Клан Ло когда-то был силён, но теперь едва держится на плаву. Глава клана рассчитывал поправить дела браком: выдать свою одарённую дочь за сына одной из старейшин могущественной секты Моён. Союзу не случилось — девушка достигла стадии, на которой мастер обретает бессмертное тело, но перестройка тела лишает его способности иметь детей. Для Моён это была главная причина сделки, поэтому секта не только отказала клану Ло в поддержке, но и заговорила об истреблении. В отчаянии глава Ло предложил в женихи своего бездарного сына Ёнсу — дочери старейшины Моён. Та в ответ дала насмешливый срок: Ёнсу должен подняться до её уровня и уровня ученицы старейшины.
— Магё Тяньлун – демон глупец!
— Сдайся и прими казнь с остатками чести!
— Ты окружён Восемью Звёздами Небесного Альянса, четырьмя мастерами Атласа и Почтенным Ёнмуном, больше некуда бежать!
Тяньлун стоял на пустом пространстве, напоминающем небо без облаков, без видимой земли под ногами.
Небо вокруг покрывали парящие тела мастеров, которым небыло видно края.
Перед его взором стоял молодой на вид мужчина с чёрными как смоль волосами и в белом, как облака одеянии – Святой Ёнмун, за ним четверо великих мастеров Атласа, а вокруг него восемь глав кланов, входящих в Небесный Альянс готовившие свои заклинания.
Всё его тело состояло будто бы из разбитых осколков, сцепленных друг с другом, с расщелин которых вытекала алая кровь, также по всему телу росли белые, как пепел ветви.
Даже то, что ещё можно было назвать телом, больше походило на разложившийся труп с проглядывающими костями.
Но помимо этого, его тело и душу разьедал яд секты Тан, область разума была подавлена искусствами Шаолиня, меридианы были разрушены мечом главы Хуашань.
Его верхний Даньтянь был разрушен Искусством Девяти Духов секты Моён.
Его средний Даньтянь был разрушен Высшим Проявлением Инь и Ян главы секты Удан.
Его нижний Даньтянь был разрушен Праведным Морем главы секты Намгун.
Чёрное Демоническое ядро было расколото и разрушено до основания четырьмя мастерами Атласа.
И наконец.
Бессмертный Дух был разрушен Святым, стоящим перед его взором.
Единственное почему он ещё жив, это его неисчисляемая ци и жажда прожить хоть на мгновение дольше, поддерживающие в нём жизнь.
Святой Ёнмун решил заговорить с демоном.
— В битве с тобой пало три миллиарда мастеров! В одной битве пала большая часть всех сил нашего альянса. Эту потерю тебе не восполнить никогда.
Жертвы были действительно гигантскими не только для нижних царств, но и для высших.
С явной насмешкой Тяньлун ответил.
— Ты смеешь говорить о потерях со мной? А как же мои "драгоценные" люди, что пали от твоей руки?
— Всё ещё находишь силы насмехаться? Открой же глаза. Твой демонический культ Магё был полностью уничтожен вместе с прилегающими к нему сектами, как в высшем царстве, так и в твоём родном царстве смертных. Ты потерял всё! Зачем ты продолжаешь держаться за свою презренную жизнь?
Тянлуну нечего было ответить. Он действительно потерял всё. Его непомерные амбиции и дьявольские методы привели лишь к полному уничтожению.
Его секта разрушена.
Его последователи, идущие по тому же пути, истреблены подчистую.
Несметные богатства разграблены.
Сокровища Дхармы уничтожены.
Всё что когда либо было связано с ним – стёрто в пыль.
«В конечном итоге, не осталось ничего.»
Ему некого было винить в своём падении. Виновник был один и это он сам.
— Я действительно потерял всё. Но я ни о чём не жалею. Вы не более чем кучка идиотов, что отказалась от желанного пути ради мнимой гордости и чести. Мне стыдно даже смотреть на ваши лица. Достигнув такого огромного срока жизни, я понял как же она коротка. Мои прожитые годы... нет, даже если сложить годы жизни всех присутствующих, это не будет и песчинкой в пустыне времени. Так есть ли смысл противиться желаниям?
Его слова лишний раз вызвали омерзение у присутствующих.
— Я позволил тебе в последний раз покаяться. Но если ты отвергаешь и эту милость, я просто приведу в исполнение казнь. В войне устроенной тобой более пяти тысяч смертных лет назад, смертей было столь много, что никому не дано их подсчитать. Это меньшее, что я способен для них сделать.
— Перестань смешить меня! Говоришь так, будто я стану сожалеть. И не строй из себя благодетеля. Может их ты одурачил, но я всегда вижу родственную душу.
В следующее мгновение Над головой Магё Тяньлуна появилась пагода, чей цвет столь же чёрный как сама ночь.
Через мгновение пагода уже накрыла Тяньлуна, отрезав его от внешнего мира, испуская огромные массивы ци.
— Жалкая попытка отсрочить неизбежное! Использовать последнее сокровище, чтобы защититься – верх твоего отчаяния.
В руке Святого Ёнмуна появился семицветный свет, принимающий форму меча, возвышаясь прямиком в небеса.
*Удар*
В следующий момент, семицветный меч обрушил удар на пагоду.
*Треск*
*Треск*
*Треск*
По всей пагоде разрастались трещины, вызванные ударом Святого.
*Хрясь*
Девятиэтажная пагода разбилась на мельчайшие куски, оставив Тяньлуна наедине с бесчисленными мастерами окружающими его.
Но.
На лице Тяньлуна была видна улыбка, что появляется лишь на лике безумца.
— Я так и знал, ты не сможешь удержаться и разрушишь её одним ударом. Прощай!
Осколки от пагоды начали собираться вместе, а вместе с ними и ци семицветного меча, образовав некую сферу в руках Тяньлуна.
Затем.
Святой был мгновенно скован некими тёмными цепями, поглощающими свет напротив демона.
При этом из его тела стала вытягиваться ци, мгновенно полгощаясь сферой.
Его ци переливалась в семи цветах, таких же, как и меч, разрушивший пагоду.
Всё произошло настолько быстро, что никто не успел отреагировать должным образом.
Лишь четверо мастеров Атласа успели ринуться к ним.
Но
Нечто не пропускало их, не барьер, ни какая-то защита, будто чья-то воля запрещала им приблизиться.
Однако, на лице святого не дрогнула и бровь.
— Пересобрал сокровище в эти цепи? Да так, что я не заметил? Интересно, когда ты успел. Но, это не сможет долго меня сдержать. Что ты задумал?
Затем.
Таньлун обратил взор на небо.
— Я даю подношение.
На всё окружающее пространство распространилось давление, не позволяя никому из бесчисленных мастеров пошевелиться, включая святого Ёнмуна.
«Это чувство. Оно напоминает...»
— Этот демон смиренно просит о спасении у великого Бессмертного!
— ...!?
— Что задумал этот безумец? — произнесла глава Тан, едва в силах двигать ртом.
Внезапно.
*Ву-у-м*
В небе, высоко над головами всех мастеров появился гигантский разлом, из которого показался [глаз]. Серый, словно пепел.
— ....*
— ....*
— Э-это... Глаз Бессмертного!
У всех мастеров хлынула кровь из семи отверстий и едва терпимая боль окутала их тела. Никто не мог произнести и слова.
::: Для чего ты призвал нас, смертный? :::
В разуме Тяньлуна раздался голос бессмертного.
Тяньлун опустился на колени и сложил правую ладонь в молитвенном жесте, не отрывая взгляда от [глаза].
— Этот недостойный просит о спасении.
Даже созерцание Бессмертного приносило невиданную боль... нет, само его присутствие приносило мучение.
Из семи отверстий Тяньлуна также сочилась алая кровь, но он не отрывал взгляда, выказывая уважения.
::: Какую цену ты готов заплатить этому Бессмертному? :::
Тяньлун, не отрывая руку от монашеского молитвенного жеста, опустился на колени.
Опустив левую руку, он позволил, только что созданной сфере опуститься под его тело.
Цепи, поглощающие свет, также отступились от тела святого и были поглощены в сферой, но из-за влияния Бессмертного, Ёнмун не смог двинуться.
Затем
Сфера начала разрушаться.
*Треск*
*Треск*
*Хрясь*
Разрушившись, из сферы начала расползаться тёмная мгла, охватывая всё пространство подо всеми мастерами до видимого горизонта.
Из бесформенной мглы начали вырисовываться деревья, деревенские дома, луга и прочие составляющие обычного мира, но поглощая свет, всё это было пустой тьмой.
Но вдруг, по всей этой теме, словно краски, стали расползаться цветные линии, испускающие семицветный свет.
Взирая на это гротескное зрелище, святой понял, что это было.
— Это Бессмертное сокровище было создано из великого артефакта, Пагоды Дня и Ночи и ци семи эмоций. Это великое подношение достойное Бессмертного.
Взирая на это зрелище, никто из мастеров не мог не скрыть восхищение, несмотря на ненависть.
«Что же ты создал?»
::: Этого мало :::
— ....?
«Что?»
::: Подобного достаточно только для явления этого Бессмертного :::
Впервые за долгое время, на глазах Демона появился ужас.
«Этого... недостаточно? Я создал бессмертное сокровище, но этого всё равно мало?»
::: Смертный жаждет избежать смерти за безделушку? Не неси глупость из своего рта! Этот Бессмертный жаждет узреть истинную жертвенность :::
Сжав челюсти, Тяньлун погрузил руку в свою грудную клетку.
Затем.
*Хрус*
Тяньлун вырвал из своей груди нечто на уровне души, напоминающее сердце.
— Это сущность моего сердца. Этого хватит Бессмертному?
Мастер его уровня не чувствует боль, но вырывание души и созерцание Бессмертного приносили мучения совсем иного уровня, выше привычной боли.
::: Этого хватит :::
На месте Тяньлуна образовался второй разлом в пространстве, затягивая того в себя.
Всё тёмное гротескное Бессмертное Сокровище, словно холст покрытое семицветными линиями света, сузилось до размера капли и влетело в [глаз] Бессмертного.
За ним последовала сущность сердца в руке Тяньлуна.
[Глаз] Бессмертного также исчез, а вместе с ним и давление, отрезающее демона от мастеров.
**
Глава Тан, выдавила из себя слова, поняв куда вёл разлом, втягивающий демона.
— За Ним! Пожертвовал последним сокровищем, чтобы заключить сделку с бессмертным и сбежать в смертное царство? Как же ты отчаялся.
Всё мастера, мигом набросились на демона, включая святого, на лице которого застыл шок.
«Для призыва Бессмертного нужно как минимум провести длительный ритуал. Когда ты смог это сделать?»
Будто игнорируя их порыв, Тяньлун начал говорить.
— Слушайте все вы! Я осознаю, что заслужил всё ныне случившееся, но и ваш "Святой", которого вы так почитаете, за которым готовы следовать, не меньший монстр чем я. Запомните эти слова и пожалейте, что не послушали их сейчас. Доставьте мне хотя бы эту радость.
Даже Святой Ёнмун не успел догнать Небесного Демона Тяньлуна и разлом мгновенно закрылся.
Даже скорость Святого, не смогла угнаться за ним.
— Проклятье! Он сбежал.
— Целый смертный год в этой бойне и всё пришло к этому?
Все мастера, присутствующие на поле боя, начали возмущаться, но голос святого прекратил их разговоры.
Едва стерев шокированное лицо, Святой Ёнмун обратился ко всем мастерам.
— Послушайте меня! Небесный Демон Тяньлун сбежал от нас, но отчаиваться не стоит. Ему не восстановить столь серьёзные раны, оставленные нами. Бессмертный лишь открыл проход в низшее царство. Переход между царствами без поддержки, это огромное смертельное давление даже для Святого, а с его ранами, он даже этого не способен пережить. Всё ныне призошедшие, не более чем суета на смертном одре.
Мастера начали успокавиваться.
Глава Хуашань добавил к словам Ёнмуна.
— Да, Действительно! Почтенный Ёнмун прав, даже Святые не способны переходить между царствами в одиночку. Тем более речь идёт не о возвышении в высшее царство, а о падении в нижнее, что практически невозможно. Он не может выжить после такого с его то ранами. Это просто невозможно, но даже если он сможет пережить переход, то просто скончается от нанесённых увечий его душе, телу и всему, что только можно. К тому же, яд главы Тан всё ещё разъедает его.
Четверо мастеров Атласа, не проронили ни слова, но их лица выражали успокоение.
Мастера покрывающие всё небо стали переглядываться и переговариваться.
— Да, действительно. Но, это означает...
— Мы одолели это чудище!
Всё мастера начали ликовать от победы над монстром, кошмарившем бесчисленных жителей высшего царства.
На их лицах появились слёзы, кто то опустился на колени.
Все радовались победе и оплакивали погибших родных, друзей, братьев, сестёр детей и родителей.
Перед лицом монстра, чью силу прозвали божественной, объединились десятки рас и сект, сформировав Великий Небесный Альянс, чья боевая сила насчитывала бесчисленных мастеров.
Но даже с такой силой, жертв оказалось слишком много.
— Наконец-то, всё кончено!
**
Тяньлун, больше похожий на искалеченного цзянши, летел в пустом пространстве держась за грудную клетку.
«Проклятье! Неужели я так и умру, оставшись в дураках? Чёртов Бессмертный, если бы я не отдал сущность сердца, мог бы залечиться, хоть и ценой культивации.»
Летя в пустоте, его глаза стали смыкаться от приближающейся смерти, а тело распадаться от давления.
Как вдруг.
«А?»
Прямо за ним летел белый [волос], тонкий как нить и длинный как сотня змей.
— Так вот оно что. Хоть какую-то помощь ты оказал, Бессмертный.
Волос стал увеличиваться в длине и словно кокон, опутал тело демона.
«Он лишь поможет добраться до моего родного царства, но не залечит меня.»
Проблема с побегом и путём была решена, но оставалась последняя.
Как выжить после этих травм?
На широком плато находился главный павильон клана, состоящий из трёх дворов, окутывающих друг друга словно кольца, закрытые друг от друга каменными стенами, а в самом центре находился внутренний двор с возвышающейся резиденцией, в главной комнате которой стояли два человека.
— Глава Ло, как это понимать, мы планировали объединить кровь наших семей более 30-ти лет и теперь вы говорите, что ваша дочь не может выйти за моего сына из-за "неожиданного" обретения бессмертного тела? Да как вы можете так говорить? Я шла вам на уступки бесчисленное количество раз, я не один раз переносила дату свадьбы из-за её капризов, я поддерживала ваш умирающий клан годами!
Глава клана Ло не мог выдавить из себя ни слова, его отчаявшийся взгляд устремился на рабочий стол, за которым он работал более 60-ти лет, это помогало ему успокоиться в трудные времена.
Смотря на него он невольно вспоминал все свои прожитые 140 лет жизни, такой долгий по обычным меркам срок, совсем не отразился на его теле и внешне он выглядел всего на 30 с небольшим.
Семья Ло славилась крепким телосложением и чёрными как ночь длинными волосами, но Ло Вуцзи не обладал ничем из этого. Его тело можно было назвать не более чем средним для мастера боевых искусств, от чего он носил закрытые одеяния тёмно синего цвета, а волосы были коротки и имели цвет земли.
Высокой силой, в сравнении со своим братом, он также похвастаться не мог. Однако несмотря на это именно он стал главой целого клана.
Глава провинциального клана Ло, более тридцати лет назад заключил договор со старейшиной секты Моён, по которому его клан присоединится к секте Моён и станет его дочерним активом.
Основанием для договора послужил невероятный талант его старшей дочери её и большой врождённый запас ци, эти качества перевесили разницу в положении кланов на мировой арене и одна из старейшин клана Моён, Моён Ран, дала добро.
Разумеется дело было не только в её таланте, а в том, что этот талант мог передаться её детям, усилив кровь семьи Моён.
Моён не был кланом боевых искусств. Он был сектой мастеров, которых называют культиваторами, в честь термина взращивания даров земли.
Им не были нужны боевые мастера в роду, но была одна деталь, что полностью изменила ситуацию.
Моён практиковали метод запечатывания духовных Корней своих детей ещё в утробе, после чего до пятидесяти лет они должны были практиковать методы боевых искусств, параллельно, незаметно для себя, культивировать свой духовный корень, по истечению срока, возвышая своё царство на высокую ступень.
Для них, действительно был важен талант боевых искусств.
Эта сделка была крайне выгодна обеим сторонам. Семья старейшины Моён усилит свою кровь, а также положение в секте за счёт присоединения некогда влиятельного клана.
Клан Ло же получит полное покровительство одной из влиятельнейших сект, что позволит вывести клан из длительного упадка, а связав кровь с влиятельной семьёй Моён, получит доступ к их секретным методам, что только утвердит его положение.
Но все эти прекрасные амбиции в один миг разбились о реальность, ведь дочь главы Ло, Ло Сонха, обрела бессмертное тело.
Это высшая сфера, к которой стремятся все мастера боевых искусств, но в их положении, это была отвратительная насмешка судьбы, ведь у пути совершенствования боевых искусств есть один неприятный эффект, чем дальше воин заходит в постижении, тем труднее ему завести детей, если за 20 лет у него родится хотя бы 1 ребёнок, это настоящая удача, а с получением бессмертного тела, зачатие детей и вовсе становится невозможным.
Талант, который должен был стать надеждой для клана Ло, сам разрушил эту надежду.
— Мне долго ждать ответа, глава ло? — Разъярённо выкрикнула собеседница.
— Каким образом вы планируете компенсировать потерянные 30 лет, моё время и ресурсы, которые я вкладывала?
На самом деле глава Ло не знал как исправить ситуацию, а от вопроса старейшины Моён, он начал быстро перебирать в своей голове множество вариантов, но ситуация всё равно казалась ему неисправимой, пока вдруг его не посетила безумная идея, больше похожая на последние вздохи умирающего зверя.
— У меня ещё есть мой младший сын Ло Ёнсу, а у вас есть младшая дочь Моён Хён. Мы ещё можем объединить наши семьи, если скрепим их брачными узами, а талант мастера, как известно может передаться не только от родителя к ребенку, но и к детям родных братьев и сестер.
Особенностью пути дао, также является передача таланта между поколениями. Для наследования таланта необязательно быть ребёнком сильного даоса, достаточно иметь одну кровь и родится после достижения даосом высот.
Эту особенность называли Божественной Кровью.
Немного подумав старейшина Моён ответила.
— Вы предлагаете связать мою талантливую дочь узами брака с мальчишкой, который едва ли равен обычному ученику? Я слышала, он обладает неплохим умом в свои ранние годы, но это всё. Вы собираетесь сделать из меня посмешище?
— Прошу, старейшина Моён, не стоит так злится, может мой сын и не настолько талантлив как Сонха, но я увере...
Не успев договорить, старейшина секты Моён выпустила ауру давления ци, подавив речь собеседника.
Казалось, будто вся комната затряслась от её гнева, её темно синее одеяние, полностью покрытое золотыми узорами, начало развиваться от её давления с такой силой, что казалось, будто даже ткань способна срубить голову собеседнику.
Было ясно, между главой Ло и старейшиной Моён огромная разница, хотя она была младше его на целых 46 лет, такова была разница между великой сектой и провинциальным кланом.
— Я сыта по горло вашими обещаниями. ваша дочь была необычайно талантлива и могла передать этот талант моим внукам, только поэтому я решила выдать её за своего сына, иначе я бы даже не допустила возможности объединения своей семьи с кровью отщепенцев, она была исключением из правил, и теперь вы предлагаете выдать мою дочь за подобного человека?! видимо вы сильно возгордились своей Божественной Кровью после трёх удачных личностей!
После своих слов старейшина Моён постепенно начала снижать давление от своего гнева, было ясно, она обдумывает предложение.
После минуты раздумий, она сказала.
— Я даю вам 15 лет! Если за это время ваш сын встанет на уровень с моей дочерью и сможет победить её в равном бою, я выдам за него свою дочь и наши кланы официально объединятся. Это последний раз, когда я иду вам на уступки.
После этих слов старейшина Моён молча встала и собиралась уйти, оставив главу Ло наедине со всем сказанным, но у выхода она обернулась, чтобы сказать завершающие слова.
— В течении этих 15 лет можете не мечтать о поддержке клана Моён, в частности на любую помощь от меня.
Глава Ло понял, она дала такой маленький срок и лишила поддержки не просто так, это была своеобразная месть, за упущенную возможность, она понимала, юнец едва сравнимый с обычным внутренним учеником не сможет догнать её дочь и ученицу даже за сорок лет.
Это всего лишь насмешка, чтобы дать подобие надежды и заставить нас немного побегать, подобно курице без головы.
— А также.
— ....!
— Вы должно быть забыли, что такое гнев культиватора.
*Взрыв*
С этими словами, она разнесла дверь, вместе со стеной в порошок одним ударом, после чего вылетела из образовавшейся дыры, взмыв в воздух.
— ....! Старейшина Моён! Что вы...?
Из созданной дыры, открывался вид на три высоких поместья, в которых жили одни из восьми старейшин клана Ло.
В следующее мгновение, он понял, что она собиралась сделать и вскочил со своего места, едва подавляя панику.
— Прошу вас! Остановитесь!
Но было поздно.
Моён Ран протянула руку в их сторону и из неё вырвались три золотистых сгустка, огромной духовной силы, устремляясь в здания, а за её спиной образовался сияющий золотой ореол.
— Принесите же плату за моё оскорбление.
*Взрыв*
*Взрыв*
*Взрыв*
Всё три здания были взорваны, вместе со всеми слугами.
Глава Ло уставился на это зрелище раскрытыми глазами, не в силах помешать.
После взрыва трое старейшин, уцелевших после взрыва были притянуты к Ран тремя золотыми духами.
— Кхэ-кхэ. Госпожа Моён, чем мы заслужили ваш гнев?
— Молю вас, смилуйтесь над этими смертными.
— Прошу вас, проявите милосердие.
Старик с бледным лицом, женщина с серебристыми волосами и мужчина крепкого телосложения, быстро поняв ситуацию, с застывшим ужасом на лицах, пытались задобрить культиватора перед ними.
Но...
На лице Ран не дрогнула и губа. На её лице по прежнему виднелась едва заметная, лёгкая улыбка, но с гневными глазами, из которых сочился золотой свет, создавался безумный образ.
— В следующей жизни... нет. Вы не достойны слышать мои наставления. Заплатите свою цену молча, забойный скот.
— Нет! Прошу вас...
— Молю, передумайте...
— Кхааааааа...
Золотые духи начали сжимать их тела, медленно ломая кости. Ран могла убить их мгновенно, но она хотела заставить главу Ло страдать.
В конце концов, тела старейшин взорвались, а золотые духи поднесли их головы к главе Ло, тчетно наблюдающего за зрелищем.
Увидев перед собой головы самых близких и верных ему старейшин, глава Ло начал изливать из глаз едва заметные слёзы.
Направив взгляд вверх, он увидел величественную фигуру в золотом свете, с золотым ореолом и светящимися золотом глазами.
Едва заметная нежная улыбка, стала чуть шире, а глаза излучали эмоцию удовлетворения.
— Если через пятнадцать лет, вы меня разочаруете, я повторю сегодняшнее со всем этим местом.
Ло Вуцзи ощутил ужас, но сглотнув недовольство произнёс.
— Прощайте старейшина Моён Ран. Мы вас не разочаруем.
— Прощайте глава Ло Вуцзи.
Моён Ран улетела по небу от оставленных разрушений.
После прощания с гостьей, Ло Вуцзи посмотрел на территорию павильона, некогда одного из влиятельнейших кланов в провинции Фуцзинь, ныне пребывающего в упадке.
Затем он повернулся к головам трёх с арейшин, что помогали ему в его пути ещё до своего становления.
— Спасибо вам, что были со мной до конца.
Затем он снова перевёл взгляд на павильон.
— Похоже клану Ло суждено исчезнуть из Мира. И когда всё пошло не так? Когда война пришла в эти земли? Когда долгие зимы стали забирать весь урожай? Когда я заключил ту сделку 30 лет назад? Когда мой отец был отправлен тем мастером? Или ещё раньше? — грустно пробормотал глава Ло, в его глазах не мелькала надежда.
Смотря на упадочный клан, Ло Вуцзи заметил своего младшего сына тренировавшегося на площадке внутреннего двора. Навыки у него были не лучше чем у любого внутреннего ученика клана.
Сейчас он с ужасом смотрел на взрыв устроенный Моён Ран, упав на землю и выронив свой тренировочный прямой меч.
Он никогда не проявлял особого таланта и по настоящему серьезно не практиковал боевые искусства. Его много раз пытались учить, но все попытки не дали должного результата и в итоге все забросили это мёртвое дерево, всё что оставалось, так это учить его грамоте и искусству, а все надежды клана возложили на его сестру, которая уже к моменту рождения Ёнсу, заручилась поддержкой старейшин клана и зарекомендовала себя как нового главу клана.
Несмотря на разницу в отношении к ним, Ненависти между братом и сестрой небыло, в каком то смысле сестра заменила ему умершую родную мать.
Даже его имя "Ёнсу" было дано ему именно сестрой, росшей на рассказах и мифах о мастерах боевых искусств.
Её любимой книгой был "Эпос о ките Ёнсу", которую часто читала ей покойная мать. После смерти которой, она решила назвать своего брата в честь любимой книги. Отец был крайне против такого желания своей дочери, но в итоге после долгих уговоров, он сдался и позволил сестре назвать брата как она хочет.
Книга представляла из себя сборник рассказов об огромном Божественном Ките, царе мифического моря Лайллак на которого охотились бесчисленное количество мастеров и даже бессмертных культиваторов, по силе напоминающих богов.
Но все они потерпели поражение и либо ушли ни с чем, либо канули в бездонном океане.
Мать обоих детей умерла вскоре после рождения второго ребенка Ло Ёнсу, от неизвестной болезни.
Она была наследницей одного безызвестного клана, с которым нынешний глава заключил союз путем бракосочетания. На момент смерти ей было 86 лет.
Даже мастера боевых искусств могут жить очень долго и к моменту рождения Ло Ёнсу, его сестре уже было под 35 лет, что для детей могущественного мастера не большая разница, в мире нетрудно увидеть братьев с разницей в 60 лет и возрастом за 100 лет, при этом выглядящих как молодые мужчины.
Но даже при том, что такая разница считается невеликой, она показывала невероятный талант, что затмевал любые попытки Ёнсу проявить себя в чьих либо глазах.
На этом фоне он перестал стараться совершенствоваться и затерялся в толпе похожих учеников. Никто сильно и не возражал этому. Для них всё будущее было предельно ясно.
Но сейчас совсем другая ситуация, ему надо в кратчайшие сроки стать сильнее всего клана, вплоть до уровня старейшин, нет, главы.
Об этом думал глава наблюдающий за сыном.
Проблема в его дальнейшем обучении заключалась далеко не только в лени и узких временных рамках. Главная проблема была в том, что он с детства почти не занимался совершенствованием, а основные меридианы, необходимые для свободного использования ци и его равномерного распределения по телу, были крайне слабы и нестабильны, а лучше всего их формировать именно в детском возрасте, потому мастеров и обучают с детства.
Однако, настоящая практика боевого мастера начинается минимум с 15 лет. До этого лишь открытие меридиан и практика с оружием.
Во взрослом возрасте по прежнему можно сформировать и стабилизировать меридианы, но это будет куда труднее и опаснее для полностью сформированного тела, чем в юном и адаптивном теле. В противном случае ты нанесёшь непоправимый вред телу и можешь повредить сформированные меридианы, что скажется на всём дальнейшем пути.
«Даже если я попытаюсь распустить клан или спрятать сына, Моён Ран вероятно знает как найти всех.»
«Прости меня, Ёнсу.»
С этими мыслями Ло Вуцзи поклонился трём погибшим старейшинам, что были самыми лояльными к нему и поддерживали его весь путь.
Затем он отправил письмо своему старшему брату Ло Гуо, находящимся за границей провинции, в заснеженном лесу, на миссии по выслеживанию духовного зверя поедающего скот местных жителей.
В письме глава описал всю нынешнюю ситуацию и приказал немедля заняться обучением своего сына, иначе говоря, он сказал немедленно возвращаться в клан, позабыв о миссии с опасным духовным зверем.
«Думаю ты идеально подходит для обучения Ёнсу, ведь ты не только сильнейший представитель нашего клана, но и саиый близкий ему человек. Ближе даже меня и Сонха.»
Спустя 3 дня письмо дошло до мастера Гуо. Читая письмо мастер был шокирован развитием событий.
— Убийство старейшин?! 15 лет?! Истребление?! Они видимо решили посмеяться над нами, выдали такой маленький срок и хотят таких результатов? Совсем уже потеряла разум, мерзкая гадюка Ран! — Со злостью в голосе сказал 200-летний мастер, слезая с 10-ти метровой туши побежденного снежного барса.
Казалось, его не особо волновала смерть самих старейшин, но срок в 15 лет и угроза истребления вызвали у него ярость.
— Из твоей шкуры выйдет отличный подарок моему дорогому племяннику.
Затем он подошёл к извозчику, находившемуся в сотне метрах от себя.
— Слушай, мы возвращаемся в провинцию Фуцзинь, если повезёшь меня сейчас, дам 2 средних камня духа.
Камни духа - это неофициальная валюта, по сути своей это прозрачные камни, плотно наполненные ци. Изначально мастера использовали их чтобы быстро восстановить потраченную ци и получить временный стимулирующий эффект, но со временем люди заметили, что ци можно использовать не только для битв, но и для создания зелий, химических веществ и многих повседневных вещей, таких как макияж, мыло, лекарства, духи, также она может использоваться для создания клея, строительной смолы и многого другого.
Потому в каждом городе появилось полно лавок перекупщиков, покупающих сформированные камни и перепродающих их, разумеется они стоят не дёшево, потому вряд-ли можно найти бедного сильного мастера, хотя и создавать их непросто.
Для начала даосу нужно купить подходящие по размеру "призрачные камни", способные впитывать и хранить ци в больших масштабах, затем постепенно и концентрированно вливать ци в камень, всё время подгоняя скорость вливания под размер и форму камня, затем когда мастер заполнил камень на 90-95%, он должен оборвать вливающий ци канал, пока ци не заполонила весь камень.
Если допустить ошибку хоть на одном этапе, камень либо разрушится, выпустив всю ци на воздух, параллельно повредив духовные вены даоса, либо вся влитая ци просто вытечет, обнулив весь процесс.
Потому даже многие опытные мастера не могут делать больше одного духовного камня в день, это крайне трудоемкий и требовательный к опыту процесс, но и цена этих камней вовсе не мала.
Потому извозчик услышав такое предложение тут же всколыхнулся и с дрожащим голосом сказал.
— Д-да, господин... т-то есть нет. Погода ужасающе сердита. Давайте подождём до утра, пока она стихнет.
— Хрм... Ладно.
Пробормотал он, кинув два камня духа извозчику.
— Б-благодарю вас, господин.
Гуо тем временем схватил труп побежденного барса и поволок его в спасённую деревню, чтобы подготовится к утреннему отъезду и поспать.
При входе он первым делом показал жителям побежденного зверя и отдал его им.
— Судя по виду, ваша деревня сильно нуждается в деньгах, а это тело очень дорого стоит, я разрешаю вам его продать.
Радости жителям не было предела, один из жителей с радостью приютил мастера в своём доме, а другие жители приготовили кучу еды в благодарность за спасение.
Между тем он попросил их об ещё одной небольшой услуге и пошёл спать в комнату на втором этаже деревенского дома.
«После случившегося, весь клан должно быть на взводе. Проклятье! И как я должен начать его учить в таких обстоятельствах?»
Наутро к Гуо подошёл глава деревни и в благодарность за спасение подарил мастеру 3 женьшеня возрастом в 100 лет, достанные из хранилища сразу после возвращение даоса, а жители тем временем подарили корзину в которой находилось то о чём он их попросил вчерашним днём.
Погрузив вещи в повозку, Гуо попрощался с жителями и отправился в путь.
— Духовный зверь пожирающий скот? Почему ты отдаешь мне такую мелочь брат? Пошли туда пару учеников внутреннего двора и они принесут тебе голову зверя на тарелке.
— Будь это обычный зверь, я бы так и поступил, но в письме указано, что один из жителей деревни видел его своими глазами, когда тот воровал соседского козла. Он говорит, что тот был ростом больше любого их дома, а мёртвый козел в его рту, казался курицей в пасти тигра. Также сказано, что житель видевший зверя был стар, но всё равно пренебрегать этим не стоит.
— Иначе говоря, ученики могут с ним не справятся, а лишние жертвы нам ни к чему, особенно в нынешнее, неспокойное время.
— Именно. К тому же, звери таких больших размеров, обычно прощупывают границы дозволенного, поедая скот, а потом, когда убедятся в безопасности, поедают жителей деревень. — Вспоминал Даос Гуо при виде стоящего перед ним духовного зверя.
— А ведь старикашка не соврал, метров семь, не меньше — Усмехнулся Гуо при виде огромного снежного барса.
Через секунду зверь сделал рывок в сторону Гуо с последующим ударом лапой.
Мастер легко уклонился от удара и быстро нанес удар материализовавшимся в его руке копьем, пробил левую лапу зверя и тут же отбежал на расстояние тридцати шагов.
Некоторые мастера носят с собой артефакты с внутренним хранилищем, в котором могут хранить физические предметы. Чем более продвинут артефакт, тем больше его пространство и тем больше предметов можно в нём хранить, но есть и ограничения.
Например вещи с большим весом, высокой концентрацией ци или другой энергии нельзя поместить в пространство, пока даос не встанет на уровень выше желаемого предмета.
— Покажи на что ещё способен, животное.
После этих слов, барс создал метель вокруг себя и начал посылать снежные комки на мастера.
Особенность духовных зверей в том, что они способны использовать ци для атак и даже применять техники изначально заложенные в них, также они могут отличаться внешне от реального аналога, например размером или атрибутами внешности, такими как рога или другую изменённую деталь тела, а иногда и вовсе иметь признаки нескольких зверей.
— Это всё что ты можешь? Я разочарован.
«Увернусь от комков, на скорости подберусь к нему с боку и пробью ему лёгкие с сердцем одним уда...»
У духовных зверей есть ещё одна особенность, они способны к своему, примитивному совершенствованию дао.
Но помимо своей силы, ещё и крайне умны, могут адаптироваться к ситуации, и даже создавать примитивные планы и стратегии.
— Иллюзия?! Нет, это... снег!?
«Нет, он специально создал метель, чтобы я не заметил как он заменил себя на свою снежную копию.»
Через мгновение после неудачной атаки, барс из густой метели нанес быстрый удар по телу Гуо, оставив глубокий порез на весь торс.
Но на этом барс не остановился и тут же со всех сторон в даоса полетели десятки ледяных колий, готовых вонзится в его тело.
— Вот же шерстяной гад, так это и был твой план!
На весь лес было слышно ударную волну, развеявшую метель созданную барсом, а он сам был уже готов отведать столь сильного врага на вкус.
Но к удивлению барса, он не увидел лужу крови и разорванное тело.
Мужчина стоял целым и невредимым, а вокруг него, на расстоянии метра была выжженная земля.
Рана оставленная когтями барса восстановилась на его глазах, а от тела мастера исходила странная энергия не знакомая зверю раньше.
— Ты боишься зверь? Убегать для тебя бесполезно, лучше даже не пытайся, я убью тебя бестрее, чем ты повернешься.
От испуга барс снова выпустил во врага ледяные колья, но безрезультатно.
Все снаряды были отбиты внезапно появившемся в руке мужчины кнутом.
— Прежде я встречал великих существ, зовущих себя культиваторами, они были сильны. Даже я им не ровня со всем своим 200 летним опытом. Забавно да? Вся моя жизнь может быть отнята волей одного существа, одним взмахом руки. Подобный страх сейчас чувствуешь ты, зверь.
Барс не понял ни слова, но инстинктивно ощутил огромную угрозу и решил сбежать.
Но...
Стоило ему повернуть тело на половину.
*Туф*
Один удар копья.
Всего один резкий удар копья пробил оба лёгких и сердце зверя.
— Я же сказал, что убью тебя быстрее, чем ты сделаешь обернёшся, прощай духовный зверь!
После победы, мастер Гуо решил прилеч на тёплую шкуру барса, чтобы отдохнуть от долгого преследования, но не пролежав и десяти минут, он заметил вдалеке небольшую птицу с письмом в лапках.
Это были почтовые птицы, которых обучили понимать карты, запоминать цель прилёта и даже понимать человеческую речь. Чтобы птица не заблудилась по пути, к её лапке вешают бумажку с инструкцией для случайно нашедших птицу жителей, в которой написан отправитель, цель доставки и вся дальнейшая инструкция действий для нашедших, в случае провала доставки письма.
Птица села на тушу барса, позволив Гуо отвязать письмо от лапки.
Развернув письмо, он начал читать.
— Отправитель... брат? Что ему понадобилось в такой момент?
Как раз в сорока шагах от него появился извозчик, которого Гуо не почувствовал раньше, ведь был зациклен на звере.
— Ты что тут забыл? Неужели не слышал звуки битвы, проходившей здесь? Хм, похоже ты не удивлён моей победой над таким огромным зверем.
— Хоть я и простой человек, но довольно хорошо могу чувствовать ци и прекрасно ощутил ваш уровень, проведя с вами несколько дней в пути.
— Ладно. Мне это не интересно — сказал мастер продолжая читать письмо.
Вскоре прошла неделя.
Ло Ёнсу сражался на одной из небольших арен с внутренним учеником Ло Ченгом, пока за ним пристально следили четыре мастера клана, разбирая каждое его движение.
Ёнсу был пятнадцати летним жёлтоглазым юнцом без каких либо выдающихся навыков или талантов, разве что кроме острого ума, за который его часто хвалили, его тело было абсолютно среднего для мастера телосложения, как у его отца.
Такие волосы были традицией мастеров и многих знатных особ, ведь за длинными волосами трудно и дорого ухаживать, потому их длина говорила о статусе и бережливости хозяина, хотя это был вовсе не обязательный атрибут. Ими вполне спокойно жертвовали ради удобства или нежелания тратить время.
Но и во внешности Ёнсу было нечто выделяющееся. Это его бледная кожа и длинные волосы глубокого чёрного цвета, которыми его род был неплохо известен. С рождения его кожа была бледного цвета, контрастируя с чёрными волосами, словно символ Инь и Ян.
После дня смерти трёх старейшин, тот день прозвали "Днём взрыва", и дело было не только во взрыва трёх поместий.
В тот день, весь клан буквально взорвался.
Паника охватила всех. И без того немногочисленные жители жилых районов, торговцы, ремесленники и даже ученики стали покидать некогда тёплое место, что только сильнее ударило по экономике клана.
Глава Ло пытался это подавить, списав всё на нападение вражеской страны и скрыть виновника, но у него не удалось. Трудно скрыть летающую золотую фигуру, которая то и дело попадалась на глаза всем на протяжении тридцати лет.
Хотя он скрыл факт возможного геноцида, но виновника узнали сразу.
Остаётся только одно. Учить своего сына пока есть время.
С того самого дня, отец приставил к Ёнсу четырёх мастеров клана Ло, которые десятилетиями обучали воинов, но вся их методика обучения подходила для обучения множества лиц одновременно, и плохо работала для личного обучения. Все что они делали на протяжении недели, так это проводили стандартные усиленные ежедневные тренировки и заставляли спарринговаться до потери сознания, паралельно тыкая носом в его ошибки, будто это заставит его расти над собой.
Ученик с которым он чаще всего спаринговался, Ло Ченг – юная восходящая звезда клана, всего к 20 годам достигший сферы Закалки Тела, что не сравнится с Сонха, но также было крайне выдающиеся.
— Кажется я снова победил, младший брат.
Сказал он, протягивая руку побеждённому сопернику.
Но тот этого не заметил и остался лежать.
После очередного поражения, Ёнсу упал от нехватки сил, он чувствовал будто сейчас умрет от жажды и голода, прочувствовав на себе силу ученика такого уровня он понял, почему их называют будущим мечом клана.
Но было и нечто другое.
Ужас.
Ужас от созерцания той катастрофы, убившей сразу трёх старейшин, дым охвативший небо и пыль, охватившую землю.
— Поскорее бы уже пришёл дядя, будет хоть один хороший момент за эту неделю. Как меня уже достали эти старикашки... — сказал про себя Ёнсу не заметив, какими громкими были его слова.
— Как ты нас назвал наглец? Неужели после тренировки у тебя ещё остались силы нести подобную чушь? Видимо она была недостаточно интенсивной. — разозлившись на слова ученика ответил главный из мастеров, собираясь проучить его.
После слов мастера, Ло Ёнсу мгновенно встал с пола и исполнил идеальный поклон.
— П-прошу прощения, этот ученик вёл себя неподобающе и просит прощения — в ужасе сказал Ёнсу, боясь продолжения "тренировки".
Как вдруг из далека послышался твердый мужской голос, так хорошо знакомый Ёнсу.
— Вы этому учили его всю неделю? Целовать ваши сапоги? Если так, то я не удивлён, почему наш клан пребывает в таком положении.
Услышав знакомый голос, все четыре мастера повернулись к источнику звука.
Пришедший мужчина был крайне высокого роста и величественно крупного телосложения, с уверенным шагом. На лице была козлиная черная борода и тонкие свисающие с лица усы, а чёрные волосы были собраны в пучок на затылке, обнажая лоб.
Но сильнее всего выделялась одежда мужчины, он был одет в хорошо сделанную пятнисто белую меховую одежду, явно не предназначенную для здешнего климата.
Взглянув на мужчину, Ёнсу сразу понял.
— Дядя Гуо! Ты пришел!
Ёнсу мгновенно бросилс, к нему в объятия.
— Тебя не было 2 месяца, это дольше чем ты мне обещал и что это за одежда на тебе?
Посмеявшись над тёплым приветствием, Гуо ответил.
— Работа по поимке зверя немного затянулась, но в итоге я его сразил, а спасённые жители деревни, в подарок сделали из его шкуры эту тёплую одежду, они и для тебя такую же сделали.
В следующую секунду Гуо достал из корзины ещё один комплект одежды, состоящий из меховой шапки, накидки и штанов, и всё было из меха побеждённого барса, затем он накинул его на руки Ёнсу.
— Не потеряй, тебе это пригодится.
Ёнсу обрадовавшись своему подарку уже хотел пойти в свою комнату, чтобы его примерить.
В то же время его учителя и Ченг, убиравший деревянную реплику дадао, подошли к Мастеру Гуо, дабы поприветствовать его, но не успев сказать и слова, получили ответ.
— Можете быть свободны, теперь я лично займусь обучением своего племянника.
Учителя уже знали о намерениях мастера ещё до его прибытия, от главы Ло, потому без лишних вопросов поклонились мастеру и отошли.
Сам же мастер Ло Гуо обратился к стоявшему рядом Ёнсу.
— Отец ведь уже сказал тебе, что происходит?
