Сердце подземелья
Damaged

We need produce 3 variants, each satisfying all constraints. Need avoid forbidden bigrams. Need preserve facts: He died and woke in another world, not human, consciousness in dungeon core underground, no body, no way to leave, almost no power. But he has a dungeon. Develop it, create monsters, explore new world, become stronger. But more his domain grows, more attention it draws. People, monsters, other dungeons, states will come for him. To survive, must both grow stronger and manage those under his power, make hard decisions, understand rules of world he didn't know. Path just beginning. Decide whether to be just another dungeon or something more.

Need preserve genre words: подземелье, ядро. Also "монстры", "кристалл", "государства". Use any forms.

Need avoid "затем проснулся", "совершенно другом", "другом мире", "мире Вот", "Вот только", "только человеком", "Теперь его", "его сознание", "сознание находится", "находится внутри", "внутри ядра", "ядра подземелья", "подземелья кристалла", "кристалла скрытого", "скрытого глубоко", "глубоко под", "под землёй", "него нет", "нет тела", "тела нет", "нет возможности", "возможности просто", "просто уйти", "уйти отсюда", "самое главное", "главное почти", "почти нет", "нет сил", "сил Зато", "него есть", "есть подземелье", "подземелье Развивая", "Развивая его", "его создавая", "создавая монстров", "исследуя возможности", "возможности нового", "нового мира", "постепенно начинает", "начинает становиться", "становиться сильнее", "чем больше", "больше растёт", "растёт его", "его владение". Need avoid all these, not only exact but other form of same words? The prompt says "не используй эти сочетания оригинала (ни в таком виде, ни в другой форме тех же слов)". So need avoid the same collocations with different grammatical forms. E.g. "владение" pronoun should be avoided in "его владение" because exact. But "его владения" different form? It says "ни в другой форме тех же слов", so "его владению", "его владений" also forbidden. Need avoid "его" + "владение" anywhere. Also "внутри ядра" avoid, "ядро подземелья" avoid. "создавая монстров" avoid, so use "создаёт монстров" or "появление монстров"? Need avoid "создавая монстров" exact, but "создаёт монстров" perhaps "другой форме тех же слов" - "создавать монстров" is same verb+object combination. Need avoid "создавать монстров" too? Let's be safe: use "порождать чудовищ", "выращивать тварей", "населять подземелье монстрами". But "монстры" as genre word should remain somewhere. We can say "привлекая монстров" or "создаёт новых обитателей" but need "монстр" word. Maybe "населяя его монстрами" not "создавая монстров". Good.

Need not use "его" with "сознание" etc.

Need produce 3 variants. Let's craft each carefully.

Variant 1:
Use short sentences. "Он умер. А потом пришёл в себя в ином мире." But "потом" not "затем". Need "потом" okay? "затем проснулся" forbidden, "а потом" not. "Пришёл в себя" maybe "проснулся" but avoid? "Проснулся" itself not forbidden. Could say "Он умер и очнулся там, где не был никогда." Hmm.

"Он умер. Очнулся — а вокруг чужой мир, и сам он уже не человек." Need "не человек" not "человеком". Fine.

"Я, точнее его сознание, теперь находилось в ядре-кристалле, спрятанном в толще земли." But "Теперь его" forbidden. "его сознание" forbidden. Use "Сознание бывшего человека" no. Simpler: "Он стал ядром-кристаллом, лежащим глубоко в толще земли." Need mention "подземелье" later. But "глубоко в толще" avoids "глубоко под землёй". "Ядро-кристалл" good.

"Выйти наружу нельзя, тела нет, сил — почти ноль." Avoid "нет тела" exact, but "тела нет" is exact forbidden. Use "тела нет" not allowed. "Оболочки нет" maybe. "Ни тела, ни выхода, ни сколько-нибудь значимой силы." Good.

"Зато есть подземелье." "есть подземелье" is forbidden exact. Need "Зато у него есть собственное подземелье" contains "есть подземелье"? Actually "есть подземелье" yes, but with "собственное" between? "есть собственное подземелье" not exact collocation? It says "ни в другой форме тех же слов" - "есть подземелье" are the same words? We can avoid "есть" with "подземелье": "Зато в его распоряжении оказалось подземелье." No "есть". Good.

"Прокачивая его, населяя монстрами, осваивая новый для себя мир, он постепенно набирался сил." Avoid "нового мира" exact? "новый для себя мир" is different, okay. "постепенно набирался сил" no "постепенно начинает". "чем больше" avoid: "Чем обширнее становилось подземелье, тем больше к нему внимания." This uses "чем" not "чем больше". Good.

"Люди, монстры, другие подземелья, целые государства — рано или поздно кто-нибудь постучится." Fine.

