Остров Аохару (青春).

В переводе это означает «Остров юности».

Не знаю, существует ли такой остров на самом деле: я никогда о нём не слышал и не бывал здесь раньше.

Но место, где я стою прямо сейчас, — именно остров Аохару.

Это реальность. Впрочем, данный мир — не тот, где я жил прежде.

Я, Хосино Рё, не из этого мира.

Как я это понял?

Осознание пришло по мере того, как я здесь жил.

Где-то к концу второго года средней школы я смог вспомнить свою прошлую жизнь.

Не уверен, просто ли память вернулась из-за перерождения, или же я жил здесь с самого рождения и лишь недавно всё вспомнил.

Судя по всему, верна вторая догадка. Все воспоминания ощущаются настолько чёткими, будто я пережил их лично.

Впрочем, это не так уж важно. Проблема в том, что я вообще оказался в этом мире.

Да ещё и в качестве ученика старшей школы Аохару на острове Аохару.

Что за бред с этой «двойной юностью»?

Ведь «юность» — слово по своей сути позитивное.

Но ко мне оно применимо с точностью до наоборот.

Обычно при умножении плюса на плюс получается плюс, верно?

Почему же у меня выходит минус?

— Эх...

Я тяжело вздохнул, идя по коридору.

В самом конце виднелась табличка:

[Кабинет студенческого совета]

Брови сами собой поползли к переносице.

Удивительно, но школу я посещаю довольно усердно.

Всё потому, что состою в студенческом совете.

Разумеется, меня заставили вступить. Не случись этого, моя школьная жизнь уже превратилась бы в полный кошмар.

*Шуух*

Когда я открыл дверь, в залитой светом комнате восседал крупный парень, от которого так и веяло дикой аурой.

— Президент. Смотрю, вы всё ещё живы.

— Рё...!!

Он посмотрел на меня жалкими глазами, утирая скупые слёзы.

Это был президент студенческого совета Кайто Кэнъити, мой сэмпай, которого я не видел с самых зимних каникул.

— Ну-ну, перестаньте плакать.

— Кхм... Спасибо... Огромное тебе спасибо...!!

Для своих габаритов он оказался невероятно чувствительным. Впрочем, у него были на то причины.

Он стал президентом студенческого совета, приложив колоссальные усилия, — и всё ради одной-единственной девушки.

Изначально он не пользовался особой популярностью на своём потоке, но благодаря упорству сумел завоевать голоса учеников из двух других параллелей и таким образом избрался.

А объектом его обожания была не кто иная, как вице-президент, переизбранная вместе с ним.

Прошёл где-то месяц.

Он набрался храбрости и признался ей, но...

Что ж, результат перед вами. Поначалу казалось, что они останутся друзьями, но вице-президент внезапно перевелась в другую школу.

Произошло беспрецедентное событие: вице-президент покинула студенческий совет.

Официальной причиной, конечно же, назвали семейные обстоятельства.

Это всё-таки остров, так что переезд в город — обычное дело.

Однако из-за такого совпадения атмосфера в студенческом совете резко ухудшилась, и в итоге в нём остались лишь мы с президентом.

— Президент, говорю же вам, всё в порядке. Когда я решу уйти, то подам заявление об увольнении хотя бы за две недели.

— ...Хнык.

В глазах президента снова заблестели слёзы.

Он напоминал начальника фирмочки из двух человек, который с замиранием сердца наблюдает, как его единственный подчинённый день за днём приходит на работу.

Заболей я или не явись хотя бы на один день без предупреждения, у него бы, наверное, сердце в пятки ушло.

...Держитесь, президент. Меня тоже втянули в это силой, так что особо тёплых чувств к совету я не питаю. Если всё пойдёт наперекосяк, возможно, вам придётся работать в одиночку. Да уж.

— Кстати, президент. Сейчас ведь начало нового семестра, так что для меня пока нет особых поручений, верно?

Секретарь студенческого совета.

Такова моя должность, хотя на самом деле это просто красивое название для мальчика на побегушках.

— А, насчёт этого...

Вытерев слёзы носовым платком, совсем не подходившим ему по размеру, сэмпай мгновенно переключился в рабочий режим.

— Скоро ведь День святого Валентина?

— Ну... допустим?

Занятия возобновились первого февраля.

В первый день ничего особенного не происходит. На следующий день была пятница, и я, пользуясь случаем, её прогулял.

Само собой, пропустил субботу с воскресеньем, а на следующей неделе прогулял ещё два дня под предлогом адаптации к классу.

Так что сегодня у нас седьмое февраля.

День святого Валентина — четырнадцатого.

Осталась всего одна неделя.

Да ладно, что вообще может произойти за одну-единственную неделю?

Однако жизнь далеко не всегда идёт по плану, и моё дурное предчувствие оправдалось.

— В этот день на уроке домоводства предлагают сделать шоколад.

— Что?

Мне тут же захотелось выпалить: «Ой, у меня дела!» — и удрать из кабинета.

Но сделай я так, оставшийся в одиночестве сэмпай наверняка зарыдал бы во весь голос, поэтому я сдержался.

Если подумать, эмоциональная привязанность — действительно жуткая штука.

Я вздохнул:

— Нам правда обязательно это делать? Купленный шоколад гораздо вкуснее.

— Как любитель кулинарии, я согласен... Но вся суть именно в том, чтобы сделать шоколад в День святого Валентина.

— Есть люди вроде нас с вами, которые вообще не видят смысла в самом этом празднике.

Да и что это вообще за праздник?

День, когда вручают шоколад и признаются в любви со словами: «Э-это мои искренние чувства!»?

Нет.

Тогда, сделав сотню уступок...

Может быть, это день, когда приходишь в школу перед самым звонком в надежде, что под партой окажется заветная плитка?

Вероятность этого не выше, чем выиграть в лотерею. Нет, пожалуй, даже ниже.

Так что тоже нет.

Так что же на самом деле представляет собой День святого Валентина?

Это день ставок: «Кто получит больше всего шоколада?».

Поставите ли вы на фаворита — самого популярного парня в классе?

Или сделаете ставку на потенциальную тёмную лошадку?

Разумеется, поскольку друзей у меня нет, мне приходилось угадывать в полном одиночестве.

— ...Рё. Не знаю, о чём ты думаешь, но ты уловил суть.

— А?

— Рё. Сколько раз в своей жизни ты получал шоколад на День святого Валентина, не считая вежливых подачек?

— Ну, э-э...

— Не считая семьи, конечно.

— И всё же...

— Ах да, родственниц тоже вычти.

— ...............

Пока я мямлил, сэмпай с грустной улыбкой похлопал меня по плечу.

— Всё в порядке. Я в той же лодке.

Чёрт, до чего же это удручает.

— ...Так к чему вы клоните? Раз не можем получить, сделаем сами? В этом идея?

