Декабрь 2011 года. Клятва в Техасе

Прошло почти два десятилетия с тех пор, как ядерный огненный шторм превратил Нью-Йорк в радиоактивный шлак и поставил точку в истории легендарного отряда Heroes. На календаре был декабрь 2011 года. Человечество зализывало раны, города постепенно застраивались заново, а гигантские службы безопасности вроде «Цикады», «Сопротивления» и СКР неустанно следили за порядком.

Но для ветеранов той войны время будто остановилось.

Александр Сергеевич давно перестал считать себя молодым. Ему было пятьдесят семь, и каждый его день начинался одинаково: он просыпался до рассвета в холодном поту, вслушивался в тишину за окном и пару минут не мог поверить, что вокруг нет гула мёртвой земли. Изнурённый нестихающей паранойей, ночными кошмарами и паническими атаками, он отправился на пыльную окраину Техаса. Его целью был старый друг, которого он не видел много лет.

Клинт Роджерс жил там же, где оставил его последний слух: в обшарпанном трейлере на краю умирающего городка, где пахло перегаром, старой кожей и застоявшимся сигаретным дымом. Встреча отозвалась в сердце Александра тяжёлой болью. Бывший трёхметровый каменный титан, когда-то принимавший на себя удары ядерных боеголовок, окончательно сломался. Клинту было тридцать семь, но выглядел он на шестьдесят. Он сидел на продавленном диване, обрюзгший, с глубокими трещинами на обугленной каменной коже, из которых торчали серые волоски седой щетины, погружённый в беспросветную депрессию.

— Зачем приехал, Сергеевич? — прохрипел Клинт, даже не поднимая взгляд. — Посмотреть на кусок сгоревшей породы?

Александр опустился на скрипнувший стул напротив и некоторое время молчал.

— Я строю новый корпус Колледжа, Клинт, — тихо ответил он. — Приходят новые дети. У них проявляются силы. Они не знают, что такое настоящий ужас 93-го. Для них мы просто красивые картинки из старых комиксов.

Клинт тяжело вздохнул. От этого движения с его плеча осыпалась крошка спёкшегося камня и упала на пол с сухим стуком. Он посмотрел Александру прямо в глаза, и в этом взгляде, впервые за много лет, промелькнуло что-то живое.

— Ты управленец, Сергеевич. Но не смей делать из них новых солдат. — Клинт сжал дрожащий каменный кулак, и в кулаке что-то хрустнуло. — Не дай этим детям повторить нашу судьбу.

Александр молча кивнул. Он мог бы сказать много слов, но все они были бы пустыми. В тот вечер прямо там, среди техасской пустоши, под мутным светом единственной лампочки, он дал себе священную клятву. Больше никаких супергеройских команд. Никаких «Heroes 2.0». Он не позволит бросать детей на убой ради спасения мира. Его Колледж станет тихой гаванью и местом учёбы, а не военной базой.

Уходя, он оставил на столе конверт с деньгами. Клинт не притронулся к нему, но и не выбросил.

Кустарный ад и тайна Вещества H

Причина, по которой новый набор мутантов требовал защиты, крылась в происходящем на улицах. К 2011 году подпольный рынок генетики окончательно вышел из-под контроля.

Многие бандиты и простые обыватели ошибочно полагали, что для получения сил достаточно лишь достать из останков первой волны легендарное Вещество H и ввести его в кровь. Но правда, которую тщательно скрывали военные учёные, была куда сложнее. Вещество H оказалось лишь базовым катализатором, связующим звеном.

Чтобы понять, почему так, нужно вернуться к самой его природе. Чистый Материал H не создавал способностей в привычном смысле слова. Он взламывал ДНК. Проникая в клетки, он запускал цепную реакцию перестройки, и организм начинал переписывать сам себя по случайному сценарию. Именно поэтому дети получали такие разные и порой нелепые дары. Один мог менять цвет волос, другой видел сквозь стены, третий выдерживал прямое попадание из танка. Чистый Материал H был по сути генератором случайных способностей, и никто, включая самих учёных, не мог предсказать, что он выдаст в очередной раз. Зато у детей, попавших в «окно уязвимости», перестройка проходила чисто и без побочных эффектов. Формирующийся организм принимал изменения как родные: ни болей, ни уродств, ни скрытых болезней. Всё решала лотерея. Повезёт ли ребёнку получить дар, способный разрушить город, или способность, годную разве что для карточных фокусов, не знал никто. Нестабильным Материал H становился в других случаях: когда попадал в организм, не готовый к перестройке, или использовался в чистом виде без контроля. Тогда мутация могла остановиться на полпути, превратиться в уродство или убить носителя.

Оригинальные сыворотки первого поколения, над которыми когда-то работали американские и советские лаборатории, были принципиально другим продуктом. Учёные не пытались бороться со случайностью, а укрощали её. К основе добавлялась целая цепочка стабилизаторов, каждый из которых отсекал лишние пути перестройки, и специальная генетическая матрица, задававшая одно-единственное направление. Организм получал не хаотичный набор, а строго определённую способность: у Агента США это была сила и скорость, у Всемогущего полёт и лазеры. Такая сыворотка не давала выбора, но давала предсказуемость. Именно поэтому Материал H был лишь главным её ингредиентом, но никак не самой сывороткой.

