись с делом, он не стал задерживаться и скрылся в зеве пещеры.

Обратную дорогу он выбирать не стал.

Предпочтя куда более извилистый обходной путь, парень вернулся в грязные трущобы Седьмого стенового района Тяньхая.

Черный рынок под покровом ночи шумел еще громче дневного и таил в себе куда больше опасностей.

Силуэт Ли Мо возник в том самом переулке, где была назначена встреча с немой девчонкой.

Специально он никого не выискивал.

Просто молча замер в тени, ожидая.

Искать нужды не было.

Он точно знал: она отыщет его сама – хотя бы ради проверки ее же собственных информационных навыков.

Ждать долго не пришлось: появилась девчонка и провела Ли Мо к заброшенной книжной лавке.

Внутри витал густой запах слежавшейся бумаги вперемешку с осушителем.

Сама девочка уже сидела за кое-как сколоченным деревянным столом. Огарок дешевой свечи отбрасывал дрожащие желтоватые блики на ее лицо.

Она ничего не читала.

Вместо этого она с исключительной сосредоточенностью протирала чистым куском хлопчатобумажной ткани обложку толстой книги в твердом переплете. Обложка была темно-синей, а тиснение на ней состояло из незнакомых Ли Мо символов.

Судя по полиграфии, вещица явно происходила из эпохи «до прилива духовной энергии», периода, именуемого не иначе как «старым веком».

Движения ее отличались легкостью и неторопливостью.

Окружающее пространство было приведено в порядок с маниакальной аккуратностью. Пол сверкал чистотой, несколько порванных фолиантов аккуратной стопкой покоились в углу.

Даже оплывший воск от горящей свечи стекал по строго определенной траектории, не пачкая столешницы.

Подобная упорядоченность в хаосе Седьмого стенового района уже сама по себе граничила с безумием.

Ли Мо не стал разводить лишних слов.

Шагнув к столу, он выложил в ряд извлеченное из груди волка сердце, с момента изъятия которого не прошло и трех часов и которое всё еще сохраняло биологическую активность, три целых панцирных пластины железного жука и небольшой кисет с ультрачистым порошком светящегося мха.

Предметы выстроились цепочкой на крышке стола.

С каждым новым трофеем свет свечи в лавке казался чуточку ярче.

Редчайшие материалы E-класса, способные спровочить небольшую потасовку на черном рынке, сейчас были брошены как попало.

Су Мубай отложила тряпку и старую книгу.

Взяв в руки еще слегка пульсирующий орган, она погрузила в него тонкую серебряную иглу, пристально всматриваясь в смену оттенка металла.

Затем ногтем легонько постучала по панцирю железного жука, прислушиваясь к чистому глуховатому звону.

Наконец, зажав щепотку светящегося порошка под самым носом, она оценила слабые энергетические волны, исходившие от субстанции.

Проверка заняла несколько минут, прошедших в абсолютной скрупулезности – словно перед ними сидел алхимик с тридцатилетним стажем.

Ли Мо молча наблюдал со стороны.

Не подгоняя.

Вскоре Су Мубай, похоже, убедилась, что качество всех предъявленных ценностей не вызывает вопросов.

Она кивнула.

На лице по-прежнему не отразилось ни единой эмоции, однако Ли Мо почувствовал, как незримая аура враждебности вокруг них заметно рассеялась.

Из-под стола она извлекла плотно обернутый промасленной бумагой пакет из крафт-бумаги и толкнула его вперед.

Свёрток оказался не слишком тяжелым, но стоило Ли Мо принять его, как ладони ощутили солидную плотность содержимого.

Разорвав промасленную оболочку, он обнаружил стандартный бумажный конверт. Горловина была наглухо запечатана сургучом, на котором красовался невиданный сложный герб из переплетенных стеблей и острого клинка.

Сорвав печать.

Высыпались не просто листки, а целая пачка досье в сопровождении карты, выделанной из какой-то прочной сыромятной шкуры.

Взгляд Ли Мо мгновенно приковала первая страница досье.

На ней красовался поясной портрет Чжао Цзе – выполненный с поразительным сходством, вплоть до крошечной черной родинки в уголке губ.

[Чжао Цзе, мужской пол, 27 лет, представитель третьего поколения боковой ветви клана Чжао в Тяньхае, пробужденный E-класса, способность: «Огненное ружье».]

Зрачки Ли Мо резко сузились.

Пробужденный E-класса, огненное ружье.

Листая бумаги дальше, он чувствовал, как сердцебиение начинает ускоряться.

[Характер: до крайности самовлюбленный, жаждущий тотального контроля, страдающий манией чистоты. Не терпит поражений, склонен применять изуверские методы мести к любому, кто бросит вызов его авторитету. Слабые стороны: слепо повинуется наследнику главной ветви клана, Чжао Вэню, испытывая к нему патологическое поклонение и зависимость.]

[Охрана: четыре человека, посменная вахта. Капитан «Железная Рука», пробужденный силовой ветви D-класса, отставной наемник, излюбленное оружие – пара стальных кастетов, нрав имеет уравновешенный, но падок до азартных игр. Замкапитана «Змеиный Глаз», скорость E-класса, отличается жестокостью и сладострастием. Плюс два стрелка F-класса, не заслуживающие внимания.]

[Повседневный маршрут: с 9 до 11 утра – тренировки на «Арене» Третьего округа Городской Стены. С 2 до 5 часов дня – в клубе «Золотая роза» в Пятом округе. После 9 вечера возвращается в свою частную резиденцию «Обитель тишины» в Четвертом округе.]

Степень детализации сведений заставляла Ли Мо ощутить легкий холодок.

Это было уже не просто досье – саму жизнь Чжао Цзе со всеми привычками, связями и психологическими брешами вывернули наизнанку и вывалили перед ним.

Он даже обнаружил подробный отчет на главу охраны «Железную Руку», включая адреса подпольных игорных домов, которые тот посещал, и точные суммы его карточных долгов.

Выходило так, что сеть информаторов Су Мубай давно просочилась в средние и высшие слои Тяньхая, возможно, даже успев купить кого-то из близкого окружения цели.

Он взял в руки шкуряную карту.

На ней была вычерчена схема заброшенной системы подземных стоков Четвертого округа под «Обителью тишины», запутанная словно лабиринт.

И все же один из путей выделялся яркими алыми чернилами. Конечная точка вела прямо к объекту с пометкой «Главный запорный клапан канализации».

Рядом с картой имелось аккуратное примечание каллиграфическим почерком: [В трех метрах ниже клапана находится винный погреб «Обители тишины». У Чжао Цзе есть привычка уединяться там: каждую среду и пятницу ровно в десять вечера, без исключений.]

По спине Ли Мо пробежал холодный пот – это выходило за рамки обычных справок.

Перед ним лежачал готовый план убийства.

Выверенный до минут, мест, действующих лиц и путей отступления план покушения, от коего волосы вставали дыбом.

Ли Мо поднял взгляд на Су Мубай.

В его глазах вновь проступила настороженность.

Кто вообще эта безобидная на вид «немая»? Откуда у нее секреты, коих не ведают даже гарнизонные войска?

Зачем она выложила такое досье ему?

Неужели ради обмена на те три нехитрых трофея?

Ли Мо в это не верил; он чувствовал, что чья-то невидимая рука подталкивает его вглубь искусно расставленной ловушки.

И выбора у него не оставалось.

Сделка по информации состоялась, и если бы боги дали ему второй шанс, он бы предпочел притвориться слепым при виде девчонки, спокойно прокачаться в одиночку и лишь потом мстить, разве не так?

Как раз когда в голове бурлил рой мыслей и наваливалось раскаяние, скрипучая деревянная дверь книжной лавки со злостью распахнулась от удара ноги.

─ Эй, немая, пора бы занести «налог за покой» за эту неделю, а? ─

Легкомысленный, развязный голос разрушил застывшую тишину лавки.

Три фигуры загородили вход.

Впереди стоял долговязый парень с выкрашенными во все цвета радуги волосами, напоминавшими дешевого попугая. Зажав в зубах сигарету, он недобрым взглядом шарил по фигуре Су Мубай.

Он являлся местным авторитетом в этом квартале, прозванным Задирой – со временем погонялово намертво пристало к нему вместо имени.

Двое громил за его спиной с бычьими шеями и арматурой в руках скалили зубы, шаря глазами по старым фолиантам в поисках того, что можно было бы безнаказанно стянуть.

Заприметив их, Су Мубай едва заметно напряглась.

Она молча извлекла из-под стола небольшой холщовый мешочек с парой дюжин пустотных монет, собираясь отдать дань.

Таковы законы выживания черного рынка.

Даже ей приходилось отстегивать крошечную долю этим низовым шакалам порядка ради видимости спокойствия.

Однако взгляд Задиры упал на бледное, пусть и испачканное сажей, но все еще миловидное лицо Су Мубай.

Он ухмыльнулся.

Игнорируя кошель, он протянул загребущую лапу.

─ Немая, сегодня одной монетой не отделаешься. Дай братану полапать, и налог за неделю простим, а? ─

Рука Задиры, разившая дурным запахом, тянулась к щеке Су Мубай.

Девушка на мгновенье замерла.

В ее спокойных, как стоячая вода, глазах впервые промелькнули ущемленное достоинство и ледяной гнев.

Но она по-прежнему не двигалась.

Ибо знала: отпор повлечет за собой лишь худшую расплату.

Однако рука Задиры в итоге так и не коснулась ее кожи.

Она застыла в воздухе, не дотянув до щеки девушки каких-то три сантиметра.

Не потому, что он передумал – он попросту не мог пошевелиться.

Ледяное, отливающее тусклым блеском лезвие невесть откуда и бесшумно очутилось у самой его шеи.

Клинка почти не было видно, до того он тонким казался.

Задира отчетливо ощущал каждый удар собственной сонной артерии, вплотную столкнувшейся с холодом смерти.

Кося глазами через силу, он разглядел владельца клинка.

Тот самый нищий парень, что сидел у стола и показался ему случайным покупателем рваного барахла.

Теперь этот нищий безмятежно взирал на него.

На лице – ноль эмоций.

Зато в глазах бушевало нечто, чего Задира прежде никогда не видывал.

Ни злости, ни предостережения.

Так смотрят на мертвые вещи.

Взгляд мясника на скотину, приготовленную к закланию: чистый, ледяной, лишенный крупицы человеческих чувств.

Задира не сомневался: сделай он хоть миллиметр движения – эта сталь распорет его глотку не хуже бумаги.

─ Вали. ─

Единственное слово выдавил Ли Мо.

─ Сглак. ─

Задира с трудом сглотнул слюну, колени под ним затряслись сами собой.

Прихвостни за его спиной и вовсе перепугались до зеленой вони в лице и, не оглядываясь, ломанулись из лавки, бросив все: они так и не поняли, в какой момент ублюдочный гость успел приставить нож к горлу их пахана.

Задира бы и сам рад удрать.

Но не смел, ведь лезвие все еще лежало на его шее.

Ли Мо по-прежнему глядел на него с невозмутимым видом – мол, велено проваливать, чего стоишь?

Рассудок Задиры окончательно рухнул.

С глухим стуком он рухнул на колени, из глаз брызнули сопли и слезы.

─ Б… батя, пощади, я слепцом уродился, пощади убогого… ─

Голос дрожал, тело колотило в лихорадке.

Ли Мо убрал «Шэньши».

В глазах этого отброса он больше не находил ни малейшей угрозы.

Задира, обретя второе дыхание, сиганул в темноту ночи с такой прытью, что в воздухе остался легкий душок мочевины.

В книжной лавке вновь воцарилась тишина.

Спрятав увесистый сверток с досье обратно в крафт-пакет, Ли Мо развернулся на выход.

Свое он добыл, а что до ловушек со стороны немой или грядущих неприятностей – он махнул рукой, ибо это его не касалось.

Между ними существовала лишь сделка.

Но стоило сделать первый шаг.

Как за спиной вновь раздалось то самое знакомое шуршание мела по грифелю.

Ли Мо замер на месте, со злостью в душе, но все же медленно повернулся.

Су Мубай продолжала сидеть на прежнем месте, а свеча вытягивала ее тень в длинный силуэт.

Она подняла грифельную дощечку.

Там значилась лишь одна строка:

【Твой поступок только всё усложнит. Так что отвечай за последствия до конца.】

【Моя безопасность – тоже часть уплаченной цены.】

Вглядываясь в эти слова, Ли Мо почувствовал, как в глазах холодеет, а пальцы, сжимающие крафт-пакет, ссутулились от усилия.

Его и впрямь надули.

С момента, как он переступил порог лавки – нет, с того самого мига, когда решил прибрать к рукам тот ключ после взрыва газа, он угодил в искусно сплетенные сети.

Эта сделка с самого начала не являлась рядовым обменом информации на трофеи.

Сердце E-класса и материалы были лишь частью уплаты, тогда как подлинной ценой значилось спасение ее шкуры – донельзя опасное покровительство.

─ Я отказываюсь. ─

Ли Мо не колебался ни секунды и швырнул тяжелый пакет обратно на столешницу.

─ Сделка аннулирована. Твоя жизнь меня не волнует. ─

Резко развернувшись, он пошел прочь без тени сомнений.

Он не альтруист и уж точно не олух, готовый потерять рассудок из-за смазливого личика.

Первое правило выживания в Седьмом стеновом районе гласит: никогда не ввязывайся в проблемы выше твоих сил.

Чжао Цзе – одаренный пикового E-класса, за спиной которого стоят влиятельные аристократы Тяньхая.

Сам он, конечно, жаждет прикончить ублюдка, но лезть на рожон против неизведанных сил ради едва знакомой немой?

Верная гибель.

Су Мубай не стала удерживать его.

Она лишь невозмутимо взяла мел и начертала на дощечке две новые строчки, после чего снова подняла ее.

【Люди Чжао Цзе уже вошли в Седьмой стеновой район.】

【И ищут они не тебя, а меня.】

Ли Мо молча впитывал информацию, а мозг работал на предельных оборотах, просчитывая скрытый за этими строками смысл.

Во-первых, откуда ей известно о прибытии людей Чжао Цзе? Это доказывает, что ее сеть работает в режиме реального времени, а возможности слежки превосходят любые ожидания.

Во-вторых, фраза «ищут не тебя» звучала успокаивающе? Такой ничтожный новичок, якобы «погибший» в глазах аристократа вроде Чжао Цзе, не стоил личных поисков в клоаке вроде Седьмого района.

Нынче же истинным эпицентром бури выступала именно немая девчонка.

В-третьих – и это самое смертоносное – раз она без колебаний выложила это сейчас, значит, была уверена: Ли Мо уже никуда не уйдет.