— Ну, это одна из причин, но не главная.

— А какая главная?

— Как я уже сказал, есть такие люди, как мы с тобой, которые в День святого Валентина шоколада даже не видят. Но если в этот день все будут готовить его вместе, это поможет сгладить чувство одиночества.

— Ну... мне как-то всё равно...

— И ещё! Разве это не повышает шансы!?

— Что?

— Шансы получить шоколад! Если абсолютно все будут делать шоколад, то и самого шоколада станет больше! И тогда у меня... то есть у обделённых людей естественным образом появится шанс получить хоть немного!

Этот парень только что оговорился и сказал «у меня».

...Президент, вы в своём возрасте всё ещё не потеряли надежду?

— Президент. Умножай ноль хоть на сто, хоть на тысячу, в итоге всё равно получится ноль.

— Рё! В этом мире нет ничего невозможного! Нельзя сбрасывать со счетов даже самую ничтожную вероятность, какой бы крошечной она ни была!

— Это всё равно что пытаться найти два рисовых зёрнышка в сорокакилограммовом мешке вместо одного. Разницы почти никакой.

— ................

— К тому же, президент, признайтесь: это ведь не ваша идея?

— Н-нет, конечно нет! Посмотри сюда!

Президент показал мне ящик для предложений.

Как он и сказал, там лежало немало записок с предложением приготовить шоколад на День святого Валентина.

Естественно, изгои общества вроде нас с президентом никогда бы такого не написали.

Скорее всего, идею подкинули популярные ребятишки, которым нравится этот праздник.

— Эх... Но даже если мы это устроим, разве мы не усложним жизнь учительнице домоводства?

— Ты прав. Вот почему я хочу попросить тебя помочь с этой частью.

Президент сложил ладони вместе и поклонился.

— Не мог бы ты составить рецепт!? В отличие от меня, совершенно не умеющего готовить, ты в этом хорош! Пожалуйста, придумай простой рецепт для тех, у кого с кулинарией всё совсем плохо!

— ...Да не так уж хорошо я и готовлю.

Рецепт.

Рецептов приготовления шоколада в интернете пруд пруди, только ищи.

Однако рецепт, о котором говорил президент, отличался.

Он хотел, чтобы я оценил имеющуюся в школе кухонную утварь и составил оптимальный пошаговый план.

Многие способны мгновенно превратить еду в уголь, стоит лишь слегка ошибиться с формой посуды или силой огня.

— Пожалуйста! Все остальные заботы я возьму на себя.

Вопреки внешности, у президента Кайто Кэнъити есть весьма дотошная жилка.

Не просто так он занимает этот пост.

Он, вероятно, заранее просчитал все мои ответы.

— Эх, ладно. Значит, подбор утвари, закупку ингредиентов и распечатку рецептов я могу полностью оставить на вас, верно?

— Конечно! Если не хватит бюджета, я даже вложу собственные деньги, так что об этом не переживай!

— ...Нет, до этого доходить не нужно.

И это не шутка.

Семья президента действительно богата. Однажды, когда я пришёл к нему в гости, я чуть не заблудился в его дворе.

С тех пор я старался не заводить при нём разговор о деньгах.

— На сегодня давайте закончим. И поскольку мне нужно сделать тестовый образец, подготовьте кухонные принадлежности не позднее чем через два дня.

— Понял. Спасибо, Рё.

— Без проблем.

Я пожал плечами и вышел из кабинета студенческого совета.

Состав студенческого совета: ровно 2 человека.

На данном этапе это больше похоже на какую-то кабальную компанию, разве нет?

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

На следующий день.

Классный час закончился.

— Не расслабляйтесь и готовьтесь к следующему уроку. И ещё, Хосино.

Первый ряд, место у окна.

Пока я разглядывал голубое небо, меня окликнула классная руководительница.

Учительница указала на дверь и произнесла:

— Нам нужно поговорить.

— ...Хорошо.

Сказав это, она первой вышла из класса.

Тц.

Похоже, удача сегодня не на моей стороне.

И как только эта женщина стала моей классной руководительницей?

Кацураги Михо.

Моя дальняя родственница.

Пепельные волосы и порочная внешность. В следующем году ей ведь уже стукнет тридцать? Наверное.

В своём белом халате она выглядела как эксцентричная учительница химии.

Вот только на самом деле она школьная медсестра. Не знаю, с какой стати медсестра исполняет обязанности классного руководителя, но что есть, то есть.

Я покинул кабинет подобно побеждённому воину.

Шагая по коридору, я размышлял о том, как создать рецепт шоколада.

И тут мне на глаза попалась царившая вокруг суматоха.

С начала нового семестра прошла всего неделя, поэтому в коридоре было люднее обычного. Причина проста: бывшие одноклассники теперь оказались в разных классах.

Большинство из них сокрушались: «Эх... Вот бы мы учились вместе».

Всё это всегда заканчивалось либо фразой «Давай обязательно общаться после уроков!», либо «Давай всегда вместе обедать!».

Хех.

Я не удержался от усмешки.

Если только они не состоят в одном клубе, у этих обещаний есть строгий срок годности.

В девяти случаях из десяти первого хватает максимум на месяц. Второго — максимум на два.

Люди — существа адаптивные. Если не сможешь приспособиться к собственному классу, останешься за бортом.

Нельзя вечно цепляться за кого-то, кто «был» твоим другом из другого класса.

В итоге общение постепенно сходит на нет, и люди естественным образом отдаляются.

А при случайной встрече они радостно восклицают: «О-о-о!», но стоит им повернуться спиной, как они снова становятся чужими.

Вот типичный сценарий отношений в подростковом возрасте.

*Шууух*

Посчитав всё это бессмысленным, я открыл дверь.

Чтобы встретиться со своей классной руководительницей, мне нужно было идти в медкабинет, а не в учительскую.

— Йо. Всё-таки нашёл дорогу.

Госпожа Михо помахала рукой, отчего её белый халат взметнулся.

— Почему учительница, у которой даже нет стола в учительской, стала классным руководителем?

Она пользовалась популярностью среди учеников.

И не без причины — её развязная манера речи вкупе с такой внешностью делали своё дело.

Однако из-за загадочного характера к ней было трудно подступиться.

— Ну, потому что это весело?

— Что? За кого вы принимаете школу? Вы ведь приходите сюда не ради веселья, верно?

— А вот и ради веселья.

— .........

У меня не было слов. На лгунью она похожа не была.

Госпожа Михо в прошлом была известным врачом и заведовала травматологическим центром.

Вполне возможно, что такая женщина работала школьной медсестрой действительно ради развлечения.

Подумать только, есть кто-то ещё более странный, чем я.

— А пока присядь.

— Ладно, как скажете.