"Чтобы выжить, нужно укрепляться, управлять подчинёнными, принимать тяжёлые решения и постигать правила незнакомого мира." Good.

"Дорога только в самом начале." "Теперь надо выбрать, кем он станет: ещё одним подземельем или чем-то большим." Avoid "Теперь его" not.

Need count words. Let's draft final Variant 1:

"Он умер и очнулся в незнакомом мире. Правда, человеком его уже не назвать: он стал ядром-кристаллом, спрятанным в толще земли. Выйти отсюда нельзя, тела нет, сил — почти никаких. Зато в его распоряжении оказалось подземелье.

Он прокачивал его, населял монстрами, изучал новый для себя мир и понемногу набирал силу. Но чем обширнее становилось подземелье, тем больше внимания оно притягивало. Люди, монстры, другие подземелья и целые государства — рано или поздно кто-то явится за ним.

Чтобы выжить, придётся не только крепнуть, но и управлять теми, кто ему подвластен, принимать трудные решения и разбираться в законах мира, о котором он прежде не подозревал.

Путь только начинается. Осталось решить, кем стать: очередным подземельем в ряду других или чем-то гораздо большим."

Check forbidden: "тела нет" is forbidden! Need avoid. "Выйти отсюда нельзя, тела нет" exact forbidden. Rephrase "Оболочки нет" but need convey no body. "телесной оболочки нет" includes "нет" not with "тела". Use "ни тела, ни выхода, ни мало-мальски значимой силы" - "ни тела" doesn't match "тела нет" exactly. But "ни в другой форме тех же слов" could consider "тела" + "нет" in same sentence? It's not a collocation? Better avoid "тела" and "нет" near each other. "Ни телесной оболочки, ни выхода, ни силёнок." Good.

Need "ядро" genre word. "ядром-кристаллом" okay.

"человеком его уже не назвать" okay.

"очнулся" not forbidden.

Count ~140.

But "чем обширнее становилось подземелье" uses "подземелье" and "становилось" not forbidden. Good.

Need Variant 2 very different.

Variant 2 draft:
"Сначала была смерть. Потом — другое существование: он очнулся в теле, которого не имеет." Hmm weird. Better start: "Он погиб. И вместо посмертия обрёл чужой мир." Need "вместо посмертия"

====================

Том 1 Глава 1

!!! ВНИМАНИЕ, ДАННАЯ ГЛАВА ПЕРЕВЕДЕНА С ПОМОЩЬЮ ГУГЛ ТРАНСЛЕЙТ!!!

Он не умер. В остальном он мало в чём был уверен, но он не умер. Смерть означала бы конец многому, он был уверен, поэтому боль, которую он чувствовал, означала, что он не умер. Хотя он не мог двигаться.

На него обрушился калейдоскоп образов. Темные места, холодные места — все двигалось и дергалось. Нет, это двигалось его собственное восприятие. Это беспорядочное движение было основной причиной его боли. Он попытался поднять руки, которых не чувствовал, и сложить ладони, которых у него не было, чтобы закрыть глаза, но отсутствие этих средств не давало ему передышки от туннелей и темноты, которая была недостаточно темной для его вкуса.

Две точки зрения казались более подходящими, чем остальные. Они находились на правильном расстоянии друг от друга и не выглядели расположенными в нескольких сантиметрах от поверхности. Однако из всех перспектив эта была самой неподвижной. Но когда она начинала двигаться, он понял, что находится в конце туннеля.

Что бы он ни рассматривал, ему не нравился этот свет. В поле зрения появилась зеленая чешуйчатая рука, которая на мгновение заслонила ему обзор, прежде чем он увидел самый большой кристалл, который когда-либо видел.

Что-то в этом кристалле казалось странным, но как он ни старался, не мог понять, что именно. Странным, однако, было не то, что он светился и буквально парил в воздухе. Он светился мягким розово-белым светом, который, как казалось, не раздражал существо, через которое он смотрел (а он понял, что смотрел через глаза существа).

Постепенно все начало проясняться, и, в сочетании с воспоминаниями, он понял, что происходит. Он был в игре. И все это было большой игрой! Игра в управление подземельем. Он решил, что, глядя глазами существа, он и есть это существо.

Вот бы ему только научиться поднимать руки.

Три дня он безуспешно пытался что-нибудь предпринять, прежде чем понял, что он точно не существо. Он понял, что прошло три дня, потому что свет снаружи постоянно менялся. Но, подобно младенцу, сжимающему ручку вокруг пальца родителя сразу после рождения, ему наконец удалось подтолкнуть существо.

"А? Что?" Глаза существа задвигались, когда оно заговорило, и повернулись к слишком яркому входу.