— Да, я знаю что от меня требуется, но я не понимаю как такому как я достичь таких высот за такой короткий промежуток времени, к тому же моя соперница ведь не будет сидет сложа руки эти пятнадцать лет, а также будет становиться сильнее и совершенствоваться даже быстрее чем я?
Дядя, подумав над словами племянника, ответил.
— Я знаю, сейчас ты скорее всего не видишь и шанса на свой успех, ты боишься грядущих трудностей и рисков так сильно, что не можешь заставить себя рости, я тоже был в такой ситуации, но чем больше я старался пробить эту стену, тем больше понимал, "я смогу это сделать" и заставлял себя продолжать снова и снова, пока не пробил преграду и не понял, все мои страдания были не зря.
— Потом ты обернешся назад и поймёшь, вся эта ситуация была лишь очередной преградой, что ты когда то пробил, потому я спрошу тебя, ты готов вместе со мной, начать свой путь настоящего мастера боевых искусств и преодолеть эту преграду длинной во всю твою, уже прожитую жизнь?
Ло Ёнсу воодушевившись словами своего близкого дяди, заменившего ему никогда не замечающего его и вечно работающего отца, ответил с высоко поднятой головой.
— Да дядя Гуо, я пройду этот путь с тобой!
«Нет! Я не готов! Я не хочу принимать участие в ваших политических играх! Во что ты меня втянул, отец?»
— Кха-ха-ха, Приятно такое слышать. Уже вечер, лучше иди поспи перед завтрашней тренировкой.
Сдерживая грусть, Ёнсу пошел пошёл принимать ванну, а потом в свою комнату в павильоне внутреннего двора.
Закончив принимать ванну, он пошёл в комнату, зайдя в неё он, как обычно, увидел небольшой письменный стол перед окном с лежащим на нем принадлежностями и кистями. Рисование было его любимым делом, которым он занимался в свободное время, затем он взглянул на деревянную кровать в правом дальнем углу, книжный шкаф, который хранил в себе всего пару книг в левой части стены, корзину для одежды, в которую он сложил свой подарок, а в завершение коврик для медитации по центру комнаты, которым он почти не пользовался.
Подойдя к столику, он посмотрел на незаконченную картину, на которой была исписана лишь левая часть полотна, но и та была далека от завершения, в остальном были лишь начертания оставленные чёрной краской.
Ёнсу не смог закончить картину, ведь именно в тот день, отец приставил к нему мастеров, заставлявших тренироваться до изнеможения до поздней ночи.
Он свернул картину и убрал её в упаковку из толстого, обтёсанного бамбукового стебля и закрыл крышкой из такого же материала, затем он лег на кровать с тяжким грузом на душе.
Он понимал.
Скорее всего этой картине не суждено быть законченной.
Чем больше он размышлял, тем сильнее смыкались его веки и тем быстрее он засыпал.
*Всплеск воды*
— АААААААА, что за ***** происходит? — испуганно закричал Ёнсу, пока на него выливалось ведро ледяной воды.
— Кха-ха-ха, быстрей вставай пока я не вылил ещё одно ведро.
— Д-дядя? С-сейчас же ещё но... — не успел он договорить, как вылилось ещё одно ведро.
— Я же сказал, вставай! третье захотел?
Тут же Ёнсу вскочил с кровати и встал перед Гуо как штык, сдерживая тряску от холода.
— Запомни, теперь ты будешь спать максимум 5 часов в сутки, понял?
— Да дядя, я всё понял! — в страхе выкрикнул Ёнсу, боясь получить ещё одно ведро ледяной воды на голову.
«Да как я должен спать по 5 часов в день? Ты меня убить хочешь?»
После неприятного пробуждения, Гуо повел Ёнсу в другое здание клана, но тот не видел куда его ведут, поскольку его глаза ещё не привыкли к темноте глубокой ночи.
Кажется они шли минут десять, в какой то момент войдя в узкую лестницу, а затем выйдя на некое просторное пространство.
Придя на место дядя хлопнул в ладоши и темноту озарило множество синих огней от странных факелов и тогда Ёнсу увидел большое круглое помещение, в центре которого был круглый, резной каменный выступ.
Тогда Он понял, это не просто помещение, это очень дорогая комната для медитации.
— В этой комнате практиковался я, твой отец, твой дед и твоя сестра, а теперь будешь и ты.
— Подожди, дядя!? Здесь тренировался отец? Сестра? Ты? Неужели мы в главной комнате медитаций клана, что находится на глубине 20 метров под резиденцией отца?
Ему иногда рассказывали про это место, но он не думал, что сможет хоть раз его увидеть.
Гуо с ухмылкой кивнул головой, а в следующую секунду протянул руку со 100-летним женьшенем.
— Этот женьшень мне подарили жители недавно спасённой деревни, а сейчас ты должен съесть его.
— Съесть? Но это ведь столетний женьшень, разве не лучше сделать из него эликсир или джиндан?
*Джиндан — шарообразная пилюля.
Немного подумав, Гуо ответил.
— Да, алхимия куда более подходящее применение для таких ценных трав, но эликсиры и джиндани подходят для продвинутых мастеров и твоё тело не сможет усвоить их, а возможно, они даже станут ядом.
Ёнсу молча взял женьшень и съел корень, в котором заключалась вся его духовная ценность, но стоило корню попасть на язык, как во рту появился до тошноты ужасный вкус.
Дядя тут же заткнул племяннику рот своей ладонью, чтобы тот не выплюнул корень.
— Знаю, что неприятно. Будто выворачивают горло, да? Придется терпеть и глотать.
Ёнсу через силу проглотил корень. Когда корен был полностью проглочен, Гуо убрал руку и похвалил его за стойкость.
— Ха-ха-ха, когда мне было лет 10, твой дед заставил меня съесть такой же, тогда я выблeвaл весь корень, ох как тогда твой дед был зол.
Гуо похлопал Ёнсу по плечу.
— А теперь сними с себя верхнюю одежду, иди в центр комнаты, на тот каменный выступ, сядь в позу лотоса и начни медитацию.
Ёнсу без лишних слов сделал так, как велел дядя, но как только он собирался начать медитацию, то почувствовал две ладони дяди Гуо на своей спине.
— Что ты делаешь?
— Сейчас мы будем открывать твои недостающие меридианы и стабилизировать их. Меридианы – это мосты между твоим физическим телом и душой, через них перетекает ци к физическому телу от духовного. По какой-то причине, у тебя сейчас открыта лишь половина меридиан и те нестабильны, всё это крайне негативно влияет на твой выброс ци, её восстановление и контроль. Отчасти из-за этого ты до сих пор так слаб.
— Я знаю, что такое меридианы, ты во мне дурачка увидел? Как это связано с руками на спине? — с недопониманием спросил Ёнсу.
— Как ты с мастером говоришь? Ладно. Когда ты начнёшь медитацию, мы оба будем направлять поток ци от имеющихся меридиан к недостающим. Я буду помогать тебе с направлением, чтобы ты не нанес себе вред, также я буду направлять жизненную энергию от съеденного тобой женьшеня в твои артерии ци, чтобы усилить их и повысить эффект открытия меридиан.
В теле человека есть 37 меридиан: 10 в теле, 5 в голове, по 5 в руках и по 6 в ногах. Меридианы изначально находятся в неактивном состоянии и неспособны выделять ци, но когда мастер продолжительное время направляет в них ци, собранную из окружения, они становятся связанными с духовным телом, получая от него источник внутренней ци мастера.
С помощью ци, мастера могут изучать различные боевые техники, концентрировать ци в теле, повышать его прочность, силу ударов, а также скорость перемещения.
Гуо и Ёнсу приступили к медитации.
Ёнсу начал направлять ци к первым меридианам, но когда он начал концентрацию, его тело ощутило невероятную боль, будто в него вонзили иглы, он хотел закричать от боли, но не мог, ведь разум уже находился в глубоком трансе, Ёнсу не мог даже пошевелить губами, пока не прекратит медитацию.
Он уже был готов отозвать поток ци от меридиан, но вдруг он заметил, как две энергии помогают открывать меридианы и удерживать в них ци.
Он тут же понял.
«Это ци дяди Гуо и жизненная энергия 100-летнего Женьшеня! Спасибо дядя.»
Как вдруг первый меридиан был открыт. Осталось открыть 19 меридиан из 37.
Прошёл час.
Второй.
Третий.
Пятый.
Десятый.
Они полностью потеряли счёт времени.
Таким образом они открывали меридианы в течении двенадцати часов, но в итоге смогли открыть лишь 36, это стоило огромных усилий, но один меридиан оставался не открытым, тот который был в самом центре грудной клетки, сколько бы они не вливали в него энергию, он не собирался открываться, потому было решено остановить медитацию.
Гуо упал от истощения. Он использовал не только свою ци, но ему приходилось направлять и энергию женьшеня, от этого он потратил сил едва ли меньше, чем сам Ёнсу.
— Ну как... тебе результат? — с отдышкой спросил Гуо.
Ёнсу, будто ещё в полудрёме, встал и посмотрел на свои руки, затем на задыхающегося Гуо, а дальше его сознание резко прояснилось и он начал делать случайные движения, чтобы проверить разницу в ощущениях.
— Насколько я знаю, ты в первый раз так долго медитировал, да? Это называется эффектом тумана, когда твоё тело не поспевает за вернувшимся сознанием, после длительной медитации.
Ёнсу начал повторять рукопашные боевые приёмы, проверяя ощущения. Казалось будто тело стало легче.
— Дядя, моё тело будто стало легче и... даже не знаю как сказать... будто в моём теле течет река, она пробирается в каждую часть тела, это отличается от того, что было раньше.
— А ты не знаешь? Чему тебя учили эти бездари все семь дней? Это называется духовные артерии и вены. Артерии соединяют между собой меридианы, а вены равномерно распределяют ци по всему телу через тысячи мелких сплетений, по которым циркулирует ци.
— Да знаю я! Просто... знать и ощущать, это... иное.
Ёнсу был в восторге от результата и тут же побежал обнять дядю.
— Дядя, мы ведь оба медитировали, так почему ты весь измождённый, а я даже ничуть не... ус... тал? — после этих слов, Ёнсу рухнул на землю перед ногами Гуо.
— Твоё тело испытало слишком большие перегрузки, но ты этого не заметил из-за состояния эйфории, вызванной открытием меридиан и воздействия энергии женьшеня — сказал Гуо племяннику, который уже его и не слышал.
— Можешь отдыхать до завтрашнего дня, на сегодня твоя тренировка закончена, ты отлично постарался, ты действительно превзошёл мои ожидания, я думал на это уйдет минимум 2 дня и вся энергия женьшеня, но ты управился за 1 и даже половина энергии 100-летнего женьшеня осталась, ты поистине хороший ученик Ёнсу. Ты заслужил отдых.
Гуо поднял племянника на руки и вышел из комнаты медитаций.
В стране Йонма находится двадцать шесть провинций, включая Фуцзинь.
Также в стране существует девять великих сект, образовавших небесный альянс, зовущих себя девятью звёздами.
Такой громкий титул они получили не просто так. Изначально они были лишь на уровне провинциальных кланов, но во времена, задолго до войны с демонической сектой Магё более 12 000 лет назад, они смогли завербовать на свою сторону бесчисленное количество боевых мастеров и даже культиваторов, после чего вознеслись в высшие царства.
А после войны, влияние каждой из них возросло до невиданных масштабов и они начали воевать между собой.
Эти войны продлились сотни лет, пока не был заключён договор, запрещающий открытые военные действия против друг друга.
Но несмотря на это, кланы девяти звёзд до сих пор ведут подпольные игры друг против друга.
Во главе этих кланов находятся уже вовсе не мастера боевых искусств, а самые настоящие культиваторы. Потому их власть настолько огромна.
Главные семьи, внутренние ученики, старейшины и их дети, все они культиваторы, способные разрушать целые города в одиночку.
Присоединение к клану Моён увеличение влияния не только в своей провинции, а во всей стране и даже за её пределами.
Но даже это не самое главное.
Вступление в семью старейшины, для главной семьи Ло означало связать свой род с культиваторами и подарить своим потомкам предрасположенность к духовным корням.
Потому клан Ло так отчаянно жаждет этого союза.
Тем временем Ёнсу спал в своей комнате, восстанавливаясь после открытия меридиан.
Ёнсу открыл глаза и обнаружил себя лежачим посреди бескрайнего моря, без земли, облаков, солнца, только вода и небо до самого горизонта.
— Где... я? Как... я тут оказался? — Тихо сказал Ёнсу. Его голос выражал спокойствие и чувство полной безопасности, не свойственное в такой ситуации.
Будто он находится не в неизвестном месте, а у себя в комнате.
После своих слов, он встал с толщи воды и понял, он в ней не тонет и способен ходить.
Толи из-за усталости, толи из-за нахождения в состоянии полудрёма, он не сильно задавался вопросами и просто пошёл исследовать место своего пребывания.
Пройдя пару десятков метров, он заметил вдалеке большую парящую зелёную сферу, источающую тёплую энергию, чувствующуюся даже на расстоянии. Ёнсу пошёл к сфере и чем ближе он к ней приближался, тем теплее ему было.
Подойдя к ней, он почувствовал на себе небольшое давление, появившееся от воздействия источающейся энергии, тогда он понял, что предстало перед его глазами.
— Это же... энергия 100-летнего женьшеня, съеденного мной перед медитацией.
— Точно... я же тренировался с дядей... а потом... потом... а что было потом?
Пытаясь вспомнить вчерашний день, Ёнсу ушёл от тёплой сферы женьшеня и пошёл дальше исследовать место.
После пары минут скитаний, он ощутил на своём сердце пугающую и давящую энергию исходящую спереди, но это была не энергия женьшеня, а
[нечто другое]
Нечто вызывающее страх, но при этом манящее подойти к себе.
Ёнсу поманило это желание и он не проронив ни слова приближался к таинственному источнику пугающей энергии и через несколько минут он подошёл к нему.
На удивление, этот источник отличался от женьшеня, он был маленьким, чёрным, не больше обычного джинданя и поместился бы между двух пальцев. Потянув руку к нему, Ёнсу был готов схватить его в свою ладонь.
Но стоило ему протянуть руку, как вода под ногами перестала держать его тело и потянула вниз. Находясь под водой, Ёнсу хотел взять воздух в лёгкие, но не мог и начал в истерике двигать ногами и руками в попытках выплыть наружу, как вдруг...
Ёнсу открыл глаза в своей комнате, весь мокрый, пока рядом стоял дядя Гуо с улыбкой до ушей и пустым ведром воды в руке.
— А-ХА-ХА-ХА, а в этот раз встал без криков — усмехнулся Гуо глядя на Ёнсу.
— Д–дядя гуо? К–как я здесь о–оказался?
— А ты не помнишь? Вчера мы открыли все твои меридианы и ты вырубился.
— П-правда? А... точно... я всё вспомнил. — Ответил Ёнсу и тут же начал ощущать в себе мощный поток ци не виданный ранее.
Прервав молчание Гуо продолжил.
— Когда я помогал тебе открывать меридианы, я заметил кое что необычное. Прежде мне не доводилось лично это наблюдать.
— Правда? Расскажи мне, дядя.
— Я заметил, что у твоей ци нет перевеса ни в сторону инь, ни в сторону Ян.
— ....? И... Это же хорошо?
— Ци имеет две природы: инь и янь, это не просто красивые слова, это напрямую влияет на путь мастера. Техники дао обычно основаны на конкретной природе, либо инь, либо ян, мастер с перевесом природы Инь не сможет изучить технику основанную на природе Ян и наоборот.
— У мужчин обычно есть перевес в природу Ян, а у женщин в Инь. Бывают исключения или особые методы, меняющие этот стандарт.
— Но у тебя обе природы находились в идеальной гармонии, не перевешивая ни в одну из сторон, будто твоя ци была воплощением философии гармонии, но пока я не стабилизировал все меридианы, то не мог этого понять и уж тем более другие учителя и наставники в твоей жизни.
— Идеальная гармония между двумя природами ци означала, что ты может изучить любую технику, зависящую только от природы ци.
— Э-э... хе-хе...
— Не обольщался. У тебя минута на одежду.
Не дождавшись ответа от Ёнсу, дядя вышел из входной двери.
Ёнсу в панике вскочил с кровати, подходя к корзине с одеждой.
Как обычно, он одел традиционные для клана синие боевые одеяния с такими же по цвету мешковатыми штанами и коричневыми ботинками.
По дороге он подробно рассказал Гуо про свой сон, надеясь получить ответы, но слова дядя были также не информативными.
— Скорее всего это был просто сон, а сфера женьшеня скорее просто проекция твоего духовного состояния во сне. Иногда мастерам снятся такие сны, даже я не раз такие видел.
После этих слов Ёнсу облегчённо вздохнул и вместе с дядей дошёл до огромной тренировочной площадки, на которой уже занималось несколько десятков учеников.
Дойдя на место назначения дядя положил к ногам Ёнсу десять видов оружия: Меч, копьё, кнут, двуручный топор, железные веера, лук, глефа, серпы, тонфы и странные иглы в форме вилки, напоминающие ножи.
— Это оружия, которыми я овладел в совершенстве, в честь этого меня назвали мастером десяти орудий. Сейчас ты будешь поочерёдно тренироваться с каждым из них...
— С каждым? Я должен изучить все эти оружия? Я одним мечом еле как орудую.
Дядя в гневе дал Ёнсу удар палкой по голове, а пока тот корчился от боли, продолжил свою речь.
— А ну молчать! Сначала дослушай, прежде чем говорить! Ты будешь тренироваться с каждым из них, а я буду решать, с каким из них ты наиболее талантлив, соответственно, ему ты и будешь в дальнейшем обучаться.
— ааааа... тогда я понял! — сказал Ёнсу потирая рукой макушку.
Затем он взял своё первое оружие и начал тренировку, выполняя удары и движения, которые называл дядя.
Первым оружием был меч, которым Ёнсу и так владел на уровне внутренних учеников, ожидаемо результаты были хороши.
Вторым был кнут и уже с ним были серьезные проблемы. Ёнсу был не просто плох в обращении с ним, он был так ужасен, что несколько раз ударил себя своим же оружием.
Списав проблемы на сложность в обращении с кнутом, Гуо дал племяннику топор, но и с ним результаты не лучше. Ёнсу выронив топор чуть не отрубил себе ногу.
После этого, мастер Гуо дал глефу, тогда результаты были получше, но всё ещё ужасны.
И так продолжалось вплоть до самого последнего орудия убийств, несмотря на все попутные наставления мастера.
«Чёрт, я рассчитывал пробудить в нем скрытый талант к владению новым оружием, но похоже меч, это единственное в чём он хорош» — думал про себя Гуо, как вдруг его осенило.
«Стоп, владению оружием? а что если...»
— Ёнсу, подойди сюда!
Услышав зов дяди, он прекратил вынимать вонзившиеся в землю серпы и подошёл, ожидая получить тумаков.
— Я проведу проверку последнего оружия, если и с ним ты будешь плох, то всю следующую неделю будешь есть питательные травы даже без сухого риса, понял?
— Д–да дядя, я готов! – неуверенно пробормотал Ёнсу.
«Лишь травы? Как я буду жить следующую неделю? Даже у скота еда получше будет, Я же умру от истощения за семь дней даже без тренировок!»
— Вот твоё последнее оружие — Сказал мастер указав пальцем на руки и ноги Ёнсу.
Немного подумав, Ёнсу понял чего от него хочет дядя, и был в недоумении.
— Что? Дядя Гуо, ты наверное шутишь, я с одним оружием едва управляюсь, а если буду сражаться в рукопашном бою, то меня убьют в первой моей серьезной битве.
— Вздор! Давай начинай и запомни, мастер всегда прав!
«Что за чушь, зачем вообще заставлять меня изучать что то другое? Как же бесит.»
Затем он встал в боевую стойку по указаниям мастера.
Встав в боевую стойку, Ёнсу начал исполнять названные мастером рукопашные удары по соломенному маникену.
В этот раз результаты были другими. Ёнсу идеально исполнил все боевые приёмы ни разу не ошибившись, его удары были идеально легки, но быстры и сильны на столько, что маникен сломался через пару ударов.
— Ну как... я справился? — с ухмылкой сказал Ёнсу, обернувшись на мастера.
Лицо Гуо было шокировано. Он не ожидал увидеть даже средние результаты, но увиденное его ошарашило, результаты были невероятны для того, кто даже ни разу не дрался в рукопашном бою.
— Т–ты как это сделал? Признавайся, ты в тайне практиковался пока никто не видит!?
С восхищением спросил Гуо, набросившись на ученика, схватив его за плечи.
— Н-нет, я-я в первый раз так делал.
Услышав это, лицо дяди побледнело ещё сильнее, в этот момент он понял, у Ёнсу есть талант к рукопашным боевым искусствам, а значит теперь он будет обучать его и техникам меча и техникам тела одновременно.
Гунбао молча похлопал Ёнсу по плечу и ушел в одну из внутренних библиотек клана.
Через пару минут он вернулся, а в руке у него лежало два учебника техник, которые он тут же протянул в руки Ёнсу.
*Речной меч*
*Речной кулак*
— Это 2 базовые техники, которые ты будешь изучать следующие 2 недели, без них можешь даже не думать о дальнейшем совершенствовании.
— Две недели? Н-но дядя, на изучение одной такой уйдет минимум месяц, как я изучу их за такой маленький срок?
— Столько уйдет у начинающего ученика, а ты сын и всё ещё возможный наследник клана Ло и ты должен показывать пример остальным ученикам. Понял?
После этого, Гуо нанес удар ладонью по животу ученика, заблокировав эффект выделение ци, затем достал из артефакта на руке огромную наспинную корзину, заполненную камнями и повесил её на спину Ёнсу.
Мгновенно его начало прибивать к земле под тяжестью веса.
Ёнсу уже еле стоял на ногах.
— кха~аа д~яд~я, ч~то т~ы де~ла~ешь?
Голос Ёнсу также стал сдавленным.
— Это твоя настоящая первая тренировка. Первым делом мы должны сделать твоё тело совершенным для воина, через пару месяцев я сделаю твоё тело идеалом каждого мужчины.
— Ты должен сделать 50 кругов вокруг тренировочной площадки, это твоя задача на весь оставшийся день и запомни, каждая остановка прибавит 5 кругов, а если пройдёшь все круги без остановок, будешь вознаграждён.
Оглянувшись на площадку, Ёнсу оценил...
«Тут минимум 100 метров на один круг.»
— Дя~дя, ка~к я... — посмотрев в сторону Гуо тот уже пропал, оставив племянника одного.
«Меня точно хотят убить.»
В полной тишине, Ёнсу начал шагать под сочувствующими взглядами товарищей учеников.
Многие мастера не сильно заморачиваться над своим телом, полагаясь лишь на усиление от энергии ци, но этот подход в корне неправильный, ведь твоё усиление от ци зависит от базовой силы твоего тела, чем выше твоя сила без ци, тем сильнее эффект усиления.
Если твоя изначальная сила равна 10 и ты усилил тело до 100, то будь у тебя изначально сила равная 100, при таких же затратах, можно получить от 500 до 1000, но чем выше изначальная сила, тем труднее прибавлять её, потому мастерам всё равно нужен постоянный контроль и концентрация над ци, иначе эффект усиления будет снижаться.
Гуо смотрел за Ёнсу с окна резиденции, а напротив него сидел его младший брат Ло Вуцзи, кажется они что то обсуждали.
— У твоего сына настоящий талант к рукопашным боевым искусствам, если буду обучать его обоим видам боевых искусств, то твой безнадёжный план, имеет право на жизнь.
— Хорошо... я рад за него. — холодно и отрешённо ответил глава Ло, его голос ясно выражал сожаление.
— Всё ещё не можешь отойти от провала соглашения? Очнись, худшее уже случилось, но у нас есть шанс наверстать упущенное, или и дальше будешь чахнуть со сморщенной лошадиной мордой?
Глава Ло ничего не ответил, он даже почти не слушал своего брата, пришедшего к нему и лишь продолжал читать документы разбросанные по столу.
Гуо прервал размышления брата неожиданным вопросом.
— Почему ты не позволяешь мне использовать травы и джиндани из главного хранилища, знаешь они могли бы сильно помочь мне с его обучением.
Ло Вуцзи наконец поднимает взгляд, он встаёт из-за стола и подходит к окну посмотрев на внутренний двор.
— Наш клан не богатеет, мы уже тратим больше чем получаем, эти дорогие джиндани, эликсиры и травы являются нашей крайней мерой, что позволит продержаться дольше, сейчас каждый ресурс на счету и мы не можем тратить их даже на столь важные вещи.
— Важные вещи? Мы говорим не о каких то экспериментах, это твой сын, он твоя крайняя мера, его сила – источник нашего будущего процветания, без него твои планы обречены на провал и ни одна дорогая травинка тебе не поможет, сила Ёнсу, вот наше лучшее вложение.
— А если вложение не окупится? Что если почва бесплодна? В таком случае мы будем в ещё большем экономическом упадке, ресурсы хранилища хотя бы позволят продержаться какое то время, пока мы не найдем решение проблемы.
— Я скажу тебе что будет. Весь наш клан вырежут пока ты думаешь, а землю продадут. Но это произойдёт в любом случае, даже если ты не отдашь Ёнсу важные травы.
— У тебя не будет никакого решения проблемы! Когда мы будем на самом дне, мы даже не сможем рассчитывать на покровительство другого клана 9-ти звёзд. Никому мы не нужны. В любом случае, я не предлагаю скормить ему всё хранилище, я предлагаю лишь выделить ему часть, чтобы ускорить его обучение.
Глава Ло встал из-за стола, его голос стал раздражительнее.
— Я не могу так рисковать, мы должны быть экономнее брат, каждый ресурс должен быть направлен туда, где он принесёт максимальную пользу. Я даже не уверен, хватит ли нам этого хранилища на следующие пятнадцать лет, пока проходит его обучение.
— Неужели это только вопрос экономии?
— Да. Это вопрос выживания. Мы не в том положении, чтобы расточать сокровища на одного человека, каким бы перспективным он ни казался. Ты мой брат, а теперь его учитель. Я прошу тебя [понять это]. Найди другой способ. Более дешёвый.
Гуо смотрел на брата. Он видит напряженные плечи, сжатые кулаки. Ло Вуцзи никогда не был похож на человека, который озабочен лишь финансами.
Не может быть, чтобы он не понимал серьёзность ситуации.
«Не может быть, чтобы ты не понимал мою позицию и тем более значение тренировок Ёнсу. Твоя внезапная озабоченность финансами очень странна.»
Тщательно подбирая слова старший брат ответил.
— Рас уж так, я сделаю как ты пожелаешь, я лишь воин и в финансах не разбираюсь. Я понимаю. Тяжелое время. Нужно быть осторожными.
«Ты несёшь какую-то чушь.»
Ло Вуцзи Расслабляется, чувствуя капитуляцию.
— Именно. Я рад, что ты смотришь на вещи здраво.
Гуо Кивает, уже поворачиваясь к выходу.
— Я найду другой способ. Учитель должен быть изобретателен.
Гуо выходит, закрывая за собой дверь. Его лицо, которое секунду назад было покорным, становится каменным. Его голова забита словами брата.
«Неужели всё действительно так плохо, что приходится жертвовать обучением родного сына, чтобы просто прожить пятнадцать лет?»
Гуо вышел из резиденции и посмотрел на племянника, который уже заканчивал 30-й круг.
«А он на удивление хорошо старается. Я думал он упадет уже на 10-ом круге.»
Посмотрев на тренировку Ёнсу, Гуо сел на находящуюся в 20 метрах от него скамью и продолжил смотреть на тренировку ученика.
«Ты врёшь, младший брат.»
Так прошёл весь остаток дня.
Закончив 50-й круг, Ёнсу упал от усталости забыв о корзине на спине, от чего его придавило к земле, а тело начало испытывать невероятную нагрузку, будто целая гора давит на него.
Казалось, будто ноги сломаются от малейшего телодвижения.
Гуо подошёл к нему и снял корзину с камнями. В его руке она казалась лёгкой как птичье перо.
— Ты отлично справился, можешь идти отдыхать, хотя я советую потратить время на изучение техник, что я тебе дал, времени у тебя не много.
— Постой! Я думал ты будешь сам обучать меня техникам.
— Нет, ты будешь учить их сам. Если будут вопросы, спрашивай у меня. Всё понятно?
— П-понял! — ответил абсолютно вымотанный и истощенный Ёнсу.
Отдышавшись, он немедля встал и как обычно пошёл принимать ванну, чтобы смыть с себя запах и пот.
Выйдя из неё, он ощутил как полностью восстановился несмотря на 50 кругов ада.
«Усталось спала довольно быстро, может это из-за открытых меридиан?»
После ванны, он пошёл в свою комнату, чтобы начать изучать свою первую технику.
— "Речной меч", техника помогающая напитать одноручный меч энергией ци, создавая в нем подобие меридиан и духовных вен, как в человеческом теле, вместо примитивного наполнения. Даже читая описание техника кажется непростой, а у меня на неё максимум неделя. Ну... ничего не поделаешь — с этими словами он начал изучение.
Низшие техники, по сути своей являются последовательностью действий, завязанным на управлении ци и отдаче её во внешнюю среду, а учебники низших техник, являются записями последовательностьи этих действий, по которым мастера учатся повторять этот порядок до тех пор, пока он не высечется на душе как отдельный духовный объект.
Когда порядок высечен, мастер может лишь направлять в него ци и создавать технику повторяя алгоритм автоматически.
Также техника может требовать определенную природу ци (инь, янь), другого атрибута или владения другой техникой.
Но такие базовые техники как "речной меч" и "речной кулак" не требовали ничего кроме простого управления ци.
Встав в боевую стойку с мечём, он начал вливать в него ци с целью укрепить клинок, это был первый акт изучения речного меча.
Второй акт начинался с контроля ци внутри области меча путем сжатия его внутри клинка так, чтобы ци почти не рассеивалась во внешнюю среду. Всё это было нужно, чтобы в дальнейшем свободно циркулировать ци внутри клинка.
На втором акте Ёнсу провалился и аура ци спала с клинка и ему пришлось начинать с начала.
Вторая попытка. Ситуация повторилась.
Третья попытка.
Пятая.
Десятая.
Двадцатая.
Повторив весь процесс ещё несколько десятков раз, ему наконец удалось освоить второй акт.
Третий акт заключался в том, чтобы заставить циркулировать ци внутри клинка вместе с телом, таким образом ци не остаётся внутри клинка, постепенно вытекая во внешнюю среду и теряя эффективность усиления, а постоянно заменяет себя новой, паралельно улучшая контроль мастера над мечём.
Первая попытка.
Десятая.
Тридцатая.
Пятидесятая.
В этот раз у Ёнсу ушло не меньше сотни попыток, ему приходилось много раз терять контроль над циркуляцией ци и раз за разом проходить первые два акта, но зато он смог хорошо набить себе руку и если раньше первые акты проходили с трудом, то теперь они проходили почти незаметно.
«Чем больше я пытаюсь, тем меньше боли чувствую от разрыва контроля. Если раньше рука болела будто ей били по скале, то теперь она всего лишь зудит, это сильно помогает.»
Попытки шли одна за другой.
Единицы сменялись десятками.
Десятки сменялись сотнями.
И наконец.
Спустя столько попыток у него наконец получилось освоить третий акт и клинок будто бы засиял в руке Ёнсу.
— Наконец-то, спустя столько попыток... Я наконец то смог! — закричал Ёнсу, пока его рот расплывался в ярчайшей улыбке, но резкий удар из-за стены угомонил его пыл и концентрация ци в клинке спала, причиняя сильную боль руке, отчего тут же с неё выпал.
— Агхххх...
Рука болела с утроенной силой. Такова проблема резкого разрыва контроля ци.
Третьего акта уже хватало для сражений, но его проблемы перевешивали пользу.
«Как я понял у третьего акта есть очень серьёзный недостаток. Если резко выбить меч из руки, то получишь урон по своим духовным венам и надолго нарушишь свою циркуляцию ци, а чтобы решить эту проблему создали четвёртый и пятый акты.»
Четвёртый акт заключался в том, чтобы создать в мече 11 подобий меридиан, между которыми будет циркулировать ци, чтобы разделить циркуляцию меча и тела.
Пятый этап заключался в создании подобии духовных вен и артерий в мече, по которым между меридианами клинка и всей его поверхностью будет циркулировать ци. В таком случае, всё что остаётся мастеру, так это заменять постепенно рассеивающуюся ци в клинке, и даже если меч выбьют из рук, то мастер не получит вреда, ведь две циркуляции были разделены между собой.
Ёнсу не теряя времени решил начать изучение четвертого акта.
Первая попытка.
Десятая попытка.
Сотая попытка.
В этот раз изучение прошло не удачно, спустя сотню попыток он ничуть не продвинулся, но при каждой неудаче рука испытывала нагрузку и боль. После очередной неудачи, боль стала настолько сильной, что он не мог даже сжать рукоять меча.
«Боль от изучения может быть настолько сильна? Если всё и дальше будет так продолжаться, мне просто не хватит двух недель и дядя наверняка меня за это накажет.»
Из-за накопившейся боли в руке, Ёнсу не смог дальше практиковать оставшиеся акты и решил отдохнуть оставшееся время.
Но взглянув в окно, его лицо было ошарашенно.
«В–всмысле? К–как... почему ночь? — Снова закричал Ёнсу и тут же услышал ещё более сильный и раздражённый стук за стеной от разгневанного соседа.»
— Неужели я так зациклился на изучении, что не заметил как прошли мои 5 часов?
Взглянув на кровать, он затушил керосиновую лампу, наполнив комнату холодными тёмными тонами, затем он лёг на кровать, мгновенно заснув, как только закрыл глаза.
Так прошла ночь.
На утро Ёнсу проснулся сам, встав с кровати он осмотрел комнату, как вдруг он осознал.
На удивление его не ждало ведро воды от заботливого Гуо.
«Странно. В этот раз дядя не пришёл будить меня. Может он решил пожалеть меня на этот раз?»
Но выглянув в окно он понял.
«Судя по времени, я проснулся как раз к утру, может он ещё не успел придти?»
Как только он об этом подумал, послышался звук открывающейся двери и на порог ступил Гуо.
В руках у него было ведро воды, которое он собирался вылить на ученика.
Но увидев его стоявшим в комнате, лицо мастера показало удивление.
— Ты уже можешь вставать так рано? Я думал такое случится минимум через месяц.
В этот момент лицо Ёнсу наполнилось гордостью, а нос был задран до потолка.
— Ну... должен же я соответствовать своему мастеру, может я тоже гений, или...
Не успев договорить, он получил в лицо всю воду из ведра в руке мастера.
— Кха-аа-а... за что? Я ведь уже встал!
— Тебе не пристало расслабляться, "гений". — с явной насмешкой высказал Гуо.
Ёнсу ничего не сказал в ответ, но на его лице четко выражалось скрытое раздражение.
— А теперь спускайся на площадку, тем более тебе уже не надо одеваться.
Так они вышли из комнаты, расположенной на пятом этаже внутреннего жилища и пошли к низу, но по пути Гуо начал разговор.
— Ёнсу, ты голоден?
— Эм... да, немного. — удивившись странному вопросу ответил Ёнсу.
— А ты заметил, что весь вчерашний день ты ничего не ел, кроме небольшой тарелки риса, что я дал с утра.
— Ну... действительно! Я даже после забыл поесть, но почему я не чувствую такого сильного голода, дядя Гуо?
— Всё дело в твоей ци, оно способно насыщать твоё тело в отсутствии еды, но на твоём этапе, это лишь иллюзия сытости, на самом деле ты очень голоден, просто не замечаешь, а вот мастера уровня твоего отца могут оставаться сытыми долгие месяцы без крошки во рту, но это ещё не предел. Мастера достигшие бессмертного тела и Культиваторы могут вообще не питаться, они сыты всё время.
— Да насколько сильны эти культиваторы? Ты вечно говоришь о них, как будто выше них никого нет.
К этому вопросу они уже дошли до площадки.
Услышав вопрос ученика, Гуо решил рассказать историю из своего прошлого.
— Когда я был куда моложе, я встал на уровень тогдашних старейшин, которым было далеко за сотню лет жизни, естественно я этим сильно возгордился, потому брал на себя все заказы наивысших рангов, которые только были. На одном из таких я вышел на след духовного зверя, шести рукой рыжей обезьяны, это был обычный заказ на убийство, к тому времени, я таких десятки совершил завершил, но в этот раз всё пошло по другому.
— Когда я выследил обезьяну и одолел её, она начала от меня убегать по веткам деревьев, я же погнался за ней. Через пару минут я почти её догнал.
— Но вдруг её голова слетела с плеч, а тело рухнуло вниз. Спустившись за ним я увидел одиноко стоявшего человека, он выглядел благородно, в руках был узорчатый веер, он был одет в золотистые благородные одеяния и длинные собранные за спиной карие волосы. Не выражая злости, он начал разговор.
[— Давно я не видел смертных. Я даже потерял счёт времени, пока сидел здесь в уединении. Должно быть ты не заметил, но ты попал на мои владения. Я не причиню тебе вреда, можешь спокойно уйти.]
Сказав это, человек в золотом развернулся, возвращаясь в свою древесную лачугу.
— В тот момент следовало просто поприветствовать его, извиниться за вторжение и спокойно уйти, но во мне взыграла гордость за потерянную добычу.
[— Кто дал тебе право вмешиваться? Охота – это дело чести, отобрать добычу, значит оскорбить мастера боевых искусств, я и сам мог убить эту обезьяну, твоя помощь была никчему, повернись и прими бой как достойный мужчина.]
Мужчина в золоте беспристрастно повернул голову обратно в направлении Гуо.
[— Действительно? Не знал. Чтож, мне всё равно это не интересно, однако тебе не стоит разговаривать в таком тоне, в конце концов, я всего лишь хотел помочь.]
Разумеется, никакого оскорбления достоинства от убийства чужой добычи небыло, это могло относится к охотникам за зверьми, но не к мастерам боевых искусств.
— Я расценил его вежливость как слабость и продолжал хамить, испытывая его терпение. Я наговорил многого, обвинял его во множестве бед и просто оскорблял. Простое бескорыстное действие задело моё достоинство.
— В конце концов его терпение лопнуло и он испустил ауру давления. Меня начало прибивать к земле, а дыхание стало тяжёлым, я не мог произнести ни слова.
[— Твой язык остр подобно мечу, смертный. Я был с тобой снисходителен даже когда ты начал хамить. По тебе видно, ты любишь превосходство над другими, и никогда прежде не встречал кого-то своего уровня мастерства идентичного возраста. Этот практик даст тебе одно наставление.]
Через пару секунд молчания, он убрал ауру давления и продолжил говорить.
[— Давай испытаем твои навыки. Нападай! Если сможешь задеть хотя бы мой плащ, я признаю поражение и отпущу твою нахальную жизнь.]
— И что дальше произошло? Ты смог победить?
— Да, я победил! — с тяжестью на душе ответил мастер Гунбао.
— Ну разумеется, ты же мой дядя, сильнейший во всём клане Ло.
— Я едва коснулся его пальца, потому да, пожалуй я всё таки победил.
Лицо Ёнсу онемело от услышанного.
— Что? Неужели даже ты? Насколько же силён был культиватор?
«Чтобы превзойти тогдашних старейшин, нужно быть в сфере Хвагена, наивысшей сферы боевых искусств. Тагда как, чёрт возьми, это возможно?»
Вспоминая трагедию семидневной разницы, когда за минуту умерло трое старейшин, это уже не казалось ему столь удивительным.
— В том бою я выложился на полную, я использовал все свои оружия, вложил всего себя, прежде я никогда так не сражался, ведь на кону была моя жизнь, но он даже не увидел во мне угрозы, всё что он делал, так это раз за разом отбивал мои атаки ладонями и веером, слегка наполненными ци и ими же меня атаковал, это были даже не заклинания, любой слабый мастер боевых искусств способен создать подобное.
— Он мог убить меня в любой момент, ему просто было любопытно насколько далеко я смогу зайти. В итоге я решил вложить всю свою силу в один удар, но и он лишь слегка сконцентрировал ци в ладони и выпустил в меня небольшим зарядом.
— Ну и как всё закончилось?
— Моя атака смогла прорвать его заряд. Моя одежда изорвалась, всё моё тело было в ранах и ожогах, однако я едва смог задеть его палец... и он меня отпустил. Однако перед этим, он схватил меня за волосы и приподнял.
[— Неплохо смертный, для ваших мастеров ты весьма силён. Я готов тебя отпустить как обещал, но... этот практик также обещал дать тебе урок.]
Говорил он с еле заметным жестоким взглядом.
[— Кхэ-кхэ... О... О чём ты... говоришь?]
*Хрус*
Следующим ударом он сломал обе ноги мастеру Гуо.
[— Кха-аааа...]
Затем он переломал руки и под болезненные крики вышвырнул того за пределы своих владений.
[— Будь на моём месте любой другой культиватор, ты был бы мёртв ещё тогда, когда ступил на эту землю. А теперь уползай, нахальный червь. Этот практик не желает больше лицезреть тебя.]
— Я более двух дней пытался найти выход из леса, в который сам же забежал гоняясь за мартышкой. Я пытался залечить сломанные конечности, но некая сила культиватора въевшаяся в раны не давала этого сделать. Настолько велика была разница между нами.
— ....
— Прежде и по сей день, я никогда не был так близок к смерти, чем тогда. — переведя взгляд на пол, Гуо о чём то подумал пару секунд.
Ёнсу вспомнил тот самый день взрыва, когда весь клан встал на уши, а и без того немногочисленные жители жилых районов и торговцы сбежали в страхе.
Его взгляд стал излучать неподдельный страх.
— А сколько всего ты видел культиваторов? — сменив тему спросил Ёнсу.
— Не считая членов великих кланов, более двадцати. Однажды мне довелось увидеть битву двух культиваторов, парящих над морем. Это была битва совсем не похожая на битву воителей, вроде нас, скорее на битву богов. Ни у кого из них не было меча или другого оружия, они просто обменивались разрушительными заклинаниями, поднимая огромные волны.
«Да что за чушь?»
Вспоминая силу дяди Гуо, которую ему доводилось видеть, он не мог поверить в его слова.
«Дядя Гуо из тех, кого называют поднебесными мастерами. Он способен бежать по воздуху, а его сильнейшие атаки могут разрубать холмы и дома как рисовую бумагу, тогда как чёрт возьми он мог так легко проиграть.
Да! Тогда он был слабее и моложе, но даже тогда, чтобы превзойти старейшин надо было быть в сфере Хваген.»
Испуганный взгляд сменился шоком в перемешку с гневом.
«Что это за монстры?»
Закончив рассказ, мастер и ученик решили перейти к сегодняшней тренировке.
— Покажи мне чему ты научился за вчерашний день освоения техник, я надеюсь ты изучал их, как я советовал.
И он оказался прав.