— Так-так. Хосино, ты страдаешь душевным расстройством. Я вижу это по твоим дохлым рыбьим глазам.

— ...Я пришёл сюда не на лечение.

— Что? Но всё ведь настолько серьёзно?

«Погодите, откуда вы вообще это взяли? И с глазами у меня всё в полном порядке, спасибо большое. Зрение вообще единица с лишним».

— В любом случае, здесь довольно тихо.

Я ляпнул первое, что пришло в голову, лишь бы сменить тему.

Госпожа Михо потянулась всем телом вверх. Мой взгляд невольно скользнул к её груди.

Две внушительные округлости колыхнулись.

Угх. По какой-то причине я почувствовал себя побеждённым и на мгновение ощутил отвращение к самому себе.

— А-а-ах~ Я тоже человек. Будь я занята, разве взялась бы за классное руководство?

— Но по утрам здесь бывает довольно много народу. Вроде тех, у кого животы крутит от молочки на завтрак, или голова болит из-за недосыпа.

— Первым нужно идти в туалет, а не в медкабинет, а проблемы вторых — дело временное. Но да, как ты и сказал, когда я только пришла сюда, учеников хватало.

— Хотите сказать, теперь всё иначе?

— Именно. Девять из десяти были симулянтами, желавшими сачковать уроки. Но когда эти кадры исчезли, у школьной медсестры оказалось удивительно мало дел. Максимум — ученики с синяками после физкультуры.

— Значит, те симулянты...

Как раз в этот момент дверь открылась, и вошёл ученик.

— Эм, учительница—

— Держи.

Прежде чем ученик успел договорить, она бросила ему таблетку от головной боли.

— Если после этого всё ещё будет болеть, придёшь после обеда.

— Д-да...

Потерявший дар речи ученик снова закрыл дверь.

Лишь по этой единственной сцене я понял, почему симулянты испарились.

Как кто-то может симулировать болезнь, если она видит их насквозь, едва они открывают дверь?

Этот мир что, фэнтезийный?

У неё там рентгеновское зрение, что ли?

— Так о чём ты говорил?

— Ни о чём, вообще ни о чём.

Госпожа Михо с равнодушным видом закинула ногу на ногу. Её гладкие ножки в чулках сразу бросались в глаза.

— Кстати, Хосино. Ты завёл себе друзей?

— За кого вы меня принимаете?

На меня устремился сочувственный взгляд. Я намеренно его проигнорировал.

— Эх, а ты совсем не меняешься.

— А мне нужно меняться? Незыблемая убеждённость. Разве это не прекрасно?

Я познакомился с госпожой Михо ещё в средней школе.

Из-за работы родителей нам с младшей сестрой часто приходилось жить отдельно от них.

Деньги на жизнь они присылали регулярно, но в силу нашего юного возраста нам требовались опекуны.

Особенно моей сестре, которая была на два года младше меня.

Тогда-то мы и познакомились с Кацураги Михо.

При первой встрече она показалась мне невероятно крутой и достойной восхищения, но постепенно она расслабилась и превратилась в то, чем является сейчас.

И вот в год, когда я поступил в старшую школу, мне пришлось встретиться с ней и здесь.

Я и без того плохо сходился с людьми, а во втором классе средней школы ко мне и вовсе вернулись воспоминания о прошлой жизни.

За этим последовало то, чего и следовало ожидать. Подобно так называемому «синдрому восьмиклассника», я пережил период смятения и метаний, и в результате у меня до сих пор нет друзей.

Поэтому во время обеденных перерывов мне всегда приходилось искать пустующие места.

Вроде крыши или внешней лестницы старого школьного корпуса.

И каждый раз я сталкивался с этой женщиной.

Она вечно пускала сигаретный дым, а я ел свой обед подле неё — странная была картина.

Возможно, благодаря этому я немного расслабился. Как видите теперь.

Госпожа Михо продолжала смотреть на меня с жалостью.

— Ну, знаешь, отношения, завязанные в подростковом возрасте, часто длятся недолго, верно?

— С чего это вдруг такие разговоры?

— Ты просто выслушай.

Госпожа Михо с недоуменным видом скрестила руки на груди.

— Продолжайте.

— Люди ищут удовольствия. Если ты отлично провел время с человеком, который ненадолго стал твоим другом, может, этого и достаточно?

— Хм?

— Грубо говоря, всё так: если убрать веселье из этих временных отношений, разве это не окажется просто пустой тратой времени, после которой ничего не остаётся?

— Что?

— Если отношения не продолжаются, всё, что остаётся — это предаваться воспоминаниям в духе «А помнишь, как тогда было...». Это же буквально бесполезная трата времени.

— ...Эх.

Она тяжело вздохнула.

— Так вот почему ты не заводишь друзей?

— ...Нет. Дело не в том, что я не заводишь друзей, просто я проявляю осторожность—

— Эх...

Она снова тяжело вздохнула.

— Хосино.

— Да.

Она скрестила руки на груди, включив режим строгой учительницы. Её и без того пышная грудь стала ещё заметнее.

— Как ты можешь развивать отношения, если даже не пытаешься заговорить с людьми?

— Ну...

— Хосино. Ты своенравный, но далеко не глупый. Так что должен понимать. В этом мире нет людей, которые встречаются по воле судьбы.

— ...Вы в такое не верите, учитель?

— ...................

Плечи госпожи Михо вздрогнули.

Даже у такой взрослой и развязной женщины есть девичьи черты.

— Кхм-кхм. В любом случае, я хочу сказать следующее. Лучшее в жизни — жить без сожалений. Когда станешь старше, больше всего будешь жалеть о школьных годах, так что наслаждайся юностью на полную катушку и без сожалений.

— Хм, ну. Учитель, в следующем году вам стукнет тридцать— КХГ...

Кулак прилетел мне прямо в солнечное сплетение. Я согнулся, обхватив живот руками. Из глаз даже брызнули слёзы.

— Мне всё ещё двадцать с хвостиком.

— ...Да.

Медкабинет заполнила зловещая аура.

Почувствовав опасность, я забегал глазами по сторонам.

Как раз в этот момент я заметил на столе мангу.

Это была молодёжная романтическая комедия.

Точно. Я ведь знаю, что эта женщина без ума от ромкомов.

Но из уважения ко всей той помощи, что она мне оказала, я сделал вид, будто ничего не заметил.

Поэтому я сменил тему.

— ...Учитель, а вы не собираетесь замуж?

— Ты сейчас нарываешься?

— Нет. Просто я подумал, что у такой женщины, как вы, мог бы быть любой, кого вы только пожелаете.

— .................

Она слегка отвела взгляд и надулась.

Как я и думал.

Она действительно верит в предназначенную судьбой вторую половинку.

*Динь-дон-дан-дон~*

В этот момент прозвенел предупредительный звонок.

