Моя безответно влюблённая жена умерла Tain — Ивонна, от тебя требуется лишь одно — произвести на свет малыша. Седрик Гластон. Мужчина, которого невозможно полюбить. Брат её жениха по отцу. Грубый делец без родословной. И вдобавок она сама была ненастоящей дочерью герцога. Оснований держаться от него подальше — хоть отбавляй. — Ты мне веришь? Вдруг у меня на уме что-то дурное? Но её неудержимо влекло к нему, и она влюбилась до потери рассудка. Она вручила ему своё сердце — самое ценное, что имела. Целиком. Без остановки… Однако в миг, когда Ивонна осознала, что, пытаясь заполнить его душу, дала своей окончательно опустеть, она задушила в себе ту, что слепо обожала мужа, и ушла. Седрику Ивонна была безразлична. Он подошёл к ней только потому, что она считалась невестой его младшего брата от другой матери. Забрал. Воспользовался. И всё. Ничего не подозревавшая девчонка улыбалась ему и обожала его. Скверная, односторонняя привязанность. ...Именно так он считал. Пока его жена не исчезла. — Предлагаю развод, Седрик. Только увидев пустую комнату, Седрик впервые усомнился. А была ли это вообще любовь его жены — или лишь его собственная слепота? ==================== Отнять? Среди павильонов выставки, где собрались многочисленные бизнесмены, раздались торопливые шаги. Мужчина, к которому они стремительно приближались, стоял среди оживлённой толпы. Ослепительно-золотистые волосы и глаза, в которых словно отражалась голубизна моря, сразу выделяли его среди множества людей. Впрочем, немалую роль в этом играли и высокий рост, заметно превосходивший рост окружающих, и крепкое телосложение. Услышав приближающиеся шаги, мужчина машинально обернулся. Заметив своего секретаря Блэна, он едва заметно указал подбородком на беседовавших с ним бизнесменов, давая понять, что тому следует подождать в стороне. Однако Блэн лишь раздражённо покачал головой. Некоторое время мужчина молча смотрел на секретаря, после чего извинился перед собеседниками и широким шагом направился к нему. — Что случилось? В низком голосе отчётливо прозвучала едва уловимая резкость. Блэн уже собирался немедленно сообщить новости, но сначала огляделся по сторонам. Затем прикрыл рот рукой, приблизился к мужчине и осторожно заговорил. По мере того как Седрик слушал, его красивые брови постепенно сошлись на переносице. — То есть… Мужчина ненадолго замолчал, словно обдумывая услышанное, а затем продолжил: — Отец умер. Блэн ничего не ответил. Он прекрасно понимал, что это не был вопрос, требующий ответа. Мужчина молчал, задумчиво проводя пальцами по плотно сжатым губам. Между его зубами тихо вырвался вздох. Пусть их семью и нельзя было назвать особенно дружной, внезапное известие о смерти отца не могло не вызвать у него смятения. По крайней мере, так подумал Блэн. До тех пор, пока мужчина вновь не открыл рот. — Для начала подожди здесь. Глаза Блэна широко распахнулись. — В-вы не собираетесь сразу возвращаться? — Раз уж я проделал весь этот путь, нужно хотя бы закончить контракт, прежде чем уезжать. — Что?.. — Если я поспешу, отец ведь всё равно не вернётся из ада, верно? Оставив ошеломлённого Блэна стоять на месте, мужчина вернулся к бизнесменам, с которыми ещё недавно вёл переговоры, и вновь продолжил беседу. На его губах играла безупречная улыбка — настолько естественная, что невозможно было поверить: ещё несколько минут назад этот человек узнал о смерти собственного отца. Наблюдая за своим начальником, Блэн лишь покачал головой. «Вау… Вот же бессердечный тип». «Настоящий одержимый деньгами ублюдок этой эпохи». Этим мужчиной был Седрик Гластон — внук одного из богатейших людей, способного при желании приобрести даже корону Херингтона, и наиболее вероятный наследник семьи Гластон. *** Тишину в каюте, которую время от времени нарушал лишь стук дождя, наконец прервал стук в дверь. — Мы скоро прибудем в Лучерн. Думаю, вам стоит подготовиться. Блэн, не желая тревожить закрывшего глаза Седрика, вместо него попрощался с бортпроводником лёгким