Выживание на пустынных скалах: моя пещера превосходит весь сервер Chuanglian Bu Tou Guang Людей разом раскидало по мирам: каждому досталась собственная пещера на крутом обрыве. Иные замирали от высоты и не смели шагнуть вниз, а он уже взял первый серверный рекорд за исследование. Иные голодали и мучились от жажды, вися на волоске от смерти, а он уже находил воду, удил рыбу и собирал сундуки в диких территориях. Свирепые твари по ночам, грядущие бедствия, беспощадное соперничество выживальщиков! Су Хан ставит целью в первую очередь прокачать свою пещеру до предела. Когда приходит катастрофа, ему вдруг открывается реестр владык скал! Что за загадки таит этот мир? Он вскроет их все. ==================== Всеобщая тепортация! Начало с одной висячей звериной норой 「Подсказка для первопроходцев по выживанию Ребята, которые готовятся к выживанию на диких скалах, сначала взгляните сюда～ Эта книга не идет по пути безмозглых читерских шаблонных романов для расслабления: главный герой – самый обычный офисный планктон, перерабатывающий сверхурочно, первые 40 часов припасы придется собирать своими руками, изредка будут случаться ранения и мелкие обиды от нехватки ресурсов, развитие идет прочно и размеренно, в неторопливом темпе. Те, кто хочет видеть сплошные победы без единой неудачи и подбирание божественной экипировки на ходу, могут сначала поискать что-нибудь другое~ Вдруг что (будет кое-что серьезное!)! Те же, кто предпочитает обустройство пещер, ручное инфраструктурное строительство и погружение в будни реального выживания, скорее оставайтесь обустраивать свой маленький домик вместе!» Половина пятого утра. Кончики пальцев, только что завершившие править последние требования к продукту, все еще лежали на клавиатуре, на кончике языка оставалась горечь американо, а в следующую секунду экран компьютера перед Су Ханом внезапно погас, и чья-то невидимая рука резко выдернула его из офисного кресла, увлекая прямиком в бездонную пропасть. Ощущение невесомости намертво сжало грудную клетку, у него даже крик застрял в горле, и лишь спустя целых две-три секунды его зад тяжело рухнул на твердую и шероховатую поверхность. Тупая боль змейкой взметнулась от копчика к самому макушке, так что у него онемела вся спина. Он замер на месте, приходя в себя несколько секунд, и лишь после этого осмелился медленно открыть глаза. Над головой возвышался неровный серовато-коричневый каменный свод, по поверхности которого переливался влажный блеск. Вокруг было очень темно, удавалось лишь с трудом разглядеть очертания: он сидел в пещере глубиной в пять-шесть метров и шириной в три-четыре, под ним находился колющий каменистый пол, а все кости словно бы рассыпались. Су Хан протупил секунды три. Его съемная квартира, рабочее место в офисе и документ с требованиями, в который клиент заставил внести восемьсот правок, – все исчезло. ─ Да ладно… ─ тихо пробормотал он и с размаху ущипнул себя за бедро. ─ Тьфу ты! Больно! В этот самый момент холодный механический сигнал раздался без всякого предупреждения и ворвался прямо в глубины его сознания. 「Система хозяина скальной пещеры успешно привязана」 「Обнаружено подключение сознания игрока…」 「Добро пожаловать в Эпоху диких скал」 Су Хан не шевелился. ─ Эпоха диких скал? ─ Не успел он опомниться, как перед его глазами резко выскочил полупрозрачный синий экран, на котором строка за строкой обновлялся белый текст: 「Этот мир представляет собой Эпоху диких скал, синхронную тепортацию завершили в общей сложности 7 986 214 553 игрока по всему миру на Синей Планете. Все тяжелые болезни излечены, дети младше 15 лет подвергнуты консервации и через год будут доставлены в пещеры к их нынешним кровным родственникам」 「Ваши текущие координаты – пещера № 77412 в районе диких скал № 1843, эта пещера привязана к вашей душе, посторонние не смогут проникнуть в нее без разрешения. Соседние убежища находятся на расстоянии более ста километров друг от друга」 「Внутренняя часть пещеры и зона платформы у входа являются абсолютной безопасной зоной. Никакие звери или физический урон не смогут причинить вам вред внутри пещеры. Пожалуйста, будьте спокойны за свое выживание」 「Собирайте материалы для улучшения скальной пещеры, создайте эксклюзивное убежище, чтобы противостоять катастрофам, которые после окончания безопасного периода будут постепенно усиливаться. Помните, только убежище – ваше вечное безопасное место」 「Текущий уровень убежища: 0-й уровень, условия для улучшения: древесина ×100, камень ×100, лианы ×50」 「Осталось времени безопасного периода новичка: 6 дней 23 часа 57 минут」 Су Хан уставился на световой экран и быстро пробежал глазами весь текст три раза. Почти восемь миллиардов человек со всего мира переместились коллективно?! Он медленно поднялся, ноги немного дрожали, и он уперся рукой в скальную стену рядом, чтобы удержать равновесие. Свет проникал из входа в пещеру, позволяя разглядеть снаружи ярко-белый дневной свет, судя по всему, было около шести-семи часов утра. Его взгляд в первую очередь намертво прилип к пяти иероглифам «абсолютная безопасная зона», и висевшее в груди сердце наполовину опустилось на место. По крайней мере, сейчас он в безопасности и пока не умрет. В правом верхнем углу светового экрана мигал значок, он попытался мысленно нажать на него, и экран действительно переключился на новый интерфейс. 「Получение начального пакета для выживания」 Он нажал на получение. Снова мелькнула вспышка белого света. ─ Мать твою, эта система хочет меня укачать, что ли! ─ мысленно выругался Су Хан. 「Начальный пакет припасов для новичка выдан в системный рюкзак на 10 ячеек, верхний предел складирования однотипных предметов – 99 штук, в рюкзаке запрещено хранить живых существ」 Су Хан собрался с духом и, воспользовавшись только что освоенным способом, мысленно вызвал интерфейс рюкзака. Десять ячеек были выстроены в ряд, прямо как в игровом интерфейсе, и в них тихо лежало всего шесть предметов: грубый каменный нож ×1 спрессованный паек ×2 бутилированная минеральная вода ×2 лианы ×1 кресало ×1 Он попытался мысленно достать этот грубый каменный нож, в следующую секунду прохладное ощущение легла на ладонь, а когда он попытался убрать нож обратно, предмет мгновенно исчез, вернувшись в ячейку рюкзака. Повторив попытку три-четыре раза, он наконец освоил базовое управление. Вытащив все припасы по одному и разложив их на земле для подсчета, Су Хан нахмурился. Тупой нож, два куска спрессованных хлебцев, две бутылки воды, одна лиана и набор для разведения огня. Вот и все его богатство, даже при экономном расходе этого не хватит и на три дня. Убрав припасы обратно в рюкзак, он принялся тщательно исследовать всю пещеру. Дойдя до левой скальной стены, он остановился. Там находилась ровная каменная площадка длиной около метра двадцати и шириной в восемьдесят сантиметров, края которой были настолько аккуратными, что казались ненатуральными. Су Хан осторожно протянул руку, и как только его кончики пальцев коснулись поверхности каменного стола, над ним тут же всплыло полупрозрачное рамка интерфейса. 「Добро пожаловать в использование операционного стола」 В интерфейсе были перечислены три серых значка предметов, доступных для создания, а ниже указаны требования к соответствующим материалам: каменный топор: древесина ×1, камень ×1, лианы ×1 каменная кирка: древесина ×1, камень ×1, лианы ×1 факел: древесина ×1, лианы ×1 ...... Су Хан бегло взглянул на них, запомнив в уме несколько основных материалов. Сейчас у него в руке был лишь каменный нож, эффективность рубки деревьев или долбления камней с ним крайне низка, а каменный топор и кирка – это вещи, которые нужно изготовить в первую очередь. Только вот сейчас он сам по себе, и у него нет абсолютно ничего. Отводя взгляд, он посмотрел на скальную стену, уходящую вглубь у входа. Там торчал естественный каменный выступ толщиной примерно с запястье, серовато-белой каменной породы, с гладко отполированной поверхностью, которая явно повидала неизвестно сколько лет ветров и дождей. Су Хан протянул руку и попытался пошевелить его, но тот стоял как влитой. Су Хан подошел ко входу в пещеру и, придерживаясь за каменную стену, медленно высунулся наружу. Вход оказался просторнее, чем он думал, а площадка снаружи вполне могла вместить двух сидящих рядом людей. Опустив взгляд вниз, он увидел, что вход находится на высоте аж более шести метров от земли, а скальная стена была неровной, с множеством природных каменных ребер и выступающих частей, которые едва ли сошли бы за точки опоры. Су Хан втянул тело обратно, прислонился к стене пещеры и начал быстро взвешивать все за и против. Оставаться в пещере – абсолютная безопасность, но если сидеть сложа руки и проедать запасы, этого хватит максимум на три дня. Как только истечет семидневный период безопасности, а пещера останется нулевого уровня, до выбытия из игры, пожалуй, будет недалеко. Он ведь вовсе не какой-то гуру выживания на дикой природе, а самый обычный офисный планктон, трудящийся сверхурочно изо дня в день; не то что по скалам карабкаться, он даже в горы ходил только по благоустроенным ступеням в туристических местах. Но он еще отчетливее понимал, что заточение в пещере означает верную смерть. К тому же сейчас у него в руках ничего не было – о нет! Неправда, была лиана, подаренная системой. Зато снаружи на скале полно сокровищ, да и в течение семидневного периода безопасности, если удастся спуститься на землю, можно особо не переживать за личную безопасность. Ему необходимо немедленно спуститься со скалы на поиски ресурсов. ─ Не сидеть же сложа руки в ожидании голодной смерти. ─ Су Хан стиснул зубы и принял решение: без труда не выловишь и рыбку из пруда! Он достал из системного рюкзака ту единственную лиану, подошел к тому прочному каменному выступу, надежно обмотал лиану вокруг него в два оборота и завязал мертвым узлом. Завязав, он дернул ее три раза изо всех сил: лиана натянулась струной и не шелохнулась. Убедившись, что она достаточно прочна, он бросил другой конец лианы вниз со входа в пещеру, глядя, как он свисает до самого подножья скалы. Су Хан размял затекшие плечи и запястья, глубоко вздохнул, ухватился за край площадки и сперва высунул наружу половину тулова. Когда он наступил первой ногой, подошва немного скользнула, и с каменной стены с шуршанием посыпались мелкие камешки; Су Хан напряг руки, крепко вцепился в лиану, и его тело дважды качнулось в воздухе. Сердце бешено колотилось в груди. ---------- Первая вылазка за пределы убежища Глухой стук падающих камней разнесся под обрывом, сердце Су Хана тут же подскочило к самому горлу, а все мышцы мгновенно напряглись. Он не смел больше беспорядочно двигаться: левая рука крепко вцепилась в лиану, а правую он намертво вдавил в массивный каменный выступ прямо над головой. Кончики пальцев вжались в шершавую породу, отчего по ним пробежала волна садрящей, мучительной боли. Надежно уперев левую стопу в выдающийся валун, он медленно приподнял правую, нашарил внизу другую опору и миллиметр за миллиметром вернул сместившийся центр тяжести обратно к скале. Едва тело полностью замер, он позволил себе наконец шумно выдохнуть воздух, застрявший в груди. Его спину уже насквозь пропитало холодным потом, липкая ткань прилипла к коже, и от легкого ветерка стало зябко. Шесть метров отвесной высоты не казались чем-то грандиозным, но без всякой страховки, карабкаясь исключительно за счет неровностей скалы, с каждым шагом вниз приходилось ставить на кон собственную жизнь. Он больше не осмеливался гнаться за скоростью: взгляд был прикован к каждому уступу под ногами, руки по очереди цеплялись за твердые трещины, и он дюйм за дюймом медленно спускался. На этот короткий шестиметровый путь у него ушло ровно около десяти минут. Когда ступени ног наконец надежно уперлись в щебнистый склон у подножия обрыва, колени подогнулись, Су Хан оступился, делая полушаг вперед, и смог устоять лишь благодаря тому, что уперся одной рукой в крупный валун неподалеку. Руки ныли так, что их почти невозможно было поднять, ладони от трения о лиану и шероховатую скалу покрылись множеством покрасневших полос, которые жгло от малейшего прикосновения. Он поднял голову и посмотрел на пещеру наверху: темный проем зиял на большой высоте, а свисающая оттуда тонкая лиана слегка раскачивалась на ветру, выглядя донельзя хрупкой. Тяжело дыша, Су Хан перевел дух и лишь после этого окинул взглядом незнакомую дикую местность под ногами. По земле были разбросаны серо-коричневые камни разного размера. Наклонившись, он наугад подобрал один осколок с острыми гранями – стоило пальцам коснуться камня, как системный интерфейс тихо вывел строчку [Каменный материал +1]. Пожелав мысленно забрать его, он отправил камень прямо в рюкзак, и цифра в ячейке с каменными материалами синхронно обновилась. Неплохо! Начало положено, и подумать только, как все просто. Собрав все разбросанные камни, он заметил, что на земле остались валуны покрупнее – их, вероятно, удастся собрать только после того, как удастся расколоть. Покончив со сбором камней прямо под убежищем, Су Хан принялся осматривать окрестности. Скала, в которой находилась его пещера, представляла собой довольно крутой обрыв. Если судить по положению солнца, он тянулся примерно с востока на запад; Су Хан был обращен лицом на юг, а примерно в пятидесяти шагах впереди начиналась обширная зона кустарников с полутораметровыми низкорослыми деревьями и дикой травой, при этом земля там шла холмами. Позади виднелся бескрайний густой лес. Ландшафтный рельеф с восточной стороны походил на южный, однако горы вдали выглядели чуть ниже. Западная же сторона заросла еще более густым и перепутанным кустарником, сквозь который смутно угадывались толстые лианы, обвивающие стволы деревьев. Коротко все спланировав, Су Хан решил сначала неспешно продвигаться вдоль южной полосы кустарников, попутно собирая базовые ресурсы. Передвижение отнимало немного сил; стоило ему войти в заросли, как под ногами зашуршал ковер из сухих опавших листьев, и каждый шаг сопровождался тихим хрустом. Бросив взгляд на поваленный и сгнивший древесный обрубок на земле, он коснулся ствола, и тут же всплыло системное уведомление [Древесина +1]. Су Хан последовательно подобрал три куска сломанного дерева, и цифра в ячейке древесины зафиксировалась на отметке 3. Он попытался потянуть за свисающую рядом тонкую лиану: она оказалась на удивление прочной на разрыв и благополучно отправилась в рюкзак, увеличив количество лиан на 1. Глядя на видневшийся неподалеку лес, похожий на настоящую гору сокровищ, он понимал, что живые стволы слишком толсты и крепки, и срубить их с помощью тупого каменного ножа в руке едва ли удастся – расходовать силы понапрасну было бы невыгодно, так что для добычи большого количества древесины придется сначала вернуться и смастерить каменный топор. Медленно шагая вдоль полосы кустарников на протяжении получаса, он по ходу дела сорвал еще две лианы, доведя их общий запас в рюкзаке до 5 штук, а также попутно подбирал мелкие разрозненные камни, из-за чего количество каменного материала выросло до 24. В этот момент солнце поднялось высоко, и полуденный зор припекал так, что становилось слегка жарко. В животе смутно заныло от голода: две пачки спрессованного сухого пайка и две бутылки минеральной воды в рюкзаке составляли весь его запас провизии, так что он намеренно подавлял желание перекусить – припасы следовало беречь. Разобравшись в целом с ресурсами на южной стороне, Су Хан повернулся и направился на восток. Здесь рельеф плавно понижался, на земле громоздились огромные скальные обломки, а всю зону устилали мелкие осколки камня, образуя естественный склад каменных материалов. Присев на корточки, он принялся быстро собирать аккуратные осколки, и всего за десяток минут запас камня подскочил с 24 до 34 единиц, причем скорость сбора оказалась куда выше, чем на юге. Оглядевшись по сторонам, он заметил, что на востоке вдали местность продолжала понижаться, и оттуда доносился слабый шум журчащей воды. Без сомнений, внизу таился ручей, который впоследствии непременно придется исследовать как ключевой источник воды. Он бросил взгляд на системное время: [До заката и наступления ночи: 2 часа 37 минут]. До захода солнца оставалось еще немного времени, но он уже успел обойти и южную, и восточную стороны, так что собрал достаточно информации. Север – он обернулся и посмотрел в сторону своего обрыва: пещера находилась на лицевой стороне скалы, а север располагался позади нее, и чтобы его осмотреть, требовалось сделать крюк. Спешить не стоило. Он решил на сегодня на этом закончить и сначала вернуться в пещеру, чтобы разложить все по полочкам. Обратная дорога далась быстрее, главным образом потому, что появилась уверенность, да и шагать по осыпи было уже не так страшно. Добравшись до подножия скалы, он поднял глаза на висевшую вниз тонкую лиану и на две секунды замер в нерешительности. Шесть метров. Придется лезть наверх. Су Хан потер ладони о куртку, ухватился за лиану, поставил ногу на первый выступ в стене и начал карабкаться. На сей раз подъем вышел увереннее, чем спуск, во многом из-за того, что он уже запомнил те точки опоры. Цепляясь пальцами за каменные ребра и отталкиваясь ногами от выступающих глыб, он быстро взобрался на три-четыре метра вверх. Когда до входа в пещеру оставалось меньше двух метров, лиана у него в руке внезапно издала скрип. Су Хан напрягся всем сердцем. Он замер, прижавшись к скале всем телом, держась руками за выступы и опираясь ногами на торчащую породу, резко сжавшись от испуга. Не порвалась. Но этот звук заставил его спину покрыться холодным потом. ─ Мать твою… ─ сквозь зубы процедил он, перенося вес с лианы и карабкаясь вверх исключительно за счет цепкости рук и ног. Последний отрезок пути он почти прополз на животе, вгоняя пальцы в трещины породы и вытягивая самого себя на край площадки. Перевалившись на площадку, он долго лежал на спине в форме звезды, тяжело дыша. Глядя снизу вверх на каменный потолок, Су Хан чувствовал, как сердце продолжало гулко биться о ребра. «Главная проблема, оказывается, в том, как вернуться домой». Полежав минут пять-шесть, он приподнялся и заново пересчитал всё, что лежало в рюкзаке. Каменный материал: 34 единицы. Древесина: 3 единицы. Лианы: 5 штук. До материалов, необходимых для улучшения пещеры, было еще очень далеко: не хватало 97 единиц древесины, 66 единиц камня и 45 лиан. Внезапно вспомнив кое о чем, он открыл системный чат. Канал разблокировался еще раньше, но руки до него не доходили; теперь же, внимательно всё пролистав, он обнаружил, что чат разделен на четыре вкладки: [Мировой канал], [Региональный канал], [Друзья] и [Торговый центр]. Стоило ему открыть региональный канал, как сообщения замелькали с невероятной скоростью, и весь экран пестрил… ─ Есть кто живой, есть кто живой, есть кто живой??? ─ Это какого хрена за место?! ─ Я что, попал в другой мир?! ─ Братья из Чэнду здесь есть? ─ Я только что сивил на унитазе, а как глаза открыл – уже в пещере, твою мать! ─ Спокойно, сначала гляньте системные подсказки, в пещере безопасно. ─ Безопасно хрен там, я даже из убежища выйти не могу! Высота какая, спрыгнуть насмерть?! Пробежавшись глазами по записям, Су Хан видел сплошь подобные панические возгласы. Бросив взгляд на количество пользователей онлайн в левом верхнем углу, он заметил, что региональный канал числился как зона №1843 «Эпохи Диких Скал», а текущее число находящихся в сети игроков составляло 100 000 человек. Среди хаотичного потока жалоб особенно выделялись четко сформулированные сообщения игрока с ником Чжан Яньцяо, который объяснял всем основы выживания при скалолазании, ярко выделяясь на фоне бегущих строк. [Чжан Яньцяо: Напоминание для всех новичков: если хотите спуститься по обрыву, крепко держитесь за каменные выступы и ребра, не хватайтесь за рыхлую почву – она рассыпается от малейшего усилия; лиану, выданную системой, обязательно привязывайте к каменному выступу внутри пещеры, если привязать снаружи к кустам, она порвется в два счета; возвращаясь, непременно затаскивайте лиану внутрь пещеры, не оставляйте ее висеть снаружи надолго, чтобы не повредить.] Ниже следовали десятки ответов со словами благодарности от игроков и расспросами о деталях. Прикинув, что это наверняка опытный мастер выживания, Су Хан поспешно затащил лиану в убежище и аккуратно закрепил ее на каменном выступе. ---------- Ресурсный авангард Внезапно ослепительно-красная световая завеса перечеркнула весь обзор пещеры, крупный системный шрифт перекрыл все хаотичные чаты в канале, буквы четко отпечатались в центре экрана, и эту глобальную новость увидели абсолютно все. «Объявление для всего сервера: зафиксировано, что первый игрок успешно завершил первую вылазку наружу и собрал определенное количество ресурсов, активировано скрытое достижение [Авангард разведки], награда: усиление сканирования лазанья (постоянный пассивный навык, эффект: расход выносливости при лазанье снижается на 20%, износ от трения – на 30%).» «Поздравляем игрока [Су Хан] с получением уникального для всего сервера достижения [Авангард разведки]!» Су Хан замер: я? Авангард разведки? Он смотрел, как эта строка красного текста провисела на самом верху канала ровно пять секунд и исчезла, после чего весь региональный канал мгновенно взорвался. ─ ??? ─ Су Хан? Кто это? ─ Охренеть, первый разведчик? Этот братишка уже вылез наверх?! ─ Я только-только сообразил, как открыть рюкзак! ─ Уникальное