─ Если собрался стричь, то стриги быстрее, не трать моё время.

Ци Нань открыл глаза.

Обнаружил, что находится в тёмном переулке, а перед ним стоит худая, болезненно бледная девушка с синяком в уголке губ и распущенными волосами.

В её взгляде, устремлённом на него, читалась едва скрываемая неприязнь.

В руке Ци Нань сжимал ножницы.

Следом в его голову хлынул поток воспоминаний.

Неужели?

Он попал в книгу? И ещё и в женский роман?!

В памяти всплыли подробности сюжета этого произведения под названием «Возвращение ветви в Бэйцзин».

Его персонаж — эпизодический герой с таким же именем, который, желая выслужиться перед злодейкой-«зелёным чаем», изводил главную героиню Ся Нинци. А она, как оказалось, была давно потерянной дочерью самой богатой семьи столицы, и, воссоединившись с родными, навсегда распрощалась с нищенским существованием.

В одночасье стала фениксом.

Ся Нинци начала яростно мстить. Она безжалостно расправилась с ним, бывшим антагонистом: не только довела отца до банкротства, но и, что хуже, заточила его в подвале, три месяца пытала, а затем выбросила в море на корм рыбам.

В романе.

Автор описывал её методы пыток старого хозяина тела с особой жестокостью.

Все эти десять видов казней из древности: варка в масле, сжатие пальцев тисками, зажимы для ног, обручи на голову, отключение от сети — от всех этих подробностей у Ци Наня по спине пробежал холодок.

Нет-нет!

Он даже уколов боится, как он выдержит такое?

Решение пришло мгновенно.

Нельзя позволить сюжету идти своим чередом.

─ Молодой господин? Вы разве не собирались стричь ей волосы? Чего вдруг застыли?

Один из охранников в чёрном помахал рукой перед лицом Ци Наня.

Ци Нань пришёл в себя.

Осознал, что перенёсся ровно в тот момент, когда его персонаж по наущению «зелёного чая» должен был остричь Ся Нинци.

Ага, сейчас! Он-то знает, чем всё кончится. Стричь её волосы? Это же добровольно лезть в петлю!

Недолго думая, он швырнул ножницы в канаву.

─ Какая стрижка?! У неё такие красивые волосы, зачем мне их портить?

Внезапная перемена.

Все опешили, переглянулись, а затем один осторожно спросил: ─ Но это же была просьба госпожи Линь?

Линь Сяосяо?

Ци Нань вспомнил: это та самая злодейка-«зелёный чай», которая своими сладкими речами дурачила прежнего хозяина тела. Она пообещала поужинать с ним, если он острижёт Ся Нинци. Идиот-предшественник, не раздумывая, согласился — вот и вся завязка.

Тьфу!

Прежний хозяин был дураком, но он-то — нет.

Проклятая стерва. Сама ищет смерти, так ещё и его хочет за собой утащить. Настоящая дрянь.

─ Госпожа Линь? Кто она такая, чтобы я её слушался?

─ А?

От этих слов опешили не только охранники, но и прижавшаяся к стене Ся Нинци удивлённо дрогнула ресницами.

Ведь о том, что прежний хозяин был преданным псом Линь Сяосяо, знали все в Столичном университете.

Он вечно увивался вокруг неё, тратил на её прихоти кучу сил и денег. На её день рождения даже подарил «Порше» за миллион — свой самый любимый автомобиль в гараже.

─ Но, молодой господин, вам же нравится госпожа Линь?

─ Больше не нравится. Будешь болтать лишнего — язык отрежу.

Ци Нань не хотел иметь с Линь Сяосяо ничего общего. Сейчас у него была одна цель — спасти свою шкуру.

Охранник тут же прикусил язык.

И мысленно посетовал на переменчивый нрав своего господина.

Затем.

Ци Нань снова перевёл взгляд на Ся Нинци.

Эта девушка теперь для него — источник жизни.

Выживет он или нет, зависит только от неё.

Если продолжит её мучить, как раньше, то конец один: «его выпотрошат, и он станет обедом для акул».

Поэтому, чтобы выжить.

У Ци Наня был только один выход.

Поднять уровень расположения Ся Нинци к себе. И, главное, убраться отсюда до появления главного героя-мужчины, чтобы тот не воспринял его как врага. Иначе и тут не жди ничего хорошего.

─ Ты голодна? Может, сходим поедим?

Брови Ся Нинци сошлись на переносице. Из-за синяков под глазами у неё был измученный, затравленный вид. В ответ она буркнула лишь одно слово: ─ Пошёл вон.

─ Э-э...

Твою ж!..

Ци Наню ужасно захотелось как следует надавать прежнему хозяину по шее.

Вот что он натворил, а ему расхлёбывай?

Ци Нань чувствовал: будь у Ся Нинци шкала расположения, его показатель был бы на минус сотне.

Ведь прежний хозяин поступал с ней отвратительно.

Постоянно зажимал в углу, отбирал еду, распускал грязные слухи, а однажды тайком переоформил её стипендию, которую она заработала непосильным трудом, на Линь Сяосяо.

И всё это ради одной-единственной цели — порадовать Линь Сяосяо.

В книге Линь Сяосяо завидовала Ся Нинци, которая затмила её, заняв место первой красавицы университета. Поэтому она и точила на неё зуб, используя влюблённого в неё прежнего хозяина как оружие, чтобы наслать на Ся Нинци эти незаслуженные беды.

Повисла напряжённая тишина.

Ся Нинци подняла с земли свой холщовый рюкзак и собралась уходить.

Ци Нань поспешил за ней.

─ Всё, что было раньше, — это я виноват. Может, дашь мне шанс всё исправить?

Ся Нинци промолчала.

Решив, что это очередная уловка Ци Наня, чтобы унизить её.

Наверняка хочет дать ложную надежду, а потом растоптать. Такие фокусы он раньше частенько проворачивал.

Говорил он, конечно, сам с собой.

Ци Нань видел, что она его игнорирует, и не знал, что делать, поэтому просто молча поплёлся следом.

Пройдя через переулок, Ся Нинци остановилась у обшарпанного старого дома.

Она сжала кулаки и, обернувшись, уставилась на Ци Наня.

─ Ты издеваешься?! Когда это уже кончится?

─ Я... я правда без злого умысла...

─ Думаешь, я тебе поверю? ─ в её глазах застыл холод. ─ Смелый, заходи, попробуй меня изнасиловать. Мне всё равно уже нечего терять. Хуже не будет, заберу тебя с собой.

Что же ей пришлось пережить, чтобы говорить такое?

Даже понимая, что он лишь попал в книгу.

На душе у него стало невыносимо тяжело.

Ци Нань замахал руками: ─ Да ты не бойся, я и шага отсюда не сделаю...

─ Противно.

Стиснув зубы, она достала ключи, вошла в квартиру и с грохотом захлопнула за собой ободранную железную дверь.

Глядя на этот старый дом.

Ци Нань понял, что и здесь постарался прежний хозяин.

Ведь это из-за его грязных сплетен одногруппники отвергли Ся Нинци, и ей пришлось в отчаянии снимать эту конуру.

...

─ Молодой господин, нам продолжать следить за ней?

Ци Нань, не глядя, отвесил охраннику Сяохэю звонкую оплеуху. ─ Следить? Следи за своим языком!

Не следить — так не следить. Но за что бить-то?

Сяохэй проглотил обиду.

Ци Нань подпёр подбородок рукой, делая вид, что задумался. ─ Есть для тебя задание.

─ Какое?

─ Узнай, не сдаётся ли квартира рядом с той, где живёт Ся Нинци. Если пустует — сними её. Мне нужно туда переехать завтра же.

─ Хорошо, молодой господин, сейчас же проверю.

Его, конечно, раздирало любопытство, с чего это молодому господину променять роскошные апартаменты на эту развалюху, но, помня, чем закончился его прошлый вопрос, Сяохэй предпочёл промолчать и просто согласиться.

А причина была проста.

Ци Нань хотел быть ближе к Ся Нинци.

Он решил: с завтрашнего дня начнёт яростно искупать вину, пока её ненависть к нему не сойдёт на нет. Может, тогда у него появится шанс на спасение.

Главный герой должен появиться в ноябре.

К тому времени он, если повезёт, набьёт себе очков расположения и свалит, не мешая любовной линии.

Насколько у него это получится?

Он и сам не знал.

Но не беда. В прошлой жизни он был опытным «гальюнным мастером», так что кое-какой опыт имеется.

И потом, лучше хоть что-то делать, чем просто лежать и ждать смерти.

Даже у никчёмной рыбы должна быть мечта выжить.

В этот момент.

На его телефоне раздался особый сигнал — уведомление об особо важном контакте.

Ци Нань достал телефон. Сообщение от Линь Сяосяо.

[Братец Нань, ты сделал то, о чём я просила?]

Он и так знал, что она спрашивает про стрижку.

Сделал я! Держи карман шире!

Пальцы Ци Наня застучали по экрану: [Отвали. Больше мне не пиши.]

Отправив сообщение, он, не раздумывая, занёс её в чёрный список.

В это же самое время.

Линь Сяосяо, сидевшая в салоне на маникюре вместе со своей подругой Тан Роу, хихикнула: ─ Вот увидишь, этот пёс Ци Нань всё сделает быстро. Наверняка уже остриг эту выскочку.

Не успела она договорить, как на телефоне тренькнуло сообщение.

Тан Роу удивлённо подняла бровь: ─ Что-то он быстро.

Всё ещё держа руку на подушечке мастера, Линь Сяосяо самодовольно ухмыльнулась: ─ А то! Кто его, спрашивается, дрессировал?

─ Сестрица Линь, ты просто мастерица. На всём факультете только ты смогла так окрутить этого богатенького.

Польщённая в своём тщеславии.

Линь Сяосяо не спеша взяла телефон. Увидев сообщение, она чуть глаза не вытаращила от изумления.

Заметив, что та изменилась в лице.

Тан Роу с недоумением спросила: ─ Что случилось? Что он тебе написал?

─ Он... он сказал, чтобы я больше ему не писала...

Подумав, что ей показалось, Линь Сяосяо выдернула вторую руку, протёрла глаза. Но текст на экране не изменился.

Это что, правда?

Тан Роу нахмурилась: ─ Да быть такого не может! Ещё утром он звал тебя на ужин при свечах.

Не отвечая, Линь Сяосяо набрала: «Почему?» — и увидела рядом с сообщением жирный красный восклицательный знак.

─ И он посмел… он меня заблокировал!

Тан Роу спросила: ─ И что ты будешь делать? Пойдёшь к нему выяснять? Думаю, он просто не справился с заданием и теперь выкручивается.

─ Я к нему пойду? ─ Линь Сяосяо фыркнула. ─ Видела когда-нибудь, чтобы хозяин перед своей собакой извинялся?

─ Ну...

─ Да ладно, он же без ума от тебя. Проголодается — вернётся, как в прошлый раз.

Обе не придали этому особого значения и продолжили делать маникюр.

...

На следующий день.

Ци Нань встал ни свет ни заря.

В зеркале — волосы всклокочены, но черты лица чёткие. Такой же красавчик, как и в прошлой жизни. Пожалуй, единственное достоинство прежнего хозяина.

Быстро умывшись.

Он прошёл на кухню особняка.

─ Тётушка Цинь, завтрак, который я вчера заказывал, готов?

Тётушка Цинь кивнула: ─ Готов, молодой господин.

С этими словами она протянула ему аккуратно упакованный ланч-бокс, стоявший на плите.

Взяв его.

Ци Нань открыл крышку и заглянул внутрь.

Тут тебе и маленький лобстер, и креветки, и трепанг — всё, что подороже.

Он довольно кивнул.

─ Тётушка Цинь, выглядит просто объедение.

─ Хе-хе, лишь бы вам понравилось, молодой господин.

Понравится не ему.

Этот ланч-бокс он приготовил специально для Ся Нинци.

Ради этого и встал в шесть утра.

Затем.

Ци Нань доехал до дома Ся Нинци.

Стучать не стал.

Просто прислонился к перилам и стал ждать.

Минут через пять.

Железная дверь квартиры со скрипом отворилась.

Ся Нинци вышла в белом платье, на котором не было видно ни одного шва — столько раз его латали.

Она вчера не спала, всю ночь монтировала видео и получила от заказчика пятьдесят юаней.

А из-за недосыпа у неё всё плыло перед глазами, и она, выходя, массировала виски белыми пальцами.

─ Привет...

Услышав ненавистный голос, Ся Нинци прикусила губу и медленно открыла глаза.

У двери.

Стоял Ци Нань с ланч-боксом в руках, сияя улыбкой: ─ Ся, я тебе завтрак принёс.

Наверняка подсунул туда таракана или дохлую мышь.

У неё даже не было сил на него ругаться. Она просто прошла мимо и направилась вниз по лестнице.

Э-э-э...

Улыбка Ци Наня застыла. Быть пустым местом для кого-то — то ещё удовольствие.

Не раздумывая, он бросился за ней.

─ Я правда для тебя принёс! Боишься, что отравлю? Могу при тебе сам попробовать.

─ Ну послушай же меня хоть раз! Я правда искупить вину пришёл.

...

Болтал без умолку.

Ся Нинци бросила на него ледяной взгляд, и голос её прозвучал холоднее железа: ─ Отвали.

У Ци Наня пересохло в горле.

Это тебе не «гальюн» каким он был раньше. Она — глухая стена, не даёт ни малейшей возможности приблизиться.

Весь этот день.

Он вспоминал.

Когда зашёл в тупик, есть ещё один путь.

А именно.

— Путь в никуда!!

Ну почему-у-у?

А ведь он так не хотел умирать.

...

Придя в аудиторию.

Ся Нинци не стала ни покупать завтрак, ни есть то, что принёс Ци Нань. Она просто нашла свободное место и тихо села.

Что касается увязавшегося за ней Ци Наня.

Он, не колеблясь, плюхнулся рядом и, пододвинув к ней свой ланч-бокс, затараторил: ─ Госпожа, ну поешьте хоть немного! Как я буду повышать ваше расположение, если вы голодаете? Спасите утопающего! Умоляю, сжальтесь, будьте добры ко мне хоть раз.

На них недоумённо косились.

Обычно Ци Нань таскал еду Линь Сяосяо, а тут вдруг Ся Нинци. Неужели это новый розыгрыш?

...

Линь Сяосяо сидела на первом ряду.

Увидев, чем занимается Ци Нань, она почувствовала, как в ней закипает злость.

Что это значит?

Он специально её злит?

Ну ладно, волосы Ся Нинци ещё целы, но он ей ещё и завтрак носит!

Она-то сама до сих пор голодная.

Раньше Ци Нань всегда приносил завтрак ей.

Он был таким сытным, что она и не думала покупать себе еду. А он сегодня отдал её завтрак этой выскочке! И с таким умоляющим видом! Он даже перед ней так не пресмыкался!

На задней парте.

Ся Нинци несколько раз пересаживалась, но Ци Нань, как банный лист, прилипал к ней снова и снова. Отбиться было невозможно. ─ Тебе чего надо?!

Ци Нань обиженно: ─ Хочу, чтобы ты поела.

─ Не буду.

─ Но ты ведь тоже не завтракала. Разве не голодная?

─ Голодная. Хочу содрать с тебя шкуру, съесть твоё мясо и выпить твою кровь!!

У Ци Наня от этих слов аж жилы на шее запульсировали.

Мамочки!

Он знал, что эта холодная тварь способна на такое.

Потому что в книге — ещё более кровавые подробности!

Ей было лень с ним связываться, поэтому она просто надела наушники и закрыла глаза.

Она не ела с самого вечера, но даже голодная ни за что не притронулась бы к его еде.

Всё то зло, что он ей причинил.

Означало, что верить Ци Наню она больше не может.

Плачу.

Система! А ну быстро верни меня домой! Я не хочу здесь больше торчать!

Ну какого чёрта? Это же не я, а тот придурок был виноват! Почему я должен расхлёбывать за него?

Немного погодя.

В аудиторию вошёл преподаватель.

Лысый старый профессор в очках с квадратной оправой и рубашке-поло.

Лекция была такой нудной.

Что Ци Нань уже через пять минут начал зевать.

И только когда его веки уже готовы были сомкнуться, он вдруг услышал, что лысый профессор собирается вызвать кого-то к доске отвечать.

Он тут же встрепенулся.

Боязнь того, что вызовут, а ты не готов, — это страх, засевший в ДНК каждого студента.

Профессор взглянул на часы. ─ Итак, пусть ответит студент под номером семнадцать.

Ци Нань был двадцатым.

Слава богу, не его. Он бы всё равно не ответил — прежний хозяин был полным двоечником, да и в этот университет попал лишь по блату.

Профессор назвал номер.

И сидевшая рядом Ся Нинци поднялась.

─ Что такое доверительный интервал?

─ Это диапазон значений, который с заданной доверительной вероятностью содержит истинное значение параметра генеральной совокупности.

Несмотря на бессонную ночь, Ся Нинци ответила чётко и без запинки.

Профессор довольно кивнул.

─ Отлично. Можете садиться.

Ся Нинци уже хотела сесть.

Как вдруг у неё в голове всё поплыло.

Она слишком резко встала, а учитывая, что утром ничего не ела, у неё опять упал сахар.

Но она ещё держалась.

Сев, она заметно побледнела, губы тоже стали белыми.

Ци Нань, который на самом деле был студентом-медиком, сразу заметил, что с ней что-то не так.

Поняв, что у Ся Нинци, скорее всего, гипогликемия.

Он быстро достал из ланч-бокса рисовый колобок с водорослями и, не говоря ни слова, поднёс к её губам. ─ А-а, открой ротик.

На лбу у Ся Нинци выступила испарина.

Даже перед лицом такой «заботы» она упрямо не разжимала губ.

Ци Нань вздохнул.

Как будущий врач, он не мог бросить пациента в беде. Понимая, что его здесь точно не возлюбят, он всё же пригрозил: ─ Открой рот и съешь это, или я сегодня же пойду в больницу и найду твою бабушку, чтобы устроить ей неприятности.

Услышав это.

Ся Нинци до побелевших костяшек сжала кулаки, но всё же, скрепя сердце, подчинилась. Она открыла рот и, низко наклонив голову, стала жевать колобок, кусок за куском.

Она уже мысленно приготовилась к тому, что в еде окажутся черви.

Но, доев всё до конца, она не только не нашла ни одного насекомого, но и почувствовала вкус рыбы.

Она была оранжевая, похоже, сёмга.

Раньше Ся Нинци её никогда не пробовала, поэтому могла только догадываться.

...

Прозвенел звонок с урока.

И тогда вся группа стала свидетельницей сцены, от которой у всех отвисла челюсть.

Ци Нань, не прекращая угрожать, подсовывал Ся Нинци еду из своего бокса.

─ Съешь креветку, или я нарисую тебе рожицу на одежде.

─ Ешь и говядину, или на следующей паре я начну тебя щекотать.

Щёки девушки раздулись.

Она еле успевала глотать, так быстро он её кормил.

Тан Роу, сидевшая рядом с Линь Сяосяо, от удивления раскрыла рот, не понимая, угрозы это были или забота.

─ Ничего себе! С Ци Нанем сегодня что-то не так. Он какой-то бешеный. Совсем на себя не похож.

Посмотрела на Линь Сяосяо.

─ Не переживай, Сяосяо. После занятий я его вызову на разговор и выясню, что он хочет этим сказать.

─ Хм, мне всё равно.

Линь Сяосяо скрестила руки на груди, делая вид, что её это не касается.

Но в душе у неё уже начал закипать знакомый кислый комок ревности.

Особенно, когда она слышала разговоры вокруг.

─ Ни фига себе! Ци Нань, что, сменил ориентацию? Сегодня он кормит Ся Нинци с ложечки! Это просто невероятно!

─ Ага! Раньше он всегда таскал еду нашей первой красавице Линь. А сегодня даже не подошёл к ней! Неужели он правда переключился на другую?

─ А если присмотреться, то Ся Нинци ничуть не хуже Линь из-за своей красоты. И это без всякого макияжа!

─ Ну да. Думаю, если бы она немного набрала вес и привела себя в порядок, то вполне могла бы побороться за место в тройке первых красавиц.

Услышав эти слова, Тан Роу тут же вступилась за подругу.

─ Вы, может, и забыли, но у неё, между прочим, репутация испорченная, не смотря на всё это.

Парни переглянулись.

И предпочли замолчать.

Именно из-за этих грязных слухов Ся Нинци, при всей её красоте, никто из парней открыто за ней не ухаживал.

Ну, разве что.

Кроме всяких озабоченных отбросов.

Которые, добавив её в друзья, без зазрения совести спрашивали, сколько она стоит на ночь.

После таких случаев.

Ся Нинци вообще перестала принимать заявки в друзья от мужчин.

...

Завтрак из ланч-бокса был съеден.

Ся Нинци явно полегчало. Её губы, что были совсем белыми, снова порозовели.

─ Наелась?

На заботу Ци Наня Ся Нинци ответила с прежней настороженностью: ─ Сменил тактику? Теперь решил уморить меня голодом?

─ Э-э...

Не зная, как объяснить.

Он только вздохнул.

Похоже, своими угрозами он добился лишь того, что её ненависть к нему стала ещё сильнее...

─ Сколько?

Голос девушки прозвучал холодно и ясно, заставив Ци Наня поднять голову. Он ткнул себя пальцем в грудь и растерянно переспросил: ─ Ты это мне говоришь?

Ся Н

После школы.

Ци Наню и без того хватало головной боли, так еще и Тан Роу преградила ему путь.

Голос прозвучал бесстрастно: ─ Что-то хотела?

Уперев руки в боки, Тан Роу с порога пошла в атаку: ─ Почему ты сегодня не принес еду Сяосяо? Или ты не знал, что она голодает с самого утра?

Ци Наню это показалось смешным.

─ Захочет есть – сама купит. У нее что, рук или ног нет? Какое мне до этого дело?

Тан Роу никак не ожидала такого тона от прежде раболепного Ци Наня.

Если вспомнить прошлое.

Она, будучи лучшей подругой Линь Сяосяо, тоже входила в круг тех, кому он угождал. Чтобы она замолвила за него словечко перед Линь Сяосяо, он не жалел ни денег, ни сил на подношения, и уж точно не смел разговаривать с ней свысока.

─ Ах ты!…

Тан Роу задохнулась от гнева, ее грудь вздымалась. Тыча пальцем прямо в лицо Ци Наню, она выругалась: ─ Ну хорошо, Ци Нань! Посмотрим, поверит ли Сяосяо, когда я ей все выложу, и станет ли она после этого с тобой разговаривать.

Ци Нань сохранял абсолютное равнодушие.

Раскинув руки, он бросил: ─ Валяй, жалуйся кому хочешь. Главное – не приставай ко мне.

─ Ишь чего! неужели ты всерьез думаешь, что таким макаром привлечешь ее внимание? Сдался ты ей, размечтался! – от злости Тан Роу не выбирала выражения. – Подумаешь, жених нашлся! Отбоя от парней у нее нет, не воображай о себе весть что!

─ Ого-го.

Ци Нань поковырял в ухе, ответив предельно вяло.

─ Ты еще пожалеешь об этом!

Бросив напоследок угрозу, она развернулась и зашагала прочь.

