Сказание о Трёх Небесах (Новелла)
FriedGalacticChicken

Мы должны пересказать аннотацию тремя разными способами, соблюдая все требования. Исходный текст:

"Континент Эзейр погрузился в хаос. По воле злых богов демоны, ангелы и полулюди обрушились на человечество, а то, что начиналось как божественная кара, превратилось в бесконечную войну, пожирающую сам мир.

Когда даже боги восстали друг против друга, небеса раскололись. Те, кто защищал человечество, пали, а оставшиеся злые боги заключили союз с Богом Демонов, намереваясь окончательно стереть людей с лица земли.

Тысячу лет Эзейр захлёбывался кровью и отчаянием. Мировое Древо пылало, последние искры надежды угасали одна за другой — и тогда умирающий мир совершил своё последнее чудо.

Из самой земли родились три души.

Три девушки, которым суждено подняться тогда, когда больше некому будет сражаться.

Их появление ознаменовало конец Эпохи Отчаяния и начало Эры Рассвета — времени, когда свет вновь осмелился бросить вызов тьме, а судьба Эзейра начала переписываться заново."

Требования: сохранить все факты, имена, названия, числа. Не раскрывать финал. Лицо и обращение как в оригинале — здесь нет "я" или "ты", это повествование от третьего лица, так и оставляем. Объем примерно 126 слов, норма 104-142. Стиль не системный, это обычный прозаический текст, но с разбивкой на абзацы. Авторский приём — короткие абзацы, кульминация на "Три души." и "Три девушки..." — стоит сохранить подобную структуру, но не копировать дословно.

Не использовать запрещённые сочетания. Не копировать фразы оригинала. Нужно пересказать тремя разными способами, каждый объемом примерно 126 слов. Разделить строками из трёх дефисов. Без пояснений.

Проверим запрещённые сочетания: "Континент Эзейр" нельзя, "Эзейр погрузился" нельзя, "воле злых" нельзя, "злых богов" нельзя, "богов демоны" нельзя и т.д. Это список биграмм, которые нельзя использовать в любом виде? По сути, нельзя использовать эти точные сочетания слов, но можно использовать отдельные слова. Например, "Континент Эзейр" нельзя, но можно "Эзейр" отдельно? В требованиях сказано: "не используй эти сочетания оригинала (ни в таком виде, ни в другой форме тех же слов)". Это значит, нельзя использовать эти пары слов вместе, даже если переставить. Например, "Эзейр континент" тоже нельзя? "ни в таком виде, ни в другой форме тех же слов" — да, нельзя. Поэтому нужно избегать этих сочетаний вообще. Но можно использовать сами слова по отдельности: "Эзейр" можно, "континент" можно, но не вместе. "злых богов" нельзя, но можно "богов злых"? Тоже нельзя, это другая форма тех же слов. Поэтому нужно перефразировать так, чтобы эти пары не встречались.

Также обязательные имена: Богом, Демонов, Древо, Отчаяния, Рассвета, Эзейр, Эзейра, Эпохи, Эры. Видимо, нужно употребить эти слова в правильных падежах. Например, "Богом Демонов" — это название? В оригинале "Бог Демонов" — союз с Богом Демонов. Обязательные слова: Богом, Демонов — это как раз "Богом Демонов" в творительном падеже? В оригинале "с Богом Демонов" — да. Значит, нужно сохранить это имя. "Мировое Древо" — обязательно "Древо". "Эпоха Отчаяния" и "Эра Рассвета" — обязательно слова "Отчаяния", "Рассвета", "Эпохи", "Эры". "Эзейр" и "Эзейра" — оба варианта, видимо, нужно употребить.

Также нельзя использовать запрещённые биграммы, но можно использовать слова из них в других сочетаниях. Например, "боги" можно, "восстали" можно, но не "боги восстали" вместе. "небеса раскололись" нельзя, но можно "небеса" и "раскололись" порознь.

Требование: "в оригинале 9 предложений — пройди по каждому и ни одного не пропусти". Нужно пересказать все 9 предложений, но можно разбивать длинные.