достижение сервера?! Что дали в награду? Что за усиление лазанья? ─ Черт, люди – как люди, а от зависти помереть можно. ─ Есть тут кто из знатоков, объясните толком, как из пещеры вылезти, я попытался – чуть не убился насмерть! Су Хан глядел на безумно прокручивающиеся сообщения на экране, уголки его губ слегка дрогнули. Затем он почувствовал странное ощущение – кожа на ладонях и стопах слегка зажглась, словно ее чем-то пропитали. Он опустил взгляд на свои руки: красные следы от каменных граней, оставшиеся на ладонях совсем недавно, почти полностью исчезли, а мышечная боль вдобавок заметно уменьшилась. Он попытался сжать кулак. Мягкие ткани предплечий очертили отчетливые рельефные линии. ─ Усиление лазанья, – проговорил он про себя эти четыре слова, а затем высунулся из устья пещеры и бросил взгляд вниз на отвесную скалу. Шестиметровая высота – поднимаясь сюда только что, он потратил все силы, но ломота в руках после той волны тепла бесследно пропала. Теперь ему казалось, что забраться сюда во второй раз будет куда проще. В канале продолжалась перепалка: одни завидовали, другие раскаивались, третьи отпускали едкие шуточки: ─ Подумаешь, первый вылез, экая невидаль, снаружи ни еды, ни питья, в пещере-то куда безопаснее. Су Хан мысленно схватился за голову: да сиди тогда на месте! Сиди до конца дней своих! Он закрыл канал, снова придвинулся к стене пещеры и присел, поднимая бутылку минеральной воды, чтобы сделать глоток. воды оставалось чуть больше одной бутылки. Он взвесил в руке два бруска спрессованного пайка: твердые, как кирпич, но от них пахло зерном. В животе слегка заурчало, он отломил маленький кусочек, а остальное положил обратно в системный рюкзак. Внешний свет проникал через вход в пещеру, вытягивая на полу яркое белое световое пятно. Внутри было прохладнее, чем снаружи – темно, сухо, сидеть оказалось вполне комфортно. ─ Завтра обязательно надо добыть дерева, – прокрутил он план в голове. – Наверное, придется отойти подальше. Затем он внезапно подумал об одной проблеме. Верстак позволял изготовить каменный топор, для чего требовались одна единица древесины, одна единица камня и одна единица лиан. Сейчас у него имелось три единицы древесины, тридцать четыре единицы камня и пять единиц лиан. Э? Как раз хватает, даже с избытком. Су Хан подошел к каменному столу, положил руку на поверхность, и полупрозрачный интерфейс создания предметов снова выпрыгнул наружу. Он посмотрел на значок каменного топора, затем на соседний значок каменного ножа и внезапно кое о чем догадался. Для каменного топора нужна древесина. Та «древесина», что лежала у него в рюкзаке прямо сейчас – это те самые три обломанных сухих полена. Из такой дряни делать топорище? Су Хан помолчал секунд с пару, достал один кусок древесины и попытался согнуть его с минимальным усилием, чувствуя, что в следующее мгновение он переломится. ─ … Верстаку требовалась древесина, и в подсказках системы ничего не говорилось о требованиях к качеству, но сможет ли топор, сделанный из этой штуки, рубить деревья? Су Хан прикинул, что система, пожалуй, допускает усовершенствования. Само по себе попадание сюда уже выглядело неразумным, разве ненормально, если появится еще что-то столь же неразумное? Он собирался завтра сначала смастерить каменный топор, а потом отправиться на восток рубить те сухие деревья. Каменное зубило тоже требовалось раздобыть обязательно: огромный валун у входа можно было расколоть только с помощью кайла или зубила, а если вокруг обнаружится богатый запас ресурсов и какие-нибудь редкие руды, то без зубила вообще никуда. После всей этой дневной суеты Су Хан уже порядком устал. Он прислонился спиной к каменной стене пещеры, открыл системный интерфейс и полистал его снова, с начала и до конца изучив свод правил. Внутри пещеры абсолютная безопасность, ночью дикие звери бродят у входа, но проникнуть внутрь не могут, днем хищники в дикой природе залегают в спячку и первыми на людей не нападают, а спустя семидневный период безопасности разблокируются всевозможные катаклизмы. ─ Семь дней… – подсчитал он время. – Сегодня первый день, осталось шесть. За шесть дней нужно поднять уровень пещеры до первого, иначе после окончания периода безопасности снаружи бог весть что начнется. Он снова взглянул на требования к материалам для улучшения: древесина – 100, камень – 100, лианы – 50. Много не скажешь, но и мало не покажется. Лианы… В том кустарнике на западе действительно росли толстые лианы, он видел их издалека еще сегодня, хотя направляться туда не стал, но завтра сможет набрать их с помощью каменного ножа. Пока он предавался расчетам, снаружи у входа в пещеру внезапно потемнело. Су Хан поднял голову и заметил, как туча закрыла солнце, из-за чего свет стал мягче. Он снова бросил взгляд на региональный канал: сообщения в нем постепенно перестали быть такими плотными, но кто-то все же то и дело выплевывал реплики… ─ У меня вода кончилась, что делать? ─ У входа висят лианы, можно ли их сорвать и использовать как веревку? ─ Кто-нибудь нашел съестное? Я вообще ничего не отыскал. ─ Не паникуйте, система же сказала, что в пещере безопасно, пока посидите здесь. ─ Сидеть и ждать смерти? Что делать через семь дней? Глядя, как остальные болтовней убивают время, он откинул голову назад, прислонившись к стене, и его веки начали тяжелеть. С ночных сверхурочных и до самого текущего момента он не смыкал глаз по меньшей мере сутки. Стоило воцариться тишине, как сонливость хлынула потоком, и его голова стала клониться то в одну, то в другую сторону. ─ Сначала посплю… – пробормотал он, свернувшись калачиком под верстаком, где его хоть немного заслоняло от тянущего из входа сквозняка, и закрыл глаза. Шумы внешнего ветра проникали внутрь сквозь проем, заунывные и глухие, словно кто-то вдалеке свистел в свисток. Су Хан думал, что будет страдать бессонницей, но стоило его голове коснуться земли, как он провалился в сон. Неизвестно, сколько времени прошло, но его разбудил какой-то шум. Шорох. Доносившийся со стороны входа. Су Хан резко открыл глаза: внутри пещеры стояла кромешная тьма, снаружи тоже было темно, и лишь в области входа тускло мерцал свет – лунный. Луна висела прямо над головой, холодный серебристый блеск падал на края проема, выбеливая свисающие оттуда лианы. Он шевельнулся, приподнялся и навострил уши. Звук повторился. Затаив дыхание, он медленно подполз к краю площадки и высунулся наружу. В лунном свете на отвесной стене скалы прямо под входом примостилась какая-то черная туша размером с велосипед, вся покрытая шерстью, а два глаза в лучах луны отливали зеленоватым светом. Эта тварь лапами шарила по близлежащим кустам, пригнув морду и откусив кусочек зелени, после чего принялась пережевывать. Су Хан вперил в нее взгляд на пару секунд. Тварь внезапно вскинула голову и встретилась с ним взглядом. Мрачно-зеленые глаза в упор смотрели на него, а в пасти все еще торчал обрывок травы. Су Хан не шевелился. Тварь тоже не двигалась. ---------- Первая ночь Переговоры длились секунд пять, после чего эта штука выплюнула то, что было во рту, издала из горла глухое «гуру», а затем резво забормотала вверх по скале и скрылась в тени, недосягаемой для лунного света. Су Хан медленно втянул голову обратно. ─ …Ночной зверь, ─ тихо произнес он. Он вспомнил, что было написано в правилах: ночью в период безопасности тоже появляются звери, однако они не могут преодолеть защитный барьер пещеры. Эта тварь снаружи действительно просто скребла у подножья скалы, судя по всему, забраться наверх она тоже не могла, а даже если бы и забралась – система ведь сказала, что убежище абсолютно безопасно, так что внутрь она точно не проникнет. Ему не нужно было слишком сильно беспокоиться. Словно хищники в зоопарке: в клетке в любом случае безопасно, только теперь их роли поменялись местами, и в клетке сидит он. Впрочем, Су Хан отметил одну деталь. Судя по лунному свету, то, что выплюнула та тварь, должно быть погрызенным растением. Большая часть кожицы была сорвана, обнажая белую сердцевину внутри, а место укуса оказалось неровным, явно прокушенным ради того, чтобы выжать растительный сок. Если бы сегодня вечером он не прислушался к совету гуру выживания и не забрал лиану наверх, а так и оставил ее висеть снаружи, к завтрашнему утру от нее, пожалуй, осталась бы лишь половина. Су Хан отбросил эти мысли в сторону и лег обратно. ─ Убирать лиану, на ночь не уберешь – перегрызут. ─ Он усвоил этот урок. Лунный свет снаружи лился во вход пещеры, расстилаясь по земле небольшим серебристым пятном. Он закрыл глаза, на этот раз заснув очень крепко. На следующее утро Су Хан проснулся от яркого света, пробивавшегося сквозь вход в пещеру. Су Хан встал, потянулся, размял шею, а затем подошел ко входу и выглянул наружу. День уже полностью вошел в свои права, солнце поднялось совсем недавно, и его золотистые лучи тепло освещали скальную стену. Вчерашней твари с зелеными глазами и след простыл. Он глубоко вздохнул, утренний воздух был прохладным, с росистой сыростью. ─ Новый день… ─ только он собрался взбодрить себя, как «гуру-ру…» – живот заурчал первым. Вчера он, должно быть, находился в состоянии сильнейшего напряжения, да к тому же съел лишь немного спрессованного печенья, а после пробуждения от этого сна в желудке заурчало с такой силой, что его едва не перевернуло от голода. Он торопливо вытащил оставшийся со вчерашнего дня кусок спрессованного печенья и, запивая остатками половины бутылки воды, жадно проглотил его, только так подавив чувство голода. Глядя на оставшиеся в рюкзаке одинокие спрессованные галеты (1 шт.) и питьевую минеральную воду (1 бут.), он невольно легко вздохнул: судя по всему, сегодня вновь придется искать источники воды и пропитание. ─ Сначала нужно смастерить инструменты. ─ Интерфейс создания показывал, что материалы на месте, и стоило ему мысленно нажать подтверждение, как поверхность операционного стола покрылась слоем тусклого света; когда сияние рассеялось, на столе тихо лежачил каменный топор. Топор был небольшим, лезвие представляло собой серо-синий каменный осколок размером с ладонь, привязанный к деревянной рукояти длиной с руку; лианы были обмотаны плотно и равномерно, в руке вещь ощущалась весомо. Су Хан пару раз взмахнул топорищем: баланс отличный, центр тяжести как раз в месте соединения с топором, так что при рубке усилие передается как надо. Он постучал костяшкой пальца по краю лезвия – твердое, кромка отшлифована довольно тонко, рубить им всяко лучше, чем каменным ножом. Трудно поверить, что это сделано из вчерашнего сухого дерева, похоже, в этой системе все-таки что-то есть. ─ Пойдет. ─ Он убрал каменный топор в системный рюкзак и снова посмотрел на интерфейс создания. Каменная кирка тоже была готова, и он снова нажал на создание. После второй вспышки света на столе появилась каменная кирка. Острие представляло собой узкий и длинный камень, привязанный к чуть более короткой деревянной рукояти, специально предназначенный для долбления и копания. Су Хан собрал все вещи в рюкзак, встал на платформе и окинул взглядом этот незнакомый мир. Цель на сегодня была четкой: рубить лес, искать воду, добывать еду. Су Хан присел на корточки у края входа в пещеру, опустил лиану за скалу и дернул ее – каменный выступ не шелохнулся, а лиана натянулась туго. Лиана свисала вдоль скалы, и ее конец оставался примерно в метре с лишним от земли. Он глубоко вздохнул, повернулся и перекинул тело через край платформы. Когда нога ступила на первый выступающий камень, в нем еще жило то напряжение от вчерашнего спуска, а ладони слегка вспотели. Но в тот самый момент, когда его пальцы вцепились в лиану, нога нащупала каменный выступ на стене, а вес тела полностью повис на скале, из ладоней и подошв хлынуло странное ощущение. Словно кто-то открыл в его голове карту. Ему казалось, будто он видит каждый выступ и впадину на этой скальной стене: какие каменные ребра прочны и на них можно встать, какие расшатаны и к ним лучше вообще не прикасаться, а какой путь самый безопасный. Четкая картина развернулась в сознании. Су Хан на секунду замер. Тут же он сообразил, что это усиление лазания, дарованное той наградой за достижение – 【Первопроходец исследования】. Он попытался слегка сдвинуться с места, двигаясь по выбранному в голове «карта» маршруту, и шаги сами собой пошли как по маслу. В тот момент, когда ступня опустилась на выпуклость скалы, он полностью расслабился, все оказалось намного легче, чем он предполагал. Затем он начал спускаться. Рука за рукой, нога за ногой, каждый шаг приходился ровно на отмеченные в голове точки, гладко и стремительно. Мышцы словно обладали собственной памятью, как будто он карабкался так уже сотен или тысяч раз. От края платформы до земли было чуть больше шести метров высоты. Когда Су Хан твердо опустился обеими ногами на землю, он поднял голову и бросил взгляд наверх – прикинув про себя: от момента переброса тела через край до приземления прошло, пожалуй, меньше минуты. ─ Такое ощущение… ─ он стоял на каменистом склоне, опустив взгляд на собственные руки, на ладонях виднелись лишь едва заметные белые следы от трения лианы, кожа даже не покраснела, не говоря уже о том, чтобы стереться. Он не удержался и расплылся в улыбке. ─ Кайф. ─ Просто кайф. Та лиана все еще покачивалась на ветру, он протянул руку и дернул ее пару раз: раньше эта тонкая лиана казалась ему не слишком надежной, но теперь, с усилением лазания, на душе стало куда спокойнее. Су Хан размял плечи и посмотрел на южный лесной массив. Цель ясна, в путь! Пройдя на юг от подножия скалы, миновав исследованную вчера полосу кустарника, примерно через десяток минут он добрался до опушки леса. Деревья здесь были выше и крупнее, чем казались издалека: высотой примерно метров в семь-восемь, со стволами толщиной в обхват взрослого человека, серовато-коричневой корой, покрытой сеткой глубоких трещин, на которых рос темно-зеленый мох. Листья были яйцевидными, с пильчатыми краями, а солнечный свет просеивался сквозь листву, оставляя на земле россыпь золотых брызг. Су Хан подошел к одному из деревьев и провел рукой по стволу. Практически одновременно с прикосновением руки перед глазами всплыло полупрозрачное информационное окно небесно-голубого цвета… 「Вяз Уровень: обычный Твердость материала: средняя или выше Выход древесины: 10 единиц Описание: распространенная древесная порода материка Диких Скал, древесина относительно твердая, легко поддается обработке, подходит для использования на начальном этапе строительства」 Система обладала встроенной функцией распознавания предметов: стоило прикоснуться к любому ресурсу, пригодному для сбора, как сразу же становилась видна основная информация. Эта штука была в разы полезнее любых гайдов, не нужно ничего гадать или пробовать, протягиваешь руку и узнаешь все целиком. Вчера Су Хан уже испытал это на себе. Он подошел к другому дереву неподалеку и тоже прикоснулся к нему. 「Вяз Уровень: обычный Твердость материала: средняя или выше Выход древесины: 10 единиц」 То же самое. Он прошел еще несколько шагов вглубь леса, выбрал дерево потоньше, примерно в толщину голени, и потрогал его. 「Вяз」 Те же деревья, все дают по 10 единиц древесины. ---------- Сбор ресурсов Он отступил к первой вязи, достав из системного рюкзака каменный топорец. Топор лежал в руке тяжело, серовато-зеленое каменное лезвие было отшлифовано сравнительно тонко, а лианы держались крепко. Он обеими руками сжал топорище, устойчиво расставил ноги, глубоко вздохнул, размахнулся изо всех сил и ударил по стволу. Раздался звук «пэнг». Лезвие вошло в кору примерно на два сантиметра, так что у него в развилке большого пальца закололо. Топор застрял в разрезе, и вытащить его стоило немалых усилий. Он потряс рукой, заново выверил стойку и снова ударил топором. «Пэнг». На этот раз удар пришелся примерно в то же место, расширив прежний разрез, и во все стороны брызнули опилки, падая ему на ступни. Су Хан стряхнул с запястья. Прежде ему рубить деревья не доводилось – кто же занимается этим в городе? Но видео он все-таки смотрел, засыпая под ролики с разборами обустройства в диких землях, и знал, что для рубки дерева нужно вытесать клиновидный вырез, а не лупить со всего маху в одну точку. Следует вырубить V-образную выемку, тогда дерево упадет в сторону выреза. V-образная форма – значит, рубить наискось. Тогда он занес лезвие под углом и врезался с боку. На этот раз дело пошло спорее: лезвие вонзилось в древесные волокна на добрую глубину, да и отдача оказалась слабее. Он собрался с духом и принялся рубить удар за ударом. Первый удар, второй, третий. Каждые несколько взмахов приходилось выдергивать топор – стоило войти слишком глубоко, и он намертво застревал. Чтобы вытащить его обратно, он упирался ногой в ствол для опоры, а из-за инерции даже чуть не завалился навзничь на землю. Прорубив десяток с лишним ударов, он с грехом пополам сформировал на стволе тот самый клиновидный паз. Су Хан остановился перевести дух и утер пот со лба. Рукоять топора от долгого сжатия стала липкой в ладонях. Он сменил угол и принялся рубить с противоположной стороны выреза. Провозившись с кряхтением почти целый час, он наконец услышал звук «гэчжи». Он торопливо отступил на два шага. Вяз покачнулся, листва на нем некоторое время шелестела, после чего дерево неохотно накренилось на юг и рухнуло на землю с глухим стуком, вспугнув пару птиц, отдыхавших в близлежащих кустах. Ствол упал, и Су Хан, уперев руки в бока, некоторое время стоял рядом, тяжело дыша. После падения этого дерева его спину насквозь промочило потом, а руки ныли так, будто в них налили свинца. Он подошел, присел на корточки и положил ладонь на лежавший поперек земли ствол. Выскочил системный интерфейс… 「Древесина +10」 В рюкзаке напрямую прибавилось 10 порций древесины, а цифра в строке «древесина» сразу подскочила с 1 до 11. Это оказалось удобно – не нужно больше раскалывать всё вручную, чтобы собрать. Результатом его часового труда стали десять порций древесины, что составляло даже меньше десятой части от того, что требовалось для улучшения пещеры до 1-го уровня. Он уставился на эту цифру и некоторое время молчал. Затем он положил каменный топор на землю и сам присел рядом, прислонившись спиной к другому стволу, чтобы немного передохнуть. Руки еще подрагивали, кожа в развилке большого пальца покраснела и воспалилась, а на рукояти топора налип слой серой древесной пыли. – При такой скорости сто порций древесины мне придется рубить целый день, – пробормотал он про себя. В конце концов, рубил он впервые, неуклюже потратив немало времени. Если после наработки навыка скорость удастся поднять, то рубить по две-три штуки в час, должно быть, не составит особого труда. Отдохнув десять минут, Су Хан поднялся и направился к соседнему вязу примерно такой же толщины. Вторую древесину он рубил быстрее – главным образом потому, что поймал нужный ритм и перестал махать наугад. Работа пошла гораздо ловчее. Но усталость осталась. Это дерево он срубил минут за сорок, почти на двадцать минут быстрее первого. Ствол рухнул, и он опустил на него руку. 「Древесина +10」 Древесина в рюкзаке превратилась в 21 порцию. Су Хан утер пот с лица и поднял голову, взглянув сквозь листву на небо. Солнце уже взобралось прямо в зенит, ослепительно припекая, отчего в лесу стояла духота, а стрекот цикад доносился со всех сторон. Он присел на корточки возле пня и достал из системного рюкзака тот самый брикет спрессованного пайка. Твердый как кирпич, таким при охоте и голову проломить можно – не факт, что раскрошится. Он отломил маленький кусочек и запихнул в рот: о каком-то вкусе и речи не шло. Он мелкими глотками прихлебывал остатки воды из бутылки, запивая сухой паек, и экономил – откусит чуток, сделает глоток. Убрав оставшуюся половину прессованного печенья обратно в рюкзак, он прислонился к корням дерева и открыл системный чат. Мировой чат выглядел точно так же: сообщения проносились с бешеной скоростью, весь экран пестрил… «Ло Хао, ты где! Я мама! Увидев, свяжись с мамой!» «Мы с женой потерялись в толпе при перемещении, кто-нибудь видел короткостриженую женщину в очках?» «Координаты: Дикий Утес, зона 203, есть живые люди?» Одни поиски. Су Хан пролистал около двух десятков записей – сплошные объявления о пропавших и панические выкрики. Он попытался отыскать хоть одно знакомое имя, но сколько ни листал, ничего подобного не увидел. Он вырос в детском доме, и если уж кого-то действительно искать, так это тех двоих товарищей, с которыми рос с малолетства, однако за эти два дня в мировом чате не мелькнуло даже людей с теми же именем и фамилией. Он переключил чат на региональный. В региональном тоже было оживленно, но чуточку упорядоченнее, чем в мировом, хотя содержание... «Кто-нибудь, ради бога, дайте кусок еды! Я умираю с голоду! Хоть кусочек! Хоть лепешку!» «У кого-нибудь есть лишняя вода? Могу обменять на что-нибудь! У меня тут есть лиана!» Ниже шли несколько ответов: кто-то ругал его в духе «иди сам поищи, умеешь только милостыню просить», кто-то отвечал «я сам голодаю, откуда у меня лишнее для тебя», а пара пользователей с определенными ID выразили сочувствие, но тоже признались, что припасов у самих в обрез. Су Хан нахмурился и проигнорировал их. Пролистав дальше, он заметил сообщение, отправленное Чжан Яньцяо, – оно было довольно длинным и сразу бросалось в глаза среди мельтешащего чата… 「Народ, хочу напомнить об одной срочной вещи. Сегодня утром я обнаружил в пещере следующее: на внутренних стенах в некоторых местах проступает влага, особенно в стыках камней. Я лизнул – это пресная вода, без постороннего привкуса. Если вы не нашли поблизости источников и совсем маетесь от жажды на исходе сил, можете поискать в своей пещере влажные каменные трещины и лизнуть их, это поможет пережить кризис, не доводя себя до обезвоживания。」 