Чтобы воссоздать нечто подобное, требовалась целая цепочка редчайших стабилизаторов, высокоточная химическая синтезация и специфическая генетическая матрица, которой не располагал ни один подпольный лаборант.

Теневые синдикаты этого не знали, а если и догадывались, молчали. Они разбавляли Вещество H дешёвой химией, тяжёлыми металлами и ядами. Результатом стряпни стала Синтетическая Сыворотка 2.0.

Она давала временную силу, но превращала жизнь клиентов в ад. Подворотни наполнились кустарными мутантами. У одних заживо отгнивала кожа, и они ходили в бинтах, пропитанных жёлтой сукровицей. У других кости деформировались и пробивали ткани изнутри. А каждый второй покупатель умирал от разрыва внутренних органов прямо во время первой инъекции.

Подпольные команды подростков и зависть толпы

Сложнейшая ситуация сложилась среди молодёжи. По всей стране несовершеннолетние мутанты, вдохновлённые старыми мифами о «Heroes» и начитавшиеся комиксов, начали самоорганизовываться.

В крупных городах стали появляться нелегальные подростковые супергеройские банды и команды. Они называли себя «Уличные Рыцари», «Новые Измененные» и ещё десятками пафосных имён. Без наставников и контроля со стороны Александра Сергеевича или государства эти подростки надевали самодельные маски, вели подпольные стримы, устраивали опасные патрули, а порой вступали в кровавые стычки как с бандитами, так и с отрядами ГБР. Многие из них не доживали до девятнадцати. Их хоронили без надписей на камне, потому что настоящих имён никто не знал.

Вместе с этим в обществе вспыхнула волна токсичной зависти и ненависти со стороны обычных людей.

Обычные граждане, не обладающие даром, начали чувствовать себя людьми второго сорта. В интернете и на улицах росли движения так называемых «Чистых»: людей, которые завидовали силе мутантов, требовали полного запрета суперлюдей и нападали на подростков с аномалиями. Одной ночью в переулке за баром пятеро «Чистых» окружили семнадцатилетнего парня, который умел менять цвет своих волос. Такой дар не мог причинить никому вреда. Ему выбили зубы и сломали обе руки, а потом бросили, приговаривая, что таким как он сдесь не место.

Но самое страшное было в другом. Именно обычные люди, ведомые завистью к мета-людям, стали главными покупателями Синтетической Сыворотки 2.0. Клерк, которого уволили и бросила жена. Автомеханик, задолжавший банку. Отец троих детей, решивший, что его жизнь ничего не стоит, и надеявшийся хоть на час стать выше своих соседей. Они готовы были рисковать жизнью и терпеть жуткие мутации, лишь бы получить заветную силу. Нередко их находили в кабинках туалетов с иглой в вене и лицом, которое уже нельзя было опознать.

Факты для будущего. Скрытые фигуры на доске

Пока мир погружался в хаос, в тени формировались фундаменты для событий 2012 года.

Загадка Коллекционера. В своём подземном бункере он закончил сборку легендарных артефактов, найденных и купленных по всему миру: Меча Убийцы Богов, Адского Браслета и Древней Лампы. Одновременно он начал финансировать сразу несколько подростковых банд, чтобы тестировать их потенциал. Никто не знал, для чего ему нужны юные мутанты. Но те, кто получал его деньги, назад уже не возвращались.

Проект «Воскрешение». Культисты в сибирских бункерах завершили объединение ДНК Всемогущего с некротическими тканями пришельцев. Объект находился в стадии полного созревания. Стеклянный контейнер с зеленоватой жидкостью давно стал слишком мал для того, что внутри него росло.

Безумие Агента США. Сбежавший из «Цикады» с экспериментальной энергетической пушкой Джек Риверс шесть лет назад залёг на дно. Он вербовал ветеранов, скупал бракованное оружие и готовил масштабную атаку на «коммунистические гидры», которые, по его мнению, всё ещё управляли миром. Однажды, блуждая по горам в поисках укрытия, он наткнулся в заброшенной пещере на нечто, что лежало в земле тысячи лет и звало его по имени. Он взял это с собой.

Начало 2012 года. Накануне грозы

Наступил 2012 год, рубеж, с которого началась совершенно иная страница истории.

В Колледже Мутантов Александра Сергеевича закипела жизнь. На учёбу прибыли десятки новых подростков. Для этих шестнадцатилетних ребят трагедия 1993 года была далёким прошлым, о котором рассказывали в учебниках и на школьных экскурсиях. Они смеялись в коридорах, спорили о музыке и верили, что мир безопасен. Кто-то делил комнату с другом, кто-то писал письма домой, а самые смелые уже вели тайные переписки в общих чатах.

Александр смотрел на них сквозь стекло своего кабинета, сжимая в руках пузырёк с успокоительным. Внутри него всё сжималось от паранойи, но он держал клятву. Он учил их быть людьми, а не защитниками.

Сигнал из глубин и рассвет Превосходства

Затишье оказалось иллюзией.

В глубоком бункере службы «Цикада» внезапно взвыли датчики дальнего обнаружения. Орбитальные телескопы зафиксировали сверхмощный аномальный энергетический всплеск на самых дальних подступах к Солнечной системе. Из глубокого космоса, сквозь ледяную тьму, кто-то подавал чёткий, зашифрованный сигнал, направленный прямо на Землю. Дежурный оператор смотрел на экран, и на лбу у него выступила испарина. Вторжение или нечто ещё более страшное приближалось.