Посчитаем предложения в оригинале:
1. Континент Эзейр погрузился в хаос.
2. По воле злых богов демоны, ангелы и полулюди обрушились на человечество, а то, что начиналось как божественная кара, превратилось в бесконечную войну, пожирающую сам мир.
3. Когда даже боги восстали друг против друга, небеса раскололись.
4. Те, кто защищал человечество, пали, а оставшиеся злые боги заключили союз с Богом Демонов, намереваясь окончательно стереть людей с лица земли.
5. Тысячу лет Эзейр захлёбывался кровью и отчаянием.
6. Мировое Древо пылало, последние искры надежды угасали одна за другой — и тогда умирающий мир совершил своё последнее чудо.
7. Из самой земли родились три души.
8. Три девушки, которым суждено подняться тогда, когда больше некому будет сражаться.
9. Их появление ознаменовало конец Эпохи Отчаяния и начало Эры Рассвета — времени, когда свет вновь осмелился бросить вызов тьме, а судьба Эзейра начала переписываться заново.

Все 9 нужно отразить в каждом варианте. Объем примерно 126 слов, допустимо 104-142. Значит, каждый вариант должен быть в этом диапазоне.

Также нужно "СОХРАНИ ФОРМУ ПОДАЧИ" — здесь нет системных сообщений, но есть разбивка на абзацы. В оригинале абзацы: 1-2, 3-4, 5-6, 7, 8, 9? На самом деле в оригинале абзацы: 1-2, 3-4, 5-6, 7, 8, 9. То есть после "Из самой земли родились три души." идёт отдельная строка "Три девушки..." и затем финальный абзац. Это похоже на стилистический приём — короткие фразы. Нужно сохранить подобную разбивку, но не копировать дословно. Можно сделать аналогично: первые два предложения объединить в абзац, следующие два — в абзац, и так далее, но с другими словами.

Требование "не копируй фразы оригинала" — нужно пересказать полностью своими словами. Но при этом сохранить имена и названия. Трудность: запрещены многие биграммы, но можно использовать отдельные слова.

Попробуем составить три варианта.

Вариант 1.

Мир Эзейр охватила смута. По велению тёмных божеств раса демонов, ангелы и полулюди напали на людей; то, что задумывалось как небесная кара, обернулось бесконечной бойней, пожирающей всё живое.

Когда даже высшие силы схлестнулись между собой, небосвод дал трещину. Защитники человечества погибли, а уцелевшие тёмные божества объединились с Владыкой Демонов, чтобы стереть людской род с лица земли.

Тысячу лет Эзейр тонул в крови и безысходности. Мировое Древо горело, последние огоньки надежды гасли один за другим — и тогда гибнущий мир совершил последнее чудо.

Из недр земли родились три души.

Три девушки, которым предстоит подняться, когда сражаться будет уже некому.

====================

Пролог

════════⊹⊱≼≽⊰⊹═══════

Континент Эзейр поглотили разрушение и хаос.

Демоны, ангелы и полулюди безжалостно истребляли людей.

Женщин и детей убивали, а их тела насаживали на колья, оставляя на всеобщем обозрении как зловещее предостережение.

И всё это произошло по прихоти богов.

Много веков назад восемнадцать богов наблюдали за Эзейром и его народом — людьми.

Они увидели истинную природу человечества: разрушения, которые люди несли с собой, отчаяние, которое сеяли, и бесконечные войны, развязанные ради власти.

Они стали свидетелями человеческой жадности и эгоизма.

Возмущённые грехами человечества, большинство богов постановило стереть людей с лица мира.

Однако шестеро из восемнадцати богов воспротивились этому приговору.

Они верили, что порочны далеко не все люди, что ещё остались те, кто молится о прощении и старается жить праведно, несмотря на окружающую тьму.

Для этих шестерых такие люди были словно звёзды, сияющие посреди бесконечной ночи.

Так между богами разгорелся великий конфликт.

Небеса содрогались, когда божественные существа обратились друг против друга. В конце концов шестеро богов, веривших в человеческий потенциал, погибли.

Из противостоявших им двенадцати девять пали в войне, а последние трое ослабли настолько, что больше не могли спуститься в мир смертных: после битвы их божественная сила угасла почти полностью.

Но ненависть легко пускает корни.

Троих выживших богов, презиравших человечество, пожирала злоба.