─ Постой-ка.

Ци Нань окликнул ее.

Решив, что он наконец-то сломался и намерен извиниться, Тан Роу обернулась, скривив губы в издешливой усмешке: ─ Теперь-то поздно каяться. Вернусь – сразу вывалю Сяосяо всю правду о тебе.

─ Валяй, болтай что хочешь. Только не забудь передать, чтобы она вернула мне ключи от моего «порше».

─ Чего?

─ Мои слова трудно понять? Пусть вернет ключи от машины.

─ Разве это не твой подарок ей на день рождения? С каких это пор принято забирать назад то, что подарил?

Ци Нань небрежно обронил: ─ Кто сказал, что я ей его дарил? Я просто одолжил покататься на пару дней.

Тан Роу затопала ногами от бессильной злости.

─ Да у тебя и доказательств нет! Ключи у нее, попробуй отбери – отберешь силой?

─ Владелец по документам я, разве этого недостаточно?

Ци Нань слегка поморщился: ─ Ты что, всерьез думала, будто стоило мне отдать ей ключи, как машина автоматически стала ее личной собственностью?

Выслушав его,

Тан Роу побледнела.

Выходило так, что она не только не добилась своего, но по ее вине Линь Сяосяо теперь придется возвращать дорогой спорткар.

А Ци Нань и не собирался тратить на нее время.

Больше всего на свете он терпеть не мог таких женщин, как Линь Сяосяо: с виду ангелочки, а внутри гнилые до мозга костей.

На ухаживания оригинала она открыто не отвечала, но охотно использовала его как пешку в своих играх. А когда в сюжете появился главный герой, она тут же бросилась ему на шею, отдав подаренный Ци Нанем «порше», да еще и сошлась с Е Фанем в противостоянии против Ся Нинци.

Все вложения прежнего владельца послужили лишь ступенькой для прокачки главного героя. И даже когда оригинал шел к своей гибели, он до последнего наивно верил, будто Линь Сяосяо неравнодушна к нему, не осознавая, что был всего лишь жалким клоуном в любовных играх Линь Сяосяо и героя.

К подобной твари

Ци Нань не испытывал ни капли жалости.

…

Ближе к вечеру.

Ся Нинци закончила подрабатывать на дневной смене.

Проходя мимо входа в общежитие,

она заметила, как в квартиру по соседству с ее собственной заносят и выносят мебель.

Озадаченная тем, что кто-то еще, кроме нее, мог поселиться в подобном месте, она увидела, как из дверного проема показалось знакомое лицо.

Ци Нань?

Не успела она оправиться от шока,

как прислонившийся к косяку Ци Нань заговорил первым: ─ Здравствуй, Ся, теперь мы соседи.

Увидев это, Ся Нинци почувствовала, как сердце уходит в пятки.

─ Я тебе настолько ненавижу? Мало того, что измывался надо мной каждый день, так теперь еще и преследуешь? До каких пор это будет продолжаться?

Ци Нань отмахнулся: ─ Я здесь не для того, чтобы над тобой измываться. Просто мне приглянулась местная обстановка.

Обстановка приглянулась?

В этой трущобной дыре, спрятанной впотьмах зауулков, кишели тараканы с крысами, постоянно отключали воду и замыкало проводку. Кроме близости к колледжу и ее подработке в чайной лавке, никаких иных достоинств она разглядеть не могла.

─ Вот уж поистине нечистая сила, – она сильнее вцепилась в лямку холщовой сумки и, стараясь держаться от Ци Наня как можно дальше, быстро шмыгнула в свою дверь.

В ванной.

Ся Нинци встала под струи горячего душа.

Вспомнив утренние события,

p>она никак не могла взять в толк, какую дурь на этот раз занесло в голову Ци Наню. Разве не голодная смерть до потери сознания входила в его планы?

Тогда с какой стати он накормил ее той едой…

Лосось, мраморная говядина – все было невероятно вкусным, без единого червяка или отвратительного соуса. Подобной роскоши обычно удостаивалась лишь Линь Сяосяо…

Уж не поссорились ли они?

Линь Сяосяо терпеть ее не может, а внезапная доброта Ци Наня вполне могла быть лишь способом позлить подругу.

Это объяснение звучало вполне логично.

Вода стекала по прядям волос Ся Нинци прямо на пятки, и вся эта странность вмиг обрела четкие очертания.

Как ни крути, а доброта Ци Наня носила временный характер. Стоит им помириться, как она снова погрузится в привычный кошмар.

На душе скребли кошки.

Ся Нинци вышла из ванной, завернувшись в банное полотенце.

Перед зеркалом.

Правильные черты ее лица казались безупречными, но правую сторону шеи портило броское темное пятно – родимое пятно, преследовавшее ее с самого рождения.

В детстве ее похитили торговцы людьми, увезли в глухие горы и продали в одну семью в качестве малолетней невесты.

Обретя осознанность, она при первом же удобном случае сбежала в соседнюю деревню, где ее приютила бабушка. И вот, когда она ценой невероятных усилий поступила в университет, у бабушки обнаружили опухоль, и теперь та прикована к больничной койке.

Стоило подумать об этом, как у Ся Нинци защипало в глазах.

Почему другим достается счастливая и безмятежная жизнь, а ей с самого рожденья уготована сплошная череда испытаний?

Одевшись,

Ся Нинци вспомнила, что завтра суббота, пар в колледже не будет, и она сможет навестить бабушку в больнице, а потому решила позвонить ей.

– Гудки пошли.

Старенький телефон из прошлых лет прозвонил пару раз, прежде чем на том конце сняли трубку.

─ Алло, это Сяоци?

─ Я, бабушка. Завтра я приду навестить тебя в больнице, ты только слушайся медсестер и ешь как положено.

Из трубки раздался добрый голос старухи: ─ Сяоци, я хочу серьезно поговорить с тобой насчет операции.

Словно заранее угадав, что та собирается сказать, Ся Нинци замотала головой, сдерживая слезы: ─ Нет, операция обязательна. Бабушка, подожди меня еще месяц, всего один месяц, и я накоплю нужную сумму.

В ответ послышался озадаченный голос: ─ Но ведь деньги за операцию сегодня уже внесли? И даже перевели меня в более дорогую одноместную палату.

─ А?

Ся Нинци растерялась: ─ Но я же ничего не платила…

…

Обе женщины были ошеломлены.

Неужели родственники какого-то пациента перепутали палаты?

Тогда Ся Нинци попросила бабушку расспросить медсестру, кто именно внес платеж.

Спустя мгновение

голос медсестры в трубке прозвучал отчетливо: ─ Сегодня в обед расплатился мужчина по фамилии Ци. Мало того, что он полностью погасил долг за операцию, так еще и заменил все наше медоборудование на самое современное.

─ Мужчина по фамилии Ци?

Едва услышав это, Ся Нинци первым делом подумала о Ци Нане.

Но зачем ему это делать?

Ся Нинци никак не могла взять в толк.

─ Сяоци, ты знаешь какого-то мужчину по фамилии Ци?

─ Ну… знакомлюсь с одним…

─ И какие же у вас отношения?

Ся Нинци не знала, что ответить. Из страха расстроить бабушку она никогда не рассказывала ей о том, как над ней измываются в колледже, поэтому старуха, разумеется, понятия не имела о существовании Ци Наня.

Замявшись на пару секунд, она тихо произнесла: ─ Да так, обычные однокурсники…

─ Странно. Ладно, завтра придешь – вместе расспросим врача. Если они ошиблись палатой, мы вернем им деньги, без бабушкиной операции вполне можно обойтись.

─ Угу.

Мякнула Ся Нинци, немного поболтала с ней о текущих делах и повесила трубку.

Опустив телефон,

она погрузилась в тяжелые раздумья.

Поразмыслив как следует, она в конце концов вышла из комнаты и направилась к двери соседней квартиры.

Подняв руку,

она помедлила пару секунд, а затем постучала.

– Тук-тук.

Вскоре

железная дверь отворилась изнутри.

Ци Нань, протирая еще влажные после сушки волосы, опустил взгляд и столкнулся нос к носу с застывшей на пороге Ся Нинци.

Девушка была в легкой рубашке, обнажавшей белую ямку на горле и намекавшей на хрупкие ключицы.

Из-за своей худобы при росте метр шестьдесят восемь она выглядела донельзя хрупкой.

─ Что-то нужно, коллега Ся?

Пряди челки падали Ся Нинци на глаза. Не тратя времени на любезности, она сразу перешла к делу: ─ Деньги на операцию бабушки – это ты заплатил?

─ Да, я.

Понимая, что отпираться бессмысленно, Ци Нань охотно признался.

Так и есть.

Ся Нинци опустила ресницы: ─ Зачем ты мне помогаешь?

─ Опухоль у твоей бабушки – вещь неприятная, но не смертельная, однако затягивать дальше нельзя, положение может ухудшиться, так что операцию лучше сделать как можно раньше.

Ци Нань объяснял все предельно серьезно, в его словах не чувствовалось ни капли злобы.

Ся Нинци прикусила губу.

─ Даже если вы поссорились с Линь Сяосяо, не было нужды помогать мне до такой степени?

─ А? ─ Ци Нань почесал затылок. ─ То есть ты думаешь, что я помог тебе из-за Линь Сяосяо?

─ Разве нет?

Ци Нань вздохнул: ─ Поверь, у меня совсем другие мотивы.

Ему просто хотелось выжить.

Куда важнее любых детских игр.

Ся Нинци подняла глаза, словно пытаясь отыскать во взгляде Ци Наня хоть намек на ложь, но, к ее досаде, не нашла ничего.

─ Деньги я со временем верну. Считай, что оплату операции ты внес в долг.

─ Не нужно мне ничего возвращать, для меня это не такие уж большие деньги.

Уж с его-то положением.

Конечно, до подлинной знати столицы ему было далеко, но в Пекине он все же считался мажором. Провести операцию – это же не от рака лечиться, состояние его счета от этого не пострадает.

─ Я не хочу быть твоей должницей.

Прислонившись плечом к косяку, Ци Нань склонил голову набок: ─ Но и я не хочу оставаться твоим должником. Те обиды, что тебе причинили, не смыть какими-то жалкими деньжонками.

p>К чему это он?

Сначала давать надежду, а потом бросать в пучину отчаяния?

Ся Нинци не понимала его, но вернуть долг была намерена до последней копейки.

С самого детства бабушка учила ее: взял в долг – отдай, долг платежом красен, и возвращать положено даже тогда, когда кредитор – человек, которого ты терпеть не можешь.

─ Это твои проблемы, а у меня свои принципы.

Заметив, что она собирается уходить,

Ци Нань схватился за голову.

Упертая девчонка, упрямая как баран! Чужой доброты принимать не желает ни в какую – как же тогда поднимать шкалу расположения?

Стоило ему развернуться,

как внизу, прямо у его ног, промелькнул огромный, размером с ладонь, таракан.

Ци Нань, родом с севера, отроду не видал таких монстров и от неожиданности завопил благим матом:

─ Спасите!! Тараканы мутировали!!

Засуетившись в панике,

он попытался отскочить назад и рухнул на пол.

В коридоре.

Ся Нинци, уже собравшаяся уходить к себе, услышала крик о помощи и повернула назад.

И увидела картину: Ци Нань, насмерть перепуганный каким-то насекомым, сидел с совершенно белым лицом.

p>Зрелище было уморительно смешным.

А ведь когда он измывался над ней в школе, вид у него был куда более грозный, а теперь дрожит от вида простого таракана.

Не говоря ни слова,

в тот момент, когда Ци Нань едва не лишился чувств, Ся Нинци со всего маху опустила ногу.

Мистер Таракан явно рассчитывал найти мягкую почву.

Однако его ждала встреча с исчадием ада.

Сила этого удара впечатала его тельце в пол, превратив в плоский блин.

Увидев это, Ци Нань тяжело задышал и, ухватившись за Ся Нинци как за спасательный круг, вцепился обеими руками в ее бедро, уткнувшись лицом ей в колени.

─ Скажи мне, этот таракан генно-модифицированный? Почему он такой огромный?

Ощутив прикосновение к ноге, Ся Нинци почувствовала, как у нее пылают уши, и выпалила: ─ Живо убери свои грязные руки!…

Услышав это, Ци Нань моргнул.

От Ся Нинци приятно пахло – гель для душа смешивался с естественным ароматом тела, только вот мяса на ногах маловато, ей бы не помешало чуток поправиться.

Смущенно кашлянув, Ци Нань послушно разжал пальцы.

─ Прости… я просто ужасно испугался…

Ся Нинци прикусила нижнюю губу, чуть успокоившись: ─ Разве тебе не нравилась здешняя обстановка? Все еще нравится?

Усевшись прямо на полу по-турецки, Ци Нань покрутил указательным пальцем, надув щеки: ─ На самом деле мне нравится не обстановка. Мне нравится та, кто здесь живет.

Воздух в коридоре сгустился.

Щеки Ся Нинци покрылись ярким румянцем.

─ Ты… ты что несешь?!

Сообразив, что сболтнул лишнего, Ци Нань тут же пошел на попятную: ─ Только не пойми меня неправильно, я вовсе не в том смысле.

─ Псих.

Бросив в сердцах оскорбление, Ся Нинци крутанулась на каблуках и опрометью бросилась прочь.

Глядя ей вслед,

Ци Нань мысленно дал себе по голове – настроение было хуже некуда.

Только что он ляпнул первое, что пришло в голову, совершенно не подумав.

Она же главная героиня! Девушка, которой по сюжету суждено остаться с главным героем.

А он всего лишь вонючий злодей. Хорошо еще, что герой пока не объявился, иначе за такие вольности ему точно не сносить головы.

Поднимать уровень расположения можно, но необходимо соблюдать границы. Зариться на героиню – табу, за которое непременно последует кара.

Ци Нань отчетливо осознавал свое положение.

Ввязываться в противостояние с главным героем нельзя ни в коем случае; стоит герою появиться и спасти героиню, как его миссия будет выполнена и можно будет с чистой совестью убираться восвояси.

А что до дальнейшего сюжета –

его это больше не касалось, и лезть туда он не собирался.

…

Я – Е Фань, главный герой этой книги.

Линь Сяосяо – моя тайная поклонница, подруга детства. В детстве она провалилась в воду, а я, не раздумывая, бросился ее спасать, после чего и стал для нее тем самым идеалом, о котором она грезит.

В старших классах

она переехала, мы потеряли друг друга из виду, но судьба свела нас снова уже в университете.

И вот сейчас, в забегаловке с шашлычками,

она уплетает жареное мясо в компании Тан Роу.

─ Братец Фань, мы так долго не виделись, как ты поживал все эти годы?

Е Фань улыбнулся уголками рут: ─ Неплохо, вот только без тебя рядом порой бывало одиноко.

Линь Сяосяо вспыхнула от удовольствия.

Именно такого мужчину она и любила: несмотря на раннюю гибель родителей, он оставался сильным и несгибаемым.

Не то что этот Ци Нань. Возомнил о себе невесть что из-за папашиных деньжонок, думал, сможет купить ее расположение – подумать только, как сильно она презирала подобных типов.

Что толку от его денег?

Это же родительские подачки, а не им самим заработанное. Безнадежный, тупой мажор.

Тан Роу в этот момент пожирала парня глазами, едва ли не пуская слюни.

─ Так вот ты какой, тот самый друг детства, про которого Сяосяо уши мне все прожужжала! И впрямь красавец, точь-в-точь актер из кино.

Е Фань скромно улыбнулся: ─ Да ну, просто с генетикой повезло.

─ Наверное, отбоя от девчонок нет?

─ В школе писем с признаниями приходило полно, но я всем отказывал. До сих пор хожу в убежденных холостяках.

Он до сих пор свободен?

Линь Сяосяо посмотрела на Е Фаня взглядом, в котором сквозило такое обожание, какого Ци Нань от нее не добился за все время.

─ Боже мой, неужели и в университете не собираешься заводить отношения?

Уголки губ Е Фаня взмыли вверх в уверенной улыбке: ─ В университете я намерен встать на ноги и заняться собственным делом, на романтику времени точно не останется.

─ У тебя уже есть план?

─ Угу, для начала планирую поднять экономику кампуса, запустить платформу для студенческой барахолки, а после выпуска уйти в интернет-индустрию и построить собственную империю.

─ Ого-о, звучит потрясающе! Если у брата Фаня возникнут трудности, обращайся смело ко мне, Сяосяо из кожи вон вылезет, но поможет.

Хоть Линь Сяосяо ничего в этом не смыслила, ей казалось, что Е Фань полон амбиций и создан быть ее принцем на белом коне.

Е Фань смущенно поскреб нок: ─ Честно говоря, кое-какие трудности у меня уже есть.

─ И… какие же?

─ Финансы. Пока не удалось собрать нужную сумму на разработку софта и раскрутку.

─ И сколько требуется?

─ В общей сложности около ста тысяч.

Сто тысяч?

Сумма по тем временам немалая.

Но, подумав немного, Линь Сяосяо решила: если она выручит Е Фаня в трудную минуту, ее позиции в его сердце станут незыблемы.

─ Хорошо, я постараюсь раздобыть эти деньги.

Е Фань просиял: ─ Правда? Ой, спасибо тебе огромное, Сяосяо!

─ Пустяки, главное, чтобы братец Фань помнил мою доброту.

─ Не сомневайся, как только я раскручусь, верну тебе в десятикратном размере.

...

После ужина.

По дороге в общежитие Тан Роу спросила: ─ Сяосяо, у тебя что, правда есть сто тысяч сбережений?

─ Сейчас, конечно, нет.

Ци Нань хоть и тратил на нее уйму денег, но ее запросы были высоки, и средства таяли за пару дней. На данный момент из ликвидных активов у нее оставался лишь тот самый «порше».

─ Тогда откуда ты возьмешь сто тысяч для Е Фаня?

─ Смягчусь, выпрошу у Ци Наня, насобираем как-нибудь, – беспечно бросила Линь Сяосяо. – Да и в худшем случае у меня же есть спортивный автомобиль.

─ Эм… ну ладно…

Тан Роу долго мялась, но так и не решилась рассказать подруге о своем недавнем разговоре с Ци Нанем.

…

В палате.

Операция старухи прошла успешно, но ей предстояло еще долго восстанавливаться.

У изголовья кровати

Ся Нинци чистила яблоко.

─ Сяоци, ты выяснила, кто оплатил счет?

Ся Нинци кивнула: ─ Да, я узнала. И пообещала, что как только заработаю денег, обязательно верну ему всю сумму.

На лице бабушки отразилось облегчение.

─ Какой же добрый человек. Не могла бы ты пригласить его как-нибудь к нам, бабушка хочет лично поблагодарить его.

Ся Нинци оказалась в затруднении, но, не желая волновать старуху, через силу кивнула: ─ Хорошо, бабушка, я поняла.

Покинув больницу,

Ся Нинци отправилась на подработку в чайную лавку, где платили пятнадцать юаней в час. Заработок был неплохим, но заказов поступало много, и порой в мышиной возне ей некогда было даже утереть пот со лба.

Рутинная работа шла чередом.

Она успела выдать с десяток заказов на доставку.

Стоял знойный летний день, кондиционер в лавке еле справлялся, и спина у нее уже промокла насквозь.

─ Красавица, мне две порции мангового шейка.

─ Секунду, ожидайте.

Голос показался знакомым, Ся Нинци подняла глаза и встретилась взглядом с темными глазами Ци Наня.

Впечатление первое: красавец.

Впечатление второе: бесит.

─ Обычный лед или поменьше? Какой процент сладости?

─ Меньше льда, средняя сладость.

p>Ни слова приветствия, Ся Нинци уткнулась носом в стаканы.

Ледяной холод…

Ци Нань зря не попросил вообще без льда, от одного ледяного тона Ся Нинци его уже успело остудить.

Усевшись за свободный столик,

Ци Нань со скуки зевнул.

По логике вещей, до встречи Ся Нинци с главным героем и ее возвращения в богатую семью оставалось еще целое полугодие, но из-за его попадания в роман ход событий мог измениться.

А это значило, что момент воссоединения с семьей и встречи с героем вполне мог наступить раньше срока.

Для него самого ситуация складывалась не из приятных.

Хотя

за последние дни Ци Нань успел обдумать все до мелочей.

У него имелся запасной план «Б».

План «Б», он же план побега: не можешь победить – беги, и чем дальше, тем лучше.

Конечно, идеальным исходом стало бы изменение отношения Ся Нинци к нему.

Но если это окажется невозможным или появление главного героя сорвет все планы, ему придется бежать. Желательно куда-нибудь на затерянный остров, где его никто и никогда не отыщет.

Конечно, это крайняя мера, сулившая немалые риски.

Ся Нинци приготовила напитки.

Заметив свободное место перед Ци Нанем, она подумала, что он, скорее всего, ждет Линь Сяосяо.

─ Ваши манговые шейки готовы.

Поставив стаканы на столик, Ся Нинци собралась уходить без лишних слов.

─ Постоишь минуту?

─ Что еще вам нужно, уважаемый клиент?

Ци Нань остановил Ся Нинци, взял один из стаканов со стола, взболтал его и протянул ей.

─ Этот я купил для тебя.

Ся Нинци, только что раздраженная всем этим,

невольно растерялась от такого выпада.

─ Мне? С чего бы это?

─ Поднимаю уровень расположения.

─ Чего?

…

─ Повышать шкалу благосклонности – значит ее повышать, то есть сделать так, чтобы ты относилась ко мне лучше.

Ся Нинци посмотрела на Ци Няня так, будто перед ней сидел круглый идиот.

Даже когда кто-то ухаживает за человеком, не делают это столь откровенно, не говоря уже о том, что между ними накопились лишь взаимные обиды и счеты.

─ Ты совсем дурак? Я же работник, неужто молочный чай не налью себе бесплатно?

─ Эм… Пожалуй, ты права…

Ци Нань обхватил голову руками и забормотал себе под нос: ─ И как только эту благосклонность поднимать? Тут сложнее, чем покорить южные горы!

Пропал, кажется, он и вправду свихнулся…

В глазах Ся Нинци промелькнула капля неуловимой жалости.

─ Кстати, это еще не самое главное.

Вспомнив о делах насущных, Ци Нань повернулся к девушке: ─ Как прошла сегодняшняя операция у твоей бабушки?

─ Вполне успешно, врач сказал, что через неделю или около того ее уже выпишут.

─ Ну и славно.

Ци Нань шумно выдохнул.

Стоявшая рядом Ся Нинци заметила эту перемену.

─ Бабушка говорит, что хочет тебя видеть.

─ Это еще зачем?

Ся Нинци скривилась: ─ А зачем же еще, поблагодарить тебя лично.

─ Эм… ─ Ци Нань вставил трубочку в стакан с чаем, и в его глазах отразилось удивление. ─ Ты разве не рассказывала ей о том, что я вытворял раньше?

─ Нет.

─ Почему?

─ Не бери в голову, я просто не хочу, чтобы она переживала.

─ Ох… ─ Ци Нань сделал глоток и между делом похвалил: ─ У тебя золотые руки, очень вкусный чай.

─ Тебя кто-то просил оценивать?

Ци Нань поморщился: ─ Я же хвалю тебя, неужели нельзя быть чуточку приветливее? Если и дальше будешь так от всех заслоняться, никаких друзей не заведешь.