Как только Ёнсу встал в стойку, он наполнил меч ци по методу третьего изученного акта, затем сделал резкий рывок в сторону соломенного манекен и одним ударом разрубил его на две части.
Гуо оцепенел. Ёнсу всего за 5 часов смог освоить технику, на освоение которой уходят месяцы и хоть это была не завершённая техника, результаты всё равно были потрясающими.
«Неужели всё дело в женьшене?»
Ученикам разрешено изучать техники, лишь когда им исполняется двадцать лет, когда меридианы полностью открыты и стабилизированны, а тело полностью развито.
В противном случае высечение техники может нанести непоправимый вред слабому телу при её изучении и последующему развитию молодого тела.
До этого времени ученики должны посвятить всё время усилению тела, улучшению контроля ци, выбору самого подходящего под себя оружия и оттачиванию мастерства с ним.
Поскольку Ёнсу было всего пятнадцать, он не мог изучать техники, но Гуо решил сделать исключение, поскольку времени ничтожно мало и его меридианы были открыты и укреплены энергией столетнего женьшеня, при этом в нём осталось половина от его энергии, которая также положительно влияет на тело.
Давать Ёнсу техники было крайне рискованно и ни Вуцзи ни Гуо, никогда бы такое ни одобрили, но в нынешней ситуации, у него небыло другого выбора.
С невозмутимым взглядом, Гуо подошёл к ученику
— Ты действительно выучил это всего за один день?
Ёнсу коротко и красноречиво ответил.
— Да, но это не полная техника, а лишь... огрызок.
Лицо дяди наполнилось гордостью и сказав — Подожди немного. — он пошёл в жилище внутренних учеников клана.
Через пару минут, выйдя, он притащил с собой ещё одного ученика.
Лицо парня было заспанным, имел длинные карие волосы, собранные в пучок на затылке и небритое лицо, а одет был в то же синее боевое одеяние, что и Ёнсу.
Он сразу понял, кто перед ним.
Это тот самый ученик, с которым он чаще всего спаринговался за ту неделю со стариками.
— О, это же старший брат Ло Ченг, я его знаю, он иногда был со мной на тренировках и даже помогал с освоением движений меча.
— И тебе... Ааа-агх... доброе утро.
— Тебе стоит по меньше спать, Ченг.
— Кто бы говорил. Сам спишь до обеда. Зачем вы меня в такую рань подняли?
Это был весьма перспективный ученик с высоким талантом, без какого либо высокого происхождения. Его можно было назвать другом Ёнсу, иногда помогающего ему с тренировками и делящегося советами.
Разговор двух юношей остановил голос Гуо.
— Слушайте вы двое, мне надо чтобы вы сразились друг с другом на той тренировочной арене, так я выясню как Ёнсу использует речной меч в бою.
— Речной меч? Разве ему не рано изучать техники? — спросил засыпающий на ходу Ченг.
— Ты прав, рано. Но в нынешней ситуации, у нас нет выбора.
Через минуту оба ученика уже стояли друг напротив друга с деревянными мечами.
— Начали!
Первый удар нанёс Ло Ченг, сделав рывок с последующим колющим ударом, всё время используя речной меч пятого акта, но Ёнсу уклонился от удара рывком в сторону, попытавшись нанести контрудар тем же приёмом с боку, всё время используя речной меч третьего акта.
Но Ченг отразил удар, своим рубящим ударом, мгновенно выйдя из уязвимой позиции.
— Держишься? Раньше ты бы не смог провернуть даже такой трюк, но теперь ты, кажется, стал сильнее.
— Дело в открытых меридианах, старший. Без них я бы не смог так двигаться.
— Ты слишком к себе категоричен.
Слегка разговорившись, они снова скрестили деревянные мечи продолжив бой, который длился ещё несколько минут. Хотя и Ченг сильно сдерживался из-за разницы в сферах.
В один момент Ло Ченг решил провести горизонтальный рубящий удар по ногам Ёнсу, тот воспользовался этим и сконцентрировав ци в ногах прыгнул на пару метров, занеся меч над головой соперника.
Ёнсу решил сконцентрировать всю возможную ци в клинке, затем он обрушил удар на Ло Ченга, нанеся сильнейший удар из возможных настолько быстро, что сопернику пришлось защищаться деревянным клинком словно щитом.
От ударной волны образовалось облако пыли.
Когда оно осело, Ёнсу услышал голос соперника сквозь пыль.
— Похоже я проиграл младший брат, мой меч сломался, больше я не могу продолжать бой.
Услышав это, Ёнсу увидел сломанный напополам деревянный меч Ло Ченга и его самого, стоявшего не вредимым.
Затем он посмотрел на свой меч, деревянное лезвие которого обгорело и было готово рассыпаться в любой момент.
— Мой меч тоже не в лучшем состоянии...
— Брось! Просто прими уже победу.
— Как хочешь. Что тогда думаешь о нашем бое?
— Хм... Тебе стоит изучить какое-нибудь боевое искусство.
— Думаешь?
— Именно. Ты просто машешь мечом в простых траекториях и раз за разом повторяешь простые движения. Боевое искусство думаю... поможет это исправить. Ну, или нет... ха-ха, кто знает?
— Бой окончен! Победил Ёнсу!
Голос мастера Гуо прекратил их суматоху.
— Кажется это всё, что от тебя требовалось, Ченг.
— Раз так, могли и подождать до обеда.
Воодушевившись победой, Ёнсу подошёл к дяде с целью узнать свою следующую тренировку.
— Дядя, какая моя следующая тренировка, не думаю что одна битва это всё.
— Её не будет! Это твоя награда за вчерашние старания.
— ....!
— Весь этот день можешь делать что душе угодно, я не буду тебя беспокоить.
Получив свободный день, Ёнсу решил сходить на средний двор клана Ло, который являлся центром его торговли, в нем располагалось большее количество лавок и торговых мест.
Придя туда, несколько лавочников уже стало подзывать его к себе и предлагать скидки.
Ёнсу был частым гостем здесь и большинство присутствующих уже знало его в лицо ещё с детских годов, когда дядя или сестра водили его по этим местам.
Потому он никогда не боялся ходить здесь одон и даже иногда сбегал сюда во время тренировок.
— Рад вас видеть, господин Шенг, мне три рисовых шарика и лунный пряник и одну сливу — сказал он одному из знающих его лавочников.
Поскольку Ёнсу был членом главной семьи, с карманными деньгами у него не было проблем, к тому же расходовал он их в меру, потому смог скопить немало бронзовых и серебряных цяней.
Поблагодарив лавочника, Ёнсу отошёл от лавки отправившись в сторону кузнеца.
Зайдя в неё, он увидел бородатого мужчину, который просто сидел в деревянном кресле ожидая посетителей.
— Давно не виделись, господин Пак Чон
Услышав знакомый голос, кузнец встал с кресла и поприветствовал покупателя.
— Действительно! Давно, ты не заходил в эту лавку. Как ты там поживаешь во внутреннем дворе? — заинтересовано спросил Пак Чон.
Услышав вопрос, Ёнсу рассказал кузнецу всё что случилось, рассказал и про расторжение помолвки сестры и про срок в 15 лет, в ответ услышав сожаление.
— Да... ситуация плачевная, а я уже думал это место сможет встать с колен и мне не придётся уезжать отсюда. Ещё и эти взрывы недавно...
— Что? Господин Чон, вы собираетесь уезжать? Но... почему?
— Это мечто давно в упадке, вести торговлю становится всё тяжелее, посетителей всё меньше, окупать вложения всё труднее, многие лавочники продают всё и уезжают, наверняка ты заметил, что многих торговцев, которых ты знал, давно уже здесь нет. Поскольку я кузнец, то мог продержаться подольше, я надеялся, что присоединения клана Ло к секте Моён улучшит положение, но похоже надежды были тщетны. Я не смогу продержаться долго, мне придётся продать эту лавку, а возможно и съехать в другую провинцию.
Услышав кузнеца, Ёнсу охватила грусть.
«Действительно, с каждым моим посещением среднего двора, тех кого я знал всё убавлялось и убавлялось, сейчас это место совсем не тот центр торговли, что был раньше, многие лавки пустуют, а людей на улице всё меньше.»
Прервав размышления посетителя, кузнец задал вопрос со смягчённой улыбкой.
— Зачем явился сюда? Не думаю что ради выслушивания жалоб старого кузнеца.
— Ах да... я пришёл сделать заказ, но перед этим примите мой приветственный подарок — Ёнсу протянул кузнецу лунный пряник, купленный ранее.
Взяв пряник из рук, лицо Пак Чона улыбалось ещё сильнее, было видно, ему нравилось это угощение.
— Откуда ты узнал, что я люблю эти пряники?
Он уже уплетал пряник за обе щеки.
— Когда я пришёл к вам в прошлый раз, вы не успели доесть пряник и убрали его под стол.
— Какой внимательный юнец! Так какой всё таки заказ?
— Мне нужны железные нарукавники для рукопашных боевых искусств.
Кузнеца удивил этот заказ.
— Я конечно не воин, но разве ты не используешь меч? Не думаю что резкая смена основного оружия пойдёт тебе на пользу.
Ёнсу стал протирать затылок, пытаясь придумать ответ.
— В любом случае, это очень недешёвая работа, делать нарукавники для всей руки, включая пальцы очень трудно, тебе это обойдется минимум в пятьдесят серебряных цяней.
— Не волнуйтесь, господин Чон, денег мне хватит, прошу, возьмите метки с моей руки.
Измерив руку молодого мастера, кузнец пообещал выполнить заказ через месяц и отпустил Ёнсу из лавки.
— До встречи Ёнсу, надеюсь все твои планы сбудутся.
— И вам того же, господин Чон.
Идя по пустующей улице, Ёнсу вспоминал каждое здание, где были его любимые лавки со сладостями, заведения с приветливыми хозяевами, просто склады с продуктами, гостиницы с балконом на втором этаже, трактиры постоянно полные пьяниц, готовых завязать драку в любой момент. Всё это было было родным для него, но теперь от этого почти ничего не осталось, что вызывало грустный поток мыслей.
Он никогда не представлял что его жизнь так повернётся, он думал что навсегда останется на уровне простого внутреннего ученика, потом отец заставит его заключить расчетный брак с дочкой, какого нибудь главы более низшего клана или богатого купца.
— Кто же знал, что всё так обернётся?
«Это... пугает.»
С такими тяжёлыми мыслями, Ёнсу дошёл обратно до внутреннего двора. Оглядевшись он увидел учеников, тренирующихся на площадке, кто-то делал упражнения, кто-то тренировался с оружием, а кто-то изучал какую-то технику.
Внутренние ученики, являлись сильнейшей боевой единицей клана, они имели право брать заказы на устранение духовных зверей и Призрачных духов, изучать любые техники библиотеки и даже могли брать травы и прочие ингредиенты для эликсиров и джинданей из хранилищ, хоть и с позволения старших учителей или мастеров.
Разумеется, чтобы стать внутренним учеником, нужны талант и выдающиеся навыки, также все внутренние ученики должны сменить свою фамилию на имя клана "Ло", потому все они имели одинаковую фамилию, но если ты проявишь особые умения даже среди внутренних учеников, то сможешь стать учеником одного из старейшин, что гарантирует высокое положение.
В среднем дворе также есть ученики, однако они не идут ни в какое сравнение с внутренними и в будущем могли надеятся разве что на место лидера отряда во время какого-нибудь конфликта. Они не имеют права ходить на миссии меньше чем в пять человек, а изучать техники можно лишь с позволения старших и то, лишь низшие и базовые для любого мастера.
Внешний двор представляет собой множество жилых кварталов и фермерские поля. Внешние ученики являлись, больше рабочими, чем учениками, на них была вся тяжёлая работа, большинство из них даже не станут учениками среднего двора, а лишь останутся рабочими, в лучшем случае станут лавочниками, торговцами или купцами.
Глядя на тренировку внутренних учеников, Ёнсу начал задумываться о том как ему изучить четвертый и пятый акт речного меча.
«Должно быть что-то, что поможет изучить технику быстрее. Изучать её своей ци трудно. Ощущения, будто пытаешься слепить из слишком мокрой глины шедевр искусства. Если мне не удаётся используя свою ци, то...
Хотя... у меня есть ещё половина ци столетнего женьшеня, если буду задействовать её при изучении, может она поможет изучить её быстрее.
Рискованно, но почему бы не попробовать.»
Ёнсу пошёл в комнату для медитации, ключ от которой отдал ему дядя, чтобы самостоятельно продолжать заниматься медитацией.
Сняв с себя верхнюю одежду и встав в стойку, он достал меч и начал вливать в него ци методом третьего акта речного меча, но в этот раз он не просто начал изучать четвёртый акт, он параллельно своей ци, использовал женьшень, что было очень рискованно, ведь если результат будет плачевным, то ци женьшеня потратиться в пустую.
Тем не менее, он продолжал.
Вскоре на телу начал стекать пот, а лицо покраснело от температуры.
— Ж-жарко! Этот женьшень!.. Они... Все такие горячие?
Ци женьшеня сильно нагревала тело, но она отличалась от собственной ци Ёнсу.
Если раньше изучение, можно было сравнить с лепкой чашки из грязи, то теперь это больше похоже на настоящую леску на гончарном круге из качественной глины.
Эффективность была кратно выше.
Спустя пару десятков попыток, Ёнсу смог изучить четвёртый акт речного меча.
— Наконец-то... получилось! — пытался говорить Ёнсу несмотря на отдышку.
Без энергии женьшеня, ему бы понадобилась минимум тысяча попыток, каждая из которых будет причинять руке боль при неудаче, но в этот раз потребовался лишь десяток, что было невероятным результатом.
Остался последний, пятый акт.
У Ёнсу осталось всего 40 процентов от энергии женьшеня, но несмотря на это он решил продолжать осваивать пятый акт речного меча.
Снова встав в стойку, он влил ци в меч и создал подобие меридиан четвёртого акта. Теперь оставалось создать духовные артерии, объединяющие их и духовные вены, равномерно распределяющие ци по всей поверхности клинка.
Первые несколько десяток попыток не увенчались успехом, но на пятидесятых, духовные артерии были созданы. Ёнсу почувствовал как меч стал прочнее, но вместе с тем тяжелее в руках.
— Этот меч... всегда был таким тяжёлым?
С его тела стекали ручьи пота, а лицо было краснее любой печи кузнеца.
Оставалось лишь создать духовные вены и техника будет полностью завершена.
Несмотря на истощение, Ёнсу решил продолжать освоение. Ему казалось не стоит останавливаться, если изучение техники проходит семимильными шагами.
Так прошло ещё около трёх десятков попыток, но во время одной из них, Ёнсу ощутил как по мечу равномерно растекается энергия ци, это были духовные вены, а значит техника речного меча была полностью завершена.
Осталось 25 процентов энергии женьшеня.
Радости Ёнсу небыло предела.
— Да! Наконец то, я её закончил! — по всему залу медитации разнёсся радостный возглас счастливого мастера.
— Потребовалось всего два дня, дядя будет крайне доволен, когда узнает и наверняка наградит меня за старания.
Со счастливым лицом Ёнсу покинул зал, не замечая всей той усталости от чрезмерного использования ци, но на выходе в закатном свете, его уже поджидало знакомое лицо.
— Дядя Гуо! Ты ждал меня?
— Разве может учитель прервать ученика? Видимо ты решил с пользой провести своё свободное время, раз так покажи мне результат.
— Ну, раз так, тогда смотри!
Ёнсу взял меч в левую руку и наполнил его ци, но в этот раз техника была полностью завершённой.
Увидев это, лицо дяди было шокировано, он ожидал хорошего результата, но не настолько быстрого.
— Быть того не может! Ты смог полностью освоить технику за два дня. За все свои две сотни лет жизни, я всего пять раз видал такой талант, одним из них была твоя старшая сестра Сонха, это невероятно.
Ёнсу был крайне доволен собой, его нос снова был задран к верху, ведь обычно базовые техники дают средним и внутренним ученикам лишь к их двадцати летию, а до этого времени занимаются их физической формой, а также развитием и управлением внутренней ци.
Между тем Гуо поражали смутные мысли.
«Как ни посмотри, Ёнсу очень талантливый юноша, но почему этот талант проявился только сейчас, не может быть, чтобы мой брат за столько времени не смог его раскрыть.
Если так подумать, его отношение к сыну всегда было странным, он никогда не заставлял его изучать боевые искусства, в то время как его дочь натаскивали ещё с юных лет, отказывался давать ему эликсиры и джиндани, также обходил стороной любую тему с его обучением.
Ещё и эта внезапная одержимость финансами, он не может быть настолько глуп, чтобы отказаться развивать свю кровь даже если он казался ему безталантным».
Закончив размышления, Гуо пошёл в сторону столовой, в которой обедали ученики и позвал Ёнсу за собой.
— Зачем ты меня туда ведёшь?
— Ты ведь наверняка мало ел за весь этот день, вот я и накормлю тебя от души, в конце концов, ты это заслужил.
— Но я совсем не голодный, вообще то я хотел принять ванну и...
Зайдя в столовую, их ждал накрытый стол с кучей еды, на нём было всё. Запечённый фазан, различное мясо с рисом, салаты, различные блюда и даже десерты были на нём.
Почуяв запах еды со стола, Ёнсу позабыл о своей фальшивой сытости и набросился на еду, сметая всё на своём пути.
— Хе-хе, а говорил есть не хочешь.
Дядя только и успел усмехнуться.
В трапезе по мимо Ёнсу и Гуо принимали участие и некоторые слуги с поварами, которые это всё и готовили.
Через час на столе ни осталось ни крошки, всё было сметено под чистую прожорливыми мужчиной, юношей и недоедающими слугами.
— Спа~кхе~сибо за ужин, я пожалуй пойду приму ванну.
— Хо~кхе~рошо, тебе стоит выспаться, ведь завтра будет твой первый заказ.
— Заказ? Но разве на них пускают не с двадцати лет?
— Во время наших тренировок, тебе всегда будет двадцать, запомни это?
Прошла ночь
Ёнсу как и в прошлый раз встал рано, но и в этот раз дядя не пришёл его будить.
«Неужели даже дядя решил поспать после такого плотного ужина?»
Одевшись и выйдя на улицу, он увидел Гуо, сидевшего на скамье, похоже он решил заснуть прямо здесь.
— Дядя... дядя... ДЯДЯ!
— А?.. Что? А... это ты. Ну что готов к отбытию?
— Дядя, ты что спал тут всю но...
— Пошли в резиденцию, там нам выдадут нужные бумаги и отправляемся в путь.
Так они подошли к резиденции клана, состоящей из восьми этажей. На первых двух этажах располагались бумажные отделы, их задача была в направлении, хранении и выдаче бумаг, а также выдача заказов.
На третьем и четвёртом этажах располагался отдел финансового управления.
На пятом и шестом был отдел внутреннего управления, в котором работали главные советники главы.
На седьмом была казна и все сокровища, накопленные за всю историю клана.
Даже старейшинам и их ученикам строго запрещалось туда ступать. Днём и ночью зал был под охраной свыше десятка воинов.
На восьмом этаже располагался зал главы Ло, отца Ёнсу. Там располагалось не только его рабочее место, но также важнейшие документы.
Зайдя на первый этаж, к ним вышла молодая на вид женщина, работавшая там. Завидя её, Гуо тут же начал с ней заигрывать.
«Вот же старый раззвратник. А она не слишком молода для тебя?»
Женщина посмеялась про себя и выдала мастеру Гуо бумагу с заказом.
*Ранг опасности: основы–средний*
*В деревне Ченьон завелся агрессивный духовный зверь. По данным местных жителей заметивших его, это барсук ростом с человека, раньше воровал урожай и ускользал как только завидел человека, но недавно утащил четырёхлетнюю дочь молодой вдовы.*
*Задача: выследить и поймать или убить зверя, принеся доказательство выполнения.*
*Срок выполнения: 20 дней с момента взятия*
*Награда: 40 серебряных цяней за поимку и 30 за убийство.*
Задания делятся на уровни угрозы в соответствии со сферами мастеров боевых искусств:
Хваген
Трансцендентный
Титулованный
Семь Огней
Преобразование Духа
Закалка Тела
Основы
Каждый из уровней означает, какой сферы мастер необходим для выполнения задания.
Также есть и дополнительный уровни, для более точного классифицирования:
Пиковый – на грани со следующим уровнем угрозы.
Высший – желательно от двух мастеров уровня задания.
Средний – у одного мастера возникнут проблемы.
Низший – хватит одного мастера уровня задания.
Чем выше каждый из этих уровней, тем выше опасность, но и награда также высока.
Получив задание они выдвинулись в путь, но перед этим мастер Гуо взял из склада старую повозку с тканевым навесом и лошадь.
— Эм-м... дядя Гуо, мы что, поедем на этом бревне?
Стоило ему это сказать, как тут же получил удар палкой по голове от заботливого дяди.
— Никакое это не бревно, это самая обычная повозка, на которой ездят обычные люди, пока не станешь мастером Закалки Тела, можешь даже не думать о лучших условиях. Я поведу повозку и будь благодарен, что я не требую за это оплату.
Проглотив недовольство, Ёнсу закинул свои вещи и оба мастера отправились в путь.
Проехав несколько часов, мне стало скучно и от безделья, я начал выцарапывать узоры на деревянном полу повозки.
Всё равно на них никто не обратит внимание.
Когда и это наскучило, я изучал технику речного кулака параллельно занимаясь медитацией.
Спустя примерно пол дня, дядя остановил повозку. Я уже было подумал мы приехали, но выглянув из под тканевого навеса, я увидел.
Перед повозкой стояло шесть человек, они держали в руках нечто похожее на оружие, но я не смог чётко их разглядеть, так как солнце слепило в глаза и кажется они были одеты в рваные рубахи со штанами и в соломенные ботинки со шляпами.
Сомнений быть не может, это были бандиты.
— Здесь дорога платная. Хотите ехать дальше, платите. — сказал главный из них, выйдя вперёд и с серьёзнвм видом, показав жест, означающий деньги.
Он выглядел максимально уверенно, будто знал, что мы простые деревенщины и не сможем дать отпор.
«Похоже, вам всем крупно неповезло». — подумал я, ведь считал, что сейчас дядя их всех перебьет.
Но следующие его действия меня поразили.
Вместо того, чтобы покалечить незванных гостей, он пошёл внутрь повозки и взял из одного мешка несколько малых духовных камней и горсть бронзовых цяней.
Затем он просто отдал им всё это, как вдруг лица тех шести изменились.
Они тут же стали крайне любезны и приветливы, стали обращаться к дяде уважительно и с радостью расступились перед дорогой, пропуская нас вперёд.
Дядя продолжил путь, в то время как я поражённо наблюдал за ситуацией.
Когда мы отъехали от них, я спросил.
— Почему ты просто не побил их, дядя Гуо? Ты легко мог ответить им и ничего не отдавать.
Он ответил со спокойным голосом.
— Ёнсу, ты заметил какое оружие они на нас направили?
— Да, кажется это были копья, ножи и что то ещё...
— Это были заточенные палки, черенки от лопат и вил, серпы и кухонные ножи, никакого оружия.
Я не понял, что он этим хотел сказать.
Он продолжал говорить.
— Это были не бандиты, а лишь жители бедных деревень, они лишь хотели страсти с нас денег, им негде найти работу, они не могут переехать в другое место, а их деревни настолько бедны, что у них нет другого выбора, даже если бы я им отказал, они бы просто пропустили нас скрепя зубами, а подобие оружия нужно для устрашения.
— Они никакие не бандиты, куда больше похожи на их жертв.
Мне нечего было ответить.
«Похоже в этом мире всё не так просто».
Выслушав дядю, я продолжил ждать прибытия.
Так прошёл остаток дня.
Вечером он остановил повозку, чтобы сделать перевал и приготовил еду на костре.
Когда мы оба уплетали куриный суп, я решил спросить давно интересующий меня вопрос.
— Дядя, а кто сильнее, ты или отец?
Его немного ошеломил этот вопрос, но кажется с ответом он не думал.
— Однозначно я! Твой отец из политиканов, он пол жизни сплочал людей вокруг себя, а вторую половину сидел в кабинете либо вёл политические игры, такому как я, всю жизнь живущему в боях и достигшему Поднебесного титула, он не ровня. Его рука больше держала перо с чернилами, чем оружие.
Я немного удивился такому однозначному ответу, но ожидал его.
— Тогда...
Следующий вопрос заставил его задуматься.
— Кто сильнее, ты или дедушка?
В этот раз дядя долго думал над ответом.
— С тех пор как его более семидесяти лет назад отравили в бою, у меня не было возможности сравнить наши силы, но он также как и я достиг Поднебесного титула, потому, думаю, мы с ним примерно на ровне.
Поднебесными мастерами, называют всех достигших Бессмертного Тела.
Дальше он решил перевести тему разговора.
— Ёнсу, ответь мне, сколько врагов у мастеров?
В этот раз уже я неожидал вопроса, но ответил.
— Разве их не четыре: агрессивные духовные звери, демоны, призрачные души и бандиты?
— На самом деле их пять, последний враг это другие мастера. Для мастера нет врага страшнее другого мастера. Они всегда конкурируют друг с другом за силу, влияние, наследство, идею и даже за куда меньшее готовы убивать друг друга десятками.
— Я надеюсь ты запомнишь это. Главный твой враг в этом мире – другой человек, неважно, мастер это, культиватор, богатый чиновник или озлобленный деревенщина, ведь лишь человек может творить зло. Демоны не выбирали путь зла, а звери не творят зло по определению. Только человек может творить истинное зло.
— Хорошо... я понял!
Выслушав лекцию, я продолжил есть куриную пахлёпку, а затем завалился спать в повозку.
Прошла ночь.
На утро мы снова выдвинулись в путь.
На этот раз путь занял всего полдня и мы прибыли в назначенное место, деревню Ченьон.
Я вышел из повозки, чтобы осмотреться.
Вокруг были маленькие дома, загоны для скота, а вдалеке виднелось большое поле.
Обернувшись на дядю, я увидел как он загонял лошадей в деревенское стойло, тогда он сказал мне.
— Я оставляю этот заказ на тебя. Я не буду тебе помогать, так что разбирайся сам, но если будут вопросы, спросишь.
Я ожидал подобного, но не на первом заказе.
«Ну, делать нечего».
Для начала я стал продумывать дальнейший порядок действий. Поломав голову я решил обратиться к старосте деревни.
Спросив проходящего мимо старика, я узнал где находится староста и пошёл к нему.
Зайдя в его хижину, я увидел маленького старика, сидевшего за столом, похоже он трапезничал.
В отличае от мастеров, простые люди не могут продлевать себе жизнь, их максимум – самое базовое управление ци, но даже так их предел не превышает 120 лет.
Как только он увидел меня, мастера с оружием, оторвался от еды и поприветствовал меня.
— Приветствую вас господин, вы наверное по поводу моего недавнего заявления из-за барсука утащившего девочку.
«Так это он отправил письмо.»
— Да староста, я здесь из-за этого. Не могли бы вы рассказать мне об этом инциденте подробнее.
Лицо старосты было грустным, ведь он знал каждого человека в этой деревне в лицо, включая маленьких детей.
— Да, это настоящая трагедия для нашей деревни. Молодая вдова, всего пару лет назад потерявшая мужа, потеряла ещё и ребёнка. Такая маленькая девочка, так рано покинула этот мир.
Говоря всё это, глаза старика наполнились слезами горечи.
— Не могли бы вы рассказать мне об этом звере?
— Да, конечно, он появился здесь пару лет назад. Его заметил фермер когда собирал урожай, он грыз зерно с поля, но когда увидел человека убежал и тогда фермер увидел размеры убегающего барсука, он был размером чуть больше человека. С тех пор он иногда появлялся, чтобы украсть зерно, жителям это не нравилось, но поскольку вреда от него особо не было, его оставили в покое... до недавнего события.
Выслушав рассказ старика, у меня появился ещё один вопрос.
— Кто-то видел, как барсук утащил девочку?
— Да господин, дети игравшие с девочкой сказали, что видели как барсук набросился на неё и уволок в лес. Также на том месте были найдены огромные барсучьи следы и брызги крови.
— Если вы ищете ночлег, то прошу обратиться к самой вдове живущей на окраине деревни, рядом с полем, она сказала, что готова приютить мастеров, пока те не изловят монстра.
Поблагодарив старосту за рассказ, я пошёл за дядей, сидевшим на скамье возле конюшни.
Он как раз пил с её владельцем вино и играл с ним в азартные игры.
«Ах ты...»
*Хвать*
Я схватил его за плечо.
— Пошли.
— Что? Уже? Дай мне минуту, я вот вот заставлю его отдать...
— Хватит. Имей совесть, старый, невежественный дурак. Не опускайся до обдирания простых людей.
— Эх, не понимаешь ты радости простой деревенской жизни.
— Как нибудь узнаю.
Затем мы пошли к молодой вдове, которая уже ждала нас у крыльца.
— Рада вас встретить, я Фа Ноён, это моя, моя дочь пропала недавно — говорила она, пока с её глаз стекали реки слёз.
Дядя постарался успокоить бедную вдову.
— Прошу, перестаньте рыдать. Обещаю, мы уничтожим монстра и отомстим за вашу дочь.
Услышав это, вдова вытерла слёзы и впустила нас домой, где нас уже ждал обед.
Я не хотел расспрашивать бедную женщину о случившимся, чтобы лишний раз не травмировать её.
Как вдруг дядя спросил.
— Вы видимо были мастером в прошлом?
Я подавился услышав такой вопрос, но он продолжил.
— Ваша ци кажется мне довольно сильной для простого человека и она кажется стабильной, думаю у вас открыта треть меридиан. Не может быть, чтобы простой человек обладал такими атрибутами, видимо вы служили в качестве рядового воина.
Я легнул его ногой и прошептал на ухо.
— Дядя Гуо, ты что творишь? Нельзя допрашивать убитую горем женщину! Не видишь как ей плохо?
Но я снова перевёл взгляд на женщину.
«Действительно, я не заметил при встрече, но у неё довольно сильная аура, хотя это максимум уровень рядового ученика из среднего двора».
— Да, вы правы мастер, в прошлом я была во ном в клане Джэн, который сейчас стал частью клана Ло. После военных действий, я ушла в отставку, встретила мужа и завела семью. До тогдашнего дня, я жила... счастливо.
Говоря это, её глаза снова начали наливаться едва видимыми слезами.
— Прошу прощения за мой бестактный вопрос, госпожа Фа, я не хотел сделать вам больно.
— Ничего страшного, как я могу просить вас отомстить за дочь, не рассказав ничего.
После этого я решил встать из-за стола и обратиться к дяде.
— Как ты предлагаешь мне ловить зверя?
Вдова Фа решила ответить за него.
— Барсук обычно появляется на окраине поля раз в несколько суток, чтобы утащить немного зерна, недавно на поле поставили смотровую башню, чтобы выслеживать его, но пока поймать не удалось. Он убегал как только замечал взрослого человека.
— Благодарю, госпожа Фа, это нам поможет.
Помимо политического влияния, во влиятельных кланах, есть особая форма выполнения заданий.
Во владениях клана, как правило находятся большие территории, со множеством поселений, таких как деревни, поля и даже города.
В этих местах периодически появляются духовные звери, демоны, агрессивные духи и бандиты.
Населённые пункты платят налог клану, взамен получая защиту.
Когда кто либо из них появляется в поселении, жители отправляют запрос с докладом в клан. Этот запрос попадает в отдел бумаг, там запрос анализируют и составляют на его основе миссию, присваивая ей уровень опасности, временные рамки и награду для выполнившего даоса, которая также облагается налогом.
Если миссия претендует на ранг выше уровня закалки, то в пункт отправляют разведчика, для точной оценки угрозы.
Если населённый пункт не находится ни под чьим покровительством, то он также может отправить запрос в ближайший даоский клан, но оплачивать выявленную кланом награду, придётся самому поселению.
Деревня Ченьон была одним из поселений, находящихся под покровительством клана Ло, потому награду выплатит резиденция клана.
Тем временем я сидел на верхушке деревянной смотровой башни. Концентрируя ци в глазах, я высматривал всё поле с целью заметить барсука за поеданием зерна.
Прошёл час... два... но никого кроме фермеров с поля и птиц в небе, я не заметил.
Меня одолевала скука и я решил параллельно осваивать технику речного кулака.
Эта техника была похожа на речной меч тем, что позволяет усилить объект концентрацией ци, но поскольку объектом усиления являлось собственное тело, а не сторонний объект, изучение проходило намного легче.
Так я изучал технику, параллельно высматривая поле.
Так прошло ещё пару часов.
«Кажется я близок к завершению техники».
Стоило мне об этом подумать, как со стороны лестницы появилась корзина с едой, а вслед за ней и рука госпожи Фа.
— Надеюсь я вам не помешала? Я принесла вам еды, а то наверняка уже проголодались.
— Нет, всё хорошо. — сказал я протягивая руку, чтобы помочь подняться её на башню.
Поднимая её, я почувствовал, как моя рука задела что-то твёрдое.
Направив свой взгляд, я увидел зелёный нефритовый браслет на руке Госпожи Ноён.
— У вас очень дорогое украшение, наверное семейная реликвия?
— Да, этот браслет достался мне от отца. Более десяти лет назад он погиб на войне в битве с неким даосом.
— Я так и подумал, в конце концов нефрит дорогое удовольствие.
Нефрит является ценнейшим материалом для любого даоса или культиватора, поскольку является идеальным проводником ци или любой другой энергии. Он может хранить в себе техники, большие объемы ци или даже духов.
— Что вы собираетесь делать, когда заметите барсука?
Удивившись такому неожиданному вопросу, я дал свой ответ.
— Ну... я думал погнаться за ним и...
— Этот барсук крайне быстр и может заметить человека за десяток метров и быстро убежать. Как вы собираетесь его догонять?
— Ну, я не думал настолько далеко.
Я действительно не думал так далеко.
— Понятно. Можете спуститься со мной вниз.
Затем она прыгнула с вышки, сложив руки за спиной и приземлившись на ноги так, будто прыгнула всего на пол метра вниз.
Я последовал за ней.
Спустившись она сказала.
— Я могу научить тебя мягкому шагу, которому меня научил отец.
Неожиданное предложение.
— Вы собираетесь учить меня какой то технике? Я всего лишь на уровне основы и вряд-ли смогу освоить сложную технику.
— Нет, мягкий шаг это не полноценная техника а лишь мастерство движений и слегка контроль ци в ногах. Давай лучше продемонстрирую.
Не вынимая рук из-за спины госпожа Фа начала совершать небольшие прыжки из стороны в сторону.
Наблюдая за этим, я пытался уловить звуки от прыжков, но услышао лишь слабый шелест. Как можно так передвигаться не издавая звуков?
— Ну как, хочешь научиться также?
— Д-да, конечно. Это было невероятно.
— В таком случае начнём.
Так я начал обучаться мягкому шагу.
Первым делом я сконцентрировал ци в ногах и попытался сделать прыжок, но первая попытка закончилась провалом и падением на землю.
— Ха-ха, я в первый раз была ещё хуже. Я сбила отца с ног, упав на него.
— Значит слушай. Для начала закрой глаза.
Я сделал как она говорит.
— Теперь направь ци в ноги медленными потоками.
Я чётко следовал инструкциям.
— Теперь представь, что твоё тело лёгкое, подобно перу на ветру, не переставая концентрировать ци. Для управления ци очень важны ощущения, если ты будешь чувствовать тяжесть на душе, то она будет давить тебя к земле. Если чувствуешь свободу, будет легко управляться и рассеиваться.
Оказывается госпожа Фа очень хороша в обучении. Я понимал, что у неё есть опыт, ведь она была даосом, но не думал, что такой обширный.
— Теперь когда ты всё это сделал, очерти расстояние до цели и исполни прыжок, не забывая концентрировать ци и своё ощущение лёгкости на протяжении всего прыжка.
Я так и сделал. Очертил расстояние в три метра. Мой прыжок начался хорошо, пол пути прошло без проблем. При подлёте к месту приземления необходимо было снова сконцентрировать ци в ногах так, чтобы приземление было беззвучным и мягким.
На этом этапе моя концентрация на ощущении лёгкости спала и приземление было шумным, будто я упал с пяти метровой высоты.
Бросив взгляд на госпожу Фа, её лицо было весёлым, будто сейчас её порвёт от смеха. Но она прикусила губу, словно считала себя недостойной смеха.
Видимо вспомнила свою дочь, которую также хотела обучить, когда та вырастет, но этому не суждено было сбыться.
Она отвернулась от меня, чтобы не показывать свои слёзы, которые снова потекли из глаз.
Тогда я выкрикнул.
— Куда вы уходите? Вы же говорили, что научите меня искусству мягкого шага.
— Я уже всё тебе показала, дальше дело в твоей практике, продолжай в том же духе и освоить технику уже завтра.
— Подождите. Если вы такой умелый даос, то почему сами не убъёте барсука?
Она остановилась услышав такой вопрос.
— Умелый даос? Хех, Я вовсе не такая сильная как ты думаешь, на самом деле я совсем не лучше тебя, особенно в душе, а это искусство – максимум, что я могу передать тебе, юноша.
Так она отошла к своему дому, на крыльце которого сидел дядя и наблюдал за нами распивая вино. Я не мог разглядеть его лица, но кажется он смотрел не на меня.
Я не придал этому значения и продолжил тренировать мягкий шаг.
Так прошло несколько часов.
Я сильно продвинулся в искусстве мягкого шага и уже мог сделать более десяти прыжков не издавая звуков, это был отличный результат.
Тогда я вернулся на вышку и продолжил наблюдение.
Наступил вечер и я услышал голос дяди у подножья деревянной смотровой башни.
— Барсук сегодня уже не появится, можешь спускаться.
Я сделал как он говорил и мы оба пошли в дом вдовы Фа, чтобы переночевать.
По пути дядя задал вопрос.
— Ну и как тебе первая миссия?
— Я думал это будет... скажем, поинтереснее.
— На самом деле большинство заданий проходят именно так, дни скуки и наблюдения, потом несколько минут действий.
Я промолчал, ведь скука сильно меня вымотала.
«Никогда не думал, что тренировки будут так бодрить меня, как сегодня».
Так прошёл первый день первого задания.
У вдовы Ноён был довольно большой для деревни дом. В нём было два этажа и несколько пустующих комнат.
Мне дали одну из них на втором этаже.
Поднимаясь к ней, я заметил золотую заколку в виде паука, одиноко лежащую на тумбе.
«Похоже они с мужем были довольно зажиточными или это ещё одна семейная реликвия».
Не придав ей значения, я прошёл к пустующей комнате.
Открыв её, я увидел пустой шкаф в стене и стеклянное окно с видом на поле и старую пыльную кровать.
Кажется она была тут ещё давно, было видно, на ней никто не спал месяцами, если не годами.
«Мне на этом придётся спать? Могли хотя бы стряхнуть с неё пыль?»
Я раздражённо вытряс пыль с одеяла и постелив его обратно, лёг на него сверху.
Так прошёл час, а в глазах ни капли сна.
Я захотел встать с кровати и сделать пару упражнений, чтобы заснуть.
Но то что произошло дальше, никак не могло уложиться в моей голове.
При попытке встать, тело будто сковало десятком цепей, а сердце стало бешено стучать.
Я стал ощущать на себе зловещий, пугающий взгляд, будто... будто то ощущение во сне, когда я подошёл к чёрной сфере.
Страх окутал тело целиком, сердцебиение участилось ещё сильнее, а с лица стал течь пот.
~ Ч-что это? Я что, чем то заразился пока сидел в той башне?
Но это был не единственный сюрприз на ночь.
Через минуту надо мной загорелось два огромных чёрных глаза, в которых отражалась пустота.
Они ничего не делали, а лишь смотрели на моё парализованное тело.
Не отводя взгляд, никак не двигаясь, лишь смотрели и смотрели без конца.
*Страх*
*Ужас*
*Тревога*
Все эти эмоции захлестнули мою голову и сердце. Я уже не мог мыслить здраво.
Мою голову наполняли мысли.
«Что это?»
«Кто ты?»
«Уходи!»
«Исчезни!»
«Это нереально!»
«Это сон!»
«Исчезни!»
«Я не хочу умирать!»
Эти мысли крутились и повторялись в голове по кругу десятки раз, казалось, я схожу с ума.
Чтобы справится со страхом, я закрыл глаза.
«Прошу исчезни!»
Спустя пару минут я открыл глаза.
Передо мной была та же самая комната с тем же самым пустым шкафом и пыльной кроватью.
Тело больше не было порализовано.
Повернувшись в сторону окна, я увидел как из него льет свет. Похоже наступило утро.
«Неужели это просто был сон?»
Я вздохнул с облегчением и спустился вниз по лестнице, где уже был накрытый стол и рисовые блюда для меня и дяди.
— А я уже думал идти наверх будить тебя ведром воды. Чего такое лицо страшное? Опять какой нибудь страшный сон приснился? — усмехнулся дядя, потягивая глиняную рюмку с ароматным вином.
Я тоже усмехнулся потирая затылок.
— Да... ха-ха, что-то вроде того.
«Неужели это правда всего лишь сон?»
Я сел за стол и тоже начал есть наложенную госпожой Фа рисовую кашу.
После нескольких дней одного сухого риса, она казалась настоящей пищей богов.
На протяжении всей трапезы, дядя то и дело поглядывал на госпожу Фа. Надо признать, она была довольно хороша собой.
«Старый развратник! Опять на молодых засматриваешься?
Интересно, что бы сказал отец, если бы такое увидел? Скорее всего, как минимум, наорал бы на тебя».
Закончив есть, я поблагодарил госпожу Фа и снова отправился на деревянную башню.
«И снова эта башня. Ещё несколько дней я не выдержу!»
Но делать нечего. Если уже взял миссию, то нужно её выполнить, иначе это навредит моему имени как сыну главы.
Если простому ученику провал миссии без проблем простят, то для меня это серьёзная потеря репутации.
Возможно это ещё один урок, который дядя хотел мне преподать.
Так я просидел на башне до полудня.
От скуки вырезал мечом рисунки на дереве, а когда и это надоедало, то практиковал технику речного кулака, периодически спускаясь, чтобы тренировать мягкий шаг.
Так, сидя на башне, я периодически посматривал на дядю, который либо выпивал, либо ел, либо спал, а иногда флиртовал с госпожой Фа.
«Старый развратник! Бесишь!»
Один раз он заметил как я на него смотрю и сказал мне что-то на расстоянии.
Я не умел читать по губам, но прекрасно понял, что он мне сказал.
— Не упусти своего лохматого спасителя, принцесса.
—....*
«Ах ты... бесячий старик.
Сам ничего не делаешь, а всю работу на меня спихнул. Бесит!»
Я сжал кулаки слегка повредив деревянную доску, держащуюся в руках.
Во время полдника, ко мне снова поднялась госпожа Фа с корзиной.
В этот раз, уходя она сказала...
— Если обнаружишь барсука, не беги на него с боем сразу. Скорее всего он достаточно силён, чтобы уничтожить посевы или навредить жителям во время вашего боя. Лучше проследить за ним до норы и напасть там.