Не прикончив тех троих хулиганов сразу, Ли Мо теперь жалел об этом; даже сама лавка казалась ему слишком приметной, и если подручные Чжао Цзе обладали должной хваткой, вычисление этого логова оставалось лишь вопросом времени.

Его пассивно, но намертво привязало к этой немой одной цепью.

Пусть у них совпадали цели – уничтожение Чжао Цзе – рассерженный Ли Мо все равно чувствовал, как помрачнело его лицо.

Су Мубай словно насквозь видела его внутреннюю борьбу.

Опустив дощечку, она отвернулась и вынула из потайного отделения забитого старыми книгами стеллажа завернутый в непромокаемый брезент сверток, протягивая его вперед.

Ли Мо не стал спешить с ответом.

Су Мубай тоже не торопила, лишь положила сверток на стол, после чего взяла мел и вывела еще одну строчку.

[Это предоплата. Уведи меня отсюда, в заброшенную промзону на западе – там сложный рельеф, идеальный для укрытия.]

Взгляд скользнул по этому свертку.

Колеблясь какое-то мгновение, Ли Мо все же протянул руку и взял его.

Развернув промасленную ткань, он обнаружил внутри три ампулы с высококонцентрированным армейским питательным раствором, один флакон мощного кровеостанавливающего спрея и аккуратно сложенный комплект черного облегающего боевого костюма.

Все эти вещи были ему сейчас жизненно необходимы.

Череда стычек и вспышек рэйацу требовали от организма срочной подпитки. Одежда же провоняла кровью и всяческими запахами, что в охоте на жутких тварей делало его ходячей мишенью.

А кровоостанавливающий спрей – та самая база, без которой не выжить в предстоящих схватках.

Эта немая девчонка просчитала не только каждый его шаг, но даже его нынешнее физическое состояние и нужды в припасах до мельчайших деталей.

Такое уже не назвать просто умом – это пугающее, звериное чутье и расчетливость.

Ли Мо больше ничего не произнес: слова сейчас казались излишними и бесполезными.

Он сгреб со стола досье на Чжао Цзе и вместе со свертком от Су Мубай запихнул за пазуху.

Действие – вот его ответ.

Приблизившись к Су Мубай, он отдал приказ взглядом.

Она кивнула и задула свечу.

Книжная лавка в тот же миг погрузилась во мрак. Су Мубай шагнула к задней стене, нашарила что-то за рядами стеллажей – потайная дверь, искусно замаскированная под кладку, бесшумно отъехала в сторону, и девушка ускользнула в темноту.

Ли Мо последовал за ней хвостом.

Словно две тени, они мгновенно растворились в лабиринте мрачных переулков Седьмого стенового района.

Прошло едва ли пять минут с момента их ухода.

– Царкс! –

Изуродованная ударом ноги деревянная дверь книжной лавки снова распахнулась.

В проеме возникли две фигуры, взметнув тени в слабом свете уличного фонаря.

Мужчина впереди щеголял вычурной красной кожаной курткой, а волосы его были причесаны волосок к волоску. На его пальце бесновался язычок оранжевого пламени, окрашивая бледное лицо в зловещие, дрожащие тона.

Огненный Ворон, маг огня класса E на службе клана Чжао.

Следом ступал приземистый крепкий амбал – Земляной Дракон, чьи шаги отдавались тяжелым гулом.

Огненный Ворон не спешил входить. Застыв на пороге, он принюхался, втягивая воздух носом, точно гончая.

─ Хе-хе… Запах крови, пота и шлейф тех трех отрепий, с которыми они столкнулись. Ошибки нет, это здесь, –

выдал он пренебрежительный смешок, переводя взгляд на темный проход в глубине лавки.

Уголки его губ изогнулись в хищной усмешке, а палец указал туда, где скрылась парочка.

─ Ого, пташки пронюхали о засаде? Эти крысеныши только что упорхнули из норки! –

Ночь служит лучшим прикрытием.

Ли Мо вел группу вперед, а Су Мубай неотступно следовала за ним; в хитросплетении этих извилистых переулков ее талант раскрывался наотмашь.

Она безошибочно направляла его короткими взмахами рук.

─ Свист! Гул! –

Огненный шар размером с человеческую голову, рассекая воздух с раскаленным свистом, просвистел в сантиметрах от уха Су Мубай и со всего маху впечатался в стену в трех шагах впереди.

Кирпич мгновенно разлетелся на куски.

На стене зиял обугленный кратер, края которого, полыхая жаром, издавали мерзкое шипение.

Воздух вмиг провонял серой и паленым.

Сердце Ли Мо ухтилось вниз.

Радиус поражения и мощь этого мага класса E намного превосходили его ожидания – ни в какое сравнение не шло с тем никчемным слабаком, с которым он столкнулся днем!

─ Никуда вам не деться, крысы! –

Голос Огненного Ворона донесся сзади, источая неторопливую уверенность кота, играющего с мышью.

Заметив впереди внезапно возникшую фигуру еще одного преследователя, беглецы были вынуждены свернуть в другой переулок.

Однако это стало ошибкой: тупик. Путь наглухо перерезала высокая кирпичная стена.

─ Бах! –

У входа в переулок грянул глухой удар – Земляной Дракон со злостью обрушил ладони на мостовую.

─ Земляная стена! –

Под утробный рокот земля задрожала, и толстая преграда из грязи, щебня и мусора выросла из-под земли, наглухо отрезая единственный путь к отступлению.

У заблокированного выхода замерли Огненный Ворон и Земляной Дракон, одаривая их издевательскими, зловещими ухмылками.

Пламя на пальце Огненного Ворона заплясало резвее, освещая его искаженное от предвкушения лицо.

─ Молодой господин Чжао велел взять немую, но откуда здесь взялся парень? Идет прицепом к заказу? –

Земляной Дракон молча шагнул вперед, отчего казалось, что земля содрогается в унисон с его шагами.

Пальцы Су Мубай впервые мелко задрожали.

Ли Mo бесшумно заслонил ее спиной, а его глаза молниеносно оценили обстановку: высокие стены по бокам, замурованный тупик впереди и две фигуры, излучающие смертельную угрозу.

Его рассудок никогда еще не был столь холоден.

Адреналин бурлил в крови, остатки рэйацу бешеным потоком неслись по меридианам.

Но в этих черных глазах разгорелся огонь, куда более леденящий и безумный, чем пламя на пальцах преследователя.

─ Левая третья, правая седьмая, –

бросил Ли Мо шепотом настолько тихим, что Су Мубай даже не успела осмыслить значение этих цифр, как ее тело уже среагировало на рефлексах.

«Левая третья» – третий выбивающийся кирпич на левой стене.

«Правая седьмая» – седьмая проржавевшая водосточная труба на правой.

Идеальные точки опоры.

─ Держись крепче, –

Ли Мо резко перехватил ее за запястье и со всей дури вдавил правую стопу в тот самый кирпичный выступ.

─ Бац! –

Глухой стук.

Используя отдачу, его тело стрелой взмыло по диагонали вверх.

В полете носок левого ботинка цепко зацепился за ржавую трубу. Сделав невероятный акробатический вираж вместе с Су Мубай, он мягко приземлился на крышу трехметровой высоты.

Все произошло плавно и с невероятной скоростью – Огненный Ворон и Земляной Дракон успели заметить лишь мелькнувшую тень.

─ Решили сбежать? –

На лице Огненного Ворона промелькнуло недоумение, сменившись еще более ядовитой усмешкой.

Пытаться показывать акробатические трюки перед пробужденным класса E?

Смешно.

Издав издевательский смешок, он активировал ступни – два сгустка оранжевого пламени с ревом вырвались наружу.

Его тело понеслось над самой землей, точно на реактивной тяге, обгоняя бегущего по крышам Ли Мо по меньшей мере вдвое.

─ Свист! Свист! –

Взмахнув руками, он выпустил два огненных шара размером с кулак, которые с дымными хвостами наперерез запечатали путь беглецам.

Ли Мо резко затормозил на черепице, изогнувшись под противоестественным углом почти на полметра, чудом избежав зоны поражения.

Раскаленная волна обожгла лицо, опалив пряди волос.

─ Бах! –

А внизу Земляной Дракон снова ударил ладонями о землю.

На крыше прямо по ходу движения из ниоткуда взметнулись три острых каменных шипа толщиной с человеческую руку, зловеще сверкая желтизной.

Крыша стара и ненадежна.

Земляному Дракону даже не требовалось атаковать напрямую – достаточно было просто разрушить опору под ногами.

Впереди торчали шипы.

Сзади преследовали фаерболы.

Взгляд Ли Мо вихрем пронесся по окружающим развалинам: в голове мгновенно рождались, просчитывались и тут же отметались варианты оптимального побега.

Су Мубай вдруг судорожно сжала ладонь в кулак и указала на самое крупное заброшенное здание метрах в двухстах наискосок.

Третья текстильная фабрика Седьмого стенового района Тяньхая.

Ее палец уперся в гигантскую несущую колонну у фасада, вросшую в землю под углом.

Зрачки Ли Мо сузились.

Больше никаких колебаний.

Ухватив Су Мубай за руку, он рванул к фабрике на предельной скорости.

Нарочно выбирая для бега хлипкие края крыш, где каждый шаг балансировал на лезвии бритвы, а обломки сыпались вниз с глухим «шух».

Подобный камикадзе-стиль казался Огненному Ворону не более чем агонией загнанного зверя.

─ Выдохлись, крысеныши? –

Скользя над землей сзади, он не спеша сокращал дистанцию, смакуя предсмертную борьбу жертвы.

─ Тогда с этим покончено! –

Он резко прибавил газу, пламя полыхнуло ярче, сокращая разрыв до каких-то двадцати метров.

Идеальная дистанция для максимального урона заклинания, увернуться от которого почти нереально.

Земляной Дракон тоже прибавил шагу, чувствуя скорую развязку.

Пятнадцать метров.

Десять.

Уже отчетливо видна пропитавшаяся потом спина Ли Мо. Огненный Ворон вскинул правую руку – на ладони стремительно раздувался шар, куда жарче и ярче всех предыдущих.

Этим ударом он сотрет в пепел и наглую крысу, и сопливую немую девку вместе с ней.

Самый момент!

В то мгновение, когда Огненный Ворон собрался выпустить заряд, бежавший от него сломя голову Ли Мо резко развернулся!

Движение вышло молниеносным: указательный и средний пальцы левой руки сложились вместе, четко нацелившись на несущегося на полной скорости противника, не способного мгновенно сменить траекторию.

─ Бакудо №1: Сай! –

Незримая, но прочная духовная волна безжалостно обрушилась на поясницу мага.

─ Кхм! –

Огненному Ворону показалось, что он врезался в бетонную стену, и порыв к бегу мгновенно захлебнулся.

Пробужденная энергия столкнулась с чужеродным удержанием, вызвав короткое, на три десятых секунды, оцепенение.

Для обывателя три десятых секунды – один лишь моргающий миг.

Но Ли Мо этого хватило не только чтобы сбить заряд, но и чтобы уйти.

Не теряя ни доли секунды, он одновременно с заклинанием подхватил Су Мубай и сиганул в огромную брешь в крыше.

Тело стремительно падало в бездну.

Зампакто «Шэньши» в его руке перехватили обратным хватом. Вложив остатки сил, он снизу вверх изо всех сил полорнул по той самой гигантской ржавой колонне, на которую указывала спутница.

─ Дзынь! –

Скрежет металла резанул по ушам в пустом цехе – клинок зампакто резал железо словно масло.

Промнившая десятилетия колонна была прорезана почти на треть.

В то же время освободившийся от путы Огненный Ворон по инерции врезался в хрупкую кровлю.

─ Бах! –

Цепная реакция запустилась.

Структурные повреждения от удара клинка вкупе с кинетической энергией неуправляемого падения мага стали той самой соломинкой.

─ Хруст… Трах-х-х… –

Звуки ломающихся перекрытий поплыли со всех сторон.

Словно гигантская паутина, трещины зазмеились по всей кровле фабрики от поврежденного основания.

─ Черт! –

Лицо Земляного Дракона внизу перекосило. Вскинув голову, он увидел апокалиптическую картину.

─ Грохот-грохот-грохот! –

Огромная крыша вместе с тоннами арматуры, бетона и старого хлама рухнула вниз ревущим селевым потоком!

Клубы пыли взметнулись к потолку.

Мощная вибрация заставила задрожать землю в радиусе ста метров.

Приземлившись, Ли Мо прижал к себе Су Мубай и сделал несколько кувырков, погасив инерцию падения и укрывшись за огромным остовом старого ткацкого станка.

Тяжело дыша, он чувствовал, что резерв рэйацу исчерпан до дна.

Подняв голову сквозь пелену поднявшейся пыли, Ли Мо оглядел центр превратившегося в руины цеха.

В его темных глазах не было ни капли радости выжившего – лишь предельная собранность.

Он прекрасно понимал: обвал такой мощи способен их прижать, но убить двоих одаренных класса E не сможет.

Это лишь купило им пару минут на передышку.

Вскоре над головой, перекрывая гул осыпающихся камней, раздался полный дикой ярости рев.

Вопль принадлежал Огненному Ворону.

Следом зазвучала знакомая вибрация – Земляной Дракон пробивал путь своей силой.

Они выберутся куда быстрее, чем он рассчитывал.

─ Уходим! –

Ли Мо дернул Су Мубай за запястье, снова погружаясь в темноту. Сзади девушка протянула ему что-то холодное и твердое.

Даже не глядя на ощупь понял – армейский питательный гель.

У него был свой, но тратить его прямо сейчас жаба давила. А раз Су Мубай сама протянула пайку, церемониться он не стал.

Сорвав зубами крышку, он влил в себя жижу за один присест.

Теплая волна разлилась по желудку.

Су Мубай, казалось, знала здешние катакомбы как свои пять пальцев: если раньше вел он, то теперь она тянула его за собой, виртуозно огибая переплетенные арматурные прутья и ныряя в незаметный лаз.

В нос ударил отвратительный, удушливый смрад.

Подземный коллектор.

Круглая труба, в которой едва можно было протиснуться в три погибели.

Под ногами хлюпала липкая жижа, источая духоту десятилетиями копившегося разложения.

─ Шасть… –

Звук мела по каменной плите в темноте.

Су Мубай извлекла откуда-то огарок свечи и, загородив пламя телом, чиркнула спичкой.

Крошечный огонек заплясал в тесном пространстве, едва освещая пространство перед ней.

Она опустилась на колени прямо в грязь, вовсе не заботясь о чистоте, и принялась торопливо выводить на камне линии.