В своей ярости они обратились за помощью к иному существу — Богу Демонов, само существование которого было порождено желанием уничтожить человечество. Ради собственных целей он также поглотил души девяти погибших злых богов.

Вместе они заключили нечестивый союз.

С помощью силы Бога Демонов трое богов вернули часть утраченного могущества.

Пусть прежней славы им было уже не достичь, они повели против человечества легионы ангелов и валькирий, а Бог Демонов отправил им на подмогу владык демонов и их адские армии.

Злые боги также призвали полулюдей, с древних времён скрывавшихся от остального мира.

Из-за этого союза человеческая цивилизация рухнула.

Целые города и королевства пали, столкнувшись с существами, которых люди прежде никогда не видели.

Смерть сменяла смерть, война — войну. Бесконечный круг отчаяния опустошал земли.

И всё же надежда не исчезла.

Духи Шести Благосклонных Богов, сражавшихся против злых богов, избрали юную девушку по имени Кателея Констант, и она стала одной из величайших надежд человечества.

Благодаря её влиянию королевства объединились, чтобы противостоять силам злых богов и сохранить хрупкое равновесие.

Наделённая даром даровать божественную силу, Кателея ещё в первые годы своей деятельности искала и воспитывала детей с огромным потенциалом.

Под её наставничеством появилось множество Святых.

За это её стали называть Великой Святой, Святой Святых и предводительницей всех, кто носил титул Святого или Святой.

А затем…

Прошла тысяча лет.

Из пепла разрушенного мира восстал один из величайших магов в истории — великий маг Ардисия.

После долгих лет запретных исследований и постижения божественных тайн он создал оружие, способное соперничать и с Божественным Вооружением богов и Проклятым Вооружением Бога Демонов.

В своём королевстве Ардисия сотворил то, что впоследствии получило название Оружия Духов, — живое оружие, обладавшее собственной волей и сознанием.

Каждый образец создавался с использованием душ необычайных существ: людей с огромным потенциалом, полулюдей вроде эльфов и даже тех, в чьих жилах текли благословенные — или проклятые — следы божественной крови. В ход шла даже энергия Бездны.

Перед Советом Великих Магов и Святых Ардисия оправдывал свои действия тем, что ради общего блага такая жертва необходима.

Кателея дала своё согласие, поскольку увидела в этом оружии возможность получить преимущество над злыми богами.

Но вскоре начались проблемы.

Те, кто пытался владеть Оружием Духов, нередко погибали, поглощённые ненавистью душ, заключённых внутри.

Других Оружия Духов попросту отвергали, считая недостойными, ведь хозяев они выбирали сами.

Страх начал распространяться и среди членов Совета.

Они решили, что после победы над злыми богами Ардисия может обратить своё оружие против них, объявили его преступником и попытались конфисковать его творения, невзирая на возражения Кателеи.

Однако Ардисия предвидел это предательство.

Когда Совет привёл солдат и окружил его, маг активировал предусмотренный на такой случай механизм — заклинание пространственного переноса, разбросавшее Оружия Духов по всему миру.

А затем, исполнившись мрачной решимости, Ардисия вонзил себе в грудь одно из собственных творений.

Сила оружия вырвалась наружу, породив смертоносную миазму, которая уничтожила всё живое в его королевстве.

Не пощадила она и находившихся там членов Совета.

Когда миазма рассеялась, всё королевство Ардисии исчезло, словно его никогда и не существовало: его поглотила пустота, стерев с карт и из памяти мира.

После этого Кателея Констант, почитаемая Великая Святая Этельгарда — земли Святых, наделённая божественным даром общаться с духами благосклонных богов и богинь, погибших, защищая человечество от своих же собратьев, — осталась единственным маяком надежды для людей.

Благодаря её священной связи начали вновь появляться Святые — люди с чистыми сердцами, отмеченные божественными знаками.

В отличие от прежних Святых, эти избранники получили более долгую жизнь, а вместе с ней — ещё более могущественную сияющую силу света, знак всё ещё живущей благодати богов.

И всё же даже такие благословения не смогли переломить ход войны.

После гибели большинства членов Совета оборона человечества ослабла.

Хрупкие союзы между королевствами распались.

