Улица Антикваров.

Лу Фэй прошел сквозь шумную толпу и направился туда, где народу было поменьше.

Шагая до тех пор, пока вокруг не воцарилось глухое запустение, он остановился перед неприметной лавкой.

Убранство ломбарда выглядело старинным, но вовсе не ветхим – напротив, от него веяло особой прелестью, какую способно придать лишь прошедшее время.

На резной сандаловой вывеске над входной дверью размашистым почерком было высечено несколько крупных иероглифов.

Ломбард Сэ.

Это дело передавалось в семье Лу из поколения в поколение.

Раньше хозяйствовал дед, а теперь лавка досталась ему.

Их ломбард был непростым, совсем не похожим на обычные заведения: здесь никогда не принимали мирских ценностей вроде золота, серебра или драгоценностей, а специализировались исключительно на темных злачных предметах, обладающих особой силой.

К примеру, на маджонге из черепа мертвеца, ноже палача, коим в древности рубили головы преступников, или на досках из гроба, выкопанного на старом кладбище.

Дед часто говаривал: демонический предмет способен как погубить человека, так и помочь ему!

Стоило подобной вещи попасть в их ломбард, как зло обращалось во благо, превращаясь в талисман, приносящий удачу.

Костяшки маджонга из мертвецкой черепной коробки даровали победу в любых азартных играх, нож палача отводил беду и защищал от напастей, а старая крышка гроба помогала подняться по служебной лестнице и приумножить богатство.

Исцелять недуги, отводить беду и даже бросать вызов самой судьбе, меняя её предначертания.

Эти облагороженные ими демонические предметы манили несметное число высокопоставленных вельмож и богачей словно мотышков на огонь. Поговаривали, что в лучшие времена сюда заглядывали даже особы императорской крови.

В Цзянцзяне каждый ходивший в ремесле человек знал: за вещицы из Ломбарда Сэ не жалко отдать тысячи золотых!

Только вот былое величие осталось позади.

Ломбард Сэ уже долгие годы пребывал в запустении.

Лу Фэй снял табличку с надписью «Хозяин в отлучке, по всем вопросам звоните», отворил тяжелую дверь и переступил порог, чувствуя, как на молодое лицо набегает тень уныния.

─ По-прежнему никаких вестей от деда.

Три года назад дед отправился добывать очередной демонический предмет и с концами сгинул, оставив лишь записку да банковскую карту.

«Сэ-цзы, не вздумай меня искать, учись спокойно! Спустя три года можешь вновь открыть Ломбард Сэ, и если за месяц сумеешь заполучить три темных предмета, продолжай вести дело. Иначе забирай эти деньги и беги куда глаза глядят!!!»

Оставленных дедом сбережений Лу Фэю хватило бы до конца жизни.

Прошло три года.

Лу Фэй окончил университет и, следуя заветам деда, вернулся на Сэ-цзыхао.

И хотя дед строжайше запретил его разыскивать,

он всё равно каждый день выкраивал время, чтобы побродить вокруг Улицы Антикваров в надежде услышать хоть что-нибудь о пропавшем.

Однако дед словно растворился в воздухе, не оставив юноше ни единой зацепки.

─ Будь что будет! Сначала выполню дедово задание, официально распахну двери Ломбарда Сэ, а уж потом продолжу поиски. Если он вдруг объявится, то хотя бы застанет дом целым.

Лу Фэй подбодрил себя и принялся наводить порядок в лавке, готовясь к приему посетителей.

Но расположение их ломбарда было донельзя глухим, и случайных прохожих здесь практически не водилось.

Двери открыты уже полмесяца, а на пороге – ни единой души.

При таком раскладе о трех темных предметах за месяц нечего было и мечтать.

Может, стоить проявить инициативу и поспрашивать здесь, на улице старины?

Старые вещи с годами набирают силу – старые предметы всегда охотнее пропитываются темной энергией.

Пока Лу Фэй предавался раздумьям, его внимание привлекло какое-то движение снаружи.

Под старой софорой, росшей наискосок от ломбарда, неизвестно когда появилась молодая женщина в белом платье. Она стояла и изучающим взглядом всматривалась в сторону Ломбарда Сэ.

─ Неужели она пришла что-то заложить?

Лу Фэй присмотрелся пару секунд, после чего его зрачки резко сузились.

─ Погодите-ка, что у нее с тенями?

Он заметил, что под ногами у незнакомки тень была далеко не одна.

Но опомниться он не успел – женщина торопливой походкой направилась прямо к ломбарду.

─ Скажите… это Ломбард Сэ?

Раздался чуть хрипловатый голос. Переступив порог, женщина окинула взглядом убранство лавки и неуверенно задала вопрос.

─ Именно, это Сэ-цзыхао. Чем могу помочь?

Лу Фэй поднялся с места и нарочно щелкнул выключателем света.

Гостье было на вид лет двадцать пять или двадцать шесть, стройная, высокая, с изящным овальным лицом и невероятно красивой внешностью, вот только кожа ее отливала мертвенной бледностью.

В ярком свете ламп

под ее ногами темнел устрашающий клубок теней – и их было явно больше одной.

Штук пятнадцать, не меньше, и все они зловещим шлейфом тянулись позади неё, напоминая связку воздушных шаров!

Лу Фэй отпрянул от неожиданности.

Нацеплять на себя столько скверны – что же эта девица сотворила?

─ Как хорошо! А лавочник Лу на месте? Я хочу кое-что заложить. ─ В усталых глазах женщины блеснула радость, и она извлекла на свет пожелтевшую старую визитку.

На ней красовалось имя деда Лу Фэя и печать Ломбарда Сэ.

Эту визитку дед выдавал кому-то в прошлые годы.

Стало быть, давняя клиентка!

Лу Фэй поспешно осведомился: ─ Барышня, вы знакомы с моим дедом?

─ Нет. Меня зовут Сэ Яо, визитку передали старшие в семье, наказав непременно разыскать старого лавочника Лу!

Женщина озиралась по сторонам, явно торопясь и нервничая.

─ Прошу прощения, деда сейчас нет. Я Лу Фэй, нынешний хозяин Ломбарда Сэ. Говорите смело, что именно желает заложить госпожа Сэ.

─ Что? И где же он? ─ Сэ Яо пошатнулась, словно получив известие о чьей-то смерти.

─ Госпожа Сэ, осторожнее! Идите сюда, присядьте. ─

Лу Фэй быстро притащил стул и предложил ей сесть.

─ Когда старый лавочник вернется? Деньги значения не имеют! ─ Сэ Яо вцепилась в рукав Лу Фэя, в ее глазах читалось отчаяние.

─ Тьфу ты! ─ Лу Фэй почувствовал, как по коже побежали мурашки.

Ее рука ощущалась куском нетающего ледника, от нее веяло могильным холодом, пробирающим до костей, точно лезвием ножа.

Тело донельзя ледяное, а сама в легком платье.

Холод не чувствует – верный признак скорой кончины!

Если все эти странности связаны с тем, что она принесла на заклание, дело наверняка имело отношение к какому-то жуткому проклятию!

У Лу Фэя дергался глаз.

Либо клиентов нет вовсе, либо с порога приносят смертоносную жуть.

Небеса решили над ним подшутить?

Но ударить в грязь лицом перед покупателем было нельзя, и он сохранил невозмутимый вид: ─ Госпожа Сэ, мой дед в ближайшее время вернуться не сможет. С чем бы вы ни пришли – можете смело говорить мне, все дедовы знания мне известны.

─ Вы?

В глазах Сэ Яо мелькнуло недоверие.

Причина была банальна – Лу Фэй казался слишком юным.

Разве может лавочник без должного багажа знаний и богатого опыта отличить подделку от подлинника? Тем более что заложить она собиралась вещь, от которой зависела ее жизнь.

Лу Фэй прекрасно понимал ее состояние: в конце концов, доверить собственную жизнь незнакомцу отважится не каждый.

Нужно было предъявить веские доказательства, чтобы развеять ее сомнения.

Потому он предельно вежливо произнес: ─ Госпожа Сэ, в последнее время вы чувствуете сильную слабость и постоянную усталость, к тому же вас мучают кошмары? Вдобавок ваша кожа огрубела, утратив чувствительность к теплу и холоду. Даже если вы сделаете глоток крутого кипятка, обжечься вам будет непросто.

Сэ Яо слегка вздрогнула и уставилась на него: ─ Откуда вы знаете?

Буквально вчера она едва не сожгла себе пищевод, находясь дома в полном одиночестве, и посторонние никак не могли об этом узнать.