На сей раз не буквы – сложную схему, карту местных коммуникаций.

Палец ткнул в точку на плане, а затем – в сторону выхода.

Ли, наклонившись при скудном свете, разглядел обведенный кружком символ с подписью: «Насосная станция».

За ней виднелся домик с пометкой из трех иероглифов: «Убежище».

Она указала на карту, на Ли Мо, а затем на собственные губы и покачала головой.

Ли Мо вмиг понял ее замысел.

У нее в недрах Седьмого стенового района припрятано абсолютное убежище.

Увидев, как он молча кивнул, девушка задула свечу.

Они снова погрузились во мрак.

На сей раз впереди опять шла Су Мубай.

Шагая по проклятому лабиринту в абсолютной темноте, они потеряли счет времени.

Спустя какое-то время она остановилась и ткнула пальцем вверх.

Над головой темнел круглый люк, покрытый ржавчиной.

Прислушавшись на секунду, она показала жест «чисто».

Ли Мо сделал глубокий вдох, напряг руки и медленно приподнял тяжелую крышку, оставив узкую щель.

Свежий воздух, смешанный со зловонием свалки, хлынул внутрь, взбодрив застоявшиеся легкие.

Он прильнул глазом к щеке люка, осматривая обстановку.

Тупик.

По сторонам стены расписаны граффити, а в конце громоздится гора мусора.

Люк же находился в самом глубоком углу, наполовину присыпанный брошенными бочками.

Выглядело тихо.

Однако в тот момент, когда он собрался распахнуть крышку полностью, из переулка донесся пронзительный крик и бряцание металла.

─ Мать вашу! Рубите его на куски! Главарь Черная Змея приказал: отрубите вторую руку, награда удвоится! –

Ли Мо замер на полуслове, сосредоточившись на звуках из проулка.

Через щель было видно, как у стены приткнулся окровавленный мужчина, окруженный кольцом из пяти-шести головорезов, похожих на наемников.

Прижатый к стене боец оказался высок родом.

Даже будучи тяжело раненным, он держал спину прямо, но больше всего привлекал внимание его правый рукав – пустой.

У него осталась лишь одна рука, левая, с зажатым в ней окровавленным армейским ножом.

Наемники кружили вокруг, но в их глазах читалось нескрываемое напряжение.

Окружение выглядело плотным, однако никто не решался сделать решающий выпад.

Потому что секунду назад смельчак, попытавшийся зайти со спины, получил от этого однорукого странный, филигранный удар разворотом и был чисто распорот по горлу.

Труп валялся неподалеку, тонкая алая полоса на шее еще дымилась жаром.

Тело этого однорукого воина усеивали с десяток ран, половина одежды окрасилась в бурый цвет. Выносливость явно подходила к концу, каждый вдох давался с хрипом.

Но каждый его удар отличался пугающей простотой и максимальной эффективностью: блок, шаг в сторону, выпад, срез.

─ Шпана! Кучка отбросов! –

Из тени вышел мужчина в черной кожанке со змеиным тату на лице и с размаху пнул ближайшего подручного.

─ Шестеро не могут завалить умирающего калеку? Вы позорите наш отряд «Песчаный Скорпион»! –

Главарь наемников, Черная Змея.

Его ледяной взгляд скользнул по полю боя и уперся в однорукого, а уголки губ тронула жестокая усмешка.

─ Ло Фэн, экс-командир гарнизонного отряда «Острый клинок», класс C. Тьфу ты, кто бы мог подумать, что прославленный ас Тяньхая докатится до такого? –

Мужчина по имени Ло Фэн не проронил ни звука.

Лишь сильнее припал к земле, а в жилах левой руки, сжимавшей нож, вздулись вены.

Его взгляд намертво вцепился в Черную Змею.

Главарь наслаждался ролью кота, мучающего мышь, и неторопливо извлек из-за пазухи вороненый пистолет, щелкнув предохранителем.

─ Не смотри на меня так, мне страшно, –

он демонстративно пожал плечами.

─ Пеняй на то, что знал слишком много. Дела клана Чжао не для таких выброшенных на помойку псов, как ты.

─ Бах! –

Выстрел грянул без предупреждения.

Пуля не задела Ло Фэна, влетев в бетон у его ног и выбив сноп искр.

Инстинктивно дернувшись от звука выстрела, боец на миг потерял бдительность.

Двое наемников тут же взревели, синхронно атакуя с флангов тесаком и железной арматурой по голове и боку.

Смертельный капкан.

Взгляд Ло Фэна потух.

Однако сидевший под крышкой люка Ли Мо сузил глаза.

Он почувствовал это.

Знакомая волна энергии стремительно приближалась извне.

Огненный Ворон!

И тяжелая поступь Земляного Дракона!

Выскочить в переулок?

Столкнешься нос к носу с наемниками Черной Змеи, а тут еще подоспеют те двое.

Тогда придется принимать удар двух сил одновременно.

Ли Мо снова бросил взгляд на бой у выхода.

Столкнувшись с парными тисками, Ло Фэн распахнул закрытые было глаза и подался вперед.

Подставив собственное плечо под удар арматуры.

─ Хруст! –

Звук ломающихся костей.

За счет этой чудовищной боли он выгадал мизерное ускорение и полоснул ножом горло очередного бойца.

Размен жизни на рану.

До чего же жутко.

Бойня у выхода близилась к кровавому финалу из-за полного истощения сил Ло Фэна.

А Ли Мо уже ощущал приближение двух мощных источников дара.

Он медленно прикрыл глаза и опустил люк обратно, отсекая свет и звуки.

Во мраке на его молодом, но сосредоточенном лице впервые промелькнула улыбка на грани безумия.

Одна рука легла на ледяную рукоять клинка.

Другая в темноте осторожно коснулась хрупкого плеча Су Мубай.

─ Рискнем? –

Его голос звучал шепотом демона под сводами зловонной трубы.

Хрупкие плечи Су Мубай мелко задрожали; в этой темноте ей не разглядеть его лица, но она кожей ощущала безумие, исходившее от его ладони.

Она ничего не ответила, лишь изо всех сил кивнула.

Ли Мо отнял руку и замолк.

Он плавно толкнул тяжелый люк вверх.

Снаружи бой подходил к концу.

Ло Фэн принял удар арматуры на раздробленное плечо, забрав с собой последнего наемника с тесаком.

Цена оказалась непомерной: вся левая рука безвольно повисла, выбитая из сустава, нож отлетел в сторону, и продолжать схватку он больше не мог.

То, что он еще стоял на ногах, целиком держалось на силе воли, превосходящей физические пределы.

─ Сволочи! Ну и стадо ублюдков! – взревел Черная Змея, теряя терпение, и медленно навел дуло пистолета прямо меж бровей Ло Фэна. ─ Игра окончена, пёс.

Но в тот момент, когда палец уже давил на спуск, свет в переулке необъяснимо померк.

Две фигуры вышли из сгущавшихся сумерек, перекрывая единственный выход из тупика.

Слева клубился видимый глазу жар оранжевого оттенка, заставляя воздух идти волнами – то был Огненный Ворон.

Лицо его искажала жуткая злоба, а в глазах полыхал готовый выплеснуться наружу огонь.

Справа ступал похожий на монолитную башню Земляной Дракон, заставляя мостовую содрогаться от каждого шага.

Его выражение лица не уступало по мрачности: быть обманутым какими-то крысами подобным образом они считали смертельным оскорблением.

Атмосфера в переулке в этот миг мгновенно превратилась в лед.

Палец Черной Змеи застыл на спусковом крючке, а змеевидная татуировка на его лице задергалась от мышечного спазма, отчего он стал выглядеть еще свирепее.

Его зрачки резко сузились, и он в упор уставился на появившихся двоих, особенно на нескрываемое, бушующее духовное давление Огненного Ворона класса E.

─ Люди клана Чжао. Убирайтесь, если жить надоело, ─ голос Черной Змеи стал хриплым и сухим, он попытался запугать противников именем семьи Чжао.

Огненный Ворон даже не взглянул на него – его взгляд прошел мимо Черной Змеи и уперся в Ли Мо, только что выбравшегося из-под люка.

В ту самую физиономию, из-за которой он потерял лицо!

Черная Змея проследил за взглядом Огненного Ворона вглубь переулка.

─ Тьфу ты! Какого черта здесь нарисовались еще двое?!

─ Я повторяю лишь раз, ─ тон Огненного Ворона был ледяным до предела. ─ Проваливайте!

В этот момент оранжево-красное пламя на его теле с гудком взметнулось на полметра вверх, жуткая волна жара мгновенно окатила весь переулок, и даже граффити на стенах начали коробиться и обугливаться.

Черную Змей и нескольких его наемников отбросило жаром на несколько шагов назад, а на их лицах застыл суеверный ужас.

Черная Змея сам принадлежал к классу E, но мощь этого мага огня превосходила его уровень в разы!

«Черт, крепкий орешек!» – мысленно выругался Черная Змея.

Он сразу сообразил: целью этих людей был вовсе не Ло Фэн, а те двое неожиданных персонажей в самом конце переулка.

Глаза Черной Змеи забегали, в голове закрутились мысли.

Ло Фэн уже никуда бы не делся, но появление столь сильных врагов заставляло его переоценивать обстановку.

Если столкнуть эти две группировки лбами, он сможет спокойно сорвать куш на чужой драке.

Огненный Ворон, судя по всему, не собирался давать им времени на раздумья.

Решив, что эта шпана просто мешает ему прикончить Ли Мо, он полностью исчерпал свой лимит терпения.

Сделав шаг вперед, он сжал правую руку в ладонь, в которой с бешеной скоростью начал формироваться огненный шар размером с кулак и донельзя зловещего, темно-красного оттенка.

В то же время Земляной Дракон скрестил руки на груди, земля под его ногами глухо заскрипела, и бесчисленные мелкие земляные шипы начали пробиваться наружу, готовые превратить весь переулок в смертельную ловушку.

Столкновение было неизбежно!

Ли Мо двинулся.

Заслонив Су Мубай собой и шагнув навстречу выходу из переулка, он сделал шаг – точный, выверенный, идеально подставляющий его под прицел всех присутствующих.

Он медленно поднял правую руку, сложив указательный и средний пальцы вместе, и указал ими в пустоту между Огненным Вороном и Черной Змеей.

Жест был настолько странным, что и собиравшийся атаковать Огненный Ворон, и выжидавший Черная Змея невольно замерли на секунду.

Что это? Какой-то издевательский жест? Или блеф?

Никто ничего не понял.

Они лишь увидели, как губы этого мальчишки – этой «крысы», этой «букашки» в их глазах – зашевелились с невероятной скоростью, выплевывая незнакомые, тяжелые, архаичные слоги.

Ни один известный диалект мира не звучал так.

─ Владыка! Маска из плоти и крови, всеобщность, взмахнувший крыльями, носящий имя человека! ─

В глазах Ли Мо не было ни единой эмоции; он влил остатки восстановленного рэйацу без остатка в кончики пальцев.

─ Обугленная земля и далёкий гром, пробивая стены, вернитесь в бездну! ─

Его голос едва слышался, но когда пал последний слог –

─ Быодо № 4: Бякурай! ─

Тончайший пучок ослепительно-белого электрического света выстрелил прямо из пальца Ли Мо!

Все вокруг ослепло от молочно-белой вспышки, а в следующий миг этот луч врезался в пустой участок земли, куда указывал парень.

─ Чи-и-и! ─

Белая молния оставила в асфальте крошечное отверстие толщиной с палец, по краям которого расплавленный от чудовищной температуры камень тут же застыл стекловидной коркой.

Воцарилась абсолютная тишина.

На лицах всех присутствующих застыла глубочайшая, смешанная с суеверным страхом остолбенелость.

Что это за белая вспышка?!

Свирепая, пронзительная, пропитанная насквозь разрушительной силой, она заставила почти сформировавшийся темно-красный шар в руке Огненного Ворона потерять стабильность от сильнейшего ментального потрясения, после чего тот с глухим хлопком ─ рассыпался мириадами искр.

Он уставился на Ли Мо, впервые согнав с лица шутливое выражение преследования убегающей добычи.

Вместо него пришло беспрецедентное напряжение.

Этот юнец, эта «крыса», за которой он гонялся весь вечер, оказалась опасной!

Черная Змея вообще отшатнулся на два шага назад, а рука, сжимавшая ствол, задрожала мелкой дрожью – появление этой белой молнии породило в нем страх, вдесятеро превосходящий тот, что внушал Огненный Ворон.

Воспользовавшись короткой паузой, пока все были ошеломлены «Бякураем», Ли Мо не колеблялся ни секунды.

Сюнпо – и его силуэт мгновенно оказался рядом с Ло Фэном.

─ Уходим! ─

Он бросил глухой рывок в сторону Су Мубай, оставшейся в глубине переулка.

Девушка не раздумывая крутанулась на месте и нырнула в узкую щель между высокой стеной и грудой мусора, где едва мог протиснуться один человек, двигаясь с невероятной ловкостью.

Подхватив полубессознательного Ло Фэна, Ли Мо протиснулся следом.

─ Сбежать удумали?! ─

Огненный Ворон первым оправился от шока, вызванного ослепительной вспышкой.

Его лицо потемнело от смеси унижения, ярости и подспудного страха.

Сделав свирепый шаг вперед и вновь вызвав на поверхность тела оранжевое пламя, он собрался броситься в погоню.

─ Погоди! ─ Земляной Дракон схватил его за плечо, а его голос прозвучал тяжело, как удары барабана. ─ Ты разглядел, что это за белая чертовщина была? ─

Движения Огненного Ворона застыли.

Он не разглядел.

Вернее, никто не успел разглядеть.

Скорость луча превосходила все законы физики, а аккуратная крошечная дыра в земле до сих пор источала жуткий, заставляющий сердце замирать привкус разрушения.

─ Какую способность пробудил этот пацан? ─ взгляд Земляного Дракона сделался предельно мрачным. ─ К тому же, последняя вспышка его энергии была ничтожной, он почти выдохся. И тем не менее, даже на последнем дыхании он выдал такую мощь! ─

Дыхание Огненного Ворона стало тяжелым.

Разумеется, он тоже это почуял.

Если бы противник применил этот фокус в полную силу… смог бы он выстоять?

Ответ заставлял кровь стынуть в жилах.

Неизвестность пугала сильнее всего.

─ Нам… нужно доложить господину Цзе, ─ процедил сквозь зубы Огненный Ворон.

Рисковать преследованием неизвестного силача, способного убить с одного удара, было безумием.

Жизнь у него была одна, и ставить ее на кон он не собирался.