Несмотря на отчаянные призывы Кателеи к единству, верх взяли жадность и страх.

Каждое государство замкнулось в себе, предпочтя сотрудничеству собственное выживание.

Так некогда великий континент Эзейр погрузился в ещё более глубокую разруху.

Кателея неустанно защищала невинных, отправляя святых рыцарей, святых воинов и Святых во все уголки мира, чтобы уберечь уцелевшие города и королевства.

Но даже её усилий оказалось недостаточно.

Демонические легионы вместе с нечестивым войском злых богов продолжали наступать. Их числу не было конца, а злоба не знала предела.

Мировое Древо Эзейра — сердце всей жизни — наконец сгорело дотла.

Сильнейшие державы оказались на грани уничтожения.

Отчаяние распространялось подобно чуме.

Даже духи благосклонных богов, прежде полные решимости, умолкли, наблюдая, как мир разлагается именно так, как того желали злые боги.

Свет человечества дрогнул…

и начал угасать.

.

.

.

И тогда, когда всякая надежда была потеряна, когда молитвы сменились молчанием, сам континент начал плакать.

Его слёзы пропитали истерзанную землю, словно сам мир молил о спасении.

И из этих слёз родилось чудо…

Три души, которым было суждено подняться из самой бездны отчаяния…

Три души, которые рассеют тёмное небо и окрасят его в собственные цвета.

Трое, кому предстояло нести надежду всего мира.

Так началась Эра Рассвета — время, когда свет вновь бросит вызов тьме, а судьба Эзейра будет переписана заново.

════════⊹⊱≼≽⊰⊹═══════

----------

Визит Святых

В захудалой деревне на площади уже начинал собираться народ. За южными воротами возвышался утёс, с которого открывался вид на бескрайнюю пустошь, и на самом его краю, безмолвная на фоне необъятного горизонта, стояла маленькая девочка.

— Эй, Айла! Айла! Великая Святая идёт в нашу деревню! Можешь поверить?!

Тод, мальчик примерно одного возраста с Айлой, мчался к ней со всех ног, переполненный восторгом. Он нашёл её на привычном месте — она спокойно стояла у края утёса и смотрела в бескрайнее голубое небо. Ветер проходил мимо, заставляя её белые волосы колыхаться, словно шёлковые нити, но выражение лица не менялось. Серые глаза оставались далёкими и спокойными, отражая небо, на которое она, казалось, могла смотреть бесконечно.

— …Небо, — тихо ответила Айла ровным, отстранённым голосом.

Тод недоумённо моргнул. Впрочем, именно такого ответа ему и следовало ожидать. Айла всегда была странной.

Все в деревне знали её историю. Вскоре после её рождения родителей убили разбойники. Старейшина нынешней деревни, давний друг её родителей, обнаружил последствия нападения. Среди пепла и развалин он нашёл единственную выжившую: младенца с бледно-серыми глазами, молча лежавшего в окровавленном полотне. Девочка не плакала и даже не выглядела испуганной. На краю ткани было вышито её имя — «Айла». Старейшина забрал её к себе и вырастил как родную.

Когда Айле исполнилось четыре, она уже могла помогать по дому, но всё, к чему она прикасалась, почему-то заканчивалось катастрофой. Тарелки разбивались, бельё исчезало, а после её «уборки» пол зачастую становился ещё грязнее. В конце концов старейшина попросил её помогать на поле. Но и там Айла просто смотрела в небо, погружённая в свои мысли, а руки её оставались без дела.

Семья старейшины постепенно начала тяготиться ею. Времена стояли тяжёлые, ртов и без того было слишком много. Давление росло, пока в конце концов старейшину не вынудили прогнать её из дома.

Но Айла не заплакала. Даже не нахмурилась. Она просто ушла в ближайший лес и исчезла на несколько дней. Вернувшись, девочка принесла нанизанную на прутья рыбу и молча стала жарить её у утёса, выходившего на пустынную пустошь. Дети, привлечённые запахом, собрались вокруг. Айла без единого слова поделилась с ними едой. Порой она возвращалась с мясом кабана или фруктами, которых раньше никто не видел.

Благодаря ей деревенские пережили тяжёлые времена, и те самые люди, которые когда-то желали избавиться от неё, начали молча благодарить странную, бесстрастную девочку, помогавшую им выжить.