Лу Фэй лишь усмехнулся, не став вдаваться в подробности.

Шутка ли, когда за спиной тащится такая гирлянда нечисти, не заметить это было бы странно!

Разумеется, сама она ничего не видела.

Таков уж дар Лу Фэя: от рождения он был способен лицезреть то, что скрыто от глаз остальных.

─ Госпожа Сэ, простите за прямоту, но если дело пойдет так и дальше, боюсь, через три дня вы слежете с неизлечимой болезнью.

─ Всего три дня?! Вы уверены?

Сэ Яо широко распахнула глаза, отчаянно пытаясь совладать с собой.

─ Госпожа Сэ, ежели вы мне не верите, вольны уйти сию же секунду. Ломбард Сэ никогда никого не удерживает силой!

Лу Фэй выразился предельно деликатно, умолчав о том, что через три дня ей придется заказывать поминки.

─ Но раз уж у вас в руках визитка моего деда, я считаю долгом добавить кое-что еще. Почему бы сперва не показать мне предмет оценки? Если результат вас не устроит, просто заберете его обратно.

─ А если сочтете мой ответ толковым, продолжим разговор.

Показать вещь – на языке антикварщиков значило провести экспертизу.

Поколебавшись с мгновение и не видя иного выхода, Сэ Яо решительно извлекла из сумочки черный футляр размером с ладонь и положила его на журнальный столик.

─ То, что я хочу заложить, лежит внутри.

─ С тех пор как я надела эту вещь, мои ночные кошмары стали кошмарнее наяву.

─ Честно говоря, я надеюсь, что вы разгадаете эту загадку, даже больше, чем вы сами. Но верю я сейчас не столько вам, сколько этой визитке.

─ Не беспокойтесь, госпожа Сэ, я сделаю всё от меня зависящее.

Лу Фэй с максимальной торжественностью натянул специальные перчатки.

В конце концов, это была его первая самостоятельная экспертиза, да к тому же вещь грозила оказаться смертельно опасной, так что нервы были на пределе.

Сделав глубокий вдох и напустив на себя вид знатока,

он аккуратно откинул крышку коротким движением – и в тот же миг остолбенел от изумления.

Это еще что такое???

Одолеваемый сомнениями, он поднял взгляд на побледневшую Сэ Яо и осторожно осведомился: ─ Госпожа Сэ, вы уверены, что именно эта штука причиняет вам столько бед?

─ Более чем уверена! С той самой ночи, как я надела ее, мне снится один и тот же кошмар! ─ Голос Сэ Яо звучал свинцово-твердо. ─ Нет, это не сон, всё происходит наяву!

Лу Фэй заинтриговался еще сильнее: ─ И что же вам снится?

Сэ Яо остолбенела, не в силах вымолвить ни слова, сплошное недоумение застыло на её лице.

Она простояла так секунды три-четыре, погруженная в ступор.

─ Что вы такое говорите? Какая ложь, с какой стати мне лгать?

─ Это у себя вы должны спросить! ─ с каменным лицом отрезал Лу Фэй. ─ Я признаю, история у вас складная, но Ломбард Сэ принимает демонические предметы, а не сказки.

─ Вы… если не способны принять эту вещь, так и сказали бы! Ни к чему прибегать к столь нелепым отговоркам! ─ Сэ Яо почувствовала себя смертельно оскорбленной и гневно сжала кулаки.

Лу Фэй извлек из шкатулки пучок длинных черных волос.

─ Мисс Сэ, это и есть то, что вы намерены сдать?

От волос не исходило ни малейшей следы темной скверны Инь – это были самые обыкновенные человеческие волосы.

─ Быть того не может!

Обезумев от испуга, Сэ Яо вскочила на ноги, схватила шкатулку и принялась её лихорадочно осматривать.

─ Там же лежало ожерелье, куда оно делось?! Почему вдруг волосы?

С этими словами она подхватила сумочку и вытряхнула всё её содержимое на журнальный столик, в панике перебирая вещи.

─ Куда оно пропало?

─ Выходя из дома, я же сама положила его в эту шкатулку, во что оно превратилось?!

В её выражении лица не было и намёка на фальшь, но куда важнее было то, что скверна, пропитавшая всё её тело, не могла лгать.

Лу Фэй немного подумал, и у него родилась догадка: ─ Мисс Сэ, раз уж вы не лжете, остается лишь одно объяснение.

─ Какое? ─ Сэ Яо замерла, с тревогой глядя на лавочника.

─ Демонический предмет затуманил вам взор, заставив положить не ту вещь – он знал, что сегодня вы попытаетесь от него избавиться, – голос Лу Фэя стал тяжелым.

─ Он знал?

─ Подобные злые сущности обычно представляют собой лишь остатки злой воли или обиды, присосавшиеся к вещи и влияющие на людей исключительно по наитию. Редко когда они способны осознавать чужие мысли и намерения.

─ И что же мне делать? Лавочник Лу, вы не могли бы пойти со мной домой и забрать его?

Сэ Яо пробрала ледяная дрожь, она была близка к нервному срыву.

Она больше просто не посмела бы в одиночку встретиться лицом к лицу с этим ожерельем.

На душе у Лу Фэя тоже было неспокойно.

Поразмыслив, он ответил: ─ Можно, но у меня есть одно условие.

Сэ Яо поспешно произнесла: ─ Деньги не проблема!

─ Не спешите, мисс Сэ, сколько дать и как оформить сделку – обсудим после того, как я осмотрю предмет, ─ Лу Фэй поднял визитную карточку своего деда. ─ Когда всё закончится, я хочу встретиться с тем, кто дал вам эту карточку.

Сэ Яо опешила. Она уже была готова к тому, что лавочник задерет баснословную цену, но тот взамен потребовал то, что никак не было связано с деньгами.

На её лице промелькнуло странное выражение, однако она тут же согласилась.

─ Без проблем!

─ А теперь опишите мне, как выглядело это ожерелье.

─ Я не сильна в материалах... Это была нить бусин, что-то среднее между нефритом и камнем, серовато-белая с желтоватым отливом, весьма необычная.

─ Серовато-белая с желтизной? ─ в голове Лу Фэя забрезчила смутная догадка. ─ Подождите, я соберусь.

Он повернулся и ушел вглубь лавки, чтобы взять кое-какие вещи и сложить их в рюкзак.

Иметь дело с демоническими предметами – ремесло само по себе опасное, малейшая оплошность может стоить жизни.

Выгода в этом деле велика, но риск – еще больше.

И всё же это его первая сделка, отступать нельзя, как бы опасно ни было, иначе он потеряет право зваться хозяином Сэ-цзыхао.

Тем более что у этой женщины находилась визитка его деда.

Дед никогда не раздавал визитки кому попало, значит, старшие этой девушки должны быть связаны с ним давними и близкими узами.

─ Мисс Сэ, мы можем идти.

Заперев дверь, они вдвоем быстро вышли с Улицы Антикваров и поймали такси, направляясь к дому Сэ Яо.

Солнце клонилось к закату.

Небольшой особняк, окрашенный багрянцем сумерек, предстал перед глазами Лу Фэя.

─ Вот мой дом. Я люблю уединение, так что, помимо экономки, я живу здесь одна.

Сэ Яо провела Лу Фэя внутрь виллы.

Интерьер и убранство поражали изысканным вкусом – сразу видно, что девушка не бедствует.

─ Мисс, вы вернулись.

Едва дверь отворилась, как к ним навстречу вышла женщина средних лет.

─ Няня У, пока не отвлекайтесь, у меня срочное дело!

Видя, что времени в обрез, Сэ Яо снедала тревога. Под удивленным взглядом экономки она торопливо потащила Лу Фэя наверх.

Главная спальня на втором этаже.

Сэ Яо зажгла свет и, набравшись храбрости, обвела взглядом комнату.

─ Вон оно!

Она указала на туалетный столик, где совершенно спокойно покоилось ожерелье.

Лу Фэй достал из рюкзака пару кожаных перчаток, натянул их, подошел к столику, взял проклятое украшение и принялся внимательно его осматривать.

От прикосновения веяло могильным холодом!

Ожерелье было нанизано из мелких бусин правильной формы, серовато-белых, уже затертых от носки до жирного блеска и отливающих зловещим желтоватым светом.

На каждой бусинке был вырезан диковинный символ, в котором чудились клубящиеся струйки черного дыма.

Лу Фэй пересчитал их: ровно сорок девять штук.

Такая фактура. Такая аура смерти.

Сомнений больше не было.

─ Ожерелье из человеческих костей! ─ озвучил Лу Фэй свой вердикт.

─ Что?!