Черная Змея же в момент появления луча нутром хищника понял: попади эта штука в него, от него бы не осталось даже целого куска мяса.

Он мрачно глядел на замерших Огненного Ворона и Земляного Дракона.

─ Тьфу, проклятье! ─ Черная Змея яростно сплюнул на землю, перестав обращать внимание как на трупы своих подчиненных, так и на легкую добычу в виде награды.

С опаской покосившись на зловещую щель в стене, он гарнул:

─ Отходим! Все за мной, мать вашу! ─

Выругавшись, он увел остатки выживших наемников прочь из злосчастного переулка, где они понесли столь тяжелые потери.

Ли Мо не знал, какой выбор сделали враги, да у него и не оставалось сил на размышления.

Тащить здоровяка, весившего килограммов на пятьдесят больше него самого, сквозь лабиринт заброшенных трущоб – для его истощенного организма это испытание граничило с адом.

Он двигался исключительно на силе воли.

К счастью, топографию этих мест Су Мубай знала лучше, чем собственную ладонь.

Она всегда находила путь там, где казалось, что выхода нет. Наконец, Су Мубай остановилась перед огромной, покрытой толстым слоем ржавчины железной дверью.

Достав из-за пазухи старомодный медный ключ, она вставила его в неприметную скважину и с усилием повернула.

─ Скрип! ─

Под металлический скрежет дверь приоткрылась.

В нос ударил резкий, специфический запах дезинфицирующих средств.

Все трое шмыгнули внутрь, и Су Мубай наглухо заперла дверь изнутри, задвинув несколько скрытых механических засовов.

─ Лязг! ─

Стоило последнему засову встать на место, как они оказались в безопасности.

И в тот же момент ноги Ли Мо подогнулись – он больше не мог удерживать вес Ло Фэна, и оба рухнули на пол.

Ли Мо опустился на колени, его тело сотрясалось от крупной дрожи, а смешанный с грязью пот градом катился со лба, оставляя темные точки на запыленном полу.

Истощение.

Невиданная доселе слабость навалилась на него, но Ло Фэну приходилось еще хуже.

Похожий на каменную глыбу громила впал в полубессознательное состояние, а его кожа побелела как бумага.

Раны, с трудом сдержанные во время уличного боя, теперь открылись вновь из-за резких движений. Особенно сильно кровоточило плечо – алая кровь струилась наружу, быстро пропитывая пол под ним.

Если не остановить кровь, он умрет.

Среди гробовой тишины Су Мубай проявила хладнокровие, совершенно не вязавшееся с ее возрастом.

Она не бросилась поднимать Ли Мо и не стала паниковать при виде жутких ран Ло Фэна.

Ее взгляд быстро окинул заброшенную подземную клинику.

Здесь явно никто не появлялся долгие годы: все покрывал толстый слой пыли, медицинское оборудование было разбито, а шкафы с лекарствами пустовали.

Поддев носком расшатанную половую доску, она вытащила оттуда туго обмотанный промасленной тканью железный ящик.

Внутри обнаружился полный комплект хирургических инструментов, несколько рутков вакуумных нитей для швов, початая, но герметично закрытая бутылка сильного антисептика и пара пакетов армейского кровоостанавливающего порошка.

Это был ее собственный неприкосновенный аварийный запас.

Закончив с этим, она подошла к Ли Мо, присела на корточки и прямо на запыленной крышке операционного стола рядом начала быстро выводить пальцем линии.

Ее рисунки-схемы были на редкость четкими и понятными.

На первой картинке бутылочка опрокидывалась на тампон, рядом красовался знак пламени – значение «дезинфекция».

На второй пинцет вытаскивал осколки металла или кости из раны со стрелкой наружу – значение «хирургическая обработка».

На третьей была изображена игла с нитью, аккуратно стягивающая края разреза, с подробным указанием слоев ткани и стежков, словно со страниц медицинского учебника.

Не имея возможности говорить, она самыми первобытными, наглядными методами объясняла изможденному Ли Мо, как спасти чужую жизнь.

Ли Мо поднял голову, глядя на покрытый пылью стол с наглядными анатомическими эскизами, а затем перевел взгляд на немаую девушку с чистым, лишенным посторонних мыслей взором. Ледяная броня прагматизма, так тщательно выстраиваемая им, неожиданно начала таять.

Он ничего не сказал, лишь молча кивнул и принялся строго следовать «чертежам», выполняя шаг за шагом.

Время тянулось медленно.

Воздух наполнился едким запахом лекарств, прерываемый лишь тихим щелканьем инструментов, касающихся плоти.

Руки Ли Мо не дрожали, хотя он устал настолько, что даже поднять веки стоило колоссальных усилий; воля, закаленная в глубинах душ, по-прежнему держала его тело под жестким контролем.

Су Мубай работала безупречным ассистентом: подавала инструменты, направляла свет фонаря, стирала пот, действуя с абсолютной точностью, и между ними возникла молчаливая, слаженная гармония.

Наконец, завязывая последний узел шва, Ло Фэн шевельнул веками и медленно открыл глаза.

Из-за потери крови зрение расплывалось, но он все же смог разобрать происходящее.

Какой-то бледный, будто мертвец, залитый потом парень сосредоточенно зашивал его рану; его тело подрагивало, но пальцы оставались пугающе твердыми.

Рядом худая немая девчонка держала аварийную лампу, с холодным безразличием наблюдая за процедурой. В ее глазах не было ни жалости, ни сочувствия – лишь механическая отстраненность.

Во взгляде Ло Фэна не читалось ни радости выжившего, ни растерянности перед незнакомцами.

Лишь профессиональный, заложенный годами службы холодный расчет.

Он оценивал этих двоих.

p>Оценивал их возможности, оценивал их мотивы.

Завязав последний узел, Ли Мо отрезал нить и со стоном откинулся назад, прислонившись спиной к холодной стене.

Зрение Ло Фэна постепенно фокусировалось.

Воля бывшего инструктора по рукопашному бою поражала воображение: сперва он молча окинул взглядом собственную зашитую рану.

Затем его взгляд медленно поднялся и уперся в лицо Ли Мо.

─ Меня зовут Ло Фэн, ─ раздался хриплый голос.

─ Бывший инструктор по рукопашному бою гарнизонных войск Третьего округа Городской Стены. ─

Пауза.

Холодный расчет в глазах сменился решимостью.

─ Ты спас мне жизнь. Теперь я твой должник, и эта жизнь принадлежит тебе. ─

Ли Мо замер, его спина сильнее прижалась к стене.

─ Я… ─

Он попытался оправдаться.

─ Я сделал это случайно, я не хочу… ─

Ему были ни к чему лишние проблемы. Спасение Ло Фэна диктовалось лишь некоторым уважением к стойкости бойца и его боевым навыкам.

Бывший элитный солдат? Инструктор гарнизона?

В системе ценностей Ли Мо эти ярлыки означали лишь гигантскую головную боль. Он планировал оставаться бесшумной крысой в тени, по крохам наращивая силы.

─ Мне плевать, кто ты и почему решил мне помочь, ─ перебил его Ло Фэн.

─ Мне неинтересны твои цели. С сегодняшнего дня твои враги – мои враги. ─

─ По крайней мере, до тех пор, пока я не сочту этот долг уплаченным! ─

Голос Ло Фэна звучал тихо, но весомо.

─ Мой ствол будет стрелять только по твоему приказу. ─

Ли Мо молчал.

В глазах Ло Фэна читалась чистая, граничащая с фанатизмом система принципов.

Он понимал, что любые слова сейчас бессмысленны.

Для человека вроде Ло Фэна долг жизни – это закон.

На фоне этого хрупкого противостояния молчавшая Су Мубай качнулась.

Бесшумно приблизившись к мужчинам, она опустилась на корточки, подняла сравнительно ровную каменную плиту и ногтем выцарапала на слое пыли строку текста.

[Он хочет сражаться за тебя, а тебе нужен преданный напарник.]

Ли Мо посмотрел на завершенную фразу, мысленно отнекиваясь, что он вообще не нуждался ни в каких напарниках! Заметив, как девочка на секунду замерла, подбирая нужные слова,

она добавила снизу еще одну строчку, выведя ее с нажимом.

[Теперь мы – полноценная команда из «троих человек».]

Трое уставились на эту надпись, долго не отводя глаз.

«Трое человек»…

Это словосочетание обладало какой-то странной магией.

От взрыва газа на черном рынке и совместного боя на заброшенном заводе до молчаливого спасения в подземной клинике – нити судьбы прочно связали трех одиночек в единое целое.

Ли Мо хотел пересидеть в засаде, но планы рушились на глазах.

Он собирался быть одиноким волком, но реальность насильно вручила ему двух «нахлебников», от которых невозможно отделаться: верного до мозга костей армейского вояку и немую девчонку-информатора, хранящую чужие тайны.

Ли Мо чувствовал, что его неумолимо затягивает в самый эпицентр водоворота.

Он медленно закрыл глаза.

А когда открыл их снова, борьба и отторжение в его взгляде исчезли.

Посмотрев на Ло Фэна, он слегка кивнул, тем самым принимая эту «присягу верности».

Тем временем в Тяньхае, в Четвертом округе…

Этот район разительно отличался от грязного и хаотичного Седьмого округа.

Широкие, чистые улицы бесшумно бороздили магнитопланы. По обеим сторонам тянулись залитые огнями небоскребы, а гигантские голографические рекламы сплетались в воздухе в фантастические узоры.

На верхнем этаже роскошного поместья, откуда открывался панорамный вид на ночной Четвертый округ, воздух был насыщен ароматами дорогих благовоний и выдержанного марочного вина.

Огненный Ворон и Земляной Дракон стояли на одном колене, низко склонив головы, стараясь даже дышать через раз.

Перед ними, развалившись на мягком кожаном диване в шелковом халате на заказ, молодой человек крутил в пальцах ключ причудливой формы.

Чжао Цзе.

Один из самых перспективных наследников боковой ветви клана Чжао. Тот самый закулисный кукловод, устроивший нашествие монстров, которое погубило прежнего Ли Мо, и отдавший приказ об устранении выжившего.

Выслушав детальный отчет Огненного Ворона о «Бякурае», Чжао Цзе сменил ленивую и расслабленную улыбку на зловещую ухмылку.

─ Заклинание? ─

Тихо повторив это слово, он растянул губы в еще более широкой улыбке.

─ Интересно… как же это интересно… ─

В его глазах вспыхнул блеск человека, нашедшего новую игрушку, замешанный на жадности, любопытстве и собственническом зуде безумца.

─ Букашка, которую я должен был случайно раздавить, расходный материал, брошенный на разведку… оказалась носителем такой тайны. ─

Он плавно поднялся с дивана. Босиком ступая по роскошному мягкому ковру, он шагал к огромному панорамному окну.

За стеклом сияли огни Первого и Второго округов – яркие, как Млечный Путь. Эта роскошь принадлежала аристократическим родам.

Раскинув руки, словно желая объять все это великолепие,

он жаждал контролировать абсолютно все.

Позади Огненный Ворон не удержался:

─ Господин Цзе, этот парень… он странный. Я бы посоветовал действовать через старейшин и задействовать бойцов класса A… ─

─ Заткнись. ─

Голос звучал негромко.

Но в нем сквозило такое непререкаемое величие, что остаток фразы застрял в горле Огненного Ворона.

─ Класс A? Ради поимки букашки даже не класса D? ─

Обернувшись, он стер с лица возбужденную улыбку, сменив ее на холодное, полное высокомерия презрение.

─ Огненный Ворон, твое мужество убывает прямо пропорционально твоему боевому уровню. ─

Он подошел вплотную к подчиненному и легко постучал металлической моделью ключа по щеке Ворона.

─ Ты ничего не понимаешь. ─

Тон напоминал наставления несмышленому ребенку.

─ Подобная неизвестная, нигде не зарегистрированная, уникальная сила – вот истинное сокровище, которого я жажду. Системы прокачки этих стариков из клана до тошноты устарели и скучны. ─

Выпрямившись во весь рост, он перевел взгляд через головы подчиненных в сторону Седьмого округа – той «городской свалки», отрезанной высокими стенами и мраком.

─ Мой приказ. ─

Голос стал жестоким и окончательным.

─ Заблокировать все наземные и подземные пути, ведущие из Седьмого округа. Активировать систему «Всевидящего ока» для сканирования и сверки всех жизненных сигналов без разбору. Я хочу, чтобы эта крыса и два ее новых прихвостня… не смогли выпустить наружу даже муху. ─

Пауза.

Болезненное возбуждение в его глазах разгорелось с новой силой.

─ Я отправлюсь туда лично. Я собственными руками… вырву все секреты, что он прячет. ─

Сеть, закинутая прямым потомком семьи уровня S, лично спустившимся на уровень ниже, использующим городские системы слежения и блокировки против трех только что сформировавших союз бедняков…

В эту секунду тихо сомкнулась.

А в это время в подпольной клинике…

Троица, едва пришедшая к хрупкому согласию, еще не успела перевести дух.

Резкий, пронзительный, разрывающий барабанные перепонки вой сирены без всякого предупреждения разорвал ночную тишину Тяньхая…

Словно тысячи клинков вонзились в каждый уголок города.

Следом из громкоговорителей, установленных на каждом углу мегаполиса, зазвучал холодный женский механический голос:

«Экстренное оповещение: в Тяньхае объявляется учебная тревога по случаю прорыва монстров класса B. Всех горожан просим оставаться в убежищах, не выходить на улицу. Повторяем, это не настоящий прорыв, а учения высшей категории боеготовности. Весь наземный и подземный транспорт будет остановлен в течение трех минут, оцепление продлится ориентировочно двадцать четыре часа».

В подземной клинике лица Ло Фэна и Су Мубай синхронно изменились.

Ли Мо взглянул на резко побледневших напарников, недоумевая, почему рядовые учения вызвали у них такую бурю эмоций.

─ Это не учения, ─ голос Ло Фэна прозвучал сухо, когда он перевел взгляд на Ли Мо.

─ Учения класса B объявляли в последний раз пять лет назад, когда в Тяньхай проник особо опасный преступник этого класса. Тогда Третий и Седьмой стеновые районы перекрыли наглухо, а гарнизон выставил три батальона плюс личную стражу пяти знатных семей – всего свыше трех тысяч человек. ─

Он поднял глаза на Ли Мо и чеканил каждое слово: ─ И сейчас это тоже не учения. Это «тактическая блокада», нацеленная на конкретные цели. И велика вероятность, что эти цели… мы. ─

Слова Ло Фэна опустили температуру в и без того холодном подвале до точки замерзания.