К сообщению прилагалась фотография: серо-бурая внутренняя стена пещеры, в узенькой каменной щели видны следы влаги, смутно отсвечивающие блеском – отчетливо заметно, что поверхность действительно мокрая. Пока Су Хан листал фотографии, в чате уже вовсю отвечали. «Охренеть, правда что ли, пойду поищу у себя!» «Брат Чжан – ты мой бог! Я уже почти сдох от жажды!» «Лизнуть камень? Это вообще гигиенично? А понос не схватишь?» «Когда у тебя обезвоживание, будешь думать о гигиене?» «Послушайте, вы можете не верить всему подряд? А вдруг эта вода ядовитая? Система ведь не подсказывала, что сочащуюся в пещерах влагу можно пить».» «Тогда сиди и мучайся жаждой».» «Великий игрок сказал, что это пресная вода без постороннего привкуса, ты же не вливаешь ее литрами, а можешь слегка лизнуть для утоления жажды, какого черта ты споришь?» «Спорить – нахрен с пляжа».» «Ха-х, добрые намерения приняли в штыки, я затыкаюсь».» Су Хан посмотрел на реплику того придиры и скривил губы. Он запомнил слова Чжан Яньцяо: влагу со стен пещеры действительно можно лизать, чтобы утолить жажду, но перед тем как пить из любых источников, следует проявлять осторожность во избежание проблем с желудком. Это заставило его опустить взгляд на бутылку с минеральной водой в собственной руке. Вода в ней уже подходила к концу, а прессованного пайка остался всего один кусок. Вода сейчас – самый дефицитный ресурс, и сегодня обязательно нужно найти стабильный источник. Су Хан закрыл чат и поднялся на ноги. Он бросил взгляд на системные часы: половина второго дня. До темноты оставалось еще примерно часов шесть. Времени не сказать чтобы в избытке, но сделать можно немало. ---------- Источник Он подсчитал: сейчас у него 21 единица древесины, до 100 не хватает 79. При его нынешней скорости рубки – примерно сорок минут на одно дерево, – придется срубить еще восемь деревьев, чтобы хватило. Восемь деревьев – это больше пяти часов, до темноты он вряд ли успеет, но даже если пахать без передышки, пока руки не отвалятся, как раз хватит только на материалы для улучшения. А ведь в промежутках надо искать воду, еду, собирать лианы и камни – времени совершенно не останется. Поэтому он решил скорректировать планы: не убивать на рубку деревьев все сегодняшнее время. Срубить еще два дерева, довести древесину больше чем до сорока единиц, а потом двинуться на восток, попытаться найти источник воды. Вчера он издалека заметил с возвышенности на востоке, что там рельеф идет на понижение, и вполне могло быть русло реки или ручей. Сегодня он сначала разберется с водой, а дерево продолжит рубить завтра. Су Хан поднял каменный топор и подошел к третьему вязу. Третье дерево рубили примерно тридцать пять минут. Навык вырос, угол удара топора стал точнее, клиновидный паз прорубался быстрее, и когда ствол завалился набок, все прошло куда проще и чище, чем в первые два раза. [Древесина +10] Всего в рюкзаке 31. Четвертое дерево. Оно было чуть тоньше. Су Хан повалил его меньше чем за полчаса. [Древесина +10] Всего 41. На четыре дерева в общей сложности ушло около трех часов – на добрый час меньше, чем предполагалось поначалу. Но и руки действительно почти не поднимались, правое предплечье опухло, а между большим и указательным пальцами натерло водяной мозоль. Су Хан шмякнулся на землю, немного перевел дыхание, убрал каменный топор в рюкзак, отвинтил пластиковую бутылку с минералкой и вылил в рот последние капли. Бутылка опустела. Он убрал пустую бутылку в рюкзак, глянул на две пустые пластиковые бутылки там же и безмолвно усмехнулся: ну и ну, эта система и впрямь чертовски умная. Поднявшись, он зашагал на восток, собираясь отыскать потенциальный источник воды. Миновав полосу кустарника на краю леса, земля действительно начала понижаться. Под ногами щебенка сменилась почвой, а затем постепенно – гладкой галькой, обкатанной водными потоками. Идти было трудно, на камнях легко поскользнуться, и Су Хан замедлил шаг. Пройдя минут десять, он словно расслышал шум воды. Журчание. Не будучи уверен, не послышалось ли ему, Су Хан быстро побежал на звук, и вскоре тот стал совсем четким – плеск воды звучал в тихом лесу на редкость отчетливо. Су Хан прибавил шагу, раздвинул заросли травы по пояс, и перед ним открылся вид. Широкий ручей в четыре-пять метров пересекал путь; вода неглубокая, прозрачная до самого дна, было видно, как текущая струя окатывает разноцветные круглые голыши. Вода весело журчала, не спеша и не замедляя хода, а солнце дробилось на поверхности на бесчисленные сияющие блики. Су Хан замер на берегу секунды на две. Затем он в два счета подбежал, присел на корточки у воды и зачерпнул полные пригоршни. Он поднес воду к губам и сделал глоток – никакого постороннего привкуса, прохладная, с легкой каменной свежестью, оказалась лучше, чем он думал. Он жадно припал к воде, делая один большой глоток за другим, вода просачивалась сквозь пальцы, мочила штанины, но ему было уже все равно. Напившись, он умылся. Ледяной ручей окатил лицо, смывая большую часть жара и усталости, накопившихся за утреннюю рубку. Он облегченно выдохнул, уселся на прибрежный валун и, глядя на бегущую воду, почувствовал, что снова ожил. Но в ту же секунду ему вдруг кое-что вспомнилось. Чжан Янь Цяо говорила в чате: перед любым забором воды нужно соблюдать санитарную безопасность, чтобы избежать проблем с желудком. А он только что зачерпнул руками и сразу выпил, вода ведь не кипяченая и не фильтрованная… Выражение безмятежности на лице Су Хана застыло. Он опустил взгляд на собственные руки, которыми только что зачерпывал воду, а затем на бегущий ручей. «…» «Должно быть, я не настолько везуч, чтобы сразу подхватить какую-нибудь заразу?» Помолчав немного, он решил не пугать себя раньше времени. Выпил-то всего ничего, несколько глотков, а вода на вид чистейшая, живое течение, так что проблемы вряд ли будут. Но урок он все же усвоил: всю воду, что понесет с собой, теперь нужно обязательно кипятить. Он достал ту самую пустую пластиковую бутылку, присел на корточке у берега и погрузил ее в воду – булькая, она наполнилась доверху, он закрутил крышку и убрал в системный рюкзак. Две бутылки воды, как здорово, удастся прожить еще день, – с усмешкой подумал Су Хан. Затем он окинул взглядом ручей и осмотрел окрестности. Ручей тянулся с северо-запада на юго-восток, берега поросли покрытыми мхом камнями и низким кустарником. Голыши в воде разного размера влажно блестели на солнце. Под водной гладью мелькали какие-то тонкие тени. Су Хан прищурился и вгляделся. Мальки. Размером с палец, с буроватой спинкой, они плыли против течения, быстро работая хвостами. Их было немало, они кучками держались у мелководья возле берегов и между камнями. Су Хан долго смотрел на этих рыб, как вдруг у него в животе заурчало – с той минуты, как он съел дневной паек прессованного сухого пайка, прошло уже несколько часов, и в желудке снова засосало. Половина сухого пайка еще оставалась, это еда на завтра. Если удастся раздобыть рыбы сегодня, вечером будет чем поужинать. Он поднялся, прошел немного вдоль берега и нашел тонкую ветку толщиной примерно в два пальца и длиной около полутора метров. Ветка была довольно ровной, с зеленеющей корой – сразу видно, живая, с хорошей упругостью. Достав из рюкзака каменный топор, он присел на корточки и начал обтесать один конец ветки лезвием. Топор большой, рукоять длинная, работать неудобно, но он строгал понемногу, пока не заострил конец ветки. Получилось не слишком аккуратно, но кончик кололся, а вонзиться в плоть вполне мог. Затем он скинул обувь с носками, закатал штанины и зашел в воду. Вода оказалась такой ледяной, что он вздрогнул, босые ступени скользили по гальке, двигаться приходилось осторожно. Медленно доковыляв до мелководья, где рыбы было больше всего, он обеими руками сжал заостренную ветку, поднял ее и прицелился в ближайшую рыбку… – Пхп! – Ветка вонзилась в воду, взметнув брызги. Рыба уплыла. Су Хан выдернул ветку – на конце ничего не было. Скривившись, он сменил позу и прицелился в другую… – Пхп! – Снова уплыла. Преломление света в воде оказалось куда сильнее, чем он думал: то, что видели глаза, и реальное положение дел расходились очень заметно. Он ткнул так раз семь-восемь, не зацепив даже чешуйки. –… – Су Хан стоял в воде, глядя на то, как рыбешки с виляющими хвостами кружат у самых его ног, словно издеваясь. Глубже вздохнув, он сменил тактику: перестал тыкать с размаху, а стал медленно опускать кончик ветки в воду, стараясь не спугнуть стайку, и бил уже тогда, когда ветка подбиралась вплотную к цели. Этот прием сработал. На девятый раз он почувствовал, что ветка обо что-то ударилась, рука слегка пружинила, и он резко навалился всем весом… – Пхп! – Когда он вытащил ветку, на ее конце трепыхалась небольшая, размером с палец рыбешка, отчаянно махая хвостом. Су Хан замер на секунду, а затем расплылся в улыбке. – Попалась. – Он снял рыбу с ветки – мелкая, скользкая в руке, с серо-бурой спинкой, белым брюшком и беспрестанно открывающимся ртом. Посомневавшись, как с ней быть (корзины для рыбы у него не было), он нашел на берегу длинную травинку, проткнул рыбе жабры и привязал к прибрежному камню. После чего вернулся в воду и продолжил охоту. Дальше дело пошло чуть лучше, чем вначале, но все равно шло со скрипом. Рыба тварь шустрая, от любого всплеска разбегалась в стороны. Приходилось подолгу ждать, пока стайка сойдется обратно. Провозившись еще с полчаса, он вытащил на берег еще двух. ---------- Улов Вместе с первой – три рыбины. Обе крошечные, размером с ладонь каждая, в сумме едва хватило бы заморить червячка. Но мясо есть мясо. Су Хан взглянул на небо – солнце уже клонилось к закату, косо зависнув над верхушками деревьев, и свет стал теплого золотисто-красного оттенка. Система подсказывала, что до темноты оставалось чуть больше часа. Он не смел больше медлить и быстро потащил трех рыб на берег. Чистка рыбы – дело хлопотное. Он вытащил тот самый грубый каменный нож: его лезвие было еще тупее, чем у топора, зато он отличался миниатюрностью. Отыскав ровный камень в качестве разделочной доски, он положил на него рыбину и вонзил нож снизу в брюхо. Каменный нож оказался тупым, он долго пилил, прежде чем распороть рыбье брюхо, и наружу вырвался смрадный запах требухи и тухлятины. Пальцами выгребнув внутренности и отбросив их в сторону, он принялся соскребать с рыбы чешую – мелкая, она поддавалась с трудом, и на то, чтобы очистить хотя бы одну рыбешку, ушла куча времени. Покончив с чисткой всех трех рыб и заодно сполоснув нож у реки, он заметил, что краски на горизонте сменились с золотисто-желтых на багряно-красные. Три очищенные рыбины вместе с вымытым каменным ножом отправились обратно в рюкзак. Пора выдвигаться в обратный путь. Дорога назад заняла меньше времени, чем дорога сюда. Он двинулся обратно вдоль ручья, пробираясь сквозь заросли кустарника. На полпути солнце уже опустилось почти к самому горизонту, небо окрасилось в мрачные багряные тона, и в лесу стремительно темнело. Он ускорил шаг. Стоило ему приблизиться к подножию скалы, как из глубины темного восточного леса донесся глухой рев. ─ О-о-у… ─ Звук был не сказать чтобы совсем близко, но обладал невероятной пробивной силой – глуховатый и низкий, будто исторгнутый из самой грудной клетки. От такого шума у Су Хана кожа на голове натянулась, а волоски на спине встали дыбом. Он остановился и несколько секунд прислушивался. Второй попытки не последовало. Лес снова погрузился в тишину, нарушаемую лишь шелестом листвы на ветру да стрекотанием неведомых насекомых вдалеке. Сглотнув слюну, Су Хан больше не колеблясь припустил к скале. Камни загремели под ногами, он уже не думал об осторожности, добежал до обрыва и судорожно вцепился в свисающую лиану. Взбираясь по каменным выступам вверх, он чувствовал, как в голове снова сама собой возникла нарисованная карта, руки и ноги работали слаженно, и он в несколько мгновений взмыл наверх. Когда он перевалился на платформу, ночь уже вступила в свои права, и снаружи оставался лишь тусклый оранжевый отсвет на горизонте. Су Хан пластом распластался на площадке, шумно отдуваясь. Перевернувшись на спину лицом к потолку пещеры, он чувствовал, как сердце все еще колотилось о ребра, а эхо того звериного рыка продолжало звенеть в ушах. ─ Куда все эти звери деваются днем? ─ пробормотал он себе под нос. ─ А ночью вылезают разом. Звери в этой Эпохе Диких Скал что, хранятся в коробке с игрушками? Солнце зашло – и их выпускают? Что это еще за хрень? «История игрушек 6»? ─ Никто ему не ответил, лишь собственный голос дважды эхом отразился от стен пещеры. Приподнявшись, Су Хан снял с пояса связку рыбы и повесил ее на каменную выемку, а затем аккуратно расставил две бутылки с водой, доверху наполненные ручьевой водой. После этого он заглянул в системное меню, проверяя количество древесины – 41 единица. До сотни не хватало еще 59. Завтра придется продолжать рубку. Бросив взгляд на кромешную тьму внутри пещеры, он вдруг осознал одну вещь: вчера он смертельно устал и завалился спать прямо на полу, не воспользовавшись огнем. В пещере стояла непроглядная тьма, ни малейшего огонька, и очертания каменных стен угадывались лишь благодаря лунному свету, проникавшему сквозь вход. Неудивительно, что сейчас ему казалось, будто вокруг царит пугающая, зловещая темнота. Су Хан пошарил в системном рюкзаке, нащупав два кремня. ─ Развести огонь. ─ Он решил, что сегодня ночью обязательно должен зажечь костер. Во-первых, с огнем в пещере будет спокойнее на душе; во-вторых, три рыбины нужно зажарить и съесть, а не глотать сырыми; в-третьих, огонь отпугнет зверей – хотя система и утверждала, что внутри пещеры абсолютно безопасно, вид потрескивающего поблизости костра все равно придавал уверенности. Он извлек из рюкзака пять единиц древесины. Именно так, пять. То были дрова, добытые за целое полудне рубки, и от мысли, что ради костра придется отдать пять палок из сорока одной, уголки его рта болезненно дрогнули. Но делать нечего, огонь был необходим. Су Хан сложил пять поленьев у входа в виде аккуратного шалашика, а в середину натолкал сухго моха и клочков сухой травы – всего того, что он автоматически надергал днем, собирая лианы, толком не задумываясь о пользе, просто полагая, что это может пригодиться. Затем он опустился на корточки перед дровами, достав два куска кремня. Два серовато-черных камня, шероховатых на ощупь, с отчетливыми гранями. Су Хан зажал один в левой руке, другой – в правой, и прицелился в кучку сухой травы… Щелк. Искры брызнули в стороны, упали на траву, вспыхнули на мгновение и погасли. Щелк. Снова вспышка, и снова гаснет. Почиркав кремнем еще немного, он добился того, что искры сыпались исправно, но разжечь эту кучку сухой травы никак не удавалось. Поразмыслив, он скатал пучок сухой травы между ладонями, сделав его еще более мелким и пушистым, похожим на серо-коричневый пух. После чего поднес к нему кремень, скорректировал угол и изо всех сил чиркнул… ─ Бац! ─ Икра куда крупнее предыдущих угодила прямо в центр пуха, отчего тот сначала испустил тончайшую струйку белого дыма, а затем посреди ворсинок затеплился крошечный алый уголек. Затаив дыхание, Су Хан бережно собрал пух вокруг огонька и легонько подул. Алый уголек стал постепенно увеличиваться, превращаясь в крошечную искру, а затем – в язычок живого пламени. Он засунул трут под конус из поленьев и подкинул мелких сухих веток, после чего огонь с треском взметнулся вверх, и яркие оранжево-красные отсветы заплясали по стенам, заливая всю пещеру ровным светом. Су Хан откинулся назад и посмотрел на язычки пламени. В пещере стало светло, мрак и прохлада отступили, а теплое сияние озарило его лицо, заставив с облегчением выдохнуть. При свете костра три очищенные рыбины, висевшие на каменной стене, поблескивали серебристой чешуей. Завтрак на завтра. Подбросив в костер еще пару тонких веток, Су Хан прислонился спиной к стене пещеры и прищурился, наблюдая за пляшущими огоньками. Сегодня удалось срубить четыре дерева, добыть пару десятков лиан, обнаружить ручей, поймать трех рыб и набрать две бутылки воды. В запасе 36 единиц древесины, 46 единиц камня, а лиан накопилось уже под два десятка. Завтра – продолжение. Закрыв глаза, он слушал, как костер потрескивает рядом, а тепло медленно проникает в самые кости. Ночной ветер снаружи задувал в проем пещеры, но преграда из костра гасила большую часть холода. Су Хан свернулся калачиком, постепенно погружаясь в сон под трепет огня и разливающееся тепло. Среди ночи он проснулся один раз. Снаружи у входа раздавалось какое-то шуршание, кто-то ползал неподалеку. Открыв глаза, Су Хан взглянул на вход: костер еще горел, но внизу от поленьев осталась лишь пара обугленных головешек. На самом краю входа застыл смутный темный силуэт, и в отблесках пламени поблескивали две пары глаз – зеленые. Существо некоторое время таращилось на костер, а затем медленно отступило назад, растворившись в темноте. Су Хан перевернулся на другой бок. ─ Опять ты. Впрочем, боишься огня… и отлично. ─ Он снова закрыл глаза. Рыжеватый свет костра играл на каменных стенах, угольки изредка издавали тихий щелчок, и вверх устремлялся рой крошечных искр. ---------- Общесерверное объявление, чужие дикие сундуки Су Хан только перевернулся на другой бок, его веки уже собирались снова слипнуться, как в голове раздался звенящий щелчок – «динь», – мгновенно выдернувший его из полусонного состояния. Снова системное оповещение. Холодный механический голос эхом прокатился в глубь сознания на полсекунды, после чего всё небо над пещерой снова залило слепящим красным светом, а крупные символы, пересекающие поле зрения, выкатывались строка за строкой – на одну больше, чем в прошлый раз. «Общесерверное объявление: зафиксировано, что первый игрок самостоятельно завершил убийство дикого ночного зверя, активировано скрытое достижение [Охотничий авангард], награда: небольшое улучшение базового телосложения (постоянный пассивный эффект, скорость восстановления выносливости повышена на 15%, незначительно увеличена устойчивость тела к ударам), небольшое укрепление психоэканомии (устойчивость к негативным эмоциям, таким как страх и напряжение, повышена на 10%)» «Поздравляем игрока [Вэй Цзычжэн] с получением уникального на весь сервер достижения [Охотничий авангард]!» Красный текст провисел в верхней части канала пять секунд, ровно на том же месте, что и вчера, даже размер шрифта не изменился. Следом шла строка чуть меньшего размера – дополнительное пояснение от системы: «Цель устранения: ночная каменная гиена (уровень 1, обычный зверь), продолжительность боя: семнадцать минут непрерывного преследования, способ устранения: использование особенностей рельефа для нанесения смертельного удара каменным копьем» Су Хан перечитал те строки три раза. Что из себя представляет ночная каменная гиена – возможно, это эндемичный вид эпохи Диких Скал. Непонятно, не та ли это тварь, что последние пару дней отиралась у входа в его пещеру. Сам он лишь затаился внутри и поглядывал на нее украдкой, не смея и волоска тронуть. Игрок Су Хан из пещеры № 77412 участка Диких Скал 1843 забился в норе тише воды; а Вэй Цзычжэн бог весть откуда, вооружившись самодельным каменным копьем, гонял эту штуку семнадцать минут и прикончил. Су Хан снова взглянул на канал: региональный канал уже взрывался, сообщения сыпались безумнее, чем когда он сам вчера получил «Первопроходца» – в конце концов, «Первопроходец» заключался лишь в том, чтобы выйти наружу, подобрать припасы да взобраться на скалу, и многие считали, что тоже смогли бы, просто опоздали на шаг; а «Охотничий авангард» – это реальное убийство зверя своими руками. ─ Вэй Цзычжэн – это кто?? С какого он участка?? ─ У меня вчера у входа тоже была какая-то темная тень, размером с собаку, чуть кондратий не хватил, я от страха даже пошевелиться не смел! Вы хотите сказать, что кто-то теперь специально по ночам ходит зверей резать?! ─ Великий Вэй из нашего участка? Подай голос! Научи, как убил! ─ Да ваш региональный канал только для вида, мировой куда безумнее, там десятки тысяч сообщений – и все спрашивают, кто такой этот Вэй Цзычжэн. Су Хан пролистал с десяток сообщений, переключился на мировой и бросил взгляд туда: весь экран пестрил одним и тем же именем, разглядеть суть было невозможно, лента обновлялась с головокружительной скоростью. Он закрыл канал и вернул взгляд к своей темной пещере. Огонь уже наполовину погас, от древесины осталась лишь пара красных угольков, он достал из рюкзака еще два полена, и языки пламени снова взметнулись вверх. Красноватый свет озарил три связки рыбы, висевшие на каменной стене, серебристая чешуя едва заметно поблескивала в отсветках костра. В животе заурчало. Су Хан подошел и снял рыбу. Три рыбешки длиной с палец, выпотрошены на совесть, внутренности вынуты, чешуя счищена, тонкой лианойникойникой соединены от жабр до хвоста, висели кучно, словно связка из трех ключей. Он пропустил сквозь середину тонкую ветку и поднял рыбу над костром для прожарки. Рыбное мясо коснулось края пламени, зашипело. Из чешуи повалил пар, принеся с собой пахучий дух сырой рыбы. Су