Движение и лёгкое затемнение привлекли его внимание, а также внимание существа, к входу в пещеру. Потребовалось несколько мгновений, чтобы очертания пещеры прояснились, и внутрь вошли три человека. Различные ракурсы позволили ему рассмотреть детали с разных сторон — некоторые из них перевёрнутые, — но он уже тренировался в рассматривании.

«Это всего лишь кобольд рабочий. Убей его, Уильям», — сказал один из людей, мужчина.

Он наблюдал, как второй из людей в кожаных доспехах потянулся через его плечо и приставил к нему стилизованную длинноствольную винтовку. Двигаться было невозможно — как и не смотреть, на винтовку. Громкий треск эхом разнесся по пещере.

Две точки света, два его взгляда на мир, исчезли.

«Хорошо, Пен, иди и посмотри, есть ли что-нибудь в этой бесполезной дыре». Это снова был первый говорящий. Когда третий человек подбежал вперед, он кивнул второму, который начал перезаряжать оружие. «Эта хрень, должно быть, здесь недолго, раз только что получила первого рабочего».

Третий человек, судя по форме его странных глаз, женщина, подошла к тому, кого он теперь понял, что это он . Сердце подземелья. Он был не кобольдом — он был подземельем!

Ее руки скользили по рукояткам ножей, по одному на каждом бедре, и она сначала присела, чтобы осмотреть кобольда. «Прямо в голову. По крайней мере, он быстро это сделал. Уильям не славится добротой».

Встав, женщина повернулась к своим спутницам. «Оно мертво. Отличный выстрел, Уильям. Ты когда-нибудь промахиваешься?»

«Ты знаешь лучше всех, Пен». Первый мужчина спустился по туннелю к сердцу. В руке у него была полоска бумаги. «Он когда-нибудь попадал в тебя, когда ты атаковала ту же цель?»

Он видел, как взгляд женщины был прикован к листку бумаги в руке первого мужчины, и как ее глаза поднялись от него и сфокусировались на Уильяме. "Нет…"

«Все бывает в первый раз».

Он мысленно закричал, не в силах издать ни звука, наблюдая за своим вторым в жизни убийством. Он ничего не мог сделать, кроме как смотреть, как кровь растекается по нижней части туловища Пен. Пуля, как он видел, прошла насквозь и вышла из-за спины.

«Ты не поняла, Пен. Ты заставила нас отказаться от стольких работ — работ, которые сделали бы нас достаточно богатыми, чтобы никогда не ездить в эту убогую маленькую деревню, которая едва ли достаточно велика, чтобы там создать свой первый дандж!!»

«Все те разы, когда твоя чертова совесть мешала нам получать зарплату… Ты должна был это предвидеть».

Подойдя и перезарядив оружие, Уильям покачал головой. «Извини, Пен. У нас были хорошие времена, но ты же знаешь правила — деньги на первом месте».

Пен упала на колени, прикрыв одной рукой живот, а другой потянулась к рюкзаку.

«Зелья? Я заменил их подкрашенной водой по дороге сюда. Твой талисман?» Первый мужчина скомкал бумагу в руке. «Это подземелье в конце концов само разберётся. Кто знает, может, через несколько лет его даже стоит будет ограбить, но, Пен, ты станешь его первой добычей».

«Разве это не будет честью, Пен? В подземельях почти никто не умирает. Они заходят, получают ранения или их просто избивают, их талисман вытаскивает их в безопасное место, и они возвращаются. Клянусь Бездной, я знаю, у тебя есть стандартная страховка на этот случай». Закончив перезарядку, Уильям направил винтовку в голову Пен. «Но не в этот раз».

«Не трать выстрел, Уильям. Она быстро истекает кровью — ты попал в что-то важное. Пока, Пен. Когда-то была чертовски быстра, но сегодня… просто немного медлительна». Обернувшись, первый мужчина направился по туннелю и вышел наружу, вскоре за ним последовал Уильям.

Рыдания. Он услышал рыдания. «Пошёл ты нахуй, Питер! Пошёл ты нахуй, Уильям, я…» Рыдания переросли в крик агонии. «ПОШЁЛ НАХУЙ ВЕСЬ ЭТОТ ГРЁБАННЫЙ МИР!». Она перевела дыхание, повернула голову и посмотрела на сердце — на него. «Значит, остались только ты и я».

Он наблюдал, как она приближается к сердцу, оставляя за собой кровавый след. Она подошла к нему и подняла руку, покрытую кровью, к огромному кристаллу. «Пожалуйста, я не знаю, слышишь ли ты меня или понимаешь ли вообще, что я говорю, но если эти ублюдки вернутся — убей их. Используй меня как еду, используй мое оружие, используй любое снаряжение, которое эти ублюдки не украли, и убей их».