─ Через девяносто секунд после начала тревоги все главные дороги перекроют магнитными барьерами. Через три минуты остановят весь общественный транспорт, перекроют первичные и вторичные клапаны канализации. Через пять минут все выходы из Седьмого округа наружу возьмут под контроль гарнизонные войска и частные армии аристократов, включая клан Чжао. ─

Ло Фэн говорил все быстрее и быстрее.

─ Мы загнаны в ловушку. ─

Чжао Цзе.

Откуда у него такая мощь? Пусть он влиятельный отпрыск боковой ветви, но у него нет полномочий задействовать учения класса B ради их поимки.

Ли Мо молча уставился на Су Мубай.

Все это время хранящая молчание девочка вдруг резко ожила.

Быстро смахнув медицинский мусор в сторону, она куском острого стекла принялась виртуозно царапать схему прямо по запыленному полу.

Спустя пару секунд перед ними возникла грубая карта северной части Седьмого стенового района.

p>Множество линий обозначали улицы, квадраты – здания, а один огромный черный участок, обведенный ею с яростным нажимом, бросался в глаза сильнее всего.

Закончив карту, она приписала рядом с темным участком несколько слов:

【Северный пригород, заброшенный сталелитейный завод.】

Ткнув пальцем в эту зону, она вывела ниже:

【Сложная архитектура, тридцать семь тысяч тонн ржавого железа, глушение сигнала наглухо. Единственное место, где можно залечь на сутки с лишним.】

Закончив, она провела на карте зигзагообразную линию, тянувшуюся от их нынешней точки прямо к заводу.

Однако этот путь грубо перечеркивали два жирных креста.

【Чтобы пройти, придется пересечь секторы F-13 и F-14. Сейчас их наверняка перекрыли.】

Взгляд Ло Фэна упал на карту.

Прислонившись спиной к стене, он лихорадочно соображал – с такой скоростью его мозг еще не работал.

─ Обычные маршруты отпадают. Канализация… Точно, главный коллектор!

Произнеся это, Ло Фэн резко ожил, и в его глазах вспыхнул свет.

─ Главный коллектор Седьмого стекового района в диаметре достигает трех метров. Чтобы избежать обвалов, там использовали композитные материалы военного образца, неподвластные системным затворам. Он пронизывает весь северный пригород и ведет напрямую к отстойнику завода!

─ Но его главный выход упирается аккурат в гарнизонный пост сектора F-14. По их уставу там дежурит усиленное отделение – двенадцать человек, вооруженных тепловизорами. Стоит нам вылезти наружу, как мы превратимся в живые мишени.

С этими словами Ло Фэна взгляд его мрачно устремился на Ли Мо.

─ Нам нужен такой шухер, чтобы они все разом отвлеклись от выхода хотя бы на тридцать секунд.

Тридцать секунд – гонка со смертью!

Ли Мо мгновенно уловил мысль Ло Фэна.

Не задавая лишних вопросов, он просто поднялся на ноги и бросил одно слово:

─ Идем.

Первым он согнулся в три погибели и подцепил круглую железную крышку подвала.

Не меняя выражения лица при виде ударившего в нос зловония, он сиганул вниз первым.

Су Мубай скользнула следом – ее хрупкая фигурка не дрогнула ни на мгновение.

Опираясь левой рукой о землю, Ло Фэн тоже скользнул внутрь канализационного коллектора.

Под ногами хлюпала липкая жижа по щиколотку, и каждый шаг отдавался тошнотворным чавканьем.

Троица хранила молчание.

Слышно было лишь тихое дыхание да гулкое эхо шагов под сводами трубы.

Ведомые памятью Су Мубай, спустя добрых полчаса они наконец добрались до окрестностей того самого главного выхода, о котором говорил Ло Фэн.

Впереди смутно вырисовывался огромный круглый проем, перегороженный железной решеткой.

Через прутья пробивались мигающие красно-синие огни тревожных маячков с уличного поста, там же мелькали тени часовых.

─ Самое время, – Ло Фэн схватил Ли Мо за плечо и кивнул.

Ли Мо медленно прикрыл глаза, ощущая собственную набирающую мощь рэйацу, и на его губах заиграла легкая улыбка.

Распахнув глаза, он уставился на точку примерно в пятидесяти метрах позади поста.

Там стояла заброшенная будка, а рядом громоздкий металлический контейнер для уплотнения бытовых отходов.

Годы под палящим солнцем и дождем вкупе с преющим внутри органическим мусором сделали его конструкцию крайне нестабильной, до предела наполнив резервуар сжатым биогазом.

То, что надо.

─ Хадо №1: Сё!

─ БАХ!!!

Громовой раскат – и гигантский мусорный бак со скрежетом раздуло и разорвало в клочья!

Неисчислимое множество тухлых неопознанных масс взмыло чудовищной силой на пятнадцатиметровую высоту, превращаясь в грандиозный «мусорный дождь», который лавиной обрушился на временный пост.

─ Нападение!

─ Там, у будки!

─ Какого черта! Воняет-то как!

Солдаты на посту мгновенно погрузились в хаос.

Внимание и дула автоматов всех до единого инстинктивно развернулись в сторону источника взрыва.

─ Бегом! – рявкнул Ло Фэн, с размаху врезавшись в тяжелую железную решетку.

Пользуясь суматохой, троица выскользнула из смердящей трубы и, не оглядываясь на грандиозное зрелище «небесной карательной какашки», сиганула в спасительную тень на противоположной стороне улицы.

Перемахнув через проржавевший забор завода, они растворились в темноте.

Внутри огромного главного цеха.

Прислонившись спинами к холодной стальной колонне, они перевели дух – им удалось вырваться.

И все же из глубтей этого мертвецкого стального кладбища до слуха троицы донесся едва уловимый посторонний звук.

Звук этот…

Будто бесчисленные тупые ножи медленно скребли по ржавому листовому железу.

Сплошной, мелкий шесток.

Со всех сторон, из самой темноты они медленно… замыкали кольцо.

Услышав этот знакомый звук, Ло Фэн словно сопоставил факты и поспешно бросил: – Это Стальные клыки, стайные звери класса E. Чутчайшее обоняние, шкура не хуже десятимиллиметровой бронеплиты. Черт, видать, мой запах крови их приманил.

Его слова еще не затихли, как в темноте одна за другой вспыхнули пары багровых точек.

Сопровождаемые цоканьем хитиновых лап по полу, из-под заброшенного конвейера полезли десятки жутких тварей размером с взрослого добермана. Их тела отливали тусклым металлом, а жвалы представляли собой многослойные лезвия.

Фасеточные глаза уставились на пришельцев, со жвал капала едкая слюна, прожигая бетон до шипящих белых испарений.

Ли Мо инстинктивно шагнул на полшага вперед, прикрывая собой Ло Фэна и Су Мубай.

Правая рука сделала хватательное движение, и зампакто «Шэньши» уже материализовался в его пальцах.

Рэйацу влилась в клинок, окрасив лезвие в холодное сияние, готовое сорваться в любой момент.

─ Не двигайся.

Холодная рука вцепилась ему в запястье.

Это был Ло Фэн.

─ В одиночку ты быстро выдохнешься против них. Нам нужна эффективность, – беглый взгляд Ло Фэна полоснул по главному цеху.

И наконец замер на огромной махине под потолком – мостовом кране.

Пальцем он быстро набросал на пыльном полу несколько штрихов, обрисовывая грубую схему цеха.

─ Вот здесь, – он ткнул в точку, обозначающую подъемный кран. – Видишь тот толстый несущий трос? А прямо под ним – те стопки стального лома?

Ли Мо проследил за его указкой и зафиксировал взглядом цель.

─ Твое оружие выглядит чертовски острым, – голос Ло Фэна звучал предельно холодно. – Мне нужно, чтобы ты забрался наверх и перерубил главный несущий трос на две трети. Внимание: ровно на две трети. Переборщишь – порвется раньше времени, недорежешь – оставшийся вес не раздавит их.

Он перевел дух и указал на груду металлолома под краном: ─ Затем с помощью системы блоков подвесь вон ту нижнюю тяжелую стальную плиту. Чем выше, тем лучше.

Ли Мо посмотрел на Ло Фэна. В глазах того не было и тени сомнения – лишь абсолютная уверенность.

Он не стал спрашивать «почему»: на грани жизни и смерти доверие остается единственным выбором.

─ Понял.

Он ответил всего одним словом.

В следующее мгновение его силуэт внизу смазался, ноги впечатались в пол, и тело выстрелило пушечным ядром. Невероятным образом он несколько раз оттолкнулся от отвесной стены стальной колонны и в пару прыжков призраком взлетел на пульт управления мостового крана на десятиметровой высоте.

Стоявший внизу Ло Фэн при виде этого резко сузил зрачки.

Он ожидал, что Ли Мо невероятно силен, но и представить не мог, что тот способен на такую сумасшедшую ловкость.

Это уже явно выходило за рамки возможностей обычных пробужденных класса E.

А наверху Ли Мо не терял ни секунды.

Одной рукой вцепившись в ледяные перила и зависнув над пустотой, он напитал свой меч «Шэньши» рэйацу, из-за чего лезвие казалось окутанным невидимым силовым полем.

Он просто полоснул воздух перед собой с обманчивой легкостью.

─ Тьфу! ─

Толстейший несущий трос, свитый из сотен прядей высокопрочной легированной проволоки, переломился под его клинком с оглушительным звоном.

Лезвие рассекло ровно две трети сечения, а оставшаяся треть стального каната под чудовищным натяжением заскрипела, завыла и повисла на честном слове.

Ло Фэн снизу отчетливо все видел, и сердце его бешено колотилось от ужаса: хотя он и не сомневался, что клинок Ли Мо остер, он никак не думал, что можно справиться *так* легко. Это же армейский несущий трос особой прочности!

Даже пробужденный боевого типа класса D потратил бы уйму сил на мощный удар, чтобы добиться подобного, но никак не вот так, играючи.

Похоже, «пространственная способность к оружию» Ли Мо, чья духовная энергия едва дотягивала до класса E, по самому свойству «остроты» уже достигла уровня класса D.

Ли Мо не останавливался. Гибкий, словно горная обезьяна, он соскользнул вдоль подъемной стрелы к блочной системе и самым первобытным, но действенным способом зацепил железную цепь за технологическое отверстие в самой большой стальной плите внизу, после чего, используя закон рычага и собственную мускульную силу, принялся медленно вращать лебедку.

Многотонная стальная плита под пронзительный скрип и скрежет стала дюйм за дюймом отрываться от земли.

Стая Стальных клыков внизу явно среагировала на этот шум, пришла в движение и заволновалась; из их глотков вырвалось низкое, угрожающее шипение, а багровые фасеточные глаза впились в фигуру Ли Мо на высоте.

Когда плита поднялась примерно на десяток метров, Ли Мо замер.

Он намертво заклинил тормозной механизм лебедки, но этого было мало.

В подобных импровизированных ловушках любые механические узлы могли подвести в самый ответственный момент.

Он глубоко вдохнул, концентрируя рэйацу на кончиках пальцев.

─ Бакудо №1: Сай! ─

Незримая духовная сила превратилась в толчок, ударивший в соединительный штифт между лебедкой и тормозом, до упора заглубляя его в пазы.

Это связующее заклинание кидо, созданное для обездвиживания противников, он применил для банального механического укрепления.

С точки зрения Ло Фэна, наблюдавшего снизу, Ли Мо просто сделал в сторону лебедки неопределенный жест пальцем, и огромная плита чудом замерла в воздухе, перестав раскачиваться.

─ Это… телекинез? ─ в голосе Ло Фэна впервые прозвучало неподдельное изумление. ─ Твоя способность… комплексная? ─

Пробужденный, владеющий неразрушимым оружием и вдобавок способный управлять предметами на расстоянии?

Раньше он о таком лишь слышал среди одаренных Тяньхая, но вживую не видел никогда. Ли Мо ничего не ответил, лишь молча показал ему знак, означающий, что всё готово.

Ло Фэн мгновенно отбросил лишние мысли: сейчас было не время для расспросов.

Он подобрал с земли кусок щебня размером с кулак, прицелился в самый центр скопления Стальных клыков и изо всех сил швырнул его туда.

─ Бах! ─

Камень звонко ударился о бетон прямо под ловушкой.

Этот звук мгновенно переключил внимание всех зверей. С диким визгом они бросились на источник шума, сбиваясь в кучу на открытой площадке.

В мгновение ока бо́льшая часть стаи скучковалась под смертельной зоной.

─ Самое время! ─ бросил Ло Фэн, кивая Ли Мо.

Высоко наверху в глазах Ли Мо сверкнула холодная искра.

Не сдерживаясь больше ни секунды, он превратил «Шэньши» в полосу света и обрушил удар на оставшуюся треть несущего троса!

─ Дзынь! ─

Пронзительный рев рвущегося стального каната еще не успел затихнуть, как лишенная последнего сдерживающего фактора тяжелая плита с пронзительным свистом разрезаемого воздуха, подобно падающей с небес гильотине, рухнула вниз.

─ Грохот! ─

Земля содрогнулась. Это была бойня без единого шанса на выживание.

Многотонная махина в сочетании со скоростью падения с десятиметровой высоты мгновенно превратила все живое внизу в пыль.

Гордые металлические панцири Стальных клыков оказались совершенно бесполезны перед лицом абсолютной физической силы.

Плоть, раздробленные кости и искореженные металлические обрубки слились в единую массу, вдавленную в бесформенное месиво из грязи и крови.

Оглушительный грох раскатился эхом по пустующему цеху, поднимая тучи пыли. Мощная ударная волна прокатилась по стальным колоннам, и Ло Фэна, прислонившегося к одной из них, резко тряхнуло; свежий шов, только что наложенный Ли Мо, от сильнейшей вибрации снова лопнул.

Кровь мгновенно пропитала свежие бинты и тонкими струйками побежала по левой руке.

Из-за потери крови и адской боли у Ло Фэна начались непроизвольные мышечные судороги.

─ Черт… ─ прохрипел он сквозь зубы, а катившиеся по лбу капли пота уже перестали быть холодными, превратившись в обжигающий кипяток.

Су Мубай не проронила ни слова. Она молча опустилась на коленки и оторвала край от своего относительно чистого исподнего.

Она аккуратно развязала пропитанные кровью старые лоскуты и профессиональными полевыми движениями туго перетянула артерию выше раны, чтобы унять кровотечение.

Закончив с этим, она подняла голову, обвела взглядом непроглядную тьму и наконец уставилась на отдельно стоящее здание в дальнем конце завода, обнесенное металлической решеткой.