Хан вращал ветку, чтобы рыба пропекалась равномерно, минут через пять-шесть кожица стала буровато-желтой, края чуть закрутились, из мяса выступила капелька жира и с шипением упала в угли. Уловив этот запах, он почувствовал, как в желудке забурлило еще сильнее. Пожарив еще минуты три-четыре и решив, что готово, он убрал ветку, подул на жар и оторвал маленький кусочек рыбы, отправляя в рот. Обжегся так, что заскрипел зубами, но пожевал пару раз – мясо было белым, нежным, без соли и каких-либо специй; во рту чувствовался лишь слабый собственный сладковатый привкус рыбы, сырой запах почти полностью выгорел, а на смену ему пришел аромат древесного дыма. Су Хан не обратил внимания на жар, в два-три укуса прикончил первую рыбину, с хрустом прожевав и проглотив даже кости. Взялся за вторую. После трех рыбин в животе появилась тяжесть, в желудке стало тепло. Он бросил взгляд в рюкзак: сухпайка осталась еще половина, его трогать нельзя, прибережет как неприкосновенный запас. Бутылка из-под минералки была наполнена ключевой водой доверху, но вскипятить ее он не мог – котелка не было, сварить было нечем. Оставалось только отпивать по малейшему глотку, но, к счастью, до сих пор не пронесло, так что пока, должно быть, все в порядке. Сонливость у Су Хана в этот момент начисто выдуло теми двумя объявлениями. Прислонившись к стене пещеры, он открыл региональный канал и принялся неторопливо листать. Полистав немного, он обратил внимание на одну деталь. Число онлайн-пользователей в региональном канале изменилось. Вчера было ровно сто тысяч, а теперь значилось: «Текущее количество онлайн-игроков: 99 742 человека». Не хватало двухсот пятидесяти восьми человек. Су Хан несколько секунд вглядывался в эту цифру. Сообщения в канале неслись слишком быстро, никто об этом не заикался, но он сам отчетливо понимал: двести пятьдесят восемь человек, скорее всего, уже не вернутся. Он молча зарубил эту цифру у себя на уме и продолжил листать дальше. Листая, он обнаружил, что в канале, помимо обсуждения Вэй Цзычжэня, немало людей болтало о чем-то другом – о диких сундуках. Это словосочетание мелькало в сообщениях довольно часто, натыкаться на него удавалось через каждые несколько реплик. ─ Братья, я открыл сундук первого уровня!! Прямо под низким холмом с восточной стороны! Внутри бутылка воды, лепешка и чертеж бумажного рулона! Завтра нарублю древесину и скрафчу, выставлю на торговую площадку, чтобы помочь братьям решить вопрос с «посмертными делами». ─ Я тоже нашел сундук первого уровня, в расщелине камней у опушки леса, открыл, а там загон для разведения скота, да я даже муравьев не держу, на кой черт он мне! Могу обменять на еду! Пишите в личку! Без глупых вопросов! ─ Как вообще выглядят сундуки? Чего это я их не видел? ─ Да обычные деревянные ящики, небольшие, размером примерно с две сложенные вместе ладони, без замка, стоит коснуться рукой, как система выдает подсказку об открытии. ─ Я открыл два: один дал тридцать порций камня, другой – десять порций лиан, ничего особенного, но все же лучше, чем с пустыми руками. ─ Ну у вас и везение, а я целый день бегал по округе и ничего не нашел. Су Хан остановил скользящие по экрану пальцы. Дикие сундуки. Он вспомнил, как вчера рубил деревья до тех пор, пока у него едва не отнимались руки, вода кончилась, и оставалось лишь цедить ее по каплям, в обед сгрыз кусок сухпайка, а вечером три мелкие рыбешки лишь едва позволили заморить червячка. В то же время кто-то другой, пробежавшись кругами, мог запросто подобрать ящик, достать из него воду, еду, чертежи и собирать ресурсы, лежа на боку. Су Хан прислонился к стене пещеры, какое-то время смотрел на пляшущие языки пламени в очаге, и уголки его губ дернулись. ─ Неужели я и правда такой неудачник? Су Хан протянул руку над костром, чтобы погреться, кончики пальцев потеплели. Он снова открыл системный интерфейс и заглянул на панель ресурсов: древесины – 34 порции, камня – 46 порций, лиан – 19 порций. До улучшения пещеры до уровня Lv1 не хватало 64 порций древесины, 54 порций камня и 31 порции лиан. При вчерашней эффективности ради одной лишь древесины пришлось бы срубить еще деревьев шесть-семь, камень тоже добывать путем раскола валунов под укрытием, а лианы собирать попутно. Но тут же он подумал: а что, если завтра удастся отыскать сундук во время вылазки и вытащить оттуда припасы или чертежи? Даже если выпадет немного древесины и камня, это сбережет массу сил. Если вчера он не заметил сундуков, то, возможно, из-за того, что маршрут был неизменным, он все время куда-то спешил и смотрел недостаточно внимательно. Стоит только получше приглядеться, прошарить взглядом все заросли под кустами да трещины в скалах, глядишь, на что-нибудь и наткнется. Су Хан вдруг о чем-то вспомнил, отыскал в региональном канале имя Чжан Яньцяо, открыл ее аватарку, заколебался на пару секунд и нажал «отправить запрос». В поле примечаний он долго думал, набросал несколько слов, стер, снова написал и стер, оставив в итоге лишь: «Приветствую, великий игрок, сосед по участку. Вчера воспользовался вашим методом, собрал лианы, меня не перекусили, спасибо». Отправив сообщение, он особо не рассчитывал, что собеседник тут же примет заявку, закрыл интерфейс и снова прижался спиной к каменной стене. Костер снова поблек. Су Хан поддался остаточному теплу и медленно прикрыл глаза. ---------- Торговый вершиш Су Хана разбудил голод. Живот дважды громко заурчал, он открыл глаза: внутри пещеры было темно, за ее пределами уже рассвело, и серовато-белый свет косыми лучами падал на вчерашнюю кучу золы. Он перевернулся и сел – костер давно погас, остаточное тепло выветрилось до конца, а воздух в пещере стоял прохладный и отдавал сыростью. Потерев плечи, он поднялся и подошел к выходу, чтобы глянуть наружу. День только забрезжил, солнце еще не показалось полностью, свет стоял не слишком яркий, но погода явно обещала выдаться хорошей. Су Хан развернулся, вернулся вглубь пещеры и достал из рюкзака последнюю половинку спрессованного хлебца. Отломив небольшой кусочек, он закинул его в рот и принялся сухо пережевывать, одновременно открывая системный интерфейс. Цифры на панели ресурсов подскочили, и он изучил их: древесина – 36 единиц, камень – 46 единиц, лианы – 19 единиц. До апгрейда пещеры до первого уровня было еще далеко. Он снова кликнул на торговый центр. Вчера он бегло просмотрел эту функцию без особого вникания, а теперь решил тщательно разобраться, пока завтракает. Интерфейс выглядел предельно лаконично: вверху – строка поиска, посредине – список выставленных на продажу товаров, где для каждого пункта указывались ID продавца, название предмета, количество и то, что он желает получить взамен. Су Хан пролистал несколько страниц вниз: в основном шел банальный бартер, кто-то менял лианы на камень, кто-то менял дерево на воду, но возле каждой выставленной бутылки воды в скобках красовались пометки – «ручьевая», «речная», «необработанная», и никто не решался гарантировать, что после ее употребления не начнется диарея. Добратившись до седьмой-восьмой страницы, он замер. В списке появилось торговое объявление: ID продавца звали Ван Инцзе, а в ячейке товара лежала какая-то черная штуковина. Картинка была небольшой, но в ней угадывалось нечто вроде клетки, сплетенной из тонких лиан и ветвей, причем конструкция выглядела довольно искусно. «Вершиш: может использоваться для ловли рыбы в ручьях и на мелководье, после добавления приманки помещается в воду, на следующий день можно забирать улов. Требование обмена: 5 единиц древесины.» Су Хан несколько секунд в упор разглядывал это изображение. Вершиш. В его голове тут же всплыла вчерашняя картина: он битый час колол рыбу палками у ручья, пока не добыл три крошечные рыбешки, устав насмерть так, что даже зубы нечем было заесть. А если поставить такую вершиш в воду, на следующий день забирать рыбу напрямую? Он тут же нажал на то торговое предложение, и внизу обнаружилась кнопка личного чата. Су Хан не колеблясь кликнул ее. Открылся интерфейс чата, поле ввода замигало. Он напечатал: «Привет, вершиш еще в наличии?» Не прошло и десяти секунд, как пришел ответ – настолько быстрый, будто собеседник караулил прямо перед экраном. «В наличии, в наличии! Брат, тебе нужна? Я тебе так скажу, эта вещь офигенно удобная, я вчера закинул ее в речку на ночь, а сегодня утром вытащил трех рыбин с ладонь величиной, мне на два дня хватит!» Следом за текстом красовался смайлик с ухмылкой. Су Хан: «5 единиц дерева, верно?» Ван Инцзе: «Верно, 5 штук. Честно говоря, изготовить этот вершиш тоже недешево, на улучшение пещеры мне многого не хватает, приспичило срочно. Если считаешь, что дорого, можем поторговаться.» Су Хан взглянул на количество древесины в собственном рюкзаке – 36 единиц. Пять штук – ни много ни мало, но если и впрямь удастся выменять ловушку и стабильно добывать рыбу, древесина потратится не зря. Впрочем, он все же хотел сбить цену: сэкономить никогда не вредно, и разбрасываться ресурсами дураков нет. «3 штуки пойдет? У меня с древесиной тоже туго.» На том конце Ван Инцзе замолчал на несколько секунд, а затем прислал цепочку текста: «3 штуки… Брат, дай подумать. Так ты цену рубишь, аж сердце кровью обливается, чертеж этот мне достался с огромным трудом.» Су Хан: «Тогда накину: 2 единицы дерева и 2 единицы камня, меняем? Камень тебе тоже для апгрейда понадобится.» Собеседник снова помолчал секунд несколько, а затем переслал голосовое сообщение. Су Хан нажал на воспроизведение: мужской голос с северо-восточным акцентом раздался прямо в голове – функция голосового чата в торговом центре транслировала сигнал напрямую в сознание, звучало так отчетливо, будто собеседник говорил прямо на ухо. «Да ладно, камнями тоже можно? Раньше бы сказал! Ладно-ладно, 2 дерева и 2 камня, по рукам! Я как раз в камне нуждаюсь, для апгрейда пещеры надо 100 единиц, а вокруг ни единого, у вас там что, много вокруг? Э? Тебя звать Су Хан? Ты ведь тот самый авангард разведки, да?» Су Хан: «Повезло, вырвался вперед на шаг.» Ван Инцзе: «Хэх, повезло – это тоже мастерство. Моя пещера торчит на полусклоне обрыва, когда спускался, чуть шею не сломал, если бы не та лиана, что система дала, достаточно прочная, я бы уже на перерождение отправился. Ладно, не будем об этом, давай в друзья добавимся, я тебе вершиш скину.» Су Хан подтвердил запрос в друзья, отдав взамен 2 единицы дерева и 2 единицы камня и получив от Ван Инцзе 1 вершиш. Стоило обеим сторонам нажать подтверждение, как вспыхнул белый свет, и в системном рюкзаке прибавилась плотно сплетенная корзина из лиан размером примерно с баскетбольный мяч, со входом в виде воронки – рыба заплывет и уже не выберется. Сначала он достал вершиш, чтобы осмотреть его. В руке он лежал невесомо, лианы были сплетены действительно туго, стыки надежно перевязаны – вещица системного производства и впрямь оказалась неплоха. Су Хан остался доволен и убрал вершиш обратно в рюкзак. Затем он поднялся и направился туда, где вчера жарил рыбу, присев на корточки. На земле осталась россыпь рыбьих костей и обугленных крошек, три горстки пепла чернели на каменной плите; запах стоял не сказать чтобы сильный, но оставлять этот мусор валяться – дело не дело. Поначалу он поколебался, собираясь просто смести всю эту дрянь наружу. Но едва его рука коснулась груды рыбьих костей, как в голове мелькнула мысль: а не та ли зеленоглазая тварь, что крутилась у входа прошлой ночью, приползла на этот запах? Если он вот так возьмет и вывалит рыбьи кости с объедками под самые стены пещеры, то этой ночью тварь снова притащится на запах, и пусть даже в пещеру ей не пробраться, дежурить под окнами каждый день – удовольствие ниже среднего. К тому же объедки со временем протухнут, в пещере заведется жуткая вонища и налетит мошкара. Поразмыслив, Су Хан собрал все рыбьи кости в системный рюкзак. Системный рюкзак не занимал ни веса, ни объема, а только ячейки, пачкаться он не умел, суй туда что угодно – мешать не будет, а чуть позже можно будет дойти до леса, выкопать яму и закопать все это, считай, в качестве удобрения для деревьев. Упорядочив все дела, Су Хан встал у входа, проверив экипировку: каменный топор, каменное зубило, две бутылки минеральной воды, наполненные ручьевой водой. Верниш он тоже захватил с собой, сегодня предстояло отыскать подходящее место для установки. Сделав глубокий вдох, он уцепился за край входа и перемахнул наружу. Усиление лазанья он осваивал все увереннее: перебравшись с площадки на землю, он действовал руками и ногами в лад, затратив в общей сложности менее сорока секунд. Приземлившись, Су Хан убрал лианы внутрь пещеры и зашагал на восток. План на сегодня почти не отличался от вчерашнего: сначала нарубить деревьев, нарастить запас древесины, затем сходить к ручью, поставить вершиш и попутно набрать воды. Да, и еще нужно внимательно поглядывать по сторонам: если по дороге попадется сундук с сокровищами, будет еще лучше; судя по вчерашним описаниям тех бедолаг на региональном канале, что удавалось вытащить из сундуков, завидовать им приходилось не понарошку. ---------- Откуда здесь свет, неожиданный сундук Вскоре он вошел в лесок, поднял каменный топор и направился к вязу толщиной в бедро. ─ За работу. Пхм. Пхм. Пхм. Звук ударов каменного топора о древесную кору глухо эхом разносился по лесу, спугнув нескольких птиц, прятавшихся в кроне, которые с шумом взлетели. Сегодня Су Ханру рубилось куда плавнее, чем вчера: угол падения топора был точным, клиновидный вырез получался аккуратным, а при рубке с двух сторон лезвие застревало редко. На первое дерево ушло меньше получаса. Стоило положить на него руку, как выскочила системная подсказка: 【Древесина +10】, а общее количество стало равняться 41. Второе дерево далось быстрее – минут двадцать четыре-пять. Общее количество – 51. Третье дерево оказалось чуть толще, на него ушло тридцать пять минут. Общее количество – 61. Су Хан остановился перевести дыхание и вытер пот. При такой скорости еще четыре дерева – и наберется сотня. Но, бросив взгляд на небо, он заметил, что солнце уже перевалило за макушку на запад, было примерно часа два с половиной дня; времени оставалось еще достаточно, но все же не в избытке. Он убрал каменный топор в рюкзак, размял нывшие плечи и решил сначала сходить к ручью, поставить вершу, а уже потом вернуться и дорубить оставшееся. Двигаясь на восток от вязовой рощи, спустя минут пятнадцать он услышал журчание воды. Су Хан присел на берегу, сполоснул руки и зачерпнул ладонями, сделав несколько глoтков. Затем он прошел немного вдоль берега, выбрав место с чуть более медленным течением и густой водяной растительностью. В таких точках рыбы водилось много, и брошенная здесь на ночь верша должна была принести улов. Он достал из рюкзака вершу, пошарил на берегу, перевернул несколько камней, поймал двух-трех коричневых червей длиной с палец и запихнул их в прикормочный карман на дне верши. Подготовив вершу, он погрузил ее в воду, прижав горловину сверху большим камнем, чтобы ее не унесло течением. Сплетенная из лиан ловушка погрузилась в прозрачный поток и быстро затерялась среди речной гальки и коряг на дне, так что разглядеть в ней рукотворный предмет было непросто. Су Хан встал, отряхнул грязь с рук и с довольным видом глянул на то место, где стояла верша. ─ Завтра утром приду проверять, надеюсь, улов будет. ─ Он уже собирался повернуться и уйти, как боковым зрение заметил, что в траве что-то блеснуло. Ярко блеснуло. Это не было отражением от водной глади – тот участок находился в травянистой низине на берегу, где густо разрослась дикая трава высотой по пояс, а посередине имелся провал, будто что-то его примяло. Искорка света как раз покоилась на самом дне этой ложбинки, больше чем наполовину скрытая стеблями; если бы не удачный угол падения сегодняшнего солнца, когда лучи падали наискось сбоку, он бы ни за что ее не заметил. Су Хан замер, слегка развернулся боком и прищурился, вглядываясь. Действительно, отражение. Он раздвинул дикую траву и шагнул на пару шагов внутрь, стебли неприятно царапали руки, а под ногой попался шатающийся камень, чуть не подвернувший стопу. Удержав равновесие, он присел на корточки и протянул руку, разводя заросли высокой травы в стороны, и открывшееся внизу зрелище заставило его замереть. Ящик. Но совсем не такой, о каком толпарила в региональном чате. Темно-желтый, медного оттенка, с небольшой открытой полоской желтого металла – именно она бросилась ему в глаза пару секунд назад. Су Хан просидел в траве секунды три, глядя на него, а затем возбужденно протянул руку и коснулся крышки. В тот самый миг, когда его кончики пальцев соприкоснулись с патинированной зеленоватой поверхностью, всплыл системный интерфейс. 「Сундук второго уровня」 「Условие открытия: отсутствует」 「Открыть?」 Су Хан пару раз моргнул, вглядываясь в два иероглифа «второго уровня». Те, кто открывал сундуки в региональном чате, получали лишь первый уровень, и заполучить бутылированную воду с сухим пайком уже считалось удачей. Второй уровень? Еще никто не хвастался подобным. Он не стал раздумывать и мысленным усилием нажал «Открыть». Крышка сундука не откинулась на самом деле, зато белый свет вспыхнул прямо в месте соприкосновения с его пальцами – сдержанно и мгновенно угас. Сразу после этого в голове раздался системный звуковой сигнал, куда более мягкий, чем те механические объявления. 「Открытие успешно. Полученные предметы: настенный кран для воды ×1, чертеж деревянной чаши ×1, пшеничный хлеб ×3. Автоматически помещено в рюкзак」 Су Хан моргнул. Система вывела рядом с предметами строчку с описанием, и он открыл ее мысленной командой. 「Настенный кран для воды: может быть установлен на внутренней скальной стене пещеры. После установки ежедневно автоматически производит 10 литров пригодной для питья пресной воды без необходимости в очистке. Суточный лимит производства – 10 литров, накопление свыше нормы невозможно. Требуется установка через интерфейс верстака. Может улучшаться вместе с пещерой.」 Прочитав это описание, Су Хан поймал себя на единственной мысли. Десять литров питьевой воды ежедневно – одному человеку точно не выпить! К тому же ее можно продавать! ─ Ох! ─ Всего одно слово, но эмоций в нем заключалось предостаточно. Он снова достал тот чертеж и всмотрелся в него. 「Чертеж деревянной чаши: разблокирует рецепт «деревянная чаша» на верстаке. Затраты на изготовление: древесина ×1. Результат: деревянная чаша ×1. Может использоваться для хранения жидкой или твердой пищи.」 