Она умолял: хоть что-нибудь, что угодно. Окровавленный отпечаток руки Пен на сердце подземелья, казалось, пульсировал, когда он мысленно искал способ взять под контроль подземелье.

Принять добровольную жертву? [Осталось 30 секунд]

Принятие просителя при наличии соответствующего медиума может позволить интегрировать его в подземелье.

Да/Нет

Это было красиво оформленное текстовое поле, но это было всего лишь текстовое поле. Внизу у него было две кнопки и таймер, отсчитывающий время. Он снова и снова перечитывал содержимое поля, пытаясь убедиться, что оно означает именно то, что он подумал.

Единственное, что ему ещё удалось сделать, это тыкать во что-нибудь. Поэтому, когда оставалось 5 секунд, он ткнул в «Да» .

Пенелопа почувствовала, как её мучения усилились, когда поток розовой энергии вырвался из сердца подземелья, пронзил окровавленный отпечаток её ладони и вонзился в неё. Она кричала всё громче и громче, её тело извивалось, каждая мышца, кость и сухожилие разрывались и снова приходили в норму. Даже кожа начала слезать с неё.

"Ты в порядке?"

Слова звучали громко в голове Пенелопы, но она скорее чувствовала их , чем слышала .

"Арр?"

Звук, вырвавшийся из её рта, был странным и казался неправильным. Она подняла взгляд на сердце подземелья, её глаза видели в темноте, как никогда прежде, и попыталась снова.

"Граар?"

«Я не думаю, что понимаю кобольдов. Можешь попробовать говорить на… э-э… человеческом языке?»

Закатив глаза, Пенелопа хотела крикнуть ему, что она определённо и абсолютно точно пытается говорить на общем языке, но это было трудно, потому что рты кобольдов для этого не предназначены. И тут её мозг закричал, потому что она точно понял, что с ней не так. Взглянув вниз, она увидела испорченные кожаные доспехи, обёрнутые вокруг маленького тела кобольда. Её тела.

Однако паниковать было не время. Пенелопа закрыла глаза и сосредоточилась на том, чтобы уравновесить себя. Она снова опустила голову и посмотрела на землю. Ее пояс с оружием лежал на земле. Подняв его, она поняла, как сильно уменьшилась. Ее рост, который раньше составлял почти полтора метра, теперь, по ее оценке, был примерно вдвое меньше. Перекинув пояс через плечо, она постаралась не обращать внимания на когтистые зеленые руки, которыми она управляла, и вместо этого убедилась, что ее ножи надежно закреплены.

"Неразговорчивая? Я тебя не виню. Что, черт возьми, с тобой случилось?"

Обернувшись, чтобы взглянуть на сердце подземелья, Пенелопа поняла, что именно говорило ей в голову. Она начала с ругательств. Её рот по-прежнему не отличался красноречием, но шипение, плевки и рычание, которые ей удавалось произносить, приносили больше облегчения, чем рассказ кому-либо о произошедшем. Наконец, уперев когти в бока, она сердито посмотрела на сердце.

«Ты умирала. Я не знал, что еще делать. Я просто изо всех сил пытался найти способ тебя спасти. Я… я не хотел превратить тебя в кобольда».

Она удивленно моргнула, услышав искреннюю тревогу в его внутреннем голосе. После всего, что только что произошло, она не могла винить сердце. Она знала, что Уильям и Питер просто нашли бы другое удобное место, чтобы убить ее.

В этот момент Пенелопа осознала свои последние слова. Она умоляла сердце о помощи, и оно пошло еще дальше. Оно не просто использовало ее тело в пищу, оно дало ей вторую жизнь — новую жизнь. Немного пошатываясь, пытаясь впервые встать на новые ноги, Пенелопа приблизилась к сердцу и не остановилась, пока не прижалась к нему и крепко не обняла.

Без слов она надеялась, что её действия смогут заверить сердце подземелья в том, что она ценит его усилия и попытку спасти ей жизнь.

Узнав о расположенной неподалеку подземелье, жители города запланировали праздник. Грязные переулки оживились, и жизнь забурлила на вымощенной главной улице. На каждой кухне кипела работа: готовили, пекли и готовились к предстоящей ночи.

Однако, пока шел день, трое человек сидели за небольшим столиком в отдельном зале местной таверны. Бролли Виндчим, Кристин Селлсвелл и Говард Тейлор улыбались.

«Мы это сделали». — сказала Кристин. «К нам дважды в месяц прибывают торговые караваны».

«Мои торговцы планируют расширить ассортимент, включив в него более изысканные товары. Сталь и олово – это еще не предел». Говард, как и Кристин, говорил оптимистичным тоном. «Бролли?»