Ся Нинци стиснула зубы: ─ Кто угодно может говорить подобное, но только не ты.

─ По твоей милости меня повсюду поливали грязью, из-за чего у меня не осталось ни единого друга. И кто, по-твоему, в этом виноват?

─ Мой косяк, прости.

Ци Нань поспешно пошел на попятную: ─ Может, я стану твоим другом?

─ Проваливай.

Ся Нинци сбавила обороты и перевела дыхание: ─ Так что ты решил? Пойдешь?

─ Как ты скажешь. Захочешь – пойду, а решишь, что я недостоин – останутся дома.

Поскольку Ся Нинци все еще находилась на рабочем месте, определенного ответа она дать не успела: заметив новый заказ, она тотчас вернулась к стойке.

Ци Нань подпер щеку рукой.

Взгляд его скользнул по фигуре Ся Нинци: сегодня она собрала волосы в конский хвост, высокая, стройная, поистине прекрасная картина.

Единственным изъяном были староватые одежды со множеством следов починки, очевидно, латанные-перелатанные не один раз.

Спустя долгое время.

Краем глаза Ся Нинци заметила, что Ци Нань по-прежнему упорно пялится на нее.

─ Ты чего уставился?

─ Разве может такая красавица запретить людям любоваться собой?

─ Больной.

Счтя его неисправимым, Ся Нинци отвернулась и больше не обращала на него внимания, хотя кончики ее ушей заметно покраснели.

…

День клонился к вечеру.

Настала пора смены Ся Нинци.

Дождавшись сменщицу, она сняла фартук и вышла из-за стойки.

За своим столиком.

Ци Нань просидел целых полдня.

Ничего особенного не делая, он просто залипал в телефоне да время от времени поглядывал на нее.

Заметив, что она собирается уходить,

Ци Нань тоже поднялся на ноги и сладко потянулся.

─ Пойдем.

─?Две девушки за стойкой переглянулись с любопытными улыбками.

Другая сотрудница перехватила инициативу: ─ Нинци, это твой парень?

─ Нет, мы едва знакомы.

Ци Нань изобразил оскорбленное выражение лица: ─ Какая же ты бессердечная, мы ведь соседи в конце концов.

Уставшая до предела Ся Нинци не пожелала тратить слова и молча зашагала к выходу.

Вскоре Ци Нань настиг ее.

─ Я угощаю тебя ужином.

─ Не нужно.

─ Почему? Тебе же не придется тратить свои деньги.

─ Сидеть напротив тебя – лучший способ потерять аппетит.

Ци Нань закатил глаза.

Разве это героиня романа? Чистой воды фурия с ядовитым языком!

Преградив ей путь,

Ци Нань пригрозил: ─ Если не позволишь себя угостить, я пойду досаждать твоей бабушке!

Уголки губ Ся Нинци нервно задергались.

Не смея проверять, способен ли этот негодяй на такую подлость, она тяжело вздохнула: ─ Ладно, я пойду с тобой.

─ Вот так бы сразу.

Ся Нинци: …

Торговый центр находился всего в сотне метров от чайной лавки.

Не прошло и десяти минут,

как Ци Нань привел Ся Нинци в элитный французский ресторан под названием «Чес Ньютон».

Протянув ей увесистое меню,

он произнес: ─ Выбирай из здешнего всё, что душе угодно.

Ся Нинци бегло взглянула на страницы.

Даже самые простые тушеные овощи стоили под пятьдесят юаней, не говоря уже о королевских крабах и прочих деликатесах, чья средняя цена держалась в районе тысячи.

─ Э-это… слишком дорого…

Стоило вспомнить, что за весь день тяжелого труда она зарабатывает от силы сотню…

Ей бы и на одно блюдо отсюда не хватило.

Сложив руки в молитвенном жесте, Ци Нань взмолился: ─ Ради того, чтобы ты повысила ко мне уровень доверия, эти деньги сущая мелочь.

Услышав это,

Ся Нинци наконец не выдержала: ─ С чего вдруг тебе понадобилось поднимать мою благосклонность?

─ Потому что я хочу искупить грехи.

─ Бред какой-то.

Ей казалось, что после какой-то травмы рассудок Ци Няня окончательно помутился.

─ Давай найдем другое место. Обедать здесь значит лишь зря переводить деньги, и уж точно никакой симпатии к тебе у меня не прибавится.

Уловив луч надежды, Ци Нань оживился.

─ То есть, если мы перейдем в недорогую забегаловку, моя благосклонность вырастет?

Ся Нинци лишь беззвучно вздохнула.

─ Прежде чем мечтать об этом, уясни одну вещь: условием для роста благосклонности служит хоть какое-то хорошее отношение к тебе с моей стороны.

─ Разве его нет?

─ Было бы странно, если бы оно появилось!

Ся Нинци находила Ци Няня безнадежным: после всех мерзостей, что он натворил в прошлом, он все еще ждал от нее ответного тепла. До чего же по-детски наивен.

─ Ладно, но даже у неприязни должна быть своя шкала.

─ Настолько сильной, чтобы превратить тебя в человеческую свинью в бочке, – можешь попытаться оценить масштаб.

В горле Ци Няня пересохло.

От этих перспектив ему сделалось дурно.

Дорогая моя, ты же меня живьем в могилу сводишь.

─ Хорошо, я согласен на твои условия, только умоляю, избавь меня от участи бесправного обрубка! Если суждено умереть, выбери способ полегче, я с детства ужасно боюсь боли.

Ся Нинци онемела.

Ей начало казаться, что Ци Нань и впрямь смертельно ее боится, причем страх этот выглядел совершенно неподдельным.

─ Тогда заменим свинью на медленное расчленение.

─ А? Разве это легче? Звучит жутко…

Ци Нань тяжело вздохнул.

Ладно, тысяча порезов все же лучше участи инвалида в бочке.

Повинуясь воле Ся Нинци, они покинули ресторан.

В то же самое время

Линь Сяосяо прогуливалась по тому же торговому центру вместе с Тан Роу.

Через несколько дней приближался день рождения Е Фаня, и Линь Сяосяо отчаянно хотела выбрать для него подарок в знак воссоединения после долгой разлуки.

…

─ Тан Роу, как думаешь, что мне лучше подарить брату Е Фанем?

─ Брат Е Фань такой замечательный человек, он будет рад любому знаку внимания от тебя, даже обычный шарф покажется ему сокровищем.

─ Нет, шарф слишком банально, мне кажется, хорошим выбором стали бы часы.

─ Тоже неплохо: и чувства выразишь, и банальщиной не отдаёт.

Девушки увлеченно обсуждали варианты,

как вдруг их взгляды замерли, а слова застряли в горле.

Из дверей «Чес Ньютона» бок о бок вышли Ци Нань и Ся Нинци, видом напоминая парочку влюбленных на свидании.

─ Быть не может! С каких это пор Ци Нань водит Ся Нинци в «Чес Ньютон»? Раньше он приглашал туда только меня…

В глазах Линь Сяосяо смешались гнев и недоумение.

Тан Роу же вмиг взбеленилась.

─ Этот Ци Нань совсем распоясался! Додумался же тащиться сюда только ради того, чтобы позлить тебя!

─ Пошли! Я покажу ему, где раки зимуют!

Подгоняемая Тан Роу, Линь Сяосяо решительно преградила путь Ци Наню и Ся Нинци.

Неожиданное появление незваных гостей

заставило Ци Наня нахмуриться.

─ Ци Нань! Как ты мог привести Линь Сяосяо в такое место?! – набросилась на него Тан Роу.

Выдержав напор агрессии,

Ци Нань сохранил удивительное спокойствие: ─ И в чем проблема? Объясни-ка причину, почему я не могу обедать в обществе других людей?

─ Ты забыл, что говорил в день признания Линь Сяосяо? Что будешь любить ее одну до конца своих дней!

я

Линь Сяосяо молчала, лишь опустив голову и демонстрируя всем видом горькую обиду.

Лицо Ци Няня осталось бесстрастным.

Он не был прежним владельцем тела, а потому не испытывал к Линь Сяосяо ни малейшего трепета.

─ Даже если и говорил, она ведь отвергла мои чувства. Тебе не кажется твой довод смехотворным?

Линь Сяосяо все же подала голос, ее дрожащий сдавленный тон намекал, что еще мгновение – и из глаз брызнут слезинки:

─ Я же объясняла: сейчас для меня на первом месте учеба, а о романтике я подумаю только после выпуска. Неужели тебе так трудно подождать?

─ Да, трудно, не хочу ждать.

Непробиваемая стена.

Истинный мастер отражения чуждого давления.

Явно не ожидавшая подобного ответа Линь Сяосяо опешила, застыв на месте без единого возражения.

Атмосфера накалилась.

Не желая участвовать в чужих драмах, Ся Нинци дернулась сделать шаг в сторону.

Но в следующий миг ее ладонь ощутила тепло.

Это был Ци Нань.

На глазах у остолбеневших Линь Сяосяо и Тан Роу он крепко переплел свои пальцы с ее.

Странное, непривычное ощущение.

Ся Нинци, привыкшая полагаться исключительно на себя, никогда прежде не держала парней за руки.

Увидев эту сцену,

Тан Роу завизжала первой: ─ Ци Нань! Ты в своем уме?! Как ты посмел прикоснуться к этой грязной девчонке?!

Линь Сяосяо закрыла рот ладонью,

набираясь слез для пущего эффекта:

─ Ци Нань, на этот раз ты перешел все границы! Теперь-то я поняла: все твои слова о любви – ложь, в глубине души тебе плевать на меня!

Схватив Тан Роу за руку,

она собралась гордо удалиться.

Но Ци Нань остановил их окриком: ─ Стойте.

─ Чего тебе? Хочешь вымолить прощение? – на губах Линь Сяосяо мелькнула торжествующая улыбка. ─ Сразу предупреждаю, так легко отделаться, как раньше, у тебя не выйдет.

Мерзость какая. Линь Сяосяо часом не возомнила себя пупом земли? До чего же самовлюбленная особа.

Ци Нань закатил глаза.

─ Я просто хочу, чтобы ты вернула ключи от Порше. Разве Тан Роу не передала тебе вчерашний разговор?

Что? Порше?

Линь Сяосяо вопросительно уставилась на подругу.

Поняв, что утаить правду не удастся,

Тан Роу шепотом пересказала ей суть вчерашнего диалога с Ци Нанем.

Лицо Линь Сяосяо стремительно позеленело.

Эта спортивная машина оставалась ее главным ликвидным активом, стоило вернуть ее владельцу, и у нее не останется средств на поддержку Е Фаня.

─ Это подарок на день рождения! Разве можно забирать подаренное назад?

Ци Нань развел руками: ─ У тебя есть запись, подтверждающая дарственную? Если нет, автомобиль по-прежнему числится за мной, а значит, я его законный владелец.

К счастью, прежний хозяин этого тела не отличался умом, но кое в чем все же преуспел:

не дождавшись от Линь Сяосяо четкого ответа, он не успел переоформить машину на ее имя, иначе деньги действительно утекли бы сквозь пальцы.

Линь Сяосяо затряслась от бешенства.

─ Ци Нань! Никогда бы не подумала, что ты такой бесстыдник!

─ Благодарю за комплимент.

Бесстыдство второе счастье.

К тому же отчитывали прежнего владельца, какое отношение это имело к новому Ци Наню?

─ А если я не отдам?

─ Тогда можешь обсудить этот вопрос с моей командой профессиональных адвокатов.

Осознавая шаткость своего положения,

Линь Сяосяо в сердцах выхватила из кармана ключи и швырнула их в Ци Няня: ─ Забирай! Подавись ими! И запомни, с сегодняшнего дня ты для меня пустое место!

Грандиозный жест.

Поймав ключи, Ци Нань почувствовал, как с плеч свалился тяжелый груз.

Сюжет оригинального романа был ему прекрасно знаком.

Он отлично знал, что все ценности и деньги, которые оригинал передавал Линь Сяосяо, впоследствии превращались в стартовый капитал для начинаний главного героя Е Фаня.

Дураком он не был.

Раз уж все сюжетные ходы стали известны, швыряться финансами никто больше не собирался.

А что до дальнейших успехов главного героя –

какое ему до этого дело?

Раз уж тот зовется героем, он найдет способ пробиться и сам, а поступки Ци Няня просто заставят его сделать небольшой крюк.

Развернувшись и уходя в гневе,

Линь Сяосяо не дождалась ни единой попытки ее удержать, отчего в груди противно закололо, словно туда вонзили иглу.

Ощущение было до боли мерзким: словно вещь, принадлежавшая по праву только ей, вдруг ускользнула к другой женщине, да еще к кому – к заклятому врагу.

─ Не переживай, Сяосяо, у тебя же есть брат Е Фань. Ты ведь и так вечно жаловалась, что Ци Нань надоел тебе своей липучестью, теперь-то эта проблема отпала раз и навсегда.

Успокоительная речь Тан Роу подействовала.

─ Верно. Если бы он продолжал увиваться за мной, Е Фань мог бы неправильно нас понять.

─ Только вот…

─ Что такое?

─ Раз я вернула машину, у меня не осталось ничего ценного, чтобы заложить ради денег. Где мне теперь раздобыть эти сто тысяч?

Тан Роу подсказала: ─ Помнишь, сколько дорогих брендовых вещичек Ци Нань надарил тебе за всё время? Если сдать их в ломбард, наберется как раз нужная сумма.

─ Пожалуй, ты права…

Выражение лица Линь Сяосяо омрачилось.

Каждая из этих вещиц была ей дорога, с ними она блистала на любых тусовках, и расставаться с ними ох как не хотелось.

Разгадав ее колебания, Тан Роу продолжила убеждать:

─ Подумай сама: стоило Е Фаню подняться, и ты получишь куда больше, чем несчастные сто тысяч.

─ И то верно…

Линь Сяосяо решила мыслить масштабнее.

В отличие от богатенького бестолоча Ци Няня, Е Фань обладал истинным талантом и обязательно добился бы успеха, а когда это случится, ее ждет триумф на всех фронтах.

…

Неподалеку.

Ся Нинци холодно бросила: ─ Отпусти руку.

─ Ох… ─ покорно разжал пальцы Ци Нань.

После чего девушка демонстративно достала салфетку и принялась тщательно вытирать пальцы, словно испачкалась в чем-то отвратительном.

─ Обязательно так демонстративно? Я же не в туалет ходил без мыла.

─ Кто тебя знает.

Они снова двинулись рядом.

Ся Нинци искоса взглянула на компаньона: ─ Тебе не страшно, что из-за таких фокусов Линь Сяосяо окончательно вычеркнет тебя из своей жизни?─ Ци Нань беззаботно подбросил ключи на ладони.

─ Она мне даром не сдалась, чем дальше, тем лучше.

Ся Нинци умолкла.

На душе у нее стало смутно.

…

Ся Нинци отвела Ци Няня в скромную уличную забегаловку, куда захаживала сама.

Заведением владела пожилая семейная пара.

Цены здесь кусались куда меньше.

Ци Нань изучил меню и заказал пять блюд: три мясных и два овощных, уложившись в скромную сотню.

Стоило еде оказаться на столе,

как проголодавшийся Ци Нань тут же ухватил палочками кусок свинины с перцем и отправил в рот.

Тщательно пережевывая пищу и наслаждаясь вкусом, он поспешил подгонять Ся Нинци: ─ Попробуй скорее, только с огня, аромат непередаваемый, а соль и специи идеальны.

Девушка на мгновение улыбнулась, но тут же вернула себе холодное выражение лица.

─ Я не ты, набросилась на еду, забыв даже насыпать риса.

─ Хе-хе.

Ци Нань глуповато усмехнулся.

Он уже окончательно свыкся со своей новой ролью и забыл про прежний образ.

Наполнив пиалу ароматным рисом в бамбуковой пароварке,

он с жаром набросился на еду.

Приходилось признать: именно в таких уличных уголках скрывались настоящие кулинарные сокровища, и здешняя стряпня ничуть не уступала блюдам из пафосных ресторанов.

В отличие от него,

Ся Нинци ела изящно и неторопливо, заправив выбившуюся прядь волос за ухо, источая природную грацию и утонченность.

─ Ся Нинци.

─ М?─ девушка подняла глаза и заметила, что Ци Нань пожирает ее взглядом.

В следующую секунду

он подался вперед и, пока она хлопала ресницами от неожиданности, большим пальцем стер с уголка ее губ прилипшую рисинку.

─ Вот так, чисто, ─ бросил он и вернулся к своей тарелке.

─ Тук-тук…

Внезапный жест заставил сердце Ся Нинци забиться чаще.

…

Вернувшись в квартиру,

Ся Нинци проигнорировала прощание Ци Няня и молча скрылась за дверью.

Сбросив белые кеды,

она то и дело ловила себя на мысли о только что случившемся.

Я определенно сошла с ума.

Надо принять прохладный душ и остыть.

Ци Нань зашел к себе.

В этот момент раздался звонок видеовызова.

Взглянув на экран, он увидел собственную матушку и без раздумий принял вызов.

─ Алло, мам, что-то случилось?

Из динамика раздался резкий голос женщины: ─ Ци Нань! Паршивец ты этакий, бросил нормальный особняк и заперся в какой-то конуре? Неужели опять из-за этой девицы по фамилии Линь?

Барабанные перепонки Ци Няня заложило от крика, и ему пришлось отвести трубку подальше от уха.

─ Мам, успокойся, я съехал не из-за нее.

─ Думаешь, я поверю твоим басням?

Ци Нань вздохнул: ─ Чистая правда.

─ Не пытайся дурить мне голову! До меня дошли слухи, что ты подарил ей свой «Порше» в честь дня рождения. Узнав об этом, взбесился не только твой отец, но и я!

─ Ты про эту машину?─ Ци Нань качнул перед камерой связкой ключей. ─ Я же не идиот, чтобы разбрасываться столь дорогими вещами направо и налево.

Тон на том конце немного смягчился: ─ Мать не против, чтобы ты крутил романы, но девушка должна быть под стать нашему кругу. Я тут присмотрела для тебя пару дочерей влиятельных семейств, будет время – сведу вас.

─ Лучше не надо, мне сейчас не до отношений.

─ Ты что, по мальчикам теперь? Не хватало еще этого! Наш род держится на тебе одном, никаких фокусов!

У Ци Няня запульсировало в висках.

─ С чего бы мне менять ориентацию?! Твой сын натурал до мозга костей!

─ Тогда почему ты вдруг остыл к Линь Сяосяо? Раньше тебя от нее было не оторвать.

Не желая тратить силы на долгие объяснения, Ци Нань махнул рукой: ─ Считай, что я сменил ориентацию.

─ Шутишь?─ Ни капли.

…

Ци Нань вышел на балкон.

Вызов по видеосвязи все еще не прервался.

По соседству.

Ся Нинци в легкой домашней одежде держала в руках плечики с только что выстиранным бельем.

Услышав шорох, она повернула голову.

Их взгляды встретились.

Ци Нань моргнул и приветливо помахал ей рукой.

Воздух на мгновение замер.

Голос Цзян Цинь в телефоне недоуменно прорезал тишину: ─ Чего ты замолчал, сынок?

─ Тут кое-какие дела, я позже перезвоню.

Сбросив вызов, Ци Нань замахал руками, пытаясь оправдаться: ─ Я правда не специально подсматривал.

Виной всему была ветхая планировка дома: между балконами отсутствовали нормальные перегородки, поэтому сохнущая одежда соседей оказывалась как на ладони.

Лицо Ся Нинци залилось густой краской.

─ И тем не менее пялился?!

─ Прости.

Отводя глаза от белого кружевного пятна, Ци Нань поспешно скрылся в комнате.

На соседнем балконе

Ся Нинци закинула белье на перекладину.

Губы ее шевелились, беззвучно изрыгая проклятия: ─ Извращенец, маньяк, халявщик…

А Ци Нань тем временем бесформенным мешком рухнул на диван.

Душа его рыдала.

Ну всё, приплыли. Из-за одного лишнего взгляда все сегодняшние достижения пошли прахом. На свете вообще существуют бедолаги несчастнее него?

Жизнь казалась невыносимой.

Вздохнув, он поднялся и достал из угла гитару.

Музыка всегда помогала ему справиться с тревогой.

…

Тем временем Ся Нинци сидела за письменным столом.

Выдвинув ящик,

она извлекла дневник и губную гармошку.

Бабушка рассказывала, что эту гармошку она носила с собой с самого детства, а поскольку на металлическом корпусе было выгравировано имя «Ся», девочку нарекли Ся Нинци.

Она погрузилась в воспоминания.

Пока донесшиеся из соседней квартиры звуки гитары не вернули ее в реальность.

Звукоизоляция в доме оставляла желать лучшего, поэтому, несмотря на тонкую стену, струнные переборы звучали удивительно чисто.

Мелодия была знакомой.

Песня Джея Чоу «Рисовое поле».

Ся Нинци любила музыку: оставаясь дома одна, она часто надевала наушники и с удовольствием разучивала мелодии на гармошке, и эта композиция входила в число ее любимых.

Крепче сжав гармошку в пальцах,

она опустила взгляд и, сгорбившись, тихонько затянула партию в такт гитаре.

Звук получился негромким,

но Ци Нань мгновенно уловил подвох.

Удивление сменилось детским азартом.

Вместо того чтобы прекратить музицирование, он плавно перестроил ритм, подстраиваясь под неожиданный аккомпанемент.

Музыка умела говорить.

Сплетаясь в единое целое, два разных инструмента вели безмолвный диалог, позволяя Ци Наню и Ся Нинци забыть обо всем и раствориться в общем потоке звуков.

Отыграв первую песню,

Ци Нань вошел во вкус и принялся перебирать аккорды других композиций, исполняя то, что нравилось ему самому.

Он полагал, что соседке часть треков незнакома.

Каково же было его удивление, когда выяснилось, что девушка подхватывает абсолютно каждую мелодию.

Ого, да тут кладезь, а не соседка! Она даже песню «Снег» знает – поистине уровень главной героини, функционал впечатляет.

…

Поздний час.

Завершив последнюю совместную композицию, оба одновременно замолкли.

В тишине небольшой комнаты

Ся Нинци убрала гармошку обратно в ящик.

Стоявшее на столе зеркальце отразило ее слегка изогнутые в улыбке губы, казавшиеся невероятно мягкими в свете тусклой лампы.

Лунный свет лился сквозь оконное стекло.

Тонкими пальцами девушка раскрыла тетрадь в обложке с кроликами.

Аккуратный почерк оставил на бумаге строчки:

Двадцатое октября.

«День первый. Сначала о хорошем: операция бабушки прошла успешно, врачи говорят, она поправится. Второе: этот негодяй Ци Нань снова докучал мне, хотя ничего ужасного не сделал – просто накормил обедом и стер рисинку со щеки… Третье: на гитаре он играет неплохо».

И приписка в самом низу:

«Но он всё равно меня бесит!»

…

На следующий день.

В классе.

Ци Нань переступил порог, неся в руках завтрак.

Линь Сяосяо, сидевшая у окна, заметила, как он направляется к ней, и решила, что Ци Нань пришел вымаливать прощение. Скрестив руки на груди, она демонстративно изобразила на лице крайнее раздражение.