Су Хан несколько секунд сверлил взглядом строчку «древесина ×1». В голове мелькнула мысль: если на создание деревянной чаши уходит 1 единица древесины, то эту чашу можно сразу наполнить водой, а затем продать на торговой площадке прямо в ней! Его мысли закрутились с бешеной скоростью, и он тут же принялся подсчитывать барыши. Десять литров воды равняются 10 000 миллилитров. Если брать порции по 200 миллилитров, то из десяти литров получится 50 чаш. При расчете в 3 единицы древесины за чашу, 50 чаш принесут 150 единиц древесины. Вычитая производственные затраты на 50 деревянных чаш – 50 единиц древесины – чистая прибыль составит 100 единиц. Сто единиц древесины. Вчера он надрывался весь вечер, свалив четыре дерева, чтобы добыть всего 40 единиц. Теперь же достаточно отыскать торговый спрос и обменивать воду – простым движением пальцев можно получить объем больший, чем за целый день рубки. Су Хан убрал кран и чертеж обратно в рюкзак, раздвинул траву и встал. Мало того, сегодняшний провиант тоже был обеспечен: три буханки пшеничного хлеба, а к завтрашнему дню, глядишь, и рыба подоспеет! Эта жизнь начинала казаться все более перспективной. Он подавил поднимающееся волнение и повернул назад. Шаг стал гораздо быстрее, чем по дороге сюда, а в голове непрерывно крутился тот самый обменный курс. 3 единицы древесины за 200 миллилитров воды звучало, пожалуй, дороговато, но в текущих реалиях Эпохи Диких Скал чистая питьевая вода сама по себе являлась самым дефицитным ресурсом. Сколько народу вчера вопило о жажде в региональном чате, а некоторые игроки даже зарабатывали расстройство желудка, облизывая влажные стены пещер. К тому же прилагалась деревянная чаша: постоянные клиенты могли набирать воду прямо в нее, тогда потребовалось бы всего 2 древесины, что обеспечило бы высокий уровень принятия рынком. На ходу он открыл торговую площадку и пролистал страницы. Разумеется, выставляющих воду на обмен хватало, но за любой водой у всех значилась системная пометка «речная вода» или «ручьевая вода». Попадаются ли в диких источниках паразиты – вопрос везения, и кто станет играть в русскую рулетку со своей жизнью. Он снова пролистал региональный чат. Сообщения летели с прежней скоростью, но главная тема сегодняшнего дня оказалась единообразной – вода. ─ Спасите ребенка, я почти умираю от жажды, облизывал сочащуюся из стены влагу целый день, у меня язык облез! ─ ─ Кто-нибудь может обменять мне бутылку воды? Я отдам камнем, 5 единиц камня за бутылку воды! Нужна пригодная для питья! ─ ─ Только что сделал глоток ручьевой воды, теперь в животе барабаны бьют, я что, скоро загнусь… ─ ─ Не пейте вы эту дикую воду! Я вчера выпил полбутылки, и теперь сижу в пещере поносом мучаюсь, ноги ватные! ─ Глядя на эти вопли, Су Хан находил собственный обменный курс все более разумным. Впрочем, он понимал, что во всем нужна мера: запроси он слишком много – никто не сможет позволить себе обмен, занизь – останется в дураках сам. 3 единицы древесины за 200 миллилитров в пересчете давали 150 единиц древесины за 10 литров – звучало пугающе, но порционный обмен чашами создавал низкий порог входа, и вытянуть его мог каждый. Деревья пока рубить не стоит, главная задача на сегодня – установить водяной кран. Вернувшись к основанию скалы, Су Хан взобрался по лианам, перешагнул через край площадки и проник в пещеру. Подойдя к верстаку, он положил руку на каменную поверхность, вызвал интерфейс создания, кликнул в инвентаре по настенному крану, после чего появилось всплывающее окно с вопросом: «Подтвердить установку?» Он нажал подтверждение. Поверхность верстака озарилась мягким сиянием, и на скальной стене пещеры ближе к выходу, на высоте примерно полутора метров от пола, материализовался медно-желтый водяной кран. Су Хан подошел ближе и протянул руку, повернув вентиль. Щелк. ---------- Вода! Питьевая вода! Излив сначала капнул пару капель, а затем оттуда хлынул совершенно чистый водяной струйкой, тоненькой, примерно как домашний кран, открытый на небольшой напой. Вода ударилась о каменный пол под скальным выступом, разлетаясь мелкими брызгами, и звук раздался звонкий. Су Хан торопливо достал из системного рюкзака пустую бутылку и подставил её прямо под струю; от одной лишь секунды колебаний впустую утекло целых 40–50 миллилитров, отчего Су Хан смертельно расстроился. Бутылка наполнилась очень быстро, он поглядел на прозрачную, чистую воду внутри, запрокинул голову и сделал небольшой глоток. «Вода с Диких Скел немного сладковатая», – пробормотал Су Хан. Он снова достал вчерашнюю бутылку с водой, набранной из ручья. Отвонтил крышку, понюхал: хотя посторонних запахов не было и вода казалась прозрачной, после долгих раздумий он всё же решил полностью вылить ручейную воду из бутылки. Вода потекла на скалу у входа в пещеру, заскользила по каменной поверхности, и внизу сразу же образовалось мокрое пятно. Су Хан смотрел на выливаемую воду и ни капельки не жалел. Всё равно от питья ручейной воды можно было схлопотать расстройство желудка, да и ходить к ручью за водой больше не придётся. Он сделал ещё один лёгкий глоток: ледяная пресная вода скользнула вниз по горлу, и во всём теле сразу стало так хорошо. Он утёр рот, посмотрел на тот самый ворсовый кран, вмонтированный в камень на скале, и широко ухмыльнулся. «С сегодняшнего дня свобода питьевой воды получена». Он отставил бутылку, вызвал интерфейс пульта управления и нашёл рецепт изготовления деревянной миски. Требовалась 1 доля древесины. Он достал одну долю дерева, положил её на панель управления и нажал «создать». На панели мелькнула вспышка света, и перед ним появилась деревянная миска размером с ладонь. Он взял ту самую бутылку с минералкой и налил половину внутрь, примерно миллилитров двести с небольшим. Су Хан взвесил деревянную миску на ладони и прикинул её в сравнении с другой пустой миской. Затем он открыл торговый центр и заново перечитал правила в колонке выставления товаров на продажу. Для выставления товаров в торговом центре не требовалось физической передачи – достаточно было выбрать продаваемый товар в рюкзаке, и система блокировала его автоматически; после выставления окружающие видели информацию о товаре, а по завершении сделки система сама переводила всё автоматически. Конечно, можно было пообщаться и договориться лично, но это сложнее. Су Хан закрыл панель, прислонился к каменной стене пещеры, достал медовый хлеб и неторопливо доел его, запивая оставшейся половиной бутылки воды. Су Хан прищурился и принялся прикидывать в уме: одна миска на 200 миллилитров на обмен за 3 доли древесины либо равноценного камня или лиан. Торговаться не собирается – не хотите, как хотите. Он не боялся, что никто не станет меняться. Он ещё помнил вчерашние посты тех людей в региональном чате, которые плакали и умоляли дать воды. Имея этот кран, на текущий момент он оставался единственным игроком в 1843-м секторе Диких Скел, у которого был стабильный источник «сертифицированной системой пресной воды, пригодной для питья напрямую». Эта штука в нынешнее время ценилась дороже чего бы то ни было. Когда в будущем у всех появится свободный доступ к воде, его собственное преимущество тоже исчезнет. Пока не стемнело, надо побыстрее разобраться с сегодняшней водой и выставить всю воду на продажу. В мыслях мелькало лишь одно: хорошо бы этой воды было ещё больше. Су Хан не переживал: богатство не зависит от количества, главное, чтобы оно вообще было, а завтра заработать удастся точно так же. Он достал 5 долей древесины, разжёг костёр и медленно прикрыл глаза. Отдохнуть, надо немного отдохнуть. Этот сон выдался просто восхитительным: во сне Су Хан караулил водяной кран, переписываясь в чате: «Продам всё подчистую, продам твоё». Ему казалось, что до звания богатейшей персоны Эпохи Диких Скел рукой подать. Когда Су Хан открыл глаза, на его губах ещё играла улыбка. Он приподнялся: в пещере всё ещё было темно, но снаружи, за выходом, уже забрезжил сероватый рассветный свет. Он подошёл к крану, протянул руку и открутил его; наученный горьким опытом, он заранее подставил снизу пустую бутылку, вода сразу же полилась, и он подставил под неё бутылки. Теперь имелось ровно две бутылки с минералкой – каждая примерно по 500 миллилитров, а в сумме ровно один литр. Это его суточная норма, а остальное – оставит про запас, всё прочее станет его золотой жилой! Он снова погрыз кусок хлеба. Подошёл к панели управления, выбрал в рюкзаке чертеж деревянной миски, и луч света вплавился внутрь каменного стола, после чего деревянная миска чётко обозначилась в списке предметов для изготовления. Изготовил из древесины 5 деревянных мисок. Затем разделил воду по мискам. Су Хан открыл торговый центр и привычно кликнул по интерфейсу «Выставить на продажу». Сначала он достал одну деревянную миску, в которую была налита свежая пресная вода – ровно около 200 миллилитров. Затем в графе «Обмен» ввёл «Древесина ×3» или «Камень ×3», или «Лианы ×3» – на выбор, покупатель пусть выбирает сам. Убедившись, что вся информация верна, он нажал кнопку выставления на продажу. Новая торговая позиция появилась в списке торгового центра: в графе ID значилось «Су Хан», в описании предмета было указано «Миска пресной воды, пригодной для питья напрямую (200 мл), безопасный источник воды», а в графе обменных требований красовалось «Древесина ×3 или Камень ×3, или Лианы ×3». Завершив размещение, Су Хан не стал сидеть сложа руки. Он уселся, прислонившись спиной к стене пещеры, открыл региональный канал и немного поскроллил ленту. Вскоре он увидел, как туда переслали объявление о его продаже. ─ Охренеть, все живо гляньте на торговый центр, какой-то Су Хан выставил 5 мисок воды, система подтверждает, что её можно пить напрямую! Одна миска воды за 3 куска дерева! ─ Су Хан? Это случайно не тот первопроходец-исследователь из предыдущих дней? ─ Он самый. Как он вообще добыл воду, которую можно пить? Сертификация системы? Что это за канал такой? ─ Понятия не имею, но на данный момент это единственный товар в торговом центре с пометкой «безопасный источник воды», остальное – сплошная речная и болотная вода, пить которую никто не ресшится. Три куска дерева за 200 миллилитров – дороговато, конечно, но всяко лучше, чем мучиться от поноса! ─ Я вчера напился ручейной воды, до сих пор дристать не перестаю, кишки наружу лезут. Раз от этой воды не пронесёт, то чего стоят три куска дерева? Раньше бутылка минералки вообще по 2 юаня стоила! Беру! Су Хан посмотрел на комментарии в канале и чуть заметно шевельнул уголком рта. Он только собирался выйти из канала и проверить, есть ли хоть какое-то движение в торговом центре, как в голове внезапно прозвучал системный звуковой сигнал. «У вас новое личное сообщение». Звуковой сигнал прозвенел с десяток раз подряд, прежде чем умолкнуть. Су Хан открыл список личных сообщений, и тот мгновенно оказался забит: в перечне скопились десятки непрочитанных сообщений, причем таймстампы у первых нескольких сверху показывали не больше минуты назад. Он открыл первое. ─ Братуха, у тебя правда вода питьевая? Проверена системой? Я готов отдать 2 куска дерева, подтверди сделку, а? Второе. ─ Великий Су Хан! Мне нужно! Три куска дерева за миску, но я не могу найти твой товар в торговом центре, его что, сразу после выставления расхватали? Еще осталось? Третье. ─ Нельзя ли подешевле? Может, 1 кусок дерева за миску? У меня древесины тоже кот наплакал, выручай, считай, сделай доброе дело. Дойдя до третьего сообщения, Су Хан нахмурился и просто смахнул его. Один кусок дерева за 20 миллилитров воды? Себестоимость даже выше. Деревянная миска сама по себе стоит 1 долю дерева для изготовления, выходит, он должен воду подарить, миску подарить, да еще и сверху доплатить своими трудами? Он проигнорировал это сообщение и продолжил листать дальше. Большинство личных сообщений оказались вполне адекватными: авторы напрямую предлагали долгосрочное сотрудничество, а некоторые даже добавляли пару вежливых фраз. Су Хан только удивлялся: к чему всем писать в личку, если можно было просто купить в торговом центре. Открыв торговый центр, он обнаружил, что за какие-то жалкие секунды выставленные им пять мисок воды размели подчистую. Пятнадцать долей древесины тихо-мирно лежали в рюкзаке. Вот это скорость торговли! Пока он был занят ответами на сообщения, в региональном канале кто-то внезапно вбросил реплику: ─ Эту воду от Су Хана кто-нибудь успел поменять? Я поменял, выпил, реально всё чики-пуки, в животе ни единого намека на бурление, в сто раз лучше вчерашней ручейной воды. Тут же снизу посыпалась цепочка ответов. ─ Правда что ли, бог Су! Выкатывай еще! Я только что зевнул и всё промазал! ─ Там же системная сертификация черным по белому висит, куда надежнее всякой бурды из речки. ─ Только дороговато: 200 миллилитров за три деревяшки. Выходит, я полдня деревья рублю ради одного глотка. ─ Дорого – так не меняй, вопрос в другом: пить-то хочется? Лично я хотел, я и поменял. ─ Похоже, всё уже раскупили, только что искал – ничего нет. Су Хан открыл торговый центр: складские остатки на панели зияли пустотой. Он только что был полностью поглощен ответами на личные сообщения и забыл вовремя пополнить запасы. Он как раз собирался выставить ещё несколько мисок, как всплыло новое личное сообщение – от Ван Инцзе. ---------- Долгосрочное торговое соглашение Глава 12. Долгосрочное торговое соглашение, истинная суть ночных охотников – Брат, мясо волка на воду, меняешься? – Пальцы Су Хана на мгновение замерли. Мясо волка? Он ответил: ─ Добыл волчатины? Ван Ин Цзе ответил мгновенно, выскочило голосовое сообщение с тем же дунбейским говором: – Да как нефиг делать! Вчера ночью спустился и завалил одного, твоя чистая вода мне не помешает, можешь отсыпать немного? – Су Хан ответил не сразу. Прислонившись к каменной стене пещеры, он несколько секунд вглядывался в сообщение. Мясо волка. В то время как остальные в региональном чате боялись высунуть нос из пещер после наступления темноты, этот тип уже шастал по темноте и завалил дикого волка. Если считать, что с туши выходит фунтов сорок-пятьдесят мяса, этот парень в одиночку завалил столько мяса? Неудивительно, что он предлагает его в обмен на воду. – Как меняемся? – спросил Су Хан. – Фунт за 1000 миллилитров воды. Выгодно, правда? Мой фунт мяса на Торговой площадке по любому потянул бы не меньше чем на десяток кусков древесины. Если бы твоя вода не была такой чистой, я бы и заморачиваться не стал. – Су Хан быстро прикинул в уме баланс. Фунт волчатины на 1000 миллилитров чистой воды; у него в день выходит всего 10 литров, оставив себе на питье и на материалы для улучшения, кое-что еще остается, и менять излишки на еду вполне нормально. Впрочем, такое количество мяса сразу не съешь. В глуши холодильников нет, залежится – испортится. – Системный рюкзак сохраняет мясо? – Ван Ин Цзе ответил: ─ Сохраняет, но свежесть внутри не поддерживается. Я как добыл, сразу разделал, если повесить на сквозняке, пару-тройку дней продержится, дольше – нет, но если добавить соли и закоптить, пролежит дольше. – Су Хан кивнул, а затем отправил сообщение: – За фунт мяса можно отдать и три чашки воды, но условия обмена надо изменить. – – Как именно? – – Меняйся со мной пластиковыми бутылками. Сначала скинь мне пустые бутылки, я наполню их водой и отправлю тебе вместе с тарой. Так я не трачу деревянные чашки, а тебе не нужно искать дополнительную посуду. – На том конце Ван Ин Цзе помолчал секунды две, после чего прилетело голосовое, в голосе явно слышалось удивление: – Деревянная чашка тоже расходует древесину? – Су Хан ответил: ─ Конечно! На изготовление уходит кусок дерева, если меняться с тобой по нескольку раз на дню, я еще и в убытке останусь. Дерево на вес золота, надо экономить. – Ван Ин Цзе хмыкнул: – И то верно, умеешь ты считать. Ладно, пара пустых бутылок у меня осталась, не выбросил. Сейчас скину, наполнишь и вернешь обратно. Отличный способ, хлопот меньше. – Су Хан добавил: – И еще: я не собираюсь менять фиксированное количество воды на мясо каждый день. Будет у тебя лишнее мясо на обмен – поменяем, если у меня вода в избытке, не хватит – поменяем меньше, будем действовать гибко. – – Идет, давай по этому правилу. Сколько воды сможешь выделить, столько мяса я и вынесу. – Они уточнили еще пару деталей: Ван Ин Цзе первым пересылает пустые бутылки Су Хану, Су Хан заливает воду и сразу обменивается с Ван Ин Цзе, как раз две бутылки. Су Хан прокрутил эту схему в голове дважды, убедился в отсутствии дыр и нажал кнопку подтверждения. Волчатина в кармане! Выйдя из личного чата, Су Хан переключился на региональный канал и лениво пролистал ленту. Сплошной плач. – Братья, я попал. Вечером зажадничал, хотел набрать побольше камней, не успел вернуться до темноты, меня какая-то черная тварь гнала пол-лицы, разодрала руку в трех местах, теперь раздуло с каравай, у кого-нибудь есть противовоспалительное? Куплю дорого! – Ниже тянулась цепочка ответов. – У меня тоже бедро распороли, хромаю на обе ноги. Эта дрянь бегает быстрее ветра, я даже разглядеть ее не успел. – – Вы что, сдурели на скалы под вечер соваться? Я спрятался в пещеру, как только солнце зашло за гору, система же предупреждала, что ночью активность зверья удваивается, это же чистое самоубийство. – – Да день-то короткий! И дерево руби, и камни собирай, и еду ищи, я копаюсь медленно, днем все равно не успеваю. – Су Хан наткнулся на длинное сообщение от Чжан Янь Цяо. [Важное предупреждение о ночной активности в дикой природе – просьба ко всем отнестись со всей серьезностью.] [На основе личных двухдневных наблюдений на местности и небольшого разведывательного контакта подтверждаю следующее:] [1. В Эпохе Диких Скал ночные хищники с заката до рассвета, в отличие от реального мира, обладают многократно усиленными слухом, обонянием и ночным зрением;] [2. Ночные звери инстинктивно боятся огня и движущихся источников света, но при голоде или нарушении их территориальных границ этот страх подавляется агрессией. Проще говоря, вылазка с факелом не гарантирует безопасности;] [3. На данный момент в региональном чате уже немало игроков сообщили о ночных нападениях и травмах, раны преимущественно рваные, царапины, предварительно характером атак являются когти и зубы;] [4. Управляться в одиночку с вылазками и охотой на скалах ночью – верная смерть, настоятельно рекомендую всем, кто не уверен в своих силах, после заката оставаться в безопасной зоне пещеры и не рисковать выходить наружу.] [Повторяю еще раз: не думайте, что вы исключение. Зверь не пощадит вас только потому, что вы храбрец.] Ниже шли сотни ответов: кто-то благодарил за предупреждение, кто-то писал, что напуган и больше ни за что не выйдет затемно, а кое-кто упрямо заявлял: мол, «чего бояться каких-то зверей, раздули тут». Пролистав эти бравадные реплики, Су Хан не стал на них задерживаться. Закрыв чат, он сопоставил только что прочитанную информацию с историей Ван Ин Цзе. С этим парнем что-то не так. Слишком уж он отличается. Чжан Янь Цяо говорила, что ночью у зверей радиус восприятия возрастает втрое, агрессивность зашкаливает, а одиночные вылазки почти гарантируют гибель. В чате люди боялись нос высунуть наружу, а те редкие смельчаки, что совались за ресурсами под вечер, спасались бегством по всей округе и потом вымаливали лекарства в чате. А Ван Ин Цзе? Парень ночью спускается вниз, добывает волка, и тон у него такой, будто он на рынок за двумя фунтами свинины сходил. Ни ран, ни боли, судя по всему, в чате от него никогда не слышали ни криков о помощи, ни жалоб на погоню со стороны зверей. Су Хан прислонился к стене пещеры, машинально постукивая пальцами по колену. Он мысленно восстановил всю историю контактов с Ван Ин Цзе. Первая сделка – рыболовная верши. Тогда шел второй день после переноса, большинство людей боялось нос высунуть из пещер, а этот тип уже открыл сундук, нашел чертеж и смастерил ловушку, выставив ее на Торговую площадку за древесину. Второй раз – вот только что. Сколько прошло с момента выставления им чистой воды? Всего минут десять. Остальные торговались в личке: «нельзя ли подешевле», «а давай чашку за дощечку», а Ван Ин Цзе сразу вывалил волчье мясо. Судя по тону, волка он добыл планово и с полной уверенностью, а не случайно подвернулся под руку и подкинул халяву. Су Хан нанизал эти улики одну к другой. Быстрое принятие реальности перемещения, отсутствие паники. Смелость в исследовании скал, поиске сундуков, заключении сделок. Способность в одиночку охотиться глубокой ночью и возвращаться без единой царапины. Рассудительность, никаких жалоб и нытья, сразу разговор о долгосрочном сотрудничестве. Если сложить все эти особенности вместе, перед ним явно не рядовой офисный клерк. ---------- Улов из верш Су Хан сам был тому примером. До попадания сюда он в компании правил код до двух часов ночи, а уличного снаряжения за всю жизнь перещупал столько, что наберётся от силы одна пара трекинговых ботинок. Заставить его спуститься ночью убивать волков? Об этом и думать нечего. Днём и то от рубки деревьев руки уставали так, что их невозможно было поднять. Ван Инцзе был другим. Эта невозмутимость, эта скорость адаптации к дикой природе, эта боевая выносливость, позволяющая ночью выскользнуть наружу, перебить зверей и вернуться целым и невредимым – этот человек раньше либо служил в армии, либо занимался работами в полевых условиях. Он заново открыл панель ресурсов и пересчитал сегодняшний объём производимой чистой воды. Десять литров в сутки. Для собственного потребления: судя по вчерашнему и сегодняшнему объёму выпитой воды, в день уходит примерно тысяча миллилитров. Себе он оставит ещё три тысячи миллилитров на всякий случай. Две тысячи миллилитров зарезервировать специально для обмена с Ван Инцзе на мясо. Исходя из пропорции один цзинь мяса за четыреста миллилитров, за двести миллилитров можно получить пять цзиней мяса. Пяти цзиней волчатины ему хватит на несколько дней еды, а то, что не съест, он выставит на торговой площадке в обмен на стройматериалы. Оставшиеся четыре тысячи миллилитров выставить на торговую площадку в обмен на древесину, камень и лианы. Если считать по одной миске в двести миллилитров и одной миске за три порции древесины, четыре тысячи миллилитров разойдутся на двадцать мисок, и если всё обменять на древесину, получится шестьдесят порций. Шестьдесят порций древесины. Вчера он целый день рубил деревья и добыл всего чуть больше сорока порций, а теперь достаточно просто выставить воду на продажу и парой движений пальцев удастся получить столько же или даже больше древесины. Добавив к этому уже накопленную в его руках древесину, к этому же времени завтрашнего года – нет, завтрашнего дня – сто порций древесины, необходимых для улучшения пещеры до первого уровня, удастся собрать как ни крути. С камнем та же история. Каменных блоков сейчас чуть больше сорока, не хватает ещё пятидесяти с лишним, а выставление воды на обмен за камень тоже позволит восполнить немалую часть. С лианами спешить некуда: эту штуку в дикой природе собирать довольно быстро, их можно добыть попутно, нет смысла специально тратить на них воду. Закончив подсчёты, Су Хан почувствовал себя увереннее. До окончания периода безопасности он совершенно точно сможет улучшить пещеру. Пещеры соседних игроков находились на расстоянии ста километров друг от друга, лицом к лицу они бы никак не столкнулись, к тому же в этом мире эпохи Диких Скал встречаться друг с другом не обязательно было к лучшему – опаснее всего по-прежнему оставались людские сердца. Если в сети удастся обзавестись надёжным напарником для взаимной помощи, это лучше всего на свете. Пока эта нить не прерывается, базовое выживание для обоих оказывается обеспечено. Он проверил системное время. Полдень только что миновал, солнце светило во всю мочь, пещера была залита ярким светом. Живот издал урчание. Су Хан достал из рюкзака кусок волчатины, переданный Ван Инцзе по обмену. Весом в один цзинь, завернутый в сухую траве, – снаружи мясо полностью остыло, но постороннего запаха не было, а между тёмно-красными волокнами пролегали тонкие прослойки белого жира, выглядело оно вполне свежим. Он вытащил из рюкзака каменный нож, отрезал кусок весом примерно в три ляна, а остальное снова завернул в сухую траве и подвесил в хорошо проветриваемом месте. После этого он вытащил из кучи веток в углу две тоненькие палочки и заострил один конец каждой каменным ножом. Угольки и зола от вчерашнего костра ещё