Хотя она и морально подготовила себя, услышав ответ Лу Фэя, Сэ Яо всё равно не удержалась на ногах и покачнулась.

─ Из человеческих костей?

─ Верно. В тантрическом буддизме есть ритуальные принадлежности – габала, которые изготавливаются из черепов или фаланг пальцев великих монахов. Считается, что такая габала помогает в духовном совершенствовании: чем выше духовный сан монаха, тем сильнее эффект от изделия.

Лу Фэй с недоумением посмотрел на Сэ Яо.

─ Но габалу не носит кто попало, обычному человеку просто не совладать с её энергетикой! Редко кто отважится коллекционировать столь зловещий антиквариат, с чего бы вам, мисс Сэ, покупать нечто подобное?

В доме даже не нашлось стеллажа богуцзя, всё оформлено в современном ключе – она вовсе не производила впечатление любительницы древностей.

Сэ Яо горько усмехнулась: ─ Если я скажу, что не знаю, поверите ли вы? Как ни стараюсь, я в упор не помню, откуда взялось это ожерелье. Но могу поклясться, что сама я его не покупала – я терпеть не могу подобные вещи.

─ Разумеется, я верю. Демонические предметы помрачают рассудок. Они способны не просто затуманивать зрение, но и стирать воспоминания, ─ понимающе кивнул Лу Фэй.

Это признание принесло девушке хоть какое-то утешение. Ранее она уже пыталась кому-то изливать душу, но ей отвечали лишь, что это из-за тяжелой работы на службе, и советовали побольше отдыхать.

Когда не сталкиваешься с подобным сам, искренне сочувствовать просто невозможно.

Она спросила: ─ Значит, это ожерелье – габала?

─ Нет, в том-то и загвоздка, ─ Лу Фэй покачал головой, нахмурившись и разглядывая костяное ожерелье. ─ Настоящую габалу не украшают резьбой, а на каждой бусине этого ожерелья что-то выгравировано.

─ Что именно выгравировано? Это имеет какой-то особый смысл? ─ Сэ Яо была крайне озадачена.

─ Мне не разобрать, похоже на какие-то руны. Всего сорок девять бусин, знать бы, кроется ли в этом тайный умысел.

Лу Фэй не стал кривить душой. В памяти всплыли рассказы деда о нечисти и проклятых вещах, но ничего похожего он припомнить не смог.

─ Так вы сможете его забрать? ─ это волновало Сэ Яо больше всего.

─ Это демонический предмет, и Ломбард Сэ, разумеется, в силах с ним справиться.

Лу Фэй вернул ожерелье на туалетный столик – от долгого держания в руках уже начинало ломить всё тело.

─ Однако просто унести его – не решение проблемы. Нужно сперва выяснить, что это за тварь, и только тогда мы сможем подобрать лекарство от ночных кошмаров мисс Сэ.

Ломбард Сэ никогда не занимался простым изъянием вещей – в круг обязанностей всегда входило и усмирение привязанного к предмету злого духа.

Сэ Яо была неглупой женщиной и с полуслова уловила мысль Лу Фэя: ─ Что от меня требуется для помощи вам?

─ Если вы не возражаете, я останусь здесь на ночь, чтобы проследить за выходками этой штуки.

─ Было бы превосходно!

После всего пережитого Сэ Яо больше не сомневалась в способностях парня; она испытывала лишь глубокую благодарность и о возражениях не могло быть и речи.

Небо затягивало мгла.

Наступила глубокая ночь.

Вокруг царила безмолвная пустота, и темнота окутала изящную виллу.

Последовав совету Лу Фэя, Сэ Яо пораньше легла в постель.

Лу Фэй притащил стул и устроился в самом углу комнаты.

─ Вся надежда на вас, лавочник Лу! ─ сжав зубы, прошептала Сэ Яо, выключила свет и нырнула под шелковое одеяло.

Просторная главная спальня погрузилась во мрак, лишь тусклый свет уличного фонаря пробивался сквозь окно.

Столкнувшись с демоническим предметом впервые в жизни, Лу Фэй испытывал легкое волнение.

Хотя теории за годы обучения у деда накопилось с избытком, реальной практики у него еще не было.

Прижав к груди рюкзак, он не сводил глаз с ожерелья на туалетном столике.

Время тянулось медленно, секунда за секундой.

Тени за окном сплетались в причудливые узоры.

В спальне стояла такая тишина, что можно было услышать падение иголки.

Сэ Яо под одеялом не шевелилась – судя по всему, она уже заснула.

А ожерелье на столике по-прежнему хранило абсолютное молчание.

Всё казалось тихим и мирным.

Постепенно Лу Фяя начала одолевать дремота, и он стал щипать себя за бедра, отгоняя сон.

─ Неужели в присутствии постороннего эта пакость затаилась?

Миновал час ночи, ноги у Лу Фэя затекли донельзя, и он решил подняться, подойдя ближе к туглящемуся зеркалу.

Ожерелье безмолвно лежало перед зеркалом, серовато-желтые костяные бусины источали мертвенный холод, а выбитые на них странные знаки в полумраке казались особенно зловещими, напоминая полуприкрытые глаза.

Вдруг одна из костяных бусин чуть качнулась, словно кто-то приоткрыл глаз!

─ Зашевелилось?!

Лу Фэй тотчас настороже вскинул голову и судорожно вытащил из рюкзака деревянный тесак размером с ладонь, неотрывно следя за ожерельем.

Персиковое дерево отгоняет злых духов, а этот тесак вдобавок прошел особую обработку, обладая подавляющей силой против костяной нечисти.

Его когда-то оставил в залог старый клиент Ломбарда Сэ и так не выкупил в срок, после чего нож перешел в собственность лавки.

Однако прошло много времени, а ожерелье не подавало признаков жизни.

─ Показалось, что ли?

Одолеваемый сомнениями, Лу Фэй колебался – стоит ли испытать его тесаком, как за спиной раздался странный звук.

Скре-беть-скреб!

Шум нарастал, становясь всё отчетливее, мерный и повторяющийся.

Знакомый до боли – кажется, ему уже доводилось слышать подобное.

─ Точат нож?!

Стоило ему осознать это, как волосы на теле Лу Фэя встали дыбом.

Среди глухой ночи – кто станет точить нож?

Комната экономки, тетушки У, находилась на первом этаже, она давно отправилась спать, да и Сэ Яо строго-настрого наказала ей никуда не выходить по ночам.

К тому же скрежет явно доносился из главной спальни, где кроме них двоих больше никого не было.

А Сэ Яо спала в кровати...

Лу Фэй резко обернулся и замер на месте.

Ложе пустовало.

Сэ Яо исчезла!

─ Куда делась? ─ Лу Фэй в несколько шагов преодолел расстояние до кровати и откинул шелковое покрывало.

Простыня еще хранила тепло её тела, но постель уже успела остыть.

Хотя еще минуту назад он собственными глазами видел её лежащей там.

И вот испарилась в мгновение ока.

Предчувствуя неладное, Лу Фэй бросил взгляд на туалетный столик, и сердце у него ухнуло в пятки.

Ожерелья из человеческих костей тоже не было!

─ Черт, неужели стряслась беда? ─ глубоко вздохнув, Лу Фэй изо всех сил попытался взять себя в руки. ─ Без паники! Сэ Яо пропала только что, далеко уйти она не могла.

Скре-беть-скреб!

В ночной тишине этот оскоминающий слух звук точилки казался оглушительным.

Стоило ему прозвучать, как исчезла Сэ Яо – между этими событиями наверняка существовала связь.

Внимательно прислушавшись, Лу Фэй понял, что звук доносится из ванной комнаты при главной спальне. Сделав шаг вперед, он осторожно заглянул внутрь через приоткрытую дверь.

Просторная ванная комната, ослепительно-белая кафельная плитка отливала холодным мертвенным блеском.

Тощая фигура сидела на корточках прямо на ледяном кафеле спиной к двери, монотонно водя лезвием по бруску.

Металл скрежетал о камень с пронзительным визгом.

─ Мисс Сэ?

Нерешительно окликнул он застывшую спину.

Ответа не последовало, та продолжала методично возить лезвие взад-вперед, движения её были механическими и точными, словно она занималась чем-то жизненно важным.

Сглотнув слюну, Лу Фэй переступил порог ванной и наконец разглядел подробности.

Распущенные черные волосы беспорядочно падали на спину, на ней было белое платье, однако кожа казалась бледнее ткани.

Это была Сэ Яо.

В руках она сжимала острый разделочный нож, опустив голову и ожесточенно затачивая его. Движения её были заторможенными, глаза закрыты – вылитый оживший мертвец.