Однако Ци Нань даже не взглянул в ее сторону. Пройдя мимо ее парты, на глазах у всего класса он направился к месту Ся Нинци и опустился на стул рядом с ней.

─ Это тебе, захватил перекусить.

Он пододвинул контейнер с едой прямо к ней.

Ся Нинци покачала головой: ─ Я уже позавтракала, мне твоё не нужно.

─ Поешь еще немного, от этого хуже не будет. Ты и так ужасно худая.

─ Не хочу.

Похоже, ощутив на себе пристальные взгляды одноклассников, Ся Нинци отвернулась, скрывая вспыхнувший на щеках румянец.

Остальные присутствующие просто остолбенели.

─ Ся Нинци только что смутилась? Надо же, какая она милая.

─ Словно айсберг растаял. И как я раньше не замечал, что она такая красотка?

─ Если она хоть чуть-чуть над собой поработает, спокойно сможет претендовать на звание главной красавицы курса. Неудивительно, что Ци Нань бросил Линь Сяосяо ради нее.

…

Ци Нань вздохнул с досадой.

─ Ладно, тогда больше не покупай завтраки, я сам буду тебе приносить.

─ У меня свои деньги есть.

─ Но то, что приношу я, гораздо полезнее и к тому же вкуснее.

Ся Нинци повернулась, собираясь снова отказаться.

Однако Ци Нань резко подался вперед и прижал ее к стене правой рукой, сократив расстояние между их лицами до каких-то трех сантиметров: ─ Если ты еще хоть раз откажешься, я снова начну тебе угрожать.

Благородные черты юноши, точеное лицо, аристократическая бледность кожи – всё в нем выдавало человека из высшего общества.

Это заставило Ся Нинци инстинктивно вжаться в стену.

─ Ты совсем рехнулся? Какого черта лезть так близко?

─ Согласна? Вот согласишься – тогда отпущу.

Грудь Ся Нинци тяжело вздымалась, она сглотнула вязкую слюну.

─ Ладно, уговорил, я согласна, доволен?

Всего лишь завтрак, а устраивает тут сцену признания, решительно невозможно понять, как работает мозг этого парня.

Ци Нань отстранился.

─ Отлично! План выполнен.

Ся Нинци прижала руку к груди и тихо пробормотала: ─ Псих…‑

Эту со стороны выглядевшую довольно двусмысленно сцену во всех деталях наблюдала сидевшая впереди Линь Сяосяо.

На сердце скребли кошки, боль была невыносимой.

Ведь раньше подобное внимание доставалось исключительно ей.

Начался урок.

Но Ци Нань и не думал сидеть смирно.

Он отродясь не умел подолгу оставаться на одном месте.

Раз разговаривать нельзя – значит, можно написать записку.

Оторвав уголок тетрадного листа,

Ци Нань взял ручку и вывел: «У тебя очень красиво получается играть на губной гармошке».

Свернув бумажку,

он исподтишка перебросил ее на парту Ся Нинци.

Заметив, что та и не думает разворачивать послание, Ци Нань протянул руку и легонько ткнул ее в бок.

─ Ай…‑

От неожиданного тычка погруженная в лекцию Ся Нинци тихо охнула.

Она повернулась

и свирепо зыркнула на Ци Няня.

─ Тебе чего?‑

─ Прочитай записку.

Ся Нинци ничего не оставалось, кроме как развернуть бумажку.

Взглянув на написанное,

она слегка закусила губу, вывела в ответ одно слово: «Скучно» – и швырнула записку обратно.

Какая же бессердечная девчонка.

Ци Нань зевнул, его сморил сон, и он незаметно уткнулся носом в парту, провалившись в дрему.

…

Ему приснился сон.

Будто Ся Нинци заперла его в подвале

и привязала к пыточному столу.

Ее голос звучал с пугающим, почти психопатическим безумием:

─ Беги! Ты же так любил бегать? Давай, продолжай!

Ему перерезали сухожилия на ногах.

В руках у Ся Нинци был раскаленный докрасна на углях железный прут.

В следующее мгновение

видение оборвалось: прут летел прямо ему в лицо, Ци Нань с диким криком подорвался на месте, а застывший в глазах ужас все еще не рассеялся.

Фух, это всего лишь сон.

Тяжело отдуваясь, Ци Нань внезапно осознал, что стал центром внимания всего класса.

Профессор за кафедрой поправил очки на переносице.

─ Молодой человек, если вы не выспались, можете пойти постоять в конце аудитории.

Ци Нань: `....`

Прозвенел звонок с урока.

Простояв половину пары на ногах и вспоминая кошмар из сновидения, Ци Нань чувствовал, что душа буквально покидает тело.

Вернувшись за парту,

он застал Ся Нинци уже собравшей свои вещи.

Она равнодушно бросила на него взгляд.

─ В больницу идешь?‑

Ци Нань изумленно моргнул: ─ Серьезно, мне можно?‑

─ Как знаешь, можешь остаться.

Сохраняя привычное ледяное выражение лица, Ся Нинци отодвинула стул и уже собралась уходить.

─ Иду, я иду.

Раз уж она сама предложила, у Ци Няня не было ни малейшей причины отказываться.

В конце концов, если удастся расположить к себе старушку, глядишь, потом Ся Нинци ради бабушки снизит градус своей агрессии по отношению к нему.

Они вышли из аудитории,

но никак не ожидали столкнуться в коридоре с Линь Сяосяо и Е Фанем.

Линь Сяосяо держала в руках купленные в торговом центре часы и с лучезарной улыбкой протягивала их стоящему перед ней Е Фаню.

─ Братец Е Фань, это мой подарок тебе на день рождения, надеюсь, понравится.

Е Фань принял коробку, расплывшись в довольной улыбке: ─ Не ожидал, Сяосяо, что ты позвала меня именно ради этого.

─ Угу, братец Е Фань, тебе нравится? Я ведь за всю жизнь дарила подарки на день рождения только одному парню.

─ Нравится, очень нравится. Всё, что дарит Сяосяо, мне по душе.

─ Раз так, я спокойна.

Получив подарок, Е Фань даже протянул руку и ласково покроил Линь Сяосяо по макушке – со стороны это выглядело крайне нежно и интимно.

Линь Сяосяо хоть и почувствовала некоторую неловкость от столь внезапного жеста, но, вспомнив, что перед ней сам Е Фань, возражать не стала.

Ци Нань и Ся Нинци как раз проходили мимо,

став свидетелями этой сценки.

При этом зрелище

зрачки Ци Няня сузились до точек.

Это что еще за черт, разве это не главный герой? С какого перепугу он объявился в этот момент? Временная шкала же вообще не бьется с книжной!

Неужели из-за его вмешательства события начали развиваться с опережением?

Тогда ведь всё пропало?!

В его воображении уже вовсю рисовались кровавые картины совместного избиения его силами Ся Нинци и Е Фаня – зрелище поистине жуткое и непередаваемое!

В то же самое время

стоящая рядом Ся Нинци тоже заметила странную перемену в Ци Няне.

Решив, что он просто ревнует,

она почувствовала в душе неясный трепет.

Что же до Линь Сяосяо, то именно такого эффекта она и добивалась.

Позвав Е Фаня в этот час не только ради вручения подарка, она преследовала куда более важную цель: намеренно продемонстрировать Ци Наню их близость, чтобы он понял – свет клином на нем не сошелся.

Четыре человека разошлись в разные стороны.

Ци Нань не стал устраивать разборки с Линь Сяосяо и молча последовал за Ся Нинци вниз по лестнице.

Всю дорогу

лицо его оставалось мрачным, погружая мысли в глубокий анализ.

Судя по первоисточнику, в этот период Е Фань оставался обычным студентом колледжа, еще не добившимся успехов в бизнесе. Согласно хронологии, сначала он должен был закрутить роман с Линь Сяосяо, заработать свой первый капитал, а уже затем спасти главную героиню Ся Нинци, повсюду заступаясь за нее и превращаясь в лучик света в её мрачной жизни, а самого Ци Няня втоптать в грязь.

Но сейчас события развивались слишком стремительно, не оставляя ему ни секунды на передышку.

Раз так, придется слегка усложнить жизнь главному герою и поднять планку прокачки.

В романе упоминалось, что первый капитал Е Фань сколотил на студенческой интернет-торговле.

Значит, он опередит его на шаг и подошлет людей запустить аналогичную платформу подержанных вещей раньше срока, основательно затормозив его коммерческий взлет.

В конце концов, у него на руках готовый сценарий, гарантирующий прибыльность проекта.

Да и по сравнению с нынешним Е Фанем, в плане финансов и связей он превосходил того на голову.

…

Заметив отрешенное состояние Ци Няня,

Ся Нинци подумала про себя:

И правда, он просто увидел Линь Сяосяо и теперь ревнует. А ведь так хорошо ко мне в последнее время относился, наверняка лишь затем, чтобы заставить ее злиться, и всё те уговоры – сплошная ложь, просто считает меня наивной дурочкой.

…

Добравшись до больницы,

Ся Нинци провела Ци Няня в палату.

В руке он держал пакет с фруктами, купленными по дороге.

─ Бабушка, я к тебе пришла.

Старушка как раз отдыхала с закрытыми глазами, но, услышав голос, открыла их и заметила спутника внучки.

─ А это что за молодой человек?‑

Ся Нинци пояснила: ─ Это тот самый парень, который внес за меня деньги за операцию.

В глазах пожилой женщины мелькнула искренняя благодарность, она замахала рукой, подзывая Ци Няня ближе.

Положив фрукты на тумбочку, Ци Нань вежливо улыбнулся: ─ Здравствуйте, бабушка, я однокурсник Нинци, меня зовут Ци Нань.

─ Сяонань, ну ты и вежлив! Пришел так пришел, зачем еще фрукты нести?‑

─ Так ведь положено.

Перед пожилым человеком Ци Нань держался безупречно, демонстрируя образцовые манеры и почтительность.

─ Какой чудесный мальчик, Сяоци невероятно повезло с таким одноклассником.

Уголки рта Ци Няня нервно дернулись.

Если бы старушка узнала, что он раньше вытворял с ее внучкой, вряд ли бы сохранила столь высокие мысли.

─ Я ведь до сих пор не отблагодарила тебя за оплату операции, врачи сказали, без твоей помощи состояние могло сильно ухудшиться.

─ Пустяки, не стоит упоминания.

Старушка взяла Ци Няня за руку и тихонько спросила, наклонившись к уху: ─ Сяонань, признайся, ты часом не влюблен в нашу Сяоци?‑

Услышав такое, Ци Нань едва не изверг фонтаном кровь.

Он отчаянно замахал руками: ─ Нет-нет, бабушка, у меня и в мыслях не было ничего подобного в отношении Нинци.‑

Столь резкий отказ застал старушку врасплох.

Она прожила на свете больше половины века и прекрасно знала, что бескорыстной помощи не бывает: если Ци Нань выложил кругленькую сумму за больницу, на то должна быть веская причина. А кроме симпатии к Ся Нинци, никаких иных вариантов в голову не приходило.

─ Ладно, бабушка, у человека есть любимый человек, хватит гадать на кофейной гуще, – кипятя воду в чайнике, бросила Ся Нинци ледяным тоном.

─ Вот как… Что ж, тогда стариковские домыслы неуместны…

─ Всё в порядке, бабушка, я не против.‑

Дальше они долго беседовали: старушка расспрашивала Ци Няня о разном, вспоминая детские годы Ся Нинци и обсуждая простые житейские мелочи.

Слушая ее рассказы,

Ци Нань понял, что судьба женщины оказалась трагичной.

Единственный сын погиб в автокатастрофе, а муж не выдержал потрясения и скончался от рака.

Когда она уже была на грани отчаяния,

жизнь свела ее с такой же несчастной сиротой Ся Нинци.

Они стали опорой друг для друга.

Плетя корзинки из лозы и перебиваясь скудным заработком, бабушка вырастила Ся Нинци до совершеннолетия; пусть они не были связаны кровными узами, но стали ближе любых родственников.

…

Попрощавшись со старушкой, Ци Нань помахал рукой и вышел вслед за Ся Нинци из палаты.

─ Прости за всё. За то, как мерзко вел себя раньше.

─ Мне не нужна твоя жалость.

Характер Ся Нинци по-прежнему оставался жестким: ─ Если ты приближаешься ко мне с какими-то скрытыми целями, держись от меня подальше. Отныне мы в параллельных мирах.

─ Скрытыми целями? Это ты о чем?‑

Ся Нинци бросила на него холодный взгляд: ─ У меня нет ни малейшего желания подыгрывать твоему спектаклю влюбленной парочки перед Линь Сяосяо.

─ Я же сказал, Линь Сяосяо тут вообще ни при чем.

─ Тогда тем более прекрати докучать. Остаток медицинских расходов я погашу единым платежом, и больше я тебе ничем не обязана.

─ Ты все еще злишься на меня?‑

─ Всегда злилась. И это чувство не изменится.

Глядя на ее удаляющуюся спину, Ци Нань почувствовал, как начинает раскалываться голова.

Вчера ее тон казался куда мягче.

Но сегодня ее словно подменили – такое ощущение, будто с утра наглоталась пороха.

Преследовать ее он на сей раз не стал.

Появились дела поважнее.

Достав смартфон, он набрал номер своего телохранителя Сяохэя.

─ Слушаю, молодой господин, какие будут указания?‑

─ Заводи тачку, подгоняй к офису отца.‑

─ Сделано, кидай геолокацию, буду с минуты на минуту.‑

…

Группа «Инцай».

Войдя в высотку, Ци Нань благодаря своему статусу миновал охрану без единой заминки.

Добрашись до кабинета председателя правления, он толкнул дверь без стука и вошел.

За массивным столом из сандалового дерева

Ци Юньжуй развалился в кресле, увлеченно рубясь в какую-то видеоигру.

Услышав скрип открывающейся двери,

он в испуге спрятал приставку за спину и, толком не разобравшись, кто вошел, взревел от гнева: ─ Какого черта? Сто раз было сказано стучать перед входом! Совсем потеряли страх перед моим председательским словом?‑

Ци Нань привычным жестом закатил глаза.

─ Папаня, ты долго еще собираешься валять дурака на рабочем месте? Если ты не начнешь нормально зарабатывать, на что твоему сыну потом бездельничать?‑

Узнав нарушителя спокойствия,

Ци Юньжуй слегка расслабился: ─ Ах ты паршивец, с каких это пор ты среди бела дня заглядываешь в офис?‑

─ Есть один проект, нужны инвестиции.

─ Что за проект? Сразу предупреждаю: если опять для той девицы – проваливай к чертовой матери.‑

Ци Нань цыкнул языком: ─ Ты чего такой мнительный?‑

─ Мать мне докладывала, что ты подарил ей Порше! А ведь на мой день рождения ты соизволь сварить миску лапги долголетия, и ни единого подарка сверху!‑

─ Разве лапша плоха? Между прочим, сам лично готовил, вложил всю полноту отцовской… тьфу, сыновней любви.‑

─ Сам готовил? – Ци Юньжуй ткнул в лицо сыну пальцем. – Именно потому, что сам, она на вкус была как дерьмо! Нормальную лапшу едва не превратил в причину сокращения моей жизни!‑

Ци Нань почесал щеку, чувствуя себя неловко.

Решив вовремя сменить пластинку, он тут же вернул разговор в нужное русло.

─ Короче, я хочу вложиться в студенческую платформу подержанных вещей.‑

─ Обоснование? – Ци Юньжуй закинул в рот виноградину. – Раньше ты умел только транжирить семейный бюджет, а теперь впервые просишь денег на инвестиции. С чего бы мне тебе верить?‑

Ци Нань беззастенчиво уселся прямо на край стола.

─ Папа, у тебя связи по всему городу, просто приставь кого-нибудь следить за мной, и дело с концом.‑

Услышав это, Ци Юньжуй приподнял бровь и выпрямился в кресле.

─ Дать денег можно. Но сначала разложи по полочкам все плюсы.‑

Ци Нань заговорил уверенно и убедительно: ─ В кампусах куча студентов, клиентская база стабильная, не нужно тратить безумные суммы на привлечение пользователей, потребность сбывать ненужный хлам есть всегда. Это и комиссия с транзакций, и реклама, и сопутствующие услуги при минимальных вложениях и высокой доходности…‑

В ответ на эту тираду Ци Юньжуй выдал всего три слова: ─ У нейросети подсмотрел?‑

Раскусил…

Ци Нань сглотнул слюну. А что ему оставалось делать? Не заявлять же отцу напрямую, что у него на руках сценарий и он точно знает о безубыточности затеи!‑

…

Впрочем, в конечном счете Ци Юньжуй дал добро.

Потому что Ци Нань пустил в ход тяжелую артиллерию, пригрозив в случае отказа сдать матери секрет о найме молодой красавицы-секретарши.

─ Твой отец ценит деловые качества Сяо Ли!‑

Получив финансы, Ци Нань небрежно бросил напоследок: ─ Качества владения черными чулками у нее действительно на высоте.‑

Ци Юньжуй: `.....`

Теперь, когда деньги были на руках, остальное шло по накатанной: Ци Нань отыскал перспективную студию, перечислил средства и выдал четкую дорожную карту развития. Поскольку всё копировало шаги книжного главного героя, за рентабельность проекта он ни капли не переживал.

Даже если бы стартап не принес сверхприбыли, сам факт создания преград для главного героя уже радовал – по крайней мере, тот не вырастет слишком быстро и не прихлопнет его как букашку.

…

Ближе к вечеру.

Ся Нинци возвращалась домой после смены.

Весь день Ци Нань не появлялся у нее на глаза, будто испарившись в воздухе.

И к лучшему… хотя бы вокруг воцарилась тишина…

Вдыхая прохладу вечернего ветерка, Ся Нинци с грустью осознавала, что в конечном итоге она вновь осталась совсем одна.

─ Мяу~‑

Из кустов выпрыгнул котенок.

Пятнистый полосатый малыш выглядел совсем юным.

Привлеченная этим зрелищем, Ся Нинци присела на корточки.

Достав из кармана пакетик с сушеным мясом, подаренный коллегой,

она аккуратно разломила лакомство,

положила кусочек на ладонь и протянула котенку.

Зверек вовсе не испугался.

Мяукнув

в знак благодарности, он уткнулся носом и принялся за еду.

Район здесь глухой, бездомных животных водилось немало.

Поэтому Ся Нинци часто носила с собой гостинцы для подкормки, хотя, при всей своей любви к братьям меньшим, заводить питомца дома не планировала – себя бы прокормить, куда уж взваливать на плечи кого-то еще.

Небо постепенно серело.

Ци Нань как раз возвращался из офиса.

Шагая по гравийной дорожке, он издалека заметил присевшую фигурку Ся Нинци.

Рассредоточенные по плечам длинные пряди скрывали половину лица, но даже так угадывалась мягкая улыбка, придававшая образу сказочную нежность.

Лето клонилось к закату, и Ци Нань на мгновение замер.

Мгновение спустя

привычное умиротворение разрушил заливистый собачий лай.

─ Гав-гав!‑

Из переулка стрелой вылетела немецкая овчарка; видимо, не заметив сидевшую девушку, она на полном ходу врезалась прямо в нее.

Хрупкая фигурка Ся Нинци не могла выдержать тарана крупной собаки.

Потеряв равновесие от чудовищной инерции, она рухнула на землю.

Увидев это, Ци Нань со всех ног бросился вперед, даже не задумываясь.

─ Эй, Ся Нинци, ты цела?‑

─ Мяу! – вздыбив шерсть, котенок зашипел на пса.

А сама Ся Нинци, зажав ладонью лодыжку, скривилась от боли: ─ Ты… ты чего тут забыл?‑

Прежде чем Ци Нань успел ответить,

из-за угла донесся голос хозяйки собаки: ─ Ой, простите, извините ради бога! Не уследила за животным!‑

Женщина придерживала поясницу и тяжело дышала, судя по всему, беглец дал ей знатный кросс.

Подняв голову, Ци Нань впервые за долгое время сорвался на крик: ─ Выгуливать собак без поводка – это по-вашему нормально? А если бы на ее месте оказался пожилой человек? Вы хоть представляете, какими тяжелыми могли быть последствия?‑

Женщина опешила от подобного напора.

Она попыталась оправдаться, но слова застряли в горле, и в итоге выдавила: ─ Я… я могу компенсировать ущерб.‑

Ци Нань хотел было продолжить отчитывать ее, но Ся Нинци остановила его.

─ Хватит, компенсация не нужна. Просто в следующий раз пристегивайте собаку поводком, чтобы подобные инциденты не повторялись.‑

Лицо женщины просветлело, и она принялась кланяться: ─ Спасибо, поняла, клянусь впредь всегда водить на поводке, огромное спасибо за понимание!‑

Он уже собирался считать инцидент исчерпанным,

но Ци Нань уперся рогом: ─ Кто сказал, что компенсация не нужна? Раз я стал свидетелем – платите.‑

─ Но ведь пострадавшая сама говорит…‑

─ Она просто глупая и не от мира сего, неужто вы решили воспользоваться беспомощностью человека?‑

Бви бровки Ся Нинци сошлись на переносице.

С каких это пор она стала инвалидом?

─ Ладно, хорошо…‑

Женщина приняла Ци Няня за парня пострадавшей и, не желая обострять конфликт, спросила: ─ Сколько переводить?‑

─ Тысячу.‑

─ Э-э… не слишком ли много?‑

─ У нее растяжение лодыжки, минимум неделя постельного режима. С учетом лекарств и упущенного заработка тысяча – это еще по-божески.‑

Спорить женщина не стала.

Да и владельцы крупных собак обычно не бедствуют, так что она сразу согласилась.

─ Куда переводить?‑

─ Сканируй код, я сам ей потом отдам.‑

Ци Нань достал смартфон, и требуемая сумма мгновенно упала на счет.

Уходя, она отвесила овчарке увесистый подзатыльник со словами: ─ Во всем виноват ты, подонок чертов, вечно куда-то несешься!‑

Вокруг снова стихло.

Сидя на траве, Ся Нинци недоуменно спросила: ─ Зачем ты это сделал?‑

Ци Нань фыркнул: ─ Думаешь, твоя доброта на нее подействует? Запомни, люди – существа забывчивые, пока она не ударит рублем по карману, в следующий раз поводок не наденет. Это называется на чужих ошибках учатся.‑

─ Ох…‑

Ся Нинци опустила голову, не став спорить.

─ Идти можешь?‑

─ Да.‑

Она с трудом поднялась на ноги, и хотя лодыжка адски ныла, упрямо заковыляла вперед, напоминая неуклюжего птенца.

Ци Нань тяжело вздохнул.

─ И ты называешь это «можешь идти»?‑

─ Не твое дело!‑

Ся Нинци стиснула зубы, но не успела сделать и пары шагов, как почувствовала легкость во всем теле: чьи-то сильные руки подхватили ее под коленями, и в следующий миг она оказалась на руках у парня.

Испуганно охнув,

она рефлекторно обхватила Ци Няня за шею.

─ Ты… ты что творишь?‑

─ Совершаю добрые дела, попутно подброшу до дома.‑

Классический принцессный подхват: Ся Нинци весила меньше пятидесяти килограммов, так что для Ци Няня это не составляло никакого труда.