кивком. Тот коротко поклонился и тихо вышел из каюты. Тем временем Блэн ловко закончил разбирать документы и задал давно мучивший его вопрос: — Кстати, что вы собираетесь делать насчёт женитьбы? Седрик, до этого сидевший со скрещёнными на груди руками и закрытыми глазами, наконец их открыл. Ясные голубые глаза выглядели так, словно он бодрствовал всё это время. Причина, по которой Блэн внезапно заговорил о женитьбе, была только одна. «Я передам компанию тому, кто женится на девушке из достойной семьи и создаст приличную семью». Вскоре после того, как его отец слёг из-за болезни, дед Седрика, Карлайл Гластон, поставил перед двумя неженатыми внуками условие, от которого зависело право стать наследником. На первый взгляд причина была вполне очевидной: «Разве человек, который не способен даже быть главой собственной семьи, сможет хорошо управлять компанией?» Но Седрик знал истинную причину. Его дед уже подсчитывал выгоду, которую сможет получить от женитьбы внуков. Кто такой Карлайл Гластон? Родившись простолюдином, он сумел быстрее остальных уловить веяния времени и поднялся с самого дна до положения стального короля. Человек, настолько искусный в подсчёте прибыли и убытков, никак не мог упустить столь выгодную возможность. Для Седрика, который уже укреплял своё положение, расширяя бизнес за счёт судостроения и морской торговли, титул наследника не был особенно привлекательной приманкой. Но дело было в другом. Он всю жизнь считал, что семья Гластон принадлежит ему. И теперь дед собирался передать её своему глупому сводному брату Дерику и мачехе? Нет. Гластон принадлежала ему. Он прожил всю жизнь с этой мыслью и потому считал, что всё должно сложиться именно так. Чтобы оправдать ожидания деда, Седрик даже в разгар своей занятости продолжал встречаться с разными женщинами. Однако, к сожалению, несмотря на то что он успел познакомиться со многими, ни одна из них ему не понравилась. Разумеется, он не ждал той судьбоносной романтики, о которой так любят писать в популярных романах. Для него брак был лишь средством, необходимым для объединения двух семей, а заодно возможностью получить ещё большую выгоду. Поэтому точнее было бы сказать, что он не встретил женщины, соответствующей его требованиям. Такой, которая приносила бы достаточно большую выгоду, чтобы ради неё стоило терпеть все хлопоты, связанные с браком, и при этом не становилась бы препятствием на его жизненном пути. Именно поэтому Седрик собирался потратить ещё немного времени и получше узнать потенциальную избранницу. Но, к сожалению, отец ждать его не стал. «Как всегда, за всю жизнь от него никакой пользы». Погружённый в свои мысли Седрик внезапно почувствовал раздражение, цокнул языком и опустил взгляд. Заметив его настроение, Блэн осторожно добавил ещё одну новость: — И ещё… Брак господина Дерика уже решён. Ему нашли невесту из герцогского дома Труа. — Герцогиня Труа? Герцогский дом Труа. Знатная семья, состоявшая в родстве с королевской семьёй. Хотя повсеместное распространение убеждения, что деньги могут всё, и постепенный упадок сословной системы уже заметно пошатнули былое положение герцогских домов, родство с королевской семьёй всё ещё оставалось довольно весомым преимуществом. В этом герцогском доме была единственная дочь. Точнее, Седрик слышал, что она там была. С самого детства герцогиня Труа отличалась слабым здоровьем и потому жила в поместье, проходя лечение. Из-за этого в светском обществе она никогда не появлялась. — Значит, она всё-таки не умерла? — Говорят, за время лечения её здоровье значительно улучшилось. Насколько мне известно, она также собирается присутствовать на этих похоронах. Уголок губ Седрика искривился. Пока он встречался с женщинами, Дерик и мачеха, казалось, подозрительно притихли. А значит, дела принимали весьма неприятный оборот. — В любом случае мы тоже не можем просто сидеть сложа руки. Для начала я отберу ещё несколько девушек подходящего брачного возраста… — Нет. «Несколько» — не вариант. Раз