— Мне пора идти.

— Хорошо. Ах да, перед этим у меня есть один вопрос.

— Какой?

— Как дела в Студенческом совете?

Причина, по которой я вступил в Студенческий совет.

Всё потому, что эта женщина заставила меня туда записаться.

Она пригрозила выставить меня из дома, если я не вступлю.

Я пожал плечами.

— Нормально. Благодаря кое-кому.

— Хи-хи. Понятно. Можешь идти.

Так зачем я вообще сюда приходил?

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

«Долгожданный обеденный перерыв».

Как только прозвенел звонок, по всему классу эхом раздался скрежет сдвигаемых стульев.

— Эй, пошли в школьную лавку! Если не поспешим, всё самое вкусное разоберут.

— Ладно, иду.

Некоторые ученики сразу же рванули к школьной лавке.

— Ух ты! Ты сама это приготовила? Выглядит аппетитно!

— Хе-хе. Это всего лишь базовый навык.

Другие, сбившись в кучки с друзьями, открывали домашние бенто.

*Ур-р-р~*

— Угх, есть-то как хочется...

В отличие от них, я откинулся на спинку стула и уставился в окно.

Наш дом — точнее, дом госпожи Кацураги Михо — состоит из трёх человек: меня, учительницы и моей младшей сестры.

Похоже, госпожа Михо сама прекрасно справляется с готовкой, так что за неё я не переживал.

Мы с сестрой обычно приносили обеды из дома. Чтобы не взваливать всё на кого-то одного, готовили по очереди.

Но тут возникла проблема. Каникулы моей младшей сестры из средней школы на две недели длиннее моих. А разве каникулы созданы не для того, чтобы отсыпаться и бездельничать?

Я не мог просить сестру готовить мне бенто, пока она отдыхает. Поэтому всю прошлую неделю я ещё кое-как заставлял себя готовить обеды сам, но сегодня мне стало безумно лень.

«Еда из школьной лавки — тоже неплохой вариант».

Хотя мы и находились на острове, он расположен не так уж далеко от материка. Остров небольшой, но каждые тридцать минут ходит регулярный паром, да и базовая инфраструктура отлично развита. Эдакая провинция, где есть абсолютно всё необходимое.

По этой причине в школьной лавке продавался самый разный фастфуд. Там встречались даже товары, характерные исключительно для отдалённых островов — вроде онигири с маринованной сливой.

— Пора идти.

Я потянулся и поднялся со своего места.

Оглядевшись, я заметил две или три группы, болтавшие за едой. Остальные, похоже, ушли во внутренний дворик или по клубным комнатам.

На часах было 12:40. С начала обеденного перерыва прошло десять минут.

Я не спеша направился к школьной лавке. Я терпеть не могу толпу, и именно поэтому, несмотря на всю свою лень, обычно и собираю обеды сам. К тому же я неприхотлив в еде, так что охотиться за самыми популярными штуками мне совсем не к чему.

— Ой-ой, ученик, что же ты так поздно? Все популярные булочки уже разобрали, ничего? — едва я вошёл в лавку, продавщица приветливо обратилась ко мне.

— А, всё в порядке. Какая разница, что попадает в желудок.

— Ха-ха-ха, вот как? У этих товаров короткий срок годности, так что если не продадим — уйдём в убыток~ Уж очень трудно угадать с количеством~

— Согласен. Кстати, тяжело вам, наверное, каждый день справляться с такой оравой учеников. О, я возьму вот это.

Я положил на стойку две булочки и бутылку ячменного чая.

Пока продавщица пробивала покупку, она продолжала болтать:

— Ой, и не говори~ Ученики так и пышут энергией, иногда их просто не утихомирить. Впрочем, благодаря им я и зарабатываю на жизнь~ С тебя 600 иен~

— Растут всё-таки. Аппетит у них ого-го какой. Вот, держите, 600 иен.

Я попрощался с продавщицей:

— Что ж, я пойду. Хороших вам продаж~

— Конечно, заходи ещё~

Выйдя из лавки, я побрёл по школе.

Если поесть прямо в классе, не придётся больше никуда ходить, да и подготовиться к следующему уроку будет проще. Однако, когда ешь в одиночестве, класс превращается в весьма неуютное место. Даже если тебе самому всё равно, ты невольно ловишь на себе сочувственные взгляды.

Сиди я в углу, как обычно, всё было бы нормально, но посреди кабинета? От одной мысли об этом становится тошно. А если время от времени какой-нибудь добрый одноклассник спрашивает: «Не хочешь поесть с нами?», ситуация и вовсе становится невероятно неловкой.

Откажешь — неловко, согласишься — тоже неловко.

Сидеть лицо к лицу с человеком, с которым ты толком даже не разговаривал... Может, если беседа завяжется сама собой, всё пройдёт гладко, но шансов на это маловато. Обычно приходится есть в такой напряжённой обстановке, что даже не понимаешь, в рот тебе лезет кусок или в нос. Это мучение не только для тебя, но и для собеседника.

В этом смысле, если у тебя нет друзей в классе, лучше избегать обедов в кабинете. Разумеется, это лишь моё субъективное мнение.

С такими мыслями я искал подходящее местечко.

Как и следовало ожидать, святилище для одиночек уже было занято. Вот вторая причина, почему я собираю бенто. Я не люблю людные места, поэтому, приходя в школьную лавку поздно, лишаюсь своего привычного места для обеда. Причина, надо сказать, весьма запутанная.

Не имея выбора, я немного подождал, а затем занял свободный уголок.

Открытая лестничная площадка старого корпуса. Из минусов: из-за отсутствия навеса здесь не укрыться в дождь, зато из плюсов — питьевой фонтанчик прямо на первом этаже. Допив ячменный чай, я смогу наполнить бутылку водой — убить двух зайцев одним выстрелом.

— Хм, обычный вкус сосиски в тесте.

Я утолял голод, уплетая булочку и скучая по бенто сестры.

Когда я доел и набрал воды, времени оставалось совсем немного. Даже посидеть толком не успею. Я твёрдо решил с завтрашнего дня снова усердно готовить обеды.

— А?

Едва я собрался вернуться в класс, как прямо перед поворотом коридора увидел девушку, стоявшую спиной к стене.

Обычно я не проявляю интереса к окружающим, так что часто понятия не имею, кто есть кто. Даже сейчас, учившись уже на втором году старшей школы, я обращаюсь к первогодкам на «вы». Я с трудом запоминаю лица одноклассников, а уж в начале нового семестра это и подавно непростая задача.

К чему я это?

Вот эта блондинка с голубыми глазами, которую я вижу прямо сейчас... Объективно говоря, она невероятно красивая, настоящая красавица, но я понятия не имею, как её зовут.

И о чём это говорит? О том, что мне следует просто спокойно пройти мимо.