Человечество ещё не знало об этом. В этот же день внимание всего мира приковал к себе Нью-Йорк.

На руинах центральной площади, прямо перед объективами десятков телекамер, из облака пыли в воздух медленно поднялся молодой человек. Ему было всего двадцать лет. Его мутация не имела отношения к кустарным сывороткам. Это был чистый, идеальный генетический прорыв, из тех, что рождаются раз в десятилетие.

Он обладал абсолютной прочностью: выпущенные полицией пули просто плющились о его кожу и падали на землю блестящими комочками. В его глазах пульсировал лазер, способный разрезать бронесталь. Он парил над землёй, поднимал вес под сто тонн и развивал скорость полёта до 5000 километров в час.

Взойдя на обломок старого монумента, молодой парень с высоты своего величия посмотрел на замерший город. Его голос раскатился по улицам подобно грому.

— Старый мир, построенный на страхе и ошибках прошлого, мёртв! Время прятаться в тени прошло! Я Превосходство! И сегодня я объявляю начало новой эры. Эры Превосходства Героев!

Толпа под ним молчала. Кто-то плакал, кто-то стоял на коленях, кто-то в ужасе прижимал к себе детей. Камеры продолжали работать, и через минуту весь мир уже видел это лицо.

Эпоха прячущихся ветеранов окончательно ушла в небытие. На арену вышло новое, амбициозное и неконтролируемое поколение.

А в это время в тихом кабинете Колледжа седой мужчина медленно опустил на стол пузырёк с успокоительным и посмотрел на экран телевизора. Он знал, что клятва, которую он дал в Техасе, только что начала трещать по швам.

К 2012 году архитектура глобальной безопасности претерпела фундаментальные изменения. Многочисленные кризисы, вспышки преступности среди мутантов и прорывы пространственных искривлений вынудили правительство провести масштабную реорганизацию. Отдел по Борьбе с Аномалиями, сокращённо ОБА, секретная структура, существовавшая с 2002 года, когда международные институты официально признали лавинообразный рост аномальных явлений по всему миру, был окончательно переформирован. Теперь ОБА перешёл под прямое подчинение Центральному Командному Пункту и стал его главным щитом против угроз, не поддающихся законам классической физики.

В центре этого механизма стояли люди, для которых война давно стала единственной формой существования. Среди них выделялся Маркус Вэйн.

Мальчик с крыши

Маркус родился в 1978 году в маленьком городке на границе Пенсильвании и Огайо. Отец водил грузовик, мать работала медсестрой в окружной больнице, и в доме никогда не было лишних денег, зато всегда были правила. Вставать в шесть. Не врать. Не бросать начатое.

В сентябре 1993 года ему было пятнадцать. Он стоял на крыше отцовского гаража и смотрел на чёрную полосу, растущую над восточным горизонтом. Ни радио, ни телевизор не работали. Соседи молча выносили из домов вещи и грузили их в машины. Где-то далеко, за холмами, гудела земля, низким и давящим звуком, от которого дрожали стёкла в окнах и ныли зубы. Мать вышла на крыльцо, увидела сына на крыше и не стала кричать. Она просто стояла и смотрела вместе с ним.

Пришельцы тогда так и не дошли до их городка. Через неделю всё закончилось, по телевизору показывали выжженную пустыню на месте Нью-Йорка, а взрослые вокруг вели себя так, словно ничего не случилось. Они пили кофе, ходили на работу, обсуждали цены на бензин. Маркус смотрел на них и чувствовал странную, нехорошую злость. Мир едва не умер, а никто не собирался говорить об этом вслух.

В тот же год он решил, что станет военным.

Путь через огонь

В восемнадцать лет он подписал контракт с армией США. Окончив с отличием Военную Академию, где специализировался на разведке и тактике действий наземных подразделений в экстремальных условиях, он быстро зарекомендовал себя как хладнокровный и бескомпромиссный стратег. Преподаватели говорили о нём коротко: этот парень умеет думать, когда остальные уже кричат.

Его карьера была стремительной и залитой кровью.

В двадцать три года он стал самым молодым командиром штурмовой группы в своём подразделении. За его плечами числилось более сорока сложных боевых операций в составе сил специального назначения. Он лично руководил успешными операциями по освобождению заложников на территории трёх разных государств.

Во время одного из локальных конфликтов, потеряв связь со штабом и оказавшись в плотном кольце превосходящих сил противника, Вэйн единолично организовал грамотный отход и вывел группу из окружения без катастрофических потерь. Двое суток они шли через горы без еды, и Маркус нёс на себе раненого радиста, потому что не мог представить, что оставит его.

На другой миссии, когда эвакуационный транспорт попал под плотный огонь, он в одиночку удерживал укреплённый рубеж, давая сослуживцам возможность вытащить раненых. В тот день погиб сержант Дэнни Оуэнс, его лучший друг с первого дня службы. Маркус вынес его тело на плечах и с тех пор всегда носил в нагрудном кармане его жетон.

За спасение подчинённых под прямым огнём он неоднократно награждался государственными боевыми орденами. На его теле практически не осталось чистого места от ожогов и шрамов после множества тяжёлых ранений, но каждый раз после койки в госпитале он неизменно возвращался в строй.

Роковая ошибка

Переломный момент в его судьбе наступил в 2004 году.