— Тогда он будет более уставшим и менее агрессивным, ведь ему придётся думать не только о враге, но и о своём логове.
Я немного подумал над её словами и пожалуй, в этом есть смысл.
— Спасибо, госпожа Фа, я сделаю так как вы сказали.
Госпожа Фа слегка улыбнулась в ответ и ответила.
— Не стоит. Лучше зови меня просто – Фа Ноён. Я ещё очень даже молода для госпожи. В конце концов, это я должна относится к вам с почтением.
Она уже собиралась спускаться с лестницы, как вдруг снова спросила.
— Кстати, ты ведь уже очень хорошо освоил искусство мягкого шага?
— Да, конечно! Благодаря вашему наставлению, я смог его изучить.
— Неожиданно, ты довольно быстро учишься.
Фа Ноён широко улыбнулась и подмигнула мне, затем спустилась с лестницы и ушла домой.
А я остался на башне один, в размышлениях.
«Похоже у меня появился новый мастер. Дядя, тебе придётся лучше стараться, чтобы не уйти на второй план».
Немного посмеявшись над дядей, я продолжил следить за зерновым полем.
Так прошёл остаток дня.
Я вернулся в дом уставшим и измождённым скукой.
Поужинав, я отправился на второй этаж, чтобы вздремнуть, но войдя в комнату, я вспомнил ужасающий сон.
По всему телу пробежали мурашки, кожа начала потеть, а сердце стучать как бешенное.
— Нет, я не могу тут спать.
Взяв подушку и одеяло, я выпрыгнул на улицу через окно в комнате и лёг спать в повозку, на которой мы с дядей приехали.
«Всё лучше, чем снова испытать тот кошмар».
Так прошла ещё одна ночь.
К счастью кошмар не повторился и открыв глаза, я с облегчением вздохнул.
Выйдя из повозки, я пошёл к дяде за стол, но зайдя в дом, там никого не было, ни дяди ни Фа Ноён.
«Странно. Наверное они просто ещё не проснулись. Тогда не буду их будить.»
Так я снова пошёл на башню.
На ней я просидел несколько часов, но дяди и Фа Ноён по прежнему небыло.
«Странно, в это время дядя обычно пьёт чай или вино на улице».
Меня сильно озадачило их отсутствие.
— Почему они до сих пор не вышли? Могли ли они...
— Нет! Фа Ноён не такая!
— Хотя... она одинокая вдова, потерявшая мужа, пребывающая в глубоком горе, а дядя очень приветлив и хорош собой. Она вполне могла попытаться заглушить боль утраты...
— Нет! Такого быть не может! Они же всего два дня знакомы.
Отбросив подобные мысли я продолжал высматривать поле.
Так прошло ещё несколько часов. Как вдруг...
*Шелест*
Что то зашевелилось в поле.
«Неужели дождался?»
Я сконцентрировал ци в глазах, чтобы улучшить зрение и посмотрел в сторону, исходящего шелеста.
Присмотревшись, я понял. Это точно не фермер, я бы заметил и точно не маленький грызун!
Ещё присмотревшись, я увидел большую барсучью морду выглядывающую из зернового поля.
— Это он! Наконец то!
Я хотел уже броситься прямиком за ним, но вспомнив наставления Фа Ноён, я решил подкрасться к нему сзади с помощью мягкого шага.
*Прыжок*
Кажется звука не было.
*Прыжок*
*Прыжок*
Так я смог сделать двадцать мягких прыжков, незаметно прокравшись, за дерево, стоявшее в паре метров сзади от барсука.
«Похоже не я один сегодня голодный»
Я стал ждать, пока он закончит есть и пойдёт в лес.
Я прождал более полу часа, наблюдая как он поедал зерновые культуры деревни.
На удивление, несмотря на размеры, он съел не так много как я ожидал.
Кажется дядя рассказывал. Духовные звери могут насыщаться духовной энергией как и даосы. Потому и в еде они нуждаются меньше.
Закончив поедать зерно, барсук решил наконец отступить в лес.
«Наконец то.» — Я отправился за ним.
Я совершал мягкие прыжки от дерева к дереву, скрывая своё присутствие от зверя.
Иногда я оступался и всё таки издавал звук при прыжке и зверь настораживался.
Однако, то ли он решил, что это мелкое животные, вроде зайцев, то ли подумал, что это просто звуки качающихся деревьев.
Он почти не реагировал на эти звуки и продолжал путь.
Так мы прошли пол дня. Иногда он проходил через большие пустые поля, из-за чего мне приходилось прятаться за деревьями вокруг поля, при этом пристально следить за зверем, наполняя глаза ци. Таким образом я чуть не потерял его из виду, однако мы продолжали путь.
Так проходили часы. Небо уже начало тускнеть, приближался закат.
Наконец мы пришли к большой норе, в которую барсук тут же залез.
«Наконец то ты остановился. Я уже думал придётся биться в лесу.»
Но взглянув на нору, я ужаснулся.
От неё исходило много эссенции смерти, которую выделяют мёртвые тела.
В этом мире есть множество видов энергии, энергия ци лишь одна из них, эссенция смерти выделяется от мёртвых тел или других вещей связанных со смертью.
Энергия жизни, выделяющаяся живыми существами, от муравья, до величественных драконов.
Энергия моря выделяется от огромных водоёмов и чем больше они существуют и чем больше в ней жизни, тем больше энергии выделяется и тем она сильнее.
Энергия природы выделяется в лесах и других природных местах, её главный принцип – круговорот жизни.
Также есть и множество других видов энергий, таких как энергия неба или земли.
«Здесь слишком много смертельной эссенции, никогда столько не видел».
Но отбросив подобные мысли я продолжал наблюдать.
«Хотя, он вполне мог поймать множество мелких грызунов и прочих животных, потому наверное и столько эссенции».
Пока я думал, барсук уже заполз в нору.
«Чёрт! Я слишком задумался. И что теперь делать? Ладно, пока продолжу наблюдать».
Я прождал ещё час, в надежде что барсук выйдет из своей норы. Чтобы скрасить ожидание, я решил рисовать мечом на земле и дереве, за которым прятался.
— Если сам не выйдет, подожду пока заснёт и зарублю его спящего, хотя в норе у него огромное преимущество и он может заметить меня, когда войду и проснуться. Хм... опасно!
После этих слов он вышел из норы и я мигом закрыл рот руками.
«Чёрт! Неужели он услышал мой голос?»
Но он, кажется, не искал источник звука, а просто ушёл в лесную чащу.
«Отлично! Нападу на тебя, когда вернёшься».
Но смотря на эссенцию смерти, вытекающую из норы, меня охватило любопытство.
«Эта нора... интересно, что в ней. Если быстро посмотрю туда и вернусь, ничего ведь не случится?»
Я вошёл внутрь.
Нора, оказалась довольно глубокой, пройдя в ней несколько метров, эссенция смерти только сильнее ударила мне в лицо, а мерзкое зловоние охватило мой нос.
~ Да что здесь так воняет? — сказал я про себя, при этом продолжая продвижение.
Доходя до конца норы, я заметил широкую область и быстро подошёл к ней.
Но то что я увидел дальше, навсегда отпечатается у меня в памяти.
Посмотрев туда, я увидел разлагающееся тело и груду костей, тело маленькое и кажется появилось здесь недавно, другое взрослое и уже разложилось настолько, что стало скелетом.
От такого зрелища меня вырвало.
— Буэээ...
Дыхание участилось, сердце забилось как бешенное, в глазах появились слёзы, а голову захватило множество мыслей.
«Что это?»
«Откуда всё это взялось?»
«Как давно это тут лежит?»
Мне нужно было отдышаться. Через минуту я слегка успокоился и начал мыслить здраво.
«Точно. Барсук ведь утащил дочь Фа Ноён.»
Подойдя к телу, из моих глаз снова полились слёзы. Я не мог переварить происходящее.
— Как ты мог, монстр? Как ты мог совершить такое? Хоть ты и зверь, но это настоящее зверство, даже для тебя.
Вскоре я взял себя в руки и взглянул на груду костей лежащую рядом.
«Если это тело дочки Фа Ноён, то кто тогда это? Неужели раньше, он утащил ещё кого то? Тогда почему никто об этом не рассказал, да и в ознакомлении задания о втором пропавшем ни слова».
Тогда пазл в голове начал складываться.
«Глава деревни и Фа Ноён говорили, что не так давно она потеряла мужа. Неужели это тело принадлежит ему? Но почему тогда они не связали это с барсуком?»
Я начал догадываться.
«Неужели барсук утащил мужчину до того как его впервые заметили? Это объясняет отсутствие мужа в ознакомлении. Но почему он утащил именно членов семьи Фа? Что именно привлекло его в них?»
Я продолжал думать.
«Точно! Фа Ноён ведь была даосом и в ней куда больше ци, чем в обычных людях, потому он утащил её дочь, ведь в ней от рождения могло быть большое количество ци, что усилит духовную энергию зверя.»
Ещё раз осмотрев детское тело, я увидел следы укусов, что подтверждало мою теорию.
На взрослых останках также присутствовали следы зубов и детали стали проясняться.
«Обычно даосы женятся на других даосах того же уровня, что и они сами, чтобы у супругов была равная продолжительность жизни, значит, скорее всего, муж Фа Ноён тоже был даосом, а поскольку в нём было больше ци, чем в девочке и возможно больше чем в жене, барсук напал на него первым.»
Это также объясняет столь огромное расстояние от деревни до норы.
Он не просто воровал зерно. Он выискивал других людей с большим запасом ци.
Вероятно он исследовал территорию, пока не наткнулся на деревню, где заметил мужчину, а утащив его стал высматривать других таких же, пока не приметил дочку мужчины.
—...
«Но тогда... почему он не напал на Фа Ноён после атаки на её мужа?»
Но и на это вскоре нашёлся ответ.
Вполне вероятно, что взрослый даос смог дать отпор зверю, сильно ранив его, после чего, тот стал инстинктивно бояться взрослых людей.
Отсюда и страх перед фермерами, которые во много раз слабее его самого.
Потому он и украл дочь, а не более сильную мать, обладающей достаточно большой духовной силой, чтобы дать отпор не меньший, чем покойный мужчина.
Тут пришло осознание.
«Сколько времени я уже здесь сижу? Пора выбераться?»
Я пошёл на выход убирая слёзы с лица.
«Я отомщу за вас, монстр сотворивший такое поплатиться своей жизнью.»
Так я вышел из пещеры.
Но на выходе меня ждал сюрприз.
Зверь стоял перед входом, поджидая меня. И тут я снова вспомнил наставления дяди.
Духовные звери, так же как и даосы обладают подобием шестого чувства, что предупреждает об опасности.
«Похоже, когда он зашёл в нору, то в дружелюбной обстановке, почувствовал моё присутствие и решил заманить меня внутрь.»
—....
«Но... почему тогда он ушёл в чащу, а не проверил местность? Неужели заманивал меня внутрь?
Тогда почему не напал на меня внутри? Почему остался поджидать снаружи? Видимо решил, что разобраться со мной снаружи будет проще, чем изнутри.
Похоже он недооценил меня из-за недостаточно взрослого тела, по сравнению со взрослым мужчиной.»
— Отлично! Ты поплатишься за то, что недооценил меня и за двух невинных людей, пострадавших от тебя!
Я вынимаю меч из ножен и направляю его на зверя.
«Похоже теперь я стал жертвой, а не охотником. Ну и ладно.»
— Нападай! Монстр!
Зверь стал медленно подходить ко мне, а затем нанёс удар своей огромной лапой.
Я увернулся от него, но удар казался тяжёлым.
Несмотря на размеры, удары у него сильны, подобно медвежьим.
Он нанёс ещё несколько довольно быстрых ударов, от которых стало тяжелее уворачиваться.
Не получив результата, зверь убежал за деревья, перебегая от одного за другое на высокой скорости, чтобы запутать меня.
«Неужели все звери уровня основы так сильны? Насколько тогда сильны те, что стоят уровнем выше?»
Я же стоял на месте, ожидая атаки со всех сторон.
Вскоре удар был нанесён с боку. Я заметил его в последний момент и еле как уклонился прыжком.
Барсук открыл пасть с целью схватить меня в воздухе, но удар ботинком по носу утихомирил его пыл и он снова скрылся за деревьями.
«Проклятье! Это я должен был скрываться за деревьями, а не ты».
Я как идиот стою в небольшом поле, окружённый деревьями, пойманный в свою же ловушку.
«Меня обхитрило животное. Если дядя узнает, то будет смеяться и припоминать мне это до конца жизни. Этого нельзя допустить!»
Барсук ещё несколько раз попытался наносить удары из-за деревьев, но каждый раз мне удавалось уворачиваться в последний момент перед ударом.
С моего лба потёк пот, а дыхание участилось.
Похоже, я начал терять силы.
Длительная погоня и несколько дней изматывающей скуки сказались на моей выносливости.
«Такими темпами я могу...»
«Умереть!»
От такой мысли, моя концентрация повысилась, а по коже пробежали мурашки.
«Я не могу смотреть на него свысока!»
Спустя ещё несколько ударов, я заметил, что движения барсука стали медленнее.
Не я один теряю силы!
Это битва на выносливость. Если мне удастся продержаться дольше, то ему придётся сменить тактику боя.
Так прошёл удар за ударом и в конце концов он тоже выдохся и вышел из леся мне на глаза.
Наши уставшие взгляды снова встретились.
Зверь прыгнул на меня с раскрытой пастью, но в этот раз его удары были медленнее и я смог пробежать мимо него, нанеся удар мечом по боку животного.
Первая кровь была пролита.
Подобное повторилось ещё несколько раз.
Я наносил удар за ударом, наблюдая как шкура зверя заливается кровью.
Я начал чувствовать себя спокойно. Как вдруг.
Мои ноги подкосило, а в глазах начало темнеть.
«Неужели я выдохся? Похоже, когда я начал доминировать в бою, то и адреналин перестал препятствовать усталости».
Мои движения стали медленными, а удары слабыми. В итоге я не смог увернуться от следующего удара барсука и толстая когтистая лапа нанесла мне порез по торсу, отбросив на несколько метров в дерево.
— Кха... Кха... А ты сильнее чем я думал!
Попытавшись встать, я ощутил боль в груди и почувствовал теплоту от своей крови, вытекающей из раны, заливая мою одежду.
Через затуманенные зрение, я видел как барсук осторожно приближался, боясь внезапной атаки.
Похоже, видя меня в таком состоянии, он ждёт когда я потеряю сознание.
Мне больно! Очень больно!
[— Боль неотъемлемая часть Мурима. Если ты будешь идти по пути даоса, то боль и смерть будут идти за тобой по пятам до конца твоей жизни. Ты не сможешь закричать от боли, это лишь привлечёт ещё более страшную боль от этого мира, ты не сможешь отказаться от смерти, пока ты держишь в руках оружие, смерть несёшь именно ты.
— Но... Я надеюсь, при встрече с болью, ты сможешь выдержать её удар и не привлечёшь зловещее дыхание смерти. Просто... старайся выжить!]
Уже готовый потерять сознание Ёнсу, вспомнил слова дяди, сказанные им, во время тренировки.
— Я... не... могу... умереть... здесь! — сказал Ёнсу, начав подниматься с сидячего положения.
— Я... не... умру... здесь!
Он продолжал вставать на ноги, поднимая меч и снова направляя его на зверя.
Лицо барсука выражало ужас. Он уже был готов набросится на даоса.
«Правильно! Бойся меня! Мне это на руку».
Я взял меч в стойку для колющего выпада. Моё сердце забилось как бешенное от адреналина, хотя я всё ещё был готов упасть в обморок.
Мы набросились друг на друга.
«Если пропущу хоть один удар...
Умру!»
Я вонзил меч прямо в раскрывшуюся часть тела, в грудную клетку.
Зверь взвыл от боли и начал крутиться из стороны в сторону, что бы сбросить меня.
Тем временем я старался удержаться за меч, но в итоге он выпал из его тела и меня снова отбросило на несколько метров от барсука.
Я снова смотрю на него, наблюдая как из раны течёт кровь.
Моё тело снова начало ощущать усталость, но и барсук тоже на пределе. Он точно потерял много крови и наверняка устал не меньше меня.
Всё его тело заливалось кровью, а грудная клетка пробита насквозь. Но он не падает, поскольку я пробил лишь его лёгкое, а не сердце.
«Проклятье! Я упустил свой шанс!»
Он озверел и начал направляться в мою сторону размахивая лапами и стоя на задних лапах.
Видимо он тоже стал испытывать страх передо мной. Встав с земли, я снова стал уходить от ударов, но и мои силы на исходе.
Рана снова начала кровоточить, хотя я и остановил кровь с помощью ци.
Дышать становилось всё тяжелее, я чувствовал как с каждым моим движением воздух уходил из лёгких. Дыхание становилось всё более хриплым.
Ноги стали подкашиваться, в голове появилась боль. Наблюдать за ударами всё труднее и труднее.
Мы снова столкнулись в битве на выносливость, но и в этот раз преимущество за барсуком.
Поскольку он огромное животное, размером с молодого медведя, он генетически более предрасположен к длительным боям, чем я, но при этом он обладает энергией ци.
Духовные звери не могут практиковать путь совершенствования ввиду отсутствия разума, однако они могут накапливать в себе ци путём поглощения из окружающей среды, поедания других зверей, растений наполненных духовной энергией или других вещей полных энергией. Также зверь может стать таковым, если будет жить в месте наполненном какой либо энергией. Если зверь будет впитывать энергию моря, тогда став духовным, он получит атрибуты моря, такие как плавники, жабры и разумеется особые силы, связанные с энергией моря.
Когда зверь накапливает достаточно энергии, в промежутке между духовным телом и физическим образуется сферическое ядро, которое в дальнейшем само вырабатывает ци с атрибутом поглощаемой энергии в тело духовного зверя.
Дальнейшее поглощение духовной энергии приведёт к увеличению объема ядра и, следовательно совершенствование зверя в более совершенное существо.
В итоге бесконечных уклонений, я пропускаю несколько ударов барсука.
Один удар выбил из руки меч и отбросил его на десятки метров от меня, другой отбросил меня самого.
И вот я снова лежу на земле.
Зверь опять приближается ко мне. Он залит своей кровью и готов упасть без сил.
«Если не встанешь... умрёшь!»
Как только эта мысль просачивается в мою голову, я встаю.
Лапа зверя уже летит в мою голову.
*Опасность!*
В теле появляются последние силы.
Я уворачиваясь от удара и наношу удар кулаком по телу зверя.
Удар его ненадолго оглушает и я наношу ещё один удар.
Барсук падает на землю без сил, в то время как я закажу на его тушу и продолжаю избивать его кулаками по голове.
*Удар!*
*Удар!*
*Удар!*
Удары проходят по его голове один за другим. Его кровь попала мне в глаза и я больше ничего не вижу. Я просто продолжаю бить.
— Да умри ты уже! Прошу, умри! Тебе всё равно не выжить с такими ранами.
*Удар!*
*Удар!*
*Удар!*
Я продолжаю бить. Наношу удар за ударом. Удар за ударом. Не чувствуя усталости или боли. Теперь дело не в задании. На кону моя жизнь.
«Если перестану бить... умру!»
Не знаю сколько я его бил. Казалось прошли часы, бесчисленных ударов по его голове.
Лишь когда я почувствовал, что удары стали проходить по земле, я остановился, посмотрев на свои руки. Всё моё тело, с ног до головы в крови, а от кулаков исходило слабое синее свечение.
Техника речного кулака была завершена.
Похоже, когда моё тело находилось в критическом состоянии и было готово умереть, мой разум подсознательно активировал незаконченный речной кулак, как единственную меру защиты.
А поскольку я находился в паническом состоянии и техника была на грани завершения, мой разум сам закончил технику.
Я поднимаю взгляд со своих рук на убитого духовного зверя.
Его тело целиком было окровавлено от моих ударов, но не это было главным.
Его голова была полностью разорвана в клочья. Вместо головы была огромная лужа крови и ошмётков, простирающаяся на несколько метров.
Больше он не представляет угрозы.
— Ха... ха-ха-ха-ха!
— Я жив!
Теперь можно выдохнуть.
Я лег на спину, на мягкую тушу зверя. Хоть она и была в крови, о лучшем комфорте, я не смел и мечтать.
Уже чуть-чуть и я засну на его меху.
— Так, стоп! Я не могу заснуть здесь, не известно что со мной может случиться в этом лесу.
Но встав с его тела, мои ноги подкосило и я упал без сил. У меня болело всё, руки, ноги, порез от раны, шея и даже немного голова.
— Кха... Я не могу так пойти назад! Нужно как то восстановить силы. Переждать в логове зверя тоже не могу. Эссенция смерти при долгом контакте станет ядом.
Я замечаю выходящую из трупа эссенцию смерти и ци. Тут до меня дошло.
«Дядя рассказывал, что поглощая духовную энергию из ядер духовных зверей, можно сделать совершенствование более эффективным и восстанавливать силы».
Я тут же встал в позу лотоса и начал забирать духовную энергию из ядра барсука.
По началу всё было нормально, но чем больше я впитывал его энергию, тем больше она казалась мне странной.
Его ядро было пропитано природной энергией, что не удивительно, ведь он живёт в лесу.
Но было в ней что-то странное, была какая-то то примесь.
Впитав достаточно энергии, я закончил медитацию.
В этот раз я смог полноценно встать на ноги. Хоть тело и испытывало небольшую усталость, но я мог спокойно двигаться.
Но что это была за странная примесь в энергии?
Мне ещё доводилось поглощать энергию из ядер зверей, но даже так, странная примесь казалась мне ненормальной на уровне природы, будто бы я увидел цветок с железными лепестками.
В замешательстве, я начал осматривать тело зверя и во время осмотра, заметил нечто странное.
На спине у него был круглый шрам, на котором была нарисована чёрная метка в виде паука.
— Что это значит? Хотя ладно. Спрошу у дяди когда прибуду назад. Хорошо что я запомнил путь назад.
Я уже собирался уходить, как вдруг,
Меня что то толкнуло сзади. Я не успел среагировать и полетел вперёд.
Следующий момент.
Я слышу громкий звук удара позади себя, также я почувствовал, как по моей ноге прошёл сильный удар.
Упав в десяти метрах от удара, я переворачиваюсь на спину и ошарашенно смотрю на происходящее с места удара.
Передо мной разворачивается неожиданная сцена.
Дядя Гунбао стоит рядом с местом удара. В руках у него топор, наполненный энергией ци.
В яме, образовавшейся от неожиданного удара, торчала отрубленная красная паучья нога.
В деревьях перед дядей был тёмный силуэт, от которого отходило восемь красных ног.
Я в полном замешательстве.
— Дядя? Что...
[Молчи! Восстанавливай ногу!]
«Ч-что, что это? Это техника передачи мыслей?»
Я посмотрел на ногу и был напуган. Сухожилие на правой ноге было разорвано, а значит я не смогу встать.
Но на этом сюрпризы не закончились.
Тёмный силуэт вышел из-за листвы деревьев и я смог полноценно его рассмотреть.
То что было дальше, я отказывался воспринимать за правду.
Вышла молодая на вид женщина в красном одеянии, с чёрными волосами и золотой заколкой в виде паука на затылке. Это была...
— Фа Ноён? Это вы? Что вы...
— Когда ты начал подозревать?
Она даже не слушала мой вопрос.
— Как только тебя увидел, чёртова паучиха! — в грубой форме ответил дядя.
— При нашей первой встрече, я заметил странную примесь в твоей ци, потом ты начала яро выставлять себя посредственным даосом, затем, проведя с тобой больше времени по предлогом заигрывания, я заметил, как ты подавляешь свою духовную энергию, будто пытаешься скрыть что-то.
Я всё сильнее вслушиваюсь в слова дяди, но до сих пор не могу в них поверить.
— Дальше ты научила Ёнсу технике мягкого шага. В этом нет ничего необычного, но странно, что даос знающий мягкий шаг, до сих пор не вышел за рамки основы. Обыскав твой дом, я заметил несколько заколку в виде паука, обследовав которую, я обнаружил следы демонической энергии. В тот момент я окончательно убедился.
Слова дяди бились эхом в моей голове.
«Н-неужели... Фа Ноён, даос обучивший меня мягкому шагу, приветливая и добрая госпожа, приносившая мне еду на деревянную вышку, убитая горем женщина, скорбящая по мёртвому мужу и дочери, на самом деле – мастер демонического пути?»
Я отказывался в это верить.
— Фа Ноён! Скажите, что это неправда! Скажите, что дядя ошибается! Неужели вы и вправду...
Она наконец то поворачивается в мою сторону.
— Всё именно так, как тебе кажется. Прими это. Этот мир куда более жесток, чем ты думал, сидя в своей комнате. Прими реальность, юнец.
Её слова прозвучали как нож в сердце.
— Ты наверняка думала, что услышав о каком-то барсуке, утащившем девочку, сюда приведут максимум трёх даосов уровня основы, которых ты с лёгкостью убьёшь и сделаешь из них эликсир для своего демонического совершенствования. Ты явно не ожидала такого высоко рангового даоса как я, потому и не подготовилась достаточно хорошо.
Я смотрю на Фа Ноён, но уже не как на добрую госпожу, а на монстра. Подумать только, я сблизился с таким "человеком"?
— Только одного я не могу понять. Зачем тебе понадобилось убивать свою родную дочь?
Фа Ноён заливается смехом.
— Ха-ха-ха-ха-ха-ха... и это говорит мне тот самый опытный даос? Неужели непонятно? Путь демона требует настоящих жертв, а не бесконтрольного насилия. Я не могу просто делать эликсиры из слабых даосов для совершенствования. Мне нужна настоящая жертва.
Я продолжаю слушать их разговор. Моё сердце обливается кровью.
«Как можно убить своего ребёнка для какой то силы? Но... если дочь убила она, то как тут замешан барсук?»
Тут я вспоминаю про метку на спине барсука.
«Метка в форме паука, золотая паучья заколка, паучьи ноги из-за спины Фа Ноён? Неужели, она каким то образом подчинила себе духовного зверя, заставив его напасть на свою дочь?»
Тут я вспоминаю про её погибшего мужа, останки, которого я нашёл в пещере.
Не в силах держать в себе, я выкрикиваю,
— А как же останки вашего мужа, найденные мной в пещере?
Лицо дяди шокировано.
— Неужели... ты не первый раз проворачиваешь подобное? Может ты поработила разум зверя, чтобы небыло вопросов по поводу тебя, затем использовала его для убийства мужа, а потом для дочери?
Лицо Фа Ноён ухмыльнулось.
— Отвечай! Чёртова ведьма!
— Так и быть, отвечу! Да, действительно, я использовала зверя, чтобы убить мужа, но он оказался сильнее чем я предполагала и нанёс зверю столько ран, что мне пришлось вмешаться и добить его. Тогда моя сила контроля над зверем спала и пришлось заново его порабощать, на что ушло пару лет.
Чем больше слушаю её слова, тем больше они меня пугают, но у меня оставался ещё один вопрос.
— Как вы нашли меня в этом лесу? Я шёл сюда более полу дня.
Фа Ноён снова повернулась в мою сторону и приподняла свой правый рукав, обнажая голую руку, на которой висел нефритовый браслет.
Тогда я вспомнил как помогая ей подняться на башню, мне в руку упирался этот браслет.
«Если она даос, зачем давала мне руку, чтобы забраться на башню? Неужели, это не семейная реликвия, а артефакт слежения? Значит, когда я задел браслет в тот день, то она повесила на меня технику?»
Зубы дяди скрежетали от гнева, похоже он понял, что она имела ввиду.
— Ты... Презренный демон!
Фа Ноён отращивает отрубленную дядей паучью ногу и бросается на него с боем, атакуя его этими красными отростками.
Я тем временем пытался переварить происходящее. Я надеялся, что это просто какая-то ошибка, что Фа Ноён просто поработили разум, что она не в себе.
Как вдруг, я слышу голос дяди у себя в голове.
[Вставай на ноги!]
Это снова была техника передачи мыслей. Техника, которую мог освоить лишь тот, кто в совершенстве овладеет своим разумом.
Я хотел воскликнуть, но из моего рта пошла кровь.
«Похоже, помимо пореза, барсук оставил мне ещё и внутренние раны.»
[Твоё сухожилие на правой ноге порвано. Чтобы встать, ты должен управлять духовными артериями и венами, они заменят порванное сухожилие.]
Звуки их битвы эхом отдавали в моей голове, пока я пытался осмыслить наставление дяди.
«Использовать духовные вены как сухожилия? Разве так можно?»
[Для начала напряги свои ноги насколько можешь, затем старайся взять под контроль ци внутри своих ног.] — говорил дядя, параллельно сражаясь с Фа Ноён.
Я попытался сделать так как говорит дядя. Прежде я не брал под контроль ци внутри тела, кроме разве что практики речного кулака или прямого вливания ци в речной меч.
Попытавшись взят под контроль ногу, я смог ей слегка пошевелить.
Если так подумать, этот процесс похож на использование речного кулака, с тем отличием, что управление конечностью не влияет на расход ци.
Отвлекая взгляд от ноги, я смотрю на битву дядя Гунбао и демонического даоса Фа Ноён, анализируя их бой.
Дядя только и делает, что отражает удары, параллельно кружась вокруг Ноён в попытках нанести удар топором.
Кажется ему нелегко.
Фа Ноён тем временем старается попасть по нему красными ногами.
— Должна признать, я недооценила тебя воин, ты намного сильнее чем я думала, но не думай будто это тебе поможет.
Я заметил, что её ноги постоянно меняются в размерах, подстраиваясь под ситуацию. Для атаки они удлиняются, а для перемещения по ветвям деревьев, то укорачиваются, то удлиняются по её желанию.
Она намного лучше себя чувствует на такой местности.
У неё преимущество, а значит...
«Дядя может проиграть!»
С этими мыслями, я начал усерднее брать под контроль ногу, слушая каждую секунду их боя.
Тогда моё внимание, привлёк меч, отбитый барсуком. Я стал притягивать его к себе, протянув к нему небольшое облако из выделяющейся из тела ци.
Он притягиваться медленно, но спустя минуту, он был у меня.
Так я продолжил управлять ногой духовными венами. С каждой попыткой становилось всё лучше и лучше. Я уже мог не просто шевелить пальцем, а полноценно сгибать колени.
— Пора!
Я пытаюсь встать на ноги.
Я ощущаю боль в каждом частичке ноги.
Спустя пару попыток, я смог встать. Несмотря на боль, я смог стоять и даже слегка шевелить ногой.
Смотря на бой дяди и Фа Ноён, я слегка выдыхаю.
Кажется дядя побеждает. Фа Ноён хоть и продолжает атаковать дядю, но она в панике.
Она не смогла нанести ему ни одного удара, а дядя тем временем отрубил ей уже кучу паучьих ног.
Такими темпами её ци иссякнет.
Смотря на это, я решаю просто продолжать практиковать управление поражённой конечностью.
«В таком состоянии, я ему не помощник, да и он справляется без меня.»
Так прошла минута. Всего ничего и я могу свободно управлять ногой и вливать в неё ци, усиливая её и перемещаясь с более высокой скоростью.
Как вдруг.
Я вижу, как в мою сторону летит красная паучья нога.
— Ёнсу!
Я еле смог увернуться от неё, встав в боевую стойку.
Фа Ноён спешит в мою сторону. Позади неё спешит дядя с занесённым топором.
Она решила напасть на меня.
В следующий миг, в меня полетело ещё четыре ноги. Я еле мог от них уклоняться, они были быстрыми, подобно стрелам.
Тут подоспел дядя и стал своими ударами отгонять Фа Ноён от меня.
Ей было нелегко атаковать меня и защищаться от дяди.
— Проклятье! Ты намного сильнее чем я думала, если сейчас отступишь, я дам тебе несколько амулетов, они дорого стоят.
— Всё что ты можешь мне дать, это свою голову!
— Чёртов старикан, неужели тебе это так безразлично? Хорошо, если ты такой принципиальный, я дам тебе особый эликсир, который увеличит твою духовную силу, он настаивался несколько лет, неужели тебя и это не интересует?
— Иди к чёрту, демон! Как я могу показать себя в таком алчном свете перед своим племянником?
— Тогда в следующем, вини только свою честь!
С этими словами, она достала с головы золотую заколку в виде паука и бросила в меня.
Мгновенно она стала размером с барсука и начала шевелиться.
— Марионетка?
Дядя быстро устремился ко мне.
В следующую секунду.
Передо мной стоит дядя, пронзённый восемью лапами золотого паука.
Следующий момент.
Его пронзают три красные паучьи ноги и поднимают к Фа Ноён.
Она отвлекается от меня.
— Надо было соглашаться, на мои условия, не стоило всё усложнять, глупый мужчина честной судьбы.
Она говорила нежно, поглаживая голову дядя, но при этом в голосе чувствовалась насмешка.
Как вдруг.
— Глупая здесь только ты – демон! — сказал дядя с окровавленным ртом.
Затем.
Одной рукой он схватил её за шею, другой удерживал золотую ногу марионетки.
— Не стоило подпускать врага так близко.
— Что?..
Тело дяди загорелось синим пламенем.
В мгновение тело Фа Ноён и марионетки загорелось.
*Пламя трёх цветков*
— Это одна из секретных техник моего клана, ты сгоришь вместе со своей золотой шавкой.
Золотая марионетка начала плавиться, а левая часть тела Фа Ноён, обгарать.
— Ааааааа... Что ты хочешь? Я могу дать многое. Просто отпусти меня.
Дядя не реагировал.
Тем временем золотая марионетка вышла из строя и выпала из спины дяди.
Фа Ноён начала собирать ци в маленькой шарообразной форме в правой руке.
— Дядя! Слева! — выкрикнул я ему, но было уже поздно.
Попав по дяде ладонью, раздался воздушный взрыв, отбросивший дядю на землю.
Огонь погас.
Фа Ноён начала осматривать своё тело.
Вся её левая половина была в ожогах, а Леван паучьи ноги сожжены. Больше она не могла их восстановить.
— Чёртов старик! За твою дерзость поплатится твой племянник.
Она повернулась в мою сторону с обезумевшим взглядом.
Она направила на меня две паучьи ноги, в то время как на двух оставшихся, она стояла над землёй.
Она стала слабее и медленнее, потому я без проблем уклонялся от каждого её удара и убегал за деревья.
Даже так, её нельзя недооценивать.
— Надоедливый мальчишка!
Она продолжала преследовать меня, атакуя красными отростками.
Я попытался отрубить одну из летящих в меня ног, но меч просто отскочил от панциря.
«Этим её не взять!»
Я стал думать, что делать.
Как вдруг, я вспомнил про женьшень.
«Если от огня её ноги перестали регенерировать, то возможно и от горящей энергии женьшеня будет толк.»
Оставалось лишь понять, как нанести удар.
Если приближусь к ней в открытую, буду мгновенно пробит её отростками.
Я продолжал уворачиваться от неё, убегая за деревья, но теперь я всё время вливал энергию женьшеня в меч, настолько, сколько смогу.
С каждой секундой уворачиваться от неё становилось всё сложнее, а её наполовину обгоревшее лицо становилось всё разьярённей
— Хватит уже убегать! Отправляйся к своему дяде на небо, проклятый мальчишка!
Она уже еле могла следить за движениями Ёнсу, ей приходилось полагаться на еле заметные потоки ци, но и это с каждым разом становилось всё труднее.
— Я... не... могу... оставить... тебя... в живых!
С каждой секундой, разум Фа Ноён затуманивался от утомления.
Ёнсу встал на месте. Кажется он уже не мог убегать с перерезанным сухожилием.
— Ха... ха-ха... выдохся малец?
Паучьи отростки Фа Ноён устремились в едва заметную фигуру, источающую слабую энергию ци.
— Всё кончено! Прощайте, вы двое!
*Грохот!*
Попав в источник энергии ци, Фа Ноён приблизилась к нему.
Напитав глаза ци, она увидела.
— Ч-что?
Это был не Ёнсу! Красные отростки впились в шкуру некогда порабощённого барсука.
Тут же из-за спины зверя выбежал Ёнсу и быстрым шагом направился к Фа Ноён.
Два отростка впились в толстую шкуру и Фа Ноён не успела бы их достать. Ей оставалось лишь использовать один из отростков, на котором она стояла.
На земле, в её израненом состоянии, у неё не было и шанса на победу.
Направив один из отростков, Ёнсу легко от него уклонился и сделал прыжок ко врагу.
«Всего один шанс!»
Тут Фа Ноён заметила, как меч в руках юноши источал яркую, тёплую энергию, подобно той технике, использованной его дядей.
В следующую секунду Ёнсу нанёс удар.
«Если промахнусь... умру!»
Фа Ноён успела лишь слегка отклонить своё тело влево, как удар, пронизанный ярко золотым свечением отрубил ей правую руку и все четыре оставшихся отростка.
— Кхаа... как ты посме...
В следующий момент, я взял её за шею и начал душить, пока мы оба падаем на землю.
Но потом.
Нефритовый браслет, что был артефактом слежения, который я отрубил вместе с рукой, начал менять свою форму и выскочив с руки, полетел к левой руке хозяйки.
— Если... мне суждено умереть, тогда я заберу тебя с собой!
Следующий момент.
Нефритовый браслет поменял свою форму и стал нефритовым кинжалом.
В следующую секунду, он уже торчал из моего живота.
— Мы умрём вместе, мальчишка!
*Вжух!*
Сзади от Фа Ноён прошёл удар.
Её левая рука была отмечена вместе с плечом и мы оба упали на землю.
Я убрал руки с её шеи и посмотрел в сторону удара.
Там стоял дядя с широкой улыбкой и топором на плече.
— Неужели ты подумал, что такая мелочь способна меня убить?
— Д-дядя!
....*
Я мигом подбежал к нему и схватил в крепкие объятия. Я никогда не был так счастлив, я даже забыл про нефритовый кинжал, торчащий из моего живота.
— Я-я думал ты погиб!
— Ха-ха-ха, всегда бы меня так приветствовали.
— Но как ты выжил? Я видел как тебя пронзила марионетка, а потом эти красные штуки.
— Для таких как я, её удары не являются опасными, я могу с лёгкостью восстановить любые раны, не вредящие душе, разуму или мозгу.
Он задрал нос до неба. Я никогда не был так рад его видеть.
Затем он вытащил нефритовый кинжал из моего живота и используя какую то технику, восстановил рану.
— Кхэ-кхэ... выходит не я одна... скрывала свою силу?
Жалобно сказала Фа Ноён, сидя на коленях и мы с дядей подошли к ней.
Она уже не представляла опасности. Обе её руки были оторваны, паучьи отростки сожжены огнём дяди и энергией женьшеня, левая половина тела обгорела, левая часть лица была в ожогах, а марионетка расплавлена и выведена из строя.
Всё что ей оставалось, так это жалобно молить о пощаде.
Но...
Она этого не сделала.
— Вы ведь не пощадите меня, не так ли? Чтож, тогда скажи мне напоследок, на какой стадии ты находишься?
Я перевёл взгляд на дядю и заметил, как от его тела исходило аномальное количество энергии ци.
— Я давно достиг стадии бессмертного тела!
Фа Ноён в голос рассмеялась.
— Так у меня изначально небыло никаких шансов? Жалкая смерть!
— Жалкой у тебя была не только смерть, но и жизнь!
Я прерываю их разговор и задаю свой вопрос.
— Когда ты убивала своих родных... что ты чувствовала?
Она хотела отшутиться, но взглянув на моё лицо, решила ответить серьезно.
— Боль!
— Тогда по...
— Она их любила! — прервал меня дядя.
— Что... но тогда почему...
— Путь демона требует настоящих жертв, если бы она их не любила, то это не отличалось бы от убийства нас с тобой. Она убила своих любимых, чтобы сделать из их крови эликсир, увеличивающий её стадию совершенствования, а из их останков создала комнату для медитации, наполненную эссенцией смерти.
Я снова перевёл взгляд на Фа Ноён, она смотрела в землю поникшими глазами.
Тут я чувствую как в меня упирается что то твёрдое.
Это была рукоять дядиного одноручного меча.
— Ты её победил! Тебе и казнить! Рас уж я тоже внёс свой вклад, убей её моим мечом.
Я посмотрел в глаза дяде Гунбао, он был абсолютно серьёзен.
Я достал меч из ножен и поднёс его к шее Фа Ноён. Она смотрела глазами полными принятия.
— У меня остался ещё один вопрос.
— Задавай! Я всё равно уже мертвец.
— Что за технику чёрных глаз ты использовала вчера ночью?
— ....? Ты о чём? Вчера ночью, я пыталась наложить на тебя технику накопительного яда, чтобы легко избавиться от тебя, в случае проблем, но что-то мне помешало и техника рассеялась. Я знать не знаю, про какие глаза ты говоришь.
Весьма красноречивый ответ.
«Но если она не знает о тех глазах, может именно они и не позволили наложить на меня технику?»
Я замахнулся.
Меч выпал у меня из рук, а я сам упал на землю.
— Я... я... я не могу!
Дядя схватил меня за шкирку. Его голос стал разгневанным.
— Она демон! Она отказалась от любого милосердия, когда встала на этот путь. И ты всё ещё не можешь сделать один взмах мечом?
Я не знал что мне ответить. Я сам не понимал, что делаю.
Одно дело убить животное, но убить человека...
Это...
Совсем другое.
Чувство, будто если я сделаю это, то буду жалеть.
— Просто... я не могу её убить.
—...Что?
Голос дяди становится свирепым.
— Когда нибудь тебе придётся это сделать, не сегодня, значит потом, разве не лучше быть подготовленным?
Он продолжал тыкать в меня ножнами своего меча, заставляя сделать удар.
— Я... не смогу!
Он смотрит на меня непонимающим взглядом.
— Ладно!
Дядя выхватил из моих рук свой меч и одним движением обезглавил Фа Ноён.
Всё произошло настолько быстро, что я никак не успел среагировать.
Её голова упала перед моими глазами.
Этот образ навсегда отпечатается в моей памяти.
Он снова посмотрел на меня.
— Идиот!
И снова смотрит на безголовые тело Фа Ноён
— Я же сказал, мы уничтожим монстра и отомстим за вашу дочь.
Затем он пошёл в пещеру, оставив меня наедине со своими мыслями.
Я лишь без конца смотрел на голову Ноён, перед моими ногами.
Без конца. Не отводя взгляд.
*Ужас!*
Такое чувство вызывала эта картина.
Голос дяди наконец отвлёк меня.
— Смотри сюда!
В руках он держал небольшой глиняный кувшин, в которых обычно хранят особые эликсиры.
— Что это?
— Это тот самый эликсир из крови мужа и дочери Фа Ноён. Он был закопан в яме под двумя телами
От него исходило огромное количество эссенции смерти и демонической энергии, как от Фа Ноён.
— И что нам с этим делать?
Дядя смотрел на меня грустным взглядом.
— Давай... захороним этих двух бедняг!