Щеки девушки моментально запылали, но она продолжала возмущаться: ─ Кто просил тебя носить меня? Я и сама дойду! А ну опусти немедленно, наглец!‑

Игнорируя ее протесты,

Ци Нань размеренным шагом направился в сторону жилого комплекса.

Спустя пару минут,

поняв, что колотите и бранить его бесполезно, Ся Нинци устало затихла, смирившись с неизбежным. Она лишь сильнее вцепилась пальцами в его воротник, оставив на коже несколько неглубоких царапин – следствие ее недавних отчаянных попыток вырваться.

Этот парень случаем не кот?

Когти у него царапаются довольно болезненно.

Ци Нань опустил взгляд на девушку.

Не сошедший с лица румянец делал ее удивительно беззащитной и трогательной.

Заметив его внимание,

Ся Нинци прикусила губу: ─ Тебе доставляет удовольствие выставлять меня на смех?‑

─ Мне доставляет удовольствие не смеяться над людьми, а любоваться красавицами.‑

…

Что у трезвого на уме, то у пьяного на языке.

Ся Нинци отродясь не слышала в свой адрес подобных нежностей, и её без того зардевшееся лицо вмиг полыхнуло ещё ярче.

Она отвела взгляд в сторону, наотрез отказываясь смотреть на Ци Наня.

Впрочем.

Сам виновник сего смущения не видел в этом ничего особенного – в конце концов, он просто выпалил это первое, что пришло в голову.

Оставшуюся дорогу оба молчали.

Под серебристым сиянием луны юноша нёс на руках девушку, и их общая тень тянулась далеко назад.

…

У порога квартиры.

Ци Нань бережно опустил Ся Нинци на землю.

─ Открывай давай.

Ся Нинци достала из кармана ключи, вставила в скважину и медленно повернула замок.

Стоя на одной ноге.

Заметив, что Ци Нань вовсе не собирается уходить, парень и девушка уставились друг на друга во все глаза.

Наконец первой не выдержала Ся Нинци: ─ Ты чего стоишь? Прямо перед дверью застрял?

─ Разумеется, собираюсь войти с тобой.

Услышав это, Ся Нинци скрестила руки на груди, принимая оборонительную позу, а на её лице промелькнуло откровенное отвращение: ─ Ясно! Значит, пришло время, и ты наконец-то обнажил свою истинную сущность. Предупреждаю: если вздумаешь выкинуть какую-нибудь гнусность, я после смерти стану мстительным призраком и всё равно не оставлю тебя в покое!

Сообразив, что его поняли совершенно неправильно, Ци Нань вздохнул: ─ Ты о чём вообще думаешь? Я всего лишь хочу помочь тебе с больной ногой, никаких тайных замыслов на твой счёт у меня нет.

─ Думаешь, я поверю?

Ци Нань подался ближе, и его раскосые глаза лукаво сузились: ─ Захотел бы я сделать с тобой что-то подобное – стал бы спрашивать разрешения? С твоей-то хромотой я бы тебя одной рукой к стене прижал.

Ся Нинци опустила взгляд, и её ладони судорожно сжались.

Приходилось признать: Ци Нань говорил правду. Задумай он недоброе, у неё не было бы ни малейшего шанса на сопротивление.

─ Даже так – я всё равно не хочу пускать тебя в квартиру.

Ци Нань пожал плечами: ─ Проще простого: пошли ко мне.

─ И не подумаю.

Ци Нань опустил глаза на распухшую лодыжку Ся Нинци: ─ Если не намазать мазью прямо сейчас, твоя нога скоро превратится в морковку.

Ся Нинци оттолкнула Ци Наня и зло осквернилась: ─ Превратится в морковку – и что с того? Хочешь её сожрать?

─ С удовольствием, обожаю морковку.

─ Ты совсем больной?

Они снова уперлись лбами.

Мысленно Ци Нань выругался: не будь она главной героиней этой истории, ему было бы глубоко наплевать, выживет она или нет.

Не оставалось ничего другого, как достать смартфон и сделать вид, будто он собирается кому-то звонить. ─ Ты что делаешь?…

─ Звоню твоей бабушке. Пусть она решает, позволено ли мне бросить тебя на произвол судьбы.

С того самого дня в больнице Ци Нань успел обменяться контактами со старушкой, и вот теперь этот номер пришёлся как нельзя кстати.

Увидев, что палец Ци Наня уже занёсся над кнопкой вызова.

Ся Нинци всё же сдалась.

─ Не звони… Я зайду, ладно?..

Всё что угодно.

Бабушка была её единственным слабым местом, и Ся Нинци меньше всего на свете хотела волновать старугою.

─ Что за выражение лица? Словно я какой-то бабайка.

─ Ты и есть…

─ Будь я бабайкой, бросил бы тебя на дороге. Попробуй-ка поволочь такую тяжесть – весишь как откормленный поросёнок.

Ся Нинци сжала зубы.

Этот невыносимый Ци Нань посмел назвать её толстой! Да в ней едва ли наберётся сорок с небольшим килограммов…

Вернувшись в квартиру.

Ци Нань кивнул на порог: ─ Проходи.

Вспомнив, что она едва передвигается, он всё же шагнул вперед и помог ей добраться донутри.

Надо признать.

Будь он порядочным человеком, его забота выглядела бы трогательно, но парень-то слыл законченным негодяем.

Так думала про себя Ся Нинци.

Сразу после этого её усадили на край кровати.

Эта съёмная квартира была совсем крошечной – по сути, сплошная студия без отдельной гостиной. Прямо с порога открывался вид на спальню, проход от кровати оставлял место для одного человека, а дверцы шкафа так и норовили задеть затылок.

Трудно было вообразить, что такой мажор, как Ци Нань, снимает точно такое же жильё, как у неё.

Ся Нинци окинула взглядом комнату.

Небольшое пространство оказалось идеально прибранным, в воздухе витал легкий аромат сандала – ненавязчивый, успокаивающий.

До ушей донёсся голос:

─ Посиди секунду, поищу аптечку.

Ци Нань согнулся в три погибели, методично обшаривая нижнюю полку старинной тумбочки.

Пару минут спустя.

Он извлёк из ящика флакон спрея и бутылочку бальзамахунхуа.

Не раздумывая, он направился к холодильнику, распахнул дверцу и достал оттуда заблаговременно замороженную бутылку минералки.

Расколол лёд пополам.

Разрезал пластик и вытряхнул ледяные глыбки.

После чего вернулся к Ся Нинци.

─ Ну всё, царевна-несмеяна, можешь снимать туфли.

Стоило заговорить о снятии обуви.

На лице Ся Нинци отразилось сомнение.

Прежде к ней уже не раз приставали незнакомые парни, выпрашивая в личных сообщениях её ношеные чулки или носки.

У всяких извращенцев свои причуды.

Этот Ци Нань наверняка из той же породы.

─ Чего застыла? Или мне самому тебе обувь снимать?

Лицо Ся Нинци залилось краской: ─ Отвернись…

─ Расслабься, я к чужой грязи привычный.

Будучи студентом-медиком, Ци Нань за годы учебы навидался такого, что давно утратил брезгливость.

Псих ненормальный!

Ся Нинци вспыхнула от гнева: ─ Я вообще-то чистая! Это ты грязный!

─ Ладно-ладно.

Спор был бесполезен, и Ци Нань послушно отвернулся.

Прошло около минуты.

За спиной раздался едва слышный шепот: ─ Вс… всё…

Ци Нань обернулся: белая кеда была сброшена, обнажая покрасневшую лодыжку и бледный подъем стопы, на котором проступали тонкие синие венки.

─ Ого! Какая знатная морковка!

Стоило шутке сорваться с языка.

Ся Нинци превозмогая боль вскинула ногу и саданула его в бок.

Ци Нань схватился за ушибленное место.

─ Ты чего драться-то сразу? Я же пошутил…

Ся Нинци сжала кулаки: ─ Сам напросился.

Больше не дурачась, Ци Нань приложил лёд для первичного охлаждения – это был самый действенный способ снять отёк в первые часы после растяжения.

Почувствовав холодок, струившийся от лодыжки.

Ся Нинци ощутила, как острая боль понемногу отступает.

В этот момент.

Глядя на Ци Наня, она вдруг вспомнила: кажется, за всю её долгую жизнь это был лишь второй человек после бабушки, кто проявлял к ней такую искреннюю заботу.

Прежде она всегда казалась независимой внешне, но внутри отчаянно жаждала тепла и любви. Из-за раннего сиротства и отсутствия родительской защиты ей приходилось возводить вокруг себя многослойную броню, ощетиниваясь, как ёжик.

Но почему именно он…

Тот самый человек, который ранил её больнее всех на свете, теперь сидит здесь и врачует её раны.

─ Ты…

─ М? – пальцы Ци Наня побелели от холода льда.

Ся Нинци невольно скользнула по ним взглядом.

─ Тебе не кажется, что жить в таком месте – это убожество?

─ Нормально. По крайней мере, здесь есть один дурак, с которым можно поболтать о музыке.

Ся Нинци прекрасно понимала, кого именно он называет дураком.

Но почему-то обиды это не вызывало.

…。

─ И сколько ещё держать этот лёд?

─ Минут пять, после чего можно будет нанести мазь.

Ся Нинци протянула руку: ─ Давай я сама.

─ Я тут думаю.

─ О чём?

─ Да ни о чём особенном. Просто подумал, что твои ноги на самом деле ничего такие.

─ Хрясь! ─

Ци Нань схлопотал пощёчину, а кусок льда перекочевал в руки Ся Нинци.

─ Ну ты и буйная! Я же комплимент делаю.

Ся Нинци покраснела до кончиков ушей: ─ Кто просил твои комплименты?!

Ци Нань потёр щеку с обиженным видом: ─ Назвал морковкой – не понравилось, похвалил красоту – опять недовольна. Свет не видывал такой вредной девчонки.

Внутри всё клокотало от негодования.

Он тут, между прочим, очков репутации заработать пытается!

Чего же всё так сложно-то!!

Ся Нинци проигнорировала его жалобы и прижала лёд к лодыжке; не прошло и двух минут – какие там пять! – как её пальцы страшно озябли.

─ Ну точно толстокожий.

Сгоряча получив порцию критики.

Ци Нань зыркнул на неё: ─ Да уж куда мне до твоей нежной кожицы.

─ Такая уж у меня кожа или нет, разве ты не должен был узнать, когда измывался надо мной раньше?

В комнате повисла тишина.

Ци Нань мысленно призадумался.

И вправду: Ся Нинци никогда не выглядела хрупкой фиалкой. Даже когда её травил прежний владелец тела, она ни разу не склонила голову первой.

Вода от растаявшего льда капала на пол.

Решив, что холод приложили достаточно, Ци Нань велел ей убрать лёд, вытащил лечебный спрей, аккуратно обработал ногу и поверх зафиксировал всё эластичным бинтом.

Закончив с процедурами.

Ци Нань утёр пот со лба.

─ Всё, готово.

Ся Нинци опустила глаза на собственную ногу, замотанную так, что она стала похожа на праздничный кусок бамбука, и тревожно пробормотала: ─ И как я завтра потащусь на пары и подработку?

Услышав это.

Ци Нань отвесил ей лёгкий щелчок по лбу: ─ Какая тебе подработка? Возомнила себя суперменом?

Ся Нинци прикрыла лоб ладонью.

Из-за чувствительной кожи на ней тут же остался розоватый след.

─ Но на учебу-то я могу пойти?

─ Аудитория на шестом этаже. Если хочешь запрыгать туда на одной ножке – ради бога, пробуй.

Ся Нинци сникла: ─ Значит, сидеть взаперти?

─ Точнее – лежать в постели.

Ся Нинци: …

…

─ Мне пора возвращаться.

─ Прекрасно, тогда прыгай.

Ся Нинци терпеть не проигрывала: ─ Ну и попрыгаю.

Она подхватила кеды и неуверенно выпрямилась на одной ноге.

Раз, два, три.

Ци Нань шёл следом, поймав себя на мысли, что эти прыжки выглядят комично – ну вылитый пухлый хромой кролик.

Не прошло и пары шагов, как Ся Нинци выдохлась.

Но сознание того, что сзади за её позором наблюдает этот паразит, заставило её стиснуть зубы и продолжить путь.

Без опоры в виде трости.

Прыгать на одной ноге – верный способ потерять равновесие.

А поскольку Ся Нинци спешила, баланс был утерян окончательно, и она полетела назад.

Она ведь была вовсе не кроликом.

Ожидая удара затылком об пол.

Ся Нинци зажмурилась.

В следующее мгновение жуткой боли не последовало – вместо этого она рухнула прямо в объятия Ци Наня.

От него пахло всё тем же знакомым.

Успокаивающим ароматом сандала.

Она приоткрыла глаза и уперлась взглядом в чёткую линию подбородка юноши; сердце на секунду замерло, но стоило вспомнить, кто перед ней, как напускное равновесие вернулось.

Ци Нань прищурился в улыбке: ─ А хорохориться всё-таки не стоило.

─ Не твоё дело.

Поставив её ровно, Ци Нань кашлянул: ─ Ты что, правда собралась уходить вот так? Ничего не хочешь оставить на память?

Ся Нинци закусила губу, в её голосе зазвучала настороженность: ─ Это к чему ещё?

Сквозь вырез майки едва проступали очертания высоких ключиц.

Ци Нань благоразумно отвёл глаза.

─ Я про WeChat, дурочка ты этакая. О чём ты только подумала?

Контакт?

Ся Нинци нахмурилась: ─ Зачем это тебе?

─ Перевести тебе деньги, старейшина! Хозяин той собаки выплатил компенсацию, неужто не хочешь забрать?

Вот оно что…

Ся Нинци опустила глаза и достала из кармана шортов телефон; изначально она собиралась просто показать QR-код для перевода, но чья-то злая воля заставила палец нажать на карточку профиля.

«Дзынь»

Прежде чем она успела выйти.

Ци Нань проворно отсканировал код с экрана и успешно добавил её в друзья.

─ Переведу деньги – сразу удалю.

Уголки губ Ци Наня дернулись, и он включил режим наглого шантажа: ─ Тогда я буду платить в рассрочку – по пятьдесят юаней в день. Удалишь меня – и всей суммы больше не увидишь.

─ Плевать, я всё равно должна тебе за медицинские услуги, пусть эта тысяча идёт в счёт долга.

Тяжело вздохнув.

Ци Нань улыбнулся и перевёл всю тысячу целиком: ─ Ладно, оставь деньги на лекарства себе, а WeChat… можешь удалять, если так хочется.

─ Ты меня жалеешь?

─ Эм…—

Ся Нинци погасила экран телефона. Удалять контакт она почему-то не стала, как и принимать деньги, лишь гордо бросила напоследок: ─ Добавила тебя в друзья только для того, чтобы вернуть долг, твоя жалось и подачки мне даром не нужны.

Не зная, что на это ответить.

Ци Нань подставил ей плечо.

─ Опирайся на меня, только не вздумай снова навернуться. Завтра поищу тебе нормальную палку, иначе ночью до туалета даже пописать не доковыляешь.

─ Ты можешь выражаться чуть пристойнее?!

─ Ладно…

Подумав секунду, Ци Нань исправился: ─ Иначе твой мочевой пузырь ночью будет горько плакать в одиночестве.

Ся Нинци: …

…

Вернувшись в комнату, Ся Нинци умылась, написала сообщения куратору и менеджеру подработки в чайной лавке, после чего принялась за дневник.

«Сегодня Ли Цянь уволилась из чайной, потому что уходит на практику. На душе немного грустно, ведь с ней было так легко болтать, а теперь мы, возможно, больше никогда не увидимся…»

«Но главное – какой же выдался неудачный день! Возвращаясь с работы, угораздило же меня попасть под эту немецкую овчарку, которая сломала мне ногу… и мало того, что этот негодяй меня притащил сюда, так еще и понёс на руках… как в каких-то сопливых дорамах…»

«Хоть он и полечил мою ногу, он всё равно мерзавец! Буду ненавидеть его до конца жизни!»

Захлопнув блокнот.

Ся Нинци забралась под одеяло.

То ли от скуки, то ли от избытка свободного времени, при свете ночника она принялась разглядывать собственные пальцы ног. Лак на них отсутствовал, но ногти были аккуратно подстрижены в форме аккуратных полукружий.

И неужели они вправду такие красивые…

Девушка свернулась калачиком, зарывшись подбородком в колени, и наружу выглядывали лишь её сияющие глаза.

…

─ Братик Е Фань, это те сто тысяч, что я собрала со всех своих сбережений, надеюсь, они тебе помогут.

Увидев уведомление о переводе на экране телефона.

Е Фань расплылся в улыбке и, не задумываясь, отбил ответное сообщение: «Спасибо за доверие, Сяосяо! Я обязательно добьюсь успеха в своём деле и никогда не забуду твоей помощи».

Ответ прилетел мгновенно.

«Да! Сяосяо просто верит в способности братика Е Фаня, поэтому и одолжила эти сто тысяч без колебаний».

Шутка ли.

Он ведь главный герой.

Е Фань ещё со школьной скамьи знал, что он – избранный сын небес. Чего бы он ни задумывал, какими бы тернистыми ни казались пути, в конце концов он всегда добивался успеха. Наверное, с бизнесом всё будет работать по тому же сценарию.

«Кстати, Сяосяо, я тут слышал, за тобой всё ещё увивается какой-то парень по имени Ци Нань?»

По ту сторону экрана.

Линь Сяосяо скривила личико: «Ага, он клеится ко мне уже целый год, воображая, будто деньгами может заставить меня полюбить его. Даже пригрозил подарить Порше, если я буду с ним встречаться, но я послала его без раздумий».

«Приходится тебе несладко. Если он ещё раз вздумает приставать, сразу пиши мне – я явлюсь по первому зову».

Уголки рта Линь Сяосяо приподнялись.

«Хорошо, братик Е Фань, Сяосяо запомнила. Правда, в последнее время он, похоже, пропал с горизонтов».

«Почему это?»

«Потому что после моего жёсткого отказа ему, видимо, стало стыдно, и он переключился на другую девчонку из нашего класса – Ся Нинци».

«Ся Нинци? Это не та ли девица с сомнительной репутацией?»

«Она самая. Этот грязный слух распустил именно Ци Нань, а теперь, наверное, пытается досадить мне и пристал к ней».

Линь Сяосяо предусмотрительно умолчала о том, что сама принимала активное участие в этой травле и являлась главным вдохновителем слухов, оставив свой образ кристально чистым, словно белая лотосовая чашечка. Какая же она всё-таки лицемерная стерва.

Ци Нань, значит?

Уже по имени понятно, что ничего хорошего от него ждать не стоит.

«Этот парень – законченный отброс, Сяосяо, постарайся держаться от него подальше».

«Угу, я поняла».

Закончив переписку.

Е Фань тут же выбросил этого персонажа из головы.

В конце концов, с подобными мелкими злодеями, вроде Ци Наня, он сталкивался со старшей школы, и каждый из них неизменно кончал плохо. В этом и заключалось преимущество главного героя.

Что же касается этой девчонки Ся Нинци…

Она выглядела точь-в-точь как героиня из романов, которую должен спасти главный герой. Наверняка ему хватит мимолётного жеста, чтобы она пообещала ему своё сердце.

…

Наступило утро.

Ся Нинци проснулась.

Растяжение никуда не делось, лодыжка раздулась до размеров парового пирожка, и малейшее движение отзывалось болью.

Делать было нечего: опершись на одну ногу, она кое-как доковыляла до ванной.

Зубная щётка едва успела пройти половину пути.

Как в дверь постучали.

Пришлось бросить щётку, крикнуть «Иду!» и, хромая на один бок, добраться до входной двери, чтобы повернуть замок.

Стоило створке приоткрыться.

Как в образовавшуюся щель просунулась рука с пакетом завтрака.

─ Та-дам! Завтрак для тебя.

Ся Нинци попыталась захлопнуть дверь, но его нога застряла в проёме, напрочь лишая её этого шанса.

Пришлось распахнуть дверь до конца.

─ Ещё и костыль принёс, так тебе будет проще передвигаться, ─ в одной руке Ци Нань держал пакет, а в другой – пару новеньких костылей.

─ Мне ничего не нужно.

Ся Нинци только проснулась: растрёпанные волосы торчали во все стороны, но безупречные черты лица ничуть не портили общего вида.

─ Перестань капризничать, нельзя же быть такой упрямой?

─ Кто тут упрямится?!

Ся Нинци ощетинилась, словно задетая кошка, и зло оскалила зубы.

В конце концов.

Она всё ещё не привыкла к незаслуженной заботе Ци Наня.

Ведь за годы одиночества.

Любые проявления чужой доброты вызывали у неё лишь растерянность и желание забиться в защитную раковину.

─ Ладно, пусть упрямлюсь я.

Ци Нань сунул ей в руки костыли и пакет с едой: ─ Держи, мне пора на пары, опоздаю.

Поколебавшись секунду, Ся Нинци всё-таки приняла костыли.

Ци Нань махнул ей рукой на прощание: ─ Побежал, вернусь – снова намажу ногу.

С этими словами.

Юноша развернулся, оставляя позади лишь удаляющийся силуэт.

Ся Нинци тупо уставилась на завтрак в своих руках, а затем на удаляющуюся фигуру парня, чувствуя странную иллюзию, словно её муж только что отправился на работу.

Нет-нет-нет.

О чём это она вообще думает?

Он же законченный негодяй, который вечно над ней издевался, поддаваться на эти сладкие ловушки нельзя ни в коем случае.

Хотя мысленно она и уговаривала себя так.

Но перед лицом его заботы Ся Нинци вновь чувствовала полную беспомощность.

В следующий раз.

Уж в следующий раз она точно его отшьёт! Начиная с сегодняшнего дня она больше не примет ни единой помощи, ведь всё это – лишь его методы одурманивания.

Ся Нинци уже в который раз клялась себе в этом.

…

Ци Нань тем временем добрался до университета.

Созданная им студия уже вовсю кипела работой: по расчётам, версию платформы для б/у вещей удастся допилить менее чем за полмесяца.

Такой темп оказался вдвое быстрее, чем у главного героя из оригинального романа.

«Отлично. Если закончите в срок, выдам каждому дополнительную премию».

Ответ пришёл молниеносно.

«Понял, босс! Наша команда готова не спать и не есть, но к концу месяца всё будет готово».

Ци Нань с довольным видом убрал смартфон.

Хорошо, что всё шло по плану.

Отрепав утренние лекции.

Ци Нань велел своему телохранителю Сяохэю заехать за ним.

Судя по хронологии первоисточника, ровно сегодня должен был разыграться один крайне важный сюжетный эпизод.

У школьных ворот.

Сяохэй озадаченно почесал затылок: ─ Молодой господин, ладно ещё позвать меня, но зачем велел тащить железяки?

─ Велел – значит, скоро понадобятся.

Сяохэй скривил лицо; хотя он не понимал затеи хозяина, на всякий случай решил предупредить:

─ Молодой господин, убивать и жечь я точно не буду.

─ Спокойно, отменять убийства мы не станем, мы займёмся прямо противоположным, ─ с загадочным видом протянул Ци Нань, ─ Спасением, водой и влагой.