оставались на месте, он подбросил туда несколько новых сучьев, чиркнул кремнем пару раз, внутрь полетели искры, и язычки пламени понемногу заплясали. Он нанизал волчатину на заострённую ветку и поднёс к костру. В тот момент, когда мясо коснулось пламени, жир со звуком «ш-ш-у» зашкворчал. Белые капли жира выступили на поверхности куска и, упав на угли, взметнули вверх цепочку мелких искр. Края куска начали менять цвет: из тёмно-красного превращаясь в серо-бурый, а затем постепенно в золотисто-жёлтый, жир продолжал непрерывно выделяться и стекал по поверхности мяса вниз. Су Хан медленно поворачивал ветку, чтобы мясо прогревалось равномерно. Прошло примерно минут семь-восемь, поверхность стала золотисто-жёлтой и хрустящей, он провёл каменным ножом разрез в самом толстом месте мяса: внутри оно было светло-бурым, от него шёл пар, а из разреза сочился сок, который, капля в каплю падая в костер, снова издавал глухое шипение. Он снял мясо с огня, подул на него несколько раз и сунул в рот оторванный кусок. Горячо. Но действительно вкусно. Волчатина оказалась нежнее, чем предполагалось, та корочка, что поджарилась снаружи, была хрустящей и при откусывании приятно похрустывала, внутри мясо было сочным – пусть соли и приправ не имелось, но благодаря огню тот самый природный привкус дичи свёлся к насыщенному аромату мяса, безо всякого неприятного запаха или привкуса псины. Су Хан ничего не говорил, усердно пережвывая пищу. Закончив с тремя лянами мяса, он почувствовал тяжесть в животе и приятное тепло во всём теле. Он подвесил оставшееся мясо обратно, затем поднялся и размял плечи. Планы на вторую половину дня у него уже были выстроены в голове: сначала отправиться к ручью проверять верши, посмотреть, есть ли улов в ловушках, поставленных вчера. Затем вернуться и заняться оставшейся на сегодня чистой водой – выставить её партиями на торговую площадку в обмен на древесину и камень. Верши простояли целые сутки, пора бы уже принести результаты. Если повезёт, сегодня удастся устроить себе дополнительное пиршество. Су Хан подошёл к входу в пещеру и взглянул на небо снаружи. Солнце немного склонилось к западу, но до сумерек оставалось ещё несколько часов, времени было предостаточно. Он ухватился руками за край скалы и выпрыгнул наружу. Тело, словно наделённое собственным зрением, заскользило вниз по каменной стене, и меньше чем через полминуты он уже касался земли. Оказавшись внизу, он не стал спешить уходить, а сперва оглянулся на пещеру. Система была права: убежище, привязанное к пещере, действительно было самым безопасным местом на этих диких скалах, но сидеть сложа руки внутри пещеры безопасности не принесёт – требовалось самому активно выходить наружу и собирать в свои руки все доступные ресурсы, только так и можно было выжить. Су Хан отвёл взгляд и зашагал в направлении ручья. Когда Су Хан зашагал в направлении ручья, небо всё ещё было светлым. Солнце висело в полунебе чуть ближе к западу, лучи просеивались сквозь промежутки между деревьями, оставляя на земле россыпи мелкого золота. Он шёл вперёд по гальке и опавшим листьям, двигаясь довольно быстро – вчерашний путь он уже прошел один раз, и где идти удобно, а где нет, прекрасно помнил. Проходя сквозь полосу кустарника, он попутно сорвал несколько свежих лиан, согнулся, пощупал их пальцами, и система выдала подсказку: [Лиана +1]. Собрав подряд четыре штуки, счётчик лиан в рюкзаке подскочил до 23. Он поднял голову и бросил взгляд на небо. Несколько белых облаков лениво плыли мимо, ветер был слабым, дуя в лицо теплом. Стояла хорошая погода. Прошло с десяток минут, и послышался шум воды. Громкий, звонкий и мерный. Су Хан раздвинул последние заросли дикой травы высотой по пояс, и ручей предстал перед его глазами. Такой же широкий, как вчера – метра четыре-пять, вода чистая и прозрачная, речное дно сплошь усыпано галькой, а солнце, падая на водную гладь, разбивало её на мириады серебристых точек света. Он прошёл несколько шагов вдоль берега, отыскивая место, где вчера установил верши. Камень, прижимавший горловину ловушки, был на месте, а сама верша на дне чуть покачивалась от течения, плетёный из лиан каркас отчётливо просматривался в прозрачной воде. Су Хан разделся, оставив одежду на берегу, и бросился в воду. Вода по-прежнему холодила тело, ступни скользили по гальке, он окатил себя освежающей речной водой, а затем осторожно подплыл к вершию, наклонился, опустил руку в воду и ухватился за плетеную лиану у горловины ловушки. Верша оказалась тяжёлой. Он приложил усилие обеими руками и вытащил ловушку наружу, вода с шумом и брызгами стекла сквозь ячейки плетения. Подняв вершу на уровень глаз, он заглянул внутрь – на дне ловушки копошилось несколько рыб с серо-бурыми спинками и белыми брюшками, они трепыхались и били хвостами о днище, а летевшие во все стороны брызги попали ему прямо в лицо. Су Хан перенёс ловушку на береговой валун, присел на корточки и пересчитал улов. Пять штук. Самая маленькая была длиной с его ладонь, а самая крупная достигала добрых двух с лишним пальцев в ширину и весила на вид добрые пол-ляна. Все пять рыбин теснились на дне ловушки, открывая и закрывая рты, а их жаберные крышки двигались очень быстро. – Пойдёт, – Су Хан широко улыбнулся. Такая штука, как верша, и впрямь чертовски удобна: вчера он бился с острогой битый час и добыл лишь трёх мелких рыбешек длиной с палец, а теперь эта ловушка пролежала на дне целые сутки и сразу принесла ему пять крупных экземпляров. Он стал вытаскивать рыбу из ловушки по одной, тут же на берегу вспорол им брюхи и очистил от чешуи, а затем поднял рыбные тушки, разглядывая их со всех сторон – хватит на два-три дня еды. – Унесу и зажарю, – он убрал рыбу в рюкзак, а затем снова наклонился и погрузил вершу обратно в воду. Одевшись и собираясь в путь, он заметил, как небо на мгновение потемнело. Су Хан поднял голову: туча закрыла солнце. Со стороны северо-западного края горизонта набегала темнота. Туча выглядела до безумия плотной, словно огромное серое одеяло, которое ветер волок прямо к нему над головой. Он замер на месте секунд на тридцать – нет, на три секунды. Ветер внезапно изменил направление. Только что с юга дул тёплый ветерок, как вдруг со стороны северо-запада налетал порыв сырого воздуха. Листья в лесу зашуршали от резкого порыва, а ветки на вершинах деревьев начали сильно раскачиваться. У Су Хана внутри всё ёкнуло. Он поспешно поднялся и двинулся обратно. Пройдя с десяток шагов, он заметил, что облачный слой над головой уже заткнул собой большую часть неба, а освещение из ярко-белого стремительно превратилось в серое и унылое. Ветер усиливался, растрепав ему волосы и заставляя полы одежды хлопать по спине. С дальней оконечности горизонта донёсся глухой удар – раскатистый, низкий и долгий, словно кто-то огромный ворочался на самом краю земли. – …Только не это, – бормотал Су Хан, ускоряя шаги. ---------- Внезапный ливень Когда грянул третий раскат грома, первая капля дождя ударила ему в лоб. Хлоп. Капли начали молотить по земле, поднимая крошечные облачка пыли. Су Хан согнулся в три погибели и прибавил шагу, побежав вперед. Путь от ручья до скалы туда занял у него с десяток минут, теперь же он бежал изо всех сил. Но дождь хлынул так быстро, что не прошло и двух минут, как редкие капли превратились в плотную дождевую завесу. Небо помрачнело, словно в сумерках, потоки воды хлынули сплошными нитями, больно и холодно хлеща по лицу. Дорога под ногами стремительно размокала. Грязь под ногами становилась все более вязкой. Он опустил голову и бросил взгляд: верх обуви сплошь покрылся буро-желтой жижей, штанины, насквозь пропитавшись влагой, тяжело и холодно прилипли к ногам. Он попытался прибавить скорость, но обе ноги словно увязли в густом киселе, и каждый шаг требовал огромных усилий, чтобы с трудом вытаскивать ботинки из грязи. ─ Мать твою… ─ выругался он и бросился вперед. Наконец, в самый разгар ливня он добежал до подножия скалы. Су Хан поднял голову – поверхность утеса была полностью залита водой, серо-бурый камень стал темно-соляным, а на тех выступах и каменных ребрах, по которым обычно можно было карабкаться, лежал слой водяной пленки. Вода струилась вниз по скале, сливаясь в сплошные водяные завесы. Он сплюнул и протянул руку, ухватившись за первое каменное ребро. Скользко. Су Хан глубоко вздохнул и ухватился рукой за лиану. Стоило только положить на нее руку, как она соскользнула. Поверхность лианы целиком покрылась водой, удержаться за нее было невозможно. Он сменил способ: обмотал лиану вокруг запястья в два витка, снова ухватился, а затем поставил ногу на первое каменное ребро. В обычное время, с бонусом к скалолазанию, эту шестиметровую скалу он осилил бы за сорок секунд. Сейчас же ситуация обстояла иначе: стоило ноге опереться – и она соскальзывала, пальцы цеплялись – и тоже соскальзывали, а весь вес тела висел на жалком трении кончиков пальцев. Дождевая вода делала все точки опоры ненадежными, и ему приходилось в несколько раз сильнее обычного вцепляться и упираться, а каждый шаг походил на подтягивание на перекладине. Пять метров. Четыре метра. Три метра. Су Хан прижался к скале, тяжело переведя дух несколько раз, не смея расслабляться, и предельно медленно, шаг за шагом, пополз наверх. В конце концов он практически втащил себя на площадку: сначала закинул на край локти, затем колени, поясницу – и целиком перевалился в отверстие пещеры. Су Хан лежал на полу, его грудная клетка тяжело вздымалась, он дышал полной грудью. Дождевая вода стекала с его волос, одежды и штанин, расплываясь большим темным пятном на полу под ним. Он пролежал с полминуты, заставив себя вздрогнуть от залетевшего в пещеру холодного ветра, а затем, опираясь на локти, сел, смахнул воду с лица и принялся осматривать свою пещеру. ─ …Срань. Пещера выглядела ужасно. Косой дождь задувал прямо в проем, на полу стояла вода, а желтая грязь вперемешку с мелким щебнем была растопчена в сплошное жидкое месиво. След, оставленный им только что при забирании внутрь, походил на грязевую канаву, тянувшуюся от входа в самый центр пещеры. На левой стене пещеры сразу несколько трещин сочились водой, которая капля за каплей стекала вниз, образуя у подножия стены небольшую лужицу. А рядом с этой лужицей стопкой лежали оставшиеся с вчерашнего дня несколько сухих поленьев, уже наполовину пропитанных водой и мокрой грудой валявшихся в углу. Су Хан с трудом поднялся на ноги, колени немного дрожали. Сперва он подошел и перенес все эти сырые дрова вглубь пещеры, в относительно сухое место. Затем он убрал в рюкзак висевшее там волчье мясо. Мясо было завернуто в сухую траву, внешний слой слегка отсырел, но внутри все было в порядке. Он перебрал абсолютно все вещи, которые можно было забрать в пещере, убедившись, что никакие припасы не оставлены под дождем. После этого Су Хан встал посреди пещеры и обвел взглядом всё вокруг. Одежда с брюками продолжали капать, в таком виде на теле можно было запросто подхватить простуду, поэтому он немедленно снял их и развесил на бельевой веревке, которую закрепил лианами в пещере совсем недавно; дунул ветер – и пробрало до самого сердца. Су Хан присел на корточки в глубине пещеры, достав огниво и несколько более-менее сухих тонких веточек. Чиркнув пару раз, он высек искры, поджёг трут, и язычок пламени взметнулся вверх. А следом за ним вверх повалил густой дым. В пещере не было дымохода. Раньше костер стоял у самого входа, и дым свободно уходил наружу. Теперь же он передвинул костер вглубь пещеры, сверху нависал глухой каменный потолок, со всех сторон окружали каменные стены, и дыму было некуда деваться. Серо-белый густой дым мгновенно клубами собрался под сводом пещеры, а затем пополз вниз. Су Хан зашелся в яростном кашле, из глаз брызнули слезы. Согнувшись в три погибели, он подбежал к костру, раскидал его ногами и затоптал подошвой. ─ Не выйдет… ─ вытирая выступившие от дыма слезы, пробормотал он. ─ Внутри помещения развести костер можно, но людям там находиться невозможно. А у входа…─ Он оглянулся на вход: косой дождь все еще заливал внутрь, та грязевая лужа на полу увеличилась вдвое, а края проема насквозь промокли. Оставь он костер там – вода мигом зальет его. Выхода не было. Су Хан тяжело рухнул на сухую землю в дальней части пещеры и прислонился спиной к стене. Спина прижалась к ледяному и сырому камню, ощущение было одновременно холодным и жестким. Он открыл региональный чат. Лента пестрела воплями. ─ Дождь слишком сильный! Я застрял снаружи, не могу вернуться, прячусь под большим деревом, весь дрожу!─ ─ У меня в пещере сплошная жижа, все припасы раскисли, спасите!─ ─ У кого есть лишняя древесина? Обменяю на камень! У меня все дрова отсырели, вечером невозможно развести огонь!─ ─ Как заделать протекающие стены? Я замазал глиной, а вода теперь прет рядом!─ Су Хан пролистывал сообщение за сообщением, весь экран пестрил жалобами. Кто-то не успел добежать и мок под дождем; кто-то сидел в пещере и наблюдал, как вода портит припасы. Пролистав еще на пару страниц вниз, он заметил имя Чжан Яньцяо. Этот пользователь опубликовал длинный пост. «Экстренное предупреждение: этот дождь начался очень яростно, судя по небу и направлению ветра, в ближайшее время он не прекратится. Ребята, проблемы нулевого уровня пещер теперь обнажились полностью – нет двери, ветер и дождь заливают напрямую; нет укрепленного пола, мелкий щебень от воды превращается в грязь; нет вытяжки, в пещере невозможно развести огонь. Протечки в стенах – проблема материала, каменные стены нулевого уровня не обладают гидроизоляционной структурой. Способ улучшить это всего один: прокачаться до первого уровня. Я знаю, что материалы собирать трудно, но если не улучшить, после еще пары таких ливней в пещере не останется ни одного сухого клочка земли». Под постом висели сотни ответов, сплошные жалобы и мольбы обменять стройматериалы. Су Хан закрыл чат, поднял глаза на кран с водой и начал мысленно подсчитывать: если прибавить еще неиспользованные 5000 мл, в сумме должно получиться около 12000 мл водных ресурсов. Сейчас у него на руках имеется такой ходовой товар, как чистая вода, и воспользоваться этой возможностью, чтобы выгодно обменять ее на стройматериалы – самый разумный шаг. Как только он соберет все три материала, необходимые для улучшения, он сможет вырваться из этого протекающего и продуваемого всеми ветрами ада. Су Хан подошел к верстаку и принялся мастерить деревянные миски. Спустя примерно двадцать с лишним минут двадцать пять деревянных мисок аккуратной стопкой выстроились у его ног. Запас древесины при этом уменьшился до 46 единиц. Он отвинтил крышку той самой бутылки с 5000 мл чистой воды и стал наливать ее миска за миской. В каждой получалось примерно по 200 мл – он сверял деления со вчерашней пустой бутылкой из-под минералки, так что был уверен. Наполнив двадцать пять мисок, он как раз опустошил бутылку до дна. Затем он открыл интерфейс торгового центра, выставил все двадцать пять мисок на продажу, а требования для обмена установил одинаковые: 3 единицы древесины. На данный момент древесина требовалась сильнее всего. Выставив товар, он присел на корточки у входа в глубине пещеры и стал наблюдать. Не прошло и трех минут, как выставленное на продажу расхватали подчистую. Системные оповещения зазвонили целой чередой «динь-динь-динь». Су Хан открыл инвентарь для проверки – древесина: 121; камень: 46; лианы: 23. Древесины хватит. Он бросил взгляд на оставшуюся чистую воду: там оставалось чуть больше 6000 мл. А что, если… выставить всё разом! Сегодня же собрать материалы и прокачаться! В этой паршивой дыре и секунды больше сидеть не хотелось! ---------- Заблаговременное предупреждение Су Хан присел на корточки в глубине пещеры, уставившись в интерфейс торгового центра. На экране всплыло новое личное сообщение. Ван Инцзе. 「Брат, у тебя вода еще осталась? У меня тут мяса полно, отсыпь мне немного на обмен。」 Су Хан прислонился спиной к стене пещеры, вытер с лица еще не высохшие дождевые капли и отпечатал в ответ: «Нету, сегодня всё распродал». 「Всё распродал? Ты же воды добываешь немало, всю на древесину сменял?」 「Да, срочно нужны материалы для улучшения. Сам видишь эту дыру, во время дождя тут как в водяной завесе」. На том конце помолчали несколько секунд, после чего прилетело голосовое сообщение. Су Хан нажал на воспроизведение: собеседник вещал в своей неторопливой манере: – Ты только не говори мне, что весь сегодняшний день просидел у торгового прилавка, продавая воду, – такой ливень валится, а ты ведь даже нос наружу не высунул? – Высунул. Успел вернуться до начала дождя, еле наверх забрался, – ответил Су Хан. – Ну ты и отчаянный, – в голосе Ван Инцзе послышалось легкое уважение. – Только я должен тебя предупредить: судя по всему, этот дождь сегодня быстро не прекратится. Береги себя, не простудись. В нашем нынешнем положении даже простудного порошка не сыщешь, а если начнется реальный жар, это смерти подобно. Су Хан бросил взгляд на лужицу в глубине пещеры, а затем на развешенную полусухую одежду. Тот был прав: в системном рюкзаке не валялось ни единой таблетки, и если б он действительно слег с температурой, кроме как надеяться на крепкий организм, оставалось только смириться. – Спасибо, брат, я понял, – отозвался Су Хан. – Больше суетиться не буду, дождусь, пока дождь поутихнет. Су Хан закрыл вкладку личных сообщений и, прислонившись к каменной стене, тяжело вздохнул. Дождь продолжал лить. Он сдвинулся вглубь пещеры, спасаясь от залетающих в проем порывов холодного ветра, и его палец невольно скользнул к региональному чату. Сообщения бежали медленнее, чем раньше – видимо, из-за непогоды многие забились обратно в свои убежища и перестали суетиться. Но стоило ему пролистать меньше двух страниц, как палец замер. 「Удача пришла – не отмахнешься, пацаны! Вчера открыл сундук первого уровня, а сегодня в каменной расщелине на западе откопал сундук второго уровня。」 Ниже текста шла системная иллюстрация: скриншот сундука с сокровищами, древесина: 30, камень: 30, лианы: 10. Су Хан вперил взгляд в этот скриншот на пять секунд. Один сундук принес 30 порций древесины, 30 порций камня и 10 порций лиан. Су Хан закрыл региональный чат и открыл служебный интерфейс торгового центра. Он обнаружил, что вся выставленная на продажу вода уже раскуплена! Но в системном рюкзаке.... Древесина × 97 Камень × 100 Лианы × 51 Он несколько секунд вглядывался в эти цифры. Для улучшения пещеры до 1-го уровня требовалось 100 порций древесины. У него сейчас имелось лишь 97, не хватало трех – в конце концов, изготовление деревянных мисок тоже отнимало немало ресурсов. Из трех видов материалов два достигли нормы, а по древесине не хватало трех порций. Всего три штуки. Он сегодня слил всю дневную норму чистой воды, а водяной кран теперь иссяк и обновится только к полуночи. На улице по-прежнему шел дождь, стемнело окончательно, и выйти наружу он не мог. До улучшения уровня не хватало всего трех порций древесины. Су Хан долго всматривался в неровные каменные узоры на своде пещеры, после чего опустил голову и открыл переписку. Су Хан набрал текст: «Брат Ван, у тебя в запасе нет лишней древесины?» Собеседник ответил мгновенно: «Есть, сколько тебе нужно?» 「Одолжи 3 порции, завтра верну 500 мл воды。」 「3 порции? Тебе для улучшения материалов ровно трех штук не хватает?」 「Да, смотрю, нельзя ли ухитриться улучшиться сегодня。」 Ван Инцзе тут же прислал голосовуху с легкой усмешкой в голосе: – Ну ты даешь, парень! Всего трех. Подожди меня секунду, у меня в рюкзаке как раз есть излишки. Три деревяшки – не та вещь, которой я не могу поделиться. Воду прибереги себе, не суетись из-за одной бутылки. Су Хан на секунду замер: – Так нельзя, у нас же уговор: обмен есть обмен. – Ой, да брось ты со мной церемониться, – небрежно бросил Ван Инцзе. – Мы же с тобой вроде как приятели, как улучшишься – сразу чиркни мне, какие там материалы понадобятся для следующего апгрейда, будем информацией делиться. Тем более мы давно торгуем, так что эти три палки сойдут за предварительную инвестицию. Су Хан приоткрыл рот, собираясь что-то возразить, но в конце концов кивнул: – Ладно, если потом что-то понадобится – обращайся. – Вот это по-нашему. Забирай. С этими словами прозвенело системное оповещение. 「Древесина +3」 – Спасибо, брат! – сказал Су Хан. Тон Ван Инцзе оставался всё таким же беспечным: – Бери, не сопливъ. Давай улучшайся и вали спать. Су Хан пару секунд смотрел на строчку текста и нажал кнопку подтверждения. Вспыхнул белый свет, и три порции древесины упали в его рюкзак. Общее количество древесины подскочило с 97 до 100. Все три материала достигли требуемой нормы. Су Хан поднялся на ноги, в коленях ощущался легкий ломота. Он подошел к панели управления, положил ладонь на холодную поверхность, и выскочило меню создания: самая верхяя строчка наконец сменила серость на ярко-белый свет. 「Улучшение пещеры (LV0 → LV1)」 「Требуемые материалы: древесина × 100 (✓) камень × 100 (✓) лианы × 50 (✓)」 「Подтвердить улучшение?」 Су Хан мысленно отдал команду и нажал подтверждение. Поверхность панели внезапно озарилась мягким белым свечением, сияние по узорам растеклось в стороны, словно вода, добежало до краев стола, а затем полилось вниз на пол, расползаясь от основания пульта по всей пещере. В голове зазвучал системный сигнал: 「Запущено улучшение пещеры, предполагаемое время: 60 минут. На период апгрейда свойства безопасной зоны внутри убежища остаются неизменными, игрок может совершать привычные действия。」 