— Ты, как всегда, странная. И что такого в этом «небе»? — с усмешкой спросил Тод, почёсывая затылок. — Ладно, я на площадь! А ты наслаждайся своим небом, ха-ха!

Он убежал, но взгляд Айлы так и не оторвался от небес. Ветер вновь прошептал вокруг неё, а высоко над головой неспешно плыли облака — свободные, невесомые, ничем не скованные.

Тем временем на площади появилась Великая Святая Кателея. Её присутствие было спокойным, но властным: добрая и изящная, она всё же казалась далёкой, почти недосягаемой. Лицо сохраняло безмятежность, хотя во взгляде таилась едва заметная строгость. С тихим достоинством она прошла к высохшему фонтану в центре площади и присела на его край.

Следом за ней шли двое.

Первой была госпожа Валерика Стерлинг, нынешняя Святая Меча, известная своей лучезарной улыбкой и тёплым характером. Несмотря на титул одной из величайших воительниц современности, именно жизнерадостность сделала её любимицей народа.

Рядом шёл Прайс Хастус, нынешний Святой Копья. Его расслабленная походка и постоянная зевота создавали впечатление человека, которому совершенно чужда всякая официальность, однако в его силе сомневались немногие.

— Приведите сюда детей, — мягко сказала Кателея. — Я взгляну на их судьбы.

Старейшина не понимал цели Великой Святой, но из уважения не осмелился задавать вопросы и тут же кивнул. В деревне никто не сомневался в ней: более тысячи лет она защищала человечество. Её слово было законом.

Пока жители собирались, Прайс наклонился ближе и тихо спросил:

— Кателея… ты уверена, что этот ребёнок действительно здесь?

— Прайс! — прошипела Валерика, сверкнув на него глазами. — Следи за манерами! Нельзя обращаться к ней так запросто!

Прайс лишь пожал плечами, сдерживая очередной зевок.

Кателея тихо вздохнула.

— Довольно. Оба помните о своих титулах. Святым подобает держаться достойно, а не пререкаться, как дети. — Её взгляд чуть смягчился, хотя голос оставался ровным. — И отвечая на твой вопрос, Прайс: да. Пророк это предвидел.

Прайс нахмурился.

— Всё равно не верится. Даже духи богов не способны разглядеть подобное, а мы полагаемся на слова какого-то старика?

— Пророк — не простой человек, — спокойно ответила Кателея. — Он давно служит Святым, хотя его обязанности лежат в иной области: он направляет нас, когда перед нами встаёт неизвестность. — Её взгляд поднялся к небу, а голос стал тише. — Я благодарна за его советы… особенно сейчас, когда война всё сильнее склоняется в пользу злых богов.

Над площадью повисло тяжёлое молчание. Казалось, даже ветер стих, ожидая того, что вот-вот раскроет судьба.

Их разговор прервался, когда старейшина поспешно вернулся на площадь, ведя за собой группу детей.

— Великая Святая, это все дети нашей деревни, — почтительно произнёс он, поклонился и жестом велел малышам выйти вперёд.

Дети собрались перед Кателеей: одни стеснялись, другие едва сдерживали возбуждение, третьи сияли от гордости, получив возможность лично встретить Великую Святую. Кателея ласково улыбнулась им, и выражение её лица стало мягким, почти материнским.

Одного за другим она касалась их голов, закрывая глаза и безмолвно разыскивая то, ради чего пришла: ребёнка, благословлённого белой маной — чистейшей и редчайшей формой божественной сущности.

Прошло несколько минут. Наконец Кателея убрала руку, и на её спокойном лице появилось задумчивое выражение.

— Старейшина, — тихо сказала она, — вы уверены, что это все дети вашей деревни?

Старик замялся и почесал бороду.

— Хм-м… вообще-то, есть ещё одна. Но она весьма своеобразная. Вечно сидит на утёсе за деревней, смотрит на небо да на пустынную пустошь. Правда, в самой деревне она больше не живёт.

Кателея ещё не успела ответить, как раздался знакомый голос:

— О! О! Айла! Я могу отвести вас к ней, если хотите! — с готовностью воскликнул Тод, улыбаясь до ушей.