Во время хаотичного штурма в условиях плотного городского боя Маркус допустил единственную, но роковую ошибку. Он увидел тёмную фигуру, выскочившую из окна с чем-то в руке, и выстрелил. Мгновением позже он понял, что это был мирный гражданин. Отец двоих детей, вышедший из дома купить сигарет и попавший в самое пекло.

Его звали Томас Реймер. Маркус выучил это имя наизусть.

Военный трибунал был непреклонен. Вэйна лишили званий и приговорили к тюремному заключению. Он не оправдывался и не просил снисхождения, потому что считал приговор справедливым. Из камеры он написал семье Реймеров письмо. Оно вернулось нераспечатанным.

Однако просидеть в одиночке ему удалось лишь месяц.

В секретный бункер, где содержался бывший офицер, прибыли люди в чёрных костюмах без опознавательных знаков. Правительству были нужны солдаты, готовые идти туда, откуда не возвращаются. Дисциплинированные, высококлассные и, что важнее всего, те, кого не будут искать. Маркусу поставили жёсткий ультиматум: остаток жизни в гниении за решёткой или бессрочная служба в только что набиравшем силу Отделе по Борьбе с Аномалиями.

Он выбрал службу. Не из страха. Просто он понимал, что искупить Реймера можно только одним способом: спасти как можно больше тех, кто похож на него.

Внутренний ад. Инцидент «Экран»

В первые годы работы в ОБА Маркуса использовали на самых суицидальных объектах. Руководство, не колеблясь, рисковало его жизнью, бросая Вэйна в эпицентры наиболее нестабильных прорывов. Одни считали это наказанием, другие практичной экономией: если он погибнет, никто не станет писать письма.

Самый кошмарный инцидент произошёл прямо в одном из региональных офисов Отдела. В техническом блоке неожиданно материализовалась пространственная аномалия. Её ядром стал старый, покрытый гарью и высохшей слизью телевизор, найденный ранее в облучённой зоне осадков. На кинескопе без остановки транслировалось сюрреалистическое детское шоу под названием «Дом Весёлого Пиппо». Пёстрые декорации, поющие куклы, закадровый смех. Но за невинным фасадом скрывался ад. Марионетки и гротескные сущности на экране с садистской жестокостью пытали людей, и их вопли шли из динамиков в такт весёлой мелодии.

Хуже всего было то, что телевизор обладал ментальным полем. Он засасывал сотрудников штаба прямо внутрь эфира, превращая их в новых участников для следующих «серий». За одну ночь исчезли одиннадцать человек. Утром дежурный нашёл на экране их лица, застывшие в глупых улыбках.

Учёные ОБА в экстренном порядке собрали портативный стабилизатор пространственного разрыва и создали временный вход на ту сторону. Маркуса и оперативную группу укомплектовали тяжёлым снаряжением, огнемётами, термическими гранатами и отправили внутрь.

Субпространство «передачи» оказалось искажённым лабиринтом из разлагающихся декораций и липкого тумана. Картонные домики сочились гноем, лампы вместо света давали густой сладкий запах. Группа Маркуса пробивалась сквозь орды жутких сущностей, выжигая всё на своём пути струями жидкого пламени. Куклы визжали, горели и продолжали ползти, цепляясь за ботинки деревянными пальцами. Им удалось найти и отбить чудом выжившего охранника, которого засосало в аномалию накануне. Он не узнавал никого и повторял одну и ту же детскую песенку.

Захватив с собой нескольких мелких сущностей для дальнейших лабораторных исследований, группа заложила взрывчатку. Однако эвакуация превратилась в ад. Из-под земли, разрывая нарисованные декорации, поднялась колоссальная многорукая тварь, которую учёные позже идентифицировали как «Маму» этих сущностей. У неё было улыбающееся лицо величиной с дом, а из рта тянулись нити слюны, на каждой из которых болтались крошечные человеческие фигурки.

Маркус прикрывал отход группы до последней секунды, швыряя термические гранаты прямо в разверзшуюся пасть монстра, пока портал за их спинами не схлопнулся. Двое из его команды не вышли. Он ещё долго слышал в тишине ту самую весёлую мелодию.

Цена и дар

На подобных миссиях Вэйн оставил часть своего здоровья. В одном из последующих боёв с биомеханической аномалией ему вырвали правый глаз. Позже в научном блоке ему установили умный протез, кибернетический окуляр, способный сканировать тепловые подписи, фиксировать радиоактивный фон и высчитывать траектории движения объектов в реальном времени.

Но аномальные зоны забирали у него не только плоть. Годы работы в местах, где действуют собственные правила, необъяснимым образом переделывали и само его тело.

Врачи ОБА обратили на это внимание не сразу. Плотность костной ткани росла от обследования к обследованию. Мышечные волокна приобретали структуру, которой не бывает у людей. Раны заживали быстрее, чем положено, а старые шрамы стягивались, но не исчезали. Никакого мета-гена в его ДНК не нашли: анализы повторяли трижды. Организм оставался человеческим, но человеческим на самом пределе, с признаками, которые аналитики назвали приобретёнными аномалиями физиологии. Внутри зон, где меняются законы, меняется и тот, кто там побывал.

Впрочем, у этой силы был предел. Сверхплотное тело быстро сжигало ресурсы, и Маркус знал свою границу лучше любого врача. Десять, максимум двенадцать часов непрерывного боя, после чего мышцы начинали отказывать один за другим, а разум подёргивался мутной пеленой. Он никому об этом не рассказывал. Такие вещи не принято афишировать.