уж они привезли герцогиню Труа, разве какая-нибудь графская или даже маркиза сможет с ней соперничать? — Да, это так, но в деловой хватке вы уже далеко впереди Дерика. Даже если ваша семья не будет лучше герцогской… Блэн встретился с холодным, словно остро заточенным, взглядом голубых глаз и замолчал. Только теперь он понял, почему его начальник так отчаянно стремился жениться. Седрик никогда ничего не делал вполсилы или спустя рукава. Любое дело, за которое он брался, должно было быть выполнено безупречно, без единой лазейки для ошибки. А в игре, в которую он вступал, он должен был одержать сокрушительную победу. Так, чтобы никто даже не осмелился бросить ему вызов. «Вот же его проклятый перфекционизм…» Подавив стон, Блэн осторожно спросил: — Тогда что вы собираетесь делать? Чтобы соперничать с герцогиней Труа, разве что королевская семья подойдёт… Но в королевской семье… — К несчастью, там одни черномазые мужики. Не успев придумать подходящую альтернативу, поезд вошёл на платформу Лучерна. Седрик поднялся со своего места. Для начала — похороны. Застёгивая пуговицы пиджака, он смотрел прямо перед собой. В его голубых глазах блестела острота. Закончив приготовления и выйдя из купе, Седрик увидел ожидавшего его бортпроводника. Тот слегка поклонился и открыл дверь для индивидуального выхода. Седрик ступил на землю Лучерна — знакомую до боли и уже порядком ему надоевшую. Именно в этот момент из соседнего вагона послышался голос: — Вы проделали долгий путь. Наверняка устали, госпожа. Седрик машинально повернул голову на голос и увидел невысокую женщину, только что вышедшую из соседнего вагона. Даже на переполненной пассажирами и суетливой платформе женщина сразу бросалась в глаза. То ли из-за белоснежной кожи, резко контрастировавшей с тёмно-каштановыми волосами, то ли из-за того, что, облачённая в наряд знатной девушки, она смотрела вокруг с присущими сельской барышне страхом и любопытством, блестевшими в её глазах. Нет, скорее всего, причина была в другом. Она была настолько красива от природы, что неизбежно привлекала к себе внимание, где бы ни оказалась. — А, должно быть, это она. Блэн, заметив, куда направлен остановившийся взгляд Седрика, тоже увидел женщину и тихо произнёс: — Герцогиня Труа. Женщина покинула платформу под охраной сопровождавших её людей. Седрик молча проводил её взглядом, пока она проходила мимо, и его глаза сузились. В тот самый момент в его голове возник самый надёжный и одновременно самый опасный способ выиграть эту игру. «Тогда… отнять её?» ---------- Ложная герцогиня Поезд вырвался из длинной темноты тоннеля. Когда Ивонна открыла глаза, которые рефлекторно зажмурила от ворвавшегося в вагон света, за окном постепенно начали проступать очертания большого города. Лучерн. Столица королевства Херингтон, его самый процветающий город и место, куда сейчас направлялась Ивонна. Невольно глубоко вдохнув, Ивонна стала всматриваться в постепенно приближающийся городской пейзаж. — Вы сильно волнуетесь, госпожа? Услышав вопрос служанки, сидевшей напротив, Ивонна лишь тогда заметила, что её руки едва заметно дрожат. Но ещё больше её поразило другое — покрытые белыми трещинами ладони. Грубые, мозолистые руки, совершенно не соответствующие её высокому положению герцогини. Словно желая спрятать их, Ивонна поспешно сцепила ладони. Служанка, ошибочно решив, что задела чувства своей госпожи, тут же попыталась исправить свои слова. — Просто… мне показалось, что вы немного встревожены… Простите. Я, наверное, позволила себе лишнее? — Нет, Синди. Ты права. Я впервые возвращаюсь в столицу с детства, поэтому, наверное, немного волнуюсь. — Если дело только в этом, не переживайте! Я прекрасно знаю столицу. Если вы несколько дней погуляете со мной, то быстро привыкнете! Синди была служанкой, которая приехала из городского особняка в поместье специально для того, чтобы сопровождать Ивонну, незнакомую со столицей. Услышав слова Синди, которая всего за один день знакомства уже успела