Он вернулся в относительно сухую часть в глубине пещеры, уселся на землю, прислонившись спиной к стене, и плотнее запахнул сырую одежду. Затем он взглянул на системное время. Десять часов три минуты вечера. Остался еще час. На верхней части интерфейса отсчитывали секунды цифры таймера: 58:47, 58:46, 58:45. Су Хан неотрывно смотрел на этот обратный отсчет, его веки стали тяжелеть. Но спать нельзя! Он ждал, чтобы увидеть облик пещеры после завершения апгрейда, и ждал объявления о первом улучшении. Система наверняка выдаст награду игроку, который первым на всем сервере прокачает пещеру до 1-го уровня. Стоит заполучить эту награду – и все сегодняшние мучения окупятся с лихвой. Су Хан поудобнее прижался спиной к стене, прикрыв глаза наполовину, а взгляд его по-прежнему не отрывался от бегущего на панели таймера. Дождь не прекращался. Снаружи пещеры потоки воды шумно хлестали по скалам, а завывания ветра, влетающего в проем, отдавались унылым гулом. Скоро! Уже скоро! Через час у него появится совершенно новый дом. Таймер перескочил с пятидесяти восьми минут на сорок семь, потом на тридцать две, а затем на восемьнадцать. Белый свет в пещере разгорался всё ярче, трещины на стенах практически исчезли из виду. Су Хан чуть выпрямил ноги, сменив позу у стены на более удобную, и продолжал пялиться на пульт. Осталось пятнадцать минут. Внезапно раздался звуковой сигнал, пронзивший всё сознание! ---------- Новый дом прибыл вовремя «Общесерверное объявление: зафиксировано, что первый игрок успешно улучшил пещеру до 1-го уровня, активирована скрытая награда, награда: инкубатор первого уровня ×1, древесина ×100, камень ×80, лианы ×50». «Поздравляем игрока [Лу Хуань] с получением уникальной наградной за первый на сервере апгрейд до 1-го уровня!». Красный текст висел в верхней части пещеры пять секунд, в точности в таком же формате, как и два предыдущих общесерверных объявления, с абсолютно тем же размером шрифта. Даже положение плавающего текста не изменилось – ровно в центре поля зрения прямо перед ним. Мозг Су Хана опустел на две секунды. Он только что прислонился к стене, не сводя глаз с обратного отсчета на пульте управления, как это объявление рухнуло прямо перед его глазами без всякого предупреждения, разбив вдребезги все его надежды и расчеты. Лу Хуань. Тот самый Лу Хуань, который сегодня хвастался в региональном чате скриншотом сундука с сокровищами. Что ж, теперь этот человек снова опередил его на шаг. Красный свет медленно угас в поле зрения, системный интерфейс вернулся к прежнему цвету. Обратный отсчет над пультом управления все еще шел: [14 минут 41 секунда], цифры продолжали уменьшаться, но его внимание уже было совершенно не там. Су Хан некоторое время смотрел на пульт управления, а затем медленно прислонился обратно к стене, и его взгляд упал на те продолжающие переливаться и меняться каменные поверхности на своде пещеры. В голове снова и снова крутилась лишь одна мысль: он с самого первого дня после перемещения начал подсчитывать древесину, камень, рубить деревья, карабкаться по скалам, искать источники воды, продавать воду, делать деревянные миски, залезать в долги, крутился как белка в колесе целых три дня, не теряя ни минуты. А Лу Хуань? Открывал сундуки с сокровищами. Не хватило первого уровня – открыл второй, открыл рюкзак – и ресурсы заполнились до отказа. Су Хан глубоко вздохнул и медленно выдохнул. Ему совсем не хотелось заглядывать в мировой чат, но пальцы сами собой невольно провели по экрану. Сообщения в канале пролетала с бешеной скоростью, весь экран пестрил одним и тем же именем, скорость обновления сообщений была настолько высокой, что он даже не успевал толком разобрать их содержание. «Лу Хуань-далянь крут донельзя!!!» «Первый апгрейд на сервере! Просто зверь! А твой инкубатор первого уровня для чего? Что в нем выращивают, есть это можно?» «Я тоже коплю материалы, древесины набралось чуть больше шестидесяти, а ты уже всё улучшил? Сколько сундуков-то открыл?» «Лу Хуань, ты в каком районе? Как же круто тем, кто в одном с тобой районе, если будут хорошие вещи, не забудь выставить их на торговой площадке». «Награда за первый апгрейд – сто древесины, восемьдесят камня, пятьдесят лиан, так еще и осколок чертежа в придачу, просто купается в богатстве». «Я обзавидовался, меня вчера весь день поливало дождем, вся древесина отсырела, использовать нельзя. Лу-шэнь, ну до чего же тебе повезло». «Избранный самой удачей, братья, даже не пытайтесь сравнивать, смертным тут тягаться не о чем». Кто-то откопал прошлые записи сообщений Лу Хуаня, говоря, что позавчера он еще спрашивал в чате, как спуститься со скалы, а сегодня уже сделал первый апгрейд. Он прислонился к стене и на секунду прикрыл глаза. Удачу – такую вещь – догнать невозможно. Шум дождя все еще доносился из входа в пещеру, завывал ветер. Белый свет пульта управления все так же плавно переливался, цифры обратного отсчета продолжали тикать. [Обратный отсчет до улучшения пещеры: 3 секунды] Обратный отсчет подошел к концу, этот белый свет внезапно ярко вспыхнул, а затем резко втянулся внутрь пульта управления, после чего во всей пещере воцарилась тишина. В голове раздался системный звуковой сигнал: «Улучшение пещеры завершено. Текущий уровень убежища: Lv1. Новые функции и зоны реконструкции полностью вступили в силу, пожалуйста, исследуйте их самостоятельно». Су Хан стоял в центре пещеры, оглядываясь по сторонам. Он замер на две секунды. Затем он медленно, очень медленно повернулся вокруг своей оси. Изначальная пещера представляла собой грубое пространство глубиной в пять-шесть метров и шириной в три-четыре метра, с неровными каменными стенами, а на земле валялись сплошные обломки камней и пыль. Теперь все выглядело совершенно иначе. Глубина пещеры увеличилась: прикинув на глаз, от входа до самой дальней стены было чуть больше десяти метров. Ширина тоже немного возросла: прежнее трех-четырехметровое пространство теперь стало шире почти на два метра, а общий объем увеличился почти вдвое по сравнению с прежним. Все стены изменились. Прежние ухабистые скальные поверхности были отшлифованы до гладкости и ровности, буровато-серая каменная поверхность отливала мягким блеском, все трещины в скале оказались наглухо заделаны – он обошел всю пещеру вдоль стен и не нашел ни единой щели, через которую могла бы просочиться вода. Опустив голову и глядя под ноги, он заметил, что те самые причинявшие боль при ходьбе мелкие камни и липкая грязь полностью исчезли, а вместо них появился целый пласт ровных серовато-белых каменных плит с нескользкой поверхностью, наступать на которые было прочно и надежно. Затем он подошел ко входу в пещеру. Там появилась дверь. Из массива дерева, толщиной примерно в два пальца, с четким древесным узором и гладко отшлифованной поверхностью. Дверная коробка была вмонтирована прямо в скальную стену, плотно прилегая к ней без малейших зазоров. На двери имелась простая железная задвижка: изнутри можно было запереться на засов, а снаружи ее открыть было нельзя. Ощущение безопасности. Самое настоящее ощущение безопасности. Справа от входа, ровно на том участке, где раньше стоял его костер, появился блок каменной печи. Аккуратная четырехсторонняя конструкция высотой примерно по пояс, столешница была выполнена из цельной плиты голубого камня, посередине встроена круглая топка, а снизу к ней подходила темная каменная труба, причем с собственной системой дымоотвода! Он сделал несколько шагов к центру пещеры: у стены позади пульта управления выстроился ряд каменных стеллажей в три яруса, каждый из которых был достаточно широким и глубоким, чтобы с лихвой хватило для раскладки вещей по категориям. Рядом со стеллажом стояла деревянная кровать – небольшая, но для одного человека вполне достаточная, а на ее основании лежал толстый слой сухой травяной подстилки. Трава была ровно примята, при сидении слегка прогибалась, оказываясь в меру мягкой и в меру жесткой. В самой глубокой части пещеры, ближе к той стене, где он раньше спал, появилась каменная перегородка с легкой деревянной дверью. Толкнув ее и войдя внутрь, он оказался в небольшом отдельном помещении. Умывальник. Керамический, с зеленоватым отливом на белом фоне, простой и четкой формы, с двумя кранами – маленьким и большим, – вмонтированными в стену в ряд. Рядом с маленьким краном красовался значок капли воды: это был специальный кран для его очищенной воды. Рядом с большим краном красовались три волнистые линии – судя по всему, это был кран для бытовой воды, шедший в комплекте с улучшением. Су Хан слегка повернул большой кран. Вода с шумом полилась наружу, устремилась в керамическую раковину и ушла через каменную трубу на дне. Рядом с умывальником находилась душевая насадка, подключенная к тому же трубопроводу бытовой воды. Чуть дальше располагался стандартный керамический унитаз напольного типа, снизу соединенный с канализационной трубой, которая, судя по всему, выводилась напрямую под склон утеса. В ту самую секунду, когда он увидел унитаз, у Су Хана на глаза навернулись слезы: кто бы мог подумать, что все эти дни по вечерам приходилось лишь терпеть, а днем бегать по нужде в джунгли, причем даже не решаясь делать это у подножия утеса из страха навредить повседневной жизни. Он вышел из ванной комнаты и вернулся в центр пещеры. Остановившись рядом с деревянной кроватью, он поднял голову и окинул взглядом все пространство. Все вещи лежали аккуратно и ровно, никаких луж грязи, никаких сочащихся влагой стен и едкого удушливого дыма. Стоило закрыть дверь – и весь шум внешнего ветра и дождя оказывался полностью отрезан. Он стоял так довольно долго, а затем нагнулся и начал по очереди вынимать из системного рюкзака все припасы, раскладывая их по категориям на каменных стеллажах. Закончив со всеми приготовлениями, он повернулся и направился к печурке, засунул в топку несколько сухих поленьев и высек искру с помощью огнива. Язычки пламени побежали по дровам, и на этот раз не было ни капли дыма – всё полностью уходило наружу через ту самую дымоотводную трубу. Красно-оранжевый свет огня вырывался из топки, заливая всю пещеру теплым сиянием. Су Хан немного присел на корточки перед печью, согревая руки, а затем разложил полусухую одежду рядом с ней для просушки. После этого он отправился в ванную комнату, открыл кран с бытовой водой и принял душ. Хоть вода и была холодной, но все же куда теплее дождевой воды снаружи; она струилась по телу и утекала в дренажное отверстие под ногами. Он вытерся насухо, голышом подошел к печи и присел на корточки греться у огня; пламя нежно ласкало обнаженную кожу, и все тело наконец полностью расслабилось. Затем он бросил взгляд на трехъярусный стеллаж, где лежал сундук с сокровищами третьего уровня. Главная добыча сегодняшнего дня покоилась именно там, и он ее еще не открывал. Раньше рюкзак был забит до отказа и положить добычу было бы некуда, теперь же ячейки освободились и пространства хватало с избытком. Поразмыслив немного, он решил пока не спешить с открытием. Сначала надо поесть. Подобные суеверия насчет того, что на пустой желудок выпадает дурной лут, ни доказать, ни опровергнуть нельзя, но если вдруг выпадет что-то ценное и он от радости не сможет уснуть – это тоже лишние хлопоты. Су Хан достал из рюкзака одну рыбу, взял три диких яйца и присел на корточки перед печью, готовясь к ужину. Водрузив чугунную сковороду на край топки, он смазал ее дно тонким слоем животного жира. Язычки пламени лизали дно посуды, жир с шипением плавился. Он положил подготовленную рыбу в сковороду, и в ту же секунду, когда рыбья шкурка коснулась раскаленного металла, раздался отчетливый звук шкворчания, взметнулось облачко белого дыма, и по всей пещере поплыл аппетитный аромат жареной на жире рыбы. Су Хан ущипнул щепотку соли и равномерно рассыпал ее по поверхности рыбы. Соляные крупинки таяли от жара, проникая в рыбную мякоть, а кожица постепенно покрывалась золотистой корочкой. Вооружившись деревянными палочками, он перевернул рыбу на другую сторону и продолжил жарить, а когда прожарилась и вторая сторона, снял ее и переложил в глиняную миску. Затем он разбил в сковороду три диких яйца – яичная масса растеклась по жиру, края мгновенно схватились, белки стали белоснежными, а желтки – ярко-оранжевыми. Дождавшись, пока краешки слегка подрумянятся и станут хрустящими, он перевернул их, поджарил еще с десяток секунд и снял с огня. Усевшись на пол с глиняной миской в руках, он ел рыбу вперемешку с жареными яйцами, запивая все это сушеными плодами циннин. Рыбное филе снаружи было хрустящим, а внутри – нежным, яичный аромат стоял густой, а соль прекрасно подчеркнула все оттенки вкуса. Пережевывая пищу, он невольно подумал о тех игроках в убежищах нулевого уровня, которые сегодня вечером, возможно, все еще сидят голодные и слизывают влагу со стен, пока он сам сидит здесь, у этого очага, уплетает жареную рыбу с яйцами да еще и жалуется на отсутствие лука, имбиря и чеснока. Разница между людьми все-таки поистине колоссальна. Покончив с ужином, он вымыл посуду и снова подбросил в топку пару толстых поленьев. Пламя вновь затрепетало с новой силой, наполняя всю пещеру живым теплом. Он подошел к стеллажу, присел на корточки и аккуратно поставил перед собой трехъярусный сундук с сокровищами, после чего честно сходил еще раз вымыть руки, исполнив весь ритуал по полной программе. Усевшись по-турецки, он глубоко вздохнул. Затем мысленным усилием нажал на открытие. Бесшумная вспышка белого света, и в голове одна за другой зазвучали системные подсказки: «Карта расширения рюкзака ×1, помещена в рюкзак», «Карта строительства пещерного склада ×1, помещена в рюкзак», «Светильник из флюорита ×1», «Слюда ×10». Су Хан по очереди извлек все пять предметов и разложил их на полу. Карта расширения рюкзака представляла собой тонкую карточку с изображением ячеек инвентаря, в правом нижнем углу которой красовалась надпись «10 → 20». Мысленным усилием он активировал ее, и система выдала окно подтверждения: «Расширить системный рюкзак до 20 ячеек?». Он нажал подтвердить. Интерфейс рюкзака на мгновение мигнул, и десять пустых ячеек аккуратно превратились в двадцать. Это решало огромную проблему. Не будь сегодня у него проблем с нехваткой места в рюкзаке, ему бы и в голову не пришло привязывать рыболовную ловушку к поясу и греметь ею всю дорогу – один только этот образ заставлял его улыбаться каждый раз, как он вспоминал об этом. Карта строительства пещерного склада представляла собой деревянную плашку размером с ладонь, на которой была выжжена дверь. Стоило ему активировать ее, как система выдала всплывающее окно: «Строительство пещерного склада, расчетное время завершения: 5 минут». Одновременно с этим на ровной каменной стене справа от пульт управления стал постепенно проступать силуэт двери – сначала в виде бледных линий, которые затем постепенно обретали четкость и объем. Спустя пять минут вся деревянная дверь окончательно отвердела, встав вровень с окружающей каменной кладкой без малейшего зазора. Су Хан протянул руку и распахнул дверь. Внутри обнаружилось небольшое квадратное помещение площадью около пяти квадратных метров со сплошными гладкими каменными стенами, сухим полом и совершенно чистыми углами без единой щели. Он вошел внутрь и сделал круг: высота потолка была такой же, как и в главной комнате пещеры, а поставив сюда стеллаж, можно было смело использовать помещение как кладовую. Отныне всякую мелочь вроде глиняных горшков, излишков шкур и неиспользованных запасов дерева и камня можно было свалить сюда, оставив жилое пространство главной комнаты просторным и свободным. Он вышел наружу, надежно запер дверь кладовой, а затем опустился на корточки, чтобы рассмотреть оставшиеся два предмета. Светильник из флюорита представлял собой молочно-белый камень размером с кулак, гладкий на ощупь, изнутри которого струилось мягкое бледно-желтое сияние. «Светильник из флюорита, способен излучать постоянный свет, не имеет открытого пламени и дыма. При установке на потолок пещеры обеспечивает мягкое освещение». Су Хан поднял глаза на потолок пещеры – после улучшения тот представлял собой сплошную ровную каменную плиту. Поднеся флюоритовый светильник вплотную к потолку, он почувствовал, как камень едва заметно притянулся к поверхности в тот самый момент, когда коснулся ее, после чего плавно разлил вокруг себя круг мягкого теплого света. ---------- Материалы для улучшения до 2-го уровня раскрыты Су Хан проснулся от звука растрескивавшихся в топке последних угольков. В момент, когда он открыл глаза, в голове еще сохранялось легкое помутнение: узкая полоска яркого света пробивалась через щель в двери, падая на пол и освечая тонкий узор противоскольжения на серо-белой каменной плите. Он перевернулся на другой бок, зарывшись лицом в травяной матрас и втягивая воздух. От него исходил характерный сухой и сладковатый аромат растительных стеблей. ─ …Наконец-то. Су Хан приподнялся, сошел с кровати, и его босые ступни коснулись каменного пола, слегка отдавая прохладой. Он встал, потянулся, после чего принялся детально осматривать это новое жилище. Пол был выложен серо-белыми каменными плитами. Он присел на корточки и провел по ним рукой: поверхность слегка шероховатая, нескользкая, под ногами не скользит, а стыки между плитами подогнаны столь плотно, что туда не пролезло бы и человеческого волоса. Он снова присел, чтобы осмотреть печь. Аккуратная синяя каменная столешница квадратной формы, в центре которой встроена круглая топка – позже туда как раз можно будет водрузить котелок. Су Хан стоял возле деревянной кровати, некоторое время опираясь рукой о край матраса, а затем опустил голову и открыл системный интерфейс. Он кликнул на региональный чат и перелистнул на вкладку количества пользователей онлайн. На экране красовалась цифра: «98731 человек». На третий день после перемещения это число составляло почти сто тысяч, а теперь уменьшилось еще на тысячу с лишним душ. Су Хан пролистал несколько страниц, но не увидел никого, кто подробно расписал бы требования к материалам для 2-го уровня. По его текущим догадкам, улучшение проводили лишь единицы, поэтому информация о материалах для 2-го уровня оставалась неизвестной в масштабах всего сервера. Он закрыл чат и открыл личные сообщения. Аватар Ван Инцзе занимал первую строчку в списке, а последним сообщением в диалоговом окне всё еще висело вчерашнее вечернее: «Бери, не ломайся». Су Хан напечатал и отправил: «Брат Ван, проснулся? Скинь мне пустые бутылки, я перешлю тебе те 500 мл воды». Не прошло и десяти секунд после отправки сообщения, как собеседник ответил. Голосовое сообщение: при прослушивании послышался северо-восточный акцент с утренней гнусавостью в нос: «Ого, братишка, чего это ты так рано встал? Погоди пару минут, поищу бутылки». Примерно через полминуты выскочило системное уведомление: [Ван Инцзе предлагает сделку: пустая бутылка из-под минеральной воды ×1]. Су Хан подтвердил получение, и две пустые пластиковые бутылки появились у него в рюкзаке. Он подошел к крану с чистой водой, открутил тот, что поменьше; вода полилась тонкой, прозрачной и чистой струйкой. Он поднес горлышко бутылки и наполнил ее доверху. Затем он плотно закрутил крышку, выбрал эту бутылку в инвентаре и инициировал обмен обратно для Ван Инцзе. Ван Инцзе подтвердил сделку в ту же секунду. Едва вспыхнул белый свет, как следом прилетело голосовое сообщение: «Спасибо, братуха». Сделав паузу, он добавил: «Кстати, ты же закончил улучшать пещеру, да? Как выглядит 1-й уровень?» Су Хан прислонился к печурке и ответил текстовым сообщением: «Стала вдвое больше, добавили деревянную дверь, пол выложили плиткой, стены больше не протекают, появилась плита с вытяжкой, а еще отдельная уборная с унитазом и душевой. Гораздо комфортнее». Ван Инцзе прислал в ответ смайлик с оскаленной улыбкой: «Звучит и правда здорово. Твоя скорость уже впечатляет, за три дня поднялся». Су Хан оставил это без ответа. Он подошел к верстаку и приложил руку к его поверхности. 【Улучшение пещеры (LV1→LV2)】 Он мысленно нажал на строку. Интерфейс развернулся, прямо по центру замерла четкая строка белого текста, а ниже следовали конкретные цифры материалов: 「Требования для улучшения пещеры LV2」 「Древесина: ×200」 「Камень: ×200」 「Слюда: ×50」 Су Хан несколько секунд пристально вглядывался в последнее слово. Древесина и камень были ему знакомы, просто в больших объемах – две сотни вместо одной выросли вдвое, но он прекрасно представлял, где их брать и как добывать. А вот что такое слюда, он понятия не имел. Он вышел из интерфейса верстака, открыл диалоговое окно личных сообщений и скопировал требования к материалам для 2-го уровня слово в слово, переслав их Ван Инцзе. Дописав приписку: «Для 2-го уровня нужно 200 древесины, 200 камня и 50 слюды. Я сам только что апнулся, до следующего уровня еще очень далеко. Глянь». Ван Инцзе ответил примерно через две минуты. Текстовое сообщение оказалось короче обычного: «Дерево и камень ерунда, слюду не видел. Спрашивал кого-нибудь?» ─ Не спрашивал, только что увидел.─ ─ Поищу для тебя, если сам наткнешься – тоже дай знать.─ ─ Добро.