Ее изящный палец заскользил по полу, оставляя быстрые линии на пыли.

[Электрощитовая, автономное питание, есть аптечка. Должны быть антибиотики и физраствор.]

Из-за спешки ее почерк казался нервным и неровным.

Однако в тот самый момент, когда Ли Мо собрался подняться на ноги и двинуться на разведку, снаружи донесся чей-то шаг.

Полтора десятка силуэтов вынырнули из теней и замерли перед массивными ржавыми воротами заброшенного завода.

Бойцы были отлично снаряжены, хотя их амуниция выглядела разношерстной; на стандартной черной форме красовался зловещий шеврон: извивающаяся змея, обвивающая кинжал.

Лидер группировки щеголял лицом, напоминавшим карту второсортной местности.

Его глаза излучали холод рептилии. Он даже не взглянул на полуразрушенные створки ворот, а лишь поднял левую руку в черной кожаной перчатке.

На запястье у него болталась клетка из неизвестного металла.

─ Вперед, мой маленький призрак, ─ прошипел он. ─ Вытащи этих крыс… живыми или мертвыми, мне всё сойдет. ─

Он чуть качнул пальцем, и дверца клетки бесшумно отворилась.

Серая тень, сливающаяся с ночным мраком, выпорхнула наружу и бесшумно опустилась на бетон.

Это был монстр размером с домашнюю кошку, чья шерсть отливала грязным серо-бурым оттенком асфальта и теней, а подушечки на лапах были настолько толстыми и мягкими, что приземление не издало ни звука.

У него были непропорционально огромные глаза из чистого обсидиана, которые в темноте не отблескивали светом, а просто поглощали его.

Призрачный кот.

Без малейшего преувеличения, лучшее разведывательное создание наемного мира.

У него не было устрашающей боевой мощи, зато имелись все те качества, о которых мечтает любой профессиональный следопыт: предельно тонкое чутье, нулевой уровень заметности и способность улавливать даже самые слабые следы чужой жизни.

Серая тень замерла на полсекунды, а затем стелящимся туманом проскользнула внутрь через крошечную щель внизу ворот.

В главном цехе Ли Мо, уже приготовившийся выступить, резко замер на полушаге.

Ощущение того, что за ним кто-то наблюдает, возникло из ниоткуда.

Это сработала тревога на уровне духовного восприятия.

Чутье оказалось настолько слабым, что если бы не его прежний опыт владения безбрежной, подавляющей всё живое рэйацу и гипертрофированная чувствительность к малейшим колебаниям энергии, он бы ни за что ничего не почуял.

─ Кое-кто пробрался внутрь, ─ тихо произнес Ли Мо.

─ Что? ─ Ло Фэн, которого терзала новая волна боли в ране, едва соображал, но предупреждение заставило животные инстинкты взять верх над агонией; он резко вскинул голову, и глаза его снова стали хищными. ─ Кто? ─

─ Не знаю, ─ покачал головой Ли Мо, настороженно вглядываясь в черную пасть цеха. ─ Очень тихо, очень незаметно. Ощущение такое, будто… кошка. ─

─ Кошка? ─ лицо Ло Фэна сделалось еще страшнее прежнего. Хриплым шепотом он выдавил: ─ Похоже на призрачного кота, элитного боевого разведчика! Черт! Если это так… значит, здесь Гадюка! Никто, кроме этого психа, не держит подобную тварь! ─

Не успел он договорить, как указал на несколько поваленных бочек из-под горючего неподалеку и изо всех сил рявкнул:

─ Отработанное масло! Мажь на себя! Быстро! Заглушит запах и тепловое излучение! ─

Ли Мо и Су Мубай не стали медлить ни секунды.

Доверие – единственная валюта, позволяющая выжить в этом кромешном аду.

Троица бросилась к бочкам, щедро измазывая себя с ног до головы вонючим черным машинным маслом.

Мгновение спустя они превратились в трех угольно-черных «нефтяных монстров», которых человеческий глаз в темноте уже не мог различить, а густой слой жира надежно запечатал и естественный человеческий запах, и жар тел.

Буквально секунду спустя после завершения маскировки призрачный кот бесшумно вскользь проплыл в главный цех.

Его обсидиановые глаза скользнули по стальной колонне, за которой прятались беглецы, но не зафиксировали ничего подозрительного.

Для его чувств там находились лишь три куска холодного металла, смердящие машинным маслом.

Лишившись прямой цели, он зашевелил носом: запах свежей крови от растерзанных Стальных клыков тут же приковал к себе всё его внимание.

Уловив мешанину из ароматов десятков убитых монстров, призрачный кот с опаской двинулся к месту бойни, устроенной тяжелой плитой.

Он чуял там кровь самых разных тварей.

Однако он не заметил, что на его пути к груде тел тончайшей невидимой нитью лежал отрезанный кусок стального троса, притаившийся в грязи и среди обломков.

Эту ловушку Ли Мо смастерил в ту же секунду, как заподозрил слежку, применив точнейший контроль «Бакудо №1: Сай» для натяжения проволоки прямо у трупов.

Одна из передних лап призрачного кота легко ступила в невидимую петлю.

В этот самый момент скрывавшийся за колонной Ли Мо резко дернул за конец утащенного в темноту троса.

─ Тьфу! ─

Лежавший на земле канат мгновенно натянулся и затянулся!

Острый металлический край под чудовищной тягой превратился в смертоносную удавку, которая с превосходящей любые рефлексы скоростью впилась в хрупкую шею зверя.

Элитный боевой разведчик даже не успел пискнуть: чудовищная сила выдернула его тело вверх, подвешивая в воздухе.

Острая проволока глубоко вошла в плоть, в мгновение ока перекусив трахею и сонную артерию.

Несколько раз дернувшись в пустом пространстве, зверек испустил дух, а его обсидиановые глаза, поглощавшие свет, быстро потускнели.

Снаружи завода мужчина по прозвищу Гадюка от скуки разглядывал экранчик на запястье размером с коробку спичек.

На дисплее мелькало черно-белое видео, транслируемое глазами призрачного кота.

Внезапно картинка бешено закрутилась, перевернулась, а затем с тихим треском превратилась в сплошную рябь из белых и черных точек.

Лицо Гадюки не дрогнуло ни единым мускулом, лишь в уголках губ зазмеилась злая, ледяная улыбка.

─ Занятно, ─ произнес он в пустоту, словно одобряя противника. ─ Сумел заметить моего малыша и даже понял, как с ним расправиться. Похоже, нынешние крысы… не из простых. ─

В цехе Ли Мо, только что разделавшийся с кошкой, едва успел выдохнуть, как рядом раздалось частое, обжигающее дыхание.

Он повернулся: Ло Фэн лежал с закрытыми глазами, его лицо пылало нездоровым барганцем, а всё тело крупно била дрожь.

Губы больного беззвучно шевелились, извергая обрывки бессвязного, лишенного логики бреда.

─ …Координаты тридцать три и четыре, сектор семь, снайпер на позиции… Нет, стойте… отход, всем отход! Это ловушка! ─

Его температура взлетела до угрожающих высот.

Су Мубай мгновенно протянула руку, прижав пальцы к сонной артерии на его шее.

Пульс колотился с безумной частотой. Девочка отдернула руку и принялась торопливо выводить пальцем послание на испачканном мазутом полу.

Движения уже не казались такими хладнокровными.

[Возможно, заражение. Старая рана дала осложнение на фоне новой.]

[Без антибиотиков и блокаторов он умрет.]

Рэйацу Ли Мо позволяла использовать лишь простейшее целительное кидо, к тому же он старался не светить свои способности; если его умение обращаться с оружием еще можно было списать на особенности артефакта, то целительная магия в этом мире ценилась на вес золота, и раскрывать ее он не хотел.

Но он понимал, что слова «заражение» и «отторжение», соединенные вместе, означали для тяжелораненого верную смерть.

Ли Мо переводил взгляд с этих строк на бьющегося в бреду Ло Фэна, судорожно вскидывающего левую руку, а стрелка внутренних весов колебалась с бешеной скоростью.

Наемники Гадюки уже снаружи; сунься он туда прямо сейчас – не факт, что удастся утащить обоих живыми.

Но если остаться, Ло Фэн гарантированно погибнет.

Су Мубай, казалось, разгадала его колебания.

Она снова застучала пальцами по полу.

[Мартин.]

Сперва появилось это имя.

Затем – целая цепь запутанных лабиринтных маршрутов. Начало – здесь, на заводе, а конец упирался в обведенный кружком вход в ливневую канализацию, помеченный буквой «M».

[Подпольный врач, обосновался в промзоне. Алчный, но лекарства у него настоящие.]

Ли Мо смотрел на схему под ногами.

Маршрут огибал все главные дороги, проходя через технические проемы заброшенных зданий, подвалы и вентиляционные короба.

Это была вовсе не та дорога, которую можно наспех вспомнить и набросать в уме, – нет, этот путь выживания был выучен и отрепетирован в мыслях бесчисленное количество раз.

Ли Мо долгим взглядом посмотрел на Су Мубай.

В этой молчаливой девочке таилось удивительно много секретов и самых разных знакомств.

─ Позаботься о нем.

Больше он ничего не спросил, бросив лишь эти четыре слова.

Поднявшись на ноги, он стянул с себя потрепанную куртку, у которой уже давно стерлся первоначальный цвет, и разорвал ее на полосы. Надежно зафиксировав ими потерявшего сознание Ло Фэна вместе с тушей призрачной кошки, он крепко примотал их к толстой вентиляционной трубе, протянутой высоко под потолком.

Затем он перевел взгляд на Су Мубай и указал наверх, где между двумя массивными несущими балками прятался более надежный и незаметный просвет.

Су Мубай сразу всё поняла.

В ее хрупком теле скрывалась проворность, никак не вязавшаяся с внешностью, и всего за пару ловких движений она бесшумно скрылась в укрытии.

Закончив с этим, он еще раз тщательно осмотрел землю и полностью стер любые следы, оставленные Су Мубай, не оставив ни единой зацепки.

Путь оказался куда тяжелее, чем он предполагал.

Воздух пропитывался зловонием гниения и едким запахом химикатов. Под ногами хлюпала лужами вода неизвестной глубины, а над головой нависали ржавые стальные листы, готовые рухнуть в любую секунду.

Но что еще важнее, он отчетливо ощущал, как несколько скрытых взглядов следят за этим районом из тени.

Спустя двадцать минут.

Он замер перед подземным входом, от которого разило тяжелой смесью дезинфицирующего средства и ржавчины.

На железной двери входа красной краской была небрежно выведена буква «M».

Вот оно.

Стучать он не стал.

Вместо этого, сверяясь с последними пометками на карте, он ритмично постучал костяшками пальцев по стене рядом с дверью: два длинных, один короткий.

─ Скрип!

Изнутри донесся скрежет сдвигаемого засова. Дверь приоткрылась на узкий просвет, и в щель выглянул налитый кровью человеческий глаз.

─ Чего тебе надо?

Голос звучал изможденно, будто его обладатель давным-давно толком не спал.

Ли Мо ничего не ответил, лишь просунул в щель небольшой мешочек с пустотными монетами.

Человек за дверью на мгновение замер, оценивая на вес переданную добычу.

─ Входи.

Железная дверь распахнулась, и наружу пахнуло удушливой волной хлорки.

Внутри клиника больше напоминала захламленный подземный склад, чем медицинское учреждение. Здесь вперемешку валялись ящики с антибиотиками и пакетами плазмы, а рядом лежали сомнительные механические протезы и причудливые органы в банках с формалином.

Пока Ли Мо озирался по сторонам, тощий, иссохший средних лет мужчина уже сидел за единственным относительно чистым операционным столом, методично протирая скальпель.

Мартин.

─ Выкладывай, что у тебя болит, ─ не поднимая головы и обращаясь больше к самому себе, бросил он.

─ Сразу предупреждаю: я лечу только то, за что платят деньгами. Если у тебя больна душа – иди к священникам, хотя они сами те еще психопаты.

─ Тяжелые ранения, массивная кровопотеря, инфекция и отторжение старых травм, ─ лаконично ответил Ли Мо.

─ Температура резко подскочила, начался бред. Нужны антибиотики широкого спектра, сильные блокаторы и хотя бы два пакета плазмы группы А.

Мартин прервал движение рук со скальпелем.

Он поднял голову, впервые посмотрев в глаза измазанному в мазуте и грязи «гостю».

─ Реакция отторжения… Звучит так, будто у вояк барахлят их дорогие импланты.

В его голосе прорезался живой интерес, и он принялся с любопытством разглядывать Ли Мо.

─ Такую работу я сделать могу. Но цена будет кусаться.

Он выставил перед собой пять тощих пальцев.

Ли Мо вытащил из кармана все оставшиеся пустотные монеты и выложил их на операционный стол.

Мартин бросил короткий взгляд на горстку денег, презрительно хмыкнул и покачал головой.

─ Мало. Этого даже на плазму не хватит.

Поднявшись, он сделал пару кругов вокруг стола. Его цепкий взгляд, словно рентген, шарил по фигуре парня, пока наконец не замер на незаметном матерчатом свертке у того на поясе.

─ Впрочем, я слыхал, что недавно в черном городе кто-то славно приложил Мясника – он отдал концы, ─ неторопливо заговорил Мартин, каждым словом словно пробуя почву.

─ Говорят, кое-кто утащил у него весьма занятную вещицу. На вид не то кость, не то резьба из неизвестного камня – самую настоящую «ключ-карту».

Ли Мо остался совершенно невозмутим.

Но глубоко в сознании духовный меч «Шэньши» уже начал слабо вибрировать.

─ И что с того?

─ А то, что цена за всё – ─ Мартин растянул губы в усмешке. ─ Все твои деньги плюс эта вещица. Выкладывай ее на стол, и лекарства отправятся с тобой прямо сейчас.

Очевидно, он был прекрасно осведомлен обо всем, что творилось в трущобах, и отлично понимал, что Ли Мо приперт к стенке.

Ли Мо погрузился в молчание.

Он еще не до конца разобрался, для чего нужна эта вещица, и расставаться с ней означало добровольно отказаться от неизвестных перспектив.

Заметив его колебания, Мартин развел руками, а на его лице проступило насмешливое выражение.

─ Что, жалко? Ну тогда ничем не могу помочь. У меня правило простое: либо платишь больше всех, либо… предлагаешь равноценный обмен.

Повернувшись спиной, он демонстративно потянулся к тяжелой железной двери, изображая готовность выставить гостя за порог.

И в этот самый момент, когда он отвернулся –

─ Цзынь! ─ раздался резкий звук рассекаемого воздуха и глухой удар вошедшего в дерево лезвия.