обращаться с ней так непринуждённо, Ивонна горько улыбнулась. Если бы всё действительно было настолько просто, как говорила Синди, то проблема решилась бы всего за несколько дней. Но причина волнения Ивонны была совсем в другом. Она была не «Ивонной», единственной дочерью благородного герцогского дома Труа, а простолюдинкой по имени «Адель». И до тех пор, пока она не выяснит, где находится её мать, ей предстояло обманывать всех жителей столицы, включая служанку, сидевшую прямо перед ней. Эта опасная и дерзкая афера началась с банальной истории Адель. Отец Адель был азартным игроком. Ему было мало проиграть в азартных играх все заработанные им деньги — он даже забрал деньги, предназначенные на лекарства для больной жены. Когда такой отец умер, Адель почувствовала облегчение. Она думала, что теперь все её страдания наконец закончились. Не подозревая, что отец тайно оставил после себя долги. — Если ты всю оставшуюся жизнь будешь выдавать себя за мою покойную дочь, я прощу долг твоего отца. Но при одном условии: ты никогда больше не встретишься со своей матерью. Герцог Труа, совсем недавно потерявший единственную дочь, нуждался в новой фигуре, которую можно было бы использовать для заключения выгодного брака. Адель же не видела никакой возможности расплатиться с герцогом по игорному долгу своего покойного отца. Однако она не могла оставить больную мать одну, поэтому умоляла герцога отменить это условие. Герцог ушёл, хоть и явно остался недоволен её отказом, и казалось, что жизнь Адель постепенно возвращается в привычное русло. До тех пор, пока не исчезла её мать. — Твоя мать приняла моё предложение. В отличие от тебя, похоже, она не такая уж глупая. Мать Адель оставила её герцогу и исчезла. Она решила, что жизнь в качестве благородной герцогини будет лучше, чем существование всю жизнь в бедности в качестве дочери простолюдина. Однако Адель не могла принять решение, которое приняла её мать. Однако… — Что будет быстрее? Найти тебя, сбежавшую от меня? — Или убить твою мать? Ивонна крепко зажмурилась, а затем снова открыла глаза, словно пытаясь стереть из памяти ощущение холодного металла, коснувшегося её лба, и резкий звук взведённого курка. Её глаза, потемневшие и опустившиеся, словно покрытая дождём растительность, тревожно задрожали. Герцогиня Ивонна направлялась в столицу, чтобы подготовиться к свадьбе и присутствовать на похоронах отца своего жениха. Но у простолюдинки Адель была совсем другая цель. Мама. До свадьбы найти мать и сбежать вместе с ней. Поэтому до того момента ей необходимо было безупречно исполнять роль фальшивой герцогини. Ведь в тот день, когда её личность будет раскрыта, герцог, знающий, где находится её мать, не оставит в покое ни её, ни саму Адель. Собравшись с духом и подавив тяжесть на сердце, словно проглотила камень, Ивонна услышала стук в дверь. — Мы скоро прибудем в Лучерн. Думаю, вам стоит подготовиться. — Спасибо. Перед тем как выйти из поезда, Ивонна в последний раз проверила свой наряд. Едва она приняла безупречный вид благородной герцогини, как поезд остановился. Когда Ивонна сошла с поезда, к ней подошёл пожилой мужчина. За его спиной сопровождавшие его люди почтительно склонились, пока он сдержанно поклонился ей. — Вы проделали долгий путь. Наверняка устали, госпожа. Разумеется, Ивонна не знала ни одного из этих людей, однако нетрудно было догадаться, что они служили в герцогском доме Труа. А значит, это были люди, которых ей предстояло обманывать. Внезапно пуговицы верхней части одежды, застёгнутые почти под самое горло, показались ей невыносимо тесными. Ивонна некоторое время машинально теребила одну из них, но в конце концов так и не расстегнула и вышла с платформы. Мелкий дождь, который моросил ещё до её прибытия, тем временем заметно усилился. Из-за этого перед вокзалом царила суета: ожидавшие её экипажи смешались с непрерывным потоком пассажиров. Сопровождающие, несмотря на дождь, начали переносить багаж в карету. Синди уже собиралась присоединиться