Услышав это.

И без того ошарашенный Сяохэй выпал в осадок окончательно.

Раньше хозяйская голова казалась ему простой донельзя, но в последнее время в извилинах его мозга происходили какие-то чересчур сложные процессы.

Углубляться в объяснения Ци Нань не стал, усевшись на пассажирское сиденье Порше.

─ Вот адрес, гони туда, куда укажу по навигатору.

На экране высветился тихий перекрёсток.

Добравшись до места по навигатору, Сяохэй обнаружил абсолютную пустоту.

─ Эм… ─ Сяохэй растерянно моргнул. ─ Молодой господин, и что мы тут забыли?

Вокруг не было ничего, кроме старой библиотеки.

Неужели их молодой господин решил приобщиться к книгам?

Уж в это он поверил бы скорее, чем в то, что сам он – реинкарнация Цинь Шихуанди…

Ци Нань бросил взгляд на часы.

Ровно через три минуты здесь должны появиться маленькая девочка, похитители и сам Е Фань.

…

В этот самый момент сюжета.

Злопыхатели из подземной банды Цинлун должны были воспользоваться случаем и похитить дочь своего главаря, а оказавшийся поблизости главный герой Е Фань – благородно вмешаться, запомнить номер машины и внешность похитителей, а после активно посодействовать полиции в их поимке.

В результате, пережив это происшествие, он успешно завоевывает расположение лидера банды Цинлун, а в будущем, построив собственную бизнес-империю, и вовсе берет Цинлун под свое крыло, превратив их в надежнейший щит, действующий в тени.

Что же думал обо всем этом?

Ци Нань мысленно послал этот сценарий к чертям!

В середине истории эта самая Банда Цинлун использовала против прежнего владельца тела любые, самые грязные и жестокие методы.

И все из-за этой тесной связи.

Прежний хозяин до смерти боялся Е Фаня, не смея тронуть и волоска на его голове, и всю дорогу послушно служил для него удобным мальчиком для битья.

Чтобы не повторить его печальную судьбу, Ци Нань и решил объявиться здесь лично, чтобы повернуть сюжет вспять.

Хотя сражаться с обладающим сюжетной броней Е Фанем ему не улыбалось.

Но если он действительно позволит Е Фаню завязать знакомство с Бандой Цинлун, у него самого в дальнейшем попросту не останется выхода.

В конце концов, шпионская сеть Цинлун раскинулась по всему миру, и куда бы он ни сбежал, исход был бы один – его обнаружат и прикончат, как паршивую курицу.

Такой участи Ци Нань себе вовсе не желал.

Как бы то ни было, сегодня он был намерен изменить собственную судьбу.

Время неумолимо отсчитывало последние секунды.

Ци Нань окликнул Сяохэя, усаживая того в машину, и шепнул ему на ухо: ─ Через пару десятков секунд из того черного фургона выскочат трое здоровенных амбала. Их цель – девчушка в коричневой бейсболке, которая только что вышла из библиотеки. Твоя задача – как следует врезать этим гадинам и сорвать их планы.

─ А что насчет полиции? Я уже заранее обо всем позаботился.

Ци Нань всецело полагался на боевую выучку Сяохэя: тот с детства занимался единоборствами и еще в прошлом году получил черный пояс по тхэквондо, так что справиться с тремя бандитами для него не составляло труда.

Однако Сяохэй смотрел на него с изрядной долей скепсиса.

─ Молодой господин, вы ведь шутите, правда? Если вы не умеете предсказывать будущее, то откуда вам знать, что произойдет в следующую секунду?

У Ци Наня не оставалось времени на долгие объяснения.

Заметив, что девочка вышла из здания и направилась к углу улицы, он без лишних слов двинулся в ее сторону.

─ Ого, и правда девчонка в бейсболке.

В ту же секунду.

Из черного микроавтобуса синхронно выпрыгнули трое покрытых татуировками громил.

Главарь с ирокезом рявкнул: ─ Камер здесь нет, работаем быстро.

Завидев бегущих к ней людей.

Малышка от страха замерла на месте.

Она впервые в жизни отправилась на прогулку в одиночку, не предупредив домашних, и никак не ожидала угодить в такую переделку.

В момент наивысшей растерянности.

Словно видение, возник Ци Нань и, раскинув руки, заслонил ее собой.

─ Вы что творите? Я уже вызвал полицию!

Троица резко затормозила.

Появление Ци Наня явно застало их врасплох.

Двое подручных переглянулись и уставились на вожака с ирокезом: ─ Босс, и что теперь делать?─ Тот оскалился в бессильной злобе.

Мысленно выругавшись.

Черрт! Похоже, он просчитался: перед выходом ему показалось, что вокруг ни души.

Но раз уж зашли так далеко, отступать было некуда.

─ Продолжаем! Если понадобится, заберем и этого паренька.

─ Поняли.

Бросив короткий ответ, те ни во что не ставили Ци Наня.

Один из них, блондин, занес кулак.

И в тот момент, когда удар должен был обрушиться на лицо Ци Наня, подоспевший Сяохэй наотмашь перехватил его запястье.

А маленькая девочка вжалась в ногу Ци Наня и горько заплакала, искренне полагая, что им двоим конец.

Но вопреки ожиданиям страшного не случилось – вместо этого изнурительные стоны и хруст ломающихся костей раздались со стороны тех двоих нападавших.

─ А-а! Моя рука!─ Хватит, хватит, братишка, не крути, оторвешь ведь!─

Главарь с ирокезом окинул взглядом поле боя.

Один валялся на асфальте, другому выкрутили руку – лицо атамана мгновенно позеленело.

Мать твою, что за чертовщина? Его лучшие подручные оказались повержены в мгновение ока.

─ Так, остался еще один.

Сяохэй размял шею и неторопливо двинулся в сторону вожака.

Словно завидев саму смерть.

Главарь инстинктивно попятился.

Черный фургон издал протяжное «бип-бип», стекло со стороны водителя опустилось, и оттуда выглянул испуганный шофер: ─ Босс, сматываемся! Полицейские сирены уже близко!─

─ Чего? Этот парень реально позвонил в полицию?!─

Не желая усугублять положение.

Главарь бросился наутек, но не успел сделать и шага, как мощный удар ноги Сяохэя отправил его в нокаут.

Водитель побелел от ужаса.

В панике он вдавил педаль газа в пол и, бросив подельников на произвол судьбы, умчался прочь.

Подоспевшая полиция окружила место происшествия.

Ци Нань потрепал девочку по макушке и мягко произнес: ─ Можешь открывать глазки, плохие дяди уже наказаны.

Услышав это.

Она робко приоткрыла глаза, и ее взору предстало успокаивающее лицо Ци Наня.

─ Дядя полицейский, я все видела! Номер машины – 7698, да, это был седьмой троллейбус... тьфу, номер 7698!─

Неизвестно откуда вынырнувший Е Фань принялся усердно изображать бурную деятельность перед стражами порядка.

─ Так это вы избили этих троих?─

─ Нет-нет, я просто мимо проходил, – поспешно открестился Е Фань. ─ Я всего лишь свидетель, к этой драке не имею никакого отношения.

Е Фань совершенно не владел ситуацией и наивно полагал, что Ци Нань с телохранителем просто устроили разборки.

Полицейский нахмурился и уточнил: ─ Кто звонил в полицию?─

Ци Нань поднял руку: ─ Я.─

─ Вы заявили о попытке похищения ребенка? У вас есть доказательства?─

Ци Нань промолчал.

Выручить его поспешила та самая девочка: ─ Я могу подтвердить слова этого братика! Те трое действительно хотели меня похитить, а эти двое меня спасли!─

─ Вот как.─

Е Фань тут же оживился, протиснулся вперед и, копируя Ци Наня, потрепал девочку по голове: ─ Малышка, защищать тебя – долг каждого старшего. Главное, что ты в безопасности.─

Наблюдая эту сцену.

У Ци Наня запульсировало в висках.

Неудивительно, что этот тип стал главным героем – бесстыдства ему было не занимать...

Девочка брезгливо сморщила носик, отшатнулась от него и снова вцепилась в штанину Ци Наня, бросив ледяным тоном: ─ Ты вообще кто такой?─

─ Меня зовут Е Фань, можешь звать меня братишком Е.─

Его «целебная» улыбка на сей раз не произвела на ребенка никакого впечатления.

Осознав, что его безотказное обаяние дало сбой, Е Фань застыл с кислым выражением лица, чувствуя себя крайне неловко.

─ Твое имя Ци Нань, верно?─

─ Да, все так.─

Полицейский уткнулся в блокнот, начиная заполнять протокол.

Долетевшая до слуха Е Фаня фамилия заставила его настороженно приподнять брови.

Это имя? Разве не он докучал Линь Сяосяо и Ся Нинци?

...

─ Ах вы твари, я вас с собой утащу!─

В тот момент, когда стражи порядка уже собирались защелкнуть наручники на запястьях главаря, тот с диким криком вырвался из хватки, выхватил из кармана блеснувший лезвием нож и, словно безумный, бросился прямо на девочку.

─ Осторожно!─

Сяохэй попытался преградить ему путь, но всё произошло слишком стремительно – даже его реакции не хватило для мгновенного перехвата.

Оставалось лишь смотреть, как безумец с налитыми кровью глазами заносит нож.

Из его горла вырывался хриплый вопль: ─ Все равно помирать! Так хоть прихвачу кого с собой! Даже если меня упекут за решетку, Су Циншань жизни не увидит!─

В критическую секунду.

Вновь вмешался Ци Нань: пусть он был безоружен, но голыми руками намертво вцепился в опущенное лезвие.

Алая кровь закапала с его ладони на серый асфальт.

От одного вида этой раны становилось боязно.

А стоявший за спиной девочки Е Фань попросту выпал в осадок, совершенно не соображая, как реагировать.

По сравнению с прошлыми стычками эта ситуация была на порядок опаснее – даже зная о своем статусе главного героя, он бы ни за что не стал рисковать собственной шкурой.

Лицо главаря исказилось.

Он никак не ожидал, что у Ци Наня хватит духу голыми руками остановить нож.

Опомнившиеся полицейские и Сяохэй в мгновение ока скрутили обезумевшего преступника.

Нож со звоном упал на землю.

Губы Ци Наня побелели, а на ладони зияла страшная рваная рана, из которой непрерывно сочилась кровь.

Он панически боялся боли.

Но перед лицом угрозы юной, только расцветающей жизни инстинкт самосохранения сработал вопреки всему – и это не имело ничего общего с развитием сюжета, ведь такого поворота не просчитывал даже он сам.

─ Скорую! Вызовите скорую! Кто-нибудь, ранен человек!─

...

В больничной палате.

В небольшом помещении собралось неожиданно много народу.

По обе стороны от больничной койки расположились спасенная девочка и суровый мужчина с заметным шрамом на лице.

─ Я Су Циншань, отец Су Цин. Огромное вам спасибо за сегодняшний подвиг – если бы не вы, моя девочка могла погибнуть.─

Правая рука Ци Наня была надежно забинтована наподобие увесистого кочана, а левую крепко сжимал в своих ладонях Су Циншань. На лице мужчины читалось такое искреннее благоговение, казалось, он готов был тут же рухнуть на колени.

Видя это.

Ци Нань поспешно отмахнулся: ─ Пустяки, я просто поступил так, как должен был.─

Сидевшая рядом Су Цин обвила ручонками его шею: ─ Братик – спаситель Сяоцин, я обязательно отплачу тебе, когда вырасту!─

В суматохе происшествия.

Ци Нань толком не рассмотрел лицо девчушки, а теперь, когда та сняла бейсболку, он с удивлением отметил, что малышка и впрямь хорошенькая: пухлые щечки с нежным румянцем и огромные выразительные глаза выдавали в ней будущую красавицу, несмотря на юный возраст.

─ Братику не нужна твоя плата, главное – впредь будь осторожнее.─

Су Цин упрямо затрясла головой.

─ Нет-нет, папа учил меня: добро за добро – это закон справедливости!─

Су Циншань охотно поддержал дочь: ─ Верно говорите, братишка Ци Нань, теперь вы наш благодетель. Просите что угодно – деньги, влияние, всё, что в моих силах, будет исполнено.─

Ци Нань призадумался: в общем-то, в деньгах он особо не нуждался, да и первоначальная цель была достигнута, поэтому он бросил в шутку: ─ Раз так, поцелуй-ка брата в щеку.─

Щечки Су Цин порозовели, а голос звучал предельно мягко: ─ Разве у братика такие простые желания?─

─ Ага, именно такие.─

─ Ну ладно.─

В следующую секунду.

Девочка приподнялась на цыпочках и легко чмокнула его в щеку.

Прикосновение оказалось таким нежным, что Ци Нань расплылся в довольной улыбке, чувствуя, как исцеляется каждая клеточка его тела.

─ Тебе понравилось?─

Смущенная Су Цин выглядела донельзя умилительно.

─ Да, – кивнул Ци Нань с улыбкой. ─ Братик доволен.─

Су Цин просияла от радости.

Перед лицом этого взрослого парня.

Она испытывала странное, ни с чем не сравнимое доверие, ощущая, что способна радоваться целому дню от одной лишь похвалы.

А стоявший рядом Су Циншань зауважал Ци Наня еще сильнее.

Парень не гнался ни за славой, ни за богатством, проявив беспримерное мужество и благородство, сполна оправдав те самые высокие понятия о чести – поистине редкая и ценная удача встретить такого благодетеля.

Колеблясь всего мгновение.

Су Циншань принял решение побрататься с Ци Нанем.

─ Братишка Ци Нань, я бесконечно благодарен за твое спасение. Раз золото тебе не нужно, давай станем названными братьями! Отныне ты – почетный гость Банды Цинлун, и если кому-то вздумается перейти тебе дорогу, мои люди разорвут его на куски.─

─ Чего?─

Округлив глаза, Ци Нань никак не ожидал столь щедрого предложения и поспешил отказаться: ─ Брат Циншань, это ведь чересчур... Пожалуй, я недостоин такой чести.─

─ Хватит разговоров! Эргоу, неси вино, сегодня же побратаемся с моим дорогим братишкой Ци Нанем!─

Все присутствующие остолбенели.

Особенно Е Фань, оказавшийся в эпицентре событий.

Он-то рассчитывал снискать расположение Су Циншаня своими заслугами, а в итоге главным бенефициаром вновь оказался Ци Нань.

Какого черта?!

Разве не по его сценарию все должно было развиваться?

В прошлых приключениях именно он играл ключевую роль, но сейчас превратился в какого-то статиста.

Неужели по канону не он должен был завоевать доверие Су Циншаня и постепенно прибрать к рукам банду?

Отказываясь верить в происходящее.

Е Фань снова вылез вперед.

─ Брат Циншань, это ведь я запомнил номер машины похитителей! Хотя это и помогло вам накрыть их логово, мне вовсе не нужна благодарность – я просто делал то, что должен.─

Пауза затянулась на пару секунд.

Су Циншань лишь равнодушно бросил: «Ясно».

И это все?

Даже не пригласил побрататься? Сюжет дал сбой?!

Не унимаясь, Е Фань попытался напроситься на продолжение: ─ У вас разве больше нет слов?─

Су Циншань нахмурился, явно теряя терпение: ─ Ты же сам сказал, что не нуждаешься в благодарности?─

─ Эм...─

У Е Фаня застрял ком в горле.

Всю злость за неудачу он мгновенно перенес на Ци Наня, сверкнув в его сторону полным скрытой враждебности взглядом.

Наверняка во всем виноват этот гад.

Похоже, именно он и есть главный злодей этой университетской арки.

Е Фань усмехнулся.

Ничего страшного, мелкая помеха. В конце концов, победа все равно останется за ним, ведь он – главный герой, под которого подстраивается весь мир. Эта закономерность прослеживалась еще с тех пор, как он спас Линь Сяосяо в детстве.

В средних и старших классах ему тоже попадались подобные антагонисты, но все они неизменно превращались лишь в ступени для его взлета.

Будучи сиротой, Е Фань без труда поступил в Университет Линьхай, проходя через череду испытаний, где невидимая рука словно расчищала ему путь, позволяя с легкостью преодолевать любые кризисы и укрепляя веру в то, что он – истинный избранник небес.

Остальные не заметили его взгляда, но Ци Нань ощутил его всей кожей.

На душе стало тревожно.

Похоже, Е Фань взял его на прицел, а для злодея вроде него это сулило сплошные неприятности.

Наконец принесли вино.

Не сумев противостоять напору Су Циншаня, Ци Нань все-таки прошел обряд побратимства.

Звук чокающихся чарок прямо в больничной палате выглядел донельзя абсурдно.

...

В квартире.

Ся Нинци из-за подвернутой лодыжки провела дома весь день.

Томясь от скуки, она принялась перебирать губную гармошку, разучивая новые мелодии, но почему-то раз за разом в памяти всплывал тот вечер, когда они играли дуэтом с Ци Нанем.

Время незаметно перевалило за вечер.

В комнате стояла привычная тишина, и никто не тревожил ее стуком в дверь.

Она приникла к столу.

Бессмысленно листая ленту коротких видео на экране смартфона.

Порой Ся Нинци ловила себя на мысли, что неплохо было бы завести кота – тогда даже в полном одиночестве не было бы так тоскливо.

Спустя какое-то время.

Строка уведомлений на экране ожила.

На аватарке красовалась забавная мордашка щенка.

Подпись: «Злодей».

Ся Нинци вскинула голову, выпрямила спину и кликнула по сообщению, открывая диалог.

«Сегодня не смогу вернуться. Мазь лежит на прикроватной тумбе, а запасной ключ от квартиры я спрятал в металлическом ящике электрощитка, можешь взять сама».

Что это еще значит?

Любопытство взяло верх, она уже хотела спросить, что стряслось, но, набрав пару символов, тут же стерла их.

Какое ей дело, куда он запропастился? Даже если он там подохнет, ее это ни капли не волнует.

Ся Нинци долго сверлила экран взглядом.

Не придумав подходящего ответа, она просто захлопнула чат.

Бросив телефон на стол.

Ся Нинци тяжело вздохнула и снова уткнулась лицом в столешницу.

...

Прошло два дня.

В больничной палате.

Врачи подтвердили, что лезвие не задело нервные окончания, что можно считать чудом. Оставалось лишь соблюдать покой: шрам, конечно, останется, но на дальнейшей жизни это никак не отразится.

Выписавшись из больницы, Ци Нань никак не ожидал, что маленькая Су Цин привяжется к нему с такой силой: стоило ей закончить занятия, как она мчалась к нему, и даже сейчас, когда он возвращался домой, эта егоза хвостиком семенила позади.

─ Сяоцин, уже поздно, беги домой – отец наверняка волнуется.─

Су Цин лучезарно улыбнулась: ─ Всё в порядке, я предупредила папу. Завтра же выходной, я переночую у братика!─

У Ци Наня от таких перспектив помрачнело на душе.

Он еще слишком молод, чтобы загреметь в тюрьму за похищение драконьей дочки.

─ Моя квартира крошечная, тебе будет неудобно.─

Су Цин ухватила его за руку и с ангельской наивностью заявила: ─ Ничего страшного, пока братик рядом, я согласна хоть на улице ночевать.─

Сердце растаяло.

Ну как можно устоять перед таким ангелочком?

Не найдя в себе сил отказать, Ци Нань лишь потрепал ее по макушке: ─ Ладно, тогда братик постелет себе на полу.─

─ А вместе нельзя поспать?─

─ Кровать маленькая, только для одного.─

─ Эх...─

За спиной у девочки болтался розовый рюкзачок с Hello Kitty, а шаг был легким и пружинистым.

На всякий случай Ци Нань все же решил черкнуть Су Циншаню подтверждающее сообщение.

«Брат Циншань, Сяоцин собирается перекантоваться у меня до утра, вы в курсе?»

Ответ прилетел мгновенно.

«Ага. Говорит, с тобой ей весело, так что я не против».

«Эм...»

«Конечно, если она тебе в тягость, я могу прислать людей забрать ее».

«Ладно уж, раз ей хочется, пусть остается».

«Тогда извини за беспокойство».

«Пустяки».

Убрав телефон, Ци Нань провел Су Цин по коридору квартиры и нос к носу столкнулся с Ся Нинци, которая как раз возвращалась из магазина с пакетом продуктов.

За пару дней ее нога почти зажила, и с помощью костыля Ци Наня она вполне могла передвигаться самостоятельно.

Их взгляды встретились.

Ся Нинци перевела глаза на Су Цин.

Этот тип куда-то пропал на два дня, а объявившись, приволок с собой малолетнюю лоли.

─ Привет.─

Ци Нань приветливо махнул ей рукой.

Ся Нинци холодно окинула его взглядом и процедила: ─ Теперь переключился на детей?─

У Ци Наня дернулся глаз.

Что значит «переключился на детей»? Разве он похож на маньяка?

Су Цин дернула его за полу рубашки: ─ Братик Нань, ты знаешь эту сестрицу?─

─ Да, она моя соседка.─

─ Вот как! А я думала, твоя девушка.─

─ Чего?!─

Лицо Ся Нинци залилось краской – детские уста гласят истину.

Позабавленный такой реакцией.

Ци Нань присел на корточки: ─ С чего ты взяла, что мы пара?─

─ Потому что вы смотритесь вместе.─

Ся Нинци заморгала.

Они с Ци Нанем смотрятся вместе? Какой бред...

─ Ха-ха, похоже, ты ошиблись.─

─ Ничего, даже если так, Сяоцин все равно рада...─

Ци Нань опешил: ─ Чему именно?─

─ Потому что когда я вырасту, то стану женой братика Наня...─

Повисла зловещая тишина.

Ся Нинци полезла в карман: ─ Алло, полиция?─

─ Стоп! Все совсем не так, как ты думаешь!─

Ци Нань бросился останавливать ее: ─ Я кристально честный человек!─

─ Что-то не припомню честных людей, которые похищают малолеток! Ты просто чудовище, Ци Нань!─

─ Ты можешь выслушать объяснения?!─

─ Ой-ой-ой!─

Ся Нинци попыталась оттолкнуть его и случайно задела свежую рану на перевязанной руке, заставив Ци Наня поморщиться от боли.

─ Что с твоей рукой?─

Су Цин бросилась к ней и вцепилась в ногу: ─ Не смей обижать братика!─

Ситуация грозила перерасти в полный абсурд.

Ци Нань потер затылок, оттащил Су Цин одной рукой и вздохнул, обращаясь к соседке: ─ Пошли внутрь, там все и расскажу.─

Получив молчаливое согласие.

Троица ввалилась в прихожую.

Ци Нань вкратце обрисовал Ся Нинци суть произошедшего.

Та выслушала его со скепсисом во взгляде: ─ И ты хочешь, чтобы я в это поверила?─

─ Конечно правда! Братик Нань пострадал, защищая меня!─ надула щеки, похожие на спелые персики, Су Цин, цепляясь за руку Ци Наня.

Ся Нинци перевела взгляд на него.

Тот гордо выпрямился: ─ Между прочим, я образцово-показательный гражданин, у меня и грамота имеется.─

Двое сущих детей, не иначе.

Ся Нинци не знала, плакать ей от сюрреализма происходящего или смеяться, но если все сказанное было правдой, то поступок Ци Наня заслуживал уважения.