У Лу Фэя зашлось сердце, он не смел приблизиться.

Среди ночи женщина с распущенными волосами сидит на корточках в темноте и точит нож – кому угодно станет не по себе от такой картины.

Похоже, дело вовсе не в лунатизме – её околдовали.

Самое страшное было в том, что ожерелья на ней он так и не заметил.

─ Как бы то ни было, сначала нужно привести её в чувство, слишком уж здесь опасно!

В подобных обстоятельствах насильственное пробуждение могло пагубно отразиться на рассудке человека. Но Лу Фэю было уже не до того – тонкое, до блеска сточенное лезвие ножа внушало самые дурные предчувствия.

Осторожно ступая, он протянул руку к Сэ Яо.

Что бы она ни затеяла, её необходимо остановить.

Однако стоило его пальцам почти коснуться плеча девушки, как скрежет мгновенно умолк.

Сэ Яо резко, без единого звука поднялась на ноги и в кромешной тьме начала медленно разворачиваться с пугающей грацией.

Босая, она стояла на цыпочках, слегка подавшись вперед, опустив голову, а растрепанные космы полностью скрывали лицо.

Словно невидимая нить тянула её за макушку вверх, а зажатый в руке разделочный нож поблескивал ледяным светом.

─ Шаг призрака по пятам?!

Сердце Лу Фэя взмыло под самое горло.

В этот момент Сэ Яо была уже сама не своя.

Лу Фэй напрягся всем телом.

Секунду они оцепенело стояли друг напротив друга, как вдруг тело Сэ Яо качнулось, но бросилась она не на Лу Фэя – вместо этого девушка побежала прочь, ступая на самые цыпочки.

─ Госпожа Сэ!

Лу Фэй бросился в погоню.

Однако в полумраке главной спальни и след её простыл.

Бежала она так быстро, но при этом – ни единого звука шагов.

Лу Фэй покрылся холодным потом от тревоги.

Стоит демонскому предмету подчинить человека, как тот начинает творить непостижимые, жуткие вещи: либо калечит других, либо вредит себе.

─ В спальне её нет, значит, побежала вниз!

Выскочив из главной спальни, Лу Фэй заглянул в коридор и глянул вниз.

В просторной гостиной со вторым светом мерцал лишь слабый рассеянный свет от огромной хрустальной люстры наверху, а весь первый этаж целиком тонул во мкже.

Словно стоячая вода, в которой невозможно было разглядеть Сэ Яо.

Достав телефон, он включил фонарик и бросился вниз по лестнице.

Едва сделав пару шагов, он вдруг почувствовал, как что-то со злостью вцепилось ему в щиколотку.

Споткнувшись, он полетел вперёд, но вовремя сориентировался и в последний момент ухватился за перила, избежав падения.

Задрав штанину, Лу Фэй увидел на лодыжке багрово-чёрный след от когтей, а кожа в том месте онемела и потеряла всякую чувствительность.

Лу Фэй зачерснул пригоршню пепла благовоний и швырнул вокруг.

Впотьмах что-то неуловимо отступило.

Затем, цепляясь рукой за перила и осторожно ступая шаг за шагом, он наконец добрался до первого этажа.

Плотные двойные шторы были задернуты, на первом этаже стоял глухой мрак – зловещий и мертвенный.

Осторожно оглядевшись, Лу Фэй не покидал смутной уверенности, что из темноты за ним кто-то холодно наблюдает.

Внезапно в разгар поисков до него донёсся какой-то звук со спины.

Резко обернувшись, он как раз успел заметить, как силуэт Сэ Яо мелькнул и скрылся за поворотом лестницы. Бросившись следом, он обнаружил там ещё одну дверь.

Она была приоткрыта, створка слабо покачивалась, выпуская наружу леденящую душу сырость.

Лу Фэй поднял телефон.

В тусклом луче света перед ним предстал уходящий вниз лестничный пролёт, а бледная фигура Сэ Яо призраком растворилась в самой его глубине.

─ Подвал.

У Лу Фэя завязался узел под ложечкой – предчувствие было скверным.

Спуск на этот раз прошёл без приключений, подвал оказался просторным.

Здесь располагался оборудованный тренажёрный зал.

─ Госпожа Сэ!

Обойдя выступ, Лу Фэй наконец увидел Сэ Яо.

В самом дальнем конце тренажёрного зала во всю стену тянулось огромное зеркало.

Сэ Яо стояла посредине лицом к нему, растрёпанная, и безостановочно твердила что-то себе под нос.

От этого жуткого зрелища кровь стыла в жилах.

─ О чём это она вообще? – думал он.

Но размышлять было некогда: сейчас главная задача заключалась в том, чтобы отобрать у неё разделочный нож.

Осторожно приблизившись к Сэ Яо, он одним резким движением схватил её за запястье, в котором был зажат нож.

Сэ Яо резко развернулась и перехватила руку Лу Фэя. Из-под растрёпанных прядей волос на него в упор глядели глаза, сплошь залитые кровью.

В следующий миг Лу Фэй с ужасом заметил, как в зеркале за её спиной один за другим проступают зловещие черные силуэты.

Они ожили прямо в отражении. Изогнутые черные руки вцепились Сэ Яо в голову, принимаясь по кусочку вытягивать из её тела саму тень.

─ Душа! Они хотят вырвать её душу наружу!

Глаза Лу Фэя полезли на лоб.

В этот же миг до него наконец дошло, что́ представляет собой эта цепочка.

Цепь Жатвы Душ!

Ожерелье, способное вытягивать человеческие души, созданное изуверским способом: каждая костяная бусина вмещает в себя по злосчастному призраку.

Эти черные тени и есть те самые души, поглощенные ожерельем.

Ишь какая редкость попалась, с кем же это Сэ Яо умудрилась перейти дорогу?

Мысль блеснула в голове яркой вспышкой.

Выбрав момент, он обошел Сэ Яо сзади и со всего маху вонзил персиковый нож в черную тень, застывшую в зеркале.

Хрусь!

Кинжал из древесины персика и зеркало разлетелись одновременно, по глади побежали трещины паутиной, черные тени с воплями растаяли, а костяные бусины градомссыпались на пол.

Сэ Яо обмякла и рухнула без чувств, а разделочный нож со звоном отлетел в сторону.

Однако костяное ожерелье и не думало успокаиваться: серовато-белые бусины с глухим стуком покатились прямо к ним.

Штуковина оказалась слишком свирепой, а персиковый нож исчерпал свою силу с первого же удара.

Лу Фэй торопливо взвалил Сэ Яо на спину и что есть мочи бросился к лестнице, в несколько прыжков долетев до выхода.

Но дверь оказалась заперта.

Лу Фэй отчётливо помнил, что, входя сюда, он её не закрывал. Дёрнув ручку изо всех сил, он понял, что та не поддаётся.

Дверь заперли снаружи!

Лицо Лу Фэя исказил ужас.

Кто мог её запереть?

Виллу населяли всего три человека.

Кроме Лу Фэя и Сэ Яо, кто еще мог запереть дверь снаружи?

Ответ напрашивался сам собой.

Цок-цок-цок!

В этот момент костяные бусины уже вкатились на лестницу и, словно полные злобы глаза, стремительно приближались к ним.

─ Надо срочно выбираться отсюда!

Времени на раздумья у Лу Фэя не оставалось. Опустив Сэ Яо на пол, он глубоко вдохнул и со всего размаху вре плечом в тяжелую дверь.

Та была массивной, из цельного дерева, и от удара Лу Фэя лишь едва заметно задрожала.

─ Раз выхода нет, придётся драться до последнего!

Видя, как до них остается всего несколько ступеней, Лу Фэй, забыв о пронзительной боли в плече, отчаянно закусил губу, прокусил средний палец и выдавил пару капель крови в пепел благовоний.

Затем он обсыпал этой смесью пространство вокруг себя с Сэ Яо, замкнув защитный круг.

Едва круг затянулся, как подоспевшие ожерельные бусины уткнулись в невидимую преграду.

Они в бессильной злобе подпрыгивали на месте и таращились на двоих людей, не смея переступить черту из пепла.

Сработало!

Лу Фэй слегка перевел дух.

В каждом живом человеке пылают три огня – то, что зовут янским пламенем.

А капли крови из среднего пальца как раз олицетворяют два таких огонька.

Стоило ему обсыпать периметр пеплом с примесью этой крови, как вокруг них образовался защитный барьер, источающий обжигающую энергию ян.

─ Усмирить эту штуку сегодня ночью не выйдет, остаётся только тянуть время до рассвета!