«Мы немного отстаём с фортом. Нам понадобятся пограничные стены для города и больше охраны, но, имея хотя бы одно подземелье, мы можем ожидать прибытия искателей приключений с караванами». Бролли усмехнулся своим двум соруководителям. «И у нас ведь есть деньги, чтобы платить за охрану».

«Опять повышение налогов? Ты нас задушишь, Бролли», — сказала Кристин, понимая, что у нее больше всего шансов убедить капитана охраны попробовать что-нибудь другое.

Говард лишь рассмеялся, глядя на кислые лица обоих своих соруководителей города. «Вы не понимаете. К нам будут приезжать искатели приключений. Нам повезет, если мы сможем изготовить достаточно талисманов, чтобы справиться с наплывом, не говоря уже о спросе на лечебные зелья и другое снаряжение. Думаю, нам придется позвать сюда брата Руперта».

«Думаешь, этот хитрый священник пустит нас в свою казну?» — спросил Бролли.

«Он сделает это, если захочет, чтобы мои караваны доставили ему припасы. Одна-две неудачные доставки должны привести к тому, что у него начнут заканчиваться благовония, святое вино и терпение». Блеск в глазах Кристины дал понять обоим её соруководителям, что они ни в коем случае не хотели обидеть эту женщину.

«Если он откажется, мы всегда можем поискать другого священника и организовать новую церковь в городе». Говард полез в карман и вытащил небольшую бухгалтерскую книгу. «Моя кузина — священница в ордене Сестер Благодати, так что мы могли бы найти гораздо более охотно согласившуюся жрицу, которая бы снизила цены по сравнению с Рупертом, в течение двух недель».

Кристин сделала паузу и слегка наклонила голову в сторону. «Сестры Благодати? Разве это не секта, занимающаяся вопросами плодородия ?» Услышав кивок Говарда, она хихикнула. «Я бы, по крайней мере, заплатила за святилище. Поговори с твоей кузиной, я поговорю с Рупертом. Подстраховаться не помешает».

«Кристина, у тебя фертильность? Наконец-то собираешься остепениться?» — спросил Бролли.

«Чем больше людей в городе, тем больше торговли товарами, сэр рыцарь. Чем больше товаров для торговли, тем больше золота, и тем больше финансирования вы получаете. Благословение бога плодородия было бы гораздо лучше, чем бездна огня и серы, которыми нас кормит Руперт».

Все трое замолчали, когда по комнате разнеслось тихое гудение.

«Оно просыпается?» — спросила Кристин.

«Конечно, оно просыпается. Подземелье здесь». Бролли протянул руку и положил её ладонью вниз на середину стола.

Протянув руку одновременно с Кристин, Говард улыбнулся и попытался сдержать своё волнение.

«В Нортридж».

----------

Том 1 Глава 2

!!! ВНИМАНИЕ ДАННАЯ ГЛАВА ПЕРЕВЕДЕНА С ПОМОЩЬЮ ГУГЛ ТРАНСЛЕЙТ !!!

Статус подземелья:

Уровень 1

Сердце 400/400

Рабочие 1/5

Монстры 0/10-2

Ловушки 0/10+2

Комнаты 1

Еда 76

Древесина 400

Железо 40

Мана 0

Задание: Постройте 5 ловушек

Это было полным и абсолютным безумием, подумал он. Там были диалоговые окна, счетчики ресурсов и даже квест. Он все еще не мог вспомнить, откуда он пришел, но по какой-то причине эти игры прочно засели у него в голове, как будто идеально вписывались в этот мир — и так оно и было.

«Я никак не могу во всем этом разобраться. Где меню строительства? Ничего не подходит к имеющейся у нас комнате, и… кажется, мне нужно отдать приказ расширить проходы, чтобы сделать комнаты или что-то в этом роде», — сказал он, хотя был уверен, что его слышит только Пен.

"Дай... копай". Пен посмотрела ему в сердце с обреченностью на своем рептильном лице, которое выглядело комично.

«Я не хочу тобой командовать. Такое ощущение…»

"Копай!"

Теперь она выглядела сердитой, но он мог видеть — с какой-то перевернутой точки зрения, которая с каждой минутой становилась все более естественной, — что она еще и ухмыляется. Пытаясь сосредоточиться, он ткнул в камень у входа, прямо внутри подземелья, и тот стал зеленым, на нем появился маленький символ кирки.

Пен ткнула рукой ему в сердце и, сжимая в руке кирку, отдернула руку. Она резко развернулась на одной ноге и направилась к тому месту, которое он отметил для копания.