к ним, но словно что-то вспомнив, обернулась к Ивонне. — Госпожа, может, вы пока сядете в карету? Конечно, если вам будет душно, можете подождать здесь. — Я тоже помогу. — Что? Услышав слова Ивонны, произнесённые совершенно естественно, Синди удивлённо моргнула и посмотрела на свою госпожу. Только теперь Ивонна поняла, что её желание помочь могло показаться Синди странным. Разве единственная дочь герцогского дома, всю жизнь окружённая заботой и роскошью, стала бы сама вызываться помогать с подобной работой? Разве что она была простолюдинкой, привыкшей зарабатывать на жизнь тяжёлым трудом. — Ой, ну как же я могу позволить госпоже заниматься такими вещами? У вас даже руки все потрескались. Спасибо уже за одно ваше желание помочь, госпожа. Синди тоже находила странным то, что руки знатной девушки были такими огрубевшими. От этой мысли сердце Ивонны тревожно забилось, словно у ребёнка, которого поймали на лжи. Однако Синди, похоже, не придала этому особого значения. Сказав Ивонне немного подождать, она взяла багаж и направилась к карете. Ивонна, глядя на Синди и сопровождающих, которые выполняли ту работу, которой она сама занималась бы в соответствии со своим настоящим происхождением, нервно закусила губу. «Нужно быть осторожнее». Один-два раза это ещё можно было бы принять за случайность, но если подобное будет повторяться, это может вызвать подозрения. Пока Ивонна наблюдала за сопровождающими, загружавшими вещи, она вдруг почувствовала холод. Она слишком легко оделась, не ожидая, что погода окажется настолько ненастной. И как раз в тот момент, когда она инстинктивно стала растирать руки, раздался голос: — Для весеннего дождя он довольно сильный. Низкий, чуть ленивый голос пробился сквозь шум дождя. Ивонна повернула голову в сторону, откуда доносился голос, и увидела профиль незнакомого мужчины. Из-за его роста, который был как минимум на голову выше её собственного, Ивонне пришлось довольно высоко поднять взгляд, но первым в глаза бросился выступающий кадык. Затем её взгляд скользнул по очерченной, мужественной линии подбородка, выразительным губам и острой линии носа, пока наконец не остановился на пронзительно-голубых глазах, холодных, словно зимнее озеро. В тот же миг взгляд Ивонны замер. Мужчина, стоявший на фоне дождливого города, казался словно сошедшим с полотна великого мастера. — Прохладно сегодня. Ивонна уже подумала, что мужчина говорит сам с собой, но тут он, до этого смотревший на дождливый пейзаж, повернулся в её сторону. — Одолжить вам? Заворожённая его красотой, словно прекрасной картиной, Ивонна не успела отвернуться и встретилась с ним взглядом. С глубокими, непостижимыми голубыми глазами и… ---------- Старший брат жениха — Госпожа? Мужчина слегка прищурился, словно пытался оценить её реакцию. Ивонна опомнилась лишь мгновение спустя. — Ах… Только тогда она заметила, что мужчина жестом указывает на пиджак, перекинутый через его руку. Даже с первого взгляда было понятно, что мужчина принадлежит к знати. Не только роскошная одежда и утончённые черты выдавали его происхождение — каждое сдержанное и исполненное достоинства движение говорило о воспитании представителя высшего общества. Вероятно, он просто хотел проявить любезность, как и подобает джентльмену, но всё же незамужней девушке было не совсем прилично принимать пальто от незнакомого мужчины. Ивонна вежливо отказалась. — Благодарю за заботу, но я в порядке. — Вы действительно в порядке? Он слегка наклонил голову, неотрывно глядя на неё своими непроницаемыми глазами. Казалось, этот взгляд способен видеть её насквозь. — Мне так не кажется. На самом деле она действительно была не в порядке. С того самого момента, как сошла с поезда, Ивонна была напряжена, а теперь холодный пот, покрывавший её кожу, заставлял тело остывать ещё сильнее. Но принимать заботу незнакомца, особенно мужчины, ей было неловко. Ивонна уже собиралась снова отказаться, но мужчина протянул ей пиджак, который всё это время держал в руках. — Наденьте. Или