─ Су Хан подумал и добавил еще строчку: «У тебя там хватит дерева и камня на 1-й уровень? Если не хватает, могу поделиться. Я сегодня пойду валить деревья, нарурблю побольше». Ван Инцзе прислал голосовое сообщение, в интонации которого сквозило веселье: «Хватит. Что я тебе вчера говорил, у меня с ресурсами все нормально. Дерева как раз тютелька в тютельку, камня чуть-чуть не хватает, но если сегодня побегать полдня и подолбить камни, наберется. Занимайся своими делами, не забивай мне голову». Су Хан больше не стал церемониться, ответил короткое «хорошо» и закрыл личные сообщения. Он подошел к плите, опустился на корточки и подбросил в топку несколько сухих поленьев. Пламя вновь взметнулось, и оранжево-красный свет ярко озарил всю пещеру. Он снял с полки рыбу, пойманную вчерашней вершой – пять штук, нанизанных на лиану и висящих у края стойки. Две он снял, ножом сделал по несколько надрезов с обеих сторон каждой рыбины, отрезал небольшой кусочек оставшегося с вчерашнего дня волчьего мяса и все вместе нанизал на ветки, установив над очагом. Вытяжной канал печи полностью утягивал весь дым, внутри было чисто, чувствовался лишь горьковатый аромат горящих дрова и аппетитный запах жареной рыбы. Присев перед печью на корточки, Су Хан поворачивал ветки: кожица рыбы постепенно приобретала золотисто-коричневый оттенок, из разрезов выступал жир и, капая на огонь, издавал шкворчащий звук. Волчье мясо жарилось медленнее, но его края тоже начали скручиваться. Он перевернул рыбу на другой бок и продолжил запекать. Минут через десять рыба полностью пропеклась, и он отломил кусочек, отправив в рот. Нежная, обжигающая, с дымным ароматом костра. Умяв три рыбины и захрустев кусками волчатины, он почувствовал, как в желудке разлилось тепло. Покончив с завтраком, Су Хан повесил оставшиеся две рыбины обратно на вентилируемую полку. После чего уложил в рюкзак каменный топор, каменное кайло и две бутылки с водой, подошел к двери и откинул засов. В ту секунду, как дверь отворилась, утренний воздух хлынул в проем – прохладный, с влажным дыханием росы. Уже совсем рассвело, солнце только показалось из-за горизонта, и золотистые лучи косо падали на утес, высушивая легкую дымку над камнями, промытыми вчерашним дождем. Он оглянулся на внутреннее убранство пещеры. Огонь в печи отбрасывал теплое сияние на гладкий каменный пол, припасы на полках лежали аккуратными стопками, а в травяном матрасе на кровати еще виднелось углубление от его тела. Су Хан затворил дверь, защёлка щелкнула, возвращаясь на место. Он перемахнул через край площадки и, ухватившись за первое каменное ребро, полез вниз по скале. Спустившись, он сделал несколько шагов на восток, остановился и вызвал системную карту. На карте область радиусом примерно в два километра с центром в координатах его пещеры подсвечивалась ярким цветом, обозначая уже пройденные и исследованные им земли. К югу лежал вязновый лес, к востоку – ручей и низина, к западу – заросли кустарников и густых лиан, а север представлял собой сплошное серое пятно неизвестности. Он убрал карту, закинул на плечо каменный топор и направился к вязновому лесу на юге. Главная задача сегодняшнего утра была предельно ясна: валка деревьев, колка камней, проверка верш, а заодно – разведка в ненамеченных ранее направлениях вокруг. ---------- Поиск сокровищ у ручья С семи утра до одиннадцати с лишним Су航 без перерыва курсировал между вязовой рощей и участком с каменной россыпью на востоке. Он постепенно привык к ритму рубки деревьев: угол замаха и сила удара топора уже превратились в мышечную память, клиновидный заруб получался быстрым и аккуратным, а после того как дерево падало, стоило приложить руку к стволу, как древесина автоматически отправлялась в рюкзак. Четыре ствола принесли прирост общего количества древесины на сорок единиц. Затем он переключился на щебнистый участок на востоке. Он размахивал каменным кайлом, нанося удары по тем камням высотой по пояс. Кайло вонзалось в каменный шов и поддевало трещину, после чего второй и третий удары раскалывали камень изнутри на несколько обломков. В тот момент, когда рука касалась обломков, появлялась системная подсказка: [Камень +1]. Эффективность сбора щебня была немного выше, чем рубка деревьев. Он махал каменным кайлом примерно с час, разбив три больших валуна, и количество камня увеличилось на двадцать единиц. Закончив собирать последний обломок, Су航 выпрямился и размял плечи. Капли пота стекали по лбу, и он поднял руку, чтобы смахнуть их рукавом. Солнце уже поднялось к самому верху, заливая всю дикую местность ярким, слепящим светом. Наклонив голову и согнувшись, он боковым зрением заметил, как в тени под большим камнем что-то блеснуло на свету. Су航 присел на корточки и раздвинул длинную трау. У самого основания камня застрял маленький ящичек. Всплыл системный интерфейс: «Первоклассный сундук сокровищ, открыть?» Су航 нажал «Открыть». Вспыхнул белый свет, и появилась системная подсказка: [Камень +20] напрямую отправилось в рюкзак. Он сверил цифру: с учетом того, что он только что наколол сам, количество камня подскочило с обнуленного после повышения уровня состояния до четырех с лишним десятков единиц. Су航 выпрямился и посмотрел на небо. Солнце находилось в самом зените, чуть сместившись на запад, должно быть около часу дня. Съеденные утром три рыбы и волчье мясо переварились больше чем наполовину, и в желудке начались позывы. Он поднял каменное кайло, убрал его в рюкзак и повернул обратно к ручью на востоке. Пробравшись сквозь полосу кустарника к самому берегу, он услышал журчание воды – чистое и ровное. Су航 снял обувь и опустил ноги в воду. Вода была холодной, отчего он с резким вздохом втянул воздух, но спустя десяток секунд стало приятно: эта прохлада поползла вверх по щиколоткам, и все тело полностью расслабилось. Су航 уселся на ровный большой валун у берега, достал из рюкзака полбуханки пшеничного хлеба, отломил маленький кусочек, закинул в рот и принялся пережевывать, одновременно вызывая системную карту. Светлая область на карте расширилась по сравнению с утренним отправлением на небольшой кружок: в основном это были новые участки, пройденные им к востоку от вязовой рощи и в южном направлении от каменной россыпи, однако общий масштаб по-прежнему ограничивался радиусом примерно в два километра с пещерой в качестве центра. Он потянул карту вверх, чтобы взглянуть на направление ручья – ручей приходил с северо-запада и, проходя через его текущие координаты, продолжал течь на юго-восток. Мысленно он заново перестроил планы на вторую половину дня. Вверх по течению он еще не ходил, так что поход туда станет совершенно новой разведкой, которая может принести новые ресурсы, новый ландшафт или новые точки с сундуками. Времени хватало: пройти вверх по ручью часа полтора-два, а затем повернуть обратно – до наступления темноты он точно успеет вернуться к пещере. Доев хлеб, он вытащил ноги из ручья, дал им обсохнуть, надел обувь и носки и поднялся на ноги, направляясь вдоль берега ручья на северо-запад. Пройдя минут сорок, русло реки сделало поворот, и берег с внутренней стороны излучины представлял собой отвесный обрыв высотой три-четыре метра, где слоями обнажалась серо-желтая глинистая почва, изрезанная потоками воды на борозды разной глубины. Проходя мимо этого обрыва, Су航 боковым зрением заметил у основания скалы огромный участок чего-то белесого. Он остановился, сделал два шага назад и присел на корточки у подножия обрыва, вглядываясь в детали. Этот белый слой покрывал пространство шириной около двух метров и высотой свыше метра, а его поверхность была столь нежной на вид, будто мука. Стоило провести по ней пальцем, как отваливался небольшой кусочек, на ощупь очень гладкий и мелкий, гораздо тоньше обычной земли, и с легким влажным оттенком. В тот момент, когда его палец коснулся слоя белой глины, всплыл системный интерфейс: «Каолин (белая глина), распространенная минеральная глина континента Диких Утесов, применима для изготовления керамики. Способ сбора: вручную или с помощью инструментов». Су航 перечитал это описание дважды. Он вспомнил, что в меню верстака после повышения уровня действительно прибавился целый столбец – глиняные чаши, глиняные кувшины, глиняные чайники, и в графе необходимых материалов везде значился каолин. Тогда он бросил на это беглый взгляд и не придал особого значения, поскольку в наличии такого материала он отродясь не видел. Теперь же он его увидел. Он тут же присел на корточки, вонзил обе руки в этот слой белой глины, погрузил все десять пальцев внутрь и отломил наружу – огромный кусок влажной белой глины отвалился, тяжело упав на ладонь словно мягкий ком теста. Он уложил глину в рюкзак, и система выдала подсказку: [Каолин +1]. Он отломил еще кусок – плюс один, затем еще кусок – снова плюс один. Слой белой глины оказался толще, чем он предполагал, и лишь углубившись сантиметров на пятнадцать, он добрался до находящегося внизу слоя желтовато-бурой глины. Су航 просидел там на корточке добрых двадцать с лишним минут, выскребая всю белую глину, до которой мог дотянуться у основания обрыва. В конце концов при ревизии рюкзака цифра в графе каолина замерла на отметке сорок два. Он отряхнул руки от крошек белой глины, поднялся и зашагал обратно. Обратный путь занял меньше времени, чем дорога сюда, главным образом потому, что дорога уже была знакомой и он знал, где идти удобно, а где нет. Он двигался вниз по течению вдоль ручья, а проходя мимо места, где утром установил верши, попутно зашел в воду и приподнял ловушку, чтобы заглянуть внутрь. Внутри было пусто-препусто – возможно, из-за вчерашнего дождя; ладно, ничего страшного, он напихал туда мелких жучков, пойманных между камнями, и опустил обратно. К этому моменту солнце уже начало клониться к западу от полуденного положения, и дневной свет из белого превратился в бледно-золотой, став значительно мягче. По его оценкам, было часа три-четыре пополудни. Су航 ускорил шаг. Пройдя сквозь полосу кустарника и край вязовой рощи, он быстро вернулся к подножию родной скалы. Подойдя к основанию обрыва, он поднял голову и бросил взгляд наверх. Вся отвесная стена скалы была высокой и крутой, а серо-бурая каменная поверхность в лучах полуденного света отливала мягкими теплыми тонами. Каменные грани и выступы на обрыве располагались в беспорядке: в некоторых местах рос тонкий слой мха, а где-то солнце выбелило камень добела. Глядя на эти побелевшие каменные поверхности, Су航 неожиданно поймал себя на мысли, всплывшей из детских воспоминаний о документальном фильме про животных, который он смотрел в приюте: на тех кадрах стадо горных козлов стояло на отвесном утесе, опустив головы и слизывая языками скалу. В ушах зазвучала знакомая фоновая музыка, дополненная мягким старческим голосом: «Годами орошаемые ветрами и дождями, поверхностные слои диких скал постепенно выделяют различные минеральные кристаллы, среди которых соль встречается чаще всего. Зима сменяет лето, год за годом скапливаясь, и на поверхности обрыва намерзает тонкий слой белоснежной соляной корки. Это природное соляное месторождение, скрытое среди горных лесов, – драгоценный запас, дарованный самой природой. Мудрые дикие животные всегда способны безошибочно отыскать этот укромный уголок, чтобы лизать соляной налет на скалах, пополняя тем самым необходимый организму запас натрия и поддерживая привычное состояние жизни и жизненные силы». Он несколько секунд пристально разглядывал скалу перед собой. Попытавшись внимательно рассмотреть детали побелевших участков, он заметил, что некоторые из них действительно походили на естественный цвет камня, однако края других побелевших зон слегка выступали вперед, а на их поверхности виднелись мельчайшие кристаллические крупицы, чуть отсвечивавшие на свету и отличавшиеся от чистых участков камня вокруг. Су航 прищурился, разглядывая все детально, и не стал действовать опрометчиво: солнце уже шло на убыль, и до темноты оставалось всего час-полтора. Лезть наверх за солью сейчас – если найдет, то хорошо, а вот если не найдет и при этом заберется на высоту, откуда не сможет ни подняться, ни спуститься, возникнут серьезные проблемы. Он перемахнул на площадку, отворил дверь, вошел в пещеру и задвинул изнутри засов. Умывшись, Су航 лег на кровать, но в его голове все еще крутились две вещи. Первая – это слюда. Сегодня он перерыл региональный чат, мировой чат и торговый центр, но по запросу «слюда» не нашлось ни единого результата. Вторая – те побелевшие участки, что он видел внизу скалы. Если это соляной налет, значит, ему больше не придется с трудом терпеть дефицит соли, полагаясь лишь на мясо и хлеб. Раздобыв соль, волчье мясо можно будет завялить впрок, рыбу – высушить, а срок хранения припасов увеличится в несколько раз. Похоже, это дело стало неизбежным… ---------- Стратегия ночной охоты Су航 перевернулся на другой бок и сел на кровати. В топке еще тлело несколько красных угольков, слабо излучая свет, так что в пещере было не слишком темно. Он заглянул в системный рюкзак: сорок две единицы каолина. Су航 поднялся, подошел к верстаку, приложил руку, и выскочил производственный интерфейс. Пролистав ниже, он обнаружил, что там действительно появился новый столбец – глиняные чаши, глиняные кувшины, глиняные чайники, глиняные тазы, всего четыре разновидности, а в строке необходимых материалов значилось «каолин ×2». Он выбрал глиняную чашу, затраты материалов составили 2 единицы каолина, и нажал подтверждение. Поверхность верстака покрылась слабым сиянием – процесс шел немного медленнее, чем при создании деревянных изделий, и лишь спустя секунд пять-шесть свечение рассеялось, а на столешнице появилась чаша из грубой глины желтоватого оттенка со следами ручной формовки на поверхности. На ощупь она была слегка шероховатой, но с правильной формой и ровными краями, уверенно стоящая на каменной плите. Су航 взял чашу в руки, внимательно осмотрел ее, постучал костяшками пальцев по стенке – звук оказался глухим и плотным, намного прочнее сделанных им ранее деревянных мисок. Он вернулся к верстаку и подряд изготовил три глиняные чаши, два глиняных кувшина и один глиняный чайник. Закончив работу, он нашел ровный участок земли рядом с очагом и аккуратно выстроил всю глиняную утварь в ряд. Чаши оказались в самый раз: в одну такую чаркусю помещалось около трехсот миллилитров воды; в кувшине был короткий носик, что делало наливание воды удобным; глиняный горшок высотой в две ладони и с горлышком величиной в кулак наконец-то давал ему емкость для кипячения воды и варки мяса, потому что питаться дальше жареной пищей желудок уже был не в состоянии. Каолина оставалось еще двадцать восемь единиц. В будущем можно будет сделать кое-что на продажу в торговом центре, это определенно будет пользоваться большим спросом. Су航 поднялся, подошел к очагу, подбросил в топку пару поленьев, затем открыл интерфейс личных сообщений, нашел аватар Ван Инцзе и ткнул в него. «Ван-гэ, хочу спросить кое о чем». Тот ответил лишь спустя десяток секунд в виде голосового сообщения, причем голос звучал невнятно из-за того, что собеседник что-то жевал: «Угу, говори, я как раз ужинаю». Су航 напечатал текст: «Ты когда ночью отправляешься на охоту, в какое время обычно выходишь? Есть ли что-то особенное, на что стоит обратить внимание?» Звуки жевания у Ван Инцзе стихли. Прошло две-три секунды, прежде чем прилетело новое голосовое сообщение, и тон собеседника стал гораздо серьезнее прежнего: «Ты что, собрался выходить ночью?» «Да. Мясо почти закончилось, а верша последние пару дней приносит нестабильный улов. К тому же, если не выходить сейчас, то после окончания безопасного периода придется сталкиваться со всем этим и днем». Ван Инцзе помолчал несколько секунд, после чего переслал голосовое: «Ладно. Раз уж ты завел об этом речь, я не буду от тебя скрываться и таиться. Я за последние дни несколько раз выходил по ночам, и все грабли, на которые можно наступить, в основном уже собрал. Послушай моего совета: в деле ночной охоты главное – это две вещи: не бейся в лоб и не преследуй напролом». «Расскажи подробнее». Ван Инцзе переслал еще одно длинное сообщение, ровным тоном, будто заранее мысленно выстроил нужный порядок слов: «Во-первых, ночное зрение у диких животных развито намного лучше нашего: ты только сделаешь шаг, а противник уже разглядит тебя за пятьдесят метров. Про обоняние и говорить нечего – по ветру чуют запах и подкрадываются за несколько сотен метров. Поэтому внезапное нападение – наилучший вариант решения: ты должен обнаружить зверя первым и атаковать до того, как он заметит тебя. Также следи за направлением ветра – иначе сам еще не дойдешь, а запах уже прибудет». Су航 прислонился к краю очага и слушал, укладывая в голове каждое слово. «Во-вторых, не вступай с диким зверем в ближний бой. Эта тварь двигается гораздо быстрее человека: ты успеешь замахнуться на нее топором, а она уже полоснет тебя когтями пару раз. Если драться неизбежно, дальнее оружие – лучший выбор: копья, луки хороши, а на худой конец кинуть камень в глаза лучше, чем махать топором. Если же у тебя только ближний бой, бей исключительно по пояснице, животу и в область морды – в другие места бить бесполезно, шкура толстая и броню не пробьешь». Ван Инцзе на секунду замолк и добавил: «И еще: смотри под ноги, не наступай на сухие ветки. Ночью этот звук разносится далеко, стоит тебе хрустнуть разок, как вся живность в радиусе ста метров поймет, что ты явился». Су航 дослушал последнюю голосовую запись, некоторое время молча стоя у очага, а затем ответил: «Понял. Спасибо, брат». «Чего благодарить. Если и впрямь соберешься сегодня ночью выходить, сможешь подрать – бей, не сможешь – уноси ноги, не упирайся изо всех сил. В нашем паршивом местечке при ранении даже лекарства нет, вляпаться в беду – это тебе не шутки». Су航 ответил коротким «хорошо», закрыл чат, поднялся и принялся проверять собственное снаряжение. Каменный топор, каменный нож – вот и все. Налегке, чтобы снизить нагрузку. Оружия дальнего боя у него не было, только топор да нож. Нож слишком короткий, сходиться в ближний бой на ножах равносильно самоубийству, так что единственное, на что можно было рассчитывать, – это каменный топор; если замахнуться как следует, мощи удара еще хватит. Он вышел наружу, и вечерняя зари полоса горела багрянцем. Солнце уже наполовину скрылось, оставив на горизонте лишь узкую узкую полоску золотисто-красного сияния. Дальний лес постепенно погружался в темноту, стрекот цикад утихал, сменяясь пением ночных насекомых. Су航 стоял у входа в пещеру, всматриваясь в небо, а в голове у него крутились слова Ван Инцзе – внезапное нападение, поясница и живот, не наступать на сухие ветки. Совсем стемнело. Су航 поднялся, убрал в рюкзак каменный топор, каменный нож и флягу с водой. Он подошел к деревянной двери и сдвинул засов; дверь с со скрипом приоткрылась на узкую щель, и ночной ветер ворвался сквозь проем – прохладный, с ароматом травы и сырой земли. Он толкнул дверь и вышел наружу. Перед площадкой царила непроглядная тьма, и лишь редкие звезды на куполе небес слабо мерцали сквозь трещины в облаках. Ветер был слабым, но оставлял на коже влажное ощущение прохлады. Су航 присел на корточки у края площадки, спустил лианы вниз по обхвату скалы и перемахнул через ограждение. Приземлившись, он замер на месте, наклонился и туго завязал штанины. Вокруг клубилась густая тьма, и лишь те самые звезды наверху давали крайне слабое освещение. Он поднял голову, бросив взгляд на северо-восток: густой лес в верховьях ручья чернел в ночи огромной глыбой, притаившейся на горизонте. Дождавшись, пока глаза хоть немного привыкнут к темноте, он достал из рюкзака каменный топор, крепко сжал его в руке, выбрал направление и тронулся вперед. Дорога под ногами из щебеночной сменилась грунтовой, а затем и покрытым опавшими листьями лесопочвенным покровом. Он шел очень медленно, каждый раз опуская сначала стопу и проверяя ее на прочность перед тем, как перенести вес тела. Сухие ветки и листья издавали под ногами легкое шуршание, но при мягком нажиме шум получался не слишком громким. Пройдя минут пятнадцать, Су航 обнаружил на излучине в низовьях ручья цепочку следов. Свежие, влажные слепые отпечатки звериных лап. Присев на корточки при лунном свете, он воткнул факел в землю и пригляделся. Следы были крупнее человеческой ладони, с четырьмя пальцами, четкими вмятинами от когтей на концах, глубоко утопленными в грязь, причем почва по краям отпечатков оставалась влажной и мягкой. Подняв голову, он проследил взглядом направление следов: отростки уходили от берега в сторону леса выше по течению, совпадая с его собственными планами. Пройдя еще примерно полчаса, лес стал гуще, ветки и листья над головой сплелись в сплошной шатер, наглухо закрывая и без того скудный звездный свет. Су航 двигался практически в абсолютной темноте, ориентируясь на прерывистые следы лап под ногами. Он поднялся на пологий склон с чуть более высоким рельефом, где кустарник вокруг был гуще, чем в прочих местах, а трава по пояс и лианы переплетались между собой, образуя естественную укрытую ложбину. Эта ложбина примыкала к старому дереву толщиной в два обхвата; ствол был мощным, крона широко раскинулась, а со всех сторон ее окружали кусты, что делало место идеальной позицией для засады. Су航 остановился и прислушался. В лесу царила тишина, нарушаемая лишь шумом далекой воды и пением ночных насекомых поблизости. Присев на корточки и понизив центр тяжести тела, он пробрался на пару шагов вглубь кустарниковой ложбины, прячась за листвой и лианами. Затем он лег на живот, крепко сжимая в руке каменный топор, и уставился сквозь просветы в траве на поляну впереди. Дыхание Су航 было медленным и легким, сердце гулко стучало в груди, и сквозь землю ощущались слабые вибрации. ----------