Он прекрасно знал, что в играх-подземельях поощряются лабиринты и умелое создание ловушек. Он прицелился и нарисовал S-образную фигуру с вытянутыми отрезками, чтобы туннель извивался, затем щелкнул по старому участку тропы и приказал заменить его камнем.

Открыв меню ловушек, он обнаружил обычный набор стартовых ловушек, которые обычно встречаются в играх. Замедляющая ловушка, ловушка с шипами на стене, давящая ловушка и вращающаяся ловушка. Проблема заключалась в том, что каждый раз, когда он смотрел на одну из опасных ловушек, он вспоминал, как Пен смотрела вниз на свой живот — истекая кровью.

«Ты же знаешь, что такое подземелья, верно?» — спросил он.

Пен, которая только что разрушила первый кусок стены своей киркой, оглянулась на сердце подземелья. «Да. Была во Фраргге». Она остановилась и слегка покачала подбородком из стороны в сторону. «Была в нескольких».

+ Камень 1

Не обращая внимания на появившийся новый ресурс, он сосредоточился на разговоре с Пен. «Ловушки… они безопасны? Я не хочу никому причинить вреда, кроме Питера и Уильяма, но ты же понимаешь, о чём я говорю, верно?»

«Ловушки ранят и убивают». Работая киркой, Пен разрушила еще один участок, который он отметил для сноса. «И монстров тоже».

"Монстров?" Он еще раз взглянул на меню. Пен, похоже, не хотел сразу вдаваться в подробности.

Следующий участок сломался, и Пен огляделась, оценив проделанную работу. «Монстр. Другой навоз. Дикие. Монстр». Она плюнула себе на руки и вернулась к работе.

Он ненавидел необходимость ловушек, но если ему нужно было отгонять что-то, кроме искателей приключений, то что-то ему всё-таки понадобится. Он ткнул в давящую ловушку, а затем в два участка туннеля, ближайших к сердцу. Ловушки не встали сразу, они просто светились зелёными контурами, указывая ему, где они будут находиться; как при копании Пен.

«Как тебя зовут?» — спросила его Пен.

"Ты подумаешь, что это отстой. Трэвис. Я даже не знаю, как я до этого дошёл или стал таким. Ещё неделю назад я был просто человеком."

Пен на секунду отложила топор и вернулась к краю туннеля, чтобы посмотреть на Трэвиса. «Теперь ты в подземелье».

«Да, и теперь ты кобольд».

Она сверкнула клыками, широко улыбаясь. «Мы оба облажались». Повернувшись, она схватила кирку и вернулась к копанию. «Кобольды расставили еще больше ловушек. Мерзких ловушек».

Взглянув еще раз на состояние, Трэвис вновь заметил, что у него +2 ловушки и -2 монстра. «Там, откуда я родом, нет подземелий, но есть игры, которые похожи на подземелья. Я пытаюсь разобраться в этом».

"Игра? Странная игра. Убедись, что все в порядке." Пен снова покачала головой. "Глупый рот. Победа."

«Да. После того, как эти ловушки будут установлены, вам понадобится где-нибудь спрятаться. Тогда эти стрелки не смогут вас поймать». Взглянув на свой план подземелья, Трэвис заметил проблему. Остановив работу над двумя ловушками, он сделал еще один заказ на выемку грунта, чтобы добавить небольшой изгиб в конце, а затем установил ловушки перед ним. «Э-э, ты можешь сначала поработать над этим участком?»

Пройдя до конца вырытого ею туннеля, Пен оглянулась на свое сердце. «Хороший план. Еще ловушки». Быстро сократив расстояние до этого места, она прищурилась, глядя на то место, где должны были быть две ловушки. «Хорошая ловушка. Поставь яму перед ней».

«Яма? Точно, значит, они вылезают из ямы и попадают в эту штуку. Добавлю это».

Пенелопа никогда раньше не слышала о говорящем сердце из подземелья, но она и не пыталась. Узнать, что это сердце человека, было вдвойне странно. Но больше всего её поразило то, что Трэвис не слышал о подземельях, а играл в игры на эту тему.

Она размышляла, пока работала. Ловушки она знала достаточно хорошо, разобрав немало за свою жизнь, но ее удивило, как быстро ее разум начал искать способы их усовершенствования. Она задумалась о том, как можно было бы закрепить предметы или одежду в ловушках-дробилках, используя слизь, а в ямных ловушках действительно следовало бы установить шипы на дне.

Но для создания шипов и липкой слизи потребуется потрудиться. Ей понадобится место, где можно будет сварить слизь, чтобы она стала особенно липкой, и сама слизь. Для создания шипов потребуется топор и бревна.

Для неё было невероятно расслабляющим занятием копать. Это было чистым катарсисом на многих уровнях, ей казалось, что она могла бы копать и копать бесконечно, и ей бы это никогда не надоело. Она знала, что это часть работы работника подземелья.

