После расставания я превратил бывшую в зомби!
Yin Shuai Bei Fa Po Chan

Су Юнь — последний наследник школы Инь-Ян, чьи корни уходят вглубь веков, ещё до империи Цинь.

Когда-то знакомые сосватали ему девушку, но роман не сложился, и они разошлись. Однако Су Юнь не оставил мыслей о бывшей — он задумал обратить её в зомби-цзянши.

Всё шло по плану, но на седьмой день, когда превращение почти завершилось, в дом ворвалась сногсшибательная сотрудница полиции и взяла его под стражу как опасного убийцу.

Су Юнь оправдывался: «Вы всё не так поняли! Моя бывшая — красивая стюардесса с белоснежной кожей и длинными ногами. Зачем мне её убивать? Она сама, перед тем как покончить с собой, попросила сделать из неё цзянши!»

Но девушка-детектив верила только фактам и науке.

Тогда Су Юнь предложил: «Давайте позовём свидетельницу, она всё объяснит».

— «Какую ещё свидетельницу?»
— «Мою бывшую…»

Он взмахнул рукой — по комнате пронёсся замогильный холод, и труп девушки открыл глаза и зашевелился.

Су Юнь: «Теперь видите? Я никого не убивал!»

Полицейские онемели и уставились на табличку на стене: «Научный подход к расследованию». Долго думали. И отпустили Су Юня без единого обвинения!

А через несколько дней красавица-детектив сама явилась к нему на порог:

— «Господин Су, у нас серьёзное дело, без вас не справиться!»

Су Юнь: «А у меня есть выбор?»

Вскоре в больничном морге мертвецы устроили настоящую дискотеку, и врачи падали в обморок один за другим.

Благодаря Су Юню одно запутанное дело раскрывалось за другим, и начальство полиции только ахало:

— «Господин Су — настоящее сокровище для нашего участка!»

Су Юнь: «А для меня вы — сплошная головная боль!»

Годы спустя, когда заморские секты распоясались, а даосские школы едва держались, Су Юнь вывел свою бывшую девушку на уровень великой засушливой демоницы Ханьба и смел все зловещие культы…

Боги, вы только гляньте, что он учудил!

Он даже вампиров добавил в свой рацион!..

====================

Я ведь зомби поднимаю, за что вы меня схватили?

─ Имя!

─ Су Юнь…

─ Кто такой?

─ Я чаншанец!

─ Чего? Ты еще и людей часто режешь?

─ Я столько лет работаю полицейским, но еще не встречал таких наглых!

Полицейский участок.

Су Юнь сидит в мрачной комнате на допросе, а на запястьях у него красуются прочные серебряные браслеты.

Два составляющих протокол конвоира охвачены шоком и яростью.

Этот убийца ведет себя слишком дерзко!

─ Чанша! Это же Чанша, столица провинции! ─ пояснил Су Юнь.

В этот момент с мрачным лицом вошла Жэнь Инъин, занимающая должность капитана.

─ Судмедэкспертиза подтвердила, что та женщина мертва уже много дней!

─ Эмоциональное состояние покойной на данный момент относительно стабильно.

─ Выкладывай, зачем ты ее убил?

Су Юнь горько улыбнулся: ─ Да я ее не убивал! Вы не тех поймали!

Капитан Жэнь сурово изогнула брови и прикрикнула: ─ Поличное налицо, труп лежит в соседнем морге, а ты еще смеешь изворачиваться?

Су Юнь занервничал: ─ Чушь! Сразу внесу ясность: она покончила с собой!

Он никак не ожидал, что помощь бывшей девушке с исполнением ее посмертного желания приведет его прямо в полицейский участок.

Услышав это, капитан Жэнь холодно усмехнулась, а в ее глазах запылал бесконечный гнев.

С хлопком она швырнула на стол заключение судмедэксперта.

─ Наглец!

─ Эксперт установил, что при жизни у погибшей был половой контакт, и все ее тело испачкано остатками твоей молодости.

─ Я повидала немало таких бесчеловечных подонков, которые сначала насилуют, а потом убивают!

─ Если у тебя есть потребности, мог бы пойти в бордель, зачем лишать человека жизни?

Труп выглядел очень красивым и перед смертью занимался сексом.

Применив логическое рассуждение, капитан Жэнь на основе опыта восстановила всю последовательность событий.

Су Юнь вздохнул:

─ Она моя бывшая девушка, так что то, что между нами кое-что произошло, вполне логично, верно?

─ А? Бывшая девушка? ─ двое конвоиров замерли и поспешно спросили: ─ Раз вы состояли в романтических отношениях, как ее звали?

Э-э, это…

Су Юнь онемел.

Он ведь и впрямь не спросил!

Он, ее однодневный парень, оказался чуточку безответственным.

Может, позвать ее душу наверх и переспросить?

Глядя на свое нынешнее положение, он застыл с совершенно растерянным видом.

В тот день Су Юнь, унаследовавший семейное ремесло, стал продолжателем традиций школы Инь-Ян.

Его ветвь вела свое происхождение из далекой эпохи Цинь.

Он как раз закончил проводить обряд и проводил в последний путь одного из стариков в деревне.

Третья тетушка, заметив, что ему уже около двадцати с небольшим, с энтузиазмом взялась сосватать ему невесту.

─ Сяо Юнь, хочешь жену? ─ говорила она.

─ Стоит тебе только открыть рот, и я тебе ее приведу.

─ Стюардесса… Белокожая, красивая, с длинными ногами, уровня университетской красавицы, девушка очень тихая и заботливая.

Су Юнь подумал: разве бывают такие хорошие предложения?

─ Так веди ее сюда! ─ ответил он.

В их ремесле с древних времен действуют пять бедствий и три нехватки, так что найти жену невероятно трудно.

Он тут же отдал тысячу юаней в качестве свадебных комиссионных и попросил третью тетушку скинуть ему ее WeChat.

Вернувшись домой полным предвкушения, он кликнул на профиль…

22 года, рост метр шестьдесят восемь, вес пятьдесят с половиной килограммов.

Летает по всей стране…

Хм, и правда стюардесса.

Этой сватовской сделкой Су Юнь остался очень доволен.

Он написал в сообщении для добавления в друзья: «Знакомы через общих людей».

На следующий день девушка прилетела, как и договаривались.

Она действительно оказалась невероятно красивой девушкой, точь-в-точь как на фото и видео.

Вот только делать она умела всё что угодно, кроме работы.

Он-то думал, что любить человека надо душой, но оказалось, что она предпочитала выкладываться физически.

Любовь поднимается вместе с ударами часов, а когда часы останавливаются, чувства остаются неразрешенными.

После бурной ночи девушке позвонили из дома.

Отец-игрок, тяжело больная мать и младший брат-школьник – все требовали у нее денег.

Она переслала обратно всю только что заработанную тяжелым трудом сумму.

Долго-долго плакала, и Су Юнь утешал ее очень долго.

Он до сих пор помнил слова, сказанные ею после того, как она успокоилась, – слова, которые еще долго не давали Су Юню покоя.

─ Братец Юнь, ты хороший человек, ─ говорила она.

─ Раньше все остальные парни говорили мне лишь «давай сменим позу», и только ты меня утешал да еще и попросил продлить время на два сеанса…

─ Братец Юнь, я хочу вечно оставаться молодой. Когда я уйду, преврати меня в зомби, я хочу навсегда запечатлеть себя в самом прекрасном виде.

Глядя в ее тусклые, лишенные блеска глаза, Су Юнь словно что-то понял и сочувственно кивнул.

─ Хорошо! ─ сказал он.

А после этого они оказались по разные стороны черты между мирами живых и мертвых.

Когда он уже почти закончил создавать зомби, дверь грубо выломали.

Толпа полицейских скрутила его и притащила сюда…

…

─ Чего завис? Имя назвать не можешь?

─ Сочини! Продолжай сочинять для моей матушки!

Капитан Жэнь сверлила его грозным взглядом, а ее кулаки издавали хруст.

Су Юнь вздохнул: ─ Хотя я не знаю ее имени, нас познакомили через общих знакомых.

И он во всех подробностях поведал им историю их знакомства.

Выслушав его, оба конвоира вытаращили глаза.

─ Чего? Ты не просто убил человека, ты еще и чертовски за деньги с ней сошелся? ─ возмутились они.

─ Преступление отягощается!

Взгляд Жэнь Инъин стал еще более отвращенным.

Су Юнь с чистой совестью пояснил: ─ Что за глупости вы говорите? Мы влюбились друг в друга с первого взгляда и в тот же вечер определились со статусом парня и девушки.

─ Но вы же сами знаете, чувства зарождаются лишь со временем, разве можно судить о священной любви по общению длиной в один день?

─ Поэтому после того, как мы всё закончили, мы расстались. Она сказала, что я хороший человек и ей жаль со мной расставаться, а мне стало неловко, и я дал ей две тысячи юаней в качестве компенсации при расставании.

─ Разве в этом есть что-то не так?

─ Играющий в азартные игры отец, тяжело больная мама, учащийся младший брат и разбитая она.

─ Если не я ей помогу, то кто?

─ Я лишь могу вздохнуть… Любовь без материальной базы превращается в песок, а любовь с материальной базой приводит к аресту полицией.

Оба полицейских остолбенели и были поражены до глубины души.

Они впервые видели человека, который умеет так изящно и возвышенно говорить о проституции.

Жэнь Инъин от злости задыхалась, ее пышная грудь вздымалась от бурного дыхания.

─ Ладно, убийство и продажную любовь пока опустим, а что насчет надругательства над трупом?

─ Если бы мы заявились чуть позже, неизвестно, что бы ты сотворил с телом!

Она никак не ожидала, что стоящий перед ней Су Юнь не просто убийца и клиент падших женщин, но еще и… некрофил?

Такого извращенца нельзя терпеть ни в коем случае!

Су Юнь чистосердечно признался: ─ Раз уж дошло до такого, скрывать больше не буду. На самом деле я мастер фэн-шуй и гаданий.

─ Это она сама попросила меня перед самоубийством: велела после ее смерти превратить ее в зомби.

─ Всё ради того, чтобы навечно сохранить молодость и оставить в этом мире след своего пребывания.

─ Мастер фэн-шуй? Зомби? Навечно сохранить молодость?

Двое составлявших протокол конвоиров переглянулись и вдруг не удержались.

Пф… ха-ха-ха!

Су Юнь недовольно посмотрел на них.

─ Чего вы смеетесь? ─ спросил он.

─ Простите… я вспомнил кое-что веселое, у меня жена ребенка рожать будет.

─ А ты?

─ У меня жена тоже будет рожать… Продолжай, мы прошли профессиональную подготовку и в обычных обстоятельствах не смеемся.

Они отмахнулись, а их лица покраснели от сдерживаемого смеха.

Брови Жэнь Инъин сошлись на переносице.

Она слышала бесчисленные варианты оправданий от подозреваемых, но столь нелепый – впервые!

Даже в романах такое побоялись бы написать.

Обладающая вспыльчивым нравом девушка тут же не выдержала и указала на висевшую позади дощечку с надписью:

─ Ты видишь, что здесь написано?

─ Научное ведение дел! Какое нынче время на дворе, понимаешь ли ты вообще, что надо верить в науку?

─ Смеешь пускать в ход всякую чушь и устраивать балаган?

─ Раз разговоры по душам не помогают, перейдем к физическому воздействию!

Су Юнь поспешно крикнул: ─ Стойте! Разве вы не хотите узнать правду?

Жэнь Инъин остановила кулак и уставилась на него свирепым взглядом.

─ Ты во всем сознаешься?

─ Нет, я имею в виду, что вы все равно мне не поверите, как бы я ни объяснял.

─ Я собираюсь призвать душу участницы событий, чтобы она сама во всем разобралась.

----------

Может, мне позвать её душу, сама у неё спросишь?

Услышав это, Жэнь Инъин холодно усмехнулась.

Она отвесила удар ногой сверху вниз, который тяжелó пришлся Су Юню по плечу.

Огромная сила прямо-таки вжала его в стол, заставив споткнуться и клюнуть носом.

─ Вы тут беспределом занимаетесь!

Он гневно поднял голову, собираясь побороться и как следует отчитать противницу.

Но вдруг, словно попав под заклинание паралича, замер на месте, и у него пошла носом кровь.

─ Капитан Жэнь, он… он, похоже, от твоего удара получил внутреннее повреждение?

─ Неправильно! Это ты, капитан Жэнь, засветила лишнее!

Проследив за взглядом, можно было заметить, что Жэнь Инъин в короткой юбке заняла такую позу, которая как раз открывала прямой обзор на лицо Су Юня.

Немудрено, что пошла носом кровь!

Оба полицейских испытывали одновременно зависть и досаду.

Жэнь Инъин ведь была первой красавицей их участка, чистой и непорочной, у нее даже парня никогда не было.

Сегодня она тоже среди выходного дня отправилась по магазинам, как вдруг её срочно вызвали обратно, и она не успела переодеться в форменную юбку.

Эта настоящая богатая наследница, у которой происхождение, внешность и боевые навыки были на высоте, привлекала бесчисленное множество поклонников, желавших хоть краем глаза прикоснуться к ее красоте.

А теперь вот Су Юнь, этот убийца…

─ Айя! Капитан Жэнь, сестра Жэнь! Он же подозреваемый, с чего это вы его поощряете?!

Жэнь Инъин торопливо убрала ногу, не в силах сдержать легкий румянец на миловидном личике.

То была злость, перешедшая в ярость от стыда!

─ Ты куда смотришь?

─ Эм, ничего не видел.

Су Юнь вытер кровь из носа и поспешно изменил слова.

С женщиной в споре не победить, у них же два языка на двоих.

Оба полицейских чуть не плакали от зависти.

─ Убью суку! [прим. переводчика: эмоциональное выражение высшей степени гнева]

─ Прекрати! Дашь ты мне доказать свою невиновность или нет?

─ прикрикнул Су Юнь.

Характер этой сычуаньской фурии был слишком крут, да и ноги у неё действительно оказались белыми.

Он не знал, вся ли Жэнь Инъин была такой белой, но, судя по его догадкам, по крайней мере на 87 процентов.

Видя, что он всё еще мелет чепуху, Жэнь Инъин глубоко вздохнула, повернулась и холодно крикнула на камеру видеонаблюдения в углу допросной.

─ Выключи! И вы оба свои видеорегистраторы тоже выключите, мать вашу!

Двое полицейских поспешно отошли в сторону.

Парень, ты разве не ищешь смерти?

Разве не проще во всём честно признаться? Зачем ты её дразнишь?

─ Я действительно могу вызвать душу своей бывшей девушки!

Жэнь Инъин усмехнулась уголками рта: ─ Всё еще брешешь? Да ты прямо как жук-навозник, упавший в реку – совсем занесло! [игра слов: «飘了» – загордился / понесло по течению]

Су Юню это не понравилось: ─ Госпожа офицер, тело моей бывшей девушки всё равно прямо за стеной, я быстро со всем разберусь.

─ Если я не заставлю её лично во всем признаться, то я прямо здесь подпишу признание в вине!

Рожденные в лучах красного знамени, взлелеянные весенним ветерком –

Разве могли Жэнь Инъин и оба полицейских поверить в какое-то призывание душ?

Всё это было суеверием старшего поколения!

Жэнь Инъин стукнула ладонью по столу: ─ Хорошо! Пока не увидишь гроба, не заплачешь!

─ Старуха я хочет посмотреть, какие фокусы ты способен выкинуть!

С этими словами она поднялась, открыла дверь допросной и направилась в сторону морга.

Оглянувшись и заметив, что Су Юнь не двигается, она тут же рявкнула:

─ Лао цзы Шу дао шань! [клятва с сычуаньским колоритом: «Клянусь горами Шу»] Если ты сейчас же не пойдешь, можешь вообще не двигаться с места!

─ Ноги затекли… Иду, иду!

Они открыли дверь и шагнули в помещение морга.

Жэнь Инъин и двое полицейских, Ван ЧАО и Ма Хань, обнаружили, что судмедэксперт У Цзо стоит над женским трупом и рассматривает его туда-сюда.

При этом он еще и восхищенно цокал языком.

─ Старый У, что изучаешь?

─ О! Малышка Жэнь, послушай, этот труп явно мертв уже семь дней, почему же кожа такая наполненная и упругая, прямо как у живого человека?

─ К тому же нет ни малейших следов разложения, трупных пятен почти совсем не видно.

─ Это же нелогично, как вообще такое возможно? Даже если вымочить в формалине, и то не получится!

У Цзо скреб затылок, ломая голову и находясь в полном недоумении.

─ Даже ты, старый судмедэксперт с тридцатилетним стажем, не можешь понять?

Жэнь Инъин приподняла брови.

У Цзо покачал головой.

─ Ничего не понимаю! Методы слишком глубокие! Выходят за рамки моего понимания!

─ Интересно, чьей же это мастерской руки дело? Просто поразительно!

Судмедэксперт занимается только вскрытием, откуда ему знать, откуда взялось тело.

Однако Жэнь Инъин, Ван и Ма испытали сильнейшее удивление.

Они помнили, что Су Юнь ранее уже упоминал об этом: с этим телом он якобы возился сам, собираясь превратить его в ходячего мертвеца-цзянши.

А ведь судмедэксперт У Цзо шагнул в эту профессию еще в молодости, обладал превосходными навыками вскрытия,

в совершенстве владел самыми разными умениями, связанными с телами, и помог полиции раскрыть тысячи больших и малых дел.

И тем не менее теперь он оказался не в силах постичь метод консервации тел, которым пользовался Су Юнь…

Неужели у этого парня и впрямь есть особые способности?

─ Кстати, малышка Жэнь, вы тут чем заняться собрались?

─ О! Этот парень доказывает, будто умеет призывать души, и хочет вызвать дух покойницы, чтобы расспросить об обстоятельствах дела.

Слова У Цзо вернули мысли Жэнь Инъин в реальность.

Услышав это, пятидесятилетний У Цзо снял перчатки, не выказав и тени насмешки.

Он лишь со старорежимным видом усмехнулся и покачал головой.

─ Молодой человек, о мертвых либо хорошо, либо ничего, хватит дурачиться!

─ Какое еще призывание душ? Старик я столько лет в этой сфере, каких только странных тел не повидал?

─ Вот только душ никогда не видел! Можешь кого другого обманывать, но пытаться провести меня, человека из этой отрасли, – ты еще слишком зелен, охехей.

Сунь Юнь ответил улыбкой: ─ Этот труп… я сохранил с помощью искусства укрощения трупов.

Простая фраза заставила старого У вздрогнуть.

Тот шумно втянул воздух ртом.

И проникся глубочайшим уважением!

─ Ого! Так тот мастер – это вы?

─ И впрямь: человека по одежке не встречают, а в море глубину не измеришь. Надо же, такой молодой, а владеет столь удивительным искусством!

─ Старик признает, что только что погорячился с воплями, прошу вас…

У Цзо уступил место.

Жэнь Инъин тоже расстегнула наручники Су Юня, и все они отошли в сторону, молча наблюдая.

Су Юнь подошел к телу, испытывая легкую ностальгию.

С детских пор его отец навлек на себя кармические последствия, из-за чего мать погибла насильственной смертью.

Пожалуй, дольше всех в этой жизни его сопровождала именно эта стюардесса…

─ Эй, может, вы включите видеорегистраторы? А то вдруг вы потом откажетесь от своих слов и всё отмените.

Глаза Жэнь Инъин сузились: ─ Ты мне, должностному лицу, не веришь?

Су Юнь презрительно закатил глаза: ─ Верю! Просто у меня сейчас излишне развита подозрительность.

Ма Хань и Ван ЧАО подняли большущие пальцы вверх: у этого парня высокий эмоциональный интеллект…

Неудивительно, что он несёт такую околесицу.

Оба включили видеорегистраторы.

Жэнь Инъин скрестила руки на груди и холодно фыркнула.

Сейчас она лишь ждала момента, когда удастся разоблачить чужую ложь и заставить его прижать палец к протоколу.

─ Старый У, ты слышал, что этот парень говорил про какое-то искусство укрощения трупов?

– с любопытством тихонько спросил Ма Хань.

Старый У покачал головой: ─ Никогда не слыхивал…

Ма Хань скривил рот: ─ Не слыхивал, а так сильно удивился? Цирк какой-то!

─ Хе-хе, ну как говорится: дилетант смотрит шоу, а профессионал – суть.

─ Старик я столько лет в этой сфере, а кое-какой глазомер имею.

─ Судя по его невозмутимому спокойствию и способу консервации трупа, он далеко не простая птица.

─ Либо… он часто убивает людей, либо круглый год имеет дело с мертвецами.

─ Да это тело… помести его в какой-нибудь музей коллекционеров, и оно станет редчайшим произведением искусства!

─ поглаживая бороду, с улыбкой пояснил старый У.

Если подумать, между мастерами инь-ян и судмедэкспертами имелось нечто общее.

И те, и другие питались за счет мертвецов, так что в их ауре чувствовалось определенное сходство.

Пока они беседовали, Су Юнь уже достал из-за пазухи благовонную палочку и зажег её.

Дымок медленно поплыл вверх…

Су Юнь сложил пальцы в печать, зажав между указательным и средним пальцами желтый талисман, и с суровым лицом произнес заклинание:

─ Предки передали жезл приказа, ваджрные стражи выстроились по обе стороны.

─ Симптомы призыва душ за тысячу линь, немедленно явитесь в свою истинную природу!

─ Душа, вернись обратно!

----------

Труп дает показания лично, до смерти пугая красотку в погонах

Желтая бумага в руке загорелась сама по себе и заплыла в воздухе.

А испускаемый той палочкой дым перестал подниматься вверх.

Напротив, он потек по носовым ходам трупа, вливаясь ему в живот.

Эта сцена привела Жэнь Инъин и остальных в крайнее изумление.

Она шла вразрез с тем, чему их учили на физике.

─ Это… фокусы что ли? Он же даже не дотронулся до дыма, как у него получилось заставить его повернуть? ─

─ Когда мы учились в полицейской академии, преподаватели ведь не учили такому? ─

─ Что это вообще за благовония? ─

Су Юнь, услышав это, даже не обернулся: ─ Призывающие души благовония! Нужно, чтобы ее труп прочувствовал запах дыма и живого огня, – так получится быстрее и точнее вызвать душу.

─ В конце концов… я не знаю ее имени. ─

Остальные были в растерянности и смутном трепете.

─ Раз говоришь так круто, почему до сих пор нет никакой реакции? ─

─ Куда спешите! Ее душа шатается где-то снаружи, разве возвращение домой не требует времени? ─

─ Когда ты звонишь по телефону, сигналу тоже нужно дойти до вышки связи и перенаправиться! ─

Су Юнь скривил губы: сколько же вокруг невежества.

Увидев, что труп не реагирует, Жэнь Инъин нахмурилась, и на ее лице появилось чуть больше нетерпения.

─ Ты случайно не пытаешься потянуть время? Ладно, давай признавайся в преступлении и не задерживай всех! ─

Едва слова затихли, как налетел порыв зловещего ветра, от которого у людей защипало шею.

А то, что последовало дальше, едва не довело их до обморока.

Мертвая женщина, пролежавшая на столе судмедэкспертизы уже семь дней, вдруг широко открыла глаза.

Ее тело, словно пружина, выпрямилось строго вертикально.

Взгляд ее был тупым, и она механически повернула голову, глядя на Су Юня и нескольких полицейских.

Иллюстрация Чжоу Жуаньжуань

Увидев это, Ван Чжао и Ма Хань завопили в один голос: ─ Призрак! Оживший мертвец!

Два молодых полицейских подпрыгнули и крепко вцепились друг в друга, дрожа всем телом.

Лицо прежде исполненной надменности Жэнь Инъин тоже вмиг побелело, а ее длинные, исполненные силы ноги затряслись.

Пусть она и чемпионка по боям без правил, и отличный сотрудник полиции.

Но перед лицом столь внезапного и даже невозможного события даже ей, женщине, стало жутко до чертиков.

Бряк!

Не удержавшись на ногах, она шлепнулась упругим задом на табурет.

В сердце взметнулась буря.

В этот момент трое полицейских отчетливо почувствовали, как от подошв ног вверх к макушке поднимается волна холода!

Будто провалились в ледяной погреб!

Их тут же прошиб пот.

Ужас, страх, неверие – целый шквал сильнейших эмоций ударил им в мозг.

Оставив в голове пустоту, так что они едва не взорвались на месте.

Мировоззрение, которое выстраивалось у них десятилетиями, рухнуло в один миг.

Они тупо повернули головы назад, уставились на висевшую в морге табличку «Научное ведение дел» и погрузились в глубокие раздумья.

Мы тут с тобой рассуждаем о науке, а ты нам устраиваешь колдовство?

Су Юнь пожал плечами и злорадно произнес: ─ Видите, госпожа офицер, я же говорил: молодым не стоит быть столь категоричными в расследованиях, я ведь действительно мастер инь и ян.

Месть благородного мужа не ждет и десяти лет.

Месть Су Юня длится с утра до вечера.

Перед сном отпустил обиду, проснулся – затаил заново.

Жэнь Инъин бормотала что-то невнятное, не в силах вымолвить в ответ ни слова.

От ее недавней решительности и резкости не осталось и следа, и даже на Су Юня она теперь поглядывала с известной долей опаски и страха.

─ Ты… это… я… э-э… ─

И лишь старый судмедэксперт У, оправившись от мимолетного испуга, принялся восторженно бегать вокруг трупа, разглядывая его со всех сторон.

─ Бесподобно! Просто невероятно! ─

─ Старик проработал столько лет, но впервые видит столь божественное и поразительное умение! ─

Тут мертвая женщина немного пришла в себя.

Она посмотрела на Су Юня – последнего мужчину в ее жизни, ставшего для нее… последним лучиком света.

─ Брат Юнь? ─

─ Да… это я, тебя там никто не обижает? ─

─ Нет… вы же каждый день сжигаете мне благовония, все знают, что за меня есть кому заступиться, и всё дается мне очень легко. ─

─ Вот и хорошо. Если кто-то станет обижать, составь список и пришли мне во сне – неужто я с мертвецом справиться не смогу, раз уж с живым не сладил? ─

─ Даже если это свирепый призрак, я все равно позову его и отвещу пару смачных затрещин. ─

В словах Су Юня сквозила колоссальная уверенность.

Труп оглядел собственное тело и с надеждой спросил:

─ Брат Юнь позвал меня сюда… то дело, что ты мне обещал, удалось? ─

Су Юнь горько усмехнулся: ─ Нет… всё уже шло к развязке, как эти полицейские поволокли меня за собой да еще заявили, будто это я тебя убил.

─ Объясни-ка им всё, что было между нами… ─

Мертвая женщина прониклась глубоким чувством вины и принялась горячо извиняться.

─ Прости, брат Юнь, я и сама не знала, что доставлю тебе столько хлопот… ─

Она повернулась и выложила всю правде о своей гибели полицейской красотке Жэнь Инъин и остальным.

А в конце не забыла добавить: ─ Брат Юнь не плохой человек, он хороший, самый лучший человек из всех, кого я знала. ─

Су Юнь: ……

Его снова наградили карточкой «хорошего парня», причем по усиленному тарифу и без повышения цены.

Из ее слов собравшиеся также узнали, что ее звали Чжоу Жуаньжуань.

Имя полностью соответствовало натуре: голос мягкий, говорила тихо, боясь кого-нибудь обидеть.

─ Ладно, Жуаньжуань, возвращайся пока, я свое обещание непременно исполню. ─

─ Обещаю, что ты продолжишь жить в этом мире совсем в другом обличье. ─

─ Эх… Тоже несчастная душа. ─

Труп медленно осел…

У нескольких полицейских снова закружилась голова, а от мурашек на коже они едва не рухнули на пол.

Если мертвые оживают и призраки существуют, неужели и зомби на самом деле есть?

─ Эй! Фигурант дела же всё объяснила! ─

─ А? Ой… ─

Жэнь Инъин смотрела перед собой отсутствующим взглядом, долго не в силах прийти в себя.

Заметив это, Су Юнь нахмурился: от сильнейшего испуга так и душу потерять недолго.

И он принял меры… ущипнув Жэнь Инъин за щеку.

Та мгновенно пришла в себя и взревела от ярости:

─ Ты что творишь?! ─

─ Хочу… Тьфу, я же тебе душу на место возвращаю, думал я тут домогаюсь тебя? ─

Су Юнь излучал чистейшую праведность.

Ван Чжао, Ма Хань и старик У, глядя теперь на Су Юня, почитали его за божество.

В их глазах читалось густое, истовое обожание.

Уважение так уважение.

Будучи стражами порядка, перейми они хоть пару приемов – разве дорога не станет широкой и ровной?

Они переглянулись, покосились на видеорегистраторы у себя на груди и невольно сглотнули слюну.

Настоящее сокровище!

Внутри ведь записано и видео, и заклинание, что читал Су Юнь – не скопировать ли это позже, чтобы подучиться?

Овладей они таким искусством, станут самыми крутыми парнями во всем участке.

Сам начальник станет перед ними заискивать!

При одной этой картине на лицах обоих расплылась потаенная, извращенная улыбка.

А Жэнь Инъин тяжело вздохнула: если бы не увидела всё своими глазами сегодня,

она вовек бы не поверила, что мертвецы способны говорить.

И даже чуть не сфабриковала бы судебную ошибку, отправив Су Юня за решетку.

При этой мыслях гордая и вспыльчивая девушка даже склонила голову в извинении.

─ Прости! ─

Лицо Су Юня смягчилось, и он зауважал ее чуточку больше.

Умение признать вину в случае ошибки уже ставит человека выше бесчисленного множества других.

─ Ничего страшного, у кого не бывает промашек. Теперь я могу забрать тело? ─

─ Забрать можешь, но тело – нет! ─

Едва Жэнь Инъин произнесла это, как в кармане неожиданно зазвонил телефон.

Достав его и взглянув на номер, она слегка изменилась в лице.

─ Подожди, я отвечу на звонок! ─

─ Звонят сверху! ─

----------

Мы же можем попросить братца Юня помочь в расследовании

Жэнь Инъин отошла в сторону, чтобы ответить на звонок, то и дело кивая или перерукиваясь с собеседником.

Вскоре Ма Хань заметил, что Жэнь Инъин завершила разговор и лицо у нее сделалось мрачным и сосредоточенным.

Он поднялся, подошел к ней и тихо поинтересовался:

─ Сестра Жэнь, неужели у начальника и остальных появились указания?

─ И не спрашивай, всё из-за того дела семьи Чжан. Они давят на начальника.

─ Говорят, дают нам на всё про всё последний день, а если не раскроем дело, то они используют связи, чтобы поставить крест на нашей карьере.

─ Начальник из-за этого тоже несет колоссальную нагрузку и строго велел нам разрешить вопрос как можно скорее.

Жэнь Инъин массировала переносицу, чувствуя себя погруженной в пучину бесконечных забот.

В городе жил весьма влиятельный и богатый клан коммерсантов по фамилии Чжан.

Несколько дней назад дочь главы семейства с мужем приехали с инвестициями в уездный город. Поскольку она находилась в интересном положении, то отдыхала дома под присмотром сиделки.

И в то время как ее муж отлучился на деловой ужин и торгово-промышленную конференцию, в особняке молодой госпожи Чжан вспыхнул сильный пожар.

По совпадению, сиделка в этот момент ушла на рынок за покупками, и дома никого не оставалось.

Когда пожарные справились с огнем, дочь семейства Чжан оказалась тяжело обожжена, и оба – мать и ребенок – погибли насильственной смертью.

Осмотрев место происшествия, полицейские предварительно квалифицировали случившееся как несчастный случай, поскольку у мужа погибшей и сиделки имелось надежное алиби.

Но старейшина семьи Чжан упорно считал, что это вовсе не случайность, а умышленное убийство.

По этой причине они продолжали оказывать давление на полицейский участок.

Услышав это, Ма Хань тут же встревожился: ─ Ой, так это же требование невыполнимого! Это дело мы расследуем наперегонки с Южным участком.

─ Почему же они не давят на Южный участок, а наседают именно на нас?

Жэнь Инъин покачала головой, в ее глазах промелькнула опасения.

─ Насчет Южного участка… говорят, сегодня они пригласили к себе крупного эксперта.

─ Его зовут Линь Фэн, ты ведь наверняка слышал о нем?

Ма Хань судорожно втянул воздух: ─ Ты говоришь о Линь Фэне, том гениальном выпускнике на год младше нас в полицейской академии, который за полгода раскрыл больше сотни уголовных дел при стопроцентной раскрываемости, известном как король криминалистики?

В уезде имелось всего два полицейских участка: Южный и Северный.

Жэнь Инъин в Северном участке слыла цветочкой полиции, а ее лучшим достижением было раскрытие 30 уголовных дел за полгода.

Она шла впереди всех с огромным отрывом.

И всё же, стоило сравнить ее с Линь Фэном, как между ними обнаруживалась колоссальная разница.

Жэнь Инъин кивнула: ─ Именно он!

Ма Хань, казалось, что-то вспомнил.

─ Я припоминаю, еще в полицейской академии он ведь ухлестывал за сестрой Жэнь, да? После того как ты его раз за разом отшила, он, кажется, затаил на нас обиду и вечно шел наперекор?

─ Тьфу! Вечно ходит с мрачной физиономией, с какой стати я бы на него позарилась?

─ Хочешь стать моим парнем – либо превзойди меня в силе, либо переиграй умом, иначе с чего бы мне тебя выбирать?

─ Сегодня утром этот тупица еще и названивал мне, хвастаясь своими успехами, я бы с радостью снесла ему голову!

Лицо Жэнь Инъин выражало крайний гнев, а манера выражаться была чрезвычайно боевой.

Где есть люди, там есть и цзянху [мир людей], и полицейский участок не был исключением.

Линь Фэн, получив от ворот поворот и потеряв лицо, затаил злобу на Жэнь Инъин и при каждом удобном случае старался подставить ей подножку.

А Северный и Южный участки из-за борьбы за квоты на повышение тоже находились в состоянии войны не на жизнь, а на смерть.

Ма Хань разозлился: ─ Этот тип и впрямь переходит все границы!

─ Но ты, сестра Жэнь, тоже не паникуй: как ни крути, а в деле семьи Чжан всё выглядит как несчастный случай.

─ Даже если прибудет сам король криминалистики, он не найдет никаких зацепок.

Однако Жэнь Инъин помрачнела и опровергла его слова.

─ Нет… Стоило Линь Фэну сегодня подключиться, как в деле сразу наметился прорыв.

─ Дело уже пересмотрели, исключили версию о несчастном случае и переквалифицировали в убийство! Если дать ему еще немного времени, он, боюсь, и вправду его раскроет.

─ Черт с ним, что нас будут высмеивать, я боюсь, как бы весь Северный участок не покрыл себя позором из-за нас! К тому же мой дядя как раз на ключевом этапе повышения до замглавы городского управления… Эх!

Ма Хань перепугался до смерти: ─ Что? У него уже есть подвижки? Так быстро?

Они переглянулись в молчании, не зная, как поступить.

В этот момент взгляд Ма Ханя случайно упал на Су Юня, сидевшего на табурете.

Глядя на его невозмутимый вид, Ма Хань просиял и сам собой превратился в генератора идей.

─ Придумал! Сестра Жэнь, у меня есть безумная мысль!

─ М? – Жэнь Инъин витала в облаках.

─ У них на Южном участке есть свой крутой специалист, но и у нас он имеется!

─ Пошли! Обратимся за помощью к мастеру Су, если он возьмется за осмотр тела, разве нельзя будет с легкостью схватить убийцу?

В глазах Ма Ханя король криминалистики казался лишь простым смертным.

Зато Су Юнь – другое дело, он был настоящим чудотворцем!

Ты еще только ищешь улики, а этот человек уже вызывает жертву из могилы, чтобы она сама указала на виновника.

Раньше вечно говорили, что мертвые не умеют говорить, а теперь… у мертвых и язык распускается.

При мысли о магических способностях Су Юня уголки рта Жэнь Инъин приподнялись.

Сердце забилось чаще, охваченное волнением и предвкушением.

─ То, что ты говоришь, разумно, но мы ведь с ним чужие люди, согласится ли он помочь?

Ма Хань хлопнул в ладоши: ─ Ну, с людьми как: пообщаешься-пообщаешься, глядишь, и родными станете?

─ А если нет – в худшем случае применишь женские чары, да привяжешь его к нашему участку.

─ Разве наши показатели тогда не взлетят до небес?

……

Тем временем Ван ЧАО на диване усердно и подобострастно вился вокруг Су Юня.

─ Братец Юнь, а вы гадать умеете?

─ Умею!

─ Тогда погадайте мне, пожалуйста. Позавчера я ходил на смотрины к одной девушке, мы ведь и впрямь так хорошо подходили друг другу, и даже ночевали вместе.

─ Но почему на следующий день, когда мы проснулись, она стала вести себя так, будто не хочет со мной общаться?

– с надеждой в голосе спросил Ван ЧАО.

Су Юнь задумался и меланхолично изрек: ─ А не могло ли быть так… что собеседование ты прошел, а письменный экзамен завалил?

Ван ЧАО: Письменный… кхе!

─ Братец Юнь, а ваши предки все этим занимались?

─ Верно, традиция нашей семьи насчитывает больше двух тысяч лет.

Су Юнь не стал отрицать.

Ван ЧАО поразился: ─ Больше двух тысяч лет? Значит, у вас там куча народу и потомков полно?

Су Юнь закатил глаза: ─ Какая к черту куча, все погибли, остался я один.

─ Наверное, в детстве я отдал весь свой свет Оскару… то есть Дикаю [русский аналог шутки про Ультрамена / Дику], вот моё будущее и погрузилось во тьму, эх! [игра слов: сияние Ультрамена Дика / «迪迦» ассоциируется со светом]

Ван ЧАО потрогал нос и тяжело вздохнул.

─ На самом деле у меня тоже не осталось родных…

Су Юнь с абсолютно серьезным видом произнес: ─ Как это нет родных? Слушай… может, попробуешь стримы вести? У тебя в трансляции все будут родными! [отсылка к интернет-мему «семья / родные»]

Работа полицейского и ремесло мастеров инь-ян были в чем-то схожи – обе профессии относились к числу повышенного риска.

Разница лишь в том, что одни ведали живыми, а другие – мертвыми.

Его покойный отец был наследником школы Инь-Ян и вместе с выдающимися мастерами отечественных эзотерических сект участвовал в битве за национальную удачу.

Они сражались против секты Кюку и бесчисленных зарубежных еретиков.

В той войне восемь-девять из десяти китайских магов не вернулись домой, и таланты иссякли.

Его отец тоже понес тяжелейший урон, и перед тем, как его душа рассеялась, он оставил завет:

Он должен возродить Дао Инь-Ян и не допустить прерывания преемственности школы.

Причина, по которой он вышел в мир и прибыл в уезд Си провинции Сян, заключалась в том, что эти места в прошлом были колыбелью заклинателей трупов.

Быть может… здесь отыщутся благодатные земли или реликвии предков, способные ускорить прогресс выращивания его трупа и тем самым укрепить его силу.

Когда он выпестует зомби-повелителя засухи [цзянши-тяньхуо], то отправится прямиком в Японию, чтобы искоренить тамошнюю традицию, разрушить их национальную удачу и захватить их учителей.

А затем двинется на Запад, чтобы внести клан вампиров в свое личное меню.

Заодно… завезти на родину парочку иностранных девиц.

Чтобы отечественные одинокие парни избавились от кабалы непомерного выкупа за невесту и открыли глаза на мир!

----------

С детства боюсь темноты, давай ты наденешь черные чулки, а я испытаю свое слабое место

─ Ого! О чем это вы тут шепчетесь? ─

Подошла Жэнь Инъин.

─ Ой! Брат Юнь мне тут гадает! ─

─ Правда, брат Юнь столько всего умеет: и сокровища оценивать, и духов призывать, и фэншуй толковать… Крутой человек, он мой кумир! ─

Ван Чжао отвесил дежурный комплимент.

Жэнь Инъин опешила и удивленно произнесла: ─ Ты еще и сокровища с фэншуем знаешь? Да сколько у тебя вообще талантов? ─

Талантов?

Услышав это, Су Юнь расплылся в смазанной, почти извращенной улыбке.

─ Кхе! Много чего умею. ─

─ За горами горы, башни до небес, песни, танцы, рэп, баскетбол наперерез. ─

─ Снова ветерок зеленит Цзяннани берег, стаж тренировок – два с половиной года! ─

─ Особенно силен в «Навале железного горы» и «Превращении в труп за семь шагов»! ─

Су Юнь поднялся и прямо на месте продемонстрировал прием «навал железной горы».

Жэнь Инъин хлопнула себя ладонью по лбу, не в силах на это смотреть: ей казалось, что до полного сходства ему не хватает только комбинезона с лямками.

─ У меня есть к тебе одна просьба! ─

─ Выкладывай, послушаю? ─

─ Дело вот в чем… ─

Жэнь Инъин пересказала ему всю историю семьи Чжан.

А заодно поведала о противостоянии северного и южного управлений, а также о Короле уголовного сыска.

Су Юнь в общих чертах всё понял.

Выслушав, он не проявил особого интереса.

─ Вы хотите, чтобы я вмешался? И дела раскрыл, чтобы сбросить напряжение, и соперникам нос утер? ─

─ Прошу прощения, мне неинтересно… Я хочу вернуться и заняться закалкой зомби. ─

Жэнь Инъин встревожилась и принялась уговаривать: ─ Давай просто заведем знакомство! Лишние друзья всегда кстати.

─ Если за спиной будет поддержка в виде полиции, все дела станут спориться, как думаешь? ─

Су Юнь погрузился в раздумья.

Путь инь и ян изначально есть путь непобедимости, а больше полицейских – больше дорог.

Вроде звучит неплохо…

К тому же, завязав знакомство с полицией, можно не только творить что душе угодно, но и через систему охраны правопорядка навести справки о прошлой войне школ сюаньмэнь.

Заметив его колебания, Ма Хань тут же переглянулся с Жэнь Инъин взглядом.

«Сестра! Не видишь, что он как ослик, которого нужно гладить по шерсти?»

«Давай же! Поласкайся, подлижись, подлей масла в огонь!»

Жэнь Инъин скривилась: «Ты предлагаешь мне ласкаться? Я за всю жизнь такой никчемной херней не занималась!»

Ма Хань ответил взглядом: «Сестра! Интересы дела превыше всего, ты же не хочешь, чтобы всё сорвалось?»

Ощущая на себе полные надежды взгляды обоих подчиненных, свирепая полицейская красотка глубоко вздохнула.

И бросила многозначительный взгляд на парочку других подчиненных.

Те вышли из комнаты, оставив наедине лишь девушку-полицейского и Су Юня.

Оставшись вдвоем, Су Юнь испуганно отшатнулся: ─ Погоди, ты что удумала? Решила меня домогаться? ─

Жэнь Инъин переменилась в лице и, внезапно изменив голос на манер капризной девчонки, протянула Су Юню:

─ Братик Су~ ну помоги же нам~ ─

Самое свирепое выражение лица и самые сладкие речи вперемешку.

Э-э…

Су Юня аж перекосило.

Стоит признать, Жэнь Инъин была роскошна: взрывная фигура, медовый голос.

Черты лица точеные, словно высеченные резцом, и когда такая красотка мило капризничает – обычный человек вряд ли выдержит.

Но Су Юнь ведь не обычный человек: стоило ему вспомнить, что даже богини ходят в туалет, как всякая романтика испарялась без следа.

─ Улыбаешься ты ужасно некрасиво, я бы лучше посмотрел, как ты плачешь. Пообещай мне… больше никогда не радоваться. ─

Жэнь Инъин взбесилась: ─ Ах тыж мать твою! ─

Су Юнь остановил ее движением руки: ─ Помочь тебе можно, но ты должна выполнить два моих условия. ─

─ Выкладывай! ─

─ Я хочу забрать тело Жуаньжуань. Я обещал ей превратить ее в зомби, это уговор с покойницей, а если нарушить слово, меня постигнет кара. ─

─ Но… это же против правил! ─

─ Я обязан передать тело ее родственникам для погребения. ─

Жэнь Инъин замялась.

Су Юнь презрительно усмехнулся: ─ При жизни родные растоптали ее до такого состояния, а теперь, когда она умерла, ты хочешь отдать ее им на поругание? ─

─ У тебя вообще осталась хоть капля совести? Ну-ка, дай потрогаю… ─

Собеседница занесла кулак, и Су Юню пришлось убрать руку.

─ Что же до упомянутых тобой правил… ─

─ Разве для таких влиятельных особ, как вы, это вообще проблема? ─

─ У мыши начались месячные – экая великая проблема. ─

─ Я уверен, что ты сможешь это уладить, разве нет? ─

Жэнь Инъин подумала немного и кивнула, соглашаясь.

Участь Чжоу Жуаньжуань вызывала у нее глубокое сочувствие.

Бедная девушка.

─ Разве подобные вещи вообще можно произносить вслух? ─

─ Ладно! Я согласна, а в чем второе условие? ─

─ Хм… С этим еще проще. ─

Су Юнь окинул взглядом ее роскошную фигуру и потрясающие длинные ноги с ног до головы.

И с абсолютно серьезным видом произнес: ─ Хоть я и мастер инь и ян, но с детства боюсь темноты! ─

─ Так что в следующий раз, когда придешь ко мне по делу, не могла бы ты надеть черные чулки? ─

─ Ничего такого, просто хочу испытать свое слабое место… ─

Жэнь Инъин онемела.

Кому вообще придет в голову выдвигать столь бесстыдные требования?

Да как он смеет!

Она отроду не носила никаких черных чулок.

─ Жить надоело?! ─

Голос ее резко взмыл вверх.

Слушая это злобное шипение, Су Юнь закинул ногу на ногу и непринужденно протянул:

─ Ты беседовала с дядюшкой Юнем, дядюшке Юню было приятно, но манера творения речи дядюшке Юню не очень-то по нраву. ─

─ Впрочем, воля твоя! Можешь и не соглашаться. ─

─ Мне ведь и самому не особо хочется ввязываться, толку-то от этого чуть. ─

Идеальный шантаж!

Поделом этой женщине-дракону за то, что чуть что – норовит отвесить ему пинка.

Месть благородного мужа ждет и десять лет, а месть Су Юня длится с утра до вечера.

Жэнь Инъин едва не стерла зубы в порошок, но ей пришлось покориться.

─ Ладно! Если будет в следующий раз – надену! ─

─ Мелкий, злопамятный мужичонка! ─

Следующий раз?

Да чтоб у нее нашелся этот следующий раз!

С чего бы вдруг появляться такому количеству нераскрытых дел?

Разобравшись с этим, они больше никогда не пересекутся, ни за что!

Су Юнь развел руками: ─ Злопамятный я или нет, а нутро у меня тонкое! ─

Жэнь Инъин с мрачным лицом распахнула дверь, показывая, что больше не намерена с ним возиться.

Будь ее воля, она бы с удовольствием отлупила Су Юня.

Хотя… он всё равно раздражал ее сильнее, чем тот Линь Фэн!

Увидев выходящую Жэнь Инъин, Ван Чжао и Ма Хань тут же бросились навстречу.

─ Сестра Жэнь, уладили? ─

─ Хм! ─

Фыркнув, Жэнь Инъин уселась в полицейскую машину.

Ма Хань с любопытством уставился на Су Юня: ─ Брат Юнь, о чем это наш капитан с вами толковал? ─

Су Юнь небрежно отмахнулся: ─ Ой, да ни о чем особенном, просто пообещала надеть черные чулки и показаться мне… ─

─ Чего?! Черные чулки?! (срыв голоса)! ─

Оба уставились на него во все глаза, полные дичайшего неверия.

Шок оказался сильнее, чем если бы рухнуло небо.

Неужели их решительная и лихая богиня ради того, чтобы заполучить Су Юня, согласилась нарядиться в черные чулки?

О господи!

Неужто и у нашей старшей сестрицы настал час сломить гордость?

Неужели нашелся тот, кто сумел укротить этого дракона?

─ Где тело? Едем или нет, а то рассветет – и хлопот не оберешься. ─

─ Ой-ой! Прошу в машину, следуйте за нами! ─

Ван Чжао с Ма Ханем отбросили изумление и быстро забрались в салон.

Вся процессия двинулась в сторону морга при уездной больнице.

----------

Мертвецы в морге танцуют маньчжурскую площадную кадриль? Потрясно!

Ма Хай ведет машину.

Красавица-полицейская Жэнь Инъин сидит на переднем пассажирском, а Су Юнь – как раз позади нее.

Отражаясь в стекле окна, он все еще видит суровое и серьезное лицо Жэнь Инъин.

Сидя сзади, он чувствует, как из окна тянет прохладным ветерком.

Су Юнь уловил от Жэнь Инъин легкий, ненавязчивый аромат.

Очень приятный, очень комфортный, очень знакомый.

─ Офицер, какими это вы духами пользуетесь, так вкусно пахнет! Эй!

─ «Люшэнь»! – холодно бросила Жэнь Инъин, скрестив руки на груди.

─ Лю… э… – Су Юнь на миг опешил: какая женщина станет пользоваться «Люшэнем» вместо духов?

─ И правда красавица-полицейская, даже духи у нее такие непохожие на остальные.

Ма Хай вовремя вставил слово.

─ Брат Юнь, я слышал, завтра старик Чжан и городское руководство лично спустятся сюда, чтобы посмотреть, как король криминалистики раскрывает это глухае дело.

─ Удастся ли нашему отделу сохранить финансирование, квоту на повышение и сами должности – все зависит только от тебя!

Ван Чао подхватил: ─ Точно! Молодцом! Отрезвейте все! Давайте только не ударим в грязь лицом!

Су Юнь неожиданно бросил вопрос: ─ Насколько я помню, за раскрытие глухих дел положены деньги?

Ма Хай закивал: ─ Есть! Есть! Отдел выделил сто тысяч наградных, плюс Чжаны дали еще триста тысяч.

Перед этим толстым кошельком он не смел утаивать ничего.

Су Юнь кивнул: ─ Ну ладно, после раскрытия дела не забудьте отдать мне мою долю!

─ Не волнуйся, меньше не будет! – Ма Хай похлопал себя по груди.

Жэнь Инъин не удержалась и поморщилась: ─ Что ни слово у тебя – так сразу деньги?ан

Су Юнь скривил губы: ─ Крепким вином не растопить мирскую тоску, лишь звонкая монета развеет тысячу печалей.

─ Тебе ли, белой богачке, понять тяготы нас, людей из низов? Я до смерти наголодался, поэтому люблю деньги.

─ Что хорошего в богачах? Я вот люблю тратить собственную зарплату! – с показной гордостью заявила Жэнь Инъин.

Су Юнь вздохнул, бесконечно печальный.

─ Ты не понимаешь… Богачи могут запросто завладеть молодостью многих девушек.

─ А мы, бедняки… трудимся в поте лица всю жизнь и вовсе не обязательно заполучим хоть одну девушку, которая когда-то принадлежала им! – Эти слова прозвучали словно острый меч, глубоко вонзившийся в сердца Ван Чао и Ма Хая.

Оба молодца задрожали всем телом, а их зрачки словно потеряли фокус.

Вот это удар в самое сердце!

Жэнь Инъин тоже долго молчала: ей, белой лебедице, не понять бедняков, но ей все равно было любопытно.

─ А когда ты бедствовал, совершал какие-нибудь жалкие поступки?

─ Конечно… из-за нищеты я не мог позволить себе жену, поэтому оставалось только зариться на жен соседей слева и справа, – с абсолютно невозмутимым видом изрек Су Юнь.

Ван Чао и Ма Хай подняли большие пальцы: поистине мастер!

Высоко!

У Жэнь Инъин на лбу запульсировала жилка: ─ Это по-твоему жалко? Да это подло!

─ Тебе еще и чужие жены нравятся? Не боишься, что побьют?

С чего это матушка связалась с этим типом в напарники расследовать дело?

Су Юнь держался уверенно: ─ Он любит свою жену, и я люблю его жену, так что мы с ним напарники, с какой стати ему меня бить?

Выслушав это, Ван Чао и Ма Хай зауважали Су Юня до глубины души.

Мастер!

Понимание просто потрясающее!

Жэнь Инъин окончательно вышла из себя. Вечно серьезная, она больше не хотела разговаривать с Су Юнем.

─ Сколько еще ехать?!

Едва слова затихли, машина въехала в больничный подвал.

─ Приехали, я пойду попрошу сотрудников открыть дверь.

Ма Хай вышел и вскоре вернулся с двумя людьми в белых халатах.

Обе стороны привычно поздоровались.

Вся компания спустилась в морг.

Глядя на дюжину мертвецких тел в мешках для трупов, троица, доселе ничуть не ведавшая страха,

теперь тряслась от ужаса, боясь, что эти мертвецы вдруг поднимутся и бросят им:

─ Добро пожа–ловать!

В три шага преодолев расстояние, они вошли в холодильную камеру.

Подул порыв холодного ветра, температура резко упала.

Они жались ближе к Су Юню в поисках хоть капли чувства безопасности.

Старшая дочь семьи Чжан лежала в отдельной изолированной ячейке в хрустальном гробу.

Это заставило Су Юня в очередной раз восхититься тем, как здорово быть богатым: после смерти получаешь отдельную комнату.

Откинув белую простыню, взору явился женский труп с тяжелыми ожогами.

─ Брат Юнь, смотри… есть какие-нибудь зацепки?

При виде этой женщины зрачки Су Юня сузились.

─ Две жизни за одну, обида не рассеялась, насильственная смерть!

─ Если не унять ее злобу, боюсь, в дальнейшем будут проблемы.

Жэнь Инъин, то ли от холода, то ли от страха, слегка дрожа, спросила: ─ Ка… какие проблемы?

Су Юнь искоса глянул на нее: ─ Обычные люди после смерти становятся бродячими душами, а те, кто умирает в обиде, с несправедливостью и злобой, зовутся злыми духами-гуаша.

─ Больница же сама по себе – место великого Инь, где души всех погибших от несчастных случаев и болезней бродят вокруг.

─ Поэтому в больницах то и дело происходят паранормальные явления, особенно в операционных и родильных отделениях.

─ Злой дух в таком месте растет, впитывая все виды обид, и превращается в лютого демона – демоническую мать-гуаша!

─ И что, по-твоему, делает лютый демон?

С этими словами Су Юнь внезапно состроил страшную рожу и подался прямо к лицу Жэнь Инъин.

─ Оу-у! Конечно же, приходит по твою душу!

Жэнь Инъин от его внезапно взлетевшего голоса испугалась и с визгом отпрыгнула назад.

─ А-а!!

─ Твоя мать Си Ванму во время месячных, с катушек съехала что ли?!

─ Чего орешь!

Су Юнь оскалил зубы: пробить защиту холодной и гордой капитанши доставило ему немало удовольствия.

Глядя на ее короткую юбку и обнаженные бедра, он смахнул собственную куртку.

─ На! Обвяжи ноги, а то заработаешь ревматизм, нервы отомрут.

Жэнь Инъин приняла ее и с недовольным видом отвернулась.

─ Хм! Бесишь!

Лицо Су Юня вновь сделалось суровым.

Зажав в левой руке желтый талисман, правой он прокусил палец, выдавил капля крови и поставил точку на лбу женского трупа.

─ Это зачем? – Ван Чао и Ма Хай ничего не поняли.

Су Юнь повернулся и улыбнулся.

Улыбка теплая, от которой людям на душе становилось светло, как от весеннего ветерка.

─ Усмиряю злую энергию! У меня нет с собой инструментов и магических артефактов.

─ Эта кровь с кончика пальца чиста и янска, это самое легкое в добыче простому человеку средство для усмирения нечисти и отпугивания зла. С бродячими душами справиться сойдет, да и на еще не окрепшего злого духа подействует сдерживающим образом.

─ Конечно, есть еще детская моча, но разве среди нас найдется чистый мальчик?

Оба полицейских отчаянно затрясли головами.

В этот момент двое людей в белых халатах тоже разглядели суть дела.

И не удержались от подколок.

─ Капитан Жэнь, вы что, собрались тут обряд проводить? С каких это пор наш отдел в такое верит?ан

Один из двух был заместителем главврача, а другой – заведующим.

Дело дочери семьи Чжан было крайне важно, и они вдвоем отвечали за сохранность тела, чтобы его никто не украл.

Жэнь Инъин представила их друг другу.

─ Это доктор Чжао, а это доктор Ли.

─ А это мастер Су, мы собираемся призвать дух покойной, чтобы попытаться выяснить хоть что-то.

Услышав это, два медика переглянулись.

С презрения!

Не удержавшись от смешка, они произнесли: ─ Капитан Жэнь, я понимаю, что вы спешите из-за буксующего расследования, но вы бы не горячились.

─ Это же хвататься за соломинку в безнадежном положении! Мы в морг приходили не сто, так девяносто девять раз.

─ Откуда тут взяться духам и прочей нечисти, в нашей больнице нет никакой мистики, не позволяйте себя надуть.

Оба намекали на то, что Су Юнь – обычный уличный шарлатан.

─ Точно-точно, за эти годы мы уморили… то есть вырвали из лап Янь-вана черт знает сколько народу.

─ Если и правда есть духи, пусть эти трупы встанут и попляшут! Я заодно сниму видео и выложу в Доуинь!

─ Запечатлеем прекрасную жизнь!

Су Юнь приподнял бровь и удивленно обернулся: ─ Вы и впрямь хотите посмотреть, как мертвецы в морге танцуют маньчжурскую площадную кадриль?

─ Никогда еще не слышал столь безумного пожелания, раз так, я уважу вашу просьбу.

С этими словами он сложил пальцы в заклинание!

Услышав слова Су Юня, лица Жэнь Инъин и остальных троих резко переменились.

Они поспешно бросились вперед, пытаясь удержать Су Юня.

─ Мастер! Браток!

─ Будь благоразумен, если ты так начнешь чудить, мы все лишимся фуражек!

Но было поздно.

Раньше Су Юню требовалось совершать обряды, но теперь он применял заклинания мгновенно…

Раз уж поднимать тела без призыва душ, так это куда проще.

Стоило Су Юню чуть капризно изогнуть указательный палец…

Как за пределами холодильника раздался резкий звук.

Оба доктора с озадаченными лицами вышли из камеры и увидели картину, которую не забудут до конца своих дней.

С десяток тел, что только что спокойно лежали на каталках, вдруг резко сели.

И в один прыжок спрыгнули на пол!

В этот момент позади них Су Юнь включил на телефоне диджейский трек.

─ Как ни старайся взлететь, не вылететь за края пестрого мира.

─ Оказывается, я всего лишь пьяная бабочка… – Мало того, он еще и хлопал в ладоши под музыку, пустившись в пляс.

─ Площадную кадриль Су кое-какую знает.

─ Когда-то младшекурсницы звали меня принцем площадных танцев.

Су Юнь вошел в раж, вновь ощутив то чувство, когда вел за собой первокурсниц.

Врачи онемели от изумления и механически повернули головы.

И увидели, что те дюжина тел двигались в абсолютно едином ритме, точь-в-точь повторяя движения Су Юня!

Один ведет танец, целая толпа танцует.

От привычного площадного танца в их исполнении веяло жутчайшим, предельным ужасом.

В эту жизнь они больше не хотели бы слышать эту мелодию и смотреть на площадные танцы.

Не спрашивайте почему – завязали!

Оба врача остекленели, зрачки расфокусировались, в головах зазвучал гул.

Им показалось, будто все вокруг поплыло.

Небо рухнуло…

─ Я же говорил… от частых ночных смен начнутся галлюцинации…

─ Эх… – в глазах потемнело, воздух застрял в груди, и они, покачиваясь, рухнули на пол.

Стоявшие позади Жэнь Инъин, Ван Чао и Ма Хай тоже задрожали всем телом.

Зрительное восприятие подверглось сильнейшему удару.

Все трое синхронно протянули руки и хлопнули себя по лбам.

─ Готово… ну какого черта вы к нему полезли, а?

─ Ексель-моксель! Танцевать площадную кадриль в морге – обязательно было так выпендриваться?

─ Я проработал в полиции всю жизнь, но такого безумного дела еще не вел.

─ И что теперь делать, они часом не до смерти испугались?

─ Психическая травма им точно обеспечена, может… вызвать скорую? И заодно записать их к психиатру?

……

----------

Отыгравшись наоборот, расследую загадочное убийство: красавица-полицейская потрясена

Глядя на царящий перед ними кавардак.

Жэнь Инъин испытывала не только испуг, но и до предела обиженный взгляд.

Это потрясало куда сильнее, чем оживший труп Чжоу Жуаньжуань.

К счастью, они заранее морально подготовились и «прокачали сопротивление магии», так что до обморока от страха дело не дошло.

Видя, что Су Юнь продолжает пританцовывать, она не удержалась и пинула его.

─ С тебя хватит!

─ Чего? Ты тоже хочешь станцевать? Или мне подобрать тебе партнера по танцу прямо там?

Су Юнь удивленно оглянулся.

─ Н-н… нет, ладно, хватит учителю творить чудеса!

─ Нельзя ли проявить уважение к покойнице?

Эта женщина-тиран Жэнь Инъин была близка к слезам.

За всё время своей службы она еще никогда не вела себя так униженно.

Су Юнь убрал чары и велел трупу самому забраться на койку и застегнуть мешок для тел.

─ Мертвецы намного послушнее живых, они-то уж точно не станут сомневаться во мне!

─ Но почему эти двое с настолько никудышной психикой умудрились стать заведующими?

Взгляд Жэнь Инъин был сложным.

При такой-то картине какой нормальный человек не потеряет сознание?

Су Юнь в ответ достал белый талисман.

И снова применил заклинание, бросив его на женский труп.

Желтые талисманы изгоняют и убивают призраков, а белые служат для призыва душ и призраков, чтобы вести с ними разговор.

Вскоре поднялся мертвенный ветер.

Он заставил белые простыни в морге затрепетать и зашуршать.

Производимый эффект был куда масштабнее призыва Чжоу Жуаньжуань и тех дюжины немощных стариков и больных.

Трое напряглись и невольно придвинулись ближе к Су Юню.

В тот же миг женский труп резко сел.

Волосы зашевелились без ветра и разлетелись в разные стороны.

Белая погребальная одежда тоже зашуршала.

Оскалив зубы и раскинув когти, издавая хриплый рев, она бросилась на Жэнь Инъин – женщину с наименьшим количеством энергии ян.

─ Верни жизнь мне и моему ребенку!

Жэнь Инъин смертельно испугалась, попятилась, шатаясь, а ее прелестное лицо совершенно лишилось краски.

Хлоп!

Су Юнь шагнул вперед, протянул руку и обнял полицейскую за талию, чтобы она не ударилась о холодильник.

Другой же рукой, охваченной синим пламенем, он отвесил жен-призраку пощечину.

─ Я вызвал тебя, чтобы восстановить справедливость и раскрыть дело, а ты на кой ляд вопишь?!

Голову трупа свернуло на 360 градусов, злая аура рассеялась.

Весь человек, – о нет, весь призрачный силуэт – мгновенно замер.

Ошеломленная этой пощечиной, она повернула голову обратно, словно кусок резины, и посмотрела на него полным обиды взглядом.

Разве ты не знаешь, какое колоссальное душевное потрясение для женщины-призрака несет в себе хорошая оплеуха?

Жэнь Инъин и двое остальных тоже остолбенели, вытаращив глаза.

─ С-синее… синее пламя?

─ Да еще и со спецэффектами?

─ О, это называется «Ладонь пламени».

─ Если не можешь вразумить – тогда кремируй!

Су Юнь оскалил зубы и повернулся к женскому трупу.

─ Ладно, раз уж ты умерла, нечего тебе шастать по миру живых и творить пакости.

─ Выложи свою обиду, а эти господа – полицейские, мы поможем тебе прикончить убийцу.

Ван Чао и Ма Хань торопливо включили видеорегистраторы.

Избавившись от злой ауры, женский призрак обрел ясность в глазах.

И тут же поведала о причине своей смерти.

─ Это Сунь Цзы! В тот день я собиралась пойти на торговую конференцию, чтобы обсудить инвестиции в размере двух сотен миллионов.

─ Но после того как я забеременела, я сильно уставала, так что отправила вместо себя мужа-примака, а сама осталась дома беременеть и спать. Чтобы я была спокойна, он специально нанял для меня элитную няню.

─ Мы с ним были душой к душе, я вытащила его из нищеты в богатство, а он стал играть со мной в игры за спиной: эта няня оказалась его первой любовью, его белой луной.

─ Тогда я шла против воли родных и угрожала смертью, лишь бы позволить ему войти в ворота семьи Чжан, и во всем лучшем в первую очередь заботилась о нем.

─ Большая часть денег, что я давала ему все эти годы, уходила на содержание этой женщины, и они даже родили сына!

─ Видя, что мне рожать через несколько месяцев, он замышлял злодейство и вместе с этой блудницей сговорился убить меня!

─ Когда я заснула, эта стерва загерметизировала двери и окна и выкрутила подачу природного газа на максимум.

─ А еще включила таймеры на рисоварке и духовке, положив внутрь спички, после чего притворилась, что идет на рынок за овощами, а на самом деле спряталась, чтобы переждать этот пожар.

─ Как только на таймере духовки вышло время, она зажгла спички внутри, а спички в свою очередь взорвали природный газ и сожгли нас с ребенком заживо в комнате.

─ Но они не знали, что после смерти моя душа повсюду следовала за ними, и я собственными ушами слышала, как они обсуждали этот план.

─ Они тратят мои деньги, живут в моем доме, всё купленное для моего ребенка отдали своему сыну, а вдобавок еще и обзывали меня дурой! Я так зла, так зла!

В глазах женщины-призрака плескалась густая ненависть, она ревела, словно теряя рассудок.

Выслушав ее рассказ, все трое прониклись глубочайшим потрясением и гневом.

Может ли человек дойти до столь мерзкой степени злобы?

─ Этот внучок! Настоящая скотина!─ Чертова тварь!

Ван Чао и Ма Хань разразились яростной руганью.

Взгляд Жэнь Инъин был острым и полным杀ки.

─ Не переживай, мы непременно разберемся с этим делом как следует.

─ Твой отец подозревал, что это не несчастный случай, и все поручал нам вести расследование.

─ Завтра… в город приедут руководители, и тогда… мы восстановим справедливость!

Однако женский призрак явно не удовлетворился таким исходом.

Злобная энергия вновь поднялась.

─ Мне этого не нужно! Разве вы можете его убить?

Су Юнь прижал ладонь к воздуху: ─ Ну, справедливость для живых предназначена твоему отцу и твоим близким.

─ А справедливость для мертвых… беру на себя я!

С этими словами он достал из-за пазухи маленькую тыковку.

─ Лезь внутрь, я потом все устрою.

Женский призрак кивнул, и ее душа превратилась в сизый дымок, ввинтившись в тыкву.

Труп рухнул обратно и снова улегся в ледяной гроб.

─ Жизнь доказывает, что любовь к человеку утаить невозможно, а вот любовь к двоим обязательно придется прятать!

Су Юнь вздохнул, многое осознав.

Он вдруг подумал, что слова учительницы из детства: «Треугольник обладает стабильностью» – на редкость глубоки!

Смотрите: раньше они втроем жили душа в душу и всё было мирно.

Стоило одному умереть, как тайное стало явным.

Глядя на ее труп, Жэнь Инъин испытывала сложные чувства и долго молчала.

Су Юнь посильнее сжал ее талию: ─ Вот почему… человеческие сердца слишком сложны, я предпочитаю иметь дело с мертвецами.

Жэнь Инъин кивнула: ─ То, что ты сказал… м?»

Внезапно сообразив, она ощутила горячее дыхание, бьющее в лицо, и ту самую большую руку на своей талии.

Опустив взгляд, она увидела это, и шкала ее ярости заполнилась до предела, моментально разогрев ее докрасна.

Ее лицо в мгновение ока переменилось!

─ Тебе удобно?

─ Удобно!

─ У меня тонкая талия?

─ Тонкая!

─ Захват… залома… руки!

─ Ой-ой-ой… недоразумение, это всё недоразумение!

В ледяном склепе разнесся вопль Су Юня, точь-в-точь похожий на визг пса, которому наступили на лапу.

Покинув морг, компания вернулась в полицейский участок, когда уже совсем рассвело.

Очень скоро руководители городского уровня, старик Чжан, а также люди из Южного управления собирались приехать для расследования дела.

Имея на руках видеозаписи, они вполне могли сорвать покровы с правды и арестовать истинного убийцу.

Однако Жэнь Инъин и двое остальных вовсе не радовались, наоборот, их настроение было тяжелым.

─ Теперь я могу понять боль и тревогу старика Чжана: единственная дочь… и состояние в десятки миллиардов, которое собирается захватить чужак.

─ К тому же он убийца ее дочери! Эх!

─ Думаю, у него наверняка есть подозреваемый на примете, просто нет доказательств.

Су Юнь отнесся к этому весьма просто: ─ Жизнь человека гаснет, как светильник, сколь бы ни было денег, ее дочь с собой их не унесет, так что цените каждый прожитый в живых день.

Жэнь Инъин внезапно посмотрела на остальных: ─ Не могу представить, что почувствовал бы мой отец, глядя на мой труп, если бы я однажды умерла.

─ Что бы вы хотели, чтобы ваши родные сказали, глядя на ваши трупы?

Ма Хань вздохнул: ─ Сказали бы: «Папа… я так сильно по тебе скучаю».

Ван Чао снял фуражку и произнес: ─ Папа… я унаследовал твой личный номер!»

Взгляд Жэнь Инъин переместился на Су Юня: ─ А ты?

Су Юнь остолбенел: ─ Я? Я хочу, чтобы они сказали глядя на мой труп…

─ Охренеть! Он шевельнулся, шевельнулся!

─ «……»

Трое синхронно откинулись назад в тактическом жесте и дружно показали ему средние пальцы.

─ Вали отсюда!

……

----------

Висячее дело семьи Чжан, противостояние северного и южного полицейских участков

─ Ладно, улики на руках, дальше разбирайтесь сами.

Су Юнь махнул рукой и собрался уходить.

Жэнь Инъин опешила: ─ Ты куда?

─ На работу!

─ А без работы никак нельзя?

─ Если я не буду работать, ты меня содержать будешь? А ведь это вариант!

Су Юнь прищурился.

Прочитать десять тысяч книг лучше, чем пройти десять тысяч ли.

Пройти десять тысяч ли лучше, чем получить помощь богатой женщины.

Он больше не хотел стараться…

─ Иди ты, топай лучше на работу добывать пропитание!

Жэнь Инъин с благодарной улыбкой шутливо выругалась.

Кто бы мог подумать, что запутанное дело, не дававшее ей покоя, поможет раскрыть этот парень?

─ Когда заберешь мягкое тело?

─ Не спеши, я сначала подыщу новое жилье, а как устроюсь – свяжусь с вами.

─ Я же не могу таскать за собой труп повсюду? Телефоны вашего участка наверняка обрывают!

─ Как найду жилье, придется вас утруждать подвезти ее, у меня нет машины.

Су Юнь улыбнулся.

Раз уж договорились помочь бывшей девушке превратиться в цзянши, значит, придется превращать.

Жэнь Инъин опешила, сняла с ног куртку и протянула собеседнику.

─ А как ее хранить?

─ Пусть Старый У положит в темное место, чужих не подпускайте и в морозилку не суйте.

─ Она при жизни боялась холода…

С этими словами Су Юнь машинально взял куртку и принюхался.

Мда… пропиталась.

Улыбка Жэнь Инъин мгновенно исчезла, на лбу заходили желваки.

─ Ты можешь не вести себя так извращенно? Верни!

Сказав это, она со злостью выхватила куртку.

А следом открыла WeChat и вывела на экран QR-код.

─ Добавляйся!

─ Хочешь меня закадрить? Прости, но я хочу тихо-мирно побыть красивым парнем.

─ Какая взрослому мужику романтика?

─ Я даже бояться стал общаться с девчонками: то у нее от разговора живот голодный, то экран телефона вдребезги, то духи кончились, то тональник пропал, то день рождения подошел, то аренда кончилась, то родители заболели.

─ Такое ощущение, будто я с ней общаюсь – и от собеседника одни голые стены остаются, не завожу романов.

Су Юнь загадочно задрал голову и уставился в небо под углом в сорок пять градусов.

Ван Чжао и Ма Хань хлопали глазами с ошеломленным видом.

Красавица-оперуполномоченная добавляет в WeChat – о чем еще мечтать многим мужчинам?

И он еще смеет отказываться?

Не зря мастер.

Жэнь Инъин с мрачным лицом бросила: ─ Какое на хрен кадрить! Если тебе не нужна награда за поимку…

Дзынь!

Не договорив, Су Юнь с молниеносной скоростью отсканировал QR-код и льстиво улыбнулся.

─ Хе-хе, как придут денежки, так и побеспокою сестрицу!

Видя эту его способность мгновенно менять выражения лица, Жэнь Инъин поморщилась.

─ Да, кстати, у тебя случайно нет… чего-нибудь от нечисти?

─ Продашь мне?

Внезапно заговорила девушка-полицейская.

Раньше она никогда не сторонилась мест уголовных преступлений, но после этой ночи ужаса ей стало страшно…

Ей вовсе не улыбалось возвращаться после расследования в пустой дом, где полным-полно жильцов.

─ От нечисти? Вроде и правда одна вещь есть!

Су Юнь извлек из кармана небольшой обгоревший кусочек деревяшки.

Все трое с любопытством уставились на него.

─ Что это?

─ О, это древесина унаби, в которую ударила молния и которая после этого выжила. Качество отменное, обладает мощнейшей силой против нечисти, призраки и демоны близко не подойдут.

─ Эффект от резьбы по ней первоклассный, в нашей среде такие деревяшки обычно зовут громовыми старыми деревяками!

Ван Чжао: ˁ⁽͑ ˚̀˙̭˚́ ⁾̉ˀ

Ма Хань: Какого черта? Глянул на кусок дерева – и всё равно оскорбили?

Жэнь Инъин глубоко вздохнула, подавляя желание подраться.

─ Сколько?

─ С другого я бы взял четыре тысячи, но для тебя пусть будет пять – кто же мы, если не друзья?

─ С чужаков держишь полцены, со знакомых берешь сполна, да?

Су Юнь лукаво зажмурился и подмигнул: клиент – это босс.

Троих едва не качнуло от неожиданности, они чуть не рухнули на землю.

Голос Жэнь Инъин резко взлетел, она недоверчиво спросила:

─ Вот за это? За кусок паршивого дерева ты с меня пять тысяч дерешь? Да даже грабители на такое не способны!

─ Настоящая громовая древесина на рынке всего по несколько сотен стоит!

Су Юнь изобразил недовольство: ─ Паршивое дерево? Между прочим, подлинное громовое дерево унаби, да еще пятидесятилетнее – вещь, которую днем с огнем не сыщешь.

─ Веришь нет, если я выкину его на продажу, торги начнутся от ста тысяч! Это же предмет, который в критический момент может жизнь спасти, сестрица!

─ К тому же я его обработал, у него сильнейший защитный потенциал, товар уникальный.

─ То, что на улице продают – либо липа, либо искусственно вызванная молния, от них какая польза?

─ Это же всё равно что толкать владыке подземного мира БАДы, дурят мертвецов!

─ Если бы не то обстоятельство, что у нас с тобой тоже вроде как ночь любви… тьфу… ночное знакомство, с чего бы мне его продавать?

Жэнь Инъин молча перевела пять тысяч.

Стоило деревяшке оказаться в руке, как она и впрямь ощутила поток благородной энергии – теплая, даже покалывало слегка.

Похоже, он ее не обманул!

Она решила, что сразу после дела закажет из этого унаби подвеску и станет носить с собой.

─ Спасибо!

─ Не за что, впредь натворишь дел – сделаешь мне снисхождение.

─ Ишь чего удумала, судить буду по всей строгости!

Обменявшись шутками, Су Юнь отдал девушке тыковку-горлянку с душой злого женского призрака.

И тихонько шепнул ей:

─ Если этот Сунь Цзы не станет сознаваться, открывай тыковку.

─ А если сознается – тоже открывай.

─ Я по дороге уже все растолковал барышне из семьи Чжан, она знает, как поступить.

Закончив напутствие, Су Юнь поймал такси и уехал из участка.

Он не был хорошим человеком, но и позволять кому-то быть хуже него не собирался.

Что делать с негодяями?

Конечно же, изводить их злыми духами!

Вернувшись в участок, Ма Хань и Ван Чжао взглянули на него с завистью.

─ Сестрица, я даю десять тысяч, перепродашь мне ту паршивую деревяшку?

─ Ты в блинчики с луком яд подсыпал? Хватит ко мне с этим приставать, не отдам!

Жэнь Инъин решительно отказала.

Оба выглядели огорченными.

─ Никогда не думал, что на свете и впрямь бывают такие диковинные люди.

─ И то верно! Братец Юнь на сей раз знатно нам помог.

─ С тем, что в этом видеорегистраторе, мы нынче прямо как Цинь Шихуан, щупающий провода – огребли победу по полной!

─ Кстати, сестрица Жэнь, что тебе только что Юнь-гэ на ушко шепнул?

Жэнь Инъин закатила глаза: ─ Раз уж это был секрет, стану ли я вам рассказывать?.

Оба замерли: с каких это пор моя суровая и грозная сестрица Жэнь стала такой же острой на язык, как Юнь-гэ?

─ Пошли! Дядя скинул мне в WeChat: они со старейшиной Чжаном и Линь Фэном уже двинули на место преступления!

─ Мы должны поспеть туда раньше, чем Линь Фэн раскроет дело, и как следует растоптать морды ему и северному участку!

…

В саду Гуйби на западной окраине уездного города стояла заброшенная вилла, пережившая пожар.

Вокруг руин натянули опечатанные ленты и защитные заграждения, сегодня здесь толпилось немало полицейских.

За пределами пепелища остановились десятки машин.

У первой из них, «Куллінана», открылась дверь, и оттуда с мрачным лицом вышел старик лет шестидесяти-семидесяти.

Начальники северного и южного участков поспешили вперед.

─ Старейшина Чжан, поосторожнее!.

Старик сгорбился, выглядя очень старым.

Однако от него исходила аура человека, стоящего наверху – сразу видно, что долго пребывает у власти.

Сопровождающие не смели пигнуть, каждый понимал, какая буря гнева и скорби в нем бушует.

Этот человек – крупный городской предприниматель, чье состояние исчисляется десятками миллиардов.

В развитых городах такое не в счет, просто крупное предприятие.

Но на западе провинции Сян это уже серьезная величина.

Стоит ему пошевелить мизинцем – мало не покажется.

А главное, за спиной семьи Чжан стояла куда более страшная опора – государственная!

Даже в столице провинции они на ведущих ролях.

Стоит ему замолвить словечко, и оба уездных участка смогут подняться еще выше по службе.

─ Поддерживать меня не нужно, я еще не до такой степени стар!

─ Раз у вас есть на это время, лучше направьте его целиком на дело моей дочери!

─ Есть! Да-да, мы уже вовсю ведем расследование, – слегка поклонившись, с заискивающей улыбкой произнес один из сорокалетних мужчин.

Старик повернулся к нему и холодно бросил: ─ Начальник Жэнь! Можете не тратить на меня эти пустые чиновничьи фразочки, я дал вашему северному участку уйму времени.

─ Сегодня у расследования дела моей дочери должен быть результат, я больше не могу ждать!

─ Вы не понимаете, я каждую ночь во сне вижу, как моя дочь плачет и говорит мне: «Папа, мне больно!»

Жэнь Лунву, он же дядя Жэнь Инъин.

Начальник северного отдела, горько улыбнулся.

Он понимал: если сегодня не выдать результат, его северный участок ждет драма.

─ Старейшина Чжан, по особо тяжким уголовным делам расследование порой длится по полгода, а то и года.

─ А прошло всего семь дней… прямо скажем… трудно!

Едва затихли эти слова, как начальник южного участка Линь Батянь разразился едкими насмешками.

─ Ха-ха-ха! Старина Жэнь, не в обиду будь сказано, коли у тебя кишка тонка, не берись за фарфоровое ремесло.

─ У тебя за семь дней нет ни единого сдвига, а вот у моего племянника Линь Фэна все иначе: вчера взял дело в разработку – и сразу прорыв!

Сказав это, Линь Батянь повернулся обратно к старику Чжану и, ударив себя в грудь, заверил:

─ Будьте спокойны, старейшина, мой племянник – восходящая звезда полицейской сферы, в профессиональных кругах его зовут не иначе как королем уголовного сыска.

─ Это результаты, добытые потом и кровью, послужной список налицо.

─ За какое бы дело он ни взялся, нет нераскрытых, в отличие от некоторых показушников, которые попали наверх по знакомству и раздуты до небес, а на деле оказываются пустыми фарфоровыми вазами.

─ Сегодня мы непременно дадим старейшине Чжану отчет!

----------

Со злом бороться – злым духам противиться

Слушая, как собеседник со злорадством корит его и племянницу.

Жэнь Лунву рассвирепел: ─ Что ты имеешь в виду? Разве результаты моей племянницы фальшивые?

Линь Баотянь пожал плечами: ─ Какая может быть корысть у скромного начальника отдела? Я просто говорю факты!

─ Подделка это или нет, но решать не мне, мы оперируем фактами!

За тот год, пока Линь Фэн еще не начал свою карьеру, его Южное управление неизменно уступало Жэнь Инъин из Северного управления.

Каждый раз на городских совещаниях, стоило зайти речь об успехах, он не смел поднять голову.

Сегодня ему наконец посчастливилось вздохнуть свободно!

Линь Фэн с гордым видом вышел вперед и усмехнулся.

─ Дядя, не стоит так резко выражаться. Капитан Жэнь в конце концов и красавица-полицейская, и моя старшая сокурсница.

─ Пусть ее сила и уступает моей больше чем наполовину, но кое-каких результатов она все же добилась.

Жэнь Лунву сузил глаза: ─ Молодой человек, не веди себя слишком заносчиво!

Линь Фэн дерзко усмехнулся: ─ Это называется не заносчивостью, а уверенностью в себе!

─ Кстати, начальник Жэнь, насколько я помню, это дело вела капитан Жэнь? Почему сегодня ее нет на месте?

─ Я как раз хотел, чтобы она посмотрела, как я раскрываю дело, и дала мне пару конструктивных советов.

Его слова еще не затихли, как сзади посреди визга тормозов.

Уверенно остановилась полицейская машина.

Дверь открылась, и Жэнь Инъин бурной лавиной выскочила наружу.

Её аура была свирепой!

Позади неё, словно телохранители, неотступно следовали двое подчиненных – Ван Чао и Ма Хань.

─ О? Ты правда хочешь, чтобы я дала тебе совет?

─ Мой совет – возвращайся-ка ты сейчас же, иначе не взыщи, если я разрушу твой миф!

─ Начальник, всё в порядке?

Глядя на Жэнь Инъин, от которой веяло ветром, Жэнь Лунву, занимавший пост начальника Северного управления, замер.

В сердце у него внезапно возникло странное ощущение.

Будто дядю унизили и оскорбили в веселом квартале, а племянница-дракон по её велению вернулась с братвой поднимать ему показатели.

─ Со мной-то всё в порядке, но вот сегодняшнее… эх!

Жэнь Лунву покачал головой, чувствуя себя совершенно беспомощным.

Линь Фэн громко рассмеялся: ─ Старшая сокурсница, ты и собираешься побить мой рекорд? Если бы ты могла раскрыть дело, то давно бы уже раскрыла!

─ Давай лучше так: в будущем я благодаря своим способностям непременно стану высшим руководством городского или даже провинциального управления.

─ Будь моей девушкой, и я гарантирую тебе гладкий карьерный путь!

Как только слова смолкли, Жэнь Инъин с предельно презрительным видом закатила глаза.

Она даже разговаривать с ним не пожелала.

Двое подчиненных, Ван Чао и Ма Хань, громко рассмеялись.

─ Братуха, ты только глянь: этот тип – в плечах косой, в талии никакой, задница шире туловища – неужели он достоин добиваться нашего капитана?

─ Точно-точно! Хочешь завоевать нашего капитана – дождись окончания «Ван Пис» или пока вырастет Конан.

Стоило сторонам встретиться, как между ними сразу же вспыхнуло напряжение.

Старик Чжан нахмурился и властно произнес: ─ Ваши дрязги меня не волнуют, сейчас меня интересует только раскрытие дела!

─ Разве ты не прославленный король криминалистики? Чего же ты стоишь, иди и делай!

─ Есть!

Линь Фэн отдал честь и тут же шагнул за ограничительную ленту на место преступления, принявшись за осмотр.

Заметив это, зять старика Чжана, Сунь Цзы, слегка занервничал.

─ Папа! Северное управление уже столько раз проверяло это дело, это же просто несчастный случай…

Старик Чжан с бесстрастным лицом повернулся к нему: ─ Я веду расследование по-своему, ты из-за чего суетишься?

Сунь Цзы выдавил из себя нотку беспокойства: ─ Мертвые уже мертвы, и когда Линьлинь ушла, я тоже тяжело переживал.

─ Я переживаю за твое здоровье… Смотри только не сорви сердце от злости!

Старик Чжан легко фыркнул: ─ Ты кто такой, чтобы указывать мне, как поступать? Ты даже не смог позаботиться о моей дочери, будучи зятем, живущим в доме жены, а еще хватает совести называть меня папой?

─ Я всё равно буду вести расследование! У меня есть подозрения, что кто-то убил мою дочь!

Ощутив на себе этот многозначительный взгляд.

Сунь Цзы слегка запаниковал и указал на себя.

─ Погодите, папа, что это значит? Вы подозреваете меня?

─ Верно! Старик подозревает именно тебя.

Слова прозвучали кратко и емко, цель была обозначена четко.

У Сунь Цзы дернулось веко, а на душе скребли кошки.

Он мысленно обругал старика тысячей проклятий: старый хрыч, когда же ты наконец сдохнешь!

Однако внешне он сохранял полное спокойствие, изобразив на лице скорбь.

─ Папа, я понимаю: зять – наполовину сын, раз уж я всего лишь наполовину сын, ваши подозрения вполне естественны.

─ Но я хочу сказать: раз мы с Линьлинь поженились, я целиком и полностью воспринимал вас как собственного отца.

─ Проверяйте! Если это поможет вам мне поверить.

Услышав эти слова, Жэнь Инъин и оба её спутника дружно закатили глаза.

Тот, кто не знал, решил бы, будто этот зять-примак перенес невыносимые страдания.

Как мужчина может быть настолько фальшивым?

По сравнению с ним Су Юнь кажется ей куда лучше – он по крайней мере открытый негодяй.

Раз уж пошел на блядки, так отвечает за поступки!

Старик Чжан пропустил лицемерные излияния Сунь Цзы мимо ушей и подошел к Линь Фэну.

─ Ну как, что-нибудь удалось выяснить?

Взгляд Линь Фэна был тяжелым: ─ Дело чрезвычайно сложное, это самый трудный случай за всю мою практику.

─ Метод убийства преступника безупречен, никаких зацепок обнаружить не удается.

─ Но отсутствие зацепок – это главная зацепка и есть, мне нужно три дня, и я обязательно раскрою преступление.

Три дня – срок небольшой.

Однако старик Чжан остался крайне недоволен и в ярости воскликнул:

─ Три дня за тремя днями, вы что все тут тупицы?

Толпа полицейских молчала, опустив головы, чувствуя себя донельзя опозоренными.

Линь Баотянь торопливо шагнул вперед: ─ Прошу старика Чжана не гневаться, не гневаться!

─ Мой племянник – король криминалистики, если он не сможет, то не сможет никто!

Как только он умолк, Жэнь Инъин внезапно вышла вперед и с усмешкой бросила:

─ Кто сказал, что не сможет?

─ Старик Чжан, скрывать не стану, я уже восстановила весь ход событий того происшествия и выяснила, кто настоящий убийца!

Все вокруг удивленно переглянулись!

Линь Фэн схватился за живот и расхохотался.

─ Ха-ха-ха! Капитан Жэнь, ты хоть понимаешь, что говоришь?

─ Вчера кое-кто еще с пеной у рта доказывал, что это несчастный случай, а сегодня вдруг переобулся и говорит об убийстве?

─ Ну-ка, раз уж так, поведай нам, как всё произошло и кто убийца!

Линь Баотянь скрестил руки на груди, приняв вид зрителя, предвкушающего зрелище.

Он прекрасно знал её возможности: раз уж его собственный племянник пока ничего не добился, неужели эта девица способна раскрыть дело?

Жэнь Лунву встревожился: ─ Инъин, давай не будем нести чушь!

Жэнь Инъин покачала головой: ─ Я не мелю чушь, настоящий убийца… это он! Сунь Цзы!

При этих словах по рядам прокатился ропот шока!

Сунь Цзы праведно возмутился и ткнул в нее пальцем.

─ Я засужу тебя за клевету, понимаешь?

─ Она клевещет, она нагло на меня клевещет!

Линь Фэн покачал головой и съязвил: ─ Совсем потерял способность мыслить? Мы же полицейские, разве можно расследовать дела с потолка?

─ Или ты просто решила поддакивать подозрениям старика Чжана и подлизываться к нему, объявив господина Сунь Цзы убийцей?

Жэнь Инъин уверенно улыбнулась.

Не торопясь, она пересказала весь ход происшествия в том виде, в каком его описал призрак Чжан Линьлинь.

─ Так что убийца – это он и та нянька!

С каждым словом присутствующие все больше цепенели от ужаса!

Ведь всё и вправду сходилось!

Взгляд старика Чжана стал острым: ─ Сунь Цзы! Что ты на это скажешь?

Сунь Цзы метался в панике, чувствуя себя совершенно потерянным.

Он никак не ожидал, что его безупречный план кто-то сможет восстановить с такой точностью.

Как такое возможно?

В ярости он закричал: ─ Папа! Это клевета, это просто её домыслы, где доказательства?

Линь Фэн тоже кивнул: ─ Капитан Жэнь, во всем нужен подход с точки зрения улик, особенно для нас, блюстителей закона!

─ Закон даровал нам, стражам порядка, власть, но это не повод для вседозволенности!

Лицо Жэнь Инъин выражало абсолютную уверенность перед лицом насмешек.

─ Нужна ли мне твоя учеба?

─ Раз я осмелилась это заявить, у меня естественно есть способ заставить его самого чистосердечно во всем признаться!

То, что хранилось на видеорегистраторе, никак нельзя было выставить на всеобщее обозрение.

Дело это из ряда вон выходящее, стоит просочиться слухам о том, что мертвецы оживают и дают показания по делу, разразится грандиозный скандал!

Руководство голову с них первыми снимет!

Но у нее была… тыква, которую дал Су Юнь.

Заметив, что она извлекла тыкву, Линь Баотянь, Линь Фэн, Сунь Цзы и остальные скрестили руки на груди, чувствуя себя в полной безопасности.

─ Поглядим-ка, что за снадобье ты прячешь в своей тыкве!

Жэнь Инъин ничего не ответила и, следуя прежним указаниям Су Юня, откупорила пробку тыквы.

В тот же миг повеяло могильным холодом.

Температура вокруг упала на несколько градусов, и все присутствующие невольно поежились.

─ Чего это вдруг похолодало?

─ И впрямь пробрало до костей! Что за погода, прямо мистика какая-то!

Стоило словам затихнуть, как стоявший рядом Сунь Цзы яростно затрясся.

Следом за этим его взгляд безумно заблестел, словно в него вселился демон.

Он начал исступленно лупить себя по лицу, вопя и голося, точно помешанный.

─ Верно! Это я убил, это мы с моей первой любовью её убили!

─ Мы долго всё планировали, стоило только покончить с этой Чжан Линьлинь, и всё состояние семьи Чжан перешло бы ко мне, её зятю!

─ Ха-ха-ха! Вы слышали, это я её убил!

Закончив орать, Сунь Цзы внезапно бросился вперед, пытаясь выхватить оружие у полицейского.

Разве стражи порядка позволили бы ему это сделать?

─ Руки убрал!

Сила Сунь Цзы возросла многократно, одним ударом ноги он отбросил полицейского.

И приставил дуло к собственной груди.

Пан-пан-пан!

В мгновение ока вся обойма была опустошена.

Сунь Цзы рухнул в лужу крови.

Это… был лишь предел оружейного магазина, но никак не предел одной конкретной души.

При виде столь внезапной развязки все вокруг погрузились в гробовую тишину.

…

----------

Племянница, ты должна завести хорошие отношения с мастером Су!

Жэнь Луну, Линь Баотянь, Линь Фэн и другие дружно вытаращили глаза.

На их лицах читались шок и полное оцепенение!

─ Это… это что за ситуация?

─ Только что он с пеной у рта доказывал, что не убийца, – как вдруг взял и признался ровно так, как говорила Жэнь Инъин?

─ И к тому же… застрелился?

─ Как она вообще это воротила? Это же нелогично!

По логике, раз Сунь Цзы столько времени вынашивал план и убил Чжан Линьлинь, у него не было причин признаваться в преступлении.

Почему же после того, как Жэнь Инъин открыла тыкву, он вдруг сошел с ума?

В голове не укладывалось, но увиденное потрясло их до глубины души.

В полицейской академии такому методу раскрытия преступлений точно не учили!

Линь Фэн с мрачным лицом произнес: ─ Ты столько дней затягивала с расследованием только ради того, чтобы меня унизить?

Жэнь Инъин просто проигнорировала Линь Фэна и направилась к старику Чжану.

А вот Ван Чжао и Ма Хань самодовольно ухмыльнулись.

─ Да ты и не стоишь того, чтобы моя старшая сестра тебя унижала! Мы во всем разобрались еще несколько дней назад, просто окончательно убедились только вчерашней ночью.

─ Что за великий сыщик такой, рядом с моей старшей сестрой – сплошное ничтожество.

─ Точно-точно, катись-ка ты обратно в город, меньше позорься со своей дутой славой.

Тридцать лет на востоке реки, тридцать лет на западе.

Одним пинком сбросив заносчивого короля сыска с пьедестала, парочка подчиненных испытывала сильнейшее чувство удовлетворения!

И всё это благодаря нашему братцу Юю – он лишь слегка применил хитрость и уладил абсолютно всё.

Просто невероятно!

Брат Юй, обожаю тебя!

Линь Фэн рассвирепел: ─ Ты…

Жэнь Инъин отдала честь старику Чжану.

─ Старик Чжан, дело раскрыто, а за соучастницей я уже отправила людей.

─ Хорошо, хорошо, хорошо! Этот старик давно подозревал подонка! Мало того что обобрал мою дочь и воспользовался ее красотой, так еще и отнял у нее жизнь!

─ Позволить ему вот так подохнуть – значит проявить к нему слишком большую милость! Но второй соучастник…

─ Я сделаю так, что она поймет, что такое участь хуже смерти.

В глазах старика Чжана бушевала жажда убийства, пылая ненавистью.

Вдоволь от души попинав труп Сунь Цзы, чтобы выпустить пар,

он тяжело вздохнул и с благодарностью посмотрел на Жэнь Инъин и начальника Жэня.

─ Оба вы, прошу прощения за то, что старик вспылил и повысил голос.

─ Если бы не ваши совместные усилия по раскрытию дела, эта ночь снова прошла бы для меня без сна.

Жэнь Луну скромно ответил: ─ Не стоит благодарности! Служить народу – наша прямая обязанность.

─ Моя племянница, этот цветок нашей полиции, получила свою репутацию вовсе не из воздуха.

─ Раз дело раскрыто, позволите моим людям отправить тело госпожи Чжан обратно в семью Чжан?

Старик Чжан кивнул и вернулся в машину.

─ Я сам поеду встречать дочь. Меня полностью устраивает эффективность работы вашего Северного управления, я обязательно доложу об этом наверх как есть.

─ Благодарим старика Чжана!

Автомобиль взревел двигателем и умчался прочь.

Перед отъездом старик Чжан бросил долгий взгляд на тыкву в руках Жэнь Инъин.

Стоило старику Чжану уехать, как Жэнь Луну распрямил плечи.

Выпятив грудь, он подошел к Линь Баотяню и Линь Фэну и с улыбкой произнес:

─ Ой… как назло, опять нечаянно раскрыли глухарь, какое радостное событие.

─ Сегодня вечером во всем управлении праздничный ужин, старик Линь, не хочешь присоединиться?

─ Ой? А почему это у тебя такое кислые лицо? Ты что, не любишь улыбаться?

Ма Хань плутовато подскочил ближе: ─ Начальник, скажите, может ли навозный жук, столкнувшийся с поносом, радоваться тому, что побегал впустую?

Жэнь Луну хлопнул его по затылку обратной стороной ладони: ─ Какую правду-матку ты тут несешь? Начальник Линь – всё-таки начальник управления, какой же он навозный жук?

─ Сегодня с тебя три чашки штрафной, слышал?

Ма Хань отдал честь: ─ Слушаюсь, сэр!

Линь Фэн стоял с мрачным лицом, скрежеща зубами от ярости.

С самого начала своей карьеры – вот уже год – он не испытывал такого унижения и беспомощности. Как он ни ломал голову, он так и не понял, как именно Жэнь Инъин расследовала дело.

Проклятая баба!

Линь Баотянь пришел в ярость: ─ Не радуйтесь раньше времени! Колесо фортуны еще повернется!

─ Уходим! И еще… ты уволен, раз не смог уберечь собственное оружие, зачем ты вообще нужен?ы

Упомянутый полицейский из Южного управления, у которого Сунь Цзы отобрал табельное оружие, побледнел и вмиг сник, словно побитый морозцем баклажан.

…

Вернувшись в управление, Жэнь Луну не переставая хохотал во весь голос.

─ Какое облегчение! Видеть физиономию Линь Баотяня, который меня терпеть не может, но ничего не может поделать – просто неописуемое удовольствие!

─ Когда старик Чжан замолвит за меня словечко в городском управлении или даже в провинциальном, твой дядя сможет пойти на повышение.

─ Говори же скорее, девчонка, как ты в конце концов вычислила преступника и заставила Сунь Цзы во всем сознаться?

Всю дорогу он едва сдерживал распиравшее его любопытство.

Жэнь Инъин задрала подбородок с видом гордой кошки: ─ Разумеется, благодаря моим непревзойденным навыкам сыска, а как же иначе?ы

Жэнь Луну пренебрежительно скривился, ни единому слову не поверив.

─ Брось заливать! Я тебя с пеленок знаю, сам говно за тобой убирал и каши варварил, неужто я твоих способностей не знаю?

─ Говори быстрее!

Услышав это, Ван Чжао и Ма Хань инстинктивно откинулись назад.

Наша старшая сестра… выросла на говне и моче?

Вот это сенсация!

Жэнь Инъин пожала плечами: ─ Ладно, строго говоря, это действительно не я раскрыла дело, мы повстречали одного мастера.

Начальник Жэнь изумился: ─ Мастера? И как же он расследовал?

─ Лучше тебе не знать подробностей этого расследования, иначе я боюсь, что тебя до смерти испугает.

При слове «испуг» Жэнь Инъин внезапно вспомнила тех заместителя главврача и заведующего в больнице.

Интересно… как они там поживают в этот момент?

Начальник Жэнь пренебрежительно усмехнулся: ─ Я столько лет вращаюсь в кругах охраны правопорядка, моя смелость давно вышла за пределы обычного, чего я только не повидал – и оторванные руки, и поломанные ноги.

─ По-твоему, меня может испугать какое-то заурядное уголовное дело?

Видя его непреклонное упорство, Жэнь Инъин ничего не оставалось, как сделать знак Ма Хане.

Ма Хань понял ее без слов и достал видеорегистратор.

И стоило Жэнь Луну досмотреть видео до конца, как он надолго замолчал.

На лице – внешнее спокойствие, но на деле ноги и губы мелко-мелко дрожали.

─ То есть… в этом мире действительно существуют призраки?

─ Угу! Раньше я и сама не верила, но теперь верю.

─ Хорошо, я понял. Пойду покурю, мне нужно прийти в себя.

Жэнь Луну дрожащими руками прикурил сигарету и, шатаясь от каждого шага, направился к выходу из управления.

Выкурив сигарету и немного посидев под солнцем,

этот видавший виды начальник наконец пришел в себя.

Первой же фразой по возвращении в кабинет стало: ─ Твою мать! Я реально повстречал призрака!

Уголки ртов Вана и Ма дернулись: ─ Шеф, у вас какая-то заторможенная нервная реакция в вашем-то возрасте!ы

Начальник Жэнь глубоко вздохнул: если бы перед ним сидела не собственная племянница и не было бы видеозаписи с регистратора,

то даже под страхом смерти он бы не поверил в подобное.

─ Я всю жизнь учил вас, новичков, верить в науку.

─ И как мне теперь вас учить? На словах толкать науку, а за спиной верить в мистику и заклинания?

Он чувствовал, что этот мир сошел с ума, и никак не мог взять в толк, что преступление раскрыли с помощью даоса-экзорциста и нечисти.

Видя его глубокое потрясение и растерянность, Ван Чжао и Ма Хань злорадно захихикали.

─ Ха, мы ведь сначала точно так же выглядели, теперь хоть баланс восстановлен.

─ А ну пошли вон оба! Об этом деле язык за зубами держите, оба слышали?

─ Есть!

Они отдали честь и вышли из кабинета.

Жэнь Луну повернулся к Жэнь Инъин.

─ Девочка моя, когда придет денежное вознаграждение, отвезешь его лично господину Су!

─ Отдай ему всё до копейки, нашему управлению оттуда ничего не нужно. Кроме того, добавь еще несколько подарочных знамен – такого одаренного человека обязательно нужно привлечь на свою сторону!

─ С тех пор как твоего отца по ложному обвинению упрятали за решетку, дела нашего клана Жэнь, по правде говоря, идут из рук вон плохо, мы на краю гибели!

─ Когда-то мы были могущественной силой в провинциальном центре, стояли на самой вершине, а теперь ютимся в маленьком уезде и влачим жалкое существование.

─ Если мы хотим добиться реабилитации твоего отца и возродить клан Жэнь, я считаю, что мастер Су – наш главный шанс.

─ Мы обязаны намертво привязать его к себе: мы обеспечим ему прикрытие в официальном мире, а он прикроет нас с потусторонней стороны. Будем двигаться рука об руку и вместе взлетим!

Будучи старым прожженным волком, он с первого же взгляда раскусил всю ценность Су Юня.

И теперь со всей страстью уговаривал родную внучатую племянницу!

Жэнь Инъин поморщилась и пробурчала: ─ Да я вовсе не хочу с ним видеться! Я бы прибила его с удовольствием!

─ Ты, девчонка…

─ В таких серьезных делах нельзя идти на поводу у капризов!

─ Твой дядя всю жизнь ходит по тонкому льду, мне… так сильно хочется продвинуться по службе.

─ А прорыв в городское управление – это наш с тобой первый шаг.

─ Ладно-ладно! Пойду я налаживать с ним отношения, довольна? Хватит тут болтать, из-за того что я отпахала ночную смену, мне нужно заглянуть в антикварную лавку и вырезать кулон.

Жэнь Инъин тяжело вздохнула, вспомнив о дамокловом мече клана Жэнь и о собственном отце.

Настроение ее заметно омрачилось.

Ее отец некогда служил в провинциальном управлении безопасности, но из-за своей излишней неподкупности перешел кому-то дорогу.

Его сообща оболгали и упрятали в тюрьму.

Клан Жэнь покатился по наклонной и подвергся безжалостной травле со всех сторон.

Таков этот мир: если в пруду полно черных рыб, они непременно сговорятся и выгонят вон белую рыбу.

Она переоделась из полицейской формы, явив миру короткую юбку и туфли на высоких каблуках.

Начальник Жэнь остолбенел: ─ Вырезать? Из чего вырезать собираешься?

Жэнь Инъин подняла кусок дерева: ─ Вот из этого, вырежу из грозового дерева…ы

С этими словами она развернулась и вышла.

Начальник Жэнь откинулся назад, уставившись на нее и моргая глазами.

─ Эта девчонка… она что, только что меня обругала?

…

Тем временем в Южном управлении.

Вернувшись, Линь Баотянь пришел в бешенство.

─ Кучка ничтожеств, дармоеды!

─ Ищите! Немедленно выясните, каким образом Северное управление сумело раскрыть дело за одну ночь!

─ Я не верю, что у этой бабки хватит на такое ума.

Подчиненные затрепетали от страха и бросились задействовать все свои связи и возможности, чтобы добыть информацию.

Спустя три часа один из сотрудников постучал в дверь и вошел.

─ Начальник!

─ Выяснили?

─ Нет… но по записям с камер наблюдения мы установили, что посреди ночи Жэнь Инъин задержала какого-то подозреваемого.

─ А после этого они вместе с подозреваемым ездили в Центральную больницу.

─ Подчиненный полагает, что успех в расследовании напрямую связан с этим человеком.

Полицейский доложил всё как есть.

Система «Всевидящее око» у полиции работала безупречно: камеры стояли на каждом шагу, всё зависело лишь от желания искать.

Прищурившись, Линь Баотянь спросил: ─ Как зовут этого подозреваемого?

─ Су Юнь!

----------

Он же твой парень, да?

─ Су Юнь? Впервые слышу! Кто он такой? – спросил Линь Баотянь.

Полицейский покачал головой:

─ Согласно предоставленному с камер видеонаблюдения лицу мы пробили его по общей базе данных – он просто парень из деревни.

─ Кажется, подрабатывает предсказателем судьбы!

Линь Баотянь замер, переваривая эту новость в голове.

─ Предсказателем судьбы? У него что, настолько специфические вкусы?

─ Его забрали в участок тоже за то, что он проделал с тем предсказателем вот это?

Полицейский споткнулся: ─ Нет… он и есть предсказатель.

─ Его дядя?.. Племянник с дядей…

Линь Баотянь вытаращил глаза.

Что за эпоха на дворе, неужели до сих пор существуют такие люди?

Линь Фэн шлепнул себя ладонью по лбу, сочтя, что если его дядя и смог занять пост начальника управления, то лишь благодаря высокому стажу, иначе с таким-то умом… вряд ли.

─ Дядя, может, хватит уже смотреть всякие сомнительные романы, ОК?

─ Раз они отправились в больницу, дежурные врачи там наверняка знают, что те делали.

─ Почему бы просто не расспросить их?

Линь Баотянь задумался: ─ Отличная идея, поезжай со мной в центральную больницу, во всем разберемся.

Дядя с племянником прибыли в больницу и отыскали заместителя главврача и заведующего.

Однако, увидев обоих, Линь Баотянь остолбенел.

Заместитель главврача и заведующий, сжимая в руках внутренние VIP-карты психиатрического отделения, проходили психиатрическое лечение.

Оба выглядели отрешенными, словно пережили сильнейший испуг и потрясение.

─ Двоева, прошлой ночью…

Линь Баотянь задал мучивший его вопрос.

Стоило заговорить о прошлой ночи, как оба врача пришли в крайний ужас.

─ Призраки! Мы видели призраки, мы видели призраков!

─ В морге куча призраков танцует диско!

Долго расспрашивая, Линь Баотянь так ничего и не добился.

Взбешенный, он выругался и принялся яростно бранить их:

─ Призраки танцуют в морге? Да это я сейчас сошел с ума!

─ Черт! Два психопата!

Вернувшись в полицейский участок, Линь Фэн погрузился в раздумья.

─ Я считаю, что нынешнее дело и странное поведение тех двух врачей напрямую связаны с Су Юнем.

─ Ты же не хочешь сказать, что этот Су Юнь способен заговорить призраков?

Линь Баотянь нахмурился.

Линь Фэн покачал головой:

─ Исключено, но мы можем проверить Су Юня, да и тыква Жэнь Инъин, по-моему, тоже вызывает вопросы.

─ Того и гляди, откуда-нибудь раздобыли галлюциногены.

Линь Баотянь внезапно догадался: ─ Галлюциногены? А вот это вполне возможно, у многих барыг с улиц есть такая дрянь.

─ И надо же… Жэнь Инъин нарушает закон сознательно, связалась с этими людьми?

─ А ну живо следите за Су Юнем, как только возникнут проблемы – сразу тащите сюда.

─ Раз люди из ее семьи смеют мне дерзить и отнимать мои заслуги, я отрублю ее собачьим прихвостням ноги!

…

В то же время Жэнь Инъин тоже направлялась в старинную антикварную лавку уездного города.

─ Старик Ван занят?

─ Ого! Офицер Жэнь пожаловала. Вы сегодня за покупками или расследовать дело? Мы, законопослушные граждане, безусловно, будем сотрудничать.

Хозяин лавки был уже в солидном возрасте, лет семидесяти на вид.

Но держался бодро, перебирая в руках пару шаров для медитации из грецких орехов.

Жэнь Инъин сохраняла невозмутимость:

─ У меня сегодня выходной, пришла попросить вырезать подвеску.

Старик Ван усмехнулся: ─ Я ведь давно забросил резьбу…

─ Ну не надо так, мы же столько знакомы, тем более вещь маленькая, минутное дело.

─ Во всем уезде кто не знает, что у дяди Вана самые золотые руки?

Жэнь Инъин расточила с десяток комплиментов.

Сидящий перед ней управляющий в свое время был директором городского музея.

И глазомер, и мастерство резьбы у него были на высшем уровне.

Старик Ван с улыбкой покачал головой: ─ Ах ты девчонка… Ладно, раз твой отец помог мне вернуть тот утерянный артефакт, я эту доброту помню.

─ К кому попало я бы и пальцем о палец не ударил, но ты – другое дело.

─ Доставай свою вещь, вырежу.

Жэнь Инъин извлекла пораженную громом древесину.

─ Держите!

─ И из-за этой деревяшки ты притащилась ко мне?

Старик Ван пренебрежительно взял ее в руки.

Но стоило предмету оказаться у него в ладони, как его старое тело резко задрожало, а в глазах застыло крайнее изумление.

─ Стой… откуда… откуда у тебя эта деревяшка?

─ Ой! Один знакомый недавно продал, говорит, мол, громовое дерево пятидесятилетней выдержки, взял с меня пять тысяч.

─ А что? Тут что-то не так? Вдруг подделка? – озадаченно спросила Жэнь Инъин.

Во взгляде старика Вана появился глубокий подтекст: ─ Это же твой парень, да?

Жэнь Инъин закатила глаза: ─ Да просто знакомый, вчера при странных обстоятельствах познакомились.

Старик Ван громко рассмеялся: ─ Ты что мне зубы завариваешь, девчонка? Какой знакомый станет продавать такое за пять тысяч?

─ Давай так: я беру ее за триста тысяч!

Красивые глаза Жэнь Инъин постепенно расширились, и она недоверчиво переспросила:

─ Ск… сколько? Триста тысяч? За эту обугленную деревяшку?

─ Какая еще обугленная деревяшка, я не позволю так пренебрежительно отзываться о сокровище!

─ Если бы не наша многолетняя дружба, старик вроде меня непременно умыкнул бы у тебя эту громовую древесину.

─ Скажу тебе правду: триста тысяч – это еще скромно, в этой деревяке колоссальная концентрация стихии грома, это абсолютный раритет, за нее и полмиллиона отдать готовы.

─ Если носить ее при себе постоянно, она способна избавить от множества болезней и невзгод, изменить поле и удачу!

─ Старик пробыл директором десятки лет, но даже я не видывал столь чистой выработки.

Лицо старика Вана сделалось суровым, он принялся гладить громовую мартовскую древесину, точно бесценное сокровище.

Жэнь Инъин судорожно втянула воздух и испуганно взвизгнула:

─ Полмиллиона?!

Даже при ее неплохом благосостоянии полмиллиона отнюдь не казались копейками.

И всего за одну ночь общения человек преподносит столь щедрый дар?

Да Су Юнь совсем не производил впечатление того, у кого найдется лишняя пятерка тысяч.

─ Нет, я должна вернуть ее ему, нельзя быть у него в таком долгу.

Жэнь Инъин выхватила деревяшку и уже собралась бежать на поиски Су Юня.

Старик Ван торопливо окликнул ее:

─ Эй, постой! Он отдал ее тебе наверняка с каким-то умыслом, эта громовая деревяшка… похоже, с ней кто-то поработал.

─ Причем методы невероятно высоки. Если я не ошибаюсь, тот, кто тебе ее подарил, владеет ремеслом?

Жэнь Инъин кивнула: ─ Владеет, он предсказатель судьбы, причем чертовски сильный.

Старик Ван погладил бороду: ─ Тогда все сходится. В годы моей молодости, когда я промышлял расхищением гробниц…

─ То есть, когда я занимался подземной экспертизой древностей, будь у меня такая защита, я бы давным-давно залез в ту огромную гробницу в провинциальном центре.

Уголок рта Жэнь Инъин дернулся: ─ Говорить мне такое прямо в лицо – по-твоему, уместно?

Старик Ван отмахнулся: ─ Пустяки, я давным-давно завязал и вышел из тени, вашей проверки не боюсь.

─ В свое время я говорил твоему отцу, что по знакам судьбы у тебя дефицит огня, врожденная принадлежность к инь, да еще и роковая напасть на роду, поэтому он и направил тебя в полицию.

─ Поскольку полиция символизирует Белого Тигра, стихию металла по пяти элементам и ведает карательными функциями, это способно смягчить беды.

─ А тот мастер, что преподнес тебе громовую древесину, должно быть, тоже разглядел изъян в твоей судьбе, раз решил специально сделать такой подарок.

Услышав это, Жэнь Инъин словно что-то вспомнила и мгновенно задрожала всем телом.

─ Верно, верно! Я помню, он тогда сказал, что в критический момент эта вещица способна спасти жизнь.

─ Неужели…

Тут она резко прикусила нижнюю губу.

На душе у нее скребли кошки.

Помог раскрыть громкое дело, да еще исподтишка прислал оберег для спасения жизни.

С какой стати он ко мне так добр? Неужто я ему и правда приглянулась?

Нет… но почему тогда он не принимает меня в мессенджере?

Игра в кошки-мышки?

В следующее мгновение в голове Жэнь Инъин уже разворачивался сюжет молодежной романтической мелодрамы.

То сближение, то отдаление!

Она мотнула головой, силясь выбросить эти мысли из головы.

Кто она такая? Звезда полиции, к тому же бывшая первая красавица института, да еще и богатая наследница.

Разве ее так просто закадрить?

─ Ладно, сделайте мне тогда из нее подвеску, а я потом доплачу ему разницу, нельзя же позволять человеку оставаться в убытке.

Старик Ван кивнул: ─ Договорились, дай мне час.

Взяв громовую древесину и достав резец, он принялся за тонкую работу.

Вскоре Жэнь Инъин забрала готовое украшение и, довольная, удалилась.

…

А Су Юнь тем временем рыскал по всему городу в поисках подходящего жилья.

Он намеревался временно обосноваться на западе провинции Сян, а там подыскать какую-нибудь подработку на первое время.

Одновременно зарабатывать деньги и совершенствовать свое мастерство.

И попутно выяснить, что за силы стояли за теми, кто в прошлом вел борьбу с его отцом и набросился на него толпой.

Ему следовало составить список, чтобы после скрытой тренировки вырезать весь их род.

Су Юнь озирался по сторонам, целенаправленно шныряя по мрачным переулкам.

Почему он искал эти неприглядные места… Разумеется, из-за дешевизны!

Снимать жилье прямо на улице стоило от двух тысяч в месяц, да еще платить залог за два месяца вперед.

Он что, дурак, чтобы переплачивать? Разве плохо найти тихий темный переулок?

К тому же он опасался, что его красивое лицо заставит каких-нибудь молодушек или замужних дам потерять сон по ночам.

Безответная любовь – штука мучительная, а ведь он был добрым человеком, привыкшим думать о других!

Су Юнь то и дело задирал голову, разглядывая мелкие объявления на телеграфных столбах в надежде отыскать коммерческую жилку.

《Сифилис и гонорея лечатся одним уколом!》

《Вскрытие и замена замков, звоните 158********》

《Профессиональная прочистка канализации, выезд на дом》

《Домашний персонал и няни, доступные цены и гарантия》

《Частный детектив, специализация – слежка за любовницами》

Осмотрев множество мест, нужного объявления он так и не нашел.

─ Где же объявления о зачатии за огромные деньги? Куда они все пропали?；

─ Нынче мужья богатых дам что, все как один в полном расцвете сил?；

Шагая вперед и потирая глаза с ворчанием, он чувствовал, что не только беден, но и зрение его подводит все сильнее.

Заглянув в кошелек, он черт побери даже купюр там не обнаружил!

Как раз когда он собрался отыскать какую-нибудь забегаловку, чтобы заточить плотную порцию еды, впереди в переулке внезапно возникла призрачная фигура…

----------