Мартин резко окаменел.

Он медленно повернул голову.

Старинный на вид зампакто вонзился в столешницу прямо перед ним, причем острие находилось всего в нескольких сантиметрах от того места, где секунду назад лежали деньги.

Клинок слегка дрожал, издавая низкий, гудящий звук, словно живое существо.

А Ли Мо по-прежнему стоял на прежнем месте.

Его поза ни капли не изменилась.

Он лишь спокойно и с некоторой долей иронии смотрел на врача.

─ Я предлагаю другой способ оплаты.

─ Я расплачусь обещанием за эти лекарства.

Мартин отвел взгляд от клинка и снова посмотрел в лицо Ли Мо; в его глазах появилось выражение тяжелой задумчивости.

─ Обещанием? ─ усмехнулся он.

─ В Седьмом стеновом районе обещания стоят дешевле всего на свете.

─ Я выполню для тебя одну грязную работу, которую ты сам не можешь сделать, ─ ровным голосом произнес Ли Мо, не обращая внимания на насмешку.

─ Кто бы ни был целью.

Последняя фраза прозвучала с особой, зловещей весомостью.

Воздух вокруг мгновенно замер.

Ухмылка исчесла с лица Мартина.

Он больше не смотрел на клинок – теперь он в упор вглядывался в глаза парня, пытаясь разглядеть за этой бездонной гладью вес и правдивость сказанных слов.

Сколько вообще стоит слово такого человека?

В голове Мартина лихорадочно крутились шестеренки.

Долгое молчание.

Наконец выражение напряженности на его лице начало спадать.

─ По рукам, ─ Мартин резко хлопнул себя по колену.

Он развернулся и направился к неприметному сейфу в углу. После сложного лязганья механических замков он извлек оттуда герметичный металлический медицинский кейс.

Бросив его с глухим стуком на стол, он пододвинул ящик ближе к Ли Мо.

─ Забирай препараты и вали отсюда.

Тон Мартина снова стал раздраженным.

─ И помни о своем обещании. Когда придет время, я покажу тебе, что мою «грязную работу» делать ох как непросто.

Ли Мо не произнес больше ни единого слова.

Он просто протянул руку – и зампакто исчез, а вместо него парень подхватил медицинский кейс и направился к выходу.

Снова вынырнув из-за железной двери с намалеванной буквой «M» и растворившись в окружающей темноте –

Надежно закрепив медицинский кейс за спиной, Ли Мо снова перешел на стремительное передвижение с помощью техники сюнпо.

Когда он бесшумно скользнул обратно через тот самый заброшенный сточный проход внутрь завода, нос тут же уловил резкий смрад гари и едкий запах пережженного металла.

Придерживаясь теней огромных опор, Ли Мо в несколько прыжков поднялся наверх и оказался прямо под той самой вентиляционной трубой, где ранее оставил Ло Фэна.

Опустив Ло Фэна вниз, он увидел, что Су Мубай уже выбралась из промежутка между балками и теперь полусидела рядом с раненым товарищем.

Одна ее рука намертво прижимала конвульсирующую левую руку Ло Фэна, а в другой была зажата шприц-ампула с уже введенным в вену на шее лекарством.

Медицинский кейс был распахнут, а пустые ампулы из-под антибиотиков и блокаторов валялись вокруг.

Вокруг них, образовывая плавный веер и с каждым мгновением сужая кольцо, из тени неторопливо и с грозным давлением надвигалось около семи-восьми темных силуэтов.

Они не спешили открывать огонь, словно наслаждаясь последней агонией жертвы, или же просто ждали приказа от командира.

─ Быстрее… еще быстрее… ─ зубы Ло Фэна выстукивали чечетку, но бред прошел. Его налитые кровью от жара глаза уставились на потолок, выискивая скрывшегося в вышине Ли Мо.

Под воздействием мощных стимуляторов его сознание прояснилось необычайно сильно.

Ли Мо подметил каждую мелочь.

Одной рукой он цеплялся за ледяной металл трубы, а второй извлек материализовавшийся зампакто «Шэньши».

Спрятав собственное дыхание и рэйацу до предела, он выжидал идеального момента для удара.

Су Мубай выдернула пустой шприц и изо всех сил поволокла потерявшего способность передвигаться Ло Фэна в укрытие за массивную стальную колонну.

─ Командир, мы нашли их, ─ шепотом доложил через гарнитуру один из наемников. ─ Две крысы, парень и девка. Мужик, кажется, уже при смерти.

В наушниках раздался голос Гадюки, пропитанный зловещей насмешкой: ─ Не спешите их приканчивать. Я хочу посмотреть, какая именно тварь умудрилась вырезать моего маленького Призрака.

В ту самую секунду, когда наемники приготовились броситься вперед, чтобы вытащить добычу, лежащий на полу Ло Фэн изо всех сил хрипло прорычал:

─ Юго-восток, третья рельсовая балка… соединительный болт, слева третий… справа седьмой… Используй свою «телекинез-силу», выверни его нахрен.

Телекинез-силу?

Наемники переглянулись, чувствуя одновременно недоумение и неприятный холодок по спине, отчего невольно затормозили шаги.

Ли Мо не стал медлить ни секунды, устремив взгляд на подвешенную по диагонали чуть выше рельсовую балку с массивным подъемным крюком.

Его рэйацу обвила те самые два ржавых болта, на которые указал раненый.

─ Бакудо № 1: Сай!

Те болты, размером с кулак каждый, словно под воздействием невидимой гигантской руки с силой выкрутились в обратную сторону.

Многолетняя ржавчина осыпалась дождем под скрежещущий звук.

Пара наемников машинально подняла головы вверх, но в царившей темноте они ничего не смогли разглядеть.

─ Что за звук?─ Похоже, ветер…

Фразы не успели утихнуть, как те самые болты сорвало окончательно!

Многотонный край рельсовой балки лишился опоры и с пронзительным металлическом визгом, подобно гигантскому железному питону, рухнул вниз.

─ Осторожно!

Ближайшая парочка наемников успела лишь выкрикнуть предупреждение, как их накрыло чудовищной разрушительной мощью падающей балки.

Глухой треск ломающихся костей и размозженных органов утонул в брызнувших фонтанах крови и ошметках плоти.

Внезапное происшествие заставило остальных боевиков замереть на месте.

Они в ужасе смотрели на обломок рельса и расплющенные под ним тела, на секунду забыв, что нужно стрелять.

─ Второй этаж, восточная сторона, разбитое окно, ─ снова раздался голос Ло Фэна. ─ Оттуда пойдет подкрепление. Сделай «веревку» прямо у окна, сделай им растяжку.

Силуэт Ли Мо испарился с прежнего места в ту же долю секунды, когда рухнул рельс.

Применив сюнпо, он оказался в тени на втором этаже.

Бросив беглый взгляд на огромный проем выбитого окна, он вспыхнул духовным светом.

─ Бакудо № 4: Хайнава!

Сотканная из чистых частиц духа веревка, совершенно невидимая во мраке, материализовалась из воздуха и под изощренным углом натянулась прямо перед оконной рамой.

Закончив с этим, он снова растворился в темноте.

И действительно, всё произошло ровно так, как предсказывал Ло Фэн.

Шумящий внизу переполох привлек периметр охранения.

Двое наемников проворно перемахнули через разбитое окно второго этажа, пытаясь занять выгодную огневую позицию сверху.

Однако их отточенная прыть оборвалась на первом же шаге за пределы оконной рамы.

Головной боевик почувствовал резкий рывок в районе щиколотки, дикая сила дернула его вперед, мгновенно лишая равновесия, и он полетел вниз головой.

Его идущий следом товарищ даже сообразить ничего не успел, как завалился вместе с ним.

С дикими криками они оба запутались в невидимой духовной веревке, словно попавшие в паутину насекомые, и повисли вниз головой за окном, беспомощно дрыгая ногами в воздуже.

Весь завод словно ожил.

В глазах бойцов Гадюки это забытое Богом место превратилось в хищного зверя, готового сожрать каждого.

Каждый расшатанный стальной лист, каждый темный угол теперь таил в себе смертельную угрозу.

─ Черт возьми! Что это за проклятое место?! ─ у одного из наемников наконец сдали нервы, он вскинул автомат и начал панически палить по сторонам. ─ Здесь призраки! Тут призраки!

─ Заткнись! ─ из гарнитуры раздался ледяной голос Гадюки. ─ Это всего лишь ловушки, собрали сопли в кулак! Идите парами, прикрывая друг друга! Я не верю, что какая-то крыса из темноты сможет перебить нас всех!

─ Западная сторона, груда отходов, три сложенные друг на друга стальные плиты… ─ голос Ло Фэна слабел от кровопотери. ─ Самая верхняя, она держится всего на одной точке сварки. Снеси ее.

Силуэт Ли Мо вновь мелькнул в воздухе.

Бакудо «Сай» ударило точно в хрупкий сварной шов.

Пара наемников аккуратно подбиралась к этой горе мусора, надеясь использовать ее как укрытие.

Едва один из них высунулся наполовину, как полутонная стальная плита сорвалась со своего места и, подобно гигантской гильотине, придавила его верхнюю часть туловища.

Столкнувшись с неизведанным ужасом и чередой абсурдных потерь, боевой дух наемников рухнул окончательно.

Это была уже не перестрелка – это была планомерная бойня.

Перед ними были не просто враги, казалось, сама смерть пришла по их души в пределах этого завода.

─ Отступаем! Командир, давай отступим! ─ в голосах выживших наемников отчетливо слышались слезы.

─ Ничтожества!

Из рации донесся яростный рев Гадюки.

Он окончательно потерял терпение играть в кошки-мышки и отменил приказ брать живьем.

Этот авторитетный в пустошах главарь наемников еще никогда не подвергался подобному унижению.

Через камеру на шлеме одного из подчиненных, замедлив кадры, он разглядел смутный силуэт Ли Мо, мелькнувший в лунном свете во время его очередного исчезновения.

Вот оно где!

Гадюка оттолкнул мешавшегося под рукой подручного, сорвал с разгрузки страшного вида осколочную гранату, выдернул чеку и изо всех сил, вложив всю мощь мышц, швырнул ее в ту сторону, где только что исчез противник.

─ Бах!

Грохот взрыва потряс весь завод, мощная ударная волна разметала всё вокруг.

Тонкая межкомнатная перегородка вмиг разлетелась в клочья, а крошечные осколки кирпичей и бетона брызнули во все стороны дождем.

Сквозь поднимающуюся завесу пыли и дыма холодный лунный свет хлынул через огромную пробоину, образуя яркий световой столб, который отчетливо высветил слегка потрепанную фигуру парня, уходившего от взрывной волны.

Ли Мо сидел на корточках, приподняв голову; на его перепачканном сажей и пылью лице глаза холодно блестели в лунном свете.

Дым медленно рассеивался.

Всего в десятке шагов перед ним Гадюка и два его последних уцелевших бойца образовали идеальный полукруг, загнав его в центр.

Три черных зловещих дула автоматов уставились ему прямо в голову.

Тупик.

По любым тактическим канонам наемников эта дистанция значилась как «конечная точка».

Десять метров, сектор обстрела, полное отсутствие укрытий, перекрестный огонь из трех штурмовых винтовок – этого хватило бы, чтобы разорвать в клочья даже зверя класса E с обычной защитой.

Гадюка не стал отдавать приказ стрелять немедленно.

Мучения – вот лучшая месть за пережитое унижение. Он хотел собственными глазами увидеть, как в глазах этой «крысы» постепенно гаснет свет: от холодного спокойствия до паники, а затем до полного отчаяния.

Он медленно поднял правую руку.

Между его пальцами заплясали и запутались бледно-голубые электрические разряды, издавая тихое потрескивание. Эти искры побежали по стволу модифицированного автомата, покрывая все оружие зловещим люминесцентным свечением.

Пробужденный силы класса E, мастер оружия.

Идеальное слияние способности и огнестрела. Каждая его пуля обладала двойным эффектом паралича и пробития. На подземном черном рынке Седьмого стенового района он занимал третье место в списке наград не за красивые глаза, а за сотни уничтоженных жизней.

─ Ну, прячься давай, ─ его голос сочился издевкой и высокомерным презрением.

─ Чего встал? Твои фокусы… уже всё, кончились?

Ли Мо не шевельнулся.

Он по-прежнему сидел на корточках, дыша ровно и спокойно, словно дула трех стволов были направлены не на его череп, а на какую-то незнакомую статую.

Он просто наблюдал.

Следил за частотой искр на пальцах Гадюки, за тем, как чуть приподняты стволы винтовок, за степенью напряжения указательных пальцев на спусковых крючках у обоих наемников по бокам.

В тот самый момент, когда правая рука Гадюки начала опускаться, отдавая приказ открыть огонь на поражение, Ли Мо сдвинулся с места.

Идти наперекор базовым инстинктам самосохранения и рвануть прямо на дула трех автоматов – вот что он выбрал.

Накопленная за последнее время рэйацу в один миг влилась в его стопы. Бетонный пол под ногами жалобно застонал, и паутина трещин мгновенно разбежалась во все стороны.

Зрачки Гадюки резко расширились.

В поле его зрения силуэт, который по всем законам физики должен был находиться в десяти метрах, просто исчез.

Не размытая фигура, не остаточная тень. Его словно грубо стерли из концепции самого «существования», после чего он без предупреждения материализовался сбоку от самого главаря, на расстоянии вытянутой руки.

─ Что?!

Инстинкты заставили того нажать на курок. Пули с налитыми энергией разрядами взрыли воздух, но угодили лишь в пустую остаточную тень, оставленную Ли Мо, вычерчивая в пространстве раскаленные синие траектории.

Сюнпо.

Скорость, которую динамическое зрение пробужденного класса E даже не успевало зафиксировать.

Сбоку от Гадюки вооруженный наемник в ужасе попытался развернуть автомат. Но его движение было до смешного медленным, словно он застрял в банке с формалином.

─ Хадо № 1: Сё.

Ли Мо выбросил вперед соединенные вместе указательный и средний пальцы левой руки и, не глядя, взмахнул ими в сторону.

Невидимая волна давления ударила наемника в грудь. Глухой хруст ребер потонул в крике боли, и боевик, отлетев назад, со всего маху врезался в стальную колонну и мешком сполз на пол.

По спине Гадюки пробежал холодный пот. Мозг отдал приказ «развернуться и выстрелить», но тело не слушалось – та микроскопическая задержка в этот момент равнялась пропасти между жизнью и смертью.

─ Цзынь! ─ раздался звонкий металлический аккорд.