«У вас есть ловушка для дротиков?» Оглянувшись назад по коридору, Пенелопа провела когтистой рукой по только что возведенной стене. «Вот сюда». Ей оставалось лишь немного подождать приказа о появлении ловушки. Построить ловушку оказалось на удивление легко. Казалось, каждый раз, когда она смотрела вниз в поисках следующей детали, она уже была на месте.

«Для ловушек нужны запчасти поз.. — позже». Она поймала себя на мысли, что вот-вот начнет рычать и лаять. Говорить становилось все легче, хотя она не хотела испытывать себя на прочность, произнося слишком много слов. «Нужно больше кобольдов».

Это было правдой. Кобольды никогда не были одни — за тобой всегда стоял десяток других с кинжалами, копьями, копьями с кинжалами, кинжалами с копьями, и всё это было обмазано чем-то мерзким, чтобы измотать тебя.

Всё это звучало как самое веселое развлечение на свете. "Кобольд проникает мне в голову."

«Я не знаю, как сделать ещё. Здесь нет ничего, что я мог бы использовать, чтобы сделать ещё. Твой случай был всплывающим окном, и я постарался убедиться, что там не написано, что она тебя убьёт или что-то в этом роде, прежде чем нажать «да». Интересно, сработает ли это снова? Например, ты можешь притянуть кого-нибудь к моему сердцу, и я смогу превратить его в кобольда?»

«Опасно. Если они меня убьют, то убьют и тебя». Без проблем обойдя спусковые механизмы своих ловушек, Пенелопа снова направилась к туннельному лабиринту.

Он помолчал некоторое время. Этого времени ей хватило, чтобы закончить лабиринт и даже заполнить центральные части, чтобы людям пришлось обходить его полностью. "Ты в порядке?"

«Просто не привык этому… Жизнь у меня не такая опасная, понимаешь? Конечно, люди умирают, но никто на работе не пытается убить меня».

Пенелопе показалось, что он испуган, и она невольно задумалась, из какого странного места он родом, где нет подземелий или, ну, плохих людей. Ей пришлось уворачиваться от ловушек и обходить двойной поворот, который прерывал линию обзора, ведущую к его сердцу.

«Ты родом из хорошего места». Она подошла к нему и обняла его за сердце. Он был напуган и переживал то, о чём она даже не подозревала, но он показался ей хорошим человеком — особенно учитывая, что он спас ей жизнь. «Я защищу тебя».

«Да, и я тебя тоже защищу».

Услышав его более весёлый голос, Пенелопа разжала объятия и пожала плечами. «Нужно где-нибудь поспать. Как хорошо ты играешь?»

Отдавая ей новые приказы, Трэвис сказал: «Довольно неплохо. Секрет заключался в том, чтобы запомнить, что есть в каждой области, и адаптировать подземелье под неё — чего я здесь сделать не могу, потому что не знаю, что меня окружает. Поэтому я…»

«Да, но я знаю, что там вокруг. Твой вход довольно хорошо спрятан, остальные бы его не нашли, если бы у меня не было хитростей поиска подземелий. Ты расположен у подножия горного хребта, окруженного лесом. Немного потрудившись, я могла бы нагромоздить ветки и камни у входа, чтобы еще лучше нас спрятать».

Несмотря на свои габариты, Пенелопа не могла не удивляться тому, насколько сильной она себя чувствовала. Кирка была почти невесома в ее руках и она с легкостью размахивала ею по камням и утрамбованной земле.

«Вероятно, лучше всего будет занять выжидательную позицию и изучить как можно больше вариантов развития дерева навыков, прежде чем появятся новые возможности. Когда же что-то всё-таки появится, мы обязательно научимся с этим справляться».

Слова Трэвиса немного смутили Пенелопу. Она поняла обрывки его слов, но чувствовала, что многое упускает из виду. «Хорошо, но что это значит?»

«Так, без геймерского жаргона. Поэтому мы будем прятаться, напичкаем это место ловушками, а я постараюсь придумать, как построить максимально эффективную оборону».

«Нам нужны ресурсы извне. Дерево, еда, может быть, что-то ещё». Повторяющийся ритм ударов её кирки по пещере Пенелопе, казалось, совсем не нравился. Эта песня пульсировала и танцевала в её крови. «И кожу тоже. Хотя мы могли бы заманивать животных внутрь и добывать еду и кожу».

Ее постоянно удивляло то, что после завершения работ не оставалось ни камней, ни земли, и стены были прекрасно укреплены.