— Да, давай!
Затем мы достали из норы тело дочери Фа Ноён и останки её мужа.
Мы выкопали две небольшие ямы и скинули туда их останки.
Потом дядя протянул мне эликсир, созданный из их крови и духовной силы.
— Вылей это на их могилы. Пусть этот дъявольский эликсир исчезнет.
— Хорошо!
Закопав их, мы прочитали молитвы за их покой.
Закончив с ними, я разбил глиняный кувшин.
На этом мы не остановились.
После останков, мы решили захоронить ещё и барсука, как невольного участника.
Мы вернули его тело в логово, после чего дядя использовал какую то земляную технику и вся нора сравнялась с землёй.
Наконец-то можно идти назад.
— Ёнсу?
— Да?
— Что у тебя с лицом?
Взглянув на себя в чистой реке, я увидел истощающее бледное лицо, будто у мертвеца.
Я снова повернулся к дяде.
— Что это та...
Внезапно мои ноги подкосило, появилась слабость, жар и утомление.
Я упал на землю и последнее, что я услышал.
— Проклятье, неужели тот нож был покрыт ядом?
С каждой секундой глаза смыкались всё сильнее, а сознание уходило прочь.
Это было первое задание Ло Ёнсу.
Открыв глаза, я оказался в знакомом месте.
То самое бескрайнее море из моего сна.
В отличие от того случая, в этот раз мой разум находился в полном сознании и я полностью осознаю происходящее.
— Это место... такое же как в моём сне.
Однако чувство умиротворяющего спокойствия никуда не делось.
Чувство такое, будто я в безопасном месте, где мне ничего не угрожает.
Встав, я снова осмотрелся вокруг.
Сфера от энергии женьшеня целиком пропала из этого места, поскольку я истратил её на один удар по Фа Ноён. Не знаю почему, но я понял это не осматривая этот мир.
Но за горизонтом я почувствовал другую энергию.
Пугающая и в то же время манящая.
«Совсем как в прошлый раз».
Но, по скольку, я уже был в полном сознании, мной уже не управляли эти ощущения, однако я всё же пошёл в сторону источника энергии.
Взглянув под ноги, я заметил двух небольших рыбок, следующих за мной.
— Что это за место такое
В этот раз он находился куда ближе чем тогда.
Подойдя к источнику, я снова увидел чёрную сферу, но теперь она немного больше и от неё исходила тёмная аура, напоминающая эссенцию смерти.
Внезапно, чувства захлестнули разум и захотелось схватить эту сферу, но я смог держаться.
— Что ты такое? Я не уверен, но похоже, ты не хочешь мне добра и эта энергия, она пугает.
«Надо уйти!»
Но стоило мне повернуться.
[Не смей уходить!]
Голос!
Прямо из-за спины.
Это сон!
Это нереально!
Манящее чувство пропало и остался лишь.
*Страх!*
Я открыл глаза. Я находился в укачивающий повозке.
— Дядя! — громко выкрикнул я.
— Что на... О, проснулся? С добрым утром, спящая красавица. Как спалось?
— Дядя... Что... произошло?
— Ты был отравлен ядовитым, нефритовым кинжалом и впал в кому на два дня.
Голова всё ещё болела и было трудно едва уловить нить сказанного.
— Я... я... что? Два дня? А как же наше задание?
— Ты его выполнил! После твоей отключки, я вывел из тебя яд, затем залечил мелкие раны, дальше я пошёл в деревню, обо всём доложив их старосте. Он сначала не поверил и обвинил меня в клевете, но когда я показал доказательства, он разревелся передо мной и встал на колени, прося прощения. После, я погрузил тебя и все вещи в повозку и мы поехали.
— Понятно.
Я попытался встать, но тело ощутило давление и я упал.
— Не стоит напрягаться. Твоё тело ещё не полностью отошло от яда и вероятно, не отойдёт несколько дней, но это не означает, что будут поблажки на тренировках!
— Не волнуйся! Пока я твой ученик, я буду надеяться не больше, чем на выживание.
— Ха-ха, отличный боевой дух, Ёнсу! Продолжай в том же духе и достигнешь Хвагена. Кстати, как там дела у твоей соседки?
— Что? Какой ещё...
Повернув голову на бок, я увидел большой мешок размером с человека, лежащий параллельно мне?
— Что это за...
— Тело Фа Ноён, включая голову.
— Что? Как ты мог положить её тело рядом со мной? Думаешь мне кошмаров мало? Зачем ты вообще её с собой забрал?
— Мы должны изучить её тело и демоническую энергию, включая паучью заколку и нефритовый браслет. Потому я и везу её в клан.
— Великолепно! Я отравленный, лежу рядом с трупом отравителя, который совсем недавно приносил мне еду. Я лежу на холодных, качающихся деревяшках, которые везёт сумасшедший двухсотлетний старик. Что может быть лучше?
— Ну... всё так! Ты абсолютно прав!
Так прошло ещё два дня пути. По какой то причине, дядя решил поехать другим путём сказав [— Я знаю путь короче.]
Зато, за это время моё тело почти отошло от яда и я смог полноценно стоять на ногах.
Наконец, мы приехали домой.
Я вышел из повозки.
Казалось, это лучший день в моей жизни. Ещё никогда я не был так рад видеть дом.
Мы переступили стену внешнего двора и пошли в резиденция за моей наградой.
Внешние ученики как обычно работали. Кто-то учился у кузнеца, кто-то ремонтировал крышу, кто то засеивал огород. Хотя внешний двор заметно опустел.
В общем, жизнь шла своим чередом.
Переступив стену среднего двора, мы прошли рядом с даосской школой, в которой обучали и тренировали учеников среднего двора, коих большинство.
Переступив порог стены внутреннего двора, мы увидели не менее сотни учеников внутреннего двора, тренировавшихся на площадке. Разумеется, это далеко не все ученики. Большинство из них на заданиях, занимаются медитацией или скитаются.
Пройдя в резиденцию, мы сдали отчёт о завершении и дядя с мешком на плече, снова стал флиртовать с женщиной у стойки.
Мне выдали мои 20 серебряных цяней и даже добавили ещё 30 за устранение "внезапной угрозы" в виде демонического даоса.
Наконец мы вышли из резиденции.
«Ну, теперь можно и поспать на настоящей кровати».
Как вдруг.
К нам подбежала одна из внутренних учеников.
— Наконец-то вы прибыли!
— Что такое стряслось? — спросил дядя, вероятно ожидая очередных проблем.
Однако, то что она сказала, повергло его в шок.
— Клан Хуашань готов поддержать клан Ло и в частности члена главной семьи Ло Ёнсу в его пути совершенствования.
— Что?..
— Что?..
Хуашань или же клан горы Хуа — один из кланов девяти звёзд, славится своей одержимостью боевыми техниками.
Также они делают большой упор на даосов и боевых культиваторов связанными с оружием. Во время войны с кланом Магё, они смогли собрать вокруг себя наибольшее количество боевых культиваторов и даосов высоких стадий. Говорят, их оружейное боевое искусство лучшее в мире.
Они давно конфликтуют с кланом Моён и борются за влияние в провинции Фуцзинь. Потому их жест помощи кажется таким странным.
Дядя схватил её за плечи и подтянул к себе.
— Поклянись, что не врёшь! Клан Хуашань поможет нам?
— К-клянусь. Один из их старейшин смертного мира отправил письмо с подлинной печатью.
— Если ты не врёшь то...
Его лицо заискрилось от счастья. И он подбежал ко мне, схватив уже меня.
— Ты понимаешь, что это значит? Ты получишь поддержку великого клана с много тысячелетней историей, а значит твой прогресс заметно ускорится!
— Правда? Да это же здорово!
Мы оба обнялись и были готовы заплакать от счастья, но дядя взял себя в руки и повернулся к ученице.
— И когда переговоры?
— Начнутся через две недели, наверняка продлятся около месяца, а известия будут получены примерно через полтора месяца.
— Слышал, Ёнсу? Не знаю как, но твой скупердяй отец, смог расположить к себе великую силу. Похоже, удача наконец улыбнулась нам.
«Этот день может стать ещё лучше?»
Прошёл месяц.
Кузнец наконец закончил с моим заказом и я пошёл его забирать.
Войдя в лавку, я увидел Пак Чжона, с невероятно довольным выражением лица, поглаживающего бороду.
В руках он держал тканевый свёрток. Кажется там и были мои перчатки.
Я снова дал ему лунный пряник.
— Судя по вашему лицу, заказ был выше моих ожиданий.
— Ещё как, хе-хе, в этот раз я превзошёл самого себя!
Развернув свёрток, я увидел настоящее чудо.
Передо мной лежали идеальные кованые перчатки, во всех возможных местах покрытые толстым слоем железа.
При этом они выглядели как настоящее произведение искусства, они были исполнены в устрашающей форме, по всей поверхности были выгравированы узоры тигра, а на пальцах выступали небольшое когти.
— Д-дядюшка Пак, э-это стоит куда больше пятидесяти цяней, в-вы правда отдаёте их мне по такой смехотворной цене?
— Считай это прощальным подарком, ведь больше мы вряд-ли увидимся.
Вернувшись во внутренний двор, я ступаю в главную медитационную комнату клана.
Спустя месяц, я понял почему она так ценна.
Комнаты для медитаций должны быть пропитаны различной энергией, необходимой для совершенствования даоса. Для каждого пути требуется подходящее место.
Эта комната находилась глубоко под землёй, от чего была пропитана энергией земли.
Огромный каменный диск, в центре которого располагался выступ, на котором даос занимался медитацией, являлся сокровищем, который напитывал пространство вокруг, повышая выработку, находящихся в ней источников энергии и усилял их.
При этом комната была освещена множеством духовных факелов, которые горят, за счёт выделяемой диском энергии и являются источником энергии огня.
Сам диск был напитан энергиями нескольких стихий и являлся их источником, включая свою собственную.
Всё это повышало духовное давление в помещении, что усиливало прогрессию практикующего даоса.
Совокупность этих факторов, делает эту комнату идеальной для совершенствования большинства путей и методов культивации.
Многие даосы называют процесс медитации культивацией, но на самом деле, это лишь её подобие.
Даосы лишь взяли метод культивации за основу своего совершенствования и неплохо в этом преуспели, создав множество своих методов совершенствования.
Медитируя в этом месте, я ощущал как совершенствуюсь всё быстрее.
Спустя час ко мне прибежал дядя.
— Ёнсу!
Это сбило меня.
— А? Что случилось?
Его глаза горели от нетерпения.
— Пришли известия переговоров твоего отца и старейшины клана Хуашань.
— Правда? И что там?
Я навострил уши, ожидая ответа.
Вдруг он достал письмо из-за пазухи и отдал мне.
— Прочитай сам! Я хочу это слышать!
Похоже он сам ещё не читал.
— *По результатам переговоров, было принято решение. Старейшина Циянь и старейшина Шифэн будут каждый месяц предоставлять эликсир сливовой ветви для молодого господина Ёнсу. Когда он достигнет стадии Закалки Тела, старейшины лично обучат его технике меча цветущей сливы и кулаку цветущей ветви. Также клан Хуашань обещает поддерживать клан Ло в течении десяти лет.*
Прочитав это, у меня глаза полезли на лоб.
— Э-это слишком хороший расклад для меня. Дядя, что ты дума...
Его лицо расплылось в улыбке, он действительно горел от счастья.
— Прекрасно! Просто прекрасно! Мы получили лучший из возможных вариантов.
— Но дядя, от чего у них такая щедрость, к тому же, разве они с кланом Моён не находятся в плохих отношениях?
Он не проведя и бровью ответил.
— Я много думал над этим и у меня есть три варианта. Первый, они хотят через тебя продемонстрировать превосходство своих искусств перед Моён. Второй, через тебя, они хотят улучшить отношения с кланом Моён. Третье, после твоей победы над Моён Хён, они хотят переманить тебя к себе и сделать зятем своей семьи и отвоевать влияние над провинцией Фуцзинь у Моён.
Третий вариант был самым идеальным для меня. На самом деле не так важно, выберу я Моён или Хуашань. Оба клана являются спасением для клана Ло, так что я в любом случае буду в плюсе.
— Значит нынешняя твоя цель – как можно быстрее достичь стадии Закалки Тела, чтобы изучить техники Хуашань, они станут для тебя главным подспорьем. И ещё...
Он достал из-за спины бутыль с какой то розовой жидкостью.
— Это прилагалось к письму. Это тот самый эликсир сливовой ветви. Он очищает духовные артерии и вены и постепенно скапливается в меридианах, улучшая скорость развития. Выпей это.
— Х-хорошо!
Я выхватил бутыль и мгновенно опустошил его содержимое.
— Я ничего не чувствую.
— Конечно ты не чувствуешь, ведь это эликсир медленного действия, он начнёт работать лишь через несколько дней.
Так он ушёл с довольным видом, а я остался совершенствоваться в главной комнате.
За этот месяц, дядя завалил меня тренировками.
Однажды заставил пробежать на верхушку близлежащей горы без верхней одежды. Однажды заставил сохранять одну позу на деревянной балке, постоянно качая её. Однажды оставил меня ночью на морозе без одежды, мотивируя это тем, что я должен научиться лучше переносить холод. Ну и в конце концов, просто заваливал меня тренировками до позднего вечера.
Однако были и хорошие моменты.
Время от времени, он давал мне дни отдыха, а также очень вкусно готовил.
Если сначала, это был всего лишь рис, то потом, он стал давать и очень вкусное мясо, приготовленное собой.
Как он говорил [— Мясо необходимо твоему телу, без него силы не наберёшь.] — хотя, думаю ему самому нравилось готовить для меня.
Это всё принесло свои плоды. Моё тело стало гораздо суше, сильнее, выносливее и устойчивее для внешних воздействий вроде холода и жары.
Закончив заниматься, я вышел на тренировочную площадку.
Там меня уже поджидал Ло Ченг и ещё несколько знакомых мне внутренних учеников.
Они уже знали обо всём и хотели меня поздравить.
— Брат Ёнсу! Мы всё знаем. Похоже чёрная полоса для нашего клана подошла к концу.
Но похоже, настоящая причина встречи для Ченга была другой.
— Рас уж ты стал сильнее, то почему бы нам с тобой не сразиться ещё раз?
Видимо он не отошёл от того поражения.
На самом деле, если бы он тогда сражался серьёзно, то у меня не было и шанса.
Он был талантливым учеником и в свои двадцать лет, находится на поздней стадии Закалки Тела. К тому же, он тогда был заспанным и не серьёзно относился к нашему бою. Да и я выиграл лишь потому, что деревянный меч не выдержал такой нагрузки.
Однако я принял вызов.
Всё и так знали, что я слабее, так что поражение не сделает мне дурной славы. К тому же я куда младше.
Мы взашли на арену. Я обнажил деревянный клинок. Ло Ченг достал деревянный дадао.
«Ах да, точно! Он же сражается этим оружием».
Дадао, является одним из самых часто используемых оружий Мурима.
Его особая форма и центр тяжести позволяет делать удары, способные сломать вражеский клинок.
За это его прозвали, разрушителем мечей. Однако, у него есть и минусы. Им нельзя колоть врага, из-за чего многие движения боевых искусств для него закрыты, что очень ограничивает мастеров владеющих им.
Поэтому прямой меч и копьё остаются самым часто используемым оружием.
Мы встали в боевую стойку.
Один из учеников объявил начало боя.
*Вжух*
Ло Ченг мгновенно оказался передо мной. Я не успел даже заметить его передвижения.
*Удар*
Он нанёс удар идеально по мечу, не задевая меня. Я заметил как его меч сиял белым цветом.
Ло Ченг практиковал управление ветра и скорее всего покрыл меч этой стихией и вероятно, перемещался Так быстро благодаря ему.
Меч разломился на две части, а меня отбросило отдачей от ветреного удара.
Упав на землю, ко мне подошёл Ло Ченг и протянул мне руку, чтобы встать.
— Похоже, в этот раз победа за мной!
«Интересно, все даосы уровня Закалки Тела такие сильные? Я стану таким же?»
Хоть мои навыки владения мечом и соответствуют внутреннему ученику, но во всём остальном, я им уступаю.
Некоторые ученики, наблюдавшие за боем осудили Ченга, да и он сам, кажется не гордился этим.
— Как ты можешь так унижать своего младшего?
— Сразись с кем нибудь своей стадии!
— Любишь самоутверждаться за счёт тех, кто слабее?
Почувствовав накаляющуюся атмосферу, он спешно ретировался с места битвы, оставив меня в размышлениях.
«Я не могу всё так оставить! Я взойду на уровень Закалки Тела и мы повторим этот бой».
Прошло три года.
За это время, я достиг предела стадии основы и упёрся в свою первую стену, отделяющую меня от стадии Закалки Тела.
Моё тело также сильно преобразилось.
Я стал выше, мои волосы стали длиннее, а благодаря тренировкам дяди, я стал куда сильнее.
За это время я не выучил ни одной техники, но во всём остальном, включая силу, ловкость и управление ци сильно преуспел.
Теперь я мог сразить в бою любого даоса стадии Основы.
За это время, дядя заставил перечитывать кучу книг. Из них я почерпнул много полезной информации, хотя и была та, которую и так знал.
Например я в деталях изучил даосские стадии совершенствования.
Настоящее название пути даоса – путь совершенствования, в то время как путь культиватора – путь вознесения.
Стадии пути совершенствования включают:
Основы – как понятно из названия, даос на этой стадии лишь закладывает основу для своего дальнейшего пути. В него входит открытие меридиан, базовый контроль ци, выбор пути, по которому планируешь идти, обращение с кружки и так далее.
Закалка тела – на этой стадии даос совершает манипуляции со своим телом, постоянно укрепляя его и стабилизируя его состояние, от чего оно медленнее стареет. Также на этом этапе, даос сильно улучшает свой контроль ци и ему открывается большее количество техник, искусств и путей совершенствования.
Преобразование духа – на этом этапе, даосу открываются более продвинутые техники и он по всем параметрам становится сильнее. По словам дяди, чтобы взойти на эту стадию, надо познать желания своей души, тогда ты сможешь преобразовать свой дух в физическом теле. Что это означает, я так и не понял. Также на этом этапе развитие большинства даосов останавливается. Также на этом этапе жизнь даоса увеличивается на 50 лет.
Воин Семи Огней – упоминания о том, что приобретает даос на этой стадии помимо усиления всего ци и его контроля, крайне расплывчаты. Однако, кажется эта стадия, завязана на основных семи эмоциях. На этом этапе жизнь увеличивается ещё на 50 лет.
Титулованный Воин – такой мастер может без проблем открыть свою школу боевых искусств, мастер достигший этого уровня может считаться легендарным воином. Также на этом уровне большинство даосов сталкиваются со своим пределом. Продолжительность жизни на этом этапе увеличивается на 100 лет.
Трансцендентный Воин – воин такого уровня настолько велик, что может без проблем стать внутренним учеником любого культиваторского клана смертного мира несмотря на отсутствие духовных корней. Жизнь продолжается ещё 200 лет. Говорят, чтобы достичь этого уровня, даос должен постичь суть боевых искусств.
Хваген – высший пик боевых искусств и мечта любого даоса. Воин достигший этого получает вечную славу и почёт даже среди культиваторов, а жизнь увеличивается на 500 лет.
Достигнув Хвагена, даос может получить высшее сокровище мастера – бессмертное тело. Вечно молодой, не стареющий идеал. Но это не главное. Даос достигший бессмертного тела может сформировать духовные корни и встать на путь культиватора.
Я пытался расспрашивать дядю обо всех этих стадиях, но он отказывался, говоря что я сам всё пойму.
Про культиваторов информации было крайне мало, ведь она вся засекречена и хранится в культиваторских кланах, однако я смог узнать о трёх стадиях:
Основание – основы любого культиватора, такая же стадия, как и стадия основы у даосов.
Накопление ци – На этом этапе, культиватор накапливает в себе различные виды энергии, чтобы в будущем сформировать её в дяньтан.
Формирование ядра – На этом этапе проходит сам процесс формирования.
К сожалению, это вся информация о них, которую я смог найти и она скорее всего не полная.
Как бы то ни было, я нахожусь на грани с закалкой тела, однако за два месяца, я не смог преодолеть эту стену.
Дядя ничего не рассказывает. Думает я сам до всего додумаюсь.
Я вышел из комнаты медитаций на главную тренировочную площадку.
Там как обычно тренировались ученики. Я подошёл к Ло Ченгу, чтобы спросить совета.
— Брат Ченг!
— Что такое?
Он прервался от тренировки и стал внимательно слушать меня.
— Я достиг предела стадии основы и упёрся в стену, я не могу прорваться на стадию Закалки Тела и мне нужен твой совет.
Ло Ченг к этому времени уже достиг ранней стадии Преобразования Духа, к тому же был крайне открытым человеком и находился со мной в довольно дружеских отношениях. Потому небыло никого лучше, у кого я бы смог спросить совета.
— Спрашиваешь, как я преодолел эту стену?
Он задумался и начал поглаживать подбородок.
— Я... просто перестал сдерживать ци внутри себя. Она же часть меня, если она хочет вырваться наружу, то этого хочу и я сам.
Я ничего не понял.
Что значит, перестать сдерживать ци?
Я поблагодарил Ло Ченга за совет и вернулся обратно в комнату медитаций.
«Перестать сдерживать энергию? Она хочет вырваться? Что, чёрт возьми, это значит?»
Я снова сел в позу лотоса и начал пытаться прорваться на следующую стадию.
Параллельно этому, я погрузился в размышления.
«Что значит, перестать сдерживать ци?
Если так подумать, я пытался прорваться, направляя энергию ци в единую точку, как и во время простой медитации, параллельно впитывая энергию из вне.
Может, я должен делать что то не так?»
Перестать сдерживать ци?
Это может также означать, перестать управлять ей, позволить ей течь так, как она сама того хочет.
С другой стороны, даосы всегда подсознательно контролируют поток ци, также как и любой человек, подсознательно контролирует мышцы шеи или ног. Контролирование ци – это также естественно, как и ходьба.
Может, чтобы полностью убрать контроль, я должен ещё и расслабиться сам?
Ну, почему бы и нет.
Я мгновенно расслабил своё тело и перестал как либо управлять ци.
Я стал наблюдать. Наблюдать как ци сама циркулирует по телу, подобно крови, будто по мне тёчёт река. Я стал ощущать её в мельчайших подробностях, как она передвигается по всему телу, как питает меридианы и исходит от них, как рассеивается во внешнюю среду, как проникает в голову, руки, ноги, нос, глаза, тело, сердце, пальцы, живот и в то же время из них вытекает.
Ощущения были такими, будто я сам стал рекой, будто я и есть ци.
Вдруг, я представил себя посреди того умиротворяющего океана из тех двух видений.
Я стал ощущать ту же самую умиротворённость, будто я в самом безопасном месте во всём мире и никто меня не побеспокоит, никто не помешает, никто не придёт.
Поистине прекрасные ощущения.
Точно, вот она, истинная медитация.
Прежде я пытался взять всё под контроль, от чего сам себя ограничивал и не позволял себе развиваться.
Вот что хотел до меня донести Ло Ченг.
Однако.
Что то не так.
Прорыв не происходит. Будто чего то не хватает. Какого то спускового крючка. Чего то, что запустило бы прорыв.
Как вдруг, я стал ощущать и потоки различной энергии вокруг себя.
Энергия земли, энергия огня, энергия воздуха, различные виды энергии в каменном диске.
Они все были отделены от меня.
Точно.
До сих пор, я воспринимал себя и свою ци, как раздельные вещи, но достигнув единения с ними, я стал считать себя отдельным от мира, от чего отгонял его от себя.
Это в корне не правильно.
Я стал ощущать не только свою ци, но и различные потоки энергии вокруг.
Как вдруг.
Эти потоки энергии начали впитываться в меня, объединяясь с моим внутренним потоком.
«Но я не давал команду».
Но теперь, я не пытаюсь это остановить или отделить окружающую энергию от себя.
Нет!
В этот раз пусть всё идёт своим чередом.
Так прошло несколько минут.
Потоки энергии стали почти едины со мной.
Я наблюдал как они входили в моё тело, смешиваясь с потоком моей собственной ци и выходили вместе с ней, пронизывая каждую часть моего теля.
Ци ведь тоже энергия мира, а значит они все являются родными друг для друга. И как же я раньше не замечал?
Если я и ци – это одно и тоже, то я и энергия вокруг едины.
Прошло ещё несколько минут.
Я стал ощущать странное чувство в своём теле. Будто что-то разрастается внутри меня.
Появился жар.
Но я не прекращаю медитацию. Пусть всё идёт своим чередом.
Ощущение разрастание усилилось. Теперь оно задевало каждую маленькую часть моего тела, от кончика пальцев, до глаз.
Через время, я стал лучше ощущать это.
Тогда я стал замечать, это не просто какое то давление, это мои духовные вены.
Они разрастались до каждого миллиметра моего тела в мельчайших нитях.
Они пронизывали каждое маленькое место моего тела.
Тысячи, нет миллионы, нет миллиарды нитей и их сплетений окутывали меня.
Вот в чём главная разница между даосом основы и Закалки Тела.
Закалка Тела – это не просто усиление, это совсем другое понимание. Даос Закалки Тела понимает истинную суть ци, её природу, её направления, в конце концов, он её действительно ощущает.
Потому я так легко проиграл Ло Ченгу. Понимая ци и принимая её и себя как единое целое, он контролирует не просто потоки своей ци, он контролирует самого себя.
Разрастая вены ци по всему телу, я получаю ранее невиданный контроль. Вены ци стали настоящим корсетом покрывающим весь организм.
На самом деле нет никаких вен ци, она не связана стенками, как наша кровь. Вены ци – это просто путь по которому она течёт. Она может поменять свой путь или создан новые вены. Перестав управлять ци, я освобожил её от заложенных ограничений, позволяя растекаться во всех направлениях.
Подобно мне, ци была скована несуществующими рамками. Теперь они разрушены.
Управляя собой, я управляю этим корсетом, управляя корсетом из вен ци, я управляю собой. Всё взаимосвязано.
Этот корсет всё время закаляет тело, увеличивая прочность, скорость, восприятия и так далее. Потому эту стадию и называют Закалкой Тела.
Тут пришло осознание.
Я достиг стадии Закалки Тела.
Однако, я не останавливаюсь.
«Может, в этот раз получится открыть последний меридиан?»
Я направляю всю ци, смешанную с различной энергией в тот самый закрытый меридиан, но в этот раз, я направляю ци не усилиями, а простым управлением разума.
Теперь это легко.
Вся ци устремляется в меридиан, наполняя его энергией.
Шли минуты, но я не останавливался. Я напитывал его энергией всё больше и больше.
И наконец.
Последний меридиан был открыт.
Он символизировал мои внутренние ограничения, которыми я себя сковал. На самом деле, я мог открыть его ещё тогда.
Я открыл глаза и обнаружил себя в том самом месте из двух моих видений. Посреди бескрайнего моря.
Тогда я понял.
Это не просто какие то видения. Это мир моего разума, потому я чувствовал себя так безопасно и умиротворённо.
— Действительно! Как можно быть в опасности в своей собственной голове?
Я начал неистово смеяться.
— Хахахахахахахахахаахахахаха...
— Подумать только я...
Холод пробрал меня до костей.
[Думаешь здесь ты в безопасности?]
Что?
[Открою тебе секрет...]
Ужасающий голос звучит в моей голове.
[Пока ты в Муриме, ты нигде не в безопасности.]
Вдруг.
Небо становится серым.
Вода становится мутно алой.
А две рыбки, что прежде плавали под моими ногами вынырнули из воды и стали кружить вокруг меня.
Это были уже не те маленькие рыбки, а огромные карпы, один красный как кровь, другой чёрный как ночь
В небе появилось очертание двух чёрных глаз.
Это были те самые глаза, что я видел в доме Фа Ноён.
Неужели, это они отменили действие техники накопительного яда?
Вдруг передо мной, из толщи воды стала подниматься какая то огромная конструкция.
Это была крепость.
Огромная, чёрно-красная крепость с огромным дворцом в центре этажей сто в высоту.
Оттуда вылилось аномальное количество энергии неизвестного происхождения.
Я был ей сдавлен и не смог сделать ни одного малейшего движения.
*Страх*
*Ужас*
*Предвкушение смерти*
Так можно было описать те чувства.
Море этого мира, которое прежде было спокойным, начало наполняться волнами.
Они становились всё больше и больше.
В конце концов, они стали размером с цунами и захлестнули меня с головой.
Я закрыл глаза.
Открыв их я оказался на том же самом каменном диске в комнате медитаций.
— Ч-что э-это б-было?
Сердце бешено колотилось, с тела стекали реки пота, совсем как в тот раз в спальной комнате дома Фа Ноён.
Теперь я уверен, это точно не сон!
Надо расспросить об этом дядю, он наверняка что-то должен знать.
Я выбежал из комнаты и направился в покои дяди.
Он жил в поместьи на территории среднего двора. На его территории всегда было около десятка слуг.
Также в среднем дворе находились поместья всех старейшин клана, на территории которых они лично занимались обучением своих учеников.
Иерархия большинства кланов представляла собой пирамиду, на верхушке которой находился глава.
После него шли старейшины, главные советники и члены главной семьи.
После них шли ученики старейшин – выдающиеся внутренние ученики, которых заприметили старейшины за их талант и скорость обучения.
Теперь идёт внутренняя армия, состоящая из некогда внутренних учеников и главные кузнецы с алхимиками.
Затем идут внутренние ученики и работники внутреннего двора, такие как работники отдела бумаг или отдела финансов.
После них ученики среднего двора.
И наконец внешние ученики и обычные жители, ремесленники, рабочие, торговцы и так далее.
Зайдя на территорию поместья, я устремился ко входу в дом, но на пороге меня ждал сюрприз.
Дядя стоял и непринуждённо разговаривал с некой фигурой в чёрной боевой одежде и длинными чёрными волосами.
Кажется это была женщина, хотя из-за нейтральной одежды было трудно распознать.
Её лицо закрывала сабля, которую она держала на плече.
Похоже, они не испытывают враждебность друг к другу.
Я решил, что это кто-то из учеников старейшин, пришла просить наставление, как это часто бывает.
Однако, когда я их окликнул, дядя помахал мне рукой, а некая фигура повернулась в мою сторону и я смог увидеть её лицо.
Это была...
— Сюань!
Моя сестра.
Я тут же прыгнул ей в объятия.
— Ха-ха, Ёнсу! Я тебя давно не видела!
— Разве ты не была в своём странствии?
После расторжения ещё не состоявшего брака, она пошла в странствие по миру, как дядя когда-то.
Её никто не держал, ведь договор с Моён уже был расторгнут.
— Да, я ненадолго. На самом деле, я пришла сюда, чтобы кое что отдать.
Она открывает хранилище разума и достаёт из него несколько до верху заполненных мешков.
— Здесь все камни духа, что я накопила за эти три года.
Дядя ответил.
— Правда? Ха-ха, ты что ограбила императорскую казну? Откуда ты столько взяла?
— Всего то ограбила несколько бандитских шаек. Это же не воровство, если грабишь грабителя?
Посмеявшись вместе с дядей, она выдержала небольшую паузу.
— Вообще-то я очень виновата перед вами, особенно перед тобой, Ёнсу! Я понимаю, что вы испытываете после того случая, потому, я хочу хоть немного загладить свою вину. Прошу примите это.
Дядя положил руку ей на плечо.
— Не стоит перед нами извиняться.
— О, кстати. Ты достиг стадии Закалки Тела?
Спросила Сюань.
— Да, мы должно быть забылись в нашем разговоре и не уделили этому внимание.
Продолжил дядя.
Они оба тут же начали облапывать моё тело.
— Как же быстро ты этого достиг. Для твоего возраста это невероятно хороший результат.
— Да, а твоё телосложение, очень хорошо. Я отлично постарался, над тобой. К тому же, раз уж ты достиг Закалки Тела, то твой контроль ци должен усилиться.
— Да, покажи нам чего достиг.
Они как две пираньи вцепились в меня и задавали бесчисленное количество вопросов, а потом сами давали на них ответ.
Неудивительно. Сюань всегда подражала дяде и теперь они очень схожи характером.
Они уговорили меня показать им мою нынешнюю силу.
— Хорошо! Хорошо! Я вам покажу.
Сюань встала напротив меня.
— Отлично! Давай сразимся здесь. Обещаю, я не буду использовать силу выше уровня закалки тела.
— Тогда удачи, сестра!
Мы встали в боевые стойки, обнажив наши клинки.
Это первая моя битва после восхождения на новую стадию. Мне самому интересно, насколько я стал сильнее.
— Начать! Не смей меня опозорить — Скомандовал дядя Гунбао.
Мы бросились друг на друга, скрестив мечи в одном ударе.
Ударная волна разлетелась вокруг нас, отгоняя все листья в радиусе десяти метров.
Мои движения стали намного легче. Теперь я мог перемещаться на большие расстояния без проблем.
Теперь я мог делать быстрые движения, осознанно не вкладывая в них ци. Теперь я делал это на подсознательном уровне, с помощью корсета, растекая ци по всему телу.
Мы приземляется друг перед другом.
На моём мече была небольшая зазубрина, в то время как её сабля была полностью цела.
— Хех, я обещала использовать силу на уровне Закалки, но про контроль ци не было ни слова.
— Какая ты беспощадная.
— Хочешь остановиться?
— Нет! Продолжаем!
Мы снова сцепились мечами, но теперь мы взмыли в воздух нанося десятки ударов.
Теперь я могу отталкиваться от воздуха на маленькую высоту, а удары стали такими лёгкими, что если бы не речной меч, делающий оружие тяжелее, я бы не ощущал в руке ничего.
В момент очередного скрещения мечей,
Я убираю левую руку с рукояти и наношу удар речным кулаком.
Кулак попадает ей по плечу и отбрасывает на на землю.
— Хе-хе, а это что такое? ....А я и не заметила эти перчатки.
Мы прыгаем на стену поместья и продолжаем бой.
Наши мечи снова скрещиваются.
Я чувствую, что проигрываю в выносливости и начинаю задыхаться.
«Такими темпами я проиграю».
Отбросив Сюань, я спрыгиваю со стены и убегаю внутрь поместья.
Сюань смотрит ошеломлённым взглядом, но вскоре он заменяется улыбкой.
— Хорошо! Давай попробуем!
Она устремляется за Ёнсу в поместье.
Гунбао только и остаётся кричать им вслед.
— Вы вообще-то должны были драться здесь, не смейте там ничего ломать, мелкие вандалы!
Ло Сюань идёт по узкому коридору поместья.
— Что же ты задумал?
Вдруг, за ней появляется Ёнсу и начинает атаковать её десятками колющих ударов.
Сюань не попалась ни под один удар, мастерски уклоняясь и блокируя их боковой стороной сабли.
«Думаешь это тебе поможет?»
Но взмахнув саблей, она упирается в стену.
Из этого положения нельзя нанести размашистый удар саблей. Потому Ёнсу и выбрал это пространство.
— Какой хитрец! Специально заманил меня в узкое пространство.
«Я легко могу выбраться из этой ситуации, но тогда придётся нарушить ограничение, хотя...»
Сюань нанесла колющий удар саблей, заставив Ёнсу защищаться.
*Пуф*
Следующим молниеносным ударом ногой, она выпнула Ёнсу из поместья, через ближайшее окно.
Он без проблем приземлился на ноги, однако его силы были уже на исходе.
Как вдруг.
*Опасность*
Достигнув Закалки тела, он также улучшил все чувства восприятия, а также получил силу предчувствия опасности или же шестое чувство, потому он почувствовал опасность перед собой.
Однако всё что он успел сделать, это поставить блок мечом.
*Свуш*
Удлиняющийся голубой меч, состоящий из ци упирается в железный меч и отталкивает Ёнсу назад.
Меч раскалывается на две части и синий меч ци упирается ему в грудь.
— Ваш бой окончен! Победила Сюань!
Сюань выпрыгнула из разбитого окна и приземлилась перед братом.
— Похоже я победила.
Отдышавшись, Ёнсу встал с колен.
— Что это было? Ты же сказала, что не будешь использовать техники выше Закалки Тела?
— Ха-ха, а это и не техника вовсе. Ты не знаешь про меч ци?
Тут пришёл дядя и из его руки вылезло жёлтое лезвие.
— Это называется меч ци. Он не является техникой, а зависит от мастерства владения мечом.
— Я... не понимаю.
Дядя продолжил.
— Помимо твоего личного совершенствования, есть ещё и стадии владения оружием. Когда ты достигаешь определённого уровня владения оружием, ты получаешь меч ци. Мастерство не зависит от твоей стадии совершенствования.
— Понятно. — кратко ответил я.
Но дядя не переставал объяснять.
— Меч ци, является первой стадией владения меча, после него идёт меч души, он позволяет полностью заменить меч, чем то вроде духовной силы, куда более мощной чем меч ци.
— И насколько же?
— Я не знаю! Я этого ещё не достиг, поскольку распылил своё мастерство на десять оружий, потому мой максимум, это меч ци.
В тот момент Сюань говорит.
— Вообще-то, я этого достигла.
—....?
—....?
Этого ни я, ни дядя не ожидали.
— Что? Как ты этого достигла? А ну показывай, пока за враньё не поколотил.
Дядя явно не мог в это поверить.
— Хорошо.
Сюань убирает саблю в ножны.
В следующий момент.
В её руке появился огромный синий сгусток из тысяч потоков ци, принимающий едва заметную форму меча. От него непрерывно исходила огромная духовная сила, намного превосходящая меч ци, показанный ранее.
— Ч-что это? — спросил я.
— Смотрите!
Она направила его на стоящий вдалеке маникен.
В следующий момент.
*Свуш*
Во время удара, меч увеличился в размерах и разрубил манекен на расстоянии многих метров, а после также уменьшился.
«Если бы она использовала это, я бы просто не выжил! Был бы разрублен одним ударом».
Затем она также подняла духовный меч над головой и убрала его.
Мы с дядей смотрели ошарашенными глазами.
— Как ты этого достигла? — сдержанно спросил дядя.
— Просто... в какой то момент, я поняла, что упёрлась в стену, со своим мастерством владения мечом. Хоть я и тренировалась без устали, но превзойти саму себя вчера не представлялось возможным.
— И что ты сделала? — спросил уже я.
Она перевела взгляд на свою руку.
— Я просто, начала вспоминать.
—....?
—....?
— Я просто начала вспоминать свою жизнь. Как впервые взяла в руки меч, как увидела улыбки на лицах учителей, как меня хвалил отец, как наставлял дядя. В один момент все эти воспоминания захлестнули разум и начали сливаться в один. Я начала вспоминать, зачем я вообще держу меч и в какой то момент, моё сердце...
Сюань выдержала небольшую паузу.
— будто бы освободилось.
— Освободилось?
— Именно. Я не совсем понимаю что это значит, но в тот момент, я ощутила, что могу создать его в своей руке.
Дядя продолжил.
— Есть ещё ступень выше духовного меча.
Я и сестра перевели взгляд на него, но мои глаза были полны непомерного интереса.
— Она называется меч разума. Высший уровень мастерства! В сравнении с мечом разума меркнут любые мечи, включая меч души. Я сам его никогда не видел, но слышал в легендах.
Мы слушали с интересом, даже сестра, хотя и наверняка слышала это много раз.
— Меч разума позволяет создать меч из ничего. Он полностью имитирует настоящий меч. Перед ним нет никаких преград и он может разрубить что угодно, даже пространство и саму душу. Хотя, это лишь легенды и я не уверен возможен ли он.
Дослушав рассказ, Сюань сказала.
— Ну, мне пора идти.
— Постой! Останься здесь хоть не на долго!
Она подтянула меня к себе рукой и прошептала на ухо.
— Дядя будет говорить много бесполезной информации потому скажу я. Если хочешь получить меч ци, осознай его как часть своей руки. Хочешь получить меч духа, прими меч, как часть своего сердца.
— Эй... Я всё слышу!
— Ой!
Она убежала не дожидаясь продолжения слов дяди.
*Поместье Моён Ран*
*Покои Моён Линь*
Моён Линь – сын старейшины Моён Ран, молодой мужчина лет двадцати пяти с коричневыми волосами, в сине-золотой одежде.
Должен был стать мужем Ло Сонха в договорном браке с кланом Ло.
Многие подчинённые, слуги и члены семьи отмечали его ум, лидерские качества и в особенности талант. Они все пророчат ему место нового старейшины. Он – настоящая гордость секты Моён.
С его лица никогда не спадала лёгкая, едва заметная улыбка.
Сейчас он просто сидит в своих покоях.
*Стук* *Стук*
В дверь постучали.
Открыв её, Линь увидел высокую женщину в чёрной одежде и такими же чёрными волосами, с оружием, висящим на поясе.
— Я уже думал не появишься, Сюань.
— Надо же возвращать долг.
Спустя несколько минут они оба распивали бамбуковое вино в его покоях.
Несмотря на расторгнутый договор между двумя кланами, их отношения казались дружескими.
— Почему ты пропала на три года?
— Я была на континенте. Было не просто найти то, что тебе нужно.
— Разве [это] не входит во владения клана Ло?
— До недавних пор, так и было. Однако после расторжения договора, отец распродал всё западное хранилище одному клану с континента. Пришлось повозиться, но в итоге я получила, что хотела.
— Отлично! В таком случае эта книжонка у тебя?
Спросил Моён Цзюэ своим обычным спокойным, умеренным голосом, не снимая с лица едва заметную улыбку.
— Да, она у меня. Так что давай завершим нашу сделку и покончим с этим.
Она достала из карманного хранилища потрёпанную книгу в коричневом переплёте и положила её на стол.
Цзюэ жадным взглядом схватил её в руки и стал пролистывать страницы.
— Отлично! Просто замечательно! Это именно то, что мне было нужно!
— Не стоит благодарности. В конце концов, это просто обмен. Если бы не твоя помощь, я бы не достигла Хвагена так рано.
— Рад это слышать.
Моён Цзюэ также достаёт из карманного хранилища некий объект и ставит его на стол перед собеседницей.
Это был фарфоровый кувшин, в котором обычно хранят особые эликсиры многолетней выдержки.
— Это моя часть сделки.
Теперь уже у Сюань загорелись глаза.
— Должно быть не просто было его достать, в конце концов, это не просто эликсир.
— Это неважно, главное мы оба получили что хотели.
Сказал он, выпивая очередную фарфоровую рюмку вина.
— Похоже, наш контракт выполнен. Мы оба получили, что хотели.
— Похоже на то.
Выдержав небольшую паузу, Цзюэ немного подумал и задал вопрос.
— Как отреагировал твой отец на расторжение нашего почти состоявшего брака?
У Сюань пробежал холодок по спине.
— Он орал на меня несколько дней, пока я не отправилась на континент. Как вспомню его голос, так сразу дрожь берёт. Я даже не успела встретиться с ним по возвращении.
— Должно быть, тебе было не просто.
— Ерунда! Подумаешь немного разозлила отца. Не в первый же раз.