«Наверное, покуривает тут тайком или вроде того».

Говорят, симпатичные девчонки чаще таким балуются. Или, может, она поджидает кого-то, чтобы вымогать деньги?

Слегка напрягшись, я уже собирался пройти мимо, как вдруг—

— Подожди минутку.

*Хвать.*

Она схватила меня за руку.

П-правда, что ли? Я ни секунды не верил, что такая красавица может проявлять ко мне интерес. Я тут же задумался о своём финансовом положении: сколько у меня с собой денег?..

В этот момент из-за угла донеслись голоса:

— Нанасэ, ты не согласишься со мной встречаться?

Это была сцена признания, чего я никак не ожидал.

Теперь я понял, почему она меня остановила, и встал у стены рядом с ней.

— Извини. Тут такое дело...

— Всё в порядке. Я понял.

Даже среди одиночек есть разные типы. Худший вид — это «некоммуникабельный одиночка без чувства такта». Тот самый тип, который, если одноклассники из вежливости позовут его в караоке, начинает с воодушевлением орать аниме-песни — ну, вы понимаете, о чём я.

К счастью, я одиночка с развитым социальным чутьём. А значит, я не настолько безумен, чтобы нагло шагать напролом посреди чужого признания в любви.

Хотя в глубине души мои мысли слегка отличались. Часть меня жаждала пройти прямо между ними с мыслью: «Чтоб вы сгорели, парочки!».

— Кхм, кхм.

Я скрестил руки на груди и стал ждать, пока всё закончится.

Кому-то могло бы стать любопытно, но, к моему удивлению, она тоже не выглядывала из-за угла. Вместо этого она пристально смотрела мне прямо в лицо.

Неужели та сцена за углом — лишь предлог, и она реально собралась трясти с меня деньги?

— В чём дело?

— Почему ты разговариваешь со мной так официально?

— А?

— Мы же в одном классе.

В одном классе?

— Хосино Рё. Верно?

Раз она знает моё имя, то это наверняка правда.

— ...Вот как? Извини, что не признал. Я думал, ты сэмпай из третьего класса.

— Ничего страшного. Семестр ведь только начался.

От неё донёсся головокружительный аромат. Я вздрогнул и сделал шаг назад.

— К тому же ты, кажется, не понимаешь, почему я так поступила?

— Разве ты не ждёшь, пока всё закончится?

— Наполовину угадал, наполовину нет.

— А?

— Девушка, которой сейчас признаются, — моя подруга.

— А-а~

Вот почему она меня остановила — ради своей подруги.

— Уточню сразу: я не шпионю за ней. Мы пообедали и шли вместе, когда её отозвали.

— Понятно.

Позвал её отдельно, хотя они шли вместе, а не когда она была одна? А парень-то с приколом.

— Тебе, похоже, не особо интересно?

— Ну, любопытство и интерес — разные вещи. Мне любопытно, но информация о людях, которых я вовсе не знаю, для меня бесполезна.

— Серьёзно? А ведь это идеальный материал для сплетен.

— Терпеть не могу находить удовольствие в том, чтобы принижать других. К тому же я вообще не верю слухам.

Я не совсем понимал, к чему этот разговор, но меня интересовало кое-что другое.

— Кстати, зачем ты мне всё это рассказываешь? Если бы ты просто промолчала, я бы уже ушёл.

— Я остановила тебя без объяснений. Разве не естественно объяснить причину?

— Ну... логично.

Обычно в таких ситуациях люди говорят что-то вроде: «А тебе-то что? Зачем тебе знать?».

— Хм? О чём ты думаешь?

«...Я принял тебя за хулиганку. Прости».

— Ни о чём. Что-то они затянулись, — сменил я тему, чувствуя лёгкий укол вины.

— Это точно.

Наступила короткая пауза, а затем из-за угла снова раздались голоса:

— Извините, сэмпай. Вынуждена отказаться.

— А, почему? Мы могли бы хотя бы попробовать, разве нет?

— Назойливый какой, — пробормотал я, не подумав.

— И не говори.

Она тоже что-то пробормотала, но я не расслышал.

Посмотрев в сторону, я увидел, что она пристально смотрит на меня. И что теперь?

— Э-э... извини. Само вырвалось.

— Да нет, ты что! Я думала о том же самом.

— Правда?

— Ага. Как можно признаваться человеку, которого толком даже не знаешь?

— Хм. Я в этом плохо разбираюсь, но, может, они всё же знакомы?

— Сомневаюсь. Этот парень — старшеклассник-третьегодка, и у них не было абсолютно никаких связей.

— Ну, тогда понятно.

— А ты что думаешь?

— О чём?

— Что ты, как парень, думаешь об этой ситуации?

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

— Когда ты смотришь на этого сэмпая, как думаешь, какие чувства стоят за его признанием? — небрежно спросила она, прислонившись к стене.

Выражение её лица выглядело слегка горьким. В этот момент у меня зародилось подозрение:

— Хм-м, а тебе, случайно, не нравится этот сэмпай?

— Вовсе нет.

Мгновенный ответ.

— Оу, понятно.

Ну конечно же нет. Эх, за языком следить надо! Да и вообще, как отвечать, когда меня о таком спрашивают столь внезапно? Откуда мне знать, если я сам ни разу в жизни ни кому не признавался?

— Наверное, раз у него симпатичное лицо и хорошая фигура, он просто решил попытать удачу? — вздохнув, пробормотала она себе под нос, глядя в синее небо.

Вид у неё был такой, словно она заранее ожидала именно этого ответа. Должно быть, вывод основан на личном опыте. С её-то внешностью это вполне логично: ей, наверное, смертельно надоели ухаживания бесконечной вереницы едва знакомых парней.

— Не могу этого отрицать, — пробормотал я, тоже прислонившись к стене.

Это своего рода инстинкт. Люди — живые существа, ничем не отличающиеся от животных. Благодаря интеллекту мы способны подавлять свои порывы, но сами инстинкты никуда не исчезают. Вне зависимости от возраста и пола людей естественным образом тянет к красивому, милому, очаровательному, сексуальному или сильному.

На мой взгляд, человеческие инстинкты сильнее всего проявляются именно в школьные годы — точнее говоря, в средней и старшей школе. В тот неловкий период, когда ты уже не так наивен, как ребёнок, но ещё не настолько взрослый, чтобы контролировать себя. Время блужданий и так называемого «синдрома восьмиклассника», когда многим не удаётся сдержать природу.

— А ты сам когда-нибудь так делал?

— Вовсе нет, — ответил я без колебаний.

Я говорил лишь о спящем внутри мужском инстинкте, а не о том, что сам бы стал так поступать.

— У меня не хватит смелости признаться той, с кем я даже не знаком. Хотя нет... — добавил я. — Пожалуй, лучше сказать, что я не настолько невоспитан?