Группа быстрого реагирования. Оперативник «Нуар»

Годы безупречной и бесстрашной службы в ОБА выжгли из Маркуса остатки сомнений. Доказав свою абсолютную преданность и невероятную эффективность, он наконец получил полную амнистию и был переведён в привилегированное подразделение, Группу Быстрого Реагирования.

В ГБР Маркус получил официальный позывной: Нуар. Прозвище придумал один из товарищей по смене, когда заметил, что в тёмных коридорах Вэйн будто растворяется, а из тени появляется только его единственный красный огонёк. Кличка прижилась мгновенно.

Его новый экипировочный комплекс представлял собой вершину инженерной мысли.

Тактический костюм выполнен в глубоком тёмно-синем цвете из многослойного арамидного волокна с вплетением титановых нитей. По всему костюму распределены анатомические сегментированные пластины, способные держать прямое попадание крупнокалиберных пуль и сдерживать кинетические удары. Шлем и маска полностью скрывают лицо. Высокотехнологичный шлем интегрирован с умным глазом-протезом, выводя тактический интерфейс прямо на забрало. На плечах и шлеме расположены шевроны с флагом США, а на груди лаконичный геральдический шеврон с рельефной звездой. На поясе жёсткая кобура с модифицированным крупнокалиберным пистолетом и подсумки для специализированных боеприпасов: светошумовых, термических и бронебойных.

Анатомия монстра

Несмотря на отсутствие очевидных суперспособностей вроде полёта или лазерного зрения, Нуар не был обычным человеком. Его физические параметры находились на абсолютном пределе человеческих возможностей, граничащем с аномалией.

При росте в 183 сантиметра Маркус весил 102 килограмма, но в этом весе не было ни грамма лишнего жира. Его мускулатура и плотность костной ткани поражали даже бывалых врачей. Годы запредельных нагрузок, регенеративная терапия ОБА после ранений и странные последствия пребывания в аномальных зонах сформировали тело, обладающее колоссальной плотностью мышечных волокон. Нуар обладал феноменальной физической силой и невероятной реакцией. Слабым местом оставалась лишь выносливость, но и её хватало, чтобы вести бой дольше, чем большинство врагов могли выдержать.

Назначение 2012 года

В 2012 году, когда на улицах начали появляться подпольные команды молодых мутантов, а атмосфера в обществе накалилась до предела, Центральный Командный Пункт принял решение усилить контроль над подрастающим поколением.

Маркуса Вэйна, ветерана, прошедшего через ад войн, тюрьму и секретные аномальные зоны, вызвали в кабинет начальника оперативного отдела. Разговор был коротким. Ему сообщили, что он отправляется преподавать в Колледж Мутантов, к Александру Сергеевичу. Это было решение ЦКП, обсуждению не подлежащее.

Маркус выслушал приказ, отдал честь и той же ночью выехал на север штата.

Александр Сергеевич принял его в кабинете с видом на горную долину. Директору было пятьдесят семь, и седина в его волосах выглядела так, будто её кто-то нарисовал одним движением. Перед ним на столе стоял пузырёк с успокоительным. Он не спрятал его, когда вошёл гость.

— Я знаю, зачем вы приехали, — сказал Александр очень тихо. — ЦКП хочет сделать из моих детей солдат.

— ЦКП хочет, чтобы они выжили, — ответил Маркус.

— Это не всегда одно и то же.

— Нет. Но я бы предпочёл, чтобы они выжили.

Некоторое время в кабинете стояла тишина. За стеклом медленно темнело небо, и в коридоре кто-то смеялся, беззаботно и громко.

— Я дал слово, — наконец произнёс Александр. — Больше никаких команд. Никаких новых Heroes.

— Я не собираюсь строить команду, профессор. Я хочу научить их не умирать в первой же драке. Никто из них не станет героем по моей вине. Но если они выйдут на улицу, а они выйдут, я хочу, чтобы они вернулись домой.

Александр закрыл глаза и долго молчал. Потом кивнул.

Так появился «Класс Супергероев», официально значившийся в расписании как курс тактики и выживания. Александр настоял на этом названии и одновременно возненавидел его. Маркус про себя решил, что это лучшее из всего, что он мог получить от этой встречи.

Он получил статус Суперчеловека в реестре ЦКП, несмотря на отсутствие мутации. Единственный живой глаз в сочетании с холодным свечением кибернетического протеза заставил умолкнуть даже самых дерзких подростков в первый же день. Ему хватило одного взгляда.

Актовый зал Колледжа Мутантов погрузился в тишину, когда на сцену вышел Маркус Вэйн. Его тёмно-синий тактический костюм, пересечённый бронепластинами, и холодный блеск кибернетического окуляра резко контрастировали с яркой разношёрстной толпой подростков. Кто-то в третьем ряду перестал жевать жвачку. Кто-то тихо толкнул соседа локтем.

Александр Сергеевич сидел в углу зала, скрестив руки на груди. Он пришёл послушать первую лекцию сам, хотя мог бы этого не делать. Лицо у него оставалось спокойным, но пальцы медленно барабанили по рукаву.

Настенный проектор вывел на экран структурированную таблицу. Маркус взял кликер и начал лекцию глубоким, въедающимся в память голосом.