Ответила Сюань, слегка посмеиваясь.
— Тогда у меня есть ещё один вопрос. Твой брат. Насколько большие у него шансы на успех?
— Ха-ха, на самом деле, довольно большие. Вот увидишь, через двенадцать лет, твоя сестра будет лежать на земле побитая, а после и... не только на земле и не только побитая.
Цзюэ подавился вином.
— А шутки у тебя такие же резкие. С твоим языком и меч не нужен.
— А зачем тебе вообще информация о моём брате? Разве тебе уже не должно быть плевать, рас получил, что хотел?
— Как брату может быть плевать на судьбу сестры?
— Ха-ха, точно.
Цзюэ посмотрел в окно.
— Кажется уже поздняя ночь. Тебе стоит уходить, пока кто нибудь не увидел тебя со мной. Представь что сделает моя мать, если узнает о твоём вторжении.
— Даже не представляю. Тогда, мне действительно стоит уйти.
Сюань встала и подошла к двери.
— Прощай, может когда нибудь ещё увидимся.
— Прощай, мы обязательно увидимся.
Когда Сюань вышла из покоев Моён Цзюэ, устремилась прочь из территории клана, Цзюэ подошёл к окну и начал рассматривать полученную книгу.
Она была толстой, потрёпанной и покрыта толстым слоем пыли и какой-то грязи.
Стряхнув с переплёта грязь, на ней стало видно название.
*Искусство небесного древа*
«Несмотря на мой талант и заслуги, моя мать видит во мне лишь политическое оружие, а окружающие не видят меня больше чем будущим старейшиной клана в мире смертных.
Однако, с этой книгой, я смогу стать небожителем и взойти в высший мир».
Прошло два дня.
Ёнсу как обычно вышел на тренировку, но подойдя к дяде, его ждал небольшой сюрприз.
Дядя стоял спиной к нему и разговаривал с несколькими молодыми людьми.
— Дядя!
Он обернулся и поздоровался со мной. Затем показал мне пятерых людей.
— Это новые талантливые ученики, которых я лично отобрал для обучения. Ну, кроме уже знакомого тебе Ло Ченга.
....
— ...Ч-что? Дядя, но разве не я один должен у тебя учиться? Разве ещё ученики не будут отвлекать тебя?
Дядя Гуо схватил меня за ухо.
— Не пари чушь! Внимания дяди Гуо хватит на всех. Неужели ты думаешь, что такой добросердечный человек как я, станет обделять вниманием хоть кого-то, особенно своего родного племянника? Ты явно не лучшего мнения обо мне.
— Х-хорошо, хорошо, я понял!
Тогда он отпустил моё ухо и начал представлять мне новых учеников.
Первым был Ло Ченг, его я уже и так знаю, потому дядя не стал о нём говорить.
Вторым был Гу Хуан – Шестнадцатилетний парень, сын одного богатого купца, проявивший немалый талант в боевых искусствах, в последствии принят в клан Ло. Находится в сфере Основы.
— Гу Хуан приветствует своего старшего. Обещаю, я буду усердно тренироваться и не опозорю имя своего клана.
После него шла Фань Ли — пятнадцатилетняя девушка, жила в горах, и тренировалась во владении мечом у своего деда. Когда он умер, пришла в клан Ло и мгновенно стала средним учеником. Находится в сфере Основы.
— Фань Ли п-приветствует своего старшего.
«Подумать только, я только вступила в клан и буду учиться у сильнейшего мастера клана, да ещё и вместе с сыном главы».
После неё была Фань Ран — девятнадцатилетняя девушка, недавно достигшая Закалки Тела. Старшая сестра Фань Ли. Выучив боевые искусства у деда, она пришла в клан три года назад, мгновенно став средним учеником, а через год, стала внутренним, однако на отрез отказывалась менять свою фамилию и спустя долгие уговоры, ей удалось её сохранить.
Я иногда её видел, но ни разу не говорил с ней. Насколько я знаю, она довольно талантливая, Но холодная и раздражительная ученица.
— Фань Ран приветствует брата Ло Ёнсу.
Поскольку мы находились в одной сфере совершенствования, мы могли относится друг к другу как к равным, несмотря на разницу в возрасте.
И наконец, поскольку он стоял поодаль, его было трудно рассмотреть, но когда он подошёл ко мне...
Бэк Ам – крупный великан под два метра ростом, судя по чертам лица, он иностранец. Ему восемнадцать лет, как и мне. Прежде он жил в на континенте и приплыл сюда со своим отцом после массовых переселений. Находится в сфере основ и так же как и я упёрся в стену.
Также поклонившись он поприветствовал меня.
— Бэк Ам приветствует старшего.
Он говорил невнятно и некоторые его слова путались с другими из-за языкового барьера.
Когда мне представились все четверо мастеров, я отошёл к дяде.
— Дядя, скажи честно, зачем ты это..?
Он не дал договорить и вышел на тренировочную арену.
— Если вы уже познакомились, то не пора ли вам узнать друг друга в бою.
Все шестеро переглянулись.
— Первый бой! Ло Ёнсу и Фань Букхян.
Мы мигом вышли на арену и обнажили оружия.
Букхян также как и я, владела одноручным мечом, это сильно упрощало бой с ней, ведь прежде я чаще всего сражался именно с такими даосами.
— Бой!
Оба даоса устремились друг к другу и их мечи скрестились в ударе.
Ёнсу ничего не почувствовал, однако Букхян похоже, было трудно сдержать такой удар.
«Действительно. Может мы и находимся на одном уровне, но её тело намного слабее моего, ведь не проходило через расслабляющие тренировки самого доброго в мире дяди».
Спустя секунду удар Ёнсу отбросил её на несколько метров.
Однако в следующий момент, из её руки вылетели острые иглы.
«Скрытое оружие?»
Без труда отбив их, он снова устремился к ней.
Она оттолкнулась от стены арены и перепрыгнула через Ёнсу в попытках нанести удар сверху.
Но это было бесполезно, Ёнсу отразил все удары и Букхян вскоре приземлилась.
Они снова пошли в обмен ударами. Паралельно Букхян использовала скрытое оружие, спрятанное в своих руках.
«Чёрт! Я превосхожу её, но эти её иглы вечно отвлекают. Не будь я на уровне Закалки Тела, не смог бы даже заметить эти иглы».
Лишь скрытое оружие помогало ей поддерживать паритет и не позволять врагу оттеснять себя.
Однако.
«Твои иглы не бесконечные, а выносливость куда ниже моей. Если так будет продолжаться и дальше, я выиграю без особых проблем».
В тот момент на лице Букхян вздулась вена. Она уже теряла силы и начала оттесняться врагом к стене.
Но на её лице мелькнула улыбка.
Вложив больше ци в ноги, она подпрыгнула настолько высоко, насколько могла.
*Искусство направления 100 игл*
Из её рук стали выстреливается иглы и застывать в воздухе под контролем её ци.
В следующий момент они все полетели в Ёнсу, кружась вокруг него и атакуя со всех сторон.
Он посмотрел в сторону дяди, который просто смотрел с предвкушением.
«Ты, двухсотлетний маразматик! Разве это не простой спарринг между учениками? Мы же и так используем деревянные мечи».
Сама Букхян также не отставала и направившись к Ёнсу, стала атаковать его вместе с иглами.
Теперь ему приходилось отбиваться и от ударов Букхян и от сотни игл, летящих вокруг него.
Отбить все удары не удавалось и некоторые иглы всё таки попадали в цель.
«Проклятье! Если так продолжиться, я проиграю».
На лице Букхян начала проявляться жуткая улыбка, а глаза стали подобны хищнику.
Попадание иглами было не таким больным, поскольку стадия Закалки Тела уменьшала получаемую боль, но они сильно мешали управлять ци и снимали концентрацию на враге.
«Есть лишь один способ выйти из этой ситуации. Не хотел так поступать».
Ёнсу стал собирать в меч столько ци, сколько может. В один момент деревянное лезвие меча засияло синим цветом.
И наконец.
*Удар*
Мощнейший выброс ци атаковал Букхян. Это произошло настолько быстро, что ей оставалось лишь защититься мечом.
Деревянный меч сломался, а саму Букхян отбросило в стену арены, также на её животе осталась небольшая рана.
Гунбао объявил.
— Бой окончен! Победил Ёнсу!
Затем он подошёл к нам и сначала положил руку на живот Букхян.
Его рука загорелась жёлтым светом и энергия начала излечивать её раны.
Когда он закончил с Букхян, то подошёл ко мне и также положил руку мне на плечо и начал излечивать мои раны.
По эффектом исцеления, иглы стали выпадать из ран пока те заживают.
Я взглянул на Букхян.
Она поднялась и поклонилась, поблагодарив противника за бой, однако на её лице было видно множество вздувшихся вен.
«Кажется она из тех, кто не любит проигрывать. Проиграть старшему это одно, но проиграть равному тебе, к тому же тому кто младше, это совсем другое».
Я прекрасно понимал её. Если бы я проиграл, тому кто младше, то тоже был бы взбешён.
Мы спустились с арены и дядя объявил второй бой.
— Второй бой! Доу Губо и Ло Ченг.
....?
....?
Гу Хуан возразил.
— Но мастер! Ло Ченг на две стадии опережает Доу Губо. Их бой слишком не рав...
— Ты прав. Ло Ченг действительно куда сильнее Доу Губо, однако ты же не думаешь, что старший будет использовать силу выше стадии своего младшего.
Гу Хуан промолчал.
Оба даоса вышли на арену.
Доу Губо и Ло Ченг поклонились друг другу.
— Не волнуйся. Я не собираюсь использовать силу выше уровня основы.
Доу Губо ответил добрым голосом.
— Я не переживаю. Пусть победит сильнейший.
— Бой!
Доу Губо направился к сопернику и нанёс удар кулаком.
Ченг без проблем отпрыгнул, но удар был настолько сильным, что появилась ударная волна, сдувающая все листья и пыль с арены. Она даже добралась до нас.
«Вот это мощь. Неужели это и есть сила боевых искусств тела».
Они продолжили бой, обмениваясь ударами одним за другим.
Ченг наносил удары деревянным дадао, а Губо защищался и контратаковал кулаками, усиленными и укреплёнными ци.
Поскольку ни кому из них не исполнилось двадцати, никто не знает ни речного кулака, ни речного меча. Всё что им остаётся, это использовать примитивное усиление ци. Однако и мы с Чёрном не использовали эти техники.
Будь у Ченга настоящий меч, сопернику пришлось бы намного хуже, но даже так, на руках оставались ссадины и мелкие раны.
Губо нанёс удар с низу своей ногой, чем отправил Ченга в полёт.
Как ни посмотри, его сила превосходит стадию основ.
— Ха-ха, знал бы о твоей силе, сражался бы куда серьёзнее и ограничил себя хотя бы ранней стадией Закалки.
Губо ответил.
— Моя бабушка говорила, бойся своих слов, когда нибудь за них спросят.
По приземлению Ченг получил ещё один удар кулаком и отлетел к краю арены.
— Кхэ-кхэ, ладно, придётся сражаться серьёзнее.
После этих слов, из дадао Ченга вылетел рыжий клинок, устремившийся к Губо.
Он без проблем увернулся, хотя даже находясь на стадии Основ, он мог ощутить опасность от этого сгустка ци.
— Ты же сказал, что не будешь использовать силу выше Основ. Что это значит?
— Ха-ха, не волнуйся, это не техника уровня Закалки или Преобразования, а всего лишь уровень мастерства владения мечом. Но не волнуйся, если тебе так трудно, я так и быть, не стану и это использовать.
— Хех, ты пожалеешь и об этих словах.
Они снова направились друг к другу, продолжая обмениваться ударами.
«Неужели Ло Ченг тоже достиг уровня мастерства меча ци? Как ни посмотри, это ощущение точно такое же как тогда».
Так прошло несколько минут их поединка.
Вдруг я почувствовал нечто странное.
Доу Губо, будто бы не смотрел на атаки, а отражал их инстинктивно, да и если посмотреть на его лицо, оно уже не выражало никаких эмоций, будто бы он...
Занимается медитацией.
«Неужели можно проводить медитацию даже во время боя? Ло Ченг тоже должен это видеть, однако он продолжает умеренно наносить удары, будто бы он... помогает ему».
Вдруг я почувствовал от Доу Губо тоже самое ощущение, какое недавно испытал сам.
Это...
Прорыв на стадию Закалки Тела!
Я прорвался на сидя в специальной комнате в спокойной обстановке, я не ожидал, что можно совершить прорыв находясь в бою.
Я был слеп.
Путь совершенствования – это путь познания себя и мира вокруг. Бой – это такая же часть сути мира, сути людей, значит бой такое же идеальное условие, как и сидя на круглом камне.
Так продолжалось ещё несколько минут.
Как вдруг, из тела Губо начал исходить слабый синий свет.
«Кажется началось!»
Этот свет становился всё ярче и ярче.
Но потом он стал тускнеть.
Вот оно.
Доу Губо завершил переход к стадии Закалки Тела.
В следующий момент.
Молниеносный удар левой рукой сломал Деревянный дадао Ченга ударом сбоку, но на этом он не остановился.
Губо стал собирать энергию ци в правом кулаке и в следующую секунду нанёс удар по животу Ченга, отбросив его к самой стенке арены.
Эти удары были настолько мощными, что ударная волна сметала наши волосы, будто на нас летел ветер от бури.
То что я видел сегодня.
Было поистине прекрасным.
— Бой окончен! Победил Доу Губо.
Ло Ченг встал как ни в чём не бывало и подошёл к Губо.
«Насколько же силён этот монстр Ченг?»
— Похоже я проиграл. Поздравляю с победой, Губо.
На глазах Губо стали наворачиваться слёзы и он поклонился.
— Старший... Я благодарю вас от всего сердца. Вы дали мне важный урок.
— Не стоит. Зови меня просто Ченг. В отличие от нашего мастера, я не люблю таких формальностей.
— К-конечно, Ченг!
Когда они наконец спустились с арены, я также подошёл к Доу Губо с разговором.
— Губо! Возможно это было не заметно, но я также тренирую боевые искусства тела...
Я показал ему железные перчатки и его взгляд стал жадным и восхищённым.
— Неужели... что это за прекрасная работа? Я впервые встречаю такое произведение искусства. Они стоят как минимум две сотни серебряных цяней, скажи, где тот кузнец, что выковал это чудо?
Я был ошеломлён его расспросами.
— Увы, но кузнец, что ковал их, давно уехал из этих мест, я не знаю где сейчас его искать.
Взгляд Губо стал поникшим.
— Жаль! Я уже надеялся купить новые наручи.
Ло Ченг похлопал его по плечу. Ему пришлось подпрыгнуть, чтобы это сделать.
— Не волнуйся, здоровяк, у нас будет много времени поискать хорошего кузнеца.
Настроение Доу Губо начало подниматься.
— Спасибо Ченг! Ты прав, нечего грустить по пустякам, жизнь длинная.
«Похоже во время этого боя они хорошо сдружились, чего не скажешь о мне и Букхян. Во время их боя, я то и дело ловил на себе ненавистные взгляды с её стороны».
— Кстати! Я теперь тоже достиг стадии Закалки, а значит теперь мы равные и я больше не должен называть тебя старшим.
— Хе-хе, похоже на то.
И тут мы услышали крик дяди Гунбао.
— И наконец последний бой! Фань Ли и Гу Хуан.
«Два даоса стадии основы? Не самое эпическое окончание поединков».
Оба даоса вышли на арену.
— Покажи ему! Сестра! — кричала Букхян.
Фань Ли достала из пояса своё оружие.
Это был кнут.
Одно из самых редких и опасных оружий в руках даоса, с которым даже самые умелые мастера предпочитают не иметь дел.
Гу Хуан же, достал деревянное копьё.
«Ладно! Это будет куда интереснее!»
Хуан попытался приблизиться к Ли, но быстрые и размашистые удары кнута не давали ему этого сделать.
Тогда он решил пытаться отбивать удары древком копья, благодаря чему успешно продвигался вперёд.
«Если он подойдёт, то у меня не будет шансов».
Фань Ли стала от ходить назад, однако отходить было особо некуда.
«Значит остаётся лишь один вариант».
Она достаёт из левого рукава второй кнут.
«Так она владеет сразу двумя кнутами? Кем был ваш дед, что научил тебя такому?»
Хуану стало куда сложнее защищаться от ударов, но помимо этого, древко могло сломаться.
«Что ж, была не была».
Он делает резкий рывок в сторону Фань Ли.
Она в панике начинает наносить не координированные удары, чем пользуется противник, отражая их все и подбираясь всё ближе.
Наконец подобравшись, он наносит удар, но Ли не попадает под него.
Она делает прыжок и двумя ногами, пропитанными ци наносит контрудар, отбрасывая соперника на половину арены.
— Ха-ха, так держать Сестра!
Однако у неё осталось очень мало сил. Было видно как её дыхание замедляется, а с лица стекает пот.
Поскольку она не была на стадии Закалки тела, её выносливость оставляет желать лучшего, прибавим к этому совсем молодой возраст и тяжёлые удары кнутом и получаем, что она не может сражаться продолжительное время, это её слабость.
Заметив это, Хуан решает.
«Пора!»
Когда удары кнутов достаточно замедлились, он схватил левый из них и резко потянул к себе.
Ли не успела ничего сделать, как уже летела на копьё соперника.
— Что ж, если ты хочешь так, то сделаем по твоему.
Ли стала напитывать кнут в правой руке всей возможной ци, которую только позволял её выброс и замахнулась им со всей силы.
Хуан сделал то же самое со своим копьём.
Решающий момент.
Ли наносит удар, а Хуан бросает копьё в соперника.
Как вдруг.
И кнут и копьё отлетают.
В центре арены появился дядя и остановил их атаки.
— Бой окончен! Победитель не определён!
— Что? Почему?
— Да! Мы ведь могли продолжать!
Дядя подошёл к ним и дал кулаками по их головам.
— Идиоты! Если бы я не вмешался, эти атаки убили бы вас. Фань Ли, твой кнут был нацелен на его шею и при попадании мог нанести такую глубокую рану, что я бы не смог её залечить. Гу Хуан, ты настолько сильно напитал деревянное копьё энергией ци, что при попадании оно пробило бы тело Ли насквозь. Будем считать, что вы равны.
Хуан и Ли переглянулись между собой.
Они поклонились друг другу и поблагодарили друг друга за хороший поединок.
Наконец, все бои были закончены.
Гу Хуан, Фань Ли, Доу Губо и Ло Ченг стали обсуждать между собой ощущения от боя и обмениваться опытом.
Только я и Фань Букхян стояли в стороне.
Как вдруг, она решила уйти.
— С-стой! Ты не собираешься присоединиться ко всем в обсуждении.
Она повернулась и окинула меня холодным взглядом, её лицо выражало раздражение.
— Зачем? Всё самое важное, я уже увидела, осталось лишь обдумать это.
Сказав это, она повернулась и ушла от нас.
Я хотел её остановить, но на моём плече, появилась рука дяди.
— Не стоит. Она из тех людей, которые предпочитают проводить время одни. Ей нужно время, чтобы привыкнуть ко всем вам. Просто будьте рядом, но не слишком, когда решит, сама к вам подойдёт.
— Хорошо.
Я подошёл к остальным, чтобы также обсудить впечатления.
Как вдруг крик дяди нас прервал.
— Слушайте все!
Мы повернули свои взгляды в его сторону, включая Букхян, которая почти ушла.
— Завтра вы отправитесь на совместное задание по сопровождению. Это поможет вам лучше понять друг друга, к тому же, общее путешествие вас сблизит. Потому соберите свои вещи, завтра мы выезжаем на место.
Мы переглянулись, а затем разошлись по своим делам до завтрашнего дня.
Я подошёл к дяде с вопросом, который изучал меня последние пару дней.
— Дядя, если я уже достиг стадии Закалки, то разве я не должен начать изучать меч цветущей сливы и кулак цветущей ветви?
— Да, когда вы закончите задание по сопровождению, мы отправимся в Шеньси
Я кивнул головой и отправился в свою комнату в общежитии внутренних учеников.
При входе, я решил потратить свободное время, на своё любимое занятие – живопись.
Как обычно, я взял кисти и недешёвые краски, на которые уходит немало карманных денег.
Почему-то я не смог найти картину, которую не смог закончить, когда ещё не начал тренировку с дядей.
Кажется, она будто испарилась, когда я проснулся.
Ранним утром все шестеро стояли у внешних ворот клана, ожидая прибытия дяди.
«Странно. Обычно, если он что-то организовывает, то готов самым первым».
Вдруг мы услышали звук копыт.
Из-за ворот показалась огромная повозка с тремя лошадьми впереди.
Мы обомлел от такого зрелища, ведь прежде редко видели повозки такого размера.
Она была не просто огромной, было видно, она была дорогой, на таких ездят богатые чиновники и прочие люди знатных кровей.
Это трудно назвать повозкой, скорее каретой.
Она остановилась перед нашими лицами.
Дверца открылась и к нам вышел высокий мужчина с чёрной бородой и усами.
— Д-дядя?
Выкрикнул я, не в силах сдержать удивление.
— Хе-хе, удивлены? Я же не мог позволить, чтобы мои ученики явились к заказчику в неприглядном виде.
За эти три года мы выполнили около двадцати заданий. Из них пятнадцать на поимку духовных зверей, три на убийство демонов и два на упокоение нечестивого духа, но ни разу мы не добирались на такой роскоши.
— Неприглядном виде? А как же прошлые наши задания? Почему тогда мы добирались на скрипящей рухляти?
Стоило это сказать, как в мою голову прилетел щелбан, сравнимый с ударом кулака.
— Да потому, что теперь наш заказчик не какая то деревушка, а соседний клан.
Потирая лоб, я продолжил.
— Соседний клан? Ты про клан Данрён? Что случилось, раз они набирают даосов из других мест на сопровождение?
— Дело в том, что это не просто сопровождение. На территории клана был обнаружен удивительный ребёнок. Он родился с полностью сформированным дантянем, что формируется у культиваторов на стадии Формирования, но при этом он без духовных корней, что само по себе аномалия. Клан Тан, узнав об этом выкупил его у клана Данрён и требует немедленно привезти им этого мальчика.
— А почему набирают даосов извне? Разве не лучше использовать внутренние силы?
Спросила Букхян.
— Видите ли, ребёнка отправляют путём через лазурные равнины, а на этом пути встречается немало духовных зверей и демонов. Потому, чтобы не нести потери, набирают даосов извне.
Закончив пояснение, он спросил.
— Ну что, вы готовы?
Мы переглянулись и единогласно ответили.
— Мы готовы!
— Тогда залезайте.
Путь занял два дня, до территорий клана Данрён. На протяжении всего пути мы общались между собой, узнавая друг друга.
Например, Гу Хуан любит писать стихи. Он говорит, что ему с детства нравилось письмо, а поскольку он родился в богатой семье, то его с детства учили письму, как и меня.
Поскольку нам обоим нравилось искусство, мы быстро нашли общий язык. Он посоветовал мне хорошие кисти для живописи, а я дал ему идею для следующей работы.
Доу Губо любит рыбачить и знает множество видов рыб. Он по своей сути человек неспешный и любит сидеть в одиночестве.
Фань Ли любит выращивать цветы и в своей деревне имела небольшой сад. Также она рассказала о недавней смешной ситуации.
Букхян услышав это попыталась заткнуть ей рот, но безуспешно.
Пару месяцев назад, Букхян напилась, когда сёстры навещали отца в родной деревне, попытавшись пройти незамеченной, она упала на клумбу сестры и пролежала на ней до рассвета.
Услышав это все пятеро рассмеялась, а Букхян покраснев, старалась отвести взгляд.
Ло Ченг был плох во всём, что не касалось боевых искусств, даже его почерк было трудно разобрать, а рисовал он не лучше пятилетнего ребёнка. Он всегда был весёлым и открытым человеком.
Букхян же, в свою очередь, ничего нам не рассказала, но по рассказам Ли, она очень стеснительный человек, что скрывает это за ширмой превосходства, однако при встрече с равными ей, эта ширма пропадает и остаётся лишь испуганный человек.
На данный момент наша иерархия в глазах дяди была такой.
Ченг – наш старший.
Я, Букхян, Губо – средние по старшинству.
Хуан и Ли – наши младшие.
«Что дядя имел ввиду под познать, что значит быть младшим, равным и старшим?»
Наконец мы прибыли на место.
Выйдя нас приветствовал старейшина клана, что набирал даосов.
При виде дяди Гунбао, он поклонился с почтением.
— Этот старейшина приветствует столь великого мастера, достигшего Хвагена.
— Ну что вы, это нам очень приятно. В конце концов, это мы сюда пожаловали.
Узнав, что мы пришли, чтобы принять участие в сопровождении, нас приняли безо всяких проверок.
Вот что значит репутация родни.
На следующий день мы выдвинулись в путь.
Тогда мы увидели этого ребёнка.
Он был одет в белые одеяния, а глаза у него были ярко красными. Это было странно, но странности в Муриме это обычное дело.
Лишь взглянув на этого ребёнка, мы замечали как в области живота у него сконцентрирована энергия ци. Причём её было крайне много. По сравнению с запасами его даньтяня, мы шестеро были лишь крохотной мышкой перед тигром.
«Все культиваторы Формирования так сильны или только он? Если такова разница между нами, то я не удивлён их превосходством».
Помимо нас шестерых было ещё четверо человек.
Трое из них были на уровне основ и не были особо сильными воинами, но один из них
Был на уровне Преобразования Духа, так же как и Ло Ченг.
Нет.
Он был даже сильнее.
Если Ченг был на ранней стадии, то этот был как минимум на средней. Проще говоря, он сильнейший из нас.
Выглядел как зрелый мужчина крепкого телосложения с чёрной бородой, но сильнее всего выделялось его оружие.
Это была квадратная стальная дубина с шипами на каждой стороне. Довольно редкое оружие.
Первый день пути прошёл спокойно.
Мы остановились на ночлег у тихого озера.
Губо достал удочку из своих вещей и начал рыбачить.
Я уселся рядом с ним, всё равно мне нечего было делать.
Атмосфера была приятной. Тёплый закат, поющий в тишине сверчки и вид на тихое озеро.
— Знаешь почему я люблю рыбачить?
Неожиданно спросил Губо.
— Хм, дай подумать. Потому что это тихое и спокойное занятие?
— Ты прав, но не только в этом дело. На самом деле, рыбалка требует много внимания, а с ней у меня проблемы.
— Серьёзно?
— Именно! У меня с детства были проблемы с вниманием, я не мог долго чем либо заниматься, стоило уделить хоть чему либо постороннему внимание, так вся концентрация спадала.
— И как ты пришёл к рыбалке?
— Я просто наблюдал за рыбаками в нашей деревне, меня восхищало как они могли часами сидеть на одном месте и смотреть в одну точку. Однажды я попросил у одного из них обучить меня рыболовству. Так и привязался к делу.
— В твоей деревне? Кстати, ты ведь раньше жил на континенте. Расскажи как там.
Он немного подумал и ответил.
— Хм... я жил лишь в небольшой деревушке, потому не могу рассказать о многом, но жизнь там сильно отличается от здешней.
Выдержав паузу, он продолжил.
— На континенте намного больше различной энергии для культивации чем в Йонма. Почему так, я не знаю, но здесь и там, просто небо и земля.
Я был потрясён этим откровением.
— Подожди. Что ты имеешь ввиду под "больше энергии"?
— Например, если зайти в лес, то там будет намного больше различной природной энергии, и она будет гораздо плотнее, чем здесь, если зайти на водоём, морской энергии также будет неимоверно больше.
От его объяснения появлялось только больше вопросов, но я понимал, что он вряд ли сможет дать на них ответы.
— Хорошо, а как ты пришёл к боевым искусствам? Как ни посмотри, это не то занятие, которому можно просто взять и обучиться у первого встречного.
— Даже на континенте, я был крайне огромным по сравнению с любыми другими жителями. От этого я стал задирать других детей и часто накрывался на драки. Естественно, никто не мог дать отпор моим огромным кулакам, которые уже к двенадцати годам были сравнимы со многими взрослыми мужчинами.
Довольно необычная история из уст такого закрытого и умиротворённого человека.
— Однажды в нашей деревушке поселилась семья мастера боевых искусств в отставке. Я встретился с их ребёнком и, как обычно бывало, устроил драку.
Однако.
— В этот раз всё было по другому. Девятилетний ребёнок, что был мне по пояс, уложил меня, будто я какая то подушка.
....
— Тогда я понял, как же был слеп. Я был лишь лягушкой в колодце, что не видела моря. В тот момент небыло ни ненависти, ни раздражения, а лишь приятное чувство прозрения. Ещё никогда, я не был так рад получить по морде.
«Как можно радоваться, что тебя побили? Тебе точно не по голове тогда попали?»
— Это трудно объяснить, но в тот момент я ощутил перед собой большие возможности, которые могу постичь. Я каждый день умолял его отца принять меня в ученики и после длительных уговоров, он согласился и мы вместе с тем мальчишкой стали им учиться.
— Я делал большие успехи и паралельно постигал основные принципы и учения даосизма. Уже к четырнадцати годам, я одолел учителя в равном бою. Ещё никогда, я не был так рад победить в драке.
Когда он говорил о боевых искусствах, его кулаки непроизвольно сжимались, а на лице появлялась безумная улыбка.
«Да он действительно сумасшедший! Просто одержим боевыми искусствами пути тела».
У меня оставался один вопрос.
— А что случилось потом? Почему вы отправились сюда, на другой материк?
— Ты слышал про массовые переселения?
— Массовые переселения?
— Да. Страна в которой мы жили заключила союз с Йонма и в частности с Небесным Альянсом.
При упоминании Небесного Альянса, нечто внутри меня начало испытывать гнев. Я не понимал причину этого, но не показывал вида.
Я рассказал дяде о своём видении в мире разума, но он лишь пожимал плечами и обещал разобраться. Хотя было видно, теперь он был действительно обеспокоен.
Пока я над этим думал, Губо продолжал свой рассказ.
— По одному из условий союза, каждая сторона должна была отправить по двадцать миллионов жителей друг другу. Моя семья попала под раздачу. Так я и расстался с учителем и парнишкой, что стал мне как брат.
«Массовые переселения? Очень странный способ выстраивания отношений, раз они вредят вашим жителям».
На этом наш разговор закончился и мы устроили ночлег.
В эту ночь Губо ничего не поймал и ушёл в палатку с пустым ведром.
Так прошла ночь.
Утром мы проснулись от слабого топота и детского голоса.
Это был тот самый ребёнок, которого мы сопровождали. Хуан и Ли играли с ним.
Ребёнка звали Лин Юнь. Насколько я слышал, он был из нищей семьи, вряд-ли раньше ему приходилось много играть с другими детьми.
Приятно видеть, как теперь он счастлив.
Посмотрев, оставшиеся четверо присоединились к их игре. Даже угрюмая Букхян не смогла устоять.
В это время за нами наблюдали остальные охранники, включая Хван Са. Они тщательно следили за Лин Юнем, иначе плакала их награда.
Мы играли с ним около часа, пока извозчик не сказал нам выдвигаться.
Так мы снова выдвинулись в путь.
На протяжении всего пути мы много разговаривали друг с другом, хотя наши разговоры были пусты и не несли какого то большого смысла.
Лин Юнь находился в отдельной повозке, к которой даже охранников не подпускали. Вряд ли ему это нравится.
«Надо как нибудь принести ему ягод».
Вдруг мы слышим голос охранника Хван Са.
— Мы вот вот пересечём границу Лазурных Равнин. Готовьтесь, скоро придётся биться.
Ло Ченг спросил его.
— Неужели в Лазурных Равнинах так опасно?
— Да, здесь огромная концентрация духовной энергии, от этого здесь полно духовных зверей и часто появляются демоны. Потому вскоре нам придётся обнажить оружие.
Его слова были полностью правдивы.
Уже через час на нас напала стайка из духовных зверей.
Это были большие птицы с огромными клювами и сильными ногами, но с маленькими крыльями, от чего не умеющие летать.
— Птицы Догобо! Взять оружие!
Выкрикнул Хван Са, доставая свою стальную дубину.
Всё вместе ринулись в бой.
— Никогда не видел столько духовных зверей в одном месте.
— Я тоже, кажется тот спереди – их вожак. У него больше всего энергии ци, думаю он на уровне Закалки тела, остальные на стадии основ.
Проанализировав ситуацию, Ло Ченг отдал нам пятерым команду.
— Я займусь вожаком, а вы позаботьтесь об остальных.
Мы сделали так, как он сказал и распределили между собой по два Догобо на каждого.
Хван Са также не стал спорить и сделал как сказали.
Передо мной встали две птицы размером с человека, но они были не опасны для меня. Когда я достиг Закалки Тела, то они стали не более чем двумя бешеными курицами.
Однако даже так, нельзя недооценивать врага, даже если он слаб.
*Удар*
*Удар*
Два удара по тонким шеям и головы двух Догобо слетели на землю. Поскольку я завершил шестнадцать заданий на убийство зверей, я привык к их убийству, теперь это для меня не больше, чем поход на рынок.
Я оглянул остальных.
Все так же быстро закончили со своими противниками, а Ченг уже разобрался с их вожаком.
«Это было легко. Я думал Лазурные Равнины будут куда опаснее».
Ченг забрал тушу вожака на стадии Закалки и засунул в мешок. В то время как, остальных птиц оставили лежать.
— Подождите, вы не собираетесь брать остальных?
Хван Са ответил.
— Зачем нам они? Звери стадии Основ в мире Мурима ничего не стоят. Проще оставить их здесь, чем возиться с их перевозкой.
Подумать только. Зверь, который три года назад чуть меня убил, ничего не стоит.
Насколько же я в действительности слаб.
Мы снова зашли в нашу повозку, размышляя, почему звери напали на нас?
Духовные звери вовсе не бездумные убийцы и не нападают на других просто так.
Я выдвинул своё предположение.
— Что если они почувствовали энергию ци из даньтяня Лин Юня. Что если они желали поглотить его энергию и стать сильнее?
Букхян возразила.
— На таком расстоянии? Не смеши. Мы с тобой на стадии Закалки и не можем чувствовать энергию дальше двадцати метров, а они шли на нас за несколько сотен.
Гу Хуан также присоединился к обсуждению.
— Может у них особое чутьё? Собаки ведь, чуют лучше людей, так может и духовные звери ощущают духовную энергию дальше нас?
— По твоему нюх и ощущение ци – это одно о тоже? Не смеши!
Ло Ченг тоже вставил свою теорию.
— Что если это сознание Лин Юня привлекло из внимание?
Мы все посмотрели на него.
— Я слышал, что у культиваторов особая форма сознания, что не заперто в голове как наше, а распространяется на большие территории. Возможно он, неосознанно распространяет его и звери просто чуют его духовную энергию через сознание.
Эта теория была ничем не подкреплена, но она многое объясняла.
У Букхян снова появился вопрос.
— Почему тогда эти звери не убежали при виде нас? Даже у животных есть понимание силы противника. Тогда почему они продолжали биться, когда встретили врагов куда сильнее себя?
Доу Губо ответил.
— Возможно, они были опьянены духовной энергией Лин Юня. На континенте, я видел как духовный зверь под влиянием больших массивов энергии сходил с ума и нападал на мастера, несмотря на разницу в силе.
Теория Ченга казалась самой вероятной и мы больше склонялись к ней, хотя кроме слухов и воспоминания Губо, который видел случай на континенте, у нас ничего небыло.
На следующий день всё повторилось.
На нас напал духовный зверь пика Закалки Тела. Это был уже противник посильнее тех Догобо.
Ченг и Хван Са решили сами сразиться с ним, а нам приказали сидеть на месте.
Этот зверь выглядел как огромная собака ростом под восемь метров, а по всему её телу росли отростки, напоминающие рога.
Ченг и Хван ринулись на него.
Зверь начал разрастать свои отростки и направлять их как оружие.
— Похоже, он может управлять отростками на своём теле как оружием.
Выкрикнул Ченг.
— Я без тебя это вижу, может по существу, что нибудь скажешь?
Уклонившись от отростков, оба даоса одновременно нанесли удар по спине зверя.
*Свуш*
Удар не прошёл.
Зверь в последний момент покрыл спину отростками, используя их как броню.
«Проклятье! Он способен и защищаться отростками».
Даосы отпрыгнули от спины и снова получали удар за ударом от отростков.
Они решили провести ещё одну атаку, уже по голове.
Пока Ченг пытался наносить удары по телу, Хван пытался подобраться к голове.
Зверь был медлительным, потому с этим небыло проблем.
И наконец.
*Удар*
И снова в отростки.
Даосы снова отскочили от зверя и стали кружить вокруг него.
— Старший Хван!
— Да?
— Я тут кое что заметил. Когда он защищается бронёй, то сильно укорачивает отростки. Похоже они у него не бесконечные, если поотрубать их, то и броня пропадёт.
— Предлагаешь возиться с каждым из десятков отростков? Я не хочу! Этот бой вообще лишь разогрев для нас, просто вложу больше ци в оружие и пробью броню как бумагу. Ты ведь тоже сражаешься несерьёзно.
Ченг немного подумал над ответом.
Конечно оба даоса сражались несерьёзно и на самом деле, зверь уровня угрозы Закалки, не представлял опасность для даосов стадии Преобразования.
Каждый из них двоих мог в одиночку разобраться со зверем, но они дрались лишь на уровне Закалки Тела.
— Ну, если полагаться только на силу, то мозг просто сгниёт. Кстати, у меня появился другой план.
—....Ладно, сделаем как ты хочешь. Так в чём твой план?
Зверь продолжал атаковать.
Вдруг белый порыв ветра устремился к нему.
Ну успев среагировать, зверь защитился, создав броню по всей голове, включая шею.
Белый порыв попал идеально в лоб.
Атака была успешно заблокирована, но на броне остался немалый скол, а концентрация с атаки спала.
Хван Са подпрыгнул к голове зверя и замахнулся, показательно вливая в дубину большие массивы энергии.
Зверь инстинктивно понял. Его броня на заблокирует такой удар. Значит остаётся одно.
Атаковать.
Он преобразовал броню на голове в отростки и направил их в сторону Хван Са.
Но.
Этого он и добивался.
Сбоку от зверя выскочил Ченг и замахивал свой дадао.
Ченг практиковал техники ветра, потому его главным атрибутом являлась скорость.
Его меч засиял белым светом, что означало, он напитывет его ци ветра.
Ноги Ченга были окутаны слабыми потоками ветра, с помощью которых он был способен ускоряться и преодолевать больше расстояния без больших затрат сил и ци.
*Удар*
Ченг нанёс мощный удар по незащищённой собачьей шее и отрубил голову.
Даосы Преобразования победили, не использовав силы выше средней стадии Закалки.
Я и все шестеро наблюдали за боем и были поражены ими.
«Неужели и мы станем такими сильными?»
Все про себя подумали.
Затем Хван Са упал на землю, хватаясь за бок.
— С-старший Хван! Что с вами?
— Кхэ-кхэ, похоже та атака, всё таки задела меня. Ты был прав. Не стоило относиться легкомысленно.
Говорил Хван Са, кашляя кровью и держась за окровавленный бок.
— С-старший, старший!
Кричал Ченг.
— Да что ты так орёшь? Возьми меня и отнеси в повозку. В моих вещах как раз есть все нужные медикаменты. Я же даос, день-два победу и снова встану.
— Да, я всё сделаю.
Говорил Ченг, уже поднимая Хвана, неся в повозку для охранников.
— Ах да, и ещё. Поскольку я буду в отключке ближайший день, теперь ты здесь главный. Можешь командовать теми тремя.
Он указывал на трёх охранников стадии Основ, которые уже подбегали к ним.
Хван Са доставили в повозку и задавали раны бинтами, найденными у него в вещах.
В один момент, по глупой случайности, восхищение сменилось ужасом.
Самый сильный из нас слёг с ранами. А что же до нас? Мы также можем закончить?
Такое осознания сильно подбило наш боевой дух, ведь если Хван Са слёг по такой случайности, то что будет, если сляжет Ченг?
Тогда мы останемся наедине с Лазурной равниной, где духовные звери встречаются чаще комаров.
Ченг заметил наше настроение и прервал наше самобичевание.
— Старший Хван совершил ошибку! Но это не значит, что с нами случится то же самое. Мы с ним действовали неразумно, снижая свою силу в агрессивной местности. Я обещаю, этого больше не повторится и мы все доберёмся в целости и сохранности.
Его уверенные слова подняли наш боевой дух.
Его слова звучали как слова настоящего лидера.
Мы верили в него.
Чем дальше мы заезжали в Лазурные Равнины, тем чаще нам встречались духовные звери.
Однако теперь, Ченг разбирался с ними быстро.
Когда на нас нападал зверь уровня закалки, Ченг отрубил ему голову одним резким ударом, демонстрируя нам свою силу.
Я понимал, он делает это, чтобы мы не подали духом и верили в его силу.
Так продолжалось ещё один день. На нас нападало всё больше зверей, а Ченг убивал их быстрыми ударами.
Так мы добрались до середины Лазурных Равнин.
Мы как обычно устроили перевал.
— Разве нам стоит устраивать перевал именно здесь? Мы как никак в самом центре равнин, как сказал извозчик.
Спросил я у Ченга.
— Не волнуйся, за время путешествия, я кое что понял.
— ....?
— Звери не нападают на нас ночью, как бы мы не заходили вглубь, а знаешь почему?
— Почему?
— Потому что Лин Юнь сейчас спит!
— И как это связано?
— Ты что, забыл мою теорию? Звери нападают на нас из-за опьяняющего сознаня Юня, но поскольку он сейчас спит, его сознание не действует.
— Хочешь сказать, звери нападают на нас, лишь когда Юнь спит?
— Именно! Видишь какой твой старший умный!
— Хех, да да! Но разве стоит полагаться на теорию в такой ситуации.
— Не волнуйся, даже если на нас кто нибудь и нападёт, я почувствую его намерения ещё за сотню метров и защиту вас.
— Ладно. В таком случае, мы сможем без проблем собрать ягод для Юня.
Я вместе с Губо, разбирающимся в растениях, пошли в близ лежащую чащу леса.
— Подождите, вы куда?
— Я обещал Юню собрать для него ягод, а Губо мне поможет. Если твои слова верны, то нам нечего бояться.
— Да, к тому же, я отлично разбираюсь в растениях и смогу отличить ядовитые от съедобных.
Добавил Доу Губо.
— Ах, ладно, хорошо, только постарайтесь не уходить дальше ста метров.
— Хорошо старший.
— Не называй меня так. Зови меня по имени, ты же знаешь, мне это не нравится.
— Тогда, хорошо Ченг.
— Так то лучше.
По какой то причине, его раздражало, когда его называют старшим. Если его назвать братом, то ему это также не очень понравится, но он сделает вид, что не слышал.
Спустя некоторое время мы вышли из леса с небольшой корзиной ягод.
Губо отошёл от меня, а я тем временем, последовал в повозку Лин Юня.