«Шэньши» вылетел из ножен.

Ли Мо даже не стал менять угол – длинный клинок рассек воздух от пояса, и его обратная сторона звонко ударила по запястью Гадюки, державшему оружие.

─ Хрусь.

Звук ломающейся лучевой кости прозвучал удивительно чисто и приятно.

Автомат вылетел из рук, а тело Гадюки от дикой боли инстинктивно качнулось назад. В его глазах наконец проступил неподдельный ужас – не из-за ранения, а из-за скорости этого меча.

Слишком быстро.

Настолько быстро, что он даже не разглядел форму клинка.

Ли Мо остался стоять на месте, держа клинок горизонтально перед собой, с чуть опущенным острием, и просто смотрел на пошатывающегося назад Гадюку.

Последний уцелевший наемник наконец опомнился, вскинул ствол, целясь в него, но его руки ходуном ходили мелкой дрожью.

От предохранителя до мушки – каждое движение сопровождалось неукротимой тряской.

─ Брось, ─ бросил Ли Мо всего одно слово.

Рука наемника зависла в воздухе, кадык нервно дернулся вверх-вниз, и в конце концов ствол медленно опустился вниз.

Гадюка прижал правой рукой раздробленное запястье, стиснув зубы так, что в уголках рта выступила кровь. Он в упор уставился на Ли Мо, словно раненый зверь, пытающийся навсегда запомнить лицо охотника.

─ Ты… не E-класс.

Голос сорвался на хрип, каждое слово сочилось унижением.

Ли Мо не удостоил его ответом. Он медленно вернул «Шэньши» в ножны, повернулся к главарю спиной и зашагал в сторону, где прятались Ло Фэн и Су Мубай.

Сделав три шага, он остановился.

─ Передай это 赵杰 [Чжао Цзе].

Не оборачиваясь.

─ В следующий пусть приходит сам.

Грудь Гадюки тяжело вздымалась, ногти левой руки глубоко впились в ладонь. Ему страшно хотелось выхватить оружие левой рукой, поднять ствол с земли и нажать на спуск.

Но он не двинулся с места.

Потому что прекрасно знал: этот меч окажется у его горла куда быстрее.

Гораздо быстрее.

Фигура Ли Мо растворилась в густом мраке.

Только когда шаги стихли окончательно, Гадюка рухнул на задницу, словно у него разом выкачали все силы, и принялся судорожно хватать ртом воздух.

Холодный пот смешался с кровью, капая на пол и образуя под ним маленькую лужицу.

─ Чудовище… ─ сдавленно выругался он.

А ушедший в темноту Ли Мо в этот же момент тоже сбавил шаг.

Прислонившись спиной к холодной стене, он закрыл глаза, оценивая колоссальный расход рэйацу внутри себя.

Сюнпо, хадо, удар клинком.

Вся эта связка опустошила его духовные силы сильнее, чем он рассчитывал. Хотя три армейских стимулятора E-класса от Су Мубай помогли восстановиться, расход всё равно превышал любые ожидания.

Однако на его лице не было и тени усталости – наоборот, уголки губ чуть приподнялись в холодной усмешке.

Огненный Ворон…

Сейчас его уровень рэйацу уже сравнялся с пробужденным класса E, и если сойтись с тем огненным магом на пике возможностей… его взгляд пронзил ночную тьму, устремшись в сторону внутреннего стенового района.

Проблем не возникнет.

Но плотности рэйацу всё еще катастрофически не хватало.

Ли Мо медленно выдохнул тяжелый воздух, полностью подавляя в себе легкую самоуверенность, всколыхнувшуюся из-за возвращения силы.

То, как он разделался с Гадюкой пару минут назад, со стороны выглядело гладко и непринужденно, но на деле каждая крупица рэйацу была выверена до миллиметра. Предельное сжатие в сюнпо, точнейший запуск хадо «Сё», и финальный удар плашмя по запястью – всё это требовало ювелирного контроля над силой.

Чуть больше – и запястье Гадюки превратилось бы в фарш.

Чуть меньше – и это был бы обычный шлевок, не способный выбить ствол из рук.

Это были инстинкты, закаленные за сотню лет смертельных схваток в Обществе душ. Силу можно урезать, но мастерство и боевой опыт навсегда высечены в душе.

Огненный Ворон?

Если бы тот маг стихии огня попался ему прямо сейчас… в голове мелькнул рыжеватый силуэт, но Ли Мо тут же выбросил его из мыслей.

Дело не в том, что он не справится. Просто оно того не стоило.

Прихлопнуть выскочившую бешеную собаку не трудно. Но следом за ней прибегут остальные псы, а за ними объявится и их хозяин.

Чжао Цзе.

Это имя торчало занозой прямо в сердце.

Отогнав посторонние мысли и оставив в покое далекий внутренний город, он вспомнил, что текущие проблемы еще не решены.

Из темноты донеслись легкие, но спешные шаги.

Это была Су Мубай.

Придерживая почти потерявшего сознание Ло Фэна, она выбралась из-за массивной стальной колонны. Голова Ло Фэна безвольно повисла, спутанные волосы промокли насквозь от пота, и вид у него был такой, будто его только что вытащили из проруби.

Ты…

В голосе сквозила едва заметная дрожь.

Окинув взглядом царящий вокруг разгром, трупы наемников в лужах крови и целого и невредимого Ли Мо, она испытала целую бурю сложнейших эмоций.

Ей безумно хотелось спросить, как именно он это проделал.

Но слова на языке трансформировались в сухой вопрос: ─ Ты в порядке?

Ли Мо покачал головой.

Сделав шаг вперед, он подхватил тяжелое тело Ло Фэна из ее ослабших рук.

От того исходил страшный жар.

Этот парень горел еще сильнее.

─ Держишься? ─ бросил он вполголоса.

─ Жить буду.

Тот попытался криво усмехнуться, но это движение тут же спровоцировало приступ жестокого кашля, с каждым толчком выплевывая из межзубных промежутков темно-красную пену.

─ Те парни… с ними покончено?

─ Главаря я отпустил, но он лишился руки. ─ Поддерживая его, Ли Мо одновременно быстрым взглядом окинул окрестности.

─ Есть еще один живой, насмерть перепуганный.

─ Чжао Цзе… ─ прерывисто и тяжело выдохнул он.

─ Гадюка – цепной пес Чжао Цзе. Если ты велишь ему передать весть, Чжао Цзе тебе не простит.

─ Знаю.

Голос звучал спокойно.

Разумеется, он знал.

С той самой минуты, как он решил вмешаться, и в мыслях не было надеяться на легкий исход. Клан Чжао обладает немалым влиянием в Тяньхае, и стоило переломать ноги их псу, как хозяин неминуемо объявится.

─ Нам нужно уходить немедленно.

Голос Су Мубай вернул их обоих к реальности; принудив себя успокоиться, она указала на выход в противоположном конце цеха.

─ Взрыв был слишком громким, гарнизонные войска явятся с минуты на минуту. Попадись мы им, наша участь ничем не лучше той, что ждала бы нас у Гадюки.

Он кивнул в ответ.

Гарнизонные войска Седьмого стенового района стражи порядка напоминали меньше всего – скорее, еще одну свору псов тех же влиятельных кланов, только куда более свирепую и алчную.

Закинув руку Ло Фэна себе на плечо, Ли Мо бросил:

─ Аптечку.

Су Мубай тут же сообразила: мгновенно присев на корточки, она торопливо рассовала по сумке растерянные по полу флаконы с лекарствами и бинты, после чего закинула ее за спину.

Троица не задержалась ни на секунду.

Прикрываясь уцелевшими тенями и остовами зданий, они хромая и прихрамывая, стремительно двинулись в сторону намеченной точки отхода.

Стоило пройти сотню метров, как

шаги оборвались окончательно.

Его тело безвольной тряпичной куклой поползло вниз.

─ Больше не могу… Лао Ли…

Прислонившись спиной к обрушенной стене, он тяжело дышал, а щеки покрылись нездоровым, лихорадочным румянцем.

─ Уходите… бросьте меня… со мной вам обоим не спастись…

Ли Мо ничего не ответил.

Он лишь молча приложил ладонь к его лбу.

Через кожу передавался пугающий жар – если медлить и дальше, то даже в случае спасения мозги парню выжжет начисто.

─ Хватит нести чушь.

Ли Мо снова взвалил Ло Фэна на себя, приняв на собственные плечи едва ли не весь его вес.

Су Мубай молча следовала рядом.

Глядя в темноте на не такой уж и широкий, но неизменно надежный силуэт спины Ли Мо, она ощутила, как в глубинне души зарождается странное, неопределенное чувство.

Этот мужчина всякий раз в самые отчаянные моменты умел проявить невообразимое хладнокровие и силу.

В ночном небе вдали несколько ослепительных лучей прожекторов полоснули по высям,

сопровождаемые нараставшим гулом двигателей, что приближался и становился все отчетливее.

Звук этот принадлежал вовсе не обычным машинам.

Так шумели гусеницы тяжелых бронетранспортеров, со скрежетом сдирая асфальт.

Гарнизон отреагировал куда быстрее, чем они предполагали.

Дверца беззвучно отворилась под напором гидравлического цилиндра.

Пара начищенных до блеска армейских сапог ступила на пыльную землю.

Чжан Цишань выбрался из командирского автомобиля.

Его ладно скроенная форма офицера гарнизонных войск резко контрастировала с окружающими руинами.

Не обращая внимания на следовавшего по пятам лейтенанта Линь, он в тот же миг устремил взгляд на заводские корпуса.

Воздух все еще пропах пылью недавно отгремевшего боя.

─ Оцепление завершено, сэр, –

отчеканил лейтенант Линь, вытянувшись по струнке.

─ В радиусе пятисот метров по внешнему периметру выставлены посты, все проезды перекрыты наглухо. Тепловизионное сканирование показывает, что внутри объекта признаки жизни отсутствуют. Однако в трехстах метрах к северо-востоку зафиксированы два быстро движущихся источника тепла; судя по скорости и траектории передвижения, скорее всего, это местные наемники.

─ Наемники? –

Брови Чжан Цишаня слегка сошлись на переносице. Он зашагал вперед, направляясь прямиком внутрь цеха.

Лейтенант Линь двинулся следом, одновременно отдавая приказ по тактическому коммьюнике: ─ Третий и четвертый взводы, перехватить цели, санкционирую применение нелетального оружия, мне нужны живые языки.

Шагнув под своды предприятия, он – несмотря на то, что за годы службы повидал немало разрушений, учиненных пробужденными, – впервые столкнулся с подобной картиной в Седьмом стеновом районе, где одаренные редко поднимались выше уровня E.

─ Докладываю, сэр! –

К ним, не скрывая изумления на лице, подбежал техник.

─ Предварительный анализ проб воздуха… зафиксировал колебания лишь одного типа чужеродной энергии, с вероятностью в восемьдесят процентов это усиление оружейного типа в пределах ранга E; следов иной силы не обнаружено.

─ Что? Только одна?

Окинув взглядом масштаб разрушений,

он бросил:

─ Лейтенант Линь.

Не оборачиваясь,

─ есть ли среди всех зарегистрированных пробужденных Тяньхая те, кто способен скрывать собственные энергетические всплески?

Лейтенант Линь принялся лихорадочно листать досье на тактическом планшете, и лицо его помрачнело еще сильнее.

─ Никак нет, сэр, даже у скрытников класса C приборы фиксируют слабый фон… неужели… это был класс B?

Чжан Цишань промолчал.

Он лишь медленно прикрыл глаза, позволяя восприятию бойца класса B разлиться во все стороны.

В его взгляде впервые промелькнуло то самое смятение, имя которому «сомнение».

─ Нельзя утверждать, что это класс B, но и исключать нельзя!

─ Однако можно сказать наверняка: нападение… совершил человек.

Он выпрямился.

Взгляд скользнул по телам наемников и в конце концов замер на массивной стальной колонне неподалеку.

На земле у подножия балки расплылось наполовину засохшее пятно крови.

─ Лейтенант Линь. Начните здесь ковровый поиск. Задействуйте миниатюрных разведроботов и акустические сканеры, проверьте все подземные коммуникации, вентиляционные шахты и стоки. Тот человек ранен, далеко уйти он не мог.

Холодная, вязкая жидкость облепила тело.

Зловонный смрад вырвал Ло Фэна из тяжелого беспамятства.

Пронзительная боль.

Превозмогая ее, он с трудом приподнялся, прислонившись к скользкой холодной трубе, и зашелся в надсадном кашле. Из горла хлынула мутная жижа со зловонным душком.

─ Очнулся? –

Холодный голос прозвучал прямо в голове.

Приподняв голову,

он увидел Су Мубай, примостившуюся неподалеку.

Она оторвала лоскут от собственной одежды и теперь осторожно прижимала его к сочащейся трещине в стене трубы, фильтруя грязную воду так, чтобы сравнительно чистые капли падали в тщательно вычищенную жестяную банку из-под консервов.

Лицо ее казалось мертвенно-бледным, на губах не было ни кровинки.

Затем она принялась выводить пальцами символы.

«Наверху основные силы, гарнизон. Зона оцепления не меньше полукилометра. Мы ушли в коллектор за минуту до их прибытия». Сделав паузу, она добавила:

«Наше положение отчаянное».

Приняв холодную жестянку, Ло Фэн единым духом осушил пахнущую илом влагу.

Струйка ледяной жидкости скатилась по гортани, на мгновение уняв жгучую жажду и боль.

Он понимал, к чему клонит Су Мубай.

Столкновение с такой официальной силовой машиной, как гарнизон, сулило куда больше хлопот, чем преследование любой банды наемников. В их распоряжении новейшее разведывательное оборудование, жесткая структура и почти безграничные возможности.

Выскользнуть из стальных тисков оцепления в этом каменном мешке Седьмого стенового района было сродни чуду.

─ Жж-ж… жж-ж… –

Где-то наверху раздавался звук металлоискателя, шарящего по земле.

Вслед за тем послышался частый, мерный топот армейских сапог.

Облавители добрались до их перекрытий.

Сердце Ло Фэна ухнуло вниз.

Бросив взгляд на стоявшего рядом Ли Мо, он и сам не знал, сколько еще протянет – инфекция вроде бы отступила, а вроде и разгорелась с новой силой.

Су Мубай тоже уловила движение наверху.

─ Идем. –

Бросил Ли Мо одно слово Су Мубай.

Та не стала расспрашивать о причинах и направлении.

Лишь кивнула

и тут же наклонилась, собираясь снова подхватить Ло Фэна.

─ Стой. –

Ли Мо остановил ее жестом.

─ Так нельзя, он погибнет.