Ночь принадлежит силам инь, день – стихии ян.

Демонические предметы свирепствуют по большей части впотьмах, и стоить солнцу взойти, как озлобленные духи вернутся обратно в свои бусины.

Костяные бусины не оставляли попыток прорваться, а Лу Фэй сцепив зубы держал оборону.

Бессонная ночь тянулась томительно, казалось, этой жути не будет конца.

Когда силы уже почти иссякли, наконец забрезчил рассвет.

Бусины с глухим стуком упали на пол, превратившись в обычное неподвижное ожерелье.

Напряжение в теле Лу Фэя схлынуло.

Костяное ожерелье больше не представляло угрозы.

Слегка переведя дух, он через силу стер с пола пепел, после чего подхватил Сэ Яо на спину и перетащил в укрытие в дальнем конце тренажёрного зала.

Прошло немало времени.

Лязг! Замок подался.

Дверь подвала приоткрылась, в проёме показалось полное лицо женщины средних лет. Окинув всё взглядом по сторонам, она ступила на лестницу.

То была экономка по имени няня У.

─ Ой, а где же все?

Добравшись до тренажёрного зала и никого там не обнаружив, няня У озадаченно нахмурилась.

─ Меня ищете?

Холодный голос раздался прямо у неё за спиной.

Она в ужасе задохнулась, но едва успела повернуться, как рукоять ножа с размаху врезалась ей в переносицу.

Хрясь!

Удар пришёлся прямо по центру лица, няня У взвыла и, шатаясь, отшатнулась назад, из носа у неё хлынула кровь.

Лу Фэй же не собирался ввязываться в затяжной бой: взвалив Сэ Яо на плечи, он в два счёта выскочил из подвала и запер за собой дверь.

Вернувшись в гостиную, он отбросил разделочный нож в сторону, уложил Сэ Яо на диван, а затем распахнул плотные шторы, впуская в комнаты солнечный свет.

Сделав это, он рухнул у огромного панорамного окна, совершенно обессиленный, тяжело и прерывисто дыша.

Бам-бам-бам!

Из подвала донеслись яростные удары в дверь и отборная грязь вперемешку с проклятиями.

Лу Фэй оставил это без внимания.

Спустя долгое время.

Сэ Яо очнулась в туманном забытьи.

─ Как же раскалывается голова, неужто опять сон...

Придерживая ладонью лоб, она с трудом приподнялась на диване и первым делом инстинктивно шатнула рукой к шее, но тут же замерла в растерянности.

Шея оказалась пуста – ожерелья на ней не было.

─ Госпожа Сэ, вы пришли в себя.

Голос Лу Фэя раздался неподалёку.

Повернув голову, Сэ Яо увидела, как Лу Фэй несёт из кухни две тарелки с едой. Сам он выглядел измотанным, но выражение лица было совершенно спокойным.

─ Лавочник Лу, я... меня спасли? – поспешно осведомилась она.

─ Да.

Лу Фэй поставил одну из тарелок перед Сэ Яо, а вторую пристроил перед собой и принялся за еду без лишних церемоний.

Получив от Лу Фэя утвердительный ответ, Сэ Яо почувствовала, как её напряженные плечи расслабляются, а из глаз сами собой брызнули слёзы.

Закрыв лицо руками, она лишь спустя какое-то время смогла взять себя в руки.

─ Прошу прощения, я распустила нюни.

─ Ничего страшного.

─ Мне всю ночь чудилось всякое в бреду, что вообще произошло?

─ Не спешите, госпожа Сэ, сначала поешьте, восстановите силы, а я всё вам подробно расскажу.

Лу Фэй кивнул на молоко и бутерброд перед ней.

Хотя Сэ Яо сгорала от нетерпения, сделав пару глотков молока, она устремила на Лу Фэя выжидательный взгляд.

─ Эта вещь – вовсе не банальное костяное украшение, а порождение человеческих рук, демонический предмет под названием Цепь Жатвы Душ.

Положив ожерелье на журнальный столик, Лу Фэй принялся за еду и продолжил размеренным тоном:

─ Украшения из человеческих костей, помимо габалы, делятся еще на один вид.

─ Бывает, что в память об ушедшем любимом человеке заказывают изделие из его костей и носят при себе; пусть поступок и с душком помешательства, но человеческое горе понять можно.

─ Ваше же ожерелье совсем иного сорта. Его изготовили, сдирая кожу и вынимая кости из живого человека. Оттого и злобы в нём накопилось счесть невозможно.

─ Стоит кому-то надеть такую цепь, как замученный до смерти призрак начинает вымещать всю накопившуюся ненависть на владельце: каждую ночь являться в кошмарах, раскатывая рассудок несчастного в щепки.

─ И как только дух владельца надламывается окончательно, наступает черед его душу затянуть внутрь ожерелья.

─ Каждая костяная бусина здесь – это вместилище для одной исполненной обиды души.

─ Те черные тени, что мерещились вам во сне – это души тех, кого затянули в ожерелье до вас. Все они изливали на вас свою ярость.

─ С каждым днем, что вы носите эту штуку, они вылезают одна за другой, терзая вас до тех пор, пока ваша собственная душа не окажется нанизана на цепочку.

Лицо Сэ Яо мгновенно побелело до синевы.

─ Если бы я не отыскала вас, я бы прошлой ночью... умерла? – дрожащим голосом спросила она.

─ Нет, вы бы не умерли, – покачал головой Лу Фэй. – Вы бы превратились в бездумную ходячую куклу, лишенную души, и беспрекословно подчинялись бы воле хозяина ожерелья.

─ Живой мертвец? ─ переспросила Сэ Яо.

Она думала, что уже услышала всё, чего можно бояться сильнее смерти.

Но ответ Лу Фэя вверг её в ещё больший шок.

─ Послушай, каждый, чью душу вытянула эта цепочка, превращается в бездуховного живого мертвеца, ─ пояснил он.

─ С виду он ничем не отличается от обычного человека – также ест и спит, а на деле внутри лишь пустая оболочка, лишённая собственного «я» и слепо подчиняющаяся хозяину украшения.

─ Именно поэтому такое ожерелье из человеческих костей называют Цепью Послушания или Цепью Подчинения.

─ Если ты хочешь, чтобы кто-то беспрекословно повиновался тебе и без всяких условий отдал всё, что имеет, просто заставь его надеть эту вещь.

Лицо Сэ Яо побелело пуще прежнего, и она проронила упавшим голосом: ─ Кто хозяин ожерелья? Тот, кто подарил его?

─ Точно сказать не могу. Как правило, создатель артефакта и есть его хозяин, но нельзя исключать, что кто-то просто нанял мастера на стороне.

Лу Фэй допил остатки молока и продолжил:

─ Подобные демонические предметы, созданные человеческими руками, разительно отличаются от нечисти, действующей по слепому инстинкту. У них предельно узкая цель: вытягивать чужие души и превращать людей в рабов.

─ Эту гадость мастерили древние злые колдуны исключительно для причинения вреда. Дед рассказывал мне о подобных вещах, но я и подумать не мог, что они существуют на самом деле.

Именно поэтому Лу Фэй догадался обо всём далеко не сразу.

─ Штука редчайшая, за деньги такую не купишь. Раз кто-то потратил столько сил, чтобы расправиться с тобой, значит, у вас были смертельные счёты. Найти злоумышленника будет несложно, верно?

─ Искать не придётся, я уже вспомнила, кто его подарил! ─ Сэ Яо зажмурила глаза, её длинные ресницы мелко задрожали, а на губах застыла горькая, зловещая усмешка.

─ Самое смешное, что никаких смертельных обид между нами не было. Напротив, всего через несколько месяцев мы должны были пожениться.

─ А? ─ Лу Фэй остолбенел.

Скоро свадьба? Так это же жених!

Он ни за что на свете не мог подумать, что причинить вред Сэ Яо собирался её собственный избранник.

Но ради чего?

К тому же Сэ Яо была далеко не первой жертвой – до неё цепочка уже опустошила не одну душу.

Неужели её жених – какой-то тайный колдун-чернокнижник?

Лу Фэй покачал головой, бросил взгляд на дверь в подвал и произнес: ─ Госпожа Сэ, я должен сказать вам ещё кое-что.

─ Слушаю. ─

─ Прошлой ночью вы во сне спустились в подвал. Когда я попытался вытащить вас, дверь оказалась заперта снаружи.

─ Заперта? Кто это сделал?

─ Сейчас она заперта в том самом подвале, ─ уклончиво ответил Лу Фэй.

Девушка обладала слишком острым умом и сообразила мгновенно.