хотя бы укройтесь им. Пока Ивонна колебалась, мужчина отвернулся и ушёл вместе со служащим, пришедшим его встретить, оставив пиджак в её руках. — Подождите! Он слегка удивлённо обернулся на её голос. Ивонна сама удивилась своей реакции и поспешно отпустила его пиджак, протянув его обратно мужчине. — Я не могу принять такую ценную вещь, ведь, возможно, не смогу её вернуть. Пожалуйста, заберите её. Мужчина выглядел слегка удивлённым, затем тихо рассмеялся и ответил: — Тогда просто верните её мне в следующий раз. — В следующий… раз? — Мы ещё встретимся. Я в этом уверен. В конце концов, Лучерн — небольшой город. Сказав это с удивительной уверенностью, мужчина отвернулся и ушёл, так и не забрав пиджак. Ивонна смотрела, как он исчезает под дождём, и лишь после того, как его карета скрылась из виду, опустила взгляд на пиджак в своих руках. От него исходил лёгкий, но приятный запах. Что-то напоминающее свежесть дождя и чистый аромат ветра. Только тогда Ивонна осознала, что даже не поблагодарила его — и не спросила его имени. Но к тому времени было уже слишком поздно. Однако всего несколько дней спустя Ивонна снова встретила его, как он и сказал. Наступили первые дни весны, ясные после дождя. Перед церковью на окраине Лучерна собралась толпа. Все они пришли на похороны Маркуса Гластона, единственного сына Карлайла Гластона. Внешне они явились, чтобы почтить память покойного, но у большинства были и другие причины. Помимо того, что Маркус Гластон был простолюдином, он был человеком весьма незначительным. В отличие от своего отца, Карлайла Гластона, он не скопил богатства и не добился ничего примечательного, как его сын Седрик, который поддержал военные действия и был посвящён в рыцари. Если ему и было чем похвастаться, так это привлекательной внешностью, которая очаровала не одну женщину. И всё же на эти похороны пришло так много людей. Во-первых, конечно же, чтобы снискать расположение Карлайла — влиятельного магната, который практически правил королевством. А во-вторых… — Вот, они приехали. Когда кто-то крикнул это из толпы, все повернули головы в сторону приближающихся карет. Среди множества устремлённых на них взглядов появилась карета дома Труа. Когда карета остановилась перед церковью, из неё вышел проницательно смотрящий мужчина средних лет. Следом за ним появилась молодая женщина с такими же каштановыми волосами. Для большинства она была незнакомкой, однако вскоре наблюдатели поняли, кто она. Дочь дома Труа, долгое время скрывавшаяся от общества из-за слабого здоровья, — Ивонна Труа. Логан спокойно выдержал устремлённые на них взгляды, а затем тихо пробормотал так, чтобы услышала только Ивонна: — Лучше держи себя в руках, чтобы никто не узнал о твоём низком происхождении. — …Да, отец. «Отец». Так она называла и своего родного отца, и Логана на протяжении более двадцати лет, но это слово всё ещё оставляло неприятный привкус во рту. Не было ни единого момента, когда это обращение казалось ей естественным. Пока она прокручивала в голове это неуместное слово… — Ивонна? Из толпы наблюдавших за Ивонной и Логаном появилась молодая знатная девушка. Она некоторое время внимательно смотрела на лицо Ивонны, а затем непринуждённо протянула руку и взяла её под локоть. — Боже мой, так это действительно ты, неужели? Прошло столько времени, что я бы тебя и не узнала, если бы не герцог. Здравствуй, Ваша Светлость. Ты ведь меня помнишь? — Конечно. Ивонна, столько лет прошло — разве ты не узнаёшь её? Это леди Надия из дома Лопес. Твоя подруга. Логан услужливо подсказал ей. Поняв, к чему он клонит, Ивонна уже собиралась ответить непринуждённо, но тут её перебил голос другой женщины. — Давно не виделись, Ваша Светлость. Как вы поживали? Следом появилась знатная дама, настолько похожая на Надию и внешностью, и манерами, что сомнений не оставалось — это, должно быть, графиня из дома Лопес. — Благодаря вам всё хорошо. Я слышал, дела у графского дома идут весьма успешно. Полагаю, именно поэтому