─ Имя!

─ Су Юнь…

─ Кто такой?

─ Я чаншанец!

─ Чего? Ты еще и людей часто режешь?

─ Я столько лет работаю полицейским, но еще не встречал таких наглых!

Полицейский участок.

Су Юнь сидит в мрачной комнате на допросе, а на запястьях у него красуются прочные серебряные браслеты.

Два составляющих протокол конвоира охвачены шоком и яростью.

Этот убийца ведет себя слишком дерзко!

─ Чанша! Это же Чанша, столица провинции! ─ пояснил Су Юнь.

В этот момент с мрачным лицом вошла Жэнь Инъин, занимающая должность капитана.

─ Судмедэкспертиза подтвердила, что та женщина мертва уже много дней!

─ Эмоциональное состояние покойной на данный момент относительно стабильно.

─ Выкладывай, зачем ты ее убил?

Су Юнь горько улыбнулся: ─ Да я ее не убивал! Вы не тех поймали!

Капитан Жэнь сурово изогнула брови и прикрикнула: ─ Поличное налицо, труп лежит в соседнем морге, а ты еще смеешь изворачиваться?

Су Юнь занервничал: ─ Чушь! Сразу внесу ясность: она покончила с собой!

Он никак не ожидал, что помощь бывшей девушке с исполнением ее посмертного желания приведет его прямо в полицейский участок.

Услышав это, капитан Жэнь холодно усмехнулась, а в ее глазах запылал бесконечный гнев.

С хлопком она швырнула на стол заключение судмедэксперта.

─ Наглец!

─ Эксперт установил, что при жизни у погибшей был половой контакт, и все ее тело испачкано остатками твоей молодости.

─ Я повидала немало таких бесчеловечных подонков, которые сначала насилуют, а потом убивают!

─ Если у тебя есть потребности, мог бы пойти в бордель, зачем лишать человека жизни?

Труп выглядел очень красивым и перед смертью занимался сексом.

Применив логическое рассуждение, капитан Жэнь на основе опыта восстановила всю последовательность событий.

Су Юнь вздохнул:

─ Она моя бывшая девушка, так что то, что между нами кое-что произошло, вполне логично, верно?

─ А? Бывшая девушка? ─ двое конвоиров замерли и поспешно спросили: ─ Раз вы состояли в романтических отношениях, как ее звали?

Э-э, это…

Су Юнь онемел.

Он ведь и впрямь не спросил!

Он, ее однодневный парень, оказался чуточку безответственным.

Может, позвать ее душу наверх и переспросить?

Глядя на свое нынешнее положение, он застыл с совершенно растерянным видом.

В тот день Су Юнь, унаследовавший семейное ремесло, стал продолжателем традиций школы Инь-Ян.

Его ветвь вела свое происхождение из далекой эпохи Цинь.

Он как раз закончил проводить обряд и проводил в последний путь одного из стариков в деревне.

Третья тетушка, заметив, что ему уже около двадцати с небольшим, с энтузиазмом взялась сосватать ему невесту.

─ Сяо Юнь, хочешь жену? ─ говорила она.

─ Стоит тебе только открыть рот, и я тебе ее приведу.

─ Стюардесса… Белокожая, красивая, с длинными ногами, уровня университетской красавицы, девушка очень тихая и заботливая.

Су Юнь подумал: разве бывают такие хорошие предложения?

─ Так веди ее сюда! ─ ответил он.

В их ремесле с древних времен действуют пять бедствий и три нехватки, так что найти жену невероятно трудно.

Он тут же отдал тысячу юаней в качестве свадебных комиссионных и попросил третью тетушку скинуть ему ее WeChat.

Вернувшись домой полным предвкушения, он кликнул на профиль…

22 года, рост метр шестьдесят восемь, вес пятьдесят с половиной килограммов.

Летает по всей стране…

Хм, и правда стюардесса.

Этой сватовской сделкой Су Юнь остался очень доволен.

Он написал в сообщении для добавления в друзья: «Знакомы через общих людей».

На следующий день девушка прилетела, как и договаривались.

Она действительно оказалась невероятно красивой девушкой, точь-в-точь как на фото и видео.

Вот только делать она умела всё что угодно, кроме работы.

Он-то думал, что любить человека надо душой, но оказалось, что она предпочитала выкладываться физически.

Любовь поднимается вместе с ударами часов, а когда часы останавливаются, чувства остаются неразрешенными.

После бурной ночи девушке позвонили из дома.

Отец-игрок, тяжело больная мать и младший брат-школьник – все требовали у нее денег.

Она переслала обратно всю только что заработанную тяжелым трудом сумму.

Долго-долго плакала, и Су Юнь утешал ее очень долго.

Он до сих пор помнил слова, сказанные ею после того, как она успокоилась, – слова, которые еще долго не давали Су Юню покоя.

─ Братец Юнь, ты хороший человек, ─ говорила она.

─ Раньше все остальные парни говорили мне лишь «давай сменим позу», и только ты меня утешал да еще и попросил продлить время на два сеанса…

─ Братец Юнь, я хочу вечно оставаться молодой. Когда я уйду, преврати меня в зомби, я хочу навсегда запечатлеть себя в самом прекрасном виде.

Глядя в ее тусклые, лишенные блеска глаза, Су Юнь словно что-то понял и сочувственно кивнул.

─ Хорошо! ─ сказал он.

А после этого они оказались по разные стороны черты между мирами живых и мертвых.

Когда он уже почти закончил создавать зомби, дверь грубо выломали.

Толпа полицейских скрутила его и притащила сюда…

…

─ Чего завис? Имя назвать не можешь?

─ Сочини! Продолжай сочинять для моей матушки!

Капитан Жэнь сверлила его грозным взглядом, а ее кулаки издавали хруст.

Су Юнь вздохнул: ─ Хотя я не знаю ее имени, нас познакомили через общих знакомых.

И он во всех подробностях поведал им историю их знакомства.

Выслушав его, оба конвоира вытаращили глаза.

─ Чего? Ты не просто убил человека, ты еще и чертовски за деньги с ней сошелся? ─ возмутились они.

─ Преступление отягощается!

Взгляд Жэнь Инъин стал еще более отвращенным.

Су Юнь с чистой совестью пояснил: ─ Что за глупости вы говорите? Мы влюбились друг в друга с первого взгляда и в тот же вечер определились со статусом парня и девушки.

─ Но вы же сами знаете, чувства зарождаются лишь со временем, разве можно судить о священной любви по общению длиной в один день?

─ Поэтому после того, как мы всё закончили, мы расстались. Она сказала, что я хороший человек и ей жаль со мной расставаться, а мне стало неловко, и я дал ей две тысячи юаней в качестве компенсации при расставании.

─ Разве в этом есть что-то не так?

─ Играющий в азартные игры отец, тяжело больная мама, учащийся младший брат и разбитая она.

─ Если не я ей помогу, то кто?

─ Я лишь могу вздохнуть… Любовь без материальной базы превращается в песок, а любовь с материальной базой приводит к аресту полицией.

Оба полицейских остолбенели и были поражены до глубины души.

Они впервые видели человека, который умеет так изящно и возвышенно говорить о проституции.

Жэнь Инъин от злости задыхалась, ее пышная грудь вздымалась от бурного дыхания.

─ Ладно, убийство и продажную любовь пока опустим, а что насчет надругательства над трупом?

─ Если бы мы заявились чуть позже, неизвестно, что бы ты сотворил с телом!

Она никак не ожидала, что стоящий перед ней Су Юнь не просто убийца и клиент падших женщин, но еще и… некрофил?

Такого извращенца нельзя терпеть ни в коем случае!

Су Юнь чистосердечно признался: ─ Раз уж дошло до такого, скрывать больше не буду. На самом деле я мастер фэн-шуй и гаданий.

─ Это она сама попросила меня перед самоубийством: велела после ее смерти превратить ее в зомби.

─ Всё ради того, чтобы навечно сохранить молодость и оставить в этом мире след своего пребывания.

─ Мастер фэн-шуй? Зомби? Навечно сохранить молодость?

Двое составлявших протокол конвоиров переглянулись и вдруг не удержались.

Пф… ха-ха-ха!

Су Юнь недовольно посмотрел на них.

─ Чего вы смеетесь? ─ спросил он.

─ Простите… я вспомнил кое-что веселое, у меня жена ребенка рожать будет.

─ А ты?

─ У меня жена тоже будет рожать… Продолжай, мы прошли профессиональную подготовку и в обычных обстоятельствах не смеемся.

Они отмахнулись, а их лица покраснели от сдерживаемого смеха.

Брови Жэнь Инъин сошлись на переносице.

Она слышала бесчисленные варианты оправданий от подозреваемых, но столь нелепый – впервые!

Даже в романах такое побоялись бы написать.

Обладающая вспыльчивым нравом девушка тут же не выдержала и указала на висевшую позади дощечку с надписью:

─ Ты видишь, что здесь написано?

─ Научное ведение дел! Какое нынче время на дворе, понимаешь ли ты вообще, что надо верить в науку?

─ Смеешь пускать в ход всякую чушь и устраивать балаган?

─ Раз разговоры по душам не помогают, перейдем к физическому воздействию!

Су Юнь поспешно крикнул: ─ Стойте! Разве вы не хотите узнать правду?

Жэнь Инъин остановила кулак и уставилась на него свирепым взглядом.

─ Ты во всем сознаешься?

─ Нет, я имею в виду, что вы все равно мне не поверите, как бы я ни объяснял.

─ Я собираюсь призвать душу участницы событий, чтобы она сама во всем разобралась.

Услышав это, Жэнь Инъин холодно усмехнулась.

Она отвесила удар ногой сверху вниз, который тяжелó пришлся Су Юню по плечу.

Огромная сила прямо-таки вжала его в стол, заставив споткнуться и клюнуть носом.

─ Вы тут беспределом занимаетесь!

Он гневно поднял голову, собираясь побороться и как следует отчитать противницу.

Но вдруг, словно попав под заклинание паралича, замер на месте, и у него пошла носом кровь.

─ Капитан Жэнь, он… он, похоже, от твоего удара получил внутреннее повреждение?

─ Неправильно! Это ты, капитан Жэнь, засветила лишнее!

Проследив за взглядом, можно было заметить, что Жэнь Инъин в короткой юбке заняла такую позу, которая как раз открывала прямой обзор на лицо Су Юня.

Немудрено, что пошла носом кровь!

Оба полицейских испытывали одновременно зависть и досаду.

Жэнь Инъин ведь была первой красавицей их участка, чистой и непорочной, у нее даже парня никогда не было.

Сегодня она тоже среди выходного дня отправилась по магазинам, как вдруг её срочно вызвали обратно, и она не успела переодеться в форменную юбку.

Эта настоящая богатая наследница, у которой происхождение, внешность и боевые навыки были на высоте, привлекала бесчисленное множество поклонников, желавших хоть краем глаза прикоснуться к ее красоте.

А теперь вот Су Юнь, этот убийца…

─ Айя! Капитан Жэнь, сестра Жэнь! Он же подозреваемый, с чего это вы его поощряете?!

Жэнь Инъин торопливо убрала ногу, не в силах сдержать легкий румянец на миловидном личике.

То была злость, перешедшая в ярость от стыда!

─ Ты куда смотришь?

─ Эм, ничего не видел.

Су Юнь вытер кровь из носа и поспешно изменил слова.

С женщиной в споре не победить, у них же два языка на двоих.

Оба полицейских чуть не плакали от зависти.

─ Убью суку! [прим. переводчика: эмоциональное выражение высшей степени гнева]

─ Прекрати! Дашь ты мне доказать свою невиновность или нет?

─ прикрикнул Су Юнь.

Характер этой сычуаньской фурии был слишком крут, да и ноги у неё действительно оказались белыми.

Он не знал, вся ли Жэнь Инъин была такой белой, но, судя по его догадкам, по крайней мере на 87 процентов.

Видя, что он всё еще мелет чепуху, Жэнь Инъин глубоко вздохнула, повернулась и холодно крикнула на камеру видеонаблюдения в углу допросной.

─ Выключи! И вы оба свои видеорегистраторы тоже выключите, мать вашу!

Двое полицейских поспешно отошли в сторону.

Парень, ты разве не ищешь смерти?

Разве не проще во всём честно признаться? Зачем ты её дразнишь?

─ Я действительно могу вызвать душу своей бывшей девушки!

Жэнь Инъин усмехнулась уголками рта: ─ Всё еще брешешь? Да ты прямо как жук-навозник, упавший в реку – совсем занесло! [игра слов: «飘了» – загордился / понесло по течению]

Су Юню это не понравилось: ─ Госпожа офицер, тело моей бывшей девушки всё равно прямо за стеной, я быстро со всем разберусь.

─ Если я не заставлю её лично во всем признаться, то я прямо здесь подпишу признание в вине!

Рожденные в лучах красного знамени, взлелеянные весенним ветерком –

Разве могли Жэнь Инъин и оба полицейских поверить в какое-то призывание душ?

Всё это было суеверием старшего поколения!

Жэнь Инъин стукнула ладонью по столу: ─ Хорошо! Пока не увидишь гроба, не заплачешь!

─ Старуха я хочет посмотреть, какие фокусы ты способен выкинуть!

С этими словами она поднялась, открыла дверь допросной и направилась в сторону морга.

Оглянувшись и заметив, что Су Юнь не двигается, она тут же рявкнула:

─ Лао цзы Шу дао шань! [клятва с сычуаньским колоритом: «Клянусь горами Шу»] Если ты сейчас же не пойдешь, можешь вообще не двигаться с места!

─ Ноги затекли… Иду, иду!

Они открыли дверь и шагнули в помещение морга.

Жэнь Инъин и двое полицейских, Ван ЧАО и Ма Хань, обнаружили, что судмедэксперт У Цзо стоит над женским трупом и рассматривает его туда-сюда.

При этом он еще и восхищенно цокал языком.

─ Старый У, что изучаешь?

─ О! Малышка Жэнь, послушай, этот труп явно мертв уже семь дней, почему же кожа такая наполненная и упругая, прямо как у живого человека?

─ К тому же нет ни малейших следов разложения, трупных пятен почти совсем не видно.

─ Это же нелогично, как вообще такое возможно? Даже если вымочить в формалине, и то не получится!

У Цзо скреб затылок, ломая голову и находясь в полном недоумении.

─ Даже ты, старый судмедэксперт с тридцатилетним стажем, не можешь понять?

Жэнь Инъин приподняла брови.

У Цзо покачал головой.

─ Ничего не понимаю! Методы слишком глубокие! Выходят за рамки моего понимания!

─ Интересно, чьей же это мастерской руки дело? Просто поразительно!

Судмедэксперт занимается только вскрытием, откуда ему знать, откуда взялось тело.

Однако Жэнь Инъин, Ван и Ма испытали сильнейшее удивление.

Они помнили, что Су Юнь ранее уже упоминал об этом: с этим телом он якобы возился сам, собираясь превратить его в ходячего мертвеца-цзянши.

А ведь судмедэксперт У Цзо шагнул в эту профессию еще в молодости, обладал превосходными навыками вскрытия,

в совершенстве владел самыми разными умениями, связанными с телами, и помог полиции раскрыть тысячи больших и малых дел.

И тем не менее теперь он оказался не в силах постичь метод консервации тел, которым пользовался Су Юнь…

Неужели у этого парня и впрямь есть особые способности?

─ Кстати, малышка Жэнь, вы тут чем заняться собрались?

─ О! Этот парень доказывает, будто умеет призывать души, и хочет вызвать дух покойницы, чтобы расспросить об обстоятельствах дела.

Слова У Цзо вернули мысли Жэнь Инъин в реальность.

Услышав это, пятидесятилетний У Цзо снял перчатки, не выказав и тени насмешки.

Он лишь со старорежимным видом усмехнулся и покачал головой.

─ Молодой человек, о мертвых либо хорошо, либо ничего, хватит дурачиться!

─ Какое еще призывание душ? Старик я столько лет в этой сфере, каких только странных тел не повидал?

─ Вот только душ никогда не видел! Можешь кого другого обманывать, но пытаться провести меня, человека из этой отрасли, – ты еще слишком зелен, охехей.

Сунь Юнь ответил улыбкой: ─ Этот труп… я сохранил с помощью искусства укрощения трупов.

Простая фраза заставила старого У вздрогнуть.

Тот шумно втянул воздух ртом.

И проникся глубочайшим уважением!

─ Ого! Так тот мастер – это вы?

─ И впрямь: человека по одежке не встречают, а в море глубину не измеришь. Надо же, такой молодой, а владеет столь удивительным искусством!

─ Старик признает, что только что погорячился с воплями, прошу вас…

У Цзо уступил место.

Жэнь Инъин тоже расстегнула наручники Су Юня, и все они отошли в сторону, молча наблюдая.

Су Юнь подошел к телу, испытывая легкую ностальгию.

С детских пор его отец навлек на себя кармические последствия, из-за чего мать погибла насильственной смертью.

Пожалуй, дольше всех в этой жизни его сопровождала именно эта стюардесса…

─ Эй, может, вы включите видеорегистраторы? А то вдруг вы потом откажетесь от своих слов и всё отмените.

Глаза Жэнь Инъин сузились: ─ Ты мне, должностному лицу, не веришь?

Су Юнь презрительно закатил глаза: ─ Верю! Просто у меня сейчас излишне развита подозрительность.

Ма Хань и Ван ЧАО подняли большущие пальцы вверх: у этого парня высокий эмоциональный интеллект…

Неудивительно, что он несёт такую околесицу.

Оба включили видеорегистраторы.

Жэнь Инъин скрестила руки на груди и холодно фыркнула.

Сейчас она лишь ждала момента, когда удастся разоблачить чужую ложь и заставить его прижать палец к протоколу.

─ Старый У, ты слышал, что этот парень говорил про какое-то искусство укрощения трупов?

– с любопытством тихонько спросил Ма Хань.

Старый У покачал головой: ─ Никогда не слыхивал…

Ма Хань скривил рот: ─ Не слыхивал, а так сильно удивился? Цирк какой-то!

─ Хе-хе, ну как говорится: дилетант смотрит шоу, а профессионал – суть.

─ Старик я столько лет в этой сфере, а кое-какой глазомер имею.

─ Судя по его невозмутимому спокойствию и способу консервации трупа, он далеко не простая птица.

─ Либо… он часто убивает людей, либо круглый год имеет дело с мертвецами.

─ Да это тело… помести его в какой-нибудь музей коллекционеров, и оно станет редчайшим произведением искусства!

─ поглаживая бороду, с улыбкой пояснил старый У.

Если подумать, между мастерами инь-ян и судмедэкспертами имелось нечто общее.

И те, и другие питались за счет мертвецов, так что в их ауре чувствовалось определенное сходство.

Пока они беседовали, Су Юнь уже достал из-за пазухи благовонную палочку и зажег её.

Дымок медленно поплыл вверх…

Су Юнь сложил пальцы в печать, зажав между указательным и средним пальцами желтый талисман, и с суровым лицом произнес заклинание:

─ Предки передали жезл приказа, ваджрные стражи выстроились по обе стороны.

─ Симптомы призыва душ за тысячу линь, немедленно явитесь в свою истинную природу!

─ Душа, вернись обратно!

Желтая бумага в руке загорелась сама по себе и заплыла в воздухе.

А испускаемый той палочкой дым перестал подниматься вверх.

Напротив, он потек по носовым ходам трупа, вливаясь ему в живот.

Эта сцена привела Жэнь Инъин и остальных в крайнее изумление.

Она шла вразрез с тем, чему их учили на физике.

─ Это… фокусы что ли? Он же даже не дотронулся до дыма, как у него получилось заставить его повернуть? ─

─ Когда мы учились в полицейской академии, преподаватели ведь не учили такому? ─

─ Что это вообще за благовония? ─

Су Юнь, услышав это, даже не обернулся: ─ Призывающие души благовония! Нужно, чтобы ее труп прочувствовал запах дыма и живого огня, – так получится быстрее и точнее вызвать душу.

─ В конце концов… я не знаю ее имени. ─

Остальные были в растерянности и смутном трепете.

─ Раз говоришь так круто, почему до сих пор нет никакой реакции? ─

─ Куда спешите! Ее душа шатается где-то снаружи, разве возвращение домой не требует времени? ─

─ Когда ты звонишь по телефону, сигналу тоже нужно дойти до вышки связи и перенаправиться! ─

Су Юнь скривил губы: сколько же вокруг невежества.

Увидев, что труп не реагирует, Жэнь Инъин нахмурилась, и на ее лице появилось чуть больше нетерпения.

─ Ты случайно не пытаешься потянуть время? Ладно, давай признавайся в преступлении и не задерживай всех! ─

Едва слова затихли, как налетел порыв зловещего ветра, от которого у людей защипало шею.

А то, что последовало дальше, едва не довело их до обморока.

Мертвая женщина, пролежавшая на столе судмедэкспертизы уже семь дней, вдруг широко открыла глаза.

Ее тело, словно пружина, выпрямилось строго вертикально.

Взгляд ее был тупым, и она механически повернула голову, глядя на Су Юня и нескольких полицейских.

Иллюстрация Чжоу Жуаньжуань

Увидев это, Ван Чжао и Ма Хань завопили в один голос: ─ Призрак! Оживший мертвец!

Два молодых полицейских подпрыгнули и крепко вцепились друг в друга, дрожа всем телом.

Лицо прежде исполненной надменности Жэнь Инъин тоже вмиг побелело, а ее длинные, исполненные силы ноги затряслись.

Пусть она и чемпионка по боям без правил, и отличный сотрудник полиции.

Но перед лицом столь внезапного и даже невозможного события даже ей, женщине, стало жутко до чертиков.

Бряк!

Не удержавшись на ногах, она шлепнулась упругим задом на табурет.

В сердце взметнулась буря.

В этот момент трое полицейских отчетливо почувствовали, как от подошв ног вверх к макушке поднимается волна холода!

Будто провалились в ледяной погреб!

Их тут же прошиб пот.

Ужас, страх, неверие – целый шквал сильнейших эмоций ударил им в мозг.

Оставив в голове пустоту, так что они едва не взорвались на месте.

Мировоззрение, которое выстраивалось у них десятилетиями, рухнуло в один миг.

Они тупо повернули головы назад, уставились на висевшую в морге табличку «Научное ведение дел» и погрузились в глубокие раздумья.

Мы тут с тобой рассуждаем о науке, а ты нам устраиваешь колдовство?

Су Юнь пожал плечами и злорадно произнес: ─ Видите, госпожа офицер, я же говорил: молодым не стоит быть столь категоричными в расследованиях, я ведь действительно мастер инь и ян.

Месть благородного мужа не ждет и десяти лет.

Месть Су Юня длится с утра до вечера.

Перед сном отпустил обиду, проснулся – затаил заново.

Жэнь Инъин бормотала что-то невнятное, не в силах вымолвить в ответ ни слова.

От ее недавней решительности и резкости не осталось и следа, и даже на Су Юня она теперь поглядывала с известной долей опаски и страха.

─ Ты… это… я… э-э… ─

И лишь старый судмедэксперт У, оправившись от мимолетного испуга, принялся восторженно бегать вокруг трупа, разглядывая его со всех сторон.

─ Бесподобно! Просто невероятно! ─

─ Старик проработал столько лет, но впервые видит столь божественное и поразительное умение! ─

Тут мертвая женщина немного пришла в себя.

Она посмотрела на Су Юня – последнего мужчину в ее жизни, ставшего для нее… последним лучиком света.

─ Брат Юнь? ─

─ Да… это я, тебя там никто не обижает? ─

─ Нет… вы же каждый день сжигаете мне благовония, все знают, что за меня есть кому заступиться, и всё дается мне очень легко. ─

─ Вот и хорошо. Если кто-то станет обижать, составь список и пришли мне во сне – неужто я с мертвецом справиться не смогу, раз уж с живым не сладил? ─

─ Даже если это свирепый призрак, я все равно позову его и отвещу пару смачных затрещин. ─

В словах Су Юня сквозила колоссальная уверенность.

Труп оглядел собственное тело и с надеждой спросил:

─ Брат Юнь позвал меня сюда… то дело, что ты мне обещал, удалось? ─

Су Юнь горько усмехнулся: ─ Нет… всё уже шло к развязке, как эти полицейские поволокли меня за собой да еще заявили, будто это я тебя убил.

─ Объясни-ка им всё, что было между нами… ─

Мертвая женщина прониклась глубоким чувством вины и принялась горячо извиняться.

─ Прости, брат Юнь, я и сама не знала, что доставлю тебе столько хлопот… ─

Она повернулась и выложила всю правде о своей гибели полицейской красотке Жэнь Инъин и остальным.

А в конце не забыла добавить: ─ Брат Юнь не плохой человек, он хороший, самый лучший человек из всех, кого я знала. ─

Су Юнь: ……

Его снова наградили карточкой «хорошего парня», причем по усиленному тарифу и без повышения цены.

Из ее слов собравшиеся также узнали, что ее звали Чжоу Жуаньжуань.

Имя полностью соответствовало натуре: голос мягкий, говорила тихо, боясь кого-нибудь обидеть.

─ Ладно, Жуаньжуань, возвращайся пока, я свое обещание непременно исполню. ─

─ Обещаю, что ты продолжишь жить в этом мире совсем в другом обличье. ─

─ Эх… Тоже несчастная душа. ─

Труп медленно осел…

У нескольких полицейских снова закружилась голова, а от мурашек на коже они едва не рухнули на пол.

Если мертвые оживают и призраки существуют, неужели и зомби на самом деле есть?

─ Эй! Фигурант дела же всё объяснила! ─

─ А? Ой… ─

Жэнь Инъин смотрела перед собой отсутствующим взглядом, долго не в силах прийти в себя.

Заметив это, Су Юнь нахмурился: от сильнейшего испуга так и душу потерять недолго.

И он принял меры… ущипнув Жэнь Инъин за щеку.

Та мгновенно пришла в себя и взревела от ярости:

─ Ты что творишь?! ─

─ Хочу… Тьфу, я же тебе душу на место возвращаю, думал я тут домогаюсь тебя? ─

Су Юнь излучал чистейшую праведность.

Ван Чжао, Ма Хань и старик У, глядя теперь на Су Юня, почитали его за божество.

В их глазах читалось густое, истовое обожание.

Уважение так уважение.

Будучи стражами порядка, перейми они хоть пару приемов – разве дорога не станет широкой и ровной?

Они переглянулись, покосились на видеорегистраторы у себя на груди и невольно сглотнули слюну.

Настоящее сокровище!

Внутри ведь записано и видео, и заклинание, что читал Су Юнь – не скопировать ли это позже, чтобы подучиться?

Овладей они таким искусством, станут самыми крутыми парнями во всем участке.

Сам начальник станет перед ними заискивать!

При одной этой картине на лицах обоих расплылась потаенная, извращенная улыбка.

А Жэнь Инъин тяжело вздохнула: если бы не увидела всё своими глазами сегодня,

она вовек бы не поверила, что мертвецы способны говорить.

И даже чуть не сфабриковала бы судебную ошибку, отправив Су Юня за решетку.

При этой мыслях гордая и вспыльчивая девушка даже склонила голову в извинении.

─ Прости! ─

Лицо Су Юня смягчилось, и он зауважал ее чуточку больше.

Умение признать вину в случае ошибки уже ставит человека выше бесчисленного множества других.

─ Ничего страшного, у кого не бывает промашек. Теперь я могу забрать тело? ─

─ Забрать можешь, но тело – нет! ─

Едва Жэнь Инъин произнесла это, как в кармане неожиданно зазвонил телефон.

Достав его и взглянув на номер, она слегка изменилась в лице.

─ Подожди, я отвечу на звонок! ─

─ Звонят сверху! ─

Жэнь Инъин отошла в сторону, чтобы ответить на звонок, то и дело кивая или перерукиваясь с собеседником.

Вскоре Ма Хань заметил, что Жэнь Инъин завершила разговор и лицо у нее сделалось мрачным и сосредоточенным.

Он поднялся, подошел к ней и тихо поинтересовался:

─ Сестра Жэнь, неужели у начальника и остальных появились указания?

─ И не спрашивай, всё из-за того дела семьи Чжан. Они давят на начальника.

─ Говорят, дают нам на всё про всё последний день, а если не раскроем дело, то они используют связи, чтобы поставить крест на нашей карьере.

─ Начальник из-за этого тоже несет колоссальную нагрузку и строго велел нам разрешить вопрос как можно скорее.

Жэнь Инъин массировала переносицу, чувствуя себя погруженной в пучину бесконечных забот.

В городе жил весьма влиятельный и богатый клан коммерсантов по фамилии Чжан.

Несколько дней назад дочь главы семейства с мужем приехали с инвестициями в уездный город. Поскольку она находилась в интересном положении, то отдыхала дома под присмотром сиделки.

И в то время как ее муж отлучился на деловой ужин и торгово-промышленную конференцию, в особняке молодой госпожи Чжан вспыхнул сильный пожар.

По совпадению, сиделка в этот момент ушла на рынок за покупками, и дома никого не оставалось.

Когда пожарные справились с огнем, дочь семейства Чжан оказалась тяжело обожжена, и оба – мать и ребенок – погибли насильственной смертью.

Осмотрев место происшествия, полицейские предварительно квалифицировали случившееся как несчастный случай, поскольку у мужа погибшей и сиделки имелось надежное алиби.

Но старейшина семьи Чжан упорно считал, что это вовсе не случайность, а умышленное убийство.

По этой причине они продолжали оказывать давление на полицейский участок.

Услышав это, Ма Хань тут же встревожился: ─ Ой, так это же требование невыполнимого! Это дело мы расследуем наперегонки с Южным участком.

─ Почему же они не давят на Южный участок, а наседают именно на нас?

Жэнь Инъин покачала головой, в ее глазах промелькнула опасения.

─ Насчет Южного участка… говорят, сегодня они пригласили к себе крупного эксперта.

─ Его зовут Линь Фэн, ты ведь наверняка слышал о нем?

Ма Хань судорожно втянул воздух: ─ Ты говоришь о Линь Фэне, том гениальном выпускнике на год младше нас в полицейской академии, который за полгода раскрыл больше сотни уголовных дел при стопроцентной раскрываемости, известном как король криминалистики?

В уезде имелось всего два полицейских участка: Южный и Северный.

Жэнь Инъин в Северном участке слыла цветочкой полиции, а ее лучшим достижением было раскрытие 30 уголовных дел за полгода.

Она шла впереди всех с огромным отрывом.

И всё же, стоило сравнить ее с Линь Фэном, как между ними обнаруживалась колоссальная разница.

Жэнь Инъин кивнула: ─ Именно он!

Ма Хань, казалось, что-то вспомнил.

─ Я припоминаю, еще в полицейской академии он ведь ухлестывал за сестрой Жэнь, да? После того как ты его раз за разом отшила, он, кажется, затаил на нас обиду и вечно шел наперекор?

─ Тьфу! Вечно ходит с мрачной физиономией, с какой стати я бы на него позарилась?

─ Хочешь стать моим парнем – либо превзойди меня в силе, либо переиграй умом, иначе с чего бы мне тебя выбирать?

─ Сегодня утром этот тупица еще и названивал мне, хвастаясь своими успехами, я бы с радостью снесла ему голову!

Лицо Жэнь Инъин выражало крайний гнев, а манера выражаться была чрезвычайно боевой.

Где есть люди, там есть и цзянху [мир людей], и полицейский участок не был исключением.

Линь Фэн, получив от ворот поворот и потеряв лицо, затаил злобу на Жэнь Инъин и при каждом удобном случае старался подставить ей подножку.

А Северный и Южный участки из-за борьбы за квоты на повышение тоже находились в состоянии войны не на жизнь, а на смерть.

Ма Хань разозлился: ─ Этот тип и впрямь переходит все границы!

─ Но ты, сестра Жэнь, тоже не паникуй: как ни крути, а в деле семьи Чжан всё выглядит как несчастный случай.

─ Даже если прибудет сам король криминалистики, он не найдет никаких зацепок.

Однако Жэнь Инъин помрачнела и опровергла его слова.

─ Нет… Стоило Линь Фэну сегодня подключиться, как в деле сразу наметился прорыв.

─ Дело уже пересмотрели, исключили версию о несчастном случае и переквалифицировали в убийство! Если дать ему еще немного времени, он, боюсь, и вправду его раскроет.

─ Черт с ним, что нас будут высмеивать, я боюсь, как бы весь Северный участок не покрыл себя позором из-за нас! К тому же мой дядя как раз на ключевом этапе повышения до замглавы городского управления… Эх!

Ма Хань перепугался до смерти: ─ Что? У него уже есть подвижки? Так быстро?

Они переглянулись в молчании, не зная, как поступить.

В этот момент взгляд Ма Ханя случайно упал на Су Юня, сидевшего на табурете.

Глядя на его невозмутимый вид, Ма Хань просиял и сам собой превратился в генератора идей.

─ Придумал! Сестра Жэнь, у меня есть безумная мысль!

─ М? – Жэнь Инъин витала в облаках.

─ У них на Южном участке есть свой крутой специалист, но и у нас он имеется!

─ Пошли! Обратимся за помощью к мастеру Су, если он возьмется за осмотр тела, разве нельзя будет с легкостью схватить убийцу?

В глазах Ма Ханя король криминалистики казался лишь простым смертным.

Зато Су Юнь – другое дело, он был настоящим чудотворцем!

Ты еще только ищешь улики, а этот человек уже вызывает жертву из могилы, чтобы она сама указала на виновника.

Раньше вечно говорили, что мертвые не умеют говорить, а теперь… у мертвых и язык распускается.

При мысли о магических способностях Су Юня уголки рта Жэнь Инъин приподнялись.

Сердце забилось чаще, охваченное волнением и предвкушением.

─ То, что ты говоришь, разумно, но мы ведь с ним чужие люди, согласится ли он помочь?

Ма Хань хлопнул в ладоши: ─ Ну, с людьми как: пообщаешься-пообщаешься, глядишь, и родными станете?

─ А если нет – в худшем случае применишь женские чары, да привяжешь его к нашему участку.

─ Разве наши показатели тогда не взлетят до небес?

……

Тем временем Ван ЧАО на диване усердно и подобострастно вился вокруг Су Юня.

─ Братец Юнь, а вы гадать умеете?

─ Умею!

─ Тогда погадайте мне, пожалуйста. Позавчера я ходил на смотрины к одной девушке, мы ведь и впрямь так хорошо подходили друг другу, и даже ночевали вместе.

─ Но почему на следующий день, когда мы проснулись, она стала вести себя так, будто не хочет со мной общаться?

– с надеждой в голосе спросил Ван ЧАО.

Су Юнь задумался и меланхолично изрек: ─ А не могло ли быть так… что собеседование ты прошел, а письменный экзамен завалил?

Ван ЧАО: Письменный… кхе!

─ Братец Юнь, а ваши предки все этим занимались?

─ Верно, традиция нашей семьи насчитывает больше двух тысяч лет.

Су Юнь не стал отрицать.

Ван ЧАО поразился: ─ Больше двух тысяч лет? Значит, у вас там куча народу и потомков полно?

Су Юнь закатил глаза: ─ Какая к черту куча, все погибли, остался я один.

─ Наверное, в детстве я отдал весь свой свет Оскару… то есть Дикаю [русский аналог шутки про Ультрамена / Дику], вот моё будущее и погрузилось во тьму, эх! [игра слов: сияние Ультрамена Дика / «迪迦» ассоциируется со светом]

Ван ЧАО потрогал нос и тяжело вздохнул.

─ На самом деле у меня тоже не осталось родных…

Су Юнь с абсолютно серьезным видом произнес: ─ Как это нет родных? Слушай… может, попробуешь стримы вести? У тебя в трансляции все будут родными! [отсылка к интернет-мему «семья / родные»]

Работа полицейского и ремесло мастеров инь-ян были в чем-то схожи – обе профессии относились к числу повышенного риска.

Разница лишь в том, что одни ведали живыми, а другие – мертвыми.

Его покойный отец был наследником школы Инь-Ян и вместе с выдающимися мастерами отечественных эзотерических сект участвовал в битве за национальную удачу.

Они сражались против секты Кюку и бесчисленных зарубежных еретиков.

В той войне восемь-девять из десяти китайских магов не вернулись домой, и таланты иссякли.

Его отец тоже понес тяжелейший урон, и перед тем, как его душа рассеялась, он оставил завет:

Он должен возродить Дао Инь-Ян и не допустить прерывания преемственности школы.

Причина, по которой он вышел в мир и прибыл в уезд Си провинции Сян, заключалась в том, что эти места в прошлом были колыбелью заклинателей трупов.

Быть может… здесь отыщутся благодатные земли или реликвии предков, способные ускорить прогресс выращивания его трупа и тем самым укрепить его силу.

Когда он выпестует зомби-повелителя засухи [цзянши-тяньхуо], то отправится прямиком в Японию, чтобы искоренить тамошнюю традицию, разрушить их национальную удачу и захватить их учителей.

А затем двинется на Запад, чтобы внести клан вампиров в свое личное меню.

Заодно… завезти на родину парочку иностранных девиц.

Чтобы отечественные одинокие парни избавились от кабалы непомерного выкупа за невесту и открыли глаза на мир!

─ Ого! О чем это вы тут шепчетесь? ─

Подошла Жэнь Инъин.

─ Ой! Брат Юнь мне тут гадает! ─

─ Правда, брат Юнь столько всего умеет: и сокровища оценивать, и духов призывать, и фэншуй толковать… Крутой человек, он мой кумир! ─

Ван Чжао отвесил дежурный комплимент.

Жэнь Инъин опешила и удивленно произнесла: ─ Ты еще и сокровища с фэншуем знаешь? Да сколько у тебя вообще талантов? ─

Талантов?

Услышав это, Су Юнь расплылся в смазанной, почти извращенной улыбке.

─ Кхе! Много чего умею. ─

─ За горами горы, башни до небес, песни, танцы, рэп, баскетбол наперерез. ─

─ Снова ветерок зеленит Цзяннани берег, стаж тренировок – два с половиной года! ─

─ Особенно силен в «Навале железного горы» и «Превращении в труп за семь шагов»! ─

Су Юнь поднялся и прямо на месте продемонстрировал прием «навал железной горы».

Жэнь Инъин хлопнула себя ладонью по лбу, не в силах на это смотреть: ей казалось, что до полного сходства ему не хватает только комбинезона с лямками.

─ У меня есть к тебе одна просьба! ─

─ Выкладывай, послушаю? ─

─ Дело вот в чем… ─

Жэнь Инъин пересказала ему всю историю семьи Чжан.

А заодно поведала о противостоянии северного и южного управлений, а также о Короле уголовного сыска.

Су Юнь в общих чертах всё понял.

Выслушав, он не проявил особого интереса.

─ Вы хотите, чтобы я вмешался? И дела раскрыл, чтобы сбросить напряжение, и соперникам нос утер? ─

─ Прошу прощения, мне неинтересно… Я хочу вернуться и заняться закалкой зомби. ─

Жэнь Инъин встревожилась и принялась уговаривать: ─ Давай просто заведем знакомство! Лишние друзья всегда кстати.

─ Если за спиной будет поддержка в виде полиции, все дела станут спориться, как думаешь? ─

Су Юнь погрузился в раздумья.

Путь инь и ян изначально есть путь непобедимости, а больше полицейских – больше дорог.

Вроде звучит неплохо…

К тому же, завязав знакомство с полицией, можно не только творить что душе угодно, но и через систему охраны правопорядка навести справки о прошлой войне школ сюаньмэнь.

Заметив его колебания, Ма Хань тут же переглянулся с Жэнь Инъин взглядом.

«Сестра! Не видишь, что он как ослик, которого нужно гладить по шерсти?»

«Давай же! Поласкайся, подлижись, подлей масла в огонь!»

Жэнь Инъин скривилась: «Ты предлагаешь мне ласкаться? Я за всю жизнь такой никчемной херней не занималась!»

Ма Хань ответил взглядом: «Сестра! Интересы дела превыше всего, ты же не хочешь, чтобы всё сорвалось?»

Ощущая на себе полные надежды взгляды обоих подчиненных, свирепая полицейская красотка глубоко вздохнула.

И бросила многозначительный взгляд на парочку других подчиненных.

Те вышли из комнаты, оставив наедине лишь девушку-полицейского и Су Юня.

Оставшись вдвоем, Су Юнь испуганно отшатнулся: ─ Погоди, ты что удумала? Решила меня домогаться? ─

Жэнь Инъин переменилась в лице и, внезапно изменив голос на манер капризной девчонки, протянула Су Юню:

─ Братик Су~ ну помоги же нам~ ─

Самое свирепое выражение лица и самые сладкие речи вперемешку.

Э-э…

Су Юня аж перекосило.

Стоит признать, Жэнь Инъин была роскошна: взрывная фигура, медовый голос.

Черты лица точеные, словно высеченные резцом, и когда такая красотка мило капризничает – обычный человек вряд ли выдержит.

Но Су Юнь ведь не обычный человек: стоило ему вспомнить, что даже богини ходят в туалет, как всякая романтика испарялась без следа.

─ Улыбаешься ты ужасно некрасиво, я бы лучше посмотрел, как ты плачешь. Пообещай мне… больше никогда не радоваться. ─

Жэнь Инъин взбесилась: ─ Ах тыж мать твою! ─

Су Юнь остановил ее движением руки: ─ Помочь тебе можно, но ты должна выполнить два моих условия. ─

─ Выкладывай! ─

─ Я хочу забрать тело Жуаньжуань. Я обещал ей превратить ее в зомби, это уговор с покойницей, а если нарушить слово, меня постигнет кара. ─

─ Но… это же против правил! ─

─ Я обязан передать тело ее родственникам для погребения. ─

Жэнь Инъин замялась.

Су Юнь презрительно усмехнулся: ─ При жизни родные растоптали ее до такого состояния, а теперь, когда она умерла, ты хочешь отдать ее им на поругание? ─

─ У тебя вообще осталась хоть капля совести? Ну-ка, дай потрогаю… ─

Собеседница занесла кулак, и Су Юню пришлось убрать руку.

─ Что же до упомянутых тобой правил… ─

─ Разве для таких влиятельных особ, как вы, это вообще проблема? ─

─ У мыши начались месячные – экая великая проблема. ─

─ Я уверен, что ты сможешь это уладить, разве нет? ─

Жэнь Инъин подумала немного и кивнула, соглашаясь.

Участь Чжоу Жуаньжуань вызывала у нее глубокое сочувствие.

Бедная девушка.

─ Разве подобные вещи вообще можно произносить вслух? ─

─ Ладно! Я согласна, а в чем второе условие? ─

─ Хм… С этим еще проще. ─

Су Юнь окинул взглядом ее роскошную фигуру и потрясающие длинные ноги с ног до головы.

И с абсолютно серьезным видом произнес: ─ Хоть я и мастер инь и ян, но с детства боюсь темноты! ─

─ Так что в следующий раз, когда придешь ко мне по делу, не могла бы ты надеть черные чулки? ─

─ Ничего такого, просто хочу испытать свое слабое место… ─

Жэнь Инъин онемела.

Кому вообще придет в голову выдвигать столь бесстыдные требования?

Да как он смеет!

Она отроду не носила никаких черных чулок.

─ Жить надоело?! ─

Голос ее резко взмыл вверх.

Слушая это злобное шипение, Су Юнь закинул ногу на ногу и непринужденно протянул:

─ Ты беседовала с дядюшкой Юнем, дядюшке Юню было приятно, но манера творения речи дядюшке Юню не очень-то по нраву. ─

─ Впрочем, воля твоя! Можешь и не соглашаться. ─

─ Мне ведь и самому не особо хочется ввязываться, толку-то от этого чуть. ─

Идеальный шантаж!

Поделом этой женщине-дракону за то, что чуть что – норовит отвесить ему пинка.

Месть благородного мужа ждет и десять лет, а месть Су Юня длится с утра до вечера.

Жэнь Инъин едва не стерла зубы в порошок, но ей пришлось покориться.

─ Ладно! Если будет в следующий раз – надену! ─

─ Мелкий, злопамятный мужичонка! ─

Следующий раз?

Да чтоб у нее нашелся этот следующий раз!

С чего бы вдруг появляться такому количеству нераскрытых дел?

Разобравшись с этим, они больше никогда не пересекутся, ни за что!

Су Юнь развел руками: ─ Злопамятный я или нет, а нутро у меня тонкое! ─

Жэнь Инъин с мрачным лицом распахнула дверь, показывая, что больше не намерена с ним возиться.

Будь ее воля, она бы с удовольствием отлупила Су Юня.

Хотя… он всё равно раздражал ее сильнее, чем тот Линь Фэн!

Увидев выходящую Жэнь Инъин, Ван Чжао и Ма Хань тут же бросились навстречу.

─ Сестра Жэнь, уладили? ─

─ Хм! ─

Фыркнув, Жэнь Инъин уселась в полицейскую машину.

Ма Хань с любопытством уставился на Су Юня: ─ Брат Юнь, о чем это наш капитан с вами толковал? ─

Су Юнь небрежно отмахнулся: ─ Ой, да ни о чем особенном, просто пообещала надеть черные чулки и показаться мне… ─

─ Чего?! Черные чулки?! (срыв голоса)! ─

Оба уставились на него во все глаза, полные дичайшего неверия.

Шок оказался сильнее, чем если бы рухнуло небо.

Неужели их решительная и лихая богиня ради того, чтобы заполучить Су Юня, согласилась нарядиться в черные чулки?

О господи!

Неужто и у нашей старшей сестрицы настал час сломить гордость?

Неужели нашелся тот, кто сумел укротить этого дракона?

─ Где тело? Едем или нет, а то рассветет – и хлопот не оберешься. ─

─ Ой-ой! Прошу в машину, следуйте за нами! ─

Ван Чжао с Ма Ханем отбросили изумление и быстро забрались в салон.

Вся процессия двинулась в сторону морга при уездной больнице.

Ма Хай ведет машину.

Красавица-полицейская Жэнь Инъин сидит на переднем пассажирском, а Су Юнь – как раз позади нее.

Отражаясь в стекле окна, он все еще видит суровое и серьезное лицо Жэнь Инъин.

Сидя сзади, он чувствует, как из окна тянет прохладным ветерком.

Су Юнь уловил от Жэнь Инъин легкий, ненавязчивый аромат.

Очень приятный, очень комфортный, очень знакомый.

─ Офицер, какими это вы духами пользуетесь, так вкусно пахнет! Эй!

─ «Люшэнь»! – холодно бросила Жэнь Инъин, скрестив руки на груди.

─ Лю… э… – Су Юнь на миг опешил: какая женщина станет пользоваться «Люшэнем» вместо духов?

─ И правда красавица-полицейская, даже духи у нее такие непохожие на остальные.

Ма Хай вовремя вставил слово.

─ Брат Юнь, я слышал, завтра старик Чжан и городское руководство лично спустятся сюда, чтобы посмотреть, как король криминалистики раскрывает это глухае дело.

─ Удастся ли нашему отделу сохранить финансирование, квоту на повышение и сами должности – все зависит только от тебя!

Ван Чао подхватил: ─ Точно! Молодцом! Отрезвейте все! Давайте только не ударим в грязь лицом!

Су Юнь неожиданно бросил вопрос: ─ Насколько я помню, за раскрытие глухих дел положены деньги?

Ма Хай закивал: ─ Есть! Есть! Отдел выделил сто тысяч наградных, плюс Чжаны дали еще триста тысяч.

Перед этим толстым кошельком он не смел утаивать ничего.

Су Юнь кивнул: ─ Ну ладно, после раскрытия дела не забудьте отдать мне мою долю!

─ Не волнуйся, меньше не будет! – Ма Хай похлопал себя по груди.

Жэнь Инъин не удержалась и поморщилась: ─ Что ни слово у тебя – так сразу деньги?ан

Су Юнь скривил губы: ─ Крепким вином не растопить мирскую тоску, лишь звонкая монета развеет тысячу печалей.

─ Тебе ли, белой богачке, понять тяготы нас, людей из низов? Я до смерти наголодался, поэтому люблю деньги.

─ Что хорошего в богачах? Я вот люблю тратить собственную зарплату! – с показной гордостью заявила Жэнь Инъин.

Су Юнь вздохнул, бесконечно печальный.

─ Ты не понимаешь… Богачи могут запросто завладеть молодостью многих девушек.

─ А мы, бедняки… трудимся в поте лица всю жизнь и вовсе не обязательно заполучим хоть одну девушку, которая когда-то принадлежала им! – Эти слова прозвучали словно острый меч, глубоко вонзившийся в сердца Ван Чао и Ма Хая.

Оба молодца задрожали всем телом, а их зрачки словно потеряли фокус.

Вот это удар в самое сердце!

Жэнь Инъин тоже долго молчала: ей, белой лебедице, не понять бедняков, но ей все равно было любопытно.

─ А когда ты бедствовал, совершал какие-нибудь жалкие поступки?

─ Конечно… из-за нищеты я не мог позволить себе жену, поэтому оставалось только зариться на жен соседей слева и справа, – с абсолютно невозмутимым видом изрек Су Юнь.

Ван Чао и Ма Хай подняли большие пальцы: поистине мастер!

Высоко!

У Жэнь Инъин на лбу запульсировала жилка: ─ Это по-твоему жалко? Да это подло!

─ Тебе еще и чужие жены нравятся? Не боишься, что побьют?

С чего это матушка связалась с этим типом в напарники расследовать дело?

Су Юнь держался уверенно: ─ Он любит свою жену, и я люблю его жену, так что мы с ним напарники, с какой стати ему меня бить?

Выслушав это, Ван Чао и Ма Хай зауважали Су Юня до глубины души.

Мастер!

Понимание просто потрясающее!

Жэнь Инъин окончательно вышла из себя. Вечно серьезная, она больше не хотела разговаривать с Су Юнем.

─ Сколько еще ехать?!

Едва слова затихли, машина въехала в больничный подвал.

─ Приехали, я пойду попрошу сотрудников открыть дверь.

Ма Хай вышел и вскоре вернулся с двумя людьми в белых халатах.

Обе стороны привычно поздоровались.

Вся компания спустилась в морг.

Глядя на дюжину мертвецких тел в мешках для трупов, троица, доселе ничуть не ведавшая страха,

теперь тряслась от ужаса, боясь, что эти мертвецы вдруг поднимутся и бросят им:

─ Добро пожа–ловать!

В три шага преодолев расстояние, они вошли в холодильную камеру.

Подул порыв холодного ветра, температура резко упала.

Они жались ближе к Су Юню в поисках хоть капли чувства безопасности.

Старшая дочь семьи Чжан лежала в отдельной изолированной ячейке в хрустальном гробу.

Это заставило Су Юня в очередной раз восхититься тем, как здорово быть богатым: после смерти получаешь отдельную комнату.

Откинув белую простыню, взору явился женский труп с тяжелыми ожогами.

─ Брат Юнь, смотри… есть какие-нибудь зацепки?

При виде этой женщины зрачки Су Юня сузились.

─ Две жизни за одну, обида не рассеялась, насильственная смерть!

─ Если не унять ее злобу, боюсь, в дальнейшем будут проблемы.

Жэнь Инъин, то ли от холода, то ли от страха, слегка дрожа, спросила: ─ Ка… какие проблемы?

Су Юнь искоса глянул на нее: ─ Обычные люди после смерти становятся бродячими душами, а те, кто умирает в обиде, с несправедливостью и злобой, зовутся злыми духами-гуаша.

─ Больница же сама по себе – место великого Инь, где души всех погибших от несчастных случаев и болезней бродят вокруг.

─ Поэтому в больницах то и дело происходят паранормальные явления, особенно в операционных и родильных отделениях.

─ Злой дух в таком месте растет, впитывая все виды обид, и превращается в лютого демона – демоническую мать-гуаша!

─ И что, по-твоему, делает лютый демон?

С этими словами Су Юнь внезапно состроил страшную рожу и подался прямо к лицу Жэнь Инъин.

─ Оу-у! Конечно же, приходит по твою душу!

Жэнь Инъин от его внезапно взлетевшего голоса испугалась и с визгом отпрыгнула назад.

─ А-а!!

─ Твоя мать Си Ванму во время месячных, с катушек съехала что ли?!

─ Чего орешь!

Су Юнь оскалил зубы: пробить защиту холодной и гордой капитанши доставило ему немало удовольствия.

Глядя на ее короткую юбку и обнаженные бедра, он смахнул собственную куртку.

─ На! Обвяжи ноги, а то заработаешь ревматизм, нервы отомрут.

Жэнь Инъин приняла ее и с недовольным видом отвернулась.

─ Хм! Бесишь!

Лицо Су Юня вновь сделалось суровым.

Зажав в левой руке желтый талисман, правой он прокусил палец, выдавил капля крови и поставил точку на лбу женского трупа.

─ Это зачем? – Ван Чао и Ма Хай ничего не поняли.

Су Юнь повернулся и улыбнулся.

Улыбка теплая, от которой людям на душе становилось светло, как от весеннего ветерка.

─ Усмиряю злую энергию! У меня нет с собой инструментов и магических артефактов.

─ Эта кровь с кончика пальца чиста и янска, это самое легкое в добыче простому человеку средство для усмирения нечисти и отпугивания зла. С бродячими душами справиться сойдет, да и на еще не окрепшего злого духа подействует сдерживающим образом.

─ Конечно, есть еще детская моча, но разве среди нас найдется чистый мальчик?

Оба полицейских отчаянно затрясли головами.

В этот момент двое людей в белых халатах тоже разглядели суть дела.

И не удержались от подколок.

─ Капитан Жэнь, вы что, собрались тут обряд проводить? С каких это пор наш отдел в такое верит?ан

Один из двух был заместителем главврача, а другой – заведующим.

Дело дочери семьи Чжан было крайне важно, и они вдвоем отвечали за сохранность тела, чтобы его никто не украл.

Жэнь Инъин представила их друг другу.

─ Это доктор Чжао, а это доктор Ли.

─ А это мастер Су, мы собираемся призвать дух покойной, чтобы попытаться выяснить хоть что-то.

Услышав это, два медика переглянулись.

С презрения!

Не удержавшись от смешка, они произнесли: ─ Капитан Жэнь, я понимаю, что вы спешите из-за буксующего расследования, но вы бы не горячились.

─ Это же хвататься за соломинку в безнадежном положении! Мы в морг приходили не сто, так девяносто девять раз.

─ Откуда тут взяться духам и прочей нечисти, в нашей больнице нет никакой мистики, не позволяйте себя надуть.

Оба намекали на то, что Су Юнь – обычный уличный шарлатан.

─ Точно-точно, за эти годы мы уморили… то есть вырвали из лап Янь-вана черт знает сколько народу.

─ Если и правда есть духи, пусть эти трупы встанут и попляшут! Я заодно сниму видео и выложу в Доуинь!

─ Запечатлеем прекрасную жизнь!

Су Юнь приподнял бровь и удивленно обернулся: ─ Вы и впрямь хотите посмотреть, как мертвецы в морге танцуют маньчжурскую площадную кадриль?

─ Никогда еще не слышал столь безумного пожелания, раз так, я уважу вашу просьбу.

С этими словами он сложил пальцы в заклинание!

Услышав слова Су Юня, лица Жэнь Инъин и остальных троих резко переменились.

Они поспешно бросились вперед, пытаясь удержать Су Юня.

─ Мастер! Браток!

─ Будь благоразумен, если ты так начнешь чудить, мы все лишимся фуражек!

Но было поздно.

Раньше Су Юню требовалось совершать обряды, но теперь он применял заклинания мгновенно…

Раз уж поднимать тела без призыва душ, так это куда проще.

Стоило Су Юню чуть капризно изогнуть указательный палец…

Как за пределами холодильника раздался резкий звук.

Оба доктора с озадаченными лицами вышли из камеры и увидели картину, которую не забудут до конца своих дней.

С десяток тел, что только что спокойно лежали на каталках, вдруг резко сели.

И в один прыжок спрыгнули на пол!

В этот момент позади них Су Юнь включил на телефоне диджейский трек.

─ Как ни старайся взлететь, не вылететь за края пестрого мира.

─ Оказывается, я всего лишь пьяная бабочка… – Мало того, он еще и хлопал в ладоши под музыку, пустившись в пляс.

─ Площадную кадриль Су кое-какую знает.

─ Когда-то младшекурсницы звали меня принцем площадных танцев.

Су Юнь вошел в раж, вновь ощутив то чувство, когда вел за собой первокурсниц.

Врачи онемели от изумления и механически повернули головы.

И увидели, что те дюжина тел двигались в абсолютно едином ритме, точь-в-точь повторяя движения Су Юня!

Один ведет танец, целая толпа танцует.

От привычного площадного танца в их исполнении веяло жутчайшим, предельным ужасом.

В эту жизнь они больше не хотели бы слышать эту мелодию и смотреть на площадные танцы.

Не спрашивайте почему – завязали!

Оба врача остекленели, зрачки расфокусировались, в головах зазвучал гул.

Им показалось, будто все вокруг поплыло.

Небо рухнуло…

─ Я же говорил… от частых ночных смен начнутся галлюцинации…

─ Эх… – в глазах потемнело, воздух застрял в груди, и они, покачиваясь, рухнули на пол.

Стоявшие позади Жэнь Инъин, Ван Чао и Ма Хай тоже задрожали всем телом.

Зрительное восприятие подверглось сильнейшему удару.

Все трое синхронно протянули руки и хлопнули себя по лбам.

─ Готово… ну какого черта вы к нему полезли, а?

─ Ексель-моксель! Танцевать площадную кадриль в морге – обязательно было так выпендриваться?

─ Я проработал в полиции всю жизнь, но такого безумного дела еще не вел.

─ И что теперь делать, они часом не до смерти испугались?

─ Психическая травма им точно обеспечена, может… вызвать скорую? И заодно записать их к психиатру?

……

Глядя на царящий перед ними кавардак.

Жэнь Инъин испытывала не только испуг, но и до предела обиженный взгляд.

Это потрясало куда сильнее, чем оживший труп Чжоу Жуаньжуань.

К счастью, они заранее морально подготовились и «прокачали сопротивление магии», так что до обморока от страха дело не дошло.

Видя, что Су Юнь продолжает пританцовывать, она не удержалась и пинула его.

─ С тебя хватит!

─ Чего? Ты тоже хочешь станцевать? Или мне подобрать тебе партнера по танцу прямо там?

Су Юнь удивленно оглянулся.

─ Н-н… нет, ладно, хватит учителю творить чудеса!

─ Нельзя ли проявить уважение к покойнице?

Эта женщина-тиран Жэнь Инъин была близка к слезам.

За всё время своей службы она еще никогда не вела себя так униженно.

Су Юнь убрал чары и велел трупу самому забраться на койку и застегнуть мешок для тел.

─ Мертвецы намного послушнее живых, они-то уж точно не станут сомневаться во мне!

─ Но почему эти двое с настолько никудышной психикой умудрились стать заведующими?

Взгляд Жэнь Инъин был сложным.

При такой-то картине какой нормальный человек не потеряет сознание?

Су Юнь в ответ достал белый талисман.

И снова применил заклинание, бросив его на женский труп.

Желтые талисманы изгоняют и убивают призраков, а белые служат для призыва душ и призраков, чтобы вести с ними разговор.

Вскоре поднялся мертвенный ветер.

Он заставил белые простыни в морге затрепетать и зашуршать.

Производимый эффект был куда масштабнее призыва Чжоу Жуаньжуань и тех дюжины немощных стариков и больных.

Трое напряглись и невольно придвинулись ближе к Су Юню.

В тот же миг женский труп резко сел.

Волосы зашевелились без ветра и разлетелись в разные стороны.

Белая погребальная одежда тоже зашуршала.

Оскалив зубы и раскинув когти, издавая хриплый рев, она бросилась на Жэнь Инъин – женщину с наименьшим количеством энергии ян.

─ Верни жизнь мне и моему ребенку!

Жэнь Инъин смертельно испугалась, попятилась, шатаясь, а ее прелестное лицо совершенно лишилось краски.

Хлоп!

Су Юнь шагнул вперед, протянул руку и обнял полицейскую за талию, чтобы она не ударилась о холодильник.

Другой же рукой, охваченной синим пламенем, он отвесил жен-призраку пощечину.

─ Я вызвал тебя, чтобы восстановить справедливость и раскрыть дело, а ты на кой ляд вопишь?!

Голову трупа свернуло на 360 градусов, злая аура рассеялась.

Весь человек, – о нет, весь призрачный силуэт – мгновенно замер.

Ошеломленная этой пощечиной, она повернула голову обратно, словно кусок резины, и посмотрела на него полным обиды взглядом.

Разве ты не знаешь, какое колоссальное душевное потрясение для женщины-призрака несет в себе хорошая оплеуха?

Жэнь Инъин и двое остальных тоже остолбенели, вытаращив глаза.

─ С-синее… синее пламя?

─ Да еще и со спецэффектами?

─ О, это называется «Ладонь пламени».

─ Если не можешь вразумить – тогда кремируй!

Су Юнь оскалил зубы и повернулся к женскому трупу.

─ Ладно, раз уж ты умерла, нечего тебе шастать по миру живых и творить пакости.

─ Выложи свою обиду, а эти господа – полицейские, мы поможем тебе прикончить убийцу.

Ван Чао и Ма Хань торопливо включили видеорегистраторы.

Избавившись от злой ауры, женский призрак обрел ясность в глазах.

И тут же поведала о причине своей смерти.

─ Это Сунь Цзы! В тот день я собиралась пойти на торговую конференцию, чтобы обсудить инвестиции в размере двух сотен миллионов.

─ Но после того как я забеременела, я сильно уставала, так что отправила вместо себя мужа-примака, а сама осталась дома беременеть и спать. Чтобы я была спокойна, он специально нанял для меня элитную няню.

─ Мы с ним были душой к душе, я вытащила его из нищеты в богатство, а он стал играть со мной в игры за спиной: эта няня оказалась его первой любовью, его белой луной.

─ Тогда я шла против воли родных и угрожала смертью, лишь бы позволить ему войти в ворота семьи Чжан, и во всем лучшем в первую очередь заботилась о нем.

─ Большая часть денег, что я давала ему все эти годы, уходила на содержание этой женщины, и они даже родили сына!

─ Видя, что мне рожать через несколько месяцев, он замышлял злодейство и вместе с этой блудницей сговорился убить меня!

─ Когда я заснула, эта стерва загерметизировала двери и окна и выкрутила подачу природного газа на максимум.

─ А еще включила таймеры на рисоварке и духовке, положив внутрь спички, после чего притворилась, что идет на рынок за овощами, а на самом деле спряталась, чтобы переждать этот пожар.

─ Как только на таймере духовки вышло время, она зажгла спички внутри, а спички в свою очередь взорвали природный газ и сожгли нас с ребенком заживо в комнате.

─ Но они не знали, что после смерти моя душа повсюду следовала за ними, и я собственными ушами слышала, как они обсуждали этот план.

─ Они тратят мои деньги, живут в моем доме, всё купленное для моего ребенка отдали своему сыну, а вдобавок еще и обзывали меня дурой! Я так зла, так зла!

В глазах женщины-призрака плескалась густая ненависть, она ревела, словно теряя рассудок.

Выслушав ее рассказ, все трое прониклись глубочайшим потрясением и гневом.

Может ли человек дойти до столь мерзкой степени злобы?

─ Этот внучок! Настоящая скотина!─ Чертова тварь!

Ван Чао и Ма Хань разразились яростной руганью.

Взгляд Жэнь Инъин был острым и полным杀ки.

─ Не переживай, мы непременно разберемся с этим делом как следует.

─ Твой отец подозревал, что это не несчастный случай, и все поручал нам вести расследование.

─ Завтра… в город приедут руководители, и тогда… мы восстановим справедливость!

Однако женский призрак явно не удовлетворился таким исходом.

Злобная энергия вновь поднялась.

─ Мне этого не нужно! Разве вы можете его убить?

Су Юнь прижал ладонь к воздуху: ─ Ну, справедливость для живых предназначена твоему отцу и твоим близким.

─ А справедливость для мертвых… беру на себя я!

С этими словами он достал из-за пазухи маленькую тыковку.

─ Лезь внутрь, я потом все устрою.

Женский призрак кивнул, и ее душа превратилась в сизый дымок, ввинтившись в тыкву.

Труп рухнул обратно и снова улегся в ледяной гроб.

─ Жизнь доказывает, что любовь к человеку утаить невозможно, а вот любовь к двоим обязательно придется прятать!

Су Юнь вздохнул, многое осознав.

Он вдруг подумал, что слова учительницы из детства: «Треугольник обладает стабильностью» – на редкость глубоки!

Смотрите: раньше они втроем жили душа в душу и всё было мирно.

Стоило одному умереть, как тайное стало явным.

Глядя на ее труп, Жэнь Инъин испытывала сложные чувства и долго молчала.

Су Юнь посильнее сжал ее талию: ─ Вот почему… человеческие сердца слишком сложны, я предпочитаю иметь дело с мертвецами.

Жэнь Инъин кивнула: ─ То, что ты сказал… м?»

Внезапно сообразив, она ощутила горячее дыхание, бьющее в лицо, и ту самую большую руку на своей талии.

Опустив взгляд, она увидела это, и шкала ее ярости заполнилась до предела, моментально разогрев ее докрасна.

Ее лицо в мгновение ока переменилось!

─ Тебе удобно?

─ Удобно!

─ У меня тонкая талия?

─ Тонкая!

─ Захват… залома… руки!

─ Ой-ой-ой… недоразумение, это всё недоразумение!

В ледяном склепе разнесся вопль Су Юня, точь-в-точь похожий на визг пса, которому наступили на лапу.

Покинув морг, компания вернулась в полицейский участок, когда уже совсем рассвело.

Очень скоро руководители городского уровня, старик Чжан, а также люди из Южного управления собирались приехать для расследования дела.

Имея на руках видеозаписи, они вполне могли сорвать покровы с правды и арестовать истинного убийцу.

Однако Жэнь Инъин и двое остальных вовсе не радовались, наоборот, их настроение было тяжелым.

─ Теперь я могу понять боль и тревогу старика Чжана: единственная дочь… и состояние в десятки миллиардов, которое собирается захватить чужак.

─ К тому же он убийца ее дочери! Эх!

─ Думаю, у него наверняка есть подозреваемый на примете, просто нет доказательств.

Су Юнь отнесся к этому весьма просто: ─ Жизнь человека гаснет, как светильник, сколь бы ни было денег, ее дочь с собой их не унесет, так что цените каждый прожитый в живых день.

Жэнь Инъин внезапно посмотрела на остальных: ─ Не могу представить, что почувствовал бы мой отец, глядя на мой труп, если бы я однажды умерла.

─ Что бы вы хотели, чтобы ваши родные сказали, глядя на ваши трупы?

Ма Хань вздохнул: ─ Сказали бы: «Папа… я так сильно по тебе скучаю».

Ван Чао снял фуражку и произнес: ─ Папа… я унаследовал твой личный номер!»

Взгляд Жэнь Инъин переместился на Су Юня: ─ А ты?

Су Юнь остолбенел: ─ Я? Я хочу, чтобы они сказали глядя на мой труп…

─ Охренеть! Он шевельнулся, шевельнулся!

─ «……»

Трое синхронно откинулись назад в тактическом жесте и дружно показали ему средние пальцы.

─ Вали отсюда!

……