Кателея повернулась к спутникам.

— Валерика, Прайс, приведите девочку сюда.

Прайс вздохнул и скрестил руки на груди.

— Серьёзно? Ради одной девчонки? Да она наверняка пустышка.

Жизнерадостность Валерики мигом испарилась, и она смерила его убийственным взглядом.

— Прайс Хастус! Следи за языком! Госпожа Кателея отдала тебе приказ, а не предложила вариант на выбор. Если бы ты тратил на выполнение приказов хотя бы половину тех сил, которые уходят у тебя на зевоту, возможно, ты бы ещё помнил, что такое дисциплина.

— Да-да, ладно… — простонал Прайс, потирая затылок. — Можно было и не откусывать мне голову.

— Тогда перестань вести себя как идиот, — отрезала Валерика и тут же повернулась к Тоду с улыбкой. — Веди нас, юноша.

— Д-да, госпожа Валерика! — Тод гордо выпятил грудь и повёл их к утёсу.

Прайс нехотя поплёлся следом, ворча себе под нос:

— Пророки и их поиски неизвестно чего…

По дороге Прайс продолжал бубнить, жалуясь на пророчество.

— Тс-с! Ты хоть минуту можешь помолчать? — резко прошептала Валерика, оглядываясь так, словно их голоса могли спугнуть саму судьбу.

Прайс лениво шагал позади, сцепив руки за головой, и приподнял бровь.

— Вообще-то, говоришь здесь только ты.

Валерика застыла на полушаге и медленно повернулась к нему, широко раскрыв глаза.

— Я?! Как ты вообще можешь такое говорить, придурочный Святой Копья?!

Прайс демонстративно зевнул и пожал плечами.

— Просто констатирую факт. Ты читаешь мне нотации с самого выхода с площади. Честно говоря, удивлён, что твой меч ещё не начал раздавать приказы вместе с тобой.

— П-при чём тут вообще мой меч?! — возмутилась Валерика, вспыхнув. — И, между прочим, это называется дисциплина — то, чего тебе явно не хватает!

— Дисциплина? — усмехнулся Прайс. — Говорит Святая Меча, которая полирует клинок чаще, чем большинство людей дышит. Если кто из нас и одержим, то ты, маньячка с мечом.

Валерика ахнула, словно её поразило молнией.

— Маньячка с мечом?! Да будет тебе известно, преданность своему оружию — признак истинного воина! В отличие от одного ленивого копейщика, который относится к священному долгу как к послеобеденному сну!

— По крайней мере, я со своим оружием не разговариваю, — ухмыльнулся Прайс. — Может, мне начать называть твоё «госпожа Валерика Вторая»?

— Ах ты!.. — рука Валерики дёрнулась к рукояти меча, но она вовремя остановилась, глубоко вдохнула и натянула скованную улыбку. — Помни о своём титуле, Прайс. Перед нами ребёнок.

Оба Святых медленно перевели взгляд на Тода.

Тод, до этого шедший впереди, под их взглядами оцепенел. Мальчик неловко засмеялся и почесал затылок.

— Ха-ха-ха… Вы двое, оказывается, очень близки, да?

— Близки? — одновременно повторили Валерика и Прайс, после чего тут же ткнули пальцами друг в друга.

— Ни в коем случае!

Улыбка Тода дрогнула, а двое Святых позади снова принялись сверлить друг друга взглядами.

Он всегда представлял легендарных героев человечества величественными и внушительными фигурами — маяками надежды, державшимися с безупречным достоинством. Вместо этого двое его кумиров пререкались, словно дети на игровой площадке.

И всё же, повернувшись обратно к дороге, Тод невольно улыбнулся.

Почему-то такими они казались гораздо человечнее… и куда веселее.

Позади спор продолжался приглушённым, но жарким шёпотом.

— Если бы ты не плёлся так медленно, мы бы уже пришли, — пробормотала Валерика.

— А если бы ты не шумела, мы могли бы спокойно наслаждаться прогулкой, — лениво ответил Прайс.

Тод только тихо хихикнул и покачал головой, ведя двух легендарных Святых к утёсу — и к загадочной девочке, ожидавшей под бескрайним небом.

----------