Она представляла из себя скорее комнату на колёсах, чем повозку.
Внутри она была покрыта дорогими тканями, а по центру располагалась белая кровать.
— Ёнсу? Ты пришёл!
Выкрикнул он, при виде меня.
— Ну, я же обещал.
В моей руке красовалась корзина с ягодами, собранными в лесу. При виде их, Лин Юнь мгновенно взял несколько штук и засунул в рот.
— Ммм, эти ягоды мне собирал мой брат, когда мы жили в городе.
— У тебя есть брат?
— Да, у меня есть брат и сестра. Мы вместе жили под городским мостом. Мой брат собирал ягоды и приносил нам.
— А как вы стали нищими?
«Нищие обычно не стремятся заводить детей, значит он родился до того как его семья стала нищей или его мать в это время была беременна».
— Я не знаю. Мне брат говорил, что наш дом забрал какой то богач, а нас выгнали.
— А как ты попал в клан Данрён?
— Однажды пришла какая то женщина в жёлтой одежде и дала маме с папой деньги, а потом забрала меня.
— Хм, эта женщина... ты ничего от неё не почувствовал?
«Должно быть, это была даос клана Данрён, которая почувствовала от Юня духовную энергию».
— Ну, от неё исходило странное ощущение, думаю она была сильной.
Понятно.
Его семью выгнали из дома, а его самого купил клан Данрён, но поскольку в даосских кланах нет методов культивации или культиваторских техник, им было выгоднее продать его великому клану Тан.
Правда, оставалась одна странность.
Как даньтянь может быть сформирован без духовных корней?
Я кое что прочитал о пути вознесения.
По сути своей, культивация – это внутренняя алхимия.
Изначально культиватор рождается как человек со слабым духовным корнем.
Посредством взросления и тренировок в управлении ци, будущий культиватор конвертирует всевозможные впитываемые энергии, чтобы питать корень, корень разрастается и увеличивается в размерах.
Это стадия Основания.
Когда корень до конца разросся, культиватор переходит на стадию Накопления Ци.
На этой стадии, культиватор вбирает в корень многочисленную энергию из внешнего мира, паралельно изучая техники и улучшая свой контроль ци.
Когда корень полностью напитан всевозможной энергией, Даос может создать промежуточную между душой и телом, именуемую Нижним Даньтянем.
Когда Даньтянь полностью сформирован, культиватор переходит на стадию Формирования, на которой продолжает развивать его.
Когда Нижний Даньтянь полностью развит, он связывается с душой, что бы это ни значило, а культиватор переходит на среднюю стадию Формирования.
На средней стадии, культиватор формирует Средний Даньтянь. Когда Средний Даньтянь сформирован и развит, он связывается с сердцем, а культиватор переходит на позднюю стадию.
На поздней стадии, культиватор повторяет прошлые действия уже с Верхним Даньтянем, связанным за разумом.
Завершив развитие всех трёх даньтяней, культиватор должен связать их между собой. Это пиковая стадия формирования.
На этом мои знания обрываются. Культиваторы скрывают свои знания от внешнего мира.
Все эти действия являются алхимией внутри своего тела, а даньтяни – котлами для дальнейшей, более продвинутой культивации. Потому ребёнок рождённый с Даньтянем, это настоящая аномалия.
Мало того, что он родился с ним, так у него ещё и отсутствует духовный корень.
Это настолько же неестественно, как младенец, играющий на музыкальных инструментах.
Мои размышления прервал голос Лин Юня.
— Ты не собираешься есть их со мной?
— ...А? Да-да, я сейчас.
Весь оставшийся вечер, мы с ним ели собранные ягоды и разговаривали.
На следующий день, на нас напало существо.
Мы встали перед повозками, обнажив наши оружия.
«Проклятье! Почему именно сейчас?»
Перед нами встало десятиметровое, прямо ходящее существо отдалённо напоминающее человека.
У него было три руки на левой части тела, в то время как справа свисали лоскуты кожи.
Вместо головы была масса из плоти усеянная глазами.
Сомнений быть не может.
Это демон.
Одна из рук направилась в нашу сторону, попытавшись атаковать.
Мы уклонились, но земля под нашими ногами затряслась от его мощи.
Демоны – существа порождённые демонической энергией, они ненавидят всё живое, обладающее меньшим количеством духовной энергии, чем они сами, даже друг друга.
В отличие от духовных зверей, формирующих ядро внутри себя, демоны сами по себе являются ядрами.
Также демоны не обязательно имеют логичную форму.
Слабые демоны имеют беспорядочную, дикую форму, но становясь сильнее, увеличивая свою энергию, они становятся умнее, а их облик преображается в более естественный, насколько это можно назвать.
Демоны являются самыми загадочными существами Мурима. Ни один даос не знает откуда они появляются, однако они всегда появляются в местах с большим скоплением энергии.
Судя по силе, этот демон был на уровне Преобразования, а значит, он как минимум равен Ло Ченгу.
Это действительно сложная ситуация.
— Слушайте все! Это существо явно медлительно. Если мы окружим его, будет больше возможности для атаки.
Мы сделали как он сказал.
— Мы должны оттащить его от повозок. Он не должен навредить извозчику и Лин Юню.
— И как ты это делать собираешься?
Спросила Букхян.
Демон наносил удары по трём даосам стадии основы, стоящих слева от него.
Они также увернулись от медлительного удара.
В этот момент Хуан нанёс удар копьём в наклонившуюся спину.
Кровь хлынула из раны.
Демон озверел направившись в сторону атакующего.
Хуану оставалось лишь убегать от него.
«Чёрт, чёрт, чёрт!»
— Да, ты отлично придумал, Хуан.
— Продолжай отводить его
— Да пошли вы @#_&₽∆§. Зачем я вообще его ударил?
Они отбежал от повозок на сотню метров.
— Ну наконец-то.
Букхян нанесла удар.
Демон защитился одной из рук, а другие две направил на неё для атаки.
Ченг и двое даосов Основы нанесли удар с трёх сторон.
Демон не переставал наносить беспорядочные удары по округе в надежде задеть хоть кого то.
Вдруг.
Доу Губо схватил одну из трёх рук демона.
— Ченг! Давай!
*Свуш*
Ченг понял намерения Губо и нанёс удар ветреным клинком со всей силы.
Рука демона была отрублена.
— Отлично! Осталось отрубить ещё две и он будет безопасен.
Демон начал издавать звуки, напоминающие рёв.
У Хвана появился вопрос.
— А почему у него... больше не течёт кровь от прошлых ударов.
Рана начала заростаться.
Однако рука не была восстановлена, а лишь заросла рана и кровотечение прекратилось.
— Похоже он обладает регенерацией, но не может отращивать конечности.
Вдруг случилось это.
Лоскуты кожи с правой стороны тела, стали собираться вместе, образуя подобие кнута.
*Удар*
*Удар*
Два быстрых удара были нанесены по Доу Губо и одному охраннику стадии Основы.
Губо смог защититься, укрепляя кулаки ци, в то время как даос Основы не смог даже среагировать.
Его голова была мгновенно пробита ударом кнута.
Кровь, осколки черепа и ошмётки мозга были разбросаны на несколько метров.
Доу Губо, Фань Букхян, Фань Ли и Гу Хуан встали в ступор.
Это был первый раз, когда они столкнулись со смертью наяву.
— Эй, соберитесь!
Кричал Ченг.
Но они уже не слушали.
Они без конца смотрели на изуродованный труп одного из охранников.
Их мысли смешались и покрылись ужасом.
Знать о возможности смерти и столкнуться с ней лицом к лицу совсем другое.
Ченг, Ёнсу и двое охранников стадии Основы единственные, кто остался в полном сознании, пока остальные были в состоянии шока.
А между тем, молниеносные удары продолжались.
Ченг взял всё внимание монстра на себя, атакуя и отступая от него, но его силы также были небесконечные.
Ёнсу подбежал к Доу Губо и подпрыгнув, дал ему пощёчину по лицу.
*Шлёп*
— Эй! Хватит спать!
— ..А?
— Мы тут умереть можем, в любую секунду, так что хватит стоять на месте.
В одно мгновение Доу Губо вышел из состояния аффекта.
— Да! Точно! Прости... меня за проблемы.
Неуверенно, он встал в боевую стойку, периодически опуская взгляд на изуродованный труп охранника.
«Этот мир... действительно жесток».
Двое других охранников уже привели в чувства остальных.
— Прекрасно! Теперь, когда все собрались, в бой!
Всё семеро ринулись к демону.
Гу Хуан первым нанёс удар копьём в живот демона.
Фань Ли нанесла удары кнутами по глазам на массе из плоти, что заменяла голову.
*Хлысь* *Хлысь*
Демон снова озверел, получив удары по глазам.
И снова полились беспорядочные удары двумя оставшимися руками и кожаным хлыстом.
— Ёнсу! Как нам прорваться через это?
Спросил Хуан.
— Я... не знаю. Продолжаем держать строй!
Мы продолжали защищаться от его ударов.
Вдруг произошло это.
*Хлысь*
Кожаный кнут, снёс руку одного из охранников стадии Основы напрочь.
— Кха-аа-аа-аа-аа...
Он завопил от боли.
Видимо почувствовав это, демон тоже ринулся к нему.
— Аааааа... Нет! Нет! Не подходи! Ааааа...
Демон приблизился быстрее, чем кто либо среагировал и занёс ногу над головой даоса.
— Аааа... Нет! Прошу! Я не хочу... умирать!
*Хрясь*
Удар демона раздавил голову даоса.
Ещё один охранник был мёртв и изуродован.
Доу Губо снова ошарашенно смотрел на это зрелище и думал.
«Почему это снова случилось? У него ведь могли быть близкие и... Нет! Я не могу позволить смятению захватить меня, только не сейчас».
Доу Губо бросился к успокоевшемумя демону и схватил его за кожаный отросток, а затем потянул его на себя.
— Ченг! Давай!
И снова это повторилось.
Ченг приближался к демону, чтобы отрубить ему кожаный кнут.
Фань Ли наносила удары кнутами по глазам монстра.
Букхян перерезала сухожилия на ногах демона.
«Если тело отдалённо похоже на человеческое, то и сухожилия наверняка располагаются там же».
Гу Хуан и оставшийся охранник, нанесли удар копьями по животу и сердцу демона.
И наконец Ёнсу отрубил ладонь у одной из оставшихся рук, замешкавшегося существа.
*Свуш*
Ченг нанёс удар, наполненным ци ветра клинком и отрубил кожаный отросток.
Теперь, демон остался безобиден.
Так мы думали.
Из оставшихся сил, демон схватил, пребывающего в воздухе Ченга последней рабочей рукой и прибил к земле.
~ Кха... Чёрт! А ты не хочешь сдаваться.
В этих действия отчётливо прослеживался смысл.
*Я умру, но тебя заберу с собой!*
Рука демона сдавливала Ченга всё сильнее и придавливала в землю.
Он уже не мог пошевелиться. Воздух даже не поступал в лёгкие, он был без сил и незначительно ранен от прошлых ударов демона.
«Неужели, так всё и закончится?»
В следующий момент.
Гу Хуан и оставшийся охранник, проткнули "голову" демона копьями с двух сторон.
Поскольку Ли разорвала кнутами все его глаза, он больше не мог заметить атаку сзади.
— Это тебе за моих друзей, чудовище.
Выкрикнул последний охранник.
Ёнсу и Букхян отрубили оставшуюся руку демона, а Губо раздвинул пальцы, сжимающие шею Ченга.
— Ченг, ты как?
— Нормально! Но было и лучше, ха-ха.
Без порядочное тело демона рухнуло землю без капли жизни.
— Неужели мы... Победили?
Закричал Хуан.
В этой битве мы действовали как равные товарищи, несмотря на наши разницы в силах.
Ченг Явно был сильнее всех нас, а я, Губо и Букхян куда сильнее Хуана и Ли.
Может это и имел ввиду дядя, когда говорил "познать, что значит быть равным"?
Возможно.
Шестеро начали радоваться, а последний охранник смотрел на тела своих павших друзей.
Хуан подошёл к нему.
— Эй, с тобой всё в порядке?
— Порядке...? Порядке? Я в один день потерял двух своих друзей, нет, своих братьев, с которыми вырос и ты спрашиваешь, всё ли со мной в порядке? Да, всё отлично! Да, всё замечательно! Я в полном порядке!
У него началась истерика.
Хуан, чтобы разрядить обстановку спросил.
— Но... как же Хван Са? Он ещё не умер и просто лежит в своей койке.
Хён Сан, так звали охранника, посмотрел на Хуана безумным взглядом.
— Да я вообще не знаю кто это. Мы встретились на наборе в охранники для этого мелкого гада. Он сказал, что если скажем, что знакомы, то заставит взять нас с собой, ведь был там единственным даосом Преобразования. Мы так и сделали, а он помог нам. Будь проклят тот день! Проклят! Проклят! Проклят!
— Подожди, Хван Са помог вам пройти в охранники сюда?
Спросил Хуан в сомнениях.
— Ты глухой? Я, чёрт возьми,так и сказал!
— Но зачем ему помогать вам?
— Мне то почём знать? Он сказал,что мы должны отдать ему по 30% оплаты с каждого, взамен он нас защитит, а слёг на третий день.
— Подожди! Но он даос стадии Преобразования, он явно не нуждается в деньгах, даже будучи наёмником, так зачем ему ваша доля? Тем более оплата не такая уж и большая.
— Да откуда мне знать?
Доу Губо решил утешить истерившего даоса.
— Прошу, успокойся! Этот день безусловно ужасен, но у тебя нет выбора, кроме как идти дальше.
— Идти дальше? Идти дальше? Ты сам хоть понимаешь, что несёшь? Я потерял всё, что у меня было, эти двое были всей моей семьёй! Ты даже не знаешь наши имена. Как ты можешь хоть что-то мне говорить. Ты когда нибудь терял родню? По глазам вижу, что нет! А я сейчас, потерял всё что было мне дорого. Всё! Всё! Всё! Всё! Всё! Всё! Всё! И после этого, ты говоришь мне просто "идти дальше"?
Доу Губо не знал, что ответить. Он действительно не терял близких и ему было не по себе даже смотреть на Хён Сана, человека, чьего имени он вчера даже не знал. Он действительно был в замешательстве.
Хён Сан начал истерически смеяться, параллельно протыкая тушу демона копьём снова и снова и снова и снова и снова и снова.
— Пха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха... Просто идите все к чёрту! Исчезните все! Все! Все! Все!
*Хрясь*
Внезапный удар из ниоткуда разнёс голову Хён Сана в клочья.
— Теперь ты больше похож на своих друзей.
Кровь, осколки черепа и ошмётки мозгов покрыли тело, стоявших рядом Доу Губо и Гу Хуана с ног до головы.
Они медленно повернули голову к месту удара.
— В чём дело? Это как минимум третий раз, когда вы такое видите.
Все шестеро встали, достали оружие и приняли боевые стойки.
— Как это понимать... старший Хван?
Недоумевающие спросил Ченг.
— А чего тут понимать? Никто из нас не выйдет из леса.
Перед глазами шестерых даосов предстал полностью здоровый Хван Са.
— Как вы можете сейчас ходить? Вы должны лежать с разной в боку?
— Должно быть ты недавно вступил на стадию Преобразования и не знаешь, что такая ничтожная рана для нас не проблема. Я просто притворился раненым и ждал, пока вас кто нибудь побьет.
— Хотите ска...
— Почему?
Прервал криком Доу Губо.
— Почему? Хм, дай ка подумать. Просто мне это было нужно.
Доу Губо с мрачным лицом, медленно подходил к Хван Са.
— Что такое тебе было нужно, раз для этого трое ни в чём неповинных человек лишились жизни.
— Почему тебя это так волнует? Этот мир жесток, ничего такого, если трое слабаков погибнут.
Я, Букхян, Ченг, Ли и Хуан без сил смотрели на развивающееся событие.
С каждым шагом Доу Губо, казалось будто земля сотрясается.
— Неужели это стоило того?
— Я же сказал, этот мир...
Голос Гоубо становится более свирепым.
— Не смей оправдываться жестокостью мира! Отвечай прямо, что тебе было нужно?
— Всего лишь тот мальчишка, что мы защищаем.
— Зачем?
Голос Гоубо становился всё более пугающим и жутким, а с его глаз лились маленькие слёзы.
— Хм, дай подумать над ответом! ... ... А, точно! Я тебе ничего не скажу.
*Удар*
Огромная рука Гоубо нанесла удар по Хван Са, но тот успел уклониться.
Однако земля под его ногами затряслась как от удара только что убитого демона.
— Воу, воу! Какая сила, а ты точно лишь на стадии Закалки?
Но Гоубо не отвечал. Его глаза наполнились безумием.
— Эй, я вообще то вопрос задал.
*Удар*
Следующий удар Гоубо, пришёлся на железную дубину Хвана.
Хван Са не смог сдержать силу удара и его отбросило на несколько метров.
— Откуда... такая сила? Я даже не успел заметить его движение.
Не успевая даже обдумать происходящее, он получает ещё удары.
«Да что такое? Откуда у этого парня такая сила? Он конечно огромная гора мышц, но это всё равно странно».
«Я действительно никого не терял, оба моих родителя живы, братьев и сестёр у меня нет, а с друзьями я расстался, когда мы переехали в Йонма, но почему тогда я пытался успокоить Хён Сана, если даже не понимаю его горя? Почему я вообще пытаюсь за него отомстить? Мы разговаривали всего не больше минуты».
— Да ты прям, с катушек сле...
*Хрясь*
Удар Гоубо пришёлся на лицо Хван Са, разбив ему нос.
— Агх... ах ты раздражающий...
Хван Са стал напитывать оружие ци.
*Удар*
Увернувшись от кулака, Хван нанёс удар по животу Гоубо.
«Они всего лишь хотели заработать, так почему этот мир их так безжалостно пожрал».
Думал он, хватаясь за ранений живот.
— Ты действительно силён парень, но на этом всё. Вы сильно вымотаны, потому не соперники для меня.
*Свуш*
Стоило ему это сказать, как Ченг нанёс ему удар сверху, но Хван успел заблокировать его.
— Ты, что ты сделал с извозчиком?
— Всего то уложил спать. Он мне ещё нужен, чтобы выйти из леса.
Они общались параллельно тому, как скрещивали оружия.
— Я уже изучил все твои приёмы в этой битве и в нашей прошлой. Ты мне не соперник в таком потрёпанном виде. Будь ты в полном здравии, мог бы и заставить меня попотеть. Но сейчас, в одиночку тебе не справиться
— С чего ты взял, что я один.
Ли нанесла удар кнутом по защищающемуся Хван Са, а Ёнсу и Букхян, как единственные мечники напали с боковых сторон нанося удар.
Хуан зашёл сзади нанося удар копьём в открытую спину.
— Умри, старший Хван!
Всё четыре удара были нанесены одновременно, подняв пыль.
Когда она улеглась, перед глазами атакующих, предстал полностью невредимый Хван Са.
— Что?
— Как такое...
Хван Са вырвался из окружения, схватив Букхян за руку и сломав её.
— Кхааа...
Затем он нанёс удар по грудной клетке, отбросив израненную Букхян на несколько метров.
— Букхян!
Выкрикнул я вслед.
Она потеряла сознание.
— Осталось пятеро!
Следующие удары Хвана были адресованы пребывающему в замешательстве Ченгу.
Они стали обмениваться ударами, хотя Ченг явно уступал врагу.
Фань Ли старалась атаковать кнутами издалека, но те двое двигались с такой скоростью, что даос Основы не мог даже заметить их передвижения.
Гоубо лишь стоял на месте, держась за больную от гнева голову.
«Неужели смерть того охранника ввела его в такое состояние?»
Хуан лишь сидел на месте, понимая, что не в силах ничем помоч и лишь старался как либо анализировать.
Поскольку, я оставался последним даосом стадии Закалки, способным сражаться, я мог замечать их движения.
«Если всё продолжиться в таком духе, то Хван убьёт Ченга, а потом добьёт нас».
Я вложил всю возможную ци в меч, чтобы нанести хоть какой то урон.
«Почему наши атаки не нанесли ему вреда?»
Вдруг я заметил кое что странное.
Он вообще не смотрит на сторонние атаки, а сосредоточен лишь на Ченге.
Это немного странно, ведь философия дао учит не недооценивать противников, даже если они слабее.
Также это не стыкуется с его прошлыми действиями.
«Он явно не считает нас слабаками, ведь решил ждать, пока мы не будем измотаны после битвы с демоном, а не стал избавляться от нас заранее. Тогда почему он сейчас нас игнорирует?»
Во время нашей совместной атаки, он защищался лишь от атак Ченга, а на наши даже не смотрел.
Итак понятно, что они на одной стадии, но так ли велика разница в прочности между стадией Закалки и Преобразования?
Я подбежал, чтобы нанести удар сзади.
Хван заметил мою атаку, из которой сочилась энергия ци.
*Пинок*
Он резко отбил атаку Ченга и нанёс удар пинком в живот, отбросив его на несколько метров.
Затем он попытался повернуться ко мне, чтобы отбить мой меч.
Но было уже поздно.
Мой меч вонзился в его плечо.
Тогда я почувствовал, как тяжело клинок входил в его плечо.
«Похоже, тело мастера Преобразования куда прочнее, чем стадии Закалки».
Но это было не всё.
Когда я нанёс удар, я ощутил, как прорвался сквозь нечто покрывающее его тело.
— Агх... Чёртовы насекомые! Стоило сразу вам прибить, а не любезни...
*Хлысь*
Внезапный удар кнутом попал ему по лицу.
— Хи-хи, наконец-то ты остановился.
На лице Хвана остался слабый след от удара.
«А теперь атака сработала. Почему?»
Лицо Хван Са становилось всё злее.
— Ах вы чёрто...
*Удар*
До Гоубо нанёс удар кулаком по лицу Хвана, увидев его в замешательстве.
«Эти черви стали опаснее, чем тот даос Преобразования. Надо было разобраться с ними раньше».
Хван Са схватил меч левой рукой, стараясь вытащить его из плеча.
Как вдруг ещё один удар Гоубо отбросил его от нас с торчащим мечом в плече.
— Кха... Должен признать... Я вас недооценил.
*Удар*
Со спины Хвана был нанесён ещё один удар.
Хван Са едва смог почувствовать его и уклониться.
Но удар был нанесён в его левую ногу, пробив её насквозь.
Это был Хуан. Он каким то образом подобрался к нему сзади.
— Слушайте все! Его защита не работает, когда его касается инородный предмет. Не дайте ему достать меч из плеча.
Выкрикнул он, разгадав тайну его прочности.
— Кгх... Как же вы надоели.
*Хрясь*
Хуан сломал копьё там, где начиналось остриё, оставив наконечник в ноге.
— Удачи теперь, урод.
*Хрась*
Хван Са нанёс удар со всей силы по Хуану, откинув его и лишив сознания.
— Аргх... Паршивец. Второй готов.
Гоубо и оклимавшийся Ченг, набросились на него, продолжая бой.
Из-за раны в ноге, он потерял былую скорость. Теперь он был не быстрее даоса стадии Закалки.
— Хе... думаете это всё?
На лице Хван Са появилась слабая улыбка.
Железная дубина в его руке начала сиять, от вливаемой в неё энергии ци.
Гоубо нанёс удар по Хван Са, но тот уклонился и нанёс один удар по его голове.
От силы этого удара сотрясался воздух на десятки метров.
— Ха-ха, Чем выше шкаф, тем громче падать.
Гоубо потерял сознание.
—....*
От скорости его движений, даже Ченг не успел среагировать.
Но Хван на этом не остановился.
Занеся дубину в замах, он посмотрел в сторону Фань Ли, уже готовившейся наносить удары кнутами.
— А этот комар давно меня бесил.
*Бросок*
*Хрясь*
Он кинул свою дубину со всей силы, попав в голову Фань Ли, от чего она тут же потеряла сознание.
С её головы начала стекаться кровь.
«Чёрт, если бы не эта мелочь, её голова бы уже разлетелась».
Хван Са повернулся лицом к ошарашенному Ченгу.
Их взгляды снова пересеклись.
— Осталось двое.
С этими словами, он потянулся к торчащему из плеча мечу.
Поняв, что он хочет сделать, Ченг устремился к нему.
— Не позволю.
Но было уже поздно.
Хван Са достал из плеча меч Ёнсу и скрестил его с дадао Ченга.
(Послесловие:
Я решил сменить имя Доу Губо на До Гоубо, т.к. это более приятно для языка, а так его имя это отсылка на ядовитого деда из боевого континента.)
*Цзинь*
Звон от их ударов разносился на десятки метров, достигая моих ушей.
С каждым ударом этот звон становился всё громче.
«И снова Ченг один на один с этим наёмником».
Хоть он и был сильно ранен, а его странный щит не работал из-за обломка копья в ноге, он всё равно сильно превосходил вымотанного Ченга.
Мои силы также были на исходе, к тому же, у меня не было оружия и теперь им орудовал мой враг.
При этом, слабый я и измотанный Ченг были единственными способными сражаться.
Хуже ситуации не придумаешь.
Чтобы хоть как-то подсобить, я активировал речные кулаки, устремившись ко врагу.
Как и ожидалось, он даже не заметил моего приближения или просто игнорировал.
Как бы то ни было, я подобрался вплотную к ним двоим.
И тут.
*Удар*
Мой кулак влетел в его лицо. Эффекта небыло.
Казалось, его немного ошеломил мой удар.
Влив немало ци в ладонь, он оттолкнул Ченга. Толчок был настолько сильным, что из его рта и носа брызнула кровь.
Повернув голову, он посмотрел на меня. Его лицо выражало раздражение смешанное с восхищением.
—...Пха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха. Ты серьезно? Этот громила не смог нанести мне вреда, а ты полез на меня с кулаками.
Он насмехался, указывая на лежащего Гоубо.
Как вдруг.
Из его носа потекла кровь. Улыбка спала с его лица, сменившись на недоумение.
Похоже его тело испытало немалую нагрузку в битве с нами.
«Наши усилия не были напрасны!»
Не время медлить.
Я схватил свой меч руками.
—....* Эй! Что ты делаешь?
Я ухватился за лезвие обеими руками и сжимал их с такой силой как только мог.
— Что... Что ты задумал?
Он только успел занести руку, чтобы ударить меня, но было уже поздно.
*Треск*
Под воздействием речных кулаков, лезвие начало трескаться.
У речного меча, который чаще всего используют даосы, есть один минус.
Он делает меч прочнее и крепче, но из-за этой крепости, при достаточном воздействии, меч полностью ломается, а не изгибается, как подобает железу.
А мой меч и без того был в плохом состоянии, потому приложив достаточно усилий, я мог уничтожить собственное оружие.
Он начал избивать меня свободной рукой и ногой, чтобы отогнать от себя.
Его удары ощущались так, будто меня закидывают тяжеленными камнями со всех сторон и параллельно бьют кнутом.
От этих ударов кровь начала течь изо всех щелей. Изо рта, из носа, из глаз и даже из ушей.
Сила даоса Преобразования действительно невероятна.
*Треск*
Меч разлетелся на осколки. Хван Са не успел ничего предпринять.
— Чёртов сопляк! Лишил меня последнего оружия. Лучше бы ты сбежал с поля боя. Так, были бы хоть какие то шансы выйти с этих равнин живым.
Говорил он уже занося кулак для очередного удара.
Мои силы были на исходе, я не мог даже увернуться от атаки. Я ощущал силу этого удара. Если он попадёт мне по голове, то я умру.
«Похоже, я буду первым погибшим здесь».
С этими мыслями, я опустил голову.
*Свуш*
Звук взмаха рассёк мои мысли.
Повернувшись, передо мной была картина.
Мой взор закрывала спина в синих одеяниях.
А из торса едва заметного Хван Са, брызгала кровь.
Лицо человека повернулось ко мне.
— Д-дядя?
Когда свет расселился в моих глазах, я увидел лицо своего спасителя.
Это был вовсе не дядя.
Просто, в очередной раз оклимавшийся Ченг держал в руках окровавленный дадао.
Посмотрев на меня с доброй улыбкой, он сказал.
— Спасибо!
Хван Са, державшийся за окровавленный торс также добавил.
— Да сколько можно вставать?
Ченг направил дадао на безоружного Хван Са.
— Хех, третий раунд!
Снова устремившись ко врагу, Ченг старался нанести удары оружием, а Хван пытался защищаться и контратаковать кулаками.
Они оба были на пределе сил.
Но.
Хван Са всё равно сильнее.
Даже без оружия, израненный, с отключённой защитой, с воткнутым в ногу наконечником, вымотанный Хван, превосходил вымотанного Ченга.
Я ясно это видел. Если не помочь ему, мы все тут поляжем.
Но что я мог сделать?
Только наблюдать.
Наблюдая за ними, меня окутали мысли.
«Ченг защищает нас как своих младших. Изо всех сил сражается с этим мастером, не щадя себя ради нас, ради слабаков, что не могут отплатить ему тем же. Почему?»
Думая над этим, я вспоминаю слова дяди.
«Благодаря Ченгу, я познаю, что значит быть младшим? Действительно. Он защищает нас не только из-за личного желания. Он за нас ответственен!»
Старшие всегда ответственны за младших.
Защищать младших – обязанность старших.
Принимать защиту, будучи младшим – естественно.
Я перевёл взгляд на лежащих Гоубо и Букхян.
«Если проводить эту параллель между нами, то я не ответственен за их жизни, а они не ответственны за мою, ведь мы равны. Если к нам и можно применить понятие ответственности, то только как к равным товарищам».
Тогда я перевёл взгляд на Хуана и Ли.
В отличие от остальных, за их жизни я несу ответственность как старший.
Вот оно.
То что хотел донести мне дядя.
Ответственность.
Я не могу просто сидеть и ждать пока Ченг и Хуан закончат бой.
На мне лежит ответственность за младших. Я должен их защитить, а не смиренно ждать итога.
Я попытался встать.
Но...
Кровь снова хлынула из всех отверстий и силы опять покинули меня.
Снова упав на землю, я опять попытался подняться. Итог тот же.
Наконец третья попытка.
Поднимаясь, я представлял, что будет, если Хван Са победит.
«Если проиграем, то Хван Са просто добьёт нас всех».
Подниматься было всё тяжелее. Казалось, сейчас я потеряю сознание.
И наконец я поднялся.
В этот миг, весь мир вокруг исчез, а передо мной, в земле торчал меч в белых ножнах.
Ножны, рукоять, гарда, навершие, всё было белым.
Я сразу узнал этот меч.
Меч дяди Гунбао, которым я три года назад не смог отрубить голову Фа Ноён.
На моём лице выступила улыбка с примесью горечи.
— Так вот, чего ты от меня хочешь. Хорошо!
Я достал клинок из белых ножен. Лезвие оказалось таким же сияюще ярким, как и всё остальное, аж глаза слепит.
— И как я этого не заметил тогда? Должно быть из-за темноты.
Клинок был действительно прекрасен.
Мой взгляд устремился на Хван Са.
Он стоял весь в ранах и залитый кровью. Его кулаки были плотно сжаты и с них также стекала кровь. Он дышал так, будто задыхался, стараясь ухватить как можно больше воздуха.
«Он на пределе».
Под ним лежал вырубленный Ченг. Он также был весь в крови.
Похоже, даже безоружный Хван смог добить старшего.
Его измученный взгляд также устремился на меня.
—... Пятый... Готов!
Видя во мне червя, он устремился в мою сторону.
— Кха-ха-ха, осталось добить последнее насекомое и можно выйти с этих проклятых равнин.
Он был явно не в себе. Шаги были будто у пьяницы, а взгляд бегал, но он всё равно был аномально силён по сравнению с нами, а его боевому духу можно позавидовать.
Но...
Сейчас всё закончится!
Я направил лезвие в его сторону и устремился к нему навстречу.
Странно, но теперь усталость меня не заботила, а движения стали легки.
Должно быть, это из-за всплеска адреналина.
Тем временем, мы подбегали друг к другу.
«Пора!»
*Взмах*
Кулак Хван Са полетел мне в лицо, но теперь его удар идеально читался.
Я пригнулся, готовя меч для колющего удара.
И наконец.
*Удар*
Белый клинок пронзил живот Хван Са насквозь.
— Кха-аа-аа-аа-аа...
Его крик был таким громким, что бил по окровавленным ушам.
Но на этом я не остановился.
*Удар*
В следующую секунду речной кулак прилетел в нос наёмника, повалив того на землю.
Сев на тело наёмника, я стал избивать его лицо речными кулаками.
Удары были слабы, но их было много, они текли рекой.
Удар за ударом. Удар за ударом.
Я перестал ощущать свои руки, но продолжал избивать его.
Не знаю сколько я его избивал.
«Ситуация совсем как тогда. Совсем как три года назад. Это иронично».
Как и в тот раз, кровь врага попала мне в глаза.
В очередной раз, я замахивал кулак.
Затем я отпускаю его для последующего удара.
— С-стой! П-прошу стой!
Кулак останавливается перед его лицом.
Вытерев кровь с глаз, я наконец-то мог рассмотреть его.
Побитое обезображенное лицо, едва похожее на человека жалобно смотрело на меня.
— Чего тебе теперь нужно?
— П-прошу выслушай меня.
—....*
Он закрылся рукой, боясь последующего удара.
— Е-если ты меня отпустишь, я о-обещаю, что не наврежу вам...
— Не навредишь? Ха-ха-ха... Ты это теперь говоришь? Разумеется ты нам не навредишь, ведь сейчас я...
Я вновь замахнул кулак.
— У-умоляю, выслушай!
— ...? Продолжай.
— Моя цель не убить того парня, что мы сопровождаем, а доставить кому надо.
— И что с того? Это отменяет твоё нападение?
— Мне пообещали огромные деньги за его доставку.
— Теперь пытаешься откупиться? Да будет тебе известно, мы не бедняки.
— Пойми, это не просто большие деньги. Это огромная сумма, на которую десять феодалов могут жить сотню лет на широкую ногу и ещё их внукам останется.
— И что с того?
— Ты... ты же из клана Ло, да? Вы ведь находитесь в упадке, я прав? На эту сумму можно возродить его.
— Хм...
Сомнения зародились в моей душе.
Меня не так сильно волновали деньги, но вот возрождение величия клана.
— Кто тебя нанял?
— Вот это уже разговор. Это был блуждающий культиватор, судя по одежде, иностранец с континента. Выглядел как мерзкий старик с кривыми зубами, плохо ухоженной бородой и усами, если бы не дорогая одежда, можно было бы принять за бездомного. Я сначала не поверил, но когда он показал мне золото, сразу взялся за заказ.
— Зачем культиватору нанимать даоса для похищения ребёнка, если можно сделать это самому?
— О-он мне ничего не рассказал, н-но я думаю, он боялся показаться на глаза культиваторам кланов девяти небес.
«Боялся попасться на глаза культиваторам? Но это вообще не имеет смысла. Если хотел украсть ребёнка, мог просто забрать его и бежать из Йонма, его никто бы не успел отследить. Для чего такие сложности и наём слабого даоса?»
— Всё что ты сказал не имеет смысла.
— Но я не лгу. Клянусь своей жизнью, если отпустишь меня, я не только не трону вас всех, а ещё и отдам всю награду за этого мальца.
Моё сердце поддалось жадности.
Если сумма такая как он говорит, то мой клан простоит ещё десятилетия, даже если я проиграю Моён Хён.
Настоящий билет в будущее.
Мне хотелось забрать эти деньги, даже если это противоречит тому, чему меня учили.
Жадность.
Эмоция, что обличает людей, заставляя показать их истинное лицо. И сейчас она проверяет меня.
Я вспомнил как проводил время с Лин Юнем.
Всего пару часов. Совсем ничтожное количество времени. Какое он имел для меня значение? Абсолютно никакого.
Ну и что, если его схватит неизвестный культиватор? Какое мне до него дело, а вот клан, это то что должно меня волновать в первую очередь.
Да, это будет правильное решение.
Слабая улыбка появилась на моём лице.
— Я...
Тут в моей голове произнёсся собственный голос.
«Ответственность».
Я оглянулся, посмотрев на остальных, лежачих сокомандников.
Взглянул на старшего Ченга, на Гоубо и Букхян, на своих младших Хуана и Ли.
«Прямо сейчас, я ответственен за их жизни».
Что будет если я его отпущу?
Я единственный на ногах и даже мои силы на исходе.
Сейчас Хван Са под моим контролем, но что будет, если он встанет.
«Что мешает ему вырубить меня и добить остальных? Тогда это будет на моей совести».
Ответственность и инстинкт самосохранения начали бороться с жадностью.
«А что если он лжёт?»
«А что если у меня не получиться победить Моён Хён?»
«Что если меня обманывают?»
«Что если нет?»
По крайней мере, было ясно одно.
Я ответственен за жизни всех своих сокомандников, в особенности за младших Хуана и Ли.
Какой бы выбор я не сделал, он не должен навредить им.
Я вновь посмотрел на Хван Са.
Он был изранен, избит и весь в крови, особенно его лицо.
Но если он сейчас встанет, смогу ли я его остановить?
«Могу ли я сейчас ему довериться?»
— Ну так что, господин? Как вам моё предложение?
Из моего носа вновь потекла кровь.
Вытерев её пальцами, я посмотрел на неё.
Моя рука потянулась к мечу, что до сих пор был воткнут в его живот.
— Господин? Что вы делаете?
*Хрясь*
Я вытащил меч из него.
— Кхааааааааа...
Его крик бил по ушам.
Когда крик утих, он снова посмотрел на меня.
— Господин? Спасибо, что вытащили меч. Я знал, что вас заинтересует моё предложение... Господин?
Белый меч был занесён над его лицом.
— Господин? Нет! Прошу вас, не надо!
— Я не могу тебе доверять. Твои слова не более чем попытка выжить. Может быть ты мне не врёшь, но я не могу так рисковать.
Я занёс меч над головой, готовясь к удару.
— Нет! Умоляю, не надо! Я-я не только отдам вам всю награду, я стану вашим слугой. Я буду вечно вам служить до самой смерти. Прошу, господин, умоляю...
Я вздохнул перед ударом.
Наконец.
*Удар*
Клинок пробил его голову насквозь. Кровь хлынула во все стороны.
Он не мог пережить такое.
Мне резко стало плохо. Сердце забилось и появилась слабая тошнота.
Открыв глаза, я взглянул на пробитую голову Хван Са.
Его заплывшие от моих ударов лицо замерло в гримасе ужаса. Из правого глаза торчал клинок, а из левого, полуоткрытого глаза текли слёзы, смешиваясь с кровью.
Глядя на это зрелище, я вспомнил отрубленную голову Фа Ноён, упавшую перед моими ногами.
На ней также застыл ужас
От этой картины, моё лицо также покрылось ужасом.
Прежде я убивал только духовных зверей и пару раз демонов.
Убить человека – совсем иное.
Сердце заколотилось как бешенное, на лице выступил пот.
— Буэээ...
Тошнота стала настолько сильной, что меня вырвало на землю.
Я начал подсознательно отползать от трупа, хватаясь за голову.
— Я это сделал... Ха-ха... Я это сделал! Буэээ...
Тошнота снова подступила и меня опять вырвало.
Не справляясь с потоком пугающих мыслей, я сел в закрытую позу, закрывая лицо.
— Я... Я правда это сделал? Правда? Я?
Если бы моё лицо кто-то увидел, испытал бы омерзение перед зарёванным, сопливым парнем.
«Интересно, другие даосы также себя чувствуют, когда совершают первое убийство?»
Прежде я спрашивал дядю об убийствах в мире Мурима и всегда ответ был одним
[— Смерть в Муриме – обычное явление.]
Но когда речь заходила о его первом убийстве, он старался избегать этой темы, переводя тему в другое русло.
Даже ему трудно об этом вспоминать.
Так я просидел на земле несколько минут, пытаясь подавить паническую атаку.
— Это... был не я... это не я сделал. Не я... Да как я вообще мог? Прости меня...
На протяжении всего этого времени, перед глазами повисли посмертные лица Фа Ноён и Хван Са, вызывая ещё большую панику.
— Простите! Прошу... простите!
Естественно они заслужили смерть и я был в полном праве забрать их жизни, а одну даже не я убил, но от этого было не легче.
Я просидел ещё какое то время. Может, это были минуты, а может часы. Я потерял счёт времени.
Моё самобичевание прекратила рука на плече.
Подняв голову, я увидел стоявшего Ченга, а за ним были Гоубо и Букхян. Побитые, покалеченные, но живые.
На плечах гиганта Гоубо лежали, до сих пор безсознательные Хуан и Ли.
Глядя на них залитыми слезами глазами, я не мог выдавить ни слова.
— Я... я...
Ченг и Букхян обняли меня.
— Спасибо!
— Спасибо!
Их тела источали тепло, вызывающее приятный контраст с ветром равнин.
Из моих глаз с ещё большим рвением потекли слёзы.
Гоубо стоял в стороне от нас, ничего не говоря, но по его лицу было ясно.
Он сожалеет.
Сожалеет о своей слабости. Сожалеет, что не смог помочь.
Отвернув свой взгляд он пробормотал.
— Спасибо тебе.
Теперь нам ничего не угрожает.
Ченг и Букхян подхватили меня за руки и все вместе мы отправились к повозкам.
Подойдя, из них выбежал испуганный Лин Юнь.
— Что произошло? Почему дядя с лошадьми спит днём?
Похоже он заметил вырубленного извозчика.
— А... А что случилось с вами?
Букхян отпустила меня и опустилась к ребёнку, подсознательно пряча сломанную руку за повёрнутым телом.
— Всё хорошо! А ты... ничего странного не помнишь?
— Ну, я помню как ко мне подошёл раненый дядя и я уснул. Потом я проснулся и вышел, а потом увидел как дядя с лошадьми спит.
«Понятно. Хван Са сначала вырубил Лин Юня, потом извозчика, а затем принялся за нас».
Я решил сказать ему с успокаивающей улыбкой.
— Всё хорошо! Теперь... всё хорошо.
Его напуганное из-за нашего вида лицо, понемногу успокаивались.
— Ну... тогда ладно.
Я быстро отвёл от него взгляд. Я хотел отдать его в руки этого Хван Са и единственное, что меня остановило, неуверенность в его честности.
Я не заслужил даже говорить с Лин Юнем.
Наконец-то всё кончено. Теперь нам ничего не угрожает и мы можем спокойно продолжить путь.
Так мы думали.
Букхян снова подхватила меня и мы все вместе направились внутрь повозки, пока перед нами бегал Лин Юнь. Но на подходе.
*Дрожь*
Сердце будто бы остановилось, все пятеро, находящихся в сознании замерли на месте как вкопанные.
Это отличалось от давления ци, это скорее как, если бы тела перестали нас слушаться и ими управлял кто-то другой.
Сердце не билось от страха. Наоборот. Оно было настолько спокойным, что будто бы отсутствовало в груди.
Никто не мог сделать и малейшего телодвижения. Каждая мышца тела была напряжена и в тоже время расслаблена.