─ Она живёт в моём доме уже три года, я относилась к ней со всей душой, а она оказалась последней тварью! ─

Сэ Яо глубоко вздохнула, в её глазах застыли холод и непреклонная решимость.

─ Лавочник Лу, огромное вам спасибо. Вы не только спасли мне жизнь, но и открыли глаза на некоторых людей!

Лу Фэй почувствовал к ней лёгкую жалость.

Когда тебя так подло предаёт самый близкий человек, какой бы сильной ты ни казалась, на душе скребут кошки.

Сам он был лишён богатого романтического опыта и совершенно не представлял, как принято утешать людей в подобных ситуациях.

Ладно, лучше вернуться к делам.

─ Госпожа Сэ, вы преувеличиваете, я принимаю демонические предметы – это моя прямая обязанность. Если позволите, давайте обсудим стоимость ожерелья. Вы хотите оформить возвратный залог или безвозвратный?

Безвозвратный залог означал продажу вещи ломбарду навсегда.

Возвратный же позволял оставить её в залог с правом выкупа в будущем.

Сэ Яо справилась с эмоциями и с тревожной ноткой в голосе произнесла: ─ Если можно, я бы предпочла продать его навсегда, но… не навлечёт ли эта цепочка на вас неприятности?

─ Никаких! Демонические вещи опасны, но стоит найти управу на них, как они становятся послушными, ─ с этими словами Лу Фэй взял принесённую из кухни солонку и щедро посыпал ожерелье поваренной солью.

Костяные звенья издали глухое шипение, испустив клубы чёрного дыма.

Когда дым рассеялся, тусклый маслянистый блеск на поверхности цепочки полностью исчез.

─ Цепь Жатвы Душ страшно боится соли. Стоит присыпать её, и она теряет способность высасывать души, становясь абсолютно безобидной, ─ улыбнулся Лу Фэй.

─ Забавно, правда? Такая жестокая дрянь, а управу на неё найти проще простого.

─ И то верно. Только кто бы додумался до такого, кроме вашего Ломбарда Сэ? ─ горько усмехнулась Сэ Яо.

─ И всё же, раз она лишилась своей силы, сможете ли вы заработать на ней? Кстати, вы спасли мне жизнь, это я должна платить вам за работу.

─ Поверьте, госпожа Сэ, наш ломбард Сэ никогда не работает себе в убыток! Пусть эта вещица больше не крадёт души, у неё найдутся другие полезные свойства.

─ О? Какие же?

─ Об этом вам лучше не беспокоиться, госпожа Сэ. Главное – вреда людям она больше не причинит.

─ Я не это имела в виду, просто не хочу, чтобы вы трудились даром. Говорят, Ломбард Сэ умеет превращать зло в сокровища, должно быть, я зря переживаю.

Сэ Яо виновато улыбнулась.

─ Могу я просто подарить вам это ожерелье?

─ Дар не имеет отношения к залогу, ─ Лу Фэй покачал головой, мягко отклоняя предложение.

Таковы были незыблемые правила Ломбарда Сэ: сделка есть сделка. Только через торговлю можно обрубить кармические узлы.

Те, кто кормится за счёт потусторонних сил, не должны просто так вмешиваться в чужие судьбы, иначе навлекут на себя бесконечные беды. Но если это купля-продажа – разговор совсем другой.

─ Хорошо… тогда я закладываю его за один юань.

─ Идет.

Лу Фэй достал из рюкзака квиток и ручку, аккуратно вписав туда детали сделки и цену:

─ …Костяное ожерелье, безвозвратный залог, цена – один юань.

─ Госпожа Сэ, распишитесь и поставьте печать, теперь это ожерелье принадлежит Ломбарду Сэ.

Сэ Яо без колебаний поставила подпись и оттиск пальца.

Ломбардный квиток оформлялся в двух экземплярах.

Лу Фэй порылся в рюкзаке и нашёл лишь одну одинокую монетку.

─ Удачной сделки, госпожа Сэ! ─

Он протянул монету женщине и принялся собирать вещи, готовясь уходить.

─ Лавочник Лу, я обещала познакомить вас со старшими членами семьи, как только всё уладится. У меня тут появились срочные дела, но как только разберусь с ними, я непременно сдержу слово.

─ Я понимаю. Вот моя визитка, свяжитесь со мной, как появится время.

Лу Фэй оставил карточку, кивнул, забрал костяное ожерелье и покинул виллу.

Сэ Яо проводила его взглядом, затем круто развернулась, посмотрела на дверь подвала, и в её глазах застыл леденящий душу холод.

Она достала телефон и набрала чей-то номер:

─ …Пробей мне двух человек, как быстро будет результат?..

Улица Антикваров.

Выйдя из такси, Лу Фэй прямиком направился в лавку – нужно было выспаться.

Он смертельно устал.

Ночная трата янской энергии опустошила его организм до предела, и одной тарелкой супа тут было не помочь.

Стоило ему переступить порог дома, как силы окончательно оставили его, и он рухнул на кровать.

Спал он мертвецким сном до самого полудня следующего дня; если бы не зверский голод, проспал бы ещё дольше.

Оснотно пообедав в ближайшей забегаловке, он почувствовал себя гораздо лучше.

Поглядывая на злосчастную костяную цепочку, Лу Фэй испытывал лёгкое воодушевление: наконец-то ему удалось добыть демонический предмет своими силами.

Вещи, сданные без права выкупа, полностью переходили в собственность Ломбарда Сэ, и Лу Фэй мог оставить их себе или пустить на продажу.

Злой дух из ожерелья был изгнан, зато остался занятный побочный эффект: артефакт приковывал к владельцу всеобщее внимание, превращая его в ходячий центр притяжения.

Правда, у этого свойства был и жирный минус.

Цепочка лишь привлекала взгляды, совершенно не заботясь о том, добрые они или злобные.

Надев её, человек оказывался под перекрёстным прицелом сотен глаз, где любая оплошность раздувалась до размеров катастрофы.

Тут приходилось держать язык за зубами и вести себя безупречно, словно святой.

Становиться праведником Лу Фэй не планировал, а потому решил сбыть ожерелье с рук – прибыль волновала его меньше всего, куда важнее было заявить о возрождении Ломбарда Сэ.

Он поделился новостью о необычном товаре с владельцем соседней антикварной лавки по имени Лю Фугуй.

Старик Лю прекрасно знал про Ломбард Сэ, а потому долго уговаривать его не пришлось – не прошло и двух дней, как он нашёл покупателя.

Покупательницей оказалась начинающая интернет-стримерша.

Девушка вела стримы уже года два-три, но популярность никак не шла к ней в руки – она была готова на всё, лишь бы прославиться.

Ради заветной славы она бы надела что угодно.

Какое там костяное ожерелье – она даже пыталась завести амулет Янь для призыва духов, только попалась на удочку мошенников, подсунувших ей пустышку.

─ Мисс Бинбин, вы хорошенько подумали? Нацепив эту вещь, вы окажетесь под постоянным прицелом публики, каждый ваш шаг и каждое слово станут достоянием общественности. Если у вас в шкафу есть скелеты, их обязательно вытащат на свет, ─ предупредил её Лу Фэй, честно обрисовывая все побочные эффекты.

Ломбард Сэ отнюдь не был притоном жуликов, и здесь привыкли вести дела честно и открыто.

Демонический предмет может как погубить, так и помочь, но за всё нужно платить.

Бинбин помялась какое-то время: ради того, чтобы пробиться в топ, ей уже приходилось пачкать руки.

Но жажда славы перевесила всё. Рассудив, что чёрный пиар – тоже пиар, она со скрипом сердца выскребла все свои сбережения, влезла в онлайн-долги и наскребла полмиллиона юаней, чтобы выкупить у Лу Фэя костяное ожерелье.

Обычное украшение с тяжёлым побочным эффектом ушло за полмиллиона.

Купить подешевле, продать подороже.

В этом и заключалась суть ремесла Ломбарда Сэ.

Как говаривал дед, если дела в ломбарде идут как надо, то ни слава, ни богатство себя долго ждать не заставят.

Лу Фэй с барского плеча отвалил старику Лю пятьдесят тысяч.

Люди старались, помощь требовалось вознаграждать по заслугам.

─ Молодой лавочник Лу, если у твоего ломбарда снова появятся диковинки на продажу, первому сообщи старому Лю – уж я расстараюсь, разрекламирую как надо! ─

─ Благодарю, дядя Лю, вся надежда на тебя. ─

─ Полноте, для меня великая честь сотрудничать с Ломбардом Сэ. ─

Заручившись поддержкой столь загадочного заведения, Лю Фугуй светился от счастья и отрабатывал комиссионные с удвоенным усердием.