Она покосилась на меня краем глаза и слегка улыбнулась:

— Ну, думаю, оба варианта верны. Не то чтобы не бывало успешных признаний едва знакомым людям. Хотя что происходит с ними потом, я уж не знаю.

— Понятно. Значит, ты сторонница второго варианта?

— Ага. Считаю, что отношения нужно строить постепенно. Чувства, возникшие из ниоткуда, обречены на нестабильность, не думаешь?

— Согласен. Вот почему говорят, что человеческие отношения — самая сложная вещь в мире. Ну, так или иначе, у всех свои взгляды, так что главное — уважать другого человека.

Разумеется, если собеседник не уважает тебя в ответ, всё это теряет смысл.

Она повернула голову и посмотрела на меня в упор. В её глазах читалось любопытство.

— Понятно. Кстати, ты так и не ответил на мой прежний вопрос.

— На какой вопрос? А-а...

«— Когда ты смотришь на этого сэмпая, как думаешь, какие чувства стоят за его признанием?»

Честно говоря, мне в голову сразу пришла одна мысль. Да и сейчас ничего другого на ум не приходило.

— Скорее всего, он просто хочет переспать с ней хотя бы разок.

— Переспать?.. Ох...

Повисшая пауза оказалась крайне неловкой.

Посмотрев в сторону, я заметил, что кончики её ушей, выглядывавшие из-под золотистых волос, слегка покраснели.

Кажется, я облажался. Разговор шёл так гладко, что я ненароком зашёл слишком далеко.

— ...Извини. Это было перебором. Надеюсь, ты не заявишь на меня.

Она качнула головой:

— ...Нет, всё в порядке. Ты просто ответил на вопрос. Да и я, признаться, думала о том же. Меня просто удивило, насколько прямо ты это высказал.

— Гора с плеч.

*Фух.*

Моё сердце, ушедшее было в пятки, вернулось на место. К слову, а эта девушка невероятно честна. И ведь мы сегодня разговариваем впервые!

— Но позволь всё же спросить: ты уверена, что всё в порядке?

— А?

— Я понимаю, зачем тебе понадобилось объяснять ситуацию, но стоит ли вести со мной подобные разговоры?

Если подумать, для едва знакомых людей это довольно специфическая тема.

— Что ты имеешь в виду?

— Ты сама сказала, что ученики обожают сплетни. Разве такой разговор со мной не увеличивает риск того, что я пущу слухи?

Школьные годы — воистину бурное время, когда зависть и ревность цветут буйным цветом. Люди быстро учатся стравливать других и выдумывать небылицы. Даже малейший слух передаётся из уст в уста, искажается и разлетается по всей школе. Для такой популярной девушки, как она, это могло бы стать фатальным.

— ...Ты прав. Ты абсолютно прав, — она кивнула, признавая ошибку. — Извини. Подумав об этом, я понимаю, что поступила несерьёзно. На подсознательном уровне я решила, что всё будет нормально, ведь ты тихий. Да и сам сказал, что тебя не интересуют сплетни.

— Понятно. Впрочем, я в любом случае не собирался ничего распускать. К тому же место уединённое, никто мимо не ходит, так что всё в порядке.

Я не был задет. Как она и сказала, в классе я держусь особняком и стараюсь не привлекать внимания.

— Но дело не только в этом. Возможно, тебе кажется, будто мы общаемся впервые, но я видела тебя довольно часто.

— Чего?

— Ты ведь состоишь в Студенческом совете, верно?

— Откуда ты знаешь?

— Просто знаю.

О том, что я состою в Студенческом совете, мало кто знал. Я вступил туда ближе к концу первого года, прошло совсем немного времени, да и никакой церемонии назначения не проводилось. Знали лишь несколько руководителей клубов да учителей. А поскольку друзей у меня не водилось, делиться этой новостью было просто не с кем.

Так откуда же ей известно?

*Дин-дон-дан-дон~*

В этот момент прозвенел звонок, извещающий об окончании обеденного перерыва.

— Надо же, уже так поздно.

— И не говори.

— Извини, что задержала тебя.

— Да нет, всё в порядке.

— Тогда увидимся в классе.

— Ага.

Простившись, я повернулся, чтобы уйти.

— Ах, подожди секунду, — снова окликнула она меня. — Я Курокава Кёка. Ну, на случай, если ты не знал.

— А... да, хорошо.

Сказав это, она быстро зашла за угол, где её ждала та самая розоволосая ученица, которой только что признавались в любви. Перед тем как зайти в здание школы, розоволосая девушка мельком взглянула на меня, и этот взгляд показался мне невероятно острым.

◇ ◇ ◇

На следующий день.

Как обычно, я любовался синим небом за окном.

Один разговор вовсе не означал, что мы стали друзьями и теперь должны здороваться при встрече. Подобных сказочных событий в реальной жизни не бывает. После того случая мы с Курокавой даже взглядами не пересекались. И это естественно, глупо было бы ждать чего-то иного.

«Кстати, разве не сегодня должны привезти кухонные принадлежности?»

Когда утром я заглянул в Студенческий совет, Президент что-то говорила на этот счёт, но я ещё толком не проснулся и всё прослушал. Надо будет зайти к ним на обеденном перерыве.

И вот настал четвёртый урок, последний перед обедом:

— Сегодня мы будем готовить пасту~ Блюдо, которое вы приготовите на этом уроке, заменит вам обед, так что постарайтесь~

Урок домоводства. Об этом я совершенно не подумал.

«Эх. Знай я заранее, не стал бы брать с собой обед».

Прямо сейчас у меня в сумке покоится вкуснейший бэнто, который я усердно готовил с самого утра. Лучше бы поспал подольше.

Отчасти я сам виноват, что прохлопал ушами объявления на утреннем классовом часе, но всё равно досадно. Обычно в таких случаях друзья напоминают друг другу, говоря что-то вроде: «Жду не дождусь завтрашнего домоводства~» или «Какую пасту ты собираешься готовить?». Благодаря этому даже забывшие всё вспоминают.

А что насчёт меня? Мне даже написать некому. Могли бы проявить хоть какую-то чуткость к людям без друзей!

...Впрочем, сам виноват, что ни с кем не дружу.

— А теперь разделитесь на группы. Блюдо не требует особых усилий, так что двух-трёх человек будет вполне достаточно~

После слов учительницы домоводства ученики засуетились. В нашем классе было двадцать пять человек. Несмотря на то что школа расположена на острове, учеников набралось прилично.

— Эй, а ты хорошо готовишь?

— ...Не жалуюсь.

— Отлично. Тогда иди к нам.

В общем, ребята объединялись с друзьями, а если не умели готовить, переманивали к себе тихонь, разбирающихся в кулинарии. Так постепенно сформировались группы.