Ужасающее чувство.
Я еле смог найти силы взглянуть наверх.
В небе появился человек.
Он стоял на воздухе, будто это земля.
На нём была дорогая коричневая одежда, которую носят феодалы или чиновники с высокими деревянными сандалиями, не привычными для народов Йонма.
За ним был странный объект, от которого исходила эссенция смерти. Этот объект выглядел дорого и с него спускались дорогие ткани.
Он напоминал...
Гроб.
Человек спустился вниз и посмотрел в сторону недавнего поля боя.
— ############...
[Ничтожный смертный! Не смог выполнить простейшую задачу.]
Его голос был непонятным, но смысл сказанного отражался в головах, подобно технике передачи мыслей.
В этот момент я смог полностью разглядеть его лицо.
Оно было худощавым, старым и вытянутым с плохо ухожанными чёрными усами и козлиной бородой.
Его зубы были кривыми, а некоторые и вовсе отсутствовали.
Если не дорогая одежда и ухоженные волосы на голове, его можно было бы принять за уличного старого попрошайку.
— ############...
[Заставил появиться лично. Нельзя доверять смертным важную работу.]
Его лицо повернулось к замеревшему на месте Лин Юню. Подойдя к нему, он взял пальцами его подбородок и повернул к себе.
[Эти глупцы из Тан не понимают твоей истинной ценности. Лишь я могу достойно тебя обучить.]
Его лицо повернулось в мою сторону.
— ############...
[Странно. Ты можешь шевелить глазами несмотря на мой подавляющий разум. Может у тебя есть сопротивление?]
Пару секунд он чесал бороду в раздумьях.
— ############...
[Ладно. Всё равно оставлять вас в живых опасно. Если здешние кланы узнают о моём пребывании, будут проблемы.]
Он протянул руку в нашу сторону. На его ладони стали появляться красные молнии.
В следующее мгновение, он резким движением сжал кулак.
Над его головой появилось искрящееся красное облако и из ного вылетела красная молния.
Но...
Она не долетела до нас, а остановилась прямо перед моими глазами, будто упёрлась в барьер.
— ###...
[Что?]
Наши взгляды упали на Лин Юня.
Его глаза горели голубым светом, а вокруг него было исходило давление.
В следующую секунду, молния исчезла, а вместе с ней и красное облако.
Лицо мужчины выражало непонимание, но вскоре оно сменилось на восторг.
— ###############...
[Прекрасно! Твой разум... Он превосходит мой! Ты даже смог разрушить мою технику. Так и быть, я пощажу этих смертных.]
Он щёлкнул пальцами и Лин Юнь погрузился в сон, упав на траву.
— #####...
[Теперь ты!]
Моё тело само подлетело к нему.
Одна его рука схватила меня за голову, в другая за живот.
Он начал вводить в меня свою ци, изучая моё тело.
— ##...
[Хм...]
Через минуту он резким движением убрал от меня свои руки и отбежал на пару шагов.
— #########...
[Искусство Связанного Трупа?]
Он посмотрел на свои руки, а затем на меня.
— #########...
[Ты... Как ты связан с техниками цзянши? Откуда ты родом?]
Моё горло и сердце будто бы отпустило и я мог нормально дышать и говорить.
— Я... Я...
— ################...
[Даже не думай солгать мне. Я обещал этому ребёнку не убивать вас, но я вполне могу разорвать ваши меридианы. Поскольку вы не более чем даосы, вы не сможете их восстановить.]
— Я второй наследник даосского клана Ло в Фуцзине, Ло Ёнсу!
Эти слова вырвались из меня, будто их разом вырвали из глубин сердца.
Его раздражённое лицо сменилось интересом.
В его руке появился красный дзиндань.
— #####...
[Съешь это!]
Выбора небыло.
Я открыл рот и он положил туда пилюлю.
Проглотив её, я ничего не почувствовал.
«Что это было?»
— #########...
[Когда нибудь ты вернёшь мне этот долг.]
— Долг...?
Вдруг.
Моё тело начало испытывать дикую боль. Всё моё тело пронизывали красные молнии, не позволяя даже закричать.
— #########...
[В будущем я рассчитываю на достойное отношение к своей персоне.]
Я его уже не слышал.
Моё тело парализовало, а все пять чувств пропали.
Я оказался во тьме.
«Где я?»
Может я уже потерял сознание и это просто странный сон.
Со временем чувства начали приходить.
Первым пришло осязание, я смог почувствовать своё тело и встать на ноги.
Вторым вернулся слух и я смог услышать свой голос.
Может остальные чувства также вернулись, но я также оставался во тьме.
Внезапно.
— АААААААААААА...
Громкий мужской голос издалека.
Я стоял на месте, но голос приближался ко мне.
— Ты... Ты это сделал!
Во тьме я увидел.
Передо мной появилась мужская фигура с торчащим из головы мечом.
Это был Хван Са.
— Какого это смотреть, как человек умирает у тебя на глазах? Какого это видеть выражение ужаса на его лице?
Женский голос прозвучал сбоку.
Ко мне вышла женщина в красной одежде без головы, которую она держала в руках.
«Неужели...
Мои эмоции, вызванные ужасом от убийства, создали демона сердца?»
Демон сердца – страшнейшее проявление эмоций для мастера.
Яркие эмоции выделяют энергию и сильнее всего её выделяют негативные эмоции.
Если негативные эмоции слишком сильны, их энергия может скапливаться в сердце – начале всех эмоций.
Если это скопление вовремя не вывести, оно обретает сущность разума и обретает подобие сознания и может влиять уже на сознание мастера, замедляя его совершенствование и со временем сводя его с ума.
Для обычных людей демон сердца не страшен. Они не владеют ци, их духовная сила слишком слаба и их эмоции просто не выделяют столько энергии, как эмоции даосов или культиваторов.
Вывести демона можно двумя способами.
Первый: насильно вырвать его, запустив ци в свой разум или сердце. Этот способ самый эффективный, но несёт последствия. Вырывание демона может нанести вред разуму или сердцу, в зависимости от того, успел ли он добраться до разума или только формируется. Но даже так, демон может вновь сформироваться, если не успокоить эмоции.
Второй, более сложный: необходимо побороть первопричину возникновения демона. Побороть ту самую причину появления негативной эмоции, породившей демона сердца.
В данный момент, я был поражён демоном, зародившемся из ужаса от первого убийства.
Я по прежнему находился в полной пустоте, пока ко мне подходили созданные демоном Хван Са и Фа Ноён.
Отрубленная голова женщины начала говорить.
— Взгляни на этот порез. Он был нанесён одним резким ударом.
Хван Са продолжил.
— Взгляни на мою голову. Мы оба были убиты одним ударом этого клинка.
Взглянув на свою руку, в ней появился белый клинок дяди Гунбао, которым и были убиты эти двое.
С него без конца стекала кровь.
— Я... я... невиновен в ваших смертях! Вы сами выбрали такой путь своей жизни!
Из головы Хван Са исчез Меч и из оставшейся дыры текла кровь, а из рассечённого надвое глаза, полились слёзы.
— Как же невиновен? Много ли ты обо мне знаешь? Сколько мне пришлось пережить? Я предлагал мирное решение, а ты безжалостно вонзил это оружие мне в голову.
— Я... я не мог быть в тебе уверен. Ты безжалостно убил своего товарища и мог убить нас. Многого ли стоят твои слова.
— Неужели ты не видел в каком я был состоянии? Ты пробил мне живот насквозь! Я не то что убить, даже встать бы не смог. Меня мог убить даже ребёнок. Но тебя это не остановило.
— Ну... Я...
Фа Ноён не дала обдумать и продолжила.
— А как же я? Ты не убил меня своими руками, но ты не остановил руку того мужчины. Ты просто не хотел марать руки. А я ведь так же не представляла угрозы. Мои руки были оторваны, а силы на исходе. Вы могли просто сдать меня служителям ближайшего города и меня бы заперли в темнице, но я была бы жива.
Я не знал что им ответить.
Мысли просто смешались, а разум находился в состоянии похожем на полудрём.
— Я... не хотел.
— Не хотел? Наши головы говорит об обратном.
Они продолжали на меня кричать, поливая оскорблениями.
— Не отворачивался от нас! Смотри прямо чёртов маньяк.
— Как ужасны наши раны. И ты смеешь ставить себя выше нас?
— Прошу исчезните!
[Смертный.]
В мгновение Хван Са и Фа Ноён пропали, а тьма начала расступаться.
Слегка успокоившись и отдышавшись, я посмотрел вокруг.
Я оказался посреди бескрайнего моря, освещаемого луной, а подо мной плавали две крохотные рыбки.
«Снова? Мир разума!»
Передо мной вновь была чёрная сфера, но теперь она была больше и от неё исходило множество чёрных контуров, напоминающих вены.
[Я не могу винить тебя смертный. Смерть – не то, с чем хочется сталкиваться. Особенно в первый раз.]
Снова этот пугающий голос прозвучал в моей голову.
Возможно, из-за слишком больших впечатлений за короткое время, теперь я не так сильно его боялся как в прошлый раз.
— Постой! Кто ты?
Выкрикивал я надрывая горло.
[Ты недостоин даже слышать мой голос, а смеешь задавать вопросы?]
Голос стал более резким и устрашающим, но я не обращал на него внимание.
— Прошу, скажи кто ты. Или... что ты? Скажи!
[Ты видно не в себе.]
— Скажи хоть что то! Ты плод моего воображения? Ты блуждающая душа, что поселилась в моём теле? Или нечто иное?
[Я не желаю даже слышать твой голос. Если хочешь узнать от меня хоть что-то, встань на путь вознесения, тем более задатки у тебя есть. Тогда я отвечу на три твоих вопроса.
А теперь прочь! Не желаю тратить и секунды времени на тебя.]
Вода подо мной перестала держать и погрузила в свою пучину.
— Глбь... Глбь...
Я пытался хоть что то сказать, но вода в мире разума была слишком реальна и забивалась лёгкие.
— Глбь... Кхааа... Хааа... Хааа...
— Ты очнулся!
Я оказался в больничной палате своего клана, весь перебинтованный. Рядом с койкой сидел дядя с улыбкой до ушей и слезящимися глазами, а рядом с ним стояло три врача.
— Наконец-то!
— Я уже начал бояться.
— Долго же он восстанавливался.
По очереди проговорили врачи, пока дядя лез ко мне с объятиями. Его массивные руки сдавливали так, будто сейчас разорвут на части.
— Хвала небесам, ты жив!
~ Что... здесь происходит?
Спросил я, потирая голову.
— Ах, да точно. Вы трое, вышли отсюда.
Трое врачей вышли из лазарета по одному твёрдому слову.
Затем дядя начал объяснять.
— Ченг, Букхян и Гоубо всё рассказали. Один из нанятых охранников оказался предателем и напал на вас. Вы смогли убить его, но на вас напал другой даос и забрал ребёнка. Всё ведь именно так было?
— Да, всё вер... но...
«Подождите! Даос? Но ведь тот мужчина точно был культиватором. Он хотел забрать Лин Юня, чтобы обучить его».
Я хотел спросить его об этом, но вспомнил другие слова того культиватора.
«[Если здешние кланы узнают о моём пребывании, будут проблемы.]»
Должно быть они скрыли факт принадлежности того мужчины к культиваторам, чтобы защитить клан от возможных последствий.
Под "здешними кланами" он наверняка имел ввиду кланы девяти звёзд, что доказывает его иностранное происхождение.
Если бы слух о нём распространился, он мог бы понять, это мы проболтались и насолить нам.
У меня появился ещё один вопрос.
— Когда мы сражались с Хван Са, передо мной появился твой белый меч, которым я и убил его. Каким образом это произошло?
— Ты ведь знаешь, что могущественные даосы могут создавать карманное пространство.
— Знаю, ты же часто это показывал.
— Я смог связать часть своего пространства с мечом и твоё сознание.
— ....*
— Я заложил в эту часть пространства команду, "Если тебе придётся пойти на убийство врага, пусть этот меч появится перед тобой". Когда твоё сознание решило, что "пора" твой разум запустил команду и меч появился перед тобой.
— Тогда... Агх... Я всё понял.
— Не шевелись пока. Твоё тело не до конца восстановилось. Когда вы прибыли, на твоём теле были очень серьёзные раны от дробящих ударов и внутренние повреждения. Ты проспал дней семь, пока не очнулся.
— Хе-хе, да!
«Стоп! Я проспал неделю? Какие же всё таки сильные удары даоса Преобразования духа или дело было в той пилюле, что мне скормил культиватор?»
Выходя из палаты, где кроме меня никого не было, он повернулся и сказал.
— Здесь кое кто хотел с тобой поговорить.
— И кто же это?
Тканевый навес распахнулся и ко мне вошёл молодой мужчина с коричневыми волосами, сине золотой одежде и с маленькой чёрной точкой на лбу и лёгкой дружелюбной улыбкой.
Это был молодой мастер клана Моён, Моён Цзюэ.
— Ну, разговаривайте тут.
Дядя вышел из палаты, оставив меня наедине с Моён Цзюэ.
Он смотрел на меня с непринуждённой, едва заметной улыбкой выражающей дружелюбие.
Я попытался встать и поприветствовать его, но сохранившиеся раны не позволяли этого сделать, причиняя боль.
— Акгх...
— Не стоит! Я же сам к вам пришёл, это я должен первым приветствовать.
Он поклонился в знак приветствия.
— Что привело молодого наследника одной из семей Моён в наш клан?
Прежде я встречался с Цзюэ несколько раз в его визитах на территории клана и каждый раз, он оставлял впечатление приятного человека.
— На самом деле, я хотел встретиться с главой Ло Вуцзи, но узнав о недавнем происшествии с молодым наследником, решил вас проведать.
— Вряд-ли меня можно назвать наследником. Я слишком слаб в сравнении с Сюань.
— Разве только сила решает? Прошу простить за прямоту, но глава Ло слабее господина Гунбао, но возглавил клан именно он.
— Что вы имеете ввиду?
— Ваши шансы стать главой в вполне реальны. Может, вы просто не хотите этого?
«Я не хочу быть главой? Я никогда не представлял себя на месте главы. Мне с детства твердили, что место отца займёт Сюань и я просто принял это».
— Но я... хочу.
— В таком случае, разве не стоит стремиться к этому? Чем вы так хуже вашей сестры, что не можете стать главой клана?
Эти слова начали поток мыслей в моей голове.
«Чем я хуже? Я слабее и не так талантлив, но... разве это так важно? В конце концов глава – это не просто боец, он лидер, что ведёт за собой людей».
Представляя почёт и уважение, которые придёт с этим титулом, я немного замечтался, но опомнившись быстро вернулся к разговору.
— Думаю, было бы неплохо стать главой.
Сказал я с уверенным лицом.
— Ха-ха, в таком случае вам стоит сначала одолеть мою сестру в равном бою. Кстати, она пришла сюда со мной.
— Что?
К нам вошла молодая девушка лет двадцати в сине-золотой одежде.
— О, а вот и она.
— Сколько тебя ждать? Ты говорил, что лишь поприветствует этого смертного.
— Мы здесь гости! Разве ты не должна говорить вежливее со своим возможным мужем?
— Ты же знаешь, мне мерзко даже думать об этом, да и этого не случится.
«А она не такой приятный человек, как её брат. Хотя, оно и неудивительно. Я для них всё равно смертный, а они потомственные культиваторы и жить будут куда больше меня».
У клана Моён есть одна дикая для культиваторов практика.
Когда внутри основных семей зарождается ребёнок, мать съедает дзиндань, запечатывающий духовный корень ребёнка на следующие пятьдесят лет.
Они это делают для того, чтобы эти 50 лет, наследник шёл по пути даосизма, постигая методы боевых искусств и закладывая мощную основу.
Когда эти 50 лет истекут, действие пилюли пройдёт и духовный корень распечатывается, но теперь у культиватора есть великолепная основа для дальнейшего совершенствования, а духовный корень проходит стадии основания и накопления и культиватор сразу же переходит на стадию формирования.
Разумеется это зависит от того, насколько сильно мастер продвинулся в даосизме и иногда по истечении срока, культиватор не преодолевал и начальную ступень накопления.
Это и был решающий фактор, что позволил идее о браке между великим и загнивающим провинциальным кланом появиться.
Хоть Цзюэ и Хён были членами культиваторских кланов, сейчас они не более чем Даосы. Это единственная вещь, что делает мою победу возможной.
— Ты... даже не смей мечтать о своей победе. Ты не более чем смертный и навсегда им останешься.
Как только она увидела меня, её лицо залилось гневом.
«Похоже, сам факт моего существования её невероятно злит».
Я не ответил на её слова, но сам посмотрел на неё с раздражением.
Она была готова разорвать меня на куски.
Цзюэ видел всё это и его терпение лопнуло.
На самом деле, её слова звучали правдиво. Она всего к двадцати годам достигла средней ступени Преобразования Духа, при моём нынешнем развитии, небыло шансов на победу.
— Хватит! Ты ведёшь себя неподобающе нашей семье, хватит позорить нас перед наследником Ло.
Он уже говорил обо мне, как о наследнике. Неужели он действительно верит в меня?
— Сейчас же извинись перед ним!
— Но... Брат...
— Я сказал извинись!
Услышав слова старшего брата, рвение Моён Хён подостыло.
«А он действительно авторитет для неё».
— Я... Прошу прощение за своё поведение!
— Всё в порядке.
Ответил я, скрывая раздражение от предыдущих её слов.
— Я тоже прошу прощения за её слова.
— Всё хорошо, я не в обиде. Кстати, в чём причина вашего визита в клан Ло?
— Ах, это? Я могу вылечить вашего деда.
....*
— Что.... Что вы сказали?
Я был так поражён его словам, что свалился с больничной койки.
На лице Моён Хён появилась слабая улыбка, но Цзюэ и это заметил.
— Перестань! Выйди отсюда, если не можешь достойно себя вести.
Послушав брата Хён вышла из палаты.
«Казалось бы, благородная кровь бессмертных культиваторов, а рядом с ним, не более чем слуга на побегушках».
Моён Цзюэ подхватил меня за руку, помогая встать.
Мой дед, Ло Юйшен был отравлен в битве с неким культиватором из клана Тан более 70 лет назад. С тех пор он впал в коматозное состояние, пока его тело боролось с ядом.
Если бы он не достиг стадии бессмертного тела, то умер бы ещё не добравшись до территории клана, а его органы, мышцы, кожа, мясо и даже кости расплавились.
— Я смог выяснить каким ядом был отравлен господин Ло Юйшен и моя семья создала лекарство.
— Вы не шутите? Вы правда можете его вылечить?
— Да, я могу это сделать?
— Но зачем вам это?
— Я не хочу, чтобы ситуация со мной и вашей сестрой испортила отношение между нашими семьями, в будущем мне нужны хорошие отношения с вами и если вы сможете стать главой, мы поможем друг другу.
— Спасибо вам... Спасибо.
«Вряд ли дело только в этом.
Может, дело в том, что Хуашань переманивают нас на свою сторону? Хотя какая разница? Скрытые мотивы, это нормально. Тем более, нам от этого только лучше».
— На самом деле, я уже начал давать ему дозы лекарства. Предыдущие два дня, я дал ему шесть доз. Думаю, ещё пару дней и он сможет открыть глаза.
Моён Цзюэ всегда пользовался высоким уважением в клане Ло.
Всё началось с инцидента пятилетней давности, когда северные народы Йонма устроили конфликт, затронувший провинцию Фуцзинь.
Клан Моён хотел усмирить их силой, но молодой наследник одной из веток, вызвался сам решить вопрос.
Старейшины дали ему это задание, хотя и не верили в успех.
Но результаты поразили всех старейшин и разлетелись по всей стране и даже за её пределы.
Молодой мастер, Моён Цзюэ, не достигший и стадии Семи Огней, всего за год помирил народы и наладил с ними торговые отношения почти не прибегая к силе, завоевав их расположение.
Даже в клане Ло, мастер Гунбао, считавший всех Моён гнусными змеями, проявлял истинное уважение к нему.
Таким образом, молодой мастер стал героем для всех смертных Йонма и одним из важнейших политических оружий своей семейной ветви Моён.
Но помимо этого, выделялся ещё и его талант. Всего к двадцати годам, он достиг пиковой ступени Преобразования духа и готовился к переходу на стадию Воина Семи Огней.
Цзюэ помог мне лечь на койку.
— Вам лучше сейчас отдыхать. Если желаете встретиться со мной в будущем, сделайте это в более стоячем состоянии.
С этими словами, он направился к выходу из больничной палаты, окинув меня своей обычной дружелюбной улыбкой.
— И ещё.
— ....*
Он кинул в меня книгу в жёлтом переплёте.
— Твоя сестра просила передать это тебе.
— Подождите! Вы с ней виделись? Что вы вместе делали?
Он показал жест пальцем, означающий "Ни кому ни слова", а затем вышел из палаты.
Взглянув на книгу, на ней было написано.
*Путь до Хвагена*
Хваген – считается вершиной Даосизма, открывающий путь к бессмертному телу.
Смотря на эту книгу, она казалась толстой и слегка изношенной.
«Видимо записи, какого нибудь мастера. В любом случае, спасибо Сестра! Думаю мне это поможет.»
Я остался лежать наедине со своими мыслями.
«Сначала Хуашань решила помочь клану Ло, теперь дедушка может встать на ноги. Неужели для клана Ло уже началось светлое будущее?»
Размышляя об этом, моё лицо расплылось от радости.
Слова Цзюэ действительно отразились в моей душе.
«У меня есть шансы стать главой.»
Осознание этого, дали мотивацию к развитию и теперь я с нетерпением ждал, когда смогу встать на ноги.
Я никогда не думал, что могу стать главой клана Ло из-за невозможной конкуренции в лице родной сестры, но его слова внушали уверенность.
Хотел ли я действительно становится как отец? Не знаю.
На протяжении всего времени выздоровления, ко мне приходили остальные ученики дяди.
Первым пришёл Ченг, у него я расспросил обо всём, что произошло после прибытия неизвестного культиватора.
Ченг был как всегда был весёлым, с улыбкой до ушей и радостным смехом.
Моя теория об их умалчивании оказалась правдой, они действительно не сказали, что человек похитивший Лин Юня – культиватор, поскольку он мог навредить клану.
Также из его рассказа я понял, они уснули в тот же момент, что и Лин Юнь, после щелчка того мужчины.
«Значит, они не знают ни моём разговоре с ним, ни о той странной пилюле.»
После Ченга Пришёл До Гоубо. Он принёс мне жаренной рыбы, которую сам наловил и расспросил его также, как и Ченга. Его рассказ был абсолютно идентичным. Единственное, что выделялось, его настроение.
Хоть он и пытался скрыть, но его настроение было подавленным, голос жалостным, глаза поникшими и с кругами под ними от плохого сна, да и в целом его эмоциональное состояние казалось ужасным.
Тут я вспомнил, о его взгляде, после убийства одного из охранников Хван Са.
«Похоже, не на мне одном сказалось столкновение со смертью.»
После Гоубо пришла Букхян.
Её история также не отличалась от прошлых, но её, прежде раздражённый голос стал мягче и куда дружелюбнее ко мне.
Когда она выходила из палаты.
*Поклон*
— Спасибо тебе, Ёнсу. Если бы не ты, нас бы тут небыло.
— ....*
Я был ошарашен этими словами.
Букхян, прежде готовая разорвать меня на части одним взглядом, благодарит меня?
Хоть основную работу сделал Ченг, добил Хван Са, всё таки я, потому и все благодарности посыпались на меня.
И наконец, после Букхян пришли Гу Хуан и Фань Ли.
Поскольку они отрубились во время битвы, они не застали прибытие культиватора и узнали о нём только с рассказов старших.
Они также поблагодарили меня, принесли гостинцев, пожелали скорого выздоровления и ушли.
Спустя два дня, моё тело полностью зажило и я смог нормально стоять на ногах.
Тогда же, я снова приступил к тренировкам.
Но меня ждал неприятный сюрприз.
Демон сердца мешал мне.
Как только я хватался за меч, перед глазами появлялись образы посмертных лиц Хван Са и Фа Ноён.
Стоило мне хоть секунду увидеть их, тут же появлялось непреодолимое чувство рвоты, а ноги и руки онемевали.
В таком состоянии невозможно проводить тренировки.
В отчаянии, я попросил дядю избавиться от демона сердца, но
— Это невозможно!
— Как? Почему?
— Видишь ли, хоть ты и довольно силён для своего возраста, но всё ещё ребёнок по меркам даосизма. Насильное удаление демона имеет высокий шанс нанести непоправимый вред не только твоему телу, но и неокрепшему разуму, а сам демон вернётся через какое то время.
— Неужели нет никакого способа?
— Единственное, что ты можешь, это побороть эмоцию, вызвавшую его, тогда ты избавиться и от демона и от первопричины, но это придётся сделать тебе самому.
— Хорошо, я понял.
— Могу дать совет. Постарайся как можно больше наслаждаться жизнью, удовольствие убивает негативные эмоции и ослабляет демонов сердца.
— Наслаждаться?
— Да, поскольку ты уже достиг стадии Закалки Тела, то корсет из духовных вен, будет поддерживать твоё тело в форме длительное время даже без тренировок.
— Подожди. Ты предлагаешь перестать тренироваться, когда важен каждый день?
— Именно, пока ты не подавить демона сердца, тренировки будут бесполезны. Пока мы не отправимся на гору Хуа отдыхай, хорошо спи, ешь вкусную еду и...
Его рука опустилась мне на плечо, а рот прислонился к уху.
— ...Найди себе кого нибудь.
— Что?
Вопрос ни к чему не привёл, хотя, теперь я примерно знал, как избавится от демона.
Я отошёл от него, посмотрев в сторону дедушкиного поместья, находящегося на территории внутреннего двора.
В него как раз входили Моён Цзюэ и Моён Хён.
Они остановились в поместьи одного из старейшин клана как гости, раз в день выходя из него, чтобы отправиться в поместье дедушки и дать дозу лекарства.
Так прошло ещё два дня.
Как и советовал дядя, я отдыхал. Впервые за долгое время, я спал больше пяти часов. Я смог съесть что-то кроме риса и мяса.
Это даже немного помогло.
На протяжении всего времени, при подъеме, во время еды, во время прогулок, даже во время сна мне мерещились посмертные лица тех двоих.
Но благодаря моему отдыху, демон понемногу ослабевал и я даже смог взять в руки меч.
«Может, у меня скоро получится избавиться от него?»
Спустя ещё пару дней, демон сердца ослабел настолько, что я мог более двух часов проводить тренировку без галлюцинаций.
Но это лишь полумеры.
В действительности, я не побеждаю демона сердца, а лишь отталкиваю его.
Я не преодолеваю эмоцию, создавшую его, а лишь стараюсь о ней не думать.
Стоит хоть немного надавить и вся эта иллюзия прогресса разрушится, как детский шалаш из веток.
Я это понимал, но старался отодвинуть и эти мысли вдаль.
Может этого и хотел дядя, давая мне свободные дни? Чтобы я прочувствовал и эти чувства на себе? Чувства осознания нерешаемой проблемы. Чувства, что твои действия лишь усугубляют ситуацию.
Может и так.
Тем не менее, я просто продолжал игнорировать эти мысли. Мне слишком уж понравились эти несколько дней.
В один из таких дней, когда я прогуливался по пустующему среднему двору,
*Хлоп*
на моём плече появилась рука.
Обернувшись, я увидел молодое лицо с дружелюбной слабой улыбкой и молодую девушку за ним.
Это были Моён Цзюэ и Моён Хён.
— Мы вам не помещаем, господин Ло?
Добрым голосом спросил Цзюэ.
— Да не...
— Брат, зачем ты вообще его спрашиваешь? Он не более чем смертный и не достоин твоей доброты.
— Помолчи! Я вновь прошу прощение за поведение моей сестры, господин Ло.
Лицо Хён выражало неподдельный гнев ко мне, который она хотела скрыть за личиной разницы в происхождении.
Я понял это за несколько дней, когда пересекался с ними по пути к поместью дедушки.
— Всё в порядке. Так что вы хотели?
— Видите ли...
Его лицо стало выражать лёгкие нотки предвкушения.
— Сегодня последний день, когда мы даём лекарства господину Юйшену.
— ....*
До меня дошло.
— Вы хотите сказать...
— Не желаете ли принять участие в подъёме вашего деда на ноги?
— К-конечно!
Улыбка Цзюэ стала чуть шире.
— Тогда нам лучше поторопиться, иначе лекарство выветрится.
Мы зашли на территорию внутреннего двора и направились в дедушкино поместье.
Прежде оно было поместьем главной семьи Ло, потому и было единственным поместьем во внутреннем дворе, но после отравления предыдущего главы, оно стало его больничной койкой и было построено другое поместье в среднем дворе, там же, где и были поместья старейшин и дяди Гунбао.
Когда мы подошли ко входу, я увидел высокого мужчину, подходившего к нам.
Цзюэ и Хён поклонились в знак приветствия.
— Приветствую вас, мастер Гунбао.
— Приветствую вас, мастер Гунбао.
— О, дядя? Ты тоже с нами пойдёшь?
— Да! Молодой господин Цзюэ позвал меня ещё вчера.
«А обо мне подумали только минуту назад.»
Цзюэ окликнул нас.
— Готовы?!
Он открыл дверь.
В нас ударили огромные массивы ядовитой ци. Настолько плотная и ядовитая, что но Цзюэ сложил руки в печать и вокруг нас появилась формация, в которую яд не просачивался.
— Господин Цзюэ, что это такое?
— Ха-ха, я забыл вас предупредить. Из-за нашего лечения, из тела господина Юйшена начало выливаться аномальное количество ядовитой ци, покрыв ей всё поместье.
— Всё поместье? Тогда разве мы не должны были надеть защитные талисманы? О чём вы вообще думали сдерживая её внутри?
Моён Хён посмотрела на дядю с раздражением, но ничего не сказала из-за его авторитета.
— Дело в том, что ядовитая ци нужна для полного восстановления господина Юйшена. Его тело уже слишком сильно привыкло к яду за столько времени и если внешняя среда значительно изменится, ему станет только хуже.
— Хм, ясно.
Наконец мы вошли внутрь под защитой формации, созданной Цзюэ.
Первое что мы увидели, это несколько врачей с надетыми на шею защитными амулетами.
Лишь благодаря им они могут находится внутри поместья и не отравиться.
Мы прошли вглубь, не отходя от формации ни на миллиметр.
Чем дальше мы проходили, тем больше врачей в белых одеяниях мы видели.
Если бы не они, дедушка не продержался бы дольше.
Врачи долгие годы поддерживали его организм, помогая бороться с ядом клана Тан. Лишь благодаря этому он продержался семьдесят лет.
И вот.
Дверь его покоев.
Не долго думая мы вошли внутрь.
Внутри них ядовитой ци было куда больше, чем снаружи, будто мы из холодного озера вошли в кипящее.
— Что это такое? Столько ядовитой ци не было никогда, когда я его проведывал.
Снова спросил дядя.
— Тело господина Юйшена начало выделять аномальное количество ци в ответ на лечение, просто в его покоях её куда больше. Не волнуйтесь, это не помешает лечению.
— А вы довольно много знаете о врачевании. Неужели вас и этому учили в клане Моён?
Спросил уже я.
— Мы предпочитаем название "секта", но нет, меня не обучали там. Этому меня научил врач одного северного народа, который помогал мне наладить с ними отношения.
— За такой короткий промежуток времени так овладеть врачеванием? Слухи не врали, вы действительно гений.
— Премного благодарен.
Подойдя к койке я наконец увидел дедушку.
Это был старый, худощавый, заросший старик со вздувшимися венами и потемневшей кожей седой старик. Такого пальцем тронь и он умрёт.
— Мы приступим, а вы просто наблюдайте.
Цзюэ положил руку на грудь дедушки и начал вливать в него свою ци.
— Что вы делаете?
— Для начала мне нужно ослабить влияние яда в сердце, а потом давать дозу лекарства.
Я шепнул дяде на ухо.
— А разве это помогает при выведении яда?
— Для смертного яда не поможет, но есть и особые яды, которые действуют на уровне души, таким и пользуются члены клана Тан. Против таких одного только лекарства не достаточно, необходимо ещё и насильно стабилизировать поток ци, пускать противоядие по её циркуляции и так далее.
— Звучит довольно сложно.
— А как же. Культиваторы невероятно ценны, а тот насколько я знаю, был даже выше стадии Формирования, настолько силён был твой дед.
— И кто же из них победил?
— Естественно мой отец. Я помню как он пришёл в клан весь в крови, а в руках у него была голова того культиватора. Я не успел расспросить его об этом, ведь как только подбежал, он рухнул на землю от яда.
— Ты кажется только рад рассказать об этом. А судьба отца совсем не волнует?
— ....* Ах ты... Я тебе это припомню.
Между тем Цзюэ уже открыл флакон с лекарством и подносил к губам дедушки.
Как он рассказал, это лекарство необходимо варить на месте и затем употреблять тремя дозировками в течении двух часов после приготовления.
Они остановились у старейшины не просто так. Они варили лекарство из трав в его саду прямо в его же котле.
Дав первую дозу, Цзюэ снова положил руку на сердце дедушки, насильно смешивая лекарство с его кровотоком и циркуляцией ци.
Внезапно.
*Скриии*
Из тела дедушки начало вырываться ци мощнейшим потоком.
Даже формация, поставленная Цзюэ начала сотрясаться.
— Сестра, начинай удерживать формацию?
— Поняла!
Моён Хён начала складывать различные печати руками и читать странные песнопения на неизвестном языке, удерживая формацию.
Поскольку ни я, ни дядя не знали никаких формаций, нам оставалось только наблюдать.
Так продолжилось несколько минут, пока Цзюэ не угомонил выброс ци.
— Кхэ... Кхэ... Теперь, вторая доза.
Он снова поднёс кувшин ко рту дедушки и влил туда лекарство.
Процесс повторился.
Снова рука на сердце, снова сумасшедший выброс ядовитой ци и снова печати с песнопениями от Хён.
Так продлилось пару минут, как
— Кхааа...
Изо рта Цзюэ потекла кровь.
Мы с дядей и Хён напряглись.
— Брат! Остановись! Если продолжишь нанесёшь себе вред.
— Нет! Я обязан закончить с этим сегодня!
Тут я заметил как кожа дедушки стала слегка светлее.
«Неужели... он восстанавливается?»
Спустя пару минут второй круг был закончен.
Цзюэ начал глубокую одышку.
— Брат! Может остановишься? Мы можем закончить и завтра.
Лицо Хён из всегда раздражённого, превратилось в испуганное.
— Да, господин Цзюэ, мы можем подождать ещё немного.
— Ни за что! Я не собираюсь ещё дальше это затягивать.
«Мне нужна его ядовитая ци для совершенствования искусства небесного дерева. Я уже на пределе перед первым завершением и не могу сейчас остановиться.»
— Продолжаем!
В мире культивации, помимо техник, существует понятие "искусства".
Искусства представляют собой особое умение, вокруг которого, создаются техники, на нём завязанные. Словно ствол дерева, обрастающий ветвями.
Чем выше владение искусством, тем более сильные техники можно изучать. При этом техники могут также развивать само искусство и наоборот.
Таким образом получается симбиоз древа и ветвей, где оба составляющих взаимно укрепляют друг друга и дают толчок к будущему развитию.
Клан Моён, как и все великие секты, практиковали различные искусства и величайшим из них является "Искусство Девяти Духов", с помощью которого, по легенде, разрушили верхний даньтянь Магё Тяньлуна 12 000 лет назад.
**
Моён Цзюэ дал третью дозу лекарства Ло Юйшену. Затем вновь положил руку на его сердце, распределяя лекарство по всему телу и внедряя в душу.
Вернее,
Так казалось со стороны.
«Нужно больше ядовитой ци из вашего сердца, господин Юйшен. Думаю, вы не будете против.»
Истинная причина вылечить прошлого главу Ло, была вовсе не в улучшении отношений.
Дело было в Искусстве Небесного Древа, полученного из рук Ло Сюань.
«Если прерву совершенствование сейчас, могу повредить технику. Пожалуй лучше будет рискнуть.»
Подумал он, сплёвывая кровь изо рта.
— Брат, остановись...
В следующий момент,
Из тела Юйшена начала изливаться ядовитая ци большими объёмами, заливая всё помещение.
Из глаз Цзюэ полились кровавые слёзы.
Пока все думали, что он внедряет лекарство в циркуляцию ци, на самом деле, он поглощал самую застоявшуюся ядовитую ци для создания техники Небесного Древа из сердца, где скапливался яд, параллельно выпуская прочую ци из тебя Юйшена.
Поскольку они находились внутри формации, выделяющийся яд быстро покидал её.
— Брат! Прошу остановись! Не знаю зачем ты всё это затеял, но оно того явно не стоит.
Хён продолжала складывать печати, укрепляя формацию, рушащуюся от ядовитой ци. Хотя и её силы были на исходе.
Под возгласы сестры, Цзюэ продолжал поглощать яд, не слушая её.
Через пару минут, его сознание будто бы начало мутнеть от яда и клонить в сон.
Столько яда не могло пройти бесследно.
Тогда в глазах Цзюэ промелькнула картина его прошлого, когда он впервые ощутил восхищение.
**
Это произошло более пятнадцати лет назад на территории Фуцзинь, когда Цзюэ было десять.
В то время, ещё не выросшего Цзюэ иногда отправляли в тот даосский клан, для политических причин.
Каких именно он не знал, ведь как правило, просто проводил там время в качестве гостя.
Он знал, что его помолвили с некой женщиной даосом ещё до его рождения, но прежде он никогда её не видел, да и не интересовался ей.
Ему не нравились эти поездки. Его раздражало постоянно, куда-то ехать и сидеть там в полной скуке, до следующего перемещения до дома, где всё было немногим лучше, в шатающейся дорогой повозке, которая тем не менее, не спасала от укачивания.
Но, было и то, что помогало ему с улыбкой переживать такие моменты.
Это был, его учитель, что проводил с ним много времени и старался развлекать его в этих раздражающих поездках.
Человек, что старался подарить ему толику хорошего детства в семье, где тебя давят амбиции других.
Помимо него, с ними было ещё двое охранников, которые стали ему как старшие братья.
Так он и путешествовали до того даосского клана и обратно.
Цзюэ так раздражал этот клан смертных, что он даже отказался запоминать его название.
Так проходили месяцы и Цзюэ стал привыкать к тому клану, хотя и отказывался запоминать его имя.
Тем не менее, то место, даже смогло стать ему родным.
В тот раз всё было обычно.
Дорогая повозка, шум от колёс и копыт лошадей, учитель, развлекающих его и двое молодых охранников, сменяющих друг друга на посту кучера.
Всё было как всегда до этого.
*Цзинь* *Цзинь*
Цзюэ и его учитель услышали звон оружия, находясь в повозке.
— Подожди здесь.
Учитель Цзюэ, находившийся на стадии Накопления Ци, вышел наружу, ожидая увидеть обычную драку с горными разбойниками, иногда встречающихся им до этого.
*Цзинь* *Цзинь*
— Как ты... агх...
Цзюэ тем временем, остался ожидать его на месте.
*Цзинь* *Цзинь*
Но звон клинков не утихал.
*Цзинь* *Цзинь*
— Постой! Что ты...
*Хрясь*
Услышав кричащий голос учителя и глухой звук удара, Цзюэ решил проверить, что у них там происходит.
Но выйдя из повозки,
— Учитель, долго вас ещё ждать?
Первое что он увидел, окровавленное тело одного из охранников.
— М-м... мастер Шим?!
Испугавшись, он подбежал к нему, чтобы перевернуть того на спину.
Но,
Перевернув того,
Он уже был мёртв.
— Мастер Шим? К-как так?
Тогда впервые на глазах Цзюэ появились слёзы.
Шея охранника была перерезана одним точным ударом.
— Мастер Шим!
Цзюэ продолжал стучать по грудной клетке трупа, чтобы тот оклемался.
Но лицо тела, всё также оставалось с замёрзшим выражением испуга и выпученными глазами.
Тогда Цзюэ впервые ощутил [Ужас].
— Можешь не пытаться, он не очнётся.
Повернув голову, залитые слезами глаза увидел нескольких человек в коричневых костюмах и с масками на лицах.
— К-кто вы? И что вы сделали с мастером Шимом?
— Не переживай, ты нужен нам живым, потому будь паинькой и скоро увидишь свою семью.
Между великими кланами существует один способ вражды, завязанный на вымогательстве.
Для них нет ничего зазорного в том, чтобы украсть наследника одной из ветвей и затем держать его как пленного, требуя выкуп.
Для таких целей, они как правило нанимают убийц и иногда внедряют шпионов.
Однако их обычно не волнует судьба рядом стоящих охранников или детских учителей, потому их нередко просто вырезают.
Они не стоят много ни для выкупа, ни для самого клана.
Просто заменяемый ресурс.
Опустив взгляд на руку близ стоящего человека, он окоченел от ужаса.
В его руке
Была голова учителя.
— Что?
*Вух*
Человек в маске кинул голову под ноги мальчика.
Голова учителя лежала перед его ногами, с застывшей на ней гримасой ужаса.
Посмотрев на неё, Цзюэ застыл на месте.
Он просто смотрел на эту голову, без малейшего движения. Даже не моргая.
— Нет... Нет... Нетнетнетнетнетнетнетнетнет...
Как только он понял произошедшее, то набросился на лежащую голову, схватив её за волосы и начиная обнимать.
Людей перед ним, это казалось даже забавляло и они посмеивались над ним.
Через пол минуты Цзюэ прекратил и посмотрел в сторону убийц налитыми глазами
Тогда Цзюэ впервые ощутил истинный [Гнев].
— Успокоился? Теперь пошли с нами, если жить хочешь.
— Зачем?
— ...
— ...
— Что зачем?
— Для чего вы убили их?
— Потому, что они мешали, а ещё,
Мужчина кинувший голову подошёл к сидящему на коленях Цзюэ.
— Это наша работа. Мы убийцы!
....
— Вы... должны умереть... сегодня.
Говорил Цзюэ рыдающим голосом, не отпуская голову учителя.
— Хм, пожалуй лучше вырублю тебя. В таком состоянии ты будешь раздражать.
Сказал мужчина, протягивая руку.
*Шлёп*
Цзюэ отбил руку мужчины, ударив по ней своей детской рукой, полной ненависти и снова положил руку на голову учителя и уткнуо лицо в его волосы.
*Пуф*
Рядом с ним что-то упало.
Повернув голову, он увидел человеческую руку.
Повернув взгляд вперёд, перед ним предстала удивительная картина.
— Угх...
Таинственный мужчина упал на спину и корчился от боли, хватаясь за правую руку. Вернее, за то, где она была.
Но не это его поразило.
Перед ним предстала спина женская спина в чёрных боевых одеяниях и с длинными чёрными волосами, собранными сзади.
В руке же, у неё была сабля, с которой стекали капли крови.