граф не смог присутствовать сегодня? Пока они обменивались обычными формальными любезностями, Надия вновь вмешалась в разговор. — Простите, что прерываю вас, но могу я сначала проводить Ивонну внутрь? — Надия. Я понимаю, что ты рада вновь увидеть подругу после стольких лет, но мы здесь собрались, чтобы почтить память усопшего. Не устраивай сцен. — Леди Надия — воспитанная молодая девушка. Уверен, она прекрасно со всем справится. Логан вступился за Надию, а затем обратился к ней с просьбой: — Ивонна довольно долго жила вдали от столицы, поэтому не слишком хорошо знакома с местными обычаями. Буду признателен, если леди Надия останется рядом с ней и поможет освоиться. Для постороннего наблюдателя он мог показаться строгим отцом, искренне переживающим за свою дочь. — Конечно. Для чего ещё нужны друзья? Ни о чём не беспокойтесь. Надия ответила ещё более ласково, чем Ивонна, которой приходилось изображать его дочь, и естественно взяла её под руку. — Ну же, пойдём внутрь, Ивонна. Незнакомое тепло чужой руки и внезапно нахлынувший запах духов заставили Ивонну инстинктивно отстраниться, но она тут же подавила эту реакцию и последовала за Надией. Внутри церкви уже собралась толпа скорбящих. Надия ловко протиснулась сквозь неё и прошептала: — Кстати, я слышала, ты помолвлена с лордом Дериком? — Откуда ты знаешь? Ивонна широко раскрыла глаза. Её помолвка с Дериком ещё официально не объявлялась. — Ох, ну и ну. Ты действительно ничего не знаешь о столичном обществе, да? Настоящая деревенщина. Надия коротко рассмеялась — в её смехе отчётливо слышались насмешка и издёвка. — Слухи начали распространяться ещё в тот день, когда ты приехала в столицу. Если расскажешь что-нибудь одному человеку здесь, можешь считать, что на следующий день об этом будет знать весь город. Это лишь подтверждало, что поговорка о том, будто в столице у каждой стены есть глаза и уши, вовсе не была преувеличением. — Впрочем, именно поэтому я и хотела тебя кое о чём попросить, Ивонна. Ты можешь мне помочь? Мало кто станет просить о помощи человека, с которым только что возобновил знакомство или которого едва знает, не имея при этом каких-то скрытых намерений. Ивонна, большую часть жизни прожившая простолюдинкой, инстинктивно почувствовала что-то неладное. Поэтому, не отвечая сразу, она спросила: — …О какой помощи идёт речь? — Ты ведь невеста лорда Дерика? Я подумала, может, ты сможешь познакомить меня с лордом Седриком. Седрик Гластон — старший сводный брат Дерика. Ивонна наконец поняла, почему Надия с такой теплотой подошла к ней, несмотря на то, что они не виделись много лет и едва ли могли вспомнить лица друг друга. — Для чего ещё нужны друзья? Разве не лучше, если членом моей семьи стану я, а не какая-нибудь незнакомка, о которой ты ничего не знаешь? На самом деле Ивонне было совершенно безразлично, кто станет частью семьи Гластон. Она всё равно собиралась найти мать и покинуть столицу ещё до свадьбы. Но Надия продолжала говорить, совершенно не интересуясь её мнением. — Кстати, ты ведь даже ещё не видела своего жениха, правда? Она потянула Ивонну за руку и незаметно указала в сторону передней части церкви. — Смотри. Тот мужчина с тёмно-карими глазами — твой жених, лорд Дерик. В указанном Надией направлении стояли двое светловолосых мужчин. На первый взгляд они казались похожими из-за одинакового цвета волос, но впечатление, которое они производили, было совершенно разным. Дерик, младший из них, обладал светлой и жизнерадостной аурой. — А мужчина рядом с ним, с голубыми глазами, — это лорд Седрик. В отличие от Дерика, Седрик одним своим присутствием излучал утончённость и почти аристократическую холодность. Возможно, всё дело было в его необычайно холодном взгляде. Глаза Ивонны едва заметно дрогнули, когда она посмотрела на него. В памяти тут же ярко всплыл вчерашний день. «Тогда просто верните его мне в следующий раз. Мы ещё встретимся». Седрик Гластон. Тот самый мужчина, который проявил к ней доброту на вокзале. ----------