Правда, Лу Фэй никак не ожидал, что отдача окажется столь стремительной.

На следующий же день после продажи ожерелья в лавку пожаловал новый клиент.

─ Лу Фэй, выручай! ─

В дверь влетел худой, похожий на жердь парень, обливающийся потом и безумно встревоженный.

─ Ты… ─

Лу Фэй не сразу узнал посетителя.

─ Да это же я, Ху-цзы! ─

─ Ого! Ху-цзы, с чего это тебя так разнесло… то есть, почему ты так исхудал? ─ Лу Фэй отшатнулся от неожиданности.

Ху-цзы работал подмастерьем в одной из антикварных лавок на улице.

Раньше он был парнем хоть куда – ростом под метр восемьдесят, плечистый, с бугрящимися на руках мышцами.

Теперь же от него осталась одна кожа да кости, щеки провалились так глубоко, будто он не ел несколько месяцев.

─ Тут на улице болтают, будто вы скупаете всякую чертовщину, это правда? ─ Ху-цзы вытащил из кармана старинную медную монету и швырнул её на прилавок, точно ядовитую змею.

─ Погляди ради бога, не демоническая ли это дрянь!

─ Секунду. ─

Натянув перчатки, Лу Фэй взял монету и поднёс к глазам.

Круглая, с квадратным отверстием посередине, почерневшая от времени. По всем признакам – подлинная древность, но от металла веяло едва заметным черноватым дымком.

Эта дымка отличалась от той, что клубилась вокруг костяного ожерелья: там была зловещая аура убийства, а здесь – отчетливый дух мертвечины.

─ Похоже на могильную вещь, погребальный инвентарь. Где ты её раздобыл? ─

─ А у тебя глаз алмаз, сразу понял, что из могилы! ─ Ху-цзы торопливо поднял большой палец вверх. ─ Так это демонический предмет?

─ Сперва расскажи всё как есть, а я уж решу, демонический он или нет, ─ Лу Фэй заметил потрескавшиеся губы парня и молча налил ему стакан воды.

Однако Ху-цзы замахал руками так, словно перед ним стояло само воплощение ужаса: ─ Нельзя мне! Нельзя! Меня от любой еды воротит, да и воду пить не могу – выворачивает так, что кишки наружу лезут! ─

─ Ничего не ешь? ─

Лу Фэй присмотрелся к лицу гостя.

Меж бровей залегла чёрная тень, под глазами залегли свинцовые круги – классические признаки одержимости.

Но что самое странное: при общем истощении, когда от тела остались одни кости, живот у него странно выпирал, напоминая солидное пивное пузо.

Подобный диссонанс выглядел жутковато.

Сгорая от любопытства, Лу Фэй поторопил его: ─ Так выкладывай давай, откуда эта монета взялась? Без рассказа я тебе не помогу. ─

Ху-цзы тут же зачастил, объясняя происхождение находки.

Монету он заприметил в тот день, когда они с хозяином ходили по домам в поисках антиквариата.

Пока шеф сидел в комнате и договаривался о цене, Ху-цзы ждал снаружи.

К нему подошёл какой-то старик в крестьянской одежде и вкрадчиво предложил купить старинную монету всего за пятьсот юаней.

Ху-цзы за пару лет работы с антиквариатом успел набраться опыта и сразу признал в ней подлинник рыночной стоимостью от нескольких тысяч до десятка тысяч юаней.

В голове мелькнула мысль: перепродам её на стороне и срублю лёгкие деньги, которых хватит на целую месячную зарплату.

И он, ничего не сказав хозяину, втихую выкупил монетку, рассчитывая сбыть её при первом удобном случает.

Кто же знал, что в ту же ночь организм начнет давать сбои.

Вечером у него невероятно зачесался рот, жутко захотелось есть. Хотя обычно ему хватало пары тарелок лапши, в тот раз он умял целых пять и всё равно не наелся.

Испугавшись, что лопнет от пережёра, он кое-как сдержался и лёг спать.

Но едва он коснулся подушки, как живот пронзила дикая боль, будто кто-то полосовал ножом по кишкам. Следом подступила страшная тошнота, и всё съеденное вышло наружу.

Стоило очистить желудок, как голод вспыхнул с новой силой – так он и промаялся всю ночь, не сомкнув глаз.

Подумав, что подхватил обычный гастрит, он сбегал в аптеку за таблетками. Но лекарства лишь усилили рвоту.

Не выдержав, Ху-цзы поплёлся в больницу, но врачи, как назло, ничего не нашли и выписали стандартный порошок для желудка.

Таблетки не помогали, тошнота не прекращалась.

За несколько дней он исхудал до состояния скелета.

Тут даже самый тупой догадался бы, что дело вовсе не в болезни, а в столкновении с нечистой силой.

Перебрав в памяти все события, Ху-цзы вспомнил про злополучную монету – кроме неё, подозрительных вещей в руках он не держал.

Знающих толк в оккультизме мастеров он не знал, но краем уха слышал про Ломбард Сэ, куда и примчался от безысходности.

─ Понимаешь, Лу Фэй, я ведь с ума схожу! Не ем – умираю от голода, поем – тут же выворачивает. Голод грызёт душу, зубы ломит, так и хочется вгрызться в кого-нибудь живьём! ─

Ху-цзы с жадным стуком сглотнул слюну и уставился на шею Лу Фэя столь хищным взором, что это походило на реальную угрозу нападения.

Лу Фэй поспешно отступил назад, увеличивая дистанцию, и краем глаза заметил во рту посетителя что-то странное.

─ Постой-ка, Ху-цзы, а что это у тебя во рту? ─

─ Чего? Я ничего не ел, ─ растерянно моргнул тот.

─ Разяни пасть, дай взглянуть. ─

Ху-цзы послушно разинул рот.

Лу Фэй включил фонарик на телефоне и заглянул внутрь. То, что он увидел на дне ротовой полости парня, заставило его руку дрогнуть так, что мобильный едва не выпал из пальцев.

─ Ну что там? Лу Фэй, что у меня во рту? ─

Заметив реакцию лавочника, Ху-цзы похолодел от страха.

Лу Фэй с трудом взял себя в руки и выдавил: ─ Зубы… ─

Он считал себя человеком неробким, после истории с костяной цепочкой повидал всякое, но увиденное в пасти Ху-цзы превосходило любые границы разумного.

─ Да не пугай ты меня так, что с зубами? ─ Ху-цзы был близок к слезам.

─ У тебя во рту целая куча зубов! Ряд за рядом, острые зубы! Прямо как у тех чужих из телевизора.

Лу Фэй сдержал подступившую тошноту, сфотографировал Ху-цзы на телефон и велел ему самому взглянуть.

Стоило Ху-цзы увидеть снимок, как его затрясло всем телом, а и без того землистое лицо окончательно лишилось всяких признаков крови.

─ С чего это у меня выросло столько зубов?..

У нормального человека есть лишь верхний и нижний ряды, но верхнее нёбо во рту Ху-цзы сплошь покрылось густыми рядами острых клыков.

Зрелище было до жути зловещим.

Лу Фэй проговорил: ─ Ху-цзы, тебя, похоже, знатно облапошили! Тот старик толком объяснил, откуда вообще взялась эта медная монета?

─ Он брякнул лишь, будто ее выкопали из его собственного родового склепа. Разве торговцы антиквариатом не все так говорят? ─ Ху-цзы скривился так, будто собирался плакать.

Лу Фэй задумчиво протянул: ─ Даже будь она погребальной утварью, вряд ли от нее исходило бы такое жуткое зловоние – на Улице Антикваров погребальных вещиц пруд пруди. Если только…

─ Если только что?

─ Если это погребальная монета изо рта усопшего!

Лицо Ху-цзы вмиг побелело.

Будучи человеком, крутящимся в антикварном бизнесе, он прекрасно знал, что такое погребальная монета в рту.

Погребальная монета, или же закупочная монета, представляла собой старинный похоронный обычай. В рот покойнику вкладывали нефрит или медные монеты – считалось, что сокровища во рту защитят потомков или помогут в следующей жизни переродиться в богатой семье.

Знатные семейства клали нефрит, а простолюдине обходились медными деньгами.

Говорили, что это единственное богатство, которое умерший может забрать с собой.

Только представь: горбатился ты всю жизнь, с таким трудом скопил деньжонок, а в конце концов у тебя их кто-то взял и отнял. Разве не взбушуется после этого твоя черная обида?