«Здесь я вижу только древесину и еду. Кожа, наверное, появится позже. По-моему, на одного рабочего уходит одна единица еды в день. У меня осталось семьдесят шесть единиц еды, так что беспокоиться не о чем».

«Когда мне удалось превратить тебя в кобольда, дело было в каком-то катализаторе. Знаешь, что это было?»

«Понятия не имею. Я была немного занята тем, что умирала и все такое». Пенелопа все больше доверяла своим словам. Она все еще чувствовала желание залаять и зарычать, но могла контролировать это, пока была сосредоточена на раскопках. «Что могло бы стать катализатором?»

«Ты, наверное, знаешь больше меня. Всё это ужасно запутанно. Наверное, когда мы находим кого-то, кто хочет потусоваться с нами, крутыми ребятами, мы попытаемся воссоздать то, что случилось с тобой. Ну, за исключением того, что мы их не застрелим».

Ей нравился его образ мышления, пусть и странный, и его шутки, хоть и порой мрачные. Съёжившись в углу своего нового дома, Пенелопа тихонько вздохнула с облегчением, что ей удалось избавиться от двух худших влияний в своей жизни — пусть для этого ей и пришлось умереть.

Пенелопе потребовалось три дня, но наконец она сумела должным образом замаскировать вход. Большую часть отверстия закрывала срубленная ветка, похожая на ту, что была оторвана от соседнего дерева, а листья и прочий мусор сверху создавали впечатление, что этому нагромождению уже много лет.

Её раздражало ощущение, будто на её спине нарисована мишень. В подземелье ей было комфортно , а в лесу она чувствовала себя совершенно беззащитной. "Ты меня слышишь?"

«Более того, я могу видеть твоими глазами даже там, снаружи. Отлично поработала над входом. Единственными людьми, которые, возможно, смогут его проверить, будут туристы, ищущие древесину для костра».

Он был настолько наивен и доверчив, что Пенелопе хотелось дать себе пощёчину. Та сцена разыгрывалась в её снах каждую ночь с момента её «смерти». Все варианты развития событий. Что, если бы у неё был запасной талисман? Что, если бы она была чуть осторожнее и держала свой единственный талисман поближе? Что, если бы она не говорила им не брать задания, которые она не хотела брать?

Вопросы продолжали крутиться у нее в голове во время работы. Спокойствие и умиротворение, которые давала ей работа на Трэвиса, идеально подходили для того, чтобы разбирать все по частям, пока наконец у нее не возник настоящий вопрос: а что, если она никогда никому не доверяла?

Но ей приходилось. Были вещи и люди, которым нужно было доверять. Маги, управлявшие системой талисманов, жрецы, которым ты платил за воскрешение, и, как правило, друзья, с которыми ты путешествуешь. Всем им нужно было безоговорочно доверять свою жизнь.

Опустившись на четвереньки, она проползла сквозь кусты, скрывавшие часть входа, и оказалась внутри, снова в чудесной темноте. Это было похоже на то, как будто она снова надела доспехи или вошла в город, где патрулируют настоящие стражи — она ощутила безопасность.

После всего, о чём она думала, касательно недоверия, она почувствовала непреодолимое желание довериться Трэвису. «Хорошо, с безопасностью разобрались. Теперь нам нужно убедиться, что у нас не закончится еда, и начать добывать кожу. Поднимись в боковую комнату от этого входа и поставь там ловушку-яму».

«Нам понадобится приманка и какой-нибудь способ справиться со всем, что упадет в яму».

Ее забавляло, что Трэвис не хотел причинять людям вред, но без проблем построил яму для ловли животных. «Если бы у нас была комната для работы с деревом, я бы сделала шипы для ямы и повесила бы табличку, предупреждающую людей о ловушке».

Получив приказ вырыть ловушку, Пенелопа взяла свою кирку (которая лежала чуть вне поля зрения, сбоку, хотя она её там и не оставляла) и принялась за новый туннель из двух комнат. Как только она закончила строить ловушку, её охватило желание получить ещё один приказ. «Ты разобрался?»

«Да. Я нашел меню с помещениями, которые могу построить. Лесопилка, плавильный завод, кожевенный завод… Здесь много пунктов. Не знаю, сможем ли мы вообще нанять достаточно кобольдов, чтобы заполнить здания рабочими. И спасибо за идею с табличкой».

Пенелопа пожала плечами и пошла дальше в подземелье, обходя ловушки, и наконец добралась до его задней части. Вытащив кирку, она начала копать. «Тебе, вероятно, понадобятся туннели. Все эти места имеют для тебя первостепенное значение, и нам нужен к ним легкий доступ. О, ты собираешься проложить туннель».

При каждом ударе киркой Пенелопа, разминала плечи, для нее казалось, совершенно естественно продолжать копать.

----------