Слушайте внимательно, потому что от этого зависит, сколько вы проживёте на улицах. В современном мире Центральный Командный Пункт и аналитики ГБР официально делят всех субъектов и все угрозы на шесть иерархических классов. Класс отвечает на один вопрос. Откуда взялась сила. Не сколько её, а откуда. Эти два вопроса путают чаще всего, и путаница обходится дорого.

Он сделал паузу и обвёл аудиторию единственным живым глазом.

Запоминайте.

Класс 1. Обычные люди

Базовый биологический вид. Отсутствие любых гипофизарных аномалий и мета-гена. Восемь миллиардов человек на планете. Вы, наверное, уже привыкли считать, что это самые слабые из существующих. Это неправда.

Он щёлкнул кликером, и на экране появились кадры хроники: солдаты в противогазах, спасатели, вытаскивающие детей из-под завалов.

Класс 1 держит на себе весь мир. Каждый спасатель, каждый пожарный, каждый хирург. Класс 1 построил города, которые вы считаете само собой разумеющимися, и восстановил те, что сгорели в 93-м. Не забывайте: большинство героев в истории человечества никогда не имели никаких способностей. А ещё запомните вот что. Принадлежность к Классу 1 ничего не говорит о боевой ценности человека. Она говорит только о том, что он родился без мета-гена.

Класс 2. Мутанты

Лица с изменённой ДНК под воздействием Материала H. Это вы. Многие из вас родились в 1990-х, когда фон ещё был высоким. Мутация происходит в раннем детстве, и любой из вас прекрасно помнит историю с окном уязвимости.

Ученики закивали. Кто-то из задних рядов пробормотал, что им рассказывали это давно.

Тогда вы знаете и главное. Диапазон ваших сил хаотичен. Материал H не выбирает. Он бросает кости. У кого-то выпадает способность, разрушающая квартал. У кого-то дар, который годится разве что для фокусов на вечеринке. Есть парни, которые могут поднять грузовик, и есть люди, умеющие менять цвет волос. Ни те ни другие ничем не хуже и не лучше друг друга как люди. Но на поле боя разница между ними иногда измеряется жизнью. И учтите, что даже самые слабые способности могут принести пользу, если голова на плечах работает как надо.

В третьем ряду кто-то тихо фыркнул. Маркус даже не повернул головы.

И ещё одна вещь. Мутантов рождается всё меньше. Материал H оседал на планете десятилетиями, и по расчётам ЦРУ его фон нормализуется только к 2106 году. Но пока он остаётся в почве и воде, будут рождаться новые дети с мета-геном. Реже. Тише. Но будут. Это значит, что вы не последние, а просто одни из многих.

Класс 3. Суперсолдаты

Продукт искусственной модификации. Фармакологические сыворотки, хирургическое вмешательство, физическая и тактическая переподготовка запредельного уровня. Официально суперсолдат первой волны не существует. Все документы уничтожены, все свидетели молчат, все формулы сожжены. Неофициально они существовали, и я не скажу, что осталось от их наследия.

Он говорил ровно, но в голосе чувствовалась сталь.

Есть и другая группа, о которой вам необходимо знать. Кустарные. Те, кто вкалывает себе Синтетическую Сыворотку 2.0, купленную в подворотне. Формально они тоже принадлежат к Классу 3, потому что их сила пришла из ампулы, а не из гена. Но между настоящим суперсолдатом и наркоманом со шприцем разница такая же, как между хирургом и мясником. Первый знает, что делает. Второй умирает в туалете от разрыва сердца.

Кто-то из девочек побледнел. Маркус не стал смягчать сказанное.

Класс 4. Аномалии

Сущности и явления, нарушающие фундаментальные законы физики. Они проявляются сквозь пространственные разрывы, и я не имею права рассказывать вам подробности. Могу лишь сказать, что если вы когда-нибудь увидите предмет, который делает то, чего не должен делать предмет, отойдите от него на километр и позвоните мне. Не трогайте. Не изучайте. Не пытайтесь помочь.

Он замолчал на секунду, и в этой паузе слышалось что-то личное.

Я знаю людей, которые вошли в такие зоны и вышли обратно на своих ногах. Но домой вернулись не все они.

Класс 5. Космические существа

Внеземные организмы и формы жизни с невероятным запасом биологической или энергетической прочности. Я не буду объяснять вам, что это такое. Вы знаете. Каждый из вас учил в школе, что произошло в сентябре 93-го.

На экране появился размытый снимок левиафана: чёрная туша, восемь щупалец, багровые лучи. В зале стало очень тихо.

Хочу, чтобы вы запомнили одно слово. Возвращение. Эти существа знают дорогу к нам. Нет ни одного аналитика в ЦКП, который бы сомневался, что они вернутся. Вопрос лишь в том, когда.

Класс 6. Боги и Превосходства

Абсолютные, не поддающиеся контролю мета-сущности, способные изменять экосистему планеты в одиночку. Официально в этой категории нет ни одного подтверждённого субъекта. Аналитики ЦКП допускают, что такие существа могут существовать, и написали для них отдельный протокол. Единственный лист в нём содержит одну строку. Если вы столкнётесь с Классом 6, вам поздно что-либо делать.

Кто-то в третьем ряду нервно хихикнул. Маркус не улыбнулся.

Он отложил кликер и медленно спустился с трибуны.