─ Кстати, как твоя нога?─

─ Почти зажила, в следующий понедельник уже смогуковырять на пары.─

─ Дай-ка проверю.─

Ся Нинци с холодным видом отступила назад, явно не собираясь подпускать его близко.

Бука.

Ци Нань скривил губы, услышав сбоку голос Су Цин: ─ У сестрицы нога как кочан, и у братика рука как кочан, только у Сяоцин ничего нет – несправедливо.─

Услышав это, Ци Нань щелкнул ее по розовому носу.

─ Зато у тебя щечки милые, как кочанчики капусты.─

─ Правда?─

─ Чистая правда.─

Лицо Су Цин тут же озарилось счастливой улыбкой.

─ Всё-таки братик Ци Нань самый лучший.─

Смотревшая на них Ся Нинци про себя выругалась: «Чертов лоликонщик! Даже детей не щадит, таких точно надо закрывать в подвале на исправительные работы».

...

─ Гу-гу~

В самый неподходящий момент у Су Цин заурчало в животе.

Девочка потерла живот и посмотрела на Ци Наня большими водянистыми глазами: ─ Брат Нань, я проголодалась.

И то верно.

С самого полудня прошло уже немало времени, так что проголодаться было вполне нормально.

Ци Нань тут же предложил: ─ Вообще-то твой брат тоже хочет есть. Как насчет того, чтобы заказать доставку?

─ Хорошо, что брат закажет, то я и буду.

Но Ся Нинци тут же осадила его: ─ Еда из доставок поблизости ужасно грязная. Когда я искала работу, то заглядывала в тамошние условия – ни на одной кухне нет порядка.

─ Эм… И что делать? Готовить-то я не умею… – растерялся он.

В конце концов, это ведь не его собственный особняк, где найдется кухарка, готовая стряпать по первому требованию.

Ся Нинци окинула его беглым взглядом.

─ Я как раз купила продукты и собираюсь готовить ужин. Никаких изысков, и если тебе привычно питаться такой едой, считай, что это плата за долг. Не понравится – как хочешь.

─ Буду!

Ци Нань согласился, даже не задумываясь.

В конце концов, ему самому было любопытно, насколько хороша стряпня Ся Нинци.

─ Тогда воспользуйся своей кухней.

К счастью, сегодня она купила припасов на два дня, так что еды хватит даже на троих.

─ Только… Ся… – Ци Нань почесал щеку. ─ Разве ты меня не терпеть не можешь?

─ Не придумывай лишнего, я просто не хочу оставаться у тебя в долгу.

─ Ладно…

…

Ся Нинци вошла на небольшую кухню.

Хотя кухоннаятварь и приправы выглядели так, будто ими почти не пользовались, в целом всё было на месте.

Тем временем за столом.

Су Цин достала из рюкзка тетради и принялась за уроки.

Она была послушной девочкой.

Сталкиваясь с непонятными задачками, она сразу спрашивала сидевшего рядом Ци Наня, а тот с удовольствием ей всё объяснял.

Потянувшись,

Ци Нань посмотрел на хлопотавшую в одиночестве на кухне Ся Нинци, поднялся с места, подошел к дверному проему и, прислонившись к стеклянной двери, спросил: ─ Ся, тебе нужна какая-нибудь помощь?

В этот момент Ся Нинци как раз резала замороженное мясо.

─ А что ты умею делать?

─ Умею заваривать лапшу быстрого приготовления.

Ся Нинци закатила глаза и протянула уныло: ─ Яйца-то хоть сможешь взбить?

─ Ну это само собой.

─ Тогда разбей и взбей эти три яйца.

Ци Нань не стал церемониться, закатал рукава, по очереди разбил яйца в мишку, а затем взял палочки и принялся за дело.

─ Что собираешься готовить?

─ Помидоры с яйцом, жареный перец с мясом, баклажаны с фаршем.

Самая обычная домашняя еда.

Ци Нань поневоле начал с предвкушением ждать ужина.

…

Еда была готова удивительно быстро.

Ци Нань вынес тарелки на обеденный стол.

Аромат тут же заполнил всю комнату.

Су Цин сглотнула слюну.

Они насыпали рис по чашкам.

Уже целый день голодавшая Су Цин тут же ухватила кусочек мяса и отправила в рот.

─ М-м! Как вкусно! Не ожидала, что вредная сестрица так здорово готовит.

Ся Нинци недовольно фыркнула: ─ Оставила бы ты первую часть фразы, а без титула «вредной сестрицы» вполне можно было обойтись.

Ци Нань попробовал кусочек.

И мгновенно пришел в полный восторг.

Вкус оказался просто потрясающим – точь-в-точь создание настоящего шеф-повара.

─ И правда очень вкусно, Ся, ты просто мастер.

Без тени фальши в похвале

уши Ся Нинци на другом конце стола порозовели.

Хотя внешне она по-прежнему сохраняла ледяное выражение лица.

─ Даже если ты будешь меня так расхваливать, меньше я тебя ненавидеть не стану.

Ци Нань слегка вздохнул: ─ Я просто говорю правду, переубеждать тебя в чём-то у меня в мыслях не было.

Сидевшей рядом Су Цин всё это показалось забавным.

─ Брат, сестрица, вы в какую-то игру играете? Жутко интересно.

Они переглянулись, не зная, как это объяснить.

После ужина

Ся Нинци ушла к себе в комнату.

На душе у нее было скребково.

Она же твердо решила держаться от него подальше…

…

─ Брат, ты и на гитаре умеешь играть?

Вышедшая из ванной Су Цин заметила в углу гитару, и ее глаза тут же засияли.

Ци Нань постелил футон

и распластался звездочкой на ковре.

─ Умею.

─ А сыграешь Сяохэй?

─ Сейчас не получится, брат еще не до конца поправился.

─ Вот блин…

В глазах Су Цин мелькнуло разочарование.

─ Зато твоя соседка умеет играть на губной гармошке, можешь спросить, не сыграет ли она тебе.

─ Правда?!

Су Цин запрыгала на месте: ─ Тогда я пойду к вредной сестрице, пусть научит меня дудеть в гармошку!

К губной гармошке девочка проявила куда больший интерес, чем к гитаре, и, семеня маленькими ножками, выскочила за дверь.

Ци Нань прикрыл глаза.

Энергии у детей всё-таки хоть отбавляй.

Не то что он – в старости от каждого движения тоска берет.

В своей комнате

Ся Нинци как раз закончила дневник и собиралась ложиться спать.

Вдруг

ухо уловило настойчивый стук в дверь.

Вздохнув, она оперлась на костыли и заковыляла к выходу. Распахнув дверь, она обнаружила на пороге Су Цин.

─ Есть дело ко мне?

Су Цин задрала голову и подпрыгнула на цыпочках: ─ Брат сказал, что ты умеешь играть на губной гармошке. Научишь маленькую Сяо?

─ Научить? Прямо сейчас?

─ Угу!

Су Цин вцепилась в белую ножку Ся Нинци: ─ Пожалуйста, сестрица.

Такое милое зрелище

лишило Ся Нинци всякой возможности отказать.

…

Ци Нань лежал на полу,

как вдруг из коридора донеслись шаги.

Шаги Су Цин – легкие, и шаги Ся Нинци – потяжелее.

─ Помер?

Он медленно приоткрыл глаза

и смутно разглядел знакомый белый силуэт.

Ся Нинци была в ночной сорочке на бретельках и, сообразив, что подставилась под обзор, тут же судорожно прикрыла подол руками.

─ Нагляделся?

Ци Нань довольно протянул: ─ Спасибо матушке-природе за щедрые дары…

─ Сволочь извращенная.

Ся Нинци с удовольствием пнула бы Ци Наня прямо по голове, но поврежденная лодыжка не позволяла.

Приподнявшись на локте,

Су Цин радостно объявила: ─ Сестрица согласилась научить меня играть на гармошке!

─ Прекрасно, рад за вас.

Ци Нань поднял взгляд на Ся Нинци.

Ее темные волосы рассыпались по плечам.

Даже снизу вверх ее лицо выглядело безупречно с любого ракурса.

─ Прости за беспокойство.

Ся Нинци прижала одной рукой подол платья, а другой смахнула упавшую на глаза прядь: ─ Иди спи давай, учу я не тебя, а Сяо.

─ Ладно-ладно, умолкаю.

Ци Нань снова улегся, чувствуя, как напряжение отступает.

Вот уж неймётся им.

Су Цин утащила Ся Нинци на кровать.

─ Сестрица, сыграй сначала целиком, пожалуйста?

─ Хорошо.

Ся Нинци взяла гармошку.

Окно было приоткрыто.

Вечерний ветерок принес с собой прохладу. Она зажала пальцами серебристую гармошку, чуть склонила голову, легонько коснулась губами прорезей, а длинные ресницы укрыли мягкий блеск в глазах.

Мгновение спустя

чистый, мягкий и долгий звук гармошки – словно растерзанные ночные сумерки – разлился по всей комнате.

Су Цин слушала затаив дыхание.

В маленькой комнатке мгновенно стало невероятно уютно.

…

─ Как красиво, сестрица, ты потрясающе играешь!

Когда мелодия стихла,

Су Цин захлопала в ладоши, глядя на нее с нескрываемым восхищением.

Даже лежавший на полу Ци Нань вставил свое слово: ─ Ся, я тут тоже внезапно захотел сыграть на гармошке, не дашь попробовать?

─ И не подумаю.

Ся Нинци отказала без колебаний.

Штука-то эта губная, в нее ртом дуют. Дай она ее Ци Наню – это же всё равно что поцеловаться через посредника!

─ Жадина.

Едва прозвучало слово,

как Ся Нинци бесцеремонно наступила Ци Наню на живот.

Он закашлялся.

─ Ты чего творишь? Я же только поужинал, сейчас всё обратно вырвет.

─ Ой, прости, случайно.

Вот уж действительно «случайно»…

Следующие несколько минут

Ся Нинци показывала Су Цин самые простые приемы игры.

Девочка оказалась сообразительной, схватывала на лету и уже через пару минут всё получалось.

─ Ура! Играть на гармошке так весело, попрошу папу купить мне такую же, когда вернусь, буду учить у сестрицы Ся самые разные мелодии.

─ А?

Су Цин посмотрела на нее: ─ Сестрица, неужели ты не хочешь меня учить?

Ся Нинци испуганно замахала руками: ─ Нет-нет, я вовсе не это имела в виду.

Точнее, не то чтобы не хотела – в глубине души она даже радовалась, ведь ей нравилось чувствовать себя нужной и важной.

─ Значит, согласна?

Ся Нинци потрепала ее по макушке: ─ Да, согласна.

Услышав это,

Су Цин вцепилась в ее руку и потерлась пухлой щечкой о колено: ─ Сестрица Ся, ты такая добрая, зря я раньше называла тебя врединой.

─ Ничего страшного, я не обижаюсь.

─ А если Сяо потом захочет выйти замуж за брата Наня, ты тоже не обидишься?

Ся Нинци опешила и поспешно замахала руками: ─ С чего бы мне обижаться? Я ведь его совсем не люблю.

─ Правда?

─ Конечно, правда.

─ Ну ладно…

Ся Нинци положила руку на бедро и сжала пальцы так сильно, что на нежной коже остался едва заметный красный след.

Но когда она украдкой бросила взгляд на Ци Наня, чтобы проверить его реакцию,

оказалось, что тот уже сладко посапывает и даже слегка похрапывает.

─ Он что, заснул?

─ Похоже на то…

Ся Нинци закрыла лицо руками.

У этого парня действительно толстокожая шкура, умудриться захрапеть в такой момент – в прошлой жизни он точно был поросенком.

Впрочем…

Взгляд Ся Нинци снова вернулся к лицу Ци Наня.

Она подумала про себя:

когда он не занимается всякой ерундой, он выглядит вполне нормально, даже в чем-то симпатично…

─ Сестрица, о чем ты думаешь?

Пока Ся Нинци витала в облаках,

сидевшая рядом Су Цин ткнула ее пальцем в щеку.

─ Ни… ни о чем…

Опомнившись, Ся Нинци почувствовала, как ее лебединая шея заливается румянцем, и резко выпрямилась: ─ Поздно уже, мне пора к себе, Сяо, тебе тоже пора спать, ложиться поздно вредно для здоровья.

─ Угу, Сяо поняла.

Закончив разговор, Ся Нинци поспешно ретировалась в свою комнату.

Заперев дверь,

она прислонилась спиной к металлическому полотну и медленно сползла на пол.

Две бледные ладони закрыли полыхающее лицо.

Вот блин… о чем она вообще только что думала…

…

Понедельник.

Тан Роу распирало от возбуждения, она буквально тыкала экраном смартфона прямо в лицо Линь Сяосяо.

─ Сяосяо, ты слышала? Брат Е Фань помог полиции раскрыть дело и разгромил логово бандитов-похитителей!

─ Правда?

─ Конечно правда, в университетском форуме только об этом и пишут.

Линь Сяосяо перехватила телефон и увидела интервью с Е Фанем.

─ Скажите, как очевидец событий на месте похищения, каким образом вы помогли полиции выйти на след преступников?

Е Фань сделал глоток воды и неторопливо ответил: ─ Я запомнил номер машины похитителей. На том участке дороги не было камер, но к счастью, я сохранил хладнокровие и обратил внимание на эту деталь.

─ А как удалось обезвредить преступников на месте? Не могли бы вы приоткрыть завесу тайны?

─ Мы сделали это совместно с другим очевидцем.

─ Вот оно как, – восхищенно кивнула журналистка. ─ Невероятно, что Е Фань не только писаный красавец, но еще и такой храбрый.

Бросив взгляд на заготовленный текст,

девушка-репортер продолжила допрос: ─ Я также слышала, что на месте происшествия кто-то заслонил собой девочку и получил ножевое ранение. Это правда?

─ Правда-то правда, только вот тот парень действовал чересчур опрометчиво. Эту ситуацию вполне можно было разрешить без жертв, а в итоге он едва не угробил человека.

Е Фань с легкостью переложил вину за оплошность полиции на плечи Ци Наня.

─ Понятно. И в завершение, может, хотите что-то добавить?

Е Фань посмотрел прямо в объектив камеры и с серьезным видом произнес: ─ Надеюсь, что в подобных критических ситуациях люди будут сохранять хладнокровие и не станут действовать столь безрассудно, как тот пострадавший товарищ.

─ Прекрасные слова. Что ж, не будем больше вас задерживать…

…

Е Фань кивнул, и видео оборвалось.

В аудитории

Линь Сяосяо впала в девичье умиление: ─ Какой же брат Е Фань смелый, бросился на помощь даже перед лицом бандитов. Настоящий принц на белом коне.

Впрочем, ее восторг быстро сменился унынием.

─ Что такое, Сяосяо? Чего ты вдруг погрустнела?

─ Он даже не соизволил сообщить мне о таком важном событии сразу. Думаешь, это потому, что он ко мне равнодушен?

─ Да ну брось, ты же одолжила ему столько денег, к тому же первая красавица нашего факультета, с какой стати ему тебя не любить? – утешала подруга. ─ Если так переживаешь, напиши ему сама.

Последовав совету Тан Роу, Линь Сяосяо нацарапала на экране: «Брат Е Фань, слышала, ты на этой неделе помог полиции поймать банду похитителей? Это правда?»

Ответа не последовало.

Раньше, если бы она написала такое Ци Наню, в ответ уже летело бы с десяток голосовых сообщений.

Прошло еще несколько минут.

Тан Роу попыталась оправдать Е Фаня: ─ Наверное, брат Е Фань сейчас просто занят…

Оправдание выглядело притянутым за уши. Сейчас шла утренняя пара, и хотя Е Фань учился на другом факультете, у него тоже были занятия. Если только он не прогуливал, телефон должен был быть при нем.

Линь Сяосяо крепко сжала смартфон: ─ Наверное, он даже не выделил меня в избранные.

В этот же момент

в дверях аудитории появились шедшие плечом к плечу Ци Нань и Ся Нинци.

Они прекрасно подходили друг другу и внешностью, и фигурой, и в глазах окружающих выглядели идеальной парой.

Разумеется,

если не принимать в расчет их прошлые счеты…

…

На самом деле они не договаривались прийти вместе.

Просто случайно столкнулись на выходе.

За несколько дней отдыха нога Ся Нинци полностью зажила, так что теперь она обходилась без костылей. Тан Роу презрительно фыркнула: ─ Подумаешь, два сапога пара – бесполезная дрянь способна найти утешение только в объятиях такой же порченной девки, как Ся Нинци.

Линь Сяосяо ничего не ответила.

Она лишь проводила взглядом прошедшую мимо парочку.

Неужели они и правда сошлись? С чего бы им даже на пары ходить вместе…

По правде говоря,

Линь Сяосяо хоть и строила из себя гордячку, в последнее время столкнулась с серьезной проблемой: ее карманных денег перестало хватать на привычный уровень расходов.

Раньше, пока рядом был Ци Нань, вопросы финансов ее вообще не волновали.

Счета в ресторанах оплачивал он, любые шмотки и сумки стоило только скинуть ссылкой – и на следующий день Ци Нань очищал ее корзину на маркетплейсе.

Но теперь всё изменилось: за каждый завтрак или поход в кафе приходилось платить из собственного кармана.

Было бы полбеды, если питаться в университетской столовой.

Но беда заключалась в том, что Ци Нань напрочь испортил ей аппетит, и на местную полуфабрикатную баланду она смотреть уже не могла.

А нормальный обед вне стен кампуса обходился минимум в триста-четыреста юаней – в те самые заведения раньше ее регулярно водил Ци Нань. При ее нынешнем бюджете в две тысячи юаней в месяц о таких тратах приходилось только мечтать.

Из роскоши в нищету скатиться легко, а вот обратно – сущий ад.

Пожив хоть раз на широкую ногу, человек уже не в силах мириться с обычным серым бытом.

Прежняя сказочная жизнь принцессы казалась чем-то вроде сна, подарком судьбы, ценить который она не умела. И лишь когда благодетель исчез, до нее наконец дошло, как хорош он был.

─ Хватит ко мне липнуть.

Ци Нань подпер подбородок рукой: ─ Мы же соседи по парте, сидеть рядом – это вполне нормально.

─ Не помню, чтобы в университете были закрепленные соседи по парте.

─ Не будь такой букой. Всё равно рядом с тобой никто не сидит, – прищурившись, поддразнил он. ─ К тому же ты вчера целый день пробыла в моей квартире, раз уж такое дело, чего теперь ломаться?

Ся Нинци прикусила губу: ─ Я сидела там из-за Сяо, какое это имеет к тебе отношение?

…

Их места находились как раз позади Линь Сяосяо.

И весь этот диалог долетел до ее ушей в мельчайших подробностях.

Они что, уже успели сойтись под одной крышей?!

Ах ты Ци Нань! Ну и двуличный же ты кобель! Отребудда твоим мозгам!И после всего этого ты смеешь равняться с братом Е Фанем? В моих глазах ты даже шнурки ему завязывать недостоин!

В этот же момент

наконец прилетел ответ от Е Фаня.

«Не ожидал, что ты уже в курсе, Сяосяо. Я ведь просто не хотел тебя тревожить, поэтому и не стал рассказывать сразу».

Линь Сяосяо растянула губы в улыбке, открыла голосовой чат и специально прибавила громкости.

«Брат Е Фань, ты такой храбрый! Сохранить хладнокровие перед лицом бандитов – другой бы на твоем месте со страху умер. Ты и вправду самый лучший!»

Звук шел громкий,

так что его прекрасно слышали все вокруг – в том числе Ци Нань и Ся Нинци.

Ци Нань при этом испытал лишь глубокое чувство испанского стыда.

Не будь у него желания оставаться в тени, разве остался бы Е Фаню хоть один шанс покрасоваться?

Очевидцев на месте было всего трое.

Он и Сяохэй благоразумно отказались от интервью, а вот Е Фань побежал впереди паровоза, да еще и умудрился вставить шпильку в его адрес. Вот уж у кого изворотливости не занимать.

«Всё это мелочи. Прямо как тогда, когда я бросился в воду, чтобы спасти тебя. Если кому-то нужна помощь, я всегда готов прийти на выручку».

Линь Сяосяо занесла палец над кнопкой записи, собираясь продолжить дифирамбы,

но в этот миг дверь аудитории распахнулась, и на пороге показались куратор группы в сопровождении декана.

В руках та держала почетную грамоту с крупной надписью «За проявленное мужество», а лицо ее сияло довольной улыбкой.

Студенты тут же затихли, привлеченные столь неожиданным визитом.

Куратор поднялась на подиум, стукнула указкой по доске и скомандовала: ─ Тихо! Все послушайте объявление.

Шум в аудитории мгновенно стих.

И пока ошарашенные студенты переглядывались в недоумении, куратор уже устремила взгляд в дальний угол и указала пальцем в сторону Ци Наня: ─ Декан, вон тот юноша у окна – это Ци Нань.

─ Отлично, я понял.

Под общими взглядами всего потока

декан направился прямо туда, куда указала Ли Хуэй.

Реакция окружающих была самой разной.

Линь Сяосяо решила, что наружу всплыли прежние художества Ци Наня, и лишь молилась, чтобы ее собственную репутацию не задело.

Тан Роу же недоумевала: ─ Какую еще пакость умудрился сотворить этот Ци Нань, раз сам декан пришел разбираться?─

Однако реальность превзошла любые ожидания.

Обладавший характерной лысиной декан не спеша подошел к парте Ци Наня, а его до того суровое лицо расплылось в улыбке, напоминавшей распустившийся подсолнух.

Все присутствующие замерли в шоке.

Чтобы вечно угрюмый декан лично кому-то улыбнулся?! Да это из ряда вон выходящее событие!

Ци Нань поморщился.

В следующий момент раздался голос декана: ─ Я зашел сюда перед началом лекции специально для того, чтобы публично отметить нашего студента Ци Наня.

─ В эту пятницу он проявил выдающееся мужество, встав на защиту маленькой девочки от трех вооруженных преступников. Более того, когда бандиты попытались пойти на крайние меры, он закрыл ребенка собой и принял на себя самый опасный удар ножом. В знак признательности родственники спасенной девочки передали в университет благодарственное грамоту. Как пример для подрастающего поколения новой эпохи, я лично вручаю эту награду нашему герою.

Закончив хвалебную речь, декан протянул красную грамоту Ци Наню: ─ Держи, студент Ци Нань. Знаю, что ты человек скромный, но твой поступок достоин того, чтобы о нем узнал весь институт.

На подиуме куратор Ли Хуэй уже вовсю вела видеозапись на телефон.

Оно и понятно:

такой повод для пиара на официальных страницах вуза упускать было нельзя, иначе лысый декан никогда бы не стал лично устраивать подобные представления.

Ци Нань тяжело вздохнул.

Он-то планировал оставаться в тени, а тут эта церемония со знаком отличия. Разве это не прямая конфронтация с главным героем?

Но раз фарш было уже не прокрутить назад, пришлось принять грамоту и дежурно улыбнуться: ─ Это мой долг как студента Университета Линьхай.

─ Отлично! Прекрасно сказано!

Декан зааплодировал, а напоследок даже приобнял Ци Наня за плечо, позируя на камеру.