Именно поэтому всякий, кто осмеливался присвоить такую монету, обречен был преследоваться мертвецом до самой смерти – даже самые алчные могильщики не смели к ней прикасаться.

─ Этот старый хрыч прекрасно знал, что это за монета, но все равно всучил ее мне! Ну и подставил же он меня, поганец! ─ взъярился Ху-цзы и разразился яростной бранью.

Однако сейчас было не время сводить счеты – сперва требовалось спасти собственную шкуру.

─ Лу Фэй, эта монета ведь наверняка демонический предмет, да? Сделай милость, забери ее! ─ взмолился он, глядя на Лу Фэя с такой надеждой, будто тот был его единственным спасителем.

─ Забрать-то я заберу, но сперва нужно рассеять скопившуюся на ней злобу, иначе ты все равно загнешься, ─ ответил Лу Фэй.

─ И как же ее рассеять?

─ По правде говоря, самый простой способ – вернуть монету на место, преподнести кое-какие дары и от чистого сердца принести покойному свои извинения. Только вот в таком случае я уже не смогу забрать эту монету себе, так что придется тебе разбираться самому.

До конца месяца оставалось всего семь дней, и хотя Лу Фэю не терпелось поскорее заполучить второй демонический предмет, объяснять людям всё как есть он считал своим долгом.

Ломбард Сэ никогда не занимался обманом ради наживы.

Здесь не стали бы заставлять клиента рисковать головой ради приобретения демонической вещицы, и если существовал более простой выход, покупателю непременно о нем расскажут.

─ Тьфу ты! ─ лицо Ху-цзы исказило горькое выражение. ─ Я ведь даже понятия не имею, где похоронен тот человек. Тот старый хрыч, судя по всему, знатный жулик, и еще бабушка надвое сказала, был ли он вообще из той деревни. Боюсь, прежде чем я успею его отыскать, я либо с голоду умру, либо меня стошнит до смерти!

─ Лу Фэй, неужто других способов нет? Лучше всего таких, чтобы помогли сходу, еще сегодня!

С этими словами Ху-цзы принялся массировать пухлыми пальцами скулы, словно его зубы снова зачесались.

Лу Фэй подумал немного и произнес: ─ Найти-то можно, но тут уж сплошной риск, и я не берусь поручиться, выгорит ли дело.

─ Да раз уж удастся избавиться от этой дряни, мне любые риски нипочем! ─ закивал Ху-цзы.

─ Ладно, ступай пока подготовь кой-какие вещи.

Лу Фэй раздобыл бумагу с кистью и накатал для Ху-цзы целый список.

─ Купишь всё строго по перечню, ни единой позиции не пропускай. Благовоний, свечей и погребальной бумаги бери побольше.

Ху-цзы взял список, прищурился и принялся вчитываться, но чем дальше смотрел, тем меньше понимал.

─ Голова свиньи, рис, замоченный в воде, сырые яйца, белый тофу, софоровое вино, бумажные куклы со свечами и благовониями… Это еще что за наборчик?

─ Всё это обожают духи! Неважно, обманули тебя или надули, вещь-то чужую прибрал ты. Сперва накроем поминальное угощение для духов и принесем хозяину извинения.

─ А к чему тогда в самом конце упомянуты медные монеты?

─ Монета – это самое главное! Раз уж ты собрался заложить мне эту вещь, тебе, естественно, придется купить другую, чтобы вернуть долг покойному! И желательно подобрать антикварную монету тех же лет, смотри мне не вздумай подсовывать мертвецу фальшивку.

Лу Фэй подстегнул его: ─ Хватит топтаться, ступай собирайся. До заката обязан всё купить, а сегодняшним вечером постараемся его проводить.

─ Сделаем! ─

Поскольку речь шла о его собственной шкуре, Ху-цзы не смел медлить и тут же упорхнул с заветным списком за покупками.

Лу Фэй тем временем занялся подготовкой собственных приготовлений.

Ближе к полудню.

Отягощенный тяжелыми пакетами и обливаясь седьмым потом, Ху-цзы вернулся назад.

─ Наконец-то всё собрал… ─

Запыхавшийся и обессиленный, он рухнул прямо на пол и тяжело задышал.

В обычное время таскать подобную тяжесть для него не составляло никакого труда – он ведь вечно бегал на побегушках у хозяина лавки, зарабатывая на жизнь тяжелым физическим трудом.

Однако истощенный многодневной борьбой с проклятой монетой, когда в горло не лезло ни крошки, он чувствовал себя ужасно разбитым. Держаться на ногах ему помогало лишь упрямство.

─ Братец Лу Фэй, больно уж разношерстный у тебя вышел список, я едва в нескольких местах всё вместе собрал. Взгляни-ка, сгодится?

Проверив всё до последнего предмета, Лу Фэй кивнул: ─ Тут всё в порядке, а где монета?

─ Вот она, спрятал в самый глубокий карман, боялся потерять.

Ху-цзы утер со лба холодный пот, вытащил из штанов монету, а на его изможденном лице отразилась острая боль от денежных потерь.

─ Я даже не рискнул брать ее у нашего шефа – поперся в другую антикварную лавку. За одну эту монетку содрали две тысячи юаней.

─ Да плюс все эти припасы, по мелочи набежало – в общем, выложил я несколько тысяч. Эх, ну и подставил же меня тот старый хрыч! Как только оклемаюсь, непременно пойду с ним разбираться!

─ Перестань уже трястись над деньгами, считай, что купил себе спокойствие. ─ Лу Фэй взял предложенную монету, повертел ее в пальцах и нахмурился: ─ Постой-ка, да она же фальшивая!

─ Да как так-то?! Хозяин лавки «Чжэньбаочжай» лично клялся, что это подлинник, ─ Ху-цзы от удивления вытаращил глаза. ─ Я ведь и сам ее проверял.

─ Твоему опыту до настоящего мастера далеко, подделка и впрямь ладная, почти не отличишь от настоящей. Только вот в ней напрочь отсутствует благородный налет времени, так называемый старинный дух, ─ покачал головой Лу Фэй.

─ Выходит, меня опять надули? ─ опираясь на костлявые руки, Ху-цзы с трудом поднялся на ноги. ─ Тьфу ты пропасть, да что за издевательство! Пойду я с ним потолкую!

─ Нечего тебе там делать, вещь покинула прилавок, расчет произведен. Сунешься туда сейчас – они ни за что ничего не признают.

─ И что делать? Разве без этой монеты мертвяка уже не спровадить? ─ растерянно простонал Ху-цзы.

─ Не паникуй, я что-нибудь придумаю, посиди пока здесь. ─ Бросив эти слова, Лу Фэй отправился в магазин «Линлунго» к Лю Фугую.

Лю Фугуй вынес целую коробку старинных монет и предложил Лу Фэю выбрать любую на его вкус.

Перебравшись через всю россыпь, Лу Фэй наконец отыскал экземпляр подходящего года.

─ Дядя Фугуй, с тебя сколько?

─ Обижаешь, какие меж нами деньги, раз приглянулась – забирай в подарок, ─ отмахнулся Лю Фугуй с широкой улыбкой.

─ Так ведь не годится, дружба дружбой, а служба службой, за эту монету ты обязан взять плату. ─ Заметив такую внезапную щедрость от этого алчного дельца, Лу Фэй заподозрил неладное и настоял на своем.

Лю Фугуй взял с него символическую сотню и с ухмылкой протянул: ─ Послушай, раз ты умеешь усмирять нечисть, у меня тут у знакомого приключилась беда с какой-то нечистой силой.

Ага, вот оно что – у него к нему дело, неудивительно, что он стал таким щедрым.

─ Ну, и что там такое?─

─ Недавно он приволок домой статуэтку божества, вроде как для удачи. Только вот стоило ей обосноваться в доме, как домочадцы начали сыпаться один за другим. Подозревает, что дело нечисто. Сам-то как думаешь?

─ Не видя своими глазами, судить не берусь. Впрочем, с поклонением божествами шутки плохи: чуть оступишься – и вместо кого надо призовешь не пойми кого.

─ Берешься за такие вещи?

─ Если это демонический предмет – почему бы и нет, только дай мне сперва разобраться со своими делами.

Клиент сам шел в руки, и Лу Фэй был только рад.

Однако сейчас у него оставались срочные заботы по спасению шкуры Ху-цзы.

Вернувшись в ломбард Сэ, он застал измаявшийся в ожидании силуэт Ху-цзы. Не давая тому и рта раскрыть, Лу Фэй подхватил с пола баулы.

─ Настоящую монету раздобыли, пошли, теперь поищем какой-нибудь тихий перекресток.