Лично я от рождения принадлежу к Классу 1. Люди. В моей ДНК нет ни одного мета-гена, я проверял трижды. Но за годы работы в аномальных зонах моё тело изменилось. Там действуют другие законы, и любой, кто там побывал, возвращается другим. В реестре у меня стоит пометка «приобретённая аномалия физиологии». Всё, что у меня есть, выковано болью, тренировками и кровью. Как оценивают мою боевую эффективность, вы узнаете завтра на второй лекции. Сегодня достаточно запомнить главное: класс не определяет ценность человека. Он лишь показывает, откуда пришла сила.

Он остановился перед первым рядом.

Есть вопросы?

Вопросы были. Худенькая рыжая девочка с последнего ряда спросила, бывают ли мутанты, которые не могут контролировать способность вообще. Маркус ответил, что бывают, и что таких защищают в первую очередь. Долговязый парень с пирсингом поинтересовался, правда ли, что в Классе 4 существует то, что может съесть человека изнутри. Маркус смотрел на него секунду, а потом коротко сказал: правда. Больше никто не задавал вопросов про Класс 4.

Вызов

В третьем ряду раздался громкий, демонстративный смешок. Семнадцатилетний Джонни, парень в кожаной куртке, вокруг пальцев которого постоянно проскакивали синеватые электрические разряды, вальяжно откинулся на спинку кресла.

Хах! Жалкий кусок мяса без способностей пытается учить нас жизни? Ты просто солдафон в железках, старик. Я могу испепелить тебя одним нажатием мысли.

Класс взорвался хохотом. Александр Сергеевич нахмурился, поднялся с места и уже намеревался сурово отчитать и выгнать наглого ученика из аудитории, но Маркус жёстко поднял руку, останавливая директора.

Александр застыл. Он читал в этом жесте не грубость, а просьбу.

Нуар медленно сошёл со сцены, шаг за шагом приближаясь к Джонни. Его тяжёлые тактические ботинки чеканили сухой, давящий ритм. Встав прямо перед подростком, Маркус наклонился к самому его лицу.

Думаешь, твоя искровысекалка делает тебя бессмертным? Выйдем на лужайку. Прямо сейчас. Покажешь, на что способен твой дар.

Джонни, не воспринимая угрозу всерьёз и желая поднять авторитет среди сверстников, поднялся с кресла.

Без проблем, кэп. Только не плачь, когда у тебя сгорит твой умный протез.

Лужайка

Спустя пять минут вся группа высыпала на внутренний двор Колледжа. Подростки обступили аккуратный зелёный газон. Александр остановился у края, прислонившись к стволу старого клёна. Он не вмешивался, но левая рука его судорожно сжимала в кармане пузырёк с таблетками.

Джонни встал в уверенную стойку. Его глаза вспыхнули ярким электрическим светом, а дуговые разряды начали с треском огибать предплечья. Маркус стоял в двадцати шагах, руки свободно опущены, голова чуть наклонена.

Поехали! крикнул Джонни и взмыл в воздух на электрическом импульсе.

Он рванул по прямой, непрерывно выпуская в Нуара серию высоковольтных энергетических сгустков. Воздух затрещал от запаха озона. Кто-то из зрителей отшатнулся. Кто-то зажмурился.

Но Маркус не стоял на месте. Его кибернетический окуляр моментально построил сетку траекторий и высчитал задержку между залпами. Вэйн двигался короткими, взрывными рывками, уходя с линии огня за доли секунды до удара. Газон вокруг взрывался чёрными воронками, вверх летели комья земли и клочья травы, но сам Нуар оставался невредим.

Не снижая темпа, он сорвал с пояса дымовую гранату и швырнул её под ноги. Плотная, непроницаемая завеса густого серого дыма мгновенно накрыла центр лужайки.

Что, спрятался?! в панике закричал Джонни, потеряв визуальный контакт.

Подросток начал хаотично, веером выпускать молнии во все стороны, сжигая траву и теряя драгоценную энергию. Его атаки летели впустую. Один разряд ударил в ствол клёна, и с дерева посыпались горящие листья. Александр отшатнулся.

Из клубов дыма без единого звука выскочил Нуар. Пользуясь тем, что Джонни поднял руки для очередного залпа, Маркус совершил жёсткий, молниеносный проход в ноги. Сбив мутанта на землю, он всем своим сотней килограммов обрушился сверху и полностью заблокировал корпус.

Джонни попытался пустить разряд по коже, но Нуар, не жалея наглеца, нанёс два коротких оглушающих удара в область челюсти, сбивая концентрацию. Прежде чем парень успел опомниться, Маркус зафиксировал его правую руку, завёл её под углом девяносто градусов и вышел на жёсткий болевой приём, американу.

Суставы Джонни затрещали. Боль прожгла плечо, будто в него вонзили раскалённый гвоздь.

Сдаюсь! Сдаюсь! Прекрати! отчаянно закричал Джонни, хлопая левой рукой по земле.

Нуар удерживал захват ещё две секунды, давая уроку окончательно усвоиться, после чего плавно поднялся и отряхнул тёмно-синий костюм.

На лужайке повисла мёртвая тишина. Подростки, ещё десять минут назад считавшие обычного человека лёгкой мишенью, смотрели на Вэйна с помесью страха и глубочайшего уважения. Первым начал аплодировать Александр Сергеевич. За ним подтянулись остальные ученики. Джонни, скуля и придерживая плечо, побрёл в сторону медпункта. Проходя мимо Маркуса, он на секунду поднял глаза, но так ничего и не сказал.

Маркус поправил бронепластину на груди и строго посмотрел на класс.

Прошу больше меня не доставать так, как он. Я согласился преподавать вам тактику и выживание только из уважения к Александру Сергеевичу. Я и так целыми днями вкалываю на сближениях и ликвидациях в ГБР, и мне ещё после смен приходится тратить время, чтобы учить вас, как не сдохнуть в первой же перестрелке. Завтра в 08:00 строевая и физическая подготовка. Без опозданий.

Он развернулся и пошёл к зданию. Александр догнал его у крыльца.

Он мог сломать плечо, тихо сказал директор.

Мог. И не сломал. Понимаете разницу?

Александр не ответил. Но в его глазах, впервые за много лет, промелькнуло нечто, отдалённо похожее на надежду.

Тревожная смена

Вечером того же дня, покинув территорию Колледжа, Маркус направился в штаб-квартиру Группы Быстрого Реагирования. В раздевалке он снял маску, ополоснул лицо холодной водой и взглянул в зеркало. Шрамы от ожогов и холодное свечение кибернетического глаза напоминали о сотнях пройденных адов.

Не успел он застегнуть свежий подсумок для боеприпасов, как в оперативном блоке взвыла багровая сирена.

— Внимание всем бортам ГБР! — раздался из динамиков сухой голос диспетчера. — Красный код. Перехват в южном секторе торгового порта.

Маркус мгновенно надел шлем. На забрало сразу вывелась оперативная сводка. Подпольная группировка совершила нападение на охраняемый склад ОБА в порту, где хранились изъятые образцы Синтетической Сыворотки 2.0. По данным разведки, нападавшие были накачаны той же нелегальной сывороткой. Несовершенной, но крайне агрессивной модификацией, превращающей людей в неуправляемых накачанных гормонами гигантов.

— Нуар, твой броневик на взлётной полосе через две минуты, — произнёс подошедший командир смены. — С тобой отправляется группа оперативников. Задача: захватить образцы сыворотки и не дать бандитам уйти в жилые кварталы.

— Принял, — лаконично ответил Вэйн, проверяя затвор крупнокалиберного пистолета.

Ночной порт

Спустя пятнадцать минут бронированный транспортёр ГБР уже врывался на территорию доков. Вокруг царил хаос. Контейнеры были смяты, словно консервные банки, охрана порта рассеяна, а под колёсами хрустело битое стекло. На причале лежал охранник с вывернутой под неестественным углом головой. Второй, пришпиленный к стене куском арматуры, ещё дёргал ногами.

Маркус первым выскочил из машины, вскинув оружие. Его умный протез сразу зафиксировал три тепловые подписи за массивом стальных контейнеров. Это были мутировавшие под действием Сыворотки 2.0 наёмники. Их вены раздулись до толщины кабелей, а мышечная масса увеличилась вдвое, полностью исказив человеческие пропорции. Кожа на спинах лопнула и висела лоскутами.

Работаем по стандартному протоколу! скомандовал Нуар своим оперативникам. Применяем термические и бронебойные! Не подпускать их на дистанцию ближнего боя!

Один из гигантов с диким рёвом швырнул в сторону отряда ГБР двухтонный морской контейнер. Маркус оценил траекторию, совершил кувырок влево и прямо из положения сидя произвёл три точных выстрела спецбоеприпасом в коленные суставы нападающего. Мощные бронебойные пули раздробили укреплённую кость, и монстр рухнул на бетон, воя от боли.

Второй наёмник попытался сократить дистанцию, но Вэйн сблизился с ним сам, используя его же инерцию. Он швырнул светошумовую гранату прямо под ноги твари, и пока та была дезориентирована, вонзил модифицированный тактический клинок в уязвимую зону под бронированным затылком. Кровь ударила тёмной струёй, залила перчатку. Гигант захрипел, качнулся и упал лицом вперёд.

Третий рванулся в бок, к жилым кварталам. Оперативник ГБР успел выстрелить ему в спину, но пули лишь отскочили от толстой кожи. Нуар бросился наперерез, выхватил из подсумка термический заряд и одним точным движением вбил его в разорванную кожу на спине бегущего. Взрыв разорвал бандита пополам.

Стычка длилась не более четырёх минут. Все нападавшие были нейтрализованы, а контейнеры с капсулами Синтетической Сыворотки 2.0 взяты под контроль.

Маркус подошёл к поверженному лидеру наёмников. Из рта мутанта шла розовая пена, а ДНК отторгало несовершенную формулу, вызывая быстрый биологический распад. Кожа на лице шла пузырями, зрачки расширились до предела. Он ещё дышал, но с каждым вдохом из груди вырывался влажный клёкот. На рукаве наёмника Нуар заметил странный выжженный клеймом символ: чёрное солнце, пересечённое молнией.

Вэйн сделал снимок символа через свой кибернетический окуляр и отправил его напрямую в аналитический отдел Центрального Командного Пункта.

Соберите все капсулы, хмуро приказал Маркус подоспевшим оперативникам. Это не просто уличная банда. Кто-то системно накачивает отбросы сывороткой и готовит что-то крупное.

Вернувшись на базу под утро, Маркус так и не лёг спать. До начала его уроков в Колледже Мутантов оставалось всего два часа. Он стоял перед окном, смотрел, как над городом медленно светлеет небо, и думал о том, что времени на раскачку у его новых учеников больше нет.