…

Никто и подумать не мог, что это вытворит именно Ци Нань.

Но разве он не избалованный мажор?

Привыкший к роскоши и вседозволенности богач вдруг взял и решился на такое в самый критический момент.

Девчонки в группе сразу же посмотрели на него совершенно другими глазами.

Раньше Ци Нань вечно вился вокруг Линь Сяосяо, да и производил впечатление человека, с которым лучше не связываться.

Но стоило взглянуть на него сегодня...

Все вдруг поняли, что в нем, оказывается, скрывается немало обаяния. И благородные манеры, и яркая внешность – все в нем было каким-то особенным, из тех людей, которых замечаешь в толпе с первого же взгляда.

В конце концов, в студенческие годы крутые парни с легким налетом бунтарства неизменно пользуются наибольшей популярностью.

....

Линь Сяосяо и Тан Роу просто остолбенели.

В смысле?

Почему вдруг Ци Нань?

Линь Сяосяо отказывалась в это верить и тут же отправила сообщение Е Фаню.

«Брат Е Фань, тебе не присылали благодарственное знамя?»

«Знамя? Нет, ничего такого».

Увидев ответ, Линь Сяосяо вдруг отчетливо осознала, каким же клоуном она выглядела пару минут назад, когда распиналась перед всеми на повышенных тонах.

Она-то рассчитывала попутно унизить Ци Наня, наслаждаясь сладкими знаками внимания, а вышло вон оно как: он оказался непосредственным участником событий, да еще и удостоился официального знамени. Это весило куда больше, чем пустые слова Е Фаня.

Даже обычно языкатая Тан Роу на этот раз полностью потеряла дар речи, и обе девушки молча предпочли больше не поднимать эту тему.

…

На следующий день.

Е Фань едва успел проснуться, как его личные сообщения завалили насмешками.

Вместе с соседом по комнате они прорубились в сетевую игру до самого рассвета, так что встал он только к полудню и еще толком ничего не соображал. Сонно моргая и не понимая, что происходит, он наугад ткнул в одно из оскорбительных посланий.

«Ой-ой-ой ~ Не наш ли это великий хвастун? Рассказывал тут, как благородно заслонил девочку от ножа, а по видео смотрится так, будто ты за ее спиной от страха в штаны наложил».

«Запомнил номер машины и возомнил себя героем? Если бы полиция не выложила видео с видеорегистратора, я бы и вправду поверил твоим бредовым басням».

«А с виду такой правильный парень, а на деле обычный показушник».

«Ха-ха-ха, у парня – знамя, а у тебя – бесстыжая рожа».

....

Перечитывая эти злобные выпады, Е Фань мгновенно покрылся холодным потом.

Видеорегистратор?

Как он мог вообще забыть про эту чертову вещь...

Поскольку Ци Нань все просчитал заранее, он с самого начала поездки держал видеорегистратор включенным – именно для того, чтобы зафиксировать улики преступления бандитов.

Е Фань был уверен: раз камер наблюдения не было, можно спать спокойно.

Он и в страшном сне не мог представить, что какая-то деталь ускользнет от его внимания.

Знай он о существовании регистратора, ни за что не стал бы нести такую чушь в интервью.

Да быть не может.

Раньше ничего подобного не случалось...

Он открыл гуляющую по сети запись с регистратора и собственными глазами увидел, как камера детально запечатлела, кабанчиком стоящего в сторонке зрителя.

А все звездные моменты достались исключительно Сяохэю и Ци Наню, он же выглядел не более чем блеклым задним фоном.

Не говоря уже о пользователях с других факультетов, даже он сам чувствовал себя в этой ситуации совершенно лишним.

Проклятье....

Е Фань сжал кулаки до побелевших костяшек.

Сколько он себя помнил, разве терпел он когда-нибудь подобное унижение?

В этот момент проснулся его сосед по комнате Цзян Ху.

─ Чего ты, брат Е, лицо такое кислые? ─ спросил он.

─ Да так, ночью толком не выспался, ─ буркнул Е Фань.

Не став продолжать разговор, он открыл короткие видео, и первым же роликом в ленте оказалась публикация с официального сайта университета – ректор лично вручал Ци Наню благодарственное знамя.

Подпись к видео:

«Студент Ци Нань – гордость всего нашего преподавательского состава и студенческого сообщества. В критический момент он проявил мужество и спас незнакомую девочку от грозящей опасности...»

Текст написан сухим канцелярским языком.

Но раз он появился в официальных источниках вуза, это значило лишь одно: университет полностью одобряет и поддерживает студента. А он, будучи непосредственным участником тех событий, не удостоился даже малейшего упоминания.

С какой стати?!

Разве не он запомнил номер машины, что в итоге и помогло разгромить банду?

Ладно официальные СМИ забыли про его заслуги, но больше всего бесили те комментарии под видео, где каждый норовил пнуть его и отпустить едкую шуточку.

И все это – всего лишь тупые безмозглые NPC, посмевшие проявить такую неблагодарность.

Пока Е Фань кипел от злости, в женском общежитии происходили свои драмы.

Линь Сяосяо тоже наткнулась на слитое в сеть видео.

Ее лицо посинело от злости.

Картина не то что не имела ничего общего с рассказами Е Фаня – между ними вообще не прослеживалось никакой связи.

Какое там «героически бросился вперед» и «хладнокровно противостоял врагам».

На деле все выглядело так: Ци Нань закрыл собой Су Цин, в то время как ее возлюбленный, если не считать неспешного запоминания госномера, все время жался за спиной девчонки, трясясь от страха, словно боялся схватить шальную пулю.

В комнате царила тяжелая, давящая атмосфера.

Соседки отлично знали о чувствах Линь Сяосяо к Е Фаню, поэтому никто из них не решался заговорить об этом первым.

В конце концов она не выдержала сама и снова написала Е Фаню.

«Брат Е, можешь объяснить, что происходит на этом видео? В представлении Сяосяо ты настоящий герой».

Линь Сяосяо не хотела разочаровываться в своем выборе.

Во всяком случае, воспоминания о том, как Е Фань спас ее тонущую в детстве, до сих пор стояли перед глазами.

Но что хуже всего – то, как Е Фань показал себя на видео, лишь еще ярче подчеркивало благородство Ци Наня. А вот этого Линь Сяосяо стерпеть уже не могла.

Подумать только: она ведь бросила Ци Наня ради Е Фаня!

И теперь Е Фань проигрывает Ци Наню по всем фронтам? Разве это не прямая пощечина ей самой?

Получив сообщение от Линь Сяосяо,

Е Фань почесал затылок и долго подбирал слова, прежде чем отправить ответ.

«Сяосяо, ты же знаешь меня: я человек рассудительный. Пока не убедишься, что у противника холодное оружие, глупо лезть на рожон – я слишком хорошо понимаю, что это лишь увеличивает риски».

Прочитав ответ,

Линь Сяосяо нахмурилась.

Такое оправдание звучало слишком притянуто за уши....

«Но ты же мог хотя бы не прятаться за спиной ребенка...»

«Неужели моя Сяосяо думает, что я испугался? Будь я из такого теста, разве стал бы в свое время рисковать жизнью и прыгать в воду за тобой?»

Эта фраза попала точно в больное место Линь Сяосяо.

Она понимала, что со своим происхождением вряд ли имеет право судить Е Фаня.

И все же на душе скребли кошки – ни одна девушка не хочет видеть в своем избраннике труса.

Е Фань сидел перед столом,

глубоко вздохнув.

Линь Сяосяо числилась в его гареме, так что отделаться отпиской было нельзя, и ему пришлось сочинять новое объяснение.

«Тогда я планировал схватить девочку и бежать, но Ци Нань сам полез подставляться под удар, чем застал меня врасплох. Сама понимаешь, ситуация была критической, в такую минуту у любого мозг зависнет».

В горле Линь Сяосяо пересохло, и она продолжила допрос.

«Тогда зачем ты так приукрашивал все в интервью? Из-за этого теперь тебя все вокруг костерят».

Е Фань зажал в зубах сигарету, затянулся и медленно выпустил струю дыма.

В его голове лихорадочно рождалась новая порция отговорок.

.....

Кое-как умаслив Линь Сяосяо,

Е Фань понимал, что общественное мнение сейчас складывается не в его пользу, поэтому принялся методично жаловаться в комментариях на каждый выпад в свой адрес.

─ Достали уже эти поганые NPC, ─ злобно шипел он. ─ Только и знают, что строчить гадости. Сами-то хоть понимают, что травлю раздувают?

Видя, что жалоб становится все больше,

Е Фань просто закрыл свою страницу и включил режим «не беспокоить».

В мыслях он осыпал врага проклятиями:

«Этот Ци Нань... Всего лишь второстепенный злодей, а посмел пойти против меня».

«Ну погодите. Пройдет тридцать лет на юге, тридцать лет на севере... Как только моя бизнес-империя встанет на ноги, каждый из вас поймет, кто здесь настоящий главный герой».

С этими мыслями

Е Фань схватил телефон и написал Лу Сю – программисту и по совместительству хакеру, ключевому технарю на его пути к успеху.

«Лу Сю, наша программа почти готова?»

«Почти. Еще примерно неделя бессонных ночей, и я закончу».

Е Фань нахмурился.

«Не слишком ли медленно?»

В голосовом сообщении Лу Сю звучала неприкрытая усталость: ─ Брат Е, я тяну всю разработку в одиночку. Скорость, с которой я работаю сейчас – это абсолютный предел человеческих возможностей. Ты же знаешь, я спал всего два часа, только продрал глаза и сразу сажусь кодить. Я уже всерьез боюсь отдать концы прямо за рабочим столом. ─

Е Фань тяжело вздохнул.

─ Ничего не поделаешь, бюджет ограничен, нанять других специалистов мы пока не можем, так что вся надежда на тебя. Но не переживай: как только наш проект начнет приносить деньги и снежный ком покатится с горы, ты получишь повышение до топ-менеджера, да еще и долю в компании смогу выделить. ─

─ Ты бы сам заглядывал иногда, помогал... ─

─ Остришь? Я основатель, у меня каждый день расписан по секундам, нужно поднимать связи и искать инвесторов. ─

Лу Сю на мгновение замолчал, после чего прислал короткую реплику:

─ А я-то думал, чего это ты всю ночь в LOL зарубался... ─

Е Фань слегка кашлянул и выдал самое нелепое оправдание:

─ Это не я играл, а друг попросил аккаунт погонять. Вся вчерашняя статистика – его рук дело. ─

Лу Сю нашелся что ответить лишь молчанием.

Впрочем, помня, что проект близится к финалу, он решил больше не трепать нервы Е Фаню.

Завершив переписку,

едкий взгляд Е Фаня метнулся в сторону.

Погодите, это лишь цветочки.

…

Осенний ветер срывал пожелтевшую листву.

В Линьхае холодало.

Ся Нинци незаметно для самой себя привыкла к этому непрошенному соседу, но сегодня хрупкое перемирие в их отношениях подверглось очередному испытанию.

В телефоне

куратор группы прислала уведомление о проведении двадцать восьмого творческого вечера Института информации и инженерии.

«Группа 3, информационно-инженерный факультет: номера и участники – Линь Сяосяо, Ся Нинци».

На перемене

увидев это сообщение, Ся Нинци помрачнела пуще тучи.

Сидевший рядом Ци Нань еще не до конца осознавал масштабы катастрофы и продолжал нести какую-то чушь, затягивая дурацкие шуточки прямо у нее над ухом.

Пока леденящий душу шепот не заставил его покрыться мурашками:

─ Можешь заткнуться? Не хочу слышать твой голос, ублюдок. ─

Ци Нань моргнул, и на его лице застыла глупая улыбка.

В смысле?

С чего вдруг она взъелась на него? Он же пальцем о палец не ударил...

─ Ох... понял... ─

Обиженно протянул Ци Нань и, сдувшись словно проколотый мяч, уткнулся лицом в парту.

Окно было открыто, и налетевший порыв осеннего ветра

взметнул пряди у виска Ся Нинци, немного остудив ее пыл.

Злилась она, конечно, не на пустом месте.

Все дело было в списках участников этого концерта: она вовсе не собиралась туда записываться. Просто в свое время этот кретин Ци Нань пригрозил выдрать ей все волосы, если она не поставит свою подпись в бланке. Причина банальна – ему доставляло удовольствие предвкушать, как она опозорится на сцене.

После звонка

Линь Сяосяо прошла мимо Ся Нинци, отчетливо бросив на ходу: ─ С нетерпением жду твоего выступления. Удачи, студентка Ся. ─

Не задерживаясь ни на секунду, Линь Сяосяо гордо поплыла к выходу из аудитории.

─ Чего это она тебе наговорила? ─ спросил Ци Нань, закидывая на плечо сумку и глядя на ледяное лицо Ся Нинци.

─ А сама как думаешь? То же самое, что и ты: мечтает посмотреть, как я облажаюсь на сцене. ─

─ Посмотреть, как ты облажаешься? ─

Ци Нань напряг память и наконец припомнил выходки прежнего владельца тела, заставившего девушку вписаться в этот концерт.

Неудивительно, что она так взбесилась...

Заметив, что Ся Нинци уходит в одиночестве,

Ци Нань тряхнул головой и бросился следом.

─ С концертом я могу тебе помочь. ─

─ Сам во всем виноват, а теперь совести хватает предлагать помощь? ─

Ся Нинци прибавила шагу, мечтая лишь об одном – избавиться от назойливого преследователя и побыть в тишине.

Ее спина манила тонким шлейфом духов.

Ци Нань настиг ее в два шага и грубо перехватил за запястье: ─ Кто сказал, что ты обязательно опозоришься? ─

─ Пусти руку, ─ бросила через плечо Ся Нинци, метая взглядом молнии.

─ Не пущу, пока не дослушаешь. ─

─ Не хочу слушать. ─

Пока они препирались в коридоре,

мимо проходившие студенты тут же начали шептаться:

─ Ой, гляньте-гляньте, парочка ругается. ─

─ Тьфу ты! Да это же Ци Нань! Я видел его в ролике на университетском сайте. ─

─ Значит, эта девчонка – его девушка. ─

Голоса звучали достаточно громко, чтобы долететь до Ся Нинци, отчего ее щеки мгновенно залились краской.

Опасаясь лишних сплетен, ей пришлось пойти на попятную: ─ Сначала отпусти, потом буду слушать. ─

Ци Нань поколебался пару секунд, но, заметив злой румянец на ее щеках, все же неохотно разжал пальцы.

В тот же миг

Ся Нинци принялась растирать запястье – на белой коже отчетливо виднелся красный след от его пальцев.

─ Прости... ─

─ Выкладывай быстрее, что хотел. ─

Ци Нань давно привык к ледяному тону Ся Нинци, поэтому не принял его близко к сердцу, а просто озвучил свое предложение:

─ Раз ты все еще злишься из-за того, что я заставил тебя участвовать, давай выступим вместе. Тогда, если и позориться, то на двоих. Как тебе такое искупление вины? ─

Она опешила.

Ся Нинци сжала ладони в кулаки: ─ К чему это ты клонишь? ─

─ К тому и клоню – хочу предложить совместный номер. ─

Совместный номер?

пакет

Ся Нинци никак не могла взять в толк, какой с этого профит самому Ци Наню.

─ И что изменится? Позору меньше не станет, хоть один человек на сцене, хоть двое. ─

─ Кто сказал, что мы опозоримся? ─ Ци Нань подался вперед, заглядывая ей в глаза: ─ Ты у меня вон какая красавица, достаточно просто постоять в центре сцены, и парни уже глаза сломают на тебя смотреть. ─

Дыхание смешалось, воздух вокруг них мгновенно потеплел.

Много позже, вспоминая этот день, Ся Нинци так и не смогла понять, как этому наглецу удавалось смотреть ей прямо в глаза с абсолютно каменным лицом и нести такую бесстыдную чушь.

Хотя... возможно, именно эта прямолинейность в тот момент и заставила ее сердце забиться быстрее..

...

─ Ой! Это признание? Как романтично ~ ─

Вокруг них начала собираться толпа зевак.

Ся Нинци закрыла лицо ладонью: ─ Уйдем отсюда. ─

─ С чего бы? ─

─ Тебе стыдиться нечего, а у меня репутация есть. ─

Ся Нинци окончательно убедилась:

стоящий перед ней тип – законченный одноклеточный организм, начисто лишенный каких-либо понятий о стыде.

...

Выбравшись из учебного корпуса,

они присели на длинную деревянную скамейку под раскидистым баньяном.

Куда ни кинь взгляд –

медно-желтые листья клена кружились в воздухе, демонстрируя классический пейзаж золотой осени.

Ся Нинци сидела с прямой спиной,

чувствуя себя не в своей тарелке: это местечко облюбовали парочки для свиданий, так что они вдвоем смотрелись здесь явными чужаками.

─ Купил тебе воды. ─

Ци Нань подбежал со стороны автомата с газировкой и протянул бутылку улуна.

Ся Нинци вынырнула из своих мыслей.

Подняв глаза, она увидела его идиотскую, сияющую улыбку.

Ни стыда, ни совести.

Приняв напиток, она демонстративно отвела взгляд в сторону.

─ Больше всего на свете я люблю осень. ─

Ся Нинци открутила крышку: ─ Почему? ─

Ци Нань уселся рядом, скорчив умильную физиономию: ─ Потому что обожаю хурму и жареные каштаны. ─

Она закатила глаза.

И надо же было ждать от него какого-то глубокого смысла – у этого типа все мысли исключительно о еде.

─ А ты, студентка Ся? Какое время года любишь ты? ─

─ Я люблю... ─

Ся Нинци запрокинула голову и, подумав с полминуты, протянула: ─ Наверное, тоже осень... ─

─ Почему? ─

Подмигнул Ци Нань: ─ Уж не потому ли, что встретила меня? ─

Ся Нинци нахмурилась, озадаченно хлопая ресницами – она совершенно не уловила хода его мыслей.

Сообразив, что сболтнул лишнего,

Ци Нань тут же поспешил сменить тему: ─ Я просто шучу, не бери в голову. Давай лучше вернемся к делу. ─

И чего это он так занервничал?

Ся Нинци попыталась прочитать что-то по его лицу, но тот не дал ей шанса, выпалив: ─ Ты поешь, а я подыграю на гитаре. Как тебе идея? ─

─ Я пою? ─

Ся Нинци прикусила губу, опуская взгляд на свои белые кеды: ─ Голос у меня так себе. ─

─ Красиво получается или нет – не тебе решать. ─

Она умолкла.

В вокальные данные собственного голоса она верила слабо.

─ Давай так, ─ Ци Нань поднял указательный палец: ─ После обеда заглянем в караоке, послушаю тебя и оценю со стороны. ─

Ся Нинци судорожно сжала край штанины, помрачнев.

─ Мне днем на подработку.... ─

─ А вечером? ─

─ Вечером нужно в больницу к бабушке... ─

─ А завтра? Завтра выходной, уж завтра-то у тебя найдется время? ─

Замялась Ся Нинци: ─ Завтра.. завтра тоже занята... ─

Ци Нань не был дураком и прекрасно видел, что девушка просто ищет отговорки.

─ Ладно, назначай время сама, но учти: творческий вечер уже в следующую пятницу. ─

У Ся Нинци закружилась голова.

─ Во всем виноват ты. Если бы не твои выкрутасы, мне не пришлось бы сейчас разгребать этот кошмар. ─

Ци Нань отпил воды: ─ Раз уж заварили кашу, я изо всех сил пытаюсь все исправить. ─

Ся Нинци молчала.

В ее голове развернулась целая буря, но сколько бы она ни ломала голову, иного выхода не просматривалось. В конце концов пришлось скрепя сердце сдаться: ─ Ладно, давай сегодня вечером. А к бабушке я завтра сгоняю. ─

─ Договорились, вечером я зайду за тобой на работу. ─

Ци Нань поднялся, отряхнул брюки и сладко потянулся, так что из-под рубашки на мгновение показался рельефный пресс.

─ Не нужно за мной заходить, просто скинь локацию. ─

─ Вот еще, лишние хлопоты. К тому же, разве тебе не хочется сэкономить на такси? ─

Ся Нинци отвернулась: ─ Какая бы нищая я ни была, на проезд у меня хватит. ─

Упрямая недотрога.

Ци Нань развернулся и, легко махнув рукой, бросил через плечо: ─ Как знаешь, а я все равно зайду. Если хочешь заставить меня прождать зря – вызывай такси. ─

Проводив взглядом его высокую стройную фигуру, Ся Нинци чуть заметно опустила ресницы и сделала глоток улуна.

Напиток горчил на входе, но оставлял сладковатое послевкусие.

....

Ци Нань впервые за долгое время заглянул в фамильное поместье.

В игровой комнате стоял резной маджонговый стол из красного дерева в комплекте с изящным чайным сервизом. На столе пестрели сладости и вазы с фруктами, воздух наполняли ароматы восточных благовоний – роскошно и тихо. Его матушка как раз пересмыкивала кости с тремя другими богатыми подругами.

─ Бью! ─

Цзян Цинь с триумфом швырнула кости на сукно, расплывшись в сияющей улыбке.

Сегодня карточная удача благоволила ей: она выиграла уже несколько партий подряд, сорвав неплохой куш.

─ Ой, Ццинь, ты часом не в церкви руки отмолила? Чего ни кинь – все в масть! ─

─ Знала бы, что так попрет, дома бы осталась. Пришли тут, спонсируем Ццинь деньгами. ─

Цзян Цинь цокнула языком: ─ Раньше-то я сплошь проигрывала, что, не имею права разок отыграться? ─

─ Ладно-ладно, крути давай следующую, не верю, что прет бесконечно. ─

Дамы были в самом разгаре партии, когда

дверь распахнулась и вошел Ци Нань.

─ Мам, я по делу. ─

─ Ци Нань? Какими судьбами ты вдруг дома объявился? Или натворил что и скрываешься от полиции? ─

Ци Нань невозмутимо подхватил яблоко из вазы и хрустнул им.

─ Ты можешь подумать о сыне что-нибудь хорошее? ─

Сидевшая поодаль дама с химической завивкой с ног до головы омерила парня оценивающим взглядом.

─ Ццинь, это и есть твой ненаглядный сынок? Выглядит очень даже ничего, прямо как раз в моем вкусе для зятя. Может, организуем встречу, пусть молодые пообщаются, поужинают вместе? ─

─ С удовольствием! Возраст как раз подходящий, да и твоя дочка красавица, глядишь, искра пробежит. ─

...

Ци Нань поперхнулся яблоком: ─ Мам, я вообще-то здесь стою, можно хоть каплю уважения? ─

─ Чего тебе? Не хочешь что ли? ─

Ци Нань склонился к самому ее уху и шепнул так, чтобы слышала только она: ─ Мам, я по мальчикам. ─

Тишина в комнате стала звероподобной.

Лицо Цзян Цинь мгновенно потемнело.

Если эти сплетницы разнесут подобную весть по высшему свету Линьхая, Ци Наня с его репутацией вообще никто на порог пускать не станет, не то что замуж звать.

─ Прошу прощения, мальчишка просто любит языком поплести, не берите в голову, ─

кое-как сгладив углы, Цзян Цинь схватила сына за ухо и потащила вон из комнаты.

....