В этот момент ко мне, тихо сидевшему в углу, подошёл один парень. Возможно, потому что я и сам парень, имена одноклассников я запоминал чуть лучше, чем имена девушек.

Его звали Хасимото Харуто. Популярный парень, с которым мы учились в одном классе ещё на первом году.

— Эй, Хосино. Мы и в этом году в одном классе. Не хочешь объединиться?

Он протянул мне руку с дружелюбной улыбкой, но я не принял его доброту.

— Нет. Найди кого-нибудь другого, кто хорошо готовит. Я в этом не силён.

Не то чтобы я испытывал к нему неприязнь. Просто мне, как парню, была слегка антипатична эта его безупречная улыбка. Да и вообще я недолюбливал популярных людей. С моим характером мне всё равно их не понять. Чем создавать лишние трения, лучше сразу провести черту.

— Жаль, — Хасимото небрежно отвернулся.

Мне было немного неловко, но ничего не поделаешь. Гораздо комфортнее объединиться с кем-то из оставшихся отвергнутых или же работать в одиночку.

— Ой-ой, Хосино-кун. Что же нам делать?

...Я что, реально остался один из двадцати пяти человек?!

Учительница домоводства подошла ко мне с сочувствующим видом. Все группы сформировались, и единственным «лишним» оказался я.

— Я сейчас спрошу у ребят, не возьмёт ли кто-нибудь...

— Нет, не нужно, всё в порядке. Я буду один. Зато все ингредиенты достанутся мне и получится съесть побольше.

— П-правда?

— Да, мне так даже больше нравится.

Я поспешил перебить её до того, как она на весь кабинет громко прокричит: «Ребята, кто хочет взять Хосино-куна в группу~?». Ничего более постыдного и представить нельзя.

Учительница домоводства, хоть и была педагогом, производила впечатление... этакой добродушной домохозяйки. Из тех, кто первой прибегает на распродажу со скидками.

Так или иначе, эта самая учительница засучила рукава:

— Тогда, может, объединишься со мной?

— Что, простите?

Это тоже как-то слишком...

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

В итоге меня поставили в пару с учительницей домоводства.

И как я мог отказать учительнице, пылающей такой решимостью?

У меня просто не хватило бы духу совладать с импульсивностью домохозяйки.

— Итак, ребята! Все ингредиенты готовы, так что готовьте пасту на свой вкус~ Отлично подойдёт сливочная паста на молоке или томатная~

Все надели фартуки и кулинарные колпаки.

При виде ингредиентов глаза учеников загорелись.

— Слушай, а может, сделаем пасту «Мала»?

— О! А это идея!

«...И что в этом хорошего?»

«Просто следуйте рецепту. Рецепту!»

— Ах да! В дополнение к пасте я планирую приготовить ризотто.

— Правда? Вы сами, учитель?!

— Вау, звучит невероятно вкусно!

— Вы ведь растущие организмы, вот я и подумала, что одной пасты вам будет мало~

Все знали, что учительница домоводства прекрасно готовит.

Услышав её слова, класс радостно закричал.

— Но взамен у меня к вам просьба. Я одна и не смогу уследить за всеми. Так что будьте осторожны и делайте всё поэтапно, хорошо~?

— Да ладно вам, паста — это ерунда. Всё будет в порядке, учитель.

— На первом году у нас было полно практики по кулинарии. Это проще простого.

Ученики уверенно закивали.

Как раз такие обычно и устраивают неприятности.

— Ну хорошо. Я буду в лаборантской, так что, если что-то случится, зовите~

— Хорошо~

Каждой группе раздали распечатанные рецепты пасты.

Как они и говорили, на первом году практики у них действительно хватало.

Пасту готовить относительно просто, да и рецепты выдали — словом, ничего не должно было пойти не так.

— Или так только казалось.

На самом деле в мире удивительно много людей, совершенно не умеющих готовить. Я знаю это по своему горькому опыту.

Очевидно же, что сейчас что-нибудь случится...

— Хосино-кун? Иди за мной.

— ...Да, хорошо.

Впрочем, меня это всё равно не касается.

Я пошёл за учительницей домоводства в лаборантскую.

«Ого?»

А оказаться в паре с учительницей оказалось везением.

Я-то ожидал, что она станет индивидуально обучать меня под пристальными взглядами остальных.

На глазах у всего класса, с фразочками вроде: «Хосино-кун, вот так нужно резать лук».

Но эта комната была отделена стенами, так что чужие взгляды мне не грозили. Идеально.

— Какую пасту ты собираешься приготовить, Хосино-кун?

— Хм, мне без разницы. А вы чего бы хотели, учитель?

— Я? Ты спрашиваешь меня?

— Да. Мы ведь всё-таки напарники.

— А-а~ И то правда. Тогда я бы съела альо-э-олио.

— Давайте её и сделаем.

— Ты не против?

— Конечно. Я тоже люблю альо-э-олио.

Честно говоря, вне зависимости от моих вкусов, я просто хотел съесть бенто, которое принёс с собой.

Но для этого мне нужно было её разрешение.

Впрочем, заговори я об этом, она наверняка воскликнула бы: «Хосино-кун, так нельзя!» — и прочитала бы мне нотацию, так что я опустил руки.

— Вот и отлично. Тогда, прежде чем я приступлю к ризотто, я научу тебя готовить альо-э-олио!

— Не стоит, вы ведь заняты. Я сам её приготовлю. Рецепт я помню.

— Вот... как?

— Да. Хотя не ждите, что выйдет шедевр.

— Вовсе нет! Если всё делать по рецепту, получится не хуже, чем у меня.

Хотя воспоминания о прошлой жизни к моменту моего поступления во второй класс старшей школы поблёкли, навыки никуда не делись.

Поэтому я умел готовить.

В прошлой жизни мне довелось подрабатывать в самых разных заведениях общепита.

Благодаря тому опыту я и по сей день сам собирал себе бенто, поддерживая кулинарную практику.

— Тогда оставляю пасту на тебя, Хосино-кун.

— Договорились. Буду с нетерпением ждать вашего ризотто, учитель.

— Да! Положись на меня.

Учительница домоводства закатала рукава, пылая решимостью.

Я поставил рядом воду для пасты.

Пока вода закипала, делать мне было особо нечего, кроме как покрошить чеснок.

Оливковое масло, измельчённый чеснок, пеперончино и остальные ингредиенты уже были наготове.

Поэтому я стал наблюдать, как учительница готовила ризотто.

Чтобы разбавить неловкость, я попытался завязать разговор:

— А какой бульон вы используете? Куриный?

— О! А ты разбираешься, Хосино-кун. Обычно берут куриный бульон. Но я принесла кое-что особенное.

Она достала из холодильника тяжёлую кастрюлю.

Из-под крышки донёсся аппетитный аромат.

— Куриный бульон? Вы сами его сварили?

— Да. Сварила вчера специально для сегодняшнего урока.

Настоящий куриный бульон без всякого глутамата натрия.

Должно быть, безумно вкусно.

— Выглядит так, будто его тут очень много.

— Нас всего двадцать пять человек. Я планирую приготовить порций тридцать, не меньше.

— Наверное, это непросто.

— Всё в порядке. Я делала это уже много раз, так что такой объём для меня не проблема.

Учительница домоводства аккуратно разложила ингредиенты на тарелке.

— Сначала я нарежу грибы и лук...

И как раз в этот момент снаружи донёсся запах гари.

А вслед за ним — голоса:

— Что происходит? Паста подгорает?

— А? Вода же ещё даже не закипела, как паста может подгорать?

«...Потому что ты бросил пасту до того, как закипела вода, идиот».

Это самая базовая ошибка при варке пасты.

Если только у вас нет огромной кастрюли, в которую паста погружается целиком, а обычные домашние кастрюли такими размерами не отличаются.

Кастрюли в этом кабинете домоводства были именно такими — небольшими.

Если бросить пасту в кипяток, она быстро размягчается и погружается в воду, но если нет — та часть, что соприкасается со стенками кастрюли, сгорит раньше, чем остальная успеет свариться.

— Ах...

Учительница, державшая в руках нож для нарезки ингредиентов, перевела взгляд на меня.

Так я и знал.

— ...Я сам всё нарежу, а вам лучше пойти и проверить, что там.

— Д-да. Спасибо тебе! Я сейчас вернусь!

Она учительница домоводства, поэтому ученики для неё важны больше, чем готовка.

Она выскочила из лаборантской.

— Ха-а...

Вздохнув, я мелко нарезал шиитаке, шампиньоны, репчатый и зелёный лук.

К тому моменту, когда учительница вернулась, утирая пот со лба, я уже закончил работу.

— Ого, Хосино-кун. Спасибо тебе. А у тебя отлично получается~

— Я просто подготовил ингредиенты, ничего особенного.

Учительница облегчённо вздохнула, вымыла руки и встала перед сковородой.

Сковорода была внушительных размеров, ведь готовить предстояло на тридцать человек.

Первым делом она налила в сковороду оливковое масло и разогрела его.

Затем выложила нарезанные ингредиенты.

Тем временем у меня закипела вода.

Я разделил пасту на две порции и опустил их в кипяток.

— Хи-хи, какой чудесный аромат...

Стоило учительнице с сияющим лицом собраться обжарить продукты —

*ГРОХОТ!*

— А-А-А-АХ!! Мой палец!! Мой палец!!!

Наш с учительницей взгляд снова пересёкся.

— ...Я продолжу помешивать.

— С-спасибо, Хосино-кун! Я сейчас вернусь!

Учительница снова выбежала из лаборантской.

...И зачем я только опустил пасту в воду?

Знай я, что всё так повернётся, вообще не стал бы даже начинать.

«Эх».

Но деваться некуда. Пока я просто варил пасту, ничего страшного.

Грибы и лук уже аппетитно подрумянивались.

И когда лук стал полупрозрачным, учительница вернулась.

— Я на десять лет постарела! Оказался всего лишь небольшой порез.

— Ну и слава богу.

Я вернул сковороду учительнице.

— Боже, Хосино-кун, а ты правда так ловко справляешься. Раньше уже готовил ризотто?

— Да, доводилось.

Учительница с сияющей улыбкой продолжила готовить.

Она добавила рис к подрумянившимся ингредиентам.

Затем энергично обжарила его и влила белое вино.

Вот сейчас начался самый ответственный этап.

Нужно было непрерывно помешивать рис, чтобы он не подгорел.

Меня терзали смутные предчувствия, но, к счастью, ничего не произошло.

Наблюдая за ней, я слил воду с пасты, ровным слоем выложил её на тарелку и накрыл крышкой.

— О, ты используешь этот метод?

— Да. Мне кажется, так текстура пасты получается лучше.

На кулинарном языке это называется «отдыхом».

При таком способе паста доходит до готовности за счёт остаточного тепла.

Конечно, вопреки своим словам, сам я этим методом пользовался нечасто.

Я из тех, кого мало волнует подача, лишь бы съедобно было.

Зачем лишний раз напрягаться?

Я просто освобождал себе руки на всякий случай.

...Хотя лучше бы ничего и не случалось.

— Вау, запах просто невероятный!

— Хи-хи. Не зря я старалась.

Когда алкоголь из белого вина выпарился, она влила куриный бульон.

Едва бульон закипел, глубокий аппетитный аромат приятно защекотал нос.

— Фух. Какое облегчение. Кажется, теперь у всех всё в порядке.

— Эм... Учитель, да нет же —

*ГРОХОТ!*

— Какого чёрта?! Почему у неё такой вкус?!

— Разве так и должно быть?!

— Что?! Сначала надо было слить воду, а потом добавлять соус?!

...Только не говорите мне, что они вылили соус прямо в воду с пастой?

Это надо было ещё умудриться.

— Эм... Хосино-кун...?

— ...Я продолжу уваривать бульон.

— Х-хорошо!

И она снова умчалась.

Всё повторялось по кругу.

С моей точки зрения, учительница явно взяла меня к себе в ассистенты по кулинарии.

Иного объяснения происходящему просто не было.

«Такими темпами я же сам всё и приготовлю?»

Влить куриный бульон.

Помешивать, уваривая.

Влить куриный бульон.

Помешивать, уваривая.

...

Проделав это множество раз, я осознал, что учительница так и не вернулась.

Ризотто уже загустело.

— Ха-а, ну и ну...

Оставался только последний шаг.

Эмульгация.

Или, как это называют, «мантекатура».

Поскольку здесь используются и вода, и масло, нужно энергично встряхивать и вращать сковороду, чтобы они соединились.

В этом и заключается вся суть ризотто.

— В итоге всё свалилось на меня.

Делать нечего.

Я добавил сливочное масло и сыр, после чего взялся за ручку сковороды обеими руками.

Вес самой сковороды плюс рис на тридцать человек ощущался весьма внушительно.

— Фух.

Я глубоко вздохнул.

— У-О-О-О-О-О-О-О-ОХ!!

И с бешеной силой начал встряхивать и подбрасывать содержимое сковороды.

Совсем как в китайском воке.

Требовался точный контроль, чтобы рис не разлетелся во все стороны.

Зачем вообще нужен спортзал? Готовка — вот настоящий спорт! Вот о чём я говорю!

— Извините, учитель попросила меня прийти и помочь...

В этот самый момент в кабинет домоводства вошла светловолосая и голубоглазая ученица.

Это была Курокава Кёка.

Увидев меня, она округлила глаза.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos