Цуй Чаншэн угодил в мир сянься и с ходу завалил экзамен в бессмертную секту. Двадцать лет он торговал на городском рынке, плюнул на путь бессмертия и уже решил махнуть рукой на мечту, чтобы стать зятем-приймаком, — как вдруг в нём проснулась панель заклинаний Горы Фанцунь.
Всё, игра кончена. Хватит изображать неудачника: Цуй Чаншэн — истинный мастер талисманного пути.
……
Он, Цуй Чаншэн, начнёт с рисования талисманов и дойдёт до бессмертия сяньдао и вечной жизни.
Жанры: путь смертного, вечная жизнь, системная панель, осторожный герой, прокачка характеристик, решительные убийства, нормальные моральные ориентиры.
─ Цуй Чаншэн, низшее разнородное духовное корень пяти элементов!
─ На помосте Испытания Сердца очнулся вторым… Что ж, по части стойкости духа его еще можно счесть ростком бессмертия.
Помост Испытания Сердца был последним рубежом вступительного испытания в секту Лоугуань, что в царстве Цинь. На нем проверяли волю и крепость духа.
─ Как жаль! Низшее разнородное корень пяти элементов… О создании фундамента ему останется только мечтать…
Очнувшись от тяжелого забвения, Цуй Чаншэн взглянул сквозь оконную раму на застывшую в небесах луну, сиявшую подобно серебряному блюду.
─ До чего же быстро летит время… ─ прошептал он с невольным вздохом. ─ В этой жизни мне уже стукнуло тридцать пять.
Двадцать лет назад он вместе с восемью сокурсниками под началом наставника Чжао Чжэна из внешнего двора секты Лоугуань три месяца усердно постигал науки, чтобы вместе с другими попытать счастья на вступительном испытании.
Мечты казались прекрасными,
но реальность оказалась куда суровее.
Едва переродившись в этом мире, он полнился амбициями и считал себя избранником судьбы, однако радовался он слишком рано. Среди всех духовных корней в мире культивации самым никчемным считался именно разнородный корень пяти элементов – металла, дерева, воды, огня и земли, – где наивысший показатель, атрибут дерева, достиг лишь девяти пунктов.
В этом мире главнейшим условием для ступающих на путь самосовершенствования было наличие духовного корня.
Корни делились на высший, средний и низший ранги, а те, в свою очередь, распадались на девять ступеней.
С девятой по седьмую ступени считались низшим рангом: низший-низший, низший-средний и низший-высший.
С шестой по четвертую – средним рангом: средний-низший, средний-средний и средний-высший.
С третьей по первую – высшим рангом: высший-низший, высший-средний и высший-высший.
Помимо первой ступени существовали еще и редчайшие особые духовные корни.
С его разнородным корнем пяти элементов Цуй Чаншэн не мог надеяться стать даже учеником внешнего двора. Что уж говорить – секта Лоугуань не пожелала взять его даже на роль чернорабочего слуги.
К счастью, наставник Чжао Чжэн проявил ответственность: он привел Цуй Чаншэна на рынок Миньшань в Циньлине. Вместе с ним прибыл еще один проваливший испытания абитуриент – Ли Гоуэр, так что одиноким он себя не чувствовал.
Оказавшись на рынке Миньшань, Цуй Чаншэн вел себя предельно осторожно и тише воды, ниже травы. Он никогда не ввязывался в опасные авантюры – говоря языком его прошлой жизни, в какой-нибудь игре его назвал бы заядлым мирным ремесленником.
И вот, миновало двадцать весен и осеней… Ему исполнилось тридцать пять, а культивация все так же замерла на третьей ступени Концентрации Ци.
За эти двадцать лет он не позволял себе ни малейшей слабины: вставал раньше петухов, ложился позже собак, отдавая почти все время медитациям и начертанию талисманов.
Только благодаря упорному труду и ремеслу рисовки талисманов ему удалось кое-как закрепиться на рынке Миньшань.
Пусть жилье его относилось лишь к третьему классу, а жареное мясо духовных зверей удавалось вкусить лишь раз в неделю, зато это место отличалось безопасностью.
Это вам не безрассудные бродячие практикователи, чья жизнь зависит от охоты на монстров и напоминает хождение по лезвию ножа.
Как попаданец, Цуй Чаншэн теперь окончательно смирился со своей судьбой. Двадцать лет под корень истребили все его наивные фантазии.
Прежде он свято верил, будто наделен великим удачливым роком – раз уж переродился, то везением точно не обделен. И хотя его духовный корень оказался худшим из возможных, он упорно полагал, будто небеса обязательно вознаградят его за труды.
И вот, отдав борьбе двадцать лет, он жил ничуть не лучше вьючного вола.
─ И толку с того… Всё пустые труды, ─ пробормотал Цуй Чаншэн, окончательно заполнив душу покоем. Растрачивать жизнь понапрасну глупо, лучше уж предаваться радостям, пока есть время.
Вскоре его тело полностью расслабилось, раздался легкий храп, и он снова погрузился в глубокий сон.
Бум! Бум! Бум!
В дверь снаружи постучали.
─ Брат Цуй! То, о чем я говорил тебе вчера… ты обдумал?
Стоило Цуй Чаншэну отворить дверь, как перед ним предстало красивое лицо Ли Гоуэра… точнее, Ли Го.
─ Брат Го! Я всё понял. Ты прав.
Подумаешь, стать «племенным быком» для клана Лю, набрать побольше жен и наплодить кучу детей? Что ж, эту чашу он готов испить до дна.
Увидев Ли Го, Цуй Чаншэн расплылся в улыбке.
Ли Гоуэр, едва попав на рынок Миньшань, сразу решил податься в зятья к семье культиваторов Лю с горы Цинсун. Будучи крестьянским сыном, Ли Гоуэр не питал высоких надежд: возможность взять жену и иметь верный кусок хлеба казалась ему куда привлекательнее прежней жизни в поле.
Спустя двадцать лет от прежней крестьянской простоты Ли Гоуэра не осталось и следа – теперь он звался Ли Го, находился на второй ступени Концентрации Ци, имел десятерых жен и уже успел наплодить полсотни ребятишек. Впрочем, роль племенного быка и впрямь дурно сказывалась на его культивации…
─ Брат Цуй, так ты согласился? Я же сразу твердил тебе, что надо идти в зятья к семье Лю с горы Цинсун! Ты даже не представляешь, какое это счастье, хе-хе…
Бродячие практикователи на рынке Миньшань, помимо платы за аренду, обязаны были отрабатывать трудовую повинность. Те, кто не желал гнуть спину на работах, могли откупиться духовными камнями.
За эти двадцать лет Цуй Чаншэн ни разу не ходил на эти работы – ведь за пределами рынка подстерегала опасность, а он смертельно боялся гибели.
А став зятем в семье Лю с горы Цинсун, он сэкономит и на аренде жилья, и на повинностях! В год удастся сохранять лишних шестнадцать духовных камней – сделка более чем выгодная.
─ Ли Го, давай сразу договоримся! Мне нужна молодая и красивая!
Пусть Цуй Чаншэн и решился стать «племенным быком», но все же хотел найти красавицу, способную пробудить в нем плотский пыл. А уж есть у нее духовный корень или нет, теперь ему было совершено без разницы.
Коли предаваться радостям жизни, то только с красавицей, иначе и начинать не стоит.
Ли Го извлек из пространственной сумки свиток с портретами, напоминавший объемную проекцию, где были изображены сотни девушек из клана Лю.
Цуй Чаншэн перелистывал образы один за другим, пока его глаза вдруг не вспыхнули от восторга: ─ Вот эта!
Настоящая фея! Ростом под метр семьдесят, длинноногая, с белоснежной кожей и соблазнительными изгибами. Если уж быть точным, то фигурой она превосходила любую земную красавицу!
─ Хорош вкус! Ее зовут Лю Ифэй. Ее дед был практикователем на этапе Концентрации Ци с духовным корнем, но ей самой, увы, духовный корень не достался, ─ со вздохом сожаления произнес Ли Го.
─ Это не имеет значения. Главное, что она пришлась мне по душе. Застолби ее за мной! Я решено иду в зятья к семье Лю с горы Цинсун.
Три дня спустя.
Старейшина клана Лю с горы Цинсун в сопровождении Цуй Чаншэна, Ли Го и еще дюжины практикователей покинул рынок.
Помимо самого старейшины, находившегося на девятой ступени Концентрации Ци, прочие культиваторы, как и Цуй Чаншэн, находились лишь между третьей и шестой ступенями.
─ Всем собраться! До горы Цинсун осталось полдня пути.
На казенной дороге старейшина Лю Юаньцин возглавлял шествие верхом на драконочешуйчатом коне, а следом за ним вереницей двигались будущие зятья.
За месяц тяжелого перехода даже практикователи Концентрации Ци изрядно измотались, и Цуй Чаншэн не стал исключением.
Услышав слова Лю Юаньцина о близости цели, путешественники заметно приободрились и невольно перевели дух.
Однако именно в этот миг неожиданно раздался свист.
Свист! Свист! Свист!
Несколько десятков пылающих огненных шаров размером с баскетбольный мяч, подобно падающим метеорам, стремительно рванули прямо к возглавлявшему колонну Лю Юаньцину.
─ Врассыпную! Вражеская засада!
Лицо Лю Юаньцина в мгновение ока переменилось. Он взмахнул пальцами, словно мечом, и вокруг него тут же выросла глухая стена из прозрачных водяных щитов, напоминающая прочную скорлупу.
─ А-а-а… Спасите!
Хотя основной удар приходился на Лю Юаньцина, несколько снарядов угодили в гущу зятеей. Один из них, застигнутый врасплох, получил прямой удар, свалился с драконочешуйчатого коня и растянулся на земле!
Прочие практикователи в то же мгновение применили все свои защитные познания, спасаясь от возможной повторной атаки.
Взглянув на упавшего культиватора, Цуй Чаншэн смертельно побледнел. Ни в прошлой жизни, ни в этой ему еще не приходилось воочию наблюдать убийство.
Это произошло впервые в его жизни, и лишь сейчас он по-настоящему осознал всю жестокость мира культивации.
Какое счастье, что прошлые двадцать лет он безвылазно сидел на рынке Миньшань! Иначе сгинул бы уже с десяток раз.
За считаные секунды Цуй Чаншэн на инстинктах сжал талисман Деревянного Щита и юркнул за валун у дороги.
─ Хе-хе-хе… Лю Юаньцин! Задумал увести этих зятьев-культиваторов? А спросил ли ты разрешения у нашего Клана Ван?
Из лесной чащи слева от дороги вылетел практикователь с ярко-рыжими волосами.
─ Ван Цинъянь! Как ты смеешь суpointься к нашей горе Цинсун, не боясь застрять здесь навечно! ─ громко рябнул Лю Юаньцин.
Пока он говорил, желтая бумажка талисмана в его руке быстро вспыхнула и сгорела.
Это был талисман призыва помощи!
─ Некогда мне с тобой забавляться! ─ глядя на вспыхнувший талисман призыва помощи, Ван Цинъянь понял: внезапное нападение провалилось, а значит, шанса на убийство больше нет. Если прибудет подмога Клана Лю, ему самому вряд ли удастся унести ноги.
─ Двигаемся дальше! Не терять бдительности, ─ наказывал старейшина. ─ Этот рыжий старый черт из клана Ван из Долины Желтых Кленов – наш заклятый враг. Вот уже пятьдесят лет мы ведем с ними непрерывную войну за рудную жилу.
─ Из-за этого наш клан потерял слишком много молодых мужчин. Именно поэтому мы расширили поддержку посторонних практикователей и стали активнее привлекать зятьев, чтобы пополнить свежую кровь.
Отряд снова оседлал драконочешуйчатых коней, и не успели они проехать и немного, как со стороны горы Цинсун к ним устремились стремительные тени.
─ Отец! Ты в порядке? Не ранен?
Одна из прибывших, девушка в платье цвета персикового цвета, словно легкая бабочка, порхнула к Лю Юаньцину. Ее голос прозвучал подобно чистому журчанию родника, принеся невероятное облегчение всем присутствующим.
Казалось, даже поры тела раскрылись, жадно впитывая этот прекрасный звук.
Цуй Чаншэн невольно перевел на нее взгляд.
Глаза ее сияли, словно яркие звезды, зубы ослепляли белизной жемчуга, а кожа казалась чище нетронутого снега. Если бы не тревога на ее лице, ее легко можно было принять за небесную деву, не принадлежащую земному миру.
─ Ши-эр, зачем ты пришла? Со мной все в порядке, разве что потеряли одного ростка бессмертия.
Лю Юаньцин с улыбкой махнул рукой дочери.
Следом за ней опустились и остальные члены семьи Лю. Раз Лю Юаньцин невредим, значит, всё благополучно. А гибель одного абитуриента их ничуть не заботила.
В конце концов, эти люди еще не стали зятьями семьи Лю, в них не вложили ни гроша, так что и убытков клан не понес.
Гора Цинсун представляла собой не одинокий пик, а целую горную цепь, названную так в честь ценных духовных сосен, росших на главном хребте.
Поселения клана Лю строились вокруг главного пика, а по склонам рассеялись многочисленные деревни и усадьбы.
Разумеется, новоприбывшие зятья не имела права культивировать на главном хребте горы Цинсун.
Их поселили на пике Дасюн. На самой его вершине бьет чистый источник, отчего местное поместье звалось усадьбой Шаньшуй. Это место располагалось более чем в ста ли от главного пика.
На всем пике Дасюн залегала духовная жила первого ранга, прикрытая защитным массивом Чистоты Воды и Дерева первого же ранга.
Спустя два часа.
─ Низкий поклон мастеру талисманов Цуй от скромной девы Лю Ифэй.
Голос ее звучал невероятно нежно, а внешность, точь-и-точь повторявшая образ известной актрисы из его прошлого мира, совершенно лишала его самообладания.
─ Я готов взять тебя в жены. Действительно ли ты согласна идти за мной и рожать мне детей?
Нежные щеки Лю Ифэй залились густым румянцем, и она тихо прошептала:
─ Я согласна.
─ Тогда, женушка, сегодня ночью мы… Я буду крепко любить тебя и заботиться о тебе всю жизнь, ─ потирая руки, с улыбкой произнес Цуй Чаншэн.
Запасы, копившиеся тридцать пять лет, он без остатка отдаст ей!
Поначалу Цуй Чаншэн действовал осторожно, его пальцы даже слегка дрожали, но спустя полчаса он оседлал ретивого коня и предавался страсти всю ночь напролет. Нельзя не признать: путь культивации хорош хотя бы выносливостью!
Под утро насытившийся Цуй Чаншэн не чувствовал ни малейшей сонливости, продолжая ласкать прижавшуюся к нему красавицу.
В его сознании вдруг просиял нефритовый талисман с надписью «Мечта 2», от которого исходили непостижимые, исполненные даосизма струи благодати!
Стоило Цуй Чаншэну погрузить божественное чутье в нефритовый талисман, как перед его взором выросла панель характеристик.
[Имя: Цуй Чаншэн]
[Продолжительность жизни: 35/240]
[Ступень: Концентрация Ци, 3-я ступень (99/100)]
[Духовный корень: Дерево – 9] [Вода – 8] [Металл – 6] [Огонь – 6] [Земля – 5]
[Техника: Малое Искусство Пяти Элементов (3-й уровень: 380/400)]
[Навыки: талисман Возвращения Весны (Ученик: 188/200), талисман Деревянного Щита (Ученик: 199/200), талисман Опутания (Ученик: 199/200)]
[Фракция: Гора Фанцунь]
Навыки секты:
[Канон Желтого Двора, ур. 1: 0/100] [Заклятие Грома, ур. 1: 0/100] [Искусство Талисманов, ур. 1: 0/100] [Метод Сердца Возвращения к Истоку, ур. 1: 0/100]
[Божественный Путь Безмыслия, ур. 1: 0/100] [Шаг Наклонной Луны, ур. 1: 0/100] [Уничтожение Магии Дракона Медной Чаши, ур. 1: 0/100]
Сюжетные навыки: [Искусство Превращений: 7] [Лавка Бессмертного Духа: 5]
Артефакты: [Стяг Десяти Тысяч Демонов] Артефакт Чжун Куя из Подземного Мира. При взмахе этим стягом небеса и земля меняют цвет, и являются сонмы призраков…
[Пятицветный Кукольный Заменитель] Одет в пятицветные одежды… Принимает урон на себя.
…
Призванные звери / Дети: нет (максимальное количество: 12).
─ Наконец-то! Наконец-то пришло!
─ Братишка Система! Ты хоть знаешь, как я жил эти тридцать пять лет?
─ Братишка Система, как же мне жить без тебя…
Увидев панель характеристик, Цуй Чаншэн ощутил безудержную радость!
Тридцать пять лет! Пятнадцать в смертном мире и двадцать в мире культивации – и вот он наконец дождался золотого козыря, положенного каждому попаданцу!
«Но как именно пробудился этот козырь?»
Первые тридцать пять лет он свято берег изначальную янскую цзин-ци, опасаясь навредить культивации. А в этот раз?..
Цуй Чаншэн взглянул на спящую Лю Ифэй.
Неужели всё благодаря ей? В порыве безудержной страсти активировался золотой козырь?
«Ладно, хватит ломать голову. Размышления лишь нагоняют тоску, да и не имеют значения».
Раз уж козырь получен, нельзя упускать такую возможность!
В ночной тишине Цуй Чаншэн сиял от счастья, бодрый и воодушевленный, совсем как двадцать лет назад, когда только ступил в мир культивации.
Теперь ему было не до ласк лежащей рядом красавицы – он с трепетом изучал свое новое обретение.
Взглянув на панель: духовный корень, ступень, продолжительность жизни – всё выглядело вполне привычно и соответствовало его двадцатилетним трудам.
Но при взгляде на строку [Фракция: Гора Фанцунь] Цуй Чаншэна охватил дикий восторг.
Судя по всему, эта система происходила из игры «Fantasy Westward Journey 2», в которую он часами играл в прошлой жизни. Гора Фанцунь – одна из двенадцати фракций, возглавляемая патриархом Бодхи! Иными словами, теперь он считался почти что соучеником Великого Мудреца, Равного Небу.
Согласно информации системы, у него появлялись два главных преимущества.
Во-первых, любые жены и рожденные дети будут обладать стопроцентной преданностью! Дети смогут изучать навыки остальных одиннадцати игровых фракций, им можно передавать умения через специальные книги, а их врожденные таланты получат усиление.
Во-вторых, вливай духовные камни – и становись сильнее! Жертвуя духовные камни системе, можно повышать опыт и уровень навыков!
«О да, теперь-то я возьму свое!»
Чем больше он думал, тем сильнее распалялся. Сон окончательно сбежал от него, и Цуй Чаншэн аккуратно потормошил лежащую рядом Лю Ифэй.
Забыв про жалость и сгорая от страсти, он предался телесным утехам еще на пару часов.
И лишь обессилев окончательно, Цуй Чаншэн прикрыл глаза и мгновенно провалился в безмятежный сон.
Ранним утром Цуй Чаншэн тихонько выбрался из кровати.
За ночь они предавалсь страсти дважды, изрядно измотав ее, так что пусть отдохнет побольше.
─ Всего один день, а я уже так исхудал! ─ ахнул Цуй Чаншэн, разглядывая свое отражение в зеркале. Душевные силы словно испарились, отчего он напоминал увядшее растение.
А отчетливые круги под глазами висели подобно тяжелым мешкам с песком, отчего он невольно пришел в ужас.
─ Какая гадость! С сегодняшнего дня с вином, азартными играми и дурманом у меня рознь на всю жизнь! ─ пылко воскликнул Цуй Чаншэн и хлопнул себя по бедру.
От этого звука Лю Ифэй встрепенулась, разом разомкнув изящные веки, и застенчиво, с любовью взглянула на него. Ее муж – настоящий культиватор, да еще и мастер талисманов! А главное, здоровьем не обделен – практикующие во всем превосходят простых смертных.
Прошлой ночью они тешились не один час – матушка о таком даже не заикалась! Настолько долгими оказались утехи, что наутро девушка не в силах была даже подняться.
Ближе к вечеру культиваторы клана Лю привели еще троих девиц. Свадьбу сыграли без лишнего шума: отвесили поклоны Небу и Земле – вот и весь ritual, после чего новобрачных сразу проводили в спальню.
─ Жены мои! ─ обратился к ним Цуй Чаншэн.
─ Супруг наш, ─ смущенно, в один голос отозвались девицы.
Ложе в покоях стояло поистине исполинское – на нем свободно разместилась бы компания из пяти-шести человек. Взору Цуй Чаншэна предстали три истинные красавицы с изящными станами, и он, не откладывая дело в долгий ящик, предался с каждой любовным утехам прямо на месте.
Шел лишь второй день с тех пор, как он стал зятем-пришельцем в семье Лю с горы Цинсун, а у него уже насчитывалось четыре жены.
Главной супругой стала Лю Ифэй. Первый опыт в жизни – самый незабываемый, да и мечта из прошлой жизни наконец воплотилась в реальность.
А этой ночью к нему пришли три девицы из клана Лю.
Обольстительную и страстную звали Лю Мэнъяо.
Миловидную и хрупкую – Лю Юйяо.
Они приходились друг другу родными сестрами.
Третья же, исполненная достоинства и грации, носила имя Лю Вэйжуй.
«Нельзя беспечно предаваться блаженству, ─ размышлял юноша. ─ Путь бессмертия беспределен, и я лишь ступил на него. Впереди долгие годы, и мне еще предстоит узреть вечную жизнь!»
Чуть больше чем за месяц клан Лю выделял Цуй Чаншэну жен одну за другой, доведя их число до десяти. Нельзя сказать, будто он каждую ночь напролет облачался в наряды жениха, однако свободного времени у него действительно не оставалось вовсе.
Поднявшись с постели, Цуй Чаншэн с головой окунулся в умывальную чашу. Ледяная вода мгновенно прогнала остатки сна.
«Похоть – лезвие, скребущее по костям! На сей раз клянусь знать меру!»
Полтора месяца спустя.
─ Цуй Чаншэн, а ты неплохо справляешься, ─ обратился к нему старейшина Лю Юаньцин в главном зале усадьбы Шаньшуй. ─ Не прошло и полутора месяцев, а от тебя понадеялись понести уже семь девиц нашего клана!
─ Клан Лю не оставит без награды столь рьяное содействие. Вот твое дарование:
─ Семьсот цзиней духовного риса!
─ Двести цзиней мяса духовных свиней!
─ Семь флаконов Пилюль Желтых Побегов!
─ И семьдесят духовных камней низшего качества.
Прочие юноши, призванные в качестве зятьев, смотрели на него с нескрываемой завистью.
По самым скромным подсчетам, эта награда тянула на двести десять духовных камней! А ведь их ежегодное жалование за культивацию в клане Лю составляло всего двадцать четыре камня в год!
Зачать одного ребенка – все равно что получить ресурсы для тренировок за целых три года! Рожать, нужно обязательно рожать! В глазах зятьев вспыхнул небывалый азарт.
Глядя на такую реакцию, Лю Юаньцин расплылся в довольной ухмылке – именно такого эффекта он и добивался.
В затяжном противостоянии с кланом Ван семья Лю потеряла слишком много одаренных сородичей. Обменивать духовные камни на прирост рода – сплошная выгода для клана.
Будут люди – будет и все остальное. Человеческий ресурс – главная сила в мире культивации!
─ Цуй Чаншэн, у тебя есть какой-то особый секрет? ─ с любопытством поинтересовался Лю Юаньцин после оглашения награды. Уж больно высокой оказалась результативность.
─ Раз старейшина Лю спрашивает, не стану утаивать, ─ с улыбкой отозвался Цуй Чаншэн. ─ Таинство сие передалось мне от предков. Примерно за четырнадцать дней до начала лунных дней у девицы наступает благодатная пора! В сие время надобно подложить под поясницу подушку…
Секрет этот зовется простой наукой! Овуляция плюс приподнятый таз дают вероятность успеха в девять из десяти, позволяя довести дело до наибольшей эффективности.
И если уж этот способ не сработает, значит, дело плохо – пора проверяться на бесплодие либо самому, либо спутнице.
На самом деле юноша был бы не прочь сосредоточиться на привычной культивации, но размеренные практики давали слишком скудный доход. Самостоятельно нарабатывать опыт – где уж тут сравниться со стремительным развитием за счет щедрых вливаний!
Едва провдав, что за беременность женщин клана Лю полагается щедрое вознаграждение, Цуй Чаншэн направил все свои силы на продолжение рода. И дело тут вовсе не в похоти.
─ Премного благодарен старейшине Лю и главе клана! Желаю семье Лю с горы Цинсун процветания на пути к бессмертию!
Забрав причитающееся, Цуй Чаншэн с сияющим от радости лицом почтительно поклонился Лю Юаньцину, а затем отвесил поклон в сторону Пика Цинсун.
─ Ха-ха, ты это заслужил! Всякий, кто способствует процветанию рода Лю, становится нашим благодетелем, ─ рассмеялся старейшина. ─ А если кто-то произведет на свет дитя с духовными корнями, клан осыпает его особыми щедротами, слово свое мы держим!
─ Коли при проверке обнаружатся духовные корни, за нижние три ранга дается награда в сотню духовных камней, за средние три ранга – тысяча камней, а за верхние три ранга – двадцать тысяч! Пока вы способны давать потомство, наш клан не скупится!
Лю Юаньцин окинул зятей спокойным взором.
От этих слов юноши распалились до предела: им не терпелось ни секунды больше оставаться здесь – каждый жаждал устремиться домой, чтобы зачать ребенка и получить клановые щедроты!
Вернувшись в свой дворик под названием Павильон Слушания Дождя, Цуй Чаншэн мгновенно попал в окружение десяти прелестных жен, слетевшихся к нему, точно стайка птиц.
Отныне их положение, статус и содержание в клане Лю полностью зависели от него.
─ Сяо И, Сяо И! Ты у нас за главного распорядителя во внутреннем дворе! Возьми этот духовный рис и мясо, распределяй на ежедневные нужды! ─ обратился Цуй Чаншэн к Лю Ифэй, которую среди прочих выделял особо, видя в ней законную хозяйку дома.
Раздав указания, он удалился в комнатку для практик.
Цуй Чаншэн сбросил посторонние мысли, сосредоточил дух и воссел со скрещенными ногами на циновке, сплетенной из травы духовного чутья.
Сжав в кулаке мешочек с духовными камнями, он слегка привел в движение божественное намерение.
В то же мгновение вспыхнул золотистый свет, и камни в его ладони обратились в мельчайший порошок!
В строке характеристик проступила новая надпись: «Доступные духовные камни: 70 штук».
Напротив разделов «Техники» и «Навыки» появились значки плюсов.
«Заклятие Грома»: тайное искусство, записанное в «Книге Пяти Громов», дошедшей из палат Девяти Небес. Призывает силу Небесного Бога Грома для сокрушения врагов. Судя по описанию – мощнейшее заклинание стихии молнии.
«Искусство Талисманов»: уникальный навык Горы Фанцунь, позволяющий переносить заклинания и заговоры в виде особых символов на обычную бумагу. Судя по описанию, способен повысить его мастерство создания талисманов.
Отныне больше всего ему требовались духовные камни. Прямая угроза жизни в ближайшее время юноше не грозила, поэтому Цуй Чаншэн принял решение: повышать уровень «Искусства Талисманов».
Разумеется, «Канон Желтого Двора» оставался его основополагающим учением – по законам игры ни один навык не мог превзойти уровнем «Канон Желтого Двора».
«Система, давай! Повышай!»
Не пролей он столько пота за последний месяц, не видать бы ему сегодняшнего успеха!
Я, Цуй Чаншэн, становлюсь сильнее благодаря собственному усердию.
─ Что? «Канон Желтого Двора» способен… способен улучшать духовные корни? ─ воскликнул Цуй Чаншэн, сидевший со скрещенными ногами в черно-белом одеянии в комнате для практик, и лицо его просияло от восторга.
«Имя: Цуй Чаншэн»
«Продолжительность жизни: 35/240»
«Стадия: Третий уровень Очищения Цзи (99/100)»
«Духовные корни: Дерево 9+ | Вода 8+ | Металл 6+ | Огонь 6+ | Земля 5+»
«Техника: Малое Искусство Пяти Элементов (Третий уровень: 380/400)»
«Канон Желтого Двора: lv20»: Сокровенное учение Великого Чистого. Взращивай пилюлю, направляй цзи, и разум обретет ясность. В обители бессмертных среди сосен и облаков сам небожитель читает «Желтый двор». Основное учение даосизма, исподволь развивающее задатки практикующего. Каждый новый уровень дарует одно очко духовных корней.
Цуй Чаншэн порассуждал про себя и решил распределить очки по всем пяти элементам. Чутье подсказывало ему: обладая всеми пятью стихиями, можно зайти гораздо дальше, чем с какой-то одной.
«Духовные корни: Дерево 12 | Вода 12 | Металл 10 | Огонь 10 | Земля 10»
В тот же миг разум Цуй Чаншэна будто озарило высшее откровение, а окружающая духовная энергия стала заметно подвижнее.
«Так вот каково это – обладать духовным корнем восьмого ранга категории «Низший-Средний»?
«А если бы у меня был корень первого ранга, духовная энергия сама бы хлынула в тело?»
«Жаль, но кашу погубят слишком быстрые угли – двигаться нужно шаг за шагом».
Цуй Чаншэн продолжил вглядываться в панель характеристик и вскоре обнаружил кое-что новое.
«Искусство Талисманов lv20»: Уникальное заклинание Горы Фанцунь, способное на вершине мастерства повелевать всеми талисманами Трех Миров.
Активировано: «талисман Полета» – странствия между небом и землей в мгновение ока, позволяет переноситься в определенные места. «Талисман Падающего Грома» – могучая магия молнии Горы Фанцунь, предназначенная для изгнания демонов и усмирения оборотней. «Талисман Потери Души» – таинственное заклятие Горы Фанцунь: брошенный наговоренный талисман лишает врага разума и воли.
«Навыки: талисман Возвращения Весны (Мастерство 120/1000), талисман Деревянного Щита (Мастерство 120/1000), талисман Опутания (Мастерство 120/1000)»
Нелегко же пришлось! Двадцать лет на пути талисманов, и лишь сегодня изученные в этом мире «талисман Возвращения Весны», «талисман Деревянного Щита» и «талисман Опутания» поднялись до уровня Мастерства!
На губах Цуй Чаншэна промелькнула улыбка, и он продолжил изучать характеристики.
Божественные способности (Запечатано): «Искусство Превращений: 7», «Лавка Бессмертного Духа: 5».
Артефакты (Запечатано): «Стяг Десяти Тысяч Демонов» – сокровище Чжун Куя из Подземного Мира; стоит взмахнуть им, как небеса меняют цвет и вокруг сгущаются тени призраков… «Пятицветный Кукольный Заменитель» – кукла в пестрых одеждах, принимающая урон на себя.
Призываемые звери / Дети (Разблокировано): нет, допустимое количество: 12.
По его прежнему опыту в игре «Мечта о Рае 2» уровни навыков и техник персонажа могли превосходить уровень самого героя не более чем на 10 ступеней.
Стало быть, его нынешний третий уровень Очищения Цзи соответствует 10-му уровню в игре, поэтому «Канон Желтого Двора» и прочие игровые навыки сейчас ограничены 20-м уровнем.
Чтобы снять печать с артефактов, ему потребуется достичь 60-го уровня, что соответствует поздней стадии Заложения Основания. А вот способность «Лавка Бессмертного Духа» откроется уже на поздней стадии Очищения Цзи, тогда как «Искусство Превращений» придется ждать до стадии Заложения Основания.
Впрочем, в ближайшее время все это остается лишь желанным, но недосягаемым плодом.
Нужно поскорее зарабатывать духовные камни!
Находясь в комнате для практик, Цуй Чаншэн извлек полный набор: кисть для начертания талисманов, киноварь и специальную бумагу.
─ Старые друзья, в последние дни я вас совсем забросил.
Замешав киноварь на крови духовных зверей, он разложил бумагу.
«Создание талисманов требует абсолютного спокойствия и концентрации».
На столе медленно тлела благовонная палочка, умиротворяющая дух. Сизые струйки дыма плавно поднимались вверх, окутывая комнату загадочной дымкой.
Цуй Чаншэн воссел прямо, прикрыв глаза. Его дыхание постепенно выровнялось, стало глубоким и мерным. Со временем струящийся аромат, словно чистый родник, проник в дыхание, принеся с собой желанное успокоение.
В этой тишине помыслы Цуй Чаншэна очистились, став подобными глади стоячей воды.
Отбросив суету, он призвал весь опыт начертания талисманов, накопленный за эту жизнь, а также сокровенную мудрость «Искусства Талисманов» Горы Фанцунь, повелевающего всеми знаками Трех Миров. Сие знание прошлось по его разуму подобно животворящей росе, озарив каждую мысль.
Каждая деталь, каждый шаг отчетливо выстроились в его сознании.
Он ощущал движение линий, сплетение символов и заключенную в них тайную силу.
По мере погружения в суть искусства талисманов дух Цуй Чаншэна становился все более безмятежным.
─ Самое время!
Внезапно взор его вспыхнул молнией. Схватив кисть, юноша обмакнул ее в приготовленные киноварные чернила.
Духовная энергия пяти элементов, точно тончайшие нити, потекла вслед за чернилами на кончике пера. Кисть выводила узоры на бумаге безупречно, стремительно и плавно, словно парящий дракон.
Начертанием талисманов он занимался почти двадцать лет, и сие мастерство давно въелось в память мышц, став естественным инстинктом тела.
Раздался легкий треск – один лист бумаги обуглился и пришел в негодность.
─ Эх, пару месяцев не брался за кисть, рука немного отвыкла!
«Талисман Возвращения Весны +1 (Мастерство 121/1000)»
─ Продолжим!
«Талисман Возвращения Весны +1 (Мастерство 130/1000)»
Каждая неудача прибавляла одно очко опыта, а успех давал сразу пять очков.
Наконец, после пяти испорченных листов, с шестой попытки ему удалось вычертить отменный талисман Возвращения Весны высшего качества.
Глядя на готовый образчик, Цуй Чаншэн ощутил глубокое удовлетворение. Понимание сути – это одно, но воплотить его на бумаге – совсем другое, и без должной практики успеха не добиться.
В этот миг он еще глубже осознал природу своего дара.
Система способна даровать прозрение, но нарабатывать опыт мастерства ему приходится собственными руками!
Искусство талисманов подобно плаванию против течения: стоит забросить дело, и навыки неизбежно утрачиваются.
Один за другим Цуй Чаншэн создал три базовых талисмана первого ранга: «талисман Возвращения Весны», «талисман Деревянного Щита» и «талисман Опутания». Каждого вида получилось по одному образцу высшего качества и еще больше десятка обычных. Движения кисти с каждым разом становились все более непринужденными.
«Талисман Возвращения Весны» быстро исцелял раны и восполнял жизненные силы. «Талисман Деревянного Щита» относился к защитным талисманам первого ранга. «Талисман Опутания» замедлял и сковывал движения врага.
Все три разновидности считались весьма ходовыми среди талисманов первого ранга и отличались высокой практичностью, особенно при действах в лесу.
Начертание талисманов истощало духовную силу и закон подлинной энергии мастера. Духовную энергию можно восполнить с помощью духовных камней, но душевные силы восстанавливаются лишь со временем, отчего каждый мастер за день способен создать лишь ограниченное число знаков.
После успешного создания отменных «талисмана Деревянного Щита» и «талисмана Опутания» духовные силы Цуй Чаншэна истощились наполовину.
Погрузившись в медитацию на полчаса, чтобы восстановить дыхание, Цуй Чаншэн вознамерился испробовать уникальные знаки Горы Фанцунь.
─ «Талисман Полета» – странствия между небом и землей в мгновение ока, мгновенное перемещение в пространстве. В этом мире о столь чудных талисманах слышать еще не приходилось. Здесь задействована сила пространства: стоит задать координаты – и происходит мгновенный перенос. Неоспоримое средство для спасения жизни!
Цуй Чаншэн со всей серьезностью приложил кисть к бумаге, выводя стремительные линии!
На бумаге вспыхнул золотистый свет – талисман Полета готов!
─ Ого, ну и расходует же он душевные силы! Ушло около десяти процентов!
─ «Талисман Падающего Грома» – могучая магия молнии Горы Фанцунь для истребления демонов. Готово!
─ «Талисман Потери Души» – тайное заклятие Горы Фанцунь, лишнее врага разума. Готово!
─ Надо же, стопроцентный успех?
Цуй Чаншэн почувствовал, как силы покидают его. Он ощущал: вычерти он еще хоть один уникальный знак Горы Фанцунь, и его разум попросту не выдержит.
Если создавать исключительно уникальные талисманы Горы Фанцунь, то при его нынешнем запасе душевных сил предел составлял не более семи штук в день, ведь часть сил требовалось опускать про запас на случай непредвиденных обстоятельств.
И такой результат Цуй Чаншэна более чем устраивал!
Уникальные талисманы Горы Фанцунь обладали действием, выходящим за рамки разумения этого мира. То, что он вообще сумел их создать, уже было огромной удачей, особенно талисман Полета – верное средство сохранить жизнь.
Вдруг Цуй Чаншэн нахмурился.
«Сейчас талисманы Полета и Потери Души ни в коем случае нельзя показывать открыто, иначе это неизбежно навлечет беду».
Как говорится, сокровище в руках простолюдина – верный путь к гибели.
Тайные талисманы Горы Фанцунь пока не должны быть ведомы никому, даже самым близким людям.
«А вот отменное мастерство создания обычных талисманов первого ранга показать вполне можно. Это поможет поднять мой статус в клане Лю, а заодно подзаработать еще духовных камней. Будем действовать постепенно!»
Убрав готовые знаки в Мешок Цянькунь, Цуй Чаншэн, ощущая приятную усталость от израсходованных сил, выплыл из комнаты для практик.
Ужин был уже готов и источал пленительный аромат.
Девять его прелестных жен под предводительством Лю Ифэй покорно ждали, когда глава семейства сядет за стол.
─ Впредь, когда садитесь за еду, не нужно меня специально ждать, ─ произнес Цуй Чаншэн, бережно ставя пиалу. ─ Ешьте первыми.
─ Ах! Но как же так… Вы ведь глава семьи… ─ растерялась Лю Ифэй.
─ А коль так, то слушайся меня. Ты здесь старшая, вот и подавай пример.
Цуй Чаншэн поднял пиалу и в один вдох выпил кашу из духовного риса. В тот же миг из груди по всем конечностям разлилась приятная волна тепла.
Духовный рис – самый мягкий и благотворный продукт в мире самосовершенствования, пригодный в пищу даже смертным. Пусть они и не способны усваивать содержащуюся в нем духовную энергию, но даже малая его горсть, съедаемая ежедневно, наполняет кровь жизненной силой и продлевает век куда лучше, чем у обычных людей.
Лю Ифэй держала свою пиалу и, прелестно причмокивая, отпивала кашу по самому краешку – выглядело это невероятно мило. Остальные жены, беря с нее пример, тоже крошечными глоточками смаковали легендарное кушанье. Хотя все они происходили из клана Лю с горы Цинсун, рождены они были обычными смертными женщинами, и сегодня им впервые в жизни довелось вкусить столь божественную рисовую кашу.
А вот мясо духовного кабана для них все еще оставалось чересчур «необузданным» – неподготовленному телу смертного такая пища пользы бы не принесла.
Покончив с трапезой, Цуй Чаншэн, охваченный нетерпением, снова спешно удалился в комнату для тренировок. Три его жены, еще не понеся от него, находились в той поре месяца, когда любые усилия в постели были бы попросту потрачены впустую.
Усевшись в позу медитации и сложив пальцы в особый жест, он глубоко вдохнул витающий в воздухе аромат благовоний Концентрации Духа. Под их воздействием разуму и телу быстро удалось достичь идеального состояния для культивации. Техника Малого Искусства Пяти Элементов закружилась в нем еще плавнее и естественнее – казалось, сам он растворился, слившись воедино с Небом и Землей.
И вот этот день наконец настал!
Циркуляция Малого Искусства Пяти Элементов ускорялась с каждым мгновением!
Грохот!
Духовная сила внутри его тела внезапно забурлила, словно бурный речной поток, рушащий все преграды на своем пути. Цуй Чаншэн сохранял абсолютное хладнокровие, бескомпромиссно и четко направляя движение Малого Искусства Пяти Элементов до тех пор, пока бушующий океан духовной силы не успокоился. Лишь тогда он медленно и облегченно выдохнул.
Оковы третьего уровня Очищения Ци были разбиты – он совершил долгожданный прорыв на четвертый уровень. Это чувство он испытывал в своей жизни лишь дважды, да и то более десяти лет назад.
«Пусть читы и заставили себя ждать, но лишь сегодня я наконец осознал, кто я есть на самом деле!»
С переходом на четвертый уровень Очищения Ци он официально ступил на средний этап этого ранга. Вплоть до шестого уровня путь теперь открыт и чист.
Впрочем, средний этап Очищения Ци – это важнейшая связующая ступень между начальной и поздней стадиями. Здесь заложить прочный фундамент просто жизненно необходимо!
«Более двадцати лет на пути бессмертия… и вот я наконец на средней стадии Очищения Ци! Все благодаря упорству и пролитому поту. Так вот каково это – чувствовать себя практикующим средней стадии?» ─ с глубоким чувством произнес Цуй Чаншэн.
Духовная сила в его меридианах стала куда плотнее – как минимум в три раза превосходя ту, что была на третьем уровне. Внутри тела будто произошла настоящая качественная метаморфоза: внутренние органы, меридианы, кости и даньтянь закалились и окрепли. А самое ощутимое из изменений – органы чувств стали невероятно острыми, раздвинув границы восприятия.
При этом показатели на его полупрозрачной панели после прорыва тоже претерпели заметные изменения.
【Имя: Цуй Чаншэн】
【Продолжительность жизни: 35/240】
【Стадия: Очищение Ци, 4-й уровень (1/100)】
【Искусство: Малое Искусство Пяти Элементов (4-й уровень: 10/1000)】
【Канон Желтого Двора: lv20】: Глубокое даосское учение гласит о Тайцин, закалке пилюль, питании ци и ясности духа. В обители бессмертных среди облаков и сосен бессмертный читает «Желтый Двор». Фундаментальный даосский канон, незаметно повышающий духовные задатки практика. Каждый новый уровень дает одно очко духовного корня.
【Искусство Талисманов: lv20】: Эксклюзивная техника Горы Фанцунь, способная на уровне Великого Успеха повелевать всеми талисманами трех миров.
……
Изменения при прорыве границы были вполне ожидаемы – с третьего на четвертый уровень Очищения Ци. Приятной неожиданностью стало то, что характеристики духовных корней выросли сразу на пять очков! Разумеется, он без колебаний распределил их.
Срок жизни не увеличился. Как он и предполагал, когда практик шагает за пределы смертного бытия, преодолевая оковы, его жизнь продлевается примерно на сто пятьдесят лет по сравнению с обычным человеком. А значит, следующий прирост ждет его только при преодолении стадии Очищения Ци и переходе на этап Создания Основы, когда сама сущность жизни поднимется на новую высоту!
Почему смертные, которым предначертано жить до девяноста лет, редко доживают до этого срока? Застарелые раны, изнурительный труд – все это незаметно подтачивает их жизненные силы. Точно так же и практики стадии Очищения Ци в большинстве своем умирают от старости примерно в сто пятьдесят–сто шестьдесят лет по тем же самым причинам!
«Малое Искусство Пяти Элементов» – самое распространенное базовое руководство по культивации в секте Лоугуань. Его преподавал на «дошкольном обучении» учитель Чжао Чжэн. Для перехода на стадию Создания Основы существовало «Великое Искусство Пяти Элементов», а для стадии Золотого Ядра – «Праведный Закон Пяти Элементов», и все они составляли единую, неразрывную преемственность…
Главным достоинством этой техники являлся монолитный фундамент и внушительный объем духовной силы. Минусы тоже были очевидны: для тренировок требовалось колоссальное количество ресурсов, а продвижение шло крайне медленно.
Поэтому ученики, только вступившие в секту Лоугуань, обычно выбирали другие техники, соответствующие их духовным корням, чтобы развиваться быстрее.
Рост мастерства владения техникой означал, что Цуй Чаншэн стал глубже понимать само ее естество! Прежде его скорость культивации ограничивали два фактора: эффективность поглощения духовной энергии духовными корнями и степень постижения самой техники. Теперь же ежедневное чтение «Канона Желтого Двора» не только повышало качество его духовных корней, но и взращивало понимание сути учения.
Хорош «Канон Желтого Двора», ох как хорош! Его нужно читать – недаром говорят, что даже бессмертные декламируют «Желтый Двор».
В этот миг Цуй Чаншэн проникся абсолютной уверенностью в своем будущем! Какая там стадия Создания Основы или Золотого Ядра? В будущем даже древние предки стадии Зарождающейся Души станут для него обычным делом.
─ Ха-ха, главное – сиди тихо и не высовывайся! Никаких глупых рисков! ─ предостерег себя Цуй Чаншэн. ─ Зазнаешься – беду накличешь, высунешься – шишек наберешь.
…………
Прорыв на четвертый уровень Очищения Ци для великих практиков Создания Основы или Золотого Ядра был ничтожной мелочью, не стоящей и упоминания. Но для тех, кто ютился на самом дне, это являлось огромным событием, достойным пышного празднования.
На следующий день после прорыва Цуй Чаншэн отправился в Павильон Ста Сокровищ семьи Лю с горы Цинсун, купил немного духовных фруктов и вернулся в свой уединенный дворик в усадьбе Тинъюй, чтобы устроить небольшой пир!
Посреди двора уже стоял мангал из темного железа, на железных шампурах шипело и жарилось мясо духовного быка и духовного кабана.
Ближе к полудню расплывшийся в широкой улыбке Ли Го притащил два кувшина духовного вина «Цинсун Чун».
Они познакомились еще тогда, когда были никем. И хотя они не являлись кровными братьями, за двадцать лет их дружба стала крепче, чем у родных людей.
─ Поздравляю, брат Цуй! Пусть твой даосский путь будет вечно зеленым!
Ли Го явственно ощутил, что исходящие от Цуй Чаншэна волны духовной энергии стали куда сильнее, чем во времена их жизни на рынке Миньшань!
─ Эх! Да какое там… Этому предшествовали годы кропотливого труда. На третьем уровне я просидел целых десять лет, так что это просто счастливая случайность, ─ Цуй Чаншэн с улыбкой отмахнулся, но уголки его губ все равно предательски ползли вверх.
Ли Го поставил духовное вино на стол. На его лице искрилась искренняя радость – он от всего сердца радовался за успехи своего названного брата.
─ Сегодня мы с тобой выпьем как следует! Отпразднуем твои достижения!
Каждому досталось по кувшину вина. Они усаживались за стол прямо перед аппетитными жареными шашлыками, и разговор завязался сам собой.
─ Брат Цуй, раз уж твоя культивация выросла, теперь ты сможешь создавать талисманы первого ранга среднего качества! Твой бессмертный путь стремительно набирает силу!
Цуй Чаншэн громко расхохотался, невероятно довольный собой. Прорыв на четвертый уровень Очищения Ци действительно расширял спектр доступных талисманов и давал возможность делать свитки первого ранга среднего качества, а значит – зарабатывать куда больше духовных камней. В этом плане он легко обходил обычных практиков поздней стадии Очищения Ци, не владеющих ремеслом.
─ Насчет создания талисманов первого ранга среднего качества… Брат Цуй, тебе стоит поспешить с этим вопросом! ─ с серьезным видом произнес Ли Го.
─ Угу! Я понимаю, брат, ─ кивнул Цуй Чаншэн.
Талисманы, которые он изготавливал прежде – «Возвращения Весны», «Деревянного Щита» и «Опутания», – были самыми ходовыми и распространенными во всем мире бессмертных. И в то же время они приносили меньше всего дохода, ведь никакого порога знаний для их создания не требовалось: их умел делать почти любой практик, разница заключалась лишь в проценте успешного создания. А вот навыки выше – создание талисманов первого ранга среднего и высшего качества – были практически полностью монополизированы сектами. У культиваторских кланов тоже имелись свои техники, но они значительно уступали полноте наследия крупных сект.
Если он хотел заполучить знания по созданию свитков первого ранга среднего качества, у него оставалось лишь два пути: секта или клан.
На секту Лоугуань надежды не было никакой – практик четвертого уровня Очищения Ци для них был не величественнее муравья. А значит, на деле перед ним лежала лишь одна дорога – клан Лю с горы Цинсун.
И хотя Ли Го не стал говорить прямо, Цуй Чаншэн и так прекрасно все понял.
«У семьи Лю с горы Цинсун наверняка есть наследие ремесла талисманов. Впрочем, это вполне естественно. Из сотни искусств бессмертия талисманы – одно из главных направлений. Клан Лю процветает уже не одно столетие, и нет ничего удивительного в том, что у них припрятано подобное наследие».
Показать клану Лю свою истинную ценность! Не ограничиваться лишь ролью «племенного быка»… На самом деле его приятель Ли Го только казался простоватым, а на деле обладал скрытой мудростью.
─ Муж мой, ты действительно совершил прорыв и пробил барьер средней стадии Очищения Ци? ─ поинтересовалась Лю Ифэй, прошествовав во двор во главе своего маленького гарема сразу после ухода Ли Го.
─ Лишь по счастливой случайности. Ну же, расходитесь по комнатам! Вы ведь носите под сердцем моих малышей – вам нужно хорошо спать и правильно питаться, ─ Цуй Чаншэн погладил Лю Ифэй по плечу, глядя на закат, медленно тонувший в горных кручах.
─ Луна зацепилась за верхушки ив – самое благодатное время…
После коротких любовных игр кровать в спальне заходила ходуном, не затихая ни на миг больше часа. Цуй Чаншэн полностью расслабился душой и телом, насладившись моментом в полной мере.
А окончив дело, он применил обычный талисман Возвращения Весны.
Комнату озарила яркая вспышка зеленого света.
─ Зачем же так расточительствовать? Нам ведь достаточно просто отдохнуть ночь, ─ смутилась Лю Ифэй.
─ Ничего страшного. Я сам нарисовал эти талисманы, они почти ничего не стоят, ─ отмахнулся Цуй Чаншэн.
─ Муж мой… ты невероятно добр к нам…
Разумеется, он прикладывал столько усилий еще и для того, чтобы выполнить условие договора – подарить клану Лю сотню детей за тридцать лет. Как говорится, не держащий слова далеко не уйдет, а Цуй Чаншэн в этой жизни полагался прежде всего на честность и надежность.
……
Полмесяца спустя.
В этот день Цуй Чаншэн в одиночку отправился в Павильон Ста Сокровищ на маленьком рынке клана Лю у горы Цинсун. Достав десять талисманов Возвращения Весны, нарисованных им еще на третьем уровне Очищения Ци, он поинтересовался:
─ Управляющий Лю, принимаете ли вы талисманы Возвращения Весны первого ранга низшего качества? И какова цена?
─ Подобные свитки – самая базовая магия, стоят они недорого, к тому же они всего лишь первого ранга низшего качества. За такие даю по одному духовному камню за десять штук, ─ Управляющий Лю взял талисманы, придирчиво их разглядывая. ─ Ты вошел в нашу семью Лю и считаешься нашим человеком, так что цена более чем честная.
Это вполне соответствовало ожиданиям Цуй Чаншэна, и он согласно кивнул, размышляя про себя: «Что ж, цена и впрямь справедливая. Раньше на рынке Миньшань за продажу обычных талисманов Возвращения Весны лавки давали всего по восемь духовных кристаллов, а сам на лотке я продавал их по двенадцать. Покупная цена в десять духовных кристаллов в Павильоне Ста Сокровищ – очень даже неполха».
─ Пойдет!
Цуй Чаншэн выложил на стойку имевшиеся при себе сто двадцать пять талисманов первого ранга низшего качества: «Возвращения Весны», «Деревянного Щита» и «Опутания».
─ За все это… посчитаю тебе тринадцать духовных камней!
Глядя на гору свитков, управляющий Лю стал относиться к Цуй Чаншэну с большим уважением. Пусть тот и был зятем-пришельцем, но обладал столь ярким талантом к созданию талисманов, так что сделать ему небольшую уступку совсем не зазорно.
Нынче в клане Лю наблюдался явный недостаток молодых талантов, и кто знает, не придется ли в будущем обращаться за помощью к этим способным и одаренным чужакам?
─ Огромное спасибо, управляющий Лю. А взгляните-ка еще вот на это.
─ Хм? Это еще что?
Едва взглянув на качество следующей партии талисманов, выложенных Цуй Чаншэном на стойку, управляющий Лю изумленно распахнул глаза – он не верил своим ощущениям.
─ Отборный талисман Возвращения Весны?! Отборный Деревянный Щит, отборное Опутание… И все они первого ранга среднего качества?!
─ У вас действительно наметанный глаз, управляющий Лю, ─ улыбнулся и кивнул Цуй Чаншэн.
Управляющий Лю снова оглядел его с ног до головы, не скрывая своего восхищения. «Эх, будь он урожденным членом нашего клана, цены бы ему не было! Как жаль, что он всего лишь зять-пришелец…»
─ Хотя создание талисманов считается более простым делом по сравнению с остальными ремеслами бессмертных, научиться ему легко, а вот достичь мастерства – невероятно трудно. Даосс Цуй, ты сделал огромный шаг на пути культивации! От всей души поздравляю!
─ Ха-ха-ха, не стану таить: в пятнадцать лет я провалил испытание на вступление в секту Лоугуань. С тех пор я двадцать лет упорно тренировался, ни разу не покидая рынка, и все это время оттачивал до совершенства лишь эти три вида талисманов.
─ Капля за каплей и камень точит!
Слова Цуй Чаншэна звучали с глубоким чувством, радостно и искренне. Вспоминая протекшие тридцать пять лет с момента перерождения в этом мире, за которые он едва дотянулся до начальной стадии Очищения Ци, он один знал, сколько горечи пришлось испить на этом пути.
Впрочем, по сравнению с теми же охотниками на демонов, которые каждый день рискуют жизнью, балансируя на грани смерти и погибая в пастях монстров, ему, Цуй Чаншэну, можно сказать, несказанно повезло мирно проживать свои годы.
Управляющий Лю погладил бороду и сочувственно кивнул. В этом мире неисчислимое множество практиков, но мало кто способен с таким упорством отдавать всего себя одному-единственному делу.
─ Даосс Цуй, ты хочешь обменять их на духовные камни или на материалы для культивации?
─ За каждый из этих трех базовых свитков первого ранга среднего качества отличного исполнения я дам по одному духовному камню.
─ Управляющий Лю, дайте мне десять стопок бумаги для талисманов и пять флаконов киновари из духовной туши.
Пока управляющий Лю производил расчеты, на стойке уже появились десять толстых стопок светло-желтой бумаги и пять флаконов туши.
─ Все материалы тянут на двадцать духовных камней. Твои отборные талисманы первого ранга среднего качества я оценил в пятнадцать духовных камней. С меня еще три духовных камня сдачи.
Талисманы первого ранга начального качества ценятся меньше всего – скупка идет по десять духовных кристаллов за штуку. Стопка бумаги из ста листов стоит один духовный камень, а флакон киноварной туши – два духовных камня. Выходит, создание одного свитков, независимо от успеха, обходится примерно в два духовных кристалла.
При мастерском уровне владения навыком процент успешного создания составляет семьдесят процентов, так что даже по этой цене он мог бы чистыми зарабатывать по семь духовных камней. Но зарабатывать гроши таким способом он не намеревался.
Куда выгоднее продавать талисманы первого ранга среднего качества: обычные идут по пятьдесят духовных кристаллов за штуку, а отборные – по целому духовному камню. Сегодня Цуй Чаншэн выложил эти отборные свитки именно для того, чтобы продемонстрировать клану Лю свой талант и показать реальную ценность.
«Да, решено. Но в будущем нельзя сдавать только отборные свитки – это выглядело бы слишком неправдоподобно. Соотношение обычных и отборных как десять к одному будет выглядеть вполне естественным».
─ Благодарю вас, управляющий Лю!
Цуй Чаншэн выразил признательность, сгреб бумагу и тушь со стойки прямо в свой Мешок Цянькунь и повернулся к выходу.
─ Эх, кабы не столь скверные духовные корни! ─ сокрушенно вздохнул управляющий Лю, глядя ему вслед. ─ С таким талантом его однозначно стоило бы взращивать.
Впрочем, сейчас для клана Лю с горы Цинсун настали времена, когда люди нужны как никогда. Пожалуй, стоит доложить старейшинам – пусть клан сам решает, стоит ли выделять ресурсы на его развитие.
Впрочем, практик четвертого уровня Очищения Ци, пусть даже способный делать отборные талисманы первого ранга среднего качества, все еще не обладал весом, достаточным, чтобы тревожить предка стадии Создания Основы.
─ Ты хочешь сказать, что Цуй Чаншэн, тот самый одаренный юноша, которого я привел недавно, является мастером талисманов первого ранга среднего качества? ─ переспросил Лю Юаньцин, отпивая духовный чай с нескрываемым изумлением. В его памяти Цуй Чаншэн все еще оставался лишь плодовитым, «высококачественным производителем».
─ Старейшина Лю, Цуй Чаншэн недавно совершил прорыв на четвертый уровень Очищения Ци. В этот раз он принес пятнадцать отборных талисманов первого ранга среднего качества. Похоже, постоянная практика приносит свои плоды, и он глубоко постиг суть этих трех типов свитков… К тому же он в отличных отношениях с Ли Го… ─ Управляющий Лю во всех подробностях изложил всю собранную информацию о Цуй Чаншэне.
─ Чистая родословная, да и способности имеются! К тому же недавно он сделал большой вклад в дела клана, ─ Лю Юаньцин погладил бороду и с улыбкой кивнул. ─ Хорошо, завтра я снова наведаюсь в усадьбу Шаньшуй и лично поговорю с ним! Раз у парня есть такой талант, разбазаривать его впустую недопустимо. Наш клан Лю за последние пятьдесят лет пролил слишком много крови, нам зарез нужна свежая кровь. Состояние главы клана становится все хуже, его жизненный срок подходит к концу… Пусть ближайшие десять лет прошли бы без потрясений, но клан Ван только и ждет момента, чтобы нанести удар…
─ Если парень действительно так хорош в создании талисманов, как ты говоришь, то при поддержке клана из него может вырасти мастер талисманов первого ранга высшего качества. А это станет огромным подспорьем для семьи, ─ со вздохом резюмировал Лю Юаньцин.
Услышав эти слова, управляющий Лю тоже мрачнел на глазах.
В борьбе с кланом Ван, длившейся последние десятилетия, предки стадии Создания Основы с обеих сторон проявляли сдержанность. У обоих кланов было по два таких практика, и реальная схватка между ними привела бы к огромным потерям, чем немедленно воспользовались бы посторонние. Поэтому все эти годы основную тяжесть кровавых стычек несли на себе простые члены кланов на стадии Очищения Ци.
И вот теперь один из предков Создания Основы клана Лю доживал свои последние дни. Пока он жив, предок клана Ван не станет предпринимать решительных действий – кому охота связываться со стариком, которому нечего терять и у которого в руках мощнейшие артефакты? Но как только старейшина клана Лю испустит последний вздох, соотношение сил стадии Создания Основы станет два к одному в пользу клана Ван. В таком раскладе клан Лю с горы Цинсун не то что не удержит свои рудные жилы – они потеряют даже саму гору Цинсун, основу своего могущества!
Наступил следующий день.
Усадьба Шаньшуй, дворик Павильона Слушания Дождя.
─ Чаншэн, а не мог бы ты прямо сейчас нарисовать талисман – показать мне свое мастерство?
В гостиной небольшого домика Лю Юаньцин, облаченный в темное заклинательское одеяние, добродушно улыбался. Он говорил так непринужденно, словно вел обычную светскую беседу, и ничем не выдавал в себе мастера позднего этапа Очистки Ци.
Однако Цуй Чаншэн прекрасно знал, кто перед ним находится. Их группа провела бок о бок почти месяц, и, хотя этот человек казался весьма благодушным добряком, он являлся самым настоящим экспертом высокого уровня.
─ Старейшина Лю, прошу за мной, ─ откликнулся Цуй Чаншэн.
Ему было очевидно, что Лю Юаньцин пришел сюда не ради пустой болтовни: у того имелась вполне конкретная цель.
Старик желал своими глазами увидеть его одаренность в искусстве талисманов. Юноша предполагал, что Клан Лю отправит к нему своего человека, но не ожидал, что тот появится так быстро. Впрочем, подобный расклад вполне его устраивал.
Чем раньше он продемонстрирует талант к начертанию знаков, тем быстрее получит поддержку и более выгодные условия. В тех вещах, где следует затаиться, нужно проявлять скрытность, но когда приходит время бороться – не стоит уступать никому.
Следовательно, показывать одаренность требовалось в строгой мере. Можно было сойти за скромного гения, но казаться чересчур ярким восходящим светилом опасно. Если выражаться простым языком: дарование есть, однако не выдающееся; повыше средненьких, но пониже настоящих виртуозов – словом, золотая середина.
Шедший впереди Цуй Чаншэн привел гостя в специальную тренировочную комнату Павильона Слушания Дождя, где разместились все его принадлежности для изготовления талисманов.
Оказавшись перед рабочим столом, он не стал сразу браться за кисть, а сперва воскурил благовоние Сосредоточения. Затем зажмурился, успокаивая дух и приводя внутреннее состояние в полное равновесие.
Лю Юаньцин не произнес ни слова. Он присел на стул возле стены и стал молча наблюдать.
Благовоние сгорело примерно на четверть. Комнату заволокло сизыми клубами, превратив ее в подобие небесного обиталища. Оба хранили полное молчание – да такое глухое, что каждый мог расслышать чужой пульс и дыхание.
И в этот миг Цуй Чаншэн медленно разомкнул веки. Спокойный, уверенный в собственном успехе, он поднял кисть и обмакнул ее в киноварь, смешанную с духовной тушью.
Шу-шу! Череда быстрых взмахов наполнила воздух движением драконов и змей – духовная сила стекала с кончика пера ровными, безупречно точными линиями.
Когда палочка благовония истлела до самого основания, на столе уже лежали тринадцать талисманов среднего качества первого ранга. Причем два из них заметно превосходили остальные густотой исходившего от них духовного свечения.
─ Чаншэн! Твое мастерство начертания и впрямь весьма недурно! ─ не удержался от похвалы Лю Юаньцин, удовлетворенно кивнув.
Тридцать листов бумаги – и пятнадцать готовых талисманов, из которых два оказались отменного качества. По его наблюдениям, подобный процент успешного создания считался исключительно высоким.
Он никак не ожидал, что, намереваясь лишь привлечь в род зятя, заполучит под крыло настоящего молодого гения Талисманов.
─ Возможно, старейшине Лю неизвестно, но я последние двадцать лет досконально изучал лишь эти три базовых знака, ─ проговорил Цуй Чаншэн. В его голосе звучала искренность и глубокая скромность. ─ Чтобы выжить на рынке Миньшань, мне приходилось неустанно трудиться. Секрет лишь в упорстве и набитой руке.
Эти слова прозвучали невероятно естественно. Пусть он и начертал талисманы превосходного качества, но объяснял это не своей гениальностью, а многолетним кропотливым трудом.
─ Ха-ха, юный друг Цуй, ты чересчур скромен! ─ рассмеялся Лю Юаньцин. ─ Но ты же знаешь меня – я привык говорить напрямик! Скажу без обиняков: Клан Лю способен предоставить тебе наследие Искусства Талисманов среднего качества первого ранга, а со временем – даже наследие высокого качества. Разумеется, фиксированные ресурсы для культивации тоже будут выделяться ежегодно.
─ Однако взамен тебе, юный друг, придется подписать с нашим родом договор. Ты обязуешься ежегодно предоставлять определенное количество талисманов среднего качества… Их точный объем мы обговорим отдельно. Кроме того, тебе предстоит взять под крыло наших юных проростков и обучать их ремеслу.
Предложенные старейшиной условия выглядели крайне разумно. Вся выгода и все обязательства сразу раскладывались по полочкам.
Наследие начертания среднего и высокого качества первого ранга – это как раз то, в чем он нуждался. Вдобавок к этому полагалось еще и годовое содержание ресурсами.
Обязанности тоже выглядели предельно прозрачно: требовалось лишь каждый месяц отдавать роду строго фиксированное число изделий. Цуй Чаншэн прикинул в уме и понял, что стоимость этих талисманов практически полностью перекрывает его годовое жалование.
По сути, единственной реальной нагрузкой становилось обучение учеников. В сделке, предложенной Кланом Лю, он однозначно оставался в плюсе.
─ Старейшина Лю, у меня нет возражений! Клан Лю предлагает весьма щедрые условия, и я с радостью принимаю их, ─ произнес Цуй Чаншэн, отказавшись от торга.
Он чувствовался, что Лю Юаньцин со своей прямолинейной натурой сразу выложил на стол самое лучшее предложение.
─ Что ж, в таком случае в будущем нам придется позаимствовать твои силы, юный друг, ─ Лю Юаньцин погладил бороду, и на его лице расплылась удовлетворенная улыбка.
─ Не стоит благодарности. Я непременно приложу все силы для обучения юных членов семьи Лю и буду в срок сдавать готовые талисманы.
Помимо главных условий, Цуй Чаншэна полностью уложились и мелкие детали. Материалы для ежемесячной нормы талисманов Клан Лю обязывался поставлять за свой счет.
С его текущей эффективностью начертания в 70% все, что оставалось сверх нормы, превращалось в чистый доход. Эта прибыль вполне сопоставлялась с той частью, которую он отдавал семье.
В таком крупном роде, как Клан Лю с горы Цинсун, молодых талантов хватало с избытком.
Однако обладателям самых слабых и средних духовных корней обычно приходилось осваивать какое-то практическое ремесло.
Они либо занимались земледелием – выращивали низкоранговые духовные травы и рис, – либо обучались ремеслу, чтобы приносить пользу роду.
В конце концов, с низшими духовными корнями продвигаться по пути самосовершенствования тяжело, а снабжать таких людей ресурсами – слишком большая обуза для семьи. Куда разумнее заставить их как можно раньше приносить пользу клановому делу.
На горе Цинсун лишь обладатели средних духовных корней и выше заслуживали того, чтобы род вкладывал в них все свои ресурсы.
Остальные же являлись не столько полноправными сородичами, сколько рабочими лошадками или обычным расходным материалом.
На следующий день новость о том, что Цуй Чаншэн стал мастером талисманов среднего качества первого ранга, облетела весь Клан Лю с горы Цинсун. Ну, если точнее – Лю Юаньцин лично поместил это известие на доску объявлений.
Это событие повергло в глубокий шок всех пришлых зятьев, прибывших в семью за последние годы. Цуй Чаншэну завидовали на самые разные лады.
Как же так? Договаривались же вместе выполнять роль «племенных бычков»! Почему все остаются обычными зятьями, а ты вдруг подался в мастера да еще и обнаружил в себе такой талант к начертанию?
В усадьбе Шаньшуй жили зятья из одной волны пополнения, поэтому отношения между ними были чуть ближе. В тот день они один за другим приходили к дому Цуй Чаншэна с поздравлениями.
Подарки приносили скромные – кто пару духовных кристаллов, кто мешочек духовного риса.
Впрочем, Цуй Чаншэн не придавал значения ценности приношений. Все они находились в одинаковом положении, и он прекрасно знал, каково им приходится.
Каждый пришедший считался гостем. А тех, кто решил не приходить, он запечатлел в памяти еще отчетливее.
Узнав о случившемся, Ли Го тоже приспешил в Павильон Слушания Дождя, чтобы поздравить друга, и раскошелился аж на целый духовный камень.
Цуй Чаншэн не стал наживаться ни на одном из гостей: каждому он вручил взамен талисманы, ровно соответствовавшие стоимости принесенного подарка.
За статус зятя ему теперь полагалось фиксированное месячное жалование в 2 духовных камня, 30 цзиней духовного риса и 2 цзиня мяса духовных зверей.
А благодаря договору с Кланом Лю на должность стороннего мастера талисманов он получал еще 15 духовных камней дополнительного дохода каждый месяц. На фоне остальных он превратился в настоящего богача.
Брать у них подарки без отдачи не позволяла совесть – ему не хотелось оставаться ни перед кем в долгу.
Впрочем, всей его семье уже пора было покидать усадьбу Шаньшуй. Домочадцы собрали вещи и готовились к переезду.
─ Клан Лю действительно предложил отличные условия, ─ рассуждал про себя Цуй Чаншэн. ─ Став сторонним мастером, я получил право поселиться прямо в обители хребта Цинсун! А ведь это единственная духовная жила второго ранга на всей горе. Возможно, им просто так удобнее обучать молодежь? Да и какая разница – жить на жиле второго ранга невероятно выгодно, скорость культивации станет куда выше.
Цуй Чаншэн не удержался от вздоха. До чего же приятное это чувство – опереться на мощное плечо!
─ На этот раз Клан Лю пошел на серьезные трат. Они даже согласились отдать за меня девушку с духовными корнями. Пусть она пока всего одна, но это уже неплохо.
─ Задача по получению двадцати жен выполнена на 11/20.
В тот же день семья Цуй Чаншэна собрала пожитки и перебралась на хребет Цинсун, в отдельное поместье под названием Усадьба Соснового Ветра.
Окружающий пейзаж завораживал своей красотой. Хотя по площади этот дом уступал Павильону Слушания Дождя, концентрация духовной энергии здесь оказалась выше в четыре-пять раз.
Неудивительно, что заклинатели так отчаянно сражаются за благословенные земли и духовные жилы. Испытав на себе условия второго ранга, понимаешь: к хорошему привыкаешь мгновенно, а вот вернуться к правому существованию будет очень непросто.
Ближе к вечеру у ворот Усадьбы Соснового Ветра появился Лю Юаньцин. Его сопровождала молодая дева из клана Лю, находившаяся на втором этапе Очистки Ци.
─ Юный друг Цуй, это моя родная племянница Иньцюн. Отныне я вверяю ее твоим заботам! ─ проговорил старик. ─ Бедняжка лишилась родителей двадцать лет назад, когда они попали в западню во время стычки с Кланом Ван.
─ Дядя Лю, я буду беречь Иньцюн! Можете быть спокойны, ─ уверенно ответил Цуй Чаншэн, сжав тонкую ладонь Лю Иньцюн.
Покончив с свадебным ритуалом, они дождались глухой ночи.
─ Жена моя…
─ Муж мой!
Находясь в покоях для новобрачных, Цуй Чаншэн смотрел на стоящую перед ним красавицу и ощущал, как в нем закипает радостное волнение. Двойной праздник – такое событие следовало отметить как следует!
─ Давай погасим светильник?
─ Я хочу смотреть на тебя… Ты так пленительно пахнешь…
Пролетели следующие два месяца.
Все это время Цуй Чаншэн полностью отдавал себя культивации. Благодаря его неустанным трудам все взятые в дом девушки из Клана Лю понесли плод.
Оставшиеся часы он делил между тренировками, начертанием талисманов и занятиями в школьной обители, где, как и договаривались, обучал молодых проростков клана мастерству рисования знаков.
Завершив очередную медитацию в тренировочной комнате, Цуй Чаншэн медленно разомкнул темные очи.
Он не знал, кажется ему или нет, но его и без того плотная духовная сила Пяти Элементов будто бы выросла еще на крошечную песчинку.
«Системное окно!» ─ мысленно воззвал он.
[Имя: Цуй Чаншэн]
[Продолжительность жизни: 35/240]
[Уровень культивации: Очистка Ци, 4-й этап (6/100)]
[Духовные корни: Дерево 14] [Духовные корни: Вода 14] [Духовные корни: Металл 14] [Духовные корни: Огонь 14] [Духовные корни: Земля 13]
[Техника: Малое Искусство Пяти Элементов (4-й уровень: 68/1000)]
Цуй Чаншэн прикинул в уме: с текущей скоростью постижения на прорыв к 5-му этапу Очистки Ци уйдет примерно два с половиной года.
Из-за особенностей «Малого Искусства Пяти Элементов» запас его духовной силы уже сейчас равнялся показателям заклинателей на пике среднего этапа Очистки Ци. По правде говоря, такую скорость продвижения никак нельзя было назвать медленной.
И хотя сам уровень культивации остался прежним, за эти два месяца его боевая мощь претерпела колоссальные изменения.
Благодаря вложению сотни с лишним духовных камней техники секты Горы Фанцунь поднялись до 30-го уровня, что соответствовало пику этапа Очистки Ци в этом мире.
Прежде он презирал тех, кто добивается всего за деньги, считая, что это портят всё впечатление. Но теперь ему хотелось прокричать на весь мир: вливать ресурсы и становиться сильнее – это невероятно приятное чувство!
[Канон Желтого Двора: ур. 30]: «Таинство вышнего учения зовется Тайцин. Выплавляй пилюли, прави духовые струи – и разум обретет ясность. В обители пурпурных чертогов средь облаков и сосен пребывает бессмертный, читающий Канон Желтого Двора». Базовый Великий Закон даосизма, исподволь взращивающий духовные качества заклинателя. (Увеличивает характеристики духовных корней на 30 единиц).
30-й уровень «Канона Желтого Двора» открывал доступ к формации [Массив Трех Звезд Уничтожения Демонов]: «Три звезды сияют одиноко, небесный свет вспыхивает ярко; бессмертный разит мечом в танце, а демоны и духи вопят от ужаса».
Это основа школы Горы Фанцунь – строй Истребления Демонов. Для его создания требовалось ровно сорок девять талисманов Пяти Громов. Готовый массив позволял сражаться с соперниками более высокого ранга и наносил 800% урона по демоническим практикующим, призракам, монстрам и прочей нечисти.
[Заклятие Грома: ур. 30]: Тайное учение, записанное в «Книге Пяти Громов», дошедшей из Громового ведомства Девяти Небес. Призывает могущество Небесного Владыки Грома в помощь заклинателю.
30-й уровень «Заклятия Грома» открывал заклинание [Заклятие Пяти Громов]: «Призови раскат грома – и содрогнутся духи с демонами; рази нечисть, опираясь на небесную грозу». Наносит 400% урона по демоническим практикующим, призракам и монстрам.
[Заклятие Пяти Громов] предназначалось именно для истребления скверны. Оно разило гораздо сильнее, чем [талисман Привлечения Грома], но и духовных сил требовало кудо больше.
[Талисман Привлечения Грома] наносил 200% урона по демоническим практикующим, призракам и монстрам.
С нынешним запасом духовной и ментальной силы Цуй Чаншэн мог нарисовать десять талисманов Привлечения Грома, но если браться за талисманы Пяти Громов – его хватало лишь на четыре штуки.
Однако, обладая уникальными техниками Горы Фанцунь, он, при условии, что не придется скрывать свои возможности, мог без малейшего страха встретить заклинателя на начальном этапе Заложения Основания.
[Искусство Талисманов: ур. 30]: Уникальное мастерство Горы Фанцунь, не имеющее равных в Трех Мирах. На этапе великого мастерства позволяет повелевать всеми небесными знаками.
Подчиненные навыки:
Талисманы [талисман Возвращения Весны (Великое мастерство: 899/1000)], [талисман Деревянного Щита (Великое мастерство: 899/1000)], [талисман Опутания (Великое мастерство: 899/1000)] – это то, в чем он давно поднаторел, трансформировались в талисманы высокого качества первого ранга.
Навыки [талисман Управления Водой (Великое мастерство: 1/1000)], [талисман Огня Ли (Великое мастерство: 1/1000)], [талисман Золотого Света (Великое мастерство: 1/1000)], [талисман Плотной Земли (Великое мастерство: 1/1000)], [талисман Сокрытия Дыхания (Великое мастерство: 1/1000)] и [талисман Невидимости (Великое мастерство: 1/1000)] перешли из наследия среднего качества, предоставленного Кланом Лю. Под воздействием «Искусства Талисманов» Горы Фанцунь они также эволюционировали до высокого качества первого ранга.
В тайне проверяя свои силы в тренировочной комнате, он выяснил: при создании талисманов среднего качества первого ранга вероятность успеха достигала почти 100%. А вот с талисманами высокого качества из-за ограничений в духовной и ментальной силе выходила на уровень всего 15–20%.
─ Брат Цуй! ─ донесся оклик из-за ограды Усадьбы Соснового Ветра.
Там, восседая на чешуйчатом кони, стоял Ли Го.
Прожив в роду Лю с горы Цинсун около двадцати лет, он до мозга костей проникся духом этой семьи и считал себя ее полноправной частью.
─ Вот и подошел срок нашего десятилетнего уговора! Гора Цинсун находится далеко от рынка Миньшань, так что нам лучше выдвигаться заранее.
─ Да… Время летит подобно бурному потоку. Вот и еще десять лет позади, ─ тихо вздохнул Цуй Чаншэн.
За эти полгода произошло слишком много событий: сперва переезд из рынка Миньшань на гору Цинсун в качестве зятя, затем прорыв на 4-й этап Очистки Ци… В суматохе и радостных хлопотах он едва не забыл об этой важной встрече.
─ Ладно, давай отправимся вместе! ─ согласился он.
Собрав необходимый багаж, Цуй Чаншэн первым делом отправился к старейшинам Клана Лю, чтобы испросить разрешение на отлучку.
В роду не стали чинить препятствий и спокойно отпустили его на полгода. Подобная легкость даже удивила Цуй Чаншэна, но, порассуждав, он понял причину. Ли Го прожил в семье почти двадцать лет и успел обзавестись четырьмя десятками детей – Клан Лю давно считал его своим и полностью ему доверял.
Что же касалось самого Цуй Чаншэна, то одиннадцать красавиц-жен уже носили его первенцев, а сам род предоставил ему доступ к обители на духовной жиле второго ранга… Имея столь щедрые благодеяния, странно было ожидать, что он решит сбежать.
Все остальное – мелочи, но вот обитель второго ранга далеко не каждый клан согласится делить со сторонним человеком.
В этой поездке он планировал добраться до Миньшаня, чтобы исполнить десятилетний уговор, а после – навестить родных в мирском царстве.
Мужчины пустили коней рысью. Их скакуны не являлись настоящими духовными зверями – это были маунты, выведенные местными животноводами путем скрещивания прирученных монстров с обычными лошадьми, так что они считались полудемонами лишь с большой натяжкой.
─ Брат Цуй, у тебя есть талант к начертанию знаков, и перед тобой открыт шанс достичь этапа Заложения Основания! Не стоит слишком сильно увлекаться плотскими утехами, ─ улучив момент за пределами горы, не удержался от совета Ли Го. ─ Мой путь уже предрешен, я так и останусь никем. Но ты – ты должен стремиться вверх!
Его собственные способности к культивации были никудышными, да и других талантов не имелось, так что он застрял на 2-м этапе Очистки Ци и давно смирился со своей долей. Но Цуй Чаншэн – совсем иное дело: имея дар мастерства и достаток в ресурсах, он действительно мог замахнуться на Заложение Основания.
─ Тут ты не прав, ─ отозвался Цуй Чаншэн. ─ Какую высоту ни возьми – разве бывает предел?
─ Мир заклинателей изменчив и суров. Этап Очистки Ци – лишь самое подножие, да и Заложение Основания позволяет быть владыкой лишь в глухой провинции. Пожалуй, только на этапе Золотого Ядра появляется настоящая точка опоры. Так где же та черта, на которой можно остановиться?
─ И вместо того чтобы истязать себя бесконечной суровой культивацией, не лучше ли радоваться жизни здесь и сейчас? Впрочем, я учту твои слова. Нежности с женами лишь разбавляют рутину тренировок – во всем нужна мера, а разумный баланс только помогает продвижению.
Царство Цинь считалось могущественной державой с необъятными территориями, включавшими две столицы и тридцать шесть провинций.
Каждая провинция делилась на десять–тринадцать округов, а каждый округ объединял по пять-шесть уездов.
Рынок Миньшань располагался на границе провинций Лунси и Гушу, занимая исключительно важное стратегическое положение.
Чешуйчатые кони двигались резво, к тому же путники мчались день и ночь без отдыха. Путь в сто восемьдесят тысяч ли занял у них всего двадцать дней.
Когда всадники добрались до рынка Миньшань, едва наступило утро.
Небо только затеплилось рассветом.
─ Брат Цуй, мы наконец-то прибыли! ─ выдохнул Ли Го.
Они соскочили с седел и окинули взглядом рынок Миньшань, воздвигнутый прямо на склонах горного массива.
Прежде чем войти внутрь, оба предъявили нефритовые жетоны личности для досмотра, и лишь после этого стража отключила защитный массив, пропустив их в город.
Взирая на знакомые улицы, Цуй Чаншэн почувствовал теплую радость долгожданной встречи. В отличие от дома Клана Лю на горе Цинсун, именно это место ощущалось для него настоящим «домом».
Двадцать лет назад, провалив испытания в сектe, он был приведен сюда наставником Чжао и с тех пор бессменно жительствовал в стенах рынка, посвятив двадцать лет культивации и начертанию талисманов.
Шагнув за границы рынка, путники оказались в безопасной зоне, самый внешний круг которой занимало жилье класса «Дин».
За пределами рынка тянулась бескрайняя полоса лачуг, смахивавшая на трущобы для беженцев: там разве что с защитой было похуже, а в остальном вполне терпимо.
На рынке Миньшань Цуй Чаншэн чувствовал себя почти хозяином, а потому в расспросах не нуждался и направился прямиком к Ресторану Вечной Зелени.
Заведение оправдывало славу крупнейшего ресторана на рынке Миньшань, возвышаясь добрых двадцати чжанов ввысь.
Перед входом красовалась вывеска с позолотой, где высекли три пышных иероглифа: «Ресторан Вечной Зелени».
У дверей в этот час стоял ухоженный молодой человек в пышных одеждах, лицом бел и чист, точно резной нефрит.
─ Брат Цуй! Брат Ли! ─ заметив приближавшихся, Ян Линь радушно устремился навстречу с приветствием.
Приглядевшись к Цуй Чаншэну, он не удержался и смерил его пристальным взглядом, словно пытался отличить подлинник от подделки.
Всего за какие-то полгода и духовный уровень Цуй Чаншэна, и сам его облик изменились до неузнаваемости.
Казалось, перед ним совершенно иной человек, так что любопытство Ян Линя вполне можно было понять.
─ Брат Ян Линь, что за взгляды? Неужто перенял дикие повадки у смертных из Шу? ─ пошутил Цуй Чаншэн, замечая этот въедливый осмотр.
─ Полно тебе! ─ поспешил замахать руками Ян Линь. ─ Я, молодым княжичем из поместья маркиза Каошаня, успел десять жен да наложниц завести, дети уже уму-разуму учатся. Просто твои перемены, брат Цуй, за эти десять лет… Я аж обомлел, настолько они разительны!
Он оставался все тем же, что и десять лет назад: обходительным, мягким в обращении, без тени высокомерия, присущего наследникам маркизских домов.
─ Ты и представить не можешь, что приключилось с братом Цуем! ─ загадочно проговорил Ли Го.
С тех пор как Цуй Чаншэн стал зятем в семье Лю с горы Цинсун, он своими глазами наблюдал за всем происходящим.
Любопытство Ян Линя вспыхнуло с новой силой, и он тут же подхватил:
─ У ворот Ресторана Вечной Зелени чесать языками не дело. Я уже заказал отдельный кабинет внутри. Брат Цуй, брат Ли, вы преодолели долгий путь, поднимайтесь отдохнуть, а за чашкой чая обо всем и переговорим.
─ Княжна Чжао Юйчжи, Сун Яжу, Лю Мань, Чжу Дачан и Жань Цзайсин ─ эта пятерка еще не прибыла, но должны подойти через день-другой.
Пока они обменивались репликами, Ян Линь увлекал их за собой, и вот троица уже шагнула под сень Ресторана Вечной Зелени.
Внутри все блистало роскошью: резные балки, роспись, ступенчатые лестницы из нефрита ─ вещи, что у смертных почитались бы за редчайшие сокровища, здесь лежали под ногами, точно обычный камень.
Они поднялись по лестнице и вошли в изысканный кабинет на третьем этаже. Из окна открывался прямой вид на главный вход в ресторан.
─ Брат Ли, давай поведай, что стряслось с братом Цуем? У меня аж под ложечкой заскребло от любопытства! ─ Едва они уселись, Ян Линь с обходительной улыбкой налил гостям чаю и, не в силах сдерживаться, обратился к приятелю.
─ Полгода назад брат Цуй вместе со мной пошел в зятья к семье Лю с горы Цинсун, ─ отпив чаю, Ли Го, не умевший хранить секреты, выложил все как на духу. ─ И за это время он сперва пробился на четвертый уровень сферы Очищения Ци, а затем стал мастером талисманов средней ступени первого ранга, да еще и отборные талисманы выводить навострился…
─ Не думал я, что у брата Цуя столь глубокое познание Дао Талисманов! ─ воскликнул Ян Линь с искренним восхищением, без тени зависти в голосе.
Цуй Чаншэн сложил руки в приветствии:
─ Куда мне до брата Яна, ты ведь уже на шестом уровне Очищения Ци.
Если судить по возрасту, старшим среди них был Ли Го, за ним шел Цуй Чаншэн, а Ян Линь являлся младшим, но из уважения они называли друг друга братьями.
Все трое обладали лишь низшим духовным корнем и в свое время отсеялись на испытаниях секты Лоугуань.
Разница крошилась лишь в том, что Ян Линь опирался на поместье маркиза, обладая связями и ресурсами, о которых двое других и помыслить не смели.
Как-никак, за династиями смертного мира стояли великие секты, и нити этих связей переплетались бессчетно.
Ли Го рано пристроился зятем в клан культиваторов, Цуй Чаншэн с трудом выживал на рынке, а Ян Линь благодаря семейным сусекам еще десять лет назад пробился на пятый уровень Очищения Ци.
─ Эх, свои болячки лучше знамо, ─ вздохнул Ян Линь с легкой грустью. ─ Шестой уровень ─ предел возможностей нашего поместья. А вот ты другое дело: твой путь самосовершенствования может увести тебя куда дальше, чем нас с Ли Го.
─ Да кто ведает, что ждет впереди? ─ отозвался Цуй Чаншэн, и взгляд его с каждым словом становился все тверже. ─ Будущее ─ оно как туман над горами Миньшань: изменчиво и неуловимо. Но нам, идущим по пути самосовершенствования, разве гоже пасовать перед грядущим? Нужно смело шагать вперед, не отступая, исследовать дальние тропы и созерцать неведомые кручи.
─ Быть может, на этой тропе нас ждут бесчисленные невзгоды, непредвиденные беды и тяжелые испытания. Но что с того? Это лишь закалка на нашем пути. Только пройдя сквозь бури и грозы, мы сможем стать истинно сильными.
─ И даже если сгинем на пути к бессмертию, то хотя бы перед ликом смерти сможем молвить без сожаления: «Я не проклинаю судьбу за напрасно прожитые годы и бесплодные труды».
─ Хорошо сказано! Нам, идущим по этому пути, надлежит неустанно стремиться вверх! Преподал ты мне урок, ─ Ян Линь серьезно сложил руки в знаке почтения, приняв эти слова близко к сердцу.
─ Всего за полгода у брата Цуя двоякая радость! Сегодня я просто обязан поднять за тебя чашу!
─ Брат Ян слишком добр, это лишь небольшое продвижение, ─ улыбнулся Цуй Чаншэн. ─ Звание мастера средней ступени первого ранга разве что позволяет жить немного сытнее. Вот если удастся замахнуться на высшую ступень первого ранга ─ тогда от этого действительно будет великая польза.
─ О? ─ Ян Линь изумленно вскинул брови, расцветая в еще более теплой улыбке. ─ Брат Цуй, судя по твоим словам, у тебя уже есть прометки на талисманы высшей ступени первого ранга?
В мире самосовершенствования мастера талисманов нижней и средней ступеней первого ранга считались не более чем подмастерьями. Лишь тот, кто способен вычертить талисман высшей ступени, считался ступившим на истинный путь. С таким умением в любой семье культиваторов можно рассчитывать на должность почитаемого гостя, и положение в обществе становится совсем иным.
─ Пробившись на четвертый уровень Очищения Ци, я ощутил в себе неплохое чутье к начертанию знаков. Стать настоящим мастером ─ дело времени, все должно прийти естественным чередом, ─ уверенно и спокойно произнес Цуй Чаншэн, поднимая чашу в ответном тосте.
Он пришел на эту встречу с вполне определенным расчетом.
Желание поддерживать связь и обмениваться ресурсами с пятью учениками секты ─ княжной Чжао Юйчжи, Сун Яжу, Лю Мань, Чжу Дачаном и Жань Цзайсином ─ требовало наличия собственного веса. Без этого любые давние товарищеские чувства рано или поздно иссякнут.
Сейчас он числился всего лишь пришлым зятем. На каких основаниях ему сойтись на равных с учениками великой секты?
Надежда стать настоящим мастером талисманов и явный талант к их начертанию ─ вот тот капитал, который он мог выставить напоказ.
─ Да, не думал я, что у брата Цуя столь незаурядный дар к талисманам, ─ искренне восхитился Ян Линь. ─ Ты не уступаешь тем, кто попал в секту. В будущем, став мастером второго ранга, сможешь смело уповать на путь бессмертия.
─ Брат Ян перехваливает, ─ отозвался Цуй Чаншэн.
Слова Ян Линя звучали чрезвычайно приятно. «Недаром у всякого начальства кругятся льстецы, ─ подумал про себя Цуй Чаншэн. ─ Дело не в том, что правители глупы, а в том, что каждому человеку нужно ощущать собственную значимость».
За неторопливой беседой троица погрузилась в воспоминания о прошлых десяти годах.
Вечером того же дня Ян Линь, желая проявить максимальное радушие, позвал их в заведение «Байхуалоу».
─ У меня… э-э… спина болит, вы идите сами, да смотрите под дождь не попадите, ─ с утомленным видом отказался Цуй Чаншэн. Дело было не в излишней святости, а в банальном страхе подцепить какую-нибудь дрянь. Черт его знает, насколько трудно лечатся подобные недуги среди культиваторов.
─ Мне бы передохнуть как следует. Вы уж погуляйте на славу.
Спустя три дня на рынок Миньшань прибыла пятерка: княжна Чжао Юйчжи, Сун Яжу, Лю Мань, Чжу Дачан и Жань Цзайсин.
Наконец-то.
Минуло еще одно десятилетие, и восемь семян бессмертия, найденные когда-то учителем Чжао, снова собрались вместе.
Рынок Миньшань, Ресторан Вечной Зелени, отдельный кабинет на третьем этаже.
─ Цуй Чаншэн, Ли Го, Ян Линь! Давно не виделись, ─ приветливо улыбнулась троице Чжао Юйчжи. На ней было защитное платье высшей ступени первого ранга. Сама она походила на пышный белый пион: благородное, исполненное достоинства лицо овала «гусиное яйцо» напоминало искуснейшим образом выточенный нефрит и излучало пленительный глянец. Держалась она дерзновенно и просто, а улыбка, подобно весеннему бризу, располагала к себе с первых мгновений.
Сидевшие подле нее Сун Яжу и Лю Мань лишь улыбнулись и кивнули, не усердствуя в речах. Хотя обе обладали весьма приятной наружностью, рядом с Чжао Юйчжи они казались лишь скромными служанками.
─ Брат Цуй, брат Ян, брат Ли! ─ с горячим задором выпалил Чжу Дачан.
В сравнении с девицами он смотрелся совсем неказисто: серый, полинялый балахон, смуглая до черноты кожа да тучная фигура ─ вылитый дикий кабан, возомнивший себя духом-демоном.
Жань Цзайсин же хранил холодно-бесстрастный вид, пребывая в молчании.
Впрочем, неоспоримым центром этой пятерки оставалась Чжао Юйчжи.
За десять лет, что прошли с их последней встречи, и за двадцать лет с момента ухода из мирской жизни все они разительно изменились.
─ Брат Цуй, брат Ли, вы, чай, еще не ведаете! Княжна Юйчжи уже достигла пика девятого уровня Очищения Ци и вовсю готовится к Заложению Основания! ─ выложил Ян Линь.
Услышав это, Цуй Чаншэн и Ли Го невольно прониклись завистью, а остальные четверо горделиво выпрямились, словно это им предстояло совершить прорыв.
─ Княжна Юйчжи, что по меркам мирской знати, что по силе духовного развития ─ главное место по праву ваше, ─ подобострастно произнес Ян Линь.
В его пылкости не ощущалось любовного тона ─ скорее угодничество да капля лести. В мирской жизни он был лишь одним из многочисленных сыновей маркиза, тогда как Чжао Юйчжи носило титул княжны. В мире же культивации она вот-вот готова была шагнуть на ступень Заложения Основания, и Ян Линь не мог разглядеть даже ее тени. Как тут не рассыпаться в похвалах?
Двадцать лет в мире самосовершенствования… Когда они учились вместе, то были лишь юнцами, а теперь перешагнули порог зрелости. Сильнее всех изменилась Чжао Юйчжи, ставшая великим практиком на пике Очищения Ци.
─ Лин-цзы, раз уж ты так говоришь, спорить не стану, ─ без лишнего жеманства Чжао Юйчжи заняла почтенное место, приняв вид хозяйки стола. ─ Садитесь свободнее, мы ведь все однокашники.
Двадцать лет назад ее нрав уже напоминал распустившийся пион ─ прямой, величавый и несущий покой. Прошли годы, но характер ее не изменился под гнетом времени. Прямота и открытость лишь набрали силу, став еще размашистее.
─ Мы знакомы два десятка лет, и то, что мы смогли встретиться в полном составе ─ великая удача. Давайте сперва поднимем чаши за нас самих!
Сколько культиваторов сгинуло за эти годы, а их восьмерка выжила и снова собралась за одним столом. Обходительный Ян Линь, как никто другой, понимал, сколько горечи скрывалось за этим счастьем.
─ Осушим чаши! ─ Чжао Юйчжи подняла кубок; во взгляде ее промелькнула тень светлой грусти от воспоминаний о былых годах.
─ До дна! ─ Цуй Чаншэн смахнул хмельной напиток, ощущая, как грудь наполняется смешанными чувствами. Прошлое не вернуть, детские годы утекли безвозвратно.
После первого тоста при содействии Ян Линя разговор быстро наладился, и обстановка стала непринужденной. Прослышав, что Ли Го за прошедшие десять лет в семье Лю из Цинсуня обзавелся сыном со средним духовным корнем, Ян Линь и Чжао Юйчжи искренне порадовались за него. Кто бы мог подумать, что крестьянский парень, бывший в смертном мире не лучше рабочей скотины, станет зятем в роду культиваторов и зачет росток, способный достичь Заложения Основания?
Чжу Дачан слушал это с явной завистью:
─ Знай я раньше, сам бы пошел вместе с братом Ли Го в зятья к семье Лю.
─ Ха-ха, да кто бы тебя взял! Семье только урон для лица, ─ не удержался от подколки молчаливый Жань Цзайсин.
─ Пошел ты! «И из кривого ивняка плетут корзины, а мужской красоте счет не ведут!»
Этот Чжу Дачан обладал средними способностями и едва преодолел отбор. Попав в секту Лоугуань, он проявил кое-какой толик чутья к распознаванию трав и алхимии, благодаря чему удачно пристроился в подмастерья к алхимику. Пользуясь близостью к делу, он вырос до седьмого уровня Очищения Ци.
─ Брат Цуй, слыхал я, ты тоже пошел в зятья к Лю? Как твои дела, скольких жен уже призрел? ─ с любопытством спросил Чжу Дачан, в чьем голосе сквозило откровенное завидничество.
Ли Го тут же подхватил:
─ Брат Цуй у нас ─ вот кто истинный скрытый дракон! За полгода в роду Лю он успел обрюхатить одиннадцать девиц из клана!
«Что?!» ─ Шестеро присутствующих, включая Ян Линя, в изумлении уставились на Цуй Чаншэна.
Вот так так! С виду такой степенный, а на деле ─ настоящий племенной бык!
─ Но самое главное даже не в этом! ─ продолжал Ли Го. ─ Он уже умеет вычерчивать отборные талисманы средней ступени первого ранга! Стать настоящим мастером для него ─ лишь вопрос времени.
Цуй Чаншэн лишь улыбнулся и кивнул:
─ Поначалу я и вправду думал лишь о том, чтобы пожить в свое удовольствие, найти семью да с миром коротать век. Кто ж знал, что после женитьбы и воссоединения с суженой моя база самосовершенствования резко совершит прорыв к четвертому уровню, а в начертании талисманов на меня найдет эдакое озарение.
─ Отборный талисман средней ступени первого ранга… Что ж, это действительно открывает прямую дорогу к званию мастера, ─ согласилась Чжао Юйчжи, доброжелательно улыбнувшись Цуй Чаншэну.
─ Тогда дозволь заранее поздравить тебя, брат Цуй! ─ Чжу Дачан поспешил поднять кубок, и остальные присоединились к поздравлению.
Текущий четвертый уровень Очищения Ци у Цуй Чаншэна не представлял собой ничего выдающегося. Однако умение создавать отборные талисманы средней ступени и перспектива стать настоящим мастером делали его фигуру гораздо ценнее их собственных статусов. Исключением являлась лишь Чжао Юйчжи ─ для практика, стоящего у порога Заложения Основания, все, кто ниже этого уровня, подобны праху. Законы мира бессмертных были суровы.
─ Дорогие однокашники, если вам впредь понадобятся недорогие талисманы, обращайтесь ко мне. Сделаю вам скидку в двадцать процентов! ─ проявил доброжелательность Цуй Чаншэн.
─ А кому понадобятся дешевые снадобья ─ милости прошу ко мне, сделаю скидку в десять процентов! ─ хохотнув, поддержал его Чжу Дачан.
За непринужденной беседой яства убывали, а разговоры становились все откровеннее. Каждый делился своим положением, благодаря чему Цуй Чаншэн составил четкое представление о делах приятелей.
Ян Линь хотя и являлся сыном маркиза Каошаня, но семейные ресурсы способны были дотянуть его лишь до шестого уровня Очищения Ци. Дело было не в нехватке духовных камней, а в его бедном духовном корне ─ дальше вкладываться в него просто не имело смысла.
Чжао Юйчжи обладала духовным корнем верхне-третьего ранга и считалась малым гением. На испытаниях Лоугуань ее приметил старейшина, благодаря чему она совершила взлет, сразу став ученицей внутреннего двора, и ныне достигла пика сферы Очищения Ци.
Сун Яжу и Лю Мань, хоть и попали в секту Лоугуань, имели лишь средне-шестой духовный корень и числились ученицами внешнего двора. Их положение и содержание разительно отличались от того, чем пользовалась Чжао Юйчжи. Учеников внутреннего двора, как наиболее талантливых, берегли для создания главной боевой силы секты, освобождая от мирской суеты ради практики. Ученики же внешнего двора, помимо медитаций, обязанными были ежегодно отрабатывать повинности и осваивать ремесла.
Секта подобна государству: она держится на разделении труда. Массивы, алхимия, ковка, земледелие, разведение духовных тварей ─ все это требовало рабочих рук. Сун Яжу и Лю Мань, находясь на шестом уровне Очищения Ци, навострились возделывать поля духовных растений и трав. Чжу Дачан числился подмастерьем алхимика на седьмом уровне. Жань Цзайсин, обладавший духовным корнем средне-пятого ранга и душевной силой свыше обычной, стал мастером массивов и также достиг седьмого уровня.
Выслушав их историй, Цуй Чаншэн утвердился в мысли: разница между ним и учениками секты казалась огромной, но на деле не представляла собой непреодолимой пропасти. Его собственное сокровище открывало перед ним безграничное будущее! Главное ─ сидеть тихо и не высовываться. В будущем, если придется вступить в бой, он просто забросает противника морем талисманов и выжжет все дотла. Среди сверстников он будет непобедим, да и перед теми, кто выше рангом, не сплошает. Нужно держать себя в руках и не упиваться успехами, ведь перед каждым из них простирается светлый путь.
Так они провели целый день, после чего принялись разбирать тонкости практики. Чжао Юйчжи без утайки делилась собственным опытом и наставлениями своего учителя-старейшины, а остальные слушали ее, затаив дыхание. Это дало им ценнейшие познания в сфере Очищения Ци, позволяя миновать года заблуждений.
Спустя еще два дня, когда каждый высказал свое напутствие, все восемь участников встречи ощутили явную пользу. Не бывает пиров, что не заканчиваются: на четвертый день они заключили союз Заложения Основания. Суть договора сводилась к следующему: если кто-то из восьмерки решится на прорыв к Заложению Основания, остальные обязаны приложить все силы для его поддержки. А тот, кто достигнет успеха, должен по мере сил помогать оставшимся семерым.
Под конец пира они условились встретиться снова через десять лет, после чего попрощались и разъехались. Впрочем, Цуй Чаншэн не спешил возвращаться. Он отправил Ли Го назад вместе с караваном семьи Лю, а сам решил распродать накопленные талисманы, выручить духовные камни и прикупить сырья для талисманов высшей ступени. А попутно ─ навестить родной дом. Дом, где он родился в этом мире.
В ту же ночь Цуй Чаншэн покинул рынок Миньшань верхом на чешуйчатом драконьем коне.
Минуло времени с ароматическую палочку после его ухода, когда из тьмы, окутавшей горы Миньшань, вышли двое: мужчина с свирепым лицом и миниатюрная женщина.
─ А черепаха-то наконец решилась действовать в одиночку, ─ промолвил крепкий свирепый мужчина, глядя вслед уехавшему Цуй Чаншэну. На его лице проступила откровенная алчность. ─ На подпольный рынок пробраться не так-то просто.
─ Последние двадцать лет он только и делал, что отсиживался на рынке, рисуя талисманы да упражняясь в культивации, ─ подхватила женщина. ─ А полгода назад пристроился зятем в клан Лю!
─ У него наверняка скопился запасец духовных камней. Нападаем?
─ А чего тут думать? ─ хмыкнул свирепый. ─ Всего-то четвертый уровень Очищения Чки! Разделаемся в два счета. К тому же упустим этот шанс — другого может и не быть.
Слово не разошлось с делом: свирепый крепыш мгновенно выудил из Мешка Цянькунь талисман и тут же влил в него собственную духовную силу.
Стоило магии активироваться, как талисман обратился ярким белым лучом побега. Он окутал мужчину и словно молния понес его вслед за Цуй Чаншэном.
Женщина, увидав это, без колебаний выхватила свой талисман и устремилась в погоню.
Цуй Чаншэн мчал во весь опор на чешуйчатом драконьем коне. До подпольного рынка оставалась еще половина пути, когда до его ушей донесся подозрительный шум сзади.
Он оглянулся и обомлел.
«Грабители! За мной засекли хвост!»
Заметив вдалеке два стремительно приближающихся белых луча, Цуй Чаншэн на ходу спрыгнул с коня, кубарем перекатился по земле и мгновенно скрылся в лесу у обочины дороги.
Затаившись за стволом мощного дерева, он тут же наклеил на себя талисман Сокрытия Дыхания и талисман Невидимости.
Хоть он и не знал, кто именно за ним гнался, осторожность превыше всего — глупо было бы потерпеть крушение в мелкой луже.
─ Черепаха испарилась! ─ воскликнула миниатюрная женщина, озираясь по сторонам на том самом месте, где юноша слез с коня.
─ Эй, черепаха! Нечего прятаться, я знаю, что ты где-то рядом! ─ зарычал свирепый мужчина.
Он сложил пальцы в магический жест, и его уши с носом заметно увеличились в размерах.
«Хм, а паршивец неплохо умеет заметать следы. Должно быть, использовал талисман Сокрытия Дыхания среднего уровня первого ранга, иначе мое заклинание шутя выследило бы его».
«Подумать только, он способен создавать подобные вещи! Это же талисманы среднего уровня!» ─ Свирепый грабитель приходил в еще большее возбуждение.
Теперь ему разонравилась идея просто убить и ограбить добычу. Он загорелся мыслью пленить Цуй Чаншэна, упрятать в кандалы и заставить всю жизнь писать талисманы, превратив его в бессрочный ресурс для собственного прорыва к Созданию Основания!
Однако пока разбойник тешил себя сладкими мечтами, прямо над их головами вдруг взметнулась мощная волна духовной энергии воды. С неба хлынул проливной дождь.
─ Э? Талисман Управления Водой? ─ На лице миниатюрной женщины отобразилось недоумение.
Зачем использовать этот талисман в бою? Им пользуются только духовные земледельцы, чтобы поливать посевы для пышного роста.
А в стычке от него какой прок, кроме как намочить ей лицо?
─ Дядюшка Цуй, не стоит прятаться! Мы лишь хотим подружиться да познакомиться! ─ выкрикнул мужчина. ─ Эй, черепаха! То есть, брат Цуй, да выходи же, мы просто хотим с тобой поладить!
Но в следующее мгновение оба грабителя застыли как вкопанные, разинув рты от изумления.
Размокшая от дождя земля в радиусе нескольких десятков метров вокруг них sudden вспыхнула, будто ее подожгли! Раздалось трескучее пощелкивание, и грязь озарилась ослепительным белым светом.
Внезапная перемена застала их врасплох — они даже не успели сообразить, что происходит.
И пока они стояли в оцепенении, раздался оглушительный грохот, словно весь мир раскололся пополам.
Следом за этим исполинская молния, подобно свирепому хищному зверю, с диким рыком рванулась прямо к ним.
Невероятный разряд настиг их в доли секунды и насквозь прожег их тела.
─ Нет! ─ завопил свирепый мужчина, запрокинув голову и раскинув руки.
Бух!
Один за другим, точно мешки без костей, грабители замертво рухнули в грязь под проливным дождем.
─ Брат Цуй… пощади… я готова… ─ прохрипела женщина.
В этот момент из тьмы леса, словно призрак, бесшумно выскользнул Цуй Чаншэн.
Бум! Бум! Бум!
Он мгновенно активировал талисман Огня Ли, и два раскаленных огненных шара метеорами устремились к поверженным врагам.
Под жестоким ударом пламени разбойники, точно фарфоровые куклы, разлетелись на куски и окончательно умолкли.
Окровавленная голова женщины подкатилась прямо к ногам юноши. Лица было уже не разглядеть.
Оба нападавших были мертвы без всяких сомнений.
─ И с таким ничтожным уровнем они звались грабителями? Ещё и вылезли на большую дорогу! ─ пробормотал Цуй Чаншэн.
Ничуть не гнушаясь, он, словно старьевщик, прошлся среди останков и подобрал два Мешка Цянькунь.
Даже не глядя, что внутри, юноша из чисто гуманных соображений выпустил огненного дракона, оставив его на трупах: в конце концов, кремация — долг каждого живого.
После этого он мгновенно смахнул следы спешно наложенным талисманом и растворился в ночи. Вся стычка заняла не больше пары минут.
……
Спустя полчаса в чащобе гор Миньшань Цуй Чаншэн отыскал своего чешуйчатого драконьего коня, который мирно щипал траву.
Переведя дух, юноша достал из Мешка Цянькунь духовный камень и погрузился в медитацию для восстановления сил.
Через час прозрачный, сверкающий самоцвет обратился в серую пыль.
В мире культиваторов духовные камни благодаря высокой концентрации энергии обычно служили универсальным эквивалентом — деньгами. Но, конечно, их можно было использовать и напрямую для медитаций, ускоряя восполнение духовной силы.
Впрочем, для большинством бродячих практиков тратить камни на восстановление считалось непозволительной роскошью.
Ощутив, что духовные силы вернулись в норму, Цуй Чаншэн принимается потрошить трофейные Мешки Цянькунь.
«Надеюсь, там найдется хоть что-то ценное, иначе я сегодня в глубоком убытке».
Три потраченных талисмана — высокоранговый талисман Управления Водой первого ранга, талисман Огня Ли и талисман Привлечения Грома — обошлись ему не меньше чем в сорок-пятьдесят духовных камней. И это если считать стоимость талисмана Привлечения Грома по самому низкому тарифу!
Если эти двое оказались нищебродами, дело дрянь.
Вскоре Цуй Чаншэн вытряхнул содержимое обоих мешков.
Женское нижнее белье? Чулочки? Бесполезное барахло!
Все это он тут же сжег дотла.
Помимо прочего, из мешков выкатилось сто восемь духовных камней, больше восьмисот духовных кристаллов, пять пузырьков Пилюль Желтых Побегов, три пузырька пилюль Поста, а также еще несколько снадобий, которых он раньше не встречал.
Двадцать два талисмана среднего уровня первого ранга, причем два из них — отменного качества! Жаль, у бывших хозяев не было шанса их применить.
«Метод Совместной Культивации Душевного Согласия»? Цуй Чаншэн бегло пролистал пару страниц. Чистая и гармоничная техника парной культивации! А вот это уже любопытно.
─ Два артефакта — широкий меч и парные спицы эмей. Оба низшего качества, за них дадут от силы десятка два духовных камней.
─ А это еще что? Артефакт в виде пенькового каната? Чтобы связывать людей?
Цуй Чаншэн внимательно осмотрел веревку — артефакт низшего качества первого ранга!
Штука полезная, продавать ее он не собирался.
─ И еще два Мешка Цянькунь. Вместимость крошечная, за оба дадут от силы пятьдесят камней.
─ В сумме набирается казенной добычи примерно на триста духовных камней!
Как говорится: «Конь без ночного корма не разжиреет, а человек без легкой наживы не разбогатеет».
Грабеж — оружие обоюдоострое: богатое состояние ищется в опасности, но в ней же и теряется.
Вот и эти двое — прямо как в поговорке: «Шила девица наряды круглый год, да достались они другой на свадьбу».
Закончив переучет, Цуй Чаншэн заметно повеселел и с чувством вздохнул.
Всего лишь одно убийство с грабежом принесло ему столько богатства, сколько он не смог скопить за предыдущие двадцать лет!
«Однако, если часто ходить ночной дорогой, рано или поздно встретишь призрака. Грабеж — скользкая тропа. Вот и сегодня: они посчитали меня легкой добычей, а в итоге сло жили головы».
«Мне нужно действовать осторожно и затаиться. Ни в коем случае нельзя увлекаться этой дорожкой к быстрому богатству!»
Цуй Чаншэн мысленно предостерег себя от алчности.
Даже если и придется снова пойти на такое, действовать наобум нельзя — нужно заранее всё разузнать и детально продумать план!
Никакой спешки и импульсивности, только сухой расчет!
─ Похоже, мне сюда, ─ пробормотал Цуй Чаншэн.
Сидя верхом на чешуйчатом драконьем коне, он добрался от рынка Миньшань до дальних подступов к подпольному рынку на пике Небесного Волка.
Он неторопливо протянул правую руку к закрепевшемуся на поясе Мешку Цянькунь и после коротких поисков извлек оттуда тонкую маску из человеческой кожи.
На вид она мало чем отличалась от обычных накладок, но при близком рассмотрении становилось видно, насколько эластичен материал — казалось, его срезали с живого человека.
Осторожно расправив маску, юноша аккуратно наложил ее на лицо.
Кожаное изделие плотно прилегло к коже, словно родное, не оставив ни единого изъяна или видимого шва.
Затем он достал из мешка поношенную мантию. Крой у нее был самый излюбленный среди бродячих практиков, ничем не примечательный.
Едва юноша закончил приготовления, его облик преобразился до неузнаваемости.
Благородное и привлекательное лицо скрылось под личиной, уступив место свирепой, грубой физиономии.
Вздернутые брови и прищуренные глаза излучали злобу и жестокость — видя такого человека, любой сразу понимал: с этим типом лучше не связываться.
Завершив маскировку, Цуй Чаншэн продолжил путь в гору и вскоре достиг середины склона пика Небесного Волка.
Он достал особый талисман-пропуск на подпольный рынок и активировал его духовной силой.
В то же мгновение талисманпорхнул, точно порхающая бабочка, и легко устремился вверх по склону, а Цуй Чаншэн последовал за ним.
Бумага летела все выше, пока не уперлась прямо в отвесную скалу.
Вспыхнув молнией, талисман вонзился в каменную толщу и исчез без следа.
Видя это, Цуй Чаншэн без колебаний шагнул вперед и вплотную приблизился к скале.
Протянув руку, он осторожно коснулся камня, и в тот же миг, как его пальцы встретили преграду, по телу пробежало странное чувство.
Твердая порода подалась подобно глади озера — рука юноши прошмыгнула сквозь нее, будто через прозрачную водяную завесу.
И тут же случилось невероятное: окружающий пейзаж мгновенно преобразился.
Неприступная скала испарилась, а вместо нее открылась извилистая тропинка.
Она уходила вдаль, где на широком пространстве перед глазами Цуй Чаншэна развернулась оживленная картина.
─ И это подпольный рынок? Да он почти не отличается от обычного, ─ удивленно прошептал юноша.
Здесь были и улицы, и павильоны, и лавки, но большую часть занимали уличные торговцы. Они ровными рядами разложили свои товары прямо на земле, а перед лотками колыхалась людская толпа.
Это напомнило ему детство и ярмарки в родно городке. Разница была разве что в товарах.
Цуй Чаншэн ощутил легкое разочарование, но все же направился к торговому ряду.
Здешние культиваторы были одеты кто во что горазд, да и внешность у многих оказалась весьма экзотической.
Классические балахоны с капюшонами, полностью скрывающими фигуры, встречались редко — большинство выглядели вполне буднично.
Стоило ему подойти ближе, как уши заложило от зазывающих криков торговцев.
─ Ведро крови дракона стадии Золотого Ядра! Отдам тому, кто предложит больше, торопитесь!
─ Наследие истинного владыки стадии Зарождающегося Младенца! Великое руководство «Канон Великого Небесного Бессмертного» всего за сотню духовных камней!
─ Тысячелетний женьшень, тысячелетний купен! Все отдаю по десять духовных камней!
─ Карта к обители древнего культиватора! Кому интересно — подходите, договоримся!
Толпа снувала туда-сюда, крики не умолкали ни на миг, вокруг царила суматоха.
Глядя на товары на лотках, Цуй Чаншэн только внутренне потешался.
Побродив немного, он составил себе представление об этом месте — рынок бродячих практиков оказался беднее, чем он рассчитывал.
Полезные вещи тут, конечно, водились, как и честные торговцы.
Но надеяться на чудо и подбрать среди мусора сокровище здесь было ничуть не проще, чем на блошином рынке в его прошлом мире.
Сделав круг, Цуй Чаншэн решил от них не отставать: отыскал свободное местечко, выудил из Мешка Цянькунь пачку заготовок и разложил перед собой.
Затем достал камень Записи Звука и запустил записанный клик: ─ Миньшань, рынок, Миньшань, рынок! Мастер талисманов первого ранга разорился!..
─ Талисманы среднего уровня первого ранга! Все по восемьдесят духовных кристаллов! Покупаете десять — один в подарок!
Запись пошла по кругу, и юноша уселся ждать покупателей.
Во время прогулки он внимательно присматривался к чужим лоткам.
И заметил, что талисманы среднего уровня первого ранга встречались не так уж часто. Кое-где они попадались, но в небольших количествах, а значит, среди бродячих практиков на них сохранялся спрос.
Что же касается талисманов высокого уровня первого ранга, их в свободной продаже не было вовсе. Юноша понял: подобные вещи здесь были величайшей редкостью, либо продавались только через закрытые каналы.
Взвесив все, Цуй Чаншэн решил выставить на продажу только средний уровень.
Так он и лишнего внимания не привлечет слишком редким товаром, и гарантированно заработает. В конце концов, чересчур броские вещи привлекают ненужные проблемы.
Сейчас Цуй Чаншэну хотелось лишь одного — тихо набивать кошелек.
─ Эй, любезный! А подарок «один при покупке десяти» действует, только если брать десять одинаковых? Или можно выбрать разные? ─ Вскоре к нему подошел первый покупатель.
─ Выбирайте любые десять штук по восемьдесят кристаллов, ─ ответил Цуй Чаншэн измененным до неузнаваемости голосом. ─ И подарочный тоже можете взять какой душе угодно.
─ Договорились!
Покупатель тут же отсчитал одиннадцать талисманов и вручил продавцу восемь духовных камней.
Стоило первому клиенту уйти, как к лотку потянулись остальные. Пошел непрерывный поток.
Талисманы в мире культиваторов считались ходовой валютой: применяются мгновенно, духовную силу почти не тратят — у каждого уважающего себя практика всегда имелся запас на крайний случай.
Цена в восемьдесят кристаллов за штуку кусалась, но знающие люди сразу видела: качество товара на этом лотке гораздо выше обычного.
А уж с учетом акции «десять плюс один» предложение выходило невероятно выгодным.
Культиваторы, как и обычные люди, любили толпиться там, где интересно. Стоило нескольким покупателям встать в очередь, как вокруг лотка Цуй Чаншэна образовалось кольцо.
Не прошло и получаса, как все три сотни талисманов были распроданы.
Выручка составила двести сорок духовных камней.
«Освой талисманы, алхимию да массивы — и не пропадешь ни в одном из миров! Мудрые слова, право слово».
Цуй Чаншэн был чрезвычайно доволен своей второй серьезной прибылью.
Себестоимость сотни талисманов составляла всего двести кристаллов — то есть два духовных камня!
А один талисман среднего уровня уходил за восемьдесят кристаллов — чистая прибыль почти в сорок раз!
Все благодаря тому, что с его высшим мастерством создания талисманов шанс успеха при работе со средним уровнем составлял ровно сто процентов.
Обычные же мастера, даже опытные, выдавали от силы тридцать процентов успеха, а новички с их десятью процентами едва выходили в ноль.
Только благодаря Системе он мог получать столь сказочную прибыль.
Распродав товар, Цуй Чаншэн не стал доставать новые запасы.
Продолжать торговлю было опасно — это могло привлечь ненужное внимание. Хоть он и не боялся проблем, но лишний раз нарываться не желал.
Забрал заработанные камни, он отправился тратить их по ярмарке.
Ранее он приметил на одном из лотков отличную бумагу и качественные духовные чернила с киноварью.
Материалы для создания талисманов делились на обычные, отборные и высшие.
Разница между обычными и отборными заключалась в том, что отборные медленнее теряли духовную энергию, дольше хранились, а сами талисманы выходили примерно на десять процентов мощнее. Высшие же давали прирост силы на все пятьдесят процентов.
Использовать такую дорогую бумагу для талисманов среднего уровня было невыгодно, но для Цуй Чаншэна, умевшего создавать талисманы высокого уровня, это сулило огромную куш.
Талисман высокого уровня первого ранга стоил в десять раз дороже среднего! А если он сделан из отборных материалов — цена увеличивалась еще вдвое.
Ведь создавать их способны лишь признанные мастера! Их катастрофически не хватало, а спрос среди культиваторов поздних этапов Очищения Чки оставался огромным, оттого и цены держались на высоте.
Чистая экономика!
За сотню отборных листов просили десять духовных камней, а за пузырек отборных чернил — двадцать. В десять раз дороже обычных!
Поторговавшись, Цуй Чаншэн за сто шестьдесят духовных камней забрал с лотка все шесть стопок отборной бумаги и три пузырька чернил.
Словом, остался в абсолютном плюсе.
Затем на другом лотке он выложил десять духовных камней за десять пузырьков мирских снадобий.
Побродив по рынку еще немного, юноша выждал момент, когда на него никто не смотрел, и бесшумно, точно призрак, вильнул в неприметный проулок, по которому пришел.
Покинув территорию рынка, он мгновенно активировал талисман и белым лучом умчался прочь с пика Небесного Волка.
─ Двадцать лет не видел родимого дома… Как там батюшка с матушкой? Как старший брат, как младшие? Поженились ли, вышли ли замуж?
Верхом на драконочешуйчатом коне Цуй Чаншэн мчался подобно стреле, спустившейся с тетивы, устремляясь по дороге к родному порогу.
На сердце его невольно всплывали смутные, сентиментальные чувства.
Как-никак, в этом мире он прожил в той деревне первые пятнадцать лет, и теплоту родных хранил в памяти до сих пор.
─ Дяденька, а ты откуда? Кого ищешь? ─ послышался звонкий голос.
У раскидистой ивы при въезде в деревню, рядом с каменным столбом с высеченными словами «Деревня семьи Цуй», сидела на корточках девчушка с трогательными рожками из косичек. В ручке она сжимала недоеденную корку арбуза и невнятно жевала.
Тень от листвы внезапно качнулась, вспугнув пару птиц.
─ Да здешний я, из вашей деревни, ─ ответил Цуй Чаншэн.
─ Из нашей? А я тебя что-то не видала… ─ пробормотала девочка, недоверчиво похлопав глазами.
─ А ты ступай со мной к моему дому да посмотри, не обманываю ли! Ну-ка, принцесса, садись на коня.
Цуй Чаншэн легко подхватил малышку с косичками и усадил перед собой в седло.
─ Ой, потише, потише! ─ заверещала девчушка, пока он ехал к своему двору.
Взглянув на знакомый палисадник, Цуй Чаншэн на мгновение обомлел. За годы его отсутствия здесь почти ничего не изменилось.
В семье он был вторым по старшинству: над ним – старший брат, под ним – младший брат и сестра.
─ Ты чего возле моего дома остановился? И зачем наврал, будто это твой? ─ прервала его раздумья малышка.
Посмотрев на девочку у себя перед грудью, Цуй Чаншэн с улыбкой подумал, что судьба сводит их не случайно.
─ Господин хороший, если племянница моя чем тебя обидела, ты уж прости её! ─ раздался голос из калитки.
На улицу вышел смуглый, сгорбленный старичок. Увидев всадника, держащего девчушку, он заговорил осторожно и с опаской.
При виде этого сгорбленного смуглого старика к горлу Цуй Чаншэна подступил ком, а в носу защипало.
Справившись с нахлынувшими чувствами, он соскочил с коня и тихо вымолвил: ─ Брат… Это же я, второй. Чаншэн.
─ Второй?.. Чаншэн? ─ застыл старик. Он вглядывался в лик статного, статного мужа с глубоким сомнением.
─ Брат, это я, Чаншэн!
Старик всматривался всё пристальнее, мучительно пытаясь сопоставить юношу из своих воспоминаний с этим взрослым человеком. Черты лица и впрямь совпадали… Глаза старика мгновенно увлажнились.
─ Чаншэн! Да где ж ты пропал на целых двадцать лет?! Знаешь ли ты, как мы все за тебя изболелись, как скучали?!
─ Вернулся – и больше никуда не уезжай! Брат тебе такую невесту сыщет!
─ Нюню, а ну гляди – это твой второй дядя!
─ Это дочка нашего третьего! ─ спешно пояснил старик и, схватив Цуй Чаншэна за руку, потянул его во двор.
─ Батюшка! Матушка! ─ голос Цуй Чаншэна прервался, когда он увидел двух седых, как лунь, стариков с лицами, изрезанными глубокими морщинами.
В тот день вся деревня семьи Цуй стояла на ушах!
Из восемнадцатого двора вернулся тот самый Цуй Чаншэн, который в пятнадцать лет ушёл вслед за бессмертным заклинателем!
Деревня семьи Цуй полностью оправдывала своё название: все здесь носили одну фамилию и, если отсчитать несколько поколений назад, происходили от одного предка.
─ Из нашей семьи Цуй вырос настоящий дракон! ─ с трепетом произнёс один из старейшин рода, когда Цуй Чаншэн закатил для всей деревни непрерывный пир, длившийся полмесяца.
Затем Цуй Чаншэн выстроил своим братьям и сёстрам просторные добротные дома и выкупил для них щедрые наделы земли.
В один миг они превратились в зажиточных землевладельцев, избавившись от нужды и забот о пропитании.
Сам он пока оставался лишь зятем-пришельцем, так что забирать всю родню с собой в клан Лю было невместно.
На следующий день Цуй Чаншэн отправился в даосскую обитель бессмертного наставника, охранявшего уезд Цинтянь.
─ Приветствую тебя, даос! ─ улыбнулся наставник. Его духовное чутье едва заметно скользнуло по Цуй Чаншэну, определив четвёртый уровень Очищения Чки – точно такой же, как у него самого.
─ Мастер талисманов Цуй Чаншэн приветствует даоса, ─ со сдержанным поклоном произнёс гость.
─ С чем пожаловал ко мне брат по самосовершенствованию?
Цуй Чаншэн молча протянул два талисмана отменного качества средняя ступень 1-го ранга: талисман Возвращения Весны и талисман Сокрытия Дыхания. Совместная стоимость их тянула минимум на пять духовных камней.
─ Прошу даоса присмотреть за моей простой деревенской волостью и родней. В будущем я останусь в глубоком долгу.
Наставник принял талисманы, и глаза его вспыхнули от удовлетворения. ─ Даос Цуй слишком великодушен! Можешь быть спокоен, я пригляжу за твоим домом.
Затем они обменялись кое-какими ресурсами для культивации и поделились опытом практики.
Попрощавшись с родными в деревне семьи Цуй, Чаншэн сел на драконочешуйчатого коня и покинул уезд Цинтянь, взяв курс обратно к горам клана Лю с хребта Цинсун.
Спустя месяц пути, когда до хребта Зеленых Сосен оставалось совсем немного, Цуй Чаншэн придержал коня. Если память ему не изменяла, именно здесь, во время его первого путешествия в клан Лю, на него напали люди из клана Ван.
Из соображений безопасности он сразу же наложил на себя талисман Деревянного Щита, облекши тело в плотный защитный покров.
……
─ Что за чёрт?! Откуда у этого мальчишки такая бдительность? ─ переглянулись двое заклинателей, затаившихся в густой чаще на обочине дороги.
─ Нападаем прямо сейчас! Нам нужно пресечь эту волну притока зятьёв в клан Лю, иначе ради чего наш клан Ван годами жертвовал своими талантливыми ростками?! ─ с лютой злобой выдохнул один из нападавших.
─ Какая-то ничтожная четвёртая стадия Очищения Чки! Ну и что с того, что он талисманописец? Мы оба на пятой! Сегодня забьем эту птицу в назидание остальным!
Свист! Свист! Свист!
Мгновенно вспыхнули три холодных луча. Подобно молниям, три метровые ледяные сосульки сорвались с мест и с оглушительной скоростью устремились к Цуй Чаншэну.
Эти сосульки разили точно копья, неся в себе сокрушительную силу: одна метила в голову, вторая – в сердце, а третьей предназначалось пронзить драконочешуйчатого коня.
Они рассекали воздух с резким свистом, словно разрывая само пространство.
─ Проклятье, дуракам закон не писан, всё по той же дорожке идут, ─ пробормотал Цуй Чаншэн.
Мощная защита талисмана Деревянного Щита укрывала его словно монолитная броня. Даже перед лицом столь свирепого удара он без труда принял на себя урон от двух ледяных копий, не получив ни царапины.
А вот лошади повезло куда меньше. Статный, могучий конь огласил окрестности диким ржанием боли.
Огромное метровое копьё изо льда, подобно клыку демона, насквозь пробило брюхо драконочешуйчатого коня и пригвоздило его к земле.
В то же мгновение туловище скакуна покрылось тонкой коркой инея, будто замороженное заживо. Кровь, толкаемая сердцебиением, хлестала под лед и тут же превращалась в алые кристаллы – зрелище жуткое и скорбное.
Но у Цуй Чаншэна не было времени предаваться печали: момент требовал предельной концентрации!
Не успел он твердо ступить на землю, как с гулом и треском прямо на него устремились три огненных шара размером с добрый плетеный фонарь!
От этой внезапной атаки сердце Цуй Чаншэна сжалось, а зрачки сузились в узкие щели.
Однако не успел пламенный отсвет угаснуть, как из чащи с тихим rustle выскочили две тени!
Оба нападавших заведомо принадлежали к клану Ван. Двигались они с невероятной быстротой и в мгновение ока сократили дистанцию, очутившись в десяти метрах от Чаншэна.
В руках у каждого хищно блестели артефакты, переливаясь опасным холодным блеском под лучами солнца.
─ Вини себя за то, что пошёл в зятья к клану Лю! Прими смерть! ─ зарычал заклинатель из клана Ван. Сжимая обеими руками рукоять увесистого палаша, он выкрикнул заклинание и с размаху обрушил оружие сверху вниз. Синее гигантское лезвие из духовной энергии рвануло к Цуй Чаншэну!
Обычный культиватор четвёртого уровня Очищения Чки перед лицом такой комбинации – сначала лед и пламя, а затем дубинный удар мага-мечника – наверняка потерял бы обладание от страха и пал бы на месте, не успев даже поставить блок.
Но Цуй Чаншэн оставался абсолютно спокоен. На его лице не отразилось и тени испуга.
Он стоял на месте, даже не попытавшись уклониться, словно смертоносный синий клинок был для него лишь легким ветерком.
Цуй Чаншэн прекрасно понимал: как бы ни выглядели убойно техники этих двоих, пробить его защиту они не способны.
Во-первых, синее лезвие казалось грозным лишь снаружи, а реальной пробивающей силы в нём было с гулькин нос.
Во-вторых, хотя огненные шары и имели преимущество перед стихией дерева, Цуй Чаншэн применил талисман Деревянного Щита высшего качества 1-го ранга!
Защита этого талисмана была столь прочна, что даже культиватору на пике стадии Очищения Чки потребовалось бы немало сил, чтобы разбить её с первого раза.
Даже для мастеров поздних этапов Очищения Чки такой талисман служил отличным спасением в смертельных схватках и на охоте за демонами.
Что уж говорить о двух ничтожествах на пятом уровне? Разве могли их потуги причинить Цуй Чаншэну хоть какой-то реальный вред?
─ Если бы вы затаились в чаще, мне пришлось бы повозиться, выслеживая вас, ─ тихо произнес он. ─ Но злодеи сами выпрыгнули наружу. Один – из клана Ван, и второй – тоже из клана Ван.
Бум! Бум! Бум! Густые удары раздались один за другим, но Цуй Чаншэн стоял всё так же непоколебимо, без единой царапины.
Нападавшие из клана Ван, осознав, что дело дрянь, метнулись было прочь, намереваясь сбежать.
Но ответный удар Цуй Чаншэна настиг их в то же мгновение.
Он стремительным взмахом пальцев выбросил сразу четыре талисмана Огня Ли. Они закружились в воздухе, словно наделенные собственным разумом.
Прочертив в пространстве четыре алых следа, похожих на росчерки падающих звезд, талисманы вспыхнули ярким, ослепительным светом, едва вылетев из зоны прямого контроля Чаншэна.
Красное свечение, подобно бушующему пламени, мгновенно раздулось и за доли секунды породило двенадцать огненных шаров размером с баскетбольный мяч.
От них веяло таким пышущим жаром, что воздух вокруг пошел волнами и задрожал.
Не успели враги и глазом моргнуть, как эти сферы с ревом устремились со всех сторон на убегающих заклинателей клана Ван, словно стая разгневанных огненных птиц, рвущих добычу на части.
─ Скрыться некуда!
Мощь высшего талисмана Огня Ли 1-го ранга поистине внушала трепет!
Даже один такой маленький талисман был способен выдать атаку, сопоставимую с ударом мастера на пике стадии Очищения Чки!
А сейчас одновременно сработали четыре талисмана Огня Ли, высвободив двенадцать пылающих шаров, которые намертво перекрыли все пути к отступлению двум лазутчикам из клана Ван.
Учитывая, что нападавшие находились лишь на средней ступени Очищения Чки, абсолютное превосходство в силе решило всё мгновенно. Не прошло и секунды, как их поглотило море огня; издав лишь пару предсмертных проклятий, они испустили дух.
Все произошло так быстро, что не прошло и четверти времени горения одной палочки благовоний, как двое заклинателей клана Ван в самом буквальном смысле обратились в прах и прах.
Налетел легкий ветерок, развеяв остатки пепла по лесу, будто этих людей никогда и не существовало.
Лишившись драконочешуйчатого коня, Цуй Чаншэн был вынужден продолжать путь пешком, расходуя духовную энергию и талисманы.
─ Вот доберусь до поздней стадии Очищения Чки, освою полёты – эх, как проще станет! ─ вздохнул он на ходу.
Направив стопы к дому, он потратил ещё целых полдня, пока не ступил наконец на земли хребта Цинсун.
Вернувшись в клан, Цуй Чаншэн даже не зашёл домой проведать жён, а сразу устремился в Зал Совета, чтобы доложить высшему руководству о совершенном на него нападении.
В Зале Совета царила тяжелая атмосфера. Старейшина Лю Юаньцин, выслушав его рассказ, побегровел от ярости.
Он с силой грохнул кулаком по столу и зарычал: ─ Совсем страх потеряли! Клан Ван действуeт подло и беззастенчиво!
Нападения клана Ван на членов семьи Лю в последние годы происходили всё чаще, что выводило старейшину Лю Юаньцина из себя и заставляло всерьёз опасаться за будущее. Подобные методы были бесчинством, не имеющим ничего общего с деяниями праведных заклинателей.
Покидая Зал Совета, Цуй Чаншэн уносил в хранилище пузырек с Пилюлями Желтых Побегов – клановая компенсация за пережитую опасность.
Вернувшись в Усадьбу Соснового Ветра, Цуй Чаншэн только ступил за порог, как до его уха донесся серебристый, радостный смех.
Подняв глаза, он увидел одинадцать своих жён, с улыбками спешащих ему навстречу. Их переливающиеся, нежные голоса слились в один сладкий хор, от которого у любого закружилась бы голова.
─ Брат Чаншэн, ты наконец-то вернулся!
─ Мы так долго тебя ждали!
─ Мы так скучали по тебе!
Цуй Чаншэн с улыбкой отвечал на приветствия каждой из них. Глядя на этих красавиц, среди которых были и статные, и хрупкие, он почувствовал, как сердце наливается приятным теплом.
─ Ну полно, полно вам, не шумите, ─ со смехом молвил он. ─ Я ведь привез вам небольшие подарки из поездки!
С этими словами он извлек из хранилища целую россыпь изящных вещиц: пудру для сохранения молодости, снадобья, драгоценности и прочие милые безделушки.
Хотя эти подарки и не стоили астрономических сумм – всего-то десяток-другой духовных камней на круг, – каждая вещь была выбрана им с душой.
Увидев дары, девушки просияли глазами, обступили его со всех сторон и наперебой принялись разглядывать подношения.
─ Ой, какая прелесть! Это же пудра сохранения молодости!
─ А мне вот это ужасно нравится! Спасибо тебе, брат Чаншэн!
─ Брат Чаншэн у нас самый лучший!
Глядя на их счастливые лица, Цуй Чаншэн ощущал искреннее удовлетворение. Душевный покой и радость наполняли его до краёв.
…………
На следующий день в полдень полуденное солнце щедро затопило комнату через окно. Ощутив его жарящие лучи на лице, Цуй Чаншэн медленно открыл глаза.
После целой ночи глубокого сна каждая клеточка его тела, каждый орган словно напитались отдыхом, подарив ему невиданное ранее чувство полного восстановления.
Вспоминая прошедший месяц, Цуй Чаншэн невольно вздохнул: ─ Да уж, денёчки были – врагу не пожелаешь.
Всё это время ему приходилось непрерывно спешить, питаться лишь пилюлями Голодания, а отдыхать – медитируя с закрытыми глазами, да ещё и держать ухо востро на случай нападения.
И вот теперь, поспав всласть и проснувшись естественным образом, Цуй Чаншэн чувствовал невероятную прилив сил, будто вся усталость испарилась без следа.
Даже духовная энергия в его каналах от прекрасного самочувствия бурлила куда активнее, наводя на мысли о решительных действиях.
Не тратя времени на обед, Цуй Чаншэн сразу отправился в комнату для медитаций.
Проглотив одну Пилюлю Желтых Побегов, он уселся со скрещенными ногами, выровнял дыхание и пустил ци по циклам техники Малого Искусства Пяти Элементов. Духовная энергия стремительно побежала по меридианам.
Спустя два часа Цуй Чаншэн медленно распахнул очи, ощущая ощутимую прибавку в духовной силе.
Он по привычке призвал внутренний системный интерфейс:
【Имя: Цуй Чаншэн】
【Продолжительность жизни: 35/240】
【Стадия: Очищение Чки, 4-й уровень (51/100)】
【Духовные корни: Дерево 14, Вода 14, Металл 14, Огонь 14, Земля 13】
【Техника: Малое Искусство Пяти Элементов (4-й уровень: 510/1000)】
─ Результат одной этой медитации перевешивает почти год моих прежних упорных трудов! ─ изумился он.
─ Неужто я гений и пережил озарение?
─ Недаром древние говорили: «Прочесть десять тысяч книг – не то же, что пройти десять тысяч ли». Видимо, дело в моем путешествии.
В конечном счете Цуй Чаншэн счел, что закалка духа и тела во время странствия принесла плоды: его накопленный потенциал наконец прорвался наружу.
Прочие заклинания и навыки остались без изменений, что немного расстраивало.
─ Если дело пойдет такими темпами, до пятого уровня Очищения Чки мне понадобится чуть больше года.
─ Нужно как можно скорее повышать уровень культивации. Учитывая, как безумствует клан Ван, мирная жизнь в клане Лю долго не продлится.
─ А значит, все имеющиеся ресурсы я пущу на прорыв стадии! Что до талисманов, я и так делаю отличные вещи 1-го ранга высшей ступени, а без общего повышения мастерства в Искусстве Талисманов выше головы всё равно не прыгнешь.
Рассудив так, Цуй Чаншэн вытряхнул из пространственного хранилища всё дочиста, что удалось добыть за время поездки.
С приятным звоном перед ним выросла внушительная горка духовных камней! Вместе с трофеями, снятыми с двоих заклинателей клана Ван, вышло ровно триста пятьдесят шесть штук.
Если перевести в камни прочее имущество, выходило ещё под триста штук.
Цуй Чаншэн впервые наяву видел перед собой столь внушительное состояние. На душе у него стало сладостно и покойно.
─ За какие-то два месяца с небольшим моё состояние выросло почти в пять раз! И вправду говорят: грабёж да разбой – самый быстрый путь к богатству!
Из шестисот с лишним духовных камней почти четыре сотни ему обеспечили грабители и нападавшие из клана Ван.
На продаже талисманов он заработал две сотни, да сотню потратил на материалы – чистая прибыль от ремесла казалась скромной.
Однако Цуй Чаншэн понимал: именно ремесло – это надежный, нескончаемый источник на долгие годы.
Обычный мастер талисманов средней ступени 1-го ранга, вычтя расходы на материалы, зарабатывает от силы два десятка духовных камней в месяц. Но у него-то стопроцентный успех! Если выложиться наполную…
По его подсчетам, если рисовать талисманы средней ступени 1-го ранга, он мог делать до сорока штук в день – это был предел его духовных сил.
За тридцать дней выходило одна тысяча двести талисманов.
Но реальность вносила свои коррективы. Каждый день он заставлял себя делать три талисмана Пяти Громов про запас.
Кроме того, он всегда оставлял не менее тридцати процентов духовных сил на случай непредвиденных обстоятельств. Случись что – какой толк от горы талисманов, если у тебя нет ни сил, ни энергии их активировать?
Так что на обычные талисманные заготовки у него оставалось лишь тридцать процентов духа в день – около двенадцати талисманов.
Если же брать высшую ступень 1-го ранга, то расход духовных сил и энергии возрастал в геометрической прогрессии. Попробовав, он понял, что в день осилит лишь три обычных талисмана и один высшего качества.
Разница в уровнях была слишком велика: рисовать талисманы 1-го ранга высшей ступени для него сейчас – всё равно что запрягать маленькую лошадку в огромную телегу.
Повезти-то повезёт, да далеко не уедет.
Цуй Чаншэн мысленно подвел итог: чтобы поднять боевую силу, нужно сперва вырваться на позднюю стадию Очищения Чки. Только тогда откроются новые навыки Горы Фанцунь.
А раз так, он твердо решил: все духовные камни пойдут на ускорение культивации! Только обретя силу, он сможет выжить в надвигающейся буре на хребте Цинсун и действительно ступить на путь к вечному бессмертию.
В час Овцы солнце стояло высоко в небе, и палящий зной ощущался даже сильнее, чем в полуденные часы.
В тренировочной комнате Цуй Чаншэн погрузился в свои привычные ежедневные заботы.
Еще до того, как стать зятем семьи Лю, он отличался подобным усердием: если уж намечевал цель, то упорно шел к ней, не давая себе ни малейшей послабления.
Его нынешнее существование было не сравнить с той жизнью, что он вел до переноса в этот мир, – небо и земля.
Прежде кабальный график истощал его до полусмерти, заставляя вкалывать подобно волу. Каждое утро приходилось вставать в беспросветную рань, после работы давиться в забитом метро, и даже законные часы отдыха непрестанно отравлялись внезапными созвонами и совещаниями.
Теперь же день складывался куда умиротвореннее: от него требовалось лишь циркулировать Малое Искусство Пяти Элементов да наносить талисманы, распоряжаясь собственным временем в своем ритме.
Такой уклад даровал долгожданный покой и полностью устраивал его.
Что до совершенствования техники, достаточно было ежедневно совершать три больших небесных круга по каналам: сверх этого накладывать нагрузки на тело бессмысленно, ведь в культивации излишество лишь вредит.
Объем работы на сегодня оставался небольшим и вполне посильным, давно распределенным по плану: упражнения в Малом Искусстве Пяти Элементов, начертание талисманов и пару занятий с учениками.
За двадцать с лишним лет упорных трудов его владение Малым Искусством Пяти Элементов достигло грани истинного совершенства.
Стоило ему усесться в тишине, выровнять дыхание и погрузиться в медитацию, как техника сама собой приходила в движение, распространяясь по меридианам на уровне глубоких инстинктов.
Духовная энергия текла внутри безупречно и плавно, без какого-либо принуждения находя нужные акупунктурные точки.
Цуй Чаншэн восседал на циновке. Его дыхание сменялось от ускоренного к размеренному, подчиняясь особому ритму, а духовная сила в теле струилась, подобно неиссякаемому потоку.
Меньше чем за полчаса он завершил полные три больших небесных круга.
Эта кажущаяся скоротечность была плодом многолетних непрерывных усилий. Каждое подобное погружение напитывало его плоть и дух, крупица за крупицей взращивая внутреннее могущество.
Он призвал интерфейс.
[Имя: Цуй Чаншэн]
[Продолжительность жизни: 35/240]
[Ступень: Четвертая ступень Очищения Ци (51/100)]
[Техника: Малое Искусство Пяти Элементов (Четвертая ступень: 513/1000)]
Без использования духовных камней и Пилюль Желтых Побегов его навык владения техникой прибавлял лишь по одному очку мастерства в день.
Однако теперь, после приема пилюль и медитаций с духовными камнями, один день заменял три, принося сразу по три очка мастерства.
Удерживая душевный покой, он неспешно завершил циркуляцию и вышел из состояния культивации.
С его текущим духовным задатком подобный темп выглядел крайне впечатляющим. Пока хватало камней и Пилюль Желтых Побегов, ему требовалось всего пять месяцев, чтобы пробиться на пятую ступень Очищения Ци.
Создание талисманов среднего уровня первой ступени давно стало для него привычным делом, а уровень владения «Мастер» позволял наносить узоры с абсолютной легкостью и уверенностью.
Единственным изъяном оставалось то, что за изготовление талисманов среднего уровня первой ступени очки мастерства перестали начисляться вовсе.
Нарисуй он хоть десяток, хоть сотню – значение не сдвинется ни на йоту.
Прогресс шел исключительно от начертания «талисманов Привлечения Грома» и «талисманов Пяти Громов» школы Горы Фанцунь, а также талисманов высокого уровня первой ступени. Причем каждый новый прирост очков неявно даровал ему глубокое внутреннее понимание самой сути искусства талисманов.
По этой причине в начертании узоров и обучении учеников он разбирался куда глубже, чем любые другие мастера талисманов аналогичного уровня.
Все полученные ранее духовные камни он вложил в развитие навыков Горы Фанцунь, из-за чего запас Пилюль Желтых Побегов для культивации заметно поредел.
Определенно следовало докупить еще несколько флаконов в Павильоне Ста Сокровищ семьи Лю. Познав вкус столь быстрого продвижения, возвращаться к черепашьему шагу совершенно не хотелось.
К счастью, в его мешке Цянькунь еще водились камни, да и начертание талисманов приносило щедрый доход, так что нехватка ресурсов для совершенствования ему не грозила.
Закончив работу над узорами, он поднялся и вышел во двор. Устроившись в тени под навесом крыши, он с наслаждением прищурился, пока жены наперебой разминали ему ноги, помогая расслабиться, и вскоре тихо задремал.
……
На следующий день Цуй Чаншэн сперва провел урок по созданию талисманов, после чего не спеша вернулся в Усадьбу Соснового Ветра.
Завершив медитацию в тренировочной комнате и увидав, что мастерство Малого Искусства Пяти Элементов прибавило еще три очка, он доволе улыбнулся: наглядный прогресс дарил ни с чем не сравнимое чувство удовлетворения.
Затем он легкой поступью подошел к рабочему столу. Замрев на мгновение, он сделал глубокий вдох и медленный выдох, приводя дух в состояние полного спокойствия и высокой концентрации.
Как только его пальцы сжали кисть, сама аура вокруг него неуловимо изменилась. Осанка распрямилась, лик стал строгим и торжественным, словно он отгородился от внешнего мира, перенесясь в собственную обитель.
Он аккуратно обмакнул кончик кисти в духовные чернила, дав им собраться в увесистую налитую каплю. А затем без тени сомнений повел кистью по духовной бумаге – движения его были плавными и естественными, подобно текущей воде, без малейшего замешательства или паузы.
Спустя время, за которое сгорает половина ароматической палочки!
─ Ха-ха-ха! ─ раздался его раскатистый смех. Дневная норма выполнена!
……
Шли дни, напролет наполненные однообразной, но приносит радость работой.
Три месяца спустя!
Цуй Чаншэн восседал со скрещенными ногами. Духовная энергия в его теле, ведомая Малым Искусством Пяти Элементов, раз за разом омывала акупунктурные каналы.
Узкое горлышко, отделявшее его от пятой ступени Очищения Ци, постепенно поддавалось.
Внутренние силы бушевали накатывающими волнами, одна мощнее другой, но он неуклонно и хладнокровно управлял потоками, сохраняя душевную гладь подобно застывшей воде.
И вот настал миг: прорыв свершился. Совершив переход на пятую ступень Очищения Ци, предел его духовной силы возрос вдвое, а духовное восприятие расширилось на половину прежнего объема.
Взирая на обновленный интерфейс, Цуй Чаншэн расплылся в довольной улыбке.
[Имя: Цуй Чаншэн]
[Продолжительность жизни: 35/240]
[Ступень: Пятая ступень Очищения Ци (1/100)]
[Техника: Малое Искусство Пяти Элементов (Пятая ступень: 20/2000)]
«Верно говорят: только вливая духовные камни, становишься сильнее куда быстрее!»
Его догадка подтвердилась: при переходе с третьей ступени на четвертую он получил пять свободных очков духовных истоков. Сейчас, поднявшись с четвертой на пятую, он снова обрел ровно пять очков.
─ Ну давай, система, распределяй!
[Духовный исток: Дерево 15] [Духовный исток: Вода 15] [Духовный исток: Золото 15] [Духовный исток: Огонь 15] [Духовный исток: Земля 14]
─ Брат Чаншэн, старшая сестра рожает! ─ наперебой позвали его Лю Юйяо и Лю Мэнъяо, едва он переступил порог тренировочной комнаты.
─ Что? Быстрее, ведите меня! ─ спохватился он.
Цуй Чаншэн мысленно прикинул дни: и впрямь, срок подходил как раз на днях.
─ Брат Чаншэн, ты только не волнуйся! Старшая сестра вместе с нами каждый день хорошо питалась, спала в довольстве, да еще и духовную пищу принимала. Она у нас крепкая и здоровая, так что роды пройдут без всякой опасности!
─ К тому же при ней опытная повитуха из клана Лю, так что будь спокоен!
Оказавшись в Усадьбе Соснового Ветра, Цуй Чаншэн слышал глухие мучительные стоны Лю Ифэй, доносившиеся из покойной залы. Он неходил себе места, мечась взад-вперед по двору и никак не способный успокоить взбудораженное сердце.
Казалось бы, сам уже стал культиватором, почему же такая банальность выбивает из колеи?
─ Брат Чаншэн, а ты уже придумал имя ребенку?
─ Если родится мальчик, назовем Бэйсюань. А если девочка – Шуин, ─ выдержав небольшую паузу, неспешно произнес Цуй Чаншэн.
Едва эти слова сорвались с его губ, как из комнаты донесся чистый, звонкий младенческий крик.
А Лю Ифэй, еще мгновение назад изнывавшая от боли, будто в один миг позабыла обо всех страданиях. Ее стоны резко оборвались, уступив место благоговейной тишине.
Услышав этот плач за дверью, Цуй Чаншэн наконец ощутил, как тяжелый камень спал с его души.
Он стремительно шагнул к дверям и встал там с нетерпением и тревогой, ожидая выхода повитухи, чтобы первым узнать о состоянии Лю Ифэй и новорожденного.
Минуты тянулись одна за другой. Хоть прошло совсем немного времени, Цуй Чаншэну показалось, будто миновали целые века.
Наконец створка двери плавно отворилась, и пожилая женщина с улыбкой на сияющем лице вынесла сверток из плотного пеленального одеяла.
─ Поздравляю мастера талисманов Цуя! ─ радостно возгласила повитуха. ─ Госпожа благополучно разрешилась крепышом-мальчиком! Мать и дитя в полном здравии!
Цуй Чаншэн бережно принял младенца. Личико у того было сморщенное, глазки прищурены – вылитый маленький старичок. Надо же, до чего невзрачный!
─ Мастер Цуй, все новорожденные поначалу такие, ─ со смешком молвила повитуха. ─ Подрастет – разгладится и похорошеет.
Услышав ее слова, он расплылся в счастливой улыбке, не сводя глаз с крошечного человечка на руках.
─ Сын мой, отныне твое имя – Цуй Бэйсюань!
─ Брат Чаншэн, дай и мне посмотреть!
─ И мне тоже покажи!
─ Ифэй, ты так трудилась! ─ передав дитя в руки остальных жен, Цуй Чаншэн переступил порог и подошел к кровати, на которой покоилась Лю Ифэй.
─ Брат Чаншэн… ─ слабым голосом проговорила Лю Ифэй, и на ее бледном лице промелькнула кроткая улыбка.
Хоть между ними не было периода романтических ухаживаний, Цуй Чаншэн питал к ней искреннюю симпатию – это стало своеобразным воплощением его давней мечты из прошлой жизни, длившейся более двадцати лет.
В этом же мире слабые естественным образом ищат покровительства сильных, и брак смертной с культиватором сам по себе считался небывалым возвышением.
Однако Цуй Чаншэн относился к ней как к равной, ни в чем не ограничивал в быту, так что за долгое время совместной жизни между ними вспыхнула глубокая, настоящая привязанность.
─ Отдыхай спокойно и не скупись на восстановление сил!
Цуй Чаншэн ласково улыбнулся и с нежностью в глазах плавно протянул правую руку, бережно сжав ее тонкую, изящную кисть.
Ладонь Лю Ифэй слегка дрогнула, но она не стала отстраняться, позволив ему удерживать свои пальцы.
Левой рукой Цуй Чаншэн извлек «талисман Возвращения Весны». Изумрудная вспышка мигнула на бумаге, и тело Лю Ифэй в то же мгновение окуталось зеленым свечением жизненной силы.
Как только этот свет без остатка впитался в ее плоть, она почувствовала мягкую волну тепла, подобную весеннему ветерку.
Живительное тепло стремительно разошлось по жилам, и повсюду, где оно проходило, боль и утомление рассеивались, уступая место невидимой восстанавливающей силе.
─ Брат Чаншэн, это же такое расточительство! Талисман ведь можно было обменять на духовные камни…
─ Глупышка! Как я могу спокойно смотреть, как ты мучаешься?
Время мчалось незримо, и в мгновение ока пролетели два месяца.
Остальные жены Цуй Чаншэна одна за другой разрешились от бремени.
Считая первенца, Цзинхина, у него родилось в общей сложности пятнадцать детей!
Лю Юйяо подарила ему двоих сыновей-близнецов, а Лю Мэнъяо – двоих дочерей-двойняшек.
У него даже закралось подозрение, что в роду этих сестер таилась склонность к рождению двойнен.
Восемь дочерей и семь сыновей. Взирая на пятнадцать младенцев, уложенных рядышком друг с другом, Цуй Чаншэн ощутил, как сердце наполняется чистым чувством, именуемым счастьем.
Увы, в этом жестком мире закон джунглей велел забыть о тихой и беззаботной жизни. Чтобы защитить свою семью, нельзя полагаться на чужие плечи – лишь собственная возрастающая сила могла стать надежной опорой.
По договору все пятнадцать детей должны были носить фамилию Лю, а за им оставляли лишь право давать имена.
Впрочем, сам он относится к этому спокойно: раз уж согласился стать зятем, следовало соблюдать профессиональную этику.
К тому же суть этого мира заключалась в почитании сильных. Стоит ему достигнуть стадии Заложения Основания, и если семья Лю проявит благоразумие, дети вполне смогут взять фамилию Цуй.
Что касается духовных истоков малышей, они проявятся лишь к десяти годам, а к совершенствованию можно будет приступить не ранее пятнадцатилетия.
До этого срока детский организм лишь формируется, и самостоятельная культивация может нанести вред каналу духовной энергии. Разве что старшие согласятся питать их своими силами, но в обычных кланах на подобное идут крайне редко.
С появлением детей клан Лю прислал нескольких смертных слуг для ухода за ними, а Цуй Чаншэн день за днем продолжал размеренно следовать собственному ритму культивации.
─ Брат Цуй! ─ в один из дней, едва тот завершил упражнения и вышел из тренировочной комнаты, во дворе появился Ли Го. Цуй Чаншэн с улыбкой шагнул навстречу товарищу.
─ Княжна Чжао Юйчжи, похоже, начинает готовиться к Заложению Основания… ─ произнес Ли Го.
Сегодня Ли Го получил весточку, доставленную через клан Лю: в скором времени их намеревалась навестить княжна Чжао.
Дни сменяли друг друга, и месяц спустя Чжао Юйчжи в сопровождении двух культиваторов прибыла в Усадьбу Соснового Ветра.
Спустя полгода разлуки Чжао Юйчжи ничуть не изменилась, оставаясь все такой же ослепительной.
─ Брат Цуй, брат Ли!
─ Пойдемте в город. Мы с Ли Го заранее подготовили пир, чтобы встретить тебя как следует! ─ с теплым гостеприимством вызвался Цуй Чаншэн, приглашая Чжао Юйчжи и ее спутников в трактир на горном рынке клана Лю.
……
Трактир Зеленой Сосны.
Цуй Чаншэн, Чжао Юйчжи и Ли Го расположились в отдельном кабинете.
Двоих сопровождающих культиваторов, оказавшихся стражниками из княжеского терема, Цуй Чаншэн щедро усадил за отдельный стол в соседнем зале.
Когда хмельное питье было испито, а блюда испробованы, княжна Чжао Юйчжи неспешно заговорила:
─ Ныне я достигла пика Очищения Ци, и от Заложения Основания меня отделяет лишь шаг. Этот шаг кажется простым, но на деле он невероятно тяжел: мне необходимо привести дух в наивысшую форму и принять Пилюлю Заложения Основания, чтобы совершить прорыв.
Учитель передал мне секретную практику, способную быстро восстановить и возвысить дух. Но для этого требуется удалиться в тишину и вступить в затворничество, дабы слиться собственной духовной силой с окружающей природой и тем самым напитать дух…
─ Нам, ученикам секты Лоугуань, куда проще, чем бродячим культиваторам! Нам достаточно лишь выполнить заданную сектой проверку для Заложения Основания и набрать нужное количество очков заслуг, чтобы обменять их на Пилюлю Заложения Основания…
─ И хотя я являюсь ученицей старейшины, устав секты нерушим! Одной мне потребуется не менее пяти лет, чтобы завершить все поручения и получить пилюлю. Но совмещать это с настройкой духа невозможно… Вот если бы мне помочь…
─ Мой клан тоже не может оказать большой поддержки, ведь в княжеском доме я далеко не единственная княжна…
Слушая ее, Цуй Чаншэн и Ли Го переглянулись с совершенно разными чувствами.
Условия учеников великих сект и впрямь вызывают зависть!
Такая бесценная вещь, как Пилюля Заложения Основания, для обычных бродячих культиваторов остается несбыточной мечтой, за которую приходится насмерть биться на редких аукционах radi выпадающего шанса.
Для Чжао Юйчжи же получение такой пилюли напоминало простую сдачу испытания для смены статуса. Пусть на это уйдет некоторое время, но пять лет для культиватора – ничтожный срок.
Однако загвоздка кроется в том, что помощь ей неизбежно скажется на его собственной культивации.
Пять лет – немалый отрезок для него.
Цуй Чаншэн погрузился в раздумья, перед тяжелым выбором.
─ Когда я достигну Заложения Основания, то непременно приложу все силы, чтобы помочь и вам с добычей средств для прорыва! ─ искренне пообещала Чжао Юйчжи.
Эти слова склонили чашу весов в душе Цуй Чаншэна.
Если Чжао Юйчжи сдержит слово и выполнит обещание, иметь через пять лет поддержку настоящего мастера Заложения Основания окажется огромным подспорьем для его собственного прорыва – хотя бы в вопросе добычи той же пилюли.
К тому же это отвечало давнему уговору, заключенному между всей их восьмеркой.
─ Старшая сестра Юйчжи, не могла бы ты показать мне список своих заданий? ─ спокойным тоном попросил Цуй Чаншэн. ─ Если это в моих силах, я непременно помогу.
Однако если поручения таят смертельную опасность, он без колебаний ответит отказом.
Сотрудничество – вещь хорошая, но рисковать жизнью он не намерен!
─ Брат Цуй, брат Ли, взгляните! ─ Чжао Юйчжи тут же достала из Мешка Цянькунь нефритовый свиток и протянула его Цуй Чаншэну.
Приняв свиток, Цуй Чаншэн изучил содержимое. Из десятка с лишним заданий он мог осилить лишь три.
И все три заключались в начертании талисманов – по его прямой специальности.
Похоже, Чжао Юйчжи изначально шла именно к нему, ведь навыки Ли Го при его культивации тут ничем не могли помочь.
Первое задание: двести «талисманов Алмазного Щита» среднего уровня первой ступени.
Второе задание: сотня «талисманов Грома Огня Ли» среднего уровня первой ступени.
Третье задание: сотня «талисманов Грома Воды Кань» среднего уровня первой ступени.
─ Если брат Цуй согласится взять на себя эти талисманы, я преподнесу тебе способы создания всех трех видов своими руками.
Двести талисманов Алмазного Щита, сотня талисманов Грома Огня Ли и еще сотня талисманов Грома Воды Кань… Четыреста талисманов среднего качества первого ранга!
И речь шла не про сбыт обычного ширпотреба – на рынке подобный товар считался элитным.
Взять хотя бы талисман Алмазного Щита, славившийся сильнейшей защитой среди всех средств периода Закалки Ци: его цена втрое превосходила стоимость талисмана Возвращения Весны.
А уж боевые заклятия молний ценны невероятно – за них просили впятеро больше, чем за рядовые талисманы!
Столь внушительная партия высокого качества тянула минимум на тысячу двести духовных камней. Сумма поистине огромная!
Если учитывать лишь себестоимость сырья, то с его нынешней результативностью накладные расходы оставались в пределах разумного.
Главный подвох крылся в другом: взявшись за заказ, он неизбежно сбивал привычный ритм, когда изготовление талисманов приносило духовные камни, а те, в свою очередь, превращались в ресурсы для самосовершенствования. Скорость продвижения замедлилась бы.
Это означало, что прорыв на шестой уровень Закалки Ци откладывался на неопределенный срок.
Расплата казалась чрезмерной. Цуй Чаншэн заколебался, не в силах сразу принять решение.
Ли Го, хоть и происходил из крестьянской семьи, за двадцать лет культивации тоже набрался житейской мудрости.
Сейчас он не произносил ни слова, делая вид, будто увлечен чтением нефритового свитка.
Поразмыслив немного, Цуй Чаншэн произнес спокойно: ─ Я могу согласиться. Но с одним условием, княжна Чжао!
Помочь-то можно, да только не даром!
А ну как она достигнет Заложения Основания и пойдет на попятный? Испытывать чужую совесть он не намеревался – человеческая натура вещь ненадежная, проверять ее на прочность себе дороже. Лучше перестраховаться заранее.
Чжао Юйчжи даже в лице не изменилась. ─ Говори открыто, брат Цуй.
─ Ты дашь клятву Сердечного Демона.
─ Текст простой: «Когда Чжао Юйчжи достигнет Заложения Основания, а Цуй Чаншэн доберется до пика Закалки Ци, она поможешь ему раздобыть Пилюлю Заложения Основания».
На рынке за такую пилюлю просили около двадцати тысяч духовных камней. Но главная беда заключается в другом – достать ее за деньги практически невозможно. Монополией владели великие секты, а обычным бродячим культиваторам снадобье не доставалось почти никогда.
Чжао Юйчжи немного изменилась в лице. Требование выглядело чересчур дерзким.
Цуй Чаншэн заметил ее тень сомнения и тут же поспешил уточнить, поняв, что его истолковали неверно: ─ Я вовсе не прошу подарить мне пилюлю! Камни или нужные ресурсы я предоставлю сам, от тебя требуется лишь помочь с обменом!
Стань Чжао Юйчжи мастером Заложения Основания, ее статус в корне изменился бы. Помочь с приобретением ценного снадобья в новом чине не составит особого труда.
Напряжение на лице княжны сменилось мягкой улыбкой, едва она дослушала пояснения. ─ Коли брат Цуй готов дать клятву Сердечного Демона и в срок выполнить работу, я отвечу аналогичной клятвой!
В душе она искренне похвалила прагматизм собеседника. С таким хладнокровным подходом добиваются больших высот.
Затраты и требования находились в идеальном равновесии. Отсутствие слепой жадности вызывало уважение.
Если этот бывший однокашник не погибнет раньше времени, у него есть все шансы шагнуть на новую стадию!
Со стороны казалось, будто Цуй Чаншэн выгадал себе огромную пользу: вложив чуть больше тысячи двухсот духовных камней, он получал реальную возможность добыть заветную пилюлю.
Однако, как и в любой инвестиции, риск оставался велик.
Первая загвоздка – успешность самого прорыва Чжао Юйчжи. Слишком уж непредсказуем этот процесс.
Заложение Основания – ключевой этап в жизни любого практикующего. Случись сбои при прорыве или погибай она на очередном опасном поручении, и два года трудов Цуй Чаншэна пойдут прахом.
И все же рисковать приходилось: духовные камни заработать реально, а вот Пилюлю Заложения Основания сыскать невероятно трудно.
Клан Лю, даже имей он в запасах подобные снадобья, ни за что не отдал бы их чужаку.
Ситуация не оставляла выбора – приходилось ставить на кон свои труды.
К тому же клятва Сердечного Демона в мире культивации обладает абсолютной силой. Нерушимый закон, переступить который не рискнет ни один разумный человек.
Поэтому Цуй Чаншэн решил поставить на то, что Чжао Юйчжи непременно достигнет цели!
─ Здесь руководства по созданию всех трех видов талисманов, ─ произнесла она, и перед Цуй Чаншэном появились три нефритовых свитка.
……
─ Брат Цуй, как думаешь, сумеет княжна Чжао заложить основание? ─ с любопытством спросил Ли Го, когда они возвращались в Усадьбу Соснового Ветра после проводов гостьи.
Цуй Чаншэн ответил уверенно: ─ Я искренне надеюсь на ее успех, брат Ли. Чем выше она поднимется, тем проще и безопаснее станет наш собственный путь.
─ И то верно! Впрочем, мне-то все равно, ─ со смешком отозвался Ли Го. ─ Мой век уже сочтен, амбиций не осталось. А вот у моего сына Лунцзи есть настоящий талант к культивации!
За двадцать лет в клане Лю Ли Го обзавелся множеством детей, но лишь у Лунцзи оказалась духовная жила средняя по качеству. Именно благодаря этому сыну его положение в семье стало весьма завидным.
─ Если Лунцзи проявит усердие, прорыв дастся ему без особого труда, ─ отозвался Цуй Чаншэн, невольно подумав о собственных отпрысках. Интересно, у кого из них откроется дар к культивации и явится ли хоть у одного средняя жила?
…………
На следующий день после отбытия Чжао Юйчжи Цуй Чаншэн приступил к первому заданию: изготовлению двух сотен талисманов Алмазного Щита среднего качества первого ранга.
Талисман Алмазного Щита отличался спецификой: порог вхождения у него низкий, начертить рабочий вариант способен даже новичок.
Впрочем, из этого не следовало, что освоить его до конца легко.
Напротив, предел его эффективности невероятно высок – все упиралось в уровень культивации и мастерство создателя.
Опытный мастер вкладывал в талисман силу, многократно превосходившую поделки начинающих учеников.
Имея за плечами солидный багаж знаний, Цуй Чаншэн потратил всего пару дней на практику, довел владение талисманом Алмазного Щита до совершенства и добился стопроцентного успеха при начертании.
Закрепленный навык оставался с ним навсегда.
Минуло три месяца.
В тот день, завершив очередную медитацию, Цуй Чаншэн взглянул на забитые талисманами нефритовые шкатулки и ощутил глубокое удовлетворение.
Особая упаковка надежно предохраняла ценные предметы от утечки духовной энергии.
К настоящему моменту он уже заготовил по пятьдесят экземпляров Алмазного Щита, Грома Огня Ли и Грома Воды Кань.
Перешагнув на пятый уровень Закалки Ци и стабилизировав духовные силы вместе с душой, он спокойно наносил по пятнадцать обычных талисманов в день.
Дополнительный объем работы для Чжао Юйчжи совершенно не тяготил его.
По сути, затраты составляли смехотворные две духовные монеты на штуку. По сравнению с рыночной ценой готовых талисманов в два–четыре духовных камня накладными расходами можно было пренебречь.
─ Что происходит? ─ удивился Цуй Чаншэн, едва зажег благовония для концентрации и вошел в идеальное состояние для работы.
Внезапно со стороны главного зала клана на хребте Цинсун донесся гулкий набат. Этот колокол бил лишь при величайших потрясениях!
─ Неужели случилась беда?
Выйдя из комнаты для практик, Цуй Чаншэн строжайше приказал домочадцам не покидать пределов усадьбы. Наложенные им защитные заклятия вполне способны на какое-то время сдержать опасность.
По дороге к залу совещаний клана Лю его терзали тревожные мысли.
─ Если ушел из жизни предка-основатель клана Лю, придется немедленно бежать.
─ В опасных местах оставаться нельзя! А перед кланом Лю я расплачусь лишь тогда, когда сам буду в